lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Давлетов, Ахтям Ахатович. - Односторонность или неполнота уголовно-процессуального исследования как основание пересмотра приговора. [Электронный ресурс]: Дис. ... канд. юрид. наук: 12.00.09 - М.: РГБ, 2005 (Из фондов Российской Государственной Библиотеки)

Posted in:

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель - доктор юридических наук, профессор П.П.Якимов

Свердловск - 1980

СОДЕРЖАНИЕ

	стр,

вваднйЕ . • . з

ГЛАВА I. СУЩНОСТЬ. ПРЕДМЕТ И ПРЕДЕЕЫ УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНО-

ГО ИССЛЕДОВАНИЯ 8

f Г. Понятие н струетура уголовно-процессуального иссле-

дования … 8

§ 2. Предмет исследования по уголовному делу ……. 29

§ 3. Пределы исследования по уголовному делу 47

ГЛАВА П. ПОНЯТИЯ И ПРОЯВЛЕНИЯ ОДНОСТОРОННОСТИ или НЕПОЛНОТЫ

УГОЛОШО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ИССЛЩОВАНИЯ 63

§ г. Понятия односторонности и неполноты уголовно-процессуального исследования, их соотношение с ИННМИ оснр’-

ванЕями пересмотра прштовсра 63

§ 2. Односторонность ИЛИ неполнота уголовно-процессуального исследования как безусловные и условные основания

пересмотра приговора 82

§ 3. Характеристика проявлений односторонности или неполноты уголовно- ^іроцессуального исследования в практике 99 ГЛАВА Ш. ПОСЛЕДСТВИЯ УСТАНОВЛЕНИЯ ВЬШЕСТОЯЩЙШ СУДАМИ ОДНОСТОРОННОСТИ ИЛИ РПОЛНОТЫ УГОЛОВНО-41РОРССУАЛЬНОГО ИССЛЩОВАНИЯ 122

§ I. Отмена приговора с направлешем деда на новое рассмотрение • • 122

§ 2. Отмена пригоюра с прекращением уголовного дела, • . 138 § 3* Возможно ли изменение приговора при односторонности

дли неполноте уголовно-щ)оцесоуального исследования? 153

§ 4. Вынесение частного определения • . . 162

ЗАКЛЮЧЕНИЕ ………….. 171

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛЙТЕРАТУга Г75

ВВЕДЕНИЕ

Осуществление правосудия при строгом соблвдении законов - программная задача Еоммунистической партии Поветского Союза^. На ХХУ съезде кипе Л.И.Т^режнев отметил, что партия постоянно занимается вопросом улучшения советского законодательства, укрепления социалистического правопорядка, уделяла и будет впредь уделять “внимание со- вершенствованшо деятельности милиции, прокуратуры» судов, органов юстиции, которые стоят на страже советскоі законности, интересов советского общества, прав советских і^аждан”^.

Требование повышать уровень работы правоохранительных органов содержится в новой Конституции СПСР, которая “вноы» убедительно показала, что понятия свободы, прав человека, демократии и социальной, справедливости наполняются действительным содержанием только в усло- ВИЯХ социализма”*^.

vЯнaчитeльнaя роль в охране прав и законных интересов граждан принадлежит советскоі^ уголовному судопроизводст^, задачей которого является^ быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона с тем, чтобы совершивший преступление был подвергнут справедливому наказание и ни один невяновнай не бші привлечен к уголовной ответственности и осуж-

^ См.: Программа Коммунистической партии Советского Поюза, М., Политиздат, 1976, с.106.

^ Материалы ХХУ съезда КПСС. М., Политиздат, 1976, с.81-82. ^Брежнев Л, И. Великий Октябрь и прогресс человечества. Доклад на совместном торжественном заседании ЦК КПСС, Верховного Совета СССР и Верховного Совета РСФСР в їфешіевском Дворце съездов 2 ноября Г977 г. М., Политиздат, 1977, с.9.

ден.

Одна из задач юрядическоб. науки состонт в подготовке научно-* обоснованных рекомендацнй по соверзенствоваша) советского законодательства. ЦК КПСС в постановлении “Об улучшении работы по охране правопорядка и усилении борьбы о правонарушениями” от 10 сентября 1979 г. указал на необходимость повышения качества и эффективности научных исследований^,

В правоприменительной деятельности лицо, ведущее дознание, следователь, прокурор, суд иногда допускают ошибки, нарушения закона, влекущие постановление незаконных и необоснованных приговоров. В таких случаях особое значение имеет своевременное и правильное выявление вышестоящими судами недостатков вынесенного приговора при провер~^ ке дела в кассационном или надзорном порядке. Одним из условий успешного обнаружения и оценки дефектов предварительного расследования и судебного разбирательства, повлиявших на приговор, является точная законодательная регламентация и умелое практическое применение оснований к отмене или изменению приговора.

Данные судебной статистики свидетельствуют о том, что вшестоя- щие суды не всегда проверяют каждый обжалованный’ (опротестованный) приговор с учетом всех кассационно-надзорных оснований^. Это положение объясняется, в частности, недостаточным теоретическим осмыслением некоторых сторон деятельности судов кассационной и надзорной инстанций. К числу таких вопросов прежде всего относится понимание сущности каждого из системы оснований пересмотра приговора.

Односторонность или неполнота дознания, предварительного иди

^ См.: Правда, 1979, II сентября. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, Л2, с,7.

  • 5

судебного следствия (СТФ343 УПК РСФСР- одіш из наиболее растфо- страненных недостатков предварительного расследования и судебного разбирательства. Об этом свидетельствуют, в частности, результаты изучения Прокуратурой СССР и Всесоюзным институтом по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности оснований возвращения судами дел на дополнительное расследование. Около Vs дел об убийствах и изнасилованиях и более ^/2 дел о хищениях, направленных на доследование, были возвращены следователям в связи с односторонностью или неполнотой^.

По результатам обобщения опубликованной практики, Верховный Суд СССР отменил приговоры по односторонности или неполноте в 49^ случаев от общего числа отмененных по всем основаниям, а Верховный Суд РСФСР - в 45%, Свердловский областной суд отменил по этому основанию Б 1977 г. 50,3^, в 1978 г. 34.!^. в 1979 г. 51.за 9 месяцев 1980 г. 41^ приговоров от общего количества отмененных по всем основаниям^.

^ При ссылке на статьи УПК РСФСР имеются в виду и соответствующие статьи УПК других союзных республик, если иное не оговорено специально.

^ См.: Соц. законность, 1967, с,22-24; 1967, ій, с,4-8.

^ Поскольку Верховные суды публикуют выборочные материалы, то полученные в результате их обобщения и использованные в диссертации цифры не характеризуют структуру рассмотренных явлений. Они лишь показывают, на что и в каком объеме обращают внимание Верховные суды, публикуя материалы по отдельным делам. Что же касается данных, полученных при сплошном изучении практики Свердаовского областного суда, то они раскрывают структуру и удельный вес исследуемых явлений.

Исследованию названного кассационно-надзорного основания в советской процессуальной науке уделяется значительное внимание. Теоретические и практические аспекты односторонности или неполноты рассматривались в работах М.С.Строговича, М.М.Гродзинского, И.Л.Перлова, И.И.Мухина, А.Л.Ривлина, Я.О.Мотовиловкера, Б.А.Познанского, Э.Ф.Ку- цовой, Е,А.Здт)иковского, А.И.Данилюка, Б.М.Тавровского и других юристов. Многие вопросы отмеченного основания освещены в диссертаїщи Л,А,Богословской^. Естественно, она не могла рассмотреть все заслуживающие внимания проблемы односторонности или неполноты дознания, предварительного или судебного следствия. Некоторые выводы и взгляды, содержащиеся в этой работе, представляются спорными,

В юридической литературе односторонность или неполнота раскрьк вается без достаточного обоснования связи этого основания с такими процессуальными категориями, как содержание, предмет, пределы исследования по уголовновчу делу. Нечетко проводится отграничение односторонности или неполноты от иных кассационно-надзорных основаній, что приводит к его смешению с такшли основаниями пересмотра приговора, как несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела (ст.344 УПК РСЙСР) и существенное нарушение уголовно-цроцеосуального закона (ст.345 УПК РОФСР). Не вешен вопрос о безусловных видах односторонности или неполноты. Нет единства мнений о процессуальных последствиях обнаружения названного основания судами вышестоящих инстанций.

Все это обусловило выбор темы диссертации.

^См.: Богословская Л, А. Односторонность и неполнота предварительного или судебного следствия как основание к отмене или изменению приговора. Автореферат кани.дис., Харьков, 1973.

При определении крзгга вопросов, освещаеьшх в диссертащш, мы исходили из того, что основание, предусмотренное ст.343 УЇІК РСФСР, возникает как результат упущений органов предварительного расследования или суда первой инстанции в гносеологической сфере их деятельности. Поэтому для выяснения сущности односторонности или неполноты нео(5хо,іашо рассмотреть общие понятия, характеризующие уголовно-процессуальное исследование. Здесь учитывалось замечание В.И.Ленина: “кто берется за частные вопросы без предварительного решения общих, тот неминуемо будет на каждом шагу бессознательно для себя “натыкаться” на эти общие вощзосы”^.

В качестве таких исходных положений выступают понятия сущности, структуры, предмета, пределов» всесторонности, полноты исследования по уголовному делу, на основе которых раскрываются понятия односторонности и полноты, содержание этого основания, а также процессуальные последствия обнаружения основания, предусмотренного ст.343 УПК РШСР, вышестоящими судами.

Сказанным объясняется название работы. Поскольку процессуальное исследование составляет лишь часть урегулированной законом деятельности органов судопроизводства, наряду с которой можно ввделить и другие - процедурную, защиты прав и интересов участников процесса и т.д., то точнее говорить не об односторонности иж неполноте дознания, предварительного или судебного следствия, а об односторонности или неполноте уголовно- процессуального исследования. Это указывает на ту область деятельности органов расследования и суда, в которой возникает рассвіатриваемое основание.

^ Л е н и н В.й. Полн.собр.соч., т.15, с.368.

ГЛАВА I

СУЩНОСТЬ, ПРЕДМЕТ И ПВДЕЛН УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО

ЙСГЩДОВАНИЯ

§1 Понятие и структура уголовно-процессуального исследования

Органы судопроизводства, осуществляя регламентированную законом деятельность по расследованию и рассштрению уголовных дел, иссле- дуїзт явления окружащей действительности, т.е. познают их^.

Уяснение сущности и структуры процессуального исследования связано с разрешением двух вопросов: а) что познается в сфере судопроизводства? б)каким образом производится это познание?

Первый вопрос - это вопрос о “совокупности явлений внешнего мира, познание которых необходимо для достижения задач судопроизводст-

В процессуальной теории утвердилось мнение, что явлениями действительности, исследуемыми в судопроизводстве, следует считать фак-

q’

ты, обстоятельства^^. Содержание процессуального исследования усма-

^ Автор считает понятия “процессуальное познание” и “процессуальное исследование” тождественными.

^Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Э л ь к и н д П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, Изд. Воронежского ун- та, 1978, с.69.

о

^^ Пм.: С т р о г о в и ч М.С. К^с советского уголовного процесса, T.I, М., Наука. 1968, с.361; К у р ы л е в С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, Изд.БІТ, 1969, с.38; С о л о- в ь е в А.Д. Процессуальные вопросы установления истины на предварительном следствии. Автореферат докт.дис., Киев, 1969, с.18-19 и др.

триваеїоя в собирания, проверке и оценке доказательств^.

Такое определение круга познаваемнх по делу явлений и содержания процессуального исследования объясняется тем, что многие юристы в качестве доказательств в судопроизводстве признают факты^. Отсюда - собирание, проверка и оценка доказательств равнозначно собиранию, проверке и оценке обстоятельств. Соответственно круг изучаемых явлений исчерпывается фактами (они хе доказательства).

Развитие теории докязательств позволило выявить ряд существен-

См.; К е л к и н Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М., Наука, 1966; Теория доказательств в советском уголовном процессе. М,, Грид.лит., 1973, с.298; Зеликсон Э.П. Доказывание как деятельность субъектов уголовного судопроизводства. Автореферат докт.дис., Алма-Ата, 1973, с.12 и др.

Некоторые юристы добавляют к названным элементам процессуального исследования выдвижение версий и обоснование выводов. См.: Ф а т- к у л л и н Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, Изд.Казанского ун- та, 1976, с.7; Горский Г.Ф,, Кокорев Л.Д., Эль к и к д П.С. Указ.соч., с,203 и др.

^См,:Гродзинский М.М. Улики в советском уголовном процессе, М., 1944, с.3-4; Голунский С.А. Вопросы доказательственного права в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик.- В кн.: Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве Союза ССР, М., Госюриздат, 1958, о,145; Л у- пинская П.А. О проблемах теории доказательств.- Сов, государство и право, 1960, ifelO, C.I2I-I24; К а з Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Саратов, Изд.Саратовского ун-та. I960, с.25- 26; Трусов А.И, Основы теории судебных доказательств, М., Гос- юриздат, I960, с.33 и др.

НЫХ противоречий отождествления доказательств и обстоятельств^. Так, трудно представить, что факты объективной реальности, отграниченные от исследователя пространственными и временными рамками, и, как правило. неотделимые от оіфужающей действительности, могут собираться в материалы дела. Отпадает вопрос о достоверности доказательств, поскольку объективные факты не могут быть недостоверными. Смешивается цель и средства доказывания, так как в качестве тех и других рассматриваются обстоятельства. Например, М.А.Чельцов под прямыми доказательствами понимал “… факты, которые входят в предмет доказывания в качестве отдельных признаков состава преступления..,”^.

Законодатель в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и

о

союзных республик*^ провел четкую грань меаду фактами и доказательствами. СтЛб Основ (ст.69 УПК РСФСР) определяет процессуальные доказательства как “любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке органы дознания, следователь и суд устанавливают… обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела”.

По смыслу закона ясно, что доказательства и обстоятельства - не одно и то же. Исходя из различия этих понятий, многие юристы в настоящее время понимают под процессуальными доказательствами сведения,

^ См.: Дорохов Б.Я, Понятие доказательства в советском уголовном процессе,- Сов.государство и право, 1964, №9, с,ІІІ-ІІ7; Теория доказательств в советском уголовном процессе. Часть общая. М., Юриздат, 1966, с.256-263; Горский Г.Ф., Ко к о р е в Л.Д.,

Э л ь к и н д П.С. Указ.соч., с,100 и др. р

‘^Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., Юриздат, 1962, 0.135.

^ Далее кратко - Основы.

инфоріїїаціїю об обстоятельствах в единстве с источниками ее получения^ либо обособленно от последних^, в уголовном судопроизводстве зарубежных социалистических государств под термином “доказательство”, как правило, понимается информация, данные о фактах^.

Некоторые авторы включают в понятие процессуального доказательства наряду с сведениями об обстоятельствах и сами факты, утверящая, что это не противоречит содержащек^ся в законе определению доказательств йак “любых фактических данных”^, В большинстве случаев такие

^См. :Притузова В,А. Закшочение эксперта как доказательство в уголовном процессе. М., Госюриздат, 1959, с.II; В и н - бергА., КочаровГ., МиньковскиЙГ. Актуальные вопросы теории судебных доказательств в уголовном процессе,- Соц.за- конность, 1%3, J©, с,19-27; X м ы р о в А.А. Косвенные доказательства. М., Юрид.лит. ,1979, с.7 и др.

^См.: Иванов О.В. Объективная истина в советском гражданском процессе. Автореферат канд.дис., М., 1964, с.12-13; Теория доказательств в советском уголовном процессе. Часть общая. М., Юриздат,

1966, с.242; К у д и н Ф.М. Производные доказательства и их источники в советском уголовном процессе. Автореферат канд.дис., Свердловск, 1967, 1968, с.7 и др. 1969, ^ См.: Уголовный процесс в европейских социалистических государствах. М., Юрид.лит., 1978, C.II6-II9.

^Алексеев И.О. Доказывание и его предмет в советском уголовном процессе.- В кн. Актуальные проблемы советского государства и права в период строительства коммунизма. Изд.ЛГУ, 1967, с.429; Фат кул лин Ф.Н. Указ.соч.,с.55; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Э л ь к и н д П.О. Указ.соч., с.100-102 и др.

фаістн именуется доказательственными. Однако в юридической литературе названный термин употребляется в различных смыслах. Под доказатель- ственными фактами понимаются: обстоятельства, служащие основаниями установления так называемого главного факта^; вообще все факты, спо- собствующие установлению истины по делу^; отдельные факты, из которых познается предмет доказывания®.

Такая разноречивая трактовка отмеченного термина приводит к невозможности его использования, ибо это вносит путаницу и неопределенность. Именно поэтому обстоятельства “служащие средством для установления фактов, составляющих предмет доказывания по делу” стали именовать “побочными”, “вспомогательными”, “промежуточными”^. Основной же причиной неудачного употребления терюша “доказательственный факт”., является, на наш взгляд, возникающее в результате этого необоснованное смешение принципиальЕО различных процессуальных категорий. - доказательств и устанавливаемых на их основе обстоятельств.

Нетождественность этих категорий щ)ко проявляется при расомотре-

^ См.: СтроговичМ.С. Курс советского уголовного процесса. М., ЙЭД.АН СССР, 1958, СЛ96.

^Ом.: Шаламов М,П, Теория улик, М., Госнфиздат, I960,

с,9.

о

’ См.: Ч е л ь ц о в М.А. Советский уголовный процесс. М., Юр- яздат, І95І, с.138.

^ См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе, часть обитая, М., 1966, с,190. Во втором издании этого сочинения обстоятельства данного рода именуются промежуточными. См.: Теория доказательств в советском уголовном процеспе. М., 1973, с.142.

НИИ механизма формирования и использования доказательств*

Возможность познания одних явлений при помощи дфугих обусловлено свойством материи - отражением, “Логично предположить,- писал В,Й.Ленин,- что вся материя обладает свойством, по существу родственным с ощущением, свойством отражения”^. Только благодаря отражению, органы судопроизводства имеют возможность установить имевшие место в прошлом обстоятельства преступления.

Возникнув в реальной действительности, преступное явление как волевой акт поведения человека оставляет следы в сознании людей или на вещах, предметах. Эти запечатленные следы есть признаки обстоятельств дела^. Если объект - носитель таких признаков, окажется в сфере судопроизводства, то создается возможность получить информацию о фактах предусмотренными в законе способами - путем допросов лиц, осмотров вещей?. Полученная таким образом информация и есть те фактические данные, о которых идет речь в ст.69 УПК РСФСР. Поскольку сведения о фактах не существуют без носителя и могут извлекаться лишь в регламентированном законом порядке, то доказательствами в судопроизводстве следует считать фактические данные в единстве с источ-

^ Л е н и н Б.И. Полн.собр.соч., Т.Г8, с.91.

^ См.: У е м о в А.И, Вещи, свойства, отношения. М., Изд.АН СССР, 1965, с.ЗГ-67.

о

^^См,: Белкин Р.С, Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. М., Высшая школа МВД СССР, 1970, с.8-15; Л у 3 г и н й.М. Методологические проблемы расследования. М., Юрид.лит., 1973, с.58-70.

НИКОМ EX ПО^іучеЮїЯ.

Отражение признаков обстоятельств происходит в результате взаимодействия двух явлений.. Одно из них - сам устанавливаемый факт, другое - источник, обладатель признаков этого обстоятельства. Например, правонарушитель и очевидец его действий, как явления однородны. Оба они ^ические лица. При расследовании и рассмотрении дела они занимают неодинаковое правовое положение. Правонарушитель становится обвиняемым, а очевидец - свидетелем. Противоправные действия обвиняемого, свойства его личности выступают обстоятельствами дела и процессуально исследуются. Однако и другое явление - очевидец и полученные от него сведения, познается в судопроизводствві Для того, чтобы считать его свидетелем, необходимо выяснить правильность восприятия им оіфужающего и способность воспроизвести увиденное в соответствии с действительностью. Неслучайно ст.72 УПК РСФСР предусматривает, что “лицо, которое в силу своих физических или психических недостатков не способно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания” не может допрашиваться в качестве свидетеля. Каждая вещь, предмет, исследуемый по делу, в первую очередь рассматривается как материальный объект, а затем изучается в целях выявления информации о фактах. Поэтому уголовно-процессуальный закон обязывает органы судопроизводства исследовать (ст.ст.53,240,245,248,250,279,399 УПК РСФСР), проверять(ст. ст.70,408 УПК РСФСР), рассматривать (ст.ст.294,29ь,301 УЇЇК РОФСР) доказательства и содержит правила, при соблюдении которых это производится (ст.ст.70.71 УПК РСФі^Р).

Сказанное позволяет утверждать, что круг явлений, исследуемых в судопроизводстве, нельзя ограничивать лишь фактами дела. Наряду с ними при расследовании и рассмотрении дел познается другая группа

явлений - источники с информацией об обстоятельствах. Включение в число познаваемых явлений доказательств обусловлено тем, что для успешного достижения цели познания необходимо также рассмотреть средства достижения данной цели, ибо “не только результат исследования, но и ведущий к яещ путь должен быть истинным”^.

Процессуальное исследование как и всякое иное познание не сводится у установлению наличия или отсутствия изучаемых явлений, а состоит также в выяснении их сущности.

В философской литературе явление понимается как совокупность внешних, подвижных, индивидуально неповторимых свойств и связей предмета. Сущность же рассматривается как совокупность внутренних, глубокие, устойчивых свойств и отношений, составляющих основу происхож-

о

дения, существования и развития предмета’^.

Любое правонарушение познается в судопроизводстве не сразу, целиком и полностью, а постепенно, от внешних, непосредственно воспринимаемых черт и признаков, к скрытым, внутренним свойствам, т.е. от явления к сущности, к примеру, очевидцы хулиганства запечетлевают в сознании лишь то, что непосредственно видели, слышали сами - признаки лица, нарушавшего общественный порядок, место, время действия, поступки правонарушителя, т.е. факты«явления. Об этих обстоятельствах свидетели показывают на допросах. Однако они не могут производить юридическую оценку того, что наблюдали, например, утверждать, что правонарушитель был вменяем, действовал их хулиганских мотивов, 06-

-^МарксК., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т.1, с, 7. См.: Болдырев В.И» Взаимосвязь категорий: сущность-явление, содержание-форма. Автореферат канд. дис., Свердловск, 1966, с.6-8; Основы марксистско-ленинской философии. М., Политиздат, Г975, С.Г52-Т55.

отоятельства вменяемости, хулиганского мотива представляют собой юридические сущности установленных при помощи доказательств фактов- явлений. Эти сущности непосредственно не воспринимаются свидетелями, так как носят характер скрытых, внттренних правовых свойств доказан-* ных обстоятельств. ЇЇ08Т0М7 только органы судопроизводства правомочны определять, каковы юридические сущности фактов-явлений^ На эту прерогативу органов расследования и суда указал Пленум Верховного Суда СССР в постановлении “О судебной экспертизе по уголовным делам” от 16 марта I97I г.: “судам надлежит учитывать, что вопросы, поставленные перед экспертом, и его заключение по ним не могут выходить за пределы специальных познаний линд, которому поручено проведение экспертизы… Суды не должны допускать постановку перед экспертом правовых вопросов, как не входящих в его компетенцию..,”^.

Таким образом, обстоятельства, устанавливаемые при расследовании и рассмотрении дел, познаются как явления и как сущности. Однако в процессуальной: теории такое разграничение не производится. Различаются юридические факты, “Юридически значимым,- определяет А.А.ЭЙс- ман,- является обстоятельство, которое непосредственно упомянуто в тексте закона в качестве признаков, наличие или отсутствие которых влечет юридические последствия, появление или устранение оснований и предпосылок уголовной ответственности, условий ее реализации или изменений в характере и размере наказания”^.

Поскольку в законе перечислены не факты-явления, а их обобщенные выражения, т.е. сущности, то можно полагать, что под юридическими

^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (I924-I977), Часть 2, М.. 1978, с.339.

^ Э й с м а н А.А. Структура и язык описания предмета доказывания.» В сб. Вопросы борьбы с преступностью. Вып.19, 1973, с.93-94.

обстоятельствами имеются в виду правовые свойства фактов-явлений^

В процессуальной литературе ввделяются, как отмечалось, факты, именуемые доказательственными» побочными, вспомогательными, промежуточными. Под ними пошмаются обстоятельства, используемые при косвенном доказывании в качестве оснований выяснения указанных в законе фактов^. При прямом же пути доказывания считается, что обстоятельства, перечисленные в законе, устанавливаются непосредственно на основе доказательств. Так, авторы”Теории доказательств…* пишут: “без посредства промежуточных фактов июжет быть установлен в некоторых случаях не только так называемый главный факт, но и другие обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, в том числе обстоятельства, способствовавшие совершению преступления”^.

Такое мнение не соответствует диалектике познания, а именно взаимосвязи явления и сущности. По меткому выражению Ф.Энгельса, “существуют не качества, а только вещи, обладащие качествами…”^. Познание сущности всегда возможно на основе познанных явлений. Именно они объективно содержат, “несут” в себе частицы сущности. Выяснение сущности, минуя установление явлений, немыслимо. Поэтому В.Й.Ленин отмечал: “…сущность является, явление существенно”’^.

Поскольку в доказательствах содержатся сведения об обстоятель-

^ “Косвенное доказательство - это такое доказательство, которое в результате многоступенчатой процедуры сначала обосновывает существование промежуточного факта, а затем,через него,- предмета доказывания или его элемента”. (Теория доказательств в советском уголовном

процессе. М., 1973, с,271.). ^ Там же, С.Г4Ї.

^МарксК,, Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т.20, с.547. ^ Л е н и н В.И. Полн.собр.соч., т.29, с.227.

ствах, непосредственно контактировавших с источником, то при помощи информации всегда устанавливаются факты^явления. И лишь затем на ос«> нове этих фактов выясняются обстоятельства, названные в законе, т.е. факты- сущности. Иначе говоря, от доказательств к фактам-сущностям непосредственный переход невозможен. Во всяком случае между ними на- ходятся факты-явления»

Таким образом, в устанавливаемых по делу обстоятельствах необходимо различать явления и сущности^. Факты-явления есть индивидуальные, единичные обстоятельства, непосредственно воспринимаемые окру- жащей действительностью, и поэто&^ устанавливаемые при помощи процессуальных доказательств. Факты-сущности представляют собой обстоятельства, названные в законе, выяснение которых производится на основе доказанных фактов путем абстрактного мыишения^»

^ Разграничение обстоятельств на явления и сущности не производится и в общей теории права. Говоря о стадиях правоприменительной деятельности, кфисты лишь выделяют установление фактических обстоятельств. См.: Основы теории гостдатютва и права, М., Юриц.лит., І97І, с.315-316; Д ю Т) я г и я И.Я. Применение норм советского права. Теоретические вопросы, Свердловск, Средне-Уральское издательство, 1973, п.48-84 и д-р.

^ Рйвличение фактов-явлений и фактов-сущностей имеет не только теоретическое, но и практическое значение. На этом положении, по нашем? мнению, основывается выделение уровней процессуального исследования, разграничение компетенщи суда первой и вшестоящих инстанций в установлении обстоятельств дела, дифференциация оснований пересмотра приговора, предусмотренных ст.343 и ст.344 ТИК РСФСР и ряд других вопросов УГОЛОВНОГО судопроизводства.

Лиалектика явления и сущности просматтавается при познании не только обстоятельств, но и процессуальша доказательств. Прежде всего в шспоряжение органов судопроизводства поступают источники и полученная из них информация, которые рассматриваются как явления. Затем выясняются их правовые свойства. Такими сущностями признаются отнооимость, допустимость и достоверность отдельного доказательства, а также достаточность как свойство совокупности доказательств. Лишь при наличии названных сущностей в источниках и информации они могут использоваться в качестве пригодных средств установления обстоятельств. Поскольку процессуальное доказательство - понятие правовое, то им являются только те сведения и источники, которые обладают не~ обходимой юридической сущностью.

думается, ответ на первый вопрос, поставленный в начале параграфа, получен. В судопроизводстве познаются две группы явлений - факты и информация о них, в единстве с источниками ее получения. Они исследуются в целях выяснения объективно содержащихся в них сущностей. Эти сущности есть правовые свойства названных явлений. В фактах-явле- ниях познаются факты-сущности. В информации и источниках - процессуальные доказательства.

Каким же образом осуществляется процессуальное исследование? Разграничение явления и сущности при исследовании доказательств и обстоятельств дела в значительной степени прослеживается в нормах уголовно- 4фоцессуального закона.

Ст.70 7ПК РОФСР предоставляет право органам расследования и суду “вызывать… любое лицо для допроса или для дачи заключения в качестве эксперта; производить осмотры, обыски ж другие… следственные действия; требовать от учреждений, предприятий, организаций, должностных лиц и граждан представления предметов и документов, могущих

установить необходїімне no делу фактические данные, требовать производства ревизий”. Представлять доказательства могут участники процесса, а также любые граждане (ч.2 ст.70 УПК РОФСР).

Следовательно, собирание есть процессуальный способ накопления информации и источников, которые могут послужить средствами установления обстоятельств. Но этот материал еще не является процессуальным доказательством в юридическом смысле, поскольку собранные сведения и источники нуждаются в выяснении их доброкачественности. Поэтому в ч.З ст.70 УПК РСФСР содержится правило: “все собранные по делу доказательства подлежат тщательной, всесторонней и объективной проверке со стороны лица, производящего дознание, следователя, прокурора ж суда”.

Путем проверки выясняется, на наш взгляд, правовая сущность собранной информации и источников ее получения, т.е. выявляется доброкачественность имеющегося материала, позволяющая использовать его пригодным средством установления фактов. Иначе говоря, проверка есть способ выяснения того, что собранные сведения и источники в действительности являются процессуальными доказательствами.

Сущность процессуального доказательства сющцывается из таких правовых свойств, как относимость, под которым понимается “внутренне присущее доказательству свойство, вщ)ажающев… существенную объективную связь с любым искомым фактом”^; допустимость, означающая получение сведений “из предусмотренных законом источников управомочен- ными на то органами и должностными лицами и в установленном законом

и?

порядке достоверность, т.е. то, что доказательство “соответствует

^Фаткуллин Ф.Н. Указ.соч., с.118.

^ Уголовный процесс БССР. Под ред.С.П.Б е к е ш к о, S.A.M а т - в и е н к о. Минск, Вышэйшая школа, 1979, с.131.

«Т

действительности, правильно ее отражает

В количественном плане доказательства проверяются в целях выяснения свойства достаточности. Для установления как каждого факта, так и всех обстоятельств уголовного дела необходимо использовать до- статочное число доказательств”^.

Органы судопроизводства “оценивают доказательства по своему внутреннеік^ убеящению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности, руководствуясь законом и социалистическим правосознанием” (ст.71 УПК РСФСР).

Термин “оценка” означает “мнение о ценности, уровне или значении чего- нибудьОценить доказательства - это значит определить ценность, значимость собранных сведений, источников, признанных пригодными средствами установления обстоятельств. Поскольку доказательства указывают на факты, то путем оценки осуществляется “переход” знания от того, что оценивается (доказательства), к тому, о чем они свидетельствуют (факты-явления). Иными словами, оценка доказательств есть связующее звено в познании двух видов изучаемых в судопроизводстве явлений - доказательств и обстоятельств.

Выяснение юридических свойств обстоятельств регламентировано в значительной меньшей степени, чем исследование доказательств и уста-

^Якубович Н. А. Понятие доказывания в советском уголовном процессе,- Сов,государство и право, 1965, ІІ7, с,118.

^См,: Ульянова Л. О достаточности доказательств,- Вестник МГУ, серия 12, право, 1974, J66, с.22-30; Она же. Недостаточность доказательств,- Соц, законность, 1970, *Т2, с,39-41,

^Ожегов С.И, Словарь русского языка. М,, Т960, с,476.

новление фактов-явлений. Это объясняется тем, что сфера интелекту- альной деятельности, в которой производится выяснение фактов-сущностей, в отличие от предшествующих этапов процессуального исследования, не имеет каких-либо особенностей в сравнении с иными отраслями познания, поскольку осуществляется согласно общих для всех видов познавательной деятельности правил и форм мшления. Тем не менее уголовно-процессуальный закон содержит требование, направленное на обеспечение правильной мыслительной деятельности лиц, расследующих и рассматривающих уголовные дела. Это - требование объективности исследо— вания обстоятельств дела (ст.20 УПК РСФПР). Мы поддерживаем юристов, рассматривающих объективность как непредвзятость лица, ведущего дознание, следователя, прокурора, суда а также соответствие их мыслительной деятельности методам и законам рационального познания^.

Руководствуясь указанным правилом, органы судопроизводства производят выводы о юридических свойствах обстоятельств, т.е. выясняют факты- сущности.

Сказанное позволяет утверждать, что укоренившееся в науке понимание процессуального познания как деятельности по собиранию, проверке и оценке доказательств не раскрывает всего содержания исследования по уголовному делу. Эти элементы составляют лишь часть процессу-

^Ом.: Данилюк А.И. Яринцип всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела в стадии предварительного следствия. Автореферат канд.дис., Томск, 1974, c.I?; Мотовил о- в к е р Я.О. О принципах объективной истины, презумпции невиновности к состязательности. Ярославль, Изд.Ярославского ун-та, 1978, с.27-28; ТавровскийБ.М. Уголовно-процессуальные основания к отмене или изменению приговора кассационной инстанцией. Автореферат канд. дис,, М., 1978, с,13 и др.

ального исследования, a именно ту, что связана с рассмотрением доказательств и установлением при их помощи фактов-^явлений^ В содержание процессуального исследования наряду с собиранием, проверкой, оі^нкой доказательств необходимо включать и формирование выводов о правовЕк свойств» доказанных обстоятельств, поскольку познание в судопроизводстве охватывает и выяснение фактов*сущностей«

В итоге уголовно-процессуальное исследование можно определить как осуществляемую в предусмотренном законом порядке деятельность органов судопроизводства по собиранию, проверке, оценке доказательств с целью установления обстоятельств, имеющих значение по делу, и формированию выводов об их юридической сущности.

Всякая исследовательская деятельность может быть рассмотрена с точки зрения ступеней познания. Разграничение явления и сущности лежит в основе деления познания на два уровня - эмпирического и рационального^. Применительно к процессуальному исследованию можно говорить о четырех его уровнях, выделяемых в соответствии с разграничением явления и сущности в доказательствах и обстоятельствах.

В теории судопроизводства процессуальное исследование делится на два уровня - информационный и логический^. Такое деление произво-

^ См.: Основи марксистско-ленинской филосос|[ии. М,, Политиздат, 1975, с.182- 187.

^См. :Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. М., Юрид. лит., 1964, с.78-79; К о л д и к В.Я. Уровни угодо вно- процессуального доказывания,- Сов. государство и право, 1974, ЛИ, с.86-91 и др.

ДИТСЯ на основе разграниченжя прямого и косвенного путей выяснения обстоятельств дела. Информационное доказывание определяется как “познание путем получения информации об устанавливаемых фактах”, а ло~ гвческое ~ как “выведение знания об устанавливаемых фактах из других, ранее познанных фактов”^.

Поскольку косвенный путь доказывания наблюдается не всегда, то отмеченное выделение уровней процессуального исследования не дает представления о ступенях процесса познания в судопроизводстве. Разграничение уровней исследования по делу необходимо проводить на основе различения явления и сущности в рассматриваемых доказательствах и устанавливаемых фактах.

Используя устоявшуюся в юридической литературе терминологию, в процессуальнем исследовании следует, на наш взгляд, различать инфор- мационно-логический и логический уровни. Первый охватывает исследование доказательств (явление-супщость) и установление при их помощи фактов- явлений. Такая деятельность невозможна без выполнения ряда логических операций, посколыдг как при рассмотрении доказательств, так и при выяснении обстоятельств производится мыслительная, рациональная работа. Поэтому точнее говорить о информационно-логическом уровне. На логическом уровне процессуальное познание осуществляется интеллектуальным путем. На основе установленных фактов-явлений, безотносительно к доказательствам, при помощи которых эти обстоятельства были познаны, выясняются факты- сущности.

В юридической литературе процессуальное исследование рассматривается в неразрывной связи с понятием доказывания. Какова же сущность

^ О р л о в Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие судебного доказательства.- В сб. Вопросы борьбы с преступностью. Вып.28, М., Юрид.лит., Т978, с.96.

и место доказывания в процессуальном исследовании?

В теории процесса господствует взгляд, согласно которому процессуальное познание равнозначно доказыванию^, С.Б.Курылев считает, что доказывание - лишь часть процессуального исследования, состоящая в собирании и проверке доказательств. Оценку доказательств он рассма- трйвает “самостоятельной процессуальной категорией, находящейся вне границ понятия судебного доказывания”^. А.А.Старченко полагает, что “вся практическая деятельность судебномзледственных органов по обнаружению, закреплению, проверке и оценке доказательств выступает по существу как исследование”, где доказывание занимает центральное место и состоит в “логически обоснованном, опирающемся на достоверно установленные факты, выводе о виновности привлекаемых к уголовной ответственности лиц”^. Данный взгляд разделяется некоторыми другими

4

юристами^.

По нашему мнению, более обоснована последняя точка зрения, хотя приведенное определение доказывания нуждается в некотором уточнении.

Если термины “исследование”, “выяснение”, “выявление”, “установление”, “проверка”, “рассмотрение”, используемые в уголовно-процес-

^ См.: Б е л к и н Р.С. Побирание, исследование и оценка доказательств. М., Наука, 1966, с,8; Строгович М.С. Вурс советского уголовного процесса. T.I, М., 1968, с.295; Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., Юркд.лит., 1973, с.298 и др.

^Курылев С.Б. Указ.соч., с.28.

‘^Старчеико А.А. Логика в судебном исследовании. М., Гос- юриздат, 1958, с,18-19.

^ См,: НокербековМ. Предмет доказывания в советском уголовном процессе. Автореферат канд.дне., Алма-Ата, 1964, с.Ю; Соловьев А.Д. Указ.соч., с,18 и др.

суальном законе, при некоторых незначительных этимологических отличиях идентичны и означают познание изучаемых явлений^, то “доказывание” - олово принципиально иного смысла.

Доказать,- значит “подтвердить какое-нибудь положение фактами или доводами”^. Всякое доказывание коммуникативно, т.е. связано с адресатом, к которому оно направлено. Данная особенность доказывания подчеркивается многими юристами. “Узнать истину можно из любых источников и любыми средствами. Но чтобы убедить других, нужно обосновать, доказать”- пишет А.А.Эйсман^. “Доказывание,- замечает Й.М.Лузгин,- заключается в обосновании установленных положений..,”^. Значит, путем доказывания приобретает не тот, кто доказывает, а гот, кто воспринимает доказываемое. “Не бывает доказывания самому себе, а всегда существует доказывание для других”^. Следовательно, субъекты, к которым обращено доказывание, приобретают знание не путем самостоятельного исследования, а от доказывающего, опосредствовано. Поэтому В,И. Ленин отмечал, что “доказывание есть всегда опосредствованное позна- ние”^.

^ См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., I960, с.250, 120,827,596,655.

^Ожегов С.И. Указ.соч., с,166.

^ Э Й с м а н А.А. Соотношение истины и достоверности в уголовном процессе.- Сов. государство и право, Г966, №6, с.93.

^ЛузгинИ.М. Расследование как процесс познания. М., Высш. школа МВД СССР, 1969, с,21.

^Домбровскиа Р.Г. Соотношение познания и доказывания в судебном исследовании.- Уч.зап. Латвийского ун-та, т.241, вып.II, Рига, 1975, с,166.

^ Л е н и н В.й. Полн.собр.соч., т.29, с.133.

Доказываше возможно ляшь в том случае, когда в распоряжения доказывающего имеются доказательства. До тех пор, пока не установлены доказательства, докаэыванжя нет. Иначе говоря, доказательства не доказываются. В сфере судопроизводства должны быть исследованы не только обстоятельства, но и доказательства. Поскольку эта деятельность производится в регламентированном законом порядке, то познание доказательств есть процессуальное исследование, но не доказывание. Если в доказывание включать и рассмотрение доказательств, то не только возникает противоречие смыслу понятия “доказывание”, но и наблюдаются более серьезные практические последствия. В частности, смешиваются цели и средства доказывания, что, в свою очередь, влечет необходимость включения в предмет доказывания доказательств.

Сказанное позволяет определить место доказывания в процессуальном исследовании. Та часть процессуального познания, которая закіїю- чается в исследовании доказательств (собирание, проверка) , представляет собой исходный этап, лишь вслед за которым начинается доказывание. Неслучайно уголовно-процессуальный закон не употребляет термин “доказывание” относительно доказательств, а использует его только применительно к обстоятельствам дела (ст.ст.29,68,75,314,352 УПК РСФСР). Посколыдг доказываются лишь факт», то доказывание есть часть процессуального исследования, охватывающая установление обстоятельств дела.

Такое понимание доказывания соответствует закону, позволяет различать доказательства и обстоятельства, проводя четкую грань мезду тем, что доказывается и тем, при помощи чего это производится, а также дает возможность решить вопрос о предмете доказывания, за рамками которого находятся доказательства.

доказывание обстоятельств

С учетом всех вышеприведенных полсженнй, структурная модель про- цессуального исследованяя может быть представлена в таком ввде

процессуальное наследование

‘рассмотрение доказательств 1

собирание

проверка

оценка

вывод 1 і ! г 1 ••

і источники, информация

правовая сущность - процес, доказ^а

факты– явления

факты- сущности

Процессуальное исследование состоит из двух частей — рассмотрения доказательств и доказывания обстоятельств. Процессуальными спо-^ собами познания являются, собирание, проверка, оценка доказательств и формирование вывода из доказанных фактов о их ізридичвске? сущности. Путем собирания накапливается информация и источники его получения. В результате проверки источники с информацией познаются в- их правовых свойствах, т.е. выясняется сущность процессуальных доказательств. Оценка связующее звено между доказательствами и обстоятельствами. Оценкой доказательств, устанавливаются факты-^явления. Производя выводы о юридической природе фактов-явлений, органы судопроизводства выясняют факты-сущности.

§2 Предмет исследования по уголовному делу

Уголовно-процессуальное исследование представляет собой разновидность познания человеком объективного юфа^. Как и любая отрасль познания, уголовно-процессуальная характеризуется своим объектом и предметом исследования. Философская сущность этих понятий, различна. Под объектом познания понимается “часть объективной реальности, которая включена в практическую, познавательную и преобразующую де»-

р

тельность человека или человечества” ? В качестве объекта познания рассматриваются явления, взятые во взаимодействии и единстве со всей окружающей действительностью.

Известно, что крут свойств и отношений объектов многочислен и неисчерпаем. “Вся доступная нам природа образует некую систему, не-

о

кую совокупную связь тел”’^, в которой “каждая вещь (явление, процесс etc.) связаны с каждой”^. Поэтому субъект в ппоцессе познания не стремится установить все многообразие качеств и связей исследуемых

^Пм.: Трусов А.И, Указ,соч., с.9; Иванов О.В, Марксистско- ленинская теория познания и советское судопроизводство.- В сб. Ленинские ицеи и проблемы государства и права. Тр. Иркутского ун-та, т. 75, серия юрид,, Иркутск, 1970, с. 40-44; Фаткуллин Ф.Н, Указ.соч., с.20 и др.

^ГиндевП. Философия и социальное познание. М., Прогресс, 1977, с.23. См. также: Лекторский В.А. Проблема субъекта и объекта в классической и современной буржуазной философии. М., Высшая школа. 1965, с.8-9; Козлова М.С, К исследованию диалектики познания,- В сб. Проблемы диалектики. Вып.х, Изд.ЛГУ, 1972, с.52.

^МарксК.,Энгель сФ. Поч., 2-е изд., т.20, с.392.

Л е н и н В.И. Полн,собр.соч., т.29, с.203.

явлений, a изучает их в ограниченном объеме, исходя из целей и задач того или иного вида познания. Та часть свойств и отношений объекта, вшїснение которой позволяет разрешить задачи, стоящие перед исследователем, и образует предмет познания, определяемый как “зафиксированные в опыте и включенные в процесс практической деятельности человека стороны, свойства ж отношенжя объектов, исследуемые с определенной целью в данных условиях и обстоятельствах”^.

Определение круга свойств объекта, составляющего предмет исследования, не зависит от субъективного усмотрения познающего. “Практика не создает предмет познания, а делает его данным для нас. Это означает, во-первых, то, что человек вступает в отношения именно с теми предметами (явлениями), которые так или иначе связаны с его практическими потребностями и интересами, и, во-вторых, что предметы познаются под утлом зрения возможностей и задач общественной практики”^.

Различие в объекте и предмете исследования проявляется также в том, что несколько отраслей познания могут иметь общий объект, однако предмет каждой из них будет по содержанию строго индивидуальным. “Один и тот же объект может стать предметом различных знаний, так как характер предмета знания зависит не только от того, какой объект изучается, но и от того, с какой целью он изучается, для решения какой задачи”^.

^ Философский словарь. М., Политиздат, 1972, с.326.

о

"’КардэаяД. К вопросу о гносеологических функциях практики,- В кн. Практика и познание. М., Наука, Г973, с,170.

о

^^Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. М,, Юрид.лит,, 1976, с.80.

Приведенные положения позволяют разграничить объект и предмет утоловно- процессуального исследования.

Познавательная деятельность органов уголовного судопроизводства направлена на исследование такого явления социальной действительности, как преступление. “Познание в процессе доказывания,- пишет М.Н. Размадэе,- имеет свой объект исследования, В качестве такового выс- TynaJDT общественно опасные и противоправные явления”^. Названный объект познания есть часть материального мира, существующая в неразрывной взаимосвязи со всеми окружающими явлениями.

Общественно опасные и противоправные действия или бездействия изучаются не только в уголовном судопроизводстве, но и в других областях познания, например, в конкретных криминалистических, криминологических, судебно- медицинских, судебно-психиатрических, социологических исследованиях. Значит, указанные явления выступают общим для перечисленных видов познания объектом. Однако из этого не следует, что отмеченные разновидности познавательной деятельности тоадествен- иы. Каждая из них есть савюстоятельвая отрасль познания, обладающая рядом отличительных черт. Как видно, по объекту их разграничение невозможно. Поэтому нельзя согласиться с В.С.Зеленецким, который^ характеризуя особенность уголовно-процессуального исследования, пишет: “наиболее существенную черту рассматриваемого вида познавательной деятельности представляет объект познания… Таким объектом является преступление.. .

^РазмадзеМ.Н. Методологические основы доказывания в советском уголовном процессе. Автореферат докт. дис., М., 1972, с.9.

^ЗеленецкийВ.С, Сущность познавательной деятельности в советском уголовном процессе.- в сб. Применение норм процессуального права. Свердловск, 1977, с.55.

  • 32 -

Преступление как объект изучается многжми отрасляш познания. Однако круг свойств и отношений этого объекта, исследуемый той или иной разновидностью познавательной деятельности, различен. Именно этот круг, образующий предмет познания, характеризует специфику вида познания и позволяет разграничить те из них, которые имеют общий объект исследования.

Какие же свойства и отношения общественно опасных противоправных явлений составляют предмет исследования в уголовном судопроизводстве?

В процессуальной теории предмет уголовно-процессуального исследования определяется как “система обстоятельств, выражающих свойства и связи исследуемого события, существенные для правильного разрешения уголовного дела и реализации в каждом конкретном случае задач судопроизводства”^.

?R науке грааданского процесса распространено мнение, что предметом исследования служат юридические факты, от установления которых зависит правильное разрешение гражданского дела”^.

Таким образом, предмет познания в УГОЛОВНОМ И гражданском судопроизводстве трактуется по существу одинаково, а именно сводится к

^ Теория доказательств в советском уголовном процессе. М,, ІОрид, лит.. Т973, п.139. См. также: Строгович М.С, Курс советского уголовного процесса, тЛ, М^, Наука, 1968, п.ЗбГ; Фаткуллин Ф.Н. Указ.соч., с.55 и до.

о

См.: Клейнман А.Ф. Основные вопросы теории доказа - тельств в советском гражданском процессе. М-Л., Изд. АН СССР, 1950, с.47; Ш т у т и н Я.Л. Предмет доказывания в советском гражданском процессе. Автореферат докт. дис., М., 1964, п.8; Советский гражданский процесс. Под ред.М.А.Г у р в и ч а, М., Высш.школа, 1975,с,134.

совокупности обстоятельств, подлежащих выяснению для правильного разрешения уголовного или гражданского дела. Между тем бесспорно, что уголовный и гражданский процесс как отрасли познания нетождественны при всех общих чертах. Прежде всего они отличаются по объекту ис~ следования. Если таковым в уголовном судопроизводстве является, как отмечалось, преступление во всех его свойствах и отношениях, то объектом познания по грааданскоаду делу выступает грааданско-правовое “общественное отношение… во всех его связях и проявлениях”^. Значит, предмет исследоваякя каждого из этих видов познавательной деятельности также различен. По нашему мнению, сложившееся в теории понимание предмета процессуального исследовашія не раскрывает качественной определенности предмета познания по уголовному или гражданскому делу. Основной причиной этого является необоснованное сведение круга выясняемых свойств и отношений объекта познания к совокупности обстоятельств, по.ттлежащгос установлению по делу.

Разрешение вопроса о предмете исследования по уголовнсь^г делу основано, на наш взгляд, на разграничении явления и сущности в уголовном судопроизводстве, а также специфики процессуального познания в установлении этих категорий.

Одна из особенностей познавательной деятельности органов уголовного судопроизводства состоит в том, что отдельное деяние исследуется не только и не столько как единичное, неповторимое событие, а познается для выяснения свойств, характеризующих его в качестве проявления уже известного рода общественно опасных противоправных действий или бездействий. Эта задача разрешается на основе общих свойств, при-

^ВанееваЛ.А. Судебное познание в советском гражданском процессе. Нладивосток, 1972, с.27.

сущих всем едмнпнш престзшнш проявлениям.

Общее выступает как закономерность и обозначается категорией “сущность”^. Сущности, подлежащие выяснение по уголовным делам, выявлены законодателем ж закреплены в нормах уголовного и уголовно- процессуального права в виде обстоятельств ж доказательств. На их установление направлена познавательная деятельность органов судопроизводства при расследовании и рассмотрении уголовных дел. “Судебное

познание,- отмечает О.Т.Сизякин,- призвано выявить в конкретном яв-

р

лении наличие или отсутствие уже познанных сущностей”^.

Содержащиеся в законе сущности известны лицу, ведущеь^у дознание, следователю, прокурору, суду как модель, программа, подлежащая разрешению. Задача органов судопроизводства состоит в том, чтобы обнаружить искомые сущности в каждом случае расследования и рассмотрения уголовных дел.

Отмеченная специфика уголовно-процессуального исследования раскрывается некоторыми юристами, на наш взгляд, не совсем верно. Так, В.М.Шванков пишет: “характерной чертой процесса раскрытия истины является то, что исследователь идет не от явления к сущности, а от познанной сущности к ее конкретному проявлению”^.

в действительности процесс познания в судопроизводстве сложнее и имеет двусторонний характер. Искомые сущности есть известная цель, путь к которой - от конфетного собдаия, от явления к сущности. Познание сущности, минуя явление^ невозможно.

^ См,: Ленин В.й. Поли.собр.соч., т.29, с.241, 318-321. р

‘^Сизякин О.Т. Сущность и явление в уголовном процессе.-

Сов. государство и право, 1968, І6, с.117.

^Шванков В.М. Гносеология и судебная истина.- В сб. Вопросы борьбы с преступностью. Вып.9, Ш.у 1969, с.57.

Поскольку преступленже - явление правового характера, а уголовно- процессуальное исследование есть область правового познания, то в качестве искомых в уголовном судопроизводстве сущностей выступают юридические свойства изучаемых явлений. Именно в юридических свойствах фактов и информации, полученной из источников, обнаруживается то общее, что присуще многим единичным явлениям, изучаемым по уголовным делам.

“… Вся сущность вещи или явления никогда не раскрывается сразу, целиком и полностью до конца, а только постепенно, шаг за шагом, ступень за ступенью, “этаж за этажом”^. Марксистско-ленинская теория познания исходит из того, что сущность исследуемых явлений может быть постигнута на различиях уровнях ее проявления, различаемых в зависимости от задач познания, от возможностей человека на тот или иной момент общественной практики проникнуть в глубинные свойства и связи явлений. “Мысль человека,- писал Б.И.Ленин,- бесконечно углубляется от явления к сущности, от сущности первого, так сказать, порядка, к сущности второго пооддка и т.д. без конца”^.

Сущности, познаваемые по уголовному делу, разнопорядковы. Например» такие факты-сущности, как корысть, месть, ревность, образуют более общзгю сущность - мотив преступления. Обстоятельство виновности состоит из форм вины, а они, в свою очередь, из видов формы вины, в то же время виновность входит элементом в сущность другого порядка - состав преступления. Правовые свойства информацЕШ и источников ее получения складываются в одну сущность - процессуальных доказательств.

^Кедров П.В. Единство диалектики, логики, теории познания. М., Госполитиздат, 1963, с.252.

^ Л е н и н В.Й. Полн. собр. соч., т.29, с.227.

Особенность процессуального исследования заключается в том, что познавательная деятельность органов судопроизводства не бесконечна. Она направлена на выяснение сущностей различных уровней, но при этом имеется последний “этаж**, которым исследование завершается, поскольку достижение его позволяет разрешить задачи уголовного судопроизводства. В отличие от процессуального, многие отрасли познания, в частности, научные, ставят целью приобретение нового знания как для познающего, так и для общества в целом^. Органы расследования и суд не открывают в познаваемых явлениях новые дяя себя и общества качества и закономерности, а выясняют в каждом случае одни и те же искомые сущности.

Таким образом, специфика уголовно-процессуального исследования такова, что, во-первых, органам судопроизводства заранее известна модель искомых сущностей; во-вторых, устанавливаемые сущности есть свойства правового характера; в-третьих, эти сущности разнопорядко- вы, но определенный их уровень выступает в качестве конечного, достижением которого познавательная деятельность завершается.

Указанные особенности процессуального познания позволяют выявить недостатки сложившегося в теории понимания предмета исследования как совокупности обстоятельств, подлежащих установлешго по делу.

Определенность предмета уголовно-процессуального исследования можно обнаружить лишь на уровне сущности, но не явления. В противном случае следует признать, что по каждому уголовному делу имеется свой предмет исследования, поскольку явления всегда индивидуальны, неповторимы. Некоторые юристы полагают, что так как “факты всегда конкрет-

^ пм.: Гносеологические и логические основы науки. М., Мысль,

1974, с.223.

HH, TO предмет доказывания по определенному делу всегда индивядуален, как индивидуально лицо, совершившее преступление, да и само преступ- ленже”^. Такой подход неубедителен, ибо в нем отрицается наличие общего, единого для всех дел предмета исследования.

Нельзя круг сущностей, образующих предмет исследования в судопроизводстве, сводить к тем, что выясняются в обстоятельствах. Наряду с юридическимик свойствами фактов по уголовному делу устанавливаются правовые свойства информации и источников.

Раскрытие содержания предмета уголовно-сроцессуального исследования предполагает не только учет всех юридических сущностей, выясняемых по уголовным делам, но и их систематизацію, поскольку правовые свойства различны по характеру. Лишь в таком случае можно разграничить предмет исследования в уголовном и гражданском процессе. Именно в неодинаковой правовой природе выясняемых сущностей коренится различие предметов этих видов познания.

На основе сказанного необходимо классифицировать сущности, познаваемые по уголовным делам. Разрешение этой задачи есть ответ на вопрос о том, какие свойства и отношения объекта образуют предмет исследования в уголовном судопроизводстве, при этом нас главным образом интересует высший уровень сущности, которым познавательная деятельность органов расследования и суда завершается. “Задача наукн,-

^ Теория доказательств в советском уголовном процессе. Часть общая. М., 1966, с,188, См. также: Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. М., Госюриздат. 1959, с.25; И а - 3 а р о в В.Б,, Илларионов В. А., Гелескул В.В. Предмет доказывания в советском уголовном процессе.- В сб. Вопросы организации суда и осуществление правосудия в СССР. Вып.6, Калининградский ун-т, Калининград, 1977, с.32 и др.

отмечает Д.А.Керимов,- в частности, в том и состоит, чтобы обнаружить тот именно уровень общности отдельньк явлений, который определяет их сущность; в том, чтобы на соответствующем уровне обобщения установить те основные свойства и черты отдельных явлений (все богатство особенного и единичного), которые характеризуют их общую сущ - ность”^.

Поскольку в процессуальной теории выясняемые по уголовным делам свойства отоадествляются с обстоятельствами, то предмет уголовно-процессуального исследования рассматривается как система различных обстоятельств. Имеются различные варианты классификации фактов. Некоторые юристы ограничиваются делением обстоятельств на две группы:

р

главный факт и доказательственные факты^. М.С.Строгович различает: главный факт, доказательственные факты, последствия содеянного и обстоятельства, способствовавшие совершению преступления^.

Ф.Н.Фаткуллин справедливо замечает, что в приведенных классификациях нет четкого критерия деления обстоятельств ввиду неоднозначного толкования термина “главный факт”, и предлагает иную группировку обстоятельств. Он разграничивает их на три вида: а) обстоятельства, находящиеся в рамках конструктивных признаков состава преступле-

^Керимов Д.А. Философские проблемы права. М., Мысль, 1973,

с.236. р

См.: Ш и ф м а н М.Л. Основные вопросы теории советского дока- зательственного права. М., Изд.МГУ, 1956, с.7; Трусов А.И. Указ. соч., с.69-77; НокербековМ. Указ.соч., с.7-9 и др.

о

См.: Строгович М.С. Материальная истина и судебше доказательства в советском уголовном процессе. М., Изд.АН СССР, 1955, с.281-282,

ния; б) обстоятельства, имеющие иное юридическое значение; в) обстоятельства, имеющие доказательственное значение^.

Такая классификация представляется спорной^ В ней нет единого критерия систематизации обстоятельств. Если обстоятельства первой группы четко очерчены по юридической природе как факты уголовно-правового характера, то ко второй группе отнесены обстоятельства различного правового свойства. В нее автор включает некоторые уголовно-правовые факты (ст.ст.38,39,50-52 УК РСФСР), обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, процессуально-правовые факты. Объединив их под общей рубрикой, Ф.Н.Фаткуллин тем самым ВІІДЄЛИЛ первую группу как основную, центральную, поскольку все иные обстоятельства правового характера сведены в другую группу. Так как некоторые юристы под термином “главный факт” понимают обстоятельства, образующее

р

состав преступления , то точка зрения Ф.Н.Фаткуляина представляется возвратом к опровергнутой им же конструкции систематизации обстоятельств, связанной с главным фактом. То. что обстоятельства первой группы именуются по другому» думается, не меняет сути дела.

Известна точка зрения, сторонники которой ограничивают предмет исследования по згголовному делу фактами, перечисленными в ст.68 УПК PCJ^CP^.

^См. :Фаткуллин Ф.Н, Указ. соч., с.56-59. ^ См.: Уголовный процесс. Под ред. H.G.A лексеева, Б,3. Лукашевича, П.С.Э л ь к и н д. М., Юрид.лит., 1972, с.115; Горе к и й Г.Ф., Кокорев Л.Д., Э л ь к и н д П.С. Указ. соч., с.83 и др.

^^Арсеньев В.Д. Указсоч., с.21-23; Теория доказательств ъ советском уголовном процессе. Часть общая. М., 1966, с.189-193 ж др.

Обстоятельства, названные в данной статье, несмотря на значительный уровень их общности, не исчерпывают круга сущностей, выясняемых в уголовном судопроизводстве. Так, утоловно-^авовые факты, предусмотренные ст.ст.50,51,52 YK РСФСР, не относятся ни к одному из обстоятельств, указанных в ст,68 УПК РСФСР. Также эти обстоятельства не охватывазэт факты уголовно- процессуального характера, подлежащие установлению по уголовноі«їу делу.

Сказанное позволяет считать, что имеющиеся в процессуальной науке варианты классификации обстоятельств не дают полного представления о системе сущностей, выясняемых в уголовном судопроизводстве. Необходим иной подход к решению данного вопроса, основанный на учете всего круга иссле,дуемых явлений и выработке единого критерия систематизации выясняемых в них сущностей.

Поскольку речь идет о классификаїщи правовых свойств, то в качестве критерия их разграничения следует использовать различие в юридической природе сущностей, познаваемых в уголовном процессе.

Уголовно-процессуальный закон обязывам органы судопроизводства исследовать обстоятельства разнородного правового характера, Прелще всего подлежат установлению уголовно-лавовые факты, так как их исследование определяет быть или не быть уголовному делу. Ст. 108 УПК РСФСР предусматривает, что “дело может быть возбуждено только в тех случаях, когда имеются достаточные данные, указывающие на признаки преступления”. Среди обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, в первую очередь названы факты уголовно^іравового характера (п.п. 1-4 ст.68 УПК РСФСР).

Наряду с фактами отмеченного свойства, при расследовании и рассмотрении уголовных дел исследуются обстоятельства иного рода. В соответствии с ст.21 УПК РСФСР органы судопроизводства “обязаны выяв- ллть причины и условия, способствовавшие совершению преступления…”, правило выяснять обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, содержится в Ч.2 ст.68 УПК РС^СР. Эти обстоятельства представляют особую правовую сущность, а именно - іфжминогенную, поскольку ее познание имеет целью установление того, что обусловило антиобщественную установку и противоправные действия виновного.

Кроме обстоятельств уголовно-правового и криминогенного свойства при расследовании и рассмотрении уголовных дел исследуются факты иного юридического характера. Так, в ст.147 УПК РСФСР предписано, что привод обвиняемого без предварительного вызова может быть применен только в тех случаях, когда обвиняемый скрывается от следствия или не имеет определенного места жительства. Для того, чтобы принять данное решение следователь должен установить указанные обстоятельства. Прежде чем произвести опознание, следователь должен допросить опоз- наюшего “об обстоятельствах, при которых они наблюдали соответствующее лицо или предмет, и о приметах и особенностях, по которым они могут произвести опознание” (ст.164 УПК РСФСР), Отмеченные обстоятельства по своей сущности относятся к разряду уголовночгроцесстальных, так как их установление влияет на правильность движения дела.

Таким образом, в уголовном судопроизводстве исследуются факты уголовно- правового, криминогенного и уголовно-процессуального свойства. ПОЭТОМУ представляется неточным утвервдение Е.В.Ремизовой о том, что “все обстоятельства, подлежащие установлению по делу, имеют уголовно-правовое содержание”^.

Перечисленные сущности выясняются в фактах-явлениях. Іфоме них

^Ремизова S.B. Предмет доказывания по делам несовершеннолетних в советском уголавиом процессе. Автореферат кадд, дис., м,, І9Є8, с.8.

в судопроизводстве исследуется другая группа явлений - информация о фактах в единстве с источниками ее получения. Выясняемые в этих явлениях свойства относимости, допустимости, достоверности образуют единую правовую сущность процессуальных доказательств.

Сказанное позволяет считать, что в объекте уголовно-процессуального познания органы судопроизводства выясняют уголовно-правовое, криминогенное, уголовно-^оцессуальное и доказательственное свойства. Эти сущности исследуются по всем уголовным делам ж неизменны от особенностей того или иного дела. Шаге бы факты и источники с информацией не изучались, ВЦЯВЛЯЄЇЯНЄ при этом правовые свойства относятся к одной из названных юридических сущностей. Следовательно, перечисленные свойства есть высший, конечный для практических задач уголовного судопроизводства уровень общности, достижением которого познавательная деятельность органов расследования и суда завершается.

В итоге предмет исследования по уголовному делу, по нашему мнению, есть система таких юридических свойств, как уголовно-правовое, криминогенное, уголовно-процессуальное и доказательственное, которые присущи обстоятельствам и полученной из источ- ников информации и которые выясняются для разрешения задач уголовного судопроизводства.

Содержание предмета уголовно-чіроцессуального исследования может быть раскрыто при анализе норм материального и. процессуального права, регулирующих познавательную деятельность органов судопроизводства.

В общих задачах уголовного процесса (ст.2 Основ, ст.2 УПК РСФСР) различаются конкретные задачи, направленные на выяснение сущностей.

  • 43 -

образзгющих предмет исследования по уголовному делу.

Установление фактов уголовно-^правового свойства имеет задачей обеспечение правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден”.

Понятие преступления сформулировано в ст.7 УК РСФСР. В его элементы входят обстоятельства, характеризующие объект, объективную сторону, субъект, субъективную сторону состава преступления. Б уголов- но-продессуальном законе эти обстоятельства названы несколько иначе, а именно как событие преступления и виновность лица, его совершившего (п.п.1,2 ст.15 Основ, п.п.1,2 ст.68 УПК РСФСР). К установлению состава преступления относятся и такие обстоятельства, как невменяемость [ст.ІГ УК РСФСР), необходимая оборона (ст.13 УК РСФСР), крайняя необходимость (ст.14 УК РСФСР), добровольный отказ от совершения преступления (ст.16 УК РСФСР).

Уголовно-правового свойства обстоятельства, учитываемые при назначении наказания. Они предусмотрены в ст.ст.38,39 УК РСФСР как смягчающие или отягчающие ответственность. Учитываются при назначении наказания факты, характеризующие личность обвиняемого (данные о возрасте, трудоспособности, семейном положении и т.д.), подлежащие установлению согласно п.З ст.68 УПК РСФСР.

Уголовно-правовыми являются обстоятельства, освобождающие виновного от уголовной ответственности и наказания: давности привлечения к згголовной ответственности (ст.48 УК РСФСР), изменения обстановки (ст.50 УК РСФСР), передачи дела в товарищеский суд (ст.51 УК РСФСР), передачи виновного на поруки (ст.52 УК РСФСР). Указание на необходимость их выяснения содержится и в уголовно-процессуальном законе fcT.CT.5, 6-9 ЛІК РСФСР).

Одна из задач уголовного судопроизводства состоит в “предупреждении и искоренении преступлений…” (от,2 Основ, ст.2 УПК РСФСР). Для выполнения: ее оргаян расследования и суд выявляют причины и условия, способствовавшие совершению преступления. Под причиной коніфет- ного преступления в юридической, литературе понивіаются такие обстоятельства, которые в результате своего воздействия породили антиобщественные взгляды лица, проявившиеся в совершении преступления, к условиям относятся факты, свидетельствующие о недостатках в деятельности государственных учреждений, хозяйственнных и общественных организаций, отдельных должностных лиц и граждан, объективно облегчающие совершение преступления и способствовавшие наотупленшо преступного результата^.

Установление обстоятельств утоловно-^іроцессуального свойства способствует “… быстрому… раскрытию преступлений, … обеспечению правильного применения закона…” (ст.2 Основ, ст.2 УПК РСЖЗР). Исследование такого рода фактов обеспечивает законность и обоснованность движения уголовного дела, способствует осуществлению процессуальной деятельности в предусмотренном законом порядке.

Исходя из различий в назначении уголовно-процессуальных обстоятельств, они могут быть отнесены к трем группам.

А. Служащие процессуальными основаниями производства предусмотренных законом действий и принятия решений. Это - обстоятельства, исключающие производство по делу (п.п.6-10 ст,5 УПК РСФСР); участия

т

-^Ов. :Кудрявцев B.R. К вопросу об изучении причин преступности.- Сов. государство и право, 1964, Ji6, сЛІ-20; Зуйков Г.Г. К вопросу о понятии причіш преступления и условий, способствующих его совершению,- в сб.: Вопросы предупреждения преступности. Вып. 2. М., ІОрид. лит., 1965, с,3-19 и др.

защитника (ст,ст.47,49 ТІШ РСФСР); признания лш» потерпевшим, граж- данским истцом, грааданским ответчиком (ст.ст,53-55 УПК РСФСР); ус- траняющие судью от участия в рассмотрении дела (ст.59 УПК РСФСР); отвода эксперта (ст,67 УПК РСФСР); привода свидетеля, потерпевшего, обвиняемого (ст.ст.75,75,147 УПК РСФСР); применения мер пресечения ^ст.89 УПК РСФСР); задержания подозреваемого в совершении преступления (ст,122 УПК РСФСР); производства выемки, обыска, освидетельствования (ст.ст.167,168,181 УПК РСФСР); приостановления предварительного следствия (стЛ95 УПК РСЭСР); возобновления предварительного следствия (ст.198 УПК РСФСР); разбирательства дела в отсутствие подсудимого (ст.246 УПК РСФСР); оглашения показаний свидетеля (ст.286 УПК РСФСР).

Б. Являщиеся условиями выполнения процессуальных действий и вынесения решений. К ни» относятся обстоятельства: выясняемые при производстве опознания (ст.164,165 УПК РСФСР); допущения лица в качестве переводчика (ст.57 УПК РСФСР); привлечения лица в качестве свидетеля (ст.72 УПК РОФСР); компетентности эксперта (ст,78,189 УПК РСФСР); допущения лица в качестве поручителя (ст.94 УПК РСФСР); участия понятых (CT.IS5 УПК РСФСР).

В. Учитнваевйые при совершении процессуальных действий и постановлении решений, В эту группу входят обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения (ст.91 УПК РСФСР

Задача уголовного судопроизводства состоит такке в полном раскрытии преступления, изобличении виновных,*,” (ст.2 Основ, ст,2 УПК РОФСР). Эта задача выполнима в том случав, если устанавливаемые по делу обстоятельства подтверхдаотся доброкачественными источниками с информацией, т.е. относимыми, допустимыми и достоверными процессуальными доказательствами.

Назваїннне правовые свойства выясняются: а) в источниках как 8яа- териальных носителях признаков обстоятельств; б) в информации, полученной из этих источников.

Предложенное нами понимание доказывания как части процессуального исследования, состоящей в установлении обстоятельств, позволяет разграничивать предмет уголовно-процессуального исследования и предмет доказывания по уголовному делу. Поскольку предмет доказывания есть то, что устанавливается путем доказывания, то за его рамками лежат доказательства. Доказываются в судопроизводстве лишь обстоятельства. Следовательно, только они образуют предмет доказывания. Однако этого недостаточно для определения предмета доказывания в уголовном процессе. В гражданском судопроизводстве также доказываются факты. Значит, чтобы выявить качественную оцределенность предмета доказывания в уголовном или гражданском процессе недостаточно указать на обстоятельства. Нужно найти отличия между обстоятельствами, исследуемыми по уголовному и гражданскому делу. Они состоят в различной правовой природе фактов, выясняемых в уголовном и гражданском процессе. Поэтому уяснение сути предмета доказывания по делу возможно на уровне сущностей, а не фактов-^явлений. В уголовном судопроизводстве в исследуемых обстоятельствах выясняются уголовноміравовое, криминогенное и уголовно-^іроцессуальное свойства. Они и образуют предмет доказывания по уголовному делу.

§3 Пределы уголовно-процессуального исследования

в органической связи с предметом исследования по делу находится таїсая процессуальная категория, как пределы исследования.

В юридической литературе некоторые ученые считают предмет и пределы процессуального исследования понятиями тождественными^. Боль- шинство юристов признают самостоятельный характер этих категорий, хотя сущность пределов исследования трактуют по-разному. Рассматривая процессуальное познание как доказывание, авторы под пределами доказывания понимают: “необходимую глубину исследования существенных обстоятельств, обеспечивающую достоверное достижение их следователем ж судом”^; “совокупность обстоятельств, исследование которых может иметь значение для правильного разрешения дела, и всех тех источников доказательств, посредством которых выясняются эти обстоятельства”^; “такие границы этой деятельности (доказывания - А.Д.), которые выражают полноту проверяемых версий, глубину исследования подлежащих установлению фактов, объем доказательств и их источников, обязательных для признания наличия или отсутствия этих фактов, ж достаточность

^ См.: М и н ь к о в с к и t Г.М. Пределы доказывания в советском уголовном процессе. М., Госюриздат, 1956, с.4; Р а х у н о в Р.Д. О понятии доказательства и главном факте доказывания,- Сов. государство и право, 1965, с.100; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса, т.І, М., 1968, с.361 и др.

^Танасевич В.Г. Пределы и предмет доказывания по уголовному делу.- В кн. Практика применения нового уголовно-процессуального законодательства. М., Госюриздат, 1962, с.37.

^ Советский уголовный процесс. Под ред.Д.С.К а р е в а, Юрид. лит., М., 1968, с.ТЮ.

обоснованяя выводов по делу”^; “обстоятельства, имеющие доказательственное значение, …индивидуальные для каждого данного дела факты”^. Наиболее распространен взгляд, согласно которому пределы доказывания есть совокупность доказательств, необходимых для достоверно-

о

го установления обстоятельств дела .

Казалось бы предпосьиток для таких разногласий нет, поскольку все указанные юристы определяют процессуальное исследование одинаково, а именно как деятельность органов судопроизводства по собиранию, проверке и оценке доказательств (Ф.Н.Фаткуллин добавляет к названным элементам ввдвижение версий и обоснование выводов)^. Также единодушны эти процессуалисты в понимании предмета исследования по делу, под которым усматривают обстоятельства, подлежащие выяснению по делу^. Однако в трактовке пределов процессуального исследования мнения существенно расходятся.

В этимологическом смысле слово “предел” означает “пространствен-

^Фаткуллин Ф.Н. Указ.соч., с,70.

^ X м ы р о в А.А. Указ.соч., с.9.

См.: В о р о б ь е в Г,А. Предмет и пределы доказывания по делу в свете нового уголовно-процессуального законодательства. Уч. зап. ВЮЗИ. вып.14, М., 1964, с.168-169; Алексеев Н.С. Указ. соч., с.446; ВолкодаевН., ШейферС. Пределы доказывания на судебном следствии.- Сов. юстиция, 1969, Jfrl, с,12; Советский уголовный процесс. Под ред.Н.С.А лексевва, В.З.Л укашевича, П.С.Э ль к и н д. М., 1972, с.159; К о л б а я Г-Н. Соотношение предварительного расследования и судебного разбирательства. М., Юрид.лит., 1975, с.68 и др.

^ См.: §1 настоящей главы.

^ См.: §2 настоящей главы.

ную или временную границу, а также крайнюю грань, степень достижения чего- нибудь”^. Значит под пределами познания по делу логично было бы понимать рамки, границы процессуального исследования. Именно так определяет рассматриваемое понятие Ц.М.Каз, которая формулирует его

как “границы, в которых осуществляется собирание, исследование и

р

оценка доказательств на различных стадиях процесса”’^.

Автор обоснованно связывает пределы с содержанием исследования в судопроизводстве в традиционной его трактовке, рассматривая эти категории как соотносимые. Однако этим Ц.М.Каз, думается, раскрывает лишь один аспект пределов исследования по делу. Остается неясным, насколько широки эти границы, чем они определяются? Иначе говоря, как долго, насколько много надо собирать, проверять и оценивать доказательства, чтобы достичь надлежащих пределов? Ответ на поставленные вопросы и, следовательно, уяснение сущности пределов процессуального исследования возможно в том случае, если пределы рассматривать во взаимосвязи не только с содержанием, но и предметом познания в уголовном судопроизводстве.

Методологической основой установления сути пределов и их соотношения с предметом уголовно-процессуального исследования выступает диалектика таких философских категорий, как “количество” ж “качество”.

Любое познаваемое явление с гносеологической точки зрения характеризуется в двух аспектах - качественном и количественном. Каче-

^ Ожегове. И, Словарь русского языка. М., I960, с. 569. ^ К а 3 ЦЛЛ. Субъекты доказывания в советском уголовном процессе, Изд. Саратовского ун- та, Саратов, 1968, с.15.

CTBO заключается в “совокупности свойств, указывающих на то, что собой вещь представляет, чем она является”^. Количество есть “совокупность свойств, указываадих на размеры вещи, на ее величину”^.

Когда отдельное явление рассматривается само по себе, обособленно от других, его качество и количество неразличимы, так как они сливаются, образуя единство тех и других свойств. “Но по мере того, как мы переходим от одного предмета к многим и в сравнении их друг с другом устанавливаем их сходство (тождество) и различие, начинают выявляться качественные и количественные характеристики”^. Если сопоставляются неподобные, разнородные предметы, то они отличаются качеством. Если же сравниваются подобные, т.е. качественно однородные предметы, то различие между ними можно провести только по количеству. “Любой анализ содержания категории качества вне связи с категорией, количества теряет смысл. То же и в отношении количества. Попытка раскрыть его содержание вне связи с категорией качества лишена смысла”*^. Поэтому “познание может осуществляться не ішаче, как в виде качественно- количественного анализа”^.

Приведенные основные положения диалектики указанных философских категорий позволяют рассмотреть уголовно-процессуальное исследование под углом зрения сущности и соотношения качества и количества.

^Шептулин А.П. 1{атегорий диалектики. М.. Высшая школа, І97Т, с.171.

^Шептулин А.П. Указ, соч., с.171. ^ОІептулин А.П. Указ.соч., с,171, ‘^Шляхтенко С.Г. Категорий качества и количества. Л., Изд.ЛГУ, 1968, с.21.

^Пузиков П-Д. Аналитическая способность мышления. Автореферат докт. дис., Минск, 1966, с.34.

Если доказательства и обстоятельства отдельного уголовного дела расценивать только как единичные, неповторимые явления, то их качество и количество неразличимо. Для обозначения этого единства достаточно одного термина - предмет познания. В действительности же органы судопроизводства исследуют обстоятельства и доказательства не только в неповторимых, единичных чертах, но и в общих для всех фактов и доказательств свойствах, характеризущих их принадлежность к одному роду, классу. В такой связи качество я количество обстоятельств и доказательств, изучаемых по делу, различаются. Первое вы- ражает совокупность свойств, указывакщих на общность фактов и доказательств любого уголовного дела, второе проявляется в чертах, характеризующих отличительные, индивидуальные особенности обстоятельств й доказательств того или иного дела. Поэтому одного термина - предмет исследования, которым обозначается общность исследуемых в судопроизводстве явлений, недостаточно для гносеологической характеристики процессуального познания. Необходим второй термин для выражения индивидуальности фактов и доказательств, изучаемых по уголовной^у делу. Таковым является категория пределов уголовно- процессуального исследования.

В юридической литературе правильно отмечается, что предмет исследования отражает категорию общего для всех уголовных дел, пределы же выражают единичное для конкретного дела^. Однако такое положение не согласуется с позицией юристов, которые под предметом исследования в судопроизводстве понимают обстоятельства дела, подлежащие выяс-

^См.;Фаткуллин Ф.Н, Указ. соч., с.62; X м ы р о в А.А. Указ,соч., с.9 и др.

нению, a под пределамЕ - доказательства, необходимые для установления этих обстоятельств^. Отсюда следует, что круг фактов, устанавливаемых по уголовным делам, считается неизменным, поскольку в обстоятельствах усматривается общее. їідиничное же видится в количестве доказательств. используемых по тому или иному делу для выяснения этих фактов, с таким мнением, на наш взгляд, согласиться нельзя.

Во-первых, общее Б судопроизводстве присуще не только обстоятельствам, но и доказательствам. Независимо от видов и числа источников с информацией^ изучаемых по конкретному делу, правовые их свойства едини для всех дел. Во- вторых, обстоятельства как явления различны в каждом случае расследования и рассмотрения дела. Они характеризуются не только качественными, общими свойствами, но и количествен»» ными, единичными признаками.

Сказанное вновь направляет нас к диалектике явления и сущности в уголовно- чіроцессуальном исследовании. Общность познаваемых по уголовным делам явлений заключается в единстве уголовно-правовой, криминогенной, уголовно^іроцессуальной и доказательственной их свойств, образующих предмет исследования в уголовном судопроизводстве. Данная общность выражает качественную определенность класса познаваемых по всем уголовным делам явлений — фактов и информащіи, получен-

^ См.: Ульянова Л. Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. М., Госюриздат, 1959, с.23; Алексеев В.Б. Оценка доказательств в надзорной инстанции в советском уголовном процессе. Автореферат канд. дис., М., 1965, с,6-7; Уголовный процесс РСФСР. Под ред. В.Е.Ч у г у н о в а, Л.Д.К о к о р е в а. Воронеж, Изд. Воронежского ун-^га, 1968, с. 96-99; КарнееваЛ.М. Привлечение к уголовной ответственности. Законность и обоснованность. М., Еїрид. лит., 1971, С.Г04-І05 и др.

ной из источников. Попытка искать эту общность на более низких уровнях приводит к смешению общего ж единичного в уголовном судопроизводстве.

Названное качество постигается в каждом случае расследования и рассмотрения дел собственным, неповторимым образом. Одно ж то же юридическое свойство может быть выяснено на основе исследования одного или нескольких явлений. Как правило, для этого необходимо изучить совокупность фактов и сведений, источников, поскольку сущность имеет множество проявлений. Именно число рассмотренных доказательств и установленных обстоятельств определяет достижение достоверного знания об искомых свойствах.

Процессуальное исследовадие охватывает изучение как обстоя - тельств, так и доказательств. Для разрешения задач уголовного судопроизводства важно не только то, выяснены ли все факты, имеющие значение по делу, но и то, каким образом, при помощи каких средств были установлены обстоятельства. Значит, границы процессуального познания по содержанию данной деятельности определяются фактами и доказательствами, исследуемыми по делу.

Процессуальное исследование как практическая, провоприменитель- ная деятельность в каждом случае конечна. Познанию по делу подлежат не всякие обстоятельства и доказательства, а ограниченное их число, необходимое для достижения целей исследования. А эти цели - юридические свойства, от выяснения которых зависит разрешение задач уголовного судопроизводства. Именно они определяют количество явлений - фактов и доказательств, исследование которых позволяет выявить искомые сущности. Поэтому уголовно- процессуальный закон обязывает устанавливать лишь те обстоятельства, которые имеют значение для правильного разрешения дела (ст.ст.72,131 УПК РОФСР ж др.), Доказательствами же

признаются лишь те сведения, которые получены в предусмотренном законом порядке и указывают на обстоятельства, имеющие значение по де~ лу ^ст.69 УЇЇК РСФСР). Если же при рассмотрении дела исследуются обстоятельства и доказательства, изучение которых не приближает к цели процессуального познания, то председательствующий в судебном заседании должен “устранить из судебного разбирательства все, не имеющее отношения к делу…” (ст.243 УПК PO^CPj.

Сказанное приводит к выводу, что рамки процессуального исследования по объему, интенсивности этой деятельности образуются количеством обстоятельств и доказательств, необходимых для установления искомых по делу сущностей. Именно предмет исследования, т.е. система юридических свойств, подлежащих выяснению в уголовном судопроизвод- ве, определяет пределы исследования по делу, с другой стороны, правильно очерченные пределы есть необходамое условие достижения искомых сущностей. Такова диалектика качества и количества, которая в уголовно-процессуальном исследовании выражается в сущности и взаимосвязи его предмета и пределов.

В итоге пределы исследования по уголовному делу есть границы этой деятельности, определяемые ко- личеством обстоятельств и доказа- тельств, необходимых для выяснения юридических свойств, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела.

Органы предварительного расследования и суд первой инстанции не всегда правильно определяют пределы исследования по делу. Пленум Верховного Суда СССР, рассматривавший дело по обвинению Зохратбекова в порядке надзора, отменил приговор, направив дело на дополнительное расследование. Пленум выявил, что по делу “не установлено, с какого расстояния в действительности стрелял Зохратбеков в Джабраилова, а также направление произведенных выстрелов. Не установлено, како! дробью были заряжены патроны и мог ли осужденный с расстояния 70-90 метров, как показывает потерпевший, убить его”^. В данном случае не- достжение необходимых пределов исследования по делу выразилось в неправильном определении совокупности обстоятельств, подлежащих выяснению.

в других случаях порок пределов исследования проявляется в малочисленности доказательств. По делу Мысина из пяти свидетелей, допрошенных на предварительном следствии, в суд не вызывались и в судебном заседании не допрашивались три свидетеля, а их показания не оглашались. Также не проведена экспертиза. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверявшая дело в кассационном порядке, признала собранные доказательства недостаточными для постановления обвинительного приговора и отменил его, направив дело на новое ?

рассмотрение^.

Приведенные примеры показывают, что в количественном плане в уголовном судопроизводстве исследуются как обстоятельства, так и доказательства, что подтверждает предложенное нами понимание пределов уголовно- процессуального исследования.

Требования качественно-количественного анализа изучаемых по делу явлений закреплено в законе в виде правила всесторонности и полноты исследования обстоятельств и доказательств (ст.ст.20,70 УПК РСФСР]. В единстве с объективностью эти правила образуют принцип уголовного

^ Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, с.26. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда РПФСР, 1975, Ю, с.15.

судопроизводства!

Сущность всесторонности и полноты трактуется в теории процесса неоднозначно. В.И.Шинд, М.Л.Якуб, Н.В.Жогин, Ф.Н.Фаткуллин и ряд других юристов определяют всесторонность следствия как выяснение и проверку всех версий по делу, а полноту - как установление всех оОстоя-

?

тельств, подлежащих доказыванию^.

^ По вопросу о природе названньк требований в процессуальной литературе нет единства мнений. Одни ученые считают данные правила проявлением принципа объективной истины (См. :Доброволь- с к а я Т.Н. Принципы советского уголовного процесса. М., Юрид. лит., I97I, с.124; Л а р и н A.M. Расследование по уголовному делу. Планирование, организация. М., Юрид. лит., 1970, с.21 и др.). Болынинство процессуалистов признают всесторонность, полноту и объективность принципом процесса. (См.: Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. МГУ, Ї956, с.109; Захожий П.П. Осуществление принципа всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела на предварительном следствии. Автореферат канд. дис., М., 1967, с,3-5; Николайчик Н.И., М а т в и е н- к о Е.А. Всесторонность, полнота и объективность предварительного расследования. Минск, Изд.БГУ, 1969, с.Ю; Агаджанян P.O. До- казывание в суде кассационной инстанции. Автореферат канд. дис., м., 1978, с.6 и др.) .

^ См.: Ш и н д В.И. Рассмотрение уголовных дел президиумами судов. М., Госюриздат, I960, с.139; Я к у б М.Л. Демократические основы советского уголовно-процессуального права. Изд.МГУ, I960, с.ИЗ; Ж о г и н Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М., Юрид.лит., 1965, с,78; Советский уголовный процесс. Под ред.Д.С.К а р е в а. М., іОрид.лит,, 1975, с.60- 61 и др.

Неубедительность такого взгляда состоит в том, что в предмет процессуального познания включаются версии. Следственная и судебная версия как “обоснованное предположение относительно события преступления, его отдельных элементов, либо о происхождении и связи доказательственных фактов”^ является формой мышления, методом познания в судопроизводстве, применяемым при исследовании обстоятельств и доказательств по делу. Уголовно-процессуальному закону неизвестен термин “версия”, Л.М.Карнеева справедливо замечает, что “версия - форма мыслительной деятельности, а не процессуальная категория”^. Закон содержит требование, направленное на обеспечение правильных форм мышления лицами, осуществляющими расследование и рассмотрение дел. Таковым является правило объективности, а не всесторонности шіи полноты.

Некоторые процессуалисты полагают, что всесторонность следствия есть выяснение всех обстоятельств дела, а полнота - использование совокупности доказательств, достаточных для достоверного установления

о

этих фактов^.

Данная точка зрения также представляется спорной. Е^ сторонники распространяют требование всесторонности лишь на обстоятельства, а полноты - только на доказательства, тогда как всестороннему и полно-

^ Л у 3 г и н И.М. Методологические проблемы расследования. М.. ІОрид.лит., 1973, с. 133.

^Карнеева І.М. Указ. соч., с, 76. См, также: Э й с м а н А.А. Логика доказывания. М., Юрид. лит., І97І, с.99.

^См.: Николайчик Н.И., Матвиенко Е.А. Указ, соч., с.26-27; Здриковский В.А. Объерстивность, всесторонность и полнота предварительного расследования в советском уголовном процессе. Автореферат канд. дис., Свердловск, 1969, с.13-15; Д а н и- л го к А.И. Указ. соч., С.І2-ГЗ и др.

му исследованию должны подвергаться и факты и доказательства по делу» Существует мнение, что всесторонность следствия означает обязанность выяснять в равной мере улігчающйе и оправдывающие обвиняемого, а также отягчающие и смягчающие его вину обстоятельства^.

Уклон, допущенный по делу,” обвинительный либо оправдательный имеет, главным образом, субъективную причину и отражает предвзятость лица, производящего дознание, следователя, прокзфора, суда. В.И.Каминская характеризует обвинительный уклон как “необъективное отношение к разрешению вопроса о виновности обвиняемого, собирание доказательств только в пользу обвинения и оставление без внимания того,

р

что говорит в пользу обвиняемого”’^. Поскольку недопустимость уклона относится к субъекту познания, к внутренней позиции исследователя, а не раскрывает содержание предмета познания, представляется обоснованной точка зрения ученых, рассматривающих обвинительней либо оправдательный уклон, допущенный по делу, нарушением требования объектив- кости, а не всесторонности’^.

Уяснение сущности всесторонности и полноты требует философского обоснования. Термин “всесторонность” произволен от слова “сторона”

^См,: Полянский Н.Н. Указ. соч., с.109; Научно-практический комментарий УПК РСФСР. Под ред. Л.Н.С м и р н о в а. М., іОрид.

лит., 1970, с.38 и др. р

Каминская В. И. Показания обвиняемого в советском уголовном процессе. М., Изд.АН СССР, I960, с.51.

^См. :Тарасов-Родионов П.М, Предварительное следствие. М., Госюриздат, 1955, с.54; Давыдов П.М., Сидоров Д.В., Якимов П.П. Судопроизводство по новому УПК РСФСР. Свердловск, 1962, с,41; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Р^СР. М., Юрид. лит., 1976, с.34 и др.

используемого в философской jmepaType синонимом понятия “свойство”^. Значит, всесторонность означает выяснение всех свойств изучаемого явления, т.е. его качества, ибо “качество - это целостная характеристика предмета или явления, свойство - одна из сторон данного предмета или явления, их частичная характеристика”^.

Всесторонность нельзя рассматривать как требование, направленное на установление абсолютно всех свойств познаваемых явлений, поскольку круг их свойств неисчерпаем. Практически достаточно выявить такую совокупность сторон, которая позволяет разрешить задачи того или иного вида познавательной, деятельности. Шенно поэтому нужно пра^ вило всесторонности, которым охватывается практически необходимый круг свойств объекта. “Чтобы действительно знать предмет,- отмечал В.Й.Ленин,- надо охватить, изучить все его стороны, все связи и “опосредствования”. Мы никогда не достигнем этого полностью, но требова-

Q

ние всесторонности предостережет нас от ошбок и омертвения” .

в уголовном судопроизводстве как правовом познании исследуются явления в целях выяснения в них юридических свойств. Поскольку объект обладает различными правовыми сторонами, то требование всесторонности позволяет определить те из НИИ, установление которых способствует разрешению задач уголовно-процессуальной деятельности.

Уголовно-чгроцессуальный закон связывает всесторонность с требованием полноты. В этимологическом смысле “полнота” толкуется как “наличие чего- нибудь в достаточной степени, высшая степень насыщенности

^ См.: Л е н и н В.й. Полн. соор, соч., т.42, с.216,289,290. ^ Марксистско- ленинская философия. Диалектический материализм, fvi., Мысль, 1977, с.156.

^ Л е н и н В.й. Полн. собр. соч., т,42, с.290.

чем-нибудь”^. Bo взаимосвязи с всесторонностью полнота выступает как подчиненное ей правило. Так как одно и то же свойство имеет множество проявлений, то для выяснения ее необходимо исследовать некоторое число явлений. Следовательно, полнота выражает количество, достаточное для познания искомого качества. Применительно к процессуальног<у исследованию это означает, что полнота характеризует наличие такого числа фактов и инфоїялацйи, полученной- из источников, изучение которого позволяет выявить искомые правовые стороны.

Уголовно-процессуальный закон широко использует правила всесторонности ж полноты. Ст.20 ТИК PCSCP обязывает органы судопроизводства “принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного… исследования обстоятельств дела.,.”. Такое же правило предусмотрено относительно доказательств, по делу: “все собранные по делу доказательства подлежат тщательной, всесторонней… проверке со стороны лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда” ст.70 УПК РСФСР 1.

В судебной, практике всесторонность и полнота расцениваются как универсальные требования, предъявляемые как к фактам, так и к доказа- тельствам. В постановлении “О судебной экспертизе по уголовным делам” от 16 марта І97І г. Пленум Верховного Суда СССР обратил внимание судов на необходимость полного использования достижений науки и техники “с целью всестороннего, полного… исследования обстоятельств уго- р

ловного дела*”^. В другом постановлении “О судебном приговоре” от 30 июня 1969 г. Пленум подчеркнул, что “фактические данные, содержащие-

^Ожегов с.И. Словарь русского языка. М., I960, с,545, ^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 г,г.). Часть 2. М., Известия, 1978, с.335-336.

СЯ B.., показаниях, a также другие доказательства могут быть положены в основу выводов и решений по делу только после их проверки, всестороннего исследования…”^. По делу Ходжамурадова Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР отменив приговор, указала: “при новом судебном рассмотрении дела суду надлежит всесторонне, полно… исследовать показания всех допрошенных по делу свидетелей”^.

В юридической литературе отмечается, что всесторонность и полнота есть методологически-процессуаяьные требования, подлехащне обязательному соблюдению при расследовании и рассмотрении уголовных дел^.

Сказанное позволяет утверждать, что принцип всесторонности, полноты и объективности распространяется в судопроизводстве не только к исследуемым обстоятельствам, как считается в процессуальной теории’^, но и к рассматриваемым доказательствам. Поэтому правильнее говорить о принципе всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств и доказательств по делу. Мы полагаем необходимым дополнение ст.20 УПК РСФСР, содержащейся в разделе “Общие положения”.

^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (I924-I977 г.г.). Часть 2, с,Я26.

^ Бюллетень Верховного Суда СССР, 1968, с.32.

^См.: Эйсман А.А. Соотношение истины и достоверности в уголовном процессе.- Сов. государство и право, 1966, Jte, с.94; Сырых В.М. Философские проблекш методологии правовой науки.- Сов. государство и право, 1977, ЛІО, с.38.

^См.: Захожий П.П. Указ.соч.; ЗдриковскиЙ В,А. Указ. соч.; Николайчик Н.И., Матвиенко Е.А. Указ, соч., Д а н и л ю к А.И. Указ.соч. и др.

указав в ней на всесторонность, полноту я объективность исследования как обстоятельств, так и доказательств по делу.

Что же понимать под всесторонностью и полнотой следствия? В такой формулировке эти правила згпотребляются не только в литературе, но и в уголовно-процессуальном законе. Начальник следственного отдела “принимает меры к наиболее полному, всестороннему… производства предварительного следствия по уголовным делам” (ст.127^ ЛІК РСФСР); прокурор обязан проверить “произведено ли дознание или предварительное следствие всесторонне, полно…” (п.З ст.213 УПК ОТСР).

Для ответа на данный вопрос надо исходить, на наш взгляд, из следующего. Во- первых, дознание, предварительное и судебное следствие в гносеологическом плане равнозначно процессуальному исследованию. Во-вторых, компонентами предмета уголовно-^оцессуального исследования являются обстоятельства и доказательства. Значит, говоря о всесторонности и полноте следствия, т.е. уголовно-процессуального исследования, названные правила следует применять не к отдельным частям предмета познания по делу - фактам либо доказательствам, а ко всей их совокупности.

На основе всех приведенных положений всесторонность уголовно- процессуального исследования определяется нами как выяснение всех юридических свойств, подлежащих установлению по делу для разрешения задач уголовного судопроизводства.

Полнота уголовно-процессуального исследования означает изучение такого числа фактов и доказательств, совокупность которых необходима для выяснения того или иного искомого свойства.

ГЛАВА II

ПОНЯТШІ И ПРОЯВЯЕГШ ОДНОСТОРОННОСТИ 1Ш НЕПОЛНОТЫ УГОЛОШО”

ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ИССЛЩОВАНЙЯ

§1 Понятия односторонности я неполноты уголовно-процессуального исследования, их соотношение с иными основаниями пересмотра приговора

В уголовно-процессуальном законе односторонность или неполнота сформулирована следующим образом: “односторонним или неполно прове- денным признается дознание, предварительное или судебное следствие, которые оставили невыясненными такие обстоятельства, установление которых могло иметь существенное значение при постановлении приговора” (ст.343 УПК РСФСР). Аналогично определяется данное основание в уголовно-процессуальных кодексах других союзных республик..^

Законодатель, используя разделительный союз “или” мелщу словами “односторонность” и “неполнота”, очевидно подчеркивает тем самым их смысловое различие. Однако из формулировки, содержащейся в ст.343 УПК РСФСр, видно, что эти понятия не дифференцируются. Закон, не раскрывая, в каких случаях следствие необходимо признавать односторонним, а в каких - неполным, указывает лишь на общий результат - невыясненность обстоятельств, имеющих существенное значение при постановлений приговора. Таким обргізом, не выдерживается исходная посылка о

разграничении односторонности и неполноты.

Г

t в судебной практике также не проводится четкая грань между названными понятиями. Невыясненность фактов, подлежащих установлению по делу, неисследованность доказательств, необходимых для выяснения обстоятельств, непроверенность всех возникших по делу версий в одних слзгчаях признается односторонностью^, в других - неполнотой^, в тре-

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1962, №5, с.36; 1979, J§3, с.21. Бюллетень Верховного Суда РШСР, 1967, №2,с.9; 1965, Ш, с.Ю. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1968, J62, с.21; 1973, J&4,

тьих - односторонностью и неполнотой^ проведенного следствил, о не- однозначном употреблении указанных понятий в судебной практике сви- детельствует определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР по делу Насибова, Отметив, что “органы предварительного следствия не исследовали с достаточной полнотой обстоятельства, имеющие значение по делу в отношение Насибова, а суд признал его по односторонне исследованным материалам дела организатором преступления”, а также “суд вывод о роли и степени вины Насибова в совершенном преступлении сделал по недостаточно полно исследованным материалам”, Коллегия определила: “ввиду односторонности и неполноты предварительного следствия приговор суда подлежит отмене, а дело - направлению на новое предварительное следствие”^.

Как видно, в одном случае материалы дела признаны исследованными односторонне, в другом - неполно, также неполно исследованными сочтены обстоятельства дела, а следствие признано проведенным односторонне и неполно.

в юридической литературе понятия односторонности и неполноты толкуются по- разному. “Односторонне проведенное следствие,- пишет М.С.Строгович,- всегда неполно проведенное следствие, неполнота которого выражается в том, что из нескольких возможных версий исследовалась только одна или преимущественно одна, а остальные версии либо совсем оставлялись без внимания, либо проверялись поверхностно, фор-

о

ManbHo””^. р

с.ЗЗ. Бюллетень Верховного Суда РЖР, 1966, J6II, с.II; 1972, Ю, сЛ2,

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1969. Jte, с,ЗІ; Р7І, І64, с.45; Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1962, с,12; 1979, №7, с.7. ^ Бюллетень Верховного Суда СССР, 1969, с,29-31. ‘-^СтроговичМ.С. Курс советского уголовного процесса, т.2, М., Наука, 1970, с,379.

  • 65 -

Г,

Неубедительность приведенного суждения состоит, на наш взгляд, в том, что, во- первых, односторонность и неполнота отождествляются, тогда как эти понятия, думается, различны. Во-вторах, упомянутые по~ нятия выражают дефекты того, что исследуется по уголовному делу. Версия же является формой мышления и не входит в предмет уголовно-процессуального познания. Поэтому односторонность или неполноту нельзя сводить к неудовлетворительной проверке версий по делу.

По мнению В.А.Познанского, “односторонность исследования дела наиболее ярко проявляется в тех случаях, когда суд, следователь или лицо, ведущее дознание, по тем или иным причинам собирают и оценивают доказательства, выясняют обстоятельства только под углом обвинения или защиты”. “Неполнота же исследования дела,- считает он,- более широкое понятие, которое охватывает, как правило, все случаи невыяснения обстоятельств, составляющих предмет исследуемого дела, а также все случаи отсутствия в деле доказательств. Она включает в себя и случаи одностороннего исследования дела. Иными словами, односторонность предварительного или судебного следствия является конкретной формой, одним из видов неполноты исследования дела”^. ‘

Данная трактовка рассматриваемых понятий также представляется спорной. Здесь односторонность толкуется как уклон, допущенный по делу,- обвинительный либо оправдательный, тогда как неполнота видится в невыясненности фактов и недостаточности доказательств. Тем самым, думается, допускается смешение различных по характеру пороков процес-т

^Познанский В.А. Односторонность или неполнота предварительного или судебного следствия как основание к отмене или изменению приговора. Уч. зап. Саратовского юрид. ин-та, вып.8, Саратов, 1959, C.34-R5.

  • 66 -

суального исследованЕа - субъективного, т.е. раскрывающего внутреннюю позицшо следователя, суда, результатом которого является уклон, и объективного - относящегося к предмету познания по делу. Ввиду этого нельзя односторонность расценивать формой неполноты.

л.А.Богословская считает односторонность и неполноту исследования по уголовному делу единым основанием пересмотра приговора и поэтову не разграничивает данные понятия. “Односторонним и неполным,- определяет она,- является дознание, предварительное или судебное следствие, в которых не установлены какие-либо обстоятельства, входящие в предмет доказывания, не привлечены, не использованы или неправильно использованы доказательства, с достоверностью устанавливающие эти обстоятельства**^.

По нашему мнению, Л.А.Богословская права в том, что односторонность или неполнота уголовно-процессуального исследования есть единое кассационно- надзорное основание, поскольку и в первом и во втором случае применяется ст.343 УПК РСФСР. Однако это не означает, что упомянутые понятия тождественны. Указанное основание возникает вследствие различных упущений органов предварительного расследования или суда первой инстанции в процессуальном познании. Именно разграничение односторонности и неполноты позволяет дифференцировать разнохарактерные дефекты, образуїщиеся при исследовании обстоятельств и доказательств по уголовноі^у делу.

Многие процессуалисты отличают односторонность уголовно-чіроцео- суального исследования от неполноты. **Односторонность,- пишет П.М.Давыдов,- свидетельствует о том, что по делу не исследованы все обстоятельства; неполнота указывает на отсутствие, недостаточность доказа-

^Богословская Л.А. Указ, соч., с.II.

тельственного материала…”^. Данный взгляд распространен в юридической литературе^.

Представляется необоснованным связывать односторонность с не- удовлетворительным исследованием фактов, а неполноту - с недостаточностью доказательств. Названные дефекты уголовно-процессуального познания возникают, по нашему мнению, при изучении как обстоятельств, так и доказательств.

В процессуальной теории односторонность и неполнота рассматриваются антзшодами всесторонности и полноты исследования по делу^. В судебной практике также отмечается, что указанное основание пересмотра приговора является результатом невыполнения органами предварительного расследования или судйм первой инстанции требований закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела^. Значит понятия односторонности и неполноты по существу противоположны понятиям всесторонности и полноты.

^Давыдов П.М. Обвинение при отмене приговора. Сб. уч. трудов Свердловского юрид. ин-та. Вып.9, Свердяовск, 1969, с.150-151.

^См.: Здриковский В, А. Указ. соч., с. 14-15; Д а н и - л го к А.И. Указ. соч., с.7; Тавровский “R.M. Указ. соч., с.12 и др.

^ См.: М а с л о в В.П. Пересмотр уголовных дел в порядке судебного надзора в советском уголовном процессе. М., Юоид. лит., 1965, с.27; Б о ж ь е в В.П., Г р у н А.Я. Основания отмены и изменения приговоров и постановлений в порядке судебного надзора. Уч. зап. ВНШСЗ, Вып.18, М., 1969, с.133 и др.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, №2, с.S3; 1977, AI, с.27; 1978, №2, с.25. Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1976, №11, с.5; 1978, №5, с.9; 1979, ЛЮ, с.14.

Опираясь на философскую сущность всесторонности и полноты как универсальных правил познания, регулирующих качественно-количественный анализ изучаемых явлений^, общие понятия односторонности и неполноты могут быть сформулированы следующим образом. Односторонность, или по-иному невсесторонності» означает невыяснение каких-либо свойств исследуемого явления, подлежащих установлению в соответствии с задачами познавательной деятельности. Неполнота есть неустановление такого числа черт, которое необходимо для выяснения того или иного свойства. Односторонность представляет собой порок качественного аспекта исследуемого явления, тогда как неполнота - количественного.

Приведенные определения носят общеметодологический характер и приіменимн в любой разновидности познания. Каково же их выражение в уголовно- процессуальном исследовании?

Поскольку при расследовании и рассмотрении дела всесторонне и полно должно изучаться как каждое явление, так и вся их совокупность, то нарушение данных правил выступает в виде односторонности или неполноты. Поэтому можно говорить об односторонности или неполноте исследования отдельного доказательства либо обстоятельства, систем доказательств или фактов различной: степени общности. К примеру, односторонность рассмотрения информации, полученной от конкретного носителя, проявляется в невыяснении какого’^бо из юридических свойств, образующих сущность процессуального доказательства (относимости, допустимости, достоверности). Неполнота в данном случае есть результат исследования недостаточного числа обстоятельств и других доказательств, нужных для установления того или иного правового свойства.

раскрывая суть односторонности и неполноты уголовно-процессуального исследования, следует учитывать, что здесь речь идет о невыпол-

^ См,: §8 главы I.

нении требований всесторонности и полноты исследования всей совокупности явлений, изучаемых по уголовному делу, в результате чего уголовно- процессуальное познание в целом признается дефектным. Значит, односторонность или неполноту уголовно-процессуального исследования надо рассматривать как порок предмета или пределов познания по уголовному делу. Исходя из предложенного нами понимания упомянутых процессуальных категорий, односторонность уголовно-процессуального исследования определяется как невыяснение органами судопроизводства уголовно-правового, криминогенного, уголовно-процессуаль- ного либо доказательственного свойства ввиду неустановления по делу всех тех обстоятельств или доказа - тельств, которым присуще каждое из названных свойств. Неполнота уголовно-чіроцессуального исследования означает установление недостаточного числа обстоятельств или доказательств, необходимых для выяснения искомых по делу юридических свойств. Такое определение названных понятий соответствует с^ософской сущности категорий качества и количества, вьфажающихся в уголовном судопроизводстве как предмет и пределы исследования по делу, а также закрепленным в законе правилам всесторонности и полноты познания.

Уяснение сути того или иного основания пересмотра приговора предполагает отграничение его от других кассационно-^адзорных оснований. Несмотря на взаимосвязь и взаимозависимость, каждое из пяти оснований, перечисленных в ст.49 Основ (ст.342 УТЖ РСФСР), по содержанию самостоятельно. Четкое их разграничение является необходимым условием успешной проверки законности и оОоснованнооти приговора вышестоящими судами, которые обязаны анаЕИзировать решение суда первой инсташши под углом зрения каждого основания в отдельности^.

Ди#еренциация одних оснований не представляет практической трудности. Например, неправильное применение уголовного закона (cT.S46 УПК РГФСР) и несоответствие назначенного судом наказания тяжести преступления и личности осужденного (ст.347 ТПК РСФСР) образуют ошибки суда в применении норм уголовного права и легко отличимы от иных оснований. Другие же настолько тесно взаимосвязаны, что их разграничение представляет определенную сложность. Такими являются: односторонность или неполнота дознания, предварительного или судебного следствия (ст.343 УПК РСФСр), несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела (ст.344 УПК РПФСР) и существенное нарушение уголовно- ^іроцессуального закона (ст.345 УПК РСФПР).

^ В отличие от развернутой системы кассационно-надзорных оснований в советском уголовно-процессуальном законодательстве, в уголовном процессе капиталистических стран основания пересмотра приговора представлены узко. К примеру, по законодательству Англии подача апелляции возможна только при недоказанности обвинения и существенном отклонении от правил судебного разбирательства. По процессуальноі^у законодательству США таким основанием служит, как правило, лишь правовая ошибка, т.е. неправильная юридическая квалификация деяния. Пересмотр дела в связи с фактической ошибкой допускается только в некоторых штатах США. (См. :Гуценко К.Ф. Уголовный, процесс основных капиталистических государств (Англия, США). Бып.1, М., 1969, С.99, 179).

no мнению Л.А.Богословской., сущность односторонности или неполноты состоит в том, что данное основание образуют ошибки органов предварительного расследования или суда первой инстанции в установлении объективной истины по делу, при этом она под объективной, истиной понимает соответствие действительности выясненных обстоятельств,

правильность их юридической квалификации, а также справедливость наз-

Т л

каченного судом наказания-^, у

Такая трактовка упомянутого основания представляется сомнительной. Исходя из приведенной точки зрения, любая ошибка, упущение органов предварительного расследования или суда первой инстанции образует основание, предусмотренное ст.343 ЛТК РСФСР, поскольку Л.А.Богословская включает в содержание объективной истины по существу весь круг вопросов, подлежащих разрешению по уголовному делу, К односторонности или неполноте относятся в данном случае не только иные уто- ловно-процессуальные основания - несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и существенное нарушение уголовно- про- цессуального закона, но и уголовно-правовые - неправильное применение уголовного закона и несоответствие назначенного судом наказания тяжести преступления и личности осужденного. Иными словами, односторонность или неполнота поглощает все основания пересмотра приговора.

В юридической литературе высказаны различные мнения об отличии односторонности или неполноты от несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Большинство процессуалистов полагает, что основание, предусмотренное ст.343 УПК РСФСР, образуют упущения лица, производящего дознание, следователя, суда при собирании и проверке доказательств, т.е. в ходе привлечения необходимого по делу

^См.: Богословская Л.А. Указ. соч., с.6-7.

количества доказательств, тогда как основание, указанное в ст.344 УПК РСФСР,- ошибки суда при оценке доказательств, когда выводы из имеющихся доказательств представляются порочными^.

Такой подход к разграничению указанных оснований не позволяет, на наш взгляд, четко отличать односторонность или неполноту от несоответствия выводов фактическим обстоятельствам дела.

Процессуальное познание, как отмечалось, не ограничивается собиранием, проверкой и оценкой доказательств. Оно состоит также в выяснении юридических свойств фактов, установленных при помощи доказательств. Эта часть процессуального исследования лежит за равакадш рассмотрения доказательств. Дифференциацию оснований, предусмотренных ст.343 и ст.344 УПК РСФСР, следует проводить, по нашепчу мнению, исходя из всего содержания уголовно-^іроцессуального исследования.

Также спорным представляется взгляд, согласно которому ошибки мышления лиц, осуществляющих правосудие, вызванные нарушением законов и форм логики “во всех случаях… ведут к возникновению кассационных оснований, предусмотренных ст.344 УПК РС^Р’’^.

Мыслительная деятельность лиц, производящих расследование и рассмотрение уголовных дел, должна соответствовать формам и правилам логики. В этом заключается одно из условий всесторонности и полноты процессуального познания. “Если наши посылки верны,- отмечал Ф.Эн-

^ См.: С т р о г о в и ч М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. М., Изд. АН СССР, 1956, с.108-110; Давыдов П.М. Указ, соч., с.152; Мотовиловкер Я.О. Неправильное установление фактической стороны дела как кассационное основание.- Сов. юстиция, 1967, №2, с.9 ж др.

^Тавровски й Б.М. Указ. соч., с,13-14.

гельс,- и если мы правильно применяем к ним законы мышленш!, то результат должен соответствовать действительности”^. Умение осуществлять процессуальное познание согласно правил формальной, логики характеризует не предмет исследования по делу, а субъективную способность лиц, производящих расследование и рассмотрение дел. Следует также учитывать» что мыслительная деятельность пронизывает все процессуальное исследование? Значит, действие логических правил распространяется на изучение как доказательств, так и обстоятельств, проявляется в любой момент процессуального познания, на всех его этапах.

Отграничение односторонности или неполноты от несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела основывается, на наш взгляд, на различении явления и сущности в исследуемых по делу обстоятельствах и соответственном выделении двух уровней, процессуального познания. Односторонность или неполнота налицо тогда, когда обнаруживается неисследованность фактов- явлений. Если же судом, постановившим приговор, названные обстоятельства доказаны, однако допущены ошибки при выяснении их юридических сущностей, то будет другое основание - несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. Применительно к уровням уголовно-про- цессуальиого исследования основание, предусмотренное ст.343 УПК РСФСР, образуют любые упущения органов предварительного расследования или суда первой инстанции на информационно-%)іогическом уровне. Основание, указанное в от.344 УПК РС^СР, составляют ошибки на логическом уровне познания по уголовному делу, ^

I

По делу Шкомплетова Судебная коллегия по уголовным делам Верхов-

Маркс К., Энгель сФ. Соч., 2-е изд., т.20, с.629.

ного Суда РСФСР, рассматривавшая дело в порддке надзора, обнаружила рдц неисследованных обстоятельств, имеющих значение для постановления правильного приговора. Не выявлена причина аварии автомашины, ію- торой управлял осужденный. Автотехническая экспертиза не проводилась. Не установлено, как бш[ закреплен груз в автомашине, кто дал разре- яение на перевозку пассажиров в кузове. Коллегия признала проведенное предварительное следствие неполным и отменила приговора.

Здесь следователем и судом первой инстанции не исследованы фак- т№-явления, подлежащие установлению по делу, т.е. допущены ошибки на информационно- логическом уровне уголовноніроцесоуального познания. Поэтому основанием отмены приговора послужила неполнота исследования дела.

Мамедов осужден за умышленное убийство Алиева из хулиганских побуждений. Виновный управляй автомашиной, в кузове которой ехал Алиев. В поселке дорогу преградили другие автомашины, люди стали стрелять из ружей в честь свадьбы. Мамедов достал ружье, хранившееся в кабине, выставил ствол в окно и выстрелил, попав в потерпевшего. Пленум Верховного Суда СССР, проверявший дело в порядке надзора, отметил в постановлении: “материалами дела установлен факт совершения Мамедовым выстрела из ружья, в результате которого погиб Алиев. Однако вывод суда о том, что Мамедов умышленно убил Алиева, является неправильным и сделан без учета конкретных обстоятельств дела…”. Пленум исправил ошибку суда первой инстанции, признав неосторожную форму вины осужденного, и внес изменения в приговор^.

в данном случае органами предварительного следствия и судом,

^ См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1965, №5, с.9. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1972, с.33-35.

постановившим приговор, также неудовлетворительно исследованы обсто- ятельства дела - не выяснена форма вины осужденного, т.е. неправильно установлен факт-сущность. Однако рассмотренными в судебном заседании доказательствами все факты-явления, имеющие значение по делу, доказаны. Ошибка суда состояла в определении правовой сущности этих обстоятельств, т.е. была допущена на логическом уровне процессуального исследования. Тем самым суд первой инстанции произвел вывод, не соответствующий фактическим обстоятельствам дела, что повлекло применение Пленумом основания, предусмотренного ст.344 УПК РСФСР.

В чем же состоит отличие односторонности или неполноты от существенного нарушения уголовнон:іроцессуального закона?

В процессуальной теории утвердилось мнение, что “различие меаду статьями 343… и 345 ЛІК РШСР заключается в том, что в ст.345 законодатель имеет в виду нарушения форм, порядка судопроизводства, в статье же 343,.. - нарушение норм уголовно-процессуального кодекса, касаюооссся вопроса о содержании деятельности… органов следствия и суда”^.

Приведенное суждение представляется спорным. В нем, на наш взглдд, не учитывается взаимосвязь таких философских категорий, как “содержание” и “форма” применительно к процессуальной деятельности, а именно ее содержание отрывается от формы.

^МотовиловкерЯ.О. Вопросы дальнейпего совершенство-^ вания уголовно-^оцессуального законодательства. Томск, Изд. Томского ун-та, 1966, с. 94. См. также: Познанский В. А. Вопросы теории и практики кассационного производства в советском уголовном процессе. Изд. Саратовского ун-та, 1978, с.79; Тавровский Б.М. Указ. соч., сЛ4 и др.

  • 76

Диалектическое единство и взаимодействие названных категорий таково, что “явлений, которые были бы только формой или только содержанием, вообще не существует”^, “Форма,- писал К.Маркс,- лишена воякой ценности, если она не есть форма содержания”^. Значит, всегда можно говорить о содержательной форме либо об офоршіенном содержании.

Б юридической литературе различается внешняя и внутреняя процессуальная форма. Первой считается порядок судопроизводства, под которым понимается: совокупность условий, предусмотренных законом, для совершения органами расследования, прокуратуры, суда и участниками судопроизводства процессуальных действий, их последовательность, порядок закрепления и оформления, а также процессуальные сроки^. Вну- тренюю процессуальную форму составляют правоотношения, складывающиеся между субъектами згголовного процесса^.

лит., Г976, с.247.

2

3

Под содержанием уголовного процесса имеется в виду урегулированная законом деятельность органов, осуществляющих расследование и рассмотрение дел, а также участников судопроизводства, состоящая из системы процессуальных действий и правовых отношений^. Эта деятельность

^ Юридическая процессуальная форма: теория и практика, М,, Юрид.

^МарксК., Энгельс Ф. Соч., 2-е изд., т.1, с.159.

См.: С т р о г о в и ч М.С. советского уголовного процесса, Т.І, М., Наука, 1968, с.51; Ш п и л е в В.Н. Содержание и формы уголовного судопроизводства, Минск, Изд. ЕГУ, 1974, с,4.

^См.: Шпилев В.Н. Указ. соч., с.68; Э л ь к и н д П.С, Категории “содержание” и “форма” в сфере уголовно-процессуального урегулирования.- В кн: Развитие и совершенствование уголовно-чіроцессу- альной формы. Воронеж, Изд. Воронежского ун-та, 1979, с.43.

^См,: Строгович М.С. Указ, соч., с.34; Шпилев В.Н. Указ. соч., с.52.

разнопланова. Значительная ее часть носит познавательно-процвссуаль- ный, исследовательский характер, где осуществляется рассмотрение доказательств и выяснение обстоятельств. Вместе с ней можно выделить деятельность по защите прав и законных интересов участников судопроизводства, по применению мер процессуального принуждения, по проверке законности и обоснованности принятых решений и другие виды.

Односторонность или неполнота связана с упущениями органов пред- варительного расследования и суда первой инстанции в познавательной сфере процессуальной деятельности^. Значит, названное основание вЫ” ражает лишь часть недостатков деятельности органов судопроизводства из всего круга возникающих в практике. Иначе говоря, односторонность или неполнота представляет только часть нарушений содержания уголовного процесса. Например, несоблюдение порядка разрешения отвода следователя (ст. 130 ЛІК РСФСР) не отражается на качестве исследования обстоятельств и доказательств по делу, однако иной аспект содержания процессуальной деятельности от этого несомненно пострадает.

Как и весь уголовный процесс, процессуальное исследование детально урегулировано в законе, в котором указаны обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу (ст.68,392 и др. УПК РСФСР), раскрывается понятие доказательства (ст.69 УПК РОФСР), определены правила собирания, проверки и оценки доказательств (ст.ст,70,71 УПК РСЖЗР), регламентирован порядок производства следственных действий (ст,ст.150- 152, 155-194 и др. УПК РСФСР) и т.д. Вся познавательно-чіроцеосуальная деятельность осуществляется в соответствии с перечисленными нормами, что является формой уголовного судопроизводства. Вне указанных пра-

^ См.: С т р о г о в и ч М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. М., Изд. АН СССР, 1956, с.105.

ВИЛ исследовательская деятельность органов предварительного расследования ж суда первой инстанции невозможна. В противном случае процессуальное познание перестает быть самим собой*

Сказанное позволяет утвервдать, что, во-первік, не каждое упущение органов судопроизводства при расследовании и рассмотрении дела образует пробел в познании доказательств или обстоятельств; во-вторых, любой дефект уголовно- процессуального исследования есть нарушение как содержания, так и формы судопроизводства.

Если исходить из позиции юристов, разграничивающих основания, предусмотренные ст.343 и ст.345 УПК РШСР, в зависимости от нарушения содержания или формы процессуальной деятельности, то несоблюдение правил, регулирующих порядок исследования обстоятельств и доказательств по делу, следует относить к сутцественному нарушению утолов- но^роцессуального закона. Именно так и полагают некоторые процессуалисты, когда предлагают один из случаев односторонности или неполноты, названный в ч.2 ст.343 УПК РСФСР,- “не была проведена экспертиза, когда ее проведение по закону является обязательным”- исключить из данной статьи и поместить в ст.345 УПК РСФСР, поскольку указанное упущение есть нарушение формы судопроизводства^.

То, что невыполнение отмеченного требования закона представляет собой нарушение формы процесса не вызывает возражения. Но несомненно и то, что непроведение экспертизы по основаниям, предусмотренным ст.79 УПК РСФСР, наносит ущерб содержанию уголовно-чіродессуальной

^См.: Мотовиловкер Я,0. Вопросы дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства. Томск, Изд. Томского ун-та, 1966, с.96; Моршинин В.А. Односторонность или неполнота как кассационное основание.- В сб. Применение норм процессуального права. Свердловск, 1977, с.131.

деятельности, a яиенно его аознавательному аспекту, ибо в результате такого нарушения остаются невыясненными обстоятельства, имеющие существенное значение до делу* В неразрывной, взаимосвязи формы и содержания судопроизводства находятся все следственные действия, а не только экспертиза. Если отсутствие по делу доказательств ввиду непроведения или неправильного проведения следственшс действий относить к основанию, предусмотренному ст,345 УПК РСФСР, то что же останется на долю односторонности или неполноты как самостоятельного кассаци-* онно-надзорного основания?

В судебной практике односторонность или неполнота связываются с нарушениями формы судопроизводства. “Всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела,- отметила Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РОФСР в определении по делу Автуш- ко и др.,- предполагает и выяснение вопроса о том, в соответствии ли с нормами УПК РСФСР проведено предварительное следствие по делу*’^. Невыяснение обстоятельств в результате: несоблюдения порядка выполнения следственных действий^; отступления от правил оглашения показаний свидетелей, потерпевших, данных ими на предварительном расследовании^; нарушения положений ст.240 УПК РСФСР, обязывающей суд первой инстанции непосредственно исследовать доказательства по делу^ признаются односторонностью или неполнотой уголовно-процессуального

^ Бюллетень Верховного Суда РС^СР, 1976, Jfcll, с.II.

^ CNEt.: Бюллетень Верховного Суда СССР, I97I, Ж, с.37-39; 1976, Jf6, с.23; Воллетень Верховного Суда РСФСР, I97I, JfeS, с. 14-15; 1978, J6I, 0,7.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1970, J©, с,10; 1978, т, с, 13-14.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1967, Л6, с,10; 1975, т, с.14.

исследования.

Исходя из приведенных аргументов, можно полагать, что в основе разграничения односторонности или неполноты и существенного нарушения уголовно- процессуального закона лежит иной критерий, а именно характер связи отступления от норм закона и исследованности фактов- явлений. Если нарушение уголовноміроцесоуального закона влечет неустановление фактов-явлений, имеющих существенное значение по делу, то возникает односторонность или неполнота исследования. Если же несоблюдение требований закона на предварительном расследовании или в судебном разбирательстве не приводит к невыясненности указанных обстоятельств, то образуется основание, предусмотренное ст.345 УПК РОФСР,- существенное нарушение уголовно- процессуального закона.

Таким же образом названное основание отграничивается от несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Любое нарушение норм уголовно-процессуального закона, в результате которого остаются невыясненными факты-сущности, относится к основанию, указанному в ст.344 УПК РСФСР.

Применительно к уровням уголовно-процессуального исследования основание, содержащееся в ст.345 УПК РСФСР, представляют нарушения закона, не относящиеся к исследованию обстоятельств и доказательств по делу, т.е. находящиеся за рамками процессуального познания.

В судебной практике в большинстве случаев дифференциация односторонности или неполноты и существенного нарушения уголовно-чіроцес- оуального закона производится по названному нами основанию. По делу Кузьменкина одним из основных доказательств его виновности послужило опознание обвиняемого потерпевшей. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР, рассматривавшая дело в порядке надзора, обнаружила, что опознание проводилось с нарушениями закона, кузьмен-

КИН бшЕ представлен в числе лиц, резко отличавшихся от него по возрасту и внешности, в какой одежде находились лица, предъявленные для опознания, в протоколе не записано. Коллегия признала, что в результате допущенных нарушений закона остались неустановленными обстоятельства, имеющие значение по делу, и отменила приговор, а дело направила на новое расследование^.

Здесь нарушение формы судопроизводства, выразившееся в несоблюдении порядка проведения опознания, повлекло неисследованность фактов, Поэтому приговор отменен по основанию, предусмотренному ст.343 УПК РСЖР.

По д-елу ГЛирзоева родственниками обвиняемого приглашался в качестве защитника адвокат Таривердиев. В связи с нахождением в командировке, защитник просил перенести судебное заседание. Однако суд просьбу Таривердиева не обсудил, а привлек к рассмотрению дела другого адвоката. Мирзоев отказался от защитника, заявив, что будет защищаться сам. Пленум Верховного Суда СССР признал, что право подсудимого на защиту было нарушено и отменил приговор, направив дело на новое рассмотрение^.

В данном случае также нарушена форма судопроизводства. Однако вышестоящий суд расценил указанное отступление от требований закона как основание, предусмотренное ст.345 УПК РСФСР, поскольку не усмотрел связи выявленного нарушения с уголовно-процессуальным исследованием.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. I97I, №2, C.37-S9. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, Ю, с.19-21.

§2 Односторонность или неполнота уголовно-процессуалького исследования как безусловные и условные основания пересмотра при - говора

Наряду с общей формулировкой односторонности или неполноты, содержащейся в Ч.І СТ.343 7ПК РСФСР, во второй части данной статьи предусїютрен перечень таких пробелов, при наличии которых “дознание, предварительное или судебное следствие во всяком случае признается односторонним или неполным”.

Аналогичным образом сконструированы статьи, предусматривающие указанное кассационно-надзорное основание, в уголовно-^іроцессуальннх кодексах других союзных республик, за исключением УПК Казахской ССР. Односторонность или неполнота сформулирована в ст.328 УПК Казахской ССР в таком виде: “Дознание, предварительное или судебное следствие признается проведенным односторонне или неполно: і) когда остались невыясненными такие обстоятельства, выяснение которых может иметь существенное значение для правильного разрешения дела; 2) когда по делу не исследованы обстоятельства, указанные в определении суда, передавшего дело на дополнительное расследование или на новое рассмотрение. Приговор отменяется и в том случае, если необходимость исследования того или иного обстоятельства вытекает из новых материалов, представленных суду кассационной инстанции в порядке ст,317 ч.З настоящего Кодекса”,

Типичные проявления односторонности или неполноты впервые указаны в действующем уголовно-процессуальном законодательстве. УПК РСФСР 1923 г, содержал перечень оснований, влекущих обязательную отмену приговора, применительно лишь к нарушениям формы судопроизводства (ст.415). Что же касается неполноты следствия (ст.414), то в прежнем уголовно-процессуальном законе приводилось только общее опре- деление данного основания пересмотра приговора. Те его виды, при наличии которых следствие во всяком случае признавалось неполным, в законе не перечислялись.

В УПК РСФСР I960 г. законодатель не только сохранил прежнюю схему нормы, в которой сформулировано понятие существенного нарушения уголовно- процессуального закона (ст.345), но и аналогично сконструировал ст.343. Обе указанные статьи скомпонованы по единой схеме - в первой части приводится общая формулировка каждого из этих оснований, а во второй - дается перечень их разновидностей, при которых “дознание, предварительное или судебное следствие во всяком случае признается односторонним или неполным” (ст.343) либо “приго- вор подлежит отмене во всяком случае” (ст.345).

Процессуальные последствия, наступающие при обнаружении какого- либо из названных в ч.2 ст.345 УПК РСФСР существенного нарушения, ясны - приговор обязательно отменяется. Относительно же той односторонности или неполноты, которая указана в ч.2 ст.343 УПК РСФСР, такой ясности нет, поскольку в законе идет речь не об обязательной отмене приговора, а о признании предварительного расследования или судебного следствия односторонним или неполным “во всяком случае”. Поэтому возникает вопрос: равнозначны ли слова “дознание, предварительное или судебное следствие во всяком случае признается односторонним или неполным” выражению “приговор подлежит отмене во всяком случае”?

Поскольку в УПК РСФСР нет ни пряного ни косвенного ответа на поставленный вопрос, ответ на него может быть получен при сравнительном анализе норм УПК других союзных республик. В УПК Узбекской (ст. 319), Армянской (ст.341) , Киргизской (ст.346) ССР прямо закреплено, что при односторонности или неполноте приговор всегда подлежит отмене. В уголовно-процессуальных кодексах некоторых иных союзных республик в формулировку названного основания включены такие слова: “приговор отменяется и в том случае, если необходимость исследования того или иного обстоятельства вытекает из дополнительных материалов, представленных суду кассаіщонной инстанции”^. Значит, отмена приговора есть то решение, которое принимает вышестояыщй суд при обнаружении односторонности или неполноты исследования по делу, в Ч.2 ст. 343 УІШ РПФСР законодателем указаны такие пробелы, при которых уголовно- процессуальное исследование “во всяком случае” признается односторонним или неполным, т.е. приговор подлежит обязательной отмене по любому делу. Тождественность выражений, использованных законодателем в начале ч.2 ст.343 и ч.2 ст.345, свидетельствует о единстве конструктзївного построения данных статей. Поэтому во избежание неясностей Ч.2 ст.343 УПК РСФСР следовало бы начинать словами: “приговор по,длежит отмене во всяком случае, если,,.”. Тем самым выдерживалась бы общая форма изложения оснований к отмене или изменению приговора и единство терминологии, употребляемой уголовно- процессуальным законом.

Процессуальные нарушения, указанные в ч.2 ст.415 УПК РСФСР 1923

г., именовались в юридической литературе безусловными основаниями

р

отмены приговора’^. Также называются нарушения, перечисленные в ч.2

^ Ч.2 ст.328 УПК Казахской, ч.З ст.353 УПК Грузинской, ч.З ст. 340 УПК Латвийской, ч.З ст.353 УПК Туркменской, ч.З ст.308 УПК Эстонской союзньк республик.

^См. гГродзинский М.М. Кассационное и надзорное производство в советском уголовном процессе. М., Госюриздат, 1949, с.103; Мухин й.И. Кассационное обжалование, опротестование и пересмотр приговоров. М., Госюриздат, 1956, с.120; Р и в л и н А.Л. Пересмотр приговоров в СССР. М., Госюриздат, 1958, с,172 и др.

CT,345 УПК РСФСР, в процессуальной теории. Поэтому, когда в действующем уголовно-процессуальном законодательстве наряду с существенным нарзгшением закона типичные проявления, бшш определены и в односторонности или неполноте, многие процессуалисты отметили, что в Ч.2 ст« 343 УПК РСФСР содержится перечень безусловных оснований отмены приговора. Так, Д.В.Сидоров пишет: “ст.343 и 345 УПК РСФСР устанавливают перечень таких процессуальных нарушений, которые во всех случаях обязательно влекут за собой отмену приговора. Такие нарушения в теории советского уголовного процесса называются безусловными кассационными основаниями”^.

Но не все юристы восприняли конструкцию ст.343 УПК РСФСР. Например, Я.О.Мотовиловкер хотя и признает, что законодатель отнес отдельные виды односторонности или неполноты к безусловным основаниям^, тем не менее не соглашается с этим, считая, что “деление кассационных оснований на условные и безусловные мыслимо только применительно к нарушениям форм судопроизводства… Это деление не имеет под собой ос-

^Давыдов П.М., Сидоров Д.В., Якимов П.П. Указ, соч., с.367. См. также: Прокурорский надзор за законностью рассмотрения в судах уголовных дел. М., Госюриздат, 1963, с.147-148; Б а с - к о в В.И. Деятельность прокурора по рассмотрению уголовных дел в порядке надзора. М., Юрид. лит., 1975, с.107; Моршинин В.А. Понятие и значение системы кассационных оснований.- В сб. Гарантии прав

лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве. Свердловск, 1975, с.123.

р

См.: Мотовиловкер И.О. Некоторые вопросы теории советского уголовного процесса в свете нового уголовно-процессуального законодательства. Кемерово, 1962, с,257.

нования, когда речь идет об односторонности или неполноте следствия”^. Аналогичную позицию в данном вопросе занимают некоторые другие советские и зарубежные процессуалисты^.

Таким образом, возможность деления односторонности или неполноты на безусловные и условные основания в теории процесса оспаривается. В то же время применительно к основанию, предусмотренному ст.345 УПК РСФСР, названная градация общепризнана. Б чем же суть классификации оснований на безусловные и условные?

В юридической литературе безусловными считаются такие нарушения, которые влекут отмену приговора независимо от особеняостей. уголовного дела. Условными же рассматриваются те процессуальные нарушения, по которым приговор отменяется не всегда, а лишь в случае признания данных нарушений существенными вышестоящим судом^.

^МотовиловкерЯ.О. Вопросы дальнейшего соверіенство- вания уголовно-процессуального законодательства. Томск, Изд. Томского ун-та, 1966, с.97.

^См.: Лесницкая Л,Ф, Пересмотр решений суда в кассационном порядке, М., Юрид, лит., 1974, 0.62-64; Тавровский Б.М. Укач. соч., с.17; Павлов Стефан. Производство в суде второй инстанции по болгарскому народно-демократическому уголовноьу процессу. ГЛ., йн, лит., 1963, с.191 и др.

^См.: Мотовиловкер Я.О. Некоторые вопросы теории советского уголовного процесса в свете нового уголовно-процессуального законодательства, с.258-259; Лесницкая Л.Ф. Основания к отмене обжалованных судебных решений. М., Госюриздат, 1962, с.95; Л у - пинская П.А. Законность и обоснованность решений в уголовном судопроизводстве. М., ВЮЗИ, 1972, с.59 и др.

Основанием, предусмотренным ст.345 УПК РСФСР, процессуальные нарушения признаются лишь тогда, когда они различными путями “помешали суду всесторонне разобрать дело и повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного приговора”. Поскольку правила, регулирующие УГОЛОВНЫЙ процесс, многочисленны и неравноценны с точки зрения их влияния на правосудность приговора, то законодатель выделил ряд нарушений, при которых законность и обоснованность приговора всегда ставится под сомнение. Обнаружив какое-члибо из этих нарушений., вышестоящий суд не рассматривает вопрос о его значимости, ибо существенность такого рода нарушений неизменна для всех дел, а сразу отменяет приговор. Иные нарушения изучаются с позиции их влияния на правильность приговора. Одно и то же нарушение в зависимости от особенностей уголовного дела может быть признано существенным и приговор будет отменен, а может расцениваться как несущественное, что не отразится на правосудности приговора. Некоторые же процессуальные нарушения настолько незначительны, что никогда не влияют на законность и обоснованность приговора и всегда являются несущественными.

Сказанное приводит к выводу, что деление на безусловные и условные основания обусловлено различной значимостью норм процессуального закона. Если бы любое отступление от правил судот)оизБодства рассматривалось как повлиявшее на приговор, то не бшіо бы необходимости связывать основание, предусмотренное ст.345 УПК РСФСР, с существенностью нарушений уголовно-процессуального закона. Следовательно, критерием градации нарушений на безусловные и условные основания отмены приговора является ценность для целей и задач судопроизводства тех правил, содержащихся в законе, которые не соблюдались на предварительном расследовании или судебном разбирательстве.

Но только ли процессуальные нарушения расцениваются под углом

зрения значимости, влияния на правильность вынесенного приговора? Думается, что нет. В числе оснований пересмотра приговора, которые возникают лишь при существенности дефектов процессуальной, деятельности органов предварительного расследования или суда первой инстанции, закон также называет односторонность или неполноту утоловно-про~ цессуального исследования.

Данное кассационно-надзорное основание образуется только в том случае, если обстоятельства, оставшиеся невыясненными на предварительном расследовании или в судебном следствии, “могли иметь существенное значение при постановлении приговора” (ст.343 УЩ РСФСР). Это означает, что вышестоягций суд, обнаружив неисследованность какого- либо факта, не сразу констатирует односторонность или неполноту, а оценивает значимость невыясненного обстоятельства, т.е. определяет, существенно или несущественно оно даія правильного разрешения данного дела. Только придя к выводу о существенности неустановленного факта, суд кассационной или надзорной инстанции признает уголовно-процессу- альное исследование по проверяемому делу односторонним или неполным. Неисследованность обстоятельств хотя и относящихся к делу, но не влияющих на правосуднооть приговора, односторонности или неполноты не образуют.

Приведенные аргументы позволяют полагать, что механизм возникновения и выявления оснований, предусмотренных ст.343 и ст.345 УПК РПФСР, един. Следовательно, деление на безусловные и условные основания отмены приговора применимо не только к существенно^ нарушению уголовно-процессуального закона, но и к односторонности или неполноте уголовно-процессуального исследования. В этом смысле существующую конструктивную схему ст.343 УПК РСФСР следует, на наш взгляд, признать обоснованной.

Хотя в законе ст.343 УПК РПФОР] названы пробелы, отнесенные к разряду оснований, во всяком случае влекущих отмену приговора, в юридической литературе высказаны сомнения в их безусловности. Так, В.П.Маслов пишет: “перечисленные в ч.2 ст.343 УПК РСФСР обстоятельства влекут отмену приговора не во всех случаях, а лишь тогда, когда есть обоснованные сомнения в правильности приговора по существу”^. Значит, некоторые процессуалисты считают те упущения в исследовании обстоятельств и доказательств, которые указаны в законе как безусловные основания отмены приговора, в действительности условными, поскольку связывают принятие названного решения с особенностями уголовного дела.

В п.І ст.343 УПК РС^СР в качестве пороков уголовноніроцессуаль- ного исследования, при которых односторонность или неполнота возникает во всяком случае, названы следующие: “не были допрошены лица, чьи показания имеют существенное значение, или не была проведена экспертиза, когда ее проведение по закону является обязательным, а равно не бьии истребованы документы или вещественные доказательства, имеющие существенное значение”^. В УПК некоторых союзных республик

^ М а с л о в В.П. Указ. соч., с.28-29. См, также: М о т о в и - л о в к е р Я. О, Вопросы дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства, с,95-97; Моршинин ВФА. Односторонность или неполнота как кассационное основание.- В сб. Применение норм процессуального права. Свердловск, 1977, с.131-132.

^ Так же изложен: п.Г ст.368 УІЇК Украинской:, п.1 ст.351 УПК Белорусской, п.Г ст.353 УПК Грузинской, п.І ст.359 УЖ Азербайджанской, П.І ст.384 УПК Литовской, п.Г ст.323 УПК Модавской, п.1 ст.347 УПК Таджикской, П.І ст.354 УПК Туркменской, п.1 ст.308 УПК Эстонской ССР.

принята более лаконичная формулировка. К примеру, п.1 ст.319 УПК Узбекской ССР выглядит так: “не были допрошены свидетели или не были истребованы доказательства, имеющие существенное значение”^.

Таким образом, я односторонности или неполноте, при которой приговор подлежит отмене во всяком случае законом в первую очередь отнесено непроведение следственных действий, повлекшее отсутствие доказательств, имеющих значение по делу. Содержащаяся в законе формулировка не свидетельствует, на наш взгляд, о безусловном характере пробелов, указанных в п.1 ст.343 УПК РСФСР.

Следственные действия есть процессуальные способы обнаружения, закрепления и привлечения доказательств, которые, в свою очередь, являются средствами установления обстоятельств дела. Ни одно следственное действие не проводится ради формы, ни одно доказательство не добывается для наличия его как такового. Все они необходимы для выяснения фактов и поэтому представляют собой процессуальные средства познания. Ценность того или иного доказательства определяется не сама по себе, а исходя из значимости выявляемых при его помощи обстоятельств. Если факт не имеет существенного значения по делу, то и средства его удостоверения теряют свою ценность. Так, если органами пред- варительного расследования или судом первой инстанции не выявлено психическое или физическое состояние свидетеля, т.е. не проведена экспертиза по основанию, указанно!^ в п.З ст.79 УПК РСФСР, а вышестоящим судом установлено, что факты, о которых показывает данный свидетель, не имеют отношения к делу, то односторонности или неполноты не будет. Следовательно, нельзя говорить о самостоятельной существен-

^ Аналогично сформулированы: п.1 ст.340 УПК Латвийской, п.1 ст. 546 УПК Киргизской, п.1 ст.341 УПК Армянской союзных республик.

НОСТИ Ejra несущественности следственных действий клЕ доказательств, а можно вести речь о существенности или несущественности обстоятельств дела. Вопрос о значимости процессуальных средств можно рассматривать только в связи с теми фактами» которые они удостоверяют. Значит, ценность процессуальных средств исследования производна. Она предопределяется значимостью фактов. Обстоятельства же могут устанавливаться на основе различных доказательств. Неслучайно закон не обязывает заранее выяснять те или иные обстоятельства цри помощи точно указанных средств (за исключением проведения экспертизы по основаниям, ігредусмотренннм ст.79 УПК РОФСР). Лицо, ведущее дознание, следователь, прокурор, суд сами определяют, какие следственные действия необходимо выполнить длл получения необходимых по делу доказательств.

Сказанное приводит к выводу, что перечисленные в п.1 ст.343 УПК РСФОР пробелы не носят характера безусловных оснований отмены приговора, поскольку отсутствие доказательств связывается с неисследован- ностью тех ниш иных обстоятельств, значимость которых заранее не определена.

В П.2 CT.34S УЇЇК РСЖІР предусмотрено, что дознание, предварительное или судебное следствие во всяком случае признается односторонним или неполным, если “не бшш исследованы обстоятельства, указанные в определении суда, передавшего дело для производства дополнительного расследования или на новое судебное рассвютрение”. Данная разновидность односторонности или неполноты названа в 7ПК всех союзнлх республик.

Это специфическое проявление указанного основания. Его особенность состоит в том, что п.2 ст.343 УПК РСФСР применяется при повторной кассационной или надзорной проверке, когда выявленные вышестоящим

судом при первой рассмотрениЕ дела пробелы в исследовании существен- ннх обстоятельств вновь сохранились.

При первой проверке дела вшестоящий. суд, руководствуясь предписаниями Ч.І ст.343 УПК РСФСР, обнаруживает невьмсненнооть обстоятельств, имеющих существенное значение по делу, признает процессуальное исследование односторонним или неполннм и направляет дело на новое рассмотрение. Тем самый суд кассационной или надзорной, инсташщи возлагает на органы предварительного расследования и суд первой инстанции обязанность устранить выявленные пробелы в установлении фактов, считая их существенными* Такую значимость неисследованных обстоятельств органы предварительного расследования и суд не вправе отрицать, а должны принять все законные меры для восполнения пробелов. Если же при повторном рассмотрении вышестоящий суд убедится, что невыясненность фактов, о которых шла речь в его определении, сохранилась, приговор немедленно отменяется. Невосполненнне оробелы выполняют в данном случае роль безусловных оснований отмены приговора, так как существенность обстоятельств была определена еще при первой кас- сационной или надзорной проверке.

Анализ судебной практики свидетельствует о том, что п.2 ст.343 УІЇК РОФСР применяется относительно редко, в опубликованной практике Верховного Суда СССР это составило 2ЇЙ от всего числа приговоров отмененных по указанному основанию, Верховного Суда РСФСР - 1,5^. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. -

Главная причина отмены приговора по мотивам повторной односторонности или неполноты кроется в отсутствии должной активности органов судопроизводства, ведущих дополнительное расследование или новое рассмотрение, что приводит к поверхностному исследованию обстоятельств.

По делу разманова н курсова Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РГ^СР, проверявшая дело в кассацнонном порядке, обнаружнла ряд обстоятельств, имещих существенное значение, и оставшихся невыясненными. Отменив приговор в связи с неііолното?^ Коллегия направила дело на дополнительное расследования для устранения выявленных пробелов. Вторично рассматривая дело в кассащонном порядке. Коллегия вновь констатировала неисоледованиость тех же фактов, на которые указывалось в определении о направлении дела на дополнительное расследование. Как выяснилось, “дополнительное расследование свелось по существу к приобщению некоторых несущественных материалов, допросу нескольких свидетелей: и проведению технической экспертизы. При этом было вынесено постановление о назначении экспертизы с постановкой ряда серьезных вопросов, требующих тщательного и всестороннего разрешения. Однако эксперты, не вникая глубоко в обстоятельства дела, в тот же день представопи свое заключение, страдающее серьезными недостатками. В результате по делу по-прежнему остались невыясненными фактические обстоятельства дела”. В определении о возвращении дела на доследование также указывалось на необходимость проверки обстоятельств, дающих основание предполагать убийство, а не гибель потерпевшего. “Однако расследование в этом направлении не велось. Никто из обвиняемых по этому поводу не допрашивался”. Коллегия вновь отменяла приговор, а дело вторично направила на дополнительное расследование^.

Как видно, следователь и суд первой инстанции формально отнеслись к выполнению указаний вышестоящего суда, должных мер к всестороннему и полному исследованию фактов, подлежащих установлению, не

^См.: Боллетень Верховного Суда РСФСР, 1964, Jfe, с.9-10.

приняли, в результате чего пробелы в их установлении сохранились. Поэтому вшестоящЕй суд вновь отменил приговор, руководствуясь правилами п.2 ст.343 УПК РСФСР.

В качестве основания обязательной: отмены приговора закон на^- вает такой дефект уголовно-процессуального исследования: “не установлены с достаточной полнотой данные о личности обвиняемого” (п.З ст. 343 УПК РСФСР).

Данная формулировка закона такие не позволяет считать отмеченное упущение органов предварительного расследования иди суда первой инстанции безусловным основанием отмены приговора.

Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, многочисленны и разнородны по юридической сущности. При расследовании и рассмотрении дела они исследуются в трех аспектах - уголовно-правовом, криминогенном и уголовно- процессуальном, в процессуальной литературе указывается на различную правовую природу названных обстоятельств^. Поэтому процессуальные последствия невняснения фактов, характеризующих личность обвиняемого, зависят от юридической значимости их, а именно от характера влияния на правосудность приговора. Бели отмеченные обстоятельства носят уголовно- 4іравово6 свойство, то пробелы их исследования всегда обусловливают незаконность и необоснованность приговора. Это объясняетпя тем, что факты данного рода образуют один из элементов состава преступления - его субъект. Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда, рассматривавшая дело по обвинению Семенова в кассационном порядке, обнаружила, что осужденный при задержании назвался именем брата и был осужден по этим данным. Признав, что органами предварительного расследования и судом, вынесшим приговор, не установлена с достаточной полнотой лич-

^ См.: М а н а е в Ю.В. Судебное исследование обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого. Автореферат канд.,дис., м,, 1968,

HocTb обвиняемого,Коллегия отменила приговор, а дело направила на дополнительное расследование^.

Если же недостаточно исследованы такие факты іфиминогенного или уголовно- процессуального свойства, то влияние пробелов их установления на правосудность приговора определяется в зависимости от особенностей уголовного дела. Значит, как отмечает Я»О.Мотовиловкер, “все зависит от условий кошфетного дела, от того, какие данные о личности обвиняемого не установлены с достаточной полнотой”^.

Сказанное свидетельствует о том, что не всякая неисследован- ность обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, является основанием отмены приговора. Поскольку вышестоящий суд должен в каждом случае обнаружения такой, неполноты решать вопрос о значимости невыясненных обстоятельств, то пробелы в установлении этих фактов носят характер условных оснований отмены приговора. Неслучайно данная разновидность односторонности или неполноты не названа в числе безусловных оснований в УПК некоторых союзных республик^.

Таким образом, указанные в законе виды односторонности или не-> полноты как безусловные основания отмены приговора, в действительности являются условными, за исключением названного в п.2 ст.343 УПК РПФСР.

В теории уголовного процесса юристы, правильно отмечающие отсутствие безусловного характера за перечисленными в п.п.1,3 ст.343 УПК

^ См.; Архив Свердловского областного суда за 1979 г.

^МотовиловкерЯ.О. Вопросы дальнейшего совершенствования уголовно-^іроцессуального законодательства. Т&мск, Изд. Томского ун-та, Г966, с.97.

^ Ст.319 УПК Узбекской, ст.340 УПК Латвийской, ст.341 УПК Армянской, ст.346 УПК Киргизской, ст.308 УПК Эстонской ССР.

РСФСР разновидностями односторонности или неполноты, вообще отрицают допустимость деления данного основания на безусловные и услов~ ные^. При этом выдвигаются следухщие аргументы. Я.О.Мотовиловкер, усматривая преимущество прежнего уголовно-процессуального закона, в котором не выделялась односторонность или неполнота как безусловные основания отмены приговора, перед ст.343 УПК РСФСР, пишет: “так как вопрос о том, выяснение каких именно обстоятельств может повлиять на приговор, всецело зависит от обстоятельств каждого конкретного дела, в законе… и не была предпринята попытка установить заранее, когда дознание, предварительное иди судебное следствие признается односторонним или неполным “во всяком случае”^. В.А.Познанский полагает: “… законодатель лишен возможности заранее указать на существенность или несущественность тех иди иных обстоятельств для всех случаев”®, С приведенными суждениями, на наш взгляд, согласиться нельзя. Обстоятельства, устанавливаемые по уголовным делам, исследуются не только как неповторимые, единичные факты, т.е. явления, но и как обладатели повторяющихся, общих свойств, т.е. сущности. Законодатель действительно лишен возможности заранее определить значимость того или иного факта- явления ввиду их индивидуальности. Такая задача нереальна. Поэтому законодатель и не пытается ее раз^шть. 7 него есть другой способ определенна значимости тех иди иных обстоятельств, а именно - указание на их правовую сущность.

^См.: Мотовиловкер Я.О. Вопросы дальнейшего совершен- ствования уголовно-процессуального законодательства, с.95-97; М о р - ш и н и н В.А. Односторонность ЕЛИ неполнота как кассационное основание,- В сб. Применение норм процессуального права. Свердловск, 1977, C.I3I-I32.

^Мотовиловкер Я.О. Указ.соч., с.95.

^Познанский Я.О. Указ. соч., с.72.

Фактн-юущности, выясняемые в уголовном судопроизводстве, многочисленны. Все они по отдельному угюловному делу не устанавливаются^ Так, по делу об умышленном убийстве исследование обстоятельства осо-> бой жестокости имеет значение для правильного постановления приговора. По делу же о краже личного имущества данный, факт-сущность установлению не подлежит. Значит, одни и те же обстоятельства в зависимости от особенностей уголовного дела могут быть существенными или несущественными. Но среди всех данных обстоятельств имеется ряд та*» ких, существенность которых неизменна для всех уголовных дел. Их перечень определен законодателем. Это - обстоятельства, указанные в ст.68 УПК Р05СР.

Уже сама рубрика, под которой они объединены - “обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу”, сввдетельствует о том, что установление их есть обязательное условие успешного уголовно-процессуального исследования в каждом случае расследования и рассмотрения уголовг- ных дел. Значит, данные факты существенны во всяком случае, по любому делу, независимо от его особенностей. Если то или иное обстоятельство из числа названных в ст.68 УПК РСФСР осталось невыясненным при проведении предварительного расследования или судебного следствия, то приговор всегда признается незаконным и необоснованным и подлежит отмене. Следовательно, неустановление указанных обстоятельств во всяком случае образует односторонность иди неполноту уголовно-процессуального исследования и влечет безусловную отмену приговора^.

^ Исключение из этого составляет неисследованность обстоятельств криминогенного свойства, подлежащих выяснению в соответствии с ч«:2 ст. 68 УПК РСФСР. В практике в таком случае приговор отменяется не всегда, по некоторым уголовным делам выносится лишь частное определение, что, по нашему мнению, противоречит закону, (см.: §4 главы ш).

TaicuM образом, решая вопрос об односторонности или неполноте уголовно- процессуального исследования как безусловных и условных основаниях отмены приговора, необходимо учитывать, что данное касса- ционно-надзорное основание возникает при невыясненности обстоятельств, имевзщих существенное значение для правильного разрешения дела. Поэтому деление односторонности или неполноты следует производить по признаку существенности обстоятельств, в законе же использован не этот іфитериб разграничения односторонности или неполноты на безусловные и условные основания. В качестве безусловных оснований отмены приговора необходимо рассматривать односторонность или неполноту, состоящую, во-первых, в неисследованности фактов, а не доказательств, и, во-вторых, в невыясненности таких обстоятельств, которые в соответствии с законом подлежат обязательному установлению по всем уголовным делам. Сказанное позволяет полагать, что характер безусловных осно- ваний присущ односторонности или неполноте, образуемой неисследован- ностью обстоятельств, перечисленных в ст.68 УПК РОФСР. По нашему мнению, в ст.68 и ст.343 УПК РСФСР заіфеплена одна норма уголовно-процессуального закона. В первой содержится диспозиция, а во второй - санкция данной нормы, применяемая при невыполнении требований, предусмотренных ст.68 УПК РСФСР.

Исходя из приведенных аргументов, ч.2 ст.343 УПК РСФСР следовало бы начать словами - “Приговор подлежит отмене во всяком случае, если”, и далее изложить так: і) не установлены обстоятельства, предусмотренные ст.68 УПК РСФСР; 2) не были исследованы обстоятельства, указанные в определении суда, передавшего дело для производства дополнительного расследования или на новое судебное рассмотрение.

Результаты изучения судебной практики показали, что вышестоящие суды значительно чаще отменяют приговоры при односторонности или

  • 99 -

неполноте безусловной, чем условной, в опубликованной практике Верховного Суда СССР по безусловным основаниям отменено 1% приговоров, а Верховного Суда РС^СР - 80^. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. удельный вес отмененных приговоров при безусловной односторонности или неполноте уголовно-процессуального исследования составил 82^,

§3 Характеристика проявлений односторонности иди неполноты уголовно- процессуального исследования в практике

Предложенное нами понимание односторонности и неполноты как дефектов соответственно предмета и пределов уголовно-4іроцессуального исследования позволяет широко проанализировать различные упущения органов предварительного расследования и суда первой инстанция в изучении доказательств и установлении обстоятельств, а также получить достаточно полнуп картину состояния судебной практики в этой области.

Органы уголовного судопроизводства почти всегда проводят исследование по делу всесторонне, т.е. в той или иной степени выясняют юридические свойства фактов и источников с информацией, образующих предмет уголовно-процессуального познания. Лишь в некоторых случаях в практике допускается односторонность исследования по делу в виде невняснеяия обстоятельств криминогенного свойства, в изученной практике Верховного Суда СССР из 425 уголовных дел, приговоры по которым бшш отменены по односторонности иди неполноте, по 15 делам органами предварительного расследования и судом первой инстанции во- обще не исследовались обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, а в опубликованной пршстике Верховного Суда РСФСР из III дел односторонность такого рода выявлена по 4 делам В прак

тике Сверддовского областного суда за 1979 г. отмеченная односторонность составила 3,3/? (обнаружена по 5 делам из 150, отмененных по СТ.343 УПК РСФСР).

Что касается других правовик сторон, виясняемых по уголовному делу, то при обобщениях практиіси выявлена неполнота их исследования, В абсолютном большинстве допускаемые органами предварительного расследования и судом первоЗ инстанщи пробелы в установлении обстоятельств связаны с исследованием фактов уголовно-правового свойства. Их невыясненность составила по изученным решениям Верховного Суда СССР 86^, Верховного Суда РСШСР - 82^.от всего числа неустановленных обстоятельств различных правовых свойств» В практике Свердловского областного суда за 1979 г. доля этих пробелов в общей их структуре достигла 91%.

О распространенности пробелов в установлении отдельных обстоятельств уголовно-правового свойства дает представление следующая таблица, составленная по итог^ обобщения опубликованной практики Верховного Суда СССР и Вловного Суда РСЖ)Р, а также практики Сверлов- ского областного суда за 1979 г.

Обстоятельства

  1. Событие преступления
    • ^емя ——
    • место - -
    • способ
  2. Виновность обвиняемого - - -
  3. Мотивы преступления - -
  4. 4.0бст-ва, влияющие на

степень и хар-р наказания - -

  1. Характеї>-е личность обвин-го
  2. Характер и размер ущерба - -
  3. Причинная связь - - - -
  4. Роль соучастников -
  5. Причастность иных лиц - — -
  6. иные эпизоды престуанения -
  7. Итого -

Их неисследованность в практике: Верх.Суда Верх.Суда Свердл.обл.

суда

%

2,1

1,5

64,5

3,8

4,5 2,0 1.8 1,5 4,0 9,2 3,0

100

2,2 2,0 1.9

62,0

4.2 4.3 5,0

3.3 2,0 2,0 5,2 8,6 3,6 3.4 100

СССР ^Р

JCCP %

2,4 1.8

ІІб

59,7

5.0 5.1 4.1 4.2 4.3 2,2 4.4 1.3 5,е 1.4 10,4 3,7

100

  • ГОІ -

Как видно, подавляющая часть пробелов в установлении обстой тельств уголовно-процессуального характера допускается при исследовании виновности обвиняемого.

Рудер осужден за хищение государственного нэдущества. Согласно приговору, он незаметно остался в магазине после его закрытия, а ночью выпил бутылку вина, оставив ее у прилавка, z похитил дневную выручку. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверявшая делов в кассаіщонном порядке, признала, что на предварительном расследовании и в судебном заседании виновность осужденного осталась неустановленной. Одним из основных доказательств вины Рудера послужило заключение экспертизы о тождественности отпечатков пальцев обвиняемого и отпечатков, обнаруженных на бутылке из’^од вина. Он же объяснил, что днем заходил в магазин, купил вино и тут же распил его, оставив бутылку у прилавка. В деле нет плана магазина, а по имеющимся материалам нельзя судить о возможности остаться незамеченным после закрытия магазина. Из всех свидетелей лишь одна высказала предположение, что преступник мог спрятаться в тумбочке. Однако этот свидетель в судебное заседание не вызывался. Следственный эксперимент для проверки возможности остаться в тумбочке не проводился. Коллегия отменила приговор, направив дело на новое рассмотрение со стации предварительного расследования для устранения выявленных пробелов^.

Приведенный пример характерен для всех случаев, когда неполнота исследования по делу выражается в невыясненности виновности обви-

^ См.: Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (1961- 1963 г.г.) . М., Юрад. лит.і, Г964, с.377-378.

НЯЄМОГО. Упущение органов предварительного расследования и суда первой: инсташщи состоит в недостижении надлежащих пределов исследова-^ ния в части круга фактов-явлений, необходимых для установления виновности обвиняемого, в данном деле не выяснялись такие обстоятельства, как возможность оставления обвиняемым бутьшки из-под вина до закріггия магазина, условия, в которых кто-либо мог скрыться и остаться после закрытия. Без исследования данных фактов виновность обвиняемого нельзя считать установленной.

Значительное число пробелов в исследовании фактов уголовно-пра^ вового свойства допускается по так называемым групповым преступлениям, по которым органами расследования и судом не устанавливаются все лифі, причастные к совершению деяния. По делу Кантуганова и др., осужденных за должностной подлог. Президиум Верховного Суда РСФСР, рассматривавший дело в кассационном порядке, выявил, что “судом и органами следствия не были приняты меры к установлению всех лиц, виновных в совершении преступления, в связи с этим осталась неисследованной с достаточной полнотой степень вины каждого из осужденных”. Президиум отменил приговор и направил дело на дополнительное расследование, указав на необходимость установления и привлечения к уголовной ответственности всех лиц, виновных в совершении преступления^.

Нередко неполноту исследования по делу образует невыясненность фактов, необходимых дня решения вопроса о наличии события преступления. Адексоцкис и Адександравичюс признаны виновными в ограблении. Однако показания потерпевшей о времени и месте нападения противоре-^

^ См.: Сборник ностановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (і96І- 1963 г.г.) . М., Юрвд. лит., 1964, C.386-R88.

ЧИВЫ. Свядетелн показали, что она находклась в гостях в то время, которое названо потерпевшей как момент ограбления* Однако ни следовар- тель ни суд не допросили граящан, у которых была потерпевшая. Не про- верено заявление осужденных о том, что в предполагаемое время совершения преступления они находглись в кафе, где их видели знакомые. По делу установлено, что потерпевшая за несколько дней до преступления сдала в ломбард золотой’ перстень и часы» Именно о их похищении она заявила следователю. Все это ставияо под сомнение наличие события преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР, проверявшая дело в порядке судебного надзора, отменила приговор, направив дело на дополнительное расследование^. Несоблкщение необходимых по делу пределов исследования, выразившееся в недостаточности фактов-явлений, подлежащих установлению, привело к неполноте утоловно-чіроцессуального познания.

Иногда на предварительном расследовании и в судебном заседании не устанавливаются обстоятельства, влияющие на степень и характер наказания, а также выступающие основаниями освобождения от згголовной ответственности или наказания. По делу Козлова и др. Военная коллегия Верховного Суда СССР при проверке в кассационном порядке обнаружила, что “в ходе следствия не выяснено, где отбывал наказание Козлов по ранее вынесенному приговору; полностью в воспитательно-трудовой колонии для несовершеннолетних иди частично в исправительно-трудовой КОЛОНЕИ; документы об этом к делу не приобщены, хотя это имеет значение при назначении емзг вида колонии по второчу приговору”. Коллегия признала неполным исследование обстоятельств, имеющих суще-

См.: Воллетень Верховного Суда СССР, 1978, J©, с.25-27.

ственное значение по делу, отменила приговор, признав необходившм дополнительное расследование для. устранения выявленных нробелов^.

По делу Дмитриева, осузщенного народным судом. Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда обнарухшш, что следователем и судом не выяснялся факт награждения осужденного орденом, от установления которого зависил вопрос о применении к нему акта об амнистии. Коллегия отменила приговор с направлением дела на

о

новое рассмотрение^.

Пробелы в установлении характера и размера зпцерба, причиненного преступлением, допускаются сравнительно редко. Особенность их исследования заключается, в том, что по одним делам они охватываются обвинением, а по другим - находятся за его рамками. В первом случае это, как правило, корыстные преступления, когда определение размера ущерба обусловливает квалн|вкацшо деяния. По делу Рыжова, осужденного за хищение государственного имущества, суд кассационной: инстанции, выявив пробелы в установлении размера ущерба, отменил приговор лишь в части граадаяского иска. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР отменила это определение. Отметив, что от выяснения размера ущерба зависит уголовно-правовая квали^кацвя содеянного и, соответственно, решение вопроса о наказании, Коллегия отменила приговор в 1ЭЛ0М, а дело направила на дополнительное расследова- ние^.

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам (I959-I97I г,г.) . М., ЇОрид. лит., 1973, с.371-873.

^ См.: Архив Свердловского областного суда за 1979 г. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1969, Л7, с.12-13.

Бушуев осузкден народный судом за хулиганство. Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда, рассматривавшая дело в кассационном порядке, признала вину осркденного доказанной* “Вместе с тем,” отметила Коллегия,- приговор в части гражданского иска подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение в порядке і^ааданского судопроизводства. Взыскивая с осужденных в возмещение ущерба стоимость поврежденных Bemet - куртки и часов, суд не исследовал действительной ценности этих вещей, характера их повреждения”^.

В практике чаще допускаются пробелы в исследовании характера и размера ущерба, не охватываемого обвинением, в сравнении с такивш обстоятельствами, входяцивш в содержание обвинения. Объясняется это тем, что следователь и суд сосредотачивают внимание на установлении обстоятельств в рамках обвинения. Ущерб, находящийся за его границами, зачастую остается вне познавательно- процессуального интереса органов предварительного расследования и суда первой инстанции. Отменять приговор в целом при упущениях данного рода было бы нецелесообразно. Поскольку от исследования размера ущерба, не входящего в обвинение, не зависит установление обстоятельств, имеющих значение для квалификации деяния и определения наказания, закон предусматривает рациональны^^ и экономичный способ устранения пробелов в порядке гражданского судопроизводства. Хотя приговор отменяется лишь в части гражданского иска, принятие такого решения вышестоящим судом свидетель- ствует о существенном упущении органов предварительного расследования и суда первой инстанции в исследовании обстоятельств дела.

Неисследованность обстоятельств криминогенного свойства выявле-

^ См.: Архив Свердловского областного суда за 1979 г*

-гоєна в опубликованной практике Верховного Суда СССР в 8% от общего числа пробелов в установлении фактов различного правового свойства, в опубликованной практике Верховного Суда гаСР - в В практике Свердловского областного суда за 1979 г. доля пробелов данного рода составЕяа 6%,

Хотя приведенные цифры показывает относительно низкую распро-» страненность упущений органов судопроизводства в установлении обстоятельств, способствовавших совершению преступления, тем не ыенее эта сторона уголовно-процессуального исследования по своей значшости занимает особое место. Выяснешсе фактов криминогенного характера позволяет ввіявить корни преступлений, исходные, отправные явления и процессы, породившие антиобщественную установку и противоправные действия правонарушителя. Установление названных обстоятельств необходимо не только для разрешения задач уголовного судопроизводства в каждом случае расследования и рассмотрения дед, но и для про^шіакти- ки преступлений и, в конечном счете, искоренения преступности в целом.

Поскольку обстоятельства іфиминогенного свойства многочисленны и разнородны, то пробелы, допускаемые при их исследовании, неодинаковы, В некоторых случаях органами расследования и судом первой инс^ танции не выявляются факты, непосредственно породившие преступление, так сказать, первопричины противоправного деяния, от установления которых зависит установление самого события преступления. Так, по делу Богачевой, осувденной за хищение государственного имущества в особо крупша размерах, следователем и судом установлен лишь факт недостачи материальных ценностей, причина образования которой осталась невыясненной. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного

  • 107 -

Суда ССПР, рассмотрев дело в порядке судебного надзора, признала неисследованными причины преступления и отменила приговор, направив дело на дополнительное расследование^.

Выявление таких криминогенных фактов охватывается обвинением, так как от этого зависит установление злеіюнтов состава преступления. Существенность обстоятельств данного рода для правильного разрешения уголовного дела очевадна, В других случаях нарад с первопричинами преступления подлежат выяснению по делу более отдаленные от события преступления обстоятельства, способствовавшие его совершению. Они непосредственно не объясняют противоправные действия обвиняемого. а-характеризуют глубинные, опосредствованные причины и условия, обусловившие правонарушение. Определить необходимость их выявления следователю и суду сложнее. Здесь решающее значение имеет не только знание требований, содержащихся в ст.ст,20,21,68,131 и др. УПК РСФСР, но и общих задач уголовного судопроизводства, а также уровень правосознания лиц, осуществляющих расследование и рассмотрение дел.

Несовершеннолетние Медведев и Тро<|вмов осуждены за совершение тяжкого преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверявшая дело в кассавдонном порядке, установила,

что осужденные в день преотупления распивали спиртное, приобретенное Медведевым в магазине поселка, хотя продажа спиртных напитков несо- вершеннолетним запрещена. Медведев два года состоял на учете в инспекции по делам несовершеннолетних. Являясь учеником ХО-го класса, он вел себя недостойно, совершал хулиганские действия и пьянствовал.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1973, J65, с.30-31.

  • 108 -

Tpo(|s[MOB, обучаясь в вечерней школе, неодноіфатно приходил на занятия в нетрезвом виде. “Все это,- отметила Коллегия,- обязывало органы следствия и суд допросить лшх, хорошо знаввіих условия хизни и воспитания подростков, выяснить, как родители выполняв)т обязанности по их воспитанию, каково бытовое окружение и другие обстоятельства, в частности, относящиеся к учебе в школе…Коллегия оставила приговор без измененид, однако вынесла частное определение в соответствии со ст.355 УПК РСФСР в адрес должностных лиц, указав обратить их внимание на допущенные по делу недостатки предварительного следствия и судебного разбирательства^,

Лучение практики показало, что пробела в исследовании отделенных, не охватываемых обвинением, іфиминогенинх обстоятельств допускаются чаще, чем установление таких фактов в рамках обвинения. Из 34 уголовных дел, по которым Верховный Суд СССР выявил неисследованность обстоятельств, способствовавших совершению преступления, по 19 делам (бв^) не выяснялись криминогенные факты, находящиеся за границами обвинения (по опубликованным материалам). В опубликованной практике Верховного Суда Р(^СР из 10 дел обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, названного рода не исследовались по 6 делам (б0^). В практике Свердловского областного суда за 1979 г. удельный вес таких пробелов составил 44^.

Приведенные !ш|ровые характеристики показывают на ту часть обстоятельств криминогенного свойства, при исследовании которых допускается большинство пробелов в установлении названных фактов; Основная причина упущений органов предварительного расследования ж суда первой инстанции в выяснении указанных обстоятельств кроется, на наш

^ См.:Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1979, Л7, с.8-9.

ВЗГЛДЦ, не в практісческод сложности их установлення, а в отсутствии должного внимания к ним лиц, производящих расследование и рассмотрение дел. в значительной^ степени такое полозение объясняется, по нашему мнению, несоответствием между правової значимостью обстоятельств криминогенного свойства и последствиями, наступающими при обнаружении вшестоящим судом пробелов в их исследовашш^.

Неисследованность обстоятельств уголовно-процессуального свойства занимает относительно небольшую часть пробелов в установлении фактов всех юридических свойств. В опубликованной практике Верховного Суда СССР это составило а Верховного Суда РСФСР - 5%, В практике Свердловского областного суда за 1979 г. доля пробелов в установлении фактов уголовно-процессуального свойства невелика -

Как видно, невыясненность обстоятельств названного свойства отмечается вшестоящими судами редко. В действительности же они встречаются чаще. Однако обнаружить все их число в решениях судов кассационной и надзорной инстанций сложно, поскольку, как правило, такие упущения расцениваются вышестоящими судаші как процессуальные нарушения, а не как неполнота исследования по делу. В определениях (постановлениях) этих судов указывается в больвшнстве случаев лишь на несоблюдение органами предварительного расследования или судом первой инстанции тех или иных норм уголовно- процессуального закона без уточнения, в какой сфере процессуальной деятельности - познавательной или процедурной допущены выявленные нарушения. Между тем задача укрепления законности в уголовном судопроизводстве требует не только установления всех нарушений, допускаемых при расследования и рассмотрении дела, но и выяснения конкретных причин отступяения от предусмотренных законом правил.

^ См.: §4 главы III.

-посреди выявленных пробелов в установлении обстоятельств уголов- но- ^оцессуального своіства чаще всего встречается невыяснение оудом первой инстанции причин неявки в судебное заседание свидетелей, потерпевших, подсудимых. По делу Колотович судебное заседание прошло без участия подсудимой. Суд принял такое решение на тон основании, что подсудимая нарушила подписку о невыезде и выехала из города. Однако из кассационной жалобы мужа осужденной следовало, что Колотович в день рассмотрения дела находилась в больнице. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР отменила приговор, направив дело на новое рассмотрение^.

Иногда органы предварительного расследования и суд первой инстанции не устанавливают факты, характеризующие личность обвиняемого, имеющие уголовно-процессуальное значение. Президиум Верховного Суда РСФСР, проверявший дело по обвинению Львова в порядке судебного надзора, обнаружил, что осужденный являлся депутатом сельского совета. В соответствии с Законом “О статусе депутатов Советов депутатов трудящихся СССР” он не мог быть арестован и привлечен к уголовной ответственности без согласия исполнительного комитета Совета. Не выяснив всех данных, характеризующих личность обвиняемого, органы следствия и суд первой инстанции нарушили этот закон. Президиум признал, что по делу не были выполнены требования, содержащиеся в от,20 УПК РСФСР, о всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела. Президиум отменил меру пресечения - содержание под стражей., а также приговор и направил дело на новое рассмотрение со стадии пред-

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной:

коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (І957-І959 г.г.у . М,, Госюриздат, I960, с.303-304.

  • Ill -

варительного расследования^.

Одним из проявлений неисследованности обстоятельств уголовно-* процессуального свойства выступает невыяснение фактов, необходимых для решения вопроса об отводе судьи от участия в рассмотрении дела» По делу Байковюс в вышестоящий суд поступила жалоба одного из осух- денных, в которой заявлялось, что во время судебного заседания ему не было известно о том, что один из народных заседателей^ является родственником потерпевшего. Судебная коллегия по уголовным делам Вер^ ховного Суда СССР отменила приговор, направив дело на новое рассмотрение для выяснение обстоятельства, на которое указывал осужденный^.

Поскольку основание, предусмотренное ст,343 УПК РСФСР, образуют упущения органов судопроизводства на информационно-логическом уровне процессуального исследования, т.е. при собирании, проверки и оценки доказательств, то односторонность шш неполнота всегда связана с неудовлетворительным изучением доказательств. Алализ проявлений и состояния судебной практики в области исследования доказательственной стороны предмета познания по уголовному делу нуждается в обособлении от иных сторон, так как доказательства являются средствами установления фактов и проверяются по другим направлениям и иными способами, чем обстоятельства.

Правовая сущность процессуального доказательства складывается, как отмечалось, из свойств относимости, допустимости и достоверности. Неисследованность их характеризует порок качественного аспекта дока-

^ См.! Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (l964-I972 г,г.). М., 1974, с.516-517.

^ См.: Вопросы уголовного процесса в практике Верховного Суда СССР. М., 1948, с.293-294,

зательств no делу.

Использоваяге неотносимого доказательства в качестве средства установления обстоятельств - іфайне редкое в практике явление. В опубликованных решениях Верховного Огда СССР по отдельным делам оно об-* наружено в 1,5^ случаев от общего числа дефектов процессуальных доказательств, а в решениях Верховного Суда Р(Ж5Р - в 0,8/S. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. - 0,5^. К примеру, по делу Юняева и Тимиряева, осужденных за ограбление Шарошина, в судебном заседании было допропено значительное количество свидетелей. Однако показания многих из них, как признала Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда НСФСР» проверявшая дело в кассационном порядке, “никакого отношения к факту ограбления Мирошина не имеют”^.

Чаще вышестощие суды обнаруживают невыясненность свойства допустимости и использования по этой причине недопустимых доказательств-. В опубликованной практике Верховного Суда СССР названный порок процессуальных доказательств выявлен в 12,случаев некаче- отвенности доказательств. Верховного Суда РСФСР - в 11%ш В практике Свердловского областного суда за 1979 г, -

Недопустимость доказательства возникает двзмя путями - в резудь-^ тате использования ненадлежащего источника информации и при нарушен НИИ предусмотренного законом порядка обнаружения, заїфепления и применения сведений о фактах дела*

По делу Фадеева, признанного виновным в совершении убийства, одним из осноюых доказательств суд счел действия собаки-ищейки, которая приівела работников милиции к дому обвиняемого. Судебная коллегия

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной

коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (Г957-І959 г.г.^. М., Госюриздат, I960, с.336-837.

no уголовным делам Верховвого Суда СССР отметкяа, что дебствиа слу- жебно- розыскной собакЕ доказательственЕого значеная не шеют, отменила приговор и направила дело на новое рассмотрение со стадии предварительного рас<іледоваяия^. Здесь органы следствия и суд первой инстанции использовали недопуотшюе доказательство, порочность которого состояла в непригодности источника.

Б абсолютном большинстве случаев недопустимость является резуль-^ татом несоблюдения правил оформления доказательств. ДЕЯ предварительного расследования характерно нарушение порядка выполнения такого следственного действия, как опознание. По делу Шаюкова опознание, как обнаружил вышестоящий суд, производилось с грубыми нарушениями процессуальных норм. Опознающие предварительно не допрашивались об обстоятельствах, при которых они видели обвиняемого, о приметах и особенностях, по которым они могут опознать преступника. Опознание как следственное действие по существу не выполнялось, так как после задержания Шаюкова показали потерпевшим, которые признали в нем правонарушителя. Вышестоящий суд признал опознание проведенным незаконно, отменил приговор, направив дело на дополнительное расследование^.

В судебном следствии чаще всего допускается нарушение процессуального порядка оглашения показаний свидетелей, потерпевших, подсудимых. По делу Михайлова суд огласил показания трех свидетелей. Однако в материалах дела нет данных о том, что суд принимал меры к вызову свидетелей в судебное заседание. Тем самым суд отступил от требований ст.286 УПК РСФСР, в соответствии с которой оглашение показа-

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Вер

\

ховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (1946-1962 г. г. М., К^ид. лит., І9Є4, СЛ52-І54.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР, Г978, ііі, с.7,

ний свидетеля допускается толысо в слзгчае неявки по причинам, исключающим возможность его явки в суд, либо при наличии существенных противоречий: в показаниям. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверявшая дело в кассационном порядке, указала, что суд первой инстанции обосновал приговор на доказательствах, которые не были исследованы в судебном заседании, отменила приговор и направила дело на новое рассмотрение^.

В подавляощем большинстве случаев недоброкачественность доказательств возникает в практике в результате неисследованности свойства достоверности использованной информации. Органы предварительного расследования и суд первой инстанция устанавливают факты при помощи сведений о иих, соответствие которых действительности вызывает сомнение. в опубликованной практике Верховного Суда СССР указанный порок доказательств выявлялся в 86% случаев признания доказательств недоброкачественными, Верховного Суда РСФСР - в 88,2^. В практике Свердловского областного суда за Г979 г. йеисследованность свойства до– стоверности доказательств органами предварительного расследования и судом первой инстанции обнаружена в 94,5^ от общего числа дефектов доказательств всех ввдов^

Вопрос о недостоверности доказательств возникает при выявлении вышестоящим судом противоречивой информации об одних и тех же обстоя- тельствах. Задача органов предварительного расследования и суда первой инстанции в процессуальном познании состоит, в частности, в установлении достоверности собранной информации. Если эта деятельность производится правильно, то в приговоре отражаются результаты иссле-

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда PdCP (l964-I972 г.г.) , М., Юриц. лит., 1974, с.537.

доваяия, a именно обоснование того, почему одни сведения признаны достоверными и положены в основу установления обстоятельств, а другие расценены как не соответствущие действительности и исключены из числа доброкачественных доказательств. В противном случае в деле остается противоречивая информация, выявляемая вышестоящим судом при кассахшонной или надзорной проверке.

Результаты изучения судебной практики показали, что исследование достоверности доказательств’ является наиболее сложной частью про- цессуального познания. Именно здесь кроется основная причина односторонности или неполноты уголовно-^одессуального исследования.

Следует различать внешнюю и внутренвю противоречивость доказательств, пороадающие недостоверность сведений. Первая наблюдается при сопоставлении взаимоисключающей информации об одних и тех же фактах, полученной из разных источников, В основу признания вины Кул- мурадова и Сопиева суд первой инстанции положил показания осужденного по этому же делу Мадазарова, утверждавшего, что преступление он совершил совместно с упомянутыми лицами. Они же категорически отрицали причастность к совершению престушіения, заявив, что Мадазаров их оговаривает. Суд, вынесший приговор, не указал, почему показания Мадазарова взяты им как достоверные, а показания других осужденных отвергнуты. Пленум Верховного Суда СССР, проверив дело в порядке судебного надзора, отметил, что доказательства по делу противоречивы, а судом первой инстанции эти противоречия не устранены. “При таком положении,- подчеркнул Пленум,- органам предварительного расследования надо бшіо самым тщательным образом выяснить взаимоотношения осужденных, обстоятельства их знакомства и начало их совместной деятельности”. Приговор отменен, а дело направлено на новое рассмотрение

CO стадии предварительного расследования^.

Здесь налицо внешняя противоречивость доказательств. Преверяя дело, вшестоящий суд пришел к выводу, что ни показания Мадазарова, ни показания других осужденных не могл^ быть использованы в качестве средств установления фактов, поскольку достоверность этих сведений судом, постановившим приговор, не выяснена.

Иногда недостоверность информации проявляется в рамках одного доказательства, т.е. сведения, полученные от одного носителя, разноречивы, В таких случаях наблюдается внутренняя противоречивость доказательств. Чаще всего она возникает при изменении показаний свидетелем, потерпевшим, обвиняемым. Так, Любшин, осужденный за убийство жены, на предварительном следствии пригнал вину, а в судебном заседании отрицал причастность к ее смерти, заявив, что она, возможно, скончалась от повреждений, полученных при падении. Дочь осужденного на предварительном следствии ж в судебном заседании по-разному освещала обстоятельства, относящиеся к поведению отца и месту его нахождения в день смерти матери. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РПФСР указала на неустраненнооть противоречий в показаниях осужденного и свидетеля. Отменив приговор. Коллегия направила дело на новое рассмотрение для ликвидации выявленных противоречий^.

Внутренние противоречия допускаются в практике реже, чем внешние. В опубликованных решениях Верховного Суда СССР последние выявлены в 60% случаев обнаружения недостоверности доказательств. Верховного Суда РОФСР - в 63^. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. - в 61^.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1973, с.23-25. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1975, JI4, с.9.

Количество доказательств^ связано с тагаш процессуальным способом накоплеяЕЯ доказательственного материала, как их собирание. Оно осуществляется при помощи следственных действий. Поэтому недостаточность доказательств, т.е. отсутствие необходимого по делу их числа, есть результат невыполнения следственных действий. Об упущениях органов предварительного расследования и суда первой инсташщи в проведении следственных действий свидетельствуют следующие данные, полученные в результате изучения и обобщения опубликованной: практики Верховного Суда СССР и Верховного Суда РСФСР, а также Свердловского областного суда за Г979 г.

% жх. непроведения по материалам: Вер.Суда Вер.Суда Обл.суда CP

icc:

  1. Допросы, очная ставка - « — - 46
  2. Опознание 8
  3. Выемка, обыск 2,6
  4. 4.Осмотры, освидетельствования, эксперимент 9,4

5.Экспертиза

  • обязательная. 14,8
  • факультативная 9,2
  • 6.Истребование веществ, до-

Виды следственных действий

РСФС: 42

9

4.2

13,2

10,5 10

нд 100

48

6

3,2

9.2

14 12

7,6 100

доказат-в, документов — 10

Итого — - 100

Как видно, основным следственным действием, невыполнение которого чаще всего влечет недостаточность доказательств, являются допросы. Такой недостаток характерен как для предварительного расследования.

так и судебного следствия.

По делу Гаджиева и др. следователь не установзал личности участников выпивки, после которой произошло преступление. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР, рассматривавшая дело в порядке судебного надзора, обнаружила, что остались неустановленными лица по имени Николай, Геннадий, Ира, Женя и допрос их не производился, хотя без показаний этих лиц обстоятельства дела являются невыясненными. Коллегия отменила приговор, направив дело на дополнительное расследование^.

Если невыполнение допросов на предварительном расследовании связано с неустановлением личности очевидцев иди иных лиц, могущих дать показания, то згпущения суда первой инстанции в проведении допросов состоят, как правило, в том, что из допрошенных на предварительном расследовании лиц в суд не вызываются и в судебном заседании не допрашиваются свидетели, потерпевшие, показания которых имеют значение ,цля установления фактов дела. По делу Омарова и Османова в судебном заседании были допрошены один потерпевший и два свидетеля. Второй потерпевший и три свидетеля, которые на предварительном следствии дали подробные показания об обстоятельствах преступления, судом не допрошены. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверив дело в кассационном порядке, отменила приговор, а дело направила на новое рассмотрение со стадюг судебного разбирательства^.

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (1946-1962 г.г.) • М., Юрид, лит., 1964, с.36-39.

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РОЇСР (I964-I972 г. г.) , М., Юрид. лит., Т974, с.527-528.

Часто не проводятся такое следственное действие, как экспертиза. Причем, как показало изучение практики, неназначение экспертизы в случаях, указанных в ст.79 УПК РСФСР, наЛнюдайтся чаще, чем по иным основаниям. По делу Женина, осужденного за ограбление. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР обнаружила, что мать осужденного - ПСИХЗІЧЄСКИ больной человек. Женин дважды находился на лечении в психиатрической больнице, Іфоме того, управляя неисправным трактором, он упал на лед с высоты 6 М. При всех этих обстоятельствах ни следователь, ни суд первой инстанции не назначили судебно- психиатрической экспертизы, хотя п. 2 ст. 79 УПК РСФСР пряш предусматривает обязательность ее проведения. Коллегия отменила приговор, направив дело на новое рассмотрение^.

При таких упущениях неназначение экспертизы расценивается вышестоящими судами как дефект, в первую очередь, предварительного расследования, Военная коллегия Верховного Суда СССР в определении по делу Суханова указана: “… обстоятельства, вызывающие необходимость исследования психического состояния Суханова, объективно существовали еще до передачи дела в суд и при надлежащем расследовании могли быть установлены следователем. Поэтому следует признать, что в силу ст. 79 УПК РС^СР судебно-психиатрическая экспертиза должна была быть проведена еще во время предварительного следствия”^.

Если же на предварительном расследовании экспертиза проводилась, но суд первой инстанции считает ее неудовлетворительной, то обязан-

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной

коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (І964-І972 г.г.) .

М., 1974, с.496-497.

^ Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам. (^1959-1971 г.г.) . М., 1973, с.374.

  • 120

HocTb назначить новую экспертизу возлагается на суд первой инстанции. Суд первоі инстанции возвратил дело по обвинению Акиша на дополнительное расследование на том основании, что следователь неполно проверил заявление обвиняемого о его душевном заболевании. Судебная коллегия Верховного Суда РСФСР отменила это определение. Коллегия указала, что следователем проводилась амбулаторная судебно-чісихиатричес- кая экспертиза, которой обвиняемой признан вменяемым. Если суд считает недостаточным проведение амбулаторной экспертизы или ставит под сомнение ее результаты, он вправе сам назначить экспертизу, не направляя дело на дополнительное расследование^.

Иногда недостаточность доказательств связана с неистребованием вещественных доказательств или документов, имеющих существенное значение для установления фактов дела. Осужденный Мансумов заявлял в судебном разбирательстве ходатайство об истребовании подлинника справки, утверждая, что ее копия неверна. Однако суд отклонил ходатайство и признал Мансумова виновным. Судебная коллегия по уголовным делам отменила приговор и направила дело на новое рассмотрение^.

Довольно распространенным недостатком органов предварительного расследования является непроведение осмотра места происшествия, след- ственного эксперимента. По делу Г. свидетели показали, что ночью из подъезда наблюдали происшедшее. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР обнаруашла, что “следственные органы не провели

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной

коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (І957-І959 г.г.) .

М.. I960. c,320-R2I. р

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (I946-I962 г.г.) . М., 1964, c,IR9-I40.

осмотра места происшествжя, не установили, моглж ли свидетели видеть те подробности преступления, о которых они показали”, и отменила приговор, направив дело на дополнительное расследование^.

Сопоставление полученных при изучении практики цифровых данных, характеризующих распространенность дефектов качества и количества до- казательств привело к таким выводам. Нарушение пределов уголовно-чіро- цессуаяьного исследования в части количества доказательств допускается органами предварительного расследования и судом первой инстанции намного реже, чем невыяснение правовых свойств доказательств, образующих их юридическое качество. При обобщении опубликованных решений Верховного Суда СССР выявлено, что из 223 дел, направленных на новое рассмотрение после отмены приговора в связи с односторонностью или неполнотой, по 46 делам (20,6/?) названное основание возникло из- за недостаточности доказательств, необходимых для установления фактов дела. По 177 делам (79,4^) причиной неполноты исследования дела послужила недоброкачественность имеющихся доказательств. По опубликованным решениям Верховного Суда РСФСР из 94 уголовных дел, направленных на новое рассмотрение, по 21 делу (22,3^) выявлена недостаточность доказательств, а по 73 делам (77,7;^) - их недоброкачественность. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. из 150 уголовных дел, направленных на новое рассмотрение, малочисленность доказательств обнаружена по 31 делу (20,7^) , тогда как по 119 делам (79,3^)- невыясненность свойств относимости, допустимости, достоверности имеющихся по делу источников с информацией.

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Вер

ховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (L946-I962 г.г.). М., 1964, С.І76-Г77.

ГЛАВА III

ПОСЛЕДСТВИЯ УСТАНОВЛЕНИЯ ВШЕСТОЩШ СУДАМИ ОДНОСТОРОННОСТИ ИЛИ НШОЛНОТН УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ИССЛЕДОВАНИЙ

§1 Отмена приговора с направлением дела на новое рассмотрение

В результате проверки дела в кассационном или надзорном порядке суд принимает одно из решений:, предусмотренных ст.339 либо ст»378 УПК РСФСР. Обнаружив при этом какое-^бо кассационно-надзорное основание, вышестоящий суд должен вынести решенне об отмене или изменении приговора» поскольку недостатки, пробелы, дефекты процессуальной деятельности органов предварительного расследования или суда первой инстанции, образущие данное основание, обусловливают незаконность и необоснованность приговора. Задача кассационного и надзорного производства состоит в проверке законности и обоснованности приговора I ст.332 УПК РСФСР) и восстановлении его правосудности при выявлении оснований к отмене или изменению приговора. J Значит, об оставлении приговора без изменения в таком случае не может быть и речи. Поэтому представляется опшбочным утверждение Л.А.Богословской, которая, характеризуя процессуальные последствия односторонности или неполноты, пишет: “проверяя законность и обоснованность приговора и применяя данное основание, кассационная инстанция оставляет приговор без изменений, а кассационную жалобу или кассационный протест без удовлетворения; либо отменяет приговор и прекращает дело производством; либо изменяет приговор”^.

Как видно, она считает возможным оставление приговора без изменения при односторонности или неполноте уголовно-процессуального ис-

^Богословская Л.А. Указ. соч., с.15.

следования. Каков же смысл простой констатации порочности проведенного по делу дознания, предварительного или судебного следствия без принятия мер к его устранению? Решение, предусмотренное в пЛ ст.339 УТЇК РСФСР, выносится вышестоящим судом при необнаружении оснований, к отмене или изменению приговора. В противном случае принимается одно из решений, указанных в п.п.2- 4 данной статьи. Среди них в первую очередь называется отмена приговора и направление дела на новое расследование или новое судебное рассмотрение, о котором Л.А.Богословская не упоминает.

Между тем в судебной практике в большинстве случаев выявления вышестоящими судами односторонности или неполноты выносится именно это решение, в опубликованной практике Верховного Суда СССР из 425 приговоров, отмененных по указанному кассационно-надзорному основанию, 223 приговора (около Ь2%) отменено с направлением дела на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования или судебного разбирательства. В опубликованной практике Верховного Суда РПФСР такое решение принято по 94 приговорам (приблизительно 85/?) из III приговоров, отмененных по основанию, предусмотренному ст.343 УПК РСФСР. Свердловский областной суд за 1979 г, применил ст.Я43 УПК РСФСР по 150 рассмотренным в кассационном и надзорном порядке уголовным делам и во всех случаях (lOO^) приговоры по ним бвші отменены с направлением дела на новое рассмотрение.

^^Вышестоящие суды, проверяя дела в кассационном или надзорном порядке, признают исследование по делу односторонним или неполным при невыясненнооти фактов«>ЯБлений, имеющих с^тщественное значение для постановления законного и обоснованнвго приговора. Восполнить пробелы их исследования эти суды, не превращаясь в апелляционную инстанцию, не могут. 1 Поскольку установление отмеченных обстоятельств осуществляется при помощи доказательств, на информационно-алогическом уровне уголовно-процессуального исследования, то лдя устранения односторонности или неполноты необходимо привлечь новые доказательства или признать отвергнутые судом первоі инстанции доказательства доб– рокачественнывлг. Такая деятельность относится к исключительной компетенции суда первой инстанции. Поэтому ликвидировать выявленную вышестоящим судом неисследованность фактов-явлений южно только после отмены приговора и направления дела на новое рассмотрение. Верховные суды ССПР и РСФСР неоднократно указывали на необходимость отмены приговора при односторонности или неполноте. “Неполнота судебного следствия,- отметила Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда псср в оиределении по делу Асояна,- является основанием к отмене приговора”^. “Приговор не может быть оставлен в силе, если в результате односторонности или неполноты предварительного следствия остались невыясненными в судебном заседании обстоятельства, имеющие существенное значение по делу”- таков тезис определения Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу Рудер^. “Односторонность и неполнота судебного следствия - основание к отмене приговора” - ясно и однозначно указала Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РШСР в определении по делу Тельгерекова от 17 апреля 1979 г.®.

^ Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховно

го Суда СССР по вопросам уголовного процесса (I946-I962J, М., Юрид. лит., 1964, с.247.

Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР fl96I-I963 г.г.] М., Грид. лит., 1964, с.377.

^ Бюллетень Верховного Суда РСФСР, 1979, Jfe7, с.7.

^Таким образом, при обнаружении односторонности или ненолноты вышестояпщй суд должен отменить приговор и направить дело на новое рассмотрение для устранения, внявленных пробелов. Лишь в одном случае вышестоящий суд может сам восполнить выявленные пробелы. Пленум Вер- ховного Суда СССР в постановлениях “О практике рассмотрения судами уголовных дел в кассационном порядке” от 17 декабря I97I г. и “О практике пересмотра в порядке судебного надзора приговоров, определений, и постановлений судов по уголовным делам” от 21 января 1974 г. разъяснил, что суды кассационной и надворной инстанций вправе восполнить пробелы в исследовании обстоятельств дела на основе дополнительно представленннх в вышестоящий суд материалов, при условии, что эти материалы бесспорны, т.е. не требуют проверки и оценки судом первой инстанции^, j

Обнаружив односторонность или неполноту уголовно-процессуального исследования, вышестоящий суд не сразу принимает решение об отмене приговора с направлением дела на новое рассмотрение, а обсуждает вопрос о практической возможности ликвидировать выявленные пробелы путем дополнительного расследования или нового судебного разбирательства. Если выяснится, что на предварительном расследовании и в судебном заседании были приняты все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств и доказательств, но тем не менее некоторые факты, имеющие существенное значение лдя правильного постановления приговора, остались невыясненными, направлять дело на новое рассмотрение не имеет смысла. При та-

^ См.: Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (l924-

1977 Г.Г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.352, 365.

КОЙ ситуации приговор подлежит отмене с прекращением дела^.

В большинстве случаев выявления односторонности или неполноты вышестоящие суды приходят к выводу о возможности устранения неиссле- доваяности обстоятельств при новом рассмотрении дела* Об свиде*- тельствуют вышеприведенные цифры.

Убедившись в практической- устранимости односторонности или неполноты, вышестоящий суд должен решить вопрос о том, в какой стадии уголовнсаю процесса - іч)едварительного расследования или судебного разбирательства надлежит восполнить пробелы в установлении обстоятельств дела?^

^Уголовно-процессуальный закон не содержит достаточно полного ответа на данный вопрос, Ст,348 УПК РСФСР предусматривает, что “в случае отмены приговора ввиду необходимости предъявления*.. обвинения, существенно отличающегося по фактическим обстоятельствам от первоначально предъявленного, дело направляется через суд, постановивший приговор, прокурору для дополнительного расследования”. Но как быть тогда, когда устранение односторонности или неполноты не связано с перепредъявлвнием обвинения?

в.и,Басков и О.П.Темушкин полагают, что при всестороннем и полном исследовании обстоятельств дела на предварительном расследовании, когда односторонность или неполнота возникла в судебном заседании, дело после отмены приговора следует направлять на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства. Когда же односторонность или неполнота - результат некачественно проведенного предварительного расследования, неисследованность фактов должна ликвидироваться, по

^ Об отмене приговора с прекращением дела см.: §2 настоящей главм.

мнению названных процессуалистов, органами предварительного рассле- дования^, Шыми словами, предлагается определять стадию, в которой следует восполнять односторонность или неполноту, по принципу - где допущены пробелн, там они и должны устраняться.

Такой взгляд представляется неубедительным. Здесь, думается, нужно исходить не из наказания того органа судопроизводства, который провел поверхностное уголовно-^оцессуальное исследование, обязав его исправить собственную ошибку, а из необходимости скорейшего ликвидирования односторонности или неполноты. Достижение данной цели ВО8М0Ж-‘ но при учете вышестоящим судом правила, содержащегося в ст.232 УПК РСФПР.

П.І CT.2R2 УПК РОФСР предписывает суду первой инстанции возвращать дело на дополнительное расследование лишь при тако2 неполноте, которая “не может быть восполнена в судебном заседании”. В прокурор^ ской и судебной практике значительное число определений суда первой инстанции о направлении дела на дополнительное расследование опротестовывается и отменяется ввиду несоблюдения указанного правил^ Так, дело по обвинению Крупенникова возвращено судом на доследование на том основании, что потерпевшая отказалась от показаний, данных ею на предварительном расследовании. Заместитель Прокурора РСФСР внес протест в Судебную коллегию по уголовным делам Верховного Пуда РГФПР, поскольку судебная коллегия и президиум областного суда оставили протест без удовлетворения. Заместитель Прокурора РСФСР указал на невыполнение судом первой инстанции требования, содержащегося в п.1 ст. 232 УПК РОФСР, отметив, что в данном случае неполнота могла быть ус-

^ См.: Басков В.й., Темушкин О.П. Прокурор в суде второй инстанции по уголовным делам. М., Юрид. лит., 1972. с.51-52.

транена в судебном заседании, для чего суд должен 6ш вызвать новых свидетелей с целью выяснения причин изменения поїсазанлй потерпевшей. Судебная коллегия по уголовным делам Верхрвного Суда РСФСР удовлетворила протест ж отменила определение суда первой инстанции о возвращении дела на доследование^,

^Хотя в законе и не предписано, что при направлении дела после отмены приговора на новое рассмотрение вышестоящий суд должен исхо-‘ дить из возможности устранения пробелов предварительного расследов- вания в судебном заседании, в практике это правило учитывается. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 25 июня 1975 г. “О судебной практике по делам об умышленном убийстве” разъяснил: “в случаях, когда в результате односторонности или неполноты проведенного следствия не были выяснены все обстоятельства убийства, имеющие существенное значение для правильного разрешения дела, и эти пробелы

не могут быть восполнены в судебном заседании - дело должно быть на-

9 )

правлено на дополнительное расследование”^. “Передача вышестоящим судом дела на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования должна иметь место только в том случае, когда соответствующие обстоятельства не могут быть выяснены при вторичном судебном рассмотрении без предварительных следственных действий”- отметил Пленум Верховного Суда СССР в постановлении по делу Костерина^. Воен-

^ См.: Вопросы уголовного права и процесса в практике прокурорского надзора за соблюдением законности при рассмотрении судами уголовных дел. М., Юрид, лит., 1976, с.440-441.

^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (l924r-I977 г.г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.186.

•3

Вопросы уголовного процесса в практике Верховного Суда СССР. М., К)риздат, 1948, с.378.

НЫЙ трибунал округа, отменив приговор, направил дело по обвинению Козлова на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования, так как “органами следствЕЯ допущена существенная неполнота, которая не может быть восполнена в судебном заседании”^.

В процессуальной теории многие юристы указывают на необходимость соблюдения вышестоящими судами правила, содержащегося в п.Х ст.232 УПК РСФСР. “Производство по делу,- пишет М.СФ Строгович,- возобновляется со стадии предварительного следствия тогда, когда по делу была допущена такая неполнота, которая не могла быть восполнена судеб- ным следствием”’^.

в связи с этим представляется неубедительным мнение П.Шевченко, который полагает, что, поскольку суд первой инстанции вправе производить любые следственные действия, то “по существу суд лишен права возвратить дело к доследованию по мотивам неполноты следствия, а

о

должен сам доследовааеь его””^. Согласно такоь^у взгляду, вышестоящий

^ Пборник постановлений Пленума и определении Коллегий Верховного Суда СПОР по уголовным делам (I959-I97I г,г.)м,, Юрдц, лит., 1973, С.ЇЇ7І.

^Строгович М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. М,, Изд. АН СССР, 1956, с,208. См. также: К у - ц о в а Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе. Предмет, цель, содержание, М., Юрид. лит., 1973, с.147; Коренев- с к и й in.Б. Судебная практика и совершенствование, предварительного расследовашм. М., їОрйд, лит., 1974, с.74- 78; Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора. М., Наука, 1975, с.253-254 и др.

о

“^Шевченко я. Основащія возвращения дела на доследование нуждаются в уточнении.- Сов. юстиция, 1972, І624, с.II.

суд, отменив приговор по основанию, предусмотренному ст.343 УПК РСФСР, должен всегда направлять дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства, так как суд первой инстанции может устранить любые пробелы, допущенные на предварительном расследовании.

Категоричность данного подхода очевидна. Согласиться с шш, значит превратить суд первой инстанции в орган расследования. При рассмотрении дела суд первой инстанции всегда располагает результатами предварительного расследования^, причем в таком объеме доказательственного материала, который признан самим же судом достаточным для судебного разбирательства (ст.221 УПК РСФСр). Проводя новое, самостоятельное исследование обстоятельств и доказательств по делу^, суд иногда убеждается в необходимости выяснения таких фактов, которые не отражены в имеющихся доказательствах, либо доказательств, собранных на предварительном расследовании, недостаточно для установления некоторых обстоятельств. В этом случае “суд вправе… вынести определение о вызове новых свидетелей, назначений экспертизы, истребования документов и других доказательств (ст.276 УПК РСФСр). Поскольку закон связывает восполнимость пробелов предварительного расследования с условиями судебного заседания (п.1 ст.232 УПК РСФСр), то суд первой

^ За исключением дел так называемого частного обвинения.

р

См.: П е р л о в И.Я. Судебное следствие в советском уголовном процессе, М., Госюриздат, Г955, с.19-28; Болкодаев Н.В. Судебное следствие. Автореферат каад. дис., Саратов, Г968, с.6; Ч е - д ж е м о в Т. Суд должен активно исследовать обстоятельства дела.- Соц. законность, 1970, №11. с.25; Талинский Э.Г. Судебное следствие в советском уголовном процессе. Автореферат канд. дис., Харьков, 1972, с«7 и др.

инстанции может устрашіть лишь такую неисследованность обстоятельств, которая не выходит за рамки судебного разбирательства. Но если ликвидация пробелов предварительного расследования возможна в судебном заседании, суд обязан это сделать^.

Таким образом, разрешая вопрос о стадии, в которой надлежит устранить односторонность или неполноту уголовно-процессуального исследования, вышестоящий суд исходит не только из того, какой орган допустил неисследованность фактов дела, но и из возможности восполнения пробелов предварительного расследования судом первой инстанции.

Анализ судебной практики свидетельствует о том, что в большинстве случаев восполнение односторонности или неполноты возлагается вышестоящими судами на органы предварительного расследования. В опубликованной практике Верховного Суда СССР из 223 приговоров, отмененных по названному основанию с направлением дела на новое рассмотрение, 145 уголовных дел (б5^) возвращены со стадии предварительного расследования, а 78 дел (35^) - со стадии судебного разбирательства, В опубликованной практике Верховного Суда РСФСР 94 дела, приговоры по которым были отменены по ст.343 УПК РСФСР, направлены на новое рассмотрение. Из них по 66 делам (70^) Верховный Суд РСФСР поручил устранить неисследованность обстоятельств органам предварительного расследования, а по 28 делам (зо^) такая обязанность возложена на суд первой инстанции. Свердловским областным судом в 1979 году

^См.: Коротич В.А. Доказывание при судебном разбирательстве уголовного дела. Автореферат канд. дис., Киев, Г974, с, 14; Власов В.Й. Направление уголовных дел для дополнительного расследования. Автореф. канд. дис., М., 1975, с,20; Чеджемов Т.Е. Судебное следствие, М., Юрид. лит., 1979, с.З и др.

из 150 направленных на новое рассмотрение уголовных дел, приговоры по которым были отменены по ст.343 УПК РСФСР, 86 дел (57^) возвращены на стадию предварительного расследования, а 64 дела (43^) - на стадию судебного разбирательства.

Приведенные цифы показывают, что хотя в большей части устранение односторонности или неполноты возлагается на органы предварительного расследования, тем не менее значительное число уголовных дел, по которым выявляется отмеченное основание, направляется для восполнения пробелов со стадии судебного разбирательства. Каковы же критерии, позволящие суду кассационной или надзорной инстанции определить стадию, в которой надлежит ликвидировать неисследованность обстоятельств дела? Закон их не называет. Между тем для успешной деятельности вышестоящих судов ответ на данный вопрос имеет важное практическое значение.

Б судебной практике такие критерии просматриваются. Определяя стадию, в которой следует устранить выявленную односторонность или неполноту уголовно-процессуального исследования, вышестоящие суды исходят, на наш взгляд, из следующих факторов.

А. Возможность обнаружения новых доказательств органами предварительного расследования или судом первой инстанции.

Односторонность или неполнота уголовно-процессуального исследования может быть устранена чаще всего, как сввдетельствует практика, путем обнаружения и использования по делу новых, т.е. не рассмотренных органами расследования и судом первой инстанции, доказательств. По делу Тилагова и др., признанных виновными в убийстве Усманова, Пленум Верховного Суда СССР, проверявший дело в порядке надзора, выявил ряд невыясненных фактов. Осталось неустановленным, каким образом потерпевший оказался в поселке, когда он появился в магазине поселка,

с кем встречался в это время. Не выяснено место гибели Усманова, причина его смерти и дфугие обстоятельства. Пленум указал, что для устранения пробелов Б исследовании данных фактов необходимо разыскать и установить лиц., встречаввшхся с потерпевшим в день его смерти, найти доказательства, необходимые для выяснения времени посещения Усма- новым магазина, места его гибели, а также проверить причастность к событию иных лиц. Отменив приговор. Пленум направил дело на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования^.

Обнаружив неисследованность обстоятельств, имеющих существенное значение по делу, вышестоящий суд в данном случае мог только назвать такие факты, определив их в качестве цели, не указывая на процессуальные средства ее достижения. Их надо отыскать и, исходя из результатов поиска, использовать те или иные Доказательства.-ДЕЯ восполнения: пробелов. Такая задача под силу только органам предварительного расследования с их специфическими условиями деятельности, тесным контактом с органами дознания. Поэтому, когда устранение односторонности или неполноты связано с розыском новых доказательств, нельзя возлагать эту обязанность на суд первой инстанции, который практически не имеет возможности производить данную деятельность.

Анализ судебной практики показывает, что в большинстве случаев именно необходимость поиска доказательств для восполнения пробелов обусловливает выбор стадии предварительного расследования с которой направляются дела на новое рассмотрение. В опубликованной практике Верховного Пуда СССР действие этого фактора проявилось по 65^ дел от всего числа направленных на новое рассмотрение, Верховного Суда РОФСР - по 68%, В практике Свердловского областного суда за 1979 г.

^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1979, J65, с,18-21.

  • 134 -

  • no 62^ уголовных дел.

Б. Характер следственных действий ж возможность их выполнения в условиях предварительного расследования или судебного заседаяия.

Зачастую вшестоящий суд, обнаружив неисследованность фактов, может указать на источники сведений и назвать конкретные следственные действия, проведение которых нужно для устранения односторонности или неполноты, в таких случаях, определяя стадию, в которой надлежит восполнить пробелы, вышестоящий суд исходит из того, какие следственные действия необходимо выполнить и какой орган судопроизводства может наиболее эффективно их произвести.

По делу Бабараимова суд кассационной инстанции отменил приговор и направил дело на новое рассмотрение со стадии судебноге разбирательства. При этом суду первой инсташщи было дано указание обнаружить документ, оставшийся в доме осужденного. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР отменила определение и направила дело на предварительное расследование. Так как “по делу необходимо провести ряд следственных действий,- указала Коллегия,- суду надлежало передать дело на новое рассмотрение не со стадии судебного разбирательства, а со стадии предварительного расследования”^.

Вышестоящий суд отменил приговор по делу Шапошникова, направив дело на дополнительное расследование для производства автотехничес- кой экспертизы. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР отметила, что дело обоснованно возвращено на новое рассмотрение, поскольку не выяснены обстоятельства автодорожного происшествия. Однако Коллегия признала, что по делу не требовалось выполнить дру^»

^ См.: Вопросы уголовного процесса в практике Верховного Суда СССР. М., Юриздат, 1948, с.125-126.

ГИЄ следственные дetcтвия. Указав, что “суд вправе сам, не направляя дела на дополнительное расследование, назначить экспертизу, если по делу не требуется собирать дополнительные доказательства”, Коллегия отменила определение областного суда и направила дело на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства^.

Приведенные примеры свидетельствует об ошибках вышестоящих судов в решении вопроса о стадии, в которой следует устранить односторонность или неполноту. Причина их заключается в том, что неправаль- но учитывались возможности выполнения тех или иных следственных действий в условиях предварительного расследования и судебного заседания. Исходя из характера следственных действий и возможности их производства органами предварительного расследования и судом первой инстанции, можно полагать, что при восполнении пробелов путем выполнения осмотра места происшествия, очной ставки, опознания, эксперимента, выемки, обыска дело подлежит направлению на дополнительное расследование. Если же для устранения односторонности или неполноты требуется произвести допросы, освидетельствование, экспертизы, то дело следует направлять на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

В опубликованной практике Верховного Суда СССР указанный фактор учитывался в 30^ случаев отмены приговора с направлением дела на новое рассмотрение, а Верховного Суда РСФСР - в 21%^ В практике Свердловского областного суда за 1979 г. - в 35^,

В. Количество доказательств и время, необходимое для их иссле-

^ См.: Сборник постановлений Президиума и определений Судебной

коллегии по уголовном делам Верховного Суда РСФСР (^1964-1972 r.r*J. М., Юрид. лит., 1974, с,538.

  • 136 -

дованяя.

Иногда устраненне односторонности или неполноты связано с исследованием значительного числа доказательств. Даже если в условиях судебного заседания их рассмотрение возможно, вышестоящие суды воз– лагагот эту работу на органы предварительного расследования, йцесь учитывается больший срок дополнительного расследования, позволяющий, правильно установить пределы исследования по делу в части количества доказательств. Выявив наиболее оптимальный круг доказательств, под-* лежащих использованию по делу, органы предварительного расследования дают возможность суду первой инстаїщви исследовать в судебном заседании необходимое число доказательств для достоверного установления обстоятельств дела.

По делу Чуракова Свердловский областной суд, рассматривавший дело в кассационном порядке, выявил неполноту предварительного расследования. Отметив, что “народный суд лишен возможности восполнить пробелы предварительного следствия, поскольку это связано с вызовом в судебное заседание значительного количества дополнительных лиц”, вышестоящий суд направил дело на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования^.

В опубликованной практике Верховного Суда СССР указанный критерий определял выбор стадии, в которой следовало восполнить выявленные пробелв, Б от общего числа приговоров, отмененных при односторонности или неполноте. Верховного Суда РСФСР - в 35?. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. - в Zt.

Г. Необходимость обеспечения прав и законных интересов участников процесса.

Появление новых доказательств в судебном заседании существенно

^ См.: Архив Свердловского областного суда за 1979 г.

затрагивает интересы участников судопроизводства. Если на предварительном расследовании они имеют значительный отрезок времени с момента ознакомяения с материалами дела до рассмотрения дела в суде, что позволяет им подготовить свою позицию в судебном заседании, то устранение пробелов судом сокращает этот срок или сводит его к минимуму.

При проверке дела по обвинению Резниченко в кассационном порядке в вышестоящий суд поступили новые материалы, не рассматривавшиеся судом первой инстанции. Кассационный, суд отменил приговор, а дело направил на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства. Пленум Верховного Суда СССР отменил это решение, указав следующее: “правильно отменив приговор, коллегия, однако неправильно передала дело на новое судебное рассмотрение вместо передачи его со стадии предварительного расследования, поскольку эти материалы не были предметом предварительного исследования и не предъявлялись Резниченко в соответствии со ст.218 УПК УССР”^. Здесь Пленум Верховного Суда СССР, отменяя определение суда кассационной инсташщи, исходил из необходимости более полного обеспечения прав и законных интересов обвиняемого.

В опубликованной практике Верховного Суда СССР названный фактор выявлен по 1% приговоров, отмененных при односторонности или неполноте с направлением дела на новое рассмотрение, а Верховного Суда РСФСР - по 2%. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. - по 1%,

^ См,: Сборник постановлений Пленума и определений: Коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса. М., Юрид. лит., 1964, С.292.

  • 138 -

Названные іфитерии позволяют вышестоящему^ cjpiy определять стадию процесса, в KOTopoft следует устранять обнаруженную односторонность или неполноту исследования дела. С учетом всего сказанного, представляется целесообразным дополнить уголовно-процессуальный закон, в частности ст.348 УПК РСФСР, HopMot следующего содержания: установив односторонность или неполноту дознания, предварительного или судебного следствия, и, признав возможным его устранение, вышестоящий суд отменяет приговор, а дело направляет на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства. Если восполнение односторонности или неполноты в судебном заседании невозможно, то дело подлежит направлению на дополнительное расследование.

Определяя стадию, в которой следует лиЕВидировать выявленные пробелы, вышестоящий суд учитывает: возможность обнаружения новых доказательств органами предварительного расследования или судом первой инстанции; характер следственных действий и возможность их выполнения в условиях предварительного расследования или судебного заседания; количество доказательств и время, необходимое для их исследования; необходимость обеспечения прав и законных интереоов участников процесса.

§2 Отмена приговора с прекращением уголовного дела

л

Среди решений, принимаемых вышестоящим судом при проверке дела в кассационном или надзорном порядке, уголовно-процессуальный закон называет отмену приговора с прекращением дела (п.З ст.339, п.2 ст. 378 УПК РСФСР). Б соответствии со ст,349 УПК РСФСР такое решение выносится при наличии оснований, предусмотренных ст.ст.5-9 и 402 УПК РСФСР, а тавже в том случае, “если доказательствами, рассмотренными

  • 139 -

судом первой инстанции, предъявленное подсудимому обвинение не под- тверждено и нет оснований для производства дополнительного расследования и нового судебного рассмотрения”

Піоскольку вышестоящий суд не вправе устранять обнаруженнзпо по делу односторонность или неполноту, то при необходимости восполнения пробелов в установлении обстоятельств, являюпщхся основаниями прекращения дела в соответствии со ст.ст.5-9 и 402 УПК РСФСР, суд кассационной или надзорной инстанции должен отменить приговор, а дело направить на новое рассмотрение. Такая ситуация возникает чаще всего при поступлении в вышестоящий суд дополнительных материалов, свидетельствующих о наличии оснований к прекращению дела. Однако они должны быть рассмотрены судом первой инстанции и только после признания им доброкачественными материалы могут быть положены в основу преіфа- щения уголовного дела. “На основе документов, представленных в суд второй инстанции, и опровергающих доказательства, положенные в обоснование приговора, нельзя выносить определение о прекращении дела”- указала Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР в определении по делу Пашкова^. Исключение составляют те случал, когда обстоятельства, устанавливаемые дополнительными материалами, не нуждаются в выяснении судом первой инстанции в силу бесспорности таких материалов (факт смерти осужденного после подачи им кассационной жалобы, недостижение осужденнным возраста уголовной ответственности, отсутствие прежней судимости и т.п,)^, ,

^ Сборник постановлений Президиума и определений Судебной кол

легии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (^1964-1972 r.r.j . М., Юрид. лит., 1974. с.562.

^ См.: Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (l924- 1977 г.г.) . Часть 2, М., Известия, 1978, с.352.

^ Сказанное не означает, что отмена приговора с преіфащением дела при односторонности или неполноте уголовно-процессуального исследования возможна только кнк исключение из правила, запрещающего вше– стоящим судам принимать такое решение. Среди оснований прекращения дела одно является разновидностью односторонности ияи неполноты. Оно названо в ч,2 ст.349 УЖ РСФСР как недоказанность предъявленного подсудимому обвинения, !

Законодатель связывает прекращение дела по этому основанию с наличием двух условий: а) “доказательствами, рассмотренными судом первой инстанции, предъявленное подсудимому обвинение не подтверждено…” и б) “… нет оснований для производства дополнительного расследования и нового судебного рассмотрения”.

I

Несомненно, речь в данной норме идет о недоказанности на инфор- мационно- логйческом уровне процессуального исследования, т.е. о том, что собранными и проверенными в судебном заседании источниками с информацией обстоятельства предъявленного обвинения не подтвердились. Бели судом первой инстанции допускаются опшбки при выяснении обстоятельств на основе уже установленных, доказанных фактов, то такие упущения во всяком случае исправимы. Это может сделать в некоторых случаях вышестоящий суд^ либо суд первой инстанции после отмены приговора может исправить опшбки логического характера^ При недостаточности же процессуальных доказательств для признания обвинения подтвераден- нык^ иногда складываются ситуации, когда все возможности для обнаружения новых источником с информащей исчерпаны, с одной стороны вышестоящий суд не может признать обвинение обоснованным, с другой — он не видит практической возможности устранить выявленные пробелы путем

Об этом подробнее см.: §3 настоящей главы.

отмены приговора с направлением дела на новое рассмотрение, ибо до- полнительное расследование или новое судебное разбирательство не даст никаких результатов. Однако приговор нельзя оставить в силе, так как он неправосуден» Необходимо аннулирование решения суда первой, инстанции, что осуществляется путем отмены приговора с прекращением дела по Ч.2 CT.349 УПК РСФСР.

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении по делу Сахалянца отметил: “обвинительный приговор был вынесен при наличии ряда обстоятельств, не исследованных по делу*.. При таких условиях следует признать, что дело требовало бы дополнительного расследования. Учитывая, однако, что в данный момент исследование всех обстоятельств за давностью происшествия не представляется возможным, и, принимая во внимание, что собранные по делу доказательства являются недостаточными для признания обвинения Сахалянцу доказанным, уголовное дело следует производством прекратить”^.

Таким образом, в ч.2 ст.349 УПК РСФСР имеется в виду недоказанность фактов- явлений, входяцих в обвинение, установление которых производится при помощи источников с информацией, т.е. процессуальных доказательств. Невыясненность же обстоятельств, познаваемых на основе уже доказанных фактов, всегда устранима.

Поскольку возможность восполнения пробелов в исследовании обстоятельств уголовного дела, выявленных вышестоящим судом, служит в качестве критерия, позволяющего суду кассационной или надзорной инстанции решать, подлежит ли дело после отмены приговора направлению на новое рассмотрение (если устранение пробелов практически возможно).

^ Вопросы уголовного процесса в практике Верховного Суда СССР, и, ^ Гссюриздат, 1948, с.85.

либо прекращенЕЮ в связи с недоказанностью обвинения (если пробелы восполнить нельзя), то можно утверждать, что в Ч.2 ст.349 УПК РСФСР предусмотрена специфическая разновидность односторонности или неполноты. Ее особенность заключается в том, что она неустранимая, в отличие от той односторонности или неполноты исследования по делу, которая может быть ликвидирована на новом рассмотрении.

По делу Федорцева, осужденного Свердловским областным судом, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверявшая дело в кассационном порядке, обнаружила неполноту следствия, выразившуюся в том, что из числа лиц,, участвовавших в избиении потерпевшего, не установлен виновный в убийстве. Первоначально к уголовной ответственности привлекался Силкин, затем Николаев, после него Федорцев. Но при этом рщ обстоятельств, имеющих значение для установления виновности Федорцева, остались невыясненными. Коллегия отметила, что “не нашлось также оснований: и для прекращения дела производством, так как еще не исчерпаны все возможности для установления виновного в убийстве Корнилаева. В частности, по делу не установлены лица по имени “Николай” и “Валентин”, о которых говорил перед смертью Корнилаев, отвечая на вопрос врача о том, кто нанес ему удар ножом”. Коллегия отменила приговор, а дело направЕла на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования^,

Диденко и Орехов осуадены за совершение хулиганских действий в помещении столовой, в судебном заседании они признали факт посещения столовой, но категорически отрицали причастность к нанесению побоев

^ См.: Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений

Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (I96I- 1963 Г.Г.). М., Юрид. лит., 1964, с.366-368.

  • 143

потерпевшему. Свидетели, допрошенные по делу, показали лишь о том, что видели осужденных в столовой^ кто же нанес побои, никто из свидетелей точно указать не мог. Пленум Верховного Суда СССР, проверявший дело в надзорном порядке, признал, что “все указанные обстоятельства вызывают сомнения в обоснованности приговора. Однако дополнительное расследование за давностью события не может дать эффективного результата, а собранные доказательства не являются достаточными для признания обвинения доказанным”. Пленум отменил приговор, а дело прекратил за недоказанностью предъявленного подсудимым обвинения^.

В обоих приведенных случаях вышестоящий суд выявил по делу односторонность или неполноту уголовно-сроцессуального исследования, поскольку обстоятельства, имеющие существенное значение для постановления приговора, остались невыясненными. Однако по делу Федорцева неисследованность фактов признана вышестоящим судом восполнимой. Поэтому после отмены приговора дело направлено на новое рассмотрение. По делу же Диденко и Орехова вышестоящий суд пришел к выводу о невозможности устранения обнаруженных пробелов, что повлекло отмену приговора с прекращением дела по основанию, предусмотренному ч,2 ст.349

УШС Р(ЖР.

Ґ

  • в судебной практике значительное число уголовных дел, приговоры по которым отменяются іфи односторонности или неполноте, прекращаются вышестоящими судами за недоказанностью предявленного обвинения. В опубликованной практике Верховного Суда СССР из 425 приговоров, отмененных по указанному основанию, 202 приговора (около 48^)отменено с прекращением дела за недоказанностью предрьявленного обвинения, В

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Вер

ховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (І946-І962 r.r.j . М., Юрид. лит., 1964, c.2vS5-237.

опубликованной практике Верховного Суда РСФСР такое решение принято по 17 приговорам (приблизительно 155^) из III приговоров, отмененных по основанию, предусмотренному ст.343 УПК РСФСР. В практике Свердловского областного суда за 1979 г. из 150 приговоров, отмененных по указанному основанш), ни одно дело не прекращалось за недоказанностью предъявленного подсудимому обвинения. )

I

Изучение материалов уголовных дел, рассмотренных кассационной и надзорной инстанций Свердловского областного суда, показало, что названный суд не всегда решается применить основание, содержащееся в Ч.2 ст.349 УЇЇК РСФСР, при очевидной невосполшшости выявленных пробелов. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда, проверявшая дело по обвинению Тихомирова в кассационном порядке, отменила приговор в связи с неполнотой и направила дело на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования, В основу обвинения Тихомирова в нарушении правил дорожного движения, повлекшее смерть девочки, бш1 положен следственный эксперимент, проведенный через полтора года после происшествия (дело неоднократно возвра- щалось на дополнительное расследование^, Но обстановка места, на котором проводился эксперимент, изменилась. Убраны кустарники, произведена планировка местности, срезаны ветви деревьев. Все это улучшило видимость и девочка, поставленная при эксперименте на дороге, хорошо была видна издали. Тихомиров же утверждал, что потерпевшую увидел в последний момент, когда она внезапно появилась перед машиной и наезд уже невозможно было предотвратить. Свидетели, допрошенные по делу, не бьии очевидцами происшествия, а видели лишь потерпевшую после наезда^.

См.: Архив Свердловского областного суда за 1979 г.

При таких обстоятельствах вышестоящему суду следовало отменить приговор и преіфатить дело за недоказанностью предгьявленного обвинения, так как возможности для обнаружения и привлечения новых доказательств утрачены. Неслучайно в определении об отмене приговора с направлением дела на новое рассмотрение вышестоящий суд не указал, какие доказательства можно добыть для устрешения выявленных пробелов, а ограничился общими формулировками о более тщательном исследовании обстоятельств дела.

Прекращение дела по ч,2 ст.349 УПК РСФСР как явствует из формулировки данного основания допускается при неисследованности и невозможности установления не любых обстоятельств, имеющих существенное значение по делу, а лишь тех фактов, которые охватываются обвинением. Такие обстоятельства многочисленны и разнохарактерны. Поэтому содержание обвинения по тому или иному делу различно. Так, по делу о хищении государственного имущества необходимым элементом обвинения является размер причиненного преступлением ущерба. По делу же о хулиганстве данное обстоятельство находится за рамками обвинения. В связи с этим возникает вопрос: при неисследованности каких обстоятельств: принимается решение о прекращении дела за недоказанностью обвинения? Всякое ли это обстоятельстве, входящее в обвинение, либо крут фактов, недоказанность которых влечет указанное последствие, ограничен?

Б продессуальной теории С.А.Шейфером высказано мнение, что основание, предусмотренное Ч.2 ст.349 УПК РСФСР, “по существу охватывает собой как случай, когда недоказано участие обвиняемого в совершении преступления, так и случай, когда недоказанным представляется само событие преступления либо состав преступления”^.

^ШейферС.А. Прекращение дела Б советском уголовном процессе. Автореферат канд. дис,, М., 1963, с.21.

Как ВЦЦНО, прекращение дела по указанному основанию;) рассматривается как последствие неисследованности и невосполнимости пробелов установления не всякого факта, входящего в содержание обвинения, а лишь некоторых таких обстоятельств. Обращение к судебной практике показало, что неисследованность таких фактов, как вменяемость, форма вины, мотив, цель, способ, характер и размер ущерба, обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, и ряд иных всегда могут быть достоверно установлены органами предварительного расследо-» вапия и судом первой инстанции. Поэтому их невыясненность устранима пзгтем дополнительного расследования или нового судебного разбирательства. В судебной практике не выявлен ни один случай отмены приговора с прекращением дела за недоказанностью обвинения при неисследованности отмеченных обстоятельств. Однако мы нв?мо»вм согласиться с при^ веденным суждением С.А.Шейфера о проявлениях основания прекращения дела, предусмотренного ч.2 ст.349 УЖ РСФСР. На наш взгляд, недоказанность предъявленного обвинения выступает только в двух видах, а именно как недоказанность противоправного события и как недоказанность участия обвиняемого в совершении преступления

Специфика прекращения дела за недоказанностью события преступления заключается в том, что лицо привлекается к уголовной ответственности при наличии сомнений в существовании самого противоправного события. Обвинение колеблется в той части, в которой утверждается, что факт противоправных действий (бездействий) обвиняемого имел место в действительности.

Наумов осужден за попытку похищения денег из кассы магазина. Согласно приговору, он воспользовался отсутствием продавца, зашел за барьер и, согнзгвшись направился к кассе, ж которой находилось около 5 тысяч рублей. Не дойдя до кассы двух метров, осувденный быя замечен

продавцом ж задержан. Виновным себя Наумов не признал, объяснив, что зашел за барьер для того, чтобы выяснить у директора возможность приобретения пальто в кредит. Суд первой инстанции отверг показания Наумова, сославшись на свидетелей Свистун, Рудь и Гвденко. Однако они не подтвердили обвинение. Рудь и Гнденко сами не видели происшедшего, так как пришли на крик Свистун. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, рассматривавшая дело в кассационном порядке, признала обвинение недоказанным и не нашла возможностей для устранения выявленных пробелов. Коллегия отменила приговор, а дело прекратила производством по ч.2 ст.349 УПК РСФСР^,

В данном случае недоказанность обвинения проявилась в виде не- установления события преступления. Поскольку одновременно имеются и подозрения в попытке совершения кражи и допускается возможность того, что осужденный пытался, хотя и несколько странным образом, пройти к директору магазина, вынесенный приговор в части события преступления нельзя считать правосудным. Нет возможностей и для достоверного установления наличия или отсутствия события, ввиду явной безрезультатности поиска новых доказательств.

В опубликованной практике Верховного Суда СССР из 202 уголовных дел, прекращенных по недоказанности предъявленного обвинения, 36 дел (около 18^) прекращено в, связи с недоказанностью события преступлен ния. Верховного Суда РСФСР из 17 дел - 4 дела (приблизительно 23%),

Отмену приговора с преіфащенжем дела за недоказанностью события преступления не следует смешивать с другим основанием преіфащения дела, а именно с отсутствием события преступления (п.1 ст.5 УПК РСФСР

^ Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (ї96І-І963 г.г. М., Юрид. лит., 1964, с.370-371.

Различие между ними заключается в неодинаковом характере зна- ния о фактах, образующих указанные основания. Прекращение дела по Ч.2 ст,349 УПК РСЖ5Р производится, как отмечалось, при невозможности сделать категорический вывод из имеющихся доказательств как о нали~ чин, так и об отсутствии события, о котором идет речь в обвинении, п.г ст.5 УПК РСФСР применяется вышестоящим судом в тех случаях, когда имеюощеся в деле доказательства достоверно свидетельствуют об отсутствии события. Вопрос о недоказанности обвинения здесь не ставится, поскольку расс1ютренные судом первой инстанции доказательства позволяют считать отсутствие события доказанным. Ошибка суда, вынесшего приговор, состоит в неправильном выводе о существовании гтого факта.

Карапетян и Бадалян признаны виновными в попытке хищения госу- дарственного имущества из аптеки. Осрикенные отвергли обвинение, заявив, что лищь зашли во двор аптеки и были задержаны работником милиции. Из протокола осмотра места происшествия видно, что окно аптеки разбито, в решетке отогнута только одна спица. Пропажи товаров не обнаружено. Работник милиции дал противоречивые показания. Вначале он утверждал, что видел, как один из задеіасанннх проник в аптеку, а затем показал, что задержал обвиняемых во дворе аптеки. Пленум Верховного Суда СССР, рассматривавший дело в порядке судебного надзора, признал осуждение Карапетяна и Бадаляна необоснованным, отменил приговор и прекратил дело за отсутствием события преступления^.

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам (І959-Г97І г.г.). М., Юрид. лит., 1973, с.316-817.

  • Г49 -

В данном случае имеющиеся доказательства достоверно свидетельствовали об отсутствии события преступления. Суд первой инстанции произвел неправЕяьный вывод о его наличии. Поэтому здесь вшесто?к щий суд установил, по нашему мнению, несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, т.е. основание, предусмотренное ст.344 УПК РСФСР, разновидностью которого является прекращение дела по п.1 ст.5 УПК РСФСР. Если бы вшестоящим судом была обнаружена невыясненность события- явления, то это повлекло бы отмену приговора либо с направлением дела на новое рассмотрение (при устранимости пробела), либо с прекращением дела по недока- зашости предъявленного обвинения (при невосполнимости пробела),

Другим видом основания, предусмотренного 4.2 ст.349 УПК РСФСР, является недоказанность участия обвиняемого в совершении престзгпле- ния. Его особенность заключается в том, что при достоверном установ- лении события противоправного деяния остаются серьезные сомнения в причастности к данному преступлению лица, привлеченного к уголовной ответственности,

Марков осужден за неосторожное уничтожение строящегося здания школы в результате небрежного обращения с огнем. В обвинении утверждалось, что он бросил непогашенный окурок, от чего произошел пожар. Осужденный отверг обвинение, заявив, что не курил в здании. Заключение экспертизы неконкретно. В нем указано, что возникновение пожара от брошенного окурка наиболее вероятно. Свидетель Прохоров в судебном заседании не только не подтвердил обвинение, но по существу опроверг его, показав, что видел, как РЛарков вхо,днл в помещение школы, но при этом не курил. Свидетель Варинов заинтересован в исходе дела, так как перед пожаром находился в здании школы вместе с Марковым. Оба они курящие, к тощ же Баринов дал показания, уличающие Маркова, лишь на пятом по счету допросе. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, проверявшая дело в кассационном пордцке, при- знала предъявленное Маркову обвинение не подтверященннм имеющимися доказательствами, исключила возможность устранения обнаруженных пробелов в установлении обстоятельств и отменила приговор, прекратив дело производством^.

органами предварительного расследования и судом, вынесшим приговор, не доказана причастность Маркова к установленному событию « пожару. Имеются некоторые данные, дающие возможность подозревать Маркова, но в то же время многие доказательства вызывают сомнения в его причастности к уничтожению здания школы. Направление дела на новое рассмотрение не дало бы никаких результатов. Поэтому вышестоящий суд, отменив приговор, прекратил дело за недоказанностью обвинения.

В опубликованной практике Верховного Суда СССР из 202 уголовных дел, прекращенных по названнов^у основанию, 166 дел (около 82%) прекращено по недоказанности участия обвиняемого в совершенном преступлении, а Верховного Суда РСФСР из 17 дел - 13 (приблизительно 77%), Такой высокий процент прекращения за недоказанностью участия в сравнении с прекращением за недоказанностью события объясняется, на наш взгляд, тем, что проблема раскрытия преступления связана с установлением лшщ, его совершившего. Вопрос же о событии преступления разрешается значительно легче.

Прекращение уголовного дела за недоказанностью участия обвиняемого в совершении преступления близко к прекращению дела по такому

^ См.: Сборник постановлений Пленума, Президиума и определений

Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (I96I- Т963 г.г.). М., Юрид. лит., Г964, с.372-374.

основанию, как отсутствие в деянии состава преступления (п.2 ст.5 УПК РСФСр). Однако это различные основания прекращения дела, которые нельзя отожцествлять. Дифференциация их основывается, по нашему мнению, на разграничении фактов-явлений и фактов-сущностей, а также предопределяемым этим отлзічением односторонности или неполноты от несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела.

Прекращение дела по ч.2 ст.349 УПК РСФСР производится при неустранимых недостатках информационно-логического уровня процессуального исследования, т.е. при неустановлении причастности лица к деянию как явления^ Вопрос же о наличии состава преступления ставится в том случае, когда причастность обвиняемого к деянию доказана. Остается определить имеется или отсутствует правовая сущность установленного противоправного события.

Гусейнов Ф. осужден за соучастие в убийстве Алиева. Преступление совершено при следующих обстоятельствах. Увидев дерущихся Алиева и своего брата - Гусейнова М., осужденный подбежал к ним и стал удерживать Алиева. Б это время Гусейнова М» пытался усмирить Баширов. Но Хусейнов М. вырвался и нанес потерпевшему УДар ножом. Все свидетели и осужденный показали, что Гусейнов Ф. не способствовал преступлению, а пытался разнять дерущихся, прекратить драку. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР, рассматривавшая дело в порядке надзора, не согласилась с выводом суда первой инстанции о виновности Гусейнова Ф,, указав: “выводы суда о соучастии Гусейнова Ф, в уби^ стве потерпевшего основаны исключительно на предположениях и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела”. Коллегия отменила приговор, прекратив дело в отношение Гусейнова Ф. за отсутствием в его действиях состава преступления^.

Поскольку все факты-явления в отношение Гусейнова Ф. установлены достоверно, то о недоказанности обвинения не может быть речи. Приговор порочен в части вывода о сущности доказанных обстоятельств. Вместо того, чтобы признать действия подсудимого не противоправными, суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о наличии состава престзгпления. Такие ошибки образуют не односторонность или неполноту уголовно- процессуального исследования, а несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Именно так квалифицировал выявленные при рассмотрении дела упущения суда, постановившего приговор, вышестоящий суд.

Отличие прекращения дела по ч.2 ст.849 УПК РСФСР от прекращения по основанию, предусмотренному п.2 сТо5 УПК РСФСР, заключается также в том, что для решения вопроса о наличии или отсутствии состава престзгпления в действиях обвиняемого не нужно собирать новые доказательства. Поскольку неправильный вывод о сущности фактов-явлений есть результат логической ошибки, то для его исправления достаточно пересмотреть выводы суда первой инстанции. Иное дело, “когда вопрос о причастности лица к преступлению остается открытым: имеются серьезные основания для подозрения, но нет возможности собрать убедитель«~ ные доказательства, которые изобличали бы обвиняемого в совершении преступления. Поскольку на основании одних только подозрений не может быть вынесен обвинительный приговор, дело прекращается за недока-

^ См.: Сборник постановлений Пленума и опредалений Коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (I946-I962 r.r.j. Ч,, ІОрид. лит., 1964, с.253-254.

занностыо участия обвиняемого Б совершении преступления”^.

Сказанное позволяет утверлдать, что основанже прекращения дела, предусмотренное Ч.2 от.349 УПК РСФСР, проявляется только в виде не- доказанности собьлия преступления и недоказанности участия обвиняемого в совершений преступления. Ошибки суда первой, инстанции в решении вопроса о наличии или отсутствии состава преступления в действиях подсудимого логического характера и поэтому всегда устранимы.

Исходя из всего приведенного, считаем целесообразным по-иному изложить Ч.2 ст.349 УПК РСФСР, а именно: если доказательствами, рассмотренными судом первой инстащщи, предъявленное обвинение в части наличия события преступления или участия обвиняемого в совершении преступления не подтверждено и нет оснований для производства дополнительного расследования и нового судебного рассмотрения,

§3 Возможно ли изменение приговора при односторонности или неполноте уголовно-процессуального исследования?

Ст.49 Основ (ст.342 УПК РСФСр) не разграничивает, какие нз перечисленных оснований влекут отмену приговора, а какие - его изменение. Поскольку все они объединены под обшей рубрикой - “основания к отмене или изменению приговора”, то можно полагать, что каждое из них является основанием как отмены, так и изменения приговора. Более конкретный ответ на этот вопрос содержится в ст.350 УПК РСФСР, в которой содержатся правила изменения приговора. Такое решение вышестоящий суд вправе принять при неправильном применении уголовного закона

^Давыдов П.М., М и р с к и й Д.Я. Прекращение уголовных дел в советском уголовном процессе. М., Госюриздат, 1963, с.62.

или назначенжи наказания, не соответствующего тяжести преступления: и личности обвиняемого, т.е. по уголовно-правовым каосационно-надзор”- ным основаниям, предусмотренным ст.346 и ст.347 УПК РСФСР. Отсюда можно предположить, что односторонность или неполнота расценивается законодателем как основание отмены, но не изменения приговора.

В юридической литературе высказаны различные мнения по вопросу о праве вышестояпщх судов вносить изменения в приговор по основанию, предусмотренному ст.343 УПК РСФСР. Э.Ф.Кумова, П.А.Лупинская, Э.Ф. Шейно и другие процессуалисты считают, что вышестоящие суды, обнаружив односторонность или неполноту исследования дела, не могут вносить изменения в приговор, а полномочны лишь отменять его^. В.А.Поз- нанский, В.Д.Арсеньев, Л.А.Богословская и некоторые другие юристы рассматривают односторонность или неполноту основанием как отмены, так и изменения приговора^.

^ См.: К у ц о в а Э.Ф. Советская кассация как гарантия законности в правосудии. М., Госюриздат, 1957, с. 193; Лупинская П.А., Шейно Э.Ф. Советский уголовный процесс. Лекции. В 7чт выпусках, Вып.?, М., ВЮЗЙ, 1959, с.24; Перлов И.Д. Надзорное производство в уголовном процессе. М., Юрид. лит., 1974, с.149; Г л у - ш к о в B.C. Изменение приговора в кассационной, инстанции. Автореферат канд. дис., М., 1979, с.15 и др.

^См. :Познанскнй В.А. Односторонность или неполнота предварительного или судебного следствия как основание к отмене или изменению приговора.- Уч. зап. Саратовского юрид. ин-та, Вып.8, Саратов, 1959, с.52; Арсеньев В.Д. Специфика и пределы оценки доказательств вышестоящим судом.- Сов. государство и право, 1966, i^, с.71-74; Богословская Л.А. Указ. соч., с,15; Алексе- е в В. Основания и пределы изменения приговоров кассационной инстанцией.- Сов. юстиция, 1967, №20, с.25-26 и др.

В.А.ПознанскиЙ полагает, что изменение приговора по названному основании возможно путем исключения некоторых обстоятельств, когда невыясненные факты “настолько незначительны, что отмены нецелесообразна”^, Позицию В.А.Познанского разделяет Б.А.Моршинин^.

Такой подход к допустимости изменения приговора при односторонности или неполноте исследования по делу представляется неубедительным, Если обстоятельства, оставшиеся неустановленными на предварительном расследов?шии или в судебном заседании, имеют существенное значение для правильного разрешения дела, то их надо выяснить, а при невозможности - прекратить дело в этой части. Если же такие факты не имеют существенного значения по делу, то не будет односторонности или неполноты уголовно- ^оцессуального исследования.

вопрос об изменении приговора по основанию, предусмотренному ст.343 УПК РСФСР, связан с проблемой восполнения вышестоящим судом пробелов, допущенных органами предварительного расследования или судом первой инстанции, в установлении обстоятельств дела, поскольку вынести названное решение суд кассационной, или надзорной инстанции может только устранив односторонность или неполноту.

Уголовно-процессуальный закон запрещает суду, рассматривающеь^ дело в кассационном или надзорном порядке, “устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им…” (ст.ст.352, 380 УПК РСФСр), а также “вносить в приговор изменения, основанные на не установленных судом первой инстанции об-

^ПознанскиЙ В.А. Указ. соч., с.52. ^См.: Моршинин В.А, Односторонность или неполнота как кассационное основание,- В сб. Применение норм процессуального права. Свердловск, 1977, с,133.

стоятельствах или отвергнутых им доказательствах” (ст.350 УПК РСФСР).

Пленум Верховного Суда Г!ССР в руководящих разъяснениях указал на недопустимость изменения приговора с установлением НОВІК фактов: на основании дополнительно представленных в вышестоящий суд материалов, за исключением тех случаев, когда факт, выясняемы! при помощи таких материалов, не требует дополнительной проверки судом первой инстанции^.

Однако в судебной практике вопрос о праве судов кассационной и надзорной инстанций устанавливать новые обстоятельства и вносить на их основе изменения в приговор решается по-разномуу

Зотов осужден за то, что после удара, нанесенного ему кем-то из группы подростков. (кем конЕфетно установить не удалось , ударил Дюдина поленом по голове, причинив тяжкие телесные повреждения. Судебная коллегия по уголовным делам областного суда, проверявшая дело в кассационном порядке, признала, что удар Зотову нанес Дюдин и прекратила дело производством, считая, что Зотов действовал в состоянии необходимой обороны. Президиум областного суда указал, что коллегия, установив новый факт - нанесение удара Зотову .Цюдиным, нарушила требования ст.352 УПК РСФСР, в соответствии с которой суд кассационной инстанции не вправе устанавливать факты, не выясненные приговором. Президиум отменил определение коллегии, а дело направил на новое кас-

^ См,: Постановления Пленума Верховного Суда СССР: “О практике рассмотрения судами уголовных дел в кассационном порядке” от 17 декабря І97І г. и “О практике пересмотра в порядке судебного надзора приговоров, определений и постановлений судов по уголовным делам” от 21 января 1974 г. (сборник постановлений Пленутла Верховного Суда СССР ^1924-Г977 г.г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.352, 365.).

  • 157 -

J

сационное рассмотрение’

Шарипов осужден за умыпшенное убийство Нурматовой, совершенное при следующих обстоятельствах. Председатель колхоза Шарипов дал указание спшшть дерево, росшее у канала. Подошедшая Нурматова стала выяснять» почеь^ рубят дерево. На этой почве между ними возникла ссора, во время которой Шарипов схватил Нурматову за руку и резко дернул. От внезапного рывка потерпевшая упала, ударилась головой о бетон и от ползгченных повреждений скончалась. Пленум Верховного Суда СССР, проверявший дело в порядке судебного надзора, признал, что Шарипов не сознавал в полной мере общественной опасности своих действий и не допускал сознательно наступления смерти Нурматовой, хотя мог и должен был предвидеть наступление таких последствий* Пленум установил, что осужденный.совершил убийство не умышленно, а по неосторожности и изменил приговор в части уголовно-правовой квалж^ка- ции деяния и размера наказания^.

В обоих приведенных примерах вышестоящий суд установил новое об- стоятельство, изменив на его основе приговор. Однако по делу Зотова такое решение является незаконным, а по делу Шарипова - не выходящим за рамки правоьючий вышестоящего суда.

{ Исходя из такой практики вышестоящих судов, В.Д.Арсеньев полагает допустимым установление новых фактов при рассмотрении дел в кассационном или надзорном порядке и внесение на основе выясненных обстоятельств изменений в приговор по основаниям, предусмотренным ст. 343 и ст.344 УПК РСФСР, при условии неухудшения положения осуаден-

^ См.: Бюллетень Верховного Суда РОФСР, 1978, №3, с.16. ^ См.: Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, JiB, с.9-10.

Horo^.

с данной: точкой зрения, на наш взгляд, согласиться нельзя. Для разрешения вопроса о правомочии вышестоящих судов устанавливать новые обстоятельства и вносить на их основе изменения в приговор при односторонности или неполноте и несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела необходимо, во- первых, различать факты- явления и факты-сущности и, во-вторых, дифференцировать содержание оснований, предусмотренных ст.343 и ст.344 УПК РСФСР. )

Установление фактов-явлений осуществляется при помощи процессуальных доказательств. Эта часть исследования по уголовному делу составляет исключительную компетенцию органов предварительного расследования и суда первой инстанции, которые могут собирать, проверять и оценивать доказательства. Обнаружив пробелы в выяснении фактов-^яв- лений, вышестоящий суд не вправе их устранить. Для этого дело подлежит направлению на новое рассмотрение. Пленум Верховного Суда СССР /. в постановлении “О практике рассмотрения судами уголовных дел в кассационном порядке” от 17 декабря І97Г г. разъяснил, что “по смыслу закона всякое дополнительное расследование по делу (допрос обвиняемых, свидетелей, производство выемки, обыска, осмотра, экспертизы

и др.) может производиться лишь после отмены приговора с направлением дела на новое судебное рассмотрение…”^.

^См. :АрсеньеБ В.Д. Специфика и пределы оценки доказательств вышестоящим судом,- Сов. государство и право, 1966, ifeS, с,71- 73; О н же. Новые материалы и новые обстоятельства по уголовному делу в вышестошем суде.- Сов. юстиция, 1973, J45, с.12.

^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (і924-Г977 г.г.) . М., Известия, Ч.2, Ї978, с.352.

В постановленш по делу Соватова ІЬденум Верховного Суда СССР подчеркнул недопустимость установления новых обстоятельств вышестоящим судом и отметил: “установление таких фактов является исключит ель- ной прерогативой суда первой инстанции и производится в результате судебного рассмотрения дела с соблюдением процессуальных норм, не применяемых при рассмотрении дела в кассационном порядке или в порядке судебного надзора”^.

Если вышестояща суд устанавливает новые факты-явления, то такое решение признается незаконным. Смирнов и Кайгородов осуждены за оставление Лаврова в опасном для жизни состоянии. Приговором установ^ лено, что травмированного потерпевшего осужденные бросили в снег у дороги. Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда, рассматривавшая дело в кассационном порядке, признала в определении, что Кайгородов лишь помогал Смирнову перенести Лаврова с дороги, чтобы на него не наехал транспорт. Президиум областного суда отменил определение коллегии, указав на недопустимость установ- ления новых фактов судом кассационной инстанции^. Здесь вышестоящий суд установил новый факт-явление, чем нарушил требование ст.352 УПК РСФСР.

(выяснение фактов-сущностей относится к сфере рационального познания, где оперирование процессуальными доказательствами не производится. Следовательно, логический уровень уголовно-процессуального исследования не связан с условиями предварительного расследования

^ Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (і946-І962 г.г.) . М., Юрид. лит., 1964, с.272,

^ См.: Архив Свердловского областного суда за 1979 г.

и судебного разбирательства. Поэтому правовые свойства доказанных фактов- явлений вшестоящий суд пересматривать вправе.

Обнаружив пробелы в установлении фактов-явлений, вышестоящий, суд констатирует односторонность или неполноту уголовно-процессуального исследования. Если же названные обстоятельства судом первой инс- тадии доказаны, но допущена ошибка в выяснении гос юридических свойств, суд кассационной или надзорной инстанции признает выводы суда, изложенные в приговоре, несоответствр)щими фактическим обстоятельствам дела. При этом вышестоящий суд может пересмотреть правовую сущность установленных фактов-явлений, т.е. выяснить новые факты-сущности, если такое решение не ухудшает положения осужденного (ст.340 УПК РСФСР).J

г

Практика идет по такому пути. Пленум Верховного Суда СССР в постановлении по делу Харламова указал, что “надзорная инстанция при несоответствии выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела может внести изменения в приговор, не передавая дела на новое рассмотрение суда первой инстанции”^. J

Тимонова осуждена за злостное хулиганство, проявившееся, как установлено приговором, в следуїзщем. В квартиру осужденной пришла общественница Оберюхтина, чтобы щучить Тимоновой повестку о вызове в товарищеский суд. Осужденная повестку не приняла, оскорбила потерпевшую и нанесла ей несколько ударов, причинив легкие телесные повреждения без расстройства здоровья. По делу также установлено, что осужденная и потерпевшая проживают в одном доме, между ними издавна сложились неприязненные отношения. Судебная коллегия по уголовным

^ Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам (І959-І97І г.г.) . М., Юрид. лит., 1973, с.388.

  • І6Г

делам Свердловского областного суда, рассматривавшая дело в кассационном порддке, признала выводы суда первой инстанции, изложенные в приговоре, несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. Коллегия исправила ошибку суда, вынесшего приговор, определив, что Ти- монова действовала не из хулиганских побуждений, а на почве личных неприязненных отношений и внесла изменения в приговор, переквалифицировав уголовно-правовую оценку деяния с Ч.2 ст.206 на ч.2 ст.112 УК РСФСР^. В данном случае вышестоящий суд установил новый факт-сущ- ность, на основе которого внес изменения в приговор. Такое решение не п^тиворечит нормам уголовно-процессуального закона.

Сказанное позволяет утверждать, что содержащийся в законе запрет вышестоящим судам устанавливать новые обстоятельства и изменять на юс основе приговор распространяется лишь на факты-явления и относится к односторонности или неполноте уголовно-процессуального исследования. Установление новых фактов-сущностей и внесение на их основе изменениі в приговор, т.е. исправление ошибок суда первой инстанции, образующих основание, предусмотренное ст.344 УПК РСФСР, не противоречит характеру деятельности суда кассационной и надзорной инстанций, если не ухудшается положение осужденного. )

^Поскольку в законе “должна быть точно указана та грань, за которой полномочия вышестоящего суда по установлению фактов кончаются”^, считаем необходимым дополнить нормы, регулирующие деятельность вышестоящих судов, в Ч.2 ст.350 УПК РСФСР после слов: “кассационная инс-

^ См.:АрхиБ Свердловского областного суда за 1979 г. р

^МотовиловкерЯ.О. О некоторыз: вопросах уголовно- процессуального законодательства,- Сов. государство и право, 1964, №5, с.114.

танцйя не вправе вносить в приговор изменения, основанные на не ус- тановленных судом первой иноташщи обстоятельствах или отвергнутых им доказательствах” следует указать: за исключением тех случаев, когда принятие такого решения основано на пересмотре правовой сущности доказанных судом первой инстанции фактов, если не ухудшается положение осужденного. В ст.ст.352 и 380 УПК РСФСР, в которых закреплено, что суд, рассматривающий дело в кассационном порядке или в порядке судебного надзора “не вправе устанавливать или считать доказанными факты, которые не были установлены в приговоре или отвергнуты им. внести дополнение: за исключением установления иной юридической сущности доказанных судом первой инстанции обстоятельств.^

§4 Вынесение частного определения

Ст.355 УПК РСФСР предоставляет право суду, рассматриващему дело в кассационном порядке, “частным определением обратить внимание соответствующих должностных лиц на нарушения, допущенные при произ- водстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении дела судом.,.”. Закон не упоминает о таком праве суда надзорной инстанции. Однако Пленум Верховного Суда СССР в постановлении “О практике пересмотра в порядке судебного надзора приговоров, определений и постановлений судов по уголовным делам” от 21 января 1974 г. разъяснил: “отменяя приговор… вследствие существенных нарушений закона, допущенных в процессе расследования или судебного разбирательства дела, суд надзорной инстанции в необходимых случаях своим частным определением должен обратить на это внимание соответствующих должностных лиц”^»

^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР I924-I977 г.г. , Часть 2, Известия, Ж, 1978, с,366.

в практике частные определения выносятся при неисследованности обстоятельств, способствовавших совершению преступления. Несовершен- нолетний Хозяинов осужден за совершение тяжкого преступления. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР, рассматривавшая дело в кассационном порядке, обнаружила, что органами предварительного расследования и судом первой инстанции не устанавливались обстоятельства, способствовавшие совершению преступления осужденным. Он состоял на учете в детской комнате милиции, был направлен на згче- бу в ГПТУ, где вел себя недостойно, а затем оставил училище, возвратился к родителям, общественно- полезным трудом не занимался. “Все это, - отметила Коллегия,- обязывало органы следств:ия и суд допросить лиц, хорошо знавших условия жизни осужденного, выполнения родителжли обязанностей по его воспитанию и другие обстоятельства, в частности, относящиеся к учебе в профессионально- техническом училище, выяснить причины оставления этого училища, ознакомиться с деятельностью административных органов, связанных с исправлением и перевоспитанием Хозяинова. Однако этого сделано не было”. Коллегия оставила приговор без изменений, а вынесла частное определение в адрес должностных лиц,, обратив их внимание на недостатки предварительного следствия и судебного разбирательства в выяснении обстоятельств дела^.

Но не всегда неисследованность причин и условий, способствовавших совершению преступления, влечет постановление частного определения. В некоторых случаях такие пробелы ведзгт к отмене приговора. Так, Алексанян осужден за хулиганские действия, проявившиеся в том, что, отбывая наказание в исправительно-трудовой колонии, требовал предоставления свидания с матерью. Когда ему в этом было отказано из-еа

^ См.: Бюллетень Верховного Суда РШСР, 1978, Л4, с,8.

позднего времени, Алексанян учрінил хулиганские действия. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда СССР, проверявшая дело в порядке судебного надзора, вііявила ряд неисследованных обстоятельств, Осужденный объяснял, что, получив передачу от матери* с ут~ ра до вечера ждал с ней свидания. Увидев, что поситители, которые пришли позже его матери, уже встретились с осуаденными и ушли, а его мать все ждала, он обратился к администрации с просьбой разрешить ему свидание. Получив отказ, поднял шум, стал ругаться. Мать осужденного показала, что целый день ждала свидания с сыном, обращалась к администрации, но не получила ответа. Коллегия признала, что “обстоятельства, имеюшие значение по делу для установления причин, побудив-^ ших Алексаняна к совершению правонарушения в колонии, остались невыясненными, чем грубо нарушены требования закона, согласно которым лицо, производящее дознание, следователь, прок^рюр и суд обязаны вы- яснять обстоятельства, способствовавшие совершению преступления и принять меры к их устранению”. Т(оллегия отменила приговор, а дело направила на новое рассмотрение со стадии предварительного расследования^.

Чем же объясняется неодинаковый подход вышестоящих судов к оценке значимости обстоятельств криминогенного свойства, в результате чего их неисследованность в одних случаях влечет отмену приговора, а в других - лишь вынесение частного определения?

“Причинная цепочка, объясняющая преступное поведение, не только длинна и сложна, но и разнообразна”^. Обстоятельства криминогенного

^ См.: Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам (і959-І97І г.г.), М,, Юрид, лит., 1973, с.328-329.

^Кудрявцев В. Н. Причинность в кртйинологии о структуре индивидуального преступного поведения . м., Юрид, лит., 1968, с.9.

характера классифицируются по близости к событию преступления на причины и условия первого и дальнейшего звеньев, на ближайшие и отдаленные, на непосредственные и опосредствованные^.

Обстоятельства, способствующие совершению преступления, первого звена, ближайшие, непосредственные неразрывно связаны с установлением элементов состава преступления, поскольку они объясняют первопричину исследуемого деяния. Поэтому от их установления зависит выяснение таких фактов, как событие преступления, виновность обвиняемого, мотивы совершения преступления. Эти причины и условия входят в содержание обвинения и называются в формуле обвинения. Соответственно, не- установление первопричин преступления приводит к неисследованностл обстоятельств, образующих состав преступления, что обусловливает неправосудность приговора.

Более отдаленные причины и условия, способствующие совершению преступления, не влияют на установление обстоятельств состава преступления, так как непосредственно не объясняют противоправное событие, виновность, мотивы преступления. Они характеризует глубинные, не находящиеся в прямой связж с преступлением причины и условия его совер^ шения. Поскольку такие обстоятельства не называются в формулировке обвинения, то вышестоящие суды, обнаружив их неисследованность, расценивают выявленные пробелы как невлияющие на правосудиость приговора, т.е. не образующие основания, предусмотренного ст.343 УПК РПФСР. В таких случаях суды кассационной и надзорной инстанций оставляют приговор без изменений, ограничиваясь вынесением частного определения в

^См.: Советская криминология. М., Юрид. лит., 1966, с.57-58; Криминология. М., юрид. лит., 1979, с.30-31 и др.

соответствии CO CT.355 УПК РСФСР^.

Таким образом, судебная практика кассационного и надзорного производства рассматривает пробелы в исследовании криминогенных обстоятельств, не входящих в обвинение, как процессуальное нарушение, а не как упущения в познавательной сфере деятельности органов предварительного расследования и суда первой инстанции, поскольку в ст.355 УПК РСФСР речь вдет о “нарушениях, допущенных при производстве дознания, предварительного следствия или при рассмотрении дела судом,,.”. На наш взгляд, это не только противоречит смыслу закона, но и не соответствует уровню требований, предъявляемых в настоящее время к процессуальной деятельности органов судопроизводства в деле выявления и устранения причин и условий, способствующих совершению преступлений.

Проблема искоренения преступности и причин, ее порождающих, связана, как определено в Программе КПСС, с задачей предупреждения пре- ступности, профилактагки правонарушений*^. Эти требования приобрели нормативный характер во многих статьях уголовно^роцессуального закона, В ст.2 Основ ст.2 УПК РСФСР деятельность по предупрелщению и искоренению преступлений закреплена в качестве одной из задач уголовного судопроизводства. Ст.21 УПК РСФСР обязывает органы, производящие расследование и рассмотрение уголовных дел, “выявлять причины и условия, способствовавшие совершению преступления,..”. Указание на

^ См,: М о т о в и л о в к е р Я,0< Процессуальные вопросы выявления и устранения обстоятвльств, способствующих совершению преступлений.- В сб, Юрвдические гарантии применения права и режим социалистической законности в СССР. Ярославль, 1978, c,II4-I22.

^ См.: Программа Коммунистической партии Советского Союза. М., Политиздат, 1976, с.106.

необходямость выяснения обстоятельств, способствовавших совершению преступления, содержится в раде других статей уголовно-процессуального закона ( ст,ст.68,213,392 УПК РСФСР).

Пленум Верховного Суда СССР в постановлении “О практике вынесения частных (особых) определений по уголовным делам” от 14 октября 1964 г. признал нужным “обязать суды в соответствии с требованиями закона по каждому уголовному делу принимать необходимые меры к наиболее полному установлению причин и условиіі, способствовавших совершению преступления”^, в постановлении “О повышении уровня осуществления правосудия в свете решений ХХУ съезда ЕПСС” Пленум Верховного Суда СССР указал: “при расследовании уголовных дел судам необходимо вскрывать и глубоко исследовать причины и условия, способствовавшие совершению преступления”^, в постановлении “О задачах судов в свете постановления ЦК КПСС “Об усилении работы по охране правопорядка и усилении борьбы с правонарушениями” и Закона о Верховном Суде СССР” Пленум Верховного Суда СССР призвал суды “активизировать работу по выявлению причин и условий, способствующих совершению преступлений”^, практически в каждом постановлении, содержащем руководящие разъяснения по отдельным категориям дел, Пленум Верховного Суда СССР подчеркивает необходимость строгого соблюдения закона в части выяснения обстоятельств криминогенного свойства^.

^ Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (і924г-Г977 Г.Г.). Часть 2, Известия, 1978, с.344.

^ Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, ІІЄ, с,10. ^ Бюллетень Верховного Суда СССР, 1980, АІ, с.25. ^ См.: Постановления Пленума Верховного Суда СССР: “О практике применения судами законодательства о борьбе с рецидивной преступно- стью” от 25 июня 1976 г.; “О судебной практике по делам о хищении

Как подчеркивает В.И.Теребилов, “принятие мер к выявлению и устранению причин, способствующих возникновению опасных преступлений:, дожно быть не вспомогательным моментом в работе следователя, а составной частью следствия, не менее важной, чем исследование фактичео- ких обстоятельств самого преступления”^.

Сказанное свидетельствует о том, что выяснение обстоятельств криминогенного свойства при расследовании и рассмотрении уголовных дел составляет неотъемлемую часть уголовно-^оцессуального исследо^ вания. Неслучайно законодатель, определяя круг фактов, подлежащих доказыванию по делу, называет среди них обстоятельства, способствовавшие совершению преступления (ч,2 ст,68 УПК РСФСр). Следовательно, по правовой значимости криминогенные факты стоят в одном ряду с теми обстоятельствами, от установления которых зависит постановление законного и обоснованного приговора, т.е. являются необходимым элементом предмета доказывания в уголовном судопрюизводстве. Иначе го-

государственного и общественного шу^ущества” от 24 июня 1968 г.; “О по- вышении роли судов в борьбе с хищениями социалистической собственности, в выявлении и устранений причин и условий, порождающих эти преступления” от 28 ноября 1975 г.; “О судебной практике по делам об умыЕпленном убийстве” от 27 июня 1975 г,; “О судебной практике по делам о спекуляции” от 13 декабря 1974 г.; “О судебной практике по делам о взяточничестве” от 23 сентября 1977 г.; “О судебной практике по делам о хулиганстве” от 16 октября 1972 г, и др. (см,: Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР I924-I977 г.г. . М., Известия, 1978, C.62.I63,193*93,225,243,26Г).

с

^ТеребиловБ.И. В обществе, строящем коммунизм, не должно быть места преступности.- Соц. законность, 1961, ЛгГО, с,17.

воря, в криминогенных фактах выясняется одно из свойств изучаемых в уголовном судопроизводстве явленні.

Признание за обстоятельствами, способствовавшими совершению преступления, равной юридической значимости с фактами, обусловливающими законность и обоснованность приговора, влечет необходимость наступления одинаковых процессуальных последствий при их невыяснении органами предварительного расследования и судом первой инстанции. Это возможно в том случае,если при обнаружении вышестоящим судом пробелов в установлении обстоятельств, способствовавших совершению преступления, приговор будет отменяться с направлением дела на новое рассмотрение дяя устранения выявленных пробелов. При этом не имеет значения, схватываются обвинением или находятся за его рамками факты криминогенного свойства. Если вышестоящий суд придет к выводу о необходимости и возможности установления таких; обстоятельств, он должен принять меры для ликвидации их неисследованности. Нельзя полагать, что задачи борьбы с причинами и условиями преступности зависят от того, включаются в формулировку обвинения или не упоминаются в ней обстоятельства криминогенного характера. Именно отдаленные, опосредствованные причины и условия, способствовавшие совершению пре- ступления, могут в большинстве случаев объяснить противоправное поведение правонарушителя.

Возможность отмены приговора с направлением дела на новое рассмотрение по мотивам неисследованности обстоятельств криминогенного свойства обладает, несомненно, значительно большей воздействующей силоИ, чем частное определение. Как известно, число дел, возвращенных на дополнительное расследование или новое судебное разбирательство, является одним из показателей работы органов предварительного расследования и суда первой инстанции. Отмена приговора при неиссле- дованностж обстоятельств, способствовавших совершению преступления, являлась бы существенным процессуальным средством обеспечения всестороннего 7! полного установления фактов криминогенного свойства. Вынесение же в таких случаях частного определения, как сложилось в судебной практике, не соответствует задачам органов уголовного судопроизводства по вскрытию причин преступности и принятию мер по их устранению.

Поскольку законодатель рассматривает частное определение как средство реагирования вышестоящих судов на допущенные органами расследования или судом первой инст^щии процессуальные нарушения, то названное решение законно и обоснованно при обнаружении пробелов в установлении обстоятельств уголовнонзроцессуального характера. Причем тех из них, неисследованность которых уже невозможно устранить. К примеру, применение привода обвиняемого без выяснения причин его неявки по вызовам следователя выступает процессуальным нарушением, допущенным следователем в процессе расследования дела. Основа этого нарушения - неисследованность уголовно- ^оцессуального обстоятельства, а именно - причины неявки обвиняемого. Обнаружив данное нарушение, вышестоящий суд может отреагировать на него только частным определением, так как устранить выявленный пробел невозможно. Однако предупредить повторение такого рода нарушений нужно, что достигается частным определением в адрес должностных лиц.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Односторонность или неполнота уголовнО”^іроцессуального исследования как основание пересмотра приговора возникает в результате упущений, ошибок органов предварительного расследования или суда первой инстанции в наиболее трудоемком и сложном аспекте их деятельности - познавательном. Б этой связи важное значение для успешного осуществления задач згголовного судопроизводства имеет правильное понимание лицами, производящими расследование и рассмотрение дел, содержания, структуры, предмета, пределов, всесторонности, полноты уголовно-процессуального исследования. Методологической основой уяснения названных понятий служит диалектика философских категорий “явление-сущность”, “качество-количество” применительно к уголовноніроцессуальному познанию.

Признание нетождественности доказательств и обстоятельств обусловливает, во-первых, включение в число познаваемых в судопроизводстве явлений наряду с факташ ж доказательств; во-вторых, необходимость различения в каждом из них явления и сущности. Это влечет несколько иное, чем сложилось в юридической литературе, понимание содержания процессуального исследования. Оно состоит не только в собирании, проверке, оценке доказательств, но и в выяснении юридических сущностей доказанных обстоятельств.

На разграничении явления и сущности в познаваемых обстоятельствах основано выделение двух уровней процессуального исследования - информационно- логического и логического, которые характерны для всех уголовных дел. в теории же названные уровни различаются в зависимости от прямого и косвенного путей установления обстоятельств, что не дает полного представления о ступенях процессуального познания, поскольку тот или иной путь доказывания свойственен не всем уголовным делам.

распространенное в юридической литературе отождествление процессуального исследования и доказывания ведет к смешению средств (доказательств) и целей (обстоятельств) доказьгеания. Доказательства процессуально исследуются, но не доказываются. Доказывание есть часть процессуального познания, охватывающая установление обстоятельств. Такое понимание доказывания отражает различие между фактами и доказательствами, позволяет четко очертить предмет доказывания, за рамками которого находятся доказательства.

Диалектика явления и сущности, а также бжзких к ним категорий качества и количества лежит в основе разрешения вопроса о предмете и пределах уголовно- процессуального исследовай;ия. Предметом познания по уголовному делу следует считать не обстоятельства, как полагают процессуалисты, и различные правовые свойства, присущие разнородным фактам и доказательствам. Б уголовном судопроизводстве выясняются такие юридические свойства, как уголовно-правовое, криминогенное, уголовно-чіроцессуальное и доказательственное, которые образуют предмет исследования по уголовнолу делу. Пределы же есть границы, в рамках которых производится процессуальное познание и которые определяются юридической значимостью обстоятельств и док^ательств по делу.

Методологические правила всесторонности и полноты исследования, закрепленные в законе, распространяются как на обстоятельства, так и на доказательства. Поскольку в судопроизводстве сторона явления есть его юридическое свойство, то всесторонность уголовно-чіроцессу- ального исследования означает выяснение всех правовых свойств, имеющих значение для разрешения задач уголовного судопроизводства. Каждое юридическое свойство проявляется в совоі^ности фактов и доказательств. Поэтому полнота уголовно-ороцессуального исследования выражается в количестве обстоятельств и доказательств, необходимых для

выяснения того или иного свойства.

Из вышеприведенного вытекает определение односторонности уголов- но- ^оцесоуапьного исследования как невыяснение какого-либо из правовых свойств, образующих предмет познания по уголовному делу. Неполнота же есть установление недостаточного количества обстоятельств и доказательств по делу, необходимых для познания юридических свойств, т.е. результат недостижения нужных пределов исследования.

Предлагаемые процессуалистами критерии отграничения односторонности или неполноты от иных кассационно-надзорных оснований не позволяют проводить четкую грань между ними. Разграничение оснований, предусмотренных ст.ст.343,344 и 345 УПК РСФСР, следует проводить по характеру пробела в установлении обстоятельств дела и отношению процессуальных нарушений к познавательной сфере деятельности органов судопроизводства. Отличие односторонности или неполноты от несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела основано на различиях упущений органов судопроизводства в установлении фактов-явлений и фактов-сущностей. От данных оснований существенное нарушение уголовно^роцессуаїїьного закона отличается тем, что его образуют отступления от норм, не регулирующих позна- вательно-процессуальную деятельность.

Односторонность или неполнота делится на безусловные и условные основания отмены приговора по признаку существенности фактов, в установлении которых допускаются пробелы, а не по тем критериям, которые используются в законе и литературе, В качестве безусловных оснований следует считать односторонность или неполноту, состоящзпо, во- первых, в неисследованноети обстоятельств, и, во-вторых, в невыясненности таких фактов, которые в соответствии с законом подлежат обязательному установлению по всем уголовным делам. Этим требованиям от- вечакт обстоятельства, перечисленные в ст.68 УПК РСФСР. Их недоказанность всегда влечет применение ст,343 УПК РШСР.

Предложенное понимание односторонности и неполноты уголовно-про- цессуального исследования позволяет проанализировать разнообразные их проявления в практике и выявить те части процессуального познания, в которых чаще всего допускаются упущения и ошибки органов судопроизводства. Это дает возможность вскрыть причины возникновения односторонности или неполноты и принять меры к предупрезвдению данных пороков при расследовании и рассмотрении уголовных дел.

Обнаружив односторонность или неполноту уголовно-процессуального исследования при проверке дела в кассацивнном или надзорном порядке, вышестоящий суд дожен отменить приговор и при возможности восполнения пробелов направить дело на новое рассмотрение. Сам вышестоящий суд не вправе устранять неисследованность фактов-явлений, а может лишь пересмотреть юридические сущности доказанных обстоятельств и внести на их основе изменения в приговор. Но такое решение принимается не по односторонности или неполноте, а по несоответствию выводов суда фактическим обстоятельствам дела.,

При практической невозможности устранить односторонность или неполноту приговор отменяется, а дело преіфащается за недоказанностью предъявленного обвинения. Прекращение дела по названному основанию может быть при недоказанности события преступленші или при недоказанности участия обвиняемого в его совершении.

Сложившаяся практика вынесения частных определений при неиссле- дованности криминогенных обстоятельств противоречит закону и задачам органов судопроизводства в предупреждении преступлений. Действенным рычагом в стимулировании этой деятельности быяа бы отмена приговора при всякой невыясненности обстоятельств, способствовавших совершению преступления*

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Произведения основоположников
  2. марксизма-ленинизма

2.1. Шщс К. Заметки о новейшей прусской цензурной инструкции,- Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., тЛ, с.3-27. 2.2. 2.3. Маркс К. Дебаты по поводу закона о краже леса,- Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., T.I, С.ГІ9-І60. 2.4. 2.5. Энгельс Ф. Диалектика природы.- Маркс К., Энгельс Ф, Соч. 2-е изд., т,20, с.339-626. 2.6. 2.7. Энгельс Ф. Иэ подготовительных работ к “Анти-Дюрингу”,- Марко К., Энгельс Ф. Соч. 2-е изд., т.20, с.629-676. 2.8. 2.9. Ленин Б.й. Отношение к буржуазным партиям.- Полн. собр. соч., T.I5, 0.368-388. 2.10. 2.11. Ленин В.И. Материализм и эмпириоЕрвтицгзм. Заметки об одной ре- акционной философии.- Полн. собр. соч., т.18, с.7-384. 2.12. Г.7. Ленин В.И. конспект книги Гегеля “Наука логики”.- Полн. собр.

соч., т.29, с.77-218. 1.8. Ленин В.И. Конспект книги Гегеля “Лекции по истории философии”.-

Полн. собр. соч., т.29, с.219-278. Т.9. Ленин В.И. К вопросу о диалектике.- Полн. собр. соч., т.29, с.316-322.

I.IO. Ленин В.И. Йце раз о профсоюзах, о текуіЕ;ем моменте и об ошибках Т.Т.Троцкого и Царина.- Полн. собр. соч., т.42, с.264- 304.

  1. Официально-документальные
  2. материалы

2.1. Программа Коммунистической партии Советского Союза. М., Политиздат, 1976, с.144.

2.2. Дежнев Л.И. Отчет Центрального Комитета КПСС и очередные задачи партии в области внутренней и внешней политики.- В кн: Материалы JJJ съезда КПСС, М., Политиздат, 1976, 2.3. 2.4. Брежнев Л.И. Великий Октябрь и прогресс человечества. Доклад на совместном торжественном заседании ЦК КПСС, Верховного Совета СССР и Верховного Совета РСФСР в Кремлевском Дворце съездов 2.5. 2 ноября 1977 г. М., Политиздат, 1977, 32 с.

2.6. Об улучшении работы по охране правопорядка и усилении борьбы 2.7. с правонарушениями: Постановление ЦК КПСС от 10 сентября 1979 г. - Правда, Г979, II сентября.

3, Решения высших судебных органов

3.1. О повышении уровня осуществления правосудия Б свете решений ЮСУ съезда КПСС: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 26 марта 1976 г,- Бюллетень Верховного Суда СССР, 1976, J^S, C.7-II. 3.2. 3.3. О задачах судов в свете постановления ЦК КПСС “Об улучшении работы по охране правопорядка и усилении бсірьбн с правонарушениями” ж Закона о Верховном Суде СССР: ПостЕїновление Пленума Верховного Суда СССР от 7 декабря 1979 г.- Бюллетень Верховного Суда СССР, 1980, «1, с.24-29. 3.4. 3.5. о практике рассмотрения судами уголовных дел в кассационном порядке: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 17 декабря Г97І г.- Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 Г.Г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.348-358. 3.6. 3.7. О практике пересмотра в порядке судебного надзора приговоров, определений и постановлений судов по уголовным делам: Постановление Пленуїла Верховного Суда СССР от 21 января 1974 г.- Сбор- ние Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 г.г.). 3.8. Часть 2, M.. Известия, 1978. с.359-367.

3.9. О судебном приговоре: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 30 июня 1969 г.- Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (I924- I977 г.г,). Часть 2, М.. Известия, 1978. с.324-334. 3.10. 3.11. О судебной экспертизе по уголовным делам: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 марта 1971 г.- Сборник Постановлений. Пленума Верховного Суда СССР (Г924-І977 г.г.). Часть 2. М., Известия, Г978, с.335-342. 3.12. 3.13. О практике вынесения судами частных особых определений по уголовным делам: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 14 октября 1964 г.- Сборник Постановлений Ш[енума Верховного Суда СССР (І924-Г977 г.г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.342-348. 3.14. 3.15. О практике применения судами законодатель,ства о борьбе с рецидивной преступностью: Постановление Плензтла Верховного Суда СССР от 25 июня Г976 г,- Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 г.г.). Часть 2, М.. Известия, 1978, с,54-63. 3.16. 3.17. О судебной практике по делам о хищениях государственного и об- щественного имущества: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от П июля 1972 г.- Сборник постаноїшений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 г.г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.153 - 164. 3.18. 3.19. О повышении роли судов в борьбе с хищен1[ями социалистической собственности, в выявлении и устранении ГФИЧИН и условий, порождающих эти преступления: Постановление Дліенума Верховного Суда СССР от 28 ноября Г975 г.- Сборник Постакювлений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 г.г.). Часть 2, М., Известил, Г978, С.І7В-ІВ4. 3.20. 3.21. О судебной практике по делам об замышленном убийстве: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 27 июня 1975 г.” Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (I924-I977 г,г.). Часть 2, М., Известия, 1978. 0,184-193. 3.22. 3.23. О судебной практике по делам о спекуляции: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 13 декабря 1974 г.- Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (Г924-І977 г,г.). Часть 2. М., Известия, 1978, с.220-225. 3.24. 3.25. О судебной практике по делам о взяточничестве: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 23 сентября 1977 г.- Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (і924т-І977 г.г.). Часть 2, М., Известия, 1978, с.235-243. 3.26. 3.27. О судебной практике по делам о хулиганстве: Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 16 октября 1972 г.- Сборник Постановлений Пленума Верховного Суда СССР (І924-І977 г,г.). Часть 2, М., Известия. 1978, С.260-27Г. 3.28. 4. Философская литература

4.Г. Болдырев Б.И. Взаимосвязь категорий: сущность-явление, содержа- ние- форма,- Автореф. Дис. …канд. |ші. наук,- Свердловск, 1966.

19 с.

4.2. Гиндев П. Философия и социальное познание. М., Прогресс, 1977, 4.3. 366 с.

4.4. Кардзая Д. К вопросу о гносеологических функциях практики.- В кн: Практика и познание. М., Наука, Г973, с.164-179. 4.5. 4.6. Кедров П.В. Еплнство диалектики, логики, теории познания. М., Госполитиздат, 1963, 295 с. 4.7. 4.8. Керимов Д.А. Философские проблемы права. М., Мысль, 1973, 472 с. 4.9. 4.10. Козлова М.С. К исследованию диалектики познания.- В сб: Проблемы

  • 179 -

диалектики. Вып.I, Л., Изд.ЛГУ, 1972, с.47-58.

4.11. Копнин П.В. Гносеологические и логические основы науки. М., Мысль, 1964, 568 с, 4.12. 4.13. Коршунов A.M. Принцип отражения и активность субъекта.- Б кн.: Диалектика научного познания. М., Наука, 1978, с.52-^8. 4.14. 4.15. Лекторский В.А. Проблема субъекта и объекта в классической и современной буржуазной с^илософии. М., Высш. школа, 1965, 122 с. 4.16. 4.17. Марксистско-ленинская философия. Диаяектический. материализм. Изд. 5-е, М., Мысль, 1977, 344 с. 4.18. 4.19. Основы марксистско-членинской философии, М,, Политиздат, 1975, 544 с. 4.20. 4.21. Пшиков П.Д. Аналитическая способность мышления.- Автореф, Дис, …докт. философ, наук.- Минск, 1966, 46 с. 4.22. 4.23. Сырых В.М. Философские проблемы методологии правовой науки.- Сов, государство и право, 1977, ЩО, с,36-43. 4.24. 4.25. Уемов А.й- Вещи, свойства, отношения. М., Изд. АН СССР, 1963, 184 с. 4.26. 4.27. Философский: словарь. М., Политиздат, 1972, 496 с. 4.28. 4.29. Шептулин А.П. Категории диалектики. М., Высш. школа. І97І, 279 с. 4.30. 4.31. Шляхтенко С.Г. Категории качества и количества. Л., Изд.ЛГУ, 1968, с.144. 4.32. 5. Юридическая литература

5.1. Агаджанян P.O. Доказывание в суде кассационной инстанции,- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук.- М., 1978, 13 с. 5.2. 5.3. Алексеев В.Б. Оценка доказательств в надзорной инстанции в со-

ВЄТСКОМ уголовном процессе.- Автореф. Дис. …кавд. юрвд. наук.- М.. 1965, 18 с.

5.4. Алексеев В. Основания и пределы изменения приговоров кассацной- ноЙ инстанцией,- Сов. юстиция, 1967, №20, с,24-26. 5.5. 5.6. Алексеев Н.С. Доказывание и его предмет в советском уголовном процессе.- В кн,: Актуальные проблемы советского государства и права в период строительства коммунизма. Л., Изд.ЛГУ, 1967, 0.428-462. 5.7. 5.8. Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств в советском уголовном процессе. М., Юрид. лит., 1964, 179 с. 5.9. 5.10. Арсеньев В.Д. Специфика и пределы оценки доказательств вышестоящим судом.- Сов. государство и право, 1966, йВ, с.67-74. 5.11. 5.12. Басков В.И., Темушкин О.П, Прокурор в суде второй инстанции по уголовным делам. М., Юриц. лит,, 1972, 159 с. 5.13. 5.14. Басков В.И. Деятельность прокурора по рассмотрению уголовных дел в порядке надзора. М., Юрид. лит., 1975, 200 с. 5.15. 5.16. Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и методы. М., Наука, 1966, 295 с. 5.17. 5Л0. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. М., Высш,. школа МВД СССР, 1970, 128 с.

5.11. Богословская Л.А. Односторонность и неполнота предварительного или судебного следствия как основание к отмене или изменению приговора,- Автореф. Дис. …канд. юрщ. наук.-Харьков, 1973, 19 с. 5.12. 5.13. Божьев ВЛ., Труп А.Я. Основания отмены и изменения приговоров и постановлений в порядке судебного надзора.- Учен. зап. ВНИИСЗ, ВШ,18, М,, 1969, с. 127-154. 5.14. 5.13. Ванеева Л.А. Судебное познание в советском гражданском процессе. Владивосток, 1972, 153 о.

5.Г4. Винберг А., Кочаров Г., Миньковский Г. Актуальные вопросы теории судебных доказательств в уголовном процессе.- Соц. законность, Г963, ІбЗ, с. 19- 27.

5.15. Власов В.И. Направление уголовных дел для дополнительного рас- следования.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук. М., 1975, 22 с. 5.16. 5.17. Волкодаев Н.В. Судебное следствие.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук, Саратов, Г968, Г8 с. 5.18. 5.19. Волкодаев Н., Шейфер С. Пределы доказывания на судебном следствии.- Сов. юстиция, 1969, с.12-13. 5.20. 5.21. Воробьев Г.А. Предмет и пределы доказывания по делу в свете нового уголовно-процессуального законодательства.- Учен. зап. ВЮЗИ, Бып.14, М., 1964, С.Г67-І82. 5.22. 5.23. Глушков B.C. Изменение приговора в кассационной инстанции.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук. М., 1979, 26 с. 5.24. 5.25. Голунский С.А. Вопросы доказательственного права в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик.- В кн.: Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве СССР. М., Госюриздат, 1959, с.122-160. 5.26. 5.27. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы теории судебных доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, Изд. Воронежского ун- та, 1978, 303 с, 5.28. 5.29. І^одзинский М.М. Кассационное и надзорное производство в советском уголовном процессе. М., Госюриздат, 1949, 220 с. 5.30. 5.31. 1^)0дзинский М.М. Улики в советском уголовном процессе. М., ВИШ, 1944, 123 с. 5.32. 5.33. Гуценко К.Ф. Уголовный процесс основных капиталистических госу- дарств (Англия, США). Вып.1, М., 1969, 206 с.

  • 182 -

5.34. Давидов П.М.. Сидоров Д.В., Якимов П.П. Судопроизврдство по НОВОМУ” УПК РСФСР, Свердловск, 1962 , 450 о. 5.35. 5.36. Давццов П.М., Мирский Д.Я. Прекращение уголовных дел в советском уголовном процессе. М., Госюриздат. 1963, 100 с, 5.37. 5.38. Давыдов П.М, Обвинение при отмене приговора,- Cd. учен, трудов Свердловского юрид. ин<-та. Вып.9, Свердловск, Г969, с.148-158. 5.39. 5.40. Даншшк А.И. Принцип всестороннего, полного и объективного ис- следования обстоятельств дела в стадии предварительного расследования,- Автореф. Дис. …канд, юрид, наук. Томск, 1974, 26 с. 5.41. 5.42. Добровольская Т.Н. Принципы советского уголовного процесса, М., Юрнд, лит., I97I, 199 с. 5.43. 5.44. Домбровский Р.Г, Соотношение познания и доказывания в судебном исследовании,- Учен, зап. Латвийского ун-та, т.241, Вып.И, Рига, Г975. С.І58-Г75. 5.45. 5.46. Дорохов В.Я, Понятие доказательства в советском уголовном процессе,- Сов, государство и право, 1964, .№4, сЛІІ-117, 5.47. 5.48. Дюрягин Й.Я. Применение норм советского права. Теоретические вопросы. Свердловск, Средне-Уральское изд-во, 1973, 213 с. 5.49. 5.50. Жогин Н,В., Фаткуллин Ф.Н, Предварительное следствие в советском уголовном процессе, М,, Кгрид. лит,, 1965, 367 с, 5.51. 5.52. Захожий П.П. Осуществление принципа всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела на предварительном следствии.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук, М., 1967, 18 с, 5.53. 5.54. Здриковский В.А. Объективность, всесторонность и полнота пред- варительного расследования в советском уголовном процессе.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук. Свердловск, 1969, 22 с. 5.55. 5.56. Зеленецкий B.C. Сущность познавательной, деятельности в советском уголовном процессе.- В сб.: Применение норм процессуального права. Свердловск, Г977, с.52-59.

5.57. Зеликсон Э.С. Доказывание как деятельность субъектов уголовно- го судопроизводства.- Автореф, Дис. …докт. юрид. наук. Алма- Ата, Г973. 25 с. 5.58. 5.59. Зуйков Г.Г. К вопросу о понятии причин преступлений и условий, способствующих его совершению.- в сб.: Вопросы предупреждения преступности. Вып. 2, М., 1965, с.3-19. 5.60. 5.61. Иванов О.В. Объективная истина в советском гразкданском процессе,- Автореф. Дис. …канд. юрид, наук, М., 1964» 20 с, 5.62. 5.63. Иванов О.В. Марксистско-ленинская теория познания и советское судопроизводство.- В сб.: Ленинские идеи и проблемы государства и права. Иркутского ун-та, т.75, сария юрид,, Иркутск, Г970. с.37-65, 5.64. 5.65. Каз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Саі»атов, Изд. Саратовского ун-та, I960, 106 с, 5.66. 5.67. Каз Ц.М. Субъекты доказывания в советском уголовном процессе. Саратов, Изд. Саратовского ун-та, 1968, 68 с. 5.68. 5.69. Каминская В.И. Показания обвиняемого в советском уголовном процессе. М., Изд. АН СССР, I960. 182 с. 5.70. 5.71. Карнеева Л.М. Привлечение к уголовной ответственности. Законность и обоснованность. М., Юрид. лит., І97І, 136 с. 5.72. 5.73. Клейнман А.Ф. Основные вопросы теории доказательств в советском гражданском процессе. М-Л,, Изд. АН СССР, 1950, 72 с, 5.74. 5.75. Колбая Г,Н. Соотношение предварительного следствия и судебного разбирательства. М., Юрид, лит., 1975, 152 с. 5.76. 5.77. Колдин В.Я. Уровни уголовно-^оцессуального доказывания.- Сов, государство и право, 1974, йП, с.86-91. 5.78. 5.79. Комментарий к УПК РОФСР. М., ЇОрид. лит., 1976, 624 с. 5.80. 5.81. Кореневский Ю.В. Судебная практика и совершенствование предва- рительного расследования. М., ІОри,д. лит., 1974, 112 с. 5.82. 5.83. Коротич B.A. Доказывание при судебном разбирательстве уголовного дела.- Автореф. Дис, …канд. юржд. наук. Киев, 1974, 23 с. 5.84. 5.85. Криминология. М., Юрид. лит., 1979 , 304 с. 5.86. 5.87. Еуцнн Ф.М. Производные доказательства и их источники в советском уголовном процессе.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук. Свердловск, 1967, 20 с. 5.88. 5.5S. Кудрявцев В.Н. К вопросу об изучении причин преступности.- Сов. государство и право, 1964, №5, с,11-20.

5.54. Кудрявцев В.Н. Причинность в криминологии (структура индиввду- ального преступного поведения), М., Юрид. лит., 1968, 175 с. 5.55. 5.56. Куршіев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск. ЙЗД.ЕГ7, 1969, 203 с. 5.57. 5.58. Куцова Э.Ф. Советская кассация как гарантия законности в право– судии. М., Госюриздат, 1957, 226 с. 5.59. 5.60. Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе Предмет, цель, содержание . М., Юрид. лит., Г973, 199 с. 5.61. 5.62. Ларин A.M. Расследование по уголовному делу. Планирование, ор- ганизация. М., Юрид. лит., 1970, 223 с. 5.63. 5.64. Лесницкая Л.Ф. Основания к отмене обжалованных судебных решений. М., Госюриздат, 1962, 134 с. 5.65. 5.66. Лесницкая Л.Ф. Пересмотр решений суда в кассационном порядке. М., Юрид. лит., 1974, 189 с. 5.67. 5.68. Лузгин И.М. Расследование как процесс познания. М., Высш. школа МВД СССР, Г969, 177 с. 5.69. 5.70. Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования. М., Крид. лит., 1973, 216 с. 5.71. 5.72. Лупинская П.А., Шейно Э.Ф. Советский уголовный процесс. Лекции, Вып.7, ВЮЗИ, М., 1959, 84 с. 5.73. 5.74. Луплнская П.A. 0 проблемах теории доказательств.- Сов. государство и право, I960, №10, С.Г2И24. 5.75. 5.76. Лзгпинская П.А. Законность и обоснованность решений, в уголовном судопроизводстве. М,, ВИЗИ, 1972, 80 с. 5.77. 5.78. Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. М,, Юрид. лит,, 1976, 168 с. 5.79. 5.80. Манаев Ю.В. Судебное исследование обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук. М., Г968. 21 с. 5.81. 5.82. Маслов В.П. Пересмотр уголовного дела в порядке судебного надзора Б советском уголовном процессе. М., Юрид. лит., 1965, 5.83. 102 с,

5.84. Миньковский Г.М, Пределы доказывания в советском уголовном про- цессе. М., Госюриздат, 1956, 115 с. 5.85. 5.86. Моршинин В.А. Понятие и значение системы кассационных оснований.- В сб.: Гарантии прав лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве. Свердловск, 1975, с.116-123. 5.87. 5.88. Моршинин В.А. Односторонность или неполнота как кассационное основание.- В сб.: Применение норм процессуального права. Свердловск, 1977, С.Г26-І34, 5.89. 5.90. 1\йтовиловкер Я.О. Некоторые вопросы теории советского уголовного процесса в свете нового уголовно-процессуального законодательства. Кемерово, 1962, 296 с. 5.91. 5.92. Мотовиловкер Я.О, О некоторых вопросах уголовно-процессуально- го законодательства.- Сов. государство и право, 1964, №5, с.III -ГІ6. 5.93. 5.94. Мотовиловкер Я.О. Вопросы дальнейшего совершенствования уголовно- процессуального законодательства. Томск, Изд. Томского ун-та, 5.95. 1966, 123 с.

5.96. МотоБЯЛОвкер И.О. Неправильное установление фактической стороны дела как кассационное основание.- Сов. юстиция, 1967, Ж2, с.9-10. 5.97. 5.98. Мотовиловкер Я.О. Процессуальные вопросы выявления и устранения обстоятельств, способствующих совершению преступления,- 5.99. В сб.: Юридические гарантии применения права и режим социалистической: законности в СССР, Ярославль, йзд. Ярославского ун-та, 1978, C.II4-I22.

5.100. Мотовиловкер Я.О. О принципах объективной истины, презумпции невиновности и состязательности. Ярославль, Изд. Ярославского ун-та, 1978, 96 с. 5.101. 5.102. Мухин И.И. Кассационное обжалование, опротестование и пересмотр приговоров. М., Госюриздат, 1956, 200 с. 5.103. 5.104. Мухин И.И. Важнейшие проблемы оценки судебных доказательств в уголовном и грааданском судопроизводстве. Л., Изд.ЛГУ”, 1974, 107 с. 5.105. 5.106. Назаров В.Б., Илларионов В.А,, Гелескул В.В. Предмет доказывания в советском уголовном процессе (анализ содержания).- В сб.: Вопросы организации суда и осуществление правосудия в СССР. Вып.6, Калининградский ун-т, Калининград, 1977, с.19-32. 5.107. 5.108. Научно-практический комментарий УПК РСФСР. М., Юрид. лит., 1970, 560 с. 5.109. 5.110. Николайчик Н.И., Матвиенко Е.А. Всесторонность, полнота и объ- ективность предварительного расследования. Минск, Изд. Белорусского ун-та, 1969, 190 с. 5.111. 5.112. Нокербеков М. Предмет доказывания в советском уголовном процессе.- Автореф. Дис. …канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1964, 20 с, 5.113. 5.114. Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие доказа- тельства,- В сб.: Вопросы борьбы с преступностью. Вып.28, М», 5.115. Y^pm. лит,, 1978, с.86-101.

5.116. Основы теории государства и права. Изд. 2-е, М-, Крвд. лит., І97Г, 408 с. 5.117. 5.118. Павлов Стефан, Производство в суде второй инстанции по болгарскому народно-демократическому уголовному процессу. М., Ив. лит., 5.119. 1963, 363 с.

5.120. Перлов И.Д. Судебное следствие в советском уголовном процессе. М., госюриздат, 1955, 247 с. 5.121. 5.122. Перлов И.Д. Надзорное производство в уголовном процессе. М., Юрид, лит.. 1974, 256 с. 5.123. 5.124. Познанский. В.А. Односторонность или неполнота предварительного или судебного следствия как основание к отмене или изменению приговора.- Учен. зап. Саратовского юрид. ин-та. Вып.8, Саратов, 1959, с.28-52, 5.125. 5.126. Познанский В.А. Вопросы теории и практииж кассационного произ- водства в советском уголовном процессе. Саратов. Изд. Саратовского ун-та, 1978, 136 с, 5.127. 5.9Г. Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. М.. МГУ, 1956, 213 с.

5.92. Похмелкин В.А. Всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела на предварительном следствии.- Учен. зап. Пермского ун-та, №150, Пермь, 1966, с.77-^3. 5.93. 5.94. Притузова В.А. Заключение эксперта как доказательство в уголов^ ном процессе. М., Госюриздат, 1959, Г62 с. 5.95. 5.96. Прокурорский надзор за законностью рассмотрения в судах уголовных дел. М., Госюриздат, 1963, 324 с. 5.97. 5.98. Размадзе М.Н. Методологические основы доказывания в советском

уголовном процессе,- Автореф. Дно. …докт. горид. наук. М.,

  1. 30 с.

5.99. Рахунов Р.Д. О понятии доказательства и главном факте доказывания.- Сов. государство и право, 1965, №12, с.96-101. 5.100. 5.101. Ремизова Е.В. Предмет доказывания по делам несовершеннолетних в советском уголовном процессе.- Автореф. Дис. …кадд. юрид. наук. М., 1968, 20 с. 5.102. 5.103. Рнвлин A.JI. Пересмотр приговоров в СССР. М., Госгориздат, 1958, 312 с. 5.104. 5.105. Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора. М., Наука, 5.106. 1975, 382 с.

5.ГОС. Сборник Постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по вопросам уголовного процесса (I946-I962 г.г.). М., Юрид. лит., 1964, 332 с. 5.101. Сборник постановлений Пленума и определений Коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам (І959-Г97І г.г.). М., Юряд, лит., 1973, 416 с. 5Л02. Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Р(ЖЗР (1957-1959 г.г.), М., Госюриздат, I960, 350 с. 5.103. Сборник постановлений Пленума, Президиэтла и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РС^СР (l96I- 1963 г.г.). М., Юрид. лит., 1964, 414 с. 5.Т04. Сборник постановлений Президиума и определений Судебной коллегии по уголовным делам Верховного ^да РСФСР (I964-I972 г.г.). М., Юрид, лит., Г974 , 648 с. 5.105. Сизякин О.Т. Сущность и явление в уголовном судопроизводстве.- Сов. государство и право, 1968, Jfe6, с.115-120.

5Л06. Советский уголовный процесс. Под ред. Д.С.Карева. М., Высш. школа, 1968, 552 с.

5.Г07. Советский уголовный процесс. Под ред. Д.С.Карева, ЮрйД. лит., 1975. 567 с.

5.108. Советский гражданский процесс. Под ред. М.А.ЗДвича. М., Высш. школа, 1975, 436 с.

5.Г09. Советская криминология. М., К)рид, лит., 1966, 319 с,

Б.1X0. Соловьев А.Д. Процессуальные вопросы установления истины на

предварительном следствии.- Автореф, Дис. .•.докт. юрид. наук. Киев. 1969, 44 с.

5.111. Старченко А.А. Логика в судебном исследовании. М., Госюриз- дат, 1958, 235 с, 5.112. 5.113. Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства 5.114. в советском уголовном процессе. М., Изд. АН СССР, 1955, 384 с.

5,ИЗ. Строгович М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. М., Изд. АН СССР. 1956, 319 с.

5.114. Строгович М.С. советского уголовного процесса. М., Изд, АН СССР, 1958, 703 с.

5.ГІ5. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса, т.1, М., Наука. 1968, 469 с.

5.116. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса, т.2, М., Наука, 1970. 5Г5 с.

5.ГІ7. Тавровский В.М. Уголовно-процессуальные основания к отмене

или изменению приговора кассационной ив;станцией.- Автореф, Дис. …канд. юрид. наук. М., 1978, 19 с.

5.II8. Талинский Э.Г. Судебное следствие в советском уголовном процессе.- Автореф. Дис. …канд. юрид. н^к. Харьков, 1972, 23 с.

5.1X9. Танасевич В.Г. Пределы и предмет доказывания по уголовному

делу.- в кн.: Практика применения нового уголовно-процеосуаль- ного законодательства, М., Госюриздат, 1962, с,22-48.

5,120, Тарасов-Роджонов П.М. Предварительное следствие. М., Госюр- издат, 1955, 247 с.

5Л2Г, Теоріш доказательств в советском уголовном процессе. Часть общая. М,, Юриздат, 1966, 581 с.

5.122. Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., іОрид. лит., 1973, 735 с.

5Л23, Теребилов Б.И. В обществе, строящем коммунизм, не должно быть места преступности.- Сод, законность, 1961, 0.14-19.

5.124. Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. М., Госюр- издат, I960, 176 с. 5.125. 5.126. Уголовный процесс РШСР. Под ред. В.Е.Чугунова, Л.Д.Кокорева. Воронеж, Изд. Воронежского ун-та, 1968, 361 с. 5.127. 5.128. Уголовный процесс. Пой ред. Н.С.Алексеева, В.З.Лукашевича, П.С.Элькинд. М., Юрид. лит., Г972, 584 с, 5.129. 5.130. Уголовный процесс в Европейских социалистических государствах. М., Юрид. лит., тэта, 360 с. 5.131. 5.132. Уголовный процесс БССР. Под ред. С.П.Векешко, Е.А.Матвиенко. Минск, Выш, школа, 1979, 536 с. 5.133. 5.134. Ульянова Л,Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. М., Госюриздат, Г959, 168 с. 5.135. 5.136. Ульянова Л.Т. О достаточности доказательств. Вестник МГУ”, серия 12, право, М,, Г974, с,22-30. 5.137. 5.138. Ульянова Л. Недостаточность доказательств.- Соц.л законность, 1970, №12, с.39-41. 5.139. 5.IS2. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, Изд. Казанского ун-та, 1976, 206 с.

5.133. Хмыров A.A. Косвенные доказательства. М., Юрид. лит., 1979, 183 с. 5.134. 5.135. Чеджемов Т. Суд должен активно исследовать обстоятельства дела.- Соц. законность, 1970, Jfell, с.25-29. 5.136. 5.137. Чеджемов Т.Е. Судебное следствие, М^, Юрид. лит., 1979, 93 с. 5.138. 5.139. Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М,, Юриздат, I95I, 511 с. 5.140. 5.141. Чельцрв М.А. Советский уголовный процесс. М., Госюриздат, 5.142. 1962, 503 с.

5.143. Шаламов М.П. Теория улик. М., Госюриздат, I960, 182 о, 5.144. 5.145. Шванков Б.М. Гносеология и судебная истина.- Е сб.: Вопросы борьбы с преступностью. Вып.9, М., Юрвд. лит., 1969, C.5077. 5.146. 5.147. Шевченко П. Основания возвращения дела на доследование нуждаются в уточнении.- Сов. юстиция, 1972, №24, с.II. 5.148. 5.І4Г. Шейфер С.А. Прекращение дела в советском уголовном процессе.- Автореф, Дис. …канд. юрид. наук. М., 1963, 21 с.

5.142. Шинд В.И. Рассмотрение уголовных дел президиумами судов. М., Госюриздат, I960, 190 с, 5.143. 5.144. Шифман Д,А. Основные вопросы теории советского доказательствен- ного права. М., ШТ. 1956, 40 с. 5.145. 5.146. Шпилев Б.Н. Содержание и формы уголовного судопроизводства, Минск, Изд. Белорусского ун-та, 1974, I4S с. 5.147. 5.148. Штутин Я.Л. Предмет доказывания в советском і^ажданском процессе,- Автореф. Дис, …докт. юрид. наук. М., Г964, 32 с, 5.149. 5.150. Эйсман А.А. Соотношение истины и достоверности в советском уголовном процессе,- Сов. государство и: право, 1966, Й6, с,92- 97. 5.151. 5.152. Эйсман А.А. Логика доказывания. М,, Юрид. лит., І97І, 112 с. 5.153. 5.148. Эйсман A.A. Структура и язык описания предмета доказывания,- Б сб.: Вопросы борьбы с преступностью. Вып.19, М., Юржд. лит., Г973, с.88-109.

5.Г49. Элькинд П.С, Категории “содержание” и ‘‘форма” в сфере уголов- но- ^оцессуального урегулирования,- В кн.: Развитие ж совершенствование уголовно-процессуальной формы. Воронеж, Изд. Воронежского ун-та, 1979, с.38- 52.

5,Г50. Юридическая процессуальная форма: теория и практика. М., Юрид. лит., 1976, 279 с.

5.151. Якуб М.Л. Демократические основы советского уголовно-^оцес- суального права. М., MIT, I960, 170 с.

5.Т52. Якубович Н.А. Понятие доказывания в советском уголовном процессе.- Сов. государство и право, 1965, сЛІЗ-120.

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version - 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version - 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version - 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version - 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version - 6 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • Г9 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • Г9 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 6 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 34 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 6 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • Я9 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • Я9 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ~ 44 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 4 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 69 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version -12” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version -12” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version -Vi Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 69 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 89 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 69 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ‘ 97 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • Г00 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ГІ7 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ГІ7 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 60 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г28 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г28 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 130 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 130 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • ГЗІ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • ГЗІ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

133 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 133 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version - 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 130 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 130 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • Г68 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • Г68 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 130 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 130 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version
  • 123 – Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 133 - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version