lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Ескина, Светлана Владимировна. - Проблемы института направления уголовных дел на дополнительное расследование: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Москва, 2000 176 с. РГБ ОД, 61:01-12/125-3

Posted in:

ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ МВД РОССИИ

На правах рукописи

Ескина Светлана Владимировна

ПРОБЛЕМЫ ИНСТИТУТА НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

Специальность 12.00.09 Уголовный процесс; криминалистика; теория

оперативно-розыскной деятельности

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель: кандидат юридических наук, профессор Химичева Г. П.

Москва - 2000

2 ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ РЕГЛАМЕНТАЦИЯ ИНСТИТУТА НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ 16

§ 1. Отечественный опыт становления института направления уголовных дел на дополнительное расследование и основные тенденции в его

построении за рубежом 16

§2. Сущность и значение направления уголовных дел на дополнительное расследование 44

ГЛАВА 2. ИНСТИТУТ НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ КАК ГАРАНТИЯ ЗАКОННОСТИ И ОБОСНОВАННОСТИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ И ДОЗНАНИЯ ;.; 60

§ 1. Процессуальный контроль за законностью и обоснованностью

предварительного следствия и дознания 60

§ 2. Основания направления уголовных дел на дополнительное расследование 84

ГЛАВА 3. ПОРЯДОК НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ВОПРОСЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ 109

§ 1. Порядок направления уголовных дел на дополнительное расследование и принятия их следователем, органом дознания к своему

производству 109

§ 2. Процессуальные вопросы, возникающие при производстве дополнительного расследования 123

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 148

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 160

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. С учетом специфики предвари- тельного расследования, где следователь и орган дознания, а в ряде случае лицо, производящее дознание наделены властью единолично решать вопросы, остро затрагивающие, интересы государства, общества, конституционные права и свободы граждан, закон предусматривает систему гарантий законности действий и решений органов предварительного расследования. Среди них важное место занимает институт направления уголовных дел на дополнительное расследование.

Статистика органов предварительного следствия МВД РФ свидетель- ствует, что ежегодно почти каждое десятое уголовное дело, направленное в суд, возвращается для производства дополнительного следствия. Так, в целом по России для дополнительного следствия следователям органов внутренних дел возвращено в 1995 году - 8,1 %, в 1996 году - 7,9 %, в 1997 году - 7,8 %. В первом полугодии 1999 года эта цифра составила - 6,7 % дел (против 8,2 за 6 месяцев 1998 г.). Количество возвращенных для дополнительного расследования дел во многих регионах из года в год значительно превышает среднероссийский показатель. К примеру, в первом полугодии 1999 года их доля в 39 органах предварительного следствия в МВД Иркут- ской, Магаданской областей, Усть-Ордынского, Таймырского, Корякского, Эвенкийского, Чукотского автономных округов составляла от 13,0 % до 24,8 %1. Разумеется, этот факт рассматривается как один из серьезных показателей низкого качества предварительного следствия органов внутренних дел.

Высоким является и удельный вес уголовных дел, возвращенных су- дом на дополнительное расследование следователям прокуратуры и орга-

4 нам дознания. Эта цифра составляла, к примеру, в 1998 году, соответственно, 86,6 % и 49,4 %2.

Как свидетельствует практика деятельности органов предварительного расследования, более чем по 1/3 из числа возвращенных для дополнительного расследования уголовных дел допущены ошибки, которые могли быть исправлены до направления дела в суд3. Сказанное свидетельствует об отсутствии должного ведомственного контроля и прокурорского надзора.

К рецидиву процессуальных ошибок приводит отсутствие четко нала- женного судебного контроля по обеспечению качества предварительного расследования, особенно, со стороны судов первой инстанции. Основания для возвращения дел на дополнительное расследование нередко обнаруживались уже в стадии назначения судебного заседания. Однако дела, по которым имелись такие основания, назначались к слушанию. Часто нарушения закона органами дознания или предварительного следствия не выявлялись и в ходе судебного разбирательства, что влекло постановление неза- конных приговоров. Это подтверждает кассационная и надзорная практика.

Для исправления сложившейся ситуации некоторые авторы (Г. Резник, Ю. Щадин, М. Пастухов, В. Крыгин и др.), приводя разнообразные доводы, предлагают вообще ликвидировать процессуальный институт направления уголовных дел на дополнительное расследование.

В последнее десятилетие получило определенное признание также мнение о необходимости принципиально иных способов организации отечественного уголовного судопроизводства, когда сам факт существования института дополнительного расследования
фактически теряет всякий

1 См.: Аналитическая справка “О результатах работы органов предвари тельного следствия МВД РФ в 1995, 1996, 1997, а также в первом полуго дии 1999 г.”

2 Отчет Главного информационного центра МВД России за 1998 год, ут вержденный Госкомстатом Российской Федерации.

3 Аналитическая справка “О результатах работы органов предварительного следствия МВД РФ в 1998 г.”.

5 смысл. В 1991 году Оргкомитетом по подготовке Съезда судей России при обсуждении “Предложений по концепции судебной реформы” был вынесен на повестку дня вопрос о том, чтобы построить гражданское и уголовное судопроизводство на принципе состязательности. Однако, в соответствии с этой концепцией, обязанность сбора и представления суду доказательств возлагается исключительно на стороны обвинения и защиты. Ответственность за полноту представления доказательств несет сторона. К полномочиям суда же будет отнесено только тщательное исследование, оценка доказательств и применение материального закона. Такая позиция нашла поддержку среди ученых и практических работников (О.И. Цоколо-ва, И.А. Цоколов).

Указанные предложения имеют немало оппонентов среди ученых (А.Д. Бойков, В.В. Воскресенский, И.Ф. Демидов, А.А. Леви, В.З. Лукашевич, А.Б. Соловьев, М.Е. Токарева, А.Г. Халиулин, Г.П. Химичева,, В.В. Шимановский и др.), а также среди практических работников (Н.Ю. Черкасова, В.Ф. Кириллова, В.И. Федорова, Л.П. Исмакаев, В.Н. Синяткин, Н.Ф. Волкадаев и др.). Указанные авторы, опираясь на проведенные ими исследования, считают, что речь может идти не об упразднении данного института, а о его совершенствовании. Россия имеет отечественное уголовное судопроизводство со свойственной ему активной ролью суда по собиранию доказательств.

Впервые законодатель ограничил возможность для суда направлять уголовные дела на дополнительное расследование по своей инициативе (без ходатайства сторон) Законом Российской Федерации от 16 июля 1993 г. Действующий УПК РСФСР этим законом был дополнен разделом - X “Производство в суде присяжных”. В этот раздел кодекса включена и ст. 433, согласно ч. 4 этой статьи судья может вынести постановление о направлении дела для производства дополнительного расследования лишь в тех случаях, когда об этом ходатайствует государственный обвинитель или

6

другая сторона. Если данное положение ст. 433 имеет отношение лишь к производству в суде присяжных, то постановление Конституционного Суда РФ от 20 апреля 1999 года “По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части первой ст. 232, части четвертой ст. 248 и части первой ст. 258 УПК РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда города Нижний Новгород”, запрещающее суду по собственной инициативе возвращать на дополнительное расследование уголовные дела на основании п. 1 и 3 ст. 232 УПК, распространяет этот порядок на все без исключения уголовные дела. В развитие названного постановления Пленумом Верховного Суда РФ было принято постановление № 84 от 8 декабря 1999 г. “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования”, согласно которому суд не вправе по собственной инициативе и при отсутствии об этом достаточно аргументированного ходатайства стороны возвращать дело в случае, когда имеются основания, предусмотренные п. 1, 3 и 4 ст. 232 УПК. Иными словами проблемы возвращения уголовных дел на дополнительное расследование не только не утратили своего научного и практического значения, но и выдвинули на повестку дня ряд новых актуальных вопросов. Насколько оказалось оправданной, введенная в институт дополнительного расследования новая процессуальная новелла? Достигнута ли цель, которая была поставлена данной новеллой, т. е. обеспечить строгое разграничение в уголовном судопроизводстве судебной функции разрешения дела и функции обвинения, которые должны осуществляться разными субъектами? Надо ли и дальше ограничивать право суда по собственной инициативе возвращать дела на дополнительное расследование? Не скажется ли реализация ука- занного постановления Конституционного Суда РФ на всесторонности, полноте и объективности исследования обстоятельств дела судом?

7

Эти и другие проблемы дополнительного расследования нашли отра- жение в довольно большом числе публикаций в специальной юридической литературе и периодике. Подвергались достаточно обстоятельному анализу они и в диссертационных исследованиях (Л.А. Воскобитовой, В.И. Власова, В.В. Воскресенского, И.М. Гальперина, А.С. Каретникова, Л.Д. Калин-киной, Ю.В. Кореневского, ТА. Москвитиной, Г.Н. Омельяненко, М.Н. Переверзева, А.А. Петуховского, А.С. Степанянца, Д.П. Филатова, А.А. Ширванова).

Однако данное обстоятельство не означает того, что все проблемы удалось решить и что тема полностью исчерпана. Прокуроры и судьи продолжают испытывать трудности относительно оснований и процессуального порядка возвращения дел на дополнительное расследование, а перед следователем и органами дознания возникают вопросы по делу, возвращенному на дополнительное расследование. До сих пор закон не определяет содержания и процессуальной формы указаний, которые даются прокурором, поэтому единства в порядке оформления этого процессуального решения нет. Мало того, эти указания адресуются разным должностным лицам - следователю, начальнику следственного отдела, начальнику органа внутренних дел, начальнику органа дознания, прокурору (при возвращении дела вышестоящим прокурором).

Возникающие на практике трудности связаны и с вопросами об ис- числении сроков следствия, а также содержания под стражей и их продлением. Они касаются предъявления обвинения на дополнительном следствии, участия защитника при дополнительном расследовании а также процессуальных форм окончания дополнительного расследования и др.

Эти и другие негативные явления - результат непроработанности и не- решенности принципиальных проблем возвращения дел для производства дополнительного расследования, а равно несовершенства уголовно-процессуального законодательства.

8

Практика показывает, что деятельность прокурора, осуществляющего процессуальное руководство дознанием и предварительным следствием, в том числе и по окончании предварительного расследования по делу, поступившему с обвинительным заключением, недостаточно эффективна. Это обстоятельство подталкивает к поискам какого-то дополнительного средства, которое по возможности гарантировало бы от ошибок деятельность прокурора при принятии им решения о возвращении дела на дополнительное расследование.

Некоторым процессуалистам видится такое средство в наделении пра- вом возвращать уголовные дела на дополнительное расследование начальника следственного отдела, а также следователя-методиста.

В силу сказанного проблема задач, сущности, значения и эффективно- сти института дополнительного расследования, его место в системе гарантий законности и обоснованности предварительного следствия и дознания относится к одной из актуальных проблем теории и практики науки уголовного процесса. К числу проблем, которые также нуждаются в тщательном исследовании, относится и выработка практически приемлемого перечня процессуальных оснований, дающих прокурору право направлять дела на дополнительное расследование.

Отмеченные обстоятельства определили выбор темы диссертационно- го исследования и свидетельствуют об ее актуальности и ее большом практическом значении.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования явилась разработка научно обоснованных рекомендаций, направленных на совершенствование законодательства и деятельности судей, прокуроров, органов предварительного следствия и дознания в связи с направлением уголовных дел на дополнительное расследование.

К задачам исследования отнесены: анализ отечественного опыта ста- новления института направления уголовных дел на дополнительное рас-

9 следование и основных тенденций в его построении за рубежом; определение сущности и значения дополнительного расследования; выявление оптимального соотношения ведомственного контроля, прокурорского надзора и судебного контроля; дальнейшая конкретизация правового положения суда в уголовном судопроизводстве; характеристика оснований возвращения уголовных дел на дополнительное расследование; разработка рекомендаций, направленных на совершенствование производства по делу, возвращаемому для дополнительного расследования.

Объектом исследования являются правоотношения между прокуро- ром (судом) и органом предварительного следствия и дознания, связанные с направлением уголовного дела на дополнительное расследование.

Предмет исследования составляют конституционные и уголовно- процессуальные нормы института направления прокурором и судом уголовных дел на дополнительное расследование, а также практика применения соответствующих правовых норм.

Методология и методика диссертационного исследования. Методо- логической основой исследования явились положения диалектического метода познания; теоретическую основу работы составили достижения науки уголовно-процессуального права.

При подготовке диссертации использовались все доступные совре- менной юридической науке методы научного исследования (системный, исторический, логико-юридический, сравнительно - правовой, статистический и социологический).

Сделанные выводы и предложения базируются на положениях Кон- ституции РФ, международных актах о правах человека, уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве, постановлениях Пленума Верховного Суда РФ и постановлениях Конституционного Суда РФ, обзорах кассационной практики Судебной коллегии Верховного Суда РФ за 1995 и 1997 г.г. Использовано уголовно-процессуальное законодательство зару-

10 бежных государств, а также Устав уголовного судопроизводства и Учреждение судебных установлений Российской Империи 1864 г. Приняты во внимание подготовленные в последние годы проекты УПК Российской Федерации.

Изучена основная юридическая литература по теме (в области общей теории права, конституционного права, отечественного и зарубежного уголовного процесса, истории права). Эмпирической базой диссертации явились: 230 конкретных уголовных дел, возвращенных прокурором и судом на дополнительное расследование следователям и органам дознания МВД РФ; 300 дел надзорного производства прокуратур административных округов г. Москвы; результаты интервьюирования ПО следователей органов внутренних дел, 150 прокуроров, 80 судей. Исследовалась опубликованная практика Верховного Суда РФ, судов Московской, Тульской, Тюменской, Брянской областей, а также статистические показатели органов предварительного следствия прокуратуры РФ, органов дознания и предварительного следствия МВД РФ в 1995 и первом полугодии 1999 г.г.

Научная новизна исследования определяется кругом анализируемых проблем и подходом к их разрешению. Диссертация является первым мо- нографическим исследованием института направления уголовных дел на дополнительное расследование после принятия Конституции Российской Федерации. Научная новизна состоит также в том, что в ней проблемы освещены с учетом новаций и изменений в уголовно- процессуальном законодательстве.

С позиции системного подхода предпринята попытка определить ме- сто института направления уголовных дел на дополнительное расследование в системе гарантий законности и обоснованности предварительного следствия и дознания.

11

В работе определен подход к формулированию оснований, которыми должны руководствоваться прокурор и суд при возвращении уголовных дел на дополнительное расследование.

Наконец, на основе анализа нормативной базы, высказанных в литера- туре предложений по совершенствованию института направления уголовных дел на дополнительное расследование, а также типичных существенных нарушений уголовно-процессуального закона внесены предложения по совершенствованию производства по делу, возвращаемому для дополнительного расследования. Выявлена сущность и значение дополнительного расследования.

На защиту выносятся следующие положения:

  1. Исторический опыт применения отечественного института направ- ления уголовного дела для дополнительного расследования, а также практика современного уголовного судопроизводства России (и стран зарубежья) свидетельствуют о достаточно высокой эффективности института возвращения дела для производства дополнительного предварительного следствия и дознания, его значимости в достижении задач быстрого и полного раскрытия преступления, изобличение виновных в их совершении и их наказании, восстановления нарушенных прав участников процесса. Упразднение института дополнительного расследования в российском уголовном судопроизводстве на современном этапе представляется нецелесообразным.
  2. Активная роль суда, исторически свойственная отечественному уго- ловному судопроизводству, по собственной инициативе собирать, проверять и оценивать доказательства должна быть сохранена в современном уголовном судопроизводстве России. Принципиально иной способ организации судопроизводства по опыту стран Общего права (США, Англия), при котором обязанность собирания и представления суду доказательств воз-

12 ложены исключительно на стороны обвинения и защиты, в отечественном уголовном судопроизводстве воспринят быть не может.

  1. Возвращение уголовных дел на дополнительное расследование - это установленная уголовно-процессуальным законом особая, исключительная процессуальная форма, применяемая по достаточно значительной доле из числа законченных производством уголовных дел в случаях, когда допущенные при возбуждении уголовного дела и предварительном расследовании нарушения уголовного и уголовно- процессуального закона препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по существу. С внешней стороны, возвращение уголовных дел на дополнительное расследование можно рассматривать как акт прокурора или суда, заключающийся в ука- зании органу предварительного следствия или дознания на необходимость продолжить расследование по делу для устранения допущенных по нему нарушений..
  2. Сущность возвращения дела для производства дополнительного расследования выражается в ретроспективном движении производства по делу, то есть в возврате дела прокурором или судом в стадию предварительного расследования (т.е. на более ранний этап производства по делу) в целях устранения нарушений закона, допущенных в ходе первоначального предварительного расследования, которые препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по существу.
  3. Характер правомочий прокурора и суда, в том числе по возвраще- нию уголовных дел на дополнительное расследование, должны определяться только с учетом функций, осуществляемых этими государственными органами в уголовном процессе. Суд к числу субъектов уголовного преследования не относится. В соответствии с Конституцией Российской Федерации и уголовно-процессуальным законом, на суды возложено осуществление правосудия, что несовместимо с осуществлением ими уголовного преследования. Вместе с тем, суд глубоко заинтересован в устранении ка-

13 ждого нарушения, допущенного органом дознания и предварительного следствия. Это вытекает из общих (единых) задач, стоящих перед всеми органами и должностными лицами, осуществляющими уголовное судопроизводство.

  1. На разграничении трех функций т.е. на основе состязательности, должно быть основано и производство в стадии озаглавленной “Полномочия судьи до судебного разбирательства дела и подготовительные действия к судебному заседанию”, которая призвана служить “фильтром” для того, чтобы некачественно расследованные дела не попадали в главную, ключевую стадию судебного разбирательства. В данной стадии правосудие не осуществляется, а значит судью нельзя лишать полномочий по возвращению дел на дополнительное расследование в случае невосполнимой в судебном заседании неполноты расследования, а также при наличии оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, либо изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении.
  2. За судом следует сохранить право восполнять неполноту дознания и предварительного следствия, выявленную в ходе судебного разбирательства без направления уголовных дел на дополнительное расследование не только по ходатайству сторон, но и по инициативе самого суда. Учитывая то, что понятие неполноты дознания или предварительного следствия не исчерпываются признаками, перечисленными в ст. 343 УПК, суд может не нарушая принципа состязательности, своим определением поручить прокурору (органу следствия, дознания) провести обыск; для назначения су-дебно- бухгалтерской экспертизы произвести в ряде организаций выемку документов; предоставить с места происшествия образцы грунта для назначения криминалистической экспертизы; выполнить следственный экс-

14 перимент на месте дорожно-транспортного происшествия для назначения автотехнической экспертизы и т.п.

  1. Перечень оснований возвращения дел для дополнительного рассле- дования прокурором по своему содержанию должен быть гораздо шире оснований соответствующего решения, реализуемого судом в стадии судебного разбирательства. Диссертант вносит свои предложения по этой проблеме.
  2. Повышение эффективности деятельности прокурора по выявлению процессуальных нарушений в стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования неразрывно связано с совершенствованием процессуального порядка направления уголовных дел для производства дополнительного расследования. В связи с этим представляется целесообразным в действующем уголовно-процессуальном законе пункт 8 статьи 211 изложить в следующей редакции: “прокурор направляет уголовное дело органам дознания и предварительного следствия для производства до- полнительного расследования своим постановлением с указаниями, по какому основанию дело возвращается и какие обстоятельства должны быть дополнительно выяснены”.
  3. Теоретическая значимость исследования. Не претендуя на исчерпывающее исследование всего комплекса отношений связанных с направлением уголовных дел на дополнительное расследование, диссертация при- звана обратить внимание процессуалистов на ряд проблем в этой сфере, на отсутствие отдельных правовых норм в уголовном судопроизводстве, позволяющих определить значимость данного института в системе мер, направленных на устранение недостатков предварительного расследования.

Практическая значимость исследования состоит в том, что диссер- тант, опираясь на материалы изученных уголовных дел, преобладающее мнение практических работников, сформулировал предложения по уточнению и дополнению уголовно-процессуального законодательства в части,

15 касающейся направления уголовных дел на дополнительное расследование. Выводы и предложения автора могут быть использованы при подготовке нового уголовно-процессуального законодательства, постановлений Пленума Верховного Суда, учебном процессе, а также при разработке и осуществлению мер по повышению качества предварительного расследования, законности и обоснованности направления дел на дополнительное расследование, эффективности прокурорского надзора и ведомственного контроля за производством дополнительного расследования.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссер- тационного исследования изложены в четырех опубликованных работах автора. Некоторые результаты применяются в учебном процессе по курсу “Уголовный процесс” и “Правоохранительные органы РФ” в Тюменском юридическом институте МВД России и Юридическом институте МВД России г. Москва, а также используются в деятельности следственного аппарата органов внутренних дел г. Тюмени и г. Москвы.

Структура и объем работы определены содержанием темы и задачами исследования. Диссертация выполнена в объеме, предусмотренном ВАК РФ, и состоит из введения, трех глав (шести параграфов), заключения и списка использованной литературы.

16

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ И ПРАВОВАЯ РЕГЛАМЕНТАЦИЯ

ИНСТИТУТА НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА

ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ

§ 1. Отечественный опыт становления института направления уго- ловных дел на дополнительное расследование и основные тенденции в его построении за рубежом

Институт направления уголовных дел на дополнительное расследование сложился и эволюционирует, испытывая вполне естественное влияние не только теории и практики, но и отечественного опыта прошлых лет, опыта ряда зарубежных стран.

Основную роль в этом выполнили положения Устава уголовного су- допроизводства 1864 года4. По Своду законов Российской империи 1857 г.5, производство уголовных дел делилось на три части: следствие, суд и исполнение. Следствие и исполнение приговора производилось полицией. Ей же принадлежал и суд по маловажным делам. Этот суд, как и следствие по другим делам, в основном, производили квартальные надзиратели. Следствие распадалось на предварительное и формальное. Предваритель-

4 Устав уголовного судопроизводства. Утвержден 20 ноября 1864 г. Рос сийское законодательство X - XX веков. Судебная реформа. Т.8. / Под ред. Б.В. Виленского. - М.: Юрид. лит., 1991. - С. 5.

5 Свод законов Российской империи был достаточно систематизированным (в сравнении с Уложением 1649 г.) законодательным сборником, содержа щим законы, относящиеся к различным отраслям управления и которые были выделены в особые тома. Книга 1 этого тома содержала законы “О преступлениях и наказаниях вообще”. Книга 2 - только законы о судопро изводстве по преступлениям, она была продолжением Книги 1, но не имела самостоятельной нумерации и начиналась со ст. 766. См.: Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. - М.: Изд-во МГУ, 1956. -С. 238.

17 ное следствие должно было начинаться при наличии одного из указанных в законе поводов: извещения или простого донесения об известных доносителю признаках преступления; жалобы потерпевшего (то есть явного обвинения определенного лица в преступлении); доношений прокуроров и стряпчих, которые были их обязанностью, особенно по делам “безгласным”; явки с повинной; собственного усмотрения полиции, начинавшей следствие по всякому сведению к ней дошедшему. Задачей предварительного следствия было установить, действительно ли имело место происшествие, заключавшее в себе признаки преступления, и привести в известность все обстоятельства, указывающие на такое деяние.

Формальное следствие было второй стадией. По определению извест- ного русского теоретика розыскного процесса Я.И. Баршева, формальное следствие “есть объем всех действий следователя, которые направляются против известного лица, поставленного в состояние обвинения по причине известного преступления, чтобы иметь возможность окончательно решить, действительно ли и в каком виде и степени учинило оно рассматриваемое преступление и достойно ли оно наказания”6.

В ходе формального следствия должно было быть установлено: над каким лицом или имуществом преступление учинено, в каком действии состояло, каким способом или орудием, когда и где, с намерением или без намерения произведено. От следствия требовалась полнота и ясность, чтобы судебное следствие не могло встретить ни малейшего затруднения или сомнения для постановления по делу приговора. В ходе следствия должны были быть собраны и записаны в протоколах все доказательства и, в первую очередь, собственное признание обвиняемого. Закон запрещал применять пристрастные допросы, истязания, но в то же время предписывал “обнаружить истину через тщательный расспрос и внимательное наблюде-

6 Баршев Я. И. Основания уголовного судопроизводства. - Спб., 1841. -С.110-112.

18 ние и соображение слов и действий подсудимого”7. Допросы могли производиться по нескольку раз. Протоколы подписывались следователем, обвиняемым и депутатами от сословий, которые также присутствовали для ограждения интересов обвиняемого. На следствии также могли присутствовать прокуроры и стряпчие (называемые по Своду законов - взыскателями наказания по преступлениям), на которых возлагалось наблюдение за ходом следствия и специально за тем, чтобы обвиняемый воспользовался всеми законными средствами защиты. Оконченное следствие направлялось в суд, где дело решалось без устного и гласного разбирательства. Передопрос обвиняемого был для суда обязателен. Однако суд должен был опросить его о том, не было ли во время предварительного следствия пристрастных допросов и других неправильных действий. В случае необходимости, суд подвергал обвиняемого новому допросу, склоняя его к признанию вины. С существом дела и доказательствами суд знакомился только по письменным материалам предварительного следствия. В случае необходимости суд мог потребовать дополнения дела справками и иными документами, а в случае обнаружения крайней неполноты следствия - предписать произвести дополнительное следствие8.

Проведение судебной реформы в России было ознаменовано изданием 20 ноября 1864 г. Судебных Уставов, в том числе, Устава уголовного судопроизводства9. Вместе с тем, институт направления уголовных дел на дополнительное расследование начал формироваться задолго до проведения

7 Баршев Я.И. Указ. раб. - С. 135.

8 См.: Чельцов - Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, фео дальных и буржуазных государствах. - Спб.: Изд-во Альфа, Равена, 1995. - С.736 - 744.”

9 Напомним, что Судебные Уставы, которые были изданы в ходе судебной реформы 20 ноября 1864 г., включали, кроме “Устава уголовного судопро- изводства’\ еще три закона: “Учреждение судебных установлений”, “Устав гражданского судопроизводства”, “Устав о наказаниях, налагаемых миро выми судьями”.

19 судебной реформы в рамках организации производства по уголовным делам. Остановимся на рассмотрении этого вопроса подробнее.

Судебная реформа 1864 года провозгласила отделение суда от органов законодательной и административной власти, независимость и несменяемость судей. В предпосланных официальному изданию Устава уголовного судопроизводства 10 “Основных положениях уголовного судопроизводства”, являющихся краткой объяснительной запиской к новому закону, представлялось: “Цель уголовного судопроизводства есть обнаружение так называемой материальной истины относительно происшествия или деяния, признаваемого преступным, и наказание действительно виновного лица в совершении преступления или проступка. Посему в уголовном судопроизводстве все действия, предшествующие решению дела, должны быть на- правлены к получению удостоверения в действительном совершении преступления обвиняемым и в степени его виновности”. Как отмечает М.А. Чельцов - Бебутов, отсюда составители Устава делают вывод об исключительной важности выбора законодателем того начала, которое кладется в основу оценки доказательств судьями. От решения этого вопроса зависят не только формы судопроизводства, но и организация судов, а также и способы собирания и рассмотрения доказательств и меры обеспечения правосудия и ограждения подсудимого от неправильного обвинения и “притеснений”11.

Составители Судебных Уставов 1864 г. имели в виду дать судебной власти ту полноту, которой не было до реформы. Старые судебные учреждения, как отмечалось, не имели никакого влияния на предварительное следствие, находившееся в руках полиции. Исполнение полицией судебных поручений было совершенно не обеспечено; даже при исполнении судебных решений полиция фактически имела неограниченную власть, нередко

10 Если иное не оговорено, далее по тексту: Устав; при цитировании статей Устава - УУС.

20 совершенно парализовывавшую судебную деятельность. Адвокатура, лишенная всякой организации, стояла отдельно от суда, и адвокаты не подлежали судебному контролю. Состоявшие при судебных органах прокуроры и стряпчие не помогали им, а лишь наблюдали за ними. Как отмечал известный русский процессуалист И. Я. Фойницкий, судебная власть не имела достаточной силы и влияния, завися в действительности своей от доброй воли властей самых разнообразных12.

Составители Судебных Уставов 1864 г. поставили пред собой задачу объединить судебную организацию, дав судебной власти надлежащую полноту и судебную независимость. Это достигалось мероприятиями различного рода. Для достижения полноты судебной власти в систему судебного ведомства были включены, кроме судей, такие должностные лица, деятельность которых была необходима в интересах беспрепятственного хода судебного разбирательства и судебной деятельности в целом. В области уголовного судопроизводства эта задача была решена путем включения в судебное ведомство следователей. Прокуратура и адвокатура также были организованы при судебных местах, действовали в связи с ними и также принадлежали к судебному ведомству. При некоторых судебных местах учреждались особые должности переводчиков.

Судебная система, созданная при проведении реформы 1864 года, распадалась на две ветви - суды мировые и суды общие. Выделив местной (мировой) юрисдикции дела меньшей важности, для дел остальных закон учредил общие судебные места. Построение их определялось началом двух инстанций с верховным кассационным судом во главе. Первую инстанцию образовывали окружные суды, вторую - судебные палаты13.

11 Чельцов - Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 750.

12 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 1. - Спб: Изд-во Альфа, 1996.-С. 189.

L Третьей, кассационной инстанцией, в то же время объединяющей и направляющей всю деятельность судебных учреждений “ по правильному и единообразному применению законов”, стал после судебной реформы 1864 года уголовный кассационный департамент Сената, который рассматривал

21

Нельзя не отметить, что при разработке Устава уголовного судопроиз- водства возникал вопрос о том, следует ли ограничить судебное следствие исключительно проверкой следствия, произведенного судебным следователем, или предоставить ему возможность самостоятельного исследования, производимого непосредственно и в присутствии сторон перед судом по существу. После довольно продолжительных сомнений победила вторая точка зрения.

В Уставе, отмечает И.Я. Фойницкий, - появились три последователь- ные стадии следствия; первой усвоено название дознания, второй - предварительного следствия и третьей - судебного следствия. “По существу, очевидно, две первые принадлежат к предварительному исследованию, но каждая из них предоставлена особым органам - полиции и судебным следо-вателям

Одним из основных положений, провозглашенных судебной рефор- мой, было отделение “обвинительной власти” от судебной и придание предварительному следствию характера судебной деятельности. Само при- нятие следователем к своему производству судебного дела считалось актом судебным. Поэтому начатое следователем производство по делу не могло быть прекращено прокурором. При наличии к тому оснований прокурор ставил вопрос о прекращении следствия перед окружным судом.

Согласно ст. 249 УУС, следствие было обязательно по всем делам о тяжких преступлениях, подсудных окружному суду или судебной палате15.

жалобы сторон на постановленные в апелляционном порядке окончательные приговоры съезда мировых судей и судебной палаты, а также кассационные жалобы и протесты на подлежавшие апелляционному обжалованию приговоры окружных судов с участим присяжных заседателей и судебных палат с участием сословных представителей. См. об этом: Чельцов -Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 758.

14 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т. 2. - Спб.: Изд-во Альфа, 1996.-С.371 -372.

15 По этой причине судопроизводство в мировых судах в предмет нашего исследования не входит. Как суд уголовный палата действовала в трояком

22

Следователи могли приступить к производству предварительного следствия не только по сообщениям полиции или предложению прокурора, но и по жалобам потерпевших, а также ввиду явки с повинной или, наконец, по своему непосредственному усмотрению (ст. 297 УУС). Приступив к предварительному следствию, следователь должен был производить его, сообразуясь с обстоятельствами дела (ст. 264 УУС), привлекая в случае надобности новых лиц. Он самостоятельно проводил все следственные действия: допросы обвиняемых и принятие мер пресечения, допросы свидетелей, назначение экспертизы, осмотр вещественных доказательств, обыски и выемки, имея право привлекать в необходимых случаях для помощи чинов полиции. Однако к участию в следствии не допускались ни “депутаты сословий”, ни защитник обвиняемого. Согласно закону, следователь обязан был с полным беспристрастием выяснить как обстоятельства, уличающие обвиняемого, так и обстоятельства его оправдывающие (ст. 265).

Судебные следователи, по уставам 1864 года, суть особые должност- ные лица судебного ведомства, имеющие судейское звание с сопряженными с ним служебными преимуществами. Так же как и судьи, они назначались на должность императором, и им же отстранялись от должности. Они назначались не на краткий срок из числа судей, а бессрочно и отдельно от судей, притом на определенные следственные участки и состояли при окружных судах, во многом пользуясь правами судей. По производству пред- варительных следствий судебные следователи состояли под наблюдением прокуратуры и в иерархической подчиненности окружному суду и судебной палате.

качестве: 1) она есть орган предания суду по делам, подлежащим рассмотрению с участием присяжных заседателей; 2) есть первая инстанция по некоторым уголовным делам; 3) она является апелляционной инстанцией по делам, подлежащим рассмотрению окружных судов без участия присяжных. См.: Фойницкий И.Я. Указ. раб. Т. 1. - С. 348 - 349.

23

Наблюдение за предварительным следствием лежало на обязанности прокурора и товарища прокурора, которые по закону сами предварительных следствий не производят, но дают только предложения о том судебным следователям и наблюдают постоянно за производством сих действий (ст. 278 УУС). Функции, входящие в право наблюдения, слагались из прав прокуратуры знакомиться с делом; давать по делу различные предложения, в большей или меньшей степени для следователя обязательные; приносить жалобы на действия и распоряжения судебного следователя16.

Прокурор наделялся полномочиями знакомиться с материалами дела как в форме рассмотрения письменного производства следствия и тех письменных отношений, которые он получал от судебного следователя, так и в форме личного присутствия прокурора при производстве следственных действий. Для обеспечения возможности знакомства прокуратуры с делом закон обязывал следователя доводить до сведения прокурора или его товарища обо всех важнейших действиях следствия: о начатии следствия, об его заключении, о принятии мер пресечения и т.д. Прокурор рассматривал письменное производство после того, как оно закончено и прислано к нему следователем. Большое значение имело личное присутствие органа обвинительной власти при самом следствии. Прокурор мог своевременно ознакомиться с обстоятельствами дела и тотчас же предложить судебному следователю принять соответствующие меры17.

Прокурор имел право давать следователю предложения. Закон разли- чал три вида предложений: предложения первоначальные, о начатии пред-

16 См.: Фойницкий И.Я. Указ. раб. - С. 391.

17 Фактически, личное присутствие прокурора при следственных действиях имело место крайне редко. Иногда лишь по делам особо важным, лица прокурорского надзора присутствовали в камере судебного следователя при производстве следствия. Объяснялось это незначительным числом лиц прокурорского надзора при сравнительно большом количестве дел, разбро санностью участков и необходимостью производить следствия на самом

24 варительного следствия; предложения промежуточные, об отдельных действиях и мерах, предпринимаемых во время предварительного следствия; а также предложения о дополнении следствия. Предложения первого рода были обязательны для следователя. Но если не было достаточных юридических оснований для начала предварительного следствия, то он мог обратиться в окружной суд, который и решал вопрос. Промежуточные предло- жения по значению их для следователя подразделялись на незаконные и законные, в исполнении которых следователь отказать не мог: они были для него безусловно обязательны. Если он считал предложение незаконным, то он представлял об этом суду с указанием оснований, если требование прокурора им не исполнено. Меры, требуемые прокуратурой, если они направлены к смягчению участи обвиняемого, были более для следователя обязательны, чем противоположные. Равным образом были обязательны предложения о дополнении следствия (ст. 278-287 УУС).

В Уставе уголовного судопроизводства 1864 года18 широко применялись такие термины как “обращение дела к доследованию”, “дополнение предварительного следствия”. Так, ст. 286 УУС устанавливала: “Прокурор или его товарищ может требовать дополнения предварительного следствия, хотя бы судебный следователь признал следствие конченным”. Термин “собирание дополнительных сведений” применялся в случаях, когда прокурор или суд находили возможным не возвращать дело на доследование.

Законченное уголовное дело следователь направлял прокурору, который обязан был рассмотреть: 1) подлежит ли дело ведению прокурорской власти; 2) произведено ли следствие с надлежащей полнотой и; 3) следует ли обвиняемого предать суду или же дело о нем должно быть прекращено

месте совершения преступного деяния. См.: Фойницкий И.Я. Указ. раб. Т.2.-С. 392.

18 Российское законодательство Х-ХХ в.в. Судебная реформа. Т.8. / Отв. ред. тома Виленский Б.В. - М.: Юрид. лит., 1991.-С. 148-169.

25 или приостановлено (ст. 510 УУС). В случае очевидной неполноты произведенного следствия, не представляющей возможности составить правильное заключение о существе дела, прокурору предоставлялось право потребовать дополнительные сведения, или обратить дело к доследованию. Судебный следователь обязан был безусловно подчиняться требованиям такого рода, и не мог ставить вопрос об основательности или неосновательности требований прокуратуры о дополнении следствия (ст. 286 УУС). В свою очередь прокурору, согласно закону, воспрещалось под опасением законной ответственности останавливать течение дела для пополнения следствия сведениями несущественными (514 УУС). Если прокурор считал, что дело расследовано достаточно полно, всесторонне, без нарушений закона, то оно направлялось им для предания суду. При этом прокурором составлялся обвинительный акт, который считался его заключением о предании суду (ст. 519 УУС).

По Уставу уголовного судопроизводства 1864 года прокурор был на- делен достаточно широкими полномочиями по возвращению дела на дополнительное следствие, что делало прокурорское наблюдение эффективным средством повышения качества предварительного следствия, препятствовало направлению в суд уголовных дел, расследованных неполно или с нарушением закона. Позже эти полномочия прокурора были восприняты советским уголовно- процессуальным законодательством.

Один из создателей Судебных уставов Н. А. Буцковский обращал внимание на то, что “власть, имеющая право требовать доследования и преследования, не может иметь преобладающего влияния на производство следствия. Правда, судебный следователь обязан исполнить лишь законные требования прокурора или его товарища”19.

Право обращать дело к доследованию или дополнению следствия бы- ло предоставлено не только прокурору, но и обвинительной камере судеб-

19 См.: Указ. раб. -С. 294,

26 ной палаты. Распоряжения такого рода делались как по их собственному усмотрению, так и по жалобе участвующих в деле лиц.

Дело в том, что по делам, подлежащим рассмотрению в окружных су- дах, предание суду осуществлялось обвинительной камерой судебной палаты. Статья 534 УУС гласила: “Признав следствие достаточно полным и произведенным без нарушения существенных форм и обрядов судопроизводства, палата постановляет окончательное определение о предании суду или о прекращении дела, а в противном случае обращает его к доследованию или законному направлению”. Указания судебной палаты также были обязательны для следователя, осуществлявшего дополнительное следствие. Если принималось решение о предании суду, то дело поступало в окружной суд, который был обязан обсудить в распорядительном заседании: “не требует ли дело каких-либо особенных с его стороны распоряжений и определить порядок, в котором оно подлежало дальнейшему производству (ст. 547 УУС). При этом окружной суд не имел права направлять дело на доследование, он обязан был рассмотреть его по существу. В распорядительном заседании он мог обсудить лишь необходимость дополнения дела такими данными, отсутствие которых могло лишить его возможности постановить приговор.

Окружной суд, - гласит ст.549 УУС, - не входит в рассмотрение под- судности и порядка производства дела, по которому состоялось определение судебной палаты о предании обвиняемого суду; если же откроются новые обстоятельства, не бывшие в виду палаты, но имеющие влияние на дальнейшее направление дела, то суд “представляет об этом” палате, а судебная палата уже должна была решать вопрос о направлении дела на доследование. Законодатель в данном случае был достаточно последовательным: судебный орган, рассматривавший дело по существу, не имел права, решать, насколько обоснованным было предание суду. Этот порядок на- правления дела на дополнительное следствие не был воспринят советским

27 законодательством. Вместе с тем он представлял определенный интерес: при нем суд, рассматривающий дело, должен был разрешить его по существу, он лишался возможности возвратить дело на дополнительное следствие по необходимым основаниям, когда не хотел брать на себя ответственность за вынесение приговора по сложному делу, где оценка доказательства затруднительна.

В процессуальной литературе есть мнение, согласно которому в со- временных условиях при разработке нового уголовно- процессуального законодательства целесообразно рассмотреть возможность введения такого порядка направления уголовных дел на дополнительное расследование при разработке нового уголовно- процессуального законодательства. Что позволило бы значительно уменьшить количество случаев, когда суды вместо постановления оправдательного приговора возвращают дела на доследование. В качестве негативной стороны указанного порядка нужно отметить, что он усложнял и удлинял судопроизводство, так как значительное время тратилось на движение дела из органа, осуществлявшего рассмотрение дела, в орган, полномочный возвратить его на доследование20.

Что же касается собирания дополнительных сведений с привлечением органов предварительного следствия, то такой порядок также неизвестен современному уголовному процессу. Как полагает Воскресенский В.В., введение его позволило бы значительно сократить количество дел, возвращенных на доследование, ускорить судопроизводство. Однако необходимо сформулировать в законе условия, которые исключали бы случаи слушания судами дел, расследованных явно неполно или односторонне. Представляется, что истребование судом дополнительных сведений у органов предва-

20 Воскресенский В.В. Соотношение оснований и порядка возвращения дела на доследования по дореволюционному и советскому уголовно-процессуальному законодательству // Совершенствование деятельности органов внутренних дел по борьбе с преступностью в свете решений 27 съезда КПСС. -М, 1987.-С. 19.

28 рительного следствия или дознания было бы возможным в том случае, если бы суд формулировал, какие конкретно следственные действия должны быть произведены. При этом необходимо, чтобы эти следственные действия суд не мог произвести сам. Речь идет о допросе лица (местожительство которого неизвестно), о производстве обыска, о назначении экспертизы (для которой необходимо собрать большое количество материалов) и т.

д.21.

В Уставе уголовного судопроизводства 1864 года были сформулиро- ваны основания направления уголовного дела на доследование. Это, во-первых, “очевидная неполнота произведенного следствия, не представляющая возможности составить правильного заключения о существе дела”. Разумеется, неполнота следствия должна была носить существенный характер, в противном случае дело не могло быть обращено к доследованию, однако критерий существенности неполноты следствия как невозможность составить правильное заключение о существе дела, представляется недостаточно четким и в Уставе не детализируется.

Во-вторых, основанием возвращения дела на доследование являлось “нарушение существенных форм и обрядов судопроизводства”. Такой формулировкой законодатель подчеркивал, что нарушения должны носить существенный характер, но также не пояснял, в чем они конкретно могут выражаться. Обращает на себя внимание, что неправильное применение уголовного закона в Уставе не выделялось в качестве отдельного основания доследования. Хотя фактически, в правоприменительной практике тех лет возвращение дел по этому основанию имело место. Отмечая это обстоятельство, В. Случевский писал о том, что, если при решении вопроса о предании суду судебная палата будет не согласна со следствием в вопросах применения уголовного закона и считает необходимым предать суду лиц, которые не были привлечены по делу в качестве обвиняемых, то она не

21 Воскресенский В.В. Указ. раб. - С. 19.

29 имеет права сделать это, не возвратив дело на доследование, так как передаваемые суду лица должны иметь возможность при производстве предварительного следствия “выставлять доказательства своей невиновности”22.

Дореволюционный русский уголовный процесс не знал возвращение уголовного дела на доследование из апелляционной или кассационной ин-станции. Полагаю, это могло препятствовать исправлению тех или иных недостатков предварительного следствия, которые могли выявляться в суде второй или третьей инстанции.

В Уставе уголовного судопроизводства 1864 года давалась лишь об- щая характеристика тех нарушений, которые могли служить поводом для кассации. Введение кассационного производства авторы судебной реформы объясняли тем, что одна апелляция не будет полным ограждением подсудимых от судебных ошибок потому, что в апелляционных решениях может нарушаться прямой смысл закона или порядок судопроизводства, при несоблюдении которого судебное решение невозможно признать действительным24.

При разработке Устава предполагалось подробно перечислить нару- шения процессуальных норм (намечалось их назвать более 40), при наличии которых судебный приговор подлежал кассации. Однако от этого отказались, ибо “всякая ошибка в этом отношении или стесняла бы правосудие, или умножила бы без всякой пользы число кассационных дел и обремени-

22 См.: Случевский В. Учебник русского уголовного процесса. Судоустрой ство, судопроизводство. Изд. 3-е. - Спб., 1913. - С. 628 - 629.

23 Сенат направлял дела лишь на новое судебное рассмотрение, а не на до полнительное следствие. Отменяя приговор, он должен был указать, с ка кой стадии дело подлежало новому рассмотрению, в зависимости от того, в какой стадии были допущены нарушения, повлекшие отмену приговора. См.: Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. - Санкт-Петербург: Альфа, Равена, 1995. - С. 793.

30 ла бы чрезмерно верховное судилище в лице Правительствующего Сената”. В окончательной редакции ст. 912 УУС формулировала кассационные поводы в общей форме, по которым приговор отменялся: 1) “в случае явного нарушения прямого смысла закона и неправильного толкования его при определении преступления и рода наказания; 2) в случае нарушения обрядов и форм, столь существенных, что без соблюдения их невозможно признать приговор в силе судебного решения; и 3) в случае нарушения пределов ведомства или власти, законом предоставленной судебному установлению”.

В Уставе также приводятся условия, не дающие права на кассацион- ную отмену приговора. Так, согласно ст. 913 УУС ошибка в ссылке на закон при определении преступления или проступка и назначения наказания не может служить поводом к отмене приговора, если наказание назначено то самое, которое определено законом, хотя и не тем, на который сделана ссылка. Не должно быть поводом к отмене приговора также, когда при совокупности преступлений и проступков, неправильного применения закона к преступному деянию менее важному, когда это обстоятельство не могло иметь влияние на назначенное наказание за преступление более важное (ст. 914 УУС). Кроме того, ст. 915 Устава гласила: “Постановление судом приговора, несогласного с решением присяжных заседателей, или несмягчения судом наказания, когда присяжными при решении дела было признано, что подсудимый заслуживает снисхождение, не может быть поводом к отмене решения присяжных, а служить основанием лишь к отмене приговора суда, основанного на этом решении”.

Обеспечение выполнения этих правил возлагалось на Сенат, которым и определялась существенность допущенных отступлений. Поводом для кассации признавались только такие нарушения форм и обрядов, которые

24 См.: Буцковский Н.А. Очерк кассационного порядка отмены решений по Судебным Уставам 1864 года. - Спб., 1866. - С. 40 - 41, 48 - 50.

31 имели существенное влияние на решение присяжных заседателей или приговор суда.

Вопрос о критериях существенности процессуальных нарушений, де- лении их на существенные и несущественные в русском уголовном судопроизводстве решался разноречиво. На основе практики Сената строились конкретные перечни процессуальных нарушений.

Так, к существенным относились в стадии предания суду: неправиль- ный состав камеры предания суду, неверное направление дела, отсутствие признаков преступления в деянии, которое послужило основанием для предания суду.

Во время приготовления к судебному рассмотрению дела существен- ными нарушениями признавались: неправомочный отказ суда в вызове указанных сторонами свидетелей, неизвещение или неточное извещение участвующих в деле лиц о времени заседания и составе суда, а также невручение подсудимому копии обвинительного акта или жалобы частного обвинения, списка лиц, вызванных в суд.

При судебном следствии к существенным относились такие наруше- ния, как: неправильный состав суда, лишение сторон права слова (в частности, непредоставление подсудимому последнего слова), отсутствие в заседании прокурора и непроизнесение им обвинительной речи, неназначение подсудимому защитника, несмотря на его просьбу об этом, и др.

Что касается процессуальных нарушений, допущенных в стадии пред- варительного следствия, то они, как правило, существенными не признавались. Лишь в редких случаях они могли служить поводом к отмене приговоров (когда следствие проводилось неправомочным лицом, подлежащим отводу, а также если был нарушен порядок собирания доказательств, не воспроизводимых в судебном следствии)
.

25 См.: Буцковский НА. Очерк кассационного порядка отмены решений по судебным уставам 1864 г. - Спб., 1866. - С. 40 - 41, 48 - 50. Автор очерка

32

Декрет Совета Народных Комиссаров РСФСР “О суде” № 1 от 24 но- ября 1917 года упразднил “существовавшие институты судебных следователей, прокурорского надзора, а равно институты присяжной и частной адвокатуры”, возложив, “впредь до преобразования всего порядка судопроизводства, предварительное следствие по уголовным делам на местных судей единолично”. В уголовно-процессуальном законодательстве в этот период начали закладываться основы нового кассационного порядка обжалования приговоров, однако не были определены кассационные основания, а о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона даже не упоминалось, хотя Декрет “О суде” № 2 от 7 марта 1918 г. уже предусматривал возможность направления дела на дополнительное расследование со стадии предания суду. Часть 6 ст. 22 Декрета гласила: “По уголовным делам обвинительный акт заменяется постановлением следственной комиссии о предании суду. Если таковое постановление окружным судом будет признано недостаточно обоснованным, то от него зависит возвратить дело в следственную комиссию для доследования или поручить таковое одному из членов суда”28. Характерно, что еще до выхода в свет этого Декрета, практика на местах уже пошла по пути возвращения уголовных дел на дополнительное расследование.

Декретом “О суде” № 2 впервые были установлены и кассационные основания к отмене приговоров. Согласно ст. 5 Декрета, “при обжаловании в кассационном порядке суд имеет право отменить решение не только по формальным нарушениям, признанным им существенными, но и в том

разработал перечень из 63 процессуальных нарушений, признаваемых Сенатом существенными.

26 Далее по тексту: Декрет “О суде” № 1 СНК РСФСР.

27 В Декрете “О суде” № 2 в категоричной форме было заявлено, что обжа лование приговоров и решений в апелляционном порядке отменяется, а допускается лишь их кассация. Далее по тексту: Декрет “О суде” № 2.

28 Систематический сборник указаний и распоряжений Рабочего и Кресть янского Правительства. - М., 1919. -С. 68.

33 случае, если признает, что обжалованное решение явно несправедливо”29. Однако не было раскрыто понятие формальных нарушений, как оснований к отмене приговора и не указывалось, когда они могли быть признаны существенными. Существенность нарушений определялась в зависимости от влияния, которое они могли оказать на приговор.

Дальнейшее развитие эта норма получила в циркуляре кассационного отдела ВЦИК от 6 октября 1918 г., где впервые был дан перечень процессуальных нарушений, которые должны были рассматриваться как безусловные кассационные поводы к отмене приговора. К ним были отнесены: неправильный состав суда, несообщение обвиняемому о предании его суду, отсутствие протокола судебного заседания30. Данные положения послужили базой для дальнейшего законодательного решения вопроса о безусловных основаниях отмены приговоров.

В первые годы советского периода институт направления уголовных дел на дополнительное расследование постоянно пополнялся новыми нормами. В Декрете ВЦИК от 30 ноября 1918 года “О народном суде” РСФСР указывалось: “Постановление следственной комиссии о предании суду или прекращении следствия должно быть мотивировано; если это постановление будет признано народным судом недостаточно обоснованным, народный суд направляет дело к доследованию в следственную комиссию”31.

Этим Декретом, как и Декретом “О суде” № 2, мотивировка решения о предании суду выделялась среди других нарушений закона. Вместе с тем, решение вопроса о том, возвратить ли дело в следственную комиссию на доследование или поручить таковое члену суда не зависело от усмотрения окружного суда: дело направлялось к доследованию. Этим подчеркивалась существенность такого нарушения как недостаточная обоснованность об-

29 См.: Указ. раб. -С. 67.

30 См.: Пролетарская революция и право. - 1918. - № 7. - С. 62 - 69.

31 Собрание уложений РСФСР. - 1918.- № 75. - Ст. 889.

34 винения, которое не может быть восполнено судом и устранить его возможно только путем дополнительного расследования.

В Декрете ВЦИК “О революционных трибуналах”, опубликованного в “Известиях” 12 апреля 1919 года, устанавливалось такое основание направления дела на доследование как неполнота предварительного следствия. Но в Декрете было добавлено, что такое нарушение могло служить основанием для “обращения дела к доследованию только в случае признания трибуналом такой неполноты следствия, которая не может быть восполнена на заседании трибунала”32.

Практика к этому времени знала и такое основание направления дела к доследованию как односторонность и необъективность следствия. Так, по делу о контрреволюционном выступлении группы лиц 25 февраля 1918 года в г. Тороповце Псковской губернии Контрольно - Ревизионная Комиссия НКВД установила, что Кронштадтская следственная комиссия, расследовавшая дело в г. Пероновце, “повела таковое односторонне и пристрастно, вышла из рамок своих полномочий, на основании этих данных виновные (имеются в виду члены комиссии) привлекаются к строжайшей ответственности33.

Вместе с тем в уголовно-процессуальном законодательстве этого пе- риода еще не существовало определенной системы норм, которая бы четко регламентировала направление уголовных дел на дополнительное расследование. Необходима была кодификация. 25 мая 1922 года на сессии ВЦИК девятого созыва был принят первый УПК РСФСР. Некоторые статьи в различных главах регулировали и направление уголовных дел на дополнительное расследование (ст.207, 226, 231, 240-242, 423, 431 и др.). Из анализа этих статей видно, что основаниями направления уголовных дел на дополнительное
расследование являлись: 1) недостаточная обоснован-

32 Собрание уложений РСФСР. - 1919. - № 13. - Ст. 132.

35 ность, мотивированность обвинения; 2) неполнота предварительного следствия, которая не могла быть восполнена в судебном заседании34.

Возвращать дело на более ранний этап судопроизводства имели право: прокурор, суд из распорядительного и судебного заседания, трибунал из судебного заседания. В кассационном порядке приговор отменялся по более широким основаниям. Согласно закона (ст. 359 УПК), сделать это можно было в случаях: недостаточности, неправильности проведенного следствия; существенного нарушения форм судопроизводства; нарушения или неправильного применения закона; явной несправедливости приговора.

В УПК РСФСР 1922 года (в ст. 361) было впервые дано общее опре- деление существенного нарушения уголовно-процессуального закона. В УПК было сказано: “Существенными нарушениями судопроизводства признаются нарушения статей настоящего процессуального кодекса, которые путем лишения или стеснения гарантированных законом прав сторон, при рассмотрении дела или иным путем, помешали суду всесторонне разобрать дело, и повлияли или могли повлиять на вынесение правильного приговора”. В законе, кроме того, содержался перечень нарушений, влекущих отмену приговора во всяком случае. Среди них перечислялись: 1) неправиль- ный состав суда; 2) непрекращение дела судом при наличии условий, обязательно влекущих прекращение уголовного дела; 3) рассмотрение дела в отсутствие подсудимого, когда такое рассмотрение по закону не допускалось; 4) рассмотрение без участия защитника, когда его участие по закону

Центральный Государственный архив Октябрьской революции, фонд 393, опись 4, единица хранения 8, часть 2, лист 222.

34 См.: История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. 1917- 1954 г.г.: Сб. док. / Сост. С.А. Голунский - М, 1955. - С. 217.

36 обязательно35. Эти положения закона были воспроизведены в тексте ст. 415 УПК РСФСР в редакции 1923 г.

Однако Советы народных судей, Наркомюст как высший судебный орган, Верховный трибунал, отменяя приговор, направляли дело только на новое судебное рассмотрение (ст. 358, 365, 373, 374, 445).

31 октября 1922 года четвертая сессия ВЦИК девятого созыва приняла Положение о судоустройстве РСФСР, которое объединяло в единую систему народные суды и революционные трибуналы. 15 февраля 1923 года был утвержден УПК РСФСР в новой редакции36, приведший нормы кодекса в соответствие с нормами этого Положения о судоустройстве. Порядок решения вопроса о возвращении дела на доследование был различен. В УПК РСФСР 1923 года37 было предусмотрено право возвращать дела еле-дователем, прокурором с их указаниями для доследования в случаях их неполноты (ст. 107, 118, 221), а в ст. 238, 398 Кодекса - возвращение уголовных дел на доследование из стадии предания суду и из судебного засе-

39

дания .

Следует отметить, что до 1922 года предание суду осуществлялось уездными и городскими следственными комиссиями. С введением УПК РСФСР 1922 г. общей формой предания суду стало распорядительное заседание суда, которому было подсудно дело. По УПК РСФСР 1923 г. рассмотрение дел в порядке предания суду в распорядительных заседаниях

35 См.: История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. 1917-1954 г.г.: Сб. Док. / Сост. С.А. Голунский. - М, 1955. - С. 217.

36 Собрание уложений РСФСР. - 1923. - № 7. - Ст. 106.

37 С изменениями, внесенными 16 октября 1924 г. Собрание уложений РСФСР. - 1924. - № 78. - Ст. 784.

38 Согласно ст. 107 УПК надзор за производством дознания принадлежал следователю, в участке коего состоял данный орган дознания. Следователь имел право ознакомиться со всеми материалами дознания в любой момент и по любому делу давать указания органам дознания и предлагать им про изводить те или иные действия.

37 носило формальный характер. Иными словами, распорядительное заседание могло заниматься лишь проверкой правильности юридических формулировок в обвинительном заключении, но не могло проверять обоснованность обвинительного заключения по существу, его соответствие имеющимся в деле материалам. В 1929 году была проведена реформа стадии предания суду: распорядительные заседания были упразднены и полномочия предания суду переданы прокуратуре40. Согласно Постановлению ВЦИК и СНК РСФСР от 20 октября 1929 г41, прокурор утверждая обвинительное заключение, тем самым предавал обвиняемого суду, а народный судья или председатель суда назначал дело к слушанию в судебном заседании. Однако дело могло быть внесено в подготовительное заседание суда, если судья не соглашался с предложением прокурора о предании суду и усматривал в деле отсутствие оснований для предания суду, вследствие чего дело нуждалось в доследовании или подлежало прекращению. В отличие от прежних распорядительных заседаний эти подготовительные засе- дания являлись факультативной формой, которая применялась по усмотрению суда, но не была обязательной. В результате, обвиняемого предавал суду прокурор. В апреле 1934 года 1 Всесоюзное совещание судебно-прокурорских работников приняло решение о восстановлении распорядительных заседаний, а в 1936 году постановлением 54-го Пленума Верховного Суда СССР был установлен порядок предания суду, как самостоятельной стадии судопроизводства42.

39 Собрание уложений РСФСР. - 1923.- № 7. - Ст. 106.

40 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - М.: Наука, 1970.-С. 183-185.

41 Собрание уложений РСФСР. - 1924. - № 78. - Ст. 756.

42 В большинстве союзных республик институт направления уголовных дел на дополнительное расследование был аналогичен данному институту в РСФСР. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных рес публик 1924 г., как и раньше, в числе других оснований к отмене пригово ра в кассационно-ревизионном порядке предусматривали “…нарушение форм судопроизводства, которое помешало суду всесторонне рассмотреть

38

Большой вред совершенствованию института направления дел на до- полнительное расследование был нанесен в 1927-1931 годах. В этот период времени НКЮ РСФСР выдвигались “упрощенческие” проекты, согласно которым УПК должен был представлять собой соединение двух актов - закона (основной статьи) и наказа к нему. Положения закона могли быть отменены и изменены лишь в законодательном порядке. Статьи наказа могли подвергаться изменениям и дополнениям в ведомственном порядке (по распоряжению НКЮ).

Проекты УПК и их отдельные процессуальные новеллы резко расходились с Основами уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924 г., ущемляя право обвиняемого на защиту, сокращая полноту исследования, упраздняя под видом “затягивающих дело формальностей” главные гарантии достижения объективной истины по делу43.

В постановлении ЦИК и СНК СССР от 25 июня 1932 г. “О революционной законности”, а затем в резолюции Всесоюзного совещания судебно- прокурорских работников 1934 г. было обращено внимание на случаи игнорирования процессуальных требований и на важность строжайшего соблюдения процессуальных норм при расследовании и разрешении уголовных дел. Для реализации этих рекомендаций Пленум Верховного Суда СССР принял постановление от 7 июня 1934 г. “О необходимости строжайшего соблюдения судами уголовно-процессуальных норм”, а Прокуратурой СССР - соответствующие циркуляры и директивные письма44.

дело, и повлияло или могло повлиять на вынесение правильного приговора” (п. “а” ст. 26).

43 См.: Крыленко Н.В. Реформа советского уголовного процесса (доклад) // Революция права. -1928. - № 1. - С. 106.

44 См. подробно: Циркуляр от 4 июля 1934 г. “О нарушении процессуаль ных правил” и директивное письмо “О качестве расследования” от 13 авгу ста 1934 г., а также циркуляры “О порядке вручения обвиняемым копий обвинительных заключений” от 10 октября 1934 г., “О мерах против неос новательного возбуждения уголовных дел” от 20 апреля 1935 г., “Об уча стии прокуроров в подготовительных заседаниях судов” от 29 июня 1936 г.

39

В постановлении Пленума Верховного Суда СССР “О судебном при- говоре” от 28 июля 1950 г., “Об устранении недостатков по рассмотрению уголовных дел в кассационном порядке” от 1 декабря 1950 г. вновь было обращено внимание на значение строгого соблюдения процессуальных норм. Вместе с тем, в действительности продолжали допускаться грубейшие факты беззакония45.

После решений XX съезда КПСС были вскрыты искажения в области уголовного судопроизводства46. В 1958 году вступили в силу Основы уголовного судопроизводства Союза ССР47 и союзных республик. Принятые в соответствии с Основами уголовно-процессуальные кодексы союзных республик внесли в порядок направления уголовных дел на дополнительное расследование существенные изменения.

В УПК РСФСР от 27 октября 1960 г.48 для стадий предания суду и су- дебного разбирательства в кодексе были сформулированы единые основания возвращения дела для дополнительного расследования (ст. 232, 258 УПК). Для вышестоящих судебных инстанций закон определил единые основания как для отмены, так и изменения приговора (ст. 342 УПК). При

Во внесудебном порядке внесудебными органами в 30-40-е и в начале 50-х годов с нарушением процессуальных норм были репрессированы видные деятели партии и государства, военнослужащие, рабочие, представители интеллигенции, служители культа.

46 Резолюции XX съезда КПСС. - М, 1956. - С. 20.

47 Ст. 36 (ч.З), 42 (ч.2), 45 (ч.2), 48 (ч.4) Основ указали, что при определен ных условиях суд первой, кассационной и надзорной инстанций вправе возвращать уголовные дела на дополнительное расследование, однако ос нования, при которых возможно направление уголовного дела на доследо вание, общесоюзный закон не определял, отнеся это к компетенции уго ловно-процессуального законодательства союзных республик. См.: Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик от 25 де кабря 1958 года // Ведомости Верховного Совета СССР, Ведомости Съезда народных депутатов СССР И Верховного Совета СССР. - 1959. - № 1. - Ст. 15. Далее по тексту : Основы.

40 этом законодатель не только не сделал различий между основаниями к отмене и основаниями к изменению приговора, но и по-иному, нежели в ст. 232 УЦК, сформулировал сами основания. Право направлять уголовные дела на дополнительное расследование было предоставлено и прокурору (п.8 ст. 211, п.2 ст. 214, и 406 УПК).

Перечень безусловно существенных нарушений уголовно- процессуального закона был расширен, но в УПК каждой союзной республики он был различен. Так, согласно части второй статьи 345 УПК РСФСР к ним отнесены: 1) судом при наличии оснований, предусмотренных ст. 259 УПК, уголовное дело не было прекращено; 2) приговор вынесен незаконным составом суда; 3) дело рассмотрено в отсутствие подсудимого в тех случаях, когда по закону его присутствие обязательно; 4) дело рассмотрено без участия защитника, когда по закону его участие обязательно; 5) нарушена тайна совещания судей при постановлении приговора; 6) приговор не подписан кем-либо из судей; 7) в деле отсутствует протокол судебного заседания. Аналогично этот вопрос был решен в УПК Армянской (ст.343), Белорусской ССР (ст.353)49.

С распадом Союза Советских социалистических республик институт направления уголовных дел на дополнительное расследование в УПК вновь образованных государств ближнего зарубежья особых изменений не претерпел.

48 Принятого третьей сессией Верховного Совета РСФСР пятого созыва 27 октября 1960 года // Ведомости Верховного Совета РСФСР. - I960.- № 40. - Ст. 592.

49 УПК Украинской и Молдавской ССР содержали большее число безус ловных существенных нарушений (об открытом судебном рассмотрении дела; об обязательном предъявлении обвиняемому материалов предвари тельного следствия для ознакомления; непрерывности судебного разбира тельства; о непредоставлении подсудимому последнего слова; о рассмот рении дела без участия переводчика в тех случаях, когда подсудимый не владеет языком, на котором ведется судопроизводство, а также когда про токол судебного заседании не подписан председателем или секретарем).

41 врЛАйС^внА

Так, согласно УПК Республики Казахстан 1998 г. направление уголовного дела на дополнительное расследование возложено и на прокурора и на суд, который вправе это сделать со стадии назначения судебного заседания, судебного разбирательства, кассационного и надзорного производства.50 Аналогично решен этот вопрос в УПК Республики Узбекистан51. Вместе с тем, заслуживает внимания положение предусмотренное ст. 419 УПК Республики Узбекистан, которое ограничивает право суда возвращать уголовное дело для производства дополнительного расследования при наличии соответствующих оснований более двух раз, а также ч. 3 ст. 490 УПК, предусматривающая полномочия суда рассматривать уголовное дело в кассационном или надзорном порядке проводить судебное следствие частично и вносить изменения в приговор, если имеется возможность восполнить пробелы и устранить нарушения, допущенные судом первой инстанции.

Направление уголовных дел на дополнительное расследование преду- смотрено и уголовно-процессуальным законодательством ряда стран дальнего зарубежья. В современных условиях в ряде этих стран институт направления уголовных дел на дополнительное расследование реформируется в связи с укреплением состязательных начал, что неизбежно для государств демократической ориентации52.

Как отмечает Л.В. Головко, Франция является родоначальницей клас- сического континентального смешанного процесса, который впоследствии был воспринят почти всеми европейскими государствами, включая Рос-

50 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан. - Алматы: Бас- на, 1998.

51 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Узбекистан / Министерст во юстиции Республики Узбекистан. - Ташкент: Адолат, 1995.

52 В теории германского уголовного процесса, начиная с середины прошло го века и по настоящее время ведется дискуссия о реформе судебного раз бирательства по образцу англо-американского состязательного процесса.

42 сию. На современном этапе тенденция все большего проникновения состязательности в смешанный уголовный процесс во Франции несомненна. Она проявляется планомерно, путем медленного выравнивания прав сторон53.

УПК Германии прямо предусматривает право суда в §202 под назва- нием “Дополнительное расследование” прежде чем вынести решение об открытии судебного разбирательства, в целях лучшего исследования обстоятельств дела распорядиться о предоставлении отдельных документов. Если до рассмотрения дела единолично судьей обвиняемый заявляет ходатайство об истребовании дополнительных доказательств, то дело на доследование не направляется. Необходимые следственные действия проводит сам участковый судья или поручает другому участковому судье, а палата по уголовным делам земельного суда может поручить это одному из своих членов. Собирание дополнительных доказательств может производиться и по инициативе самого судьи. Апелляционный суд (§324 УПК) вправе, наряду с другими, принять решение об отмене приговора и возвращении дела суду первой инстанции, а ревизионный суд - об отмене приговора и направлении дела на новое рассмотрение в случае, если жалоба обоснована54.

По УПК Франции (ст.200, 201), обвинительная камера при любых об- стоятельствах вправе предписывать проведение дополнительного расследования, которое поручается либо одному из членов камеры, либо следственному судье55.

См.: Филимонов Б.А. Основы уголовного процесса Германии. - М.: Изд-во Московского ун-та, 1994. - С. 81, 82.

53 См.: Головко Л.В. Дознание и предварительное следствие в уголовном процессе Франции. -М.: СПАРК, 1997. - С.126.

54 См.: Филимонов Б.А. Основы уголовного процесса Германии. - М.: Изд- во МГУ, 1994.-С. 62.

55 Уголовно-процессуальный кодекс Франции 1958 г. / Пер. СВ. Боботова. -М.: Прогресс, 1967.

43

Интерес представляет и перечень процессуальных нарушений, кото- рые во всех случаях влекут пересмотр дела56.

В Уголовно-процессуальном кодексе Австрии от 9 декабря 1975 г.57 различаются кассационные основания или нарушения процессуального закона для уголовного процесса в суде шеффенов и для уголовного процесса

58

в суде присяжных .

УПК Болгарии 1974 г.59 (ст. 329) в числе кассационных оснований на- зывает существенное нарушение процессуальных правил. Таким существенным нарушение признается тогда, когда оно привело к нарушению закона, неполноте доказательств, необоснованности приговора, к ограничению прав сторон (ст. 330 УПК Болгарии). УПК Польши также выделяет существенные безусловные нарушения уголовно-процессуального закона,

56 Так, § 332 УПК ФРГ 1877 г. в редакции 12 сентября 1950 г. включает в число абсолютных ревизионных поводов следующие нарушения: незакон ный состав суда; участие в постановлении приговора судьи, присяжного или шеффена после того, как он был отведен из-за сомнения в его объек тивности и ходатайство об отводе было обосновано либо незаконно откло нено; нарушение судом подсудности; проведение судебного разбиратель ства в отсутствие прокурора или лиц, присутствие которых предусмотрено законом; постановление приговора на основе установленного судебного разбирательства, при котором были нарушены предписания о гласности процесса; отсутствие в приговоре обоснования принятого решения; неза конное определение судом защиты в разрешении существенного обстоя тельства. См.: Уголовно-процессуальный кодекс Федеративной Республики Германии. - М.: Издательская фирма Манускрипт, 1994. - С. 142.

57 Уголовно-процессуальный кодекс Австрии. - М.: Прогресс, 1975. - С. 132.

58 Между тем, между ними нет принципиальной разницы, однако примени тельно к некоторым процессуальным ситуациям они различаются. Касса ционные основания для уголовного процесса в суде шеффенов определены в §§ 281, 281а этого УПК. Ими являются: неподсудность данного дела су ду; не все судьи, подписавшие приговор, присутствовали в течение всего судебного разбирательства и др.

59 Республика България. Законы и наредби. Сборник наказателни закони. (Уголовный, уголовно—процессуальный кодексы и Закон об исполнении наказания в Болгарии). - София: Софи - Р, 1995. - С. 479.

44 влекущие отмену приговора60. Статья 336 УПК МНР 1963 г.,61 посвященная существенному нарушению уголовно-процессуального закона аналогична ст.345 УПК РСФСР. Что же касается уголовно- процессуального законодательства Китайской Народной Республики62, то в нем (ст. 138) имеется лишь указание на существенное нарушение форм судопроизводства, однако нарушения, которые всегда влекут отмену приговора, не приведены.

§2. Сущность и значение направления уголовных дел на дополнительное расследование

В уголовно-процессуальной литературе направление уголовных дел на дополнительное расследование не выделяется из общей системы уголовно-процессуальных форм и рассматривается как обычный рядовой институт уголовно-процессуального права. Большинством процессуалистов (несмотря на некоторые различия в предлагаемых ими формулировках) направление дел на дополнительное расследование вполне справедливо рассматривается как акт прокурора или суда, заключающийся в указании органу предварительного следствия или дознания на необходимость продолжить расследование по делу для устранения допущенных по нему нарушений.. Отмечается, что сущность акта направления дела на дополнительное расследование заключается в том, что этим актом признается невыполнение (ненадлежащее выполнение) закона органами расследования, препятствующее разрешению дела по существу и даются (прокурором или судом)

Уголовный, уголовно-процессуальный и уголовно-исполнительный кодексы ПНР. - М, 1973. - С. 232.

61 Уголовно-процессуальный кодекс Монгольской Народной Республики 1963 г. - М., С.138.; Уголовный процесс Монгольской Народной Республи ки: Учеб. для юрид. фак. Монг. гос. ун-та. -М.: Юрид. лит., 1974. - С. 328.

62 КНР: Конституция и законодательные акты / Сост.- к.ю.н. К.А. Егорова. - М.: Прогресс, 1984.-С. 472.

45 указания о продолжении следствия (дознания) с целью устранения допущенных нарушений63.

В то же время, приведенные определения института направления уго- ловных дел на дополнительное расследование не исчерпывают всех существенных признаков этого института. Они подчеркивают лишь его внешнюю сторону. Действительно, с внешней стороны направление уголовного дела на дополнительное расследование - это акт прокурора или суда (постановления или определения), обязывающий органы дознания или предварительного следствия продолжить производство по делу для устранения допущенных по нему нарушений и способствующий установлению истины по делу, обеспечению прав и законных интересов участников процесса. Однако направление на дополнительное расследование это более сложный институт уголовно - процессуального права, который нельзя понимать только как продолжение производства по уголовному делу. Продолжение производства по делу есть лишь обнаружение сущности этого правового института.

Рассматривая понятие направления уголовного дела на дополнитель- ное расследование, необходимо прежде всего обратить внимание на те неблагоприятные последствия, к которым приводит вынесение соответствующего постановления или определения. В результате возвращения дела в стадии предварительного расследования или при решении вопроса о назначении судебного заседания и судебного разбирательства, а также кассационной и надзорной инстанциями нарушается перспективное движение производства по конкретному уголовному делу.

См.: Каретников А.С. Процессуальные основания возвращения уголовных дел к доследованию. - Саратов: Саратовский ун-т, 1978. - С.6; См. также: Гальперин И.М. Направление судом уголовного дела на доследование. - М.: Юрид. лит., I960. - С.10-11; Филатов Д.П. Возвращение судом уголовных дел на доследование в советском уголовном процессе: Авто-реф.дис. … канд. юрид. наук. - Л., 1965. - С. 4.

46

Возврат дела на дополнительное расследование в связи с неполнотой произведенного дознания или предварительного следствия, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, для изменения обвинения, либо привлечения к ответственности по данному делу других лиц, с несомненностью, свидетельствуют о том, что органы дознания или предварительного следствия основные задачи уголовного судопроизводства о быстром и полном раскрытии преступления, обеспечении правильного применения закона и о наказании виновных (ст.2 УПК) не выполнили. В литературе справедливо подчеркивается, что направление дела на дополнитель- ное расследование отодвигает момент наступления уголовной ответственности от момента совершения преступления, что не способствует успешной борьбе с преступностью64. Нельзя забывать, что нарушение закона о всестороннем, полном и объективном исследовании обстоятельств дела (ст.20 УПК) и других требований закона препятствует установлению истины по делу, ущемляет права и законные интересы участников процесса65.

Более того, предусмотренный уголовно-процессуальным законом по- рядок производства по уголовным делам не находит своего определенного завершения. Становится невозможным направление дела в суд с обвинительным заключением (ст.205 УПК) или вынесение постановления (определения) о прекращении дела (ст. 5-9, 208 УПК). Если дело направляется на дополнительное расследование, суд не в состоянии вынести по нему законный и обоснованный приговор (ст. 300 - 318 УПК), либо постановление о прекращении дела производством в случаях, когда по характеру совершенного общественно опасного деяния и своему психическому состоянию лицо, совершившее это деяние, не представляет опасности для общества

64 См.: Каретников А.С. Указ раб. - С. 9; Жогин Н.В. Строго соблюдать сроки следствия // Соц. законность. -1970. - № 3. - С. 13.

65 Кроме того, отнимает время у следователей, прокурора и судей, отрывает от работы свидетелей, потерпевших и других участников процесса, что на-

47 (п. 1 ч. 1 ст. 406 УПК), и постановление о направлении дела в суд при установлении оснований для применения к лицу, совершившему общественно опасное деяние, принудительных мер медицинского характера (п.2 ч.1 ст. 406 УПК).

Полагаю, направление уголовных дел на дополнительное расследо- вание - это установленная уголовно-процессуальным законом особая, исключительная процессуальная форма, применяемая по достаточно значительной доле из числа законченных производством уголовных дел в случаях, когда допущенные при возбуждении уголовного дела и его предварительном расследовании нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по существу. Статистика свидетельствует, что ежегодно почти каждое десятое уголовное дело, направленное в суд, возвращается для производства дополнительного следствия или дознания. Так, в целом по России для дополнительного расследования следователям органов внутренних дел возвращено в 1995 году - 8,1%, в 1996 году -7,9%, в 1997 году -7,8%. В первом полугодии 1999 года эта цифра составила - 6,7% дел (против 8,2 за 6 месяцев 1998 г.). Количество возвращенных для дополнительного расследования дел и их доля в 39 органах предварительного следствия значительно выше среднероссийского показателя (МВД Иркутской, Магаданской областей, Усть- Ордынского, Таймырского, Корякского, Эвенкийского, Чукотского автономных округов от 13,0% до 24,8% )66.

Некоторые авторы считают, что нормы института направления уго- ловных дел на дополнительное расследование определяют основания, при наличии которых невозможно дальнейшее движение дела по существу, по-

носит ущерб государству, а участникам процесса, к тому же , и моральный ущерб.

66 См.: Аналитическая справка “О результатах работы органов предварительного следствия МВД РФ в 1995,1996, 1997, а также в первом полугодии 1999 г.”.

48 рядок передачи материалов производства следователю (органу дознания) для устранения допущенных нарушений или выполнения иных указаний прокурора и суда, а также регулируют возникающие при этом процессуальные отношения между прокурором, судом и органами расследования67.

Однако такое понимание направления дел на дополнительное рассле- дование является неполным, поскольку не учитывает деятельности следователя и органов дознания по дополнительному расследованию.

Между тем, указанная деятельность имеет специфику, отличающую ее от обычного расследования68. Уголовное дело, расследованное органом дознания или предварительного следствия, возвращается прокурором или судом назад в стадию предварительного расследования, где следователем могут выполняться дополнительные процессуальные, в том чилсе следственные действия по устранению недостатков первоначального расследования.

К институту направления уголовных дел на дополнительное расследо- вание никоим образом не может быть отнесена отмена прокурором постановления о прекращении уголовного дела, его приостановлении и возобновлении по нему производства, как это считают некоторые авторы69. В этих случаях дополнительное исследование тех или иных обстоятельств дела не происходит: прокурор, как орган надзора, и суд, как орган судебного контроля, используют правовосстановительную санкцию, которой признают недействительность указанных постановлений70 .

67 Власов В.И. Направление уголовных дел на дополнительное расследова ние: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М., 1978. - С. 2.

68 Каретников А.С. Производство по делу, возвращенному на дополнитель ное расследование. - Саратов: Саратовский ун-т, 1981. - С. 3.

69 См., напр.: Переверзев М.Н. Прокурорский надзор за направлением уго ловных дел на дополнительное расследование в советском уголовном про цессе: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Свердловск, 1971. - С. 19.

“7 Л

Аналогичного мнения придерживаются и другие авторы. См., напр.: Кондратьев П.Е. Возобновление уголовных дел, прекращенных в стадии предварительного расследования: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М.,

49

К институту дополнительного расследования не следует относить и направление прокурором, судом материалов протокольного производства (или возбужденного начальником органа дознания уголовного дела) для производства дознания и предварительного следствия (ст. 416, 419 УПК). Протокольную форму следует рассматривать как самостоятельную форму расследования, которая существует наряду с дознанием и предварительным следствием. Спецификой протокольного производства является то, что оно производится без возбуждения уголовного дела, не допускается производство следственных действий и применение мер процессуального принуждения. Это, не позволяет считать его разновидностью дознания и предварительного следствия. Как справедливо отмечается в литературе, при получении органом дознания или следователем от прокурора либо суда материалов (или возбужденного уголовного дела), речь может идти не о дополнительном расследовании, а о новом исследовании всех обстоя- тельств, подлежащих доказыванию, по общим правилам УПК, установленным для производства дознания (предварительного следствия)71.

В литературе спорным является также вопрос о том, следует ли отно- сить производство по вновь открывшимся обстоятельствам к институту дополнительного расследования. Дискуссия вызвана несовершенством тер-минологии уголовно-процессуального закона . Некоторые авторы утвер-

    • С.19; Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М: Академия МВД СССР,
    • С. 7 71См.: Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М.: Академия МВД СССР,
    • С. 9; Ефимичев СП. Содержание и структура стадии предварительного расследования // Уголовно-процессуальная деятельность и правоотношения в стадии предварительного расследования. - Волгоград, 1981. - С. 8-10; Абдрахманов Р.С, Очередин В.Т. Протокольная форма досудебной подготовки материалов. -Волгоград, 1986.-С. 14.

72Согласно п.1 ст. 389 УПК РСФСР, Президиум суда, рассмотрев дело по вновь открывшимся обстоятельствам, выносит постановление, а Кассаци-

50 ждают, что расследование вновь открывшихся обстоятельств (ст. 386, 387 УПК) можно назвать дополнительным, так как оно производится по тому же делу, лицу и событию73.

Полагаю, правы авторы, которые считают, что содержание главы 31 УПК под названием “Возобновление дел по вновь открывшимся обстоятельствам” ориентирует при расследовании вновь открывшихся обстоятельств исследовать именно новые обстоятельства, а не дело, по которому вступили в законную силу приговор, определение или постановление суда. И лишь после выяснения новых обстоятельств к отмене приговора в установленном законе порядке дело может быть возвращено на дополнительное расследование74.

Уголовно-процессуальный закон (п.4 ст. 214 УПК) предусматривает право прокурора в случае несоответствия обвинительного заключения требованиям ст. 205 УПК возвратить дело следователю или органу дознания для пересоставления обвинительного заключения. А.А. Петуховский считает, что направление дела только для пересоставления обвинительного заключения не должно рассматриваться как возвращение его на доследование75. С этим также нельзя согласиться. В этом случае прокурор возвращает уголовное дело назад в стадию предварительного расследования, указывая следователю или органу дознания на то, что обвинительное заключение

онная коллегия и Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РСФСР - определение об отмене приговора, определения или постановления суда и передаче для производства нового расследования или нового судебного разбирательства (в ред. Федерального закона от 04.01.99. № 3 -ФЗ).

73 См.: Переверзев М.Н. Указ. раб. -С. 19; Степанянц А.С. Актуальные про блемы возвращения уголовных дел на дополнительное расследование: Ав- тореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1994. - С. 15.

74 См.: Захожий А. Совершенствовать институт дополнительного расследо вания // Соц законность. - 1986. - № 3. - С. 60; Петуховский А.А. Указ. раб. -С. 9-10.

Петуховский А.А. Указ. раб. - С. 8.

51 составлено с нарушением требований ст.205 УПК, к тому же и ст. 206 УПК, касающейся приложения к обвинительному заключению.

Таким образом, анализ уголовно-процессуального закона, следствен- ной практики, а также и изучение работ по данной проблематике позволяет прийти к выводу о том, что сущность возвращения дела для производства дополнительного расследования выражается в ретроспективном движении производства по делу, то есть в возврате дела прокурором или судом в стадию предварительного расследования (т.е. на более ранний этап производства по делу) в целях устранения таких нарушений закона, допущенных при первоначальном расследовании, которые препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по сущест-ву7\

Выше обращалось внимание на те неблагоприятные последствия, к которым приводит вынесение постановления или определения о направлении дел на дополнительное расследование. Однако, исходя из этого, нельзя однозначно отрицать значения положительных сторон этого важного процессуального решения.

Направление дел на дополнительное расследование обеспечивает вы- полнение задач уголовного судопроизводства, указанных в ст. 2 УПК. Это быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных в их совершении и к их наказанию, восстановление нарушенных прав участников уголовного процесса. Еще в 1960 г. И.М. Гальперин писал о том, что законное и обоснованное решение этого вопроса содействует обнаружению

По мнению, А.Б. Соловьева и А.Г. Халиулина, сущность дополнительного расследования характеризуется тем, что оно производится для устранения недостатков предварительного расследования по делам, направляемым для рассмотрения судом в случае, когда эти недостатки препятствуют вынесению законного и обоснованного приговора. См.: Соловьев А.Б., Ха-лиулин А.Г. Процессуальные и тактические вопросы дополнительного рас- следования. -Москва-Кемерово: НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ, 1996. - С. 5.

52 истины по делу, постановлению законного и обоснованного приговора и вместе с тем обеспечивает быстроту проведения процесса77. В том числе и быстроту, как ни парадоксально это звучит. На первый взгляд, - как отмечают Ю.В. Манаев и В.А. Лещенко, - возвращение дела к доследованию нежелательно. Но если своевременно не направить и не устранить допущенные в ходе предварительного расследования существенные ошибки и нарушения норм процессуального или материального права, то в дальнейшем это сделать будет значительно труднее и может привести к значительно большему удлинению сроков процесса, нежелательным последствиям, к нарушению в целом качества предварительного расследования и судебного разбирательства78.

Направление на дополнительное расследование способствует выпол- нению профилактической и воспитательной задач уголовного судопроизводства (ч.2 ст.2 УПК). Причины и условия, способствовавшие совершению преступления, входят в предмет доказывания, поэтому они должны быть установлены в полном объеме по каждому уголовному делу. Важность доказывания этих обстоятельств, к тому же их тесная связь с другими обстоятельствами, подлежащими установлению по делу, обусловливают подчас необходимость направления дел прокурором или судом на до- полнительное расследование.

Кроме того, суд, направляя дело на дополнительное расследование, убеждает присутствующих в том, что все ошибки и недостатки предварительного расследования будут вскрыты судом и что дело с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона будет возвращено для устранения этих недостатков. Обвиняемый и другие участники убеждаются в

77 Гальперин И.М. Направление судом уголовного дела на доследование. - М.: Юрид. лит., 1960.-С. 18.

78 Манаев Ю.В., Лещенко В.А. Процессуальные вопросы возвращения су дом дел для дополнительного расследования и повышение качества пред-

53 том, что ему созданы все необходимые условия для использования процессуальных прав и что существенные нарушения закона, допущенные в ходе предварительного следствия или дознания, суд обязательно выявит и соответствующим образом будет на них реагировать79.

Наконец, дополнительное расследование оказывает воспитательное воздействие и на работников органов предварительного следствия и дознания, которые также убеждаются в том, что существенные нарушения закона, допущенные ими в ходе расследования, не пройдут для прокурора или суда незамеченными.

Как известно, институт направления уголовных дел на дополнительное расследование, не ограничивается рамками одной конкретной стадии уголовного судопроизводства. По делу, поступившему с обвинительным заключением, прокурор или его заместитель вправе принять решение о возвращении дела органу дознания или следователю со своими письменными указаниями для производства дополнительного дознания или следствия (п.8 ст. 211, п.2 ст. 214 УПК). На стадии назначения судебного заседания и судебного разбирательства суд может возвращать дела для производства дополнительного расследования (п.2 ст. 221, ч.4 ст. 433, ст. 232, ч.1 ст. 258 УПК). Полномочием направлять уголовное дело на новое расследование наделены суды, кассационной и надзорной инстанций (п. 2 ст. 339, п. 2 ст. 378 УПК).

Кроме задач уголовного судопроизводства, сформулированных в ст. 2 УПК, перед дополнительным расследованием стоит специфическая задача - устранение нарушений, допущенных первоначальным предварительным расследованием. Это вытекает из сущности направления уголовного дела

варительного следствия // Проблемы предварительного следствия. - Волгоград, 1973. Вып. 12.-С. 94.

79 Филатов Д.П. Возвращение судом уголовных дел на доследование в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Л.: ЛГУ, 1965.-С. 4

54 на дополнительное расследование и находит отражение в содержании оснований, в процессуальном порядке направления уголовных дел на дополнительное расследование на различных стадиях производства по делу, а также в тех процессуальных отношениях, которые возникают в связи с вступлением в законную силу постановления (определения) о дополнительном расследовании.

Деятельность следователя (органа дознания) по производству допол- нительного расследования, наряду с общими правилами УПК, устанавливающими порядок предварительного расследования, регулируется также специальными нормами о сроках следствия (дознания) и содержания под стражей при дополнительном расследовании (ч. 3 ст. 133, ч.б ст. 97 УПК), и в значительной степени - процессуальными нормами, определяющими содержание постановления (определения) о дополнительном расследовании (п.2 ст. 214, ч. 2 ст. 215, ч.2 ст. 232, ст. 255-256, 258, 352, 380 УПК).

По мнению Ю.А. Воробьева, нормы, регулирующие вопросы допол- нительного расследования отличаются, с одной стороны, ненужными повторами, а с другой - плохо корреспондируются между собой. Такая разбросанность норм порождает трудность в правоприменительной практике. Специфика же задач, решаемых при направлении дел на дополнительное расследование, по его мнению, является предпосылкой для обсуждения теоретического вопроса о том, является ли доследование экстремальной процессуальной стадией80. Автор предлагает все нормы, регулирующие вопросы дополнительного расследования, свести в отдельную главу уголовно- процессуального кодекса, где сначала дать перечень процессуальных

Воробьев Ю.А. Институт направления уголовного дела для дополни- тельного расследования в системе гарантий законности осуществления правосудия // Проблемы совершенствования предварительного следствия и прокурорского надзора за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия. - М, 1982. - С. 104.

55 оснований, а затем - процессуальный порядок как возвращения дел, так и производства собственно доследования81.

Такое предложение принять нельзя. Направление на дополнительное расследование - это единый процессуальный институт, включающий комплекс процессуальных норм и охватывающий практически все стадии уголовного процесса. При этом законность и обоснованность актов предварительного расследования гарантируется сначала прокурорским надзором, затем наличием у суда первой инстанции обязанности в случаях, предусмотренных законом, направить дело на дополнительное расследование, наконец, деятельностью вышестоящих судов. Принятие, указанного предложения нарушило бы привычный механизм процессуального контроля за качеством предварительного следствия и дознания на последующих этапах прохождения производства по делу, характерную для отечественного уто-ловно- процессуального закона .

В теории и на практике возникают трудности в связи с существующим в действующем законе разнобоя в терминологии: дело “возвращается”, “направляется” и “передается” на “дополнительное расследование” (п. 2 ст. 221, ч.2 ст. 433, ст. 232, ч.1 ст. 258 УПК), или направляется на “новое расследование” (п.2 ст. 339, п.2 ст. 378 УПК). Между тем, речь идет об одном и том же. Полагаю, следует придерживаться единого словосочетания, к примеру, “возвращение уголовного дела на дополнительное расследование”.

Возвращение уголовных дел на дополнительное расследование - это исключительная уголовно-процессуальная форма, которая состоит в принятии прокурором или судом при наличии оснований, указанных в законе, постановления или определения, обязывающего органы предварительного следствия или дознания продолжить производство по делу в целях устра-

81 Воробьев Ю.А. Указ. раб. - С. 104. См.: Об этом подробно в § 1 названной главы.

56 нения таких нарушений закона, допущенных при первоначальном расследовании, которые препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по существу, а также деятельность этих органов по выполнению названного решения путем производства процессуальных, в том числе следственных действий.

Значение направления уголовных дел на дополнительное расследова- ние как особой, исключительной процессуальной формы, заключается в первую очередь в том, что прокурором и судом по делу подводится определенный итог предварительного расследования, облекаемый в форму процессуального решения (постановления, определения)83, которым признается что производство по делу еще не закончено и не может быть разрешено по существу в виду невыполнения или ненадлежащего выполнения органами предварительного следствия (дознания) уголовного или уголовно-процессуального закона. В постановлении (определении) о возвращении дел для дополнительного расследования фиксируются основания, по которым вынесено это процессуальное решение.

Направление уголовных дел на дополнительное расследование играет важную роль в реализации основных принципов уголовного судопроизводства.

Относительно обеспечения принципа публичности, устанавливающего обязанность суда, прокурора, следователя и органа дознания в пределах своей компетенции возбудить уголовное дело в случае обнаружения признаков преступления, принять все предусмотренные законом меры к установлению события преступления, лиц виновных в его совершении, и их наказанию (ст. 3 УПК), следственная и судебная практика идет по пути при-

83 Как справедливо отмечает А.С. Каретников, не обязательный итог, ибо при иных условиях деятельность названных органов по рассмотрению дела могла бы завершиться принятием иного решения. См.: Каретников А.С. Процессуальные основания возвращения уголовного дела к доследованию. - Саратов: Саратовский ун-т, 1978. - С. 8-9.

57 знания существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, влекущими направление дел на дополнительное расследование, производство предварительного расследования без возбуждения уголовного дела или проведение дознания, когда по закону (ст. 119, 126 УПК) производство предварительного следствия обязательно.

Если в ходе предварительного расследования не соблюдаются правила о языке, на котором ведется судопроизводство, не обеспечивается участникам процесса их право давать показания, делать заявления, знакомиться с процессуальными документами на родном языке и пользоваться услугами переводчика, то это также признается существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим направление дела на дополнительное расследование.

Возвращение дел для дополнительного расследования - гарантия обеспечения обвиняемому возможности защищаться установленными законом средствами и способами от предъявленного ему обвинения, а равно обеспечения иным участникам процесса возможности осуществления их прав. Для этого закон, в частности, ст. 58 УПК устанавливает обязанность суда, прокурора, следователя и лица, производящего дознание, разъяснить участвующим в деле лицам их права и обеспечить возможность осуществления этих прав.

Реализация в ходе расследования своих прав обвиняемым, подозре- ваемым и их защитниками, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями способствует полному, всестороннему и объективному исследованию обстоятельств дела. Если доказательства получены с нарушением прав обвиняемого и иных участников процесса они признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, входящих в предмет доказывания (ч.З ст. 68 УПК). Для устра-

58 нения этих нарушений закона дело должно быть направлено на дополнительное расследование.

Направление дел на дополнительное расследование является важной процессуальной гарантией реализации принципов презумпции невиновности, независимости судей, народных заседателей и подчинения их только закону. При возникновении сомнений в обоснованности обвинения, выдвинутого на предварительном следствии или дознании, прокурор и суд со стадии назначения судебного заседания, судебного разбирательства, кассационного и надзорного производства обязаны возвратить уголовное дело для производства дополнительного расследования. В случае возникновения таких сомнений у суда в совещательной комнате (при судебном разбирательстве) и, если их не удалось устранить на судебном следствии, суд приходит к выводу о необходимости направления дела для производства дополнительного расследования (ст. 308 УПК), либо постановляет оправдательный приговор (ч.4 ст. 309 УПК).

Решение суда или прокурора о дополнительном расследовании при- нимается ими на основе рассмотрения всех обстоятельств дела в их совокупности, в соответствии с законом и правосознанием, в условиях, исключающих постороннее воздействие на судей. В тех случаях, когда определение суда первой инстанции о направлении дела на доследование отменено, дело, как правило, передается на рассмотрение другого состава суда, об этом свидетельствует практика84.

Направление дела на дополнительное расследование служит надежной гарантией права следователя (лица, производящего дознание, суда) на оценку доказательств по внутреннему убеждению. Согласно закона, суды, рассматривающие дело в кассационной и надзорной инстанциях, не вправе устанавливать и считать доказанными факты, которые не были установлены или отвергнуты ими, а равно не вправе предрешать вопросы о доказан-

84 См.: Комментарий к УПК РСФСР. - М., 1985. - С. 105.

59 ности или недоказанности обвинения, о достоверности или недостоверности того или иного доказательства и о преимуществах одних доказательств перед другими, о применении судом первой инстанции того или иного уголовного закона и о мере наказания (ч. 2 ст. 352 и ч. 7 ст. 380 УПК).

Относительно же указаний прокурора о привлечении в качестве обви- няемого, либо о квалификации преступления, которые им могут быть даны при направлении дела на дополнительное расследование, следователь, если он не согласен с этими указаниями, вправе приостановить их исполнение и представить дело со своими возражениями вышестоящему прокурору, который или отменяет указания, или поручает производство следствия по этому делу другому следователю83.

Завершая характеристику возвращения уголовных дел на дополни- тельное расследование, как особой, исключительной процессуальной формы, следует отметить, что эффект от его применения может быть достигнут лишь тогда, когда постановление прокурора или постановление (определение) суда о дополнительном расследовании принимается своевременно, обоснованно и в строгом соответствии с законом.

85 Некоторые авторы, вполне обоснованно, считают неоправданным отсутствие такого права у органа дознания (п.З ч. 3 ст. 120 УПК РСФСР), поскольку это противоречит принципу оценки доказательств по внутреннему убеждению. См.: Белозеров ЮН., Чугунов BE., Чувилев А.А. Дознание в органах милиции и его проблемы. - М., 1972. - С. 63 - 64; Петуховский А.А. Указ раб. - С. 15.

60

ГЛАВА 2. ИНСТИТУТ НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА

ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ КАК ГАРАНТИЯ ЗАКОННОСТИ И ОБОСНОВАННОСТИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО

СЛЕДСТВИЯ И ДОЗНАНИЯ

§ 1. Процессуальный контроль за законностью и обоснованностью предварительного следствия и дознания

Законность предварительного расследования, как известно, предполагает осуществление задач уголовного судопроизводства, предусмотренные ^ в ст. 2 УПК, сущность которых сводится к тому, чтобы обеспечить защиту личности, общества и государства от преступных посягательств путем их быстрого и полного раскрытия, и в то же время оградить от необоснован- ного обвинения, осуждения, от незаконного ограничения прав и свобод человека и гражданина.

Задачи, указанные в ст. 2 УПК, конкретизированы в ст. 3, 20, 68 и других статьях УПК, предписывающих, в частности, обязанность доказывания: события преступления, виновности обвиняемого в совершении преступления, истинность методов и, как следствие этого, результатов исследования, и, наконец, соответствие назначенного судом наказания тяжести содеянного и данным о личности преступника. Однако существование норм закона не означает их автоматического претворения в действительность и создание режима законности. Необходимы условия, при наличии которых за- конность становится реально существующей, так называемые гарантии. Не вдаваясь в дискуссию по вопросу о понятии гарантий полагаю, что уголовно-процессуальные гарантии - это система правовых средств обеспечения

61

успешного решения задач правосудия и охраны прав и законных интересов его участников86.

В системе обеспечения законности производства предварительного расследования можно выделить различные группы гарантий. Это:

1) уголовно-правовые и административно - правовые гарантии, устанавли вающие, соответственно, уголовную и административную ответственность должностных лиц: судьи, прокурора, следователя, лица, производящего дознание, - за совершение ими деяний, предусмотренных статьями Уго ловного кодекса РФ (ст. 296, 299, 300, 301, 302. 310 и др.) или Кодекса об административных правонарушениях РСФСР (ст. 15, 40, 41, 42, 45, 46, 61 и

др);

2) уголовно-процессуальные гарантии законности производства предвари тельного расследования, содержащие, к примеру, такие требования, ст. 20 УПК как “принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела…” (ч. 1) или за претить домогаться показаний обвиняемого и других участвующий в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер (ч.З). Это корреспонди руется как с некоторыми из указанных выше уголовно-правовых гарантий, так и с другими уголовно-процессуальными гарантиями и, в частности, с указанием закона о том, что “доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть по ложены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания об-

от

стоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК” (ч. 3 ст. 69 УПК) .

См.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпеца. - М.: Юрид. лит., 1989. - С. 215; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. - М.: Наука, 1968.-С.33; Бойков А.Д. Третья власть в России. - М., 1997,- С. 64-65.

87 Об этом говорит и часть 2 статьи 50 Конституции РФ: “При осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона”.

62 3) Наконец, обеспечивают законность досудебного производства высокая профессиональная подготовка кадров органов дознания, следователей, прокуроров и судей, их достаточная материально - техническая оснащенность, четкая и научно обоснованная организация их деятельности, разумно налаженное взаимодействие между ними. В числе процессуальных гарантий законности действий и решений органов дознания и предварительного следствия важное место занимают процессуальный контроль на стадиях возбуждения и предварительного расследования уголовных дел88.

Процессуальному контролю на досудебном производстве в отечест- венном уголовном процессе свойственна многосубъектность. Это орган дознания и начальник следственного отдела, осуществляющие ведомственный контроль, прокурор и суд, на которых законом возложены, соответственно, прокурорский надзор и судебный контроль. Как отмечает О.В. Химичева, с точки зрения системного подхода различные иерархически связанные и не связанные субъекты контроля и надзора в комплексе влияют на один объект - предварительное расследование. Каждый их этих органов действует в пределах своей компетенции и установленной законом процедуры. В этой связи важное значение приобретает такое разделение труда между субъектами контроля, которое позволяет каждому из них вно- сить именно “свою” долю в решение общей задачи - обеспечить в уголовном судопроизводстве защиту личности, ее прав и свобод, интересов общества и государства от преступлений и в то же время защитить от необоснованного обвинения и осуждения, от незаконного ограничения прав и свобод человека и гражданина89. “Необходимо добиться положения, - отмеча-

88 Гарантии на досудебном производстве можно классифицировать и по другим основаниям. Эти гарантии выделены условно в целях исследова ния, поскольку в чистом виде функционально не могут существовать, ибо действуют в целях обеспечения законности лишь на основе соблюдения предписаний правовых норм.

89 Химичева О.В. Судебный контроль за процессуальными действиями и оперативно-розыскными мероприятиями (досудебное
производство):

63 ет автор, - при котором начальник следственного отдела, с одной стороны, прокурор - с другой, и суд - с третьей, не подменяли бы друг друга в своей деятельности: чтобы начальник следственного отдела на деле выступал руководителем подчиненных ему следователей, прокурор осуществлял надзор за исполнением законов в этой стадии, а суд обеспечивал правильное применение норм права, охрану и защиту конституционных прав участников процесса”90. Между тем, в решении указанной проблемы, несмотря на ее очевидность, до настоящего времени нет достаточной ясности.

В настоящее время в юридической литературе имеются два принципи- ально различных подхода к проблеме процессуальных функций91. В начале выделялись только три основные уголовно-процессуальные функции: 1) обвинение, 2) защита и 3) разрешение дела92. В дальнейшем большинство процессуалистов стали склоняться к тому, что функциональная структура уголовно-процессуальной деятельности не исчерпывается названными функциями. Система функций стала расширяться. Сначала она была дополнена функциями расследования, поддержания гражданского иска и защиты от него, затем вспомогательными функциями, осуществляемыми участниками уголовно-процессуальной деятельности93.

Учебное пособие. - М.: ЮИ МВД России, 1998. - С. 11-12; Она же: Изотова О. В. Проблемы судебного контроля при возбуждении и предварительном расследовании уголовных дел: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1996. - С. 16 -21.

90 Химичева О.В. Указ раб. - С. 12.

91 “Под уголовно-процессуальными функциями в общем виде подразуме ваются виды, направления деятельности субъектов, обусловленных их ро лью, назначением или целью участия в деле”. См.: Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под общ. ред. П.А. Лупинской. - М.: Манускрипт, 1998.-С. 41.

92 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. - М.: Наука, 1968.-С. 189.

93 Курс советского уголовного процесса. Общая часть / Под. ред. А.Д. Вой кова, И.И. Карпеца. - М.: Юрид. лит., 1989. - С. 420.

64

Однако несмотря на расхождения в позициях, А.Б. Соловьев и А.Г. Халиулин делают вывод о том, что при наличии у каждого из основных участников уголовно- процессуальной деятельности нескольких функций одна из них является главной, ради осуществления которой и предусматривается законом его участие в уголовном судопроизводстве. Вместе с тем некоторые из функций реализуются совместными усилиями ряда участников уголовно- процессуальной деятельности. Поэтому важно, во-первых, сохранить каждую из основных функций в качестве неотъемлемого элемента системы, во-вторых, крайне нежелательно перераспределение ос- новных функций между существующими правоохранительными органами, поскольку это обусловит наделение одного органа несколькими основными функциями, вызовет их конкуренцию и, в конечном счете, обусловит подчиненное положение перераспределяемой функции, превратит ее из основной в дополнительную. Наконец, в третьих, дополнительные функции од- ного и того же органа не должны противоречить основной осуществляемой этим органом функции94.

Исходя из содержания ст. 1 и 2 Федерального Закона РФ “О прокура- туре Российской Федерации”95 следует признать, что основной функцией органов прокуратуры в досудебных стадиях является надзор за исполнением органами, осуществляющими оперативно- розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие, требований уголовно-процессуального законодательства и законов, регламентирующих оперативно-розыскную деятельность. Кроме того, помимо осуществления надзо-

94 См.: Соловьев А.Б., Халиулин А.Г. Прокурорский надзор, уголовное пре следование и другие функции прокурора в досудебных стадиях уголовного процесса // Законность в досудебных стадиях уголовного процесса России. - М, Кемерово, 1997. - С. 39.

95 Федеральный закон “О внесении изменений и дополнений в Закон Рос сийской Федерации “О прокуратуре Российской Федерации” от 17 ноября 1995 г. в редакции Федерального закона № 31 - ФЗ от 10 февраля 1999 г. //

65 pa за исполнением законов, прокуратура выполняет и иные функции, установленные федеральным законом, в частности, согласно ст. 2 и 31 Закона прокуратура осуществляет уголовное преследование в соответствии с полномочиями, установленными уголовно- процессуальным законодательством.

Надзирая за производством дознания и предварительного следствия, независимо от их ведомственной принадлежности, при необходимости, вмешиваясь в эту деятельность, и направляя ее, прокурор осуществляет процессуальное руководство96. Прокурор вправе давать органам дознания и следователю обязательные для них указания по существу производящегося расследования, отменить или изменить любое незаконное и необоснованное их постановление, отстранить лицо, производящее дознание, или следователя от дальнейшего производства по делу, передать уголовное дело другому следователю, избрать изменить или отменить избранную следователем меру пресечения и т. д. (ст. 211-212, 218-220 УПК). Это есть ничто иное как “рычаги” руководства (управления), при помощи которых обеспе- чивается решение задач в стадии предварительного расследования97.

Собрание законодательства РФ. - 1995. - № 47. - Ст. 4772; Собрание законодательства РФ. -1999. - № 7.- Ст. 878.

96 Такую позицию занимает большинство процессуалистов. См., например: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.2. - М., 1970. - С. 50; Савицкий В.М. Прокурорский надзор за соблюдением законности в деятельности органов дознания и предварительного следствия. - М., 1959. - С. 108-110; Жогин Н.В.., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в со ветском уголовном процессе. - М., 1965. - С. 353; Химичева О.В. Судебный контроль за процессуальными действиями и оперативно-розыскными ме роприятиями (досудебное производство). - М., 1998.- С. 12.

Существует и другое мнение по этому вопросу. См.: Мирошниченко И.Я Прокурор в стадии расследования уголовных дел // Вестник МГУ. Серия 11: Право. 1973; Басков В.И. Прокурорский надзор: Учебник для вузов, 1996. -С. 167.

97 Кроме того, относительно следственного аппарата прокуратуры, проку рор наделен организационно- распорядительными (административными) полномочиями: он вправе применить поощрение и взыскание, отстранить следователя от должности и т.д.

66

Широта руководства расследованием предопределена надзорными полномочиями прокурора. Реализуя эти полномочия и вмешиваясь в производство по делу, прокурор имеет реальную возможность вовремя устранить любые нарушения законности, обеспечить всесторонность, полноту и объективность расследования, предотвратить необходимость направления дела на дополнительное расследование. Если нарушения, допущенные в ходе предварительного следствия или дознания прокурором не устранены, закон обязывает его это сделать при окончании предварительного расследования. Поступившее с обвинительным заключением дело прокурор обязан возвратить органу дознания или следователю со своими письменными указаниями для производства дополнительного дознания или следствия (п.2ч.1 ст. 214 УПК).

Ведомственный процессуальный контроль за деятельностью следова- теля осуществляет начальник следственного отдела , т.е. начальник следственного комитета, управления, службы, отдела, отделения, группы органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности, федеральных органов налоговой полиции и его заместители (п.6 “а” ст. 34, 1271 УПК). Ряд полномочий прокурора и начальника следственного отдела и его заместителя совпадают: как и прокурор, начальник следственного отдела вправе проверять уголовные дела, давать указания следователю о производстве предварительного следствия, о привлечении в качестве обвиняемого, квалификации преступления и объеме обвинения, о направлении дела, о производстве отдельных следственных действий, передавать дело от одного следователя другому, участвовать в производстве предварительного следствия и лично производить его, пользуясь при этом полномочиями следователя”.

Он, как и прокурор (начальник СО) наделен организационно - распорядительными (административными) полномочиями в отношении подчиненных следователей.

99 По смысловому значению термины “надзор” и “контроль” близки, почти тождественны. Их содержание определяется как проверка, а также наблю-

67

Из текста закона следует (ст. 1271 УПК), контроль начальника следст- венного отдела за своевременностью действий следователей означает повседневное за ними наблюдение, чтобы выполняемые ими действия (как процессуальные, так и организационного характера) обеспечивали наиболее полное, всестороннее и объективное исследование всех обстоятельств по каждому уголовному делу. Рамки компетенции по вмешательству в расследование у начальника следственного отдела гораздо шире, чем у прокурора, вместе с тем прокурор обладает большими правами и властными полномочиями при определении направления движения дела. В случаях выявления нарушений закона начальник следственного отдела принимает меры к их устранению. Когда же для устранения нарушений закона требу- ется вмешательство прокурора, например, для отмены незаконных и необоснованных постановлений следователя, начальник следственного отдела ставит этот вопрос перед прокурором100.

В этой связи вызывает недоумение вносимые предложения, даже на уровне диссертационных исследований, о том что назрела необходимость

дение с целью проверки. См.: Ожегов С.Н. Словарь русского языка. - М., 1985.-С.261.

100 Как справедливо подчеркивает М. Селезнев, процессуальное руководство предварительным расследованием не должно становиться правилом для прокурора. По необходимости он берет на себя процессуальное руководство по наиболее сложным и актуальным делам. На практике достаточно распространена ситуация, когда начальники следственных отделов в силу разных причин уклоняются от возложенного на них процессуального руководства подчиненными им следователями. Это понуждает надзирающих прокуроров в целях улучшения показателей следственной работы заниматься выдвижением и проверкой версий, планированием расследования, организацией следственного действия и т.д. См.: Селезнев М. Ведомственный процессуальный контроль и прокурорский надзор на предварительном следствии // Законность. - 1999. - № 31. - С. 14. По данным А.Б. Соловьева и А.Г. Халиулина, такой работой занимаются от 42.3 % до 76.1 % опрошенных ими прокуроров. См.: Соловьев А.Б., Ха-лиулин А.Г. Соотношение прокурорского надзора и ведомственного контроля за законностью расследования // Законность в досудебных стадиях уголовного процесса России. - М., Кемерово, 1997. - С. 68.

68 предоставления начальникам следственных отделов и даже следователям-методистам (правовой статус которых в уголовном процессе, к тому же, не определен) “права отмены незаконных постановлений следователей”. Мотивируются подобные предложения, обычно, тем, что прокурорский надзор делает это малоэффективно, с опозданием, и, в основном, по представлениям начальников следственных отделов, которые вместо того, чтобы самим отменять подобные решения следователей, пишут ходатайства об этом прокурору101.

Подобная позиция ученых, при которой пределы процессуального контроля начальника следственного отдела незаконно пытаются расширить нашла определенную поддержку и на практике. Имеют место случаи, когда начальник следственного отдела требует для проверки дело после подписания следователем обвинительного заключения, чем нарушает требования ст. 207 УПК о том, что в таких случаях дело немедленно направляется прокурору. Начальник следственного отдела, признав, что по делу имеются существенные нарушения уголовно-процессуального закона возвращает дело следователю со своими письменными указаниями для производства дополнительного следствия либо дает указания в устной форме о производстве дополнительных следственных действий. При истечении к этому времени срока следствия и содержания обвиняемого под стражей, следователь обращается к прокурору с ходатайством о продлении указанных сроков. При этом следователь вынужден изымать из уголовного дела составленное им обвинительное заключение, а нередко даже протокол об ознакомлении обвиняемого с материалами уголовного дела, поскольку после производства дополнительных следственных действий следователь, согласно закона (ч.4 ст. 204 УПК), вновь обязан ознакомить обвиняемого и

См.: Лемента П.В. Ведомственный процессуальный контроль за предварительным следствием в органах внутренних дел: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Волгоград, 1999. - С. 15, 19.

69 его защитника с материалами дела с соблюдением требований ст. 201-203 УПК.

В процессуальной литературе мнение относительно права начальника следственного отдела возвращать дела для производства дополнительного расследования неоднозначны.

Так, Л. Захожий утверждает: “В законе не сказано, что таким правом обладает начальник следственного отдела, но поскольку, согласно закону (ч.1 ст. 1271 УПК), он принимает меры к наиболее полному, всестороннему и объективному расследованию, он также правомочен возвратить следователю уголовное дело для устранения допущенных недостатков”102. Поддерживая эту точку зрения, некоторые предлагают легализовать такие полномочия начальника следственного отдела, дополнив указанную статью нормой, предусматривающей соответствующее право начальника следственного отдела103.

Полагаю, в этих предложениях игнорируется два момента, во-первых, основной признак, характеризующий данный институт - возврат дела на ранее пройденную стадию, и, во-вторых, различия в процессуальном руко-

104

водстве следователем прокурора и начальника следственного отдела
.

Окончание предварительного следствия (или дознания) является важным этапом процессуальной деятельности. На этом этапе уголовное дело может перейти из досудебных стадий уголовного процесса в судебные, а может получить и окончательное разрешение в форме прекращения дела.

102 Захожий А. Совершенствовать институт дополнительного расследова ния // Соц законность. - 1989. - № 3. - С. 61.

103 См.: Степанянц А.С. Актуальные проблемы возвращения уголовных дел на дополнительное расследование. Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1993. - С. 23.

104 Аналогичной позиции придерживается А.А. Петуховский. См.: Петухов- ский А. А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и

70

Сложившаяся процессуальная форма завершающей части предвари- тельного расследования не включает в себя действия начальника следственного отдела по проверке качества предварительного расследования уголовного дела, законности и обоснованности выводов следователя. Иными словами, закон не предусматривает специального этапа, на котором начальник следственного отдела осуществлял бы итоговый процессуальный контроль, поскольку законодатель, наделяя начальника следственного отдела определенными процессуальными полномочиями, не стремился соз- дать дополнительный, наряду с прокурором, надзорный орган105. В этой связи, закон (ч.2 ст. 1271 УПК), закрепляющий право начальника следственного отдела, “давать указания следователю о направлении дела” устанавливает возможность дачи следователю лишь таких указаний, которые обеспечивают перспективное движение производства по делу или его прекращение, а не ретроспективное движение характерное для возвращения дела на дополнительное расследование.

Как отмечалось, функция уголовного преследования органически присуща деятельности прокурора, который в соответствии с действующим УПК, проектом УПК РФ106 наделен правом участия в производстве дознания и предварительного следствия, а в необходимых случаях может лично производить отдельные следственные действия и расследование в целом.

Функция уголовного преследования присуща специально уполномо- ченным на то законом государственным органам и должностным лицам, таким, как орган дознания, следователь, начальник следственного отдела,

проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. -

М.: Академия МВД СССР. - 1990. -СЮ.

105 См.: Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 14 декабря 1965 г.

О внесении изменений и дополнений в уголовно-процессуальный кодекс

РСФСР // Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1965. - № 50 (376). - Ст.

1243.

71 прокурор, состоящая в стадии предварительного расследования в обязанности возбудить уголовное дело в каждом случае обнаружения признаков преступления, установить и изобличить виновного в его совершении, направить дело в суд для решения вопроса о назначении наказания.

Суд к числу субъектов уголовного преследования не относится. Со- гласно ст. 4 Закона РСФСР от 7 августа 1981 г. “О судоустройстве”107, пра- восудие по уголовным делам должно осуществляться путем рассмотрения в судебных заседаниях уголовных дел и применения, установленных законом мер наказания к лицам, виновным в совершении преступления, либо оправдания невиновных. Часть 1 ст, 118 Конституции РФ гласит: “Правосудие осуществляется только судом”. Это положение конкретизируется в ст. 49 Конституции РФ, статьях уголовно-процессуального закона. Так, ст. 13 УПК устанавливает: “Правосудие по уголовным делам осуществляется только судом. Никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом”.

Таким образом, в соответствии с Конституцией РФ и уголовно- процессуальным законом, на суды возложено осуществление правосудия, что несовместимо с осуществлением ими уголовного преследования.108 Хотя формально суд и не отвечает ни за количественные, ни за качественные показатели досудебного производства по уголовным делам, он глубоко заинтересован в устранении каждого нарушения, допущенного органом дознания и предварительного следствия. Законность и обоснованность пред- варительного расследования - это тот фундамент, который лежит в основе

См.: Ст. 157 главы 20 Проекта Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подготовленного рабочей группой Министерства юстиции РФ // Юридический Вестник. - 1995. -№31.

107 Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1981. - № 28. - Ст. 976 с изме нениями и дополнениями на 4 января 1999 г.

108 См. подробно § 4 главы 1.

72 законности и обоснованности всей судебной деятельности, особенно правосудия по уголовным делам.

Характеризуя проблемы, возникающие при направлении уголовных дел на дополнительное расследование, нельзя абстрагироваться от того, что в последние годы не удается переломить тенденцию ухудшения качества предварительного расследования. К традиционным причинам его низкого качества (неполнота следствия, неправильная квалификация действий обвиняемых, нарушение их прав на защиту) сегодня прибавился еще и рост наиболее сложных для расследования новых видов преступлений, неумение многих следователей правильно применять быстро меняющееся материальное и процессуальное законодательство, следить за судебной практи-

-109 КОИ .

Деятельность прокуроров по делам, поступившим с обвинительным заключением, также оставляет желать лучшего. В этом нас убеждают факты постоянного увеличения дел, возвращенных для дополнительного расследования следователям МВД РФ судом, в том числе и из стадии назначения судебного заседания, где методы проверки материалов поступивших дел аналогичны методам, применяемым прокурором:

1996 г. 1997 г. 1998 г.

Возвращено дел 53 925 51748 55 946 в том числе:

судом: 32 814 32 133 35 074

уд. вес в % 60,9% 62,1% 62,7%

Аналогичные статистические данные получены из отчета Главного информационного центра МВД России за 1998 г. (эти сведения основаны

109 См.: Аналитическая справка о результатах работы органов предварительного следствия МВД Российской Федерации в 1998 году.

73 на обработке данных статистической отчетности по форме Ш)110, утвержденного Госкомстатом Российской Федерации: из общего количества дел, возвращенных на дополнительное расследование (с повторными) следователям прокуратуры, следователям МВД, органам дознания прокурором возвращено лишь 37,8 %, т.е. 32,020 уголовных дел. При этом следователям прокуратуры возвращается на дополнительное расследование значительное количество дел из судов (86, 6 %), малая доля дел -прокурором (всего 13 4 %). Что же касается органов дознания, то количество возвращенных им для дополнительного расследования дел прокурором и судом примерно одинаково и составляет, соответственно, 50,6 % и 49,4 %.

Практика показывает, что более, чем по одной трети из числа возвра- щенных судами для дополнительного расследования дел допущены такие ошибки, которые могли бы быть исправлены до направления дела в суд.

Это свидетельствует об отсутствии должного процессуального кон- троля прежде всего со стороны руководителей органов предварительного следствия и прокуроров. Так, судом направлено на дополнительное расследование уголовное дело по обвинению Тухбатулина по ч.1 ст. 111, ч.З ст. 213 и ч.З ст. 221 УК РФ в связи с тем, что обвиняемому не был вменен один из квалифицирующих признаков хулиганства “сопротивление лицу, пресекающему нарушение общественного порядка” (следственное управление УВД Магаданской области)1’’.

К рецидиву процессуальных ошибок, наряду с недостаточным про- фессионализмом следственных кадров, ведомственным контролем и прокурорским надзором, приводит также отсутствие должного судебного контроля за качеством предварительного расследования, особенно, со стороны

110 См.: Отчет ГИЦ МВД России, утвержденный Госкомстатом Российской Федерации за 1998 год.

111 См.: Аналитическая справка о результатах работы органов предвари тельного следствия МВД Российской Федерации в 1998 году.

74 судов первой инстанции. Так, Ногинский городской суд Московской области признал Бессудного виновным по ст. 15, 103 УК РСФСР, а Тоцкий районный суд Оренбургской области - Фролова по ст. 103 УК РСФСР не установив мотивы совершенных ими преступлений. Оба дела Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ направила на дополнительное расследование112.

Основания для возвращения дел на дополнительное расследование нередко обнаруживались уже в стадии назначения судебного заседания. Однако дела, по которым имелись такие основания, назначались к слушанию.

Часто по таким делам упущения органов дознания или предваритель- ного следствия не выявлялись и в ходе судебного разбирательства, что влекло постановление незаконных приговоров. К примеру, Кочубеевский районный суд Ставропольского края по делу Гальтяпина, признал его виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 144 УК РСФСР. Между тем, ни прокурором при утверждении обвинительного заключения, ни судом первой инстанции не было обращено внимание на то, что обвиняемому по окончании предварительного следствия были лишь разъяснены его процессуальные права, а материалы дела для ознакомления в нарушение требований ст. 201 УПК представлены не были. Судебная коллегия, отменив судебные решения, возвратила дело на дополнительное расследование113.

Практика свидетельствует, что суды нередко возвращают для допол- нительного расследования дела из-за допущенных процессуальных нарушений, не относящихся к существенным, или при отсутствии к тому осно-

112 См.: Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по рассмотрению уголовных дел в порядке надзора // Бюллетень Верховно го Суда РФ. - 1998.-№ 11. - С. 15.

113 Архив Кочубеевского районного суда Ставропольского края, уголовное дело№ 1-76/94.

75 ваний, зачастую без каких-либо попыток к исследованию собранных по делу доказательств и их оценке.

Это подтверждает и кассационная практика вышестоящих судов, от- меняющих каждое третье определение о доследовании. Однако в установленном порядке через надзирающих прокуроров такие определения, зачастую, не опротестовываются114.

Уголовные дела из-за необоснованного направления на дополнитель- ное расследование нередко рассматриваются судами неоднократно, хотя сразу было видно, что имелись все основания для оправдания подсудимого. По данным исследования, проведенного В.В. Воскресенским, из 52 изученных дел, по которым были вынесены оправдательные приговоры, 19 дел (37 %) ранее возвращались на доследование. При этом ни в одном случае в ходе дополнительного расследования не было добыто новых доказательств виновности подсудимого115.

Для исправления сложившейся ситуации некоторые авторы предлагают вообще ликвидировать процессуальный институт направления уголовных дел на дополнительное расследование. Доводы для этого приводят самые разнообразные. Так, по мнению Ю. Щадина: “Существующий институт доследования не соответствует задаче быстрого и полного раскрытия преступления, изобличения виновных и обеспечения правильного применения закона и является анахронизмом нашего законодательства. Основа- ния возвращения на доследование все в большей мере не соответствуют

Обзор кассационной практики Верховного Суда Российской Федерации по делам с частными протестами на определения судов о направлении уголовных дел для дополнительного расследования // Информационный бюллетень Следственного Комитета МВД РФ. - 1996. - № 2 (87). - С. 77. 115 Воскресенский В. В. Совершенствовать институт возвращения уголовных дел на дополнительное расследование // Соц законность. - 1990. - № 4. -С. 53.

76 другим нормам процессуального законодательства”116. М. Пастухов, В. Крыгин, пишут: “Закрепление в законе института направления уголовных дел для производства дополнительного расследования означает, что законодатель заранее предполагает и мирится с фактами некачественного расследования уголовных дел. Целесообразно поставить вопрос о его сущест-

1 1 “7

вовании .

Эти предложения чрезмерно категоричны. По данным статистики, 3/4 дел после дополнительного расследования вновь направляется в суды и по ним постановляются законные и обоснованные обвинительные пригово-ры

Достаточную эффективность института направления дел на дополни- тельное следствие и дознание подтверждают также результаты дополнительного расследования за 1998 г. (с повторными из числа дел, возвращенных на дополнительное расследование, независимо от времени принятия к производству), согласно которым большая часть уголовных дел, или 76,3 % вновь направляется в суд с обвинительным заключением. Прекращается лишь 9,8 % или 8364 уголовных дел “9.

В последнее десятилетие получила определенное признание точка зрения о необходимости принципиально иных способов организации отечественного уголовного судопроизводства, когда сам факт существования института дополнительного расследования теряет всякий смысл. В частности, в 1991 году Оргкомитетом по подготовке Съезда судей России при об-

116 Щадин Ю. Нужен ли институт дополнительного расследования // Соц. законность. - 1995. - № 10. - С. 31.

117 Крыгин В., Пастухов М. Нужен ли институт доследования // Сов. юсти ция. - 1990. - № 14. - С. 24. Аналогичной точки зрения придерживается Г. Резник - См.: От мифов к правде // Московская правда. 1988. 24 июня.

118 Воскресенский В.В. Совершенствовать институт возвращения уголов ных дел на дополнительное расследование // Соц законность. - 1990. - № 4. -С.53.

119 См.: Отчет ГИЦ МВД России, утвержденный Госкомстатом Российской Федерации за 1998 год.

77 суждении “Предложений по концепции судебной реформы”120 был вынесен на повестку дня вопрос о том, чтобы построить гражданское и уголовное судопроизводство на принципе состязательности. Однако, в соответствии с этой концепцией, обязанность сбора и представления суду доказательств будет возложена исключительно на стороны обвинения и защиты. Ответственность за полноту представления доказательств несет сторона. Суд же обязан будет тщательно исследовать, оценить доказательства и применить материальный закон.

Сказанное нашло поддержку у ряда процессуалистов. Некоторые из них, ссылаясь на опыт стран Общего права (США, Англии), считают, что для суда возможны два принципиальных решения по делу: обвинительный или оправдательный приговор. При этом суд не должен быть связан выводами следствия, и по своему усмотрению может давать квалификацию по более или менее тяжкой статье, выяснять и исключать из обвинения квалифицирующие признаки, уточнять фактические обстоятельства обвинения, независимо от их существенности для дела. По их мнению, принцип состязательности исключает институт направления уголовных дел на дополнительное расследование 121.

Существует и другое мнение по этому поводу, которое следует под- держать. В. 3. Лукашевич и В.В. Шимановский считают, что недопустимо построение российского предварительного расследования по англоамериканскому образцу. Это, - пишут авторы, - не сулит нам ни более высокой раскрываемости преступлений, ни более надежной охраны прав и законных интересов граждан, участвовавших в предварительном расследовании. Кроме того, в Англии и США значительно выше количество оправда-

120 Концепция судебной реформы в Российской Федерации / Сост. С.А. Пашин. - М.: Республика ; Верховный Совет РФ, 1992.

121 Цоколова О.И., Цоколов И.А. Некоторые проблемы института возвра щения уголовных дел для дополнительного расследования // Проблемы

78 тельных приговоров, по сравнению с Россией, что вряд ли можно рассматривать как положительное явление применительно к российскому уголовному процессу, так как большое число оправдательных приговоров англоамериканских судов свидетельствует о необоснованном привлечении граждан к уголовной ответственности в стадии предварительного расследования.122 Очевидно “нельзя кроить будущее России по чужим лекалам”123. Не следует этого делать и при реформировании института дополнительного расследования.

Трудно согласиться с авторами, которые в угоду новизне, заимствуя институты англо-американской системы права с их пассивной ролью суда, когда суд по своей инициативе не собирает доказательств, а лишь следит за поединком сторон, предлагают исключить из уголовного судопроизводства Российской Федерации институты, которые не противоречат ни Конституции России, ни нормам международного права. Л.Д. Бойков, отстаивая интересы отечественного уголовного процесса, пишет: “Наши новые идеологи, копирующие западные образцы для России, могут быть довольны: по уровню нелепых и безответственных решений наш суд догоняет Америку”124. Реформа законодательства последних дел подтверждает сказанное А.Д. Бойковым.

В этой связи весьма актуальна задача ускорения процесса восстанов- ления нарушенных прав участников процесса и отмены незаконного решения. Однако, реформа законодательства последних лет призвана поставить заслон этому процессу.

предварительного следствия и дознания: Сб. науч. тр. - М., 1992. № 140. -С. 64

122 Лукашевич В.З., Шимановский В.В. Предварительное расследование должно быть эффективным // Правоведение. - 1996. - № 2. - С. 74.

123 Послание Президента России к Федеральному собранию // Российская газета. 1996. 27 февраля.

124 Бойков А.Д. Третья власть в России. -М: НИИ проблем укрепления за конности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ, 1997. - С. 136.

79

Первым шагом в этом направлении явилось дополнение действующе- го Уголовно-процессуального кодекса РСФСР разделом X “Производство в суде присяжных”. В этот раздел включена и ст. 433 УПК. Согласно ч. 4 этой статьи судья может вынести постановление о направлении дела для производства дополнительного расследования лишь в тех случаях, когда об этом ходатайствует государственный обвинитель или другая сторона.

Если данное положение ст. 433 УПК имеет отношение лишь к произ- водству в суде присяжных, то постановление Конституционного Суда РФ от 20 апреля 1999 г. по делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 3 части 1 ст. 232, части 4 ст. 348 и части 1 ст. 258 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запросами Иркутского районного суда Иркутской области и Советского районного суда г. Нижний Новгород125, запрещающее суду по собственной инициативе возвращать на дополнительное расследование уголовные дела на основании п. 1 и 3 ст. 232 УПК, распространяет этот порядок на все без исключения уголовные дела. В развитие названного постановления Конституционного Суда РФ, Пленумом Верховного Суда РФ было принято постановление от 8 декабря 1999 г. № 84 “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования”126, согласно которому суд не вправе по собственной инициативе и при отсутствии об этом достаточно аргументированного ходатайства стороны возвращать дело в случае, когда имеются основания, предусмотренные уже тремя пунктами 1, 3 и 4 части 1 ст. 232 УПК. Если на стадии назначения судебного заседания поступило ходатайство о возвращении дела для дополнительного расследования по основаниям, предусмотренным вышеуказанными пунктами ст. 232 УПК, суд должен назначить и провести судебное заседание с участием сторон по аналогии с порядком, установленным

125 Российская газета. 1999. 27 апреля.

126 Российская газета. 1999. 16 декабря.

80 ст. 432 УПК и вынести соответствующее решение. Иными словами, сейчас направление дел может быть осуществлено по инициативе самого суда как при судебном разбирательстве, так и на стадии назначения судебного заседания только по двум основаниям (п. 2 и п. 5 ст. 232 УПК - существенное нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное соединение и разъединение уголовных дел.

Перечисленные документы достаточно очевидно проводят линию на устранение активной роли суда по собиранию доказательств по уголовным делам с тем, чтобы суд выполнял единственную свою роль - осуществление правосудия. Подчеркнем, что эта тенденция прослеживается и в других нормативных актах, в частности, в постановлении Конституционного Суда РФ от 14 января 2000 г. по делу о проверке конституционности отдельных положений Уголовно- процессуального кодекса РСФСР, регулирующих полномочия суда по возбуждению уголовного дела (в связи с жалобой гражданки И.П. Смирновой и запросом Верховного Суда Российской Федерации127), запретившего судам возбуждать уголовные дела.

Как же быть в данной ситуации другим правоохранительным орга- нам? Очевидно, основные полномочия по выявлению и устранению ошибок и нарушений закона, допущенных следователем или органом дознания должны приходиться на те этапы уголовного судопроизводства, которые предшествуют судебному разбирательству.

Речь идет прежде всего о прокуроре. Прокурор “кровно” заинтересо- ван в том, чтобы в суд направлялись качественно расследованные уголовные дела. Фигура прокурора в системе предварительного расследования находится как над следователем, так и над начальником следственного отдела128. Поэтому оценку качества расследования необходимо давать при-

Российская газета. 2000. 2 февраля. 128 Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора. М., 1997. С. 204-205.

81 менительно к совместной деятельности и следователя, и начальника след-

129

ственного отдела, и прокурора

В этой связи можно предложить более четко определить основания возвращения прокурором дел для дополнительного расследования, взяв за основу перечень тех оснований, которые предусмотрены ст. 232 УПК для судебных стадий, т.е. стадий назначения судебного заседания и судебного разбирательства.

В связи с отсутствием в законе самостоятельного перечня оснований возвращения уголовных дел прокурором на дополнительное расследование, полагаем ввести в действующий УПК статью 2141 «Возвращение дела для дополнительного предварительного следствия и дознания прокурором»:

Прокурор направляет дело для дополнительного расследования в слу- чаях:

1) неполноты, односторонности и необъективности произведенного дознания или предварительного следствия, при котором остались не- выясненными какие-либо обстоятельства, предусмотренные ст. 68 УПК РСФСР; 2) 3) существенного нарушения уголовно-процессуального закона ор- ганами дознания или предварительного следствия; 4) 5) наличие оснований для предъявления обвиняемому другого обви- нения, связанного с ранее предъявленным, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении; 6) Химичева Г.П. Актуальные аспекты возвращения дел для производства дополнительного расследования // Проблемы теории законодательства и практики правоохранительных органов по стабилизации и снижению роста преступности в России. - Тамбов; ЮИ МВД России, 2000. - С. 24.

82

4) наличие оснований для привлечения к уголовной ответственности по данному делу других лиц при невозможности выделить о них материалы дела; 5) 6) неправильного соединения или разъединения дела; 7) 8) неправильного применения уголовного закона; 9) 10) незаконного и необоснованного принятия решения по делу (о пре- кращении, о приостановлении, о передаче по подследственности и др.). 11) Дело направляется для дополнительного расследования следователю и органу дознания. При этом прокурор обязан указать в своем постановлении, по какому основанию дело возвращается и какие обстоятельства должны быть дополнительно установлены.

При направлении дела для дополнительного расследования прокурор обязан решить вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого и об установлении сроков дополнительного расследования.

Кроме того, в стадии назначения судебного заседания судью нельзя лишать указанных полномочий, в связи с этим представляется возможным не согласиться с указанной выше позицией Конституционного Суда РФ, выраженной в постановлении от 20 апреля 1999 г., связывающей возвращение дел на дополнительное расследование лишь с инициативой сторон.

Во-первых. Историческому типу отечественного уголовного процесса свойственна активная роль суда, которая служит полному, всестороннему и объективному исследованию обстоятельств дела, установлению истины по делу, а также защите прав и законных интересов граждан.

Во-вторых, отмечает Г.П. Химичева, - в данной стадии уголовного процесса правосудие не осуществляется, а значит, полномочия суда возвращать уголовное дело в случае невосполнимой в судебном заседании неполноты расследования, а также при наличии оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам

83 от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении, не противоречит основному назначению суда, т.е. осуществлению правосудия. IB-третьих, стадия назначения судебного заседания призвана служить “фильтром” для того, чтобы некачественно расследованные дела не попадали в главную, ключевую стадию судебного разбирательства. Нашу позицию подтверждает также история существования названного института: согласно Уставу уголовного судопроизводства 1864 г., который заложил основы современного уголовно-процессуального законодательства, право об- ращать дело к доследованию или дополнению следствия было предоставлено не только прокурору, но и обвинительной камере судебной палаты. Распоряжения такого рода делались как по их собственному усмотрению, так и по жалобе участвующих в деле лиц.

Вряд ли правомерно, к примеру, фактически лишать судебной защи- ты потерпевшего в силу различных причин (плохого материального положения, противоправного на него давления и др.) не заявившего ходатайство о возвращении дела для производства дополнительного расследования по мотивам необходимости предъявления обвиняемому другого, более тяжкого обвинения130.

Подводя итог сказанному необходимо заметить, что возвращение уголовного дела на дополнительное расследование - необычайно актуальная проблема для научной дискуссии. Этот институт является одним из самых действенных средств в борьбе с нарушениями закона, допускаемыми на стадии предварительного расследования уголовных дел.

Химичева Г.П. Указ. раб. С 25 - 26.

84 § 2. Основания направления уголовных дел на дополнительное рас- следование

Рассмотрим основания дополнительного расследования по действую- щему уголовно- процессуальному закону (ст. 232 УПК).

Исследование показало, что дела направляются на доследование в связи: 1) с неполнотой произведенного предварительного расследования, ко- торая не может быть восполнена в судебном заседании - 41%; 2) существенным нарушением уголовно-процессуального закона органами предварительного расследования - 34%; 3) с наличием оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, связанного с ранее предъявленным, либо для изменения на более тяжкое или существенно отличающиеся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении - 19%; 4) с наличием оснований для привлечения к уголовной ответственности по данному делу других лиц при невозможности выделить о них материалы дела - 15%; 5) неправильное соединение или разъединение дела - 4%.

Пункт 1 статьи 232 УПК и статья 343 УПК в качестве основания для дополнительного расследования предусматривают неполноту произведенного дознания или предварительного следствия, которая не может быть восполнена в судебном заседании.

Уголовно-процессуальный закон предписывает органам предвари- тельного следствия и дознания, чтобы каждое преступление было расследовано полно, всесторонне, объективно. Вышеназванному принципу статьи 20 УПК противопоставляется неполнота, односторонность и необъективность предварительного расследования - единый процессуальный принцип уголовного судопроизводства, состоящий из трех взаимообусловленных элементов. Законодатель полагает, что понятие односторонности включает в себя понятие необъективности, предвзятости, что проявляется прежде всего, в обвинительном уклоне следователя, прокурора при осуще-

85 ствлении практической деятельности. Что касается, неполноты предварительного расследования то данное понятие следует связывать прежде всего, со всесторонностью и полнотой предварительного расследования. (Неполнота и односторонность, являются и определяют в целом одно качество расследования преступления.) При определении полноты предварительного следствия необходимо исходить из предмета и пределов доказывать по уголовному делу (ст.68 УПК): события преступления; о виновности обвиняемого в совершении преступления; обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности обвиняемого, указанные в статьях 61 и 63 УК РФ; характера и размера ущерба, причиненного преступлением; обстоятельств, способствовавших совершению преступления.

Невыполнение требований закона (ст.68 УПК) влечет признание про- изведенного расследования неполным и суд должен учитывать процессуальную значимость невыполнения следователем требования закона о предмете доказывания. Согласно ст. 343 УПК, односторонне или неполно проведенным признается дознание, предварительное или судебное следствие, которые оставили невыясненными такие обстоятельства, установление которых могло иметь существенное значение при постановлении приговора.

Дознание, предварительное или судебное следствие во всяком случае признаются односторонним или неполным, когда по делу:

  • не были допрошены лица, чьи показания имеют существенное зна- чение для дела;
  • не были истребованы документы или вещественные доказательства, имеющие существенное значение;
  • не были исследованы обстоятельства, указанные в определении суда или постановлении судьи, передавшего дело для производства дополнительного расследования или на новое судебное рассмотрение;

86

  • не установлены с достаточной полнотой данные о личности обви- няемого.

Положение уголовно-процессуального закона (п. 2 ст. 343 УПК) о не- выполнении указаний суда при возвращении дела на доследование нельзя признать совершенным. Обратимся к материалам Пленумов Верховного Суда РСФСР, где сказано, что п.2 ст.343 УПК может быть основанием возвращения дела на дополнительное расследование лишь в случае, если “невыяснение этих обстоятельств будет иметь существенное значение для дела” (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР № 2-84 г)131. Если указания суда (судьи) сформулированы неконкретно, необоснованно, то это не может служить основанием возвращения дела на доследование по причине его неполноты и односторонности.

Признание произведенного предварительного следствия неполным и односторонним определяется не только требованием законодателя, но и конкретными фактическими обстоятельствами по конкретному делу.

“Дело является всесторонне и полно исследованным, тогда - писал М. М. Гродзинский, - когда выяснены все его обстоятельства, когда собраны и надлежаще рассмотрены все те доказательства, которые для этого необходимы. Сказать заранее, какие именно обстоятельства выяснены в каждом отдельном случае, не представляется возможным ввиду бесконечного разнообразия, конкретных условий каждого дела, и поэтому вопрос этот разрешается каждый раз тем органом расследования или судом, в производстве которого данное дело находится”132. Следовательно, не может быть универсального подхода к определению процессуальных оснований, свиде-

131 Обзор кассационной практики Верховного Суда РФ по делам с частны ми протестами на определения судов о направлении уголовных дел для до полнительного расследования // Бюллетень Верховного Суда РСФСР. - 1995.-№.12.-С. 7.

132 Божьев В.П., Грун А.Я. Основания отмены и изменения приговоров и постановлений в порядке надзора // Ученые записки. - М., 1969. Вып 18. - С. 131.

87 тельствующих как о неполноте, так и односторонности дознания и предварительного следствия133.

Согласно ст. 213 УПК, прокурор обязан проверить широкий круг во- просов по каждому делу, поступившему от органа дознания или следователя и тем самым решить, расследовано ли дело полно, объективно, всесторонне и обосновано ли предъявленное обвинение, имеющимися в деле доказательствами. Так как бесспорным критерием неполноты расследования может служить предмет доказывания (ст. 68 УПК), то неустановление отдельных обстоятельств предмета доказывания должно влечь направление дела прокурором на доследование.

Прокурор, проверяющий дело с обвинительным заключением, при обнаружении пробелов расследования не может руководствоваться критериями возможности (или невозможности) восполнить эти пробелы в судебном заседании. Поэтому указанное основание следует формулировать как неполноту, односторонность и необъективность дознания или предварительного следствия, при которой остались невыясненными какие-либо обстоятельства, предусмотренные ст. 68 УПК.

В стадии назначения судебного заседания решение о дополнительном расследовании по данному основанию может иметь место в случае, когда названные выше недостатки не позволяют суду ответить на вопросы: содержит ли деяние, вмененное обвиняемому, состав преступления и собраны ли по делу доказательства, достаточные для его рассмотрения в судебном заседании. То есть при наличии такой неполноты, односторонности и необъективности предварительного расследования, которая ставит под со-

133Хотя, авторы “Комментария к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР” предприняли попытку дать исчерпывающий перечень оснований, в силу которых произведенное расследование следует признать во всех случаях односторонним и неполным. При этом они ссылаются на практику Верховного Суда России. См.: Научно- практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / В.Б. Алексеев.. В.К. Бобров и др.; под ред. Лебедева В. - М., 1995. - С. 423-424.

88 мнение обоснованность вынесения дела в судебное разбирательство и препятствует принятию решения о назначении судебного заседания. Именно это условие, а не возможность восполнения пробелов расследования в судебном разбирательстве следовало бы указать в п. 1 части 1 статьи 232 УПК. Далее, в соответствии со ст. 343 УПК суд кассационной или надзорной инстанции должен учитывать соблюдено ли упомянутое условие. Если все же имели место нарушения при назначении судебного заседания и появились сомнения в обоснованности предъявленного обвинения доказательствами и в судебном заседании, суд кассационной и надзорной инстанции, который сам эти пробелы восполнить не вправе, должен возвратить дело на дополнительное расследование, а не на новое судебное рассмотрение.

Этими же критериями следует руководствоваться при обращении дела к доследованию после отмены приговора в кассационном порядке либо в порядке судебного надзора.

При возвращении дела на доследование в связи с неполнотой предва- рительного расследования выдвигается дополнительное условие- невозможность устранения этих недостатков в судебном заседании.

“Не восполнимой в суде может быть признана такая неполнота произ- веденного дознания или предварительного следствия, для устранения которой требуется проведение следственных действий, связанных с собиранием новых доказательств или установлением других лиц, причастных к совершению преступления, либо производство следственных действий в другой местности или в значительном объеме”134.

Некоторые процессуалисты отмечают (Петуховский А.А., Гречуха В.)135, что данное условие сужает возможность применения института на-

134 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 8 декабря 1999 г. № 84. Российская газета. 1999. 12 декабря.

135 Петуховский А.А. Указ. раб. - С. 18; Гречуха В. Направление дел для дополнительного расследования в стадии предания суду // Сов. юстиция.- 1984.-№2.-С.12.

89 правления уголовных дел на дополнительное расследование. Возникает вопрос, значит ли это, что в случае, если пробел может быть, восполнен судом, он не вправе направлять дело на доследование? Однозначно на этот вопрос ответить нельзя. Если в суде имелась возможность устранения неполноты дознания и предварительного следствия, суды, как правило, это делали (на это указывает Верховный Суд Российской Федерации в обзоре кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам за 1997 г.: “…прежде чем направить дело на дополнительное расследование, суды должны учитывать, что у них также имеются возможности для восполнения пробелов предварительного следствия в судебном заседании, хотя и меньше, чем у органов предварительного следствия”).

С принятием постановления “О практике применения судами законо- дательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования” право суда по восполнению пробелов предварительного следствия в судебном заседании было ограничено. Так, Верховный Суд РФ пояснил, что суд не вправе (с учетом требований ст. 118 и 123 Конституции) по собственной инициативе принимать меры к доказыванию виновности подсудимого в совершении преступления, но обязан принять предусмотренные законом меры, которые способствуют реализации сторонами их процессуальных прав по собиранию и представлению доказательств, имеющих значение для правильного разрешения дела (п.6). Далее, если для устранения неполноты дознания или предварительного следствия требуется производство экспертизы (комплексной, повторной, дополнительной), то суд при наличии ходатайства направляет дело для дополнительного расследования в тех случаях, когда проведение экспертизы связано с необходимостью отыскания и изъятия дополнительных документов, вещественных доказательств и образцов, а также когда требуется проведение значительных по объему экспертных исследований, которые не могут быть выполнены в ходе судебного разбирательства без отложения рас-

90 смотрения дела на длительный срок, противоречащий интересам правосудия (п. 10)136.

Учитывая то, что понятие неполноты дознания или предварительного следствия не исчерпываются признаками, перечисленными в ст. 343 УПК, и нередко сложно определить возможно или невозможно восполнить неполноту в судебном заседании, полагаем, что суд может не нарушая принципа состязательности, своим определением поручить прокурору (органу следствия, дознания) провести обыск; для назначения судебно-бухгалтерской экспертизы произвести в ряде организагщй выемку документов; предоставить с места происшествия образцы грунта для назначения криминалистической экспертизы; выполнить следственный эксперимент на месте дорожно-транспортного происшествия для назначения автотехнической экспертизы и т.п.

Как быть в случаях, когда предварительное расследование было про- изведено полно, всесторонне и объективно, но в судебном заседании участвующие в деле лица изменили свои показания, были изменены выводы экспертизы и т.д. Следует ли считать изменение показаний пробелом предварительного расследования и законно ли возвращение уголовного дела на дополнительное расследование по этой причине? Правильным ответом на данный вопрос следует признать мнение В. И. Власова: “Изменение в суде имеющихся показаний может служить фактическим основанием возвращения дела для дополнительного расследования только тогда, когда в результате этого ставятся под сомнение выводы дознания, предварительного следствия из-за определенных пробелов, которые невозможно восполнить

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 84 от 8 декабря 1999 г. “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования”. Российская газета. 1999. 16 декабря.

91 в судебном заседании”137. Юридическим основанием в таких случаях должна служить односторонность или неполнота предварительного расследования.

Таким образом, для стадии судебного разбирательства рассматривае- мое основание доследования может быть, сформулировано как неполнота, односторонность и необъективность дознания или предварительного следствия, которая не может быть устранена в судебном заседании.

Следующим основанием возвращения дела на дополнительное рас- следование прокурором, судом является - существенное нарушение уголовно-процессуального закона при производстве предварительного следствия и дознания138.

Уголовно-процессуальный закон (ч.2 ст. 345 УПК) прямо предусмат- ривает ряд существенных процессуальных нарушений, выявление которых служит безусловным основанием отмены приговора. Но эти нарушения могут быть допущены и допускаются только судом и, значит исправимы при новом судебном разбирательстве. Что же касается существенных нарушений, допускаемых при производстве дознания и предварительного следствия, то п.2 части первой ст. 232 УПК определяет лишь, что таковые являются основанием направления дела на доследование. В данной норме не определяется
ни понятия существенного нарушения уголовно-

Власов В. И. Некоторые основания направления судом дел для дополнительного расследования // Сов. юстиция. -1976. - № 22. - С. 10. 138 В диссертационном исследовании, существенное нарушение уголовного процессуального закона, нами рассматривается как правонарушение - противоправное, виновное, деяние (действие или бездействие), совершенное деликтоспособным субъектом уголовно- процессуальных правоотношений. С объективной стороны уголовно- процессуальное правонарушение-это существенное нарушение норм уголовно-процессуального закона субъектами уголовно- процессуальных правоотношений, выразившееся в общественно вредном (опасном), виновном деянии деликтоспособного субъекта, имеющее причинную связь с наступившим последствием. Это может быть невыполнение обязанностей, нарушение запретов, злоупотребление своими правами.

92 процессуального закона, ни их перечня. Однако общепринято, что понятие существенного нарушения уголовно-процессуального закона, влекущего отмену приговора при рассмотрении дела суда второй инстанции, которое дано в ч.1 ст. 345 УПК, полностью относится к процессуальным нарушениям, допускаемым при производстве дознания и предварительного следствия.

Так, существенными признаются такие на рушения требований статей УПК, которые путем лишения или стеснения гарантированных законом прав участников процесса при рассмотрении дела или иным путем помешали суду всесторонне разобрать дело и повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного приговора (ч.1 ст. 345 УПК)139.

В действующем УПК не уточняется, какие нарушения уголовно- процессуального закона, допущенные при производстве дознания и предварительного следствия, являются существенными, влекут за собой стеснение и нарушение прав и законных интересов участников и как итог -служат основанием возвращения дел на дополнительное расследование. Отсюда в каждом конкретном случае это решает суд, исходя из общих принципов судопроизводства на основе всестороннего исследования обстоятельств дела с учетом последствий этих нарушений.

В то же время можно указать на некоторые нормы уголовно- процессуального закона, нарушение которых при производстве расследования всегда признается существенным (по материалам постановления Пленума Верховного Суда РСФСР № 84 от 8 декабря 1999 г.):

139 Верховный Суд РФ в своем постановлении от 8 декабря 1999 г. “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования” разъясняет, что направление дела для дополнительного расследования по п.2 части первой ст. 232 УПК, может иметь место, если существенные нарушения уголовно-процессуального закона привели к лишению или стеснению гарантированных законом прав участников процесса или иным путем по-

93

  • допущено нарушение требований статьи 126 УПК, т.е. вместо пред- варительного следствия проведено дознание;
  • предварительное следствие проведено по материалам, выделенным из другого дела в отдельное производство в отношении иного лица по новому обвинению, без возбуждения уголовного дела;
  • при предъявлении обвинения допущены нарушения требований ст. 144 УПК (не указаны статья УК, часть или пункт статьи, конкретные действия обвиняемого, либо при совершении нескольких преступлений не дана правовая оценка каждому из них и др.);
  • формулировка обвинения, данная в обвинительном заключении, су- щественно отличается от предъявленного обвинения ;
  • обвинительное заключение не утверждено соответствующим проку- рором, кроме случаев составления обвинительного заключения прокурором;
  • предварительное расследование произведено лицом, не уполномо- ченным на то законом либо подлежащим отводу;
  • нарушений требований ст. 49 УПК об обязательном участии защит- ника в процессе дознания или предварительного следствия;
  • обвиняемому, не владеющему языком, на котором ведется судопро- изводство, не предоставлен переводчик;
  • нарушен срок предварительного расследования;
  • вопреки закону участники процесса (обвиняемый, защитник, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители) не ознакомлены со всеми материалами дела.
  • Указанный перечень существенных нарушений уголовно- процессуального закона, влекущих безусловное направление дела на дополнительное расследование не является исчерпывающим. Суды признают

влияли или могли повлиять на всесторонность, полноту и объективность исследования обстоятельств дела.

94 существенными и иные нарушения уголовно-процессуального закона, также влекущие направление дела на доследование, так как нарушение большинства норм уголовно-процессуального закона при определенных условиях может быть существенным.

Для того чтобы существенное нарушение уголовно-процессуального закона могло быть основанием для доследования необходимо, во- первых, чтобы оно вообще могло быть устранено, во-вторых, устранено именно путем производства следственных или иных процессуальных действий при дополнительном расследовании, в третьих, при этом не должны нарушаться права участников процесса.

При уяснении понятия “существенное нарушение уголовно- процессуального закона” необходимо иметь в виду, что упоминание в данном понятии уголовно-процессуального закона” не означает, что речь может идти только о предписаниях уголовно-процессуального закона. Несоблюдение предписаний любого закона (гражданского, уголовного, административного и др.), связанного, так или иначе с регламентацией производства по уголовным делам, может быть признано существенным и послужить основанием для направления дела на дополнительное расследование.

Уголовно-процессуальное правонарушение может выражаться и в на- рушение норм Конституции РФ от 12 декабря 1993 года, общих принципов и норм международного права, международных договоров. Согласно ст. 15, Конституция РФ обладает высшей юридической силой и ее нормы имеют прямое действие (например: ст. 51, ст. 23, ст. 25 и др.). Конституция РФ (ч.4 ст. 15) установила, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации, являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором России установлены иные правила, чем предусмотренное законом, то применяются правила международного договора. Устанавливая приоритет только международных договоров России, Конституция не оп-

95 ределила место в иерархии правовой системы общепризнанных принципов и норм международного права, которые признаются лишь частью правовой системы. В практической деятельности это значит, что органы, применяющие российское право, вовсе не обязаны отдавать предпочтение международным нормам, если те не закреплены в международном договоре России. Статья 15 Конституции указывает, что приоритет норм международного договора существует лишь по отношению к правилам закона. Их приоритет не распространяется на Конституцию. Расхождение между правилами договора и закона не означает, что правила закона в любых случаях становятся полностью неприемлемыми. Правила основной массы договоров применяются только тогда, когда речь идет о делах с иностранным элементом, связанным с партнером по договору. В остальных случаях продолжает действовать закон. Если идет речь о договорах универсальных, в которых государство принимает на себя обязательства перед своими гражданами (например - Международный пакт о гражданских и политических правах че- ловека, который был ратифицирован 18 сентября 1973 года)140, то при расхождении правил договора и закона всегда действует договор. Например, в соответствии с п.1 ст. 62 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам (Минск 22 января 1993 года)141, нарушение норм этой конвенции должно быть, рассмотрено как уголовно-процессуальное нарушение норм международного договора.

Проблема существенных нарушений уголовно-процессуального закона неоднократно подвергалась исследованию в судебных стадиях уголовного судопроизводства, и крайне мало при производстве дознания и предварительного следствия. Нарушения требований закона, допущенные в ходе предварительного расследования неравнозначны, поскольку по-разному влияют на принятие окончательного решения по делу. Любое нарушение

140Ведомости Верховного Совета СССР, Ведомости Съезда народных депу- татов СССР и Верховного Совета СССР. - 1976. - № 17. - Ст. 291.

96 уголовно-процессуального закона не должно оставаться без реагирования со стороны прокурора и суда. Но при всех условиях недопустимы те, которые затрагивают конституционные и иные права, и законные интересы граждан, связанные с нарушением принципов и условий судопроизводства, обеспечивающих установление истины по делу и принятие законного и обоснованного решения. Именно поэтому закон различает нарушения по принципу существенности.

Как показывает следственная, прокурорская и судебная практика, су- щественные нарушения недостаточно определять только через признак их влияния на законность и обоснованность приговора. Поскольку закон может нарушаться и при вынесении других решений, а также при производстве процессуальных действий в ходе дознания и предварительного следствия и на других стадиях уголовного процесса.

Поэтому, формулировка ст. 345 УПК представляется несовершенной по следующим причинам. Во-первых, характеристика названного вида нарушений уголовно-процессуального закона не раскрывает того обстоятельства, что подобные нарушения могут иметь место и в стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. Во-вторых, не упоминается о несоблюдении процессуального порядка судопроизводства. В третьих, следует указать, кем допускаются эти нарушения уголовно-процессуальных норм (судом, судьей, прокурором, следователем, лицом производящим дознание).

В проекте УПК РФ (ст. 440) дается следующее определение: “Существенными нарушениями уголовного процессуального закона признаются нарушения принципов и иных общих положений настоящего Кодекса при судебном рассмотрении дела, которые путем лишения или стеснения гарантированных законом прав участвующих в деле лиц, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем помешали всесторон-

1 Собрание законодательства РФ. - 1995. - № 17. - Ст. 1472.

97 не, полно и объективно исследовать обстоятельства дела, повлияли или могли повлиять на постановление правосудного приговора”142. Данное определение представляется также не совсем удачным и носит пространный характер применительно досудебных стадий уголовного судопроизводства.

Нарушение закона, а тем более отступление или несоблюдение уста- новленных правил выполнения следственных действий, можно установить почти по каждому уголовному делу, тем более, когда речь идет о сложном многоэпизодном деле (отсутствуют подписи следователя, свидетеля под протоколом допроса, не указана дата выполнения следователем ст. 201 УПК РСФСР и др.). Практика показывает, что наибольшее количество подобных нарушений допускается на стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, которые имеют свою специфику и по характеру отличаются от существенных нарушений допущенных с судебных стадиях: 1) Существенные нарушения органически связанны с соблюдением прав участников процесса при проведении процессуальных действий (обыска, выемки, опознания и др.). 2) В досудебных стадиях они могут выражаться в несоблюдении процессуального порядка собирания и закрепления доказательств и принятия решений по уголовному делу. 3) Различен круг субъектов, допускающих нарушения в досудебном (следователем, лицом производящим дознание, начальником СО, прокурором), а в судебном производстве (судом, судьей).

Вследствие этого и понятия существенности уголовно-процессуальных нарушений в зависимости от стадий уголовного процесса должно быть различно. Основной причиной таких нарушений является прежде всего, слабый прокурорский надзор и ведомственный контроль, а также низкий профессионализм следователей. Действенный прокурорский надзор, на который возложено обеспечение законности при расследовании преступлений является важной гарантией качественного расследования

Проект УПК РФ // Юридический Вестник. -

1995.-№31.

98 преступлений, а следовательно, ненадлежащее его осуществление может явиться причиной различного рода нарушений. Эффективность прокурорского надзора определяется не столько деятельностью по уже поступившему к нему делу с обвинительным заключением, сколько его деятельностью в период производства по уголовному делу, когда он исправляет нарушения, допущенные в ходе следствия и дознания. Если вовремя такое нарушение не устранено, закон обязывает его сделать это при окончании предварительного расследования. В противном случае эти нарушения выявляются судом, что влечет крайне нежелательные правовые последствия. Об- щеизвестно, что многие пробелы предварительного следствия и судебного разбирательства объясняются упущениями в начальной стадии производства по делу. Приходится констатировать, что прокурорский надзор и ведомственный контроль оставляет желать лучшего: прокуроры поверхностно знакомятся с материалами дела, обстоятельно не проверяют соответствие обвинительного заключения собранным доказательствам, не реагируют на очевидные процессуальные нарушения и не всегда используют свое право возвращать дела на дополнительное расследование. Вот почему большая часть уголовных дел возвращается на дополнительное расследование судами. В случае если прокурор, используя свои полномочия, устранит существенные нарушения в досудебном производстве, то по делу в дальнейшем выносится законный и обоснованный приговор. В обратном случае, пробелы и недостатки следствия обнаруживаются уже в суде, в последующих судебных стадиях уголовного судопроизводства143.

См. также: Химичева Г.П. О совершенствовании института возвращения уголовных дел для производства дополнительного расследования // Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях российского общества: Сб. тезисов, докладов и выступлений на научно-практической конференции (28 октября 1998) - М: ЮИ МВД России, 1998. - С. 147; Она же. К вопросу о понятии существенного нарушения уголовно-процессуального закона как основания для возвращения дела на дополнительное расследование // Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях российского общества: Материалы научно-практической

99

Процессуалисты не раз обращались к проблеме существенных нару- шений на досудебных стадиях, пытаясь доказать необходимость разработки понятия существенного нарушения уголовно- процессуального закона как основания направления дела на доследование прокурором. Поскольку в своей деятельности прокурорские работники вынуждены при возвращении уголовных дел на дополнительное расследование по причине существенных нарушений руководствоваться лишь ст. 211 УПК. При опросе следователи, прокуроры пояснили, что введение в УПК понятия существенного нарушения уголовно-процессуального закона как основания возвращения прокурором дел на дополнительное расследование и примерного перечня таких нарушений послужило бы ориентиром в их практической деятельности (50 % от числа опрошенных).

На актуальность данной проблемы указывает и статья 251 проекта УПК: “прокурор обязан изучить поступившее с обвинительным заключением уголовное дело и проверить, не допущены ли в производстве предварительного следствия существенные нарушения уголовно-процессуального закона”.

Следует учитывать, что нарушения, допускаемые на предварительном расследовании по своей природе и характеру не одинаковы, и имеют свою специфику144.

конференции (29 октября 1998г.) - М.: ЮИ МВД РФ России, 1998. - С. 225-229

144 В процессе исследования установлены составы преступных деяний в рамках подследственности органов внутренних дел, по которым допускается наибольшее количество существенных нарушений уголовно-процессуального закона в досудебных стадиях: 1) ст. 228 УК РФ - Незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ; 2) ст. 158 УК РФ - Кража; 3) ст. 213 УК РФ - Хулиганство; 4) ст. 161 УК РФ - Грабеж; 5) ст. 162 УК РФ - Разбой; 6) ст. 327 УК РФ - Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов; 7) ст. 222 УК РФ - Незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

100

В теории уголовного процесса предлагались разные определения су- щественного нарушения уголовно-процессуального закона. Так, М. А. Чельцов считал существенным “… каждое нарушение, которое могло повлиять на полноту и законность производства расследования”145. Н. М. Гальперин и В. 3. Лукашевич признают существенным такое нарушение, “. . . которое путем лишения прав участников процесса или иным путем помешало или могло помешать всесторонне, полно и объективно установить все фактические обстоятельства, входящие в предмет доказывания”146. И первое и второе определения носят слишком общий характер.

С учетом изложенного, можно сформулировать следующее: “Существенными нарушениями уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования необходимо признавать нарушения требований статей уголовно-процессуального закона, выразившиеся в лишении или стеснении прав участников процесса, в несоблюдении порядка собирания и закрепления доказательств и принятии неправомерных процессуальных решений, которые помешали объективно, полно и всесторонне исследовать все фактические обстоятельства дела, а также повлияли или могли повлиять на правильность итоговых решений по делу”.

В законе не дан перечень существенных процессуальных нарушений, влекущих направление дела на доследование. И вполне понятно, что заранее исчерпывающий перечень подобных нарушений, предусмотреть невозможно. Анализ следственной, прокурорской и судебной практике дают возможность выделить наиболее характерные нарушения, которые отвечают признакам существенности и влекут возвращение на доследование.

Несущественными нарушениями уголовно-процессуального закона могут считаться такие нарушения, которые не повлекли неустранимых сомнений в достоверности доказательств и не привели к нарушению прав

145 Советский уголовный процесс: Учебник для вузов /под ред. М.А. Чель- цова. - М: Юрид. лит., 1969. - С. 276-277.

146 Гальперин И.М., Лукашевич В. 3. Предание суду по советскому уголов но-процессуальному праву. - М.: Юрид. лит., 1965. - С. 65.

101 участников процесса и не сказались на итоговых процессуальных решениях по делу147. Такие нарушения могут быть устранены процессуальным путем, без направления на доследование. К примеру, подобные нарушения имеют место в случаях, когда известно, что при обыске присутствовало двое понятых, но протокол подписан только одним из них, или отсутствует подпись обвиняемого на одной из страниц протокола допроса, или в протоколе допроса не указано место допроса и его продолжительность. Причины таких нарушений могут быть установлены путем допроса этих лиц в суде. Таким образом, существенность нарушений может в каждом случае зависеть от характера нарушения, которое не должно создавать неустранимых сомнений, в достоверности полученных доказательств; либо от фактического восполнения пробелов и нейтрализации последствий нарушений с тем, чтобы устранить возникшие сомнения.

В Приказе Генерального прокурора Российской Федерации № 31 от 18 июня 1997 г. “Об организации прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием” предлагается подчиненным прокурорам обеспечить единый подход к организации прокурорского надзора за всеми органами предварительного расследования, безусловно, реагировать на выявленные нарушения законов на всех этапах уголовно-процессуальной деятельности, принимать необходимые меры к восстановлению нарушенных прав граждан обеспечить своевременную проверку законности решений следователей и дознавателей по каждому уголовному делу. Прокурор обязан реагировать на любое нарушение закона, однако возвращать уголовное

147По мнению Г.П. Химичевой, существенными являются нарушения закона, которые создают неустранимые сомнения в достоверности выводов органов дознания и следствия. См.: Химичева Г.П. К вопросу о понятии существенного нарушения уголовно-процессуального закона как основания для возвращения дела на дополнительное расследование // Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях российского общества: Материалы научно-практической конференции (29 октября 1998г.) - М.: ЮИ МВД РФ России, 1998. - С. 225-229.

102 дело на дополнительное расследование можно лишь при установлении существенных нарушений уголовно-процессуального закона.

В литературе существенные нарушения уголовно-процессуального за- кона классифицируются различным образом.

Так, А. А. Петуховский условно выделяет две группы таких наруше- ний148: 1) Нарушения прав участников процесса. 2) Иные процессуальные нарушения, непосредственно не направленные на ущемление прав субъектов уголовно-процессуальной деятельности.

В.И. Власов подразделяет существенные нарушения на три основные группы: а) нарушения прав обвиняемого; б) нарушение прав потерпевшего; в) использование для обоснования обвинения доказательств, полученных с нарушением порядка их собирания и закрепления149.

Л. А. Воскобитова делит все нарушения ст. 345 УПК и другие статьи на условные и безусловные, а также вычленяет нарушения прав участников процесса и иные нарушения (нарушения процессуального порядка получения доказательств; пределов компетенции органов и должностных лиц, осуществляющих уголовный процесс; последовательности движения и порядка перехода дела из одной стадии в другую; требований, предъявляемых к процессуальным документам)150.

Е.С. Капишинским по объему нарушений выделяются существенные нарушения требований, предъявляемых к основным уголовно- процессуальным актам, и организационно-процессуальных норм судопро-

148 См.: Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предваритель ного следствия. - М., 1990. -С. 31-32

149 Власов В.И. Существенное нарушение уголовно-процессуального зако на как основание направления дела для дополнительного расследования / Проблемы советского государства и права. Вып. 7. - Иркутск., 1974. - С. 71-72.

150 См.: Воскобитова Л. А. Существенные нарушения уголовно- процессуального закона как основания к отмене приговоров: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М, 1979. - СИ.

103 изводства; по степени императивности их последствий - условные и безусловные: по стадиям допущенные во время предварительного расследования, судебного разбирательства и на других стадиях процесса151.

В соответствии с законом (п. 3 ст. 232 УПК) суд может направить дело для дополнительного расследования в случае наличия оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, связанного с ранее предъявленным, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающиеся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении.

А также, согласно п. 4 ст. 232 УПК - при наличии оснований для при- влечения к уголовной ответственности по данному делу других лиц при невозможности выделить о них материалы дела. Направление дел по этим основаниям преследует цель предупредить ухудшение положения обвиняемого в суде, не допустить нарушения его права на защиту. По данному основанию можно выделить следующие оценочные критерии:

  1. Новое обвинение должно быть, связано с ранее предъявленным;
  2. Обвинение лица, привлеченного к уголовной ответственности по данному делу должно быть, связано с обвинением, которое может быть предъявлено другому лицу;
  3. Изменение обвинения должно иметь существенный характер;
  4. Сравнительная тяжесть обвинения.
  5. При необходимости привлечения к ответственности по данному делу других лиц (п. 4 ст. 232 УПК) таким признаком является связь обвинения лица, уже привлеченного к уголовной ответственности по данному делу и обвинения, которое может быть предъявлено другому лицу. Решение о необходимости совместного или раздельного рассмотрения, ранее предъявленного и другого обвинения (п. 3 ст. 232) либо обвинения лица, привле-

151 См.: Капишинский Е.С. Понятие и классификация нарушений уголовно-процессуального закона. - Киев: Киевская высшая школа МВД СССР, 1977. Вып. 2.-С. 99.

104 ченного по данному делу, и обвинения, которое может быть предъявлено другому лицу (п. 4 ст. 232), не всегда однозначны. Возможность альтернативного решения данного вопроса предусматривается и законом (ст. 26, 195, 396 УПК). Если говорить об общих основаниях к доследованию в связи и изменением обвинения для привлечения к ответственности по данному делу других лиц, игнорировать связь обвинений нельзя.

Наличие основания для предъявления лицу нового обвинения имеет место, когда речь идет о новом более тяжком обвинении, возникающем в связи с самостоятельным преступлением, а не с дополнительными фактами по тому же преступлению. При этом обстоятельства предъявленного обвинения иногда могут не меняться, но требовать дополнительной квалификации действия обвиняемого по иной уголовно-правовой норме, поскольку эти действия образуют так называемую идеальную совокупность преступлений.

Как пишет Ф. Н. Фаткуллин: “Связь ранее предъявленного и нового обвинения как условие для направления дела на доследование может носить фактический и квалификационный характер”152. Это означает, что либо формулировки обвинений связаны так, что невозможно полно, всесторонне и объективно выяснить фактические обстоятельства по каждому обвинению без их совместного исследования, либо от совместного расследования и рассмотрения дела о всех преступлениях, совершенных одним лицом, зависит правильная квалификация деяния.

На практике возникают трудности при определении, в каких случаях измененное обвинение будет более тяжким по сравнению с предъявленным. Пленум Верховного Суда РСФСР в постановлении от 17 сентября 1975 г. “О соблюдении судами РСФСР процессуального законодательства

Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный приговор. - Казань, 1965. - С.96.

105 при судебном разбирательстве уголовных дел”153 пояснил, что изменение на более тяжкое следует считать случаи, когда:

  1. Применяется другая норма уголовного закона (статья, часть, пункт) санкция, которой предусматривается более строгое наказание;
  2. В обвинение включаются дополнительные, не вмененные обвиняе- мому факты (эпизоды), влекущие изменение квалификации преступления по закону, предусматривающему более строгое наказание, либо увеличивающему фактический объем обвинения, хотя и не изменяющий юридической оценки содеянного.
  3. Верховный Суд Российской Федерации в постановлении № 84 от 8 де- кабря 1999 г. “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования” разъясняет, что судам следует исходить из того, что более тяжким считается обвинение, квалифицированное по закону, предусматривающему более строгое наказание либо влекущее иные неблагоприятные уголовно-правовые последствия. Существенно отличающимся от первоначального по фактическим обстоятельствам следует считать такое обвинение, которое связано с вменением другого преступления, изменением фор- мулировки обвинения, нарушающими право обвиняемого на защиту.

В соответствии со ст. 215 УПК, прокурор вправе своим постановлени- ем исключить из обвинительного заключения отдельные пункты обвинения и применить закон о менее тяжком преступлении. При этом может составляться новое обвинительное заключение. Но как быть, когда суд устанавливает по таким делам отсутствие оснований для таких изменений? В таких случаях возможны две ситуации: 1. Суд самостоятельно восстанавливает прежнее обвинение без возвращения дела на доследование. 2. Дело направляется судом на доследование прокурору.

Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ. 1961-1993. - М.: Юрид. лит., 1994. -С.423.

106

В данной ситуации следует руководствоваться постановлением Вер- ховного Суда СССР № 8 от 28 ноября 1980 г. “О практике применения судами законодательства при предании обвиняемого суду”: “В случае несогласия с изменением обвинения на менее тяжкое либо исключением из обвинительного заключения отдельных пунктов обвинения, произведенными прокурором при утверждении обвинительного заключения, суд не вправе восстановить прежнее обвинение”154.

Иногда имеются основания в таком изменении обвинения, которое не является более тяжким, но существенно отличается по фактическим обстоятельствам от предъявленного. В таком случае, хотя изменение обвинения и не ухудшает положение обвиняемого, оно влечет нарушение его права на защиту, так как затрудняет его осуществление. В вышеизложенной ситуации дела подлежат направлению для дополнительного расследования.

В практической деятельности может сложиться следующая ситуация (п.4 ст. 232 УПК): “На предварительном следствии не было предъявлено обвинение лицам, в отношении которых имеются достаточные данные для принятия такого решения, либо когда в отношении привлеченных в качестве обвиняемых лиц дело необоснованно прекращено”153. Это может иметь место, когда игнорировались доказательства, свидетельствующие о причастности лица к преступлению или были установлены новые фактические обстоятельства, свидетельствующие о причастности к преступлению других лиц, которые не были известны при производстве расследования. “Необходимость в подобных случаях направления уголовного дела на дополнительное расследование для привлечения к ответственности других лиц должна определяться связью между обвинением лица, привлеченного по данному делу к уголовной ответственности и обвинением, которое может

154 Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ. 1961-1993. - М.: Юрид.лит., 1994.-С.201.

155 Сборник постановлений Пленума Верховного Суда РФ. 1961- 1993. - М.: Юрид.лит., 1994.-С. 12.

107 быть предъявлено другому лицу”156. Раздельное производство в этих условиях невозможно, так как оно может сказаться на полноте и всесторонности исследования обстоятельств преступления и принятие правильного решения.

В качестве самостоятельного основания направления уголовных дел для дополнительного расследования закон (п.5 ст. 232 УПК) называет неправильное соединение или разъединение дела. Но не все процессуалисты согласны с такой постановкой вопроса. Так, А.А. Петуховский, А.С. Сте-панянц считают данное основание одним из конкретных случаев существенного нарушения уголовно-процессуального закона157.

В соответствии со ст. 26 УПК, критерием обоснованности соединения или разъединения уголовных дел является наличие или отсутствие связи между преступлениями либо лицами их совершившими. Отметим, что такая связь устанавливается в каждом конкретном случае исходя из фактических обстоятельств расследуемых дел и возможности правильной квалификации действий, обвиняемых по каждому делу.

Приведенный частью первой статьи 26 УПК перечень случаев, когда уголовные дела могут быть объединены в одно производство нельзя признать исчерпывающим. В действующем УК Российской Федерации определено довольно много составов уголовных дел, которые могут быть объединены в одно производство.

Что касается решения вопроса о выделения уголовных дел, то судеб- но-следственная практика знает известные исключения из этого правила.

Так, в соответствии со ст. 195 УПК, когда по делу привлечено два или несколько обвиняемых, а основания для приостановления относятся не ко всем из них, следователь вправе выделить и приостановить в отношении отдельных обвиняемых. Статья 396 УПК предусматривает, что дела несо-

156 Петуховский А.А. Указ. раб. - С. 50.

157 См.: Петуховский А.А. Указ. раб. - С. 21; Степанянц А.С. Указ. раб. - С. 104.

108 вершеннолетних, участвовавших в преступлениях совместно со взрослыми, по возможности должны выделяться в отдельное производство в стадии предварительного следствия. Таким образом, обе эти нормы допускают в некоторых случаях выделение уголовного дела и тогда, когда между действиями обвиняемых имеется определенная связь.

Определяющим началом при принятии решения судом о возвращении дела на дополнительное расследование по причине неправильного соединения либо разъединения уголовного дела должен служить принцип всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств преступления. При необоснованном выделении из одного дела по обвинению нескольких лиц материалов на некоторых обвиняемых в отдельное производство страдает прежде всего, этот принцип. Серьезные препятствия тщательному выяснению всех обстоятельств может создать и необоснованное соединение уголовных дел, которое приводит к созданию громоздких по объему уголовных дел. Рассмотрение судом таких уголовных дел занимает много времени, многочисленные свидетели оторваны от трудовой деятель- ности, тяжело определить роль и степень ответственности каждого из участников преступной деятельности.

Статья 26 УПК (ч.2) делает акцент на возможность выделения дела в отдельное производство для завершения расследования (если это не мешает расследованию уменьшение объема дел по лицам и преступлениям). “Гигантизм - одно из отрицательных явлений современного следствия, неизбежным результатом которого выступает нарушение сроков расследования и содержания под стражей. Вероятность того, что новая редакция ст. 26 УПК изменит менталитет следователей и прокуроров, крайне мала - не в словах, а в разумных объективных критериях. Но они, к сожалению, не

1 ^Я

предложены”

Савицкий В.М. Последние новеллы УПК: порядок и сроки содержания под стражей // Российская юстиция. - 1997. - № 5. - С. 18.

109

ГЛАВА 3. ПОРЯДОК НАПРАВЛЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ НА

ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ РАССЛЕДОВАНИЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ

ВОПРОСЫ, ВОЗНИКАЮЩИЕ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ

ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

§ 1. Порядок направления уголовных дел на дополнительное расследование и принятия их следователем, органом дознания к своему производству

В действующем уголовно-процессуальном законодательстве до сих пор не нашли завершенного регулирования вопросы деятельности прокурора и суда, а также органов предварительного расследования по уголовному делу с момента вынесения постановления (определения) о направлении дела на дополнительное предварительное следствие или дознание.

Касаясь вопроса о влиянии прокурора и суда на совершенствование предварительного расследования, необходимо обратить внимание на два весьма важных обстоятельства. К первому из них относится своевременность и обоснованность направления уголовных дел для производства дополнительного дознания или предварительного следствия. Второе обстоятельство касается вопроса о содержании указаний прокурора и суда органам дознания и предварительного следствия и их обязательности для этих органов.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 214 УПК, прокурор или его заместитель обязаны в срок не более пяти суток рассмотреть поступившее дело и принять по нему одно из соответствующих решений, в том числе и о возвращении дела органу дознания или следователю со своими письменными указаниями для производства дополнительного дознания или следствия. Заканчивается данное производство направлением уголовного дела следователем прокурору после выполнения указаний прокурора в связи с дополнительным

по

расследованием (проведением дополнительных процессуальных действий, а при необходимости и оперативно-розыскных мероприятий).

Суд (прокурор) могут давать указания:

во-первых, об обеспечении полноты произведенного дознания или предварительного следствия, которая не может быть восполнена в судебном заседании (ч. 1 ст. 232 УПК). Разумеется, прокурор в данном случае не может давать оценку тому, может или не может быть допущенная при расследовании дела неполнота восполнена в судебном заседании, решение этого вопроса не входит в компетенцию прокурора;

во-вторых, об устранении существенного нарушения уголовно- процессуального закона, допущенного при производстве дознания или предварительного следствия (п.2 ст. 232 УПК);

в-третьих, о соединении двух или нескольких дел в одно дело или, на- оборот, разъединение неправильно соединенных дел (п. 5 ст. 232 УПК);

в четвертых, о предъявлении обвиняемому другого обвинения, связан- ного с ранее предъявленным, либо об изменении обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от прежнего (п.З ст. 232, ст. 255 УПК);

в пятых, о привлечении к уголовной ответственности по данному делу других лиц при невозможности выделить о них материалы дела (п. 4 ст. 232, ст. 256 УПК).

Предоставляя прокурору право возвращать дело на дополнительное расследование, закон вместе с тем не определяет данного решения прокурора. Это приводит к разнобою в правоприменительной практике. Указания прокуроров и их заместителей о производстве дополнительного расследования даются в виде резолюций на неутвержденном обвинительном заключении либо в сопроводительном документе (письме) и реже в форме -постановления. При этом, получив направленное прокурором уголовное дело на дополнительное расследование без мотивированных указаний, еле-

Ill

дователь (лицо, производящее дознание) испытывает определенные трудности в своей дальнейшей деятельности.

В связи с этим было бы правильным, законодательно закрепить в уго- ловно-процессуальном законе порядок направления уголовного дела на дополнительное расследование прокурором и изложить п.8 ст.211 УПК в следующей редакции: “прокурор направляет уголовное дело органам дознания и предварительного следствия для производства дополнительного расследования своим постановлением с указаниями, по какому основанию дело возвращается и какие обстоятельства должны быть дополнительно выяснены “.

Так, в прокуратуре Калининского административного округа г. Тюме- ни при направлении прокурором дел на дополнительное расследование отдельное постановление не выносится, а в органы предварительного расследования вместе с уголовным делом направляется только резолютивное письмо, в котором содержатся указания по вопросам дополнительного расследования по уголовному делу.

В прокуратуре Тюменского района г. Тюмени при направлении дел прокурором на дополнительное расследование обязательно выносится отдельное постановление с указаниями о направлении дел на дополнительное расследование, что является более правильным.

Прокурорская практика межрайонных прокуратур административных округов г. Москвы в том вопросе также разнообразна. В Перовском районе Восточного административного округа выносится постановление с письменными указаниями об устранении допущенных нарушений. А в Головинской, Тимирязевской, Савеловской, Коптевской межрайонных прокуратурах г. Москвы постановление о возвращении дела для производства дополнительного расследования подменяют сопроводительным письмом.

Постановление прокурора о возвращении дела для дополнительного расследования должно быть по структуре аналогично другим процессуаль-

112 ным документам159 и состоять из трех частей: вводной, описательной, резо- лютивной. Водная часть должна включать следующие реквизиты: место, время, кем составлен данный акт и по какому делу. Описательная часть содержит: формулировку обвинения, основания направления дела и обстоятельства, подлежащие обязательному выяснению, мотивировку конкретных указаний-предложений о методах и средствах выяснения обстоятельств. В резолютивной части формулируется решение о возвращении дела для производства дополнительного расследования, определяются сроки расследования, разрешается вопрос о мере пресечения, указывается, кому направля- ется копия постановления. Постановление подписывается прокурором, имеющим полномочия на утверждение обвинительного заключения и направляется начальнику следственного отдела (копия постановления остается у прокурора).

Содержание такого постановления зависит от оснований возвращения дела прокурором для производства дополнительного расследования. Если прокурор обнаружит, что следователь (орган дознания) допустил существенное нарушение уголовно-процессуального закона, то в своем постановлении (ссылаясь на п.2 ч. 1 ст. 232 УПК), он должен указать какие требования закона тот должен исполнить.

При возвращении уголовных дел для производства дополнительного расследования судом, законодатель определил строгую процессуальную форму подобных решений: так, при направлении дел со стадии назначения судебного заседания выносится постановление (ст.229, 232 УПК); со стадии судебного разбирательства - определение (ст. 258, 261 УПК); из касса-

159 “Все выносимые в уголовном процессе решения должны отвечать общим для них правовым свойствам - они должно быть законными, обоснованными и мотивированными. Эти общие свойства процессуальных решений вытекают из принципа законности в судопроизводстве и природы процессуальных решений как актов применения права”. См.: Лупинская П.А. Законность и обоснованность решений в уголовном судопроизводстве. -М.:ВЮЗИ, 1972.-С.71.

113 ционной инстанции - определение об отмене приговора и направлении дела на новое расследование (ст. 339 УПК); из надзорной инстанции - определение (постановление) об отмене приговора и направлении дела на новое расследование (ст. 378 УПК)160. В постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР от 8 декабря 1999 г. № 84 “О практике применения судами за- конодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования” содержатся требования, которые предъявляются к определению суда: изложение сущности предъявленного обвинения; указание на то, в чем конкретно выразилась неполнота произведенного дознания или предварительного следствия и почему суд лишен возможности восполнить ее в судебном заседании по ходатайствам участников процесса; какие обстоятельства должны быть дополнительно выяснены; какие существенные нарушения уголовно-процессуального закона следует устранить; какие данные, с учетом мотивов ходатайства о направлении дела для дополнительного расследования, свидетельствуют о наличии оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, связанного с ранее предъявленным, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении, а также о необходимости привлечения к уголовной ответственности по данному делу других лиц и почему материалы о них не могут быть выделены в отдельное производство; какими мотивами обосновывается вывод суда о неправильном соеди- нении или разъединении дел. Резолютивная часть определения или постановления о возвращении дела для дополнительного расследования должна содержать наименование дела, указание о направлении его для дополнительного расследования прокурору, о мере пресечения в отношении обви-

Закон употребляя понятие “новое расследование” предполагает тожде- ство этого понятия с “дополнительным расследованием”.

114 няемого, а также о порядке обжалования и опротестования определения или постановления161.

Согласно ст. 331 и ст. 371 УПК, определения судов о направлении дел на дополнительное расследование обжалованию не подлежат, но могут быть опротестованы прокурором в вышестоящий суд. Поэтому суды при направлении дел на дополнительное расследование обязаны указать в определении лишь на возможность их опротестования. И хотя определение о направлении дел на дополнительное расследование обжалованию не подлежит, все же нельзя согласиться с мнением, что единственным поводом проверки вышестоящими судами законности и обоснованности этого решения служит частный протест прокурора162. Незаконное и необоснованное направление дел на дополнительное расследование есть нарушение закона, поэтому оно должно быть устранено. Если право прокурора на опротестование определений о направлении дел на дополнительное расследование не вызывает сомнений163, то в теории ряд ученых высказались за лишение прокурора этого права164. Подобное положение нельзя признать правильным, ибо незаконные и необоснованные определения судов о направлении дел на дополнительное расследование все еще имеют место в практике 165.

161 См.: Российская газета. 1999 . 12 декабря.

Гальперин И.М. Направление судом уголовного дела на доследование. -М.: Юрид. лит., 1960. - С.49; Власов В.И. Направление судами уголовных для дополнительного расследования. - Кемерово, 1977. - С. 29.

163 Теплов В.А. Определение суда первой инстанции по уголовному делу. - Саратов: Саратовский ун-т, 1977. - С.136.

164 Строгович М.С. Уголовный процесс. -М, 1946. - С. 367, его же: Курс советского уголовного процесса. Т.1.- М.: Наука, 1970. - С.219; Перлов И.Д. Предание суду в советском уголовном процессе. -М.: Юрид. изд- во Министерства юстиции СССР, 1948. - С. 178.

165 Судами первой инстанции на дополнительное расследование нередко направляются дела в нарушение требований ст. 232 УПК. На это указал Верховный Суд РФ в обзоре кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам за 1997 г. См.: Бюллетень Верховного Суда РФ, 1998. №

115 Существующий порядок направления уголовного дела на дополнительное расследование из суда не всегда способствует быстроте уголовного судопроизводства. Так, время со дня вынесения определения о направлении дела на дополнительное расследование до принятия его следователем к своему производству в большинстве случаев превышает семь суток. Иногда дополнительное расследование длится значительно меньше по времени, чем движение дела из суда. В настоящее время определение о направлении дела на дополнительное расследование, как и любое другое решение суда первой инстанции, подлежащее обжалованию или опротестованию, вступает в силу по истечении семи суток со дня вынесения. Это означает, что дело не может быть направлено прокурору ранее истечения этого срока. Возникает вопрос: имеет ли смысл хранить дело в суде, по которому вынесено определение о направлении на дополнительное расследование в течение семи суток? Нельзя согласить с мнением авторов, которые утверждают, что в этом нет такой надобности, так как решение суда о направлении на доследование подлежит лишь опротестованию, а следовательно, и материалы дела могут интересовать лишь прокурора, как лицо, правомочное принести протест. Было бы правильным, - продолжает А.С. Каретников, - если бы уголовное дело из суда направлялось прокурору, не спустя семь суток, а не позднее следующего дня после вынесения об этом определения (за исключением случаев указанных в ст. 256 УПК, когда лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, может обжаловать данное

    • С. 12-18. В 1992-1994 г. было опротестовано определений (в лицах) -18,7 %, 20,9 % и 24,4 % от общего числа направленных для дополнительного расследования. Из рассмотренных в кассационном порядке дел определения судов первой инстанции в отношении более половины обвиняемых были отменены с направлением дел на новое судебное рассмотрение. На протяжении многих лет показатель соотношения отмененных определений к общему числу дел, возвращенных на доследование остается на одном уровне - отменяются определения примерно в отношении каждого восьмого обвиняемого в 1992 г.-11 %, в 1993 г. - 12 %, в 1994 г. - 12, 9 %. См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1995. - № 12. - Сб.

116

решение в вышестоящий суд)166. Высказывая данную точку зрения, А.С. Каретников не учитывает того, что сокращение семисуточного срока определенного ст. 328 УПК в значительной мере ограничит право прокурора, который обязан опротестовать каждое незаконное и необоснованное определение суда.

Направляя дело на дополнительное расследование, прокурор, суд вправе изменить подследственность уголовного дела (ч.1 ст. 126 УПК). Такое изменение может осуществляться лишь в тех случаях, когда признается необходимым производство предварительного следствия по делу, по которому законом предусмотрено производство дознания. Поручать же органам дознания производство дополнительного расследования дела, подследственного следователю, они не могут. Кроме того, прокурор может поручить следователям прокуратуры расследование дел, подследственных следователям органов внутренних дел.

Изменение подследственности обязательно не во всех случаях направ- ления дел на дополнительное расследование, законченных органами дознания, а лишь тогда, когда расследование представляет определенную сложность и лицо, производящее дознание не обладает достаточной квалификацией167.

Суд направляет дело на дополнительное расследование следователю или органу дознания во всех случаях через прокурора. Прокурор, получив такое дело от суда или самостоятельно приняв решение о направлении де-

См.: Каретников А.С. Производство по делу, возвращаемому для дополнительного расследования: Дис. … канд. юрид. наук. - Саратов, 1978. -С.120.

167 Нельзя согласиться с рекомендациями о проведении предварительного следствия в каждом случае направления уголовного дела на дополнительное расследование, законченным органами дознания. См.: Строгович М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. - М.: АН СССР, 1956. - С.209; Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора. -М, 1975.- С.268.

117 ла на дополнительное расследование, определяет, кому поручить производство расследования.

В уголовно-процессуальном законодательстве нет прямого указания на возможность обжалования решения прокурора о направлении дела на дополнительное расследование без исполнения указаний, которыми сопровождалось это решение. Поэтому в специальной литературе этот вопрос не нашел должного отражения. Высказаны лишь соображения о возможности приостановления исполнения некоторых указаний, но не самого решения о направлении дела на дополнительное расследование168. В практической деятельности, как правило, обжалуются указания прокурора, направившего дело на дополнительное расследование, лишь в части изменения обвинения и привлечения в качестве обвиняемого другого лица. Если же при на- правлении дела даются иные указания, то жалобы не приносятся.

“Следователь может обжаловать решение прокурора о направлении дела для производства дополнительного расследования”, - считают некоторые авторы (А.С. Каретников, А.А. Петуховский). Они аргументируют свою позицию тем, что решение прокурора о дополнительном расследовании затрагивает один из важнейших моментов расследования, в котором решающую роль играет внутреннее убеждение следователя, а именно движение дела, закон (ч.2 ст. 127 УПК) также не позволяет прокурору навязывать следователю своего мнения о направлении дела. Поэтому, следова- тель, как лицо процессуально самостоятельное, вправе приостановить исполнение указаний прокурора как о направлении дела в суд, так и о направлении его на дополнительное расследование.

Следует подвергнуть критике предложение вышеуказанных авторов о дополнении части второй статьи ст. 127 УПК указанием на право следователя не согласиться с решением прокурора о направлении дела для допол-

168 Петуховский А.А., Якупов Р.Х. Возвращение на доследование // Сов. милиция. -1974. - № 7. - С. 74-75.

118 нительного расследования и направить свои возражения вышестоящему прокурору, приостановив свои действия (так как здесь затрагивается принцип оценки следователем доказательств по внутреннему убеждению). Приостановив исполнение указаний, - продолжают они, - следователь представляет дело вышестоящему прокурору с письменным изложением своих возражений на необоснованность или незаконность направления дела на дополнительное расследование. В этих случаях правильность разрешения коллизии между надзирающим прокурором и следователем должна определяться наличием в деле процессуального документа, подтверждающего необходимость обращения дела к доследованию169.

Полагаем, что следователь в рамках действующего уголовно- процессуального закона (ст. 127 УПК) в случае несогласия с указаниями прокурора может обжаловать лишь его решение о направлении дела для предания обвиняемого суду. Согласно ст. 211 - 212 УПК, прокурор возвращает уголовные дела органам дознания и предварительного следствия своими указаниями о производстве дополнительного расследования, которые являются для этих органов обязательными.

Одним из важных представляется вопрос о том, какому следователю следует поручать производство дополнительного расследования? Как показывает практика, дополнительное расследование обычно проводится лицами, которые ранее проводили расследование по делу. Это целесообразно с точки зрения процессуальной экономии и воспитательного воздействия. И лишь в исключительных случаях (когда, например, следователь отсутствует), прокурор может направить дело на доследование другому следователю, либо самостоятельно произвести дополнительное расследование. Дан-

169 См.: Каретников А.С. Производство по делу возвращаемому для дополнительного расследования. - Саратов: Саратовский ун-т, 1981. - СП. Петуховский А. А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М.: Академия МВД СССР, 1990. - С.69.

119 ной позиции придерживаются Д. М. Бакаев, А.А. Петуховский, А.С. Каретников. Так, Д.М. Бакаев пишет: “Прокурор возвращает дело тому следователю, который заканчивал его. Если обнаружится, что следствие велось необъективно, то он может передать дело для производства дополнительного расследования другому следователю”170.

“Производство дополнительного расследования может быть поручено другому следователю и в тех случаях, когда отвлечение следователя, производившего первоначальное следствие от расследования других дел в данный момент нецелесообразно, и может повредить установленному раскрытию и расследованию вновь совершенных преступлений”, - отмечает А.С. Каретников171.

Существует и противоположное мнение, согласно которому производ- ство дополнительного расследования прежним следователем представляется нецелесообразным в силу его предубеждения. В то же время, передача дела прежнему следователю имеет свои преимущества, так как он хорошо знает материалы уголовного дела и у него установлен психологический контакт с участниками процесса, что облегчает производство многих процессуальных действий172.

Суд в определенных случаях может указать в своем решении, что до- полнительное расследование должно быть поручено другому следователю. Поскольку это требование суда вытекает из его вывода о том, что прежний

170 Бакаев Д.М. Надзор прокурора района за расследованием уголовных дел. - М: Юрид. лит., 1979. - С. 71.

171 Каретников А.С. Производство по делу, возвращенному для дополни тельного расследования: Дис. … канд. юрид. наук. - Саратов, 1978. - С. 125.

172 См.: Воскресенский В.В. Теория и практика производства дополнитель ного расследования по делам об умышленных убийствах. Автореф. … канд. дис. юрид. наук. - М., 1988. - С.15. Он также предложил создание по делу в необходимых случаях, следственной бригады, членом которой должен быть прежний следователь, а руководство действиями бригады должен осуществлять новый следователь, который несет ответственность за приня тие всех процессуальных решений.

120 следователь не сможет надлежащим образом выявить значимые для суда обстоятельства в силу личной заинтересованности, либо низкой квалификации. Прокурор обязан передать дело другому следователю или принять его к своему производству173.

Суд вправе поставить вопрос и о замене следователя, но не указывать конкретно, кто из следователей должен осуществлять дополнительное расследование, так как эта сторона вопроса носит организационный характер, которым должен заниматься прокурор и начальник следственного отдела.

В случаях расхождения в оценке доказательственного материала сле- дователем и судом также следует поручать производство дополнительного расследования другому следователю, ибо следователь, участвующий в первоначальном расследовании, свое мнение относительно оценки имеющихся в деле доказательств уже выразил и заставлять его принимать решение вопреки своему внутреннему убеждению - значит ущемлять его процессуальную самостоятельность.

Как быть в случае, если некому поручить производство дополнитель- ного следствия? (Например, отсутствие следователя). Не нашла своего подтверждения в практической деятельности точка зрения А. С. Каретникова, который считает, что в данном случае прокурору следует вынести постановление о принятии дела к своему производству, в котором указывается причина данного решения, и лично осуществлять дополнительное следствие174. Так, в результате опроса прокурорских работников было установлено, что довольно редко можно встретить случаи, когда прокурор принимает дело к своему производству и проводит самостоятельно дополнитель-

См.: Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М.: Академия МВД СССР, 1990. - С. 71; Каретников А.С. Производство по делу, возвращаемому для дополнительного расследования. - Саратов: Саратовский ун-т, 1981. - С.42, 43. 174 Каретников А.С. Указ. раб. -СП.

121 ное расследование по делу (то же самое относится и к пересоставлению обвинительного заключения).

В большинстве случаев при направлении уголовных дел на дополни- тельное расследование, прокурор направляет дело не конкретно следователю, а начальнику следственного отдела (органу дознания), который затем передает его соответствующему следователю (лицу, производящему дознание). Но в определенных случаях допускается проведение ряда сложных следственных действий по многоэпизодным делам только опытным следователем по поручению прокурора.

Иной позиции придерживался М.С. Строгович который считал, что если дело возвращено ввиду неправильности или неполноты предварительного следствия, дополнительное расследование при всех условиях должен проводить другой следователь175.

Аналогичную точку зрения высказал И.Л. Петрухин: “Дополнительное расследование во всех случаях должно осуществляться другим следовате-

„л..«176

лем

Получив возвращенное дело, следователь выносит постановление о принятии его к своему производству в порядке ст. 129 УПК. Копия постановления направляется прокурору. В законе не оговорен срок, в течение которого должно быть вынесено вышеуказанное постановление после поступления дела к следователю или органу дознания. Представляется, что в силу требования быстроты процесса этот акт должен приниматься немедленно, в день поступления дела.

Одновременно следователь выносит постановление о продлении срока расследования в соответствии со статьей 133 УПК продолжительностью до 1 месяца. Дальнейшее продление срока осуществляется на общих основа-

175 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.2. - М.: Наука, 1971.-С.48.

176 Петрухин И.Л. Причины судебных ошибок // Сов. государство и право. - 1970.-№ 5.-С.105.

122 ниях. Однако практика показывает, что в 10 % следователи не выносят постановление о принятии дела к своему производству и оно часто подменяется постановлением о возобновлении производства по делу, что недопустимо. Подобная практика явно вытекает не из действующего законодательства, согласно которому постановление о возобновлении производства по делу выносится лишь в том случае, если производство по нему ранее приостанавливалось по основаниям, предусмотренным ст. 195, 231, 257 УПК. Направление же дела прокурору с обвинительным заключением заканчивает лишь предварительное следствие, но не производство по делу. Поэтому следователь (лицо, производящее дознание) не вправе осуществлять какие-либо следственные действия по делу, находящемуся без поручения на это прокурора, суда. В случае, когда прокурор или суд направляют дело на дополнительное расследование, они тем самым предлагают продолжить производство по делу, а следовательно, возобновлять его не требуется.

Рекомендуется для устранения нарушений уголовно-процессуального закона в случаях направления прокурором, судом уголовных дел на дополнительное расследование составлять следователю (лицу, производящему дознание) план - график выполнения дополнительных процессуальных действий. Надзирающий прокурор и начальник следственного отдела органа внутренних дел должны утвердить план- график и установить контроль за его выполнением177. Следователь (лицо, производящее дознание) обязан выполнить процессуальные действия. Только в данном случае можно гарантировать качественное дополнительное расследование. В случаях, когда

177 Как справедливо отмечает Токарева М.Е.: “Своевременная дача письменных указаний по уголовному делу еще не означает, что выявленная прокурором ошибка или нарушение по делу будут исправлены. Требуется налаженная система учета и контроля исполнения данных указаний, только в этом случае указания прокурора приобретают реальную силу. См.: Характер, причины и способы устранения ошибок в стадии предварительного следствия. - М.: ВНИИ проблем укрепления законности и правопорядка, 1990.-С. 65.

123 следователь не может в силу тех или иных причин выполнить какие-либо указания прокурора, он обязан в письменной форме сообщить прокурору.

§ 2. Процессуальные вопросы, возникающие при производстве дополнительного расследования

Производство дополнительного расследования после возвращения де- ла судом, прокурором протекает в принципе в тех же процессуальных формах, что и расследование, производившееся до направления дела в суд. Выполняя дополнительные следственные и иные процессуальные действия, следователь, лицо, производящее дознание, руководствуются теми же общими условиями расследования, какие предусмотрены уголовно-процессуальным законом.

Однако это обстоятельство вовсе не означает, что при дополнитель- ном расследовании не возникают процессуальные проблемы, свойственные именно дополнительному расследованию.

К таким проблемам следует отнести, прежде всего вопрос об исчисле- нии сроков расследования и содержания обвиняемого под стражей. Не менее важной является также проблема специфики производства при дополнительном расследовании отдельных процессуальных действий и принятие процессуальных решений. Остановимся на рассмотрении этих вопросов подробнее.

Поскольку возвращение дела на дополнительное расследование пред- ставляет собой вынужденное ретроспективное перемещение производства

„ „ 178

на ранее пройденный этап процесса , вызванное существенными нарушениями закона при предварительном следствии или дознании, производство

Об этом подробно освещено в § 2 главы 1 диссертации.

124 дополнительного расследования должно происходить в максимально сжатые сроки179.

Возникает вопрос: как исчисляются сроки дополнительного расследо- вания? В уголовно-процессуальном законе прямых указаний об этом нет. В следственной и прокурорской практике принято исчислять сроки с момента возбуждения уголовного дела. Но такой порядок неоправдан: установление конкретных фактических обстоятельств, послуживших основанием для возвращения дела на доследование, требует для производства следствен-

” « ISO

ных и иных процессуальных действии дополнительного времени .

Согласно части четвертой ст. 133 УПК, когда дело направляется на дополнительное расследование судом, срок дополнительного следствия устанавливается прокурором, осуществляющим надзор за следствием в пределах до 1 месяца с момента принятия дела к производству. Дальнейшее продление срока производится на общих основаниях.

Исследование вопроса о сроках дополнительного следствия выявило ряд расхождений, которые возникают в научной и практической деятельности по вопросу о характеристике срока дополнительного расследования, установленного частью четвертой ст. 133 УПК.

В юридической печати имеется суждение о том, что установление срока дополнительного следствия - особая упрощенная форма его продления. Согласно этому мнению прокурор реализует право указанное в части четвертой статьи 133 УПК, только при истечении на первоначальном след-

Изучение уголовных дел, возвращенных на дополнительное расследование в 1996 -1997 г. следователям прокуратуры и органов внутренних дел показало, что 55,3 % из них расследовалось свыше 2- х месяцев. Около 62 % сроки следствия составили от 2-х до 5 месяцев. Первоначальные же сроки составляли один, два месяца.

180 Гальперин И.М. Направление судом уголовного дела на доследование. -М.: Юрид. лит., 1960. - С. 164.

125 ствии установленного законом срока, ибо сроки продляются тогда, когда

181

они истекают .

Проведенное нами исследование показывает, что аналогичного суж- дения придерживаются и на практике. С этим мнением трудно согласиться, поскольку оно основано на неправильном толковании ст. 133 УПК. Ошибочна сама мысль о том, что закон по всем уголовным делам установил двухмесячный срок предварительного следствия. В каждом конкретном случае срок следствия, исходя из сложности и объема уголовного дела определяется самим следователем. А закон лишь дает тот рубеж за которым предварительное следствие не может продолжаться без продления его сроков. Совершенно очевидно, если производство по делу закончено (независимо в какой срок, но в пределах двух месяцев) ни о каком остатке срока следствия не может быть и речи. Срок следствия всегда равен тому промежутку времени за который было закончено уголовное дело, а не двум месяцам. По этой причине закон и устанавливает новые сроки для дел, воз- вращенных для производства дополнительного следствия, предоставляя право прокурору самому определять их продолжительность в пределах месяца. Таким образом, в процессуальной норме содержащейся в части четвертой статьи 133 УПК речь идет о двух независимых друг от друга сроках - первоначальном и дополнительном, при котором (как и первоначальном) сроки предварительного следствия исчисляются заново. В случаях, когда для дополнительного следствия будет недостаточно срока предоставленного прокурором, надзирающим за следствием, то его дальнейшее продление

Гуляев А.П. Процессуальные сроки в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. - М.: Юрид. лит., 1976. - С. 63-64; Петуховский А.А., Якупов Р. X. Возвращено на доследование // Сов. милиция. -1974. -№ 7. - С. 75.

126 производится на общих основаниях, т.е. в том же порядке. Что и при про-

1Я2

изводстве первоначального следствия .

Полагаю, что закон наделяя прокурора, осуществляющего надзор за следствием правом устанавливать срок дополнительного следствия в пределах одного месяца с момента принятия дела к производству преследовал цель усилить прокурорский надзор за предварительным расследованием путем регулирования продолжительности следствия (или дознания).

В практической деятельности органов предварительного следствия срок дополнительного расследования в порядке части 4 ст. 133 УПК устанавливается в различных документах - постановлении, сопроводительном письме прокурора, резолюцией на сопроводительном письме суда, на постановлении следователя о принятии дела к своему производству.

Следует признавать правомерным мнение Б. Коврижных, который ут- верждает, в связи с тем, что срок дополнительного расследования устанавливается прокурором, то в данном случае не следует выносить следователю особое постановление с ходатайством перед прокурором, которое по смыслу ч.5 ст. 133 УПК, требуется лишь для продления срока следствия, а

10-1

не для его установления .

Предлагается устанавливать этот срок наложением резолюции проку- рора на определении суда (А.П. Гуляев)184.

Аналогичной точки зрения придерживаются А. Каретников, Б. Коврижных, которые считают, что в случаях, предусмотренных частью 4 ст. 133 УПК РСФСР, речь идет не о продлении, а об установлении прокурором нового срока. Поэтому независимо от того, в какие сроки закончено первоначальное расследование, срок доследования должен устанавливаться в пределах месяца. См.: Каретников А.С. Производство по делу, возвращаемому для дополнительного расследования. - Саратов: Саратовский ун-т, 1981. - С.74-75; Коврижных Б. О сроках следствия и содержания обвиняемых под стражей по делам, возвращенным судом на дополнительное расследование // Соц законность. - 1981.- № 12. - С. 54.

183 Коврижных Б. Указ. раб. - С.54.

184 Гуляев А.П. Процессуальные сроки в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. - М.: Юрид. лит., 1976. - С. 63-64.

127

Исходя из смысла ч. 4 ст. 133 УПК, прокурор может установить и бо- лее короткий срок дополнительного следствия (меньше месяца). Если этого срока следователю будет недостаточно, то он вправе обратиться к прокурору со своим постановлением о продлении срока на оставшуюся до месяца часть. Месячный срок по смыслу закона - это предельный срок. И следует считать неправомерной практику, когда при передаче дела другому следователю после истечения указанного срока прокурором вновь устанавливается дополнительный срок с момента принятия следователем дела к своему производству.

Следует признать порочной практику, когда следователь и прокурор, по истечении срока следствия направляют дело для рассмотрения его в суде, заранее зная о том, что оно будет возвращено судом по любому из оснований статьи 232 УПК. Изучение практики показывает, что такие ситуации имеют место в исключительных случаях и по объективным причинам.

С учетом того, что в законе (ч.4 ст. 133 УПК) прямо не оговорено пра- во прокурора, надзирающего за предварительным расследованием устанавливать месячный срок для производства дополнительного следствия в случаях, когда уголовное дело направляется на доследование самим прокурором, полагаем, что данное положение следует прямо предусмотреть в законе. В связи с этим следует оговорить в уголовно-процессуальном законе сроки, форму, порядок направления уголовных дел для дополнительного расследования самим прокурором. Это способствовало бы повышению эффективности прокурорского надзора за соблюдением законности на пред- варительном следствии и сокращению сроков расследования преступлений.

Проблема по срокам содержания под стражей была поставлена Кон- ституционным Судом РФ 13 июня 1996 года. В связи с жалобой В. В. Ще-лухина на нарушение его прав и свобод правилом ч. 5 ст. 97 УПК Конституционный Суд признал эту норму не соответствующей Конституции, но

128 сохранил ее действие до 13 декабря 1996 г. с тем, чтобы за это время зако-

185

нодатель внес соответствующие изменения

31 декабря 1996 г. Президент России подписал Закон о внесении из- менений и дополнений в УПК РСФСР (в ст. 26. 97, 133), суть которого сводится к следующему:

  1. В статье 97 УПК приведены в соответствие с действующем Феде- ральным законом “О прокуратуре Российской Федерации” наименования должностей прокуроров, уполномоченных продлевать сроки содержания под стражей. Заместитель Генерального прокурора РФ вправе теперь продлевать срок на полгода - с 6 месяцев до 12 месяцев, а Генеральный прокурор Российской Федерации еще на полгода.
  2. Срок содержания обвиняемого под стражей может быть продлен судьей суда субъекта Российской Федерации сверх полутора лет еще до шести месяцев, если, по мнению соответствующего прокурора, ознакомление обвиняемого и его защитника с делом невозможно до истечения предельного срока. Судья вправе отказать прокурору, но если он с ним согласен, то срок содержания под стражей законным путем увеличивается до 2-х лет. В случае необходимости удовлетворения ходатайства обвиняемого или его защитника о дополнении предварительного следствия закон предусматривает возможность продления срока содержания под стражей в том же порядке, что и продление срока на ознакомление с материалами дела.
  3. Положения данной статьи находятся в противоречии с другими стать- ями УПК РСФСР. Так, в статью 133 УПК не были внесены соответствующие изменения и сложность толкования предопределяется тем обстоятельством, что ч. 6 ст. 133 сохраняет правило о не включении времени ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела в

185 Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 июня 1996 г. по делу о проверке конституционности ч. 5 ст. 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР, в связи с жалобой гражданина В.В. Ще-лухина. Российская газета. 1996. 2 июля.

129 исчисление срока следствия, а по новой редакции ст. 97 УПК течение срока содержания под стражей в такой ситуации не приостанавливается. Согласно ч.7 ст. 97 УПК при направлении судом дела на новое расследование, по которому истек срок содержания обвиняемого под стражей, а по обстоятельствам дела мера пресечения в виде содержания под стражей изменена быть не может, продление срока содержания под стражей производится прокурором, осуществляющим надзор за следствием, в пределах 1 месяца с момента поступления к нему дела.

Дальнейшее продление указанного срока производится с учетом вре- мени пребывания, обвиняемого под стражей до направления дела в суд. Между указанными правовыми нормами (ст. 97 и ст. 133 УПК) имеются существенные различия. В статье 133 УПК речь идет об установлении дополнительного срока прокурором, а в ст. 97 УПК о продлении расследования, термин “дополнительный срок” здесь вообще не употребляется. Далее, в статье уголовно-процессуального кодекса упоминается о делах, возвращенных судом на “новое”, а не на “ дополнительное” расследование (ст. 133 УПК).

В части 7 статьи 97 УПК также ничего не говорится о порядке, форме продления сроков расследования и содержании обвиняемых под стражей в случаях, когда дело направляется на дополнительное расследование прокурором, а не судом. Другие статьи уголовно- процессуального закона лишь упоминают об этом, но не регламентируют детально.

Как показывает практика, прокуроры, направляя дело следователю для производства дополнительного расследования руководствуются ст. 133 УПК и в своих указаниях предписывают “продлить срок предварительного следствия”, “решить вопрос о дальнейшем движении уголовного дела” и т. д. В ответ следователь выносит мотивированное постановление. Если это касается сроков содержания под стражей, то надзирающий прокурор, руководствуясь ст. 97 УПК вправе продлить срок в общем порядке. Процессу-

130 альным актом является постановление следователя (лица производящего дознание), форма которого в нормах УПК не установлена. Обычно его именуют постановлением о возбуждении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей. Возможно также вынесение совместного постановления о возбуждении ходатайства о продлении сроков следствия и содержания обвиняемого под стражей. Если ставится вопрос о продлении сроков содержания под стражей не одного, а двух и более обвиняемых, выносится одно общее постановление. Постановление имеет традиционную форму, включающую вводную, описательно-мотивировочную и резолютивную части186.

Анализ содержания ч. 7 ст. 97 УПК и положений Постановления Пре- зидиума Верховного Совета СССР от 3 сентября 1965 г. “О разъяснении статьи 34 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик”187 свидетельствуют, что сроки содержания обвиняемого под стражей в период предварительного расследования самостоятельны и не СВЯЗа-ны со временем нахождения уголовного дела в производстве суда .

Таким образом, моментом, с которого возобновляется исчисление сроков содержания обвиняемого под стражей при направлении дела на до-

См.: Михайлов В.А. Процессуальные сроки содержания обвиняемых под стражей. - Москва - Тюмень: ТВШ МВД РФ, 1995. - С.21.

Ведомости Верховного Совета СССР, Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. - 1965. - № 37. - Ст. 533. 188 Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 августа 1981 г. “О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик” ст. 34 Основ уголовного судопроизводства была дополнена: “При возвращении судом на новое расследование дела, по которому срок содержания обвиняемого под стражей истек, а по обстоятельствам дела мера пресечения в виде содержания под стражей изменена быть не может, продление срока содержания под стражей производится прокурором, осуществляющим надзор за следствием, в пределах одного месяца с момента поступления к нему дела. Дальнейшее продление указанного срока производится с учетом времени пребывания под стражей до направления дела в суд в порядке и пределах, установленных частью третьей настоящей статьи”.

131 полнительное расследование независимо от того, какой судебной инстанцией оно возвращено, является дата поступления дела к прокурору, осуществляющему надзор за предварительным расследованием.

В целях единообразного подхода к продлению сроков расследования и содержания под стражей следует поддержать предложение Петуховского А.А. об указании в ч. 4 ст. 133 УПК на то, что срок дополнительного следствия устанавливается в пределах одного месяца “с момента поступления дела к прокурору”, а не “с момента принятия дела к производству”. Такое изменение, - считает он, - будет способствовать утверждению практики немедленной передачи прокурором дела для дополнительного расследова-ния и принятию его следователем к производству в тот же день .

В общем порядке продление срока содержания обвиняемого под стражей по делу, самостоятельно направленному на дополнительное расследование прокурором может иметь место при наличии следующих условий:

  1. Право продления срока содержания под стражей должно быть пре- доставлено прокурору уголовно-процессуальным законом.
  2. Продление содержания под стражей в общем порядке допустимо лишь до полутора лет, а теперь в пределах двух лет (ч.5 ст.97 УПК).
  3. По обстоятельствам дела изменить или отменить меру пресечения в виде заключения под стражу недопустимо (ч.7 ст. 97 УПК).
  4. Должно быть вынесено следователем мотивированное постановле- ние о возбуждении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, которое будет рассмотрено компетентным прокурором (ч.1 ст. 92 УПК).
  5. См.: Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М: Академия МВД СССР,
    • С.77.

132

Соблюдение выше перечисленных условий допускает продление сро- ка содержания под стражей прокурором при направлении дела на дополнительное расследование.

Согласно закону (ст. 89, 92 УГЖ), при наличии достаточных основа- ний содержание под стражей в качестве меры пресечения может быть избрано органом дознания, следователем, прокурором, судом. Прокурор в процессе дополнительного расследования вправе, если найдет нужным, применить, отменить или изменить любую из мер пресечения. Если, к примеру, прокурор избирает в качестве меры пресечения содержание под стражей, то срок в этом случае следует исчислять со дня фактического заключения обвиняемого под стражу до момента направления дела в суд. При направлении дела на дополнительное расследование обвиняемый может содержаться под стражей без продления срока только в течение времени, равного разности между двухмесячным сроком и времени, когда дело находилось у прокурора (с момента избрания им меры пресечения и до направления дела в суд).

В процессе производства дополнительного расследования, кроме следственных, могут производиться различные процессуальные действия. В правоприменительной практике встречаются случаи, когда ранее предъявленное обвинение подтверждается в полном объеме, либо возникает необходимость сузить или, наоборот, расширить ранее предъявленное обвинение.

Полагаем, что в данных случаях следует руководствоваться общими правилами ст. ст. 143, 144, 148, 154 УПК. В первом случае, когда предъявленное обвинение подтверждается в полном объеме в ходе дополнительного расследования, предъявление нового обвинения не требуется. Если же одно из нескольких обвинений не подтверждается, тогда ранее предъявленное обвинение в этой части должно быть прекращено.

133

При возникновении оснований для дополнения или изменения обви- нения, выносится новое постановление, которое предъявляется обвиняемому, разъясняются ему все права и после этого проводится допрос по новым фактическим обстоятельствам, сформулированным в постановлении. Такие процессуалисты, как И.М. Гальперин190, А.А. Петуховский191, Л.М. Карнеева192, А.С. Каретников193 в своих работах также полагают, что при производстве дополнительного расследования предъявлять обвинение вновь следует лишь тогда, когда изменяется ранее предъявленное обвинение.

Существуют и прямо противоположная точка зрения. Так, Г. Н. Кол- бая считает, что при дополнительном расследовании в любом случае должно быть вынесено новое постановление о предъявлении обвинения, даже если формулировка обвинения будет прежней, поскольку направление дела на доследование лишает юридической силы, аннулирует выводы

194

предварительного расследования .

Такая точка зрения спорна и с ней можно не согласиться, поскольку направление на дополнительное расследование не есть окончательное разрешение уголовного дела. Это есть способ устранения нарушений, допущенных в стадии возбуждения дела и производства предварительного расследования. Как справедливо отмечает А.А. Петуховский: “Возвращая же дело на доследование, прокурор или суд предлагают продолжить расследование в объеме существующего обвинения или с последующим его изме-

190 Гальперин И.М. Направление судом уголовного дела на доследование. - М.: Юрид. лит., 1960. - С. 158.

191 Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное рас следование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М.: Академия МВД СССР, 1990. - С. 88.

192 Карнеева Л.М. Привлечение лица в качестве обвиняемого. - М.: Юрид. лит., 1962.-С. 63.

193 Каретников А.С. Указ. раб. - С.90.

194 Колбая Г.Н. Соотношение предварительного следствия и судебного раз бирательства. -М., 1975. - СИЗ.

134 нением. Вместе с тем целесообразен повторный допрос обвиняемого по существу предъявленного (оставшегося неизменным) обвинения, поскольку его позиция после окончания первоначального расследования (в особенности в судебном разбирательстве) может существенным образом изменяться”195.

Дополнительное расследование может быть закончено следующими формами (ст. 199 УПК): составлением обвинительного заключения; постановлением о направлении дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера; постановлением о прекращении дела.

В процессе дополнительного расследования следователь, лицо, произ- водящее дознание обязаны выполнять все указания прокурора, суда и устранять соответствующие процессуальные нарушения, а затем вновь оформлять и систематизировать материалы дела.

Требования ст. 200 УПК РСФСР распространяются и на дополнитель- ное расследование. Признав следствие законченным, а собранные доказательства достаточными для составления обвинительного заключения, следователь обязан уведомить об этом потерпевшего и его представителя, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей и разъяснить им, что они вправе ознакомиться с материалами дела.

Об окончании предварительного следствия данные участники изве- щаются письменным уведомлением с указанием в нем факта окончания следствия и разъяснения права знакомиться с материалами дела. Копия уведомления приобщается к материалам уголовного дела.

Если предварительное расследование осуществляется в форме дозна- ния, материалы дела для ознакомления лицам, указанным в ст. 200 УПК, не предъявляются. Они лишь извещаются об окончании дознания и направления дела в суд (п.2 ст. 120 УПК). Думается, что было бы целесооб-

195 Петуховский А.А. Указ. раб. - С.78.

135 разно распространить требований статьи 200 УПК, и на дознание как одну из форм предварительного расследования.

Закон не обязывает потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика знакомиться с материалами дела. Это их право, а не обязанность. Факт неявки в назначенное время для ознакомления с делом должен рассматриваться как отказ от ознакомления с материалами уголовного дела.

Как показывает изучение практики, процент уголовных дел, по кото- рым следователем были выполнены предписания статьи 200 УПК в процессе производства дополнительного расследования, довольно низок. Только лишь в 15 % из числа изученных уголовных дел, потерпевшие были заблаговременно извещены и ознакомлены с материалами дела. В ряде случаев уведомления об окончании дополнительного следствия направлены были потерпевшим с большим опозданием, лишь после ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела. Что касается гражданского истца, гражданского ответчика, то они с материалами дела при дополни- тельном расследовании практически знакомятся очень редко (5 % из числа изученных дел).

Выполнив требования ст. 200 УПК, следователь приступает к выпол- нению статьи 201 УПК. При этом защитник, обвиняемый вправе знакомиться не только с дополнительными материалами дела, но и со всем делом. В случае, если лицо находится под стражей, следователь должен принять во внимание, что согласно Федеральному закону от 13 декабря 1996 года “О внесений изменений и дополнений в ст. 26, 97,133 УПК РСФСР”196, срок ознакомления с материалами дела должен включаться в срок содержания обвиняемого под стражей в качестве меры пресечения.

Все участники процесса, согласно ст. 200-201 УПК, могут заявлять ходатайства при ознакомлении с материалами дела после производства дополнительного расследования. Следователь либо удовлетворяет их, либо

196 Собрание законодательства Российской Федерации. - 1997.- № 1. - Ст. 4.

136 выносит постановление об отказе в удовлетворении. Нельзя признавать правомерной практику, когда следователи при производстве дополнительного расследования таких постановлений не выносят, особенно в случае, когда ходатайство такого рода было заявлено на первоначальном следствии.

Особое место занимают ходатайства адвокатов, своевременность ко- торых должна способствовать устранению недостатков предварительного расследования, защите законных интересов обвиняемого, предупреждению процессуальных ошибок197.

Разумеется, адвокат должен прежде всего обращать внимание лишь на те проблемы и недостатки, от которых ухудшилось или может быть ухудшено положение подзащитного. Этим определяются особенности заявления адвокатом ходатайств при производстве дополнительного расследования. Однако можно говорить о следующих недостатках, которые имеют место в наши дни это: заявление адвокатами необоснованных ходатайств; формальное участие при предъявлении обвинения и выполнении статьи 201 УПК; когда часть адвокатов не обжалует постановление следователей об отклонении ходатайств, оставляя разрешение вопроса о восполнении известных им пробелов до судебного разбирательства. Такие тактические умалчивания о недочетах следствия являются нарушением профессиональных обязанностей адвоката (согласно “Положения об адвокатуре РСФСР”)198, который должен выявлять нарушения прав подзащитного и принимать меры к их устранению. Во многом адвокаты не используют свое право на обжалование постановлений следователей об отказе в удовлетворении ходатайства из-за несовершенства действующего уголовно-процессуального законодательства.

197 Власов. В.И. Расследование преступлений. Проблемы качества. - Сара тов: Саратовский ун-т, 1988. - С. 123 -124.

198 Утвержденное Верховным Советом РСФСР 20 ноября 1980 г. // Ведомо сти Верховного Совета. - 1980. - № 48. - Ст. 1596.

137 Уголовно-процессуальный закон не устанавливает срок, в течение которого следователь должен рассмотреть ходатайство адвоката и уведомить его о результате. На практике зачастую постановление следователей об отклонении ходатайств доводятся до адвокатов, когда обвинительное заключение уже утверждено прокурором, и это практически исключает возможность обжалования данного постановления. Для искоренения этой порочной практики целесообразно, - считают некоторые авторы, - дополнить ч. 3 ст. 204 УПК указанием на обязанность следователя предоставить копию постановления об отклонении ходатайства обвиняемому и защитнику до

199

направления дела прокурору

Не следует забывать и о том, что обоснованное и неудовлетворенное ходатайство адвокат вправе повторить перед прокурором, принеся ему жалобу (п. 6 ст. 202 УПК). В жалобе на действия следователя адвокат указывает на проблемы по делу, ставит вопрос об устранении нарушений материально-процессуального закона, разбирает доводы отказа следователя в удовлетворении ходатайства, опровергая их. Это существенное право защиты на практике недооценивается.

Выполнив требования статей 200-204 УПК, следователь приступает к составлению обвинительного заключения. На дополнительном расследовании, если дело направляется прокурору, а затем в суд, составление нового обвинительного заключения требуется в каждом случае. При его составлении следователь использует материалы, собранные как на первоначальном, так и на дополнительном расследовании.

Согласно ст. 199, 214 УПК, обвинительное заключение является про- цессуальным актом, завершающим предварительное расследование. По смыслу закона, после дополнительного расследования и составления нового обвинительного заключения, проведение каких- либо следственных дей-

199 Чевтайкин М., Власов В. Заявление адвокатами ходатайств о возвращении уголовных дел для дополнительного расследования // Соц законность.

138 ствий не допускается. В обратном случае, требуется вновь - выполнение предписаний ст. ст. 200, 201 УПК и составление нового обвинительного заключения.

В практической деятельности органов предварительного расследова- ния имеют место случаи, когда следователь после производства дополнительного расследования (при направлении дела прокурором) лишь изымает ранее не утвержденное прокурором обвинительное заключение и подшивает его после протоколов процессуальных действий, выполненных в ходе дополнительного расследования. Таким образом, в деле обвинительное заключение датируется задолго до окончания дополнительного следствия, что не согласуется с законом. В дальнейшем дело может вновь направляться прокурором для производства дополнительного расследования с целью устранения нарушений.

В связи с этим правомерно возникает вопрос: в каких случаях при на- правлении уголовного дела прокурором на дополнительное расследование из уголовного дела должно быть изъято составленное следователем обвинительное заключение?.

Согласно ст, 214 УПК, которая содержит перечень решений прокурора по делу, поступившему к нему с обвинительным заключением, прокурор обязан в срок не более пяти суток рассмотреть поступившее дело и принять по нему одно из перечисленных в этой норме решений. При принятии решения о направлении дела на дополнительное расследование (п.2 ст. 214 УПК), прокурор направляет дело следователю или органу дознания с письменными указаниями о производстве тех или иных процессуальных и следственных действий, а в необходимых случаях - оперативно-розыскных мероприятий. При этом обвинительное заключение, с которым дело поступило прокурору, не должно изыматься, а остается в материалах дела. Если же дело подлежит направлению на рассмотрение суда, то следователь или

-1982.-№ 9.-С. 53-54

139 лицо, производящее дознание, после исполнения указаний прокурора составляют новое обвинительное заключение, с которым дело вновь направляется прокурору.

Если же прокурор придет к выводу, что составленное новое обвини- тельное заключение не соответствует закону, он в соответствии с п.4 и 5 ст. 214 УПК либо направляет дело следователю или органу дознания для составления нового обвинительного заключения, либо сам составляет новое обвинительное заключение по делу. И в том и другом случае первое обвинительное заключение из дела изымается и заменяется вновь составленным.

В практике следственных аппаратов прокуратуры и МВД, а также ор- ганов дознания отмечается значительное число случаев прекращения производством дел, направленных на дополнительное расследование, причем большинство этих дел прекращается по нереабилитирующим основаниям. Так, по данным ГИЦ МВД РФ (статотчетность по форме 1-Е) в 1998 году всего было прекращено производством - 98 % (8364 уголовных дела). Из них по п.п. 1 и 2 ст. 5 УПК, а также по п.2 ст. 208 УПК - 17 % (1447 дел).

Полагаем необходимым обозначить условия, при которых возможно прекращение уголовного дела в процессе производства дополнительного расследования. Во-первых, дело в процессе дополнительного расследования может быть прекращено при условии, если следователем будут выполнены все указания суда, прокурора в полном объеме. Во-вторых, в процессе дополнительного расследования (выполнения этих указаний) будут установленные данные, свидетельствующие о наличии фактических обстоятельств, влекущих прекращение уголовного дела. В третьих, должны быть выполнены все условия, предусмотренные статьями 5-9, 208 УПК РСФСР в полном объеме.

Постановление о прекращении уголовного дела в процессе дополни- тельного расследования должно содержать не только сведения о сущности

140 дела, и основаниях его прекращения, но и сведения о выполнении указаний органа, его направившего, а при невозможности их выполнения - сведения о принятых мерах.

В настоящий момент институт прекращения уголовных дел претерпел существенные изменения. В связи с тем, что нереабилитирующие основания предполагали внесудебное признание определенных лиц виновными в совершении преступлений, что, безусловно, противоречило статье 49 Конституции России, общепризнанным принципам и нормам международного права из УПК были исключены статьи б1, б2, 10, а также ст. 7, 8 и 9 (в прежней редакции).

Важнейшей особенностью производства дополнительного расследова- ния является то, что объем и характер дополнительных процессуальных действий определяется здесь не только следователем, лицом, производящим дознание, но и прокурором, судом. В связи с этим имеет важное значение вопрос о пределах обязательности указаний прокурора и суда для органов предварительного следствия и дознания. В каждом конкретном случае необходимо определять, имеют ли те или иные указания безусловно обязательный, императивный характер или же являются не совсем диспо-зитивными, допускающими возможность действовать и принимать решение самостоятельно. Анализ действующего законодательства и практики свидетельствует о том, что вопрос об обязательности указаний прокурора и суда решается по-разному, в зависимости от содержания полученных указаний.

В научной литературе можно встретить несколько классификаций по- добных указаний прокурора и суда. Так, А. С. Каретников по степени обязательности для следователя, указания прокурора (суда) делит на три группы200:

  1. Об установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию;

200 Каретников А.С. Указ. раб. - С.110.

141

  1. Об устранении существенных нарушений уголовно- процессуального закона;
  2. Об изменении обвинения и привлечении к у головной ответственно- сти других лиц.
  3. А.А. Петуховский указания прокурора и суда в зависимости от содер- жания предписаний делит на201:

  4. Предписания, устанавливающие фактические обстоятельства, кото- рые при первоначальном расследовании были выяснены неполно;
  5. Предписания по выполнению определенных процессуальных дейст- вий.
  6. Вторую группу (о производстве процессуальных действий) в зависи- мости от субъектов, дающих предписания и их обязанности, он подразделяет на указания, исходящие:
  • от прокурора о производстве следственных действий, направленных на собирание дополнительных доказательств;
  • от суда о производстве следственных действий, направленных на со- бирание дополнительных доказательств;
  • от прокурора и суда о производстве процессуальных действий, на- правленных на устранение существенных нарушений уголовного - процессуального закона;
  • от прокурора и суда о производстве процессуальных действий, свя- занных с изменением либо дополнением обвинения или привлечением к уголовной ответственности по данному делу других лиц.
  • Как мы видим, во многом вышеприведенные классификации (А. С. Каретникова и А. А. Петуховского) совпадают.

Придерживаясь классификации А.А. Петуховского, подробно рас- смотрим указания каждой из групп. Исходящие как от прокурора, так и от суда указания первой группы, об установлении фактических обстоятельств

201 Петуховский А.А. Указ. раб. - С.72.

142 дела носят категорический, обязательный характер, так как от них зависит разрешение дела по существу. Этот вывод следует прежде всего из норм уголовно-процессуального закона (ст. 212, 343, 352, 380 УПК).

И лишь объективная невозможность выполнения таких указаний в хо- де дополнительного расследования может оправдать неустановление тех или иных фактических обстоятельств (смерть свидетеля, потерпевшего, невосполнимая утрата вещественных доказательств и др.). Вместе с тем рассматриваемые указания имеют пределы своей обязательности и могут быть при необходимости расширены или сужены субъектом, производящим дополнительное расследование.

Вопрос об обязательности указаний о производстве процессуальных и следственных действий не решается единообразно. Обычно их обязательность зависит как от назначения процессуальных и следственных действий, так и от субъекта, который дает такие указания (прокурор, суд).

Прокурор, направивший дело, не вправе в своем решении (постанов- лении) предрешать вопросы оценки доказательств в силу принципа свободной оценки следователем доказательств по своему внутреннему убеждению.

Если вопрос о путях исследования фактических обстоятельств дела является дискуссионным при направлении дела судом, то при направлении дела на дополнительное расследование прокурором данный вопрос должен быть решен следующим образом. Прокурор в своих предписаниях вправе указывать не только фактические обстоятельства, подлежащие выяснению, но и способы их выяснения (указывать конкретно процессуальные, следственные действия, которые должен выполнить следователь, лицо, производящее дознание).

Изучая процессуальные документы о направлении дел на дополни- тельное расследование (постановления прокурора, постановления и определения суда), автор пришел к выводу, что в большинстве случаев проку-

143 рорские работники и судьи подробно анализируют нарушения следователей и предписывают способы их устранения.

В силу статьи 212 УПК указания прокурора органам дознания и предварительного следствия в связи с возбуждением и расследованием ими уголовных дел, а, следовательно, и о производстве следственных действий являются для этих органов обязательными. Такое решение вопроса объясняется процессуальным положением прокурора, который осуществляет повседневный надзор за предварительным следствием и дознанием (Приказ Генерального прокурора РФ № 31 от 18 июня 1997 г. “Об организации прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием”)202. С учетом этого, первоначальные данные им указания о проведении следственных действий в определенных случаях могут быть изменены и отменены самими прокурором в зависимости от сложившейся ситуации на мо- мент расследования уголовного дела. Дачу указаний прокурором следует рассматривать как процессуальное действие, а их письменная форма позволяет проверить суду, вышестоящему прокурору насколько точно и полно следователь выполнил эти указания и насколько обоснованно прокурор использовал свое процессуальное право.

Нередко в практической деятельности органов предварительного рас- следования возникает вопрос: всегда ли указания прокурора приобщаются к материалам уголовного дела? Полагаем, что указания прокурора должны быть обличены в письменную форму и приобщены к материалам уголовного дела как в случаях осуществления повседневного надзора за органами

202 Ст. 1 Федерального закона “О прокуратуре Российской Федерации” в редакции Федерального закона от 10 февраля 1999 г. (17 ноября 1995 г.) гласит: “В целях обеспечения верховенства закона, единства и укрепления законности прав и свобод человека и гражданина, а также охраняемых законом интересов общества и государства прокуратура РФ осуществляет надзор за исполнением законов органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, дознание и предварительное следствие” // Собрание законодательства РФ. - 1999. - № 7.

144 предварительного расследования, так и направления дел на дополнительное расследование следователю, лицу, производящему дознание

Давая указания при направлении дела на доследование, прокурор са- мостоятелен и независим и отменить его указания может лишь вышестоящий прокурор, решения которого обязательны для нижестоящего прокурора. В случае невыполнения указаний прокурора, следователь, лицо производящее дознание могут быть привлечены к ответственности.

Исходя из смысла статьи 214 УПК РСФСР, постановление прокурора о направлении уголовного дела на дополнительное следствие или дознание должно содержать подробное изложение причин такого решения и конкретные четкие указания на допущенные следователем нарушения, а также на пути и способы их устранения.

Возникает вопрос: обязан ли следователь при производстве дополни- тельного расследования произвести все следственные действия, указанные в постановлении прокурора или вправе и сам избирать пути исследования предмета доказывания?

Полагаем, что следователь обязан как выполнить указания прокурора, так и сам в силу своей самостоятельности вправе избирать пути исследования. Как отмечалось выше, в силу ст. 127 УПК следователь независим в своих выводах и при производстве дополнительного расследования все решения принимаются им самостоятельно и он несет полную ответственность за их законное и своевременное проведение.

Что касается вопроса об обязательности указаний прокурора о допол- нении и изменении обвинения либо привлечении к уголовной ответственности других лиц, о квалификации преступления, о движении дела, то он в законе решен следующим образом. В случае несогласия следователя с такими указаниями он вправе приостановить их исполнение и представить дело со своими возражениями вышестоящему прокурору, который или отменяет указания или поручает производство следствия другому следовате-

145 лю (ч. 2 ст. 127 УПК). Орган дознания в таком случае может обжаловать указания вышестоящему прокурору, но приостановить их выполнение не вправе (ст. 120 УПК).

В научной литературе существует точка зрения, согласно которой, ес- ли суд первой инстанции, направляя дело на дополнительное расследование из стадии судебного разбирательства, принимает решение о привлечении к ответственности по данному делу других лиц, изменении объема обвинения или квалификации преступления, то такие указания суда обяза-тельны для следователя в любом случае \ Мотивируется это тем, что в процессе разбирательства суд имеет возможность непосредственно исследовать доказательства виновности и сделать соответствующие выводы, а также приоритетом судебной оценки доказательств. С этим нельзя согласиться, такие указания суда не могут являться для следователя (лица, производящего дознание) во всех случаях безусловно обязательными, так как окончательные решения по существу уголовного дела должно принимать лицо, непосредственно производящее предварительное расследование, что вытекает из принципа единоличного ведения следствия (дознания)204. В п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 8 декабря 1999 г. № 84 “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования” также отмечается, что судам следует иметь в виду, что в определении или постановлении о возвращении дела для дополнительного расследования недопустимо предрешать вопросы о доказанности фактов, которые не были ус-

203 См.: Кореневский Ю.В. Судебная практика и совершенствование пред варительного следствия. - М.: Юрид. лит., 1974. - С.84, 85.

204 Согласно ст. 17 Основ уголовного судопроизводства, действует принцип оценки доказательств по внутреннему убеждению суда, прокурора, следо вателя и лица, производящего дознание. См.: Кузнецов А., Захожий Л. Оп ределение о возвращении дела для дополнительного расследования // Сов. юстиция. -1974. - № 23. - С.4; Петуховский А.А., Якупов Р.Х. Возвращение

146 тановлены органами расследования, о доказанности или недоказанности обвинения, о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, о преимуществах одних доказательств перед другими, о применении того или иного уголовного закона.

Все указания прокурора об устранении существенных нарушений уго- ловно-процессуального закона относятся к числу безусловно обязательных, и устранять их следует тем способом, который определил прокурор в своем постановлении о направлении дела на дополнительное расследование. Это могут быть следующие указания: перепредъявить обвинение; обеспечить право обвиняемого на ознакомление с материалами дела; рассмотреть ходатайство обвиняемого и других участников процесса об установлении об- стоятельств, имеющих существенное значение для дела; пригласить переводчика обвиняемому, не владеющему языком.

В случаях, когда указания о производстве следственных и иных про- цессуальных действий исходят от суда и учитывая то, что после направления дела на дополнительное расследование суд имеет ограниченные возможности влиять на ход расследования может возникнуть ситуация, когда выполнение его указаний целесообразно произвести иным способом, не тем который был предложен в определении или постановлении.

Думается, что в связи с этим указания суда относительно проведения следственных действий при дополнительном расследовании могут быть не всегда выполнены, если цели, поставленные судом будут достигнуты с помощью иных, более эффективных средств. В тоже время, согласно п.2 ст. 343 УПК, невыполнение указаний суда может являться основанием для повторного направления дела на дополнительное расследование, если не были исследованы указанные в определении фактические обстоятельства, но

уголовных дел на дополнительное расследование. - Горький, 1979. - С. 56,

57.

147 не потому, что следователь не выполнил предписанные судом следственные действия.

Необходимо отметить, что некоторые указания суда о производстве конкретных следственных действий могут носить обязательный характер. К примеру, указания суда, направленные на устранение существенных нарушений уголовно-процессуального закона или проведение экспертизы по установлению определенных обстоятельств (ст. 79 УПК). А также в случаях, когда между следователем и судом отсутствует спор о фактических обстоятельствах формулировки обвинения либо о необходимости привлечения к ответственности по данному делу другого лица и действиях, которые должны ему вменяться в вину, но они расходятся в уголовно-правовой оценке содеянного. Если в подобных ситуациях указания суда о квалифи- кации преступления даны на основании руководящих постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, то они являются для следователя обязательными205.

В заключении следует отметить что, учитывая диспозитивность указа- ний прокурора и суда при направлении дел на дополнительное расследование, следователь, лицо, производящее расследование должны тщательно ознакомиться с этими указаниями, решить вопрос о необходимости и целесообразности их выполнения и должным образом мотивировать свое несогласие с ними.

См.: Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование и проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М., 1990. - С.75.

148

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В ходе исследования диссертант пришел к следующим выводам: 1. Институт направления уголовных дел на дополнительное расследо- вание в Российском уголовном судопроизводстве прошел достаточно сложный путь развития и впервые в отечественном уголовно- процессуальном законодательстве появился с принятием Судебных Уставов 1864 года. Историческому типу отечественного уголовного процесса свойственна активная роль суда, которая служит полному, всестороннему и объективному исследованию обстоятельств дела, установлению истины по делу, а также защите прав и законных интересов граждан. Право обращать дело к доследованию или дополнению следствия было предоставлено не только прокурору, но и обвинительной камере судебной палаты. Распоряжения такого рода делались как по их собственному усмотрению, так и по жалобе участвующих в деле лиц.

1.2. Направление уголовных дел на дополнительное расследование обеспечивает выполнение задач уголовного судопроизводства, указанных в ст. 2 УПК, т.е. быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных в их совершении и к их наказанию, восстановление нарушенных прав участников уголовного процесса. Перед дополнительным расследова нием стоит также специфическая задача - устранение нарушений, допу щенных первоначальным предварительным расследованием.

1.3. Упразднение института дополнительного расследования в россий ском уголовном судопроизводстве на современном этапе, представляется нецелесообразным, по следующим причинам: 1) Это обусловлено прежде всего, тем, что судопроизводство России было построено по образцу стран с континентальной системой права (Франции, Германии) и состязатель ность в нашем процессе должна предполагать активную роль суда, а не освобождать его от обязанности сбора по делу доказательств. Заимствова-

149 ние чужих правовых институтов из стран с Общей системой права не всегда является приемлемым для отечественного судопроизводства. 2) Данный институт не противоречит нормам действующей Конституции РФ и другим законам, поскольку активно служит цели уголовного процесса - установлению объективной истины по делу.

1.4. Направление на дополнительное расследование на современном этапе, следует относить к числу важных процессуальных гарантий обеспечения законности и обоснованности предварительного расследования. Данный институт является барьером на пути вынесения незаконного и необоснованного приговора, создает благоприятные условия для познания истины в уголовном деле и постановления законного и обоснованного приговора, а также, служит охране прав и законных интересов граждан, недопущению привлечения к уголовной ответственности невиновных в совершении преступления. 1.5. 1.6. При умелом его использовании, это действенный правовой инсти- тут обеспечения законности и обоснованности в стадиях возбуждения и предварительного расследования, прав и законных интересов граждан, носящий предупредительный и правовосстановительный характер. 1.7. 2. Возвращение уголовных дел на дополнительное расследование - это установленная уголовно-процессуальным законом особая, исключительная процессуальная форма, применяемая по достаточно значительной доле из числа законченных производством уголовных дел в случаях, когда допущенные при возбуждении уголовного дела и предварительном расследовании нарушения уголовного и уголовно- процессуального закона препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по существу.

2.1. С внешней стороны, возвращение уголовных дел на дополнитель- ное расследование можно рассматривать как акт прокурора или суда, заключающийся в указании органу предварительного следствия или дознания на необходимость продолжить расследование по делу для устранения

150 допущенных по нему нарушений.. Этим актом признается невыполнение (ненадлежащее выполнение) закона органами расследования, препятствующее разрешению дела по существу и даются (прокурором или судом) указания о продолжении следствия (дознания) с целью устранения допущенных нарушений. Однако данный институт нельзя сводить лишь к продолжению производства по делу.

2.2. Сущность возвращения дела для производства дополнительного расследования выражается в ретроспективном движении производства по делу, то есть в возврате дела прокурором или судом в стадию предварительного расследования (т.е. на более ранний этап производства по делу) в целях устранения нарушений закона, допущенных в ходе первоначального предварительного расследования, которые препятствуют дальнейшему движению и разрешению дела по существу. 2.3. 2.4. Нормы института направления уголовных дел на дополнительное расследование определяют основания, при наличии которых невозможно дальнейшее движение дела по существу, порядок передачи материалов производства следователю (органу дознания) для устранения допущенных нарушений или выполнения иных указаний прокурора и суда, а также регулируют возникающие при этом процессуальные отношения между прокурором, судом и органами расследования в связи с осуществлением следователем и органом дознания деятельности по дополнительному расследованию, которая носит специфический характер и отличается от обычного расследования. 2.5. 2.6. Деятельность следователя (органа дознания) по производству до- полнительного расследования, наряду с общими правилами УПК, устанавливающими порядок предварительного расследования, регулируется также специальными нормами о сроках следствия (дознания) и содержания под стражей при дополнительном расследовании, и в значительной степени - 2.7.

151 процессуальными нормами, определяющими содержание постановления (определения) о дополнительном расследовании.

2.5. Институт направления уголовных дел на дополнительное рассле- дование - это единый институт, к которому не может быть отнесена отмена прокурором постановления о прекращении уголовного дела, его приостановлении и возобновлении по нему производства. А также направление прокурором, судом материалов протокольного производства для проведения дознания и предварительного следствия, производство по вновь открывшимся обстоятельствам.

  1. Окончание предварительного следствия (или дознания) является важным этапом процессуальной деятельности. На этом этапе уголовное дело может перейти из досудебных стадий уголовного процесса в судебные, а может получить и окончательное разрешение в форме прекращения дела. Основные полномочия по выявлению и устранению ошибок и нарушений закона, допущенных следователем или органом дознания должны приходиться на те этапы уголовного судопроизводства, которые предшествуют судебному разбирательству.

3.1. Характер правомочий прокурора и суда и, в частности, по возвращению уголовных дел на дополнительное расследование, должны определяться только с учетом функций, осуществляемых этими государственными органами в уголовном процессе. Суд к числу субъектов уголовного преследования не относится. В соответствии с Конституцией Российской Федерации и уголовно- процессуальным законом, на суды возложено осуществление правосудия, что несовместимо с осуществлением ими уголовного преследования. Исходя из этого, обязанность по доказыванию обви- нения в совершении преступления лежит на прокуроре, поддерживающим обвинение, а по делам частного обвинения - и на потерпевшем. 3.2. 3.3. На разграничении трех функций т.е. на основе состязательности, должно быть основано и производство в стадии
озаглавленной 3.4.

152 “Полномочия судьи до судебного разбирательства дела и подготовительные действия к судебному заседанию”, которая призвана служить “фильтром” для некачественно расследованных уголовных дел. В то же время, судебное правомочие по возвращению уголовных дел на дополнительное расследование в стадии назначения судебного заседания не должно подменять или полностью заменять предшествующее ему аналогичное правомочие прокурора.

3.3. Следует подвергнуть критике позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в постановлении от 20 апреля 1999 года и связывающую возвращение судом дел на дополнительное расследование лишь с инициативой сторон. Полагаем, что в стадии назначения судебного заседания нецелесообразно лишать суд полномочий по возвращению уголовных дел на дополнительное расследование в случае невосполнимой в судебном заседании неполноты расследования, а также при наличии оснований для предъявления обвиняемому другого обвинения, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении. 3.4. 3.5. Несмотря на то, что суд призван осуществлять только функцию разрешения дела на основе принципа состязательности и равноправия сторон (ч.З ст. 123 Конституции), полагаем , что за ним следует сохранить право восполнять неполноту дознания и предварительного расследования, выявленную в ходе судебного разбирательства без направления уголовных дел на дополнительное расследование не только по ходатайству сторон, но и по инициативе самого суда. Учитывая то, что понятие неполноты дознания или предварительного следствия не исчерпываются признаками, перечисленными в ст. 343 УПК, и нередко сложно определить возможно или невозможно восполнить неполноту в судебном заседании, полагаем, что суд может не нарушая принципа состязательности, своим определением 3.6.

153 поручить прокурору (органу следствия, дознания) провести обыск; для назначения судебно-бухгалтерской экспертизы произвести в ряде организаций выемку документов; предоставить с места происшествия образцы грунта для назначения криминалистической экспертизы; выполнить следственный эксперимент на месте дорожно- транспортного происшествия для назначения автотехнической экспертизы и т.п.

3.5. В связи с противоречием конституционному принципу состяза- тельности порядка направления дел на дополнительное расследование в стадии назначения судебного разбирательства на основании постановления судьи, выносимого без проведения заседания с участием сторон, судье следует в случае поступления ходатайства о возвращении дела для производства дополнительного расследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 3 части 1 статьи 232 УПК РСФСР назначить и провести распорядительное заседание с участием сторон по аналогии с порядком проведения этих действий, установленным статьей 432 УПК .

  1. Количество допущенных в ходе дознания или предварительного следствия нарушений закона, а тем более тех из них, которые могут оказывать существенное влияние на законное и обоснованное постановление приговора, должны по мере “продвижения дела” из одной стадии в другую сокращаться.

4.1. В настоящее время деятельность прокурора по надзору за закон- ностью и обоснованностью, проведенного предварительного расследования приобретает особое значение, в связи с тем, что полномочия суда по направлению дел на дополнительное расследование ограничено. Согласно закона, прокурор обязан в стадии предварительного расследования исправить нарушения, допущенные органом дознания и следователем. Это возможно либо в процессе осуществления надзора за органами предварительного расследования, либо при окончании предварительного расследования.

154 В случае неустранения таких нарушений на данном этапе, они должны быть нейтрализованы судом в стадии назначения судебного заседания.

4.2. Для прокурора, как высшего руководителя расследованием, наде- ленного функцией уголовного преследования, и которому закон предоставил право первому возвратить уголовное дело для производства дополнительного дознания или предварительного следствия, перечень оснований дополнительного расследования по своему содержанию должен быть гораздо шире оснований соответствующего решения, реализуемого судом первой инстанции.

В связи с отсутствием в законе самостоятельного перечня оснований возвращения уголовных дел прокурором на дополнительное расследование, полагаем ввести в действующий УТЖ статью 2141- «Возвращение дела для дополнительного предварительного следствия и дознания прокурором»:

Прокурор направляет дело для дополнительного расследования в случаях:

1) неполноты, односторонности и необъективности произведенного дознания или предварительного следствия, при котором остались невыясненными какие-либо обстоятельства, предусмотренные ст. 68 УПК РСФСР; 2) 3) существенного нарушения уголовно-процессуального закона орга- нами дознания или предварительного следствия; 4) 5) наличие оснований для предъявления обвиняемому другого обви- нения, связанного с ранее предъявленным, либо для изменения обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятельствам от обвинения, содержащегося в обвинительном заключении; 6) 7) наличие оснований для привлечения к уголовной ответственности по данному делу других лиц при невозможности выделить о них материалы дела; 8)

155

5) неправильного соединения или разъединения дела; 6) 7) неправильного применения уголовного закона; 8) 9) незаконного и необоснованного принятия решения по делу (о пре- кращении, о приостановлении, о передаче по подследственности и др.). 10) Дело направляется для дополнительного расследования следователю и органу дознания. При этом прокурор обязан указать в своем постановлении, по какому основанию дело возвращается и какие обстоятельства должны быть дополнительно установлены.

При направлении дела для дополнительного расследования прокурор обязан решить вопрос о мере пресечения в отношении обвиняемого и об установлении сроков дополнительного расследования.

4.3. Неполнота, односторонность и необъективность предварительного расследования - единый процессуальный принцип уголовного судопроизводства, состоящий из трех взаимообусловленных элементов. Понятие односторонности включает в себя понятие необъективности, предвзятости, что проявляется прежде всего, в обвинительном уклоне следователя, про- курора при осуществлении практической деятельности. Что касается, неполноты предварительного расследования то данное понятие следует связывать прежде всего, со всесторонностью и полнотой предварительного расследования. (Неполнота и односторонность, являются и определяют в целом одно качество расследования преступления.) При определении полноты предварительного следствия необходимо исходить из предмета и пределов доказывания по уголовному делу (ст. 68 УПК). 4.4. 4.5. Существенными нарушениями уголовно-процессуального закона при производстве предварительного расследования необходимо признавать нарушения требований статей уголовно-процессуального закона, выразившиеся в лишении или стеснении прав участников процесса, в несоблюдении порядка собирания и закрепления доказательств и принятии неправомерных процессуальных решений, которые помешали объективно, полно и 4.6.

156 всесторонне исследовать все фактические обстоятельства дела, а также повлияли или могли повлиять на правильность итоговых решений по делу.

4.5. Несущественными нарушениями уголовно-процессуального зако- на могут считаться такие нарушения, которые не повлекли неустранимых сомнений в достоверности доказательств и не привели к нарушению прав участников процесса и не сказались на итоговых процессуальных решениях по делу. Такие нарушения могут быть устранены процессуальным путем, без направления на доследование.

  1. Влияние прокурора и суда на совершенствование предварительного расследования, определяется двумя весьма важными обстоятельствами, к первому из них относятся своевременность и обоснованность направления уголовных дел для производства дополнительного дознания или предварительного следствия. Второе, обстоятельство касается вопроса о содержании указаний прокурора и суда органам дознания и предварительного следствия и их обязательности для этих органов.

5.1. Повышение активности прокуроров в выявлении процессуальных нарушений в стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования обусловлено совершенствованием процессуального порядка направления уголовных дел для производства дополнительного расследования. В связи с этим представляется целесообразным в действующем уголовно- процессуальном законе пункт 8 статьи 211 изложить в следующей редакции: “прокурор направляет уголовное дело органам дознания и предварительного следствия для производства дополнительного расследования своим постановлением с указаниями, по какому основанию дело возвращается и какие обстоятельства должны быть дополнительно выяснены”.

5.2. Меры реагирования прокурора на нарушения закона при направ- лении дел на дополнительное расследование различны: оказание методической помощи, меры воспитательного и дисциплинарного воздействия. В этой связи следовало бы законодательно обязать прокуроров при установ-

157 лении существенных нарушений уголовно-процессуального закона выносить в обязательном порядке представление в адрес правонарушителя -следователя (лица, производящего дознание).

5.3. В целях обеспечения качественного дознания и следствия реко- мендуется лицам, производящим дополнительное расследование в случаях возвращения уголовного дела прокурором или судом составлять план -график выполнения отдельных процессуальных действий. Когда следователю, лицу, производящему дознание при производстве дополнительного расследования не представляется возможным в силу тех или иных причин выполнить указания прокурора или суда они должны представить им письменные разъяснения. 5.4. 5.5. Диссертант полагает, что закон в процессуальной норме содержа- щейся в части четвертой статьи 133 УПК устанавливает два независимых друг от друга срока - первоначальный и дополнительный, при котором (как и первоначальном) сроки предварительного следствия исчисляются заново. В случаях, когда для дополнительного следствия будет недостаточно срока предоставленного прокурором, надзирающим за следствием, то его дальнейшее продление производится на общих основаниях, как и при производстве первоначального следствия. 5.6. 5.7. Целесообразно было бы предоставить право надзирающему про- курору самостоятельно устанавливать срок дополнительного следствия не только в случаях направления дела судом, но и им самим (в постановлении прокурора о направлении дела для дополнительного расследования). 5.8. 5.9. В процессе дополнительного расследования следователем, лицом, производящим дознание могут производиться различного рода процессуальные действия и оперативно-розыскные мероприятия. Так, при предъявлении обвинения следует руководствоваться общими правилами статей 143, 144, 148, 154 УПК. В случае, когда предъявленное обвинение подтверждается в полном объеме предъявление нового обвинения не требует- 5.10.

158 ся. Если одно из нескольких обвинений не подтверждается, тогда ранее предъявленное обвинение в этой части, должно быть, прекращено. Когда возникают основания для дополнения или изменения обвинения, то выносится постановление, которое предъявляется обвиняемому, разъясняется ему все права и после этого проводится допрос по новым фактическим обстоятельствам, сформулированным в постановлении.

5.7. В процессе дополнительного расследования следователь, орган дознания обязаны выполнять указания прокурора и суда, а затем вновь оформлять и систематизировать материалы дела. Так, следователь обязан выполнить требования ст. 200 и 201 УПК. Если предварительное расследование осуществляется в форме дознания по делам, по которым предварительное следствие не обязательно материала дела для ознакомления лицам, указанным в ст. 200 УПК, не предъявляются, они лишь извещаются об окончании дознания и направления дела в суд (п.2 ст. 120 УПК). Все участники процесса могут заявлять ходатайство при ознакомлении с материалами дела после производства дополнительного расследования. Следователь либо удовлетворяет их, либо выносит постановление об отказе в удов- летворении. 5.8. 5.9. Важное значение имеет вопрос о пределах указаний прокурора и суда для органов предварительного расследования. Анализ действующего законодательства и практики свидетельствуют о том, что вопрос об обязательности указаний прокурора и суда решается по-разному, в зависимости от содержания полученных указаний. Прокурор при направлении дела на дополнительное расследование не вправе в своем решении (постановлении) предрешать вопросы оценки доказательств в силу принципа свободной оценки следователем доказательств по своему внутреннему убеждению. В своих предписаниях он вправе указывать не только фактические обстоятельства, подлежащие выяснению, но и способы их выяснения (указывать конкретные процессуальные и следственные действия). Письменная 5.10.

159 форма указаний прокурора позволяет проверять вышестоящему прокурору и суду насколько точно следователь (лицо, производящее дознание) выполнил эти указания. Следователь при производстве дополнительного следствия обязан произвести все следственные действия, указанные в постановлении прокурора, но пути их исследования избирает самостоятельно (ст. 127 УПК).

5.9. Постановление прокурора о направлении дела на дополнительное расследование с его указаниями является процессуальным документом, ко торый должен приобщаться к материалам уголовного дела в обязательном порядке. Давая указания при направлении дела на дополнительное рассле дование, прокурор самостоятелен и независим, и отменить его указания может лишь вышестоящий прокурор. Необходимо устанавливать налажен ную систему учета и контроля за исполнением данных указаний с целью устранения процессуальных нарушений по делу.

5.10. При направлении дела судом вопрос о путях исследования фак- тических обстоятельств дела является дискуссионным. В связи с тем, что суд имеет ограниченные возможности влиять на ход расследования не все его указания должны признаваться безусловно обязательными. Например в случаях, когда выполнение указаний суда целесообразно произвести иными более эффективными способами нежели было определено в решении суда. Но при этом должны быть достигнуты цели и задачи, поставленные судом. 5.11. 5.12. Судам следует иметь в виду, что в определении или постановле- нии о возвращении дела для дополнительного расследования недопустимо предрешать вопросы о доказанности фактов, которые не были установлены органами расследования, о доказанности или недоказанности обвинения, о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, о преимуществах одних доказательств перед другими, 5.13.

160

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 1. Правовые источники

  1. Всеобщая декларация прав человека 1948 г. // Документы и материалы СССР и международное сотрудничество в области прав человека. Документы и материалы. - М., 1989.

  2. Международный пакт о гражданских и политических правах человека от 16 декабря 1996 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР, Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР, 1976. № 17.-Ст. 291.
  3. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 10 декабря 1994 г. // Собрание законодательства РФ. -1995. - № 17. - Ст. 1472.
  4. Конституция Российской Федерации. - М.: Юрид. лит., 1993.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. - М.: Учебно- консультационный центр “ЮрИнфоР”, 1997.
  6. Уголовный кодекс Российской Федерации. - Н.: НПК “Модус”,ТОО “ЮКЭА”, 1996.
  7. Закон РСФСР от 20 ноября 1980 “Об утверждении положения об адвокатуре РСФСР” // Ведомости Верховного Совета РСФСР. -1980. - № 48.
  8. Федеральный закон “О прокуратуре Российской Федерации” в редакции Федерального закона от 17 ноября 1995 г. № 168 - ФЗ “О внесении изменений и дополнений в Закон РФ “ О прокуратуре Российской Федерации” // Собрание законодательства РФ. - 1995. - №
    • Ст. 4472.
  9. Федеральный закон РФ от 10 февраля 1999 г. № 31 - ФЗ “О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон РФ “О прокуратуре РФ” //Российская газета. 1999. 17 февраля.

161

  1. Федеральный закон от 13 июня 1996 г. № 64 - ФЗ “О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации” в редакции Федерального закона от 27 декабря 1996 г. № 161 - ФЗ “О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон “О введении в действие Уголовного кодекса РФ” // Собрание законодательства РФ. - 1996. - №
    • Ст. 2955; -1997.-№1.-Ст. 2.
  2. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г. - История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу. 1955-1991 г.: Сборник правовых актов / Отв. ред. Р.Х. Якупов, сост. В.Н. Галузо. - М.: Издательство “Спарк”, 1997.
  3. Постановление четвертого Всероссийского съезда судей от 4 декабря 1996 г. “О состоянии судебной системы РФ и перспективах ее развития” // Российская юстиция. - 1997. - № 2.
  4. Постановление Верховного Совета РСФСР от 24 октября 1991 г. “О концепции судебной реформы в РСФСР” // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1991. - №
    • Ст. 1435.
  5. Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 1 от 16 марта 1971 г. “О судебной экспертизе по уголовным делам” // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР. 1924-1986. - М.: Юрид. лит., 1994. - Ст. 786.
  6. Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР № 5 от 17 сентября 1975 г. “ О соблюдении судами РСФСР процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел” // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР по уголовным делам: 1925-1994 г. - М., 1995. - 423 с.
  7. Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 8 от 28 ноября 1980 г. “О практике применения судами законодательства при предании об-

162 виняемого суду” // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (1924-1986 г). - М., 1987.

  1. Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР № 2 от 17 апреля 1984 г. “О некоторых вопросах, связанных с применением судами уголовно-процессуальных норм, регулирующих возвращение дел для дополнительного расследования” // Сборник Постановлений Пленума Верховных Судов СССР и РСФСР: 1925-1994 г. - М., 1995. - Ст. 240.
  2. Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР № 9 от 20 декабря 1994 г. “О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных” // Бюллетень Верховного Суда. -1995. - № 3.
  3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 “О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия” // Бюллетень Верховного Суда РФ. -
    • № 1.
  4. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 декабря 1999 г. № 84 “О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования” // Российская газета. 1999. 12 декабря.
  5. Постановление ВЦИК и СНК СССР от 10.12.34 г. “О расследовании и рассмотрении дел о террористических организациях и террористических актах против работников советской власти” // Собрание уложений РСФСР.-1935.-№2.
  6. Положение о народном суде РСФСР от 30.11.18.г. // Собрание уложений РСФСР. - 1918. - № 75. - Ст. 889.
  7. Положение о революционных трибуналах РСФСР от 12.04.19 // Собрание уложений РСФСР. - 1919. - № 13. - Ст. 132.
  8. Положение о революционных военных трибуналах РСФСР от 20.11.19 // Собрание уложений РСФСР. - 1920. - № 22-23.

163

  1. Положение о прокурорском надзоре от 28 .05.22 г. // Собрание уложений РСФСР. - 1922.-№ 36.
  2. Положение о судоустройстве РСФСР от 3.11.22 г. // Собрание уложений РСФСР. - 1922. -№ 69.
  3. Циркуляр Министерства юстиции от 26 ноября 1913 г. № 66421. - Громов НА. Законы о местном суде. - М., 1914.
  4. Декрет СНК РСФСР о суде № 1 от 24 ноября 1917 г. // Систематический сборник указаний Рабочего и крестьянского правительства. - М., 1919.
  5. Декрет ВЦИК о суде № 2 от 7 марта 1918 г. // Собрание уложений РСФСР.-1918.-№26.
  6. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 25 мая 1922 г. // Собрание уложений РСФСР. - 1922. - № 20 - 21. - Ст. 329.
  7. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 15 февраля 1923 г. // Собрание уложений РСФСР. - 1924. - № 29 - 30. - Ст. 106.
  8. Основы уголовного судопроизводства Союза СССР и союзных республик 1924 г. // Собрание уложений РСФСР. - 1924. - № 29-30.
  9. Приказ Генерального прокурора Российской Федерации № 7 от 11 марта 1992 г. “О задачах органов прокуратуры, вытекающих из закона Российской Федерации “О прокуратуре Российской Федерации”.
  10. Приказ Генерального прокурора Российской Федерации № 31 от 18 июня 1997 г. “Об организации прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием”.
  11. Концепция судебной реформы в Российской Федерации / Сост. С.А. Пашин. - М.: Республика, 1992. - 110 с.
  12. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Узбекистан. - Ташкент.: “Адолат”, 1995.-283 с.
  13. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан. - Алматы.: “Басна” 1998.

164

  1. Федеративная Республика Германия. Уголовно-процессуальный кодекс. - М.: Издательская фирма “Манускрипт”, 1994.
  2. УПК РФ: Проект // Юридический Вестник. -1995. - № 31.
  3. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации по рассмотрению уголовных дел в порядке надзора // Бюллетень Верховного Суда РФ. -1997.-№ 11.
  4. Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второе полугодие 1997 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1998.
    • № 4.
  5. Обзор кассационной практики Верховного Суда Российской Федерации по делам с частными протестами на определение судов о направлении уголовных дел для дополнительного расследования // Бюллетень Верховного Суда РФ. -1995. - № 12.
  6. Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за 1997 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. -1998.-№ 12.
  7. Монографии. Книги. Учебники

  8. Алексеев С.С. Общая теория права. Т. 2. - М.: Юрид. лит., 1982. - 359 с.
  9. Бойков А.Д. Третья власть в России. Очерки о правосудии, законности и судебной реформе 1990-1996 г. - М.: НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре РФ, 1997. - 264 с.
  10. Басков В.И. Прокурорский надзор: Учебник. - М: БЕК, 1996. - 368 с.
  11. Бакаев Д.М. Надзор прокурора района за расследованием уголовных дел. -М.: Юрид. лит., 1979. - 105 с.
  12. Буцковский Н.А. Очерк кассационного порядка отмены решений по судебным уставам 1864 г. - Спб., 1866.

165

  1. Белозеров Ю.Н., Чугунов В. Е., Чувилев А.А. Дознание в органах милиции и его проблемы. - М.: Юрид. лит., 1972. - 114 с.
  2. Баршев Я.И. Основания уголовного судопроизводства. - Спб., 1841.-241 с.
  3. Власов В.И. Расследование преступлений. Проблемы качества. - Саратов: Саратовский университет, 1988. -123 с.
  4. Ветрова Г.Н. Уголовно-процессуальная ответственность. - М.: Наука, 1987.-113 с.
  5. Гуляев А.П. Процессуальные сроки в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. - М: Юрид. лит.,
    • 144 с.
  6. Гальперин И.М. Направление судом уголовного дела на доследование. -М: Юрид. лит., 1960. - 171 с.
  7. Ерофеев Г.А. Понятие и классификация нарушений уголовно- процессуального закона. - Свердловск: Свердловский юридический институт, 1975. - 106 с.
  8. Жогин Н.В. Прокурорский надзор за предварительным расследованием уголовных дел. - М.: Юрид. лит., 1968. - 55 с.
  9. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. - М.: Юрид. лит., 1965. - 367 с.
  10. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу, и организации суда и прокуратуры, 1917-1954: Сб. док. / Сост. С.А. Голун-ский.-М., 1955. -217 с.
  11. Каретников А.С. Производство по делу, возвращаемому для дополнительного расследования. - Саратов: Саратовский ун-т, 1981. - 73 с.
  12. Каретников А.С. Процессуальные основания возвращения уголовного дела к доследованию. - Саратов: Саратовский ун-т, 1978. - 81 с.
  13. Колбая Г.Н. Соотношение предварительного следствия и судебного разбирательства. - М.: Юрид. лит., 1975. -152 с.

166

  1. Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальная ответственность. - Воронеж: Изд-во Воронежского ун-та, 1984. - 191 с.
  2. Карнеева Л.М. Привлечения лица в качестве обвиняемого. - М.: Юрид. лит., 1962. - 91 с.
  3. Калинкина Л.Д. Нарушение уголовно-процессуального закона и их правовые последствия: Учебное пособие. - Саранск: Мордовский университет, 1993.-68 с.
  4. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М.: Юристь, 1995. - 75 с.
  5. Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе.
    • М.: Изд-во Московского ун-та, 1972. -114 с.
  6. Кореневский Ю.В. Судебная практика и совершенствование предварительного следствия. - М.: Юрид. лит., 1974. - 112 с.
  7. Китайская Народная Республика. Конституция и законодательные акты.
    • М.: Прогресс, 1984. - 470 с.
  8. Курс советского уголовного процесса: Общая часть. / Под ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпеца; ВНИИ проблем укрепления законности и правопорядка. - М.: Юрид. лит., 1989. - 638 с.
  9. Лупинская П. А. Законность и обоснованность решений в уголовном судопроизводстве. - М.: ВЮЗИ, 1972. - 79 с.
  10. Михайлов В.А. Меры пресечения уголовного судопроизводства. - Тюмень: Тюменская высшая школа МВД РФ, 1994. - 189 с.
  11. Морщакова Т.Г. О процессуальных функциях в стадии расследования // Совершенствование уголовно-процессуального законодательства. - М., 1991.-45 с.
  12. Ольков С.Г. Уголовно-процессуальные правонарушения. - Тюмень: Тюменская высшая школа МВД РФ, 1996. -109 с.

167

  1. Петуховский А.А. Направление уголовных дел на дополнительное расследование, проблемы повышения качества дознания и предварительного следствия. - М: Академия МВД СССР, 1990. - 83 с.
  2. Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. - М.: Наука, 1985. - 139 с.
  3. Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальной принуждение: Общая концепция. Неприкосновенность личности /отв. ред. И.Б. Михайловская. - М.: Наука, 1985. - 239 с.
  4. Пашкевич П.Ф. Процессуальный закон и эффективность уголовного судопроизводства. - М.: Юрид. лит., 1984. - 175 с.
  5. Перлов И.Д. Надзорное производство в уголовном процессе. - М.: Юрид. лит., 1974.-256 с.
  6. Перлов И.Д. Предание суду в советском уголовном процессе. - М.: Юрид. изд, 1-я тип. Трансжелдориздата, 1948. - 200 с.
  7. Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса.
    • М.: Изд-во Московского ун-та, 1956. - 271 с.
  8. Соловьев А.Б., Халиулин А.Г. Процессуальные и тактические вопросы дополнительного расследования. Учебно-методическое пособие. - Москва-Кемерово: Кузбассвузиздат, 1996. - 68 с.
  9. Случевский В. Учебник русского уголовного процесса. - Спб.,
  10. -629 с.
  11. Савицкий М.В. Прокурорский надзор за соблюдением законности в деятельности органов дознания и предварительного следствия. - М.: Наука, 1959.-79 с.
  12. Строгович М.С. Основные вопросы советской социалистической законности. - М.: Наука, 1966. - 252 с.
  13. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса (в 2-х томах). -М.: Наука, 1968, 1970. -470 с.

168

  1. Теплов В.А. Определение суда первой инстанции по уголовному делу. -Саратов: Изд-во Саратовского университета, 1977. -172 с.
  2. Устав уголовного судопроизводства. Систематический комментарий. -М, Вып. №1-6, 1914.
  3. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под общ. ред. П.А. Лупин-ской. - М.: Юристь, 1995. - 581 с.
  4. Уголовный процесс. Учебник для вузов / Под общ. ред. К.Ф. Гуценко. -М.: Зерцало, ТЕИС, 1996. - 509 с.
  5. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства (в 2-х томах). Т.1. -Спб.: Изд-во “Альфа”, 1912. - 551 с.
  6. Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный приговор. - Казань: Изд-во Казанского ун-та, 1965. - 531 с.
  7. Химичева Г.П. Принципы уголовного процесса. Лекция для преподавателей. - М: ВЮЗШ МВД РСФСР, 1992. - 20 с.
  8. Химичева Г.П. Рассмотрение милицией заявлений и сообщений о преступлении. - М: Юридический институт МВД России, 1997. -138 с.
  9. Химичева О.В. Судебный контроль за процессуальными действиями и оперативно-розыскными мероприятиями (досудебное производство): Учебное пособие. - М.: Юридический институт МВД России, 1998. - 72 с.
  10. Чельцов-Бебутов М.А. Курс советского уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах . - СПб.: Альфа, Равена, 1995. -846 с.
  11. Якубович Н.А. Теоретические основы предварительного следствия: Учебное пособие. - М., 1971. - 142 с.
  12. Якубович Н.А. Окончание предварительного следствия по делам направляемым в суд. - М.: Госюриздат, 1970. - 147 с.

169 55. Якупов Р.Х. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Р.Х. Якупов; Под ред. канд. юрид. наук. В.Н. Галузо. - М.: Зерцало, 1998. - 438 с.

  1. Статьи. Публикации

  2. Баранов A.M. Понятие, виды процессуальных ошибок на этапе окончания предварительного следствия // Вопросы применения уголовно-процессуального законодательства. - Омск, 1993. - С. 13-18.
  3. Блауберг И.В., Тодин Э.Г. Системный подход в социальных исследованиях // Вопросы философии. - 1973. - № 6. - С. 7-8
  4. Божьев В.П., Грун. А.Я. Основания отмены и изменения приговоров и постановлений в порядке судебного надзора // В кн.: Ученые записки. Вып. 18. 1969.-С. 127-155.
  5. Божьев В.П., Бобров В.К. Нарушения на предварительном следствии норм УПК, влекущие отмену приговоров и определений // Научный комментарий судебной практики за 1971. - М, 1972. - С. 15 - 19.
  6. Бойков А.Д. Изучение причин судебных ошибок // Социалистическая законность. - 1986. - № 8 . - С. 37-39.
  7. Борков B.C. О некоторых причинах, влекущих возвращение судом уголовных дел на доследование // Следственная практика. Вып. 123. - М., 1979.-С. 21-29.
  8. Власов В.И. Возвращение прокурором уголовного дела для дополнительного расследования // Правоведение. - 1974. - № 4. - С. 110-111.
  9. Власов В.И. Некоторые основания направления судом дел для дополнительного расследования // Советская юстиция. - 1976. - № 22. - С. 10-11.
  10. Власов В.И. Существенное нарушение уголовно-процессуального закона как основание направления дела для дополнительного расследования // Проблемы советского государства и права. Вып. №
  11. Иркутск, 1974. - С. 70-75.

170

  1. Власова Н.А. Влияние суда присяжных на повышение качества расследования // Вестник МВД РФ. - № 5. - 1997. - С. 46-49.
  2. Воробьев Ю.А. Институт направления уголовного дела на дополнительное расследование в системе гарантий законности осуществления правосудия // В кн.: Проблемы совершенствования предварительного следствия и дознания за исполнением законов органами дознания и предварительного следствия. -М., 1982.-С.98- 104.
  3. Воскресенский В.В. Направление совершенствования института дополнительного расследования в советском уголовно- процессуальном праве // Совершенствование деятельности дел по борьбе с преступностью в свете решений 27 съезда КПСС. - М., 1987.
    • С. 11-12.
  4. Воскресенский В.В. Совершенствовать институт возвращения уголовных дел на дополнительное расследование // Социалистическая законность. -1990. - №4.- С.53.
  5. Воскресенский В.В. Соотношение оснований и порядка возвращения дела на доследование по дореволюционному и советскому уголовно-процессуальному законодательству // Предварительное следствие и прокурорский надзор. -М., 1990. - С. 15-18.
  6. Гречуха В. Направление дел для дополнительного расследования в стадии предания суду // Советская юстиция. -1984. - № 12. - С.12.
  7. Гуляев А.П. Процессуальные сроки // Советская милиция. - 1974. - № 5.-СП.
  8. Гучков В.А., Ескина СВ. О некоторых проблемах возвращения уголовных дел на дополнительное расследование // Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях Российского общества: Сборник материалов научно-практической конференции. - М.: ЮИ МВД России, 1999.-С 233-237.

171

  1. Данилов Л.В. Существенное нарушение уголовно-процессуального закона как основание направления дела на доследование // В кн.: Проблемы борьбы с преступностью. - Омск, 1977. - С. 131-137.
  2. Дроздов Г. Прокурор на предварительном расследовании // Социалистическая законность. -1991.-№12.-С.19.
  3. Дроздов Г. Судебный контроль за расследованием преступлений // Советская юстиция. - 1992. - № 15-16. - С. 18.
  4. 21.Ерофееев Г. А. Характеристика видов нарушений уголовно- процессуального закона // Гарантии прав лиц, участвовавших в уголовном судопроизводстве. - Свердловск, 1975. - С. 137.

  5. Захожий А. Совершенствовать институт дополнительного расследования // Социалистическая законность. - 1986. - № 3. - С. 60- 61.
  6. Капишинский Е.С. Понятие и классификация существующих нарушений уголовно-процессуального закона // Труды Киевской ВШ МВД СССР. - Киев. Вып. 11,1977.-С. 100-109.
  7. Кириллова Н.П. К вопросу о совершенствовании законодательства, регламентирующего направление уголовных дел на дополнительное расследование // Научная информация по вопросам борьбы с преступностью. - М, 1992. № 141. - С. 49-50.
  8. Коврижных Б. О сроках следствия и содержания обвиняемых под стражей по делам, возвращенным судом на дополнительное расследование // Социалистическая законность. -1983. - № 6. - С. 55.
  9. Коган В. Почему не быть следственному судье ? // Советская юстиция. -1988.-№7.-С17.
  10. Колб Б. Природа и причины судебных ошибок // Законность. -
  11. -№3.-С. 44-47
  12. Комиссаров В. О качестве предварительного следствия: мнения заинтересованных сторон // Социалистическая законность. - 1988. - №
    • С. 63-64.

172

  1. Кореневский Ю.Н. Предубеждение следователя - источник // Социалистическая законность. - 1970. - № 10. - С. 7.
  2. Крыгин В., Пастухов М. Нужен ли институт доследования // Советская юстиция. -1990. - № 14. - С.24.
  3. Крыленко Н.В. Реформа советского уголовного процесса (доклад) // Революция права. - 1928. - № 1. - С. 21-25.
  4. Кузнецов П., Винокурова А. Почему дела возвращаются на дополнительное расследование // Социалистическая законность. -
    • № 6. -С.17.
  5. Ларин A.M. Заметки о предварительном следствии в России // Государство и право. - 1993. - № 3. - С. 28-29.
  6. Лукашевич В.З., Шимановский В.В. Предварительное расследование должно быть эффективным // Правоведение. - 1996.- № 2 . - С. 74.
  7. Манаев Ю.В., Лещенко В.А. Процессуальные вопросы возвращения судом дел для дополнительного расследования и повышение качества предварительного следствия // Проблемы предварительного следствия. Вып. 2. - Волгоград, 1973. - С.51.
  8. Мингалин В.Н. О возвращении уголовных дел органам дознания на дополнительное расследование // Проблемы науки и практики борьбы с преступностью: Мат. межвуз. науч. практ. конф. - Екатеринбург, 1996. -С. 28-29.
  9. Мирошниченко И.Я. Прокурор в стадии расследования уголовных дел // Вестник МГУ. Серия 11. Право, 1973. - С. 26.
  10. Михайлов А. Надзор за полнотой, всесторонностью и объективностью расследования преступлений // Социалистическая законность. - 1989. -№7.-С. 47.
  11. Морщакова Т.Г. О процессуальных функциях в стадии расследования // В кн.: Совершенствование уголовно-процессуального законодательства. -М., 1991.-С. 65

173

  1. Некрасов СВ. Основания для продления срока содержания под стражей по новой редакции // Следователь. - 1997. - № 3. - С. 41-42.
  2. Овчарук И., Давлетов А. Основания к отмене или изменению приговора // Советская юстиция. -1991. - № 4. - С. 23-24.
  3. Переверзев М.Н. Общая характеристика оснований направления прокурором уголовных дел на дополнительное расследование // Уголовно-процессуальные формы борьбы с правонарушениями. - Свердловск, 1983.-С. ПО.
  4. Переверзев М.Н. Прокурорский надзор за законностью и обоснованностью возвращения судом уголовных дел на дополнительное расследование в стадии предания суду // Вопросы теории и практики прокурорского надзора. - Свердловск, 1979. - С. 79-86.
  5. Петрухин И.Л. Причины судебных ошибок // Советское государство и право.- 1970.-№ 5.-С. 105.
  6. Петуховский А.А., Якупов Р.Х. Процессуальные вопросы доследования // Советская милиция. - 1984. - № 3. - С. 75.
  7. Петуховский А.А., Якупов Р.Х. Возвращено на доследование // Советская милиция. - 1974. - № 7. - С. 74-75..
  8. Савицкий В.М. Последние новеллы УПК: порядок и сроки содержания под стражей // Российская юстиция. - 1997. - № 5. - С. 16- 19.
  9. Селезнев М. Ведомственный процессуальный контроль и прокурорский надзор на предварительном следствии // Законность. -
    • № 1. - С. 15-17.
  10. Сирота И. Дополнительное расследование можно предотвратить // Социалистическая законность. -1969. -№ 2. -С. 19.
  11. Соловьев А., Шейфер С, Токарева М. Следственные ошибки и их причины // Социалистическая законность. - 1987. - № 12. - С. 46-48.
  12. Соловьев А.Б., Хапиулин А.Г. Соотношение прокурорского надзора и ведомственного контроля за законностью расследования // Законность в

174 досудебных стадиях уголовного процесса России. - М., Кемерово, 1997. -С. 55.

  1. Степанянц А.С. Производство дополнительного расследования // Законность. - 1993. - № 7. - С. 46-47.
  2. Степанянц А.С. Возвращение уголовных дел на дополнительное расследование: анализ и предложения // Советская юстиция. - 1993. - № 10. - С. 6-7.
  3. Теребилов В.И. 27 Съезд КПСС и задачи по совершенствованию судебной деятельности. Доклад на Пленуме Верховного Суда СССР 16 апреля 1986 г. // Бюллетень Верховного Суда СССР. -1986. - № 6. - С. 2-6
  4. Химичева Г.П. К вопросу о понятии существенного нарушения уголовно-процессуального закона как основания для возвращения дела на дополнительное расследование // Проблемы борьбы с преступностью в современных условиях российского общества: Материалы научно-практической конференции. - М.: ЮИ МВД России, 1999. - С. 225-229.
  5. Химичева Г.П. О судебном контроле на стадии предварительного расследования // Актуальные проблемы совершенствования деятельности органов внутренних дел в новых экономических и социалистических условиях. - М.: ЮИ МВД России. - 1997. - С. 3-8.
  6. 57.Цоколова О.И., Цоколов И.А. Некоторые проблемы института возвращения уголовных дел для дополнительного расследования // Проблемы предварительного следствия и дознания: Сб. науч. тр., №
    • М., 1992.-С. 64-68.
  7. Чувилев АА., Кальницкий В.В. Процессуальный контроль начальника СО // Советское государство и право. - 1983. - № 4. - С. 69-73.
  8. Шейфер С.А. Структура и общая характеристика следственных ошибок // Вопросы укрепления законности и устранения следственных ошибок в уголовном судопроизводстве. - М., 1988. - С. 18.

175

  1. Шейфер С.А.., Лазарев В.А. Качество следственной деятельности и пути совершенствования подготовки юридических кадров // Основания и порядок реализации уголовной ответственности. - Куйбышев, 1989. - С. 145-156.
  2. Шубин Ю., Чувилев А. Дополнительное расследование и сроки содержания под стражей. // Социалистическая законность. - 1965. - №
    • С. 54.
  3. Щадин Ю. Нужен ли институт дополнительного расследования // Законность. -1995. - № 10. - С.31.
  4. Щадрин B.C. Обеспечение прав личности и предварительное расследование в уголовном процессе // Государство и право. -1994. - № 4. - С. 16.
  5. Диссертации. Авторефераты

  6. Бакаев Д.М. Надзор прокурора за предварительным расследованием уголовных дел: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Кировоград, 1967. - 23 с.
  7. Власов В.И. Направление уголовных дел на дополнительное расследование: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М, 1978. - 23 с.
  8. Воскобитова Л.А. Существенные нарушения уголовно- процессуального закона: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М.,
    • 25 с.
  9. Воскресенский В.В. Теория и практика производства дополнительного расследования по делам об умышленных убийствах: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. - М., 1988. - 25 с.
  10. Изотова О.В. Проблемы судебного контроля при возбуждении и предварительном расследовании уголовных дел: Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1996.-22 с.

176

  1. Каретников А.С. Производство по делу, возвращаемому для дополнительного расследования: Дис. … канд. юрид. наук. - Саратов,
    • 220 с.
  2. Лемента П.В. Ведомственный процессуальный контроль за предварительным следствием в органах внутренних дел: Автореф. канд. дис. …юрид. наук. - Волгоград, 1999. - 24 с.
  3. Москвитина Т.А. Существенные нарушения уголовно- процессуального закона и средства их выявления, устранения и предупреждения в уголовном процессе России: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Ярославль, 1997.-23 с.
  4. Омельяненко Г.Н. Основания и процессуальный порядок возвращения судом уголовных дел на дополнительное расследование: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Киев, 1968. - 22 с.
  5. Ю.Переверзев М.Н. Прокурорский надзор за направлением уголовных дел на дополнительное расследование в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Свердловск,
    • 23 с.

П.Переверзев М.Н. Прокурорский надзор за направлением уголовных дел на дополнительное расследования в советском уголовно-процессуальном праве: Дис… канд. юрид. наук. - Свердловск , 1971. - 310 с.

12.Степанянц А.С. Актуальные проблемы возвращения дел на дополнительное расследование: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М., 1993. -200 с.

1 З.Филатов Д.П. Возвращение судом уголовных дел на доследование в советском уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. - Л., 1965.-23 с.