lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Медведева, Ольга Владимировна. - Залог и поручительство в системе мер уголовно-процессуального принуждения по законодательству Российской Федерации [Электронный ресурс]: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 - М.: РГБ, 2002 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки)

Posted in:

Министерство внутренних дел Российской Федерации Волгоградский юридический институт

На правах рукописи

Медведева Ольга Владимировна

А

\Ч’

Залог и поручительство в системе мер уголовно- процессуального принуждения по законодательству

Российской Федерации

Специальность 12.00.09- «Уголовный процесс, криминалистика, теория оперативно-розыскной деятельности»

Научный руководитель - кандидат юридических наук доцент Манаев Ю. В.

ЛС /Г & ;

Волгоград -1998

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

2

Оглавление

Введение 3

Глава 1. Очерк развития правовых институтов залога и поручительства в законодательстве России и некоторых зарубежных стра н

12

§ 1. Залог и поручительство в уголовно-процессуальном

законодательстве России 12

§ 2. Залог и поручительство в уголовно-процессуальном

законодательстве некоторых зарубежных государств 29

Глава 2. Теоретические и правовые основы применения мер процессуального воздействия в виде залога и

поручительства 51

§ 1. Правовая природа и механизм действия залога и поручительства в системе мер обеспечения задач уголовного

процесса 51

§2. Содержание правовых институтов залога и поручительст ва 87

Глава 3. Процессуальная форма применения залога и

поручительства 125

§ 1. Основания, условия применения мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства и обстоятельства, влияющие на их выбор 125

§ 2. Процессуальный порядок применения залога и

поручительства 159

Заключение 180

Библиографический список использованной литературы 190

Приложения 207

3

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. Меры пресечения занимают особое место в системе мер процессуальнотх) принуждения, так как они в наибольшей степени связаны с вторжением в сферу субъективных прав и свобод лица, вовлеченного в уголовный процесс. Общей характеристике и отдельным аспектам уголовно-процессуального принуждения и мер пресечения посвящены работы Г. И. Ветровой, И. М. Гуткина, П. М. Давыдова, Л. И. Даныпиной, 3. Д. Еникеева, 3. 3. Зинатуллина, Г. П. Ивлиева, В. М. Корнукова, Ф. М. Кудина, Ю. В. Манаева, В. С. Посника, В. Т. Очередина, М. А. Чельцова, А. А. Чуви- лева, С. А. Шейфера, П. С. Элькинд, П. П. Якимова и др.

Однако таким мерам, как поручительство, и особенно залог, в юридической литературе уделялось недостаточно внимания. Некоторые вопросы, связанные с применением этих мер, освещали в своих работах такие авторы, как Б. Б. Булатов, А. Д. Буряков, 3. Ф. Коврига, Ю. Д. Лившиц, А. А. Лиеде, В. А. Михайлов, И. Л. Петрухин. За исключением предпринятого в 1964 г. А. А. Лиеде диссертационного исследования института общественного поручительства в уголовном судопроизводстве других системных научных изысканий в этой области не проводилось.

Между тем приведение российского уголовно-процессуального законодательства в соответствие с иерархией социальных ценностей, свойственных современному демократическому обществу и общепринятыми нормами международного права повлекло существенное изменение содержания и направленности производства по уголовным делам, максимальное согласование уголовного процесса с правами

4

человека (В. С. Шадрин.). Последовательная демократизация и гуманизация уголовно-процессуального законодательства, необходимость тщательной дифференциации уголовно- процессуального принуждения предполагает, что мера пресечения, избранная в отношении обвиняемого должна быть адекватна опасности ненадлежащего поведения. В связи с этим сокращение сферы применения предварительного заключения под стражу и избрание таких процессуальных мер, как залог и поручительство должны способствовать обеспечению реализации принципа неприкосновенности личности. Гуманизм данных мер проявляется в том, что при их применении лицу, привлеченному в качестве обвиняемого, не причиняются физические страдания, угрожающие его жизни и здоровью, не унижается его человеческое достоинство.

Экономические условия жизни общества и криминологическая реальность требуют от сотрудников судебно-следственных органов учета возросшей значимости ряда социально-правовых, экономических и организационных факторов. Во-первых, это необходимость значительных материальных затрат на содержание арестованных. Во-вторых, лица, впервые совершившие преступления, не представляющие большой общественной опасности, оказываются под негативным воздействием той среды, в которую они попадают в условиях переполненных следственных изоляторов. Кроме того, Уголовный кодекс Российской Федерации, введенный в действие с 1. 01. 97 г., содержит целый ряд новых составов преступлений, совершаемых в сфере экономической деятельности, где личность обвиняемого не имеет, как правило, общеуголовной ориентации. Применение в соответствующих случаях к обвиняемым (подозреваемым) мер принуждения в виде залога и поручительства позволит им оставаться активными членами общества, продолжать работу и привычный образ жизни в кругу се-

5

мьи, возместить причиненный преступлением ущерб в ходе расследования и судебного рассмотрения дела.

Основными факторами, сдерживающими распространение залога и поручительства, являются несовершенство уголовно- процессуальных норм, регламентирующих их применение, неразре- шенность в законодательстве отдельных вопросов связанных с содержанием данных институтов, сложность и запутанность процессуального порядка использования указанных мер. В связи с этим необходимо детальное изучение механизма функционирования залога и поручительства, раскрытие способов их совершенствования и создание уголовно-процессуальных норм, оптимально обеспечивающих цели и задачи уголовного процесса.

Указанные обстоятельства обусловили обращение к теоретическим проблемам и практике применения залога и поручительства, а также научную и практическую значимость избранной темы диссертационного исследования.

Цель диссертационного исследования заключается в выявлении механизмов совершенствования уголовно-процессуальных институтов залога и поручительства и распространения практики их применения в современных условиях, прежде всего в качестве альтернативы заключению под стражу.

Данная цель определяет следующие задачи:

  • проанализировать особенности исторического формирования и развития уголовно-процессуальных институтов залога и поручительства в России и зарубежных странах, определить возможности использования положительного опыта в отечественном уголовном процессе;
  • раскрыть юридическую природу залога и поручительства, принимая во внимание механизм их действия и принудительный харак-

6

тер, в том числе степень ограничения прав и свобод лиц, вовлеченных в процесс правоприменения, и на основе этого установить место залога и поручительства в системе мер обеспечения целей и задач уголовного процесса;

  • проанализировать содержание правовых институтов залога и поручительства, а также особенности процессуального порядка их применения, на основе этого определить возможности оптимизации данных институтов;
  • выработать предложения по совершенствованию уголовно- процессуального законодательства и ведомственных актов, регламентирующих применение залога и поручительства;
  • выработать рекомендации, направленные на совершенствование деятельности органов уголовного судопроизводства по соблюдению режима законности при применении мер в виде залога и поручительства, а также обеспечения прав личности, вовлеченной в уголовный процесс.
  • Объектом исследования являются нормы уголовно- процессуального и иных отраслей права, регламентирующие применение залога и поручительства, и правоприменительная деятельность органов уголовного судопроизводства по реализации этих норм.

Предметом исследования выступает юридическая природа залога и поручительства, закономерности правового регулирования и механизма реализации решения о залоге и поручительстве в правоприменительной деятельности органов уголовного судопроизводства.

Методология и методика исследования, достоверность результатов. Теоретическую основу исследования составляют научные труды в области философии, общей теории прав человека, теории государства и права, международного права, уголовного права и процесса, криминалистики. Применялись общие и частные методы иссле-

7

дования, в том числе исторический, сравнительно-правовой, конкретно- социологический и статистический.

Результаты исследования основываются также на изучении нормативных актов, включая Конституцию Российской Федерации, международно-правовые акты, действующее уголовно-

процессуальное, уголовное и гражданское законодательство, российский Устав уголовного судопроизводства 1864 г., УПК РСФСР 1922 и 1923 гг., Основы уголовного судопроизводства Союза СССР и союзных республик 1924 г., Уголовно-процессуальные кодексы Германии и Франции.

Для проверки и обоснования полученных выводов в 1995-1998 гг. по специально разработанной методике было проанкетировано 300 сотрудников судебно-следственных органов из различных регионов России, по теме исследования изучено 140 уголовных дел, находившихся в производстве и архивах районных судов г. Волгограда, Камчатской области и Республики Татарстан.

Кроме того, использовались статистические данные, результаты эмпирических исследований, полученные другими авторами по проблемам, имеющим отношение к теме, а также личный опыт практической деятельности в должности следователя органов внутренних дел.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые на диссертационном уровне проводится системный анализ залога и поручительства как мер государственного принуждения, в наименьшей степени ущемляющих личные субъективные права граждан. Вследствие сходства правовой природы залога и поручительства определено их место в системе мер обеспечения задач уголовного процесса как мер процессуального воздействия. Комплексно рассмотрены общие и специфические свойства залога и поручительства, проанализированы их составные элементы и особенности реализации законода-

8

тельства о залоге и поручительстве в уголовном судопроизводстве и на основе этого разработаны проекты процессуальных норм УПК, касающиеся применения указанных мер, а также сформулированы рекомендации по совершенствованию ведомственных нормативных актов и оптимизации практики их применения.

Основные положения, выносимые на защиту.

  1. Исторический опыт применения залога и поручительства в отечественном уголовном судопроизводстве и практике современного уголовного судопроизводства США, Великобритании, ФРГ, Франции свидетельствует о высокой степени эффективности рассматриваемых мер в обеспечении явки обвиняемых в органы уголовного судопроизводства, а также об их значимости в качестве гарантии неприкосновенности личности. Этот опыт вполне может быть использован в современном российском уголовном судопроизводстве.
  2. Залог и поручительство традиционно относящиеся к мерам пресечения, которые, в свою очередь, являются элементом более широкой системы мер уголовно-процессуального принуждения, имеют ряд особенностей, а именно: они применяются с согласия (или по ходатайству) обвиняемого (подозреваемого); воздействие на поведение последних в ряде случаев осуществляется частными лицами, не наделенными государством какими-либо властными полномочиями и использующими метод убеждения; правоограничительный признак по отношению к самим обвиняемым имеет в основном психологический характер. В связи с этим меры в виде залога и поручительства предлагается выделить в отдельную группу и именовать их мерами процессуального воздействия, включив в систему мер процессуального обеспечения.
  3. С учетом современных условий подлежат изменению элементы содержания институтов залога и поручительства:

9

  • перечень ценностей, являющихся предметом залога нуждается в значительном расширении за счет допуска к обеспечению залоговой массы предметов движимого и недвижимого имущества. В отношении же поручительства предлагается установить его предмет как сумму заранее обозначенных имущественных гарантий, определяемую органом расследования либо судом по конкретному уголовному делу, подлежащую взысканию с поручителя в доход государства в случае уклонения обвиняемого от явки в органы уголовного судопроизводства;
  • закон должен содержать ряд ограничений по допуску лиц определенной категории (лиц, отбывающих наказание, адвокатов обвиняемых и др.) к участию в уголовном процессе в качестве залогодателей и поручителей;
  • в уголовно-процессуальном законодательстве следует предусмотреть обязанность залогодателей и поручителей информировать правоохранительные органы о ненадлежащем поведении обвиняемого или его противоправных намерениях, с правом отказа от залога и поручительства и возвращения залоговой суммы либо освобождения от ответственности в порядке ст. 94 УПК РСФСР;
  • предлагается закрепить в уголовно-процессуальном законе необходимость обязательной замены меры процессуального воздействия в виде залога и поручительства другой мерой пресечения в случае соответствующего волеизъявления хотя бы одного из участников данного правоотношения, поскольку утрата взаимного доверия влечет неэффективность применения указанных мер.
    1. Процессуальный порядок применения залога требует значительного упрощения, включая отмену санкционирования решения прокурором. Предлагается также законодательно закрепить возмож-

10

ность передачи залоговой суммы на депозит органа, ведущего расследование.

  1. С целью усиления регулирующего воздействия убеждения и обеспечения правомерного поведения обвиняемого (подозреваемого), предлагается законодательно закрепить необходимость разъяснения органами уголовного судопроизводства обязанностей и ответственности не только залогодателям и поручителям, но и самим обвиняемым (подозреваемым), с фиксацией данного обстоятельства в соответствующем протоколе.

Практическая значимость и апробация исследования.

Сформулированные в результате проведенного исследования рекомендации могут быть использованы для дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства в условиях приоритета общечеловеческих ценностей, а также применены в практической работе правоохранительных органов и при подготовке учебных и учебно-методических пособий.

Основные положения диссертации обсуждались на заседаниях кафедры уголовного процесса Волгоградского юридического института МВД России (1995-1998 гг.), нашли свое отражение в опубликованных статьях. Ряд положений исследуемой проблемы освещались автором на межвузовской научной конференции соискателей, адъюнктов и слушателей «Милиция. Право. Личность» (г. Ростов-на-Дону, 1997 г.) Результаты диссертационного исследования.внедрены в практическую деятельность следственным управлением УВД Волгоградской области (акт о внедрении от 20.08.98 г.), следственной службой Управления Федеральной службы налоговой полиции Российской Федерации по Волгоградской области (акт о внедрении от 27.07.98 г.) и учебный процесс ВЮИ МВД России (распоряжение о внедрении от 9.09.98 г.).

11

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, содержащих шесть параграфов, заключения, библиографии и приложений.

12

Глава первая ОЧЕРК РАЗВИТИЯ ПРАВОВЫХ ИНСТИТУТОВ ЗАЛОГА И

ПОРУЧИТЕЛЬСТВА В ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВЕ РОССИИ И

НЕКОТОРЫХ ЗАРУБЕЖНЫХ ГОСУДАРСТВ

§ 1 Залог и поручительство в уголовно-процессуальном законодательстве России

  1. Залог и, особенно, поручительство как меры процессуального принуждения имеют в России давние исторические корни. Существование нравственной обязанности общества отвечать за поведение своих членов, обязанности всех членов общества помогать друг другу в разных обстоятельствах жизни предполагается уже у древних славян, при этом “идея взаимной защиты, взаимного вспомоществования является присутствующею и у племен германских, проявляется почти в тех же формах, как и у народов славянских”1.

Развитие данного института служит яркой иллюстрацией того, что в истории уголовного процесса энергия мер пресечения всегда находилась в обратном соотношении с уровнем развития гражданской свободы. С расширением гражданской свободы, положение обвиняемых становилось легче и уголовный процесс стремился прибегать к

1 Капустин С. Древнее русское поручительство. Казань, 1855, С. 284.

13

более мягким мерам пресечения1.

Поручительство известно на Руси с ХШ-XIV вв. В эту эпоху

средневекового народовластия меры пресечения отличались мягким характером. Родовая община отвечала за своего члена, поэтому в качестве меры пресечения использовались поручительство сначала общины (верви), а впоследствии - влиятельных людей, лишение же свободы считалось мерой исключительной. “Не находя в обыкновении славян оказывать помощь друг другу ничего странного, при соображении со всеми национальными учреждениями, князья видят напротив в нем верное средство оградить себя от убытков при несостоятельности преступника и видят отчасти факт, способствующий предупреждению преступлений. Таким образом нет причины, которая бы понудила князей идти против этого обыкновения: им оставалось только утвердить силу его своим признанием”2. Поручители берут на себя ответственность (виру) только по одному виду преступлений - убийству, причем убийству “извинительному”, с точки зрения нравственности того времени. Чем выше степень извинительности (например, под влиянием охмеления, мести, нанесения увечья, ран, вызванное обидой или какой-нибудь извинительной страстью), тем больше ответственности берут на себя поручители. Но общество не договаривается помогать разбойнику, вору, поджигателю, лицу, совершившему корыстное убийство: оно считает это предосудительным для себя, этим оно хочет оградить себя от вступления в число его членов лиц, которые могут легко навлечь на него бесславие своими поступками.

1 См. Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Т.2, Петроград, 1915, С. 331-332.

2 Капустин С. Указ. соч. С. 284.

14

  1. В дальнейшем, в XV-XIV вв., в период централизации государства и власти, меры пресечения принимают суровый характер.

Задержание занимает первое место, другие меры отходят на задний план. Поручительство применялось, но лишь по челобитной, а не по инициативе органов государства, в основу было положено начало уголовной ответственности поручителя за обвиняемого. Поручители несли личную ответственность за явку обвиняемого на суд. Данная мера пресечения была весьма серьезной, поскольку поручители обязывались возместить причиненный преступлением ущерб, заплатить штраф и нести уголовную ответственность за преступление, в случае уклонения виновного от правосудия.1

В XVLLI-XIX вв. предпринимаются попытки к гуманизации уголовного судопроизводства. Система мер пресечения, предусмотренных Сводом законов (1832 и 1857 гг.), включала следующие меры: содержание в тюрьме или при полиции; домашний арест; полицейский надзор; отдача на поруки. По замечанию И. Я. Фойницкого, поручительство в своде законов стояло на переходной ступени: прежнее начало уголовной ответственности поручителя упразднилось, нового же начала имущественной ответственности еще не было выработано. Поручительство было личное, но поручитель в сущности ничем не отвечал за неисполнение обязательства явки, которое он обеспечивал своим словом. В такой форме оно не обеспечивало судебную власть, а потому к поручительству прибегали очень редко; общим правилом оставалось личное задержание обвиняемых2.

1 См.: Кистяковский А. О пресечении обвиняемому способов уклоняться от следствия и суда. СПб., 1868. С.32.

2 См.: Фойницкий И. Я Указ. соч. С.331-332.

15

  1. Качественно новым этапом в развитии уголовно-процессуального законодательства Росси явились Судебные уставы 1864 г., в которых впервые были четко регламентирован порядок производства предварительного следствия. И. Я. Фойницкий писал в своем “Курсе уголовного судопроизводства”: “Уставы 20-го ноября совершено изменили систему свода по вопросу о мерах пресечения. Стремясь оградить интересы гражданской и личной свободы, они значительно сузили применение личного задержания и дали широкое развитие другим мерам, предполагающим оставление обвиняемых на свободе.”1

По Уставу уголовного судопроизводства меры пресечения (в том числе залог и поручительство) могли применяться мировым судьей или съездом при осуществлении ими правосудия, судебными следователями при производстве предварительного следствия (в общих судебных местах), судом, а также полицейскими и другими должностными лицами, в тех случаях, когда они заменяют судей и следователей2. Как видим применение мер пресечения стало прерогативой судебной власти.

Применение меры пресечения преследовало единственную цель, которая была непосредственно сформулирована в законе: для воспрепятствования обвиняемым уклоняться от следствия или суда.

1 Там же. С. 332.

2 См.: ст. ст. 76 - 83, 415 - 432 Устава уголовного судопроизвод ства 1864 г. с изменениями и дополнениями по 1 июля 1901 г. В сб. Судебные уставы императора Александра П с законодательными мо тивами и разъяснениями. Подгот. Щегловитовым С. Г. СПб., 1901. В дальнейшем изложении, если специально не оговорено иное - Устав.

16 Вследствие этого, единственным основанием применения меры пресечения являлась фактическая необходимость предупредить побег обвиняемого, уклонение его от суда, если предполагалась опасность такого уклонения. Другие основания для применения к обвиняемому меры пресечения, такие как опасность сокрытия следов преступления или совершения обвиняемым новых преступлений не нашли законодательного закрепления.

Условием применения и выбора той или иной меры пресечения служила строгость возможного наказания за совершенное преступление или проступок. Так, судебный следователь вправе был применить в качестве меры пресечения отдачу на поруки лишь “против обвиняемых в преступлениях или проступках, подвергающих заключению в тюрьме или крепости, не соединенных с лишением прав и преимуществ” (ст. 417 Устава). К делам, относящимся к юрисдикции мирового суда, предъявлялись иные требования, обусловленные спецификой подсудных им преступлений и возможных наказаний. Применение залога допускалось лишь в тех случаях, если лицо обвинялось в преступлениях и проступках, влекущих наказание в виде заключения в тюрьме или крепости, соединенных с лишением некоторых особенных прав и преимуществ (ст. 418 Устава). При этом подчеркивалось, что по данным категориям преступлений поручительство и залог могут быть высшей мерой пресечения, избрание же одной из низших мер предоставлялось на усмотрение судебного следователя или судьи. Таким образом, имелись ограничения только в установлении максимума уголовно-процессуального принуждения. При избрании меры пресечения предписывалось принимать во внимание не только строгость угрожающего обвиняемому наказания, но и возможность скрыть следы преступления, и силу собранных против него улик, при

17

этом, чем сильнее были улики, тем более строгие меры пресечения подлежали применению (с соблюдением правил о “максимуме”). Учитывались также пол, возраст, состояние его здоровья и положение в обществе (ст. 421 Устава).

Общими условиями применения меры пресечения являлись также компетентность органа ее применения и соблюдение процессуальной процедуры применения. Так, например, мера пресечения могла применяться “только к лицам, привлеченным к следствию в качестве обвиняемых и притом, по снятии с них допроса; до допроса обвиняемого следователь не может предрешить, какую следует принять меру пресечения, например, требовать представления залога”1. Нарушения, допущенные следователем при избрании меры пресечения, могли быть обжалованы в окружной суд, однако, они не служили поводом к отмене приговора, а влекли за собой лишь ответственность следователя.

Поручительство состояло в принятии на себя всяким состоятельным лицом, обществом или управлением обязательств по надлежащему поведению обвиняемого и денежной ответственности в случае уклонения его от следствия. При оценке собственности поручителей в расчет принималось имущество, на которое впоследствии могло быть обращено взыскание и которое трудно было скрыть. Залог же состоял непосредственно в деньгах или движимом имуществе, вносимом как самим обвиняемым, так и всяким другим лицом, в обеспечение явки обвиняемого к судебному следователю. Предметом

1 Судебные уставы императора Александра П с законодательными мотивами и разъяснениями. Подгот. Щегловитовым С. Г. СПб., 1912.С.325.

18

залога могли быть также государственные процентные бумаги, принимаемые по биржевой стоимости. Принятие залога в недвижимом имуществе представлялось нецелесообразным из-за сложности процедуры.

Закон предписывал, чтобы сумма поручительства или залога определялась судебным следователем сообразно со строгостью наказания, угрожающего обвиняемому и с состоянием поручителя или залогодателя, но при этом указанная сумма ни в коем случае не могла быть меньше суммы ущерба, причиненного преступлением (ст. ст. 422 , 425 Устава). Таким образом, закон не устанавливал определенного размера залоговой и поручительской суммы, мотивируя это тем, что “невозможно было бы соразмерять его с обстоятельствами каждого данного случая: иной раз и низкий размер залога оказался бы слишком стеснительным, или даже недоступным для бедняка условием свободы, в другой же раз и самый высший размер залога предоставлялся бы совершенно недействительною гарантией в отношении к обвиняемому богачу”. Данное разъяснение к ст. 425 Устава было записано непосредственно в законе. С одной стороны, оно предоставляло судебному следователю или судье достаточную широту усмотрения, позволявшую учитывать конкретную ситуацию, а с другой стороны - обеспечивало интересы потерпевшего в уголовном судопроизводстве. Размер залога не подлежал проверке в кассационном порядке, как несоизмеримый со строгостью наказания и суммой вознаграждения потерпевшему, так как не воспрещалось увеличивать этот размер по состоянию залогодателя и поручителя.

О принятии поручительства или залога следователь составлял постановление, которое подписывалось как им, так и поручителем или залогодателем и выдавалось им в копии. Постановление приоб-

19

щалось к материалам уголовного дела, залоги же, взятые от обвиняемых сохранялись отдельно от дела и не включались в число следственных бумаг. До представления залоговой суммы или ходатайства поручителей, обвиняемый содержался под домашним арестом или под стражей (ст. 428 Устава) Судебный следователь не имел права требовать от лиц, принесших залог, внесения денег в кассу суда или иное кредитное учреждение.

В случае уклонения обвиняемого от следствия или суда, сумма залога или поручительства в обязательном порядке обращалась в возмещение заявленного гражданского иска, оставшиеся же средства направлялись на устройство мест заключения. Отлучка обвиняемого из места его жительства без надлежащего разрешения в то время, когда в нем не было надобности для суда и следствия не признавалась уклонением. Право взыскания поручительской суммы или конфискации залога возникало с момента доказанного уклонения обвиняемого от следствия и суда, независимо от того, были ли залогодателем и поручителем приняты какие-либо меры для воспрепятствования обвиняемому этого уклонения, если они не имели успеха. Однако, залогодатель и поручитель могли обратиться в суд с заявлением об отказе от принятых на себя обязанностей и принятия судом другой меры пресечения. С момента фактического приведения в исполнение этой новой меры пресечения они освобождались от своих обязанностей. Постановление суда о взыскании с поручителя денежной суммы или об отказе в возвращении залога могло быть обжаловано в суд 2-ой инстанции.

При условии выполнения обвиняемым, подсудимым обязательств по явке, денежная ответственность поручителей и залогодателей прекращалась с момента постановления приговора по существу,

20

не допускалось в данном случае обращать взыскание на денежное обеспечение поручителя или залогодателя для покрытия возмещения вреда потерпевшему, возложенного на обвиняемого. Если при вынесении приговора суд признавал надлежащею мерой пресечения залог или поручительство, он должен был вновь процессуально оформить избрание одной из указанных мер пресечения, а до этого подвергнуть обвиняемого личному задержанию.

Обобщая вышеизложенное, основные отличия имущественного поручительства и залога по Уставу уголовного судопроизводства 1864 г. можно представить в виде следующей таблицы:

залог имущественное поручительство ОСНОВАНИЯ
ИЗБРАНИЯ к обвиняемым в преступлениях, наказания за которые
предусматривают лишение некоторых прав и преимуществ к обвиняемым в преступлениях,
наказания за
которые не предусматривают лишения прав и преимуществ ВРЕМЯ
ПРЕДОСТАВЛЕНИЯ
ЦЕННОСТЕЙ сразу после вынесения решения о применении данной меры после доказанного факта уклонения обвиняемого от следствия и суда СУБЪЕКТ
ИМУЩЕСТВЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТИ сам обвиняемый, третьи лица или организация третьи лица или организация Сходство данных мер заключалось в целях их избрания, времени действия, критериях определения залоговой или поручительской суммы, основаниях для отказа от залога и поручительства.

Таким образом, мы видим, что к концу XIX - началу XX веков институт поручительства и залога был достаточно развит в России.

21

Вместе с тем, в научных исследованиях того времени подчеркивалось неоправданно широкое применение в качестве меры пресечения заключения под стражу: “в мировых судах содержание под стражей является почти единственной мерой пресечения. Все остальные вместе взятые за 1898 год дали в отношении общей суммы осужденных всего только 1,8%. В общих судебных установлениях также заключение под стражу наиболее часто, меры имущественного обеспечения составили 5,5%”’. Показательно, что при большей тяжести преступлений, отнесенных к юрисдикции общих судебных установлений, отношение к обвиняемым в этих органах уголовного судопроизводства отличалось большей гуманностью. Вероятно, это объясняется тем, что при производстве предварительного следствия судебный следователь имел возможность объективно оценить все обстоятельства совершения преступления, а также личность обвиняемого и избрать на основании этого адекватную меру пресечения (как известно, при рассмотрении дел мировыми судьями предварительное расследование не производилось).

Кроме того, одной из основных трудностей распространения демократических тенденций в уголовном процессе того времени являлись исторические традиции России, которые были во-многом несовместимы с идеями свободы и прав человека. В сборнике “Общая теория прав человека” приводится высказывание Б. А. Кистяковского из его статьи “В защиту права (Интеллегенция и правосознание)”, в которой он отмечал: “Наше общественное сознание никогда не выдвигало идеала правовой личности. Обе стороны этого идеала - личности, дисциплинированной правом и устойчивым правопорядком, и

1 Кузьмин-Караваев В. Д. Пресечение способов уклонения от следствия и суда. СПб., 1902, С. 36, 37.

22

личности, наделенной всеми правами и свободно пользующейся ими, чужды сознанию нашей интеллегенции”1.

  1. После Октябрьской революции 1917 г. в России на смену формальному закону пришло революционное правосознание. Установленный режим исторически явился шагом назад, поскольку он отверг главные демократические ценности - свободу, господство права, права человека, правовое государство2. Декретом СНК РСФСР “О суде”, опубликованном в “Газете Временного Рабочего и Крестьянского Правительства” 24 ноября 1917 г. судебным органам разрешалось руководствоваться “законами свергнутых правительств лишь постольку, поскольку таковые не отменены революцией и не противоречат революционной совести и революционному правосознанию”.3

Однако даже в таких условиях применение в качестве меры пресечения поручительства оставалось актуальным. Интересно в этом отношении Постановление Совета Рабочей и Крестьянской обороны, опубликованное в “Известиях” 14 декабря 1918 г. “ О производимых Всероссийской Чрезвычайной Комиссией арестах ответственных служащих и специалистов”. Данным постановлением народным комиссариатам, городским и губернским комитетам Российской Коммунистической партии предоставлялось “право освобождать из-под ареста всех тех из арестованных по
постановлениям Чрезвычайной

1 Общая теория прав человека. Под ред. Е. А. Лукашевой. М., 1996. С. 77.

2 Там же. С. 79.

3 История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры 1917 -1954 гг. Сборник документов. Москва, 1955 г., с.32.

23

Комиссии, за кого представят письменное поручительство два члена коллегии комиссариата или два члена городского или губернского комитета Российской Коммунистической партии”1. Аналогичное право предоставлялось городским и губернским Советам народных депутатов под письменное поручительство всех членов президиума, а равно и местным или центральным профсоюзам под письменное поручительство всех членов правления союза, однако ВЧК в данном случае имела право отвода таких поручительств с перенесением дела в высшую инстанцию. Данное положение в дальнейшем в видоизмененной форме получило свое развитие в институте поручительства общественной организации.

В 1922 г. была осуществлена кодификация уголовно- процессуального законодательства, 25 мая 1922 г. на 3-й сессии ВЦИК IX созыва был утвержден Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР.2 В главе XII данного кодекса, посвященной мерам пресечения, наряду с подпиской о невыезде, домашним арестом и заключением под стражу, выделялись также поручительство, личное и имущественное, и залог. Меры пресечения к уклонению от следствия и суда принимались лишь после привлечения лица в качестве обвиняемого, в исключительных случаях допускалось применение мер пресечения и к подозреваемым. В этих случаях предписывалось предъявить обвинение не позднее 14 суток со дня принятия меры пресечения, либо мера пресечения подлежала обязательной отмене.

При разрешении вопроса о необходимости применения меры пресечения, а также об избрании той или иной из означенных мер,

1 Там же, с. 74.

2 См. Сборник узаконений РСФСР, 1922, №20-21, ст. 230.

24

следователю надлежало принимать во внимание: важность преступления, тяжесть имеющихся улик, вероятность возможного уклонения от следствия и суда или препятствование раскрытию истины; состояние здоровья обвиняемого, род занятий и другие обстоятельства. Прокурору принадлежало право предлагать следователю отменять, изменять или избирать меру пресечения. В случае несогласия следователя с предложением прокурора, вопрос разрешался судом, которому подсудно данное дело. О принятии меры пресечения следователю надлежало составлять мотивированное постановление с указанием преступления, в котором обвиняется данное лицо, и оснований принятия той или иной меры пресечения. О принятии мер пресечения немедленно объявлялось обвиняемому.

Мера пресечения в виде личного поручительства состояла в отобрании от заслуживающих доверия лиц подписки в том, что они ручаются за явку обвиняемого и обязуются доставить его к следователю или в суд по первому о том требованию. Число поручителей определялось следователем, но не могло быть менее двух. В случае уклонения обвиняемого от следствия и суда, поручители подлежали ответственности в судебном порядке, при этом ответственность поручителей не была точно определена в законе: УПК РСФСР ссылался на статьи УК, устанавливающие ответственность свидетелей за отказ от дачи показаний или за неявку. В юридической литературе рекомендовалось применять уголовный закон по аналогии1. Данное положение должно было объявляться поручителям при отобрании подписки.

Имущественное поручительство состояло во взятии от достаточно состоятельного лица или организации подписки в том, что они

1 Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С. 211.

25

обязуются уплатить известную сумму в случае неявки обвиняемого к следователю или в суд. Залог же состоял в деньгах или ином имуществе, вносимым в суд обвиняемым, каким-либо лицом или организацией в обеспечение явки обвиняемого к следователю и суду. Сумма имущественного поручительства или залога определялась самим следователем в соответствии с тяжестью обвинения, силой улик, имеющихся по делу против обвиняемого, имущественным положением поручителя или залогодателя и другими обстоятельствами дела. В принятии залога или поручительства следователь составлял протокол, который подписывался залогодателем или поручителем и выдавался им в копии. В случае побега обвиняемого или уклонения его от следствия и суда, внесенный залог обращался в доход Республики, а при наличии имущественного поручительства взыскивалась сумма, на которую было принято поручительство.

Залог и имущественное поручительство особенно широко применялись в советской уголовно-процессуальной практике в период с 1921 по 1930 гг., т.е. в период расцвета нэпа, когда для этого имелись наиболее благоприятные экономические и социальные возможности1. Однако, постепенно, в связи с упрочением жестких тоталитарных начал в управлении государством, данные меры пресечения стали искореняться из практики уголовного судопроизводства. Первый шаг к этому был сделан в статье 10 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924 года, которая гласила: “Лишение свободы в качестве меры пресечения может быть заменено поручительством профессиональных и иных рабочих, крестьянских и общественных организаций. Замена лишения свободы денежным и

1 См. Михайлов В. А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М., 1993. С. 10-11.

26

имущественным залогом не допускается”1.

В связи с разработкой проекта уголовно-процессуального закона в конце 20-х годов за исключение из УПК залога высказался, в частности, М. С. Строгович. Он писал, “что пользы и добра от этой меры пресечения никогда не было и не будет, а недоразумений и не

увязок - всегда сколько угодно”2. Свою точку зрения он обосновывал, в основном, социально-политическими мотивами: наличием денег у нетрудового элемента, что позволит ему откупаться от тюрьмы, и отсутствием достаточных средств для оплаты залога у трудящихся, что повлечет их неминуемое содержание под стражей. Впоследствии М. С. Строгович несколько изменил свою точку зрения. В Курсе советского уголовного процесса он отмечал, что залог и имущественное поручительство “могут в некоторых пределах сократить применение заключения под стражу, охраняя в то же время интересы правосудия”, однако, “нет оснований рассчитывать на их широкое применение в следственной и судебной практике”3, тем не менее он рекомендовал не отказываться от данных мер пресечения. В учебнике же М. А. Чельцова читаем: “Залоги и имущественное поручительство, широко распространенные в 1922-1927 гг., потеряли в настоящее время почти всякое практическое значение, так как исчезла та социальная группа,

1 СЗ СССР 1924 г., № 24, ст. 206.

2 Строгович М. С. Новый проект Уголовно-процессуального ко декса // Избранные труды. Т. 2. Гарантии прав личности в уголовном судопроизводстве / Отв. ред. тома В. М. Савицкий. -М., 1992. С. 30- 31.

3 Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 155.

27

к представителям которой применялись эти меры, рассчитанные на создание эгоистического мотива неуклонения”1.

  1. В период реформы законодательства 1958-1961 годов, мера пресечения в виде имущественного поручительства была упразднена из уголовно-процессуального закона. Залог сохранился лишь в УПК

РСФСР и УПК Таджикской ССР. Однако, учеными- процессуалистами продолжали высказываться мнения о целесообразности исключения данной меры пресечения из закона. Так, В. М. Корнуков указывал, что залог вызывает негативное отношение со стороны практических работников и “в качестве меры пресечения неприемлем для нашего законодательства с позиций достигнутых социальных и экономических преобразований”2; 3. 3. Зинатуллин отмечал, что залог, по сравнению с другими мерами пресечения, относится к числу “низкоэффективных, ибо залоговая сумма далеко не гарантирует от возможного ненадлежащего поведения обвиняемого”3; Ю. Д. Лившиц называл законоположение о залоге мертвой нормой и предлагал вообще отказаться от имущественных мер пресечения, как не соответствующих условиям жизни нашего общества4. За сохранение залога высказывались другие авторы: И. Л. Петрухин, А. Д. Буряков, А. Чуви-

1 Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С. 210.

2 Корнуков В. М. Меры процессуального принуждения в уго ловном судопроизводстве. Саратов, 1978. С. 54.

3 Зинатуллин 3. 3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. Казань, 1981. С. 42.

4 См. Лившиц Ю. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М., 1964. С.72.

28

лев1.

Обобщая вышеизложенное можно сделать следующие выводы:

  1. Залог и поручительство известны российскому уголовному судопроизводству с древнейших времен, но как демократические правовые идеи в уголовно-процессуальном законе в силу исторических обстоятельств на определенных этапах развития государства были чужеродны для нашего общества. Однако, в периоды реформирования государства они получали широкое распространение как уголовно-процессуальные институты, способствующие правовой защищенности личности, ориентации на соблюдение прав человека. Ярким примером этого может служить расширение практики использования залога в настоящее время.
  2. Наиболее полную правовую регламентацию залог и поручительство впервые получают в Уставах уголовного судопроизводства 1864 г. По Уставам залог и имущественное поручительство являлись единственными мерами обеспечения, основанными на имущественных гарантиях явки обвиняемого в органы уголовного судопроизводства. Залог представлял собой более строгую меру, так как применялся по преступлениям, предусматривающим более суровое наказание и требовал немедленного внесения денег в депозит суда.
  3. После 1917 г. залог и поручительство также находят свое примене-
  4. 1 См. Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. С. 244; Буряков А. Д. Залог как мера пресечения в советском уголовном процессе // Вопросы борьбы с преступностью по советскому законодательству. Иркутск, 1969. С. 285; Чувилев А. Заключение под стражу: законность и обоснованность // Советская милиция, 1973. № 6. С. 44.

29

ние, однако на протяжении небольшого отрезка времени, связанного с периодом Нэпа. Получают свое развитие новые виды поручительства: общественное и личное, основанные на нравственной ответственности коллектива или отдельных граждан.

  1. После принятия Уголовно-процессуального кодекса 1961 г. имущественное поручительство исключается из системы мер пресечения. Залог сохранен, но подвергается острой критике со стороны ученых-процессуалистов и не находит широкого применения на практике. Общественное и личное поручительство хотя и не критикуются, но также игнорируются практическими работниками
  2. В современной России сфера применения залога и поручительства в качестве мер уголовно-процессуального обеспечения расширяется с развитием рыночных отношений и внедрением в уголовный процесс демократических институтов, основанных на неприкосновенности личности.
  3. § 2. Залог и поручительство в уголовно-процессуальном законодательстве некоторых зарубежных государств

  4. Наиболее широкое распространение залог в качестве меры, обеспечивающей явку обвиняемого в суд, находит в англоамериканской системе уголовного судопроизводства. В связи с этим, целесообразно начать анализ этой проблемы именно с положения залога в английском уголовном процессе. При этом необходимо учитывать его кардинальное отличие от континентальной системы уголовной юстиции. Весь процесс построен таким образом, что от начала до конца он проводится в форме состязания сторон при пассивной роли

30

суда. Особых официальных органов расследования и преследования, как в континентальных государствах (судебный следователь, следственный судья, прокурор), в Англии нет, нет и особой стадии предварительного расследования, известной всем континентальным процессуальным системам.

История развития института залога начинается со знаменитого Habeas Corpus Act 1679 г., который предоставил обвиняемому право требовать своего освобождения под залог (кроме случаев особо тяжких преступлений). Данный нормативный акт действует до настоящего времени, при применении залога и поручительства суды руководствуются также нормами общего и статутного права.

Необходимо заметить, что в данном случае речь идет именно об освобождении из-под стражи, а не применении какой-либо возможной “меры пресечения” к обвиняемому вообще. Кроме того, под термином “bail”- залог, поручительство1, понимается процедура, не совсем соответствующая простому внесению имущественного залога в обеспечение явки, которое имеет место в Российском уголовном процессе. В силу этого, в различных источниках встречаются неодинаковые варианты перевода этого термина на русский язык: поручительство, условное освобождение из-под стражи2. В действительности, данный институт имеет определенные сходные черты и с залогом, и с по-

1 См. Англо-русский полный юридический словарь. М., 1993, с.43.

2 Уилшир А. М. Уголовный процесс. Перевод с английского О. Ф. Левиной под редакцией М. С. Строговича. М., 1947; Лубенский А. И. Предварительное расследование по законодательству капиталисти ческих государств. М., 1977.

31

ручительством, и носит характер условного освобождения из-под стражи. Имея в виду все вышесказанное, мы в дальнейшем изложении будем придерживаться термина “залог”.

Итак, под залогом в английском уголовном процессе понимается обязательство, даваемое обвиняемым при его освобождении из-под стражи, обусловливающее его появление перед судом, подкрепленное достаточно необходимой денежной суммой и, в некоторых случаях, гарантией со стороны иного лица (лиц), в том, что обвиняемый явится в суд в назначенный день1. Как видим залогодателем может выступать как сам обвиняемый, так и иное лицо (лица), но в этом случае, он не только вносит залоговую сумму, но и берет на себя обязательства по обеспечению явки обвиняемого в суд, то есть становится поручителем. В случае нарушения обвиняемым данного им обязательства, он сам, либо его поручитель, лишается своего залога.

Главным требованием, предъявляемым к поручителям (залогодателям) является их достаточное материальное обеспечение, позволяющее им оплатить обязательную сумму денег. Этот факт должен быть исследован полицией, магистратом или судом, допускается допрос залогодателей под присягой об их средствах. Поручители почти всегда члены семьи обвиняемого. Не допускаются к поручительству несовершеннолетние, лица, признанные судом виновными и находящиеся в заключении, адвокаты обвиняемого, лица, признанные банкротами. Замужние женщины могут вносить залог при условии, что данное имущество является их собственностью.

Лица, взявшие на себя поручительство, могут освободиться от него путем ареста обвиняемого и представления его в суд, если счи-

1 Cross R. Criminal Law and Procedure. London, 1970, c.97.

32

тают, что у обвиняемого имеется намерение скрыться. По просьбе поручителя или по собственному усмотрению полиция также может произвести арест обвиняемого без ордера, когда полагает, что тот “собирается нарушить, нарушает или нарушил какое-либо условие своего освобождения под залог”1. После ареста обвиняемый доставляется в суд, который решает вопрос о заключении обвиняемого под стражу, либо его освобождении на прежних условиях, если сочтет мнение констебля не подтвердившимся.

Решение о том, дать разрешение или отказать в залоге, основывается преимущественно на вероятности того, что обвиняемый явится для участия в судебном разбирательстве. Вероятность виновности обвиняемого не имеет непосредственного отношения к данному вопросу; имеет значение только то, что указывает на вероятность сокрытия обвиняемого от правосудия, хотя ясно, что виновное лицо в большей степени опасается судебного разбирательства и может предпринять шаги, чтобы его избежать. Принимаются во внимание и другие факторы: тяжесть обвинения, строгость возможного наказания, состояние психического здоровья. Прошлые судимости обвиняемого также влияют на принятие решения об освобождении под залог, так как указывают на возможность совершения данным лицом новых преступлений. Другие факторы, “руководствуясь которыми магистраты наиболее часто отказывают в освобождении под залог, это предположения, что обвиняемый будет воздействовать на свидетелей или другими путями затруднит расследование полиции”.2

Нормы, регулирующие применение залога содержится в

1 Cross R. Указ.соч. с.98.

2 Cross R. Указ.соч. с.99.

33

Magistrates” Courts Act 1952, Criminal Justice Act 1967, многих других актах и прецедентах. Залог может быть допущен любым судом, а в некоторых случаях и полицией. Полицейский офицер может принять решение об освобождении обвиняемого с учетом серьезности преступления, наличия практической возможности доставления обвиняемого в суд магистрата и осуществления немедленного расследования дела.

Если кто-либо арестован без приказа, то полицейский чиновник, рангом не ниже инспектора или ответственного за полицейский участок, может (а при отсутствии возможности доставить арестованного в суд суммарной юрисдикции в течение 24 часов после ареста -обязан) рассмотреть обстоятельства дела. Если при этом окажется, что совершенное арестованным деяние не имеет серьезного характера, то указанным выше должностным лицам надлежит освободить арестованного, взяв с него обязательство явиться в суд, с привлечением или без привлечения поручителей. Это обязательство обеспечивается разумно-необходимой денежной суммой.

Далее, если указанное должностное лицо считает немедленное расследование дела невозможным, он может освободить арестованного из-под стражи, взяв с него обязательство (с привлечением или без привлечения поручителей), обеспеченное разумно-необходимой денежной суммой, в том, что обвиняемый в указанное в обязательстве время явиться в полицейский участок, если только до этого не получит извещения о том, что в его явке нет необходимости.

Если арест был произведен по ордеру, то магистрат может подтвердить ордер указанием, что обвиняемый должен быть освобожден из-под ареста после того, как он внесет залог и представит поручителей, если они требуются. В случае, когда такого указания на ордере не

34

имеется, полиция не имеет права применять залог.

Гораздо строже специальные правила, применяемые в отношении малолетних и несовершеннолетних, они урегулированы Children and Young Persons Act 1933, 1963 гг. Независимо от того, совершен арест по ордеру или без него, освобождение несовершеннолетнего обязательно. Обязательство отбирается у обвиняемого или его родителей или опекунов (с привлечением или без привлечения поручителей), на такую сумму, которая обеспечит присутствие несовершеннолетнего при рассмотрении доказательств в суде. Однако, это правило не применяются, когда речь идет об убийстве или ином тяжком преступлении, когда для благополучия обвиняемого необходимо оградить его от связей с предполагаемым преступником или проституткой, а также когда полицейский, наделенный властью применить залог, полагает, что освобождение обвиняемого воспрепятствует осуществлению судопроизводства. Если несовершеннолетний обвиняемый не был освобожден, то до слушания дела он должен содержаться в доме предварительного заключения, если только соответствующий чиновник не сочтет отправку его туда невыполнимой, или если буйное поведение несовершеннолетнего не делает его содержание в доме предварительного заключения опасным, или если его физическое или психическое состояние исключает его содержание там. В течение 72 часов после ареста обвиняемый должен предстать перед судом для несовершеннолетних, если не будет удостоверено, что это невозможно по причине какого-либо несчастного случая или болезни обвиняемого.

Вопрос об освобождении под залог обычно встает на, так называемой, процедуре перед допрашивающими судьями. Но если лицо, обвиняемое в преступлении, преследуемом по обвинительному акту,

35

находится под стражей в ожидании судебного разбирательства, то закон разрешает судье, издавшему приказ о заключении такого лица под стражу, освободить его на поруки в любое время до начала сессии или заседания ассизного суда.

В Законе “О преступлениях, преследуемых по обвинительному акту”, 1848 г. имеется перечень случаев, когда судья может освободить арестованного на поруки, то есть в данном случае ему предоставляется свобода усмотрения при решении вопроса об освобождении обвиняемого из-под стражи. В него входят дела о всех тяжких преступлениях и ряд других, особо обозначенных составов преступлений1. Именно в данных случаях, при разрешении вопроса об освобождении он должен учитывать характер обвинения, возможное наказание за совершенное преступление и другие факторы, о которых говорилось ранее. Если же преступление, в связи с которым арестован обвиняемый не попадает в вышеуказанный перечень, судья обязан освободить арестованного, при наличии заслуживающих доверия поручителей.

Сумма поручительства определяется судьей, но билль о правах запрещает назначение чрезмерно больших сумм. Судья, отказывающий в освобождении обвиняемого или медлящий с его освобождением в тех случаях, когда освобождение должно быть разрешено, считается виновным в совершении проступка, если будет доказано, что этот отказ был вызван злонамеренными или ненадлежащими мотивами. Решение об отказе в освобождении под залог может быть обжаловано обвиняемым в Высокий суд.

Суд, рассматривающий дело, также может освободить обвиняе-1 Уилшир А. М. Указ. соч. С.59-60.

36

мого под залог в период, предшествующий суду, или во время судебного разбирательства; но освобождение после подписания обвинительного акта по делам о преступлениях, имеющих серьезный характер, обычно не практикуется.

  1. Традиционная система освобождения под залог в США аналогична английской системе.1 Правила освобождения регулируются законодательством и нормами общего права. При этом системе предварительного освобождения под залог придается значение меры политического и философского равенства американского общества, цивилизованных взаимоотношений между государством и личностью, основанных на ценностях индивидуальной свободы и общественного благополучия2.

Лицо, арестованное полицией без приказа по подозрению в менее опасных преступлениях, может быть освобождено под залог непосредственно в полиции. Однако, если арестованный привлекается к ответственности за опасное преступление или не в состоянии внести требуемый залог, он направляется в камеру предварительного заключения.

Затем, лицо, арестованное полицией доставляется к магистрату. Во время процедуры “первого появления” перед судьей решается вопрос об оставлении в предварительном заключении, либо освобождении из-под стражи до суда под залог, имущественное поручительство или личное обязательство. При этом решение о содержании под стражей оформляется путем прямого отказа в освобождении под залог

1 Лубенский А. И. Указ. соч. С. 141-144, 153-159.

2 Coldfarb Ronald. Ransom. A critique of the American Bail Sistem. New York, 1967. P. 9.

37

или путем назначения залога в таком размере, который заведомо недоступен обвиняемому (предельная сумма залога не ограничивается).

По федеральному законодательству лицо, арестованное за преступление, за которое не предусмотрена смертная казнь, должно быть освобождено под залог. По усмотрению судьи освобождение из-под стражи может иметь место (с учетом весомости собранных доказательств, а также характера и обстоятельств совершенного преступления) и по делам о преступлениях, караемых смертной казнью.

“Если существующую в американском уголовном процессе процедуру освобождения под залог рассмотреть с точки зрения процесса доказывания и попытаться определить тезис, который является при этой процедуре предметом обсуждения, то выяснится следующее: решается вопрос не о том, имеются ли основания для применения предварительного заключения, а о том, можно ли обвиняемого освободить из-под стражи”1. Таким образом, мы видим что и в США основными факторами для освобождения обвиняемого из-под стражи под залог являются не факт виновности и доказанности совершения им преступления, а обстоятельства, свидетельствующие о том, что находясь на свободе, он не скроется от правосудия. Принимаются во внимание также и факты, дающие основания считать, что обвиняемый может помешать правосудию, либо “представлять опасность для окружающих”2

Закон предписывает, что при освобождении под залог размер денежного или имущественного обеспечения, представляемого обви-

1 Лубенский А. И. Указ. соч. С. 155.

2 Гуценко К. Ф. Основы уголовного процесса США: Учебное пособие. М., 1993, С. 51.

38

няемым, должен быть таков, чтобы гарантировать явку обвиняемого в суд. При определении размера залога учитываются такие данные, как характер преступления и обстоятельства его совершения, весомость обвинительных доказательств, имущественное положение обвиняемого и особенности его личности. В целях совершенствования данного института в практику его применения вносятся различные изменения. Так, например, Гуценко К. Ф. отмечает: “Было время когда обвиняемого отпускали на свободу после того, как он вносил всю сумму назначенного залога на депозит суда, либо представлял платежный документ, приобретенный на определенных условиях у так называемого профессионального залогодателя (частные лица, которые в порядке частно- предпринимательской деятельности “зарабатывают” на том, что под условленное вознаграждение берут на себя денежные обязательства на случай невыполнения обвиняемым условий освобождения под залог). В наши дни правила внесения залога стали либеральнее: допускается освобождение из-под стражи после внесения задатка в размере 10% от суммы залога”1

В США, как и в Англии, существует формальный запрет назначения залога в чрезмерной сумме (8-я поправка к Конституции). В силу этого конституционного принципа обвиняемый вправе подать жалобу на решение судьи о сумме залога. Чтобы жалоба обвиняемого была удовлетворена, ему необходимо доказать, что судья при определении суммы залога допустил явное злоупотребление своими полномочиями.

Наряду с такими условиями, как залог, денежное или имущественное поручительство, судья по собственному усмотрению может

1 Там же, С. 51,52.

39

установить для обвиняемого и другие обязательства: ограничения в передвижении и выборе места жительства, режим частичного лишения свободы, запрет на участие в деятельности определенных организаций и т. д. Нарушение любого из обязательств, установленных при освобождении, влечет за собой заключение под стражу, независимо от того, предусмотрено или нет наказание в виде лишения свободы за то преступление, в котором данное лицо обвиняется. При неявке обвиняемого, освобожденного из-под стражи, по вызову суда или судьи он подлежит уголовному наказанию на срок до 5 лет и (или) штрафу в сумме до 5 тыс. долларов.

Несмотря на то, что система освобождения под залог традици-онна для США, она постоянно подвергается критике и в нее вносятся различные изменения. Так, в 70-х годах нашего столетия с целью реформирования этой системы была разработана “программа досудебного освобождения”, предлагавшая освобождать обвиняемых из-под стражи на условиях, не связанных с денежным обеспечением1, которая в настоящее время применяется во многих штатах. Практически же, по данным Гуценко К. Ф., до 80% обвиняемых освобождаются до суда2.

Место залога в современной системе разрешения уголовного дела в США можно изобразить в виде следующей схемы:

1 См. Wayne Н. Т. Pretrial Release Programs. Washington, 1977; a также Wice P. B. Bail and its reform: a national survey. Washington, 1973.

2 Гуценко К. Ф. Указ. соч., С. 52.

40

Схема 1. Место залога в системе уголовного судопроизводства США.

снятие обвине ния

Допро с

опреде ле. ние подле. жащих до_ просу лиц

щ Регистрация арестованного в полицейском участке

”“*”-** –^ 1’ снятие обвинения

Проверка дан_

Заключение в арестный дом

Определени е подлежащих освобожде. нию лиц

Первое появление перед су. лом

Рекомендац ии

Неимущест. венное осво_ бождение

->

Заключение в арестный дом

снятие обвине.

Последующее появление перед судом

Заключение в арест. ный дом

Доведение судопроиз. водства до конца

Неимущест. венное освобождение

–S*

снятие обвинения

Разрешение дела

•ОССИЙЛЧЛА

’ “J ‘; ‘?’ *’ * i4’’’ ? ?.. ? ?

41 ‘ “:””;.ло~”,

  1. Обратимся теперь к практике применения залога в, так называемом, континентальном уголовном процессе. Нужно заметить, что здесь также встречаются различные наименования данного института в конкретных национальных законодательствах, однако, его сущность при этом остается неизменной: обеспечение явки обвиняемого в су-дебно-следственные органы путем предоставления им, или третьим лицом, необходимой денежной суммы, или иных ценностей. Так, например, в Федеративной Республике Германии данная процедура носит название “отсрочка исполнения приказа об аресте под условием мер обеспечения явки” (§ 116, 116а УПК ФРГ).

Как видим, подобно Великобритании и США, залог является альтернативой аресту и возможен только при наличии приказа об аресте. Решение об аресте принимается судьей с учетом оснований, указанных в законе, в форме письменного приказа (§ 112, 114 УПК ФРГ).

Однако, судья может отсрочить исполнение приказа об аресте, если гарантия явки обвиняемого обеспечивается внесением залога наличными деньгами (ценными бумагами), путем поручительства или взятия на поруки подходящими для этого лицами. Судья по своему усмотрению определяет размер залога и другие виды обеспечения явки. Если обвиняемый, в отношении которого отсрочено исполнение приказа об аресте с условием обеспечения его явки, не проживает в пределах юрисдикции данного суда, он обязан уполномочить какое-либо лицо, проживающее там, сообщить ему о явке (§ 116а).

УПК ФРГ предусматривает и иные меры, применение которых допускает отсрочку исполнения ареста - это различного рода обязательства, которые дает обвиняемый и их соблюдением достигается цель ареста. При нарушении обвиняемым данных им обязательств и установленных ограничений, приказ об аресте приводится в исполне-

42

ние.

Если приказ об аресте отменен, либо следственный арест или назначенная мера наказания в виде лишения свободы, исполнены, мера обеспечения вместо ареста подлежит отмене. Залогодатель, если им не является сам обвиняемый, вправе требовать возвращения ему залога в тех случаях, когда он обеспечивает явку обвиняемого в срок, установленный судом, либо своевременно сообщает о фактах, которые свидетельствуют о намерении обвиняемого скрыться, на основании чего последний может быть арестован (§ 123 УПК ФРГ).

Процедуре обращения залога в доход государства посвящен целый параграф. Залог, который не возвращен, поступает в доход казны, если обвиняемый уклонился от следствия или от отбывания назначенного ему наказания в виде лишения свободы или мер исправления и безопасности, связанных с лишением свободы. Вопрос о залоге решается после дачи объяснений обвиняемым и залогодателями. На решение суда они могут подать срочную жалобу, в этом случае им, а также прокуратуре, предоставляется возможность устного обоснования своих ходатайств и обсуждения проведенного расследования. Решение, объявляющее утрату залога, в отношении тех лиц, которые внесли его за обвиняемого, является окончательным, принимается судьей по гражданским делам и подлежит исполнению, а по истечении срока обжалования приобретает значение вступившего в законную силу решения по гражданскому делу (§ 124 УПК ФРГ).

Уголовно-процессуальным законом ФРГ предусмотрен также ряд частных случаев, когда возможно применение залога. Так, например, в соответствии с § 127а надлежит отказаться от задержания обвиняемого, который не имеет постоянного места жительства в пределах действия применяемого закона и предпосылки для его ареста су-

43

шествуют только в связи с опасностью его побега, если обвиняемый вносит залог установленного размера в расчете на ожидаемое наказание в виде денежного штрафа или возмещения судебных издержек.

В соответствии с § 132 это же правило действует, если нет оснований для ареста обвиняемого. В этих случаях предписание о внесении залога выносит судья, а при неотложности действий - прокуратура и ее вспомогательные чиновники.

Однако, несмотря на то, что институт отсрочки исполнения приказа об аресте имеет достаточное законодательное урегулирование, он мало способствует уменьшению количества арестов. В своей работе Филимонов Б. А., объясняя данное положение, ссылается на мнение немецких юристов: “Отсрочка на практике находит незначительное применение потому, что, якобы, при современной мобильности населения в распоряжении полиции и прокуратуры часто нет подходящих, заменяющих арест мер. Подыскание эффективных мер замены ареста в высшей степени затруднительно, а их исполнение очень обременительно”.1

  1. В уголовном процессе Франции обвиняемому также по УПК 1958 года2 предоставлено право на любой стадии процесса ходатайствовать о предварительном освобождении из заключения. Лицо, обратившееся с ходатайством о предварительном освобождении, в доку-

1 Филимонов Б. А. Основы уголовного процесса Германии. М., 1994. С. 49.

2 См. в русском переводе - УПК Франции 1958 г. (с изм. и доп. на 1 января 1966 г.). Пер. с фр., предисл. С. В. Боботова и В. И. Ка минской. М., 1967 г. В дальнейшем изложении, если иное не оговоре но-УПК.

44

менте, адресованном в канцелярию арестного дома должно сообщить об избранном им месте жительства: подследственный - по месту, где производится расследование, подсудимый - по месту нахождения судебного органа, разрешающего дело по существу (ст. 144 УПК).

Предварительное освобождение во всех случаях, когда оно не обязательно по закону, может быть связано с обязательством внести залог. Внесенный залог должен гарантировать: 1) присутствие обвиняемого при всех процессуальных действиях, когда это от него потребуется, и при исполнении приговора, в чем он принимает на себя обязательство и 2) уплату расходов, понесенных гражданским истцом и государством, погашение штрафов и покрытие реституции и убытков. Покрытие расходов производится в порядке вышеуказанной очередности, определенной в законе. В решении об освобождении устанавливается размер каждой из двух указанных частей залога (ст. 145 УПК).

Данное положение было бы неприемлемо с точки зрения российского уголовно-процессуального законодательства, так как включение в сумму залога средств, обеспечивающих возмещение материального ущерба и судебных издержек, конкурировало бы с принципиальной целью меры пресечения в виде залога: обеспечением явки обвиняемого в органы уголовного судопроизводства, и кроме того ставило бы ее в разряд исключительных по сравнению с другими мерами пресечения, не предусматривающими внесение этих сумм в период предварительного расследования и судебного разбирательства дела.

Предела для суммы залога УПК Франции не устанавливает. Предметом залога могут быть наличные деньги, банковские билеты, подписанные чеки, ценные бумаги, выпущенные или гарантирован-

45

ные государством.

Согласно статье 140 УПК предварительное освобождение обвиняемого из-под стражи осуществляется следственным судьей по согласованию с прокурором, который со своей стороны может потребовать освобождения обвиняемого в любой момент, прокурор также вправе опротестовать постановление о временном освобождении обвиняемого перед обвинительной камерой апелляционного суда. Такой протест приостанавливает действие временного освобождения и обвиняемый не может им воспользоваться, даже если он уже внес сумму залога. Кроме того, если в деле участвует гражданский истец, следственный судья уведомляет его заказным письмом о возможном освобождении обвиняемого с тем, чтобы тот мог представить свои соображения. Постановление следственного судьи об освобождении не может быть вынесено ранее, чем через 48 часов после уведомления гражданского истца.

На иных стадиях процесса решение об освобождении может приниматься судебным органом, разрешающим дело по существу, после заслушивания прокурора, сторон и их представителей либо, в прочих случаях, обвинительной камерой.

Залог вносится в специальное государственное депозитное учреждение - Кассу вкладов и поручительств. Это учреждение хранит денежные и иные ценности, внесенные для обеспечения исполнения обязательств, исковых требований и денежных поручительств. Касса вкладов и поручительств принимает на депозит суда залоговые суммы и ценности, являющиеся объектом судебного спора, или ценности, на которые может быть обращено взыскание.1 Она же производит рас-

1 См. Боботов С. В. Правосудие во Франции. М., 1994. С. 154.

46

пределение внесенных или возвращенных сумм между управомочен- ными лицами. По предъявлении расписки о внесении залога прокуратура обеспечивает немедленное исполнение решения об освобождении.

Процесс реализации решения о статусе залоговой суммы регулируется статьями 147 и 148 УПК. Первая часть залога возвращается, если обвиняемый явился для участия во всех процессуальных действиях и для исполнения приговора. В случае уклонения обвиняемого без уважительных, предусмотренных законом, причин от участия в каких-либо процессуальных действиях или исполнения приговора, данная сумма переходит к государству. Кроме того, следственный судья, судебный орган, разрешающий дело по существу, или обвинительная камера могут выдать новый мандат на арест. Однако, следственный судья в случае прекращения уголовного дела, а судебный орган, разрешающий дело по существу, в случае вынесения приговора с освобождением от наказания или оправдательного приговора может распорядиться о возврате ему этой части залога.

Вторая часть залога всегда возвращается в случаях прекращения уголовного дела, вынесения приговора с освобождением от наказания или оправдательного приговора. В случае осуждения эта сумма направляется на покрытие судебных издержек, штрафа и возмещения убытков в пользу гражданского истца. Излишек подлежит возврату.

Примечательно, что о размерах материальной ответственности обвиняемого, в случаях обращения суммы залога в доход государства или в пользу гражданского истца, информируется налоговая администрация. Она же обеспечивает принудительную уплату, если подлежащие уплате суммы не внесены в Кассу вкладов (Ст. 149 УПК).

47

  1. Залог, передача под поручительство или на поруки известны и уголовно-процессуальному законодательству Австрии (§ 180 абз. 5 УПК). Данные меры определены законом в числе других средств, таких, как обязательство не покушаться на побег, обещания не предпринимать попыток препятствовать расследованию, временного изъятия документов, необходимых для вождения транспортных средств и др. Они служат достижению целей ареста и исключают применение предварительного заключения под стражу.

Решение, допускающее неприменение или отмену примененного ареста (предварительного заключения), с передачей обвиняемого на поруки либо под поручительство во всех случаях принимается совещательной палатой суда первой инстанции (в то время, как решение о предварительном заключении принимается следственным судьей) по просьбе обвиняемого или ходатайству поручителей. При этом она учитывает общественную опасность преступления, наступившие последствия, личность обвиняемого, отношения его с поручителями, а также возможности последних воздействовать на обвиняемого (§ 190 УПК). Поручителями могут быть только граждане. На решение совещательной палаты может быть принесена жалоба в Высший суд земли.

При освобождении обвиняемого под залог сумма наличных денег или обеспеченных ценных бумаг вносится в депозит суда либо залог обеспечивается с помощью закладного документа или обязательства платежеспособных граждан.

В случае освобождения обвиняемого из-под ареста либо неприменения ареста, с использованием залога или поручительства, обвиняемым в обязательном порядке приносится соответствующее обещание в определенной законом форме.

48

Если обвиняемый без соответствующего на то разрешения оставит свое место жительства или не явится по вызову суда в течение трех дней, то поручительство отменяется, а сумма залога пропадает (§ 191 абз. 2 УПК). Поручители и залогодатели освобождаются от ответственности, если обвиняемый арестован или если уголовный процесс закончен в законном порядке (§191 абз. 1, 2 УПК). О таком освобождении на предварительном следствии принимает решение следственный судья, а после предания суду и назначения дела к слушанию в судебном разбирательстве - единоличный судья (председатель суда первой инстанции).1

Обобщая вышеизложенный зарубежный опыт, можно сформулировать следующие выводы:

  1. Залог и поручительство как меры процессуального обеспечения имеют давнюю историю и известны всем системам уголовного судопроизводства. Несмотря на постоянное совершенствование форм уголовной юстиции в различных государствах данные меры принуждения сохраняют свою значимость. Кроме того имеется возможность их совмещения. Сравнительный анализ институтов залога в законодательствах основных зарубежных государств и Российском уголовном процессе представлен автором в таблице (см.: Приложение 1) .
  2. Уголовному процессу многих зарубежных стран, особенно с англоамериканской системой права, известны по сути лишь две меры пресечения: заключение под стражу и залог (имущественное поручительство). Однако на примере США и Австрии можно сделать
  3. 1 Бутов В. Н. Уголовный процесс Австрии. Красноярск, 1988. С. 82.

49

вывод о том, что в последние десятилетия имеется тенденция к развитию системы мер пресечения, с использованием мер неимущественного обеспечения явки обвиняемого в органы уголовного судопроизводства.

  1. В уголовно-процессуальном законодательстве многих зарубежных стран меры обеспечения в виде залога и поручительства предусмотрены в виде освобождения из-под стражи (предварительного заключения) и их применение возможно лишь при наличии юридически значимого решения об аресте обвиняемого либо его фактическом осуществлении. В связи с этим, в США И Великобритании право быть освобожденным под залог имеет характер конституционной гарантии неприкосновенности личности.
  2. Характерным для законодательства зарубежных стран является попытка обусловить избрание мер принуждения в виде залога и поручительства какими-либо юридически значимыми факторами, поставить их в зависимость от обстоятельств, характеризующих личность, возможного уголовного наказания за совершенное преступление и др. На основании этого законодатель предусматривает прямое запрещение, необходимость либо возможность применения данных мер.
  3. Уголовно-процессуальное законодательство рассматриваемых зарубежных государств не содержит ограничений в минимуме и максимуме размера залоговой и поручительской сумм, что обеспечивает, с одной стороны - учет всех обстоятельств дела при применении данных мер, а с другой - возможность их применения к лицам различного материального достатка. При этом материальная благонадежность поручителя и залогодателя подвергаются дополнительной проверке. Исключение составляет УПК Франции, которые требует

50

включения в залоговую сумму средств для обеспечения возмещения материального ущерба от преступления, судебных издержек и других сумм, что, с точки зрения российского уголовного процесса, не совпадает с основными целями применения мер процессуального принуждения и наделяет залог исключительными свойствами, не присущими другим мерам процессуального принуждения.

  1. Анализируя особенности процессуального порядка применения залога и поручительства необходимо отметить, что если в континентальном уголовном процессе (Франция, ФРГ, Австрия) они избираются органом ведущим расследование, то для стран с англосаксонской системой права (США, Великобритания) обязательной является судебная процедура применения этих мер. Вместе с тем законодательство этих стран содержит ряд изъятий, при которых допускается внесудебное освобождение обвиняемого из- под ареста под залог или поручительство (например, при отсутствии возможности доставить арестованного в суд, в отношении несовершеннолетних арестованных и др.). Таким образом, можно констатировать тенденцию к упрощению процедуры применения залога и поручительства и передачи функций по освобождению арестованных органам, ведущим расследование.

51

Глава вторая

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ПРИМЕНЕНИЯ МЕР ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ В ВИДЕ ЗАЛОГА И

ПОРУЧИТЕЛЬСТВА.

§ 1 Правовая природа и механизм действия залога и поручительства в системе мер обеспечения задач уголовного процесса

Залог и поручительство в современном российском уголовном судопроизводстве традиционно относятся к мерам пресечения, которые, в свою очередь, представляют собой составную часть более широкой системы мер процессуального принуждения. Эти меры выделяются в отдельную группу и по целевому признаку, как обеспечивающие участие и надлежащее поведение обвиняемого и других лиц в уголовном процессе, и по характеру и степени выраженности в них принуждения, и по виду негативных отношений, на предупреждение и пресечение которых они направлены.1 Поэтому, чтобы определить свойства и характерные признаки, присущие вышеуказанным мерам, необходимо обратиться к характеристике процессуального принуждения вообще, и мер пресечения в частности.

Как известно, в уголовном процессе успешному решению задач уголовного судопроизводства способствует принуждение. Оно гарантирует выполнение процессуальных обязанностей всеми субъектами

1 Корнуков В. М. Указ. соч. С.23-25; Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985. С. 40.

52

уголовно-процессуальных отношений. Кроме того, принуждение во многом содействует ускорению производства по делу, его своевременному и качественному завершению. Значимость принуждения определяется и тем, что оно неразрывно связано с осуществлением прав и законных интересов большого числа граждан, вовлекаемых в процесс в самом различном качестве.

Под принуждением понимается воздействие на волю лица с целью подчинения его поведения определенным требованиям, “при этом поведение лица обусловлено подчинением его собственных волевых устремлений властной воле принуждающего. Можно даже сказать, что это поведение вопреки собственной воле”1. Принуждение может быть как физическим, состоящим в лишении свободы, ограничении возможности передвижения и т.д., так и психическим, состоящим в угрозе наступления нежелательных последствий в виде физического принуждения, имущественных потерь, падения в общественном мнении и т.п.

Принуждение необходимо, когда поведение лица не соответствует правовым предписаниям, противоречит государственной воле, выраженной в норме права. 3. Д. Еникеев характеризует государственное принуждение тремя основными признаками: 1) подчинением отдельной личности воле государства, выраженной в нормах права; 2) осуществлением этого процесса помимо воли и желания данной личности; 3) наступлением для понуждаемого лица неблагоприятных последствий в форме ограничений определенных его прав и интересов. При этом отсутствие хотя бы одного из этих признаков исключает на-

1 Ветрова Г. Н. Уголовно-процессуальная ответственность. М., 1987. С.12.

53

личие принуждения со стороны государства1.

Все вышеперечисленные признаки присущи и уголовно- процессуальному принуждению, которое является разновидностью государственного принуждения в целом2, именно поэтому они в той или иной форме присутствуют в каждом определении.

П. С. Элькинд характеризует уголовно-процессуальное принуждение следующими особенностями: “а) оно применяется только в сфере уголовного судопроизводства; б) лица, к которым такое принуждение может применяться, основания, условия, формы, пределы и порядок его применения точно регламентированы уголовно-процессуальным законодательством; в) законность и обоснованность применения уголовно-процессуального принуждения обеспечиваются системой процессуальных гарантий личности, строжайшим судебным и прокурорским надзором”.3

В. М. Корнуков добавляет к вышеперечисленным признакам еще два: 1) применяются независимо от воли и желания лиц, в отношении которых допустимо их применение; 2) применение этих мер связано с определенным стеснением прав личности, в частности права личной свободы, телесной неприкосновенности, права свободного передвижения и выбора занятий, права не неприкосновенность жи-

1 Еникеев 3. Д. Меры процессуального принуждения в системе средств обеспечения обвинения и защиты по уголовным делам. Уфа, 1978. С. 9-10.

2 Кудин Ф. М. Указ. соч. С.5.

3 Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. Л., 1976. С.87-88.

54

лища и тайну переписки1.

Таким образом, по определению В. М. Корнукова под уголовно- процессуальным принуждением понимается “совокупность всех предусматриваемых нормами уголовно-процессуального права мер принудительного воздействия, призванных обеспечить исполнение обязанностей участниками процесса в ходе расследования и судебного рассмотрения уголовных дел и надлежащее выполнение задач уголовного судопроизводства”2.

По мнению автора, более конкретной является дефиниция, предложенная Г. Н. Ветровой, которая полагает, что уголовно- процессуальное принуждение представляет собой совершающееся в сфере уголовно-процессуальных отношений воздействие со стороны государственных органов или должностных лиц на поведение субъектов уголовно-процессуальной деятельности, направленное на обеспечение выполнения процессуальных обязанностей, если они не выполняются добровольно, или на пресечение и предотвращение нежелательных с точки зрения права действий в целях обеспечения нормального хода уголовного судопроизводства3. В указанном определении подчеркивается как государственный характер принуждения в

1 Корнуков В. М. Указ. соч. С. 19-20. О признаках уголовно- процессуального принуждения см. также: Зинатуллин 3. 3. Эффектив ность уголовно-процессуального принуждения: Автореф. дисс. док. юрид. наук. Л., 1984. С. 12-13.

2 Корнуков В. М. Меры процессуального принуждения в уго ловном судопроизводстве. Саратов, 1978. С. 7.

3 Ветрова Г. Н. Уголовно-процессуальная ответственность. М., 1987. С. 27

55

уголовном судопроизводстве, так и возможность его превентивного воздействия при отсутствии добровольности выполнения процессу. альных обязанностей.

Обобщая вышеизложенные точки зрения на понятие и признаки государственного и уголовно-процессуального принуждения, их можно представить в виде следующей схемы:

Схема 2. Признаки уголовно-процессуального принуждения.

Признаки уголовно-процессуального принуждения

Применяется в сфере уголов. ного судопроизводства

Осуществляется государственными органами

Обеспечивается процессуаль. ными гарантиями

Применяется помимо воли и желания принуж. даемых лиц

Регламентируется уголовно-процессуальным законом

Связано со стеснением прав личности

Однако, при рассмотрении принудительного характера таких мер пресечения как залог, и, особенно, поручительства возникают спорные вопросы, которые неоднозначно решаются в юридической литературе. Ряд ученых-процессуалистов обратили внимание на от. сутствие в них некоторых элементов процессуального принуждения1

1 См. Буряков А. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Дисс. к. ю. н., М., 1967. С. 8-12; Лиеде А. А. Общественное поручительство в уголовном судопроизводстве. Дисс. д. ю. н., Рига, 1964. С. 149-154; Гуткин И. М. Советский уголовный процесс. Общая часть. М., 1973. С. 235; Петрухин И. Л. Свобода личности и уголовно-

56

Взяв за основу научные взгляды А. Д. Бурякова, А. А. Лиеде, И. Л. Петрухина, И. М. Гуткина, автор приходит к выводу, что залог и поручительство следует отнести к самостоятельным мерам процессуального воздействия, поскольку в них преобладают элементы добровольного и нравственного свойства. Анализируя смысловое значение слов «принудить» - заставить что-либо сделать, и «пресечь» - прекратить сразу, остановить силой, резким вмешательством,1 возникает сомнение в правомерности их применения к определению залога и поручительства. Более целесообразным представляется термин «воздействие», означающее действие, направленное на кого-, что-либо, с целью добиться чего- либо, внушить что-либо.2

В. Г. Лукашевич, определяет психологическое воздействие в уголовном процессе как “действия (в том числе и коммуникативные), осуществляющиеся посредством различных методов и комплексов приемов, направленных на психику человека (эмоционально- волевую и интеллектуальную сферы) с целью диагностики его психического состояния и изменения поведения3. Необходимо отметить, что указанное воздействие должно основываться на уголовно-процессуальном законе и осуществляться по решению органов уго-

процессуальное принуждение. М., 1985. С. 49; его же: Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. С. 150-154.

1 См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1972. С. 547,

537.

2 Там же. С. 85.

3 Лукашевич В. Г. Основы теории профессионального общения следователя. Автореферат дисс… д. ю. н. Киев, 1993. С. 34.

57

ловного судопроизводства, именно в этом заключается его процессу. альный (то есть государственный) характер. Вместе с тем, комплекс используемых методов и приемов не должен порождать существенно. го ограничения основных прав и свобод личности, а их реализация передается частным лицам.

Признаки уголовно-процессуального воздействия можно пред. ставить в виде следующей схемы:

Схема 3. Признаки уголовно-процессуального воздействия.

Признаки уголовно- процессуального воздействия

Осуществляется по реше. нию государственных орга. нов частными лицами Применяется в сфере уголовного судопроизводства

Обеспечивается процессу. альными гарантиями

Применяется с согласия лиц, подвергаемых воздей. ствию

Регламентируется уголовно- процессуальным законом

Не связано с существенным стеснением прав личности

Целесообразность отнесения залога и поручительства к мерам процессуального воздействия может быть подтверждена следующими доводами.

Во-первых рассматривая механизм функционирования мер процессуального принуждения в виде залога и поручительства, можно заметить, что для их применения необходимо добровольное согласие, а зачастую и ходатайство об их применении лица (обвиняемого, по_ дозреваемого), подвергаемого принуждению, и, кроме того, лиц, ко. торые, в строгом смысле слова, не являются участниками уголовного

58

процесса - залогодателя, если им не является сам обвиняемый, подозреваемый, а также поручителей.

Вопрос о значимости психического отношения субъекта к применяемому принуждению является в юридической литературе спорным. Такие авторы как Кудин Ф. М., Зинатуллин 3. 3, Базылев Б. Т., Шадрин B.C. и ряд других полагают его индифферентным для процесса принуждения, считая основным и объективным критерием пра-воограничительный признак1. Возражая на это, И. Л. Петрухин отмечает: “Критерий отграничения процессуального принуждения от сферы свободного волеизъявления - не априорно принудительный характер тех или иных следственных действий, а психическое отношение гражданина - субъекта уголовного судопроизводства к возложенной на него обязанности в процессуальном правоотношении с должностным лицом или органом, ответственным за уголовное дело”2.

По мнению автора, факт добровольного согласия обвиняемого на применение залога и поручительства имеет существенное правовое значение. Во-первых, он является процессуальной предпосылкой применения данных мер. Во-вторых, служит повышению их эффек-

1 См.: Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985. С. 13; Зинатуллин 3. 3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. Казань, 1981. С. 8.; Базылев Б. Т. Социальное назначение государственного принуждения в советском обществе // Правоведение, 1968. № 5. С. 34; Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Автореферат дисс. д. ю. н. М., 1997. С. 21.

2 Петрухин И. Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. М., 1985. С. 49.

59

тивности, поскольку при даче согласия на применение залога и поручительства, лицо, подвергаемое воздействию, делает внутренний осмысленный выбор между правомерным поведением в интересах осуществления правосудия и инстинктивным желанием избежать ответственности за содеянное в пользу первого, и выражает результат этого выбора в виде согласия на применение к нему данных мер. Данный волевой акт, как и любой другой, сопровождается внутренними усилиями, необходимыми для осуществления цели, борьбой мотивов импульсных человеческих потребностей и должного поведения.1 Следовательно, уже на этапе принятия решения начинает функционировать механизм убеждения обвиняемого.

Вместе с тем, нельзя забывать о том, что лицо, давшее согласие на применение к нему меры пресечения в виде залога и поручительства, часто принимает это решение под воздействием угрозы, либо в условиях реального применения к нему иной меры пресечения, в большей степени ущемляющей его личную неприкосновенность (речь, как правило идет о заключении под стражу). Таким образом, в данном акте присутствует элемент психического давления на волеизъявление лица, к которому применяются меры воздействия в виде залога и поручительства, а это свидетельствует об их принудительности. Однако, в отличие от других мер пресечения, степень принуждения при применении залога и поручительства незначительна и имеет специфический характер, что позволяет сделать вывод об особой природе этих мер и возможности выделения их в отдельную группу.

Во-вторых, рассмотрим такое свойство принуждения, как ог-

1 См. определение “воля” - Философский энциклопедический словарь. М, 1989. С.97.

60

раничение прав и законных интересов в какой-либо форме, вторжение в сферу неприкосновенности личности, подвергаемой принуждению при применении мер пресечения в виде залога и поручительства. 3. Д. Еникеев подчеркивал, что важным элементом принуждения являются невыгодные его последствия для понуждаемого. Это выражается в том, что лицо подвергается различным ограничениям, лишается временно или навсегда определенных благ в сфере человеческого бытия.1

Общепринятым суждением считается, что при внесении залога свобода уголовно-ответственного лица ограничивается путем угрозы имущественных потерь.2 Видимо, в данном случае, речь должна идти о свободе лица действовать в пределах прав и свобод, предоставленных законодательством, и прежде всего, Конституцией России. При этом личные конституционные права нужно рассматривать как элемент системы основных прав и обязанностей, а эту последнюю - как элемент более широкой системы субъективных прав и юридических обязанностей граждан.3

Анализируя права и свободы индивида, Е. А. Лукашева отмечает, что это его социальные возможности, детерминированные эконо-

1 Еникеев 3. Д. Проблемы мер пресечения в уголовном процес се. Диссертация д-раюрид. наук. Уфа, 1991. С. 39.

2 Гуткин И. М. Меры пресечения в советском уголовном про цессе. М., 1963. С.5; Еникеев 3. Д. Социальная ценность и эффектив ность мер уголовно-процессуального принуждения. Уфа, 1979. С. 17; Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975. С. 99.

3 Рудинский Ф. М. Личность и социалистическая законность. Волгоград, 1976. С. 34.

61

мическими и культурными условиями жизни общества и законодательно закрепленные государством. В них выражена та мера свободы, которая объективно возможна для индивида на конкретном историческом этапе развития общества. В пределах этой формально закрепленной свободы (выделено мной - О. М.) осуществляется самоопределение личности, устанавливаются условия реального пользования социальными благами в различных сферах личной, политической, экономической, социальной и культурной жизни1. В своем воплощении права и свободы не могут не иметь разумных границ. Международно-правовые акты по правам человека и Конституция России допускают ряд определенных сужений правовых возможностей личности, при этом ограничения должны иметь четкие пределы, не допускать унижений, властного произвола, причинение человеку неоправданных страданий и лишений.2

В случае внесения залога и дачи поручительства вряд ли уместно говорить о значительном ограничении конституционных прав граждан. Практически не ущемляется основное право на свободу и неприкосновенность личности, предусмотренное ст. 22 Конституции Российской Федерации, поскольку личность не подвергается каким- либо физическим лишениям, а лишь обязывается явкой в судебно- следственные органы. Право на частную собственность, закрепленное ст. 35 Конституции Российской Федерации, также не испытывает значительных изъятий, так как, во-первых - ценности вносятся лицом

1 Лукашева Е. А.. Права человека, общество, государство. // Об щая теория прав человека. М., 1996. С. 33

2 См.: Ростовщиков И. В. Права личности в России: их обеспе чение и защита органами внутренних дел. Волгоград, 1997. С. 46.

62

добровольно (а не изымаются государством, в отличие, например, от наложения ареста на имущество); во-вторых, на определенный промежуток времени; в-третьих, изъятие их возможно только по решению суда (что допускается Конституцией). Однако, в связи с внесением залоговой суммы залогодатель может быть несколько ограничен в возможностях удовлетворения своих материальных потребностей, что и придает залогу некоторые правоограничительные свойства. Вместе с тем, значимость подобных ограничений различна в зависимости от психического отношения индивида к собственности и подобным лишениям. При поручительстве, в момент его применения поручитель не испытывает каких-либо материальных ограничений, но они могут наступить в случае невыполнения им данных обязательств.

Судебный порядок наложения взыскания предусмотрен и для поручителей (речь идет о личном поручительстве), и для залогодателей. Статьи 99 и 94 УПК РФ не предусматривают автоматического обращения залоговой массы в доход государства и наложения взыскания на поручителя по постановлению органа дознания или предварительного следствия даже в случае невыполнения ими взятых на себя обязательств, а отсылает к статье 323 УПК РФ, определяющей порядок этого обращения, где сказано, что подобного рода вопросы решаются судьей в судебном заседании с вызовом лица, на которое может быть наложено денежное взыскание или штраф. Учитывая, что законом предусмотрено право нарушителя (в данном случае поручителя или залогодателя) давать объяснения, можно сделать вывод о том, что при определенных обстоятельствах суд вправе своим постановлением освободить залогодателя или поручителя от ответственности, исключив тем самым неблагоприятные последствия материального характера.

63

Не ограничивают меры в виде залога и поручительства и предусмотренное ст. 27 Конституции Российской Федерации право на свободное передвижение и выбор места пребывания и жительства, так как, уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие их, не содержат формального запрета к отлучке с места постоянного или временного проживания. Этот признак объединяет меры процессуального воздействия в виде залога и поручительства с предусмотренным ч. 4 ст. 89 УПК РСФСР обязательством являться по вызову органа уголовного судопроизводства и свидетельствует о том, что в них отсутствуют непосредственные запретительные свойства, присущие иным мерам пресечения.

Косвенным подтверждением отсутствия значительных правоог- раничительных свойств залога и поручительства является то, что в случае их незаконного применения у правоохранительных органов не возникает обязательств по возмещению вреда (ущерба), причиненного этими действиями.1

Особенностью залога и поручительства является то, что неблагоприятные последствия могут наступать не только для уголовно-ответственного лица, но и для лиц, не причастных к совершенному преступлению. Однако, недопустимо в значительной степени ограничивать правовой статус лица, не являющегося обвиняемым или подозреваемым в том случае, когда залогодателем является третье лицо, так как в уголовном процессе государственное принуждение надлежит обращать лишь к тем лицам, сознание и поведение которых противоречат или, по крайней мере, не соответствует воле общества и

1 См.: Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К. Ф. Гуценко. М., 1996. С. 470-473.

64

государства. Если такого несоответствия нет, принуждение становиться беспредметным, его применение теряет смысл1. Однако, при том, что цель применения данных мер - достижение правомерного поведения лица, привлекаемого к уголовной ответственности, само это лицо не связано, в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законом, даже формальным письменным обязательством перед органом уголовного судопроизводства. Факт принятия на себя обязательств по явке фиксируется лишь подписью обвиняемого на постановлении органа уголовного судопроизводства о применении залога или поручительства.

Таким образом, меры в виде залога и поручительства практически не ограничивают общий правовой статус обвиняемого, в частности, не лишают его права на неприкосновенность личности. При избрании этих мер и в ходе их применения сам обвиняемый не подвергается реальным правоограничениям, а существует лишь угроза наступления этих правоограничений. Неблагоприятные условия создаются в некоторой степени для третьих лиц - залогодателей и поручителей, которые оказывают опосредованное давление на обвиняемого, что свидетельствует о специфике этих мер.

Характерно, что в некоторых странах буржуазной демократии право обвиняемого быть освобожденным под залог или поручительство не только не считается мерой, ограничивающей его правовой статус, но является важнейшей гарантией неприкосновенности личности, закрепленной конституционно. В частности, статья 9 Международного пакта о гражданских и политических правах 1966 г. указывает, что «содержание под стражей лиц, ожидающих судебного

1 Базылев Б. Т. Указ. соч., С. 30.

65

разбирательства, не должно быть общим правилом, но освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантий явки на суд, явки на судебное разбирательство в любой другой его стадии и, в случае необходимости, явки для исполнения приговора».1 Подобное право следовало бы закрепить и в российском уголовно-процессуальном законе.

В-третьих, ранее отмечалось, что меры процессуального принуждения должны характеризоваться свойством непосредственного воздействия на волю обвиняемого (подозреваемого) в целях подчинения его поведения интересам уголовного судопроизводства. Однако, при применении мер пресечения в виде залога (если залогодателем не является сам обвиняемый) и личного поручительства, принуждению, в некоторой степени, подвергаются сами залогодатели и поручители, так как под угрозу ставятся именно их имущественные права (залоговая сумма либо сумма возможного штрафа), в то время, как у обвиняемых (подозреваемых) не возникает перед государством прямого обязательства в правомерном поведении, поскольку подобное обязательство принимается третьими лицами или организацией. Связь между государственным органом, ведущим уголовный процесс, и обвиняемым (подозреваемым) становится опосредованной. В то же время, ни поручители, ни залогодатели не наделяются государством правом насильственного воздействия какими-либо средствами на лицо, в отношении которого избирается мера пресечения. В случае ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого) поручитель или залогодатель не располагает сколько-нибудь реальными механизмами воздействия, кроме собственного авторитета. На эту важную особен-

1 Права человека. Основные международные документы: Сб. документов. М., 1989. С. 40.

66

ность: передачу функций процессуального принуждения отдельным гражданам или организациям, присущим залогу и поручительству, неоднократно обращалось внимание рядом авторов1. Взаимоотношения же между этими лицами и государственным органом, избравшим в качестве меры пресечения личное поручительство строятся исключительно на доверии. Денежное взыскание за неявку обвиняемого по вызову, налагаемое на поручителей, или взыскание залога в доход государства по сути уже не является мерой процессуального принуждения в прямом значении слова, а может иметь лишь значение штрафа за нарушенное доверие. В процессуальном смысле такой последующий штраф никого ни к чему уже не принуждает и полностью ирре-левантен для обеспечения задач и целей уголовного судопроизводства2. Возникшие отношения между обвиняемым и залогодателем также не носят характера процессуального принуждения, поскольку залогодатель не наделяется законом никакими властными полномочиями.3

Не отрицая справедливости данного вывода, следует отметить, что государство передает залогодателям и поручителям лишь часть функций уголовно-процессуального принуждения, оставляя за собой, в частности: 1) право принятия решения о применении данных мер, включая и оценку возможностей залогодателей и поручителей оказывать влияние на поведение обвиняемого; 2) право контроля за испол-

1 См.: Лиеде А. А. Общественное поручительство в уголовном судопроизводстве. Диссертация… д. ю. н. Рига, 1964. С. 153-154; Бу- ряков А. Д. Меры пресечения в уголовном судопроизводстве. Диссер тация… к. ю. н. М, 1967. С. 8.

2 Лиеде А. А. Указ. соч. С. 154.

3 Буряков А. Д. Указ. соч. С. 8.

67

нением залогодателями, поручителями и уголовно-ответственными лицами возложенных на них обязанностей; 3) право изменения данных мер на более тяжкие в случае их неэффективности.

Следует согласиться с 3. Ф. Ковригой, которая отмечает, что отношения между залогодателем и обвиняемым, а также поручителями и обвиняемым носят характер убеждения, морального воздействия, но, вместе с тем, в данном случае они переплетаются с мерами государственного воздействия в виде психической угрозы изменения меры пресечения на более тяжкую.1

Помимо вышеперечисленных свойств залога и поручительства, реализации которых присуща определенная специфика, данные меры обладают и рядом традиционных для мер уголовно- процессуального принуждения свойств: 1) они применяются в сфере уголовного судопроизводства; 2) обеспечиваются процессуальными гарантиями; 3) регламентируются уголовно-процессуальным законом.

Таким образом, обобщая вышеизложенное, можно сделать вывод, что реализация мер обеспечения в виде залога и поручительства возможна лишь при наличии добровольного согласия лиц, подвергаемых принуждению, характеризуется отсутствием реальных правоог-раничительных последствий для лица, привлекаемого к уголовной ответственности и осуществляется путем частичного непроцессуального воздействия на подозреваемого, обвиняемого со стороны лиц, не наделенных какими-либо государственными полномочиями. Единственной реальной угрозой, подкрепленной силой процессуального принуждения, является угроза изменения меры пресечения в виде залога и поручительства на более строгую, а правоограничительные

1 Коврига 3. Ф. Указ. соч. С. 99, 100.

68

свойства реализуются в отношении третьих лиц. Данные особенности не позволяют полностью отрицать государственно- принудительное начало в мерах в виде залога и поручительства, поскольку обеспеченность уголовно-процессуальных норм силой государственного принуждения вообще является одним из основных их свойств.’ Вместе с тем, они свидетельствуют о том, что в мерах в виде залога и поручительства отсутствуют прямые запретительные качества, присущие мерам пресечения в уголовном процессе, а надлежащее поведение обвиняемого достигается путем комплексного опосредованного воздействия на его сознание Поэтому меры в виде залога и поручительства было бы целесообразнее обозначить как меры процессуального воздействия, так как, хотя они и совпадают с мерами пресечения по целям, назначению и условиям применения, но значительно отличаются от них по своему характеру.

Таким образом, залог и поручительство можно определить как превентивные меры процессуального воздействия, которое выражается в комплексном опосредованном влиянии на обвиняемого (подозреваемого) со стороны третьих лиц и органов уголовного судопроизводства, допускаемом по решению лица, ведущего уголовный процесс, в целях обеспечения задач, предусмотренных уголовно-процессуальным законом.

Вывод о предупредительном характере указанных мер может быть сделан исходя из анализа целей избрания мер пресечения. Они вытекают из ст. 89 УПК РФ и заключаются в том, чтобы лишить обвиняемого возможности скрыться от органов дознания, предвари-

1 Элькинд П. С. Толкование и применение норм уголовно-про- цессуально-го права. М., 1967. С. 13.

69

тельного следствия и суда, помешать установлению истины по уголовному делу, продолжать преступную деятельность, уклониться от исполнения приговора.

В процессуальной литературе обращалось внимание на многообразие и неоднородность принудительных мер,1 неоднозначность применения к ним единого понятия “меры процессуального принуждения”2, высказывалось мнение и о неточности термина “меры пресечения”, так как пресекать возможность уклонения от следствия и суда, а также занятия преступной деятельностью фактически способно лишь заключение под стражу3. Так, например, В. А. Михайлов, хотя и не исключает залога из числа мер пресечения, говоря о характере данной меры отмечает, что избрание и применение залога сопровождается, по существу, заключением двустороннего, а в ряде случаев и трехстороннего акта, своеобразного соглашения (договора) между органом, в производстве которого находится уголовное дело, с одной стороны, обвиняемым и залогодателем - с другой.4 Вместе с тем, он

1 Цоколова О. И. Применение органами предварительного след ствия и дознания мер процессуального принуждения под судебным контролем. Автореферат дисс… к. ю. н, М, 1995. С. 12.

2 Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985. С. 41; Его же. Теоретические основы принуждения в советском уголовном судопроизводстве. Автореферат дисс. д. ю. н. Киев, 1987. С. 20.

3 См.: Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С. 205; Хоммадов О. Практика применения мер пресечения // Социали стическая законность. 1978. № 11. С. 66.

4 Михайлов В. А. Меры пресечения в российском уголовном

70

отмечает, что залог и имущественное поручительство не столько меры пресечения способов уклонения от уголовного судопроизводства, сколько меры обеспечения такого неуклонения, поскольку с их помощью неуклоненение обеспечивается не прямо, а косвенно - через экономические, имущественные рычаги.1

Наряду с этим, М. А. Чельцов полагал, что термин “меры пресечения” прочно укоренился в уголовно-процессуальном законе и судебной практике, к нему привыкли практические работники, поэтому вряд ли есть смысл менять данный термин.2 Думается, что с автором, в данном случае, нельзя согласиться, ибо точное наименование уголовно-процессуального института в целом и его составных элементов в частности способствовало бы более глубокому пониманию сущности явления, привело бы в соответствие его форму и содержание.

В юридической литературе предлагались различные классификации мер процессуального принуждения: 3. Ф. Коврига, В. М. Кор-нуков, 3. 3. Зинатуллин брали за основу целевой признак3, И. Л. Пет-рухин - характер применяемых мер принуждения4, Г. Н. Ветрова - ос-

процессе. М., 1996. С. 177.

1 Михайлов В. А. Залог - мера пресечения в уголовном судо производстве. М., 1993. С. 7.

2 Чельцов М. А. Указ. соч. С. 205.

3 См.: Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975. С.29-30; Корнуков В. М. Меры процессуального при нуждения. Саратов, 1978. С. 25; Зинатуллин 3. 3. Уголовно- процессуальное принуждение и его эффективность. Казань, 1981. С. 12-13.

4 Петрухин И. Л. Уголовно-процессуальное принуждение и сво-

71

нования применения мер принуждения1. Классификация, в основу которой положен конкретный способ правоохранительного воздействия, предложена Ф. М. Кудиным, который выделяет санкционные меры и меры процессуального принуждения. Вторые, в свою очередь, подразделяет на предупредительные (меры пресечения, задержание, обязательство о явке, принудительный привод обвиняемого без предварительного вызова, отстранение от должности), пресекательные (привод обвиняемого, свидетеля, потерпевшего, эксперта, удаление из зала суда) и обеспечительные (обыск, выемка, освидетельствование, помещение в медицинское учреждение, получение образцов для сравнительного исследования, наложение ареста на имущество).2 На наш взгляд, многие из мер, отнесенных автором к процессуально-принудительным, включают в себя элементы процессуальных санкций. Кроме того, ряд мер пресечения, такие как заключение под стражу, подписка о невыезде, а также задержание, отнесенные к предупредительным мерам, обладают свойством пресекать нежелательное поведение обвиняемых подозреваемых. Многие из перечисленных “предупредительных” и “пресекательных” мер служат обеспечению процесса доказывания.

Однако, следует согласиться с 3. Д. Еникеевым, что схемы деления мер процессуального принуждения на соответствующие груп-

бода личности// Советское государство и право, 1984, № 4. С. 79-84.

1 Ветрова Г. Н. Уголовно-процессуальная ответственность. М., 1987. С. 30-32.

2 Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985. С. 43, 73-74.

72

пы имеют относительное значение.1 Как правило, большинство этих мер, различных по степени принуждения и характеру действия, обеспечивают, то есть, исходя из смыслового значения слова, делают вполне возможным, реально выполнимым,2 достижение не одной, а нескольких целей уголовного судопроизводства.

В связи с этим может быть предложена именно система мер процессуального обеспечения задач уголовного процесса, включающая меры пресечения, иные меры процессуального принуждения и меры процессуального воздействия. Воспроизведение данной системы возможно в новом УПК РФ:

Раздел … Меры процессуального обеспечения.

Глава … Меры пресечения: задержание, арест, домашний арест, подписка о невыезде, передача под надзор милиции, передача под наблюдение командования воинской части.

Глава … Меры процессуального принуждения: отстранение от должности, наложение ареста на имущество, обязательство о явке в суд, к дознавателю, следователю.

Глава … Меры процессуального воздействия: залог, поручительство общественной организации или частного объединения; личное поручительство, передача несовершеннолетнего под присмотр родителей.

В каждой из глав, разумеется, предусматриваются статьи и час-

1 Еникеев 3. Д. Меры процессуального принуждения в системе средств обеспечения обвинения и защиты по уголовным делам. Уфа, 1978. С. 18.

2 См.: Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1972. С. 388.

73

ти, определяющие понятие конкретной меры обеспечения, основания для ее применения; порядок применения; сроки и их продление; освобождение от меры обеспечения. Подробное освещение данных во_ просов в рамках диссертационного исследования невозможно, по_ скольку основная задача автора состоит в рассмотрении лишь одного частного звена в предложенной системе мер процессуального обеспе. чения - мер процессуального воздействия в виде залога и поручитель. ства.

Систему мер процессуального обеспечения можно представить в виде следующей схемы:

Схема 4. Система мер процессуального обеспечения

Меры процессуального обеспечения

меры пресечения

Меры процессуального принуждения

Меры процессу. алъного воздейст.

вия

задержание

арест

домашний арест

подписка о невыезде

передача под надзор мили.

ции

передача под наблюдение

командования в/части

отстранение от должно.

сти

наложение ареста на

имущество

обязательство о явке в

органы уголовного судо.

производства

залог

поручительство (лич. ное и общественное) передача под присмотр родителей

  1. При анализе мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства, неизбежно встает вопрос о соотношении в них эле. ментов принуждения и убеждения. Убеждение в уголовном судопро,

74

изводстве взаимодействует с принуждением. Их совместное действие выражается в том, что в процесс реализации отдельных принудительных мер органически включаются элементы убеждения.1

По мнению Г. Н. Ветровой, например, когда говорят об убеждении как специальном воздействии на личность, имеется в виду воздействие, цель которого состоит в восприятии требований (воли) убеждающего. Это такое воздействие, когда отношение к определенным правилам поведения, мнения, воззрения убеждающего внутренне принимаются лицом, на которое оказывается воздействие, и побуждают его к желательным, с точки зрения убеждающего, действиям.2

Проецируя сказанное на отношения, возникающие при применении мер воздействия в виде залога и поручительства, можно сделать следующий вывод: залогодатель (если им не является сам обвиняемый) либо поручители уверены в необходимости правомерного поведения обвиняемого (подозреваемого) при осуществлении процесса уголовного судопроизводства; их мнение, в силу различных нравственных причин, внутренне принимается обвиняемым (подозреваемым) и побуждает его к желательному, с точки зрения правовой нормы, поведению. С другой стороны, залогодатель или поручитель своим актом доверия к обвиняемому (подозреваемому) побуждают государственный орган уголовного судопроизводства поверить в возможность надлежащего исполнения обвиняемым (подозреваемым) требований уголовно- процессуального закона без применения мер, в боль-

1 Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воро неж, 1975. С. 4; Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроиз водстве. Красноярск, 1985. с. 51.

2 Ветрова Г. Н. Указ. соч. С. 12.

75

шей степени ущемляющих личную свободу. Таким образом, процесс убеждения в данном случае, имеет многоаспектный характер. Он лежит в основе применения этих мер и обусловливает соответствие уголовно-процессуальных норм, регламентирующих применение залога и поручительства, и возникающих на их основе правоотношений воле и интересам участвующих в процессе лиц.

Важную роль в убеждении субъектов процессуальной деятельности и нравственном обосновании возможного в дальнейшем принуждения приобретает разъяснение вовлекаемым в процесс лицам обязанностей с одновременным сообщением о принудительных мерах, предусмотренных за их неисполнение. По данным Ф. М. Кудина 93, 2 % опрошенных им следователей подтвердили, что такое разъяснение и предупреждение содействует исполнению субъектом своих процессуальных обязанностей1. Ст. 94 УПК РФ обязывает орган уголовного судопроизводства разъяснить поручителям ответственность, наступающую в случае совершения подозреваемым или обвиняемым действий, для предупреждения которых была применена данная мера. Ст. 99 УПК РФ указывает лишь на саму ответственность, но не на обязательность ее разъяснения залогодателю. Этот пробел устранен в Проекте УПК РФ, принятом Государственной Думой 6 июня 1997 г. в первом чтении, где предусмотрено разъяснение обязанностей и ответственности не только залогодателя, но и самого обвиняемого (подозреваемого), что фиксируется в протоколе принятия залога. Аналогичную процедуру необходимо предусмотреть и при применении меры воздействия в виде личного поручительства. Разъяснение названным

1 Кудин Ф. М. Теоретические основы принуждения в советском уголовном судопроизводстве. Автореферат дисс. д. ю. н. Киев, 1987. С. 24.

76

субъектам их обязанностей будет способствовать усилению регулирующего воздействия убеждения в плане обеспечения их правомерного поведения1. Перспектива изменения законодательства свидетельствует о возрастании роли убеждения при осуществлении уголовно-процессуального воздействия на поведение субъектов указанных правоотношений.

  1. Другой важной стороной при рассмотрении юридической природы мер пресечения в виде залога и поручительства является наличие в них элементов процессуальной ответственности, которые проявляются в различных формах. “Факт существования особой уголовно-процессуальной ответственности представляется очевидным , если мы согласимся с тем, что нормы уголовно- процессуального права имеют в своем структурном составе санкции, ибо вне соответствующего вида ответственности большинство таких санкций утратило бы реальность и превратилось в категорию чисто формального характера”.2

Само построение норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих применение в качестве мер пресечения залога и поручительства, включает в их содержание, помимо гипотезы и диспозиции, санкцию за ненадлежащее поведение, что само по себе не характерно для законодательной техники уголовно- процессуального закона. П. С. Элькинд отмечала, что для структуры уголовно-процессуальных норм характерно особенно четкое формулирование в них гипотезы и диспозиции, при том, что санкция нередко формули-

1 Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск, 1985. С. 55, 56.

2 Элькинд П. С. Указ. соч. С.95.

77

руется применительно не к одной, а к нескольким, ко многим однородным нормам, иногда к целому комплексу диспозиций и санкций .

Однако, обратившись к ч. 2 ст. 94 УПК РФ, в которой указано, что “в случае совершения подозреваемым или обвиняемым действий, для предупреждения которых была применена мера пресечения в виде личного поручительства, на каждого из поручителей может быть наложено судом денежное взыскание в размере до одного минимального размера оплаты труда, в порядке, предусмотренном статьей 323 настоящего кодекса, или меры общественного воздействия” и к ч. 4 ст. 99 УПК РФ указывающей, что “в случае уклонения обвиняемого, подозреваемого от явки по вызовам лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда, внесенный залог обращается в доход государства определением суда, вынесенным в порядке, предусмотренном статьей 323 настоящего Кодекса”, мы видим, что в данном случае имеем четко и непосредственно сформулированную санкцию и классический пример ее реализации в виде уголовно-процессуальной ответственности.

То, что в данном случае речь идет именно об уголовно- процессуальной ответственности, по мнению В. М. Корнукова, бесспорно, поскольку, во-первых, указанные меры воздействия могут применяться только за противоправное поведение, то есть за нарушение или несоблюдение правовых норм и не каких-либо, а уголовно-процессуальных. Во-вторых, порядок привлечения к ответственности, применения мер воздействия и их реализации регламентируется нормами уголовно-процессуального права. В частности, наложение де-

1 Элькинд П. С. Толкование и применение норм уголовно- процессуально-го права. М., 1967. С.24.

78

нежного взыскания, штрафа, обращение залога в доход государства осуществляются по правилам ст. 323 УПК РФ1. В указанном случае субъектом уголовно-процессуальной ответственности является лицо, непосредственно не связанное с уголовным правонарушением обвиняемого, подозреваемого.

В уголовно-процессуальной литературе отмечаются и некоторые другие стороны уголовно-процессуальной ответственности. В частности, речь о ней идет при изменении одной из ранее избранных мер пресечения на более строгую. Данный аспект особенно актуален при рассмотрении вопроса о применении в качестве мер пресечения залога и поручительства, поскольку имеется непосредственная возможность их нарушения и замены более строгой мерой пресечения в виде заключения под стражу. Следовательно, если залог в соответствии со ст. 101 УПК РФ изменен на более строгую вследствие допущенных нарушений, то здесь налицо уголовно- процессуальная ответственность. Фактическим основанием является нарушение норм уголовно-процессуального права (ст. 93-95, 100, 394 УПК РФ), юридическим основанием - нормы уголовно- процессуального права (ст.93 и 101 УПК РФ).2

В. М. Корнуков, характеризуя указанные акты, отмечал, что изменение меры пресечения на более строгую и применение привода означают уголовно-процессуальную ответственность, но ею не поглощаются. Ответственность при этом выступает как одно из слагаемых. По существу же и изменение меры пресечения и применение

1 Корнуков В. М. Указ. соч. С. 12.

2 Булатов Б. Б. Эффективность мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984. С. 13.

79

привода используются в целях непосредственного (прямого) принуждения к исполнению процессуальных обязанностей. Уголовно-процессуальное право не допускает возможности ограничиться только ответственностью в тех случаях, когда исполнение обязанностей является необходимым, обязательным условием нормального развития и окончания уголовного процесса. Используемые в этих случаях правовые средства, в частности, изменение меры пресечения и привод, выступая в виде ответственности за противоправное поведение, одновременно являются мерами, обеспечивающими реальное исполнение участниками процесса соответствующих процессуальных обязанностей.1

Обращаясь к ранее приведенному определению структуры уголовно- процессуальной нормы, данному П. С. Элькинд, заметим, что санкция за нарушение ранее избранной меры пресечения содержится в ст. 101 УПК РФ и сформулирована применительно ко всем нормам, регламентирующим применение каждой из мер пресечения. Уголовно-процессуальной ответственности в данном случае подвергается лицо, которому инкриминируется совершение уголовного преступления.

Анализируя состав уголовно-процессуального нарушения общей нормы, регламентирующей применение мер пресечения, предусмотренной ст. 89 УПК РФ, В. Т. Очередин приходит к выводу, что и в акте первоначального применения к подозреваемому, обвиняемому меры пресечения могут содержатся элементы уголовно-процессуальной ответственности2.

1 Корнуков В. М. Указ. соч. С. 17.

2 Очередин В. Т. Юридическая природа мер пресечения в уго-

80

По мнению Б. Б. Булатова особенность уголовно-процессуального принуждения как раз и проявляется в своеобразном сочетании разновидностей правового принуждения: мер защиты, уголовно- процессуальной ответственности и превентивных принудительных мер, причем последние занимают больший “удельный вес”1. Таким образом, несмотря на наличие в институтах залога и поручительства элементов уголовно-процессуальной ответственности, превенция остается их главной задачей.

  1. Возникнув как правовое отношение и сохраняя это качество на всем своем протяжении, уголовный процесс вместе с тем обрастает иными многочисленными отношениями, в частности, нравственными.2 Вопрос и применении на предварительном следствии и в суде таких мер процессуального воздействия как залог и поручительство тесно связан с вопросами нравственности, и, прежде всего с такими ее аспектами, как гуманизм и справедливость. Гуманизм данных мер проявляется в том, что при их применении соблюдается принцип неприкосновенности личности; лицу, привлеченному в качестве обвиняемого не причиняются физические страдания, угрожающие его жизни и здоровью, не унижается его человеческое достоинство. В вышеуказанной работе отмечается, что “осуществление судьями, про-

ловном процессе// Уголовно-процессуальное принуждение и ответственность, их место в решении задач предварительного расследования. Волгоград, 1987. С. 67.

1 Булатов Б. Б. Эффективность мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984. С. 9-11.

2 Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Судебная этика. Во ронеж, 1973, С. 66.

81

курорами, следователями своих полномочий должно быть проникнуто гуманным, глубоко человечным отношением к людям, на которых распространяется их власть. Все их действия должны быть гуманны в своей основе и продиктованы заботой о правах и интересах личности, в том числе обвиняемого”.1 Кроме того, данные меры оказывают и нравственно-воспитательное воздействие как на обвиняемого (подозреваемого), так и на лиц, являющихся залогодателями и поручителями, поскольку в процессе их применения происходит приобщение к ценностям правовой культуры без какого-либо ущерба для личности.

Справедливость проявляется в том, что мера пресечения, избранная в отношении обвиняемого, должна быть адекватна опасности ненадлежащего поведения. Поэтому возможность применения таких мер воздействия как залог и поручительство, причиняющих наименьший ущерб личности, позволяет в соответствующих случаях отказаться от массового применения меры пресечения в виде заключения под стражу.

Справедливость решений органов расследования, прокурора и суда означает также их законность и обоснованность. Непременным требованием при принятии решении о применении меры воздействия в виде залога или поручительства, является обеспечение законности и обоснованности, как взаимосвязанных и неотъемлемых качеств любого процессуального решения лица, ведущего уголовный процесс. В юридической литературе под законностью процессуального решения понимается его соответствие требованиям уголовно-процессуального закона и безусловно правильное применение при его вынесении норм материального права (главным образом уголовного, а также граждан-

1 Там же. С. 33.

82

ского, административного и т. д.)1.

0 содержании требований уголовно-процессуального закона при применении залога и поручительства речь пойдет в следующей главе.

Обратимся к применению норм уголовного закона при реализации решения о применении меры пресечения в виде залога и поручительства. Указание на квалификацию преступления, инкриминируемого обвиняемому, обязательно в постановлении о применении меры пресечения. Знание обстоятельств, характеризующих состав преступления, оказывает значительное влияние на выбор той или иной меры пресечения, а значит на его законность и обоснованность. По-мнению С. П. Ефимичева, именно персонификация уголовно- правового отношения в стадии предварительного расследования обусловливает необходимость дифференциации мер уголовно- процессуального принуждения2. В уголовно-процессуальном законе в прямой зависимости от квалификации совершенного преступления находится лишь одна мера пресечения - заключение под стражу (ст. 96 УПК РСФСР), но и в этом случае избрание указанной меры пресечения предоставляется на усмотрение следователя. Однако, применение таких мер пресечения

1 См.: Лупинская П. А. Теоретические основы принятия реше ний в советском уголовном судопроизводстве. Автореф. дисс…. д. ю. н. М., 1973. С. 36; Манаев Ю. В. Законность и обоснованность про цессуальных решений следователя в советском уголовном судопроиз водстве. Волгоград, 1977. С. 24.

2 Ефимичев С. П. Предварительное расследование и его роль в реализации уголовной ответственности. Автореф. дисс… д. ю. н. Л., 1987. С. 23.

83

как залог и поручительство также можно поставить в определенную зависимость от квалификации содеянного. Так, было бы целесообразно применять залог по преступлениям, связанным с посягательствами на собственность, интересы коммерческой службы и другие, связанные с нарушениями в сфере имущественных отношений, не повлекшие за собой тяжких последствий. В данном случае в ходе расследования личность обвиняемого была бы застрахована от неоправданно широкого применения принуждения с ограничением его основных конституционных прав, воздействие было бы направлено на объект, сходный с объектом посягательства, вред причиняемый личности обвиняемого был бы соразмерен вреду, причиненному объекту посягательства. Следует также согласиться с суждением Л. И. Данышшой, которая предлагает ограничить применение меры пресечения в виде ареста по делам о преступлениях, совершенных по неосторожности1, как альтернатива этой Miftei могут успешно применяться залог и поручительство.

Во время предварительного следствия и на других стадиях процесса у государственных органов, ведущих его, может измениться представление о содержании уголовно-правовых отношений. Соответствующие изменения могут претерпеть и уголовно- процессуальные отношения. При этом, они существуют в неразрывной связи и единстве, ибо в реальной жизни не может быть уголовно-процессуальных отношений без уголовно-правовых, и наоборот2. Та-

1 Даньшина Л. И. Правовые и организационные вопросы испол нения предварительного заключения под стражу. Автореферат дисс… к. ю. н. М., 1980. С. 12.

2 Манаев Ю. В. Законность и обоснованность… С. 34.

84

ким образом, изменение квалификации деяния в необходимых случаях должно влечь за собой изменение меры пресечения, так как процессуальное принуждение должно быть адекватно опасности и тяжести совершенного преступления, и имеющийся в уголовно- процессуальном законе спектр мер пресечения дает возможность это осуществить.

В теснейшей взаимосвязи с законностью процессуального решения об избрании меры пресечения находится его обоснованность» выражающаяся в допустимости использования принудительных средств только при установлении предусмотренных законом оснований1. Ю. В. Манаевым отмечалось, что обоснованность, т. е. доказательность, мотивированность и, как результат этого - истинность суждений и выводов о фактах и правовых основаниях, которые необходимо установить при вынесении конкретного следственного решения есть материальное выражение содержания законности2. Требование обоснованности процессуального решения о применении меры пресечения в виде залога и поручительства должно включать в себя, таким образом, наличие одного из оснований для избрания меры пресечения, указанных в ст. 89 УПК РФ (для залога - единственное основа-

1 Кудин Ф. М. Теоретические основы принуждения в советском уголовном судопроизводстве. Автореферат дисс. д. ю. н. Киев, 1987.

С. 27.

2 Манаев Ю. В. Законность процессуальных решений следова теля. Правоведение. 1982, .№ 5. С. 92-96. Его же: Обоснованность процессуальных решений следователя // Советское государство и право, 1978. №5. С. 84-88.

85

ние: возможность скрыться от следствия и суда), знание обстоятельств, учитываемых при определении меры пресечения ( ст. 91 УПК РФ), обстоятельств, отягчающих и смягчающих ответственность обвиняемого, и подкрепленность этих знаний достаточными доказательствами, которые позволяют сделать вывод об истинности принимаемого решения.

Важнейшим принципом при применении мер воздействия в виде залога и поручительства является охрана прав личности от незаконного и необоснованного принуждения. Реализация конституционных прав личности в уголовном процессе происходит путем установления пределов неизбежного, оптимального ограничения этих прав органами, ведущими судопроизводство. Поэтому, по мнению Ф. М. Кудина, нормы, регулирующие принуждение, и осуществляемую в соответствии с ними правоприменительную деятельность можно рассматривать не только как допустимые законом правоограничения, но и как уголовно- процессуальные средства охраны (осуществления) прав и законных интересов гражданина, на которого направлено принудительное воздействие1. Они образуют своего рода барьер, ограждающий принуждаемого от незаконного и необоснованного вмешательства, выхода за пределы дозволенного. В этой связи, указание в законе на возможность применения таких мер воздействия как залог и поручительство, не содержащих в себе правоограничительных признаков, являются важной гарантией осуществления конституционного принципа неприкосновенности личной свободы гражданина.

Таким образом, обобщая вышеизложенное можно сформулировать следующие выводы:

1 Кудин Ф. М. Указ. соч. С. 29.

86

  1. При том, что меры в виде залога и личного поручительства, традиционно относятся к мерам пресечения, которые, в свою очередь, являются элементом более широкой системы мер уголовно- процессуального принуждения, они имеют ряд особенностей. А именно: они применяются с согласия (или по ходатайству) обвиняемого, подозреваемого; воздействие на их поведение осуществляется комплексно, как органами уголовного судопроизводства, так и частными лицами, не наделенными государством какими-либо властными полномочиями и использующими метод убеждения; правоограничительный признак по отношению к самим обвиняемым выражен слабо и имеет, в основном, психологический характер. В связи с этим меры в виде залога и личного поручительства предлагается выделить в отдельную группу и именовать их мерами процессуального воздействия, включив в систему мер процессуального обеспечения.
  2. В мерах процессуального воздействия в виде залога и личного поручительства присутствуют элементы процессуальной ответственности, которые проявляются в разных формах: как в реализации уголовно-процессуальных санкций, сформулированных в ч.2 ст. 94 и ч. 4 ст. 99 УПК РСФСР, так и в возможности изменения вышеуказанных мер на более строгую в порядке ст. 101 УПК РСФСР.
  3. Применение мер воздействия в виде залога и поручительства сопровождается реализацией принципов гуманизма и справедливости, законности и обоснованности, гарантий неприкосновенности личности.

87

§ 2. Содержание правовых институтов залога и поручительства

  1. Под правовым институтом в теории права понимается обособленная, выделившаяся группа юридических норм, регулирующих качественно однородные отношения.1 С. С. Алексеев характеризует правовой институт двумя признаками: 1) совокупность правовых норм охватывает несколько правоотношений, составляющих единый комплекс; 2) правоотношения обладают однородностью содержания.2 Проанализировав залог и поручительство с точки зрения указанных признаков, можно сделать вывод, что данные меры являются самостоятельными правовыми институтами. Во-первых, и залог, и поручительство регламентируются комплексом уголовно- процессуальных норм, содержащихся в ст. ст. 89, 90, 91, 92, 94, 95, 99, 101, 222, 303, 323 УПК РСФСР. Данные нормы охватывают правоотношения многочисленных участников уголовного судопроизводства: лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда, обвиняемого, подозреваемого, подсудимого, залогодателя и поручителей, - каждый из которых обладает совокупностью определенных прав и обязанностей. Данные правоотношения не обособлены друг от друга, а составляют единый комплекс уголовно-процессуальных отношений. Во-вторых, нормы, регулирующие применение залога и поручительства, характеризуются однородностью содержания, т. е. относятся к одной отрасли уголовно-процессуального права. Так, залог и поручительство в уго-

1 См. Общая теория права. Курс лекций / Под ред. В. К. Бабаева. Нижний Новгород, 1993. С. 343.

2 См.: Алексеев С. С. Теоретические проблемы системы совет ского права. М., 1961. С. 6-7.

88

ловно-процессуальном праве и залог и поручительство в гражданском праве не могут квалифицироваться как составные части межотраслевого правового института, каждое из них составляет самостоятельный правовой институт.

Институт залога и поручительства длительное время не находил широкого применения на практике. Так, по данным В. М. Корнукова, опубликованным в 1978 г. только 10% из опрошенных им 500 следователей применяли в своей практике личное поручительство, 1, 7% -общественное поручительство, и ни один не указал примера применения залога1. На единичность случаев применения залога и поручительства обращали внимание и другие авторы2. Однако, в последние годы следователи органов внутренних дел стали чаще избирать эти процессуальные меры. В ходе проведенного нами в период 1995 -1997 гг. опроса 300 сотрудников судебно-следственных органов из различных регионов Российской Федерации 45, 7% из них указали, что применяли в своей практической деятельности залог и 20, 4 % -личное поручительство.

Сущность залога состоит в том, что обвиняемый, либо третье лицо, заинтересованное в судьбе обвиняемого, изымает из собственного обращения определенную сумму имущественных ценностей и помещает ее в депозит суда, временно лишаясь права распоряжения

1 Корнуков В. М. Указ. соч. С. 53, 54.

2 См.: Зинатуллин 3. 3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. Казань, 1981. С. 75; Еникеев 3. Д. Проблемы эффективности мер уголовно-процессуального пресечения. Казань, 1982. С. 74; Смирнов В. В. Арест как мера пресечения, применяемая следователем органов внутренних дел. Хабаровск, 1987. С. 10.

89

данными ценностями. Одновременно у залогодателя появляется опасность потери данных ценностей в случае уклонения обвиняемого от следствия и суда. Интерес в сохранении указанной суммы имущественных прав побуждает залогодателя наблюдать за соответствующим исполнением обвиняемым своих обязанностей перед органами уголовного судопроизводства. В случае доказанности факта уклонения обвиняемого от следствия и суда, залоговая сумма по решению суда беспрепятственно переходит в доход государства.

Имущественное обеспечение не единственная особенность залога, ему присущ и ряд нравственных свойств, которые включают, во- первых, доверие со стороны органов уголовного судопроизводства к данному обвиняемым обязательству являться по вызовам, возникшее вследствие предоставления материальных гарантий; во- вторых, доверие со стороны залогодателя к надлежащему поведению обвиняемого, побудившее его предоставить залоговую сумму; в-третьих, нравственно-полезное стремление обвиняемого к оправданию оказанного ему доверия, исключению негативных последствий для залогодателя. Вместе с тем, экономический мотив сохранения залоговый суммы побуждает залогодателя осуществлять надзор за поведением обвиняемого с целью устранить возможность его побега или уклонения, а сам обвиняемый заинтересован в сохранении обеспечения в виде залога, поскольку лишившись его, он может быть подвергнут более жесткому принуждению.

Необходимо отметить, что залог в уголовном процессе не обладает признаками соответствующего обязательства в гражданском праве, которое регулируется Гражданским кодексом РФ и Законом

90

РФ «О залоге» от 29 мая 1992 г.1 В гражданском правоотношении залог обеспечивает требование исключительно имущественного характера, при этом залогодержатель в случае неисполнения должником обязательства получает удовлетворение за счет заложенного имущества.2 В уголовном процессе залог является мерой обеспечения явки обвиняемого в органы уголовного судопроизводства, то есть обязательство имеет неимущественный характер. В случае нарушения данного обязательства и обращения залоговой суммы в доход государства, нельзя говорить о том, что государство «получило удовлетворение» за счет заложенного имущества, поскольку обвиняемый не освобождается таким образом от обязанности являться в органы уголовного судопроизводства и нести уголовную ответственность за преступление. Вопросы соотношения залога в гражданском праве и уголовном процессе исследовались в юридической литературе3, поэтому автор считает возможным оставить их за рамками диссертационного исследования, обозначив лишь основное отличие.

Залог характеризуется следующими признаками: 1) решение о применении залога и сумме имущественного обеспечения принимается органом уголовного судопроизводства в ходе расследования и

1 ВВС РФ, 1992. № 3. Ст. 1239.

2 См.: Гражданское право. Часть первая: Учебник / Под ред. А. Г. Калпина, А. И. Масляева. М., 1997. С. 420-429.

См.: Буряков А. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Диссертация … к. ю. н. М., 1967. С. 92; Михайлов В. А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М., 1993. С. 6, 19, 23; Вершинина С. И. Залог в системе мер пресечения. Автореферат дисс… к. ю. н. Самара, 1998. С. 14.

91

рассмотрения уголовного дела в соответствии с нормами УПК РСФСР; 2) регулирует поведение подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, обеспечивая его явку в органы уголовного судопроизводства; 3) помимо органа уголовного судопроизводства и обвиняемого (подозреваемого, подсудимого), участником данного правоотношения может выступать третье лицо - залогодатель, обладающий комплексом прав и обязанностей; 4) даваемые залогодателем органу уголовного судопроизводства гарантии имеют имущественный характер; 5) предмет залога предоставляется немедленно после вынесения решения. Подробный анализ указанных признаков представлен в дальнейшем изложении.

Исходя из вышеперечисленных признаков, залог в российском уголовном процессе можно определить как предоставление обвиняемым (в исключительных случаях, подозреваемым) или третьим лицом определенной суммы имущественных гарантий, установленной органом дознания, следователем или судом, в депозит суда, в обеспечение явки обвиняемого (подозреваемого) по вызовам, в продолжение предварительного расследования и суда по уголовному делу, до начала исполнения приговора, отмены или замены его другим средством пресечения. По нашему мнению залог представляет собой действенную меру процессуального воздействия, основанную на экономической заинтересованности залогодателя в сохранении денежной суммы или ценностей, а также на моральных обязанностях обвиняемого перед другими лицами или организациями, внесшими залог.

При таком определении отличие залога от поручительства состоит в следующем: при залоге определенная сумма имущественных гарантий представляется залогодателем немедленно после вынесения органом уголовного судопроизводства решения о применении залога,

92

следовательно, залогодатель непосредственно изымает из своего пользования данные ценности, а угроза их беспрепятственного перехода в доход государства в случае неявки обвиняемого в орган расследования или суд заставляет залогодателя усилить свое влияние на него; при поручительстве представляется лишь обязательство претерпеть нравственное осуждение либо понести определенное материальное взыскание в случае ненадлежащего поведения обвиняемого. Непосредственно в момент вынесения решения о применении поручительства поручители не подвергаются никаким ограничениям.

  1. Поручительство, как уголовно-процессуальный институт, на различных этапах развития общества принимало характер личного, имущественного, общественного, не изменяя при этом своей сути: функции уголовно-процессуального обеспечения передавались государством частным лицам и организациям. М. А. Чельцов, говоря о природе личного поручительства, отмечал: “Личное поручительство с ответственностью за него основано в сущности на том, что при уклонении страдает третье лицо - поручитель, обычно связанный с обвиняемым; таким образом, при избрании этой меры оказывается косвенное воздействие на обвиняемого”.1 На опосредованность воздействия при применении поручительства указывал и С. П. Ефимичев.2

В действующем уголовно-процессуальном законе предусмотре-

1 Чельцов М. А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С. 211.

2 Ефимичев С. П. Уголовно-процессуальное принуждение и ме сто мер пресечения в решении задач предварительного расследова ния //Уголовно-процессуальное принуждение и ответственность, их место в решении задач предварительного расследования. Волгоград, 1987. С. 30.

93

но два вида поручительства: ст. 94 УПК РФ регламентирует порядок применения личного поручительства, ст. 95 УПК РФ - порядок применения общественного поручительства. Вышеуказанный проект УПК не содержит норму, предусматривающую применение поручительства общественной организации, с чем, на наш взгляд, нельзя согласиться. Несмотря на то, что в настоящее время нет социальных предпосылок для сохранения в законе нормы об общественном поручительстве, данное законоположение могло бы быть трансформировано в норму о поручительстве трудовых коллективов или частных объединений с допуском совмещения данной меры воздействия с залогом. В качестве предложения можно привести следующее определение:

“Статья … Поручительство трудового коллектива или частного объединения.

(1). Поручительство трудового коллектива или частного объединения состоит в добровольной даче письменного обязательства о том, что каждое из них ручается за надлежащее поведение и явку подозреваемого или обвиняемого по вызовам лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда.

(2). Трудовой коллектив или частное объединение, дающие поручительство, должны быть поставлены в известность о сущности дела по которому избирается данная мера воздействия.

(3). Поручительство трудового коллектива или частного объединения могут применяться одновременно с залогом с соблюдением при этом правил, установленных соответствующей статьей настоящего Кодекса для применения залога».

В исследовании мы имеем в виду более подробно остановиться

94

на институте личного поручительства, а также, попытаемся обозначить возможности его совершенствования.

Ю. Д. Лившиц отмечал, что в основе применения личного поручительства лежит доверие лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда к поручителям. Избирая в отношении обвиняемого данную меру, эти органы убеждены, кроме того, в том, что лица, ручающиеся за обвиняемого, имеют на последнего решающее влияние и достаточно для него авторитетны, иначе они бы никогда не ручались за его неуклонение1.

Личное поручительство характеризуется следующими признаками: 1) решение о применении поручительства принимается органом уголовного судопроизводства в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела в соответствии с нормами УПК РСФСР; 2) регулирует действия подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, обеспечивая его надлежащее поведение и явку в органы уголовного судопроизводства; 3) помимо органа уголовного судопроизводства и обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) участниками данного правоотношения выступают не менее двух частных лиц - поручителей, обладающих комплексом прав и обязанностей; 4) даваемые поручителями органу уголовного судопроизводства гарантии имеют двойственный характер, сочетая имущественные и нравственные обязательства; 5) предмет поручительства предоставляется только в случае доказанного факта нарушения обвиняемым данных обязательств. Подробный анализ указанных признаков представлен в дальнейшем изложении.

1 Лившиц Ю. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М, 1964. С. 53.

95

Исходя из вышеперечисленных признаков, личное поручительство в российском уголовном процессе можно определить как обеспечение третьими лицами совокупности нравственных и материальных обязательств, возникающих на основании решении органа дознания, следователя или суда, гарантирующих надлежащее поведение и явку обвиняемого (подозреваемого) по вызовам, в продолжение предварительного расследования и суда по уголовному делу, до начала исполнения приговора, отмены или замены его другим средством пресечения.

  1. В соответствии со ст. 99 УПК РФ предметом залога могут являться деньги или иные ценности. По мнению автора, предмет залога может быть определен как совокупность материальных благ, выраженных в денежном или вещественном эквиваленте, представляемых в качестве гарантии обвиняемого в органы уголовного судопроизводства.

Законодатель не дает разъяснения, что подразумевается под термином “иные ценности”, по-видимому, охватывая данным понятием любое имущество. В период принятия действующего уголовно-процессуального закона указанный термин вполне соответствовал требованиям практики, так как в большинстве своем население не располагало какими-либо ценностями. Однако, в настоящее время, в связи с образованием определенной прослойки состоятельных граждан, появилась потребность в более точном толковании данного понятия. Точное определение круга ценностей, допускаемых к внесению в виде залога, послужит расширению применения данной меры воздействия на практике.

В настоящее время сложились предпосылки для обеспечения залоговой массы как движимым, так и недвижимым имуществом. К

96

категории ценностей в настоящее время можно без сомнения отнести: а) иностранную валюту, которая может приниматься в соответствии с установленным центральным банком курсом иностранных валют; б) государственные процентные бумаги; в) изделия из драгоценных камней и металлов, предметы искусства и антиквариата, хранение которых возможно на депозите. Их стоимость должна определяться на основании возможной продажной цены; г) движимое имущество большого объема: дорогостоящий авто-, мото- транспорт, яхты, самолеты, товар, подлежащий реализации - при условии, что залогодатель предоставит средства для их помещения и хранения. Их стоимость должна определяться несколько ниже продажной цены, с учетом возможной порчи; д) недвижимое имущество: принадлежащие залогодателям на праве частной собственности квартиры, дома, коттеджи, дачные участки, гаражи. Их стоимость должна определяться с учетом рыночной продажной цены.

При принятии в залог подобных ценностей безусловно должно быть установлено, что имущественные права на данную собственность принадлежат исключительно залогодателю, без каких- либо изъятий в гражданско-правовом или ином порядке. Кроме того, в данном случае, возможно использовать по аналогии механизм залога движимого и недвижимого имущества, установленный Гражданским кодексом РФ и ст. 11 Закона РФ «О залоге», включающий нотариальное удостоверение и государственную регистрацию предметов залога. При этом форма регистрации может быть несколько упрощена.

Конечно, трудно рассчитывать на то, что допуск вышеперечисленных ценностей в качестве предмета залога будет использоваться по большинству уголовных дел. В ходе проведенных эмпирических исследований выявлен лишь один пример привлечения в качестве за-

97

логовой массы иных, помимо денег, ценностей. Так, судом г. Чайковский Пермской области в порядке ст. 220-2 УПК РСФСР в отношении гражданина П., обвиняемого по ч.2 ст. 158 УК РФ в неоднократном совершении краж запчастей для автомашин из гаражей, было принято решение об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на залог в сумме 5 тыс. рублей (деноминированных). Для исполнения решение было направлено следователю, в производстве которого находилось уголовное дело. По указанию прокурора в качестве предмета залога были приняты 2 тыс. рублей, ювелирные золотые изделия и видеомагнитофон. Оценка ювелирных изделий и видеомагнитофона производилась товароведом комиссионного магазина, акт оценки был предоставлен залогодателем и приобщен к материалам уголовного дела.1

Несомненно, возможность допуска ценностей в качестве предмета залога должна быть предусмотрена. На наш взгляд, по применению действующего законодательства в отношении залога необходимо совместная инструкция Генерального прокурора РФ, министра внутренних дел и Председателя Верховного Суда РФ. В ней, в том числе, целесообразно установить перечень “иных ценностей”, используемых в качестве залоговой массы и процессуальный порядок их применения.

Предмет поручительства, в отличие от залога, имеет двойственную природу, сочетая элементы материального и идеального. По действующему законодательству он состоит в нравственной ответственности (в виде применения мер общественного воздействия) берущих

1 Данные получены в ходе проведенного опроса 300 сотрудников судебно-следственных органов из различных регионов России.

98

на себя обязанность поручителей, либо в материальной ответственности поручителей (в размере до одного минимального размера оплаты труда), если обвиняемый будет вести себя ненадлежащим образом.

Очевидно, что в настоящее время оба эти вида ответственности потеряли свою значимость как для лиц, вовлеченных в орбиту правоприменения, так и для субъектов, применяющих право. Во-первых, в период перестройки общества происходит переоценка и деформация многих духовных ценностей, в связи с чем авторитет высоконравственного поведения в обществе не слишком велик.1 Кроме того, упразднены многие общественные формирования, такие как, партия, комсомол, профсоюзные организации, совет трудового коллектива, обладавшие в прошлом большими возможностями для оказания влияния на положение личности в коллективе. Новые общественные формирования подобного типа не возникли, в связи с чем личность во многом изолирована от общества и нравственное осуждение для нее, зачастую, безразлично. Не случайно, учитывая реалии сегодняшнего дня, Федеральный закон “О внесении изменений и дополнений в уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием уголовного кодекса РФ” от 15.12.96 г.2 исключил из УПК РФ нормы, допускающие прекращение уголовного дела с передачей материалов на рассмотрение таких общественных формирований, как товарищеские суды, поруки трудового коллектива, комиссия по делам несовершеннолетних. Таким образом, можно сделать вывод, что нравственная ответственность не представ-

См.: Петровский А. В. Психология о каждом и каждому о психологии. М., 1996. С. 65.

2 “Российская газета” от 25.12.96 г

99

ляет в настоящее время достаточных гарантий надлежащего поведения обвиняемого.

Во-вторых, наложение на поручителей штрафа в размере одного минимального размера оплаты труда является санкцией настолько незначительной, что не может представить практически никаких гарантий должного отношения поручителя к данным им обязательствам, а следовательно и надлежащего поведения обвиняемого.

На наш взгляд, предметом поручительства, наряду с нравственной ответственностью поручителя перед обществом, должна служить сумма заранее обозначенных имущественных гарантий, определяемых органом расследования, либо судом по каждому конкретному уголовному делу, подлежащая взысканию в доход государства в случае необеспечения должного поведения обвиняемого, как это было предусмотрено в Уставах уголовного судопроизводства России 1864 г. Данное положение позволяло бы органу уголовного судопроизводства в каждом конкретном случае индивидуализировать процессуальное воздействие, с учетом особенностей расследуемого, либо рассматриваемого уголовного дела, а также имущественного положения поручителя. При определении суммы поручительства надлежит руководствоваться теми же основными принципами, которые используются при определении суммы залога.

В соответствии с ч. 2 ст. 99 УПК РФ сумма залога определяется органом, избравшим данную меру пресечения, в соответствии с обстоятельствами дела. Таким образом, законодатель не устанавливает произвольных границ залоговой суммы. На практике данная сумма составляет от 5 млн. (нарушение правил дорожного движения со

100

смертельным исходом) до 2,5 млрд. рублей (дача взятки).1 На наш взгляд, предоставленная органу уголовного судопроизводства свобода усмотрения, в данном случае, совершенно справедлива, так как нереально предусмотреть в законе все многообразие жизненных ситуаций и установить тот критерий, на основании которого может быть количественно определена данная сумма. Установление фиксированной суммы залога в зависимости от состава инкриминируемого преступления исключит возможность учета особенностей личности обвиняемого, а также и материального положения залогодателя. Очевидно, что одна и та же сумма может иметь существенное значение для одного лица и несущественное для другого. Кроме того, установление фиксированных границ исключает возможность употребления этой меры во многих случаях, когда для одного обвиняемого и низший предел этой суммы будет недоступен, в отношении же другого и высший предел не обеспечит соответствующего поведения.

Анализируя в конце XIX века попытки законодателей обусловить сумму залога различными основаниями, В. Микляшевский отмечал, что причиной таких попыток является недоверие законодателей к тем органам, которые призваны применять данную меру пресечения. Результатом же такого недоверия может стать превращение нормы в мертвую букву закона, либо повлечь ее применение в тех случаях, когда могут быть использованы другие, менее ограничивающие личную

1 Гранкин М. Залог как мера пресечения // «Российская юстиция», 1998, № 2. С. 24.

101

свободу, меры1. Данное высказывание актуально и в современных условиях.

Однако, определение в законе общих условий, оказывающих влияние на установление суммы залога, оказалось бы полезным для практических работников и повысило бы эффективность данной меры воздействия. В качестве таких условий должны быть выделены: а) особенности личности обвиняемого, в том числе, влияющие на степень привязанности его к данной местности (наличие семьи, постоянного места жительства, работы, объектов частной собственности); б) обстоятельства совершения преступления (мотив, форма вины); в) строгость возможного наказания; г) материальное положение залогодателя.

Необходимо отметить, что поскольку залог направлен на достижение конкретной цели - обеспечение явки, неуклонение обвиняемого или подозреваемого от следствия и суда, он не может преследовать других целей, например, обеспечения гражданского иска, поэтому сумма залога определяется вне зависимости от размера иска, если таковой предъявлен.2

Таким образом, чем выше антисоциальная установка личности, меньше факторов, привязывающих обвиняемого к месту проведения предварительного следствия и судебного разбирательства, чем больше тяжесть совершенного преступления и материальное благополучие залогодателя, тем выше должна быть определена сумма залога и

1 Микляшевский В. О средствах представления обвиняемого в суд и пресечения ему способов уклоняться от следствия и суда. Вар шава, 1872. С. 198 - 201.

2 Коврига 3. Ф. Указ. соч. С. 123.

102

наоборот.

  1. Субъектами уголовно-процессуальных правоотношений, возникающих в связи с избранием мер процессуального воздействия в виде залога и личного поручительства, являются залогодатели и поручители. В. П. Божьев полагает, что понятия “участник уголовного процесса” и “субъект уголовно-процессуального отношения” совпадают, так как нельзя быть носителем прав и обязанностей, реализуемых в уголовно-процессуальных отношениях, не будучи участником уголовного процесса. При этом он выделяет поручителей и залогодателей в отдельную категорию субъектов правоотношений, с учетом их интересов и задач, обусловливающих их участие в сфере уголовного судопроизводства: лица, участвующие в деле в связи с избранием меры пресечения.1

В действующем уголовно-процессуальном законе недостаточно полно сформулированы юридические признаки, соответствие которым обусловливает занятие данными лицами положения залогодателей и поручителей при производстве по уголовному делу, что может породить возникновение различных трудностей на практике.

В соответствии с ч. 1 ст. 99 УПК РФ сумма залога может быть внесена самим обвиняемым, подозреваемым, другим лицом или организацией. Следовательно, с точки зрения законодателя, вопрос о том, кто представляет залоговую сумму совершенно индифферентен. Однако может возникнуть вопрос, что больше гарантирует явку обви-

1 Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М., 1975. С. 171, 173-174. Подобную точку зрения излагает и И. Л. Пет-рухин в работе: Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. М., 1985. С. 16.

103

няемого, подозреваемого в органы уголовного судопроизводства: предоставление залоговой суммы лично им или третьими лицами. При анализе данной проблемы можно выделить несколько аспектов, которые, в основном, будут иметь психологический характер. При предоставлении залоговой суммы самим обвиняемым, подозреваемым он в большей степени заинтересован в ее сохранении, так как ценности принадлежат лично ему, однако, в этом случае у обвиняемого имеется и большая свобода в выборе варианта поведения, поскольку он ничем, кроме своего усмотрения, не связан при определении для себя приоритета избежания наказания или утраты суммы залога.

Рассмотрим иной вариант, когда предъявителем залоговой суммы является: а) третье лицо; б) организация. Законодатель не предъявляет каких-либо требований для ограничения круга этих лиц либо организаций. Теоретически это может быть любое лицо, даже не связанное с обвиняемым, подозреваемым какими-либо узами. Однако, представляется целесообразным исключить из круга залогодателей лиц, полностью или частично недееспособных (в том числе несовершеннолетних), находящихся под следствием или отбывающих наказание в местах лишения свободы за какие-либо преступления, а также лиц, участвующих в расследовании и судебном рассмотрении дела со стороны защиты или обвинения в силу своих должностных обязанностей. Так, например, 14.05.94 г. Б., являясь директором АОЗТ “Инвест”, был привлечен к уголовной ответственности за сокрытие от налогообложения прибыли, полученной от торговли нефтепродуктами. Мерой пресечения в отношении него был избран залог в сумме 10 млн. руб., залогодателем выступил адвокат обвиняемого Б1. На наш взгляд, подобная деятельность противоречит как положениям закона

1 Архив СЧ СО УВД г.П-Камчатского. Уголовное дело № 22457.

104

о задачах и видах деятельности адвоката по уголовным делам1, так и профессиональной этике адвоката2, а также может являться завуалированной формой вознаграждения адвокатского труда. Поэтому в законе должно содержаться прямое запрещение выступления адвоката в роли залогодателя. И. Л. Петрухин отмечает, что следователь или суд должны установить характер взаимоотношений между обвиняемым и залогодателем, чтобы не допустить ростовщическую сделку или оказание содействия обвиняемому его предполагаемыми соучастниками3. 3. Ф. Коврига также обращает внимание на то, что выбор залогодателя не может всецело зависеть от обвиняемого, органы уголовного судопроизводства должны дать свое согласие на принятие залога от того или иного лица только после того, как выяснят их моральный облик, с тем чтобы предотвратить возможное злоупотребление данной мерой пресечения4.

На наш взгляд, формулируя в тексте закона понятие “иное лицо” в единственном числе, законодатель исключает возможность внесения залога солидарно несколькими лицами, что совершенно справедливо, так как, во-первых, это снизило бы эффективность данной

1 См.: Закон РСФСР от 20 ноября 1980 г. “Об утверждении по ложения об адвокатуре РСФСР’7/Ведомости ВС РСФСР, 1980, № 48, ст. 1596. С. 145,153.

2 См. Бойков А. Д. Этика профессиональной защиты по уголов ным делам. М., 1978. С. 74, 95 - 96.

3 Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М, 1989. С.240.

4 Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воро неж, 1975. с. 123.

105

меры, поскольку имущественная ответственность “размывалась” бы участием нескольких залогодателей; во-вторых, усложнило бы процессуальную процедуру внесения залога; в-третьих, могло породить возникновение между залогодателями нежелательных споров гражданско-правового характера.

Организациями, способными выступать залогодателями, в юридической литературе назывались колхозы, потребкооперация, различные общественные фонды (культуры, художественный и т. д.)профсоюзные и иные организации, имеющие определенные средства на внесение залога за своего члена1, а также религиозные общины, миссии иностранных государств и другие организации несоциалистического типа2. В настоящее время, в связи с реформами в экономике и образованием широкого сектора предприятий и организаций с частной формой собственности, залогодателями могут выступать любые организации, предприятия, учрежденные и зарегистрированные в установленном законом порядке с негосударственной формой собственности (не имеющие в уставном капитале никакого процента государственной собственности). Не могут выступать залогодателями организации, на имущество которых наложен арест или обращено взыскание в гражданско- правовом порядке, а также признанные банкротами.

Залогодателями чаще всего являются близкие родственники обвиняемого, подозреваемого, его коллеги по работе, либо организация

1 Буряков А. Д. Залог как мера пресечения в советском уголов ном процессе // Вопросы борьбы с преступностью по советскому за конодательству. Иркутск. 1969. С. 278.

2 Коврига 3. Ф. Указ. соч. С. 122.

106

с частной формой собственности, сотрудником которой он является. В ходе изучения материалов уголовных дел установлено, что лишь в 17 % случаев залогодателями являлись сами обвиняемые, в 75 % случаев залог предоставили родственники обвиняемого, 8 % - иные лица (сожители, коллеги, представители частных коммерческих организаций). Очевидно, что при принятии решения о внесении залога за конкретного обвиняемого, подозреваемого данные лица учитывают опыт предыдущего общения с указанным лицом и, в случае его высокой антисоциальной установки, попытаются избежать риска потери залоговой суммы, то есть откажутся от внесения залога. Далее, указанные лица в меньшей степени заинтересованы в исходе дела для обвиняемого и в большей степени - в сохранении для себя залоговой суммы, в связи с этим повышается степень их воздействия на поведение обвиняемого, подозреваемого.

Таким образом, можно сделать вывод, что внесение залоговой суммы как самим обвиняемым, так и третьими лицами, предоставляет, в целом, равные гарантии его явки в органы уголовного судопроизводства. Кроме того, сохранение в законе широкого круга залогодателей позволяет расширить применение данной меры процессуального воздействия.

Поскольку основным моментом в процессе воздействия на обвиняемого при применении залога является угроза имущественных потерь, изучение такой стороны социальной характеристики как материальное положение залогодателя (самого обвиняемого или другого лица) и его отношения к возможной утрате залоговой суммы выступает на первый план. Эти данные тем более необходимы для определения размера залоговой суммы, достаточной для того, чтобы обеспечить должное поведение обвиняемого. В любом случае следователь

107

должен выяснить источник происхождения материальных ценностей, вносимых на депозит суда. Как отмечалось ранее, мировая практика применения залога в уголовном судопроизводстве также идет по этому пути: в Великобритании платежеспособность поручителя и залогодателя проверяется полицией, прокуратурой, по этим вопросам они могут быть допрошены в суде под присягой1. Во Франции взаимодействие органов уголовного судопроизводства и налоговой администрации при решении вопросов, связанных со взысканием залоговых сумм, предусмотрена непосредственно ст. 149 УПК Франции2. К сожалению, в настоящее время механизмы четкого контроля за размерами доходов граждан, даже такой категории, как частные предприниматели, в нашей стране отсутствуют. Однако, налоговая служба все-же располагает некоторыми сведениями подобного характера, поэтому данные о представлении залогодателем налоговой декларации, размера отраженных в ней статей доходов и расходов, возможных нарушениях в сфере налогообложения может дать лицу, ведущему уголовный процесс определенные знания о материальном положении обвиняемого.

При применении к обвиняемому, подозреваемому меры воздействия в виде поручительства важнейшей гарантией его надлежащего поведения являются личные качества поручителей. Норма закона не очерчивает круга требований к лицам, которые могут являться поручителями, обозначая их термином “лица, заслуживающие доверия”. По мнению А. Д. Бурякова, поручителями вправе выступать лица,

1 Cross R. Criminal Law and Procedure. London, 1970, c.97.

2 См. УПК Франции 1958 г. (с изменениями и дополнениями на 1 января 1966 г.). М., 1967.

108

“достигшие совершеннолетия, а также способные фактически нести предусмотренную законом ответственность в случае ненадлежащего поведения подозреваемого или обвиняемого, неявки его по вызову и тем более уклонения от следствия и суда”1. На наш взгляд, помимо указанных признаков, характеристика поручителей должна включать в себя также комплекс нравственных и социальных свойств личности, позволяющих сказать о лице как о заслуживающем доверие.

Для поручителя особенно важно пользоваться авторитетом у обвиняемого. Моральный авторитет того или иного лица не связан с какими-либо официальными полномочиями, реальной властью и общественным положением. Он является авторитетом духовным, то есть обусловленным моральными качествами личности (сила примера) и способностью адекватно выразить смысл нравственного требования в том или ином случае.2 Однако, этот авторитет должен быть социально-одобряемым. Несомненно, что “вор в законе” пользуется авторитетом в криминальной среде, но это не может служить основанием для признания его “лицом, заслуживающим доверия”. Не могут привлекаться в качестве поручителей и граждане, которые в силу объективных обстоятельств не в состоянии обеспечить контроль за поведением обвиняемого (например, в связи с занятостью, болезнью, частыми поездками в командировку и т.д.).3

1 Буряков А. И. Личное поручительство как мера пресечения в советском уголовном процессе // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1967. Вып. 5. С. 133.

2 См. определение “Мораль” - Философский энциклопедиче ский словарь. М., 1989. С. 378.

3 Очередин В. Т. Личное поручительство и поручительство об-

109

Кроме того, поручитель должен отвечать определенным социальным требованиям, таким как наличие постоянного легального источника дохода (заработная плата, пенсия, прибыль от частнопредпринимательской деятельности и др.), постоянного места жительства, не иметь судимостей, административных правонарушений, ограничений дееспособности.

Для уголовно-процессуального закона безразлично находится ли обвиняемый с поручителем в родственных, дружеских отношениях или отношениях “начальник - подчиненный”, однако, из смысла поручительства вытекает, что наличие какой-либо связи обязательно. Поручители - это лица, удостоверяющие надежность обвиняемого в смысле его определенного поведения, они лучше других знают наклонности обвиняемого, его характер, поведение и лучше других могут на него воздействовать своим авторитетом1. Обвиняемый должен сознавать значимость личных, дружеских, родственных и коллективных связей, только в этом случае, уже сам факт ручательства близких или других лиц, пользующихся у него уважением, является не меньшей преградой для совершения действий, на предупреждение которых направлено применение данной меры, чем дача обязательства не совершать таких действий лицу, ведущему уголовный процесс.2 Необходимо отметить, что когда речь идет о применении личного пору-

щественной организации как меры пресечения // Процессуальные вопросы предварительного расследования на современном этапе. Волгоград, 1988. С. 84.

1 Лившиц Ю. Д. Указ. соч. С. 55.

2 Корну ков В. М. Меры процессуального принуждения в уго ловном судопроизводстве. Саратов, 1978. С. 55.

110

чительства к несовершеннолетнему с выбором в качестве поручителей его родителей, подлежит применению специальная мера - передача несовершеннолетнего под присмотр родителей, так как указанные меры имеют существенное сходство.1

О. Хоммадов отмечает, что “в случае сомнения в надежности поручителя, следователь и суд могут потребовать предоставления доказательств, которые подтверждали бы, что ему можно оказать доверие”.2 На наш взгляд, во всех случаях для выяснения обстоятельств, характеризующих поручителя, лицом, ведущим уголовный процесс, должна быть проделана определенная работа и ее результаты закреплены в материалах уголовного дела в форме доказательств. Источниками данного вида доказательств должны служить прежде всего показания обвиняемого, в которых отражено его отношение к поручителю, возможен допрос самого поручителя в качестве свидетеля по делу с целью выяснения его взаимоотношений с обвиняемым и возможностей осуществления на него дальнейшего влияния, а также различного рода документы: характеристики, справки о судимости и другие. Наличие в материалах уголовного дела подобной информации позволяет сделать вывод о том, что поручители - заслуживающие доверия лица, реально способные удержать обвиняемого от ненадлежащего

1 Омельченко Г. Е. Личное поручительство, применяемое в от ношении несовершеннолетнего согласно УПК Украинской ССР //Уголовно-процессуальное принуждение и ответственность, их место в решении задач предварительного расследования. Волгоград, 1987. С. 77, 80.

2 Хоммадов О. Меры пресечения в уголовном процессе. Авто реферат дисс. к. ю. н. Москва, 1973. С. 9.

Ill

поведения и стремлений не являться по вызову органов расследования, прокурора, суда1.

  1. Уголовно-процессуальный закон наделяет поручителей и залогодателей следующими правомочиями: в соответствии со ст. 94, 99 УПК РФ знать о сущности дела, по которому избирается данная мера пресечения и в соответствии со ст. 323, 324 УПК РФ участвовать в судебном заседании при разрешении вопроса о наложении денежного взыскания или обращения суммы залога в доход государства.

Рассмотрим каким комплексом прав и обязанностей располагают в данных правоотношениях поручители, обвиняемый и органы, осуществляющие судопроизводство. На основе анализа текста статьи 94 УПК РФ можно сделать следующие выводы: поручитель обязан представить письменное ручательство за надлежащее поведение обвиняемого, нести ответственность за совершение обвиняемым действий, для предупреждения которых была применена мера пресечения в виде личного поручительства, при этом он вправе иметь информацию о сущности дела, по которому избрана данная мера пресечения. Указанному праву поручителя соответствует обязанность органа уголовного судопроизводства поставить его в известность о сущности дела.

Других, конкретно сформулированных, прав и обязанностей субъектов данного правоотношения в тексте статьи 94 УПК РФ не содержится. Как видим, ничего не говорится ни о правосубъектности обвиняемого, ни о механизмах дальнейшей взаимосвязи поручителя и органа уголовного судопроизводства, ни о механизмах воздействия поручителя на обвиняемого.

1 Михайлов В. А. Уголовно-процессуальные меры пресечения в судопроизводстве Российской Федерации. М., 1997. С. 80.

112

В связи с этим, в целях отражения данных позиций в тексте закона для восполнения существующего пробела и повышения эффективности меры воздействия в виде личного поручительства учеными-процессуалистами высказывались различные предложения. Так, в частности, О.Хоммадов для повышения реальности и эффективности этой меры предлагает при посылке повестки (вызова) обвиняемому извещать об этом поручителей, чтобы они со своей стороны могли принять меры к обеспечению явки обвиняемого.1 Л. Б. Зусь высказывал суждение о целесообразности предусмотрения в законе права поручителя в случае умышленного уклонения обвиняемого от явки к следствию или суду, а также при покушении на побег произвести задержание и привод обвиняемого в орган, избравший данную меру пресечения, или в ближайший орган милиции2. А. А. Закатов пришел к выводу о том, что при избрании меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, целесообразно отбирать у обвиняемого подписку об обязательной еженедельной явке для регистрации в органе милиции.3 На наш взгляд, прав Б. Б. Булатов, который отмечает, что форму взаимоотношений обвиняемого и поручителя определяет сам поручитель, при этом он может, например, проверить, находится ли обвиняемый дома, поставить ему определенные условия, после

1 Хоммадов О. Указ. соч. С. 9.

2 Зусь Л. Б. Поручительство общественной организации как ме ра пресечения в советском уголовном процессе // Правоведение, 1964. №4. С. 111.

3 Закатов А. А. Криминалистическое учение о розыске. Авторе ферат дисс… д. ю. н. Киев, 1987. С. 27.

113

принятия которых даст согласие быть поручителем.1 В основе же взаимоотношений обвиняемого и поручителя всегда должны наличествовать морально-нравственные связи. При этом, нельзя согласиться с З.Ф. Ковригой, которая отмечает, что предмет обязательств поручителя может быть различным , “в зависимости от возможностей и желания поручителя оказать определенное воздействие на обвиняемого, а также от конкретных обстоятельств дела и личности обвиняемого”2.

На необходимость получения соответствующего обязательства от обвиняемого при применении к нему меры воздействия в виде личного поручительства указывал И. Л. Петрухин, отмечая, что при поручительстве необходимо отбирать у обвиняемого обязательства: 1) являться по вызовам органа дознания, следователя, прокурора и суда; 2) сообщать о перемене места жительства (ч.4 ст. 89 УПК РФ); 3) не скрываться; 4) не мешать установлению истины; 5) не заниматься преступной деятельностью; 6) не препятствовать исполнению приговора (ст. 89 УПК РФ). Кроме того, обвиняемый должен быть предупрежден, что при нарушении любого из этих обязательств к нему может быть применена более строгая мера пресечения3.

Указанный комплекс прав является явно недостаточной процессуальной гарантией обеспечения их интересов. При анализе правовой природы залога и поручительства, ранее нами отмечалось, что данные лица не наделяются государством какими-либо властными полномочиями, в связи с чем, механизмы воздействия поручителя и залогода-

1 Булатов Б. Б. Указ. соч. С. 52.

2 Коврига 3. Ф. Указ. соч. С. 109.

3 Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. С. 230.

114

теля на поведение обвиняемого находятся в сфере нравственности.

Для повышения эффективности мер воздействия в виде залога и личного поручительства необходимо указать в уголовно- процессуальном законе на обязанность залогодателя и поручителя информировать правоохранительные органы о ненадлежащем поведении обвиняемого (подозреваемого), либо о его намерениях, с правом отказа от залога и поручительства и возвращения залоговой суммы, либо освобождения от ответственности в порядке ст. 94 УПК РФ. -Тем более, что, как было указано ранее, ни поручитель, ни залогодатель в подобном случае не смогут предотвратить его нежелательное поведение иным способом. Они, в данном случае, обязаны обратиться к органам государства, которые, в свою очередь, должны рассмотреть вопрос об изменении меры воздействия в виде залога или поручительства на более строгую меру пресечения, а самого залогодателя или поручителя освободить от ответственности за ненадлежащее поведение обвиняемого. Настоящую обязанность необходимо разъяснять залогодателям и поручителям наряду с информированием о сущности дела, по которому применяются указанные меры воздействия. Таким образом обеспечивалось бы взаимодействие органов уголовного судопроизводства и лиц, несущих ответственность за поведение обвиняемого, подозреваемого в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела.

Подобный вариант позволит разрешить вопрос о возможности защиты залогодателями и поручителями своих имущественных прав и личных свобод при производстве по уголовному делу. По справедливому замечанию А. М. Ларина такая потребность зачастую возникает и у лиц, которым не приписывается ни активная, ни пассивная роль в совершении преступления, ни ответственность за деяние обвиняемо-

115

го.1 К данному разряду вполне можно отнести залогодателей и поручителей. Законодательное закрепление возможности отказа от залога и поручительства при определенных обстоятельствах послужит дополнительной гарантией защиты их имущества, чести и достоинства. В связи с этим текст ст. 94 и 99 УПК РСФСР целесообразно дополнить соответствующей формулировкой.

  1. Значение поручительства состоит в том, что без ущемления основных прав и свобод личности достигаются цели, сформулированные в ст. 89 УПК РФ. Представляется правильной точка зрения, в соответствии с которой, под надлежащим поведением лица, в отношении которого избрано личное поручительство, следует понимать такое поведение обвиняемого (подозреваемого), которое не препятствует нормальному осуществлению процессуальной деятельности2.

Значение залога состоит в том, что без ограничения личной свободы лица, привлекаемого к уголовной ответственности, достигается единственная цель: обеспечение его явки в органы уголовного судопроизводства. В соответствии со ст. 89 УПК РФ залог может применяться для достижения любой из целей, перечисленных в первой части статьи. Однако, в ст. 99 УПК РФ, регламентирующей порядок применения данной меры, указывается, что залог служит исключительно цели обеспечения явки обвиняемого. Это вытекает как из содержания ч. 1 ст. 99 УПК РФ, в которой говорится, что залог вносится в обеспечение явки обвиняемого, подозреваемого по вызовам, так и

1 Ларин А. М. Защита прав человека и гражданина в уголовном судопроизводстве// Общая теория прав человека. М., 1996. С. 222.

2 Корнуков В. М. Указ. соч. С. 75; Омельченко Г. Е. Указ. соч. С.

77.

116

из части четвертой той же статьи, содержащей указание на обращение залога в доход государства в случае уклонения обвиняемого или подозреваемого от явки по вызовам перечисленных в законе лиц. Несомненно, из закона следует, что залог направлен исключительно на обеспечение явки обвиняемого по вызовам1.

Именно таким образом разрешается данный вопрос и на практике. Так, например 4. 03. 97 г. по протесту прокурора в кассационном порядке судебная коллегия Волгоградского областного суда отменила постановление судьи Центрального района, вынесенное им в порядке ст. 220-2 УПК РСФСР, об изменении обвиняемому К. меры пресечения в виде заключения под стражу на залог в сумме 10 млн. рублей. В определении суда кассационной инстанции указано, что судья не учел характер и степень тяжести обвинения, предъявленного К., привлеченного к ответственности за подстрекательство к даче взятки должностному лицу и другие преступления, а также то, что в ходе расследования дела он пытался оказать влияние на свидетелей, убеждая их дать ложные показания, и находясь на свободе, снова мог влиять на ход следствия по делу2.

В уголовно-процессуальной литературе встречаются мнения о необходимости изменения уголовно-процессуального закона для того, чтобы обеспечить возможность применения залога в целях предотвращения любого из видов ненадлежащего поведения, указанного в ч.

1 Манаев Ю. В., Посник В. С, Смирнов В. В. Применение мер пресечения следователем. Волгоград, 1976. С. 47.

2 Архив Центрального народного суда г. Волгограда. Уголовное

дело №5-12/97.

117

1 ст. 89 УПК РФ1. Данное предложение вызывает следующие возражения. Как известно, законом предусмотрена судебная процедура принятия решения об обращении залога в доход государства. При этом факт уклонения обвиняемого (подозреваемого) от явки должен быть доказан государственными органами. При внесении в текст ч. 1 статьи 99 УПК РФ требований об обеспечении надлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого), которое, по-видимому, должно включать в себя требование не мешать установлению истины по уголовному делу, не продолжать занятие преступной деятельностью, не уклоняться от исполнения приговора, ч.4 той же статьи должна быть дополнена указанием о взыскании залоговой суммы в доход государства в случае нарушения данных требований. Судебный порядок обращения указанной суммы в доход государства будет предусматривать предоставление доказательств ненадлежащего поведения, в том числе и такой его формы, как продолжение преступной деятельности. Однако, данные действия будут содержать состав иного преступления, которое, в случае доказанности будет инкриминировано обвиняемому, и он может быть признан виновным в его совершении только приговором суда. Принятие решения об обращении залоговой массы в доход государства в данном случае будет откладываться до вступления в законную силу приговора суда по повторному преступлению. Кроме того, лицо будет фактически дважды наказано за совершение одного деяния, в соответствии с нормами как уголовно-процессуального, так и уголовного закона.

1 Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. С. 241; Булатов Б. Б. Указ. соч. С. 19; Михайлов В. А. Меры пресечения в российском уголовном процессе. М., 1996. С. 181.

118

Вопреки тому, что залог направлен исключительно на достижение цели неуклонения обвиняемого от следствия и суда, это не умаляет значимости указанной меры воздействия. По данным В. А. Михайлова, полученным в ходе опроса руководителей следственных аппаратов республик, краев, областей, транспортных отделов внутренних дел России, 74 % из них считают, что своевременное и правильное использование залога вполне может гарантировать неуклонение обвиняемого по вызовам органов расследования, прокурора и суда.1

Применение меры воздействия в виде залога возможно на любой из стадий уголовного судопроизводства в зависимости от обстоятельств дела. Поскольку залог является самостоятельной мерой пресечения возможно ее избрание и с момента первоначального привлечения лица в качестве обвиняемого, но наиболее актуальным остается освобождение обвиняемого, подсудимого под залог на более поздних ‘этапах расследования и судебного разбирательства. В ходе проведенного изучения 120 архивных уголовных дел в 76, 6 % случаев залог применял ся в качестве субсидиарной меры. При этом при решении вопроса о мере пресечения после кратковременного содержания под стражей в порядке ст. 122 УПК РСФСР - 46, 6 %, судьей при проверке законности и обоснованности ареста в порядке ст. 220-2 УПК РСФСР - 16, 6 %, следователем в ходе производства следствия - 13, 3%.

По данным В. А. Михайлова освобождение под залог широко используется судьями при проверке законности и обоснованности арестов в порядке ст. 220-2 УПК РФ. Им приводятся данные изучения

1 Михайлов В. А. Меры пресечения в российском уголовном процессе. М., 1996. С. 179.

119

следственным комитетом МВД РФ практики применения ст. 220-1 и 220-2 УПК РФ, из которых следует, что в семи регионах России за период с 17 июня 1992 г. по 1 декабря 1992 г. освобождены из под стражи в связи с изменением меры пресечения на залог 15% обвиняемых1.

Как и залог, поручительство является самостоятельной мерой процессуального воздействия, не носит характера освобождения из- под стражи до суда, и не допускает совмещения с другими мерами пресечения. Однако, например, А. А. Лиеде усматривает смысл поручительства не в самостоятельном применении, а в субсидиарном (как альтернатива ареста) значении2. Обращая внимание на большие затраты времени для избрания данной меры, Б. Б. Булатов также предлагает применять ее в порядке изменения в процессе расследования тех мер пресечения, которые требуют меньше времени на оформление, а также в случае, если отпадает необходимость содержания обвиняемого под стражей3. Несомненно, что в ходе расследования и судебного рассмотрения уголовного дела следователь (лицо, производящее дознание) и суд должны периодически возвращаться к вопросу о необходимости сохранения избранной меры пресечения - заключения под стражу. При отпадении надобности в данной мере пресечения она должна быть заменена на более мягкую, в том числе и на залог или личное поручительство. В своевременном исполнении положений ст

1 Михайлов В. А. Залог - мера пресечения в уголовном судопро изводстве. М., 1993. С. 35.

2 Лиеде А. А. Общественное поручительство в уголовном судо производстве. Диссертация д. ю. н. Рига, 1964. С. 174.

3 Булатов Б. Б. Указ. соч. С. 54.

120

101 УПК РСФСР И. М. Гуткин усматривает тенденцию к сужению сферы применения заключения под стражу1.

Показательно, что в ходе проведенного нами изучения архивных уголовных дел в 46,6 % случаев залог применялся при решении вопроса об избрании меры пресечения после истечения срока задержания подозреваемого в порядке ст. 122 УПК РСФСР, в 16,6 % случаев в результате обжалования решения об аресте в порядке ст. 220-2 УПК РСФСР, в 13,3 % случаев в результате решения следователя об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу, в 23,4 % случаев при первоначальном решении вопроса об избрании меры пресечения. Таким образом, не отрицая возможности применения залога и поручительства в качестве первоначальной меры процессуального воздействия, необходимо отметить, что основное значение этих мер нужно видеть в их субсидиарных функциях.

Такие авторы, как Дубинский А. Я. и Сербулов А. М. предлагают не помещать в законе категорического указания на возможность применения только одной меры пресечения, так как “в определенных случаях сочетание мер пресечения, с одной стороны , оказывающее непосредственное воздействие на обвиняемого, а с другой - обеспечивающее наблюдение за ним, может оказаться полезным для достижения целей применения мер пресечения.2

Каков же срок действия меры в виде залога. Начальным моментом следует признать внесение залогодателем необходимой суммы в

1 Гуткин И. М. Дальнейшее развитие советского уголовно- процессуального законодательства. М, 1978. С. 31.

2 Дубинский А. Я., Сербулов А. М. меры пресечения в совет ском уголовном процессе. Киев, 1980. С. 18.

121

депозит суда или иной кассовый орган. Именно с этого момента начинают в полной мере функционировать все механизмы воздействия на обвиняемого с целью достижения его правомерного поведения. Конечный момент действия может изменяться в зависимости от обстоятельств дела, направления расследования и судебного разбирательства (изменение меры пресечения на различных этапах расследования и судебного разбирательства как в связи с неявкой или уклонением обвиняемого, так и по другим основаниям; отмена меры пресечения в связи с прекращением уголовного дела), однако, по общему правилу действие меры обеспечения должно прекращаться с момента обращения приговора к исполнению.

Также как и залог, мера воздействия в виде личного поручительства может быть отменена либо изменена в процессе расследования и рассмотрения уголовного дела. В ст. 101 УПК РФ говорится о возможности изменения и отмены любой меры пресечения, когда это вызывается обстоятельствами дела, но принятие такого решения в отношении поручительства и залога имеет свои особенности, так как сами эти меры основаны на негосударственном принуждении. Поэтому изменение мер воздействия в виде поручительства и залога возможно в случаях, когда: а) данная мера оказалась неэффективной и требует замены на более строгую; б) открылись новые обстоятельства дела, в связи с чем возросла или уменьшилась опасность ненадлежащего поведения обвиняемого и требуется изменение меры пресечения на более строгую или мягкую; в) сам обвиняемый, поручители или залогодатель ходатайствуют об изменении данной меры. В первых двух случаях мера воздействия изменяется или отменятся по усмотрению органов уголовного судопроизводства, в последнем - по волеизъявлению частных лиц, вовлеченных в уголовный процесс. Несмот-

122

ря на то, что закон не содержит прямого указания на возможность такого волеизъявления, ее можно вывести из самой сущности данных мер. Несомненно, что с того момента, как обвиняемый и поручитель, либо обвиняемый и залогодатель утрачивают взаимное доверие и, хотя бы один из них высказывает желание отказаться от данной меры, надзор поручителей и залогодателей за надлежащим поведением обвиняемого становиться неэффективным, прекращается исполнение ими возложенных на себя обязанностей. На взгляд автора, удовлетворение ходатайства обвиняемого, поручителя или залогодателя об отказе от поручительства и залога обязательно даже в том случае, когда оно является безмотивным, так как в основе данных мер воздействия лежат нравственные принципы взаимного доверия и добровольность. В связи с этим, предлагается закрепить в уголовно-процессуальном законе необходимость обязательного изменения мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства в случае соответствующего волеизъявления хотя бы одного из участников данного правоотношения, поскольку утрата взаимного доверия влечет неэффективность применения указанных мер.

Обобщая вышеизложенное можно сформулировать следующие выводы:

  1. Залог и поручительство в российском уголовном процессе являются сложными, многогранными правовыми институтами, которые объединяют в себе элементы имущественного и нравственного свойства. Содержанием этих мер является представление частными лицами (обвиняемым, залогодателем, поручителями) имущественных гарантий в виде залоговой суммы или обязательства понести денежный штраф в случае ненадлежащего поведения обвиняемого. При этом трехсторонние взаимоотношения между органом

123

уголовного судопроизводства, обвиняемым, залогодателем или поручителем развиваются на основе взаимного доверия.

  1. Предметом залога служат внесенные в депозит суда ценности, перечень которых, в настоящее время, подлежит значительному расширению с одновременной разработкой законодательной базы такого процесса. Предмет поручительства, состоящий в обязанности понести нравственное осуждение и денежный штраф в размере одного минимального размера оплаты труда в настоящее время утратил какую-либо значимость и снижает эффективность указанной меры. В связи с этим целесообразно закрепить возможность определения суммы поручительства органом уголовного судопроизводства.
  2. Сумма залога не может быть законодательно определена какими- либо произвольными границами и в ее установлении органам уголовного судопроизводства предоставлена свобода усмотрения, однако, на ее размер влияют такие факторы, как особенности личности обвиняемого, залогодателя, а также и инкриминируемого преступления. При придании поручительству статуса имущественного, определяя сумму поручительства, следует руководствоваться теми же критериями, что и при залоге.
  3. Допуск к внесению залоговой суммы как самого обвиняемого, так и иного лица, предоставляет, в целом, равные гарантии его явки в органы уголовного судопроизводства, а увеличение круга залогодателей позволяет расширить применение данной меры воздействия. Вместе с тем, законодательство должно содержать ряд ограничений, по допуску лиц определенной категории к участию в уголовном процессе в качестве залогодателей. При применении меры процессуального воздействия в виде личного поручительства осо-

124

бое значение имеет социальная и нравственная характеристика личности поручителей, так как является одной из основных гарантий надлежащего поведения обвиняемого.

  1. В уголовно-процессуальном законодательстве должна быть закреплена обязанность залогодателей и поручителей информировать органы уголовного судопроизводства о ненадлежащем поведении обвиняемого или намерениях обвиняемого, с правом отказа от залога и поручительства. Данная норма, с одной стороны, позволит повысить эффективность указанных мер процессуального воздействия, с другой стороны - будет способствовать более полной защите данными участниками процесса своих прав и свобод.
  2. Залог и поручительство являются самостоятельными мерами процессуального воздействия и их применение возможно на любой из стадий уголовного процесса, однако, наибольшее применение они находит при разрешении вопросов, связанных с освобождением лиц, привлеченных к уголовной ответственности, из-под стражи. Особенностью данных мер процессуального воздействия является то, что они подлежат обязательному изменению в случае соответствующего волеизъявления хотя бы одного из участников, так как утрата взаимного доверия влечет неэффективность их применения.

125

Глава 3. ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ ФОРМА ПРИМЕНЕНИЯ ЗАЛОГА И

ПОРУЧИТЕЛЬСТВА

§ 1. Основания, условия применения мер процессуального

воздействия в виде залога и поручительства и обстоятельства,

влияющие на их выбор.

  1. Применение уголовно-процессуальных мер, в той или иной степени вторгающихся в личную жизнь граждан, требует условий особой процедуры, определенной процессуальной формы. Изучение процессуальной формы применения мер, обеспечивающих выполнение задач уголовного процесса, содействует разработке ее наиболее приемлемой конструкции и последующего использования в законо-

Процессуальная форма применяемых в ходе производства по делу мер процессуального воздействия в виде залога и личного поручительства служит правомерному осуществлению данных мер, так как обеспечивает достоверное установление фактических предпосылок для реализации воздействия, правильное применение к конкретному случаю соответствующей процессуальной нормы, соблюдение законности, охрану прав и законных интересов подвергающихся воздействию лиц.

Уголовно-процессуальными предпосылками применения любой из мер пресечения являются условия и основания применения мер пресечения.

126

Уголовно-процессуальный закон (ст.89 УПК РФ) не содержит исчерпы

вающих указаний по поводу того, что же следует понимать под основаниями применения мер пресечения, поэтому данный вопрос разрешается в юридической литературе неоднозначно.

Исходя из смыслового значения слова под основанием понимается причина, достаточный повод, оправдывающий что-либо.1 В философском смысле основание рассматривается как достаточное и (или) необходимое условие для чего-либо.2 Следовательно, основания применения меры пресечения должны отражать юридически значимые факты, обосновывающие и оправдывающие необходимость применения к обвиняемому этих мер. Наряду с понятием основания в теории уголовного процесса существует понятие условий применения мер пресечения. В грамматическом смысле под условием понимается обстоятельство, от которого что- либо зависит3, в философском - отношение предмета к окружающим его явлениям, без которых он существовать не может.4 Следовательно под условиями применения меры пресечения следует понимать совокупность относительно значимых юридических фактов, отражающих многообразие внешнего мира, учитываемых при избрании меры пресечения. Таким образом если основания служат причиной, непосредственно порождающей приме-

1 См. Ожегов С. И. Словарь русского языка. М., 1972. С. 422.

2 См.: Философский энциклопедический словарь. М., 1989. С.

452.

3 См. Ожегов С. И. Указ. соч. С. 771.

4 См. Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. М., 1987. С. 497.

127

нение мер пресечения, то условия составляют ту среду, обстановку, в которой последние возникают, существуют и развиваются.

На основе проведенного анализа понятия оснований следует согласиться с распространенным в юридической литературе определением оснований применения мер пресечения как фактических данных, нашедших отражение в материалах уголовного дела и являющихся доказательствами, дающих основания предполагать, что обвиняемый скроется от предварительного следствия и суда, либо воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, либо продолжит занятия преступной деятельностью, либо помешает исполнению приговора. Данная точка зрения является господствующей в теории российского уголовного процесса1.

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законом основаниями применения принуждения надлежит считать только имеющие уголовно-процессуальное значение обстоятельства в виде неправомерного поведения или объективно подтверждаемой возможности неправомерного, ненадлежащего поведения лица. При этом совокупность фактических данных, составляющих это основание, должна быть такой, чтобы она обусловливала двоякий вывод: достоверный - о наличии необходимого объема доказательственных

1 См. Еникеев 3. Д. Указ. соч. С. 89; Булатов Б. Б. Эффективность мер пресечения не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984. С. 23; Корнуков В. М. Указ. соч. С. 63; Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном процессе. Красноярск, 1985. С. 110; Очередин В. Т. Применение мер пресечения на предварительном следствии по делам несовершеннолетних и их эффективность. Автореферат дисс… к.ю.н.М., 1983.С. 10.

128

фактов, предположительный - о возможном в будущем нежелательном поведении обвиняемого. Большинство авторов подчеркивают, что при принятии решения о предположительном поведении обвиняемого и необходимости применения меры пресечения необходимо опираться на достоверные и достаточные доказательства, имеющиеся в деле.1

Вместе с тем, 3. Ф. Коврига относит к самостоятельным основаниям применения мер пресечения тяжесть совершенного преступления и общественную опасность обвиняемого2, И. М. Гуткин - привлечение лица в качестве обвиняемого3. В литературе также высказываются мнения о том, что в ст. 89 УПК РСФСР произошло смешение оснований и целей применения мер пресечения. Так О. И. Цоколова отмечает, что указанные обстоятельства несомненно обозначают цели применения мер пресечения и выдвижение их как оснований применения этих мер является сомнительным, так как требует от следователя обоснованных фактами конкретных предположений о том, что еще не произошло. В связи с этим ею высказаны предложения о выделении в качестве основания применения меры пресечения тяжести предъявленного обвинения с учетом смягчающих и отягчающих об-

1 См.: Дубинский А. Я., Сербулов А. М. Меры пресечения в со ветском уголовном процесс. Киев, 1980. С. 33; Лившиц Ю. Д. Указ. соч. С. 16.

2 Коврига 3. Ф. Указ. соч. С.51.

3 Гуткин И. М. Указ. соч. С. 21.

129

стоятельств и размера санкции уголовно-правовой нормы.1 Подобные предложения высказаны и С. И. Вершининой при исследовании системы мер пресечения.2 По нашему мнению, установление подобной жесткой формальной зависимости между тяжестью преступления и мерой пресечения может привести к самоустранению правоприменителя от оценки иных факторов, влияющих на выбор меры пресечения и, в конечном счете, негативно отразится на соблюдении прав и свобод личности, вовлеченной в уголовный процесс и обеспечении справедливости принимаемого решения. Практика показывает, что возможность применения заключения под стражу по мотивам одной лишь опасности совершенного преступления, предусмотренная ст. 96 УПК РСФСР, привела к тому, что к данному кругу обвиняемых применяется исключительно эта мера пресечения. Основываясь на данной норме, к выводу о возможности игнорирования общих оснований применения меры пресечения приходит и ряд ученых.3 Кроме того, учет данных обстоятельств предусмотрен законодателем в качестве условий применения меры пресечения.

Установленные действующим уголовно-процессуальным зако-

1 Цоколова О. И. Применение органами предварительного следствия и дознания мер процессуального принуждения под судебным контролем. Автореферат дисс… к. ю. н. М., 1995. С. 8, 14.

2 Вершинина С. И. Залог в системе мер пресечения. Авторефе рат дисс… к. ю. н. Самара, 1998. С. 13.

3 См.: Чувилев А. А., Сергеев А. И., Данышша Л. И. Примене ние органами расследования меры пресечения - заключение под стражу. М., 1975. С. 10; Чувилев А. А. Заключение под стражу в каче стве меры пресечения. М., 1989. С.13.

130

ном основания и цели для избрания мер пресечения могут быть применимы к мерам воздействия в виде залога и поручительства с учетом специфики этих мер. Это положение вытекает из норм, регулирующих залог и поручительство. Говоря о необходимости учета общих оснований применения мер пресечения при решении вопроса об избрании залога, В. А. Михайлов подчеркивает, что «если по обстоятельствам дела очевидно, что обвиняемый скроется от дознания, следствия или суда или воспрепятствует установлению истины по делу, или будет заниматься преступной деятельностью либо намерен воспрепятствовать исполнению приговора, то залог в качестве меры пресечения применять нельзя».1 Таким образом В. А. Михайлов предлагает оценивать общие основания с точки зрения их отсутствия. Однако, в данном случае в соответствии с ч. 4 ст. 89 УПК РСФСР у обвиняемого следует отбирать обязательство о явке.

По мнению диссертанта при определении признаков оснований для избрания, залог представляет исключение, поскольку в тексте ст. 99 УПК РСФСР данное основание сформулировано таким образом, что при применении залога у правоприменителя должно сформироваться основанное на материалах уголовного дела убеждение об обеспечении залоговой суммой явки обвиняемого. Следовательно, залог может предотвратить лишь один из видов ненадлежащего поведения, указанных в ст. 89 УПК РСФСР - уклонение от явки в судебно-следственные органы. Основаниями для опасений, что обвиняемый может уклониться от следствия и суда, могут служить сведения о выезде его семьи с постоянного места жительства, продаже им недвижимости и иных ценностей, увольнение с работы, а также сведения о

1 Михайлов В. А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М., 1993. С. 18-19.

131

подобных намерениях обвиняемого. Немаловажным обстоятельством является также отношение обвиняемого к содеянному и возможному наказанию, так как страх перед наказанием может склонить обвиняемого к уклонению от органов уголовного судопроизводства.

При выборе меры процессуального воздействия в виде залога лицо, ведущее уголовный процесс, должно располагать фактическими данными о том, что обвиняемый не имеет намерений продолжить преступную деятельность и оказывать противодействие установлению истины по уголовному делу. Об отсутствии этих оснований могут свидетельствовать такие обстоятельства, как чистосердечное раскаяние, активное содействие органам уголовного судопроизводства, отсутствие стойких преступных связей и другие.

Необходимо также отметить, что избрание обвиняемым такого, предусмотренного законом, способа защиты как отрицание своей вины не может служить основанием для отказа от применения меры воздействия в виде залога. В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства использование обвиняемым права на защиту, оспаривание обвинения не должны ему вредить, в том числе и при выборе меры пресечения, так как “следователь и суд должны давать оценку поведения обвиняемого в прошлом, до и во время совершения инкриминируемого преступления, а не тому, признавал ли он себя виновным в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства”1. Данный тезис находит свое подтверждение и в практической деятельности органов уголовного судопроизводства. Так, например, 31. 07. 96 г. К. было предъявлено обвинение по ч. 1 ст. 108

1 Стецовский Ю. И., Ларин А. М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М., 1988. С. 198.

132

УК РФ за причинение тяжких телесных повреждений М. Свою вину в предъявленном обвинении К. признал частично, однако, несмотря на это, следователь обоснованно применил к нему меру пресечения в виде залога в размере 4 млн. руб. При назначении судебного разбирательства мера пресечения была оставлена без изменения. К. был осужден к 4 годам лишения свободы и взят под стражу лишь в зале суда1.

Таким образом, основания для применения меры процессуального воздействия в виде залога можно определить как установленные с помощью доказательств обстоятельства, свидетельствующие, что имеется вероятность уклонения обвиняемого от органов уголовного судопроизводства.

В юридической литературе было высказано мнение о том, что принципиальное значение для разграничения оснований избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и мер пресечения, не связанных с лишением свободы имеет наличие в уголовном деле данных, свидетельствующих о степени вероятности ненадлежащего поведения обвиняемого.2 В данном случае, характер этих данных, должен свидетельствовать о том, что возможность уклонения обви-

1 Архив Советского районного народного суда г. Волгограда. Уголовное дело № 1-126/97.

2 Лившиц Ю. Д. Меры пресечения в советском уголовном про цессе. М., 1964. С. 21; Булатов Б. Б., Николюк В. В. Об основаниях избрания мер пресечения, не связанных с заключением под стражу, и особенностях их применения по делам несовершеннолетних // Эф фективность применения мер уголовно-процессуального принужде ния органами предварительного расследования в системе МВД СССР. Киев, 1985. С. 60.

133

няемого от следственно-судебных органов невелика и залог является достаточным средством обеспечения его явки. На практике же решение о применении залога основывается преимущественно на вероятности того, что обвиняемый будет являться по вызовам органа уголовного судопроизводства.

Во всех случаях для применения данной меры должны иметься самостоятельные основания, отличные от оснований применения меры пресечения в виде заключения под стражу или других мер пресечения Для применения поручительства в качестве меры процессуального воздействия также должны иметься самостоятельные основания, однако, если залог призван обеспечить явку обвиняемого в органы уголовного судопроизводства, то поручительство - предотвратить любой из видов ненадлежащего поведения, указанных в ст. 89 УПК РСФСР. В теории уголовного процесса под надлежащим поведением понимается то, что обвиняемый не уклоняется от следствия и суда, не препятствует установлению истины по делу и не занимается преступной деятельностью.1 Исходя из указанных целей, основания применения личного поручительства определяются как обстоятельства, установленные в ходе расследования, которые свидетельствуют о том, что в период производства предварительного следствия обвиняемый может скрыться от следствия, воспрепятствовать установлению истины по делу, заниматься преступной деятельностью.2

По мнению автора, учитывая, что механизм действия залога и

1 Корнуков В. М. Указ. соч. С. 76.

2 См.: Очередин В. Т., Смирнов В. В. Избрание мер пресечения в отношении несовершеннолетних, совершивших преступления. Вол гоград, 1982. С. 20.

134

поручительства является сходным, необходимо унифицировать цели и основания их применения. С этой целью необходимо исключить из текста ст. ст. 94 и 95 УПК РСФСР указание на ручательство за надлежащее поведение обвиняемого, поскольку институт поручительства не имеет реальных средств для того, чтобы обеспечить выполнение указанной задачи.

Однако, в соответствии с действующим законодательством, основания для применения меры процессуального воздействия в виде личного поручительства можно определить как установленные с помощью доказательств обстоятельства, свидетельствующие, что имеется вероятность уклонения обвиняемого от органов уголовного судопроизводства или иного ненадлежащего поведения.

Однако, в ходе изучения архивных уголовных дел выявлено, что следователи в постановлениях об избрании меры пресечения в виде залога наиболее часто указывают такие “основания” как отказ прокурора в санкции на арест, наличие постоянного места жительства, малолетних детей, положительных характеристик, отсутствие судимостей, болезненные состояния обвиняемых или их близких. Данные факты свидетельствуют о том, что практические работники не всегда правильно дифференцируют основания применения меры воздействия в виде залога и условия, влияющие на ее выбор. Среди формулировок оснований встречаются такие прямо противоположные выводы как «нет оснований полагать, что обвиняемый может помешать установлению истины по делу и скрыться», так и «имеются предположения о том, что обвиняемый может уклониться от следствия и суда, так как ранее он скрывался и был объявлен его розыск» .

1 Архив Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда.

135

  1. Вопрос об условиях применения мер пресечения в теории уголовного процесса также является спорным. В. Т. Очередин определяет условия применения меры пресечения как требования уголовно-процессуального закона, соблюдение которых способствует принятию решения и обеспечивает его законность и обоснованность.1 При этом в юридической литературе нет единства мнений в определении необходимой совокупности условий. 3. Д. Еникеев и В. М. Корнуков к условиям применения меры пресечения относят: 1) возбуждение уголовного дела; 2) наличие обвинения в отношении лица, к которому применяется мера пресечения.2 И. Л. Петрухин дополняет к этому перечню еще два условия: 1) мера пресечения не может быть более строгой, чем грозящее обвиняемому уголовное наказание; 2) мера пресечения может быть применена к надлежащему субъекту (достигшему возраста уголовной ответственности).3 В. Т. Очередин выделяет в качестве условий применения меры пресечения следующие требования: 1) привлечение лица в качестве обвиняемого; 2) выяснение и учет обстоятельств, характеризующих его личность; 3) процессуальную компетентность лица, принимающего решение; 4)

Уголовное дело № 1-578/96; Архив Дзержинского районного суда г. Волгограда. Уголовное дело № 1-773/95.

1 Очередин В. Т. Указ. соч. с. 10.

2 Еникеев 3. Д. Проблемы мер пресечения в уголовном процес се. Дисс. док. юрид. наук. Уфа, 1991. С. 89; Корнуков В. М. Указ. соч., С. 66.

3 Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. С. 116-119.

136

соблюдение процессуальной формы решения.1 Ряд авторов определяют как условие необходимость учета обстоятельств, установленных ст. 91 УПК РСФСР.2

Несомненно, все вышеуказанные процессуальные факторы положительно или отрицательно влияют на применение меры пресечения, обеспечивают ее законность и обоснованность. Вместе с тем, ряд условий может быть сгруппирован в более общие категории. Так, определение правомерности применения меры пресечения к тому или иному субъекту предопределяется фактом предъявления ему обвинения, поскольку к данному моменту вопрос о возрасте и других юридически значимых признаках субъекта преступления должен быть разрешен. Процессуальная компетентность лица, принимающего решения является составной частью соблюдения процессуальной формы решения, а обстоятельства, характеризующие личность - составной частью обстоятельств, подлежащих учету в соответствии со ст. 91 УПК РСФСР. Таким образом, обобщая вышеизложенное можно выделить следующие условия применения меры пресечения: 1) возбуждение уголовного дела; 2) наличие обвинения; 3) соблюдение процессуальной формы; 4) учет обстоятельств, предусмотренных ст. 91 УПК РСФСР.

Все вышеуказанные условия имеют равное значение при применении любой меры пресечения. Однако, при применении залога и

1 Очередин В. Т. Указ. соч. С. 10.

2 Манаев Ю.В., Посник В. С, Смирнов В. В. Применение мер пресечения следователем. Волгоград, 1976. С. 60; Михайлов В. А. Уголовно-процессуальные меры пресечения в судопроизводстве Рос сийской Федерации. М., 1997. С. 54; Коврига 3. Ф. Указ. соч. С. 67.

137

поручительства такое условие, как наличие обвинения имеет свои особенности. Как известно, в качестве исключения уголовно- процессуальный закон допускает применение меры пресечения к подозреваемому. Вместе с тем, применение к подозреваемому таких мер воздействия как залог и поручительство на наш взгляд нецелесообразно, так как, во-первых, указанные меры во-многом основаны на взаимном доверии сторон (лица, ведущего уголовное судопроизводство, поручителя, залогодателя и лица, привлекаемого к ответственности), но к моменту появления в уголовном деле фигуры подозреваемого данные доверительные отношения еще не могут сформироваться, поскольку с переходом в стадию предварительного расследования доказывание продолжается в условиях довольно существенной информационной неопределенности1 и лицо, осуществляющее расследование, не обладает достаточным объемом информации, характеризующим как личность привлекаемого к ответственности лица, так и его преступное деяние; во-вторых, применение мер в виде залога и поручительства требует определенной подготовительной работы, в то время, как наличие фигуры подозреваемого на этапе предварительного расследования носит временный, краткосрочный характер.

В юридической литературе нет единства в оценке обстоятельств, подлежащих учету при избрании меры пресечения в соответствии со ст. 91 УПК РСФСР. Ранее указывалось, что ряд ученых относит их к условиям применения меры пресечения. Однако, существует и другое мнение, в соответствии с которым обстоятельства, предусмотренные ст. 91 УПК РСФСР, должны включаться в основания

1 Шейфер С. А. Методологические и правовые проблемы собирания доказательств в советском уголовном процессе. Автореферат дисс.д.ю.н.М., 1981.С. 16.

138

применения мер пресечения. Так, Б. Б. Булатов на основе изучения практики приходит к выводу о том, что нередко установление таких обстоятельств, как наличие прошлой судимости, отрицательное поведение в быту, привлечение к административной ответственности, и тому подобных, которые относятся к учитываемым при избрании конкретной меры пресечения, в действительности указывают прежде всего на необходимость применения процессуального принуждения1. По мнению Ф. М. Кудина, указанные обстоятельства, во-первых, подтверждают наличие или отсутствие основания применения, во- вторых, конкретизируют его с точки зрения избрания меры пресечения2.

Диссертанту предпочтительней представляется позиция Г. П. Ивлиева, который отмечает следующие варианты возможного влияния обстоятельств, предусмотренных ст. 91 УПК РСФСР, на избрание меры пресечения: 1) они могут выступать как основания применения меры пресечения; 2) способствовать наиболее целесообразному выбору вида меры пресечения; 3) исключать применение меры пресечения; 4) не влиять на ее избрание3. В действительности, вывод о вероятности ненадлежащего поведения обвиняемого и необходимости применения к нему мер пресечения часто производится исходя из доказательственной информации, полученной в ходе изучения личности обвиняемого, оценки тяжести инкриминируемого преступления и других факторов, установленных ст. 91 УПК РСФСР. Так, например

1 Булатов Б. Б. Указ. соч. С. 54.

2 Кудин Ф. М. Указ. соч. С. 39.

3 Ивлиев Г. П. Основания применения мер процессуального принуждения. Дисс. к. ю. н. М., 1986. С. 89.

139

  1. Д. Еникеев предлагает в числе прочих руководствоваться и следующим фактами, подтверждающими достаточность оснований применения мер пресечения: неоднократное совершение преступлений, отсутствие определенных занятий в течение длительного времени, бродяжничество, тяжесть возможного наказания за совершенное преступление и другими.1 Несомненно, что эти факты являются составной частью обстоятельств, установление которых предусмотрено ст. 91 УПК РСФСР. Таким образом значение обстоятельств, подлежащих учету, является неоднозначным, поскольку одни и те же доказательства, могут выступать и как основания применения меры пресечения и как условия их применения, в зависимости от конкретной следственно-судебной ситуации. Эти положения применимы и к избранию мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства.

  2. Обратимся к обстоятельствам, на которые законодатель непосредственно указывает в ст. 91 УПК РФ, и их влиянию на выбор меры воздействия в виде залога и поручительства. В числе первых указывается на тяжесть предъявленного обвинения. На наш взгляд, тяжесть предъявленного обвинения непосредственно связана с размером угрожающего виновному наказания, поэтому влияние этих двух факторов на выбор мер воздействия в виде залога и поручительства необходимо рассматривать вместе. М. С. Строгович отмечал, что мера пресечения должна быть соразмерной с тем наказанием, которое может быть применено к обвиняемому за инкриминируемое преступление, так как следует избегать в процессе расследования и разбирательства дела применения таких мер пресечения, которые были бы тяжелее,

1 Еникеев 3. Д. Социальная ценность и эффективность мер уголовно- процессуального пресечения. Уфа, 1979. С. 22.

140

чем то наказание, к которому обвиняемого может приговорить суд.1

Представляется целесообразным применение залога по делам об имущественных преступлениях, преступлениях в сфере коммерческой деятельности и налогообложения, а также иных, в результате которых был причинен имущественный, а не физический ущерб и личность обвиняемого не имеет стойкой преступной ориентации. К примеру, житель г. Волгограда Б., проходя через таможенный пост “Волгоград-Авиа” таможенной границы России, в принадлежащих ему вещах пытался вывезти за пределы Российской Федерации в Азербайджан 5440 долларов США, не заявленных в таможенной декларации. За совершение указанных действий Б. был привлечен к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 169-1 УК РФ (в ред. 1961 г.) и к нему была избрана мера пресечения в виде залога в сумме 13 млн. рублей. Впоследствии Б. был осужден Дзержинским районным народным судом г. Волгограда к 2 годам лишения свободы с отсрочкой исполнения приговора на 1 год, с конфискацией 5440 долларов США. Как видим, в данном случае залог явился адекватной мерой обеспечения явки обвиняемого в правоохранительные и судебные органы2.

По статистическим данным, полученным в УВД Волгоградской области в 1995-1996 годах залог на стадии предварительного следствия применялся к обвиняемым в следующих преступлениях (в процентном соотношении к общему количеству случаев применения залога):

1 Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М., 1968. С. 273 -274.

2 Архив Дзержинского районного народного суда г. Волгограда. Уголовное дело № 1- 861/96.

141

Кроме того по ст.ст. 103 4. 1, 109 ч. 1, 136, 163 4. 2, 208 4. 3 УК РСФСР-по 1,7%.

ст.УК

РФ в 144 206 145 108 149 224 147 218 148-1 162-7 ред. ч.2,3 ч.2,3 ч.1,2 ч.1,2 4.1,2 4.1,2 ч.2,3 4.1 ч.1,2 4.2 1961

г

% 25,4 15,3 13,6 6,8 6,8 6,8 5Д 5,1 3,4 3,4 Имущественный ущерб от преступления имел место в 44 % дел. Сумма ущерба составляла от 27 тыся4 до 216 млн. рублей. При этом сумма ущерба превышала 1 млн. рублей в 53,8 % от общего коли4ест-ва слу4аев, а 10 млн. рублей в 19,2 %.

Такие обстоятельства, как характер и тяжесть совершенного преступления оказывают большое влияние на выбор меры воздействия в виде ли4ного пору4ительства. На наш взгляд, ли4Ное пору4и-тельство в настоящей редакции целесообразно применять к лицам впервые совершившим преступления небольшой тяжести, а также к совершившим неосторожные преступления, санкция которых предусматривает назна4ение наказаний не связанных с лишением свободы, либо имеется реальная возможность отср04ки исполнения наказания в виде лишения свободы. Осознание обвиняемым вероятности более мягкого наказания, не связанного с лишением свободы, побуждает его не совершать в период расследования каких- либо противоправных поступков, предусмотренных ст. 89 УПК РФ, поэтому мера воздействия в виде ли4ного пору4ительства в данном случае является вполне достато4ной. Кроме того, находясь на свободе в период расследования и судебного рассмотрения уголовного дела, данные лица смогут продолжать трудовую деятельность с целью возмещения при4Иненно-

142

го преступлением ущерба и материального обеспечения семьи, а также избежать деформации личности, возникающей в результате влияния криминальной среды следственного изолятора.

По статистическим данным, полученным в УВД Волгоградской области в 1995-1996 годах поручительство на стадии предварительного следствия применялось к обвиняемым в следующих преступлениях (в процентном соотношении к общему количеству случаев применения поручительства):

ст.

УК РФ 144 ч. 206 ч. 2 148-1 149 145 147 224 ч. вред. 1961 г. 2,3

ч.2,3 ч. 1 ч.2 ч.1,3 1,2 % 57,9 12,3 7 5,3 3,5 3,5 3,5 Кроме того по ст. ст. 108 ч. 1, 109 ч. 1, 117 ч. 3, 122, 226 ч. 2 УК РСФСР-по 1,75%.

Имущественный ущерб от преступления имел место в 57,9 % дел. Сумма ущерба составляла от 20 тысяч до 14 млн. рублей. При этом сумма ущерба превышала 1 млн. рублей в 30,3 % от общего количества случаев, а 10 млн. рублей в 3 %. Сравнивая вышеуказанные показатели с аналогичными по применению меры воздействия в виде залога (с. 141 диссертации), можно сделать вывод о том, что при относительной схожести составов преступлений расследуемых дел, поручительство применяется при наличии меньшего материального ущерба, чем залог.

Соразмерно тяжести предъявленного обвинения и возможного

143

наказания необходимо назначать и сумму залога, тем более, что законодатель не ограничивает ее высший и низший пределы. Однако, необходимо учитывать, что чем больше санкция за указанное преступление, тем выше вероятность уклонения обвиняемого от следствия и суда и возможной неэффективности меры воздействия в виде залога.

Представляется, что теоретически ограничить применение залога и поручительства рамками конкретных уголовно-правовых составов и размерами санкций в законе нельзя, так как невозможно предусмотреть все многообразие жизненных ситуаций. Однако, в проекте УПК Российской Федерации, принятом в первом чтении Государственной Думой,1 статьей 102 установлен прямой запрет на применение залога в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Примечательно, что подобный запрет не распространяется на иные меры пресечения, такие как подписка о невыезде, личное поручительство, отдача несовершеннолетнего под присмотр и т. д., то есть их применение возможно в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. На наш взгляд, подобное положение противоречит как логике, так и традициям российского уголовного процесса, не говоря уже об англоамериканской системе права, где возможность быть освобожденным под залог возведена в ранг конституционного принципа, гарантирующего неприкосновенность личности.

1 См.: Проект УПК РФ, внесенный депутатами - членами Комитета Государственной Думы по законодательству и судебно-правовой реформе. - М., 1997, а также Юридический вестник. - 1995. - № 31 (122). - Сент. Далее - проект УПК, если специально не оговорено использование иных проектов УПК.

144

Для обоснования данной позиции можно выдвинуть следующие аргументы: во-первых, если предположить что в тексте проекта закона меры пресечения названы в порядке возрастания степени уголовно-процессуального принуждения или их эффективности, то залог предшествует лишь таким мерам пресечения как домашний арест и заключение под стражу. Однако, если учесть, что он, в отличие от подписки о невыезде и других мер пресечения, не может быть применен в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, то следует вывод, что законодатель допускает применение более жестких и эффективных мер пресечения в отношении лиц, обвиняемых в совершении менее тяжких преступлений.

Во-вторых, обратившись к Уставам уголовного судопроизводства 1864 г., увидим, что для Российского уголовного процесса характерно ограничение в максимуме уголовно-процессуального принуждения. Данное правило воспринято в норме, регламентирующей применение меры пресечения в виде заключения под стражу, которое допускается в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет. В отношении же залога законодатель избрал иную технику, запретив минимум, по сравнению с заключением под стражу, уголовно- процессуального принуждения. Для остальных мер пресечения подобные условия вообще не предусмотрены.

Видимо, подобное запрещение преследует цель предотвращения необоснованных освобождений из-под ареста лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений. Так, в отчете “О работе судов за 1-е полугодие 1994 г.” указано, что залог в качестве меры пресечения необоснованно, с последующим обращением его в доход государства, органами следствия был применен в отношении

145

385 человек, судами -136 подсудимых1. Публикации о подобных фактах регулярно появляются и в периодической печати. Например, районный суд Нижнего Тагила в апреле 1996 г. освободил под залог в сумме 70 млн. рублей лидера крупной преступной группировки по кличке Трифон, обвиняемого в организации умышленного убийства, после чего последний скрылся2.

Однако, вышеприведенная конструкция закона лишь превратит залог в мертвую норму, не исключая при этом необоснованных освобождений из-под стражи с применением мер пресечения в виде подписки о невыезде, личного поручительства и др., которые еще в меньшей степени обеспечивают правомерное поведение обвиняемого.

При анализе поставленного вопроса необходимо обратить внимание и на другой аспект: реальное отношение практических работников правоохранительных органов к соблюдению прав и интересов личности, вовлеченной в орбиту уголовно-процессуальных отношений. Учитывая тот факт, что в деятельности органов дознания, предварительного следствия и прокуратуры превалирует обвинительная функция, они склонны к применению мер, в большей степени обеспечивающих достижение целей уголовного судопроизводства и в меньшей - учитывающих интересы личности. В вышеуказанном отчете отражается, что 27,7 тыс. человек (6,7 % от общего числа привлеченных к ответственности) освобождены из под стражи при судебном

1 См.: Российская юстиция. -1995. - № 1.

2 См.: Владыкин А. “И Трифон был таков’7/Российская газета. - 1996. - 1 авг.; Скуратов Ю. Диктатура закона не допустит к власти диктатора // Российская газета -1996. - 17 окт.; Шаров А. “Свобода под залог’7/Российская газета. - 1997,- 23 июля.

146

разбирательстве, то есть к указанным лицам надлежало применить меры, не связанные с лишением свободы, в том числе, и залог.

Кроме того, в деятельности правоохранительных органов встречаются проявления безответственности, недобросовестности, излишнего служебного рвения, что ведет к прямому нарушению законности, поэтому уголовно-процессуальный закон и практика его применения должны предусматривать условия, достаточно надежно обеспечивающие права личности при проявлении не только лучшего, но и худшего отношения к гражданину со стороны правоприменителя.1 Вследствие этого было бы целесообразнее ограничить их власть в возможности применения мер, в большей степени ограничивающих личную свободу, в применении же мер, способствующих смягчению принуждения в отношении обвиняемого, предоставить свободу усмотрения.

На основании вышеизложенного автор приходит к заключению, что законодатель не должен определять случаи, когда залог подлежит исключению, как мера, не обеспечивающая в должной степени явку обвиняемого в органы уголовного судопроизводства. По мнению автора, при принятии решения о невозможности применения залога допустимо по аналогии использовать критерии, предлагаемые судам Пленумом Верховного Суда РФ для назначения наказания в виде лишения свободы виновным в совершении преступлений, направленных против жизни, здоровья и свободы граждан; преступлений, сочетающих насильственный характер и корыстную направленность; злостного и особо злостного хулиганства; тяжких корыстных преступле-

1 Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Волгоград, 1997. С. 80.

147

ний, совершенных с использованием служебного положения; с учетом таких отягчающих обстоятельств, как общеопасный способ совершения преступления, в том числе с использованием взрывных устройств, боевых припасов, огнестрельного оружия, и совершение преступления организованной группой, а также к организаторам и активным участникам преступных группировок.1 Однако, в каждом конкретном случае орган уголовного судопроизводства должен принимать решение самостоятельно, с учетом всех факторов, влияющих на выбор меры пресечения или воздействия.

  1. Определить именно тот критерий, на основании которого индивидуализируются меры пресечения, позволяет выявление и изучение данных о личности обвиняемого, поскольку в действующем законе основания для их избрания едины и сформулированы в одной правовой норме. В свете этого положения, лицо, ведущее уголовный процесс, должно располагать наибольшими знаниями о личности обвиняемого, чтобы иметь возможность определить вероятность неправомерного поведения. При определении пределов изучения личности обвиняемого нельзя совершенно абстрагироваться от совершенного им преступления, но нельзя также исходить лишь из совершенного им деяния.2

1 Постановление № 8 Пленума Верховного Суда РФ от 25 ок тября 1996 г. «О ходе выполнения судами постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14. 04. 88 г. № 1 «О практике назначения су дами Российской Федерации наказания в виде лишения свободы»// Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1997. С. 552.

2 Ведерников Н. Т. Изучение личности преступника в процессе

148

По определению Ю. В. Манаева “под личностью виновного или обстоятельствами, характеризующими личность виновного (оба эти термина имеют одинаковое юридическое значение) следует иметь в виду социальные, психологические и психофизические данные о совершившем преступление, не входящие в состав преступления и образующие его самостоятельную характеристику”.1 Данные обстоятельства последовательно учитываются лицом, ведущим уголовный процесс при принятии решений по уголовному делу практически на всех стадиях уголовного судопроизводства.

В процессе расследования сведения о личности обвиняемого должны быть собраны следователем и приобщены в виде процессуальных документов к материалам уголовного дела, иметь соответствующую процессуальную форму и являться доказательством по делу. Основные источники данного вида доказательств хорошо известны. Традиционным набором документов, характеризующих личность, которые приобщаются к делу в процессе расследования, являются характеристики с места работы и места жительства обвиняемого, сведения о его предыдущих судимостях, данные о психическом здоровье и возможных наркологических заболеваниях. Немного шире этот перечень, когда речь идет о несовершеннолетних обвиняемых, так как законодатель требует точного установления возраста, условий жизни и воспитания, а также изучения данных о возможной умственной отсталости несовершеннолетнего, не связанной с душевным заболеванием

расследования. Томск, 1968. с. 27.

1 Манаев Ю. В. Общие аспекты исследования личности обвиняемого в суде // Труды Высшей следственной школы МВД СССР. Вып. 1. Волгоград, 1969. С. 207.

149

(ст. 392 УПК РСФСР).

Однако, при изучении следователем личности обвиняемого часто проявляется формализм. В итоге сведения об обвиняемом в уголовном деле оказываются неполными и поверхностными, они не дают соответствующего представления о его социальном облике и создают предпосылки для принятия несправедливых решений в отношении обвиняемого, связанных, в частности, с применением мер процессуального принуждения1. Такой подход недопустим и при избрании мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства, так как эффективность избранной меры во-многом обусловливается спецификой личности обвиняемого, подозреваемого.

Психофизические особенности личности часто являются первоосновой для принятия решения об избрании меры воздействия в виде залога. Как правило, сведения о них можно почерпнуть уже из анкетных данных. Это прежде всего относится к такой позиции, как возраст. Представляется, что из соображений гуманности нежелательно применять меру пресечения в виде заключения под стражу к лицам пожилого и старческого возраста. Адекватной заменой этой меры пресечения к лицам данной категории может служить залог, даже по составам преступлений, отнесенным к категории тяжких.

По тем же соображениям возможно применение залога и к несовершеннолетним обвиняемым. Хотя, например, с точки зрения В. Т. Очередина, в связи с тем, что сам подросток не в состоянии обеспе-

1 Шадрин В. С. О значении процессуальной формы и формализме на предварительном следствии // Процессуальные вопросы предварительного расследования на современном этапе. Волгоград, 1988. С. 25.

150

чить залог, между ним и залогодателем (родителями или иным взрослым лицом) отношения приобретают не личный, а денежно- имущественный характер, что не согласуется с основами нравственности.1 Однако, даже наличие в УПК такой меры пресечения как отдача несовершеннолетнего под присмотр не исключает, в некоторых случаях, применение к ним меры пресечения в виде залога, так как это побудило бы родителей (либо других залогодателей) оказывать более действенное влияние на несовершеннолетнего.

Следующим фактором, который может оказать влияние на принятие решения о применении меры пресечения в виде залога может быть принадлежность к полу. Как правило, при избрании меры пресечения к обвиняемым-женщинам, лицо, ведущее уголовный процесс, неминуемо сталкивается с проблемой наличия у нее на иждивении несовершеннолетних детей, и в случае заключения ее под стражу он должен решить вопрос об установлении опеки над ними. По-видимому, ущерб, полученный в результате нравственных страданий, испытываемых при этом матерью и, особенно, детьми, несоизмерим с вероятным злом ее неправомерного поведения в будущем.

Не вызывает сомнений то, что применение залога допустимо только в отношении тех лиц, фактические данные о которых не вызывают сомнений и удостоверяются соответствующими документами (паспортом или заменяющим его документом). Заслуживает негативной оценки, к примеру, практика применения залога к лицам цыганской национальности в связи с тем, что отсутствие каких-либо доку-

1 Очередин В. Т. Обеспечение законности при расследовании преступлений несовершеннолетних следователями органов внутренних дел. Волгоград, 1990. С.69.

151

ментов, удостоверяющих личность, делает затруднительным их заключение под стражу1.

При применении залога и поручительства важное значение имеет наличие у обвиняемого постоянного места жительства, при этом целесообразно выяснять место и условия его фактического проживания, а не наличие прописки или регистрации, заменившей институт прописки, поскольку в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ отсутствие указанных официальных реквизитов не может служить основанием для ограничения прав и свобод человека2, а следовательно и мотивом отказа в применении залога или поручительства.

Семейное положение обвиняемого (подозреваемого) также оказывает существенное влияние на решение вопроса о мере пресечения.3 Наличие у обвиняемого семьи, особенно с большим числом детей и других иждивенцев, снижает вероятность его уклонения от

1 Уголовное дело № 091203 - 96 г. по обвинению Оглы О. Н. и Вадра С. Д. по ч. 1 ст. 224 УК РСФСР, находившееся в производстве СУ ГУВД г. Волгограда. В отношении обеих обвиняемых в качестве меры пресечения был избран залог в связи с отсутствием документов, удостоверяющих личность.

2 Постановление № 8 Пленума Верховного Суда РФ от 31 ок тября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конститу ции РФ при осуществлении правосудия» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федера- ции)по уголовным делам. М., 1997. С. 533.

3 Лившиц Ю. Д. Меры пресечения в советском уголовном про цессе. М., 1964. С. 30.

152

следствия и суда и может повлечь применение меры воздействия в виде залога даже при обвинении в тяжких преступлениях. Так, С. обвинялся в совершении кражи комбикорма со склада ОПХ “Сосновское” в особо крупных размерах. Учитывая, что С. возместил причиненный ущерб, а также имеет троих несовершеннолетних детей, престарелых родителей, его заработная плата является единственным источником дохода в семье, однако, с учетом тяжести совершенного преступления имеется некоторая вероятность его уклонения, в отношении С. была избрана мера воздействия в виде залога в сумме 3 млн. руб. Данная мера полностью обеспечила явку обвиняемого в органы уголовного судопроизводства и впоследствии он был осужден к наказанию, не связанному с лишением свободы1. Кроме того, данные о наличии на иждивении обвиняемого малолетних детей или других нетрудоспособных членов семьи в совокупности с данными о заработной плате и общем доходе семьи позволяют сделать вывод о материальном положении обвиняемого.

Говоря о характеристике личности обвиняемого, оказывающей воздействие на выбор меры процессуального воздействия в виде личного поручительства, необходимо иметь в виду все высказанное ранее в отношении залога. Однако, необходимо отметить, что при применении меры воздействия в виде поручительства (в любой его форме) важнейшее значение приобретают психологические и мировоззренче-

1 Архив Елизовского народного суда Камчатской обл. Уголовное дело № 1-22/94.

153

ские свойства1, характеризующие личность обвиняемого, так как в основе ее лежит замена мер государственного принуждения мерами убеждения. Поэтому данные, позволяющие судить об отношении обвиняемого к общественному мнению или авторитету отдельных лиц, к совершенному преступлению и вероятному наказанию обусловливают возможность применения к нему мер морального воздействия. Данные сведения получаются, в основном, путем запросов и истребования документов с места работы или учебы обвиняемого. В них отражается, в частности, сколько времени и в какой должности он работал, как соблюдал трудовую дисциплину и относился к товарищам по работе и представителям администрации, повышал ли свою квалификацию, участвовал ли в общественной жизни коллектива.

Важное значение также имеют взаимоотношения в семье обвиняемого и его отношение к членам семьи, образ жизни и круг знакомств, употребление алкоголя, отношение к соседям. Кроме того, поскольку речь идет об изучении личности человека, который совершил общественно опасное деяние, то важнейшим характеризующим эту личность моментом является также отношение данного лица к содеянному и поведение его в ходе расследования. Необходимо помнить, что установить исчерпывающий перечень сведений, характеризующих личность, невозможно, так как при изучении конкретного человека, у него выявляется индивидуальное, которое бесконечно разнообразно. Сам обвиняемый является ценным источником информации о фактических данных, куда нужно отнести биографические сведения, сведения о состоянии здоровья и материальном положении об-

1 Подробно о классификации и содержании этих свойств см.: Цветков П. П. Исследование личности обвиняемого. Л., 1973. С. 56 -62.

154

виняемого и некоторые другие данные. Информация же о других сторонах личности обвиняемого получается в основном из других источников и при необходимости лишь проверяется путем постановки вопросов обвиняемому. В то же время допрос дает большие возможности для исследования личности обвиняемого путем непосредственного изучения его следователем.1 В ходе допроса следователь наблюдает за обвиняемым, за его поведением и реакцией на вопросы и таким образом может составить мнение о целесообразности применения меры воздействия в виде личного поручительства.

Необходимо отметить, что при избрании мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства, обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого (подозреваемого) рассматриваются с точки зрения его вероятных действий в будущем. Кроме того, в различных случаях одни и те же данные могут иметь или не иметь значение для избрания меры пресечения, поэтому их необходимо рассматривать в тесной взаимосвязи с другими обстоятельствами дела, влияющими на выбор наиболее эффективной меры пресечения.2

  1. В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством к моменту применения меры пресечения вина обвиняемого в инкриминируемом преступлении должна быть доказана в достаточной степени, так как избранию меры пресечения предшествует акт привлечения в качестве обвиняемого (исключение составляет применение меры пресечения к подозреваемому). Поэтому неправо-

1 Ведерников Н. Т. Изучение личности преступника в процессе расследования. Томск, 1968. С. 31, 53.

2 Ивлиев Г. П. Основания применения мер процесссуального принуждения. Дисс. к. ю. н. М., 1986. С. 89.

155

мерно говорить о влиянии степени доказанности преступления на выбор меры пресечения. Хотя, данная точка зрения встречается среди практических работников, которые зачастую связывают применение меры пресечения в виде заключения под стражу с наличием большого количества доказательств вины, а применение менее строгих мер, в том числе и залога, - с их отсутствием. Так, 29,8 % из 300 опрошенных нами сотрудников судебно-следственных органов указали на степень доказанности вины обвиняемого (подсудимого) как на обстоятельство, учитываемое ими при избрании меры пресечения в виде залога. Данная точка зрения не имеет под собой правовой основы, однако, можно утверждать, что надежда обвиняемого (подсудимого) на оправдательный приговор или прекращение уголовного дела в силу недоказанности обвинения позволяет сделать вывод о том, что залог в данном случае обеспечит явку обвиняемого в судебно-следственные органы.

Кроме того, нельзя рассматривать основания для избрания меры пресечения и обстоятельства, влияющие на ее выбор, без учета ряда социально-политических, географических и иных факторов. В прошлом веке В. Микляшевский отмечал, что результативность работы полиции по розыску и поимке укрывающихся преступников оказывает влияние на эффективность меры пресечения в виде залога. “Чем менее вероятности, чтобы укрывающийся или бежавший обвиняемый избежал заслуженного наказания, тем законодатель может более расширить применение этих средств пресечения обвиняемому способов уклоняться от следствия и суда - и обратно, чем более вероятности, что уклонившийся от следствия может избегнуть заслуженной кары, тем более узкие границы законодатель может оставить для примене-

156

ния этих средств пресечения”.1 К сожалению, в настоящее время такие факторы, как кризисное состояние самой правоохранительной системы, процессы, связанные со сращиванием чиновничества с организованной преступностью, “прозрачность границ” государства создают благоприятные условия для нарушения меры воздействия в виде залога, но они, тем не менее, не должны препятствовать закреплению в уголовно-процессуальном законодательстве демократических институтов, направленных на защиту неприкосновенности личности.2

Нельзя не учитывать при анализе практики применения меры воздействия в виде залога и поручительства и такого фактора, как свобода усмотрения правоприменителя при выборе решения, поскольку нормы о залоге и поручительстве включают в себя оценочные признаки и предоставляют правоприменителю возможность учесть конкретные обстоятельства при выборе решения, что имеет положительное значение. Вместе с тем, данные нормы дают известную возможность для проявления субъективизма3. Так при анализе статистических данных, полученных в УВД Волгоградской области обратил на себя внимание такой факт: в 1995 г. в 37,9 % случаев залог был применен следователями Краснооктябрьского РУВД. Всего залог применяли в 10 районных ОВД. В 1996 г. данный показатель составил 43,3 %. Так, при прочих равных условиях (уровне преступности, ква-

1 Микляшевский В. О средствах представления обвиняемого в суд и пресечения ему способов уклоняться от следствия и суда. Вар шава, 1872. С. 220.

2 См. Скуратов Ю. Диктатура закона не допустит к власти дик татора // Российская газета - 1996. -17 октября.

3 См.: Лупинская П. А. Указ. соч. С. 34.

157

лификации сотрудников, нагрузке на следователей, материальной оснащенности и др.) в пределах одного УВД в одном из районов залог находит применение, а в других нет. Ничем иным, как волюнтаризмом правоприменителей этот факт объяснить нельзя.

Преодолению подобного явления послужит непосредственное указание уголовно-процессуального закона о необходимости рассмотрения вопроса об освобождении под залог или поручительство при наличии конкретных, юридически значимых признаков. За основу может быть взят перечень обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренный ст. 61 УК РФ. В связи с этим диссертант предлагает дополнить ст. 101 УПК РСФСР следующей формулировкой: «При наличии обстоятельств, установленных ст. 61 УК РФ, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или суд обязаны рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на залог, поручительство или иную, не связанную с лишением своды, о чем составить мотивированное постановление». Данное положение обеспечит дополнительные гарантии прав и интересов личности, подвергаемой принуждению в уголовном процессе, а также будет способствовать созданию единообразной практики применения уголовно-процессуальной репрессии.

Обобщая все вышеизложенное, можно сформулировать следующие выводы:

  1. Применение мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства должно основываться на самостоятельных основаниях. Для залога таким основанием является подтвержденная собранными доказательствами совокупность фактических данных свиде-тельствующих о том, что обвиняемые может скрыться от следствия и суда, для поручительства - фактические данные должны свиде-

158

тельствовать о любом из возможных видов ненадлежащего поведения обвиняемого, указанного в ст. 89 УПК РСФСР. При этом степень вероятности ненадлежащего поведения должна быть невелика.

  1. Избрание обвиняемым каких-либо, предусмотренных законом способов защиты, не должно влечь за собой отказ в применении меры процессуального воздействия в виде залога или поручительства.
  2. При применении залога и поручительства необходимо учитывать тяжесть предъявленного обвинения, однако, уголовно- процессуальный закон не должен определять случаи, когда залог подлежит исключению, как мера, не обеспечивающая в должной степени, явку обвиняемого в органы уголовного судопроизводства.
  3. Эффективность мер в виде залога и поручительства во-многом обусловливается спецификой личности обвиняемого, подозреваемого, поэтому, по делам данной категории особое значение имеет изучение и оценка психофизических и психологических особенностей личности, ее социального положения и материальной обеспеченности. Эти данные позволяют также индивидуализировать меры процессуального воздействия.
  4. Степень доказанности вины обвиняемого зачастую оказывает влияние на выбор мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства, хотя данное обстоятельство и не имеет под собой правовой основы. Кроме того, на выбор данных мер воздействует ряд социально-политических и географических факторов, а также в значительной мере усмотрение правоприменителей. Последнее может быть исключено в результате дальнейшего совершенствования уголовно- процессуального законодательства и разработки научно- обоснованных рекомендаций по его применению.

159

§ 2 Процессуальный порядок применения залога и

поручительства

  1. В специальной литературе под процессуальным порядком обычно понимается оформление применения меры пресечения, составление процессуальных документов, фиксирующих решение об избрании меры пресечения и его реализацию.1 В. П. Божьев, определяя данный элемент как внешнюю форму уголовно-процессуальных отношений, подчеркивает ее важное значение в структуре правоотношения, так как ее нарушение может привести к ущемлению прав субъектов.2

По мнению 3. Д. Еникеева данное понятие охватывает весь процесс, всю процедуру применения меры пресечения, начиная от действий по установлению оснований и условий и кончая действиями по обеспечению обвиняемому его прав и исполнения его обязанностей, связанных с применением меры пресечения. Исходя из данной посылки понятие процессуального порядка применения меры пресечения толкуется им как основанный на законе порядок применения меры пресечения, как форма совершения в строгой логической последо-

1 См.: Гуткин И. М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М., 1963. С. 30 - 33; Манаев Ю. В., Посник В. С, Смирнов В. В. Применение мер пресечения следователем. Волгоград, 1976. С. 89 - 94.

2 Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. Ав тореферат дисс. д. ю. н. М., 1994. С. 22-23.

160

вательности всех актов, необходимых при отправлении этой правоприменительной деятельности1.

Несомненно, что любое действие или решение по уголовному делу облекается в соответствующую процессуальную форму, однако, мы в своем исследовании остановимся именно на содержании деятельности по исполнению решения о применении меры воздействия в виде залога и личного поручительства.

Процессуальный порядок применения залога является наиболее сложным и наименее урегулированным по сравнению с другими мерами пресечения. Данный фактор не только является сдерживающим для применения данной меры пресечения, но создает почву для злоупотреблений со стороны некоторых сотрудников правоохранительных органов. Так, например, следователь ОВД П., в производстве которой находилось уголовное дело несовершеннолетнего К., вынесла постановление об изменении ему меры пресечения с ареста на залог и приняла от законного представителя К. в качестве залога деньги в сумме 2 млн. рублей, о чем составила протокол в соответствии с требованием ст. 99 УПК РФ. Однако, в нарушение закона П. полученную сумму не внесла на депозит суда, а злоупотребляя своим служебным положением, распорядилась деньгами как своими личными. С целью сокрытия факта использования залоговой суммы П. при направлении дела К. в суд заполнила квитанцию к приходно-кассовому ордеру о внесении в кассу ОВД 2 млн. рублей, поставила на квитанции гербовую печать и учинила поддельную подпись за главного бухгалтера. Подложный документ приобщила к материалам уголовного дела. По-

1 Еникеев 3. Д. Проблемы мер пресечения в уголовном процессе. Дисс. д. ю. н. Уфа, 1991. С. 104.

161

еле вынесения приговора в отношении К. по его требованию эта сумма была возвращена его законному представителю начальником следственного отдела. Следователь, допустившая злоупотребления была привлечена к уголовной ответственности и осуждена по ч. 1 ст. 170 и ст. 175 УК РСФСР.1

В данной связи необходимо отметить, что процессуальный порядок избрания меры пресечения должен быть простым, конкретным, понятным, поскольку сложная, неясная процедура применения является фактором, оказывающим на правоприменителя сдерживающее влияние. В то же время следует избегать и иной крайности, поскольку стремление к наиболее простой регламентации порядка избрания мер пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не должно привести к нарушениям законности, идти вразрез с существующими процессуальными гарантиями.2

Реализация решения о применении меры пресечения не должна отнимать у следователя чрезмерного количества времени, поскольку, загруженность следователей объективно способствует тому, что применяются те меры пресечения, процессуальная процедура которых проще и требует затраты незначительного количества необходимого для этого времени.

  1. Оценив в совокупности имеющиеся в материалах дела доказательства, подтверждающие наличие оснований для применения меры пресечения в виде залога и поручительства, сопоставив данные основания с обстоятельствами, влияющими на выбор меры пресече-

1 Бюллетень Верховного Суда РФ. № 4 - 1997. С. 13.

2 Булатов Б. Б. Эффективность мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984. С. 20.

162

ния, и приняв соответствующее решение, лицо ведущее уголовный процесс, должно составить алгоритм действий по применению данных мер.

С этой целью необходимо, прежде всего, определить круг лиц, участвующих в деятельности по реализации решения о применении меры процессуального воздействия и их функции. Определение субъектного состава правоотношения имеет важное теоретическое и практическое значение, так как регулятивная роль права состоит прежде всего в установлении пределов должного или возможного поведения его участников.1

При применении меры воздействия в виде залога круг участников и их роли будут различны, в зависимости от условий и стадии уголовного судопроизводства. Неизменным остается лишь участие обвиняемого и залогодателя, если им не является сам обвиняемый. В случае производства по делу дознания в процесс правоприменения будут включены: лицо, производящее дознание, которое первоначально принимает решение о применении меры воздействия в виде залога, и прокурор, санкционирующий решение. При производстве предварительного расследования - следователь, принимающий первоначальное решение и прокурор, санкционирующий решение. Уголовно-процессуальный закон не содержит исчерпывающего перечня прокуроров, уполномоченных давать санкцию на применение залога. По логике закона таким правом должен обладать тот же круг прокурорских работников, которые наделены подобными правомочиями в отношении санкционирования арестов, то есть указанные в ч. 4 ст. 96

1 Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М., 1975. С. 159.

163

УПК РФ.

При производстве в судебных стадиях или в порядке ст. 220-2 УПК РФ решение о применении или изменении меры пресечения на залог принимается судом или судьей. Необходимо предусмотреть также участие судебного исполнителя, принимающего деньги на депозит суда. Как видим круг участников достаточно широк, необходимость координации их деятельности создает определенные трудности при реализации решения о применении залога и, зачастую, заставляет правоприменителя вообще отказаться от использования данной меры.

Очертив круг участников, необходимо определить последовательность их действий, что также представляет определенную сложность. Ранее нами подчеркивалось, что применение меры воздействия в виде залога возможно только с согласия обвиняемого и залогодателя, поэтому до вынесения постановления о применении указанной меры необходимо согласовать с ними все юридически значимые вопросы: разъяснить сущность дела, т. е. охарактеризовать совершенное преступление, сообщить о квалификации содеянного и возможной мере наказания, правовые последствия, наступающие в случае соблюдения или несоблюдения предъявляемых законом требований поведения обвиняемого. Поскольку ознакомление залогодателя с сущностью дела и процессуальными последствиями неисполнения обязательства может повлиять на характер принимаемого им решения, информация о нем должна быть своевременной1 и, на наш взгляд, предшествовать вынесению постановления о применении меры пресечения в виде залога, так как, в ином случае, данное постановление может оказаться бесполезным.

1 Манаев Ю. В., Посник В. С, Смирнов В. В. Указ. соч. С. 49.

164

Постановление о применении меры пресечения в виде залога должно соответствовать требованиям законности, обоснованности, мотивированности и справедливости. В нем сохраняются все традиционные для уголовно-процессуальных документов реквизиты. Во вводной части указываются время и место составления, специальное звание, должность, фамилия лица, составившего постановление, номер уголовного дела и фамилия обвиняемого в отношении которого принимается решение, а также текст санкционирования постановления прокурором. В описательной части постановления кратко излагается существо дела и приводятся конкретные основания, учитывая которые, стало возможным применение залога в качестве меры пресечения, ссылки на нормы уголовно-процессуального закона, регламентирующие возникающие правоотношения. Ограниченность в объеме и значительное упрощение мотивировки решения объясняется вспомогательным характером данного акта.

В резолютивной части постановления формулируется принятое решение, указываются залоговая сумма и краткие анкетные данные залогодателя (фамилия, имя, отчество, место жительства, отношение к обвиняемому).

Данное постановление приобретает юридическую силу лишь после того, как будет санкционировано прокурором. Решение должно быть мотивированным и иметь письменную форму, как правило оно выполняется в виде резолюции на самом постановлении. По мнению И. Л. Петрухина фактом санкционирования постановления прокурором подчеркивается особая важность данной меры пресечения, затра-

165

гивающий имущественные права и интересы граждан.1 В настоящее время, при обсуждении проекта УПК, им было высказано мнение о необходимости осуществления судом юрисдикционных (контрольных) функций в отношении всех процессуальных действий, ограничивающих конституционные права граждан, в том числе и избрания меры пресечения в виде залога, поскольку залог ограничивает правомочия собственника.2 Вряд ли данное требование исполнимо в настоящий период развития нашего общества. В вышеуказанном проекте УПК сохранено требование санкционирования постановления о применении залога прокурором. На наш взгляд данное требование во многом является пережитком социалистического образа мышления, не предоставляет никаких дополнительных гарантий от произвола недобросовестных правоприменителей и лишь создает дополнительные трудности для распространения в практике предварительного следствия и дознания меры в виде залога. Практические работники отмечают, что увеличение количества инстанций, контролирующих правильность какого-либо решения, совсем не повышает его качество, при этом просматривается четкая тенденция к понижению ответственности за него.3

После санкционирования прокурором постановление объявляется обвиняемому и залогодателю, если им не является сам обвиняе-

1 Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М., 1989. С. 241.

2 Петрухин И., Рогаткин А. О реформе уголовно- процессуального права // Законность. № 1,1996. С. 39.

3 Тетерин Б. Законопроект не учел мнение юридической обще ственности //Российская юстиция, 1994. № 12. С. 16.

166

мый, под роспись.

О применении меры пресечения в виде залога судья или суд выносит определение с изложением всех вышеуказанных обстоятельств.

Следующим этапом реализации решения является непосредственная передача денег или ценностей в соответствии со ст. 99 УПК РФ в депозит суда и составление соответствующего протокола. Если решение о применении в качестве меры пресечения залога принимается в суде, то секретарь судебного заседания совместно с судебным исполнителем составляет протокол о принятии залога, которое приобщается к делу. Копия протокола о принятии залога вручаются залогодателю и судебному исполнителю.1

В случае применения меры пресечения в виде залога в процессе предварительного следствия или дознания залоговая масса также подлежит помещению на депозит суда. В данном случае следователь, либо дознаватель совместно с судебным исполнителем должен составить протокол о принятии залога.

В литературе неоднократно отмечалось несовершенство уголовно-процессуального закона в этой части2 и предлагались различные пути его улучшения, например такие, не менее сложные, чем помещение денег на депозит суда, как внесение залоговой суммы в сберегательную кассу с присвоением ей статуса личного вклада без начисления процентов и соответствующими отметками о запрете произ-

1 См. Инструкция по делопроизводству в районном (городском) народном суде, утвержденная 16 июня 1994 г. М., 1994. С. 23, 28, 63.

2 Петрухин И. Л. Указ. соч., с. 240.

167

водства по нему операций1. Однако, практика, ощутив на себе изъян конструкции нормы закона, нашла, на наш взгляд, оптимальные пути разрешения этого вопроса.

Представляется проблематичным, чтобы лицо, осуществляющее расследование, получив санкцию прокурора на постановлении о применении залога в качестве меры пресечения, отправилось вместе с залогодателем к судебному исполнителю, чтобы составить протокол о принятии залога. Причины этой проблемы очевидны: загруженность как следователя, так и судебного исполнителя, несоответствие распорядка их рабочего времени, отдаленность административных зданий, отсутствие материально-технической базы как в органе расследования, так и в суде. Практика идет по другому пути взимания залоговых сумм. В ходе проведенного диссертантом изучения 140 уголовных дел, находящихся в архивах судов и производстве у следователей в 74,3 % случаев залоговая сумма передавалась именно на депозитный счет органа расследования. Хотя формально это и не соответствует указанию закона, но, на наш взгляд, не противоречит ему по смыслу. Как правило, лицо, производящее следствие или дознание в присутствии понятых составляет протокол о принятии суммы залога, в котором также фиксируется факт разъяснения залогодателю сущности обвинения, а также последствия уклонения обвиняемого от явки в органы уголовного судопроизводства. Залогодателю вручается копия данного протокола, а деньги следователь вносит на депозитный счет того правоохранительного органа, в котором производится расследование. К материалам уголовного дела, наряду с постановлением о применении меры пресечения в виде залога и протокола о принятии залога, приобщается также квитанция или приходный ордер бухгалтерии о

1 Булатов Б. Б. Указ. соч., С. 49-50.

168

принятии обозначенной суммы залога. На правомерность такого решения указывают некоторые юридические источники.1 Косвенным подтверждением законности этого пути может служить также вышеуказанная “Инструкция по делопроизводству в районом (городском) суде”, утвержденная приказом министра юстиции Российской Федерации 16 июня 1994 года, в которой указано, что при вынесении постановлений об обращении залога в доход государства копии постановления направляются судебному исполнителю либо “иному органу, принявшему залог” для исполнения.

При изучении архивных уголовных дел отмечено, что наряду с постановлением об избрании залога и протоколом о принятии залога следователи составляют отдельное постановление о передаче денег на депозитный счет отдела внутренних дел. На наш взгляд составление такого постановления излишне. Оно требует от следователя дополнительного времени и загромождает материалы уголовного дела. Вопрос о передаче залоговой суммы на депозитный счет отдела внутренних дел может быть разрешен в резолютивной части постановления об избрании залога, а копия данного постановления может служить для бухгалтерии основанием для принятия денег.

Данный порядок принятия залоговых сумм должен получить законодательное закрепление, для этого в тексте статьи закона необходимо предусмотреть возможность внесения залога как в депозит суда, так и иного органа, избравшего меру пресечения. В опубликованном проекте УПК не содержится прямого указания о том, куда следует вносить залоговую сумму, однако из положения о том, что к материа-

1 См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР // Под ред. Томина В. Т. М, 1996. С. 186.

169

лам уголовного дела приобщаются протокол и документ о внесении залога в депозит суда, следует, что новый уголовно-процессуальный закон предполагает внесение залога также исключительно в депозит суда. Данное положение совершенно не соответствует требованиям практики и, в случае принятия данного закона, будет одним из препятствий для широкого применения меры воздействия в виде залога.

Неотъемлемой частью процессуального порядка применения залога является составление протокола о принятии залога. В протоколе фиксируется факт принятия конкретной денежной сумму залога или иных ценностей (с обязательным подробным описанием вещи и ее денежной оценки на основе официального документа - справки товароведа и т. п.); содержится указание на разъяснение залогодателю сущности обвинения, а также предупреждение, что в случае уклонения обвиняемого от явки по вызовам органа уголовного судопроизводства внесенный залог обращается в доход государства. Протокол подписывается составившим его должностным лицом и залогодателем.

Часто, в целях подстраховки, для участия в передаче залоговой суммы и составлении протокола следователи приглашают понятых. Этот вопрос не урегулирован уголовно-процессуальным законом и разрешается в зависимости от сложившейся правоприменительной практики в том или ином органе. В ходе проведенного автором изучения материалов уголовных дел в 60 % случаев данный протокол составлялся с участием понятых. По мнению диссертанта, присутствие понятых при составлении протокола не обязательно, поскольку закон не содержит категоричного требования об этом. Однако, если понятые все-таки участвуют в данном действии, необходимо в соответствии с законом зафиксировать факт разъяснения им их прав и обязан-

170

ностей, предусмотренных ст. 135 УПК РСФСР, а также все иные необходимые реквизиты, связанные с их участием.

С целью упрощения оформления процессуальных документов целесообразно использовать типографские бланки постановления об избрании меры процессуального воздействия в виде залога и протокола о принятии залога, либо компьютерные программы, содержащие трафареты соответствующих документов. Образцы таких бланков предлагаются нами в приложении.

  1. Процессуальный порядок применения меры воздействия в виде личного поручительства включает в себя следующие этапы: принятие решения о применении меры воздействия, разъяснение поручителям сущности дела, по которому избирается данная мера, изучение отношения обвиняемого к применению данной меры, составление постановления о применении меры воздействия, объявление постановления поручителям и обвиняемому, получение письменных обязательств поручителей за надлежащее поведение обвиняемого. Как видим процессуальный порядок довольно сложен, но каких-либо существенных путей для его упрощения не имеется, так как это повлекло бы за собой случаи необоснованного применения данной меры.

Субъектами данного правоотношения являются лицо производящее дознание, следователь, прокурор или суд, поручители и обвиняемый (подозреваемый).

Число поручителей должно быть не менее двух (ст. 94 УПК РСФСР). По мнению Ю. Д. Лившица данное количество позволяет наиболее полно и объективно удостовериться в надежности обвиняемого, кроме того вызывает в нем чувство большей ответственности, чем ручательство одного человека, и реальнее гарантирует неуклоне-

171

ние и своевременную явку по вызову.1 Закон не запрещает привлечения более двух поручителей, однако, в данном случае не исключено, что поручители будут надеяться друг на друга и обвиняемый по существу окажется без контроля2.

Согласие лиц, изъявивших желание быть поручителями может быть представлено как в устной форме, тогда об этом составляется протокол, в котором излагается содержание заявления, так и в письменной форме, тогда оно выражается в заявлениях граждан, направляемых на имя следователя, в производстве которого находится уголовное дело3. На наш взгляд, в целях упрощения процедуры принятия поручительства, устное волеизъявление может подтверждаться поручителем при даче им обязательства, без составления дополнительного протокола. О применении поручительства может ходатайствовать и сам обвиняемый, либо его защитник. В этом случае согласие обвиняемого на применение данной меры воздействия будет также носить письменную форму.

Постановление о применении меры воздействия в виде личного поручительства имеет традиционную форму и состоит из вводной, описательной, и резолютивной части. В описательной части постановления должны быть отражены данные, которые обусловили необ-

1 Лившиц Ю. Д. Указ. соч. С. 55.

2 Очередин В. Т. Личное поручительство и поручительство об щественной организации как меры пресечения // Процессуальные во просы предварительного расследования на современном этапе. Вол гоград, 1988. С. 84.

3 Гуткин И. М. Меры пресечения в советском уголовном про цессе. М, 1963. С. 12.

172

ходимость избрания в качестве меры воздействия именно личного поручительства. При этом нужно привести не только основания, свидетельствующие о целесообразности применения данной меры, но и обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, а также сведения о поручителях. Эти сведения должны включать в себя анкетные данные поручителей, указание на отношение к обвиняемому и обстоятельства, свидетельствующие о том, что эти лица заслуживают доверия.

В резолютивной части постановления следует указать фамилию, имя, отчество обвиняемого, его место работы, должность, домашний адрес. Здесь же необходимо указать фамилии, имена и отчества граждан, согласившихся взять обвиняемого под личное поручительство. Постановление подписывается следователем, с ним знакомятся поручители и обвиняемый, при этом факт ознакомления обвиняемого с постановлением фиксируется его подписью. У поручителей же отбирается обязательство о личном поручительстве.

Обязательство или подписка о личном поручительстве - это письменный документ, составленный лицом, изъявившим желание обеспечить на время производства по делу надлежащее поведение обвиняемого. В нем указываются: время и место составления; фамилия имя, отчество поручителя; место его жительства и работы; документ, удостоверяющий личность поручителя, место его жительства и работы; сведения о сущности дела; конкретные обязательства поручителя, а также факт разъяснения ему ответственности за невыполнение взятых на себя обязательств. Подписывается обязательство поручителем, а также должностным лицом, его отобравшим. Возможно оформление одного совместного обязательства от имени двух поручителей. Для упрощения процедуры составления обязательства целесообразно ис-

173

пользовать специально изготовленные типографские бланки или компьютерные программы. Образец такого бланка предлагается нами в приложении.

  1. Неисполнение поручителями и залогодателями взятых на себя обязательств влечет их привлечение к ответственности, которое производится в судебном порядке. Однако, если эти факты имеют место на предварительном следствии, от следователя требуется составление специального протокола о невыполнении поручителем своих обязанностей, который направляется в суд. В протоколе указываются время и место его составления, должность, звание и фамилия составившего его лица, отражаются необходимые данные о личности поручителя, отмечается, какие обязательства им не выполнены и наступившие в связи с этим последствия.

Порядок наложения судом денежных взысканий на поручителей и обращении залога в доход государства определен ст. 323 УПК РСФСР. Данные меры налагаются судом, к подсудности которого относится соответствующее уголовное дело. Если нарушение поручителями своих обязанностей или уклонение от явки допущено в судебном заседании, решение о наложении взыскания выносится судом, рассматривающим дело, в том же заседании.

В остальных случаях вопрос о наложении денежного взыскания, штрафа или обращения залога в доход государства решается судьей в судебном заседании с вызовом лица, на которое может быть наложено денежное взыскание или штраф. Неявка вызванного лица без уважительных причин не останавливает рассмотрения дела.

В судебном заседании оглашается протокол, составленный лицом, производившим дознание, следователем или прокурором, или

174

выписка из протокола судебного заседания, в котором изложены обстоятельства допущенного нарушения. После этого заслушивают объяснения нарушителя, заключение прокурора, если он участвует в деле, и выносится постановление. Судья, принявший решение о наложении денежного взыскания на поручителя вправе отсрочить и рассрочить исполнение наказания на срок до трех месяцев.

Наличие в законе судебной процедуры наложения взыскания на поручителя и обращения залога в доход государства предполагает возможность разрешения данного вопроса в пользу поручителя и залогодателя. По мнению 3. Ф. Ковриги, органы расследовании и суд должны располагать достаточными данными, указывающими на недобросовестное отношение поручителя к выполнению своих обязанностей для того, чтобы привлечь его к ответственности за невыполнение принятого на себя обязательства1. На наш взгляд, даже факты принятия поручителями и залогодателями каких-либо персональных мер с целью влияния на поведение обвиняемого, которые, однако не дали положительного результата, не могут служить основанием для освобождения их от ответственности, так как вина указанных лиц в случаях противозаконного поведения обвиняемого состоит в недостаточно продуманном оказании ему доверия. Однако, такие меры, как своевременное информирование правоохранительных органов о намерениях обвиняемого скрыться или осуществить иные действия, предусмотренные ст. 89 УПК РФ меры, в случае когда поручитель располагает достоверной информацией об этом, должны, на наш взгляд, расцениваться судом как обстоятельства, освобождающие поручителей от ответственности, так как сами они не располагают ре-

1 Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975. с. 110.

175

альными механизмами пресечения неправомерных действий обвиняемого и должны, в этом случае, вновь передать превентивные функции государственным органам. Органы, ведущие уголовный процесс, в свою очередь должны зафиксировать данный акт в соответствующем процессуальном документе.

По общему правилу конечным моментом действия меры процессуального воздействия в виде залога и поручительства должно считаться вступление приговора в законную силу. При вынесении приговора этот вопрос разрешается судом в резолютивной части. Процедура возвращения залоговой суммы, в случае выполнения обвиняемым обязательства по явке, не урегулирована законом. В ходе изучения архивных уголовных дел автор пришел к выводу, что оптимальным следует признать возврат денег на основании исполнительного листа, который выписывается секретарем судьи по вступлении приговора в законную силу. Исполнительный лист адресуется органу, хранящему на депозите залоговую сумму, копия приобщается к материалам уголовного дела. В этом случае ни у залогодателей, ни у финансовых органов не возникает каких-либо трудностей в оформлении движения залоговой суммы.

  1. В заключение, обобщая отмеченные в диссертационном исследовании проблемы, высказанные суждения и замечания относительно юридической природы и процессуальной формы таких правовых институтов как залог и поручительство, в качестве законодательного предложения можно привести следующие тексты соответствующих уголовно-процессуальных норм:

Статья … Залог. (1). Залог состоит в деньгах или иных ценностях, вносимых по

176

постановлению органа дознания, следователя или определению суда в депозит суда или иного государственного органа, ведущего расследование, самим обвиняемым, подозреваемым либо другим физическим или юридическим лицом в обеспечение явки обвиняемого, подозреваемого по вызовам лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда. Сумма залога определяется лицом, ведущим уголовный процесс, с учетом тяжести обвинения, личности подозреваемого, обвиняемого, имущественного положения залогодателя.

(2). Залогодателю, если им не является сам обвиняемый или подозреваемый, разъясняется сущность дела, по которому избрана данная мера воздействия, и его обязанность информировать правоохранительные органы о ненадлежащем поведении обвиняемого, подозреваемого с правом отказа от залога. О принятии залога составляется протокол, в котором отмечается, что подозреваемому, обвиняемому разъяснены обязанности, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, а залогодатель предупрежден, что в случае нарушения обвиняемым, подозреваемым данных обязательств залог обращается в доход государства. Протокол подписывается составившим его должностным лицом, обвиняемым, подозреваемым и залогодателем, которому вручается копия протокола. Протокол и документ о внесении залога в депозит суда или иного государственного органа приобщается к материалам дела.

(3). В случае нарушения обвиняемым, подозреваемым возложенных на него обязанностей мера воздействия в виде залога подлежит изменению на меру пресечения в виде заключения под стражу или домашний арест. Внесенный залог обращается в доход государства на основании решения суда, которому подсудно данное уголовное дело. Решение об обращении залога в доход государства может быть

177

обжаловано залогодателем в суд второй инстанции. Во всех иных случаях залог подлежит возвращению залогодателю при решении вопроса об отмене или изменении данной меры процессуального воздействия лицом, ведущим уголовный процесс.

Статья … Личное поручительство.

(1) Личное поручительство состоит в принятии на себя заслуживающими доверия лицами письменного обязательства о том, что они ручаются заранее установленной органом дознания, следователем, прокурором или судом денежной суммой, за надлежащее поведение подозреваемого или обвиняемого, включая его своевременную явку по вызовам органа, ведущего уголовный процесс. Число поручителей не может быть менее двух. (2) (3) Избрание в качестве меры процессуального воздействия личного поручительства допустимо лишь по письменному ходатайству поручителей и с согласия лица, в отношении которого дается поручительство. (4) (5) Поручитель дает подписку о личном поручительстве, в которой он подтверждает, что ему разъяснены сущность обвинения лица, в отношении которого он дает поручительство, ответственность поручителя, состоящая в наложении на него денежного взыскания на сумму поручительства в случае совершения обвиняемым, подозреваемым действий, для предупреждения которых применяется данная мера воздействия, а также его обязанность информировать правоохранительные органы о ненадлежащем поведении обвиняемого, подозреваемого с правом отказа от поручительства. (6) (4) В случае нарушения обвиняемым, подозреваемым возло женных на него обязанностей мера воздействия в виде личного пору-

178

чительства подлежит изменению на более строгую меру пресечения, а на каждого поручителя судом накладывается денежное взыскание в размере суммы поручительства. Данное решение может быть обжаловано поручителем в суд второй инстанции.

Обобщая все вышеизложенное в указанном параграфе можно сделать следующие выводы:

  1. Процессуальный порядок применения залога наиболее сложен и наименее урегулирован по сравнению с другими мерами пресечения, что снижает его эффективность и влечет за собой различные нарушения со стороны сотрудников правоохранительных органов. В целях совершенствования процедуры внесения залога предлагается исключить санкционирование залога прокурором и законодательно закрепить возможность передачи денег в депозит органа, ведущего расследование.
  2. Участниками уголовно-процессуальных правоотношений при применении залога являются: лицо, ведущее уголовный процесс, прокурор, суд, судебный исполнитель, обвиняемый и залогодатель - в различных комбинациях, в зависимости от условий и стадии применения указанной меры. Определение последовательности и координации их действий должно предшествовать вынесению постановления об избрании меры воздействия в виде залога.
  3. Процессуальное оформление применения личного поручительства включает в себя представление поручителем, обвиняемым или его защитником письменного или устного ходатайства о применении данной меры, вынесение органом уголовного судопроизводства постановления о применении личного поручительства, дачу поручителями письменного обязательства. При этом совокупность прав

179

и обязанностей участников данного правоотношения не находит в законе должного урегулирования, опираясь, в основном, на комплекс морально-нравственных связей.

  1. В случае нарушения залогодателями и поручителями взятых на себя обязанностей, повлекших уклонение обвиняемого от органов уголовного судопроизводства или иное ненадлежащее поведение, предусмотрена судебная процедура привлечения их к ответственности, которая носит характер процессуальной. При определенных обстоятельствах возможен вариант разрешения вопроса в пользу поручителей и залогодателей, но в любом случае они должны иметь возможность обжаловать данное решение суда в кассационном порядке.

180

Заключение

В результате проведенного диссертационного исследования могут быть сформулированы следующие основные положения.

1 .Залог и поручительство, как меры процессуального обеспечения явки обвиняемого в органы уголовного судопроизводства имеют давнюю историю. При этом на различных этапах реформирования уголовного процесса они получали широкое распространение как уголовно-процессуальные институты, способствующие правовой защищенности личности, ориентации на соблюдение прав человека.

Ярким примером этого может служить возрождение интереса к имущественным мерам обеспечения явки в судебно-следственные органы в Уставах уголовного судопроизводства 1864 г., в которых получают четкую законодательную регламентацию меры в виде залога и поручительства. Применялись данные меры судебными следователями, основанием выбора служила строгость возможного наказания. Основное отличие данных мер состояло в моменте передачи залоговой или поручительской суммы.

После 1917 г. залог и имущественное поручительство были сохранены уголовно-процессуальным законодательством и находили широкое применение в период НЭПа. В развитие идеи поручительства создаются новые его виды, основанные на нравственной ответственности коллектива или отдельных граждан - общественное и личное.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1961 г. исключает имущественное поручительство из системы мер пресечения. Залог сохраняется в УПК РСФСР и Таджикской ССР, но практически не применяется на практике и подвергается острой критике со стороны ученых процессуалистов, являясь, по существу «мертвой нормой».

181

В современной России сфера применения залога и поручительства в качестве мер уголовно-процессуального обеспечения расширяется в связи с изменением экономических отношений и внедрением в уголовный процесс демократических институтов, основанных на неприкосновенности личности. В связи с этим возникает необходимость в совершенствовании содержательной и юридико- технической стороны норм, регламентирующих применение залога и поручительства, с использованием как отечественного, так и зарубежного опыта.

  1. Залог и поручительство, в той или иной форме, известны многим системам уголовного судопроизводства зарубежных стран. Несмотря на постоянное совершенствование форм уголовной юстиции в различных государствах, данные меры обеспечения сохраняют свою значимость. Уголовному процессу зарубежных стран с англосаксонской системой права (США, Великобритания) известны по сути лишь две меры пресечения: заключение под стражу и залог (либо имущественное поручительство). В ФРГ данный институт носит название отсрочки исполнения приказа об аресте, во Франции - предварительного освобождения из заключения. В названных государствах залог и поручительство имеют исключительно субсидиарное (как альтернатива ареста) значение. В ходе проведенного нами изучения уголовных дел выявлено, что в практике российского уголовного судопроизводства залог применяется при решении вопроса об освобождении обвиняемого из- под стражи в 76,6% от общего количества случаев. Таким образом, не отрицая возможности применения залога и поручительства в качестве первоначальной меры процессуального воздействия, необходимо отметить, что основное значение этих мер нужно видеть в их субсидиарных функциях.

В зарубежных странах возможность или необходимость применения залога (имущественного поручительства) ставиться в зави-

182

симость от характера совершенного преступления, обстоятельств, характеризующих личность лица, привлекаемого к ответственности, оценивается возможность его уклонения от органов уголовного судопроизводства. В США и Великобритании право быть освобожденным под залог имеет значение конституционного права на неприкосновенность личности. По мнению диссертанта, данное положение в видоизмененной форме может быть воспринято российским уголовным процессом, а именно: законодательно определен круг юридически значимых фактов, когда рассмотрение вопроса об освобождении под залог или поручительство обязательно. За основу может быть взят перечень обстоятельств, смягчающих наказание, предусмотренный ст. 61 УК РФ.

Уголовно-процессуальное законодательство США, Великобритании, ФРГ, Австрии не содержит норм, ограничивающих минимум и максимум размера залоговой и поручительской сумм, что обеспечивает, с одной стороны - учет всех обстоятельств дела при применении данных мер, а с другой - возможность их применения к лицам различного материального достатка. Лишь УПК Франции требует обязательного включения в залоговую сумму средств для обеспечения возмещения материального ущерба от преступления, судебных издержек и некоторых других сумм. С точки зрения российского уголовного процесса данное требование не совпадает с основными целями применения залога и наделяет данную меру исключительными, по сравнению с другими, свойствами.

  1. Анализируя юридическую природу залога и поручительства в российском уголовном процессе, автор приходит к выводу, что наряду с традиционными для мер уголовно-процессуального принуждения свойствами, эти меры обладают определенными сходными специфическими признакми. А именно: а) они применяются с согласия (или

183

по ходатайству) обвиняемого, подозреваемого, следовательно, психическое отношение субъекта к возложенной на него обязанности в процессуальном правоотношении является позитивным; б) воздействие на поведение обвиняемых, подозреваемых осуществляется комплексно, как органами уголовного судопроизводства, так и частными лицами, не наделенными государством какими-либо властными полномочиями и использующими исключительно метод убеждения; в) правоограничительный признак по отношению к самим обвиняемым выражен слабо, так как незначительно ущемляются основные конституционные права граждан на свободу (ст. 22 Конституции Российской Федерации), частную собственность (ст. 35 Конституции Российской Федерации), на свободу передвижения и выбор места пребывания и жительства (ст. 27 Конституции Российской Федерации) Процессуальное воздействие на обвиняемого имеет, в основном, психологический характер, выражающийся в угрозе изменения вышеуказанных мер на более строгую (ст. 101 УПК РСФСР).

Вышеизложенное свидетельствует о том, что в мерах в виде залога и поручительства отсутствуют прямые запретительные качества, присущие мерам пресечения в уголовном процессе, а надлежащее поведение обвиняемого достигается путем комплексного опосредованного давления на его сознание. В связи с этим предлагается выделить залог и поручительство в отдельную группу и именовать мерами процессуального воздействия, включив в систему мер процессуального обеспечения задач уголовного процесса.

В основе применения мер процессуального воздействия в виде залога и личного поручительства лежит процесс убеждения, который имеет многоаспектный характер и опирается на соответствие уголовно-процессуальных норм, регламентирующих применение залога и поручительства и возникающих на их основе правоотношений воле и

184

интересам участвующих в процессе лиц. Процесс применения мер воздействия в виде залога и поручительства сопровождается реализацией принципов гуманизма и справедливости, законности и обоснованности, гарантий неприкосновенности личности.

В некоторой степени, в мерах процессуального воздействия в виде залога и поручительства присутствуют элементы процессуальной ответственности, которые проявляются в различных формах: как в реализации уголовно-процессуальных санкций, сформулированных в ч. 2 ст. 94 и ч.4 ст. 99 УПК РСФСР, так и в возможности изменения вышеуказанных мер на более строгую в порядке ст. 101 УПК РСФСР.

Таким образом, залог и поручительство можно определить как превентивные меры процессуального воздействия, которое выражается в комплексном опосредованном влиянии на обвиняемого (подозреваемого) со стороны третьих лиц и органов уголовного судопроизводства, допускаемом по решению лица, ведущего уголовный процесс, в целях обеспечения задач, предусмотренных уголовно-процессуальным законом.

  1. Анализируя содержание правовых институтов залога и личного поручительства, автор пришел к выводу, что данные меры основаны на совокупности имущественных и нравственных обязательств третьих лиц, предоставляемых органу уголовного судопроизводства. При этом основное отличие залога от поручительства обусловливается именно моментом изъятия ценностей из оборота залогодателя и поручителя. В первом случае залоговая сумма вносится немедленно после вынесения решения о применении данной меры органом уголовного судопроизводства, во втором - представляется лишь обязательство поручителей претерпеть нравственное осуждение либо понести определенное материальное взыскание в случае ненадлежащего поведения обвиняемого.

185

Таким образом, предметом залога является совокупность материальных благ, выраженных в денежном или вещественном эквиваленте, представляемых в качестве гарантии явки обвиняемого в органы уголовного судопроизводства. Уголовно-процессуальный закон относит к предмету залога деньги и иные ценности. По мнению автора, в настоящее время сложились предпосылки для расширения перечня движимого и недвижимого имущества, которое может быть допущено для обеспечения залоговой массы, но механизм и законодательная база такого допуска нуждаются в дополнительной разработке.

Предмет поручительства, в отличие от залога, имеет двойственную природу, сочетая элементы материального и идеального. По действующему законодательству он состоит в нравственной ответственности берущих на себя обязанность поручителей, либо в материальной ответственности в виде штрафа в сумме до одного минимального размера оплаты труда, если обвиняемый будет вести себя ненадлежащим образом. Однако в настоящее время оба эти вида ответственности утратили свою значимость, в связи с чем целесообразно придать поручительству характер имущественного, с возможностью дифференцированного определения поручительской суммы по каждому уголовному делу.

Рассматривая вопрос о сумме залога и поручительства, следует отметить, что она не может быть законодательно определена какими- либо произвольными границами и в ее установлении органам уголовного судопроизводства правомерно предоставлена свобода усмотрения. Однако при определении залоговой суммы следует учитывать устойчивость антисоциальной ориентации личности, наличие факторов, привязывающих обвиняемого к месту проведения предварительного следствия и судебного разбирательства, тяжесть совершенного преступления и материальное благополучие залогодателя.

186

В соответствии с чЛ ст. 99 УПК РСФСР сумма залога может быть внесена самим обвиняемым, другим лицом или организацией. Юридические признаки, соответствие которым обусловливает занятие данными субъектами положения залогодателей, в законе не сформулированы. Вместе с тем, законодательство должно содержать ряд ограничений по допуску лиц определенной категории к участию в уголовном процессе в качестве залогодателей. К ним следует отнести лиц, полностью или частично недееспособных, находящихся под следствием или отбывающих наказание в местах лишения свободы за какие-либо преступления, а также лиц, участвующих в расследовании и судебном разбирательстве дела со стороны защиты или обвинения в силу своих должностных обязанностей.

При применении меры процессуального воздействия в виде личного поручительства особое значение имеет комплекс социальных и нравственных свойств личности поручителей, поскольку именно эти признаки позволяют характеризовать их, по терминологии уголовно- процессуального закона, как «лиц заслуживающих доверия».

Действующий уголовно-процессуальный закон не содержит описания механизма влияния залогодателей и поручителей на поведение обвиняемых. По мнению автора, в уголовно-процессуальном законе должна быть закреплена обязанность залогодателей и поручителей информировать органы уголовного судопроизводства о ненадлежащем поведении обвиняемого, либо о его намерениях, с правом отказа от залога и поручительства и возвращения залоговой суммы, либо освобождения от ответственности в порядке ст. 94 УПК РСФСР. Это обеспечит взаимодействие органов уголовного судопроизводства и лиц, несущих ответственность за поведение обвиняемого в ходе расследования и рассмотрения уголовного дела, повысит эффективность данных мер, и, кроме того, позволит залогодателям и поручите-

187

лям защитить свои имущественные интересы. Дополнительной гарантией обеспечения прав поручителей и залогодателей послужит также непосредственное указание закона на обязательность изменения данных мер воздействия по ходатайству участников, так как в основе этих мер лежат нравственные принципы взаимного доверия и добровольность.

  1. Процессуальная форма мер процессуального воздействия призвана обеспечивать правомерное применение данных мер, однако, она требует дополнительного совершенствования. При анализе оснований применения мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства за основу был взят тезис о возможности использования оснований, предусмотренных действующим уголовно-процессуальным законом, для избрания мер пресечения. Однако, с учетом специфики этих мер, при определении вероятности ненадлежащего поведения обвиняемого необходимо удостовериться, что степень этой вероятности невелика.

Автор приходит к выводу, что определить критерий, на основании которого индивидуализируются меры обеспечения, позволяют обстоятельства, изложенные в ст. 91 УПК РСФСР. В частности, представляется целесообразным применение залога по делам о преступлениях, в результате которых был причинен имущественный, а не физический ущерб; поручительства - по делам о неосторожных преступлениях. Вместе с тем, недопустимо строго ограничивать применение залога и поручительства рамками конкретных уголовно- правовых составов и размерами санкций, поскольку невозможно предусмотреть все многообразие жизненных ситуаций. В связи с развитием демократических тенденций в российском уголовном процессе целесообразно ограничить власть органов уголовного судопроизводства в возможности применения мер, в большей степени ограничивающих личную

188

свободу, в применении же таких мер как залог и поручительство, способствующих смягчению принуждения в отношении обвиняемого, необходимо предоставить свободу усмотрения.

На эффективность применения залога и поручительства большое влияние оказывает специфика личности обвиняемого. Неформальное изучение комплекса социальных, психологических и психофизических данных, характеризующих личность, создают предпосылки для принятия справедливого решения о необходимости принудительного воздействия на обвиняемого в ходе производства расследования и судебного разбирательства.

В результате проведенных эмпирических исследований автор также пришел к выводу, что на выбор мер воздействия в виде залога и поручительства значительное влияние оказывают социально- политические, географические факторы, а также, в значительной степени, усмотрение правоприменителей. Унификация правоприменительной практики может быть достигнута путем разработки и закрепления в законе специальных оснований для применения данных мер.

  1. Анализируя процессуальный порядок применения залога и поручительства, автор акцентировал внимание на процедуре исполнения решения о применении данных мер. Процессуальный порядок применения залога и поручительства представляется наиболее трудоемким и наименее урегулированным по сравнению с другими мерами пресечения, что является фактором, оказывающим на правоприменителя сдерживающее влияние.

В целях упрощения процедуры применения залога предлагается отменить требование санкционирования данного решения прокурором, поскольку указанный институт не предоставляет никаких дополнительных гарантий от произвола недобросовестных правоприменителей и лишь создает дополнительные трудности для распростране-

189

ния в практике предварительного следствия и дознания меры в виде залога.

Оптимизации процессуального порядка применения залога будет способствовать также закрепление возможности передачи денег на депозит органа, принимающего решение о данной мере.

Процессуальный порядок применения поручительства также довольно сложен, но каких-либо существенных путей для его совершенствования автором не предлагается, так как излишнее упрощение может повлечь за собой случаи нарушения прав и свобод как обвиняемых, так и граждан, вовлеченных в уголовный процесс.

В результате диссертационного исследования автором сформулированы тексты уголовно-процессуальных норм, регулирующих применение залога и имущественного поручительства, конструкция которых систематизирует высказанные предложения и показывает возможности их реализации в практической деятельности органов уголовного судопроизводства.

190

Библиографический список использованной литературы 1.Правовые акты и иные документы

  1. Гражданский кодекс РФ. Часть первая. (Принят Государственной Думой 21. 10. 94 г.)
  2. Закон РСФСР от 20 ноября 1980 г. “Об утверждении положения об адвокатуре РСФСР’7/Ведомости ВС РСФСР, 1980, № 48, ст. 1596.
  3. Закон РФ «О залоге» от 29 мая 1992 г. // Ведомости ВС РФ, 1992. №23. Ст. 1239.
  4. Закон РФ «Об общественных объединениях» от 19 мая 1995 г. // Собрание законодательства РФ, 1995. № 21. Ст. 1930.
  5. Конституция Российской Федерации 1993 г.
  6. Концепция судебной реформы в Российской Федерации.
  7. Международный пакт о гражданских и политических правах 1966 г.// Права человека. Основные международные документы: Сб. документов. - М, 1989. С. 35 - 60.
  8. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924 г.
  9. Постановление № 8 Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия»//Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федера-ции)по уголовным делам. М., 1997. С. 533.
  10. Ю.Постановление № 8 Пленума Верховного Суда РФ от 25 октября 1996 г. «О ходе выполнения судами постановления Пленума

191

Верховного Суда РФ от 14. 04. 88 г. № 1 «О практике назначения судами Российской Федерации наказания в виде лишения свободы»// Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1997. С. 552.

  1. Проект Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (принятого Государственной Думой Федерального Собрания РФ в первом чтении)

12.Российский Устав уголовного судопроизводства 1984 г.// Судебные уставы императора Александра П с законодательными мотивами и разъяснениями. Подгот. Щегловитовым С. Г. СПб., 1901.

  1. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1922 г.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 1960 г.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс Франции 1958 г. с изм.и доп. на 1 янв. 1966 г. (пер. с фр., предисл. к. ю. н. Боботова С. В. и Каминской В. И.) М: “Прогресс”, 1967. - 323 с.
  4. Федеративная Республика Германия. Уголовно- процессуальный кодекс. М.: Издательская фирма “Манускрипт”, 1994.-204 с.

  5. Монографии, учебники, пособия

  6. Алексеев Н. С, Даев В. Г., Кокорев Л. Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж: Воронежский ун- т, 1980.-252 с.
  7. Алексеев С. С. Общие теоретические проблемы системы советского права. М.: Юрид. лит., 1961. - 188 с.
  8. Алексеев С. С. Социальная ценность права в советском обществе. М.: Юрид. лит., 1971. - 224 с.

192

  1. Боботов С. В. Правосудие во Франции. М.: “ЕАВ”, 1994. -198 с.
  2. Божьев В. П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М.:Юрид.лит., 1975.-176 с.
  3. Божьев В. П., Павлов Н. Е. Вопросы общей части уголовного процесса. Учебное пособие. М.: Академия МВД СССР, 1986. - 80 с.
  4. Бойков А. Д. Этика профессиональной защиты по уголовным делам. М.: Юрид. лит., 1978. - 176 с.
  5. Брагинский М. И., Масевич М. Г., Павлодский Е. А. Комментарий к закону Российской Федерации “О залоге”. М: Республика, 1993. - 78 с.
  6. Булатов Б. Б. Эффективность мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск: ВШ МВД СССР, 1984. - 86 с.
  7. Бутов В. Н. Уголовный процесс Австрии. Красноярск: Красноярский ун-т, 1988. - 198 с.
  8. Ведерников Н. Т. Изучение личности преступника в процессе расследования. Томск: Томский ун-т, 1968. - 84 с.
  9. Ведерников Н. Т. Личность обвиняемого и подозреваемого (понятие, предмет и методика изучения). Томск: Томского университета, 1978.-174 с.
  10. Ветрова Г. Н. Уголовно-процессуальная ответственность. М.: Наука, 1987.- 113 с.
  11. Голунский С. А. Судоустройство и уголовный процесс современных буржуазных государств. Альбомы наглядных пособий. М.: Юриздат, 1938.- 100 с.
  12. Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Котов Д. П. Судебная этика. Воронеж: Воронежский ун-т, 1973. - 272 с.
  13. Гуткин И. М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Лекция. М: Высшая школа МООП СССР, 1963. - 43 с.

193

  1. Гуткин И. М. Дальнейшее развитие советского уголовно- процессуального законодательства. М.: Академия МВД СССР, 1978. -62 с.
  2. Гуценко К. Ф. Уголовный процесс основных капиталистических государств (Англия, США). М.: Ун-т Дружбы народов им. П. Лумумбы, 1969.- 207 с.
  3. Гуценко К. Ф. Основы уголовного процесса США. М.: МГУ, 1993.-87 с.
  4. Даев В. Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. Л.: ЛГУ, 1982.-112 с.
  5. Даньшина Л. И. Меры пресечения при производстве по уголовному делу: Учебное пособие. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ,
  6. -41с.
  7. Дубинский А. Я., Сербулов А. М. Меры пресечения в советском уголовном процесс. Киев: КВШ МВД СССР, 1990. - 52 с.
  8. Еникеев 3. Д. Меры процессуального принуждения в системе средств обеспечения обвинения и защиты по уголовным делам. Уфа: Башкирский ун-т, 1978 - 72 с.
  9. Еникеев 3. Д. Применение мер пресечения по уголовным делам (в стадии предварительного расследования). Уфа: Башкирский ун-т, 1988.-84 с.
  10. Еникеев 3. Д. Проблемы эффективности мер уголовно- процессуального пресечения. Казань: Казанский ун-т, 1982. - 104 с.
  11. Еникеев 3. Д. Социальная ценность и эффективность мер уголовно-процессуального пресечения. Уфа: Башкирский ун-т, 1979. -88 с.
  12. Индийская республика. Законы и постановления. (Пер. с англ. под ред. и с предисл. к. ю. н. Рагинского) М.: Ин. лит., 1959. -656 с.

194

  1. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры 1917-1954 гг. Сборник документовпод ред. С. А. Голунского. М.:Юрид. лит., 1955.- 635 с.
  2. Капустин С. Древнее русской поручительство. Казань, 1855.,
  3. 279-340 с.

  4. Карнеева Л. М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ. 1994 - 48 с.
  5. Кистяковский А. Ф. О пресечении обвиняемому способов уклоняться от следствия и суда. СПб: “Судебный вестник”, 1868. - 195 с.
  6. Клюков Е. М. Меры процессуального принуждения. Казань: Казанский ун-т, 1974. - 108 с.
  7. Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж: Воронежский ун-т, 1975. -176 с.
  8. Коврига 3. Ф. Уголовно-процессуальная ответственность. Воронеж: Воронежский ун-т, 1984. - 192 с.
  9. Колюшин Е. И. Практический комментарий Закона Российской Федерации “О Залоге”. М.: Менатеп-информ, 1992.- 111с.
  10. Корнуков В. М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов: Саратовский ун-т, 1978. - 135 с.
  11. Кудин Ф. М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск: Красноярский ун-т, 1985. - 136 с.
  12. Кузьмин-Караваев В. Д. Пресечение способов уклонения от следствия и суда. СПб: Тип. акц. общ. “Слово”, 1902. - 59 с. +
  13. Ларин А. М. Я - следователь. М.: Юрид. лит., 1991. - 192 с.
  14. Лившиц Ю. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М.: Юрид. лит., 1964. - 138 с.
  15. Ликас А.Л. Культура правосудия. М.: Юрид. лит., 1990. - 176
  16. с.

195

  1. Лубенский А.И. Предварительное расследование по законодательству капиталистических государств. М.: “Юрид.лит.”, 1977.-160 с.
  2. Люблинский П. И. Меры пресечения (Коментарий к ст. ст. 143- 161 УПК) М.: “Право и жизнь”, 1926. -16 с.
  3. Люблинский П. И. Свобода личности в уголовном процессе. Меры, обеспечивающие неуклонение обвиняемого от правосудия. СПб.: Сенатск. тип., 1906. - 701 с.
  4. Манаев Ю. В. Процессуальные решения следователя. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1979. - 110 с.
  5. Манаев Ю. В. Законность и обоснованность процессуальных решений следователя. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1977. - 88 с.
  6. Манаев Ю. В., Посник В. С, Смирнов В. В. Применение мер пресечения следователем. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1976. -112 с.
  7. Методика обобщения судебной практики. М.: «Юрид. лит.», 1976.- 109 с.
  8. Микляшевский В. О средствах представления обвиняемого в суд и пресечения ему способов уклоняться от следствия и суда. Варшава: тип. Котти, 1872 т.1 - 323 с.
  9. Миттермайер К. Ю. Законодательство и юридическая практика в новейшем их развитии в отношении к уголовному судопроизводству. СПб., 1864. - 580 с.
  10. Миттермайер К. Ю. Руководство судебной защиты по уголовным делам. М.: издание А. Унковского, 1863. - 296 с.
  11. Михайлов В. А. Меры пресечения в советском уголовном судопроизводстве. М.: Академия МВД СССР, 1991. - 188 с.
  12. Михайлов В. А. Меры пресечения в уголовном судопроизводстве. Тюмень: Тюменская ВШ МВД РФ, 1994. - 272 с.

196

  1. Михайлов В. А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М: Академия МВД РФ, 1993. - 60 с.
  2. Михайлов В. А. Уголовно-процессуальные меры пресечения в судопроизводстве Российской Федерации. М.: Институт защиты предпринимателя, 1997. - 644 с.
  3. Материалы советско-английского симпозиума. СССР- Англия: юстиция и сравнительное правоведение. М.: ИГПАН СССР, 1986.-167 с.

  4. Михеенко М.М. Уголовно-процессуальное право Англии, США и Франции. ч.1 Киев: Киевский ун-т, 1969. - 108 с.

  5. Новицкий И. Б. Поручительство. Научно-практический комментарий. Харьков: Юрид. изд-во НКЮ УССР, 1927. - 55 с.
  6. Общая теория прав человека / Под ред. Е. А. Лукашевой. М.: Изд-во НОРМА, 1996. - 520 с.
  7. Общая теория права. Курс лекций / Под ред. В. К. Бабаева. Нижний Новгород: Нижегородская ВШ МВД РФ, 1993. - 544 с.
  8. Очередин В.Т. Обеспечение законности при расследовании преступлений несовершеннолетних следователями органов внутренних дел. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1990. - 84 с.
  9. Очередин В. Т., Смирнов В. В. Избрание мер пресечения в отношении несовершеннолетних, совершивших преступления. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1982. - 45 с.
  10. Петровский А. В. Психология о каждом и каждому о психологии. М.: Изд-во РОУ, 1996. - 328 с.
  11. Петрухин И. Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М.: Наука, 1989. - 256 с.
  12. Петрухин И. Л. Личная жизнь: пределы вмешательства. М.: Юрид. лит., 1989.- 192 с.

197

  1. Петрухин И. Л. Свобода личности и уголовно- процессуальное принуждение. (Общая концепция. Неприкосновен ность личности). М.: Наука, 1985. - 240 с.

  2. Полянский Н. Н. Судьба процессуальных гарантий личной свободы во Франции. М- Л.: Академия наук СССР, 1946. - 99 с,
  3. Ростовщиков И. В. Права личности в России: их обеспечение и защита органами внутренних дел. Волгоград: ВЮИ МВД России, 1997.-192 с.
  4. Рудинский Ф. М. Личность и социалистическая законность. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1976. - 160 с.
  5. Савгирова Н.М. Меры пресечения и иные меры процессуального принуждения. Лекция по уголовному процессу для студентов вечернего и очного обучения. М.: МГУ, 1960. - 25 с.
  6. Смирнов В. В. Арест как мера пресечения, применяемая следователем органов внутренних дел. Хабаровск: Хабаровская ВШ МВД СССР, 1987.- 96 с.
  7. Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М.: Издательство «Спарк», 1997. - 584 с.
  8. Советский уголовный процесс. Общая часть: Учебник под ред. Б. А. Викторова, В. Е. Чугунова. М.: ВШ МВД СССР, 1973. - 254 с.
  9. Соловьев М. А. Залог и заклад. Одесса: “Юрист-практик”, 1914.- 198 с.
  10. Стецовский Ю. И., Ларин А. М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М.: «Наука», 1988 - 320 с.
  11. Стифен Д. Ф. Уголовное судопроизводство вообще, английское в особенности, изложенное сравнительно с шотландским и французским. СПб.: Тип. Куколь-Яснопольского, 1866. - 80 с.

198

  1. Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. М.: «Наука», 1968. - 470 с.
  2. Строгович М. С. Уголовный процесс в США и Англии, его реакционная сущность. Материалы к лекциям по курсу уголовного процесса для слушателей ВЮА. М.: Ред.-изд. отделение Военной юрид. акад. Советской Армии, 1950. - 173 с.
  3. Строгович М. С. Уголовный процесс. Учебник для юрид. курсов, под ред. А. Я. Вышинского. М.: Сов. законодательство, 1934. -100 с.
  4. Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К. Ф. Гуценко. М.: Зерцало, ТЕИС, 1996.-510 с.
  5. Уилшир А. М. Уголовный процесс. Перевод с английского. М.: Ин. лит., 1947. - 505 с.
  6. Уайнреб Л. Л. Отказ в правосудии: Уголовный процесс в США. М.: Юрид. лит., 1985. - 191 с.
  7. Филимонов Б. А. Основы уголовного процесса Германии. М.: МГУ, 1994.-102 с.
  8. Филимонов Б. А. Уголовный процесс ФРГ. М.:МГУ, 1974. -117с.
  9. Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Т.2, Петроград, 1915.
  10. Цветков П. П. Исследование личности обвиняемого. Л.: ЛГУ, 1973.-150 с.

  11. Чельцов-Бебутов М. А. и Чельцова Н. В. Уголовный процесс главнейших империалистических государств. М.: Тип.”Кр. звезда”,
    • 88 с.
  12. Чельцов М. А Советский уголовный процесс. М.: Юрид. лит., 1951.-512 с.

199

  1. Чувилев А. А. Заключение под стражу в качестве меры пресечения. М.: Московская ВШ М МВД СССР, 1989. - 48 с.
  2. Чувилев А. А., Сергеев А. И., Даньшина Л. И. Применение органами расследования меры пресечения - заключение под стражу. М.: Академия МВД СССР, 1975. - 90 с.
  3. Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений: Монография. Волгоград: Волгогр. юрид. ин-т МВД России, 1997. - 220 с.
  4. Шейфер С. А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М.: Юрид.лит., 1981. - 128 с.
  5. Шейфер С. А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. М.: ВЮЗИ, 1972. - 130 с.
  6. Элькинд П. С. Толкование и применение норм уголовно- процессуального права. М.: Юрид. лит., 1967. - 192 с.
  7. Элькинд П. С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976. - 144 с.
  8. Статьи, рецензии, тезисы

  9. Ардашкин В. Д. О принуждении по советскому праву // Советское государство и право. 1970. № 7. С. 34-39.
  10. Базылев Б. Т. Социальное назначение государственного принуждения в советском обществе. // Правоведение, 1968. № 5. С. 29 -30.

200

  1. Булатов Б. Б., Николюк В. В. Об основаниях избрания мер пресечения, не связанных с заключением под стражу, и особенностях их применения по делам несовершеннолетних //Эффективность применения мер уголовно-процессуального принуждения органами предварительного расследования в системе МВД СССР. Киев: Киевская ВШ МВД СССР, 1985. С. 53-66.
  2. Буряков А. И. Личное поручительство как мера пресечения в советском уголовном процессе //Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 5, М.: Изд-во «Юрид.лит.», 1967. Всесоюзный институт по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности.
  3. Выступление заместителя Министра внутренних дел, начальника Следственного комитета МВД РФ генерал-полковника юстиции Кожевникова И. Н. на расширенном заседании коллегии МВД России 29 ноября 1996 г.// Информационный бюллетень Следственного комитета МВД РФ, 1997. № 1. С 85 - 93.
  4. Гранкин М. Залог как мера пресечения // Российская юстиция,
  5. №2. С. 24.
  6. Еникеев 3. Д. Меры уголовно-процессуального принуждения (социальная обусловленность и юридическая природа) // Правоведение, 1978. №6. С. 65-69.
  7. Ефимичев С. П. Уголовно-процессуальное принуждение и место мер пресечения в решении задач предварительного расследования //Уголовно-процессуальное принуждение и ответственность, их место в решении задач предварительного расследования. Волгоград, 1987. С. 22-33.
  8. Зусь Л. Б. Поручительство общественной организации как мера пресечения в советском уголовном процессе. // Правоведение, 1964. №4. С. 107-115.

201

Ю.Ивлиев Г. П. Правовая регламентация оснований применения мер процессуального принуждения. Рукопись депонирована в ИНИОН РАН № 18587 от 24.10.84 г. М, 1984. - 20 с.

  1. Козырев Г. Роль адвоката в судебном контроле за арестами // Российская юстиция, 1994. № 3. С. 45 - 46.
  2. Кузьмин В. Н. Об организации контроля за применением мер процессуального принуждения на предварительном следствии // Информационный бюллетень Следственного комитета МВД РФ,
  3. №3. С. 67-71
  4. Ларин А. М. Защита прав человека и гражданина в уголовном судопроизводстве // Общая теория прав человека. Под ред. Е. А. Лукашевой. М., 1996. С. 169 - 225.
  5. Манаев Ю. В. Обоснованность процессуальных решений следователя // Советское государство и право, 1978. № 5. С. 84-88.
  6. Манаев Ю. В. Общие аспекты исследования личности обвиняемого в суде // Труды ВСШ МВД СССР. Выпуск 1. Волгоград, 1969. С. 205-217.
  7. Манаев Ю. В. Законность процессуальных решений следователя // Правоведение, 1982. № 5. С. 92-97.
  8. Омельченко Г. Е. Личное поручительство, применяемое в отношении несовершеннолетнего согласно УПК Украинской ССР // Уголовно-процессуальное принуждение и ответственность, их место в решении задач предварительного расследования. Волгоград, 1987. С. 77 - 80.
  9. Очередин В. Т. Личное поручительство и поручительство общественной организации как меры пресечения // Процессуальные вопросы предварительного расследования на современном этапе. Волгоград, 1988. С. 82 - 86.

202

  1. Очередин В. Т. Юридическая природа мер пресечения в уголовном процессе // Уголовно-процессуальное принуждение и ответственность, их место в решении задач предварительного расследования. Волгоград, 1987. С. 62- 70.
  2. Петрухин И. Л. Уголовно-процессуальное принуждение и свобода личности // Советское государство и право, 1984. № 4. С. 77 -84.
  3. Петрухин И., Рогаткин А. О реформе уголовно- процессуального права // Законность, 1996. № 1. С. 39.

  4. Руднев В. Досудебный арест в США // Российская юстиция, 1994. №5. С. 48-51.
  5. Тетерин Б. Законопроект не учел мнение юридической общественности //Российская юстиция, 1994. № 12. С. 16 - 17.
  6. Хомаддов О. Практика применения мер пресечения // Социалистическая законность, 1978. № 11. С.66
  7. Шадрин В. С. О значении процессуальной формы и формализме на предварительном следствии // Процессуальные вопросы предварительного расследования на современном этапе. Волгоград,
  8. С. 23-28.
  9. Диссертации и авторефераты диссертаций

  10. Белоусов А. Е. Вопросы теории и практики применения мер уголовно-процессуального пресечения по законодательству Российской Федерации. Автореферат дисс… к. ю. н. Удм. гос. ун-т, Ижевск, 1995.-18 с.

203

  1. Булатов Б. Б. Вопросы эффективности мер пресечения, не связанных с лишением свободы, и их применения органами предварительного расследования. Автореферат дисс… к. ю. н. М.: МВШМ МВД СССР, 1980.- 18 с.
  2. Буряков А. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Диссертация … к. ю. н. М., 1967. - 326 с.
  3. Буряков А. Д Меры пресечения в советском уголовном процессе. Автореферат дис… к. ю. н. М.: Высшая школа МООП СССР, 1967.- 15 с.
  4. Вершинина С. И. Залог в системе мер пресечения. Автореферат дисс…к. ю. н. Самара: Гос. ун-т, 1998. - 24 с.
  5. Гуляев А. П. Совершенствование правового регулирования деятельности следователя. Автореферат дисс… д. ю. н. М.: Академия МВД СССР, 1988.-32 с.
  6. Гуляев А. П. Процессуальные сроки на предварительном следствии и дознании в советском уголовном процессе. Автореферат дисс… к. ю. н. М: ВНИИ МВД СССР , 1971.- 18 с.
  7. Давыдов П. М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Диссертация … к. ю. н. Л., 1952. - 441 с.
  8. Даньшина Л. И. Правовые и организационные вопросы исполнения предварительного заключения под стражу. Автореферат дисс… к. ю. н. М.: Академия МВД СССР, 1980. - 20 с
  9. Ю.Еникеев 3. Д. Прокурорский надзор за применением мер процессуального принуждения на предварительном следствии. Диссертация … к. ю. н. Казань, 1972. - 287 с

П.Еникеев 3. Д. Проблемы мер пресечения в уголовном процессе. Диссертация … д. ю. н. Уфа, 1991.-498 с

204

12.Ефимичев С. П. Предварительное расследование и его роль в реализации уголовной ответственности. Автореферат дисс… д. ю. н. Л.: ЛГУ, 1987.-31 с.

13.Закатов А. А. Криминалистическое учение о розыске. Автореферат дисс… д. ю. н. Киев: КВШ МВД СССР, 1987. - 39 с

14.3инатуллин 3. 3. Эффективность уголовно-процессуального принуждения. Автореферат дисс… д. ю. н. Л.: ЛГУ 1984 г. - 31 с.

15.Ивлиев Г. П. Основания применения мер процессуального принуждения. Диссертация … к. ю. н. М., 1986. — 219 с

16.Ивлиев Г. П. Основания применения мер процессуального принуждения. Автореферат дисс… к. ю. н. М.: МГУ, 1986 - 25 с.

  1. Клочков В. В. Общественное поручительство (уголовно- правовое и уголовно-процессуальное исследование). Диссертация … к.ю. н.М., 1962.-295 л.

18.Ковалев В. А. Кризис законности в современном буржуазном уголовном процессе. Автореферат дисс… д. ю. н. М.: Акад. МВД СССР, 1986.-33 с.

  1. Корнуков В. М. Вопросы теории и практики применения мер процессуального принуждения в советском уголовном процессе. Диссертация … к. ю. н. Саратов, 1970. -344 л.
  2. Корнуков В. М. Вопросы теории и практики применения мер процессуального принуждения в советском уголовном процессе. Автореферат дисс… к. ю. н. Саратов: СГУ, 1970. - 15 с
  3. Кудин Ф. М. Теоретические основы принуждения в советском уголовном процессе. Автореферат дисс. д. ю. н. Киев, 1984. - 44
  4. с

205

  1. Лившиц Ю. Д. Меры процессуального принуждения в советском уголовном процессе. Диссертация … к. ю. н. М., 1959. - 405 л.
  2. Лиеде А. А. Общественное поручительство в уголовном судопроизводстве. Диссертация … д. ю. н. Рига, 1964. - 756 л. (2 т.)
  3. 24.Лубенский А. И. Реформа уголовного процесса во Франции 1957- 1959 гг. Автореферат дисс… к. ю. н. Л.: ЛГУ, 1962. - 14 с.

  4. Лукашевич В. Г. Основы теории профессионального общения следователя. Автореферат дисс… д. ю. н. Киев: Ун-т, 1993. - 44с.
  5. Лупинская П. А. Теоретические основы принятия решений в советском уголовном судопроизводстве. Автореферат дисс… д. ю. н. М.: Всесоюзный ин-т по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности. 1973. - 42 с.
  6. Михайловская И. Б. Современный уголовный процесс США. Автореферат дисс… д. ю. н. М.: Всесоюзный институт по изучению причин и разраб. мер предупреждения преступности. М., 1972. - 48 с.
  7. Очередин В. Т. Применение мер пресечения на предварительном следствии по делам несовершеннолетних и их эффективность. Автореферат дисс… к. ю. н. М.: Академия МВД СССР. 1983. -
  8. 22 с.

  9. Хоммадов О. Меры пресечения в уголовном процессе (по материалам Туркменской ССР). Автореферат дисс…к. ю. н. М.: ВНИИС3.1973.-16С
  10. Цоколова О. И. Применение органами предварительного следствия и дознания мер процессуального принуждения под судебным контролем. Автореферат дисс… к. ю. н. М.: ВНИИ МВД РФ, 1995.-24 с.

206

  1. Шадрин В. С. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Автореферат дисс. д. ю. н. М.: МЮИ МВД РФ, 1997.-39 с.
  2. Шейфер С. А. Методологические и правовые проблемы собирания доказательств в советском уголовном процессе. Автореферат дисс. д. ю. н. М.: ВЮЗИ, 1981. - 41 с.
  3. Иностранные источники

  4. Cross R. Criminal Law and Procedure. London, 1970.
  5. Coldfarb Ronald. Ransom. A critique of the American Bail Sistem. New York, 1967.
  6. Wayne H. T. Pretrial Release Programs. Washington, 1977.
  7. Wice P. B. Bail and its reform: a national survey. Washington, 1973.

207

Приложение 1. Сравнительный анализ институтов залога в законодательствах основныхзарубежных государств и Российском уголовном процессе

Государст во значение основания применени я порядок применени я сумма залога последств ия нарушени я РОССИЯ самостоятель ное предположе ния о возможном уклонении обвиняемого избирается следователе м с санкции прокурора или судом не установлена законом изъятие суммы залога в доход государства

США субсидиарно е (освобожден ие из под ареста) тяжесть предъявленн ого обвинения судебный не установлена законом изъятие суммы залога, судебное наказание или штраф

ВЕЛИКО- Субсидиарн ое тяжесть обвинения судебный не установлена законом изъятие суммы залога, судебное наказание или штраф БРИТА-

НИЯ

ФРАН- Субсидиарн ое характерист ика личности избирается прокурором определены минимальны е границы суммы изъятие суммы залога в доход государства ЦИЯ

ФРГ Субсидиарн ое характерист ика личности избирается прокурором или судьей не установлена законом изъятие суммы в доход государства

АВСТРИЯ Самостоятел ьное тяжесть обвинения избирается следователе м не установлена законом изъятие суммы в доход государства

208

Приложение 2.

Таблица предложений по совершенствованию правовых институтов залога и поручительства.

№ п/п Содержание предложений Стр. дисс. 1 2 3 1. Предлагается именовать залог и поручительство мерами процессуального воздействия, поскольку их реализация основана на взаимном доверии сторон с использованием методов убеждения, осуществляется путем комплексного опосредованного влияния на обвиняемого (подозреваемого) со стороны третьих лиц и органов уголовного судопроизводства и сопряжена с незначительным ограничением субъективных прав и свобод граждан, вовлеченных в процесс правоприменения. 68 2. С целью усиления регулирующего воздействия убеждения в плане обеспечения правомерного поведения обвиняемого(подозреваемого), предлагается законодательно закрепить обязанность органов уголовного судопроизводства по разъяснению обязанностей и ответственности не только залогодателей и поручителей, но и самих обвиняемых (подозреваемых), с фиксацией данного обстоятельства в соответствующем протоколе. 75 3. Предлагается установить конкретный перечень ценно- 95-96

209

стей, которые могут быть использованы в качестве залоговой массы, включив в него: а) иностранную валюту; б) государственные процентные бумаги; в) изделия из драгоценных камней и металлов, предметы искусства и антиквариата; г) движимое имущество большого объема (дорогостоящий авто-, мото- транспорт, яхты, самолеты, товар, подлежащий реализации); д) недвижимое имущество: принадлежащие залогодателям на праве частной собственности квартиры, дома, коттеджи, дачные участки, гаражи. Данный перечень и порядок процессуального оформления их привлечения в качестве предмета залога может быть установлен
совместной инструкцией Генерального прокурора РФ, Министра внутренних дел РФ, Председателя Верховного Суда РФ.

4. Предлагается установить предмет поручительства как сумму заранее обозначенных имущественных гарантий, определяемую органом расследования, либо судом по конкретному уголовному делу, подлежащую взысканию с поручителя в доход государства в случае уклонения обвиняемого от явки в органы уголовного судопроизводства. 99 5. Предлагается исключить из числа физических лиц, допускаемых в качестве залогодателей -полностью или частично недееспособных, находящихся под следствием или отбывающих наказание в местах лишения свободы, а также лиц, участвующих в расследовании и судебном рассмотрении дела со стороны защиты или 104

210

обвинения в силу своих должностных обязанностей; из числа юридических лиц - предприятия и организации с государственной формой собственности или имеющие в уставном капитале какой-либо процент государственной собственности.
Закрепить данные положения в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ или ином подзаконном акте.

6. Для повышения эффективности мер воздействия в виде залога и поручительства предлагается указать в уголовно-процессуальном законе на обязанность залогодателя и поручителя информировать правоохранительные органы о ненадлежащем поведении обвиняемого (подозреваемого), либо о его намерениях, с правом отказа от залога и поручительства и возвращения залоговой суммы, либо освобождения от ответственности в порядке ст. 94 УПК РСФСР, поскольку ни поручитель, ни залогодатель в подобном случае не смогут предотвратить его нежелательное поведение иным способом. 114 7. Учитывая, что механизм действия залога и поручительства является сходным, необходимо унифицировать цели и основания их применения. С этой целью необходимо исключить из текста ст. ст. 94 и 95 УПК РСФСР указание на ручательство за надлежащее поведение обвиняемого, поскольку
институт поручительства не имеет реальных средств для того, чтобы 134

211

обеспечить выполнение указанной задачи

8. С целью обеспечения дополнительных гарантий прав и интересов личности, подвергаемой принуждению в уголовном процессе, а также создания единообразной практики применения уголовно-процессуальной репрессии, предлагается закрепить в законе юридически значимые признаки, при наличии которых рассмотрение вопроса об освобождении под залог или поручительство обязательно, взяв за основу перечень обстоятельств, смягчающих наказание, установленный ст. 61 УК РФ. В связи с чем дополнить ст. 101 УПК РСФСР следующей формулировкой:
«При наличии обстоятельств, установленных ст. 61 УК РФ, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или суд обязаны рассмотреть вопрос об изменении меры пресечения в виде заключения под стражу на залог, поручительство или иную, не связанную с лишением своды, о чем составить мотивированное постановление». 157 9. Предлагается закрепить в уголовно-процессуальном законе необходимость обязательного изменения мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства в случае соответствующего волеизъявления хотя бы одного из участников данного правоотношения, поскольку утрата взаимного доверия влечет неэффективность применения указанных мер. 122 10. Предлагается упростить процессуальный
порядок применения меры процессуального воздействия в виде 165,

212

залога за счет отмены санкционирования данного решения прокурором и законодательного закрепления возможности внесения залоговой суммы в депозит органа, ведущего уголовный процесс.

167

11.

Выш еуказ анны е пред ложе ния реал изую тся в автор ской редак ции норм ы о залоге и поруч итель стве:

Стат ья … Залог .

(1). Залог состо ит в деньг ах или иных ценн остях , внос имых по поста новл ению орган а дозна ния, следо вател я или опред елени ю суда в депоз ит суда или иного госуд арств енног о орган а, ведущ его рассл едова ние, сами м обвин яемы м, подоз ревае мым либо други м физи ческ им или юрид ичес ким лицо м в обес пече ние явки обви няем ого, подо зрева емог о по вызо вам лица, произ водящ его дозна ние, следо вател я, проку рора, суда. Сум ма залог а опре деляе тся лицо м, веду щим уголо вный проце сс, с учето м тяжес ти обвин ения, лично сти подо зрева емог о, обви няем ого, иму щест венн ого поло жени я залог одате ля.

(2). Залог одате лю, если им не являе тся сам обвин яемы й или подоз ревае мый, разъя сняет ся сущн ость дела, по котор ому избра на данна я мера возде йстви я, и его обяза ннос ть инфо рмир овать прав оохр анит ельн ые орган ы о нена длеж ащем пове дени и обви няем ого, подо зрева емог о с прав ом отказ а от залог а. О прин ятии залог а соста вляет ся прот окол, в кото ром отме чаетс я, что подо зрева емом у, обви няем ому разъя снен ы обя-

175-

177

213

занности, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, а залогодатель предупрежден, что в случае нарушения обвиняемым, подозреваемым данных обязательств залог обращается в доход государства. Протокол подписывается составившим его должностным лицом, обвиняемым, подозреваемым и залогодателем, которому вручается копия протокола. Протокол и документ о внесении залога в депозит суда или иного государственного органа приобщается к материалам дела.

(3). В случае нарушения обвиняемым, подозреваемым возложенных на него обязанностей мера воздействия в виде залога подлежит изменению на меру пресечения в виде заключения под стражу или домашний арест. Внесенный залог обращается в доход государства на основании решения суда, которому подсудно данное уголовное дело. Решение об обращении залога в доход государства может быть обжаловано залогодателем в суд второй инстанции. Во всех иных случаях залог подлежит возвращению залогодателю при решении вопроса об отмене или изменении данной меры процессуального воздействия лицом, ведущим уголовный процесс.

Статья … Личное поручительство.

(1) Личное поручительство состоит в принятии на себя заслуживающими доверия лицами письменного обязательства о том, что они ручаются заранее ус-

214

тановленной органом дознания, следователем, прокурором или судом денежной суммой, за надлежащее поведение подозреваемого или обвиняемого, включая его своевременную явку по вызовам органа, ведущего уголовный процесс. Число поручителей не может быть менее двух.

(2) Избрание в качестве меры процессуального воздействия личного поручительства допустимо лишь по письменному ходатайству поручителей и с согласия лица, в отношении которого дается поручительство. (3) (4) Поручитель дает подписку о личном поручительстве, в которой он подтверждает, что ему разъяснены сущность обвинения лица, в отношении которого он дает поручительство, ответственность поручителя, состоящая в наложении на него денежного взыскания на сумму поручительства в случае совершения обвиняемым, подозреваемым действий, для предупреждения которых применяется данная мера воздействия, а также его обязанность информировать правоохранительные органы о ненадлежащем поведении обвиняемого, подозреваемого с правом отказа от поручительства. (5) (6) В случае нарушения обвиняемым, подозреваемым возложенных на него обязанностей мера воздействия в виде личного поручительства подлежит ризменению на более строгую меру пресечения, а на (7)

215

каждого поручителя судом накладывается денежное взыскание в размере суммы поручительства. Данное решение может быть обжаловано поручителем в суд второй инстанции.

216

Приложение 3.

“санкциониру ю”1

Залог в отношении обвиняемого

в сумме

Прокурор р-на г.

” ” 199__г.

Постановление о применении меры пресечения в виде залога.

” ” 199_г. г.

Следователь , рассмотрев

(наименование органа, специальное звание, Ф.И.О.)

материалы уголовного дела ,

(№, наименование дела) Установил:

(краткая фабула дела: Ф.И.О. обвиняемого, время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления, квалификация содеянного)

Учитывая, что в материалах уголовного дела имеются фактические данные, дающие основа ния полагать, что вероятность уклонения обвиняемого от следствия и суда неве лика, принимая во внимание

( конкретные обстоятельства учитываемые при избрании меры пресечения ) руководствуясь ст. ст. 91, 92, 99 УПК РСФСР,

Постановил:

  1. В целях обеспечения явки в органы уголовного судопроизводства применить в отношении обвиняемого меру пресечения в виде залога в суме

(Ф.И.О., год рожд., место жительства)

  1. Залогодателя

(Ф.И.О., год рожд., место жит-ва, отношение к обвиняемому) поставить в известность о сущности дела, по которому избрана данная мера пресечения.

  1. Залоговую сумму поместить на хранение на депозитный счет ,

(наименование органа) приобщив к материалам уголовного дела соответствующие финансовые документы.

  1. Копию настоящего постановления вручить обвиняемому

Следователь

наименование органа, фамилия, подпись

Копию настоящего постановления получил (подпись обвиняемого)

1 Имея в виду высказанные в ходе диссертационного исследования суждения о юридической природе и механизме осуществления мер процессуального воздействия в виде залога и поручительства, при составлении бланков соответствующих процессуальных документов автор руководствовался действующим УПК РСФСР.

217

Протокол о принятии залога

199 г. г.

Следователь на основании постановления от

(наименование органа, спец. звание, Ф.И.О) “ “ 199 г. о применении в отношении
обвиняемо го меры пресечения в виде залога по уголовному

(фамилия, имя, отчество)

делу № , в соответствии со ст. 99 УПК РФ,

в присутствии понятых: 1

(фамилия, имя, отчество; место жительства)

(фамилия, имя, отчество; место жительства) которым разъяснены их права и
обязанности, предусмотренные ст. 135 УПК РСФСР,

(подпись) (подпись)

принял в обеспечение явки обвиняемого по вызовам

(фамилия)

органа уголовного судопроизводства залог в сумме

от гражданина (юридического лица)

(фамилия, имя, отчество)

проживающего по адресу

предъявившего паспорт серии № , выданный .

Залогодатель поставлен в известность о сущ

(Ф.И.О.)

ности дела и обвинения, предъявленного

(Ф.И.О. обвиняемого)

в совершении преступления, предусмотренного ст. УК РФ и ему разъяснено, что в

случае уклонения обвиняемого

(фамилия) от явки по вызовам лица, производящего дознания, следователя, прокурора, суда внесенный залог обращается в доход государства определением суда, вынесенным в порядке ст. 323 УПК РСФСР.

(подпись залогодателя) Замечаний и дополнений по ходу составления протокола не поступило. Зал о годатель:

Понятые:

Следователь:

Копию настоящего протокола получил: (подпись залогодателя)

1 Данный реквизит является факультативным и используется по усмотрению правоприменителя.

218

Постановление о применении меры пресечения в виде личного

поручительства

« » 1998 г. г.

Следователь

(наименование органа, специальное звание, Ф. И. О)

рассмотрев материалы уголовного дела

(№, наименование дела) Установил:

(краткая фабула дела: Ф. И. О. обвиняемого, место, время, способ и другие

обстоятельства совершения преступления, квалификация содеянного)

Учитывая, что

(конкретные обстоятельства для избрания меры пресечения)

, предварительное следствие приходит к выводу, что личное поручительство будет достаточной мерой обеспечения надлежащего поведения и явки обвиняемого по вызовам следственно- судебных органов.

О поручительстве ходатайствуют: 1)

(Ф. И. О., место работы поручителей,

отношение к обвиняемому)

2)

Указанные лица положительно характеризуются по месту жительства и работы и заслуживают доверия. Они поставлены в известность о сущности дела и им разъяснены положения закона об их ответственности в случае совершения обвиняемым действий, для предупреждения которых применяется личное поручительство.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 89, 91, 94 УПК РСФСР,

Постановил:

Применить в отношении обвиняемого

(Ф. И. О., год рожд., место жительства

меру пресечения в виде личного поручительства ,

(Ф. И. О. поручителей) о чем объявить обвиняемому и его поручителям.

Постановление нам объявлено « » 199_ г.

Поручители: ( ) ( )

Обвиняемый: ( )

Следователь: ( )

219

Подписка о личном поручительстве

город “ “ 199__г.

Мы, нижеподписавшиеся ,

(фамилия, имя, отчество поручителя)

работающий

(должность, место работы поручителя)

проживающий

предъявивший паспорт серии номер , выданный

” “ 19 г.

(фамилия, имя, отчество поручителя)

работающий

(должность, место работы поручителя)

проживающий ,

предъявивший паспорт серии номер , выданный

"	"	19	г.

ручаемся за надлежащее поведение и своевременную явку по вызовам следователя (суда) об виняемого (подсудимого) , про живающего .

О сущности дела и обвинения, предъявленного

(фамилия, имя, отчество обвиняемого) в совершении преступления, предусмотренного

(статья УК РСФСР)

мы поставлены в известность.

Нам также разъяснена установленная статьей 94 УПК РСФСР ответственность по ручителей в случае ненадлежащего поведения обвиняемого

(фамилия, имя, отчество обвиняемого) или уклонения его от явки в органы расследования или в суд.

Поручители

Подписку о личном поручительстве принял

(должность, фамилия)