lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Османов, Тахиржан Юсупджанович. - Применение метода словесного портрета в следственной и оперативной деятельности: Методологические и психологические аспекты проблемы : Дис. ... канд. юрид. наук :. - Москва, 2000 233 с. РГБ ОД, 61:01-12/70-2

Posted in:

г -

Российский федеральный центр судебной экспертизы при Ми- нистерстве юстиции РФ

На правах рукописи

Османов Тахиржан Юсупджанович

Применение метода словесного портрета

в следственной и оперативной деятельности

(методологические и психологические аспекты проблемы)

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук по специальности 12.00.09 - уголовный процесс, криминалистика, теория оперативно-розыскной деятельности

Научный руководитель доктор юридических наук профессор Ю.Г. Корухов

Москва - 2006L_

2

Оглавление

Стр.

Введение 3

Глава I. ЗАРОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ МЕТОДА СЛОВЕСНОГО ПОРТРЕТА

§1. Краткий исторический обзор возникновения и развития в криминалистике

метода словесного портрета 11

§2. Гносеологические закономерности метода словесного портре та 40

§3. Онтологические аспекты характеристик признаков внешности по методу словесного портрета 56

ГЛАВА II. ПСИХОЛОГО-ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СТРУКТУРЫ «ВОСПРИЯТИЕ - ЗАПОМИНАНИЕ - ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ» ПРИЗНАКОВ ВНЕШНОСТИ ЧЕЛОВЕКА

§1. Проблема восприятия и распознавания образов в современной системе по знания 93

§2. Процессы возникновения, хранения и передачи информации о признаках внешности человека и ее фиксации с использованием метода словесного портрета 121

ГЛАВА III. ПРАКТИЧЕСКОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕТОДА СЛОВЕСНОГО

ПОРТРЕТА

§1. Современные возможности использования метода словесного портрета

при раскрытии и расследовании преступлений 145

§2. Судебно-портретная экспертиза 187

Выводы и предложения 209

БИБЛИОГРАФИЯ 213

ПРИЛОЖЕНИЕ 227

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы. Социальные и экономические преобразования в России сопровождаются таким отрицательным явлением, как рост преступности, в том числе организованной.

Борьба с преступностью требует активизации всех мер: политических, экономических, социальных, правовых. Наряду с совершенствованием правовой базы важное значение в этой борьбе придается деятельности правоохранительных органов и в первую очередь органов внутренних дел, как самых многочисленных и действующих на различных направлениях в борьбе с преступностью.

Для активизации деятельности по раскрытию и расследованию пре- ступлений важное значение имеет использование современных достижений. науки криминалистики, в том числе разработок из области криминалистической техники. Одним из эффективных криминалистических средств в раскрытии и расследовании преступлений является применение метода словесного портрета, используемого в целях розыска скрывшихся преступников, для отождествления лиц, в криминалистических учетах и т.д. Эффективность использования метода словесного портрета во многом зависит от уровня его разработанности, степени владения этим методом практических работников.

Исследования ведущих советских криминалистов Н.В. Терзиева, А.А. Гусева, З.Г. Самошиной, В.А. Снеткова, A.M. Зинина, З.И. Кирсанова, А.Ю. Пересункина, М.Н. Овсянниковой и других внесли существенный вклад в развитие метода словесного портрета. При дальнейшей разработке данного метода логично было бы ожидать его повсеместного использования по всем соответствующим направлениям: для целей установления личности, розыска, регистрации и т.д. однако этого, к сожалению, не произошло. Метод словесного портрета еще недостаточно эффективно применяется в следственной и оперативной деятельности.

4

Говоря об одном из вариантов использования метода словесного портрета, а именно о субъективных портретах, создаваемых на основе этого метода В.А. Снетков отмечал: «В работе по раскрытию преступлений необходимо полнее использовать возможности применения субъективных портретов. Высокая эффективность этого действенного средства раскрытия преступлений подтверждена многолетней практикой. Поэтому тем более нетерпимо пассивное отношение в отдельных регионах к использованию субъективных портретов для розыска и установления преступника» (Снетков В.А., 1985г.).

A.M. Зинин, поднимая проблемные вопросы применения метода сло- весного портрета отмечает, что несмотря на многолетней опыт использования методов, методик и средств, базирующихся на методе словесного портрета имеется целый ряд проблем, возникающих в ходе установления личности по чертам внешности. «Прежде всего, как используемая почти во всех ситуациях установления личности, нуждается в совершенствовании методика словесного портрета. Для преодоления неоднозначности оценки признаков, включаемых в словесный портрет, следовало бы упорядочить градацию признаков и усовершенствовать систему их наглядных изображений, применяемых в качестве образцов»1.

Недостаточная эффективность применения метода словесного портрета при раскрытии и расследовании преступлений отмечалась и другими учеными и практиками.

Для того чтобы определить причины подобного положения дел, тре- бовалось проанализировать имеющиеся разработки, рассматривая, их как единую структуру, включающую гносеологию метода словесного портрета, состояние его терминологической части, психологические и методологические аспекты его применения для раскрытия и расследования, преступлений.

1 Зинин А.М. Установление личности по чертам внешности (некоторые проблемные вопросы) //Уголовный процесс и криминалистика на рубеже веков. Академия управления МВД РФ, 2000. - с. 182.

5

Указанные обстоятельства обусловили выбор темы данного исследо- вания.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования являлись психологические аспекты восприятия, запоминания и воспроизведения информации о признаках внешности человека, возможности извлечения такой информации из памяти субъекта, носителя образа лица, её достоверность, влияние указанных факторов на полноту и системность изложения признаков внешности человека, воспринимаемых другим лицом и использования полученных данных в различных формах отождествления личности; современное состояние терминологической части словесного портрета, возможности ее активизации.

В качестве предмета исследования выступала практика использования метода словесного портрета в следственной и оперативной деятельности, а также при производстве судебно-портретных экспертиз.

Цель и задачи исследования. Основной целью исследования являлась теоретическая разработка комплекса вопросов, касающихся методологических и психологических аспектов проблемы метода словесного портрета, изучение которых позволило бы выявить причины недостаточного его использования в борьбе с преступностью. Для достижения этой главной цели были поставлены и решены следующие задачи:

• рассмотреть гносеологию метода словесного портрета в плане по- полнения его научных основ за последние десятилетия; • • обратить особое внимание на онтологию его характеристик с целью определения того, насколько единообразно трактуется система словесного портрета в современной учебной, методической и справочной литературе, так как это имеет решающее значение в деле подготовки практических работников к применению этого метода в повседневной работе; • • на базе положений психологии и нейрофизиологии восприятия, за- •

6 поминания и воспроизведения образов проанализировать процессы возникновения, хранения и передачи информации о признаках внешности человека при составлении и использовании словесного портрета;

• рассмотреть современное положение по использованию метода сло- весного портрета при проведении, таких следственных действий, как допрос, освидетельствование, предъявление для опознания; • • раскрыть возможности применения метода словесного портреты в оперативно-розыскной деятельности, обратив особое внимание на некоторые спорные положения его использования; • • определить пути и перспективы развития судебно-портретной экс- пертизы на основе анализа ее истории и современного состояния. • Методология и методика исследования. Методологическую основу исследования составили всеобщий метод познания, отражающий диалектическую связь теории и практики, методы антропологии, анатомии, психологии, нейрофизиологии и иных наук.

Методологической основой исследования явились работы ученых криминалистов и практиков, занимавшихся исследованием проблемы словесного портрета: Н.В. Терзиева, А.А. Гусева, З.Г. Самошиной, В.А. Снеткова, A.M. Зинина, З.И. Кирсанова, Н.С. Полевого, А.Ю. Пересункина, М.Н. Овсянниковой, И.Ф. Виниченко, Р.Э. Эльбура и др., а также судебных медиков: Ю.М. Кубицкого, М.В. Кисина, С.А. Бурова, В.И. Пашковой и других.

При работе над диссертацией были использованы труды ведущих криминалистов: Т.В. Аверьяновой, И.Л. Александровой, Р.С. Белкина, А.И. Винберга, А.Ф. Волынского. В.А. Жбанкова, А.И. Каледина, В.Я. Колдина, Ю.Г. Корухова, В.П. Лаврова, И.М. Лузгина, А.А. Леви, Н.П. Майлис, В.Ф. Орловой, Ю.К. Орлова, Н.Ф. Пантелеева, А.К. Педенчука, Н.А. Селиванова, Л.Г. Эджубова и других.

7

Наряду с юридической литературой была использована литература по анатомии, антропологии, нейрофизиологии, психологии, судебной медицине, работы Тонкова В.П., Бунака В.В., Герасимова М.М., Леонтьева В.В., Выготского Л.С., Кравкова СВ., Рубахина Б.Ф., Ратинова А.Р., Зинченко П.И., Смирнова А.А., Сичивицы О.М., Дулова А.В., П.Линдсея, Д.Нормана, П.Милнера и многих других.

Достоверность и обоснованность выводов и предложений, сформули- рованных в работе, определяется эмпирическими данными, собранными путем анкетирования 87-ми следователей и 112-ти оперативных работников, изучением работы экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел, в том числе 56 заключений экспертов, личным опытом оперативно-розыскной деятельности диссертанта.

Научная новизна исследования определяется тем, что в Работе с позиции комплексного подхода проанализировано современное состояние ис- пользования метода словесного портрета в практике борьбы с преступностью. Определены причины его недостаточно эффективного применения, на практике. По результатам исследования этими причинами являются: слабая подготовка практических работников, различие в изложении системы и терминологии метода словесного портрета в специальной литературе (методической, учебной, справочной), перенасыщенность словесного описания признаков внешности.

В диссертации намечены пути устранения имеющихся недочетов при- менительно к таким направлениям: использование словесного портрета следователями, оперативными работниками, экспертами, при уголовной регистрации.

8

Основные положения, выносимые на защиту и отражающие теорети- ческую значимость работы:

  1. Проведенный историко-аналитический обзор свидетельствует о том, что при относительной неизменной сущностно-содержательной конструкции словесного портрета его терминологическая часть претерпела существенные, но не всегда оправданные изменения в плане значительного увеличения фиксируемых элементов внешности и числа их характеристик.
  2. Изложение системы словесного портрета в Учебной литературе по криминалистике, в методических и справочных пособиях свидетельствует об отсутствии, необходимого единообразия, авторы по- разному трактуют методику и системное построение словесного портрета, используют неодинаковую терминологию.
  3. Подобное положение дел нельзя признать приемлемым при учете того, что главный смысл и ценность словесного портрета состоит в постоянстве системы описания и единстве терминологии.

  4. Для устранения имеющегося разнобоя было предложено разработать единую на уровне стандарта оптимальную систему изложения материала по методике описания внешности терминами словесного портрета для ее текстуального воспроизведения во всех учебниках и пособиях. Важность реализации подобного подхода определяется насущной необходимостью повышения качества владения методом словесного портрета практическими работниками.
  5. При разработке упомянутой выше (п.З) оптимальной системы тер- минов словесного портрета указано на необходимость сокращения малозначительных и изменчивых признаков, учитывая психологические и нейрофизиологические ограничения в восприятии образа человека, влияние субъективных и объективных факторов на процесс восприятия и запоминания.

9

  1. Плодотворность использования метода словесного портрета в след- ственной и оперативно-розыскной деятельности во многом определяется тем, насколько правильно обозначен статус средства доказывания, основанного на этом методе. В частности, субъективные портреты, использование которых способствует раскрытию и расследованию преступлений, иногда ошибочно причисляются к суммированным производным доказательствам, в то время как они являются носителями ориентирующей, а не доказательственной информации.
  2. Наряду с определением статуса каждого из средств, основанных на методе словесного портрета, должны определяться возможности его допустимости в плане достоверности получаемой информации, пределы использования, значение полученных с его помощью результатов.
  3. В работе даны практические рекомендации по разграничению и соче- танию действий, основанных на данных словесного портрета, таких как оперативное отождествление личности и процессуальное предъявление для опознания.

Практическая значимость исследования. В практическом плане являются значимыми: проведенный сравнительный анализ изложения метода словесного портрета в учебной, методической и справочной литературе; раскрытие механизмов восприятия образов, его запоминания и воспроизведения применительно к признакам внешности человека и их влияние на полноту и достоверность информации о внешнем облике, поучаемой в процессе следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий. Представляет практический интерес обзор развития различных способов применения словесного портрета и сделанный на основе этого прогноз дальнейшего его использования при раскрытии и расследовании преступлений, а также предлагаемая оптимальная система изложения метода словесного портрета.

10

Апробация результатов исследования осуществлялась в виде сообщений на научно-практических конференциях (Ташкент, 1998 г.; Тула, 2000 г.), научно-практических семинарах в Ташкентской Академии МВД Республики Узбекистан, на кафедре московского института МВД России, внедрения в учебный процесс этого института, внедрения в деятельность оперативных подразделений МВД РУз; публикацией 4-х научных статей общим объемом 2,5 печатных листа.

11

ГЛАВА 1. ЗАРОЖДЕНИЕ И РАЗВИТИЕ МЕТОДА СЛОВЕСНОГО ПОРТРЕТА

§ 1. Краткий исторический обзор возникновения и развития в криминалистике метода словесного портрета

Приведем энциклопедическое определение метода словесного портрета. «Словесный портрет, система описания внешности человека в целях его розыска и идентификации по внешним признакам. Впервые была разработана Бертильоном, существенно усовершенствована и упрощена Рейссом. Применяется в криминалистической регистрации, для розыска скрывшихся преступников и лиц, пропавших без вести, в ходе экспертного отождествления живых лиц и трупов…»1.

Это ёмкое определение позволяет не только сразу же понять содержание и основное назначение метода словесного портрета, но и увидеть в нем отражение истории зарождения и развития этого метода, как отражение генеральной идеи - выделить преступника из общей массы населения. Не случайно, надо полагать, в указанном определении сформулированы главные задачи метода - розыск и отождествление человека по признакам внешности. Однако прежде чем были созданы и усовершенствованы цивилизованные, а стало быть, научно обоснованные, методы и средства, служащие целям розыска и идентификации, человечество прошло достаточно долгий путь трансформации различных способов, направленных на «узнавание» преступников как лиц, совершивших в прошлом то или иное преступление.

Система клеймения рабов, подобно скоту, существовавшая в эпоху рабовладельческого строя, уходит в глубь веков. Перенос способа клеймения на преступников является логическим продолжением этой системы, стремлением добропорядочной части общества отторгнуть от себя лицо, совершив-

‘См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М., изд-во БЕК, 1997, с.213.

12

шее преступление, пометить это лицо так, чтобы каждый имеющий с ним дело имел представление о том, «кто есть кто». При этом, разумеется, в некоторой степени учитывались и интересы правоохранительных органов того времени, имеющих возможность при наличии у человека клейм и меток судить о рецидиве совершенного преступления. Наше мнение о том, что клеймение лишь в малой мере призвано было помогать отправлению правосудия, основывается на том, что, судя по письменным документам, основной преследуемой при клеймении целью было наказание, наказание в виде позора, сочетаемой с тяжелейшими, порой изуверскими, телесными наказаниями.

Не отвлекаясь на общую историю, обратимся к истории Руси и Рос- сийской империи, где все изложенное было подтверждено многочисленными документальными источниками.

Клеймение на Руси всегда сочеталось с телесными наказаниями. Принято считать, что первое упоминание о телесных наказаниях содержится в за- конодательном сборнике ХИ-ХШ вв. «Русская правда».

Содержащиеся в нем наказания, определяемые как отдача на «поток и разграбление», вовсе не означали исключительно только отдачу в рабство или изгнание лица. Под этим следовало понимать и телесные наказания, тем более что в некоторых списках «Русской правды» термин «на поток» был заменен словами «на бой»1. Телесные наказания были варварскими: отрубание рук, обрезание языка, выкалывание глаз, четвертование, отрубание головы и т.п. Со временем они носят характер «наказаний - отметин», с тем чтобы можно было судить о преступлении, совершенным человеком. Руки отрубают ворам, языки отрезают в первую очередь тем, кто посягает своими речами на веру или власть князя.

Существовал целый ряд указов2, устанавливающих кару для воров и

1 «Русская правда». Карамзинский список, 1888, §135

2 Указы 1669, 1682, 1683 г.г.

13

разбойников. Так, по Указу 1689 г. за один разбой полагалось резать левое ухо, а за второй предавать смертной казни и «сечь уши за первую и вторую татьбу»1. Клеймение встречается в писаном праве Руси в проекте договора Новгорода с городом Готландом 1270 г., которым предписывалось, помимо телесного наказания, всех воров «Клеймить в щёку» . В Уставной Двинской Грамоте 1397 г. определили «татя всякого пятнати». Однако ни в Судебниках, ни в Уложении царя Алексея Михайловича это наказание не уточняется. В законодательных постановлениях до Петра I оно встречается редко. Однако из исторических документов следует, что оно применялось, хотя и бессис- темно.

Словом «Вор» клеймили как воров, так и фальшивомонетчиков. Также клеймили лиц, замеченных в денежном бунте 1662 г. Наряду с клеймом «вор» существовало и клеймо в виде буквы «Б» (бунтовщик). Для ссыльных в каждом сибирском городе существовал свой особый знак (т.е. не только отметина, но и «уголовная регистрация» по месту ссылки). Чаще всего клейма ставили на лице, иногда на спину. Технология клеймения была чрезвычайно проста: докрасна накаляли печать и ударяли ею по части тела.

Историки отмечают, что со времени Петра Великого это наказание приобрело более определенный характер. Уже в первые годы царствования Петр I постановил, чтобы клеймение сопровождало все наказания, заменяющие смертную казнь. В последующих законодательных актах он достаточно точно указал, какие и кому клейма должны ставить при наказании. Наряду с клеймением широко практиковалось вырывание ноздрей (за воровство, разбой, убийство, кражи, бунт и т.д.). Вырывание ноздрей, несомненно, также являлось наряду с наказанием отличительным знаком пре-

1 Полевой: Русская Вивл., с.389. Наказ ведению губных дел в Шапке 1689г. (Цитируется по монографии ииН.Евреинова «История телесных наказаний в России». Репринтное издание. Харьков, Прогресс ЛТД, 1994.

2 Этот и последующий материал о клеймении преступников на Руси и в Российской империи дается по упо мянутой книге Н.Евреинова «История телесных наказаний».

14

ступника, к тому же еще и клейменого1. Особо следует обратить внимание на мотивировку клеймения в Указе Петра I (1746 г.), который назначал клеймение всех воров, разбойников и других уголовных преступников, чтобы они «от прочих добрых людей были отличны, и когда … учинят утечку … таковых к поимке через то клеймение удобный способ быть мо- жет»2.

Изменялись и формы клейма. Некоторое время, в конце XVII и начале XVIII вв. клеймо имело изображение орла. С 1705 г. снова начали ставить букву «В» (вор), с 1746 г. все четыре буквы: ВОРЬ. При этом букву «В» ставили на лбу, а остальные на щеках (левой и правой). Клеймили пластиной с иглами. В образовавшиеся ранки втирали порох. Это уже была, по сути дела, татуировка. Наряду с упомянутым существовали и иные клейма: «С» (ссыльный), «К» (каторжник), «СК» (ссыльно- каторжный).

С развитием общества вопрос об отмене клеймения подымался не раз. Инициаторами выступали отдельные прогрессивно настроенные сановники, комитеты, комиссии. Так, в 1824 г. адмирал Мордвинов подал царю Александру 1 записку об отмене торговой казни (избиение кнутом) и клеймения. «Лицо человека, - говорилось в записке, - Всевышний Творец оживотворил чувствами души и знамением ума». Поэтому ему «не долженствовало бы быть местом поругания». В записке предлагалось в крайнем случае наносить клейма на руку или плечи~.

Клеймение продолжалось и нашло отражение в Уложении 1845 г. как побочное наказание за воровство, убийство и иные преступления. Клеймение осуществлялось во время публичной экзекуции, состоящей в наказании плетьми (с последующей принудительной работой на заводах или с бессроч-

1 Небезынтересно напомнить об одном из Указов (1724г.). Правительство, заметив, что у многих каторжан

«ноздри вынуты малознатно», предписало их «вынуть до кости» (П.С.З.УШ. 15 янв. 1724г.).

2П.С.З. №9293, г. 1746.

3 Мнение ад. Мордвинова о клеймении. Чтения Императорского общества историков, 1859, кн.4.

15

ной каторгой). Вместо прежних клейм «ВОРЬ» стали татуировать буквы «К.А.Т.», ссыльно-поселенцев теперь клеймили буквами «СП.», бродяг - «Б». В 1845 г. (!) 21 июля Государственный Совет (!) постановил, чтобы беглых, ссыльно-каторжных и ссыльно-поселенцев клеймили фельдшеры в присутствии чиновника полиции, уездного стряпчего и врача. Эти клейма стали наносить на руки.

После отмены крепостного права (1861 г.) и в преддверии судебной реформы (1863 г.) снова подымают вопрос об отмене клеймения, плетей и розог. Предлагалось отменить эти наказания для женщин и оставить для мужчин. Ярыми противниками даже такой полумеры выступили такие известные в истории личности, как граф Панин (министр юстиции), митрополит Филорет, государственный контролер генерал-адъютант Анненков, представители высшего военного командования и др.

Несмотря на резкие возражения реакционеров, кое-какие изменения последовали. 17 апреля 1863 г. был обнародован Указ «О некоторых изменениях в существующей ныне системе наказаний уголовных и исправительных». Прекращено было публичное истязание плетьми и клеймение, истязание женщин всех сословий, исключая ссыльных, изменились телесные наказания для солдат и матросов, были уничтожены шпицрутены и кошки. Одним словом, пришел конец клеймению (1863 г.)1.

Таким образом, можно утверждать, что нецивилизованный способ вы- деления преступников среди прочих лиц общества в форме клеймения существовал много веков, пережив рабовладельческую и феодальную эпохи, дожив до периода развития капиталистических отношений, когда человечество уже считало себя достаточно прогрессивным.

Вместе с тем имеются неопровержимые свидетельства, что в России

Дольше всего телесные наказания розгами существовали в отношении лиц крестьянского сословия. Они были отменены Высочайшим манифестом от U августа 1904г. (!)

16 достаточно давно, в частности в XIV веке, признаки внешности использовались для опознания и фиксировались документально в картах, которые условно можно назвать опознавательными. При раскопках в Кремле в 1843 г. среди прочего был обнаружен кожаный лоскут, на котором имелась следующая запись с характеристикой человека по имени Никита. «Микита плешив, бородат. Швец портной. Бородавица на правом лици, пятно у него в косни-ци»1.

Несомненно, что в целом положительная идея иметь способ регистрации и отождествления преступников не могла умереть вместе с отменой клеймения. Нужно было более цивилизованное и, к тому же, научно обоснованное решение проблемы. Таким решением стала система «бертельеонажа», названная так по имени её создателя Альфонса Бертильона (1853-1914). Рядовой чиновник, а затем директор бюро идентификации Парижской полицейской префектуры А.Бертильон предложил антропометрическую систему уголовной регистрации. Суть этой системы заключается в измерении отдельных, заранее определенных и принятых в системе, частей тела, регистрируемого с занесением данных в специальную стандартизованную карту. Созданию этой системы предшествовала длительная работа Бертильона (1979 г.), связанная с попытками систематизации регистрационных карточек преступников с принятыми в то время характеристиками типа: «высокий», «низкого», «среднего» роста, «лицо обычное», «никаких особых примет» и т.п. Наряду о подобными карточками имелись и фотокарточки, в основном т.н. художественные. Систематизировать подобный материал было невозможно. Взяв за основу т.н. «кривые Кетле» как отражение закономерностей, установленных бельгийским математиком Адольфом Кетле в отношении закономерностей человеческого тела, и продолжив работы, начатые в 1860 г. директором тюрьмы Луван

1 См. Бердников Я.И. Об открытых в Московском кремле древностях. - Бюллетень историко- филологического отделения АН, т.П, 1843.

17

Стивенсом, по измерению частей тела всех взрослых преступников, Бертиль-он предложил первую научно обоснованную, вполне приемлемую антропометрическую систему регистрации (1881 г.) (В 1890 г. опубликована его работа «Судебная антропометрия в Париже в 1889 г.). Антропометрическая система регистрации А.Бертилъона базировалась на 9-ти измерениях частей тела человека: рост (стоя и сидя), размах рук, ширина груди, длина головы (свода черепа), ширина головы, длина левой ушной раковины, длина среднего пальца левой руки, длина левой стопы. Измерения осуществлялись с точностью до миллиметра, что часто ставило под сомнение достоверность полученных данных и представляло значительную сложность для полицейских чинов того времени. Первое положительное применение данной системы для отождествления рецидивиста отмечено было в 1882 году1.

Однако подобная система уголовной регистрации никак не могла быть использована в оперативно-розыскных целях. С позиции розыска даже система клеймения была более эффективной, чем антропометрические измерения в их чистом виде.

Понимая это, Бертильон берется за разработку продолжения своей ге- неральной идеи - дополнить карточку с антропометрическими измерениями хорошими фотографиями и описаниями внешности преступника. Причем и фотография, и описания должны были быть такими, чтобы служить достаточным основанием для ареста подозреваемого (разыскиваемого). Последующая идентификация этих лиц должна была осуществляться с использованием размерных данных частей их тела, полученных при предыдущем аресте. Итогом этой работы явилось создание системы сигналитической (опознавательной) фотографии. При этом Бертильон небезосновательно считал, что запечатление неизменных или трудно изменяемых признаков лица наилучшим образом осуществляется при фотосъемке лица в профиль. Для

1 См.: Ю.Торвальд. Сто лет криминатистики. М, 1974, с.ЗЗ.

18

сигналитического фотографирования была сконструирована специальная фотоустановка, с некоторыми изменениями (усовершенствованиями) дожившая до наших дней.

Однако главным для рассматриваемой в данной работе темы является создание Бертильоном и включение им в свою систему т.н. словесного портрета, в некоторых переводах - устного портрета (portrait parle). До Бертильона описание признаков внешности велось в произвольной форме. Несомненной заслугой Бертильона является то, что предложенный им метод словесного портрета стремился привести в систему описание признаков внешности. Вместе с тем эта система была еще далека от совершенства. Не будет преувеличением оказать, что основное внимание в описании уделялось тем признакам внешности, которые впоследствии стали именоваться «особыми приметами» и «броскими приметами». Так, при описании спинки носа основное внимание уделялось таким признакам, как S -образная спинка, сплющенная, смятая, кривая и т.п. Применительно к цвету глаз различались внешняя и внутренняя зоны роговицы и их оттенки и т.д.

Как отмечает Ю.Торвальд: «Любая видимая примета головы имела теперь свое точное определение, каждое из которых обозначалось своей буквой, а ряд таких букв составлял формулу, то есть совокупность характерных (подчеркнуто нами - авт.) примет»1. Словесный портрет был незамедлительно введен во французской полиции.

Общеизвестно победное шествие Бертильона по странам и континентам. Представители полиции многих стран приезжали учиться системе реги- страции, принятой во Франции, пока на смену антропометрической системе не пришла дактилоскопическая система регистрации преступников. Начало ХХ-го века ознаменовалось массовым переходом стран Европы на дактилоскопическую регистрацию: 1902 г. - Англия, Венгрия, Дания, Испания,

1 Ю.Торвальд. 100 лет криминалистике. С.35.

19

Швейцария, 1903 г. - Германия, Бельгия; 1906 г. - Норвегия. Швеция, Италия, Россия и т.д. В скором времени осталось только три страны в Европе, предпочитавших антропометрическую систему регистрации: Монако, Люксембург, Румыния.

Подводя итоги этому периоду, необходимо особо отметить, что создание метода словесного портрета служило в первую очередь целям розыска, в то время как раньше клеймение служило прежде всего целям выделения человека как преступника. Задачи отождествления (не простого узнавания, а именно идентификации) не увязывались с методом словесного портрета. Идентификация осуществлялась сначала антропометрически, а затем дактилоскопически. Таким образом, на первом месте стоял розыск, именно его целям и должен был служить словесный портрет. Этим и объясняется то обстоятельство, что вместе о отторжением антропометрической системы регистрации не был похоронен словесный портрет. Доказав свою способность помогать не только в регистрации, но и в розыске преступников, метод получил свое дальнейшее развитие в работах другого известного криминалиста Рудольфа Арчибальда Рейсса (1876-1928), Рудольф Рейсе, швейцарский криминалист, являлся основателем одной из первых в мире экспертных криминалистических лабораторий. На базе лаборатории функционировали курсы по обучению работников полиции научным методам исследования вещественных доказательств (г.Лозанна). В 1911 году на этих курсах Рейссом были прочитаны лекции высокопоставленным русским судебным чиновникам. Результатом этого явилось появление таких работ, как: Трегубов С.Н. Основы уголовной техники. Пг., 1915 г. и К.Прохоров - Р.Рейсс. Словесный портрет. Спб., 1911 г., Р.Рейсе. Научная техника расследования преступлений. Спб., 1912.

Наибольший интерес в связи с рассматриваемой проблемой представляет в данном случае работа Р.Рейсса «Словесный портрет», опубликованная

20

в переводе К.Г.Прохорова. Заслуга Рейсса состоит в том, что он значительно усовершенствовал метод словесного портрета, сделав словесное изложение признаков внешности более системным, простым и доступным для запоминания. Предложенный Рейссом метод словесного портрета представлял собой метод описания внешности человека с целью его идентификации по признакам внешности. Специально разработанная система единых терминов словесного портрета была основана на данных анатомий (общей, топографической) и антропологии. Преимущественное внимание уделялось характеристике головы (лица), как наиболее выразительной части тела, индивидуализирующей человека. В качестве анатомических признаков были выбраны те, которые обладают относительной устойчивостью и наименее подвержены возрастным изменениям. Для лица человека (головы) это в основном такие части, где кожные покровы незначительны по толщине и повторяют конфигурацию и размеры подлежащих костей черепа (свод черепа, лоб, подбородок, брови, костная основа носа и т.д.). Наряду с морфологическими вариа- циями признаков учитывались и патологические формы (аномалии), именуемые как «особые приметы» (хромота, родимые пятна, шрамы, татуировки и т.п.). Каждый анатомический признак, включенный в систему описания, характеризовался по форме, размеру и положению, а некоторые еще и по цвету (волосы, глаза, иногда кожа лица, родимые пятна). Величина признака определялась не в абсолютных размерах (вспомним антропометрическую систему А.Бертильона), а в относительном выражении путем сопоставления с прочими, признаками лица и головой (телом) в целом. Для определения величины использовалась пятичленная градация размера: больший - выше среднего -средний - нижесреднего - малый. При определении формы признаков внешности использовались геометрические термины фигур и линий: прямой, выпуклый, вогнутый, овальный, треугольный и т.п. Положение признака определялось по отношению к горизонтальным и вертикальным плоскостям или

21

соседним частям лица: наклонное, горизонтальное, скошенное, косонаружное и т.д. По цвету характеризовались волосы, глаза, родимые пятна, татуировки, иногда (при резкой выраженности) цвет лица. Признаки головы описывались применительно к двум положениям лица: в фас и в правый профиль. Несмотря на некоторое «усреднение» всего многообразия существующих в природе лиц (их типизацию), предложенное Рейсоом описание по методу словесного портрета было достаточно индивидуально, обеспечивая совокупную характеристику лица, отличающуюся от характеристик других лиц. Такое описание гарантировало наличие отличий даже в характеристике внешности близнецов1.

Порядок изложения анатомических признаков был принят следующий: пол, возраст, рост (стоя, сидя), общее телосложение, признаки головы (в целом), волос, лица, лба, бровей, глаз, носа, рта, губ, зубов, подбородка, ушной раковины, морщин; затем давалось описание шеи, плеч, груди, спины, конечностей.

Наряду с описанием анатомических признаков характеризовали признаки и функциональные: походка, мимика, жестикуляция, голос, речь и т.д. Фиксировались характер обычной одежды и манеры одеваться: небрежная, модная, одежда большего (меньшего) размера и т.п.

В России длительное время существовала параллельно регистрация по методу словесного портрета в сочетании с антропометрическими измерения- ми и в сочетании с дактилоскопической регистрацией (см. таблицы 2а и 26 в приложении). Значительную роль в становлении регистрации, в том числе методом словесного портрета, в России сыграли, помимо уже указанных, ра-^ бота В.И. Лебедева «Искусство раскрытия преступления»2 и опубликованный

Во внешности близнецов всегда имеются отличия (наряду с различием рисунков папиллярных узоров). Обычно различается какая-либо часть ушной раковины (козелок, завиток и т.п.).

2 Лебедев В.И. Искусство раскрытия преступления (1- дактилоскопия, 2 - антропометрия, 3 - судебная фок»’ графия) .Спб., 1909.

22

еще ранее Циркуляр Департамента Полиции от 29 декабря 1906 г. и 1 и от 9 апреля 1907 г. №110, а также прилагаемая к ним «Инструкция фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет»1. В обеих упомянутых работах содержались краткие сведения по полицейской антропометрии, после чего следовало детальное изложение признаков словесного портрета.

Имеются краткие сведения об использовании в описываемый период метода словесного портрета при производстве экспертиз. Экспертизы проводились доктором Г.К.Прохоровым, переведшим в 1911 г. книгу Р.Рейсса «Словесный портрет». Экспертизы выполнялись путем сличения фотоизображений на художественной и сигналитических фотографиях. Исследование черт лица осуществлялось с использованием принципов и характеристик словесного портрета. Эксперт Г.К.Прохоров пришел к категорическому выводу о тождестве лица, изображенного на всех представленных снимках2.

Позже, в советский период, выходят почти одновременно две работы, которые могут считаться справочными пособиями по словесному портрету. Это работа выдающегося украинского судебного медика Н.С.Бокариуса «Справочный подручный альбом для работников уголовного розыска и милиции»3. Целью альбома было научить оперативный состав милиции приемам работы со словесным портретом, его использованию в оперативно-розыскной деятельности. К сожалению, тираж альбома был относительно небольшим и за пределы Украины он попал в ограниченном количестве. Элементам словесного портрета уделял внимание Н.С.Бокариус и в предыдущих своих ра-

1 Инструкция фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет. Спб., типо графия МВД, 1907.

2 Прохоров Г.К. Сличение фотографических карточек преступников. Журнал Министерства юстиции, 1912, №9, с.85.

3 Бокариус Н.С. Справочный подручный альбом для работников уголовного розыска и милиции при состав лении словесного портрета. Харьков, 1924.

23

ботах1.

Второй работой было пособие Г.Шнейкерта «Учение о приметах для опознания», переведенное на русский язык и изданное в 1925г2. Пособие предназначалось для работников уголовного розыска и призвано было научить их пользоваться этим методом, уметь составить, запомнить и использовать словесный портрет при розыске.

Некоторые сведения о словесном портрете, как методе экспертного исследования при отождествлении лиц по фотоизображениям, содержатся в вышедшей в 1931г. Работе Н.Д.Вороновского «Уголовная техника»3. Говоря

0 сравнении двух фотографий с целью отождествления личности, автор при ходит к справедливому выводу о том, что наиболее приемлемы для этой цели снимки, выполненные методом сигналитической фотографии. При этом до пускается возможность использования для сравнения и иных снимков: люби тельских, художественных. В книге приводились методы сопоставления фо тоснимков, в том числе с использованием характеристик словесного портре та.

В первых советских учебниках по криминалистике словесному портрету было уделено незаслуженно мало внимания. Так, в учебнике 1938 г.4 приводились краткие сведения об опознании лица по фотокарточке, а также о применении словесного портрета при допросе. Краткое, но полное изложение возможностей использования метода словесного портрета было дано Н.В.Терзиевым в учебнике «Криминалистика» 1950г5. В главе седьмой учебника, озаглавленной «Идентификация личности по чертам внешности», Н.В.Терзиев изложил принципы составления и характеристики словесного

1 Бокариус Н.С. Судебная медицина в изложении для юристов. Харьков, 1915: его же: Первоначальный на ружный осмотр трупа на месте преступления или обнаружения его. Харьков, 1925.

2 Шнейкерт Г. Учение о приметах для опознавания. Руководство для работников уголовного розыска. Гос- техиздат, 1925.

3 Вороновский Н.Д. Уголовная техника. М., 1931.

4 Криминалистика. Учебник. М, 1938.

5 Криминалистика, ч.1. Под ред. А.М.Винберга и С.П.Мигричева. М., 1950.

24

портрета. В третьем параграфе этой главы - применение словесного портрета - он четко определил сферы его использования:

а) сравнение нескольких фотографий между собой;

б) сравнение предъявляемого лица с фотографией,

в) использование словесного портрета при регистрации и опознании трупов неизвестных лиц1.

Положения этой главы были развиты Н.В.Терзиевнм в его работе «Лекции по криминалистике»2. В лекции, озаглавленной «Судебная идентификация личности по чертам внешности», автор рассмотрел все основные вопросы, связанные о использованием метода словесного портрета в криминалистике. Было дано общее понятие метода словесного портрета, приведено описание статических признаков, статических особых примет, описание динамических (функциональных) признаков, одежды и носильных вещей.

Большой объем лекции был уделен применению словесном портрета при различных следственных действиях и иных мероприятиях. В лекции рас- смотрено использование словесного портреты при: а) установлении внешности преступника на основании показаний свидетелей: б) розыске преступников; в) опознании задержанных путем предъявления личности задержанных свидетелям и потерпевшим; г) опознании трупов неизвестных лиц; д) идентификации личности по фотоснимкам; е) уголовной регистрации.

Не будет преувеличением утверждать, что это первое изданное в со- ветское время пособие, в котором так .четко и многогранно были определены сферы применения метода словесного портрета не только в криминалистике, но и в оперативно-розыскной деятельности.

‘Там же, с. 135-136.

2 Терзиев Н.В. Лекции по криминалистике. ВЮЗИ. М., 1951, с.32-83.

3 Следует учитывать, чтов действовавшем в тот период УПК РСФСР такое следственное действие, как предъявление для опознания, отсутствовало. Производство предъявления для опознания допускалось Мето дическим письмом Прокуратуры СССР «Опознание личности обвиняемого при расследовании преступле ний» под ред.А.Я.Вьшшнского (письмо подготовлено было проф. С.В.Познышевым и В.И.Громовым). М, изд-во Советское законодательство, 1936.

25

Положения рассмотренной лекции Н.В.Терзиев развил в последующей работе, целиком посвященной криминалистической идентификации личности по признакам внешности1.

Наряду с более детальным изложением материала предыдущей лекции автор поместил в данное пособие очень важные сведения, касающиеся научной обоснованности метода словесного портрета. Параграф 2-ой введения был посвящен индивидуальности внепшости человека. Этот тезис Н.В.Терзиев обосновал убедительными антропологическими данными с приведением графических построений по типу «кривой нормального распределения» (кривая Ляпунова-Гаусса). Параграф 3-й введения был посвящен вопросу изменчивости и устойчивости признаков внепшости. Этот тезис был обоснован данными анатомии и накопленным эмпирическим материалом су-дебно-следственной практики.

Говоря о возможности использования словесного портрета, автор, по сравнению с предыдущей его работой, почему-то опускает уголовную регистрацию, не говорит об описании признаков внешности трупа, зато больше внимания уделяет идентификации личности по фотографиям. При этом автором рассмотрены три варианта: а) сравнение фотографий с предполагаемым оригиналам; б) опознание изображенного на фотоснимке лица по памяти; в) сравнение внешности на нескольких фотографиях.

Необходимо отметить, что наряду с выходом в свет двух рассмотренных работ Н.В.Терзиева (1951-1956) были опубликованы по данной пробле- матике пособия и проведены крупные научные исследования. Говоря о пособиях, мы имеем в виду работы Н.С.Троицкого и З.С.Юхведа2,

1 Терзиев Н.В. Криминалистическое отождествление личности по признакам внешности. Учебное пособие. ВЮЗИ. М., 1956, 130 с.

2 См.: Троицкий Н.С., Юхвед З.С. Словесный портрет (методическое пособие). М., 1951; Юхвед З.С. Сло весный портрет (учебное пособие). М., 1952.

26

3.Г.Самошиной1, А.Ю.Пересункина2. Что касается крупных исследований, то речь идет о кандидатской диссертации А.А.Гусева~, защищенной им в 1955г. В МГУ. Данную диссертацию можно считать первой работой советских криминалистов, в которой так обстоятельно исследовались теоретические основы идентификации личности по чертам внешности. В диссертации содержались разделы, посвященные использованию метода словесного портрета в оперативно-розыскных целях, а также разделы о применении метода при производстве криминалистической портретной экспертизы. В этом разделе автором было обращено значительное внимание на изменение признаков внешности лица, изображенного на фотоснимке в зависимости от условий съемки, в том числе ракурса головы. Помимо ракурса, на изменение признаков оказывают влияние и технические условия фотосъемки: освещение, экспозиция, применяемые материалы4 и т.д. Изменению признаков лица (головы) в зависимости от ракурса съемки было посвящена опубликованная статья З.И.Кирсанова5 и статья Завизиста Н.В5.

Говоря о развитии метода словесного портрета применительно к экс- пертному отождествлению личности по чертам внешности, нельзя не упомянуть внедрение в практику экспертизы фотосовмещения лица и черепа.

Толчком к созданию в СССР такой практики послужила публикация на западе т.н. дела Рэкстона (1938г., Англия). По этому делу эксперты с це- лью отождествления сопоставляли фотоизображения двух черепов с фото- графиями двух убитых женщин. В итоге было установлено, что один из чере-

1 Самошина З.Г. Криминалистическое отождествление человека по признакам внешности. М, 1963.

2 Пересункия А.Ю. Установление личности по признакам внешности (словесный портрет). М., 1960

3 Гусев А. А. Установление личности по признакам внешности (дисс. на соискание ученой степени канд. юр.наук).

4 См. Гусев А.А. Методика производства судебных экспертиз в целях установления личности по чертам внешности. М., 1960.

5 Кирсанов З.И. Сравнительное исследование размерных отношений лица на фотоснимках с различным по ложением головы фотографируемого// Криминалистика и судебная экспертиза, вып.2, Киев, 1965, с.228.

6 Завизист Н.В. Прибор для угловых замеров расположения анатомических признаков лица в портретно- кримин&тастической экспертизе// Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1968, вып.5, с.250.

27

пов принадлежал жене доктора Рэкстона (который обвинялся в убийстве), а второй - их служанке. Имея весьма смутные представления о технологии этого метода, его стал разрабатывать и внедрять в практику заведующий медико-криминалистическим (переименованным позже в физико- технический) отделом Центрального НИИ Судебной медицины Ю.М.Кубицким. Первая такая экспертиза была проведена Ю.М.Кубицким по делу об убийстве редактора «Истринской правды» (Моск.обл.) Чикина в 1941г. В последующем, после окончания войны, такие экспертизы проводились в отделе достаточно часто (эксперты: П.А.Рыбакова, Ю.Г.Корухов1). Накопленный материал позволяет считать Ю.М. Кубицкого родоначальником экспертизы отождествления лица по черепу методом совмещения фотоизображений в СССР. Упоминание этой экспертизы уместно в данном разделе работы, так как одним из ее этапов являлось составление словесного портрета по черепу, что ранее, насколько нам известно, не практиковалось и в литературе на освещалось. При экспертизе фотосовмещения лица и черепа на первоначальном этапе в стадии раздельного исследования составлялись словесные портреты: по фотографии с прижизненным изображениям лица и по черепу. Затем полученные данные сопоставлялись между собой на стадии установления групповой принадлежности. Вместе с тем сама экспертиза фотосовмещения совпала по времени своего развития с разработкой М.М. Герасимовым метода пластической реконструкции лица по черепу2. Следует отметить, что работы М.М. Герасимова имели важное значение для криминалистики и, в частности, для криминалистической теории отождествления человека по чертам внешности. В первую очередь научные исследования, проведенные М.М. Герасимовым, дали богатый эмпирический материал о корреляционной зависимости мягких тканей

1 Кубицкий Ю.М. Отождествление личности неопознаваемого трупа до черепу// Советская криминалистика на службе следствия. М., 1957, вып.9, с. 140-148.

2 Герасимов М.М. Основы восстановления лица по черепу. М., 1949; его же: Восстановление лица по черепу. М., 1955.

28

головы от костной основы (черепа). Это подтвердило теоретическую концепцию положений топографической анатомии и научных разработок, опирающихся на нее положений, методов, приемов. Наряду с этим работы М.М.Герасимова пробудили новый интерес к возможностям отождествления человека, установлению личности по внешним признакам, а стало быть, и к словесному портрету.

Все это нашло воплощение в криминалистике в форме: а) новой экс- пертизы отождествления по черепу методом фотосовмещения; б) использования в оперативной практике результатов пластической реконструкции лица (головы) по черепу; в) создания субъективных портретов.

Следующим этапом в использовании метода словесного портрета можно считать стремление объективизировать результаты сопоставления признаков внешности при экспертном исследовании. Сюда относятся работы З.И.Кирсанова, П.Г.Орлова, Р.Э.Эльбура, Н.С.Полевого и других криминалистов.

З.И.Кирсанов и П.Г.Орлов1 на основе изучения более чем 2000 пар фотоснимков с изображением лица в фас и профиль предложила новую методику отождествления личности по чертам внешности2. Критериями оценки признаков авторы считали: устойчивость признака, независимость от других признаков, частота встречаемости. Измерение признаков осуществлялось путем наложения на фотографию (по определенным ориентирам - константным точкам) специальной координатной сетки с ценой деления = 2мм.

Собранный авторами большой эмпирический материал позволил им определить частоту встречаемости большинства признаков и ввести количественные критерии их оценки. На основе приведенного исследования авторы

1 Кирсанов З.И., Орлов П.Г. Идентификационное значение признаков внешности// Вопросы криминалистики и судебной экспертизы. Душанбе, 1962, с.280.

2 Кирсанов З.И. Экспертное отождествление личности по фотопортретам с применением математических методов исследования. М., 1968.

29

утверждали, что частота встречаемости признаков внешности, вычисленная с точностью 0,01 и надежностью 0,97-0,99%, колеблется в пределах от 0,01 до 0,20. Комплекс признаков внешности является индивидуальным, когда совместная частота встречаемости входящих в него признаков будет не более 10’8.

Р.Э.Эльбур предпринял попытку заменить визуальный метод оценки признаков на основе словесного портрета методом проективной геометрии. Метод состоит в построении графического алгоритма с использованием константных точек на каждом из фотоснимков. Обработка полученных результатов может быть осуществлена масштабным способом1.

Н.С.Полевым был предложен аналитический метод идентификации личности2. Как и в предыдущем методе, здесь также используется система точек, несущих информацию о лице (их местоположение, расстояние от других точек и т.п.). Константные точки соединяются в определенной последовательности, полученные построения используются в целях отождествления лиц.

Подобная тенденция объективизировать результаты исследования при отождествлении лица по внешним признакам вполне закономерна. Стремление отказаться от визуальных сопоставлений и оценок по методу словесного портрета возражений не вызывает, однако это далеко не всегда удается. Словесный портрет, его принципы, подходы к решению задач, по-прежнему остаются доминирующими, в том числе в портретной экспертизе.

Большой вклад в развитие словесного портрета внес В.А.Снетков, чьи многолетние труды составили научную и практическую основу применения этого метода в следственной, оперативной и экспертной работе.

Эльбур Р.Э. Использование аппарата проективной геометрии в процессе идентификации личности по фотоснимкам// Вопросы кибернетики и право. М., 1967.

2 Полевой Н.С. Аналитический метод идентификации личности по фотоизображениям// Правовая киберне- тика. М.. 1970.

30

В одной из своих первых статей, посвященной проблеме отождествления личности по чертам внешности, В.А.Снетков предложил дифференциро- вать портретную идентификацию на два вида: а) криминалистические портретные экспертизы и б) медико-криминалистические портретные экспертизы. К первым относилось исследование таких объектов, как фотографические, живописные, рисованные и составные (композиционные) портреты; ко вторым - наряду с вышеуказанными еще и череп, костные останки, рентгенограммы. Здесь принципиально важным является отнесение и того, и другого вида исследований к криминалистическим (во втором случае - к комплексному медико- криминалистическому). Подобный подход определял криминали- стическую направленность метода словесного портрета (не отрицая его анатомических, антропологических, биологических и основ), подчеркивая его криминалистическую сущность и в целом предопределял, кому предстоит заниматься совершенствованием этого направления в будущем. Жизнь подтвердила правильность этой позиции. Свидетельством тому многочисленные работы криминалистов, в том числе и в плане совершенствования метода словесного портрета. Значительное число этих работ выполнено было под руководством и при непосредственном участии В.А.Снеткова1.

В 1979г. В.А.Снетков публикует первый отечественный учебник по вузовскому курсу габитоскопии2. Учебник включает в себя шесть глав. В первой главе содержится сущностно-содержательная характеристика габито-логии как частного криминалистического учения. Приведены научно обоснованные базисные положения габитоскопии, опирающиеся на антропологические, анатомические и иные естественнонаучные положения возможности

См., например: Снетков В.А. Портретная идентификация личности в оперативно-розыскной и следствен- ной работе. М., 1968; Снетков В.А., Эминов В.Е. Опознание по фотоснимкам, кинофильмам и рисункам не предварительном следствии. М, 1973; Снетков В.А., Виниченко И.Ф., Житников B.C., Зинин А.М., Овсян- никова М.Н. Криминалистическое описание внешности человека. Учебное пособие: под ред. В.А.Снеткова. М., 1984, и другие работы. 2 Снетков В.А. Габитоскопия. Волгоград, 1979.

31

использования данных о внешности человека в целях его отождествления. Автор большое внимание уделил методу исследования, охватывающему всевозможные сведения о человеке с целью его идентификации по признакам внешности. Особое внимание в главе уделено применяемым для этого специальным методам исследования. В работе убедительно продемонстрировано, как для изучения внешнего облика человека применяются методы анатомии, антропологии, психологии, физиологии (изучение функционально-динамических комплексов навыков). Показано, как может быть использовано товароведение для изучения таких сопутствующих предметов, как одежда, обувь, мелкие носильные вещи. Обращено внимание на необходимость знания элементов парикмахерского дела и косметики для изучения признаков волосяного покрова, кожи лица, применяемых красителей.

Особое внимание, естественно, было уделено автором методам, ис- пользуемым для изучения закономерностей развития внешнего облика человека. В этой связи были рассмотрены методы морфологии, общей и судебной медицины, травматологии, медицинской косметики, пластической хирургии, физиологии человека. Говоря о закономерностях запечатления образа человека, автор подвергает анализу методы геометрии, психологии, оптики, фотографии. Здесь же приведены данные о способах собирания сведений о внешнем облике человека, указаны источники такой информации и формы ее закрепления.

Вторая глава учебника посвящена самому главному в словесном портрете - изложению характеристик элементов внешности, рассмотрению анато- мических, общефизических и функциональных признаков внешности, а также признаков возможных сопутствующих предметов. Нельзя не отметить, что в этой части при характеристике анатомических признаков В.А.Снетков несколько отошел от классических трактовок (Бертильона - Рейсса) и предложил в ряде случаев более детальные и отличные характеристики признаков

32

лица (головы)1.

В главе третьей подробно рассмотрены используемые в криминали- стических целях виды отображений внешнего облика человека: мысленные образы, материальные субъективные отображения. Дан сопоставительный анализ заложенной в них информации.

В следующей, 4-ой, главе приведены сведения о технико- криминалистических средствах и методах собирания данных о признаках внешности человека при расследовании и раскрытии преступлений. Здесь подробно изложены методики составления словесного портрета, производство опознавательной фотосъемки живых лиц и трупов, изготовление посмертных масок, субъективных портретов (рисованных, композиционных), метод пластической реконструкции лица по черепу.

Главы 5-ая и 6-ая посвящены изложению методик судебно-портретной экспертизы.

Можно категорически утверждать, что и на момент выпуска (1979г.) и в настоящее время данная работа не имеет аналогов в отечественной литературе. Подобного комплексного глубокого изложения проблемы идентификации личности по признакам внешности не было и ранее и не создано после выхода учебника по габитоскопии. Необходимо особо подчеркнуть, что этот учебник, изданный в Волгограде, предназначался в первую очередь для слушателей экспертного факультета Волгоградской Высшей следственной школы МВД СССР. Не будет преувеличением сказать, что на материалах этого учебника прошли обучение сотни экспертов, следователей и оперативных работников системы органов внутренних дел.

Дальнейшее развитие метода словесного портрета шло в основном в плане совершенствования судебно-портретных экспертиз и постепенного внедрения в практику использования субъективных портретов.

1 Подробнее о трансформации терминологии метода словесного портрета см.§3 данной главы.

33

Что касается судебно-портретных экспертиз, основанных на применении метода словесного портрета, то мы не беремся назвать какой-либо спра- вочник следователя или пособие, предназначенное для следователей и судей, по вопросам экспертизы, где бы не были приведены сведения о возможностях судебно-портретной экспертизы, подготовке материалов, направляемых на экспертизу, формирования вопросов эксперту. Таких пособий было издано в разное время достаточно много разными ведомствами и издательствами1.

Краткое изложение характеристики элементов внешности вошло во многие справочники, предназначенный для следователей2. Включение в справочники терминов словесного портрета было насущно необходимо, так как, учитывая карманный формат и малый объем справочников, можно считать, что методическая помощь в составлении словесного портрета всегда «под рукой» у следователя и оперативного работника. К сожалению, не всегда и не во всех справочниках отмечается унифицированность терминологии, но этот вопрос будет рассмотрен несколько позже (гл.1 §3).

Из работ, имеющих принципиально важное значение на данном этапе применения метода словесного портрета, должно быть названо пособие В.А. Снеткова, И.Ф.Винченко, В.С.Житникова, А.М.Зинина, М.Н.Овсянниковой

1 См., например; (в порядке хронологии): Виноградов И.В., Кочаров Г.И., Селиванов НА. Экспертизы на предварительном следствии (справочное пособие). М., Юриздат, 1959; 2-е издание этого пособия - 1967г. Криминалистическая экспертиза. Справочное пособие, под ред. Е.И.Зуева, изд. ВНИИОП МООП СССР. М., 1967. Назначение и производство криминалистических экспертиз. Пособие для следователей и судей. Под ред. Г.П.Аринушкина, А.И.Винберга, А.Р.Шляхова. М., Юрид.дитература, 1976. Классификация судебных экспертиз и типизация задач. Под ред. А.Р.Шляхова. М., 1977. Судебные экспертизы. Под ред. Н.А. Селива нова. М., Воениздат, 1980. Назначение и производство судебных экспертиз. Пособие для следователей, су дей, экспертов. Под ред. Г.П.Аринушкина, А.Р.Шляхова. М., 1988. Современные возможности судебных экспертиз (кол. авторов), под ред.Ю.Г.Корухова. М, 2000.

2 См., например: Селиванов Н.А., Теребилов В.И. Первоначальные следственные действия// краткий спра вочник следователя. М., 1956. Справочник следователя под ред. Г.Н. Новикова. М., 1957. Русаков М.Н. Объ екты криминалистического осмотра. Омск, 1977. Осмотр места происшествия//Справочник следователя. Кол. Авторов. М, 1979. Осмотр места происшесгвия//Слравочник следователя. Кол. Авторов, изд.2-е. М., 1982.

34

«Криминалистическое описание внешности человека»1. Пособие явилось отражением большой работы, проведенной во ВНИИ МВД СССР, по унификации терминологии словесного портрета. Как будет показано далее, в параграфе 3-м данной работы, данная унификация была насущно необходима, так как в учебной литературе, то есть литературе, по которой получили первичное представление о методе словесного портрета будущие работники правоохранительных органов, царила полная несогласованность терминологии.

Пособие коллектива авторов под руководством В.А.Снеткова способ- ствовало введению единой терминологии. Оно было изложено в доходчивой форме, каждая словесная характеристика признака сопровождалась иллюстрацией, способствовавшей эффективному восприятию материала.

Дальнейшее развитие метода словесного портрета шло по линии вне- дрения в следственную и розыскную практику субъективных портретов. Начало эпопеи создания субъективных портретов было положено разработкой системы Айденти-Кит (Identi-Kit) в 1965г. (США). Комплект прозрачных пленок с изображением внешности позволял изготавливать синтетический портрет преступника с учетом показаний потерпевшего (свидетелей). Идея нашла воплощение во многих странах мира. В итоге получили распространение т.н. субъективные портреты, создаваемые на основе мысленного образа преступника, хранящегося в памяти свидетеля (потерпевшего). Материализация этого мысленного образа осуществлялась созданием рисованного, рисо-ванно-композиционного или фото композиционного портретов. Подобные портреты составляются при непосредственном участие допрашиваемого (очевидца), который выбирает и уточняет изображения элементов внешности, оценивает получаемые варианты, вносит необходимые поправки. Рисованные портреты изготавливает со слов допрашиваемого художник. Для составления

1 Снетков В.А., Винченко И.Ф., Жигаиков B.C., Зинин А.М., Овсянникова М.Н. Криминалистическое опи- сание внешности человека. Учебное пособие. Под общей редакцией В.А.Снеткова. М., 1984.

35

рисованно-композиционных портретов применяются штриховые рисунки элементов лица, с помощью которых можно составить значительное количество изображений. Наряду с упомянутой ранее системой Айденти- Кит, могут быть названы системы: ИКР-2 (идентификационный комплект рисунков) (Россия), РКИ (Польша), «Мимик» (США), «Венком», «Композитор» (Япония) и т.п. Каждая из подобных систем включает, как правило, комплект штриховых рисунков элементов внешности, реестр- альбом и демонстрационное устройство, при необходимости снабжаемое фотоаппаратом для фотографирования полученного композиционного портрета. В фотокомпозиционных системах вместо рисованных элементов внешности используют фотоизображения элементов. Можно сказать что с появлением субъективных портретов метод словесного портрета обрел второе рождение.

Как отмечает А.М.Зинин, внесший существенный вклад в развитие метода словесного портрета, «в начале 60-х годов применение субъективных портретов - основной разновидности субъективных изображений - было эпизодическим, специалистов по их изготовлению в экспертно- криминалистических подразделениях еще не было. К настоящему времени такие портреты стали наиболее распространенным и эффективным средством первоочередной фиксации информации о признаках внешности человека. В каждом экспертно-криминалистическом подразделении имеются сотрудники, в обязанности которых входит изготовление субъективных портретов. Используемые технические средства прошли большой путь развития от первых примитивных наборов фотоснимков и простейших приборов для монтажа портретов до идентификационных комплектов изображений элементов внешности и компьютерных комплексов по изготовлению портретов»1.

Обращение к субъективным портретам, как еще одному из средств реализации метода словесного портрета, не случайно. Эта проблема весьма

1 Зимин А.М. Внешность человека в криминалистике (субъективные изображения). М., 1995, с.З.

36

актуальна как для криминалистической науки, так и для практики.

По справедливому высказыванию А.М.Зинина, уделившему большое внимание внедрению субъективных портретов: «В ходе раскрытия преступлений часто для осуществления первоначальных оперативно- розыскных мероприятий и следственных действий по установлению личности преступника нет иных данных, кроме мысленного образа - отображения признаков внешности человека одного человека в памяти другого»1. Отдавая должное значению субъективных изображений в раскрытии и расследовании преступлений, автор тем не менее отмечает: «… субъективные изображения не могут заменить описания, особенно словесного портрета. И та, и другая форма фиксации признаков внешности органически дополняют друг, создавая в комплексе подробное и всестороннее отображение внешнего облика человека»2.

Мы целиком согласны с приведенным утверждением, но хотели бы выделить главное содержание и того, и иного действия. И субъективное изображение, и словесное описание - это две формы реализации единого целого - метода словесного портрета. Даже когда материализация мысленного образа допрашиваемого о признаках внешности происходит интуитивно, т.е. на первый взгляд бессистемно, в произвольной форме, субъективно, она все равно сопоставляется следователем (оперативным работником, специалистом криминалистом) с системой, характеристиками метода словесного портрета. Это позволяет без подсказок, но ориентируясь на системное изложение, добиваться более достоверного воссоздания внешнего облика человека. Форма выражения этого облика - субъективное изображение или описание - имеют вторичное значение. Главным остается - реализация в любом случае метода словесного портрета, его методики, его системы, его технологии. Без досконального знания словесного портрета получение сведений от допрашиваемо-

’ Там же, с.З.

2 Зинин А.М. Указ. работа, с.7.

37

го обречено на неудачу.

Подчеркивая важность умелого использования субъективных портретов в раскрытии и расследовании преступлений, В.А.Снетков отмечал: «В ра- боте по раскрытию преступлений необходимо полнее использовать возможности применения субъективных портретов. Высокая эффективность этого действенного средства раскрытия преступлений убедительно подтверждена многолетней практикой…. Следует расширить формы использования субъективных портретов за счет создания коллекций, проведения проверок по массивам фотоснимков лиц, взятых на оперативный учет». (В.А.Снетков, 1985).

Таким образом, к настоящему времени имеются все основания для ут- верждения о том, что сферы использования метода словесного портрета существенно расширены. Произошло это далеко не случайно. Из скромного описательного (приметозапечатлевающего) метода словесный портрет превратился в базисную конструкцию, позволяющую на ее основе не только совершенствовать существующее, но и создавать новое.

В своей докторской диссертации, посвященной основам установления личности преступника в криминалистике, В.А.Жбанков пишет: «Развитие теории установления личности преступника подчиняется тем же закономерностям, что и развитие любой теории. Вначале она развивалась как описательная, отличалась простотой, общностью подхода, непосредственной связью с эмпирическим материалом, с определенными фактами материальной действительности (обнаружением следов преступника и их использованием для его установления). Вместе с тем подлинно научное знание не может ограничиться только описанием. Дальнейшее развитие криминалистики позволило проникнуть в сущность исследуемых явлений, объяснить их на уровне научных фактов»1.

1 Жбанков В. А. Концептуальные основы установления личности преступника в криминалистике// Автореф. дисс. докт. юр.наукМ., 1995, с. 19.

38

Представляется, что данное утверждение целиком применимо к методу словесного портрета и отражает пройденный им исторический путь.

Возникнув как метод чисто описательный, предназначенный для реги- страции и розыска, словесный портрет вызвал к жизни возникновение и развитие судебно-портретных экспертиз. При этом от непосредственного сопоставления человека с описанием его внешности перешли к сравнению фотоизображений живых лиц, живых лиц и трупов и, наконец, живых лиц и черепа.

Следующим важнейшим моментом в истории развития словесного портрета явился период становления и развития субъективных портретов.

Здесь словесный портрет также выступил и как метод системного из- ложения и обработки данных о внешности, и как базисное положение для конструкции субъективных портретов независимо от формы их выражения.

Отмечая, без преувеличения можно сказать, колоссальное развитие метода словесного портрета, его теоретического обоснования и практики применения, хотелось бы сформулировать и выделить ряд обстоятельств способствовавших его становлению и развитию.

  1. Насущная необходимость в научно-обоснованном методе, позво- ляющем характеризовать внешность человека по единой системе в целях его регистрации и розыске.
  2. Необходимость научить милицейских работников молодого советского государства приемам использования словесного портрета.
  3. Работы М.М.Герасимова, посвященные пластической реконструкции лица по черепу. Эти работы стали солидной базой общетеоретических положений о корреляционной зависимости мягких покровов головы (лица) и их костной основы (черепа). Работы М.М.Герасимова оживили творческий научный интерес к проблеме отождествления личности по чертам внешности в целом и к методу словесного портрета в частности.

39

  1. На базе этих новых теоретических разработок появляются два новых источника получения информации: доказательственный - путем проведе- ния экспертизы отождествления лица по черепу методом фотосовмещения, и ориентирующей информации - путем пластической реконструкции лица по черепу и использования полученных результатов в оперативных целях.
  2. Следующим важным этапом и обстоятельством, знаменующим развитие словесного портрета, явилось создание системы субъективных портретов и их использование в раскрытии и расследовании преступлений.
  3. И, наконец, последнее по порядку, но не по значению - это постоянная технизация в использовании словесного портрета и исследований на его основе. Здесь имеется в виду возможность кодировки признаков внешно- сти, характеризуемых по методу словесного портрета, технизация создания субъективных портретов (ИКР-2 и др. системы), компьютеризация процесса отождествления лица по черепу, цифровая фотография и т.д.
  4. Среди большинства методов, используемых в теории отождествления личности и составляющих, по сути, часть этой теории, методов антропо- морфических, антропологических, остеометрических, математических, графических, фотографических - метод словесного портрета остается классическим, обеспечивая концентрированное изложение информации о внешности, ее анализ и оценку.
  5. Отмечая все вышеизложенное, вместе с тем было бы неверным счи тать, что все возможности метода словесного портрета раскрыты к настоя щему моменту в полной мере. Еще более ошибочным было бы утверждение, что этот метод используется с полной отдачей для раскрытия и расследова ния гфеступлений.

40

§ 2. Гносеологические закономерности метода словесного портрета.

В работе, посвященной криминалистическому отождествлению личности по чертам внешности, Н.В.Терзиев отмечал: «Как и в других случаях криминалистической идентификации, отождествление личности по чертам внешности базируется на установлении индивидуальной совокупности признаков, то есть такой совокупности, которая неповторима ни у какого другого лица. Такая неповторимость зависит, во-первых, от редкости каждого элемента, входящего в эту совокупность, и, во-вторых, от достаточности числа взятых элементов. Кроме того, … имеет значение вопрос о зависимости признаков друг от друга»1.

Здесь каждый термин - блок для гносеологического2 осмысления и трактовки с позиций современных знаний. Как трактуется в криминалистике понятие признака вообще и идентификационного в частности; каким условиям должны отвечать эти признаки, понятие индивидуальной совокупности, частоты встречаемости признака, его изменчивости, зависимости от других признаков. Все это должно быть рассмотрено применительно к категориальному понятию «признаки внешности человека», самому понятию «внешность человека», закономерностям и случайностям её изменчивости.

Начнем с современной трактовки понятия признак. Признак есть вы- ражение свойств вещи. Каждая вещь, объект обладают значительным количеством свойств. Именно они являются тем, что характеризует какую- либо сторону вещи (объекта), её взаимоотношение с другими вещами или- явлениями. «Обладание свойствами есть неотъемлемый момент самого существования какой бы то ни было вещи. Вещей, не обладающих свойствами, не существу-

1 Терзиев Н.В. Криминалистическое отождествление личности по признакам внешности. М., 1956, с. 13.

2 Гносеология (от rpe4.gnosis -знание, сущность) - теория познания.

1 ‘”?-•:.-??* “”-‘”* i

ет» . ??????” - -?”- *

Каждая вещь может варьировать в определенных пределах благодаря изменению её качественного состояния, влекущего за собой изменение её свойств. Для понимания этого явления (а оно имеет очень важное значение применительно к изучению внешности человека) в философии предложено толкование «качественные превращения». С этой целью в приведенной выше работе отмечается: «Качественные превращения есть особый случай изменения вещи, при которых данная определенная вещь становится другой вещью во всех отношениях (кроме, может быть, незначительной части менее существенных, с некоторой определенной точки зрения отношений)2. Применительно к признакам внешности это означает: допустимость отождествления при варьировании признаков, в том числе в результате качественных изменений, в частности обусловленных возрастными изменениями. И, наоборот, невозможность отождествления в случае качественных превращений внешности (например пластическая операция лица, обезображивание внешности трупа).

В логике признак именуют «знаком», «приметой» вещи3. С гносеоло- гической позиции признак означает проявление свойства вещи. При этом один признак может выражать как одно, так и несколько свойств. А одно свойство может быть выражено комплексом признаков.

Обращая внимание на особую значимость утверждения, что признак выражает свойство вещи, Р.С.Белкин пишет: «признак именно выражает, а не отражает свойство. Между терминами «выражение свойств» и «отражение свойств» мы усматриваем существенное различие. Когда мы говорим, что признак есть выражение свойства, мы тем самым подчеркиваем его репрезентативность по отношению к выражаемому свойству, их неразрывную связь.

1 См. Панцхава И.Д., Пахомов Д.Я. Диалектический материализм в свете современной науки. М., 1971, с.79.

2 Панцхлава И.Д., Пахомов Д.Я. Указ. работа, с.80.

3 Кондаков Н.И. Логический словарь. М., 1971, с.416.

42

Свойство проявляется, вовне через признаки, самовыражается в них, не может существовать без них»1. Если трактовать это обоснованное положение с позиции информатики, то следует признать, что признак является информационным сигналом, а свойства, выражающиеся в признаках, - источником информации2.

Вместе с тем, при общем едином понимании категорий «свойство», «признак» и их соотношения, особое значение в контексте рассматриваемой проблемы имеет понятие «идентификационный признак (ки)».

З.И.Кирсанов отмечал: «понятие идентификационного признака, как и понятие заданной совокупности, определяется задачей идентификации. Идентификационным признаком, по нашему мнению, является не всякое свойство объекта, а лишь такое, которое, во-первых, обладает способностью в какой-либо мере выделять (отличать) данный объект из совокупности дру гих объектов, и, во-вторых, имеет качественную устойчивость, относитель ную неизменяемость, то есть это свойство объекта должно непрерывно суще ствовать в пределах времени идентификации. Выделяющая способность при знака состоит в том, что некоторое свойство, будучи присущим данному объ екту, в то же время отсутствует у некоторой части других объектов исходного множества»”. Если игнорировать словесную неточность

«идентификационный признак … не всякое свойство» и оставаться на позиции «идентификационный признак - выразитель свойства», то все остальное должно быть принято так же, как это нашло отражение в настоящее время, в криминалистике и в теории криминалистической идентификации. А именно: идентификационные признаки должны быть существенными в плане отождествления (уметь отличать объект от ему подобных); они должны быть отно-

1 Белкин Р.С. Курс криминалистики. М., 1997, т.2, с.84.

2 Там же, с.91.

3 Кирсанов З.И. Математические методы исследования в криминалистике \ Вопросы кибернетики и право. М„ 1967, с.202.

43

сительно устойчивы (относительно неизменны в течение т.н. идентификационного периода), они должны быть достаточно выраженными.

Применительно к этим категориальным понятиям: существенность, выраженность, относительная устойчивость предстоит рассмотреть далее признаки внешности человека.

Так как речь пойдет о признаках внешности, то уместно здесь же дать некоторую классификацию того, что в криминалистике называют внешними признаками1.

В трасологии внешние признаки, как выразители соответствующих свойств, характеризуют в первую очередь форму предмета, его размеры, рельеф поверхности, отражательную способность (цвет, насыщенность, яркость)2. При этом форма предмета понимается как поверхностная граница его материальной субстанции, размеры - величины, соотносимые между собой и некоторыми эталонами измерений.

Различают общие внешние признаки, выражающие наиболее общие черты, свойства объектов, и частные внешние признаки, в качестве которых чаще всего фигурируют детали объектов. Именно совокупность частных призвана обеспечить идентификацию объекта.

Представляется, что все эти качества признаков могут быть с успехом использованы (и используются) применительно к признакам внешности человека: форма, размер, цвет, деление на общие и частные. Используется и такой специфический трасологический признак, как рельеф. Однако в словесном портрете он трансформирован в термины выступание, выпуклый, вогнутый, втянутый, хотя есть и его прямое применение «рельеф кожи».

Систематизация и иерархические построения признаков, осуществ-

1 Признаки внешности и внешние признаки - это не синонимы. Под признаками внешности понимают при знаки, характеризующие внешность как комплексное понятие единого целого, присущего только человеку и только к нему применение. Внешние признаки - это категория общая, внешние признаки присущи любому материальному объекту.

2 См.: Основы судебной экспертизы // Общая часть. М, 1997, с. 109.

44

ляемые в криминалистике и судебной экспертизе, позволяют классифицировать признаки еще и по следующим основаниям:

1) по происхождению - собственные и приобретенные; 2) 3) природе - закономерные и случайные; 4) 5) длительности времени, в течение которого признак присущ объекту, - устойчивые и неустойчивые; 6) 7) характеру - качественные и количественные; 8) 9) наличию связи с другими признаками - зависимые и независимые; 10) 6) числу множества объектов, обладающих данными признаками, - общие и частные;

7) значимости - существенные и несущественные; 8) 9) значению в процессе познания классификационные, идентификаци- онные, диагностические1. 10) Теперь предстоит разобраться в трактовке общих и частных внешних признаков применительно к внешности человека.

«Внешность человека в криминалистическом понимании представляет собой совокупность (систему) элементов (частей, деталей) внешнего строе- ния головы, лица, туловища, конечностей человека и характеризующих их признаков, определяемых особенностями анатомического строения и функциями организма, а также предметов одежды, находящихся на человеке, или вещей, носимых им при себе. В понятие «внешность» в известной мере входит смысловое содержание как внешних, так и внутренних характеристик человека, обусловленных корреляционной связью костного скелета с мышечной и жировой тканью и кожными покровами»2.

Следовательно ключевыми понятиями в категории «внешность чело-

1 См., например: Орлова В.Ф. Понятие свойства и признака объекта и судебной экспертизы // Основы судеб ной экспертизы. М., 1997, с. 107.

2 Дугябин Ю.П., Торбин Ю.Г. Использование данных о внешности человека в раскрытии и расследовании преступлений. М., 1987, сб.

45

века» становятся элементы внешности, как «любая выделенная в процессе наблюдения (изучения) часть внешнего облика человека»1, и признаки как внешнего облика в целом, так и отдельных деталей.

Таким образом, в подсистеме «внешность человека» (подсистемой она является по отношению к системе всех многообразных свойств (качеств) человека) проявляются черты общего и единичного, а также черты особенного.

То, что внешность человека индивидуальна, как любой объект мате- риального мира, не только обосновано теоретически, но и постоянно под- тверждается практикой. Как уже отмечалось ранее, даже во внешности близнецов имеются различия внешних признаков. Прежде всего это папиллярные узоры подушечек ногтевых фаланг пальцев и обязательно какие-либо различия в элементах ушной раковины (помимо этого, могут быть, разумеется, и другие).

Человек становятся индивидуальным через различные необходимые и случайные отклонения от некоторого усредненного варианта. Как видовые морфологические отклонения, так и индивидуализирующие морфологические признаки, присущие только данному организму, передаются через наследственность. Касаясь в этом аспекте роли мутаций, М.И.Шмальгаузен отмечает: «Эволюция строится только на мутациях. Последние имеют всегда более или менее ясно выраженный скачкообразный характер. Они дискретны в своем возникновении, в своем выражении и в передаче своих признаков потомству»2. Изменения потомства зависят как от наследственных свойств организма3, так, разумеется, и от факторов внешней среды.

Сложный этот процесс сопровождается двуединой реакцией природы организма. С одной стороны, противодействовать изменениям, с другой - принимать их с неизбежностью.

1 Снетков В. А. Габигоскопия. Волгоград, 1979, с. 17.

2 Шм&тьгаузен ИИ. Факторы эволюции. М., 1968, с.бб.

3 Которые до конца еще не познаны.

46

«Процесс мутирования, приводящий обычно к более или менее заметному уклонению от «нормального» фенотипа, находит противодействие в ес- тественной элиминации (элиминация - это исключение, дисс.) вредных уклонений. Однако малые уклонения, лежащие в пределах условной нормы (в ге-теризоготном состоянии), т.е. фактически способные созреть и составить потомство, полностью не устраняются и участвуют через скрещивание в постоянной перестройке генотипа данной популяции»1.

Так как при этом в природе не может встретиться двух людей, имеющих абсолютно тождественный набор генов, что и определяет практическую бесконечность, вариационность, в частности, и признаков внешности в пределах даже одной популяции.

На различия внешности людей в пределах даже одной антропологической группы было обращено немало внимания как антропологами2, так и криминалистами^.

Здесь важно подчеркнуть тесную связь общего и отдельного в каждом единичном объекте. Для внешности человека это и антропологический тип, и индивидуальность конкретного лица. Общее не существует изолированно, более того, оно может затушевываться индивидуальным, но оно есть всегда. При одной из форм отождествления - опознании человека (психологического узнавания) - общее может оказаться единственным для такого узнавания. Как общее, так и единичное могут соответствовать категориальному понятию «особенного». Так, различие в антропологическом типе или в расе, и даже в национальности, являясь, по своей сути, общим понятием (класса, рода), может играть роль особенного при дифференциации лиц различных антропологических типов (рас, национальностей). В другом варианте, при сопоставле-

1 Р.Уильямс. Биохимическая индивидуальность. М., 1968, с.66.

2 См., например: Бунак В.В. Антропометрия // Практический курс (учебное пособие). М., 1960, с.240.

3 Снетков В.А., Зинин А.М., Винченко И.Ф. Типы и элементы внешности. М., ВНИИ МВД, 1979.

47

нии лиц, относящихся к одному антропологическому типу (расе), это будет не более чем общий признак.

С учетом изложенного можно полностью присоединиться к высказы- ванию В.Е.Корноухова: «Индивидуальность человека определяется мутациями, причем различия между индивидами могут быть бесконечными как по своей природе, так и по степени выраженности. Вместе с тем человек, его различные подсистемы (анатомо- морфологические, субстанциональные, функциональные) содержат в себе единичные и общие свойства, что делает человека носителем конкретного тождества и обусловливает возможность идентификации человека»1.

Обращая внимание на такие свойства внешности человека, как инди- видуальность, относительная устойчивость и рефлекторность внешности, В.А.Снетков в своем фундаментальном и глубоко научном исследовании отмечал, что индивидуальность внешности человека, т.е. ее неповторимость определяется как сложностью внешнего облика, так и огромным количеством признаков элементов внешности и их вариационностью2.

Приводя далее лишь некоторые из возможных, подсчетов вариантов, автор отмечает: «При создании идентификационного комплекта рисунков ИКР-1 удалось выделить заметно отличающихся друг от друга более 960 вариантов признаков лица европеоидного типа (обратим внимание - только одного из возможных типов - дисс.) анфас, распределившихся следующим образом: причесок - 75 вариантов, бровей - 153, глаз - 185, носа -175, губ -189, нижней части лица (контур щеки, углов нижней челюсти, подбородка) -78, ушных раковин - 27, морщин и складок кожи - 70. Такое распределение вариантов элементов лица дает возможность получить около 102x1014 отли-

1 Корноухов В.Е. О научных основах идентификации человека //Проблемы советского государства и права. Иркутск, 1975, №11-12, с. 115.

2 Снетков В.А. Габитоскопия. Волгоград, 1979, с.8.

48

чающихся вариантов изображения лица человека»1.

Этот подсчет сделан по 9-ти признакам, в то время как на самом деле их значительно больше. Так, Н.В.Терзиев насчитывал применительно к лицу человека до ста признаков, которые могут быть использованы для его индивидуализации2. Естественно, количество вариантов лица возрастает при этом многократно.

Прежде чем говорить об относительной устойчивости признаков, следует уделить внимание их анатомо-морфологической природе. При этом главное внимание будет уделено элементам (и их признакам) головы в целом и в особенности лица, как наиболее выразительным частям тела3.

Голова отграничена от шеи с обеих сторон линией, проходящей от подбородка до угла нижней челюсти по ее нижнему краю. Далее эта линия следует к вершине сосцевидного отростка, огибает его сзади и продолжается по верхней выйной линии до наружного возвышения затылочной кости. Данную границу принимают условно, так как нижняя черепная ямка проецируется фактически ниже выйной линии. При этом зачелюстная область скорее принадлежит шейной области.

Голову разделяют на мозговой и лицевой отделы. Линия границы про- ходит по верхнему краю глазницы, через лобно-скуловой шов, по скуловой друге к наружному отверстию скулового прохода и к вершине сосцевидного отростка. Мозговой отдел соответствует мозговому черепу. Лицевой отдел

1 Там же, с.9

2 Терзиев Н.В. Указ. работа, с.8

3 В основу излагаемого ниже материала положены сведения из работы С.И.Елизаровского, Р.Н.Клашникова. Оперативная хирургия и топографическая анатомия. М., 1967; Зометко Ю.Л. Атлас топографической ана томии человека. М., 1964; Герасимов М.М. Основы восстановления лица по черепу. М., 1949; Герасимов М.М. Восстановление лица по черепу. М, 1955; Миклошевский Н.Н. Возрастные изменения морфологиче ских особенностей головы и лица у детей и подростков различных этнических групп // Сб. докладов УП ме ждународного конгресса по антропологии и этнографии. М., 1964; Абдурасулов Д.М., Никишин К.Е. Топо графия нормального черепа. Ташкент, 1966; Пластическая, анатомия (учебник для вузов). М., 1978; Кубиц- кий 10.М. Судебно-медицинское исследование неопознанных трупов и костных останков для задач отожде ствления личности. М., ВЮЗИ, 1959.

49

представлен лицевым черепом и включает в себя органы зрения, носовую полость с обонятельными рецепторами, ротовую полость с вкусовоспринимаю-щим аппаратом.

Мозговой череп подразделяется на свод или крышу и основание. Гра- ницей между ними может служить мысленная плоскость, проведенная от надбровных дуг к наружному возвышению затылочной кости. Свод черепа разделяют на четыре области: лобно-теменно-затылочную, височную, ушную и сосцевидную. Последние две фактически принадлежат основанию черепа, но рассматриваются как части свода из-за их доступности .для наружного медицинского обследования. Лобно-теменно- затылочная область покрыты плотной кожей, под которой находится слой подкожной клетчатки. Оба эти слоя благодаря своей относительно малой суммарной толщине повторяют конфигурацию и размеры лба свода черепа и его затылочной части. Это хорошо видно на рентгенограммах головы (анфас, профиль). Благодаря, этому изучение свода черепа, его лобной и затылочной частей позволяет дать характеристику соответствующим частям головы погибшего, а также служит хорошей базой, достаточно наглядной при восстановлении лица по черепу методом пластической реконструкции, и при фотосовмещении прижизненного изображения лица (головы) пропавшего человека с изображением черепа (при условии короткой стрижки волос на прижизненном изображении). Еще более кожа истончается в височной области черепа, подкожная клетчатка на этих участках выражена слабо.

Ушная область расположена на границе мозгового и лицевого отделов головы, определяется она границами наружного уха: ушной раковиной и слуховым проходом. Ушная раковина состоит из эластичного хряща, обтянутого кожей. В мочке ушной раковины хряща нет, там содержится клетчатка. В силу хрящевого строения уха они никак не могут быть реконструированы при придании черепу прижизненного вида.

50

Ниже мысленной плоскости, отделяющей мозговой отдел, находится отдел лицевой. Лицо искусственно разделяют на передний и боковые отделы. В переднем отделе выделяют ротовую, щечные, носовую, глазничные, подглазничные и подбородочную области. К боковым отделам относят околоуш-но-жевательные области с позаднечелюстными ямками, скуловые и глубокие боковые области лица.

Кожа лица тонкая. У мужчин имеется волосяной покров, формирующий усы, бороду, бакенбарды. Особенностью лицевой области является на- личие мимической мускулатуры, расположенной поверхностно. Эта мускулатура делает кожу лица активно подвижной. Мимическую мускулатуру составляет комплекс мышц лица, головы и шеи, обеспечивающих функцию ротовой и глазных щелей, помогающих отражать эмоциональные переживания.

Особое внимание в топографической анатомии лицевой части черепа обращают на то, что такие анатомические образования, как края глазниц, спинка и края грушевидного отверстия носа, скуловые бугры и дуги, контуры нижней челюсти с ее суставами, можно прощупать (пальпировать).

Важным для понимания генезиса основных элементов, используемых, в словесном портрете, является зависимость формы и местоположения мяг- ких тканей различных элементов лица с соответствующими частями черепа. Так, мягкие ткани лба способны отображать лобные бугры, лобные пазухи, надбровные дуги.

Как отмечается в топографической анатомии, в отношении лицевого отдела головы, содержащего такие важные рецепторные органы, как воспринимающие световой, обонятельный и вкусовой раздражители, топография этих органов подчинена форме костей, образующих самостоятельные пространства: глазничные впадины, полость носа, ротовую полость.

Область глазницы представлена глазничной впадиной. По верхнему

51

краю глазницы располагается бровь, повторяя его форму и приблизительно размеры.

Область носа ограничена сверху горизонталью, соединяющей внутренние концы бровей, снизу - горизонталью, проходящей через основание кожной перегородки носа, с боков - носогубными складками. Части наружного носа носят названия: спинки носа с корнем, переносье, кончик, крылья, носовые отверстия. Форма носа определяется его остовом, состоящим из носовых косточек и из прилегающих к ним снаружи носовых отростков верхней челюсти. Продолжением костей вниз являются боковые или треугольные большие и малые крыловидные хрящи и находящиеся между ними хрящевые перегородки.

Такое строение носа обеспечивает возможность судить о форме спинки носа при наличии не поврежденной его костной и хрящевой основы. Если скелетированный труп имеет череп без хрящевых тканей, то удается судить о форме носа только по сохранявшейся его костной основе. Предложенная М.М.Герасимовым методика реконструкции носа путем продолжения линии его костной части (спинки) до пересечения с линией, протянутой от основания, хотя и применяется на практике, но вызывает у многих ученых обоснованные сомнения. К тому же при этой методике не решается вопрос о форме кончика носа.

Основание наружного носа совпадает с основанием грушевидного от- верстия лицевой части черепа.

Область челюстно-зубного аппарата образуют верхняя неподвижная челюсть (парная кость состоит из тела и четырех отростков) и нижняя че- люсть (непарная подвижная кость). От правильного развития нижней челюсти зависит нормальный контур лица. Неправильное развитие челюсти может быть связано с ротовым типом дыхания (при аденоидах), макроглоссии (ненормально большой язык) или с неправильным положением челюсти во

52

время сна ребенка.

Нижняя челюсть состоит из тела, альвеолярного отростка и двух ветвей. Нижний край тела челюсти несколько расширен и образует у средней линии подбородочное возвышение. Этой частью определяется форма и величина нижней части подбородка. Верхний край тела челюсти, представленный альвеолярным отростком, содержит лунки с зубами. Ветви челюсти представлены широкими костными пластинками, отходящими от тела кости почти под прямым углом вверх и несколько кзади. Задний их толстый край образует с основанием тела челюсти угол (угол ветви нижней челюсти). Линия губ рта соответствует обычно линии смыкания зубов.

Таковы краткие сведения из топографической анатомии о поверхностных частях лица.

Большое значение при анализе признаков внешности человека имеют изменения, происходящие во внешности на протяжении всей жизни человека. Изменения возникают под влиянием комплекса причин: возрастные, заболевания и травмы, хирургические вмешательства и пластические операции.

Наиболее заметны возрастные изменения в детстве и старости. По данным анатомов (топографическая анатомия, сравнительная анатомия), ма- ленькие дети имеют иные соотношения величины отделов черепа, чем взрослые люда. Их голова более шарообразна, отмечается выступление верхней части лба, лобных и теменных бугров. Слабо развит челюстно- зубной аппарат. С возрастом происходят изменения, развивается челюстно-зубной аппарат, становится массивнее подбородок, изменяются контуры лба.

К старости отмечается выпадение зубов, изменяется контур рта, выдается вперед нижняя челюсть, образуется большее выступание подбородка, западание рта. Возможно некоторое опускание кончика носа. Происходит ослабление и, как следствие, отвисание мышц: появляются подглазные мешки, нависание наружного края верхнего века, увеличение количества и степени

53

выраженности морщин, выпадение волос, поседение и т.д.

Существенно изменяется внешность за счет похудения или, наоборот, резкого увеличения мышечной и жировой ткани.

Возможны и искусственные изменения внешности: удаление родимых пятен, бородавок, нанесение татуировок, пластические операции на лицевой части.

Авторы пособия «Криминалистическое описание человека»1 , отмечая неоднородность элементов внешности по их природе, предложили сле- дующее их деление по данному основанию:

а) постоянные - врожденные, существуют в течение всей жизни человека, хотя и относительно изменяющиеся;

б) временные - могут как исчезать, так и появляться (зубы, боро давка, пигментные пятна, волосяной покров и т.п.);

в) необходимые - присущие людям определенной
группы (например волосяной покров у мужчин и др.);

г) случайные - необязательно имеющиеся у конкретного лица («бугорок Дарвина» на ушной раковине, родимые пятна и т.п.);

д) естественные - элементы, присущие от рождения;

е) искусственные - возникают в результате сознательного измене ния внешности (пластическая операция’) или случайно (искривление спинки носа как результат удара);

ж) патологические - могут быть как врожденные («заячья губа», наличие шестого пальца на руке), так и приобретенными (перелом и не правильное сращивание челюсти).

Как видно из приведенного перечня, существует немало причин, ведущих к изменению внешности. Однако если исключить основные сущест-

1 Снетков В.А., Винченко И.Ф., Житников B.C., Зимин A.M., Овсянникова М.Н. Криминалистическое опи- сание человека // Учебное пособие. М., 1984, с. 10.

54

венные изменения, происходящие в детском и старческом возрасте, то можно констатировать, что внешность человека и в первую очередь признаки лица (головы), как наиболее выразительные для восприятия внешности, относительно устойчивы.

Мы специально привели краткое изложение материала из топографи- ческой анатомии, чтобы подтвердить мнение медиков, анатомов, антропологов.

Устойчивость объясняется тем, что многие анатомические признаки внешности тесно связаны с костно-хрящевой системой (основой этих анатомических элементов и их признаков).

Форма и размеры головы определяются формой и размерами костей свода черепа. Форма и размеры лица - формой и размерами лицевой части черепа (свод черепа, скуловые кости, ветви нижней челюсти, контур её тела). Высота контур лба и в какой-то мере его ширина - размерами и конфигурацией лобной кости. Степень выраженности надбровных .дуг, форма и положение бровей определяются формой глазниц, особенно их верхним краем, положением глазниц по отношению к мысленной горизонтальной плоскости, отделяющей мозговую часть от лицевой.

Глубина переносицы, величина спинки носа, его выступание, контур спинки носа, положение основания носа определяются величиной, формой, положением костной и хрящевой основы носа, размерами грушевидного отверстия черепа, положением костей основания грушевидного отверстия.

Высота верхней губы, размер рта, форма подбородка, его положение, контур нижнего края подбородка обусловлены строением, размерами, взаиморасположением верхней, и нижней челюсти, прикусом зубов.

Большая работа по установлению зависимости признаков, передаваемых мягкими тканями лица, от признаков, подлежащих частей костной и хрящевой ткани, была проделана М.М.Герасимовым. Собирая эмпирический

55

материал как основу для своего метода восстановления лица по черепу путем пластической реконструкции, он исследовал тысячи трупов лиц различных антропологических типов и разных национальностей. Собранный им материал о корреляции признаков явился не только подтверждением данных анатомии, но и существенно расширил возможности использования полученных данных, в частности для целей криминалистического отождествления личности1.

Большое значение в криминалистическом отождествлении личности имеет ушная раковина. Хотя она и покоится на хрящевой основе и при наличии скелетированного черепа восстановлена быть не может, однако в течение всей жизни (с момента полового созревания) признаки её весьма устойчивы.

Относительно большое число признаков, их комбинаторность и лока- лизация на ограниченном пространстве делают ушную раковину очень важным элементом в системе отождествления личности.

Наиболее характерно восприятие признаков лица при его положении в профиль. Это определяется как возможностью воспринимать все признаки ушной раковины, так и тем, что в профиль наиболее четко просматриваются именно участки лица, повторяющие размеры и контур костно-хрящевой системы черепа.

Так обстоит дело с наиболее устойчивыми и относительно не изме- няющимися элементами лица (головы), составившими основу метода словесного портрета.

Выявив сущность элементов, их онтогенез и возможность вариативности, необходимо перейти к тому, как отражаются эти и другие элементы в наших представлениях, как они характеризуются в системе, составляющей суть словесного портрета.

1 Герасимов М.М. Восстановление лица по черепу. М, 1955.

56

§ 3. Онтологические аспекты характеристик признаков внешности по методу словесного портрета.

Целью данного параграфа является демонстрация онтологического1 выражения элементов внешности и их признаков в системе словесного портрета. Эта система претерпела и претерпевает постоянные изменения. Её дополняют новыми терминами, сокращают некоторые из ранее употребляемых, постоянно детализируют и, что самое катастрофическое, отходят все более и более от единой системы терминов, т.е. от того, на чем первоначально был основан метод словесного портрета и что призвано было обеспечивать его универсальность и привлекательность для всех криминалистов.

Несомненно, в соответствии с закономерностями онтологии наши знания, в том числе и в системе словесного портрета, могут меняться по мере изменения наших представлений о сущности характеризуемого объекта (внешности человека). Однако при этом возникают естественные вопросы: есть ли какой-либо предел этим изменениям, необходимы ли они, способствуют ли они развитию системы словесного портрета или, наоборот, способны навредить этой системе, сделать её громоздкой, искусственно усложненной, малопригодной.

Для того чтобы ответить на эти и другие возникающие вопросы, необ- ходимо сопоставить изложение метода словесного портрета по ряду источников из области учебной и методической литературы. И та, и другая призваны научить методу следователей, оперативных работников, экспертов, иных работников правоохранительных органов, использующих в своей работе этот метод. Если окажется, что в такой литературе нет единства в подходах к ме-

1 Онтология (от греч. on, ontos - сущее и logos изучение) - отражение сущего на современном уровне позна- ния. Онтологические представления - непременная часть каждой теории, - подвергающиеся изменениям по мере развития познания:. Гносеология должна рассматриваться во взаимосвязи и единстве с онтологией (и логикой), что и является отражением зависимости онтологии от наличного уровня и форм познания. (Об он- тологии см.,например: БСЭ, 3 изд-ние, т. 18, с.406-407).

57

тоду и в изложении признаков элементов внешности, то ожидания эффективного использования метода в следственной и оперативной деятельности окажутся тщетными. Придется признать, что система работает недостаточно эффективно несмотря на то, что для её развития сделано очень много и в первую очередь теми учеными-практиками, которые годами занимались усовершенствованиями метода словесного портрета.

Сразу же считаем необходимым оговориться. Диссертант не ставил своей целью предлагать какую-либо оригинальную систему характеристик признаков. Это было бы и самонадеянно, и не вызывается необходимостью. Трудно вообще предложить что-либо новое и достаточно научно обоснованное после фундаментальных исследований, проведенных В.А.Снетковым, .А.М.Зининым, Н.В.Терзиевым, А.И.Пересункиным, З.Г.Самошиной, М.Н. Овсянниковой и другими учеными.

Дело заключается в другом. Необходимо разобраться, что происходит с системой словесного портрета в настоящее время, отвечает ли этот метод возросшим требованиям следствия и оперативно-розыскной деятельности, правильно ли определены дидактические приемы и применяемые способы обучения словесному портрету.

Данная цель и вытекающие из нее задачи должны быть проанализи- рованы не только в этом, но и в последующих параграфах диссертации.

Еще в 1981 г. М.Н.Овсянникова, будучи тогда адъюнктом Московской Высшей школы милиции МВД СССР, обратила внимание в одной из своих статей на малую эффективность применения словесного портрета при расследовании и раскрытии преступлений. Определяя причины этого негативного явления, автор отмечала: «Отсутствие единообразия во взглядах на словесный портрет, его методику, систему, терминологию. Изучение глав, посвященных криминалистическому отождествлению по признакам внешности, в учебниках криминалистики и в специальных работах по словесному порт-

58

рету показало, что авторы понимают по-разному методику и правила составления словесного портрета, используют неодинаковую терминологию. Они предлагают, как правило, свой собственный вариант составления словесного портрета»3.

Автор справедливо призывала к унификации общих правил описания внешности, дополнению их некоторыми положениями и даже к единой нормативной регламентации. Совершенно правильным было утверждение автора о том, что описание должно учитывать ситуацию использования информации

0 внешности человека: в экспертной, следственной, оперативно- розыскной деятельности. Автор сетовала на то, что нередко работники органов внутрен них дел пользуются бытовыми обозначениями, что, по мнению автора, объ ясняется различием терминологии, излагаемой в литературе2.

С момента публикации этой тревожной статьи прошло двадцать лет, однако вопросы, поднятые М.Н. Овсянниковой, не утратили своего значения, если не сказать, что они приобрели еще большую остроту. Мало что изменилось в излагаемых системах словесного портрета, они по-прежнему различны в разных учебниках и пособиях, по-прежнему создается впечатление, что каждый автор, соблюдая более-менее некоторую основу системы, произвольно вносит в нее вое, что считает нужным,

Вместе с тем одно из существенных изменений произошло. Бытовые термины, о которых упоминала М.Н.Овсянникова, введены в пособие «Криминалистическое описание человека» (под ред. В.А. Снеткова) в качестве терминов произвольного описания. Такое описание не только введено этим пособием, но и обосновано, и изложено в виде терминов применительно к большинству элементов внешности. При этом авторы сразу же оговариваются о необходимости перевода произвольного описания в упорядоченное

1 Овсянникова М.Н. Словесный портрет и некоторые пути его совершенствования // Вопросы усиления борь бы органов внутренних дел с правонарушениями. М., 1981, с.96.

2 Там же, с.97.

59

(не указывая, кто должен осуществлять эту операция перевода).

Мы намерены использовать тот же метод сопоставления изложения метода словесного портрета в различной учебной и методической литературе. Однако наряду с сопоставлением литературы 80-х годов, которой оперировала М.К.Овсянникова, будут взяты и позднейшие работы конца 90-х годов. Выбор носил произвольный, непредвзятый характер, были взяты учебники и пособия, где изложение метода словесного портрета осуществлялось людьми авторитетными в данной области. Приведем перечень литературы в хронологической последовательности:

  1. Криминалистическая техника (справочная книга юриста). М. ,1959, автор раздела Н.В.Терзиев.
  2. Криминалистика (учебник), изд. МГУ, 1963, автор З.Г.Самошина.
  3. Осмотр места происшествия (справочник следователя). М., 1982, (кол. авторов), под ред. А.А.Леви.
  4. Криминалистика (учебник), авторский коллектив ВЮЗИ. М., 1984, автор И .Ф.Пантелеев.
  5. Криминалистическое описание человека (учебное пособие), под ред. В.А.Снеткова. М., 1984, авторы: В.А.Снетков, И.Ф.Винниченко, В.С.Житников, А.М.Зинин, М.Н.Овсянникова.
  6. Криминалистика (учебник). -Академия МВД СССР, T.I, автор Зуев Е.И.

  7. Криминалистика (учебник), под ред. А.Г.Филиппова
    и А.Ф.Волынского. М., 1998, автор Овсянникова М.Н.

  8. Словесный портрет (практическое пособие). М., 1999, автор А. .А .Топорков.
  9. Криминалистика (учебник), под ред. Р.С.Белкина. М., 1999, автор КоруховЮ.Г.

60

Прежде всего о классификации общих признаков, предлагаемых к описанию. Во всех последующих сопоставлениях мы будем брать в качестве исходного материала изложение, содержащееся в пособии «Криминалистическое описание человека» (под ред. В.Л.Снеткова). Во- первых., потому, что это самое детальное, по нашему мнению, описание признаков, а во-вторых, потому, что это самое специализированное издание, выпущенное значительным тиражом (20.000 экз.) и переизданное вторично (1988 г.) и вновь в 1998 г. Это пособие, издания 1984 г. в дальнейшем мы будем именовать эталонным.

В эталонном пособии приведены следующие общефизические признаки и в следующем порядке: пол, антропологический тип, возраст, рост, тело- сложение (в т.ч. особенности телосложения - очень полное, очень слабое, очень худое), фигура в целом.

Н.В.Терзиев: рост, сложение, фигура (отсутствует возраст и антропо- логический тип).

З.Г.Самошина: рост, телосложение (нет возраста, фигуры, антрополо- гического типа).

Справочник следователя. - общефизические признаки не указаны. И.Ф.Пантелеев: пол, возраст, рост, телосложение (нет антропологического типа).

Е.И.Зуев: пол, возраст, расово-этнический тип, конституционньш с клад (телосложение).

М.Н.Овсянникова: пол, возраст, антропологический тип, рост, тело- сложение .

А. .А.Топорков: национальность, народность, этническая группа, возраст, рост, телосложение.

Ю.Г.Корухов: пол, возраст, национальность (антропологический тип), рост, телосложение, фигура в целом.

61

Таким образом, наибольшее совпадение имеются в сопоставлении с эталонным описанием у Е.И.Зуева, М.Н.Овсянниковой и Ю.Г.Корухова. Едва ли это можно признать случайным. Все эти авторы длительное время преподавали в образовательных учреждениях МВД СССР (РФ), знают справочную .литературу МВД и, естественно, придерживаются единообразия. В остальных учебниках и пособиях такого единства нет. Кто-то ничего не говорит об антропологическом типе, фигуре в целом. Кое-где не встречается упоминания даже о возрасте. Зато А.А.Топорков предлагает определять народность, этническую группу.

Еще больший разнобой обнаружится, если сопоставить термины, ис- пользуемые для определения такой категории, как телосложение. Эталонное пособие: среднее, плотное, коренастое, атлетическое, слабое, худощавое, очень полное, очень слабое, очень худое.

Н.В.Терзиев: слабое, среднее, коренастое, атлетическое.

З.Г.Самощина: полное, среднее, худое, тучное, очень худое.

Справочник следователя: термин отсутствует.

И.Ф.Пантелеев: крепкое, среднее, слабое, худощавое, нормального питания, полное, очень полное (тучное), очень худое. Е.И.Зуев: атлетическое, астеническое или нормальное телосложение. М.Н.Овсянникова: среднее, плотное, коренастое, атлетическое, слабое, худощавое.

А.А.Топорков: атлетическое, коренастое, среднее, слабое, тучное, худое, очень худое.

Ю.Г.Корухов: слабое, очень слабое, среднее, коренастое, атлетическое, худое, очень худое, худощавое, средней упитанности, полное, очень полное (тучное).

Как видно из приведенных определений, разброс терминов достаточно велик. Прежде всего нельзя не обратить внимание на то, что некоторые авторы предпочитают трехчленную градацию, другие - пятичленную, третьи - се-

62

мичленную. Почти у каждого можно встретить термины «полное» «Худое», «среднее». У многих (но не у всех) - коренастое и атлетическое. И только у одного - «нормального питания».

Мы вынуждены повторить еще раз, что подобное сопоставление не преследует цели кого-то упрекнуть в незнании терминологии. Цель у нас иная - продемонстрировать на подлинных примера отход от единой системы терминов в методе словесного портрета.

Следуя принципам словесного портрета: от общего - к частному и сверх - вниз, после описания фигуры в целом дается характеристика волос головы. Этого принципа придерживается эталонное пособие. Признаками волос, подлежащими фиксации, указаны: жесткость, густота, форма (конфигурация), цвет. У Н.В.Терзиева описание волосяного покрова дано после изложения всех признаков лица (головы) перед описанием шеи. Признаки: цвет, седина, форма, густота, облысение, оформление волос на голове (общие сведения, фасон стрижки, прическа).

З.Г.Самошина приводит признаки волос после телосложения. Признаки: цвет, седина, облысение, вьющиеся.

И.Ф.Пантелеев приводит признаки волос после характеристики головы в целом, отмечая такие их признаки, как густота, форма, контур, линии роста в передней части лба, цвет, наличие и степень распространенности седины, степень и локализация облысения, длина волос, прическа, вид стрижки, признаки косметической окраски.

В справочнике следователя о волосах ничего не сказано.

Е.И.Зуев дает характеристику волос после описания лица в целом. Признаки: длина, густота, состояние (сухие, жирные), линия роста волос, облысение, прическа, зачес.

М.Н.Овсянникова приводит описание волос после характеристики те- лосложения. Признаки: жесткость, густота, форма, конфигурация, цвет, дли-

63

на, линия роста, вид, состояние, наличие и расположение лысины, прическа.

А .А.Топорков дает описание волос после характеристики всего лица (головы) перед описанием шеи (так же, как у Н.В.Терзиева).

Многие из приведенных авторов не раскрывают понятия терминов, приводимых ими: состояние, вид и т.п. В эталонном пособии каждый термин признака волос пояснен. В пособии А.А. Топоркова эти термины приведены, они полностью совпадают с терминами эталонного пособия, однако автор репшл внести и кое-что свое. Он объединил височные залысины (линия роста волос - волнистая - М-образная) и плешины, что далеко не одно и то же, и ввел понятие «асимметричные височные залысины».

Нельзя не обратить внимание и на другую опасную тенденцию. В эта- лонном пособии термины упорядоченного описания выделены так, чтобы их нельзя было спутать с терминами т.н. произвольного описания. А.А.Топорков, во многом повторяя эталонное пособие, пренебрегает таким делением, давая простым перечислениям подряд термины упорядоченного описания и произвольного. В результате в разряд терминов словесного портрета попадают такие, как например: «буденновские усы», «папанинские усы». Едва ли кто из нынешнего молодого поколения помнит, какие усы были у С.М.Буденого и И.Д.Папанина.

После характеристики волос в эталонном пособии дается характеристика кожи: её вид, состояние, цвет, особенности. Это же, почти и текстуально, повторяет А.А.Топорков. Однако вместо характеристик темная, бледная вводит термины бескровная (?!), смуглая. Н.В.Терзиев отмечает, что цвет дается в отношении волос и накожных примет (по-видимому, речь идет о родимых пятнах, татуировках, но не о коже).

З.Г.Самошина допускает цветовую характеристику отдельных частей лица (носа, щёк) без общей характеристики кожных покровов. По виду, цвету, состоянию и особенностям предлагает описывать кожу М.Н.Овсянникова.

64

В остальных работах ничего о коже не говорится.

В отношении общих признаков головы говорится обычно о её размере в сравнении с общим телосложением, форме затылка в профиль (вертикальный, скошенный, выступающий). Наряду о этим свод черепа характеризуют обычно по высоте (большая, средняя, малая) и по форме.

У Н.В.Терзиева подобные характеристики отсутствуют совсем.

3.Г.Самошина так же опускает описание этих признаков. К.Ф.Пантелеев предлагает указывать размер головы в сравнении с общим те- лосложением и форму затылка в профиль (вертикальный, скошенный, выступающий).

В справочнике следователя приведена только форма головы в профиль: низкая, яйцевидная, высокая, куполообразная.

У Е.И.Зуева рассматриваемые характеристики отсутствуют.

У М.Н.Овсянниковой приведены указания о необходимости фиксации высоты и формы головы (без расшифровки).

А.А.Топорков предлагает определять высоту головы в абсолютных размерах по расстоянию между двумя указанными точками и в относительных по соотношению абсолютной высоты головы и роста человека. В профиль форма головы характеризуется им как округлая, куполообразная, яйцевидная. Вводится им и характеристика формы в фас: килевидная, уплощенная (нет самой распространенной - округлой). О форме затылка ничего не говорится.

В эталонном пособии голова характеризуется по высоте (средняя, большая, малая), форме: округлая, куполообразная, яйцевидная, килевидная, уплощенная; предложено отмечать особенности головы, под которыми понимаются нарушения обычных пропорций. Авторы пособия вводят, кроме того, понятие вертикальной- профилировки лица и горизонтальной профилировки.

Рассмотрим в сравнительном сопоставлении еще один признак: фор-

65

ма лица ( конфигурация).

В эталонном пособии: округлое, овальное, треугольное, квадратное, прямоугольное, ромбовидное.

Н.В.Терзиев: эллипсовидная, овальная расширением вверх, овальная расширением вниз, круглая, прямоугольная, трапецевидная, широким основанием вниз, трапецевидная, широким основанием вверх, ромбовидная, треугольная, широким основанием вниз. По сравнению с пособием здесь добавлены характеристик овальная с расширением (вверх, вниз) и трапецевидная. В работе 3.Г.Самошиной эти характеристики вообще отсутствуют. У И.Ф.Пантелеева лицо: общая форма лица в фас (круглая, овальная и пр.), общий контур лица в профиль (выпуклый, прямой, вогнутый), степень полноты, цвет. В справочнике следователя: пирамидальная (?), треугольная, двояко-выгнутая (?), квадратная, прямоугольная, ромбовидная. При изучении иллюстраций можно придти к выводу, что пирамидальная - это та форма, которую другие авторы именуют трапециевидной. Для объяснения «двояковыгнутой» объяснений нет. Иллюстрация также не помогает разобраться в этом вопросе. Когда в словесном портрете говорят о ромбовидной форме, то под этим имеют в виду: выступающая область скуловых костей в сочетании с узким лбом и треугольным подбородком. Что понимают авторы справочника под «двояковыгнутой» формой лица, - не ясно. Тем более, что они также приводят и ромбовидную форму.

У Е.И. Зуева характеристика лица, в целом даны в таком виде: прямо- угольное, треугольное, овальное; полное, худощавое, средней полноты; с крупными, мелкими, средними чертами; по соотношению высоты и ширины -удлиненное, широкое, среднее; по характерным особенностям: обрюзгшее, отекшее, изможденное, сходное с обликом какого-либо животного и т.д..

М.Н.Овсянникова отмечает, что лицо в целом анализируется по форме, профилировке, полноте, высоте, ширине (сами характеристики не приво-

66 дятся - дисс).

У А.А .Топоркова форма лица в целом: округлая, овальная, квадратная, прямоугольная, треугольная, ромбовидная, двояковыпуклое (?), трапе- циевидное (вверх, вниз основанием).

У Ю.Г.Корухова: овальное, круглое, треугольное, ромбовидное, пря- моугольное, квадратное.

Таким образом, при повторяемости таких характеристик, как округлое, овальное, прямоугольное, треугольное, отдельными авторами вводятся новые термины типа: эллипсовидная, трапециевидная, двояковыпуклая, двояковогнутая и др.

Еще большее расхождение обнаруживается в характеристиках полноты лица. Н.В.Терзиев этого признака не приводит совсем. Также поступают и авторы справочника следователя. Нет этой характеристик и у З.Г.Самошиной. И.Ф.Пантелеев лишь указывает на необходимость характеризовать степень полноты лица, без пояснений и характеристик. Также поступает М.Н. Овсянникова. У Е.И.Зуева, даны характеристики: полное, .худощавое, средней полноты. В эталонном пособии полнота лица определяется следующим образом: худое, худощавое, средней полноты, полное, одутловатое. Точно так же определяет полноту лица А. .Д.Топорков. В эталонном пособии даются и особенности лица: отекшее, опухшее, испитое, обрюзгшее, потасканное, рябое, бульдожье, лошадиное, крысиное, обезьянье, поросячье. При этом все эти слова взяты в кавычки, это по оговорке авторов означает принадлежность этих терминов к произвольным. А.А.Топорков, повторяя текстуально этот раздел, тоже берет указанные термины в кавычки, никак это не оговаривая. Таким образом, может создаться представление, что лица «бульдожье», «крысиное», «поросячье» - это терминология словесного портрета.

Подобным образом можно разбирать буквально каждый элемент лица и его признаки, везде мы находим несогласованность, различие терминов,

67

различие в полноте характеристик. Возьмем, к примеру, характеристики формы (контура) спинки носа.

У Н.В.Терзиева: вогнутая, прямая, выпуклая, извилистая. У З.Г.Самошиной характеристик контура спинки носа совсем нет (?!). И.Ф.Пантелеев указывает, что характеристика контура спинки носа должна быть, но самих характеристик не дает.

В справочнике следователя даны следующие характеристики, причем говорится не о контуре спинки, а о форме носа: вогнутый, прямой, выпуклый, выпукло-извилистый, выпуклый с горбинкой.

В работе Е.И.Зуева: прямой, извилистый, выпуклый, вогнутый. М.Н.Овсянникова указывает на необходимость характеризовать спинку носа по контуру, но самих характеристик не приводит. Ю.Г.Корухов: прямая, выпуклая, вогнутая, прямоволнистая. В эталонном пособии и пособии А.А. Топоркова: прямой, выпуклый, вогнутый, извилистый. Особенности: горбатая, искривленная, серповидная.

В завершение анализа мы не можем не коснуться еще одной характе- ристики, имеющей свою историю. Речь идет о характеристике цвета глаз. В большинстве работ цвет глаз или не приводится, или дается весьма произвольно, без полного перечисления: «серые, голубые, карие и т.д.». В эталонном пособии он дан следующим образом: черные, темно-карие, светло-карие, желтые, зеленые, буро-желто-зеленые, серо-зеленые, серые и голубые с буро-желтым венчиком, серые, серо-голубые, голубые, синие.

Подобные характеристики едва ли приемлемы, так как они не учитывают изменения окраски радужины в зависимости от освещения и состояния человека. Особенно это относится к цвету глаз, обозначенному выше как голубые, серые, синие, серо-голубые. Подобные цвета присущи так называемым беспегментным глазам, радужина которых не содержит желтого красящего вещества. Оттенок таких глаз от светло-серого до темно-серого и даже

68

синего может изменяться под влиянием характера освещения (солнечный свет, свет ламп накаливания, свет ламп «дневного» освещения) и в зависимости от состояния человека. Под влиянием злости, ярости такие глаза способны приобретать серый «стальной» цвет. В лирическом, расслабленном состоянии человека они голубеют и т.д.

Не случайно в классической трактовке словесного портрета Р.А.Рейса1 отражен иной подход к оценке цвета глаз. Этот подход нашел отражение в дореволюционной отечественной криминалистической литературе, в том числе и для специального пользования. Вот как приводится описание по Р.А. Рейсу в Инструкции фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет, уже упоминавшейся ранее. Определившись в наименовании различных частей глаза: в центре - зрачок, вокруг него - ореол в виде звезды, окружность около звезды - периферия, а вместе они составляют радужную оболочку или раёк, по сторонам которой находится белок глаза; авторы инструкции переходят к описанию цвета.

«Классификация и описание глаз делается по левому глазу согласно количеству и степени сгущения красящего вещества - пигмента в располо- женном вокруг зрачка радужном кружке (или в райке, т.е. в части глаза, окружающей хрусталик или зрачок). К 1-му классу относятся все глаза, радужный кружок которых не содержит в себе желтого красящего вещества, т.е. так наз. глаза светло-голубые и серые (серовато-голубые). Ко 2-му классу причисляются глаза, радужный кружок которых имеет желтую окраску; 3-й класс - в радужном кружке которого заметно присутствие пигмента оранжевого цветах 4-й класс - радужный кружок ореховой окраски (светло-карие глаза); 5-й класс - каштанового цвета, но не оплошной окраски; 6-й класс - красящее вещество которых темно- каштанового или черно-бурого цвета (темно-карие глаза) и 7-й класс - радужный кружок черного цвета.

1 Рейс Р.А. Словесный портрет (перевод доктора Г. Прохорова). Спб, 1911

69

Способ определения глаз:

Определение цвета глаз требует большой тщательности. Преступник, глаза которого предстоит определить, становится или садится около окна, лицом к свету, а исследующий - напротив и в таком положении, чтобы тень от него не падала на исследуемого. Последнего заставляют с открытыми глазами и немного приподнятой головой, неподвижно смотреть на свет, но при этом надо следить, чтобы в глаза не попадали солнечные лучи. Затем исследующий, слегка оттягивая кверху левую бровь осматриваемого, приподнимает левое веко и, смотря прямо в глаз, определяет, к какому классу нужно его отнести, и замечает особенности. Если радужный кружок глаза окрашен слегка (легкими полосками) желтым красящим веществом, то класс отмечается смешанный (I-II). Если радужный кружок окрашен светло-карим веществом, но вместе с тем и желто-красным (оранжевым), то ставится отметка III-IV, т.е. что цвет смешанный -промежуточный между III и IV классами.

Для составления регистрационной карты достаточно отметить цифрой номер класса и словами записать цвет, согласно инструкции или таблицы. Примечание: Если производится подробное антропометрическое исследование то необходимо принять во внимание нижеследующие сведения для детального изучения глаза (особая графа на 1-й стр. карты).

Радужный кружок разделяется собственно на два пояса: ореол и пе- риферия. Ореол окружает в виде тонкого кольца зрачок, образуя вокруг последнего едва заметную серую полоску. Периферия составляет внешнюю окружность райка или радужной оболочки и граничит с белком глаза.

Желтое красящее вещество (пигмент), сгущаясь около ореола, более или менее проникает и в периферию, расходясь кольцами или радиальными линиями, отчего часто цвет райка получается смешанным из разных тонов желтовато-оранжево-коричневого оттенка, откуда и происходит название радужного кружка, радужной оболочки.

70

Детальное описание ореола и периферии должно заключать: 1) форму ореола, 2) красильное вещество ореола по количеству и сгущению, 3) степень особой голубоватой и шиферной окраски или оттенка, встречающейся иногда в периферии райка независимо от основных желто-оранжевых цветов, 4) другие оттенки, цветов.

Форма ореола может быть: а.) неясная - видимого перехода от зрачка .к ореолу и от последнего к периферии нет или он почти незаметен (что часто встречается в 1-м кл. глаз); б) стянутая - отделяется от периферии как бы гладким кольцом; в) зазубренная вроде часового колесика; г) в форме звезды или лучей, переходящая в периферию в виде лучистого венца.

Ореолы, не содержащие пигмента, имеют бледную небесно-голубую окраску.

Между глазами светлой окраски и вполне черными надо различать глаза, ореолы которых имеют желтое красильное вещество, переходящее то в желто-красную (оранжевую), то ореховую, каштановую и коричневую окраску.

Тона голубой окраски периферии бывают небесно-голубого оттенка, среднего или фиалкового оттенка и шиферно-синего.

При подробном исследовании цвета глаз отмечается каждая вышеука- занная степень оттенков, также красильное вещество ореола и тона окраски периферии, о прибавлением еще «светлый», «средний», «темный». Для того чтобы облегчить описание всех теней, их обозначают отчасти арабскими цифрами (небесно-голубой = 1, фиалковый = 2, шиферный = 3), отчасти через сокращения названий цветов (желтый - жел. и т.п.). Но это обозначение дополнительных оттенков не следует смешивать с вышеприведенным основным подразделением глаз на 7 классов по общему цвету райка»1.

1 Инструкция фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет. СПб. 1907. - с.37-40*

71

Подобный, подлинно научный подход к характеристике цвета глаза, сопровождаемый детальным изложением методики определения этого цвета, исключает возможность произвольных толкований типа: «буро- желто-зеленые» или «серые и голубые с буро-желтым венчиком».

Не продолжая далее сравнений, которые не всегда свидетельствуют о преимуществе ныне действующей системы словесного портрета по отношению к его классическому варианту Бертильона-Рейса, можно подвести некоторый итог приведенному анализу. Итог этот, к сожалению, не утешителен. Современные криминалисты в стремлении к оригинальности предлагаемой каждым системе словесного портрета все более и более отходят от классической его интерпретации. Изменения касаются прежде всего введения новых признаков или даже новых характеристик типа: горизонтальная профилировка лица, особенности лица в целом (поросячье, бульдожье и т.п.). Второе направление изменений - это перемены в последовательности описания. Принцип «от общего к частному» и «сверху вниз» должен оставаться основопола- гающим, как отвечающий требованиям логики и гносеологии биологической природы признаков внешности человека. Если первое из приведенных нами учебных пособий (под редакцией В.А. Снеткова) твердо придерживается этих принципов, то второе пособие (автор А.Л.Топорков) их явно игнорирует. Иначе чем еще можно объяснить тот факт, что в этом пособии о волосяном покрове головы говорится после характеристики подбородка, но до описания ушной раковины.

Опасно приведение «на равных» терминов упорядоченного описания и терминов произвольных. В итоге в некоторых пособиях они даны вперемешку и, естественно, дезориентируют в первую очередь субъекта, изучающего методику словесного портрета.

Все это не может не огорчать, так как подобные «новшества» знаменуют отход от самого ценного и самого главного, того, что есть в словесном

72

портрете, - универсальность системы и терминологии, что делает его понятным для всех криминалистов всего мира. В наших условиях русско-язычного наименования терминов - для всех работников правоохранительных органов России и стран СНГ.

Нам представляется, что настало время уделить новое внимание проблеме словесного портрета. Очистить метод от ненужных наслоений, вернуться к строгой упорядоченной терминологии, восстановить классическую систему описания.

Сопоставим теперь систему элементов частей тела (лица, головы) в варианте пособия, взятого нами за эталон (Криминалистическое описание внешности под ред. В.А.Снеткова, М., 1984) и аналогичную систему в изложении Г.А. Рейса - К.Н.Прохорова. Возьмем описываемые признаки и количество даваемых характеристик (цифры в скобках). Криминалистическое описание Словесный портрет. Г.А. Рейс-

Н.К.Прохоров. СПб., 1911г. 2

  1. Нет
  2. Возраст
  3. Рост (4)
  4. Телосложение (7) 4.1. Нет
  5. Осанка
  6. Волосы

6.1. Мягкость (4) 6.2. 6.3. Густота (4) 6.4. 6.5. Волнистость (4) 6.6. 6.7. Цвет (7) 6.8. 7. Кожа

7.1. Нет 7.2. 7.3. Нет 7.4. 7.5. Цвет кожи (8) 7.6. 7.7. Нет 7.8. 8. Нет

внешности человека. М., 1984 г.

1

1 .Антропометрический тип (8)

  1. Возраст (11)
  2. Рост (5)
  3. Телосложение (6) 4.1. Его особенности (3)
  4. Фигура в целом (5)
  5. Волосяной покров

6.1. Жесткость (3) 6.2. 6.3. Густота (3) 6.4. 6.5. Форма (4) 6.6. 6.7. Цвет (9) 6.8. 7. Кожа

7.1. Вид кожи (7) 7.2. 7.3. Состояние кожи (14) 7.4. 7.5. Цвет кожи (8) 7.6. 7.7. Особенности кожи 7.8. 8. Голова в целом 8.1. Высота (3)

73

это

ЮМ

8.2. Форма (5) 8.3. 8.4. Особенности головы в целом 8.5. 9. Лицо в целом

звка ров-

9.1. Конфигурация (6) 9.2. 9.3. Вертикальная профилировка 9.4. (6)

ши-

9.3.Горизонтальная профилировка (2) 9.4 Полнота (5)

9.5. Соотношение высоты и ши- рины (3) 9.6. 9.7. Черты лица в целом (3) 9.8. шом

9.7. Особенности лица в целом (10)

  1. Волосяной покров головы

10.1. Длина волос (3) 10.2. 10.3. Линия роста волос (6) 10.3 Густота (3) 10.4.

10.4. Вид (8) 10.5. 10.6. Лысина (8) 10.7. 10.8. Особенности 10.9. 10.10. Прическа (54 признака, не предел) 10.11.

  1. Растительность на лице
  2. Усы

12.1. Форма усов (2) 12.2. 12.3. Величина (3) 12.4.

12.3 Расположение (3) Нет 12.4 12.5 Ширина (3) 12.6 12.7 Фасон (8) 12.8 12.6. Особенности (12)

  1. Борода 13.1. Форма (4) 13.2 Величина (3)

13.3. Фасон (7) 13.4. 13.5. Особенности (12) Нет 13.6. 14. Бакенбарды 14.1. Величина (3) 14.2 Особенности (9)

  1. Форма головы Контур лица в фас (12)

9.2. Прогнатизм (5) 9.3. 9.4. Ортогнатизм (1) 9.5. Нет. Расовые оттенки Нет. Выражение

9.6. Нет. Взгляд глаз 9.7. 9.8. Особенности 9.9. 10. Волосы 10.1 Длина (3)

10.2. Линия роста (3) 10.3. 10.4. См.6.4 10.5.

10.4 Нет 10.5 10.6 Лысина (3) 10.7

10.6. Особенности 10.7. 10.8. Нет 10.9.

  1. Растительность на лице
  2. Усы
  3. 12.1 Форма (2)

12.2. Величина (3) 12.3. 12.4. Цвет 12.3.1. Нет Нет 12.5.

12.5. Фасон (8) 12.6. 12.7. Особенности 12.8. 13. Борода 13.1. Форма (8)

13.2 Нет 13.3. Нет

13.4 Особенности 13.5. Цвет

  1. Бакенбарды

14.1. Нет 14.2. 14.3. Нет 14.4. 14.3 Форма

74

  1. Морщины и складки на коже лица

15.1 Контур (4)

15.2. Глубина (2) 15.3. 15.4. Длина (3) 15.5. 15.6. Положение (3) 15.7. 15.8. Местоположение (12) 15.9. 15.10. Взаиморасположение (3) 15.11. 15.12. Количество (3) 15.13. 16. Лоб

16.1. Форма (4) 16.2. 16.3. Высота (3) 16.4. 16.5. Ширина (3) 16.6. 16.7. Величина (3) (?) 16.8. 16.9. Наклон (3) 16.10. 16.11. Лобные бугры (3) 16.7 Надбровные дуги (5) 16.12. 16.8. Особенности лба (12)

  1. Брови

17.1. Контур 17.2. 17.3. Положение (3) 17.4. 17.5. Взаиморасположение (3) 17.6. 17.7. Высота (3) 17.8. 17.9. Ширина (5) 17.10. 17.11. Длина (3) 17.12. 17.13. Густота (3) 17.14. 17.15. Цвет (13) 17.16. 18. Глаза

18.0. Глазная щель 18.1. 18.2. Контур (8) 18.3. 18.4. Протяженность (длина) (3) 18.5. 18.6. Степень раскрытия (3) 18.7. 18.8. Положение (4) 18.9. 18.5. Выступание глазных яблок

(2)

18.6. Внутренние углы глаз (5) (?) 18.7. 18.8. Тон (цвет) глаз (12) 18.9. 18.10. Особенности (18) 18.11.

  1. Ресницы (9)
  2. Веки
  3. 20.1. Положение (6)

14.4. Цвет

  1. Морщины

15.1. Контур (4) 15.2. 15.3. Нет 15.4. 15.5. Нет 15.6. 15.7. Нет 15.8. 15.9. Местоположение (5) 15.10. 15.11. Нет 15.12. 15.13. Количество (3) 15.14. 16. Лоб

16.1. Форма (3) 16.2. 16.3. Высота (3) 16.4. 16.5. Ширина (3) 16.6.

16.5. Наклон (3) 16.6. 16.7. Отнесены в особенности 16.8. 16.9. Отнесены в особенности 16.10. 16.11. Особенности 16.12. 17. Брови 17.1. Форма (3) 17.2 Положение (3)

17.3. Взаиморасположение(З) 17.4. 17.5. Нет. 17.6. 17.7. Ширина (2) 17.8. 17.9. Длина (3) 17.10. 17.11. Густота (3) 17.12. 17.13. Цвет (6) 17.14. 18. Глазные щели

18.1. Форма (4) 18.2. 18.3. Длина (2) 18.4. 18.5. Ширина открытия (2) 18.6. 18.7. Направление 18.8. 18.9. Глубина (2) 18.10. 18.11. Нет 18.12. 18.13. Цвет глаз (7) 18.14. 18.15. Особенности (11) 18.16.

  1. Нет
  2. Веки
  3. 20.1. Положение (4)

75

20.2. Форма и
выраженность подглазных мешков (5)

20.3. Косметическое оформление век (26) 20.4. 20.5. Особенности 20.6.

  1. Скулы (3)
  2. Щеки (?)

22.1. Форма 22.2. 22.3. Особенности 22.4. 23. Нос в целом

23.1. Высота (3) 23.2. 23.3. Ширина (3) 23.4. 23.5. Выступание (3) 23.6. 23.7. Особенности (3) 23.8. 24. Переносье

24.1. Глубина (3) 24.2. 24.3. Ширина (3) 24.4. 24.5. Особенности (3) 24.6. 25. Спинка носа

25.1. Контур (4) 25.2. 25.3. Выступание (?) 25.4. 25.5. Длина (3) 25.6. 25.7. Ширина (3) 25.8. 25.9. Особенности (3) 25.10.

  1. Основание носа (3)
  2. Кончик носа

27.1. Форма (2) 27.2. 27.3. Ширина (3) 27.4. 27.5. Особенности (6) 27.6. 28. Крылья носа

28.1. Контур нижних краев (3) 28.2. 28.3. Высота (3) 28.4. 28.5. Положение (3) 28.6. 28.7. Складка крыльев носа (3) 28.8. 28.9. Особенности (2) 28.10. 29. Ноздри

29.1. Величина (3) 29.2. 29.3. Контур (4) 29.4. 29.5. Положение осей ноздрей (2) -? 29.6.

20.2 . Верхнее веко (3)

Нижнее веко (2) 20.3 Нет 20. 4 Нет 21. Нет 22. Нет

Нет

Нет 23. Нос “”- 23.1 Высота (3) 23. 2 Ширина (3) 23.3 Выступание (3) 23. 4 Особенности 24 Корень носа 24.1 Глубина (3) 24. 2 . Ширина (2)

Нет 24. 4 Длина (3) 25.1. Контур спинки (6)

Нет (не ясно), см.23.3.

25.3. Длина (3) 25.4. 25.5. Ширина (2) Нет 25.6.

  1. Основание носа (3)
  2. Кончик носа

27.1. Форма (3) 27.2. 27.3. Ширина (3) 27.4. 27.5. Особенности 27.6. 28. Крылья носа Нет

28.2. Высота (3)

Нет

Нет

Нет 28.6. Ширина носа (3)

  1. Ноздри

29.1. Величина (2) 29.2. 29.3. Контур (4) Нет 29.4.

76

29.4. Особенности (2)

  1. Носовая перегородка (3)
  2. Рот

31.1. Размер (3) 31.2. 31.3. Контур (4) 31.4. 31.5. Положение углов рта (3) 31.6. 31.7. Особенности рта (9) 31.8. 32. Носогубный
фильтр (впадина, выемка)

32.1. Глубина (3) 32.2. 32.3. Ширина (3) 32.4. 32.5. Контур (3) 32.6. 33. Губы

33.1. Общее выступание губ (6) 33.2. 33.3. Высота верхней губы (3) 33.4. 33.5. Ширина кайм губ (5) 33.6. 33.4. Контур каймы верх,
губы

(5)

33.5. Положение нижней губы (3) 33.6. 33.7. Подкаемные бороздки (4) ? 33.8. 33.9. Особенности (22) 33.10. 34. Зубы

34.1. Величина (3) 34.2. 34.3. Контур зубного ряда (2) 34.4. 34.5. Вид прикуса (7) 34.6. 34.7. Дефекты зубов (16) 34.8. 34.9. Цвет эмали (5) 34.10. 34.11. Особенности (3) ? см. де- фекты) 34.12. 35. Подбородок

35.1. Высота (3) 35.2. 35.3. Ширина (3) 35.4. 35.5. Выступание (3) 35.6. 35.7. Контур (3) 35.8. 35.9. Особенности (14) 35.6. 35.10. 36. Ушные раковины в целом

36.1. Величина (3) 36.2. 36.3. Положение (3) 36.4. 36.5. Оттопыренность (6) 36.6. 36.7. Форма или контур (4) 36.8. 36.9. Особенности (14) 36.10.

Нет 30 Носовая перегородка (3)

  1. Рот

31.1. Размер (3) 31.2. 31.3. Форма (3) 31.4. 31.5. Положение углов (3) 31.6. 31.7. Особенности 31.8. 32. Нет

Нет Нет Нет

  1. Губы

33.1. Общее выступание губ (2) 33.2. 33.3. Высота верхней губы (3) 33.4. 33.5. Толщина верхней губы (5) 33.6. 33.7. Толщина нижней губы (3) 33.8. 33.9. Положение нижней губы (2) Нет 33.10. 33.7. Особенности

  1. Зубы

34.1. Величина (3)

Нет 34.4. Вид прикуса (3)

34.4. Дефекты зубов 34.5. 34.6. Цвет зубов (4) 34.7. 34.8. Нет, см. дефекты 34.9. 35. Подбородок

35.1. Высота (3) 35.2. 35.3. Ширина (3) 35.4. 35.5. Выступание (3) 35.6. 35.7. Контур (3) 35.8. 35.9. Особенности 35.10. 35.11. Полнота (2) 35.12. 36. Ухо

36.1. Величина (3) 36.2. 36.3. Положение (2) 36.4. 36.5. Оттопыренность (6) 36.6. 36.7. Форма (4) 36.8. 36.5. Особенности ушной рако-

77

  1. Частные элементы ушной раковины

  2. Завиток

38.1. Ширина (3) 38.2. 38.3. Особенности (11) 38.4. 39. Противозавиток * 39.1. Положение (2)

39.2. Особенности (2)

  1. Козелок

40.1. Контур (5)

40.2. Величина или протяжен ность (3)

40.3. Положение (2) 40.4. 40.5. Особенности (2) 40.6. 41. Противокозелок

41.1. Контур (3) 41.2. 41.3. Положение (4) 41.4. 41.5. Особенности (3) 41.6.

  1. Межкозелковая выемка (3) ?
  2. Мочка
  3. 43.1. Контур (4)

43.2. Вид прикрепления к щеке

(2) • 43.3. Положение относительно

щеки (2)

43.4. Вид поверхности мочки (7)

?

43.5. Особенности (4)

  1. Затылок

44.1. Форма (3) 44.2. 44.3. Положение (3) 44.4. 45. Шея

45.1. Высота (3) 45.2. 45.3. Толщина (3) 45.4. 45.5. Положение (3) ? 45.6. 45.7. Вид поверхности (5) 45.8. 45.9. Особенности (5) 45.10. 46. Плечи

*> 46.1. Положение (3)

46.2. Выступание (2) 46.3. 46.4. Ширина (3) 46.5.

вины

Не выделено

  1. Завиток 38.1. Ширина (3)

Нет

  1. Противозавиток 39.1. Положение (3)

Нет

  1. Козелок

40.1. Контур (2) 40.2. 40.3. Нет 40.4. Нет Нет

  1. Противокозелок

41.1. Контур (3) 41.2. 41.3. Положение (3) Нет 41.4. Нет

  1. Мочка

43.1. Контур (3)

43.2. Вид прикрепления к щеке

(3)

Нет

Нет

Нет

  1. Затылок

44.1. Форма (3) 44.2. 44.3. Положение (2) 44.4. 45. Шея

45.1. Длина (3) 45.2. 45.3. Толщина (3) Нет 45.4. Нет 45.5. Особенности

  1. Плечи

46.1. Положение (3) 46.2. 46.3. Нет 46.4. 46.5. Ширина (3) 46.6.

78

46.4. Особенности (6)

  1. Туловище

47.1. Длина (3) 47.2. 47.3. Особенности (3) 47.4. 48. Грудь

48.1. Форма (3) 48.2. 48.3. Ширина (3) 48.4. 48.5. Особенности (8) 48.6.

  1. Живот (4)
  2. Спина

50.1. Форма (2) 50.2. 50.3. Ширина 50.4. 50.5. Контур (3) 50.6. 50.7. Особенности (3) 50.8. 51. Талия

51.1. Положение 51.2. 51.3. Длина (2) 51.4. 51.5. Ширина (3) 51.6. 51.7. Особенности 51.8. 52. Таз (7)

53.Половые

46.4. Особенности

  1. Нет Нет Нет

  2. Грудь

48.1. Форма (3) 48.2. 48.3. Ширина (3) Нет 48.4. 49. Нет

  1. Спина 50.1. Форма (2)

Нет Нет Нет

  1. Нет Нет Нет Нет Нет

  2. Нет органы 53. Нет

  3. Нет
  4. РУКИ

55.1. Длина (3) 55.2. 55.3. Толщина (3) 55.4. 55.5. Особенност и 55.6. 56. Кисти рук

56.1. Длина (3) 56.2. 56.3. Ширина (3) 56.4. 56.5. Нет 56.6. 56.7. Форма (3) 56.8. 57. Пштьцы

57.1. Длина (3) 57.2. 57.3. Толщина (3) 57.4. 57.5. Особенност и 57.6. 58. Нет Нет

Нет

Нет

(особенности)

  1. Бедра (3)
  2. Руки

55.1. Длина (3) 55.2. 55.3. Толщина (5) 55.4. 55.5. Особенности (9) 55.6. 56. Кисти рук

56.1. Длина (3) 56.2. 56.3. Ширина (3) 56.4. 56.5. Особенности (9) 56.6. 57.

57.1.

57.2.

57.3.

58.

58.1.

(2) 58.2. (4)? 58.3.

Пальцы Длина (3) Толщина (2) Особенности (15) Ногти Форма ногтевой пластины

Рельеф ногтевой пластины

Контур ногтевой пластины

79

(4)?

58.4. Длина (3) Нет 58.5. Ширина (3) Нет 58.6. Цвет (7) Нет 58.7. Величина свободного края Нет ногтя (3) ?

58.8. Особенности (30) Нет 59. Ноги 59. Ноги 59.1. Форма (3) 59.1. Форма (3) 59.2. Длина (3) 59.2. Длина (3) 59.3. Толщина (2) 59.3. Толщина (3) 59.4. Особенности (16) 59.4. Особенности 60. Стопы - ? 60. Нет 60.1. Длина (3) 60.2. 60.3. Ширина (3) Нет 60.4. 60.5. Положение (3) 60.6. 60.7. Подъем стопы (3) 60.8. 60.9. Свод (след) стопы (3) 60.10. 60.11. Пятка (5) 60.12. 60.7. Особенности (14) (не вид ны)

Далее следуют функциональные признаки, которые мы в данном месте рассматривать пока не будем.

Подведем некоторый итог.

В Пособии 1984 г. указано 214 элементов, характеризуемых общим числом признаков - 1055.

По системе Рейса - Прохорова указано 128 элементов, характеризуемых общим числом признаков - 365. Это те величины, которые позволяют судить о том, насколько увеличился объем словесного портрета за 90 лет. Мы готовы учесть, что примерно треть признаков в обоих описаниях относится к числу размерных характеристик, даваемых по трехчленной градации (большой - средний - малый). Однако даже если их вычесть из той и другой суммы, мы все равно получим результат в соотношении 2:1. Иными словами, объем выделяемых элементов возрос почти вдвое, а число признаков и

80

того более.

При этом необходимо обратить внимание, что в обоих описаниях сов- падают классические характеристики основных элементов лица (форма головы, форма лица, характеристики лба, носа, рта, ушной раковины, подбородка). Однако есть и отличия. Они выражаются, в основном, в появлении новых элементов или в чрезмерной детализации уже существовавших элементов.

Авторы пособия ввели, например, такие характеристики кожи, как её состояние, вид, особенности, соотношение высоты и ширины лица; расположение усов и т.п. (см. таблицу). Есть и новые элементы, такие, как: внутренние углы глаз, выступание спинки носа наряду с выступанием носа в целом; положение осей ноздрей, особенности, зубов (наряду с указанием дефектов); носогубной фильтр и др. Принципиально новым является появившаяся в пособии характеристика щек, ногтей, в том числе формы их свободного края (изменчивый признак).

Вопрос о правомерности или нецелесообразности введения того или иного нового элемента достаточно сложен. Его решение зависит от ряда (факторов: выраженность элемента, возможность его воспринять в обычных условиях, значение для индивидуальности лица. Наряду с этими критериями нельзя забывать и такое требование, как относительная устойчивость. С этих позиций не выдерживает критики включение щек в словесный портрет. Они изменчивы, могут появляться и исчезать в короткое время. Они не повторяют контуров костей лицевой части черепа.

С других позиций могут быть рассмотрены такие признаки, как форма внутренних углов глаз, волосы на козелке и тому подобные, тоже появившиеся в пособии. Эти признаки настолько мелки, что могут быть восприняты только в определенных сверхблагоприятных условиях1. Едва ли целесообразно включить их в словесный портрет. Если пойти по такому пути детализа-

1 О восприятии информации словесного портрета см. гл. 2. §1. §2.

81

ции, то можно включить в описание еще больше элементов и соответственно признаков. л.

Мы далеки от мысли критиковать авторов пособия, наиболее полного из существующих в нашей стране (и в СНГ). Пособие/’которое базируется на большом количестве исследований и литературы по самым различным областям знаний, как об этом говорят сами авторы. Однако криминалистам необходимо серьезно задуматься над тем, надо ли и дальше усложнять словесный портрет, увеличивать число описываемых элементов или пора несколькоМЕГОД-сократить имеющиеся описания, сделав его более компактным, близким к классическому варианту, который отлично служил десятки лет и продолжает’ служить все в том же качестве.

Особого внимания заслушивает та часть пособия, где авторы говорят

0 существовании трех групп признаков (точнее, об их возможной дифферен циации на три группы): ориентирующие, доминирующие, индивидуализи рующие1. Это очень глубокая мысль. Как нам представляется, она ориенти рует на различные варианты портретов в зависимости от целей его использо вания: розыск, опознание, регистрация. Может быть, придется пойти и по та кому пути, разбивая образец описания на три колонки. Где в первой дано все, что необходимо для детальной регистрации или отождествления по описа нию; во вторую колонку переносятся только признаки доминирующие (опорные) и ориентирующие, характерные для внешности человека, и в тре тью колонку переходят только признаки ориентирующие, позволяющие вы делить человека в массе людей (как об этом говорят авторы пособия).

Эти вопросы требуют широкого обсуждения всех заинтересованных в решении данной проблемы.

Вместе с тем необходимо добиться такого положения, чтобы во всех учебниках по криминалистике излагалась единая система словесного портре-

1 Указ. работа, с.22.

82

та. Это необходимое и неизбежное требование. Дело здесь не в том, чья будет принята система. Система должна быть также отработана и обсуждена квалифицированными представителями заинтересованных ведомств. Это должно восприниматься учеными и авторами учебников, как единые признаки холодного оружия, калибры огнестрельного оружия, криминалистические и оперативные учеты и т.п. Ведь никому же не приходит в голову произвольно называть калибры огнестрельного оружия, или на свой лад именовать криминалистические учеты. То же самое должно соблюдаться в отношении терминологии словесного портрета. Она должна быть едина и в таком виде войти в учебники. Не следует забывать, что кадры для правоохранительных, органов, в том числе следователей и оперативных работников, готовят и многочисленные гражданские вузы. Подготовка должна быть единой.

Не претендуя на истину в последней инстанции, мы хотели бы пред- ложить, может быть, в качестве одного из вариантов приводимую ниже систему описания признаков внешности человека по методу словесного портрета так, как она, по нашему предположению, могла бы излагаться в учебниках по криминалистике.

Описание анатомических признаков

Пол: мужской, женский.

Возраст: устанавливается: а) по документам, если они не вызывают сомнений; б) «на вид» (с указанием этого обстоятельства и в некоторых пределах. - на вид 25-30 лет, на вид. 50-60 лет и т.п.): в) по данным медицинского освидетельствования или судебно-медицинской экспертизы.

Национальность (тип лица). При отсутствии документов и иных дос- товерных сведений, подтверждающих национальность человека, допустимо определение типа лица. Это может быть антропологический тип внешности, характерный для определенной расы (европеоидный, монголоидный, негро-

83

идный и т.п.) или сравнительное определение типа применительно к нашей, стране: европейский тип, кавказский, среднеазиатский, монгольской и др.

Фигуры в целом:

Рост определяют чаще всего по трехчленной градации: низкий (для мужчин - до 160 см.), средний (для мужчин - от 160 см. до 170 см.) и высокий (для мужчин - более 170 см.)1. Допустима характеристика: очень низкий, очень высокий. Если имеются или могут быть получены данные антропометрических измерений (медицинская карта и др.), то рост указывают в абсолютных величинах.

Телосложение. Характеризуется в зависимости от развития костно- мышечной системы и степени жировых отложений. Различают телосложение: слабое, очень слабое, среднее, коренастое, атлетическое. По степени упитанности человек может характеризоваться следующими признаками: худой, худощавый, средней упитанности, полный (особенности: очень худой, очень полный «тучный»),

Таблица №1

Части тела, его Выражение признаков и их Особенности эле-

элементы, их ха- вариации ментов внешности

рактеристика

1 2 3

Голова в целом

а) размер малая, средняя, большая очень малая, очень

большая, наличие бугров и шишек

свод черепа

а) размер низкий, средний, высокий

б) форма плоский, куполообразный,

яйцевидный затылок

а) контур плоский, округлый, угло- наличие бугров на

ватый затылке

б) положение скошенный, вертикаль-

1 Для женщин эти цифровые величины применяются для каждой категории на 10 см. меньше.

84

Волосы

а) размер (длина)

б)обилие (густота)

в) форма

г) цвет

д) контур лобной линии роста

е) контур височ ной линии роста

ж) прическа

Лицо в целом

а) размер (по ши рине)

б) форма (анфас)

в) контур (в про филь)

г) цвет кожи

ныи, выступающий

короткие, средние, длин- ные

редкие, средние, густые

прямые, волнистые, куд- рявые, курчавые белокурые, светло-русые, русые, темно- русые, черные, рыжие, седые

прямая, дугообразная, волнистая, ломаная прямая, волнистая, ломаная

стрижка низкая, высокая, зачес назад, налево, направо, на лоб, пробор, сбоку, посередине

узкое, среднее, широкое

овальное, круглое, квад- ратное, прямоугольное, треугольное, основанием вверх (вниз), ромбовидное

выпуклый, прямой, вогну- тый бледная, смуглая, красная

наличие полысе- ния: лысины - лобная, височные, те- менная, затылочная, полное облы- сение:

крашеные (с указанием тона - светлый, темный, красный)

очень узкое, очень широкое, очень полное

наличие усов, бороды, их форма, цвет, дефекты кожи: пигментация естественная (веснушки и бо- лезненная (пигментные пятна), др. Особенности (шрамы, та- туировки и др.)

85

высокий, средний, низкий

Лоб

размер (по высо- те)

б) размер (по ши рине)

в) форма (контур)

г) положение

Брови

а) размер (длина)

б) размер (ширина)

в) форма

г) положение (относительно го ризонтали)

д) положение (относительно глазниц)

е) расстояние ме жду бровями

ж) обилие (густота) з)цвет

Глаза

а) размер (открытых глаз ных щелей)

б) форма (контур глазных щелей)

в) положение (глазных щелей)

наличие лобных бугров, лобной ямки, ярко выраженных надбровных дуг, шишек

широкий, средний, узкий

прямой, выпуклый, вогнутый, волнистый скошенный назад, верти- кальный, наклоненный вперед

очень короткие, очень длинные очень широкие

длинные, короткие, сред- ние широкие, средние, узкие

прямые, дугообразные, извилистые, ломаные горизонтальные, скошенные наружу, скошенные вовнутрь низкие, высокие

большое, среднее, малое
сросшиеся брови

очень густые, кустистые крашеные

густые, средние, редкие

черные, темнорусые, ру- сые, рыжие, седые

очень большие, очень малые, от- сутствие глаза, наличие протеза очень узкие

очень скошенные

большие, средние, малые

круглые, овальные, щеле- видные, треугольные горизонтальные, скошенные внутрь, скошенные наружу

86

сближенные, раздвинутые очень сближенные

з) размеры выреза малые, средние, большие ноздрей

г) взаимораспо ложение

д) положение глазных яблок в глазницах

е) цвет радужной оболочки

ж) положение верхнего непод вижного века и) длина ресниц

к) густота ресниц л) форма ресниц Нос

а) размер (в це лом)

б) степень высту- пания

в) размер (ширина и глуби на) переносицы

г) размер (длина и ширина) спинки носа

д) форма спинки носа

е) размер (ширина) кончика носа

ж) форма кончика носа

выпуклые, средние, глу- бопосаженные (впалые)

черные, темно- карие, карие, светло-карие, серые, голубые, зеленоватые нависает, нависание от- сутствует

короткие, средние, длинные

густые, средние, редкие прямые, загнутые

большой, средний, малый, узкий, средний, широкий малое, среднее, большое

малая, средняя, глубокая, узкая, средняя, широкая

короткая, средняя, длин- ная, узкая, средней ширины, широкая прямая, вогнутая, выпук- лая, прямоволнистая, во- гнутоволнистая, выпукло- волнистая

узкий, средней ширины, широкий

острый, закругленный, тупой

очень выпуклые, косоглазие сходящееся

(конвергенция) или расходящееся (дивергенция) бельмо на глазном яблоке

крашеные крашеные

очень длинный, очень короткий очень большое

искривление спинки, перелом носовой кости

наличие ямки, от- клонение влево (вправо), необычная окраска

87

малая, средняя, большая очень малая высота, раздвоенность верхней губы

тонкие, средней толщины,

толстые

дугообразные, волнистые, ломаные

выступание верхней губы, отвисание нижней выступание нижней губы, губы общее выступание или втянутость губ яркие, бледные, синюшные

и) контур выреза ноздрей

к) положение ос- нования носа Рот

а) размер

б) контур линии смыкания губ

в) положение уг лов рта

Губы

а) высота верхней губы

б) размер (толщина) крас ной каймы

в) контур красной каймы

г) выступание

д) цвет (тон) губ

Зубы а) размер (величина) зубов

б) расстояние между зубами и положение в че люсти

в) форма зубов

г) цвет зубов

д) взаимораспо ложение верхней и нижней челю стей (форма смы кания зубов)

щелевидные, овальные, круглые, треугольные горизонтальное, опущенное, приподнятое

малый, средний, большой

прямая, волнистая, лома- ная

опущенные, горизонтальные, приподнятые

мелкие, средние, крупные

частые, редкие, выступающие вперед, высту- пающие внутрь полости рта

прямые, кривые белые, желтые, черные выступание верхних зубов (верхний прогнатизм), вы- ступание нижних зубов (нижний прогнатизм), прямой прикус

очень малый, очень большой скошенная

очень мелкие («мышиные», очень крупные («лошадиные»)

отсутствие зубов, наличие коронок, искусственных зубов, протезов и т.п.

Подбородок

а) размер (высота, большой, средний, малый, ширина) широкий, средний, узкий

б) форма (анфас) закругленный, прямо-

угольный, треугольный

в) контур (в про филь)

г) положение от носительно вер тикали

Ухо (ушная раковина)

а) размер в целом

б) контур (форма)

в) положение (относительно вертикали)

г) прилегание (оттопыренностт ь

д) размер завитка

е) форма (контур) завитка

ж) форма поверх ности противози- витка

з) размер козелка ж) положение ко зелка

и) контур проти- вокозелка к) положение противокозелка л) размер мочки

прямой, вогнутый, выпуклый, волнистый вертикальный, скошенный, выступающий

малое, среднее, большое овальное, круглое, прямо- угольное, треугольное вертикальное, скошенное назад, наклонное вперед

общее прилегание, общая оттопыренность, верхнее (нижнее) прилегание, верхняя (нижняя) оттопыренность

короткий, средний, длин- ный; узкий, средний, ши- рокий выпуклый, плоский

выпуклый, плоский

малый, средний, большой втянутый, выступающий

прямой, выпуклый, вогнутый

горизонтальный, скошенный большая, средняя, малая

наличие ямки, раздвоение, «двойной подбородок», поперечная борозда и ДР-

«бугорок дарвина»

89

уха

м) форма (контур) мочки

н) форма поверхности мочки

о) положение мочки Морщины а) положение

б) количество

в) форма

г) направление

д) степень выра женности

Шея

а) размер (длина,

ширина)

Плечи

а) размер (ширина)

б) положение

Грудь

а) размер (ширина)

б) форма

в) положение Спина

а) размер (ширина)

круглая, овальная, прямоугольная, треугольная плоская, выпуклая, пере- сеченная (наличие попе- речной или продольной складки) слитная, разделенная

лобные, межбровные, ви- сочные, козелковые, носо-губные, ротовые, щечные, шейные

единичные, двойные, тройные

прямые, дугообразные, извилистые

вертикальные, косые, го- ризонтальные глубокие, мелкие

короткая, средняя, длин- ная; тонкая, средняя. Толстая

широкие, средние, узкие

горизонтальные, опущенные, приподнятые

широкая, средняя, узкая

вогнутая, плоская, выпук- лая впалая, выступающая

узкая, средняя, широкая

проколотая мочка, расщепленная, с ямкой

наличие, расположение и выраженность кадыка, морщин

одно плечо выше другого, очень широкие очень опущенные

т.н. «птичья грудь»

90

б) контур

Руки

а) размер (длина, ширина)

б) размер кисти (длина, ширина)

в) размер пальцев (длина, ширина)

г) размер ногтей (длина, ширина)

д) форма поверх ности ногтей Ноги

а) размер (длина, толщина)

б) форма

в) размер стопы (длина, ширина)

вогнутая, прямая, выпук- лая (сутулая)

короткие, средние, длин- ные; тонкие, средние, толстые

длинная, средняя, корот- кая; широкая, средняя, узкая

длинные, средние, корот- кие; тонкие, средние, толстые

длинные, средние, корот- кие; узкие, средние, широ- кие

плоские, выпуклые, реб- ристые

длинные, средние, корот- кие; тонкие, средние, толстые

прямые, о- образные, х- образные

длинная, средняя, корот- кая; узкая, средняя, широ- кая

горб, искривление позвоночника, сильно выступают лопатки

отсутствие руки или ее части; уко-роченность руки обильное оволосение тыльной части кисти

«узловатые» пальцы, отсутствие пальцев, суставов

отсутствие ноги (ног), отсутствие пальцев

Описание функциональных признаков

Осанка - привычное положение туловища и головы (привычная поза человека). При этом отмечается положение головы относительно туловища (отклонена к правому или левому плечу, наклонена вперед, откинута назад), а также положение туловища по отношению к вертикали (прямая, сутулая, сгорбленная).

Походка - совокупность привычных автоматических движений при ходьбе, являющихся проявлением сформировавшегося у человека определен-

91

ного динамического стереотипа. Это обстоятельство определяет постоянство таких элементов походки, как длина шага (левого, правого), ширина шага, угол шага, угол разворота стопы. Поэтому при описании походки отмечают размер шага (длинный, короткий), ширину шага (узкое или короткое расстав-ление ступней, постановку ступней при ходьбе (носками наружу, носками внутрь, параллельно), темп (быстрый, медленный), вид (мягкая, тяжелая, шатающаяся, вразвалку, подпрыгивающая, семенящая, вихляющаяся). Отмечается также хромоте, приволакивание ноги при ходьбе, положение рук при ходьбе (размахивание, руки в карманах, заложены сзади). Походка может из- меняться под влиянием заболеваний ног, нервной системы, перенесенных травм головы.

Жестикуляция - комплекс движений рук, плеч (иногда головы) человека, которыми он сопровождает свою речь, чтобы придать ей большую вы- разительность. При описании жестикуляции фиксируют ее темп (быстрая, медленная), выразительность (оживленная, энергичная, вялая), характер жестов и их содержание (указательная, изобразительная и т.п.).

Мимика - т.е. движение мышц и элементов лица, меняющих его вы- ражение в зависимости от эмоционального состояния человека или его желания, мимика может быть очень развитой или маловыразительной. Обычно отмечают наиболее выраженный внешне и наиболее привычный способ мимически выражать то или иное чувство (поднятие бровей, закусывание губ, подмигивания, и т.п.).

Речь - применительно к речи характеризуют как данные, относящиеся к собственно речи, т.к. и данные речевого механизма. В первом случае отмечают языки, на которых говорит данный человек и какой из них является для него национальным, диалект или наречие его разговорной речи, акцент, особенности произношения, построение Фраз, употребление жаргонных слов, засоренность речи («вот, понимаете» и т.п.).

92

В отношении речевого механизма отмечают темп речи (медленный, быстрый), характер речи (спокойная, возбужденная), ее особенности (картавость, шепелявость, гнусавость и др.). Голос характеризуют по тембру (бас, баритон, тенор, альт, дискант), силе (слабый, средний, сильный) и чистоте (чистый, хриплый, глухой, сиплый.).

Манеры (привычки) поведения формируются в процессе жизнедея- тельности человека и выражаются в однообразном (обычно автоматическом, неконтролируемом) выполнении определенных действий (потирание ладонями, поглаживание головы, усов, переступание с ноги на ногу, манера прикуривать, здороваться и т.п.).

Описание сопутствующих элементов и их признаков

Это описание относится к одежде, обуви, головным уборам и предметам, которые обычно человек имеет при себе (очки, кольцо, цепочки, кулон и т.п.). В отношении одежды отмечают ее наименование (куртка, плащ, пиджаки т.д.), вид (гражданская, спортивная, военная, фирменная и т.п.), фасон и покрой (однобортный пиджак, пальто-реглан, шапка-ушанка и т.п.), цвет, рисунок, материал, состояние одежды, эксплуатационные признаки. Подобным образом с указанием внешних признаков (форма, размер, цвет и т.д.) описывают и иные сопутствующие предметы.

93

ГЛАВА 2. ПСИХОЛОГО-ФИЗИОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ СТРУК- ТУРЫ «ВОСПРИЯТИЕ - ЗАПОМИНАНИЕ - ВОСПРОИЗВЕДЕНИЕ» ПРИЗНАКОВ ВНЕШНОСТИ ЧЕЛОВЕКА -

§ 1. Проблемы восприятия й распознавания образов в современной системе познания.

Продуктивное использование метода словесного портрета подразумевает не только владение его терминологией, но и умение собрать информацию о признаках внешности, знать закономерности хранения и изменения та- кой информации, возможности её воспроизведения, уметь оценить достоверность или, наоборот, ненадежность этой информации.

Успешное решение этих и многих связанных с. ними задач зависит в первую очередь от сложного механизма восприятия человеком окружающей действительности и ее материальных объектов.

В самом общем виде механизм возникновения, переработки и выдачи информации человеком определяется психологической цепочкой: восприятие - запоминание - воспроизведение. Отправляясь от этой схемы, в криминалистической тактике и судебной психологии, определяются, например, тактика и психология допроса, тактика и психология предъявления для опознания и т.д.1. При этом в самом общем виде рассматриваются факторы объективные и субъективные, влияющие, на “каждый из указанных этапов, которые проходит информация.

Для большинства следственных действий подобный подход оказывается достаточным, однако если мы хотим на более глубоком уровне выяснить принципиальные возможности и практический уровень восприятия признаков внешности человека, воспроизведения их в памяти и вербально, допустимые

1 См., например: Криминалистика, под ред. Р.С.Белкина. М., 1999; Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975, и др. работы. ‘ •

94

операции с такой информации, мы должны обратиться к более подробному анализу таких категорий, как восприятие, переработка информации в нервной системе, теория распознавания образов, память, её виды, механизмы памяти, язык.

Без рассмотрения этих категориальных понятий трудно разобраться в таких сугубо практических вопросах, как,- например, в каком объеме (оптимальном) должна излагаться модельная система описания по методу словесного портрета, в каком объеме она должна быть использована при регистрацией, а в каком для применения метода в оперативно-розыскных целях; на что можно рассчитывать при допросе свидетеля (потерпевшего) о признаках внешности подозреваемого и какие ожидания будут оправданы при отождествлении лица путем предъявления для опознания или при производстве судебно-портретной экспертизы. И, наконец, каким образом, в каком объеме, следует обучать словесному портрету работников правоохранительных органов.

Какого бы вопроса из числа вышеприведенных мы не коснулись, мы неизбежно становимся перед необходимостью обращения к психофизиологическим аспектам механизмов восприятия, запоминания, воспроизведения, причем освещения этих механизмов достаточно детально, на основе современных научных данных1.

Одной из форм восприятия, более всего реализуемой применительно к проблеме словесного портрета, является наблюдение. Наблюдение - это наиболее элементарный метод эмпирического исследования, выступающий,

1 Основой излагаемого далее материала явились .труды отечественных и зарубежных ученых: Леонтьев .А .В. Деятельность, сознание, личность. М., 1975; Выготский Л. С. Мышление и речь // Собр.соч. М-, 1982, т.2; Кравков СВ. Глаз и его работа. М., 1950; Рубахин Б.Ф. Психологические основы переработки первичной информации. Л., 1974; Зинчинко П.И, Непроизвольное запоминание. М.,’ 1961; Смирнов .А ..А. Психология запоминания. М., 1948; Сичивица О.М. Методы и формы научного познания. М., 1972; Когнитивная психология- // Материалы финско-советского симпозиума. М., 1986; П.Линдсей, ДНор.ман. Переработка информации v человека. М., 1974; П.Милнер. Физиологическая психология. М., 1973.

95

как правило, в составе иных эмпирических методов.

Наблюдение обычно трактуют как активный познавательный процесс человека, в основе которого лежит работа органов чувств. Наблюдение никогда не рассматривают в отрыве от мышления человека, его знаний, опыта (житейского, профессионального, иного). Иными словами, содержание и направленность восприятия объекта обусловлены знаниями, интересами, опытом человека, его взглядами и отношениями к окружающей его действительности. Это явление получило название апперцепции. В апперцепции проявляется единство чувственного и рационального, как двух сторон познания.

Различают устойчивую апперцепцию и временную (ситуативную).

Наблюдение, как метод познания, должно удовлетворять ряду условий, делающих его наиболее плодотворным. Главными из них считают:

1) преднамеренность наблюдения, т.е. осуществление его для решения четко определенной поставленной задачи; 2) 3) планомерность - осуществление наблюдения по плану, определяемому его целями и решением поставленных задач. Планомерность призвана обеспечить системность наблюдения, исключить возможные пробелы, обеспечить фиксацию наиболее существенного, важного; 4) 5) целенаправленность ~ имеется в виду, что внимание наблюдателя обращено на признаки объекта, стороны явления, избирательно отобранные для решения главной задачи. При этом различают наблюдение фиксирующее и флюктуирующее. При первом - наблюдение направлено на восприятие отдельных признаков, сторон, частей объекта. Второе - охватывает объект в целом. Соединение обоих видов наблюдения способно дать полную, объективную, достоверную информацию об объекте; 6) 7) активность наблюдения означает такой характер действий наблюда- теля, когда он не воспринимает все подряд, а стремится отыскать и воспринять определенные объекты на основе имеющихся у него знаний и опыта; 8)

96

5) систематичность наблюдения - одно из важнейших его условий или даже требований, предъявляемых к наблюдению. Систематичность означает не однократное, а многократное восприятие объекта. Это наблюдение или непрерывное, или осуществляемое по определенной системе. Только такое наблюдение способно, дать ценную информацию.

Результат наблюдения является первейшей предпосылкой любой познавательной деятельности.

В процессе наблюдения, как одной из форм восприятия, человек опи- рается на уже имеющиеся у него знания, сопоставляя воспринимаемое (наблюдаемое) с запечатленными в его сознании образами. При этом окружающие предметы и явления далеко не всегда представляются такими, какие они есть в действительности. Система восприятия нередко совершает ошибки, причины которых могут быть различны. Ошибки могут быть вызваны иллюзиями (оптическим обманом), могут возникать из-за длительной предшествующей стимуляции внимания на нечто другое, отчего необходимо освободиться (а на это требуется какое-то время). Наконец, причиной ошибки может быть недостаток времени для интерпретации информации, полученной извне. Способность человека определить и выделить некоторую сумму компонентов зрительного образа не зависит от умения строить уже знакомые фигуры. При интерпретации зрительной информации могут быть выделены в качестве «единиц» любые группы признаков, каждая из которых обладает какой- то отличительной особенностью:

Большую роль в наблюдении (зрительном восприятии) играют такие, как сенсорный анализ, физиологический нистагм, последствия движений и др. Сенсорный анализ подтверждает взаимодействие нервных клеток между собой. Работа рецепторов одной части сетчатки глаза, на которую падает изображение, оказывается в зависимости от соседних рецепторов. Данное явление объясняет, в частности, механизм выделения признаков. Составляю-

97

щими этого механизма являются непрерывное движение глаз и наложение одного образа на другой. В норме глаза никогда не остаются неподвижными. Если человек прекращает движение глаз в отношении какого-либо объекта, этот объект постепенно «исчезает», т.е. перестает быть видимым. Что касает ся наложения образов, то это тоже естественный и объяснимый физиологиче ски процесс. Если наблюдать в течение длительного времени один объект, то, переключив восприятие на другой, мы получим наложение на его изображе ние образа предыдущего, объекта. , ‘ ? -

Говоря о постоянном движений глаза (т.к. мелких движений), для его обозначения вводят понятие физиологического нистагма. При этом различают три типа непроизвольных и субъективно незаметных движении глаза: 1) очень мелкие и быстрые движения, при которых глаз перемещается примерно на 20 угловых секунд с частотой 30-70 раз в секунду1; 2) медленный дрейф (плавные движения); 3) быстрые рывки (саккадические движения) с амплитудой порядка 5 угловых минут.

Несмотря на постоянное перемещение глаз и головы наблюдателя, объекты, воспринимаемые им, фиксируются как неподвижные. Это свойство отражения получило название’ константного зрительного направления или стабильности воспринимаемого мира. Поскольку глаз, являясь литерным органом, имеет три степени свободы, а его сетчатка представляет рецепиирую-щую сферу, то глазодвигательная система (ГДС) представляет собой ни что иное, как систему с многомерным входом и выходом. ГДС осуществляет регулирование позиции глаза по горизонтали и вертикали. Таким образом, ГДС включает лишь два отношения направлений движения глаза и соответствующего ему смещения проекции объектов на клетчатке глаза: одинаковое и про- тивоположное. Проведенными экспериментами была доказана зависимость

1 Одна угловая минута содержит 60 угловых секунд; в одном градусе - 60 угловых минут; 20 угловых секунд составляют 1/180 градуса. ;. .

98

происходящих изменений в восприятии объекта от угла поворота глаза, увеличение времени трансформации воспринимаемого образа.

В нормальных условиях основная функция макродвижений глаза состоит в обеспечении наиболее благоприятных условий зрительного восприятия. При этом речь идет о т.н. фовеализации объекта, т.е. образовании его четкого изображения в центральной области сетчатки. Практически любой целенаправленный поворот глаз осуществляется с целью фовеализации объекта.

Явление исчезновения образа также важно для. уяснения механизма восприятия (наблюдения). Это явление объясняют следующим образом. Восприятие образа определяется активностью очень сложных детекторов признаков - нервных цепей, обнаруживающих линии, края, углы, окружности. До тех пор, пока от рецепторов сетчатки посзупает достаточное количество информации, эти детекторы продолжают функционировать и наблюдатель видит образ в целом. Когда изображение становится неподвижным относительно сетчатки, рецепторы перестают посылать сигналы в центр. Вследствие отсутствия сигналов, стимулирующих детекторы, они перестают функционировать и зрительный образ исчезает. Этим объясняется, почему сложные образы сохраняются дольше, чем простые, почему исчезают целые фрагменты об- разов. Здесь же заложена причина восприятия искаженных образов, когда поступает ошибочная сенсорная информация, так. как происходит угасание сенсорного сигнала об исчезающем фрагменте (блоке) образа. Установлено, что образ сохраняется тем дольше, чем больше заложено в нем смысла для наблюдателя. Иными словами, та часть образа, на которой сконцентрировано особое внимание наблюдателя, исчезает последней. На восприятие оказывают влияние цвета воспринимаемого объекта, его движение или неподвижное состояние.

Следующим этапом восприятия является переработка информации в

99

нервной системе. Изложенная самым кратким образом с позиции физиологического подхода, она может быть представлена следующим образом.

Основным элементом нервной системы является нейрон-клетка, через которую происходит передача информации от одной части организма к другой. Нейронная единица состоит из тела клетки (называемого также солои) и отходящих от него отростков: коротких дендритов и длинного аксона, по которому информация передается от одного нейрона к другому. Область, в которой возбуждение от одного нейрона передается другому, носит название синапс.

В соединениях между нейронами участвуют либо само тело клетки, либо дендриты, аксон может оканчиваться, как небольшим количеством ветвей, так и большим их числом. В последнем случае на выходе одного нейрона образуется множество синаптических соединений с другими нейронами. В результате тело нейрона может принимать сигналы как от одного, так и от тысяч других нейронов.

Нервные волокна и дендриты рассматривают как изолированные про- водники, по которым идут сигналы, характерные для нервной системы, т.е. электрические импульсы. Эти электрические, а точнее ионные сигналы, генерируются в клеточном теле в ответ на активность синаптических входов. В самом синапсе под влиянием поступающего импульса высвобождается особое химическое вещество-медиатор. Это вещество пересекает зазор между окончанием аксона передающего нейрона и рецепторным участком следующего нейрона, что вызывает изменения нормального электрического потен-циала данного нейрона. При достаточно большом количестве- медиатора изменение электрического’ потенциала нейрона “достигает своего предела, при превышении которого рождается импульс.Импульс идет по аксону, пока не достигнет следующего синатггичеекого соединения, где весь этот процесс вновь повторяется.

100

Очень редко активности в одном синапсе оказывается достаточной, чтобы появился импульс. Обычно нейрон должен получить много импульсов, чтобы в нем возник ответный импульс. Все синаптические соединения делят на два класса: возбудительные и тормозные. Активность первых увеличивает вероятность ответа нейрона, а активность вторых уменьшает ее.

Ответ нейрона на активность всех его синапсов является сложением возбудительных и тормозных синапсов. Превалирование одних над другими определяет уровень активности нейрона. Частота ответов нейрона в общем зависит от частоты и характера стимулов.на его синапсах при учете имеющихся ограничений. Дело в том, что генерация импульса делает нейрон недееспособным в течение примерно 0,001 сек. Поэтому теоретически максимальная частота ответа нейрона равна примерно 1000 импульсов в секунду. Практически она еще ниже: от 300 до 800 в секунду.

Нервные клетки весьма разнообразны, при этом клетки каждого типа выполняют свои особые фикции. В аспекте рассматриваемой проблемы наибольший интерес представляют рецепторы и датчики. Это клетки, преобразующие энергию приходящего извне’ физического сигнала в электрический импульс. Для процесса наблюдения это будут палочки и колбочки сетчатки глаза, превращающие электромагнитную энергию, падающего света (отражения от объекта) в нервные импульсы.

Возникающие для передачи этих сигналов нервные цепи имеют неве- роятно сложное строение. У человека каждый глаз содержит около 125 млн. основных рецепторов. В мозгу имеется примерно 40 млн. синапсов на 1 кубический сантиметр. Каждый отдельно взятый нейрон коры мозга (а таких нейронов сотни миллионов) несет на себе от 6000 до 60000 синапсов, в зависимости от того, в какой области коры он находится.

Основные функциональные связи в нервной системе осуществляются по следующей двухуровневой схеме; Первый уровень - это набор клеток, пре-

101

образующих поступающие извне физические сигналы в нервные импульсы, т.н. рецепторы или датчики. Второй уровень: набор клеток, обеспечивающих сложение нервных импульсов, эти наборы клеток иногда называют просто нервными клетками или подразделяют на биполярные и ганглиозные. Суще-ствуют и иные термины .для каждого из уровней, отражающих их суть. Первый именуют преобразователи, второй - сумматоры. (Нейрофизиологические термины - рецепторы и нервные клетки). -

Рецептор реагирует на внешний сигнал: свет, звук и т.п. и выдает ответ в виде нервного импульса: Нервная клетка, по сути своей, -прибор, в ко- тором происходит сложение различных нервных импульсов. У нее имеется два типа соединений или входов: возбудительный и тормозной. Нейрон получает на входе сколько угодно импульсов, но на выходе дает только один.

При зрительном восприятии образа, в возникающем на сетчатке глаза изображении наиболее важную информацию несут различия в интенсивности света, падающие на разные участи поверхности сетчатки, как результат отражения света от различных участков воспринимаемого объекта, отличающиеся друг от друга по степени яркости. При этом по данным нейрофизиологии в местах, соответствующих контурам объектов изменения интенсивности света, а следовательно и восприятие этих различий сетчаткой, могут быть более резкими и значительными. Расположение нервных связей в рецепторном аппарате определяет способ кодирования этих различий в виде нервных импульсов в зрительной системе. “?’’.’

Таковы особенности механизма зрительного изображения. Вместе с тем описанные выше процессы при всей их сложности и вариативности -это лишь начало работы зрительного анализатора. Затем зрительные сигналы передаются по зрительному нерву в центральную нервную систему, где происходит их дальнейшая переработка.

Нервный сигнал из сетчатки передвигается до аксонам ганглиозных

102

клеток до следующей «релейной станции» - до наружных коленчатых тел (НКТ). Здесь волокна, идущие от клеток сетчатки, образуют синапсы с другими нейронами, которые передают сенсорное сообщение к проекционным зонам коры мозга. Волокна, вышедшие из смежных участков сетчатки, приходят к синапсам смежных участков НКТ. Поэтому соседние участки НКТ получают нервную информацию, и от соседних участков поля зрения. НКТ построено из отдельных слоев, лежащих друг на друге («слоеный пирог»). У человека таких слоев шесть. К каждому слою подходят нервные волокна лишь от одного глаза, так что в смежные слои приходит информация от разных глаз. При этом сигналы от данного видимого объекта, возбудившего нервную активность в определенной части сетчатки одного глаза, приходят в определенный участок одного слоя НКТ, а сигналы от соответствующей области сетчатки другого глаза (нервную активность в котором возбудил тот же объект) - в участок другого слоя НКТ, лежащий под первым или над ним.

После НКТ зрительный путь более не прерывается и сигналы без из- менений доходят до соответствующих проекционных зон коры. Здесь в зрительной коре вновь появляются нервные цепи, служащие .для переработки сигналов. Эти цепи функционально весьма сходны с теми, которые имеются в сетчатке глаза.

В анализе зрительной информации, приходящей из НКТ, принимают участие три различных области коры. Зрительные зоны коры построены так, что волокна, идущие от соседних участков сетчатки, приходят в соседние участки коры. Из трех областей коры две получают сигналы прямо из НКТ; между всеми тремя областями имеется множество взаимосвязей. Волокна, выходящие из зрительных зон коры, идут прежде всего к височным долям, которые, по-видимому, ведают обучением и запоминанием навыков, связанных со зрением.

Подобно НКТ, зрительная кора также разделена на слои. Таких слоев

103

пять. Волокна, приходящие из НКТ, заканчиваются в четвертом и пятом слоях (считая от поверхности). В отличие от НКТ слои коры, как полагают, взаимосвязаны. Анализ сенсорного сигнала начинается в пятом и четвертом слоях и продолжается в более высоко расположенных слоях зрительной коры. Затем зрительная информация поступает в другие части мозга.

В целом процесс переработки информации в коре головного мозга представляет собой постепенное преобразование и анализ специфических особенностей сигнала. Этот анализ происходит последовательно в разных зонах коры, при этом многочисленность и разнообразие детекторов разных кортикальных зон определяют, какие именно признаки сигналов выделяются в данной зоне. Имеется ли контур? Есть ли край? Темная линия? Более яркий фон? Как ориентированны участи? Меняется ли их расположение? и т.д.

Подводя некоторый итог изложенному выше (очень кратко и обзорно) механизму зрительного восприятия от зарождения сигнала в клетчатке глаза до появления информации в зрительной коре полушарий мозга, физиологи и нейрофизиологи выделяют несколько общих принципов, на которых основаны процессы восприятия. Анализ сенсорной информации происходит очень постепенно. На каждой ступени производится преобразование информации, поступившей от предыдущей-ступени. Эти изменения осуществляются в местах перерывов сенсорного пути, через которые проходит импульс от глаза к центральной нервной системе. При каждом преобразовании из сенсорной информации извлекаются новые сведения. Иногда только уточняется информация, полученная на предыдущих этапах. Так, на первом уровне детекторы, воспринимающие линии, не чувствительны к .длине линии, но на последующих уровнях они обладают большей избирательностью и реагируют только на линии определенной длины. Вместе с тем второй уровень корковой переработки менее чувствителен к точному местоположению линии, чем первый.

По мере того как сенсорный импульс: передается в высшие отделы

104

нервной системы, общее количество содержащейся в нем информации постепенно уменьшается» Сигналы, полученные со 125 млн рецепторов глаза, перекодируются в комплексный ответ всего 800 тысяч нервных волокон, выходящих из ганглиозных клеток сетчатки. По мере продвижения импульса в мозг все меньшее и меньшее число нейронов отвечает на любой данный сигнал. Так, линия, появившаяся в определенной, области сетчатки, заставит функционировать всё простые детекторы линий, контролирующие эту геометрическую фигуру. Однако на два уровня выше ответят лишь те детекторы линий, которые чувствительны к линиям определенной длины. На самых высоких уровнях нейроны реагируют главным образом на те части сигнала, где меняется, направление контура, т.е. на углы или точки, в которых оканчиваются линии. На высших уровнях исчезают и другие особенности, свойственные детекторам низших уровней: значительная спонтанная активность этих уровней и незатухающий ответ на длительную стимуляцию (раздражитель). Как образно отмечают физиологи, - кора относительно молчалива. Резкие и непродолжительные вспышки активности возникают лишь в случаях, когда сигнал, пришедший извне, каким-то образом изменился.

Уменьшение количества информации, сопровождающее сенсорный анализ, не является ни произвольным, ни случайным. Вся деятельность нервной системы основана на обнаружении изменений в структуре сигнала: сравнение интенсивности сигналов, поступающих из соседних участков сетчатки; отклики зависят от разностей интенсивностей этих сигналов. Некоторые цепи сравнивают поступающий в данный момент сигнал с тем, который поступил непосредственно перёд ним. Если оба сигнала одинаковы, ответа практически нет; если же они различны, следует интенсивный, но короткий ответ. Отсюда следует вывод, что основная стратегия анализа - сравнение. Различия подчеркиваются, а отсутствие различий не замечается. Основной механизм сравнения состоит в противопоставлении возбудительных и тормозных влия-

105

ний. Процесс «сложения» и «вычитания» на входе нейрона обеспечивает «вычислительные» возможности, необходимые для тщательного анализа зрительного изображения.

И тем не менее, разобрав в деталях весь сложный путь электромагнитного сигнала (волновая теория света) на сетчатку глаза, а от нее нервным им- пульсом в кору головного мозга, подтвердив экспериментально делаемые выводы, ученые отмечают:

«Тщательное изучение человеческого восприятия показывает, что ос- тается ряд загадок, которые нельзя разгадать, прибегнув к помощи уже известных нам основных механизмов переработки информации в нервной системе»1.

Учитывая все вышеизложенное применительно к основному акту ис- пользования метода словесного портрета, а именно - восприятию образа человека, необходимо обратить внимание на ряд чрезвычайно важных обстоятельств.

Как было показано выше, механизм зрительного восприятия чрезвычайно сложен даже в идеальных условиях моделирования идеального зрения. Нетрудно представить, какие нас ожидают изменения в восприятии при дефектах зрения конкретных лиц.

Восприятие Образа с образованием возбуждения на сетчатке глаза во многом зависит от того, какое положение занимает объект по отношению к различным зонам сетчатки, в каких зонах возбуждается сигнал. Этого мы никогда не установим в конкретной действительности, хотя- точность восприятия зависит от этого в достаточной мере. Еще большие сложности и трудности ожидают нас при прохождении сигнала по нервным волокнам в мозг. Не будет преувеличением утверждать, что этот участок перехода информации,

1 П.Линдсей, Д.Норман. Переработка информации у человека (пер. с анг.т.) под ред. А.Р.Лурия. М., 1974, с.126. ‘

106

осуществляемый даже для самого субъекта неосознанно, абсолютно неконтролируемый для тех средств и психологических тестов, которыми можно воспользоваться на уровне допроса (опроса) субъекта с целью установления достоверности восприятия им образа лица, о внешности которого он дает показания. При этом не следует забывать, что это не просто участок прохождения информации, а её изменение и уменьшение. Обратим попутно внимание на нейрофизиологическое подтверждение одного из постулатов теории информации (информатики). По мере прохождения информации, её трансформации в узловых точках, перекодировки из одной формы в другую, количество информации уменьшается, искажения увеличиваются.

И наконец, заключительным моментом всего сложного и, казалось бы, познанного механизма зрительного восприятия образов звучит «убийственный» вывод специалистов о том, что есть в нем еще немало загадок, которые нельзя разгадать.

Отсюда можно сделать только один неутешительный вывод об отно сительности сведений о внешних признаках личности. При этом данная отно сительность, точнее относительная достоверность, может проявляться во всех случаях восприятия личности. При получении в ходе допроса сведений о по дозреваемом, которого наблюдал допрашиваемый. При составлении словес ного портрета лица, воспринимаемого в натуре. При розыске (узнавании) ли ца по имеющемуся описанию (ориентировке) и мысленному образу, смоде лированному в соответствии с этим описанием. ‘

Таковы малоутешительные выводы анализа первого этапа переработки информации от зрительного восприятия к коре больших полушарий. Од- нако необходимо рассмотреть и последующие этапы переработки информации и в первую очередь следующий этап - запоминание, в данном контексте - физиология и психология памяти.

Начать изложение этого раздела целесообразно. с краткого обзора

107

теории распознавания образов. Если на первом, ранее изученном этапе основой, распознавания было сопоставление с некоторым незыблемым эталоном, то подключение памяти к этому процессу знаменуется анализом признаков.

Один из возможных методов использования анализов признаков для распознавания образов - это т.н. система «Пандемониум», предложенная Селфриджем в 1959 г. Система удобна как для наглядного представления о механизме анализа признаков, так и основанного ‘на этом представлении конструирования машин, способных анализировать признаки объекта, как бы ни была усложнена эта задача.

Эта система состоит из некоторой последовательности «демонов»1, которые трудятся над образом, выполняя каждый свою работу.

Первый отряд демонов - демоны узнавания изображения - задача самая простая - зарегистрировать первичное изображение внешнего сигнала. Второй отряд «демонов» анализирует изображение путем выделения признаков. Каждый из демонов этого отряда ищет в данном образе ту или иную определенную характеристику, за которую он отвечает: определенного типа линию, угол, кривую, особый контур и т.д. За реакциями этих демонов следят «демоны» опознавания. Каждый «демон» опознавания отвечает за распознавание одного образа. Так, опознанием буквы «Л» занимается один демон, опознанием буквы «В» .другой и т.д. «Демон» буквы «А» старается отыскать в образе признаки, свойственные букве «А». Обнаружив такие признаю, «демон» начинает «кричать». Чём больше нащ’ел своих признаков «демон», тем громче он кричит. ? ‘
У ?’• .

На следующем уровне находится «демон принятия решения», который

1 «Демон» - понятие, введенное еще Д,К.Максвеллом’(1831-1879) для обозначения неизвестного механизма, вьшолняющего какую-либо активную функцию. Демон Максвелла сортировал молекулы, отделяя быстрые от медленных и, таким образом, создавая разницу температур в противоположных концах одного сосуда. (Б.С.Э. 3 изд., т. 15)

108

прислушивается к хаосу, в котором смешаны крики всех демонов опознавания, и выбирает сигнал того из них, кто кричит громче всех, делая вывод, что именно соответствующий этому демону образ и поступил извне в качестве сигнала.

Система «Пандемониум» описывает подобным образом предполагаемую последовательность операций при анализе образов по их признакам. От системы выбора, основанной на сравнении с эталоном, приведенной ранее, данная система отличается тем, что в ней сначала происходит перекодировка информации путем расчленения её на ряд признаков, вместо непосредственного сравнения с имеющимся эталоном. Обе системы сходны в том, что они рассматривают одновременно все возможные образы. Однако вторая система может быть признана более универсальной и обладающей большими способностями. Так она способна опознать любую букву, выполненную даже «кверх ногами», лежащую «на боку», украшенную всевозможными завитушками (вычурный почерк) или, наоборот, чрезмерно упрощенную (упрощенный почерк). На долю первой системы останутся только буквы, выполненные по эталону - прописям.

Вторая система позволяет еще и ввести в её. состав «демонов контекста», что также очень важно для целенаправленного восприятия. И, что самое главное, система «демонов» совместима с тем, что известно об анализе внешних сигналов в нервной, системе. Характер реакций, свойственных отдельным нейронам системы восприятия, вполне позволяет отождествить эти нейроны с «демонами выделения признаков».

Создаваемые на этой основе системы (теории) распознавания должны учитывать следующие условия построения. Прежде всего должен быть изучен весь набор подлежащих распознаванию, образов и определено, какие признаки способны отличить его от всех других. Задача эта абсолютно не реальна, по-видимому, ни в Одной области подобной диагностики. Многообразие

• 109

вариантов применительно к любому материальному объекту или явлению заставляет идти по упрощенному, но и менее достоверному пути. Этот путь состоит в том, что в принципе мы совершенно свободны в выборе той совокупности признаков, которая, как нам представляется, позволяет надежно отличать один образ от другого. Ярким примером подобного подхода является метод словесного портрета. Никто никогда не изучил и не сможет изучить всех образов внешности людей, проживающих на земном шаре. Однако принятая система отбора, характеристики и сочетания признаков с известной долей вероятности гарантируют нам отождествление (опознание, узнавание) лица по системе словесного портрета

Однако и в этом случае физиологи и психологи высказывают некоторые пожелания о разработке систем признаков: совокупность признаков должна быть как можно более простой; она должна как можно надежнее гарантировать от ошибок и поддаваться анализу с помощью простейших цепей.

Изучение ответов нейронов^ вызываемых специфическими сигналами на входе, позволяет считать, что системы восприятия человека способны из влекать из любого зрительного изображения огромное количество характер ных для него признаков. В результате зрительная система, как правило, из влекает из зрительного изображения массу подробной информации о специ фических признаках данного изображения. По сути своей, она извлекает не сравненно больше информации, чей это необходимо, например, для распо знавания букв по системе «Пандемониум». .:.

При этом один из важных моментов распознавания -‘это число и порядок различных возможных уровней абстрагирования в системе выделения признаков. Абстрагирование, как. известно, является уже методом не только эмпирического (как восприятие), но и теоретического (рационального) исследования. Он знаменует переход на более высшую студень переработки информации. У человека, как предполагают, воспринимаемый образ классифи-

по цируется и идентифицируется на различных уровнях обобщения: на самом высоком уровне фиксируется лишь наличие буквы «А»; более низко расположенные уровни сигнализируют о том, что «А» лежит на боку или вообще перевернута; другие уровни, можно предположить, занимаются изучением признаков усложненного выполнения буквы «А» (всевозможными завитушками и избыточными элементами). На более высоком уровне эти сигналы информации, мешающие восприятию буквы «А», отсеиваются после ее отождествления.

Для некоторых из подобных задач может оказаться достаточным лишь обнаружение самых общих признаков воспринимаемого образа, для других -потребоваться детальный анализ как общих, так и частных признаков (деталей).

Однако главное в человеческом восприятии всегда остается сопоставление воспринимаемого с уже известным человеку (или человечеству). Поэтому интерпретация сенсорных данных в значительной мере основывается на сведениях о том, что должен представлять собой данный сигнал, а не только на информации, содержащейся в самом сигнале.

Такую дополнительную информацию дает контекст, в который входит данное сенсорное событие. Контекст - это та общая среда, в которую включены воспринимаемые явления. Огромное количество накопленной информации, повседневно используемой для понимания явлений, событий, образов, называют контекстом этих, событий, явлений, образов. Способность использовать контекст делает систему восприятия человека гораздо более совершенной и гибкой, чем любая.из существующих электронных систем распознавания образов.

Несмотря на то что о струтктурепамятйу человека известно далеко не все, предполагаемая система прохождения и переработки информации на этом этапе имеет, до мнению специалистов, следующую схему. На одном

Ill конце, в сенсорной системе, возникает реакция на внешнее событие и сен сорное сообщение преобразуется в набор специфических признаков. На дру гом конце, в системе памяти, содержится запись прошлых событий, т.е. дан ные и предположения, необходимые для интерпретации сенсорного сообще ния. Эти два источника информации должны каким-то образом объединить ся. Сенсорная информация должна сличаться с накопленной ранее информа цией, чтобы стало возможно распознавание сигнала. Вместе с тем процесс такого сличения не может носить произвольный характер. Недопустимо, что бы из памяти извлекалось первое попавшееся событие в надежде, что оно как-то связано с поступившим сенсорным сигналом. Если бы это происходи ло в действительности, т.е. событие из памяти извлекалось наудачу, то опо знание даже обиходных предметов (типа: стол, стул, ложка) требовало бы больших временных затрат. . “

Вот здесь, по мнению специалистов, и вступает в действие контекст По мнению исследователей, система памяти содержит не только ключ к рас- познаванию, но и сведения о только что интерпретированных событиях. Иначе говоря, имеет место некоторое ожидание предстоящих сенсорных событий, основанное на сведениях о только что совершившихся событиях. Более того, ожидание непрерывно меняется по мере того, как продвигается переработка сигнала. Построение и пересмотр, ожидания во время, интерпретации сенсорного сообщения называют процессом активного синтеза.

Таким образом, в системе распознавания образов по мере интерпретации сенсорного сообщения непрерывно строятся и пересматриваются ожи- даемые продолжения того,.что воспринимается. Эта система не полагается исключительно на собственные внутренние модели или только на свидетельства органов чувств. Только в тех случаях, когда данные этих двух источников совпадают, система дает заключение об” успешной интерпретации входного сигнала. Схематически это можно представить следующим образом:

112

сообщение * сенсорный анализ

* анализ признаков

Г ‘

•* .

^ активный синтез

3 -т—1 -

I ? ‘ * ‘ 1

I память

Несомненным преимуществом процесса активного синтеза является то, что он дает возможность делать выборки из поступившей извне информа- ции и подвергать анализу лишь такое количество информации, которое необходимо для однозначной интерпретации сигнала. Процесс синтеза направляет внимание на самые существенные части сообщения и на его наиболее важные признаки. В процессе синтеза могут возникать неверные гипотезы и ошибочные предсказания сенсорных событий. Однако система обладает многочисленными встроенными в нее механизмами, предохраняющими от таких ошибок. В случаях возникновения ошибочного ожидания плавное течение процесса переработки информации будет прервано, пока не будет разрешено возникшее недоразумение.

Говоря о нервных механизмах памяти, сразу подчеркивают то обстоя- тельство, что было бы ошибочным считать человеческую память как некую единую функцию. В памяти участвует много различных процессов. Из числа познанных в настоящее время различают три совершенно различных типа памяти:

• «непосредственный отпечаток» сенсорной информации;

•:? из

• кратковременная память; • • долговременная память. • «Непосредственный отпечаток» сенсорной информации. Эта система удерживает довольно точную и .полную картину воспринятого органами чувств. Длительность сохранения картины очень мала - порядка 0,1-0,5 секунды.

Кратковременная память. Кратковременная память удерживает мате- риалы иного типа, нежели предыдущий тип. Информация, удерживаемая в кратковременной памяти, представляет собой неполное отображение событий, которые произошли на сенсорном уровне, а непосредственную интерпретацию этих событий. Емкость этой памяти ограничена. Обычно запоминается лишь пять или шесть последних единиц из представленного материала. Сделав значительное усилие, повторяя раз за разом материал, содержащийся в .кратковременной памяти, его можно удерживать неопределенно долгое время. Способность активно сохранять материал в кратковременной памяти путем такого повторения составляющих его элементов представляет собой одну из наиболее . важных характеристик системы памяти. «Непосредственный отпечаток» сенсорной информации повторить невозможно. Доли секунды и эта информация исчезает, что касается кратковременной, то, как отмечалось выше, путем повторения содержащейся в ней информации её можно удерживать неопределенно долгое время.

Долговременная память - это наиболее важная и наиболее сложная из систем памяти. Как было показано ранее, емкость предыдущих типов памяти весьма ограничена. Для «непосредственных отпечатков» сенсорной информации это доли секунды.. Для кратковременной памяти - несколько единиц хранения. Емкость долговременной памяти практически безгранична. Неограниченная возможность”емкости долговременной памяти для практических целей выводится путем следующих расчетов. Хотя мозг человека и является

114

конечным устройством, однако он состоит из ,10 миллиардов (1010) нейронов, каждый из которых способен удерживать значительное количество информации. Наряду с нейронами имеется много гигантских молекул, таких, как ДНК и РНК, каждая из которых также может хранить большое количество информации, как это было установлено с открытием химических процессов, лежащих в основе наследственности. Суммируя изложенное, приходят к выводу о практической неограниченности долговременной памяти человека.

Все, что удерживается более нескольких минут, должно находиться, по мнению психологов, в долговременной памяти. Весь приобретенный опыт должен составлять часть долговременном памяти.

С учетом сказанного кратковременную память можно охарактеризовать как непосредственную и прямую, а долговременную - как трудоемкую и напряженную.

Говоря о переходе памяти из одного вида в другой, дают более под- робную характеристику каждому из видов.

Так, применительно к «непосредственному отпечатку сенсорной ин- формации» отмечают, что для того, чтобы успеть выделить характерные признаки сенсорного сигнала и установить, .что он собой представляет, может потребоваться больше времени, чем действует этот сигнал. Логическая функция системы «непосредственных отпечатков» сенсорной информации (её иногда называют иконичёской памятью - ИП) заключается в том, чтобы обеспечить системам выделение признаков и распознавания образов время, необходимое для обработки сигналов, воздействующих на органы чувств. Таким образом, обработка сенсорного сигнала может происходить в течение времени, несколько превышающем .длительность действия самого сигнала. Отсюда главным является то, какое время сигнал остается в системе ИП. При этом система ИП не только сохраняет четкое представление о сенсорных сиг-натах, поступивших в течение последних нескольких десятых долей секунды,

115

но и содержит больший запас информации, чем может быть использовано. Это расхождение между количеством информации, хранящимся в сенсорной системе, и тем количеством, которое может быть использовано на последующих стадиях анализа, имеет чрезвычайно важное значение. Оно указывает на некоторую ограниченность объема памяти на последующих стадиях. Огромное .количество информации, содержащейся в сенсорном образе, обычно несущественно для интерпретации его значения, оно нередко лишь затрудняет распознавание. Однако сенсорная система должна сохранить и «предъявить» весь объем информации, так как она не знает, какая часть её необходима, а какая, не нужна. Для этого существует система распознавания и интерпретаций материала.

В отличие от системы ИП, где след сохраняется доли секунды, в крат- ковременной памяти этот интервал длится до 20 секунд. Удержание материала в кратковременной памяти путем его повторения, о чем уже говорилось ранее, возможно только тогда, когда количество подлежащего удержанию материала невелико. При этом повторение, помогая удержать материал, не увеличивает объем системы памяти. Повторение лишь оживляет угасающий сигнал.

Исчезновение материала из кратковременной памяти происходит за счет забывания, которое может происходить двояко: в результате интерфе- ренции другого материала, или в результате постепенного стирания следов временем, т.е. чем дольше единица информации остается в памяти, тем слабее она становится, пока не исчезнет совсем.

Изучение долговременной памяти: - это и ^исследование структуры па- мяти, и одновременно исследование процесса припоминания. Факты, которые мы вспоминаем, организованы в сложную систему, связывающую те или иные события с понятиями, выработанными нашим предшествующим опытом. В формировании этого опыта большое значение имеет внимание. Вни-

116 мание позволяет избирательно загружать в память информацию, которая нас интересует, выделяя ее из всего информационного массива. Однако, с другой стороны, внимание ограничивает нашу способность следить за всеми происходящими событиями, хотя это нередко бывает необходимо. Если благодаря вниманию память способна сортировать информацию на существенную и несущественную, то память в отсутствие внимания не игнорирует информацию полностью, а только ограничивает количество её поступления.

Однако главным в механизме памяти является не загрузка в неё ин- формации, а извлечение последней, т.е. способность отыскивать ответ на поставленный вопрос, выдавать определённые сведения, основанные на хранящейся в ней информации.

Когда мы обращаемся с тем или иным запросом к памяти, запрос под- вергается специальным процедурам анализа для выяснения, существует ли вообще соответствующая информация, какова вероятность её наличия в памяти, какие потребуются усилия, чтобы её отыскать, и каковы шансы на успех. Все эти последовательные операции протекают в мозгу так быстро и бессознательно, что мы имеем лишь самое смутное представление о сложности правил, которым они подчиняются.

Память способна хранить очень большое число образов из предшест- вующего опыта. Важно подчеркнуть, что при этом не все и не всегда запоминается во всей полноте. Часто зрительная информация при её анализе сжимается за счет отбрасывания несущественных подробностей, запоминается главное.

Возникает вопрос, когда мы запоминаем событие во всей полноте, а когда ограничиваемся усеченной информацией (о главном, без деталей). С одной стороны, запись полной информации требует большего объема в памяти, и усеченная информация более экономична. С другой стороны, при воспроизведении могут потребоваться именно детали, которые память отброси-

117

ла. Данными двумя факторами - необходимостью информации и ценой её запоминания - определяются возможные способы использования нами прошлого опыта и типы вопросов, на которые мы умеем отвечать.

Поиск информации носит активный, творческий характер. Если нет возможности идти к цели прямо, память разбивает задачу на ряд вторичных, промежуточных задач. Для этого необходимо представить модель памяти. Память состоит из двух, одинаково необходимых частей. Первая -информационная база или банк данных (БД). Это та часть запоминающей системы, где реально хранится запасенная ею информация. БД должен обеспечивать запись и хранение понятий и сведений о событиях, а также всей сложной сети взаимосвязи между ними. Вторая часть - механизм интерпретации данных (МИД), т.е. система, оперирующая с данными, хранимыми в БД. От этой системы зависит оценка приходящих сообщений, запоминание новых данных, поиск информации и ответы на запросы, все то, что обеспечивает решение повседневных задач, деятельность, в. том числе мыслительную, речь, действия, поступки и т.п.’

Существенной частью хранения и использования понятий, имеющихся в памяти, является их связь с другими понятиями. Среди этих связей преоб- ладающими являются следующие: 1) класс, к которому принадлежит данное понятие; 2) свойства и признаки, способные выделить его из всех прочих понятия этого класса; 3) примеры образа данного понятия.

Подобное устройство информационной базы, как. основы человеческой памяти, обеспечивает организованную совокупность путей извлечения информации. Начиная от каждого узла, можно двигаться многими путями, выбор одного открывает доступ к целому ряду «перекрестков», с каждого из которых можно попасть к различным понятиям. Ценность системы заключается в том, что, начав с любой точки информационной базы (БД), а затем выбрав нужную последовательность движения, Можно закончить путь в любой

118

заданной точке.

Ограниченность объема данных, которые человек может одновременно «видеть» в процессе поиска в своей памяти, скорее всего, обусловлена, по мнению исследователей, ограниченностью любой кратковременной памяти, в которой содержится информация, являющаяся объектом поиска (запрос), над которым в данное время работает интерпретирующий процесс. Отсюда, в частности, и вывод о некотором пределе подробностей в извлекаемой информации. Думая, что они воссоздали в памяти картину события в полном виде, люди не в состоянии ответить на такие детализирующие вопросы события, как: одежда участников, длина и цвет волос человека и т.п.

На что необходимо обратить внимание, подводя некоторый итог этапу переработки и извлечения информации и имея его соотносимость с анало- гичными действиями по информации в системе словесного портрета?

Это прежде всего проблема признаков. Сюда относятся такие концеп- туальные положения, как: анализ признаков через их выделение, специфическая природа (основания выделения и группирования признаков), которая должна быть достаточно простой и надежной.

Большое значение имеет и значение введения категориального понятия контекста (суммы накопленных; знаний), как основы ожидания опреде- ленной информации при её поступлении и переработке.

Особое внимание должно быть уделено стадии активного синтеза, по- зволяющего выбирать из запасников памяти информацию, необходимую и достаточную для однозначной интерпретации информационного сигнала. Умение выделить самую важную часть сообщения, наиболее важные признаки. Для всей этой системы словесного портрета это должно интерпретироваться однозначно: не усложнять сущности («бритва Оккама»), не увлекаться второ-третье-степенными признаками; коль скоро самой природой памяти осуществляется их «выбраковка» и стирание.

119

Сведения о типах памяти имеют определяющее значение для уяснения видов хранимой в них информации, времени хранения, возможностей её извлечения. Особенно важным, по нашему мнению, является материал, касающийся двух систем памяти и принципов построения системы хранения - банка данных (БД). Использование для этого схемы: класс понятий, свойства и признаки, выделяющие определенное понятие из класса однородных и пример понятия - это готовая схема, по которой много лет назад, не подозревая о механизмах памяти, чисто логически была создана система словесного портрета. Это большая научная удача.

В целом же изложение данного параграфа, в качестве обзора специальной литературы, призвано помочь по-новому взглянуть на процесс воз- никновения, хранения, пополнения, систематизации и использования информации в системе словесного портрета.

Касаясь третьей, заключительной части переработки информации -её воспроизведения, необходимо основное внимание уделить вербальным (языковым) средствам, как наиболее распространенным в системе словесного портрета. Здесь важно все: и природа языка, и не тождественность мысли и слова, и возможность оперирования системами понятий, и способность речи передавать информацию (активная речь), и её усвоение адресатом (пассивная речь). Различают естественный язык, язык науки и формализованный язык.

В принципе при оперировании в системе словесного портрета могут быть использованы все три языка.. Естественный язык -это изложение при- знаков внешности непрофессионалами, «людьми с улицы». Это те самые произвольные характеристики с использованием терминов бытового языка, которые ввел в свое описание авторский коллектив под руководством проф. СнетковаВ.А. (см. гл.1 §3). “ -‘

Языком науки, применительно к словесному портрету, может считать-ся сама система и включенные в нее термины,.составляющие содержание ме-

120

то да.

Формализованный язык - это возможное кодирование цифрами (или символами) каждого признака внепшости, что в целом дает символическое их обозначение. Превалирующим при получении информации от непрофессионалов является естественный язык, на котором мы говорим в повседневной жизни. При всех его достоинствах и в первую очередь универсальности, выразительности, высокой комбинаторности он обладает существенными недостатками, затрудняющими восприятие, передаваемой с его помощью информации. Это: многозначность слов (полисемия), громоздкость некоторых фразеологических оборотов, нечеткость синтаксических и семантических правил1.

Влияние языка, как средства воспроизведения информации, необходимой для работы по методу словесного портрета, целесообразно рассмотреть в следующем (2-м) параграфе данной главы, где все процессы возникно- вения, хранения и воспроизведения информации о словесном портрете у разных лиц будут рассмотрены на базе’ общих психо-физиологических положений этого параграфа.

1 См.: Ракитов А.И. Анатомия научного знания. М, 1969.

121

§ 2. Процессы возникновения, хранения и передачи информации о при- знаках внешности человека и её фиксация с использованием метода словесного портрета

Одной из первоочередных проблем, возникающих для использования ин- формации в уголовном процессе, является проблема установления достоверности этой информации. Проблема эта достаточно сложная, требующая анализа и проверки соответствия фиксируемого представления об объекте (событии, явлении) самому объекту (событию, явлению). Подчеркивая данное обстоятельство, В.Я.Колдин и Н.С.Полевой отмечают: «Как только встает проблема правильности, адекватности полученных фактических данных, доказательства и их соответствия действительности (а это главное в доказывании), на первый план выдвигаются разнокачественность элементов отражательного процесса, необходимость разграничения объективного и субъективного, реального и идеального»1.

Развивая данное положение, Р.С.Белкин при формулировании определения фиксации доказательств, предлагает различать гносеологический аспект этого действия, информационную сущность и процессуальный её аспект2.

С гносеологической точки зрения фиксация, несомненно, является отражением содержания доказательства. При этом естественным требованием к такой фиксации является то, что она должна давать максимально полное представление об отражаемом объекте, адекватно передавать его свойства и признаки. Полнота и точность отражения зависят от многих факторов. Основными из них являются субъективные и объективные. Субъективные - это свойства личности, если она является носителем отражения, объективные - условия как восприятия, так и воспроизведения информации об объекте (доказательстве).

При рассмотрении информационной сущности фиксами доказательствен-

1 Колдин В.Я., Полевой Н.С. Информационные процессы и структуры в криминалистике. М., 1985, с.65.

2 Белкин Р.С. Курс криминатистики. М., 1997, т.2, с. 119-124.

122

ной информации необходимо прежде всего определиться в терминах. Под сообщением будем подразумевать форму представления информации для её хранения., обработки, преобразования или непосредственного использования1. «Канал» (прямой канал) - заданная совокупность средств передачи информации от источника сообщений к получателю, включающая в себя физическую среду. Под сигналом понимают форму представления информации для передачи по каналу. Обратная связь - передача информации по обратному канату, т.е. от получателя к источнику сообщений. Нам потребуются также термины: кодирование и декодирование. Под первым понимают преобразование дискретного сообщения в дискретный сигнал, осуществляемое по определенному правилу. Декодирование - это восстановление дискретного сообщения по сигналу на выходе дискретного канала, осуществляемое с учетом правил кодирования.

С позиции информационной сущности фиксации доказательств эту операцию следует воспринимать как одну из форм декодировки информационного со- общения, перевод его из одной формы в другую (например вербальное сообщение в протокольную фиксацию). При этом такая фиксация должна обеспечивать возможность неоднократного пользования информацией, ее сохранение, накопление. В тех случаях, когда речь идет не просто об информации, а об информации, имеющей доказательственное значение, должны быть указаны и средства её получения. В процессуальном плане фиксация доказательственной информации является выражением удостоверительной деятельности субъекта доказывания. Однако применительно к использованию метода словесного портрета значительная часть информации о нем может быть использована и вне уголовного процесса (в ОРД, административном процессе, гражданском процессе).

В целом же важно подчеркнуть, что фиксация информации это не что-то полутехническое, а один из элементов сложного процесса доказывания. По своей

1 Все термины приведены в соответствие со сборниками рекомендуемых терминов, выпуск 94, АН СССР, Комитет научно-технической терминологии, «Теория передачи информации». М, 1979.

123

сути, фиксация ближе к собиранию доказательств. На это обстоятельство обращали внимание А.И.Винберг1, П.А.Лупинская2, И.М.Гуткин3, Ф.Н.Фаткулин4. Глубокое обоснование это положение нашло в работах Р.С.Белкина5.

Соглашаясь в принципе с такой позицией, Г.И.Грамович обращает внимание на необходимость дифференцирования термина «фиксация». Автор справед- ливо замечает, что данным термином определяют как использование научно- технических средств для закрепления доказательств, так и процессуальное закрепление. Поэтому он предлагает эти категории именовать по-разному. Первую -криминалистическая фиксация, вторую -процессуальное фиксирование6. Мы согласии с подобным уточнением и будем использовать оба термина. Так, составление композиционного портрета являются, по сути своей, криминалистической фиксацией, а протокольная запись показаний потерпевшего о признаках внешности преступника - процессуальным фиксированием.

Обратимся к анализу процессов возникновения, хранения, передачи, и фиксации информации о признаках внешности человека по методу словесного портрета (или с использованием его концептуальных положений) с учетом материалов предыдущего параграфа данной главы.

Прежде всего необходимо отметить, что психологии восприятия признаков внешности человека уделяли внимание многие криминалисты. Среди них и авторы монографий и пособии по тактике предъявления для опознания7, и авторы спе

Винберг .А .И. Криминалистика //Введение в криминалистику. М., 1950, вып.1, с.8.

2 Лупинская И.А. Доказывание в советском уголовном процессе. М.,1966, с. 33-34.

3 Советский уголовный процесс. М., 1975, с. 119.

4 Там же, с. 124.

5 Белкин Р. С. Курс кртипшшстики, т. 2, с. 117-124.

6 Грамович Г.И. Основы криминалистической техники, Минск, 1981, с.67.

7 См.,например: Гинзбург -А .Я. Тактика предъявления для опознания. М, 1971, с. 11-15; Гапанович Е.Е. Опозна ние в судопроизводстве. Минск, 1975, с.24; Леви А. А., Пичкалева Г.И., Селиванов Н. А. Получение и проверка по казаний следователем. М.„ 1987; Гаврилова Н.И. Ошибки в свидетельских показаниях. М., 1983, с.21-61.; Самоши на З.Г. Вопросы теории и практики предъявления для опознания на предварительном следствии. М., 1976, с.34- 39; Корухов Ю.Г. Предъявление для опознания на предварительном следствии и в суде. М., 1968, с.4-5.

124

циализированной литературы, посвященной самому методу словесного портрета1.

В указанных работах с той или иной степенью детализации рассматриваются основные этапы возникновения информации, главным образом тот, который может быть назван восприятием (А.И.Гинзбург, Н.Н.Гапанович, А.А.Леви и его авторский коллектив В .Л. Снетков, ЮЛ.Дубягин, Ю.Г.Торбин). Уделяется определенное внимание влиянию памяти (особенно Н.И. Гаврилова). Однако цельного детального анализа всех, стадий восприятия человека, формирования образа и его воспроизведения, основанных на данных психофизиологии, мы не нашли.

В общем плане схематически все этапы .возникновения, переработки, хра- нения и извлечение информации о словесном портрете можно изобразить в следующем виде:

См.,например: Снетков Б.А. Габитоскопия. Волгоград, 1979, с.51 и далее; Зинин А.М. Внешность человека в криминалистике // Субъективные изображения. М, 1995, с. 8-16; Дубягин Ю.П., Торбин Ю.Г. Использование дан- ных о внешности человека в раскрытии и расследовании преступлений. М., 1987, с. 9-11, и др.

125

I. Наблюдение

•* и. Восприятие j

i г III. Формирование образа

I

1У. I

Запо мина ние

У. I Извлечение из памяти

У1. I Воспроизведение

УЛ.

Фикс ация про- цессу альна я

фикса ция крим ина- листи ческа я

УШ

IX.

Деко диро вание прои зволь ного описа ния в упо- рядо ченно е (систе мное)

Соста влени е орие н- тиров ок для розы ска

XI.

X.

Крим инал истич е ские учет ы (пров ерка, по стано вка на учет)

Достаточно сложная сама по себе эта схема способна принять еще более многосложный вид, если хотя бы схематически изобразить интерпретацию каждого этапа.

Так, 1-ый этап «Наблюдение» должен учитывать возможности . наблюдения - преднамеренное и непреднамеренное, целенаправленное планомерное и на- блюдение побочное, бессистемное; активное систематическое и пассивное эпизо-

126

дическое (м.б. и активное эпизодическое). Каждый из подобных вариантов будет различаться по объему и силе импульса к восприятию информации об образе человека.

Говоря о П-м этапе - восприятии информации, - необходимо обязательно рассматривать влияние на восприятие как объективных, так и субъективных факторов.

Применительно к формированию образа (Ш-й этап), как одного из инфор- мационных этапов, должны быть рассмотрены категории её деления в нашей памяти: классы, признаки, образцы для сравнения.

На четвертом этапе (запоминание) требуют внимания типы памяти, её свойства, механизмы памяти.

Пятый этап (извлечение из памяти) своеобразен тем, что это действие осу- ществляется с целью фиксации информации процессуальным или не процессуальным (криминалистическим) способом, что не может не накладывать своеобразный отпечаток на весь процесс, и не может не оказывать на него определенное влияние (активизация памяти, проверка её способностей и т.п.).

Воспроизведение информации об образе, как логический следующий этап (VI), имеет чрезвычайно важное значение хотя бы в том плане, что оно ведется, как правило, в. произвольной форме и должно быть одинаково интерпретировать- ся как источником сообщения, так и его преемником.

Фиксация процессуальная (VII этап) подразумевает составление протокольной записи, в то время как криминалистическая фиксация (VIII) многообразна. Это рисованные портреты и композиционные портреты.

Под декодированием произвольного описания (IX этап) следует понимать перевод терминов из произвольного (возможно, бессистемного) описания в упорядоченное, системное, необходимое как для использования данных о личности для проверки по учетам, внесения в соответствующий учет (X этап), так и для составления ориентировок для. розыска лица (XI этап).

127

Рассмотрим более подробно каждый из этих этапов. Начнем с наблюдения и непосредственно связанного с ним зрительного восприятия. Зрительное восприятие являются основной формой, обеспечивающей создание в памяти образов предметов. Около 80% информации человек получает за счет зрения. Психологи пытались подсчитать хотя бы примерное количество впечатлений, воспринимаемых глазом за сутки. Число измеряется десятками тысяч. Не утонуть в этой лавине впечатлений позволяют последующие процессы переработки информации: отсеивание несущественного, запоминания ограниченного круга образов, четкость образа и т.п.

Вместе с тем, по данным психологов и нейрофизиологов, именно при вос- приятии зрением чаще всего возникают искажения, пробелы, иные ошибки восприятия. Эти ошибки различны по своей природе. Одни из них могут быть связаны с физиологией и нейрофизиологией зрительной системы конкретного человека, другие с психологическими проявлениями, такими, как особенности восприятия цветового или яркостного контраста, различного рода иллюзии, искаженное восприятие пространства и т.п. Как было показано ранее (§ 1 данной главы), чувствительность анализаторов не беспредельна. Зона чувствительности к определенному виду раздражителей ограничена порогами ощущения. Нижний порог -это наименьшая сила раздражителя, соответствующая незначительному, едва заметному ощущению. Верхний порог - максимальная чувствительность, максимальное раздражение, вызывающее восприятия. Приспособлению чувствительности анализаторов способствует адаптация. На очень ярком свету чувствительность глаза понижается. При попадании человека в темноту глаз должен адаптироваться, так первые мгновения (3-5 минут) пороговое ощущение снижено. Затем, в за- висимости от предыдущего освещения, наступает повышение чувствительности, иногда весьма существенно. Если предыдущее освещение было умеренным, для адаптации потребуется минут 20, если интенсивное - до часа.

Таким образом, явление адаптации может существенно повлиять на точ-

128 :

ность показаний лица о внешности другого человека. Это обстоятельство должно учитываться при его допросе. Следует учитывать также особенности восприятия глаза человека цветов и цветовых оттенков. Подобное восприятие во многом зависит от цветовой гаммы воспринимаемого объекта, от сочетания цветом, их контраста, маскирующего эффекта и т.п.1. К сказанному следует добавить и такие встречающиеся у людей проявления, как цветовая слепота (врожденный дефект зрения), дальтонизм (неспособность различать красный и зеленый цвета) и др. Различно восприятие цвета при дневном и вечернем освещении, при лампах накаливания и лампах «дневного света». Различно восприятие цветов людьми разных профессий (художники, текстильщики, декораторы и т.п.).

Как известно, одна из главных психологических закономерностей заключается в том, что существуют два типа людей, опирающихся при восприятии и ак- туализации образа - «вербальный» тип, - у которых ведущим является речь, и «зрительный» тип - с опорой при запоминании на зрительный образ.

По данным проведенных экспериментов, у «зрительников» процесс по- строения образа, происходит очень быстро и автоматизировано (0,1-0,3 сек. по сравнению с людьми смешанного типа, у которых время 0,8-1,0 сек). Снижение латентного времени актуализации зрительного образа у первых составляет 0,8-1,8 сек, а у вторых - 2,2-2,8 .

На восприятие глазом цветов оказывает воздействие и эмоциональное со- стояние человека. Положительные эмоции повышают чувствительность глаза к зоне красного и желтого цветов видимой части спектра, при этом несколько снижена чувствительность к зелёным и синим зона’м. В нормальном состоянии глаз максимально чувствителен к зеленому цвету.

Отрицательные эмоции способны еще более повысить эту чувствитель-

Психология восприятия (кол. авторов). М., 1973, с.ПЗ. 2 Черикова А.Е. О некоторых психологических закономерностях процесса построения зрительного представления человеческого лица и возможностях их использования в криминалистической практике // ИКР-2 в практике раскрытия преступлений. М., 1981, с.66.

129

ность, захватывая и соседнюю область синих (и голубых) лучей1.

При зрительном восприятии могут создаваться иллюзии формы предмета, образа, его частей, пространственных соотношений2.

Как было показано ранее, для восприятия характерны целостность, осмыс- ленность, обобщенность.

На основе изучения индивидуальных особенностей человека различают следующие типы восприятия: синтетический, аналитический, аналитико- синтетический, эмоциональный.

Синтетический тип характеризуется склонностью к обобщению восприни- маемого отражения, выделению в нем главного, игнорированию второстепенных деталей. Аналитический тип несколько противоположен синтетическому. Для него характерно выделение и анализ отдельных деталей, частностей. Иногда это приводит к затушевыванию главного содержания воспринимаемого события.

Люди аналитико-синтетического типа обладают в равной мере свойствами первых двух типов.

Что касается эмоционального типа восприятия, то люди, обладающие данным типом, обладают повышенной возбудимостью, эмоционально реагируют на любые раздражители. Для них характерно стремление выразить свои переживания по поводу события, а не постараться объективно осветить само событие.

Тип восприятия у допрашиваемого следователь (оперативный работник) должен попытаться определить в ходе допроса (опроса) в его начальной стадии, в ходе свободного рассказа.

Большое внимание особенностям восприятия уделил А.М.Зинин. в своей. работе «Внешность человека в криминалистике»3. Автор подробно рассматривает влияние на восприятие человека человеком полового диморфизма, отмечая осо-

1 См.: Грегори Р. Мозг и глаз. М., 1970, с. 25.

2 См.: Кравков СВ. Глаз и его работа. М. - Л., 1950. с.117.

3 Зинин А.М. Внешность человека в криминалистике // Субъективные изображения. М., 1995, с.8-15.

130

бенности женского восприятия. Влияние возраста на увеличение и уменьшение объема признаков воспринимаемого образа. Значение принадлежности воспринимающего к определенной этнографической группе, его образовательного уровня, наличия (отсутствия) у него изобразительных способностей, его профессиональная принадлежность.

В работе А.М.Зинина подчеркнуто существенное значение в восприятии таких категорий, как внимание, наблюдательность, воля, как проявление само- стоятельности личности. Роль мысленного воображения на стадии преобразования воспринятого. Рассмотрены также эмоциональные факторы и их роль в восприятии (настроение, состояние, реакции на происходящее).

Нам представляется, что в процессе обучения каждого следователя и опе- ративного работника подобные материалы должны обязательно найти отражение в учебных программах. Без знания приводимых данных (из области психологии, психо-нейрофизиологии) нельзя понять, как происходит восприятие образа человека, какие здесь возможны ошибки, каким образом они могут быть установлены при допросах (опросах) и какое отрицательное значение они могут иметь (если их своевременно не распознать) для розыска и отождествления подозреваемого.

При получении сведений о внешнем облике человека в ходе допроса (опроса) следуют помнить об апперцепции, т.е. зависимости содержания и характера восприятия от общей направленности личности, от её жизненного опыта, ин- тересов, установок, прошлого опыта и т.п. Апперцепция может оказывать как положительное, так и отрицательное воздействие на восприятие. Коррекция пробелов восприятия с учетом прошлого опыта может приводить к искажению образа, к попытке выдать желаемое за сущее. Неадекватное отражение воспринимаемого может быть результатом иллюзий. Различают три вида зрительных иллюзий: 1) иллюзии, основанные на законе контраста, когда одинаковые или близкие по форме предметы, имеющие различия в размерах, воспринимаются в размерных величинах искаженно. Меньший кажется еще более малым, больший - как бы уве-

131

личивается в размерах; 2) иллюзии, вызываемые эффектом иррадиации: светлые предметы на темном фоне кажутся большими, чем в действительности; 3) иллюзии, связанные с переоценкой вертикальных линий, вследствие чего завышается высота предметов (рост человека).

Говоря о психо-физиологической природе восприятия, нельзя не напомнить еще раз о таком его чрезвычайно важном .для словесного портрета свойстве, как высшее проявление осмысленности человеческого восприятия, т.е. отражение единичного как особого проявления общего, отнесение образа воспринимаемого объекта (человека) к определенной группе уже известных объектов по системе: класс объектов - признаки объекта воспринимаемого - эталон: (сходный образец).

Восприятие человека человеком зависит от целого ряда факторов как внешних, так и внутренних, от отношения человека к человеку, от ситуации, в которой осуществляются восприятие. Внутренние (личностные) качества оказывают влияние на избирательность восприятия тех или. иных черт. Это зависит от возраста человека, его профессии, привычек. В первую очередь выделяются при восприятии те черты, которые в какой-то мере соответствуют психическому складу воспринимающего.

Экспериментами психологов установлено, что кратковременное восприятие человека обеспечивает верное представление о его фигуре, половых, возрас- тных, национальных признаках. Наиболее доступны для наблюдения форма лица, цвет глаз (при освещении не ниже оптимального), величина и форма носа, губ, лба, бровей, подбородка, рта. При этом для усредненного типа взрослого человека, воспринимающего образ другого лица, главными при восприятии являются рост, телосложение, цвет глаз и волос, нос и губы. В отношении фигуры обычно запоминаются и воспроизводятся её общие признаки. Дети полнее и точнее запоминают детали, чем внешний облик.

При нормальном зрении, в условиях хорошей видимости общий контур че- ловека виден примерно с 1 км, с 400 м - выделяется головной убор, с 300 м - голо-

132

ва, овал лица, цвет одежды, с 200 м - лицо, кисти рук, с расстояния 60 м - различают глаза, с 20 м- все детали. Человек, обладающий нормальным зрением, может узнать (распознать) другое лицо: с расстояния 15 м- если он видел его ранее один раз, с расстояния 30 м - если видел несколько раз, со 100 м - хорошего знакомого, и в некоторых случаях даже со 150 м1.

Признаков фигуры обычно воспринимают немного и воспроизводятся они обычно в групповом варианте: худой, полный, «накаченный» и т.п. Основным в восприятии всегда является лицо, если оно доступно воспринимающему. На нем обычно концентрируется внимание, в особенности если человек осознает, что является свидетелем преступления (разумеется, что это относятся и к потерпевшим).

Как отмечалось ранее, опорными признаками такого восприятия взрослым человеком являются: цвет волос, цвет глаз, форма лица, нос, губы, подбородок. Проведенные психологами исследования, к сожалению, не дали ответа на вопрос, какой комплекс признаков внешности являются индивидуализирующим. Лишь в 7-8% случаев испытуемые называли особые приметы предъявляемых образов (портретов). Однако это может быть объясАено и тем, что броские предметы в данных случаях вообще отсутствовали. Повседневная практика свидетельствует о том, что особые, а еще более броские приметы воспринимаются в первую очередь.

Большое значение в восприятии образа имеют такие элементы, как прическа и сопутствующие предметы - одежда, украшения. Они не только характеризуют человека, его пол, возраст, материальное положение, вкусы, привычки, ори- гинальность и т.п., но и воспринимаются некоторыми людьми более полно, в деталях., запоминаются порой лучше, чем физический облик2.

Действуя неосознанно, по схеме «класс - свойства, признаки, понятия - об- разец», воспринимающий образ человека стремится найти в этом облике какие-

Бодалев А.А. Восприятие человека человеком. Л.. 1965, с.34-35. 2 Бод&чев А.А. Восприятие человека человеком, с. 73-74.

133

либо отклонения от признаков модели, принятой им в качестве образца. Вместе с тем индивидуальность восприятия приводит к тому, что одна категория людей обращает основное внимание на одни группы признаков, другая категория на иные и т.д.

Так например, следует учитывать отличия в восприятии световых величин женщинами по сравнению с мужчинами. Женщинам чаще всего свойственен сангвинический тип темперамента, что определяет и черты характера, и то, что у женщин, доминирует действие первой сигнальной системы. Это определяет эмоциональный тип восприятия, большое влияние непосредственных впечатлений, интуитивность мышления. Данные черты проявляются и в восприятии образа человека. К тому же женщина дольше находится под впечатлением пережитого, что делает возможным уточнение признаков внешности при повторных допросах1.

Наряду с анатомическими (общефизическими) признаками происходит восприятие и функциональных признаков человека. Если человека воспринимали в движении, то большое значение будет иметь фиксация его походки, в частности если она достаточно выразительна или. характеризуется какими-либо особенностями (хромота, шаркающая походка, «в раскачку» и т.п.).

Походка является двигательным навыком человека, обладающим сложной структурою. В ней различают такие составляющие, как ведущий и фоновые уровни, звенья ведущие и вспомогательные, автоматизмы и т.п2. Для криминалистов это совокупность общих признаков: длина левого и правого шага, их ширина, угол каждого шага, угол разворота стопы. Походка в сочетании с движениями тела, рук может иметь отличительное значение: взмах руками, раскачивание тела, одновременное движение вперед одноименной руки и ноги («иноходец»). По походке может быть визуально определен возраст человека (старческий, молодой), походка

Исаева К. А. Тактические особенности допроса женщин - подозреваемых и обвиняемых (автореф. кан. юр. наук). М., 1995,с.16-17.

2 Бернштейн Н.А. О построении движений. М., 1947, с. 17. См. также: Кацитадзе З.И. Эволюция вертикальной ходьбы. Тбилиси. 1986, с. 101.

134

военнослужащего и т.д.

В сочетании с походкой по-иному воспринимается и осанка, фигура в целом (наклоненная при ходьбе, вялая, бодрая, сутулая, сгорбленная и т.п.). Нако- нец, по походке воспринимающий может судить и о таких признаках, как усталая походка, человек в состоянии опьянения, в болезненном состоянии.

Чаще всего образ человека воспринимается в сочетании и анатомических, и всех функциональных признаков: походка, мимика, жесты, голос, речь, мимика и жестикуляция рассматриваются в психологии как проявления эмоциональные, отражающие волевые особенности человека, формы выразительного поведения. Нередко они сопровождают речь, добавляя ей выразительности, но могут демонстрироваться и без речевого сопровождения. Мимика и жестикуляция могут выражать такие чувства, как радость, негодованье, злость, горе, боль, огорчение и т.п.

Самостоятельное значение жесты могут иметь у глухонемых, у лиц, прибе- гающих к жестам как к жаргону. Мимика выражается в изменении обычного состояния элементов лица за счет включения тех или иных групп мышц: подмигивания:, улыбки, наморщенный лоб, приподняты брови и т.п.

Восприятие мимики и жестов может происходить при достаточно длительном наблюдении за человеком, причем наблюдении целенаправленном, предна- меренном, возможно даже, активном.

Нельзя не коснуться восприятия голоса и речи, хотя в предыдущем параграфе основное внимание было уделено зрительному восприятию. Однако различия. в первом и втором восприятии определяются только на уровне рецепторов и детекторов признаков - нервных цепей, воспринимающих образы, а для речи - звуки. Дальнейшая схема прохождения, обработкой и хранения информации (так же, как её извлечение) общая.

Чаще всего голос и речь воспринимаются вместо с внешним обликом. Однако возможны и такие криминальные ситуации, когда субъект воспринимает

135

только голос (Речь) другого человека, не видя его.

Восприятие речи достаточно сложный процесс, когда комплексно воспри- нимается и голос говорящего, и речевой смысл языковой информации. Б.Г. Ананьев отмечает: «Звуковой строй родного языка определяет развитие человеческого слуха, особенности его звуковысотной, громкостной и тембровой характеристик, а также дифференцировки по слуху временных интервалов»1.

Приведенными характеристиками не исчерпываются свойства голоса. Из- вестно, что даже один и тот же человек не говорит все время одинаково. Объясняется это строением голосового аппарата человека и иными его индивидуальными свойствами2.

Восприятие речи осуществляется двухфазово: физиологически и пси- хологически. В физиологической фазе звукоречевой раздражитель воздействует на слуховой рецептор и после первичного анализа раздражений («демоны слуха») и кодировки сигнала (демон распознавания) сигнал по нервным цепям поступает в кору больших полушарий. В психологической фазе происходит обработка сигнала, сопоставление с предыдущим опытом, следуют ответные команды или только запоминание информации.

Речь конкретного человека воспринимается по совокупности ее особенностей: звуковой состав, интонационный строй, лексика, грамматические структуры и стиль, дефекты речи, употребление профессиональных выражений, жаргонных, варваризмов, «ненормативной лексики» и т.д.

Признаками, характеризующими голос и речь и способствующими их за- поминанию являются: высота основного тона, громкость, тембр (обертональная

Ананьев Б.Г. Теория ощущений. Л., 1961, с.238. 2 Блумфильд Л. Язык. М, 1968, с.59.

136

1 О

окраска), длительность; фонемы , артикуляционная система . Фонемические и артикуляционные системы позволяют установить принадлежность говорящего к определенной этнической группе, к массиву лиц, проживающих в определенной местности (диалект, говор). Большое значение .для восприятия имеют ударения в словах, в особенности отклоняющиеся от правильных, а также дефекты речи. Учитывается также и интонация как ритмико- мелодический рисунок речи. Интонации бывают своеобразны и свойственны некоторой языковой группе. Однако чаще они выражают эмоционально- волевые оттенки речи (приказ, просьба, угроза, негодование3 и т.п.). Все эти признаки могут быть восприняты и в случаях их правильного восприятия и воспроизведения, включены в качестве функциональных признаков в словесный портрет конкретного лица.

Формирование образа и его запоминание являются следующим этапом за восприятием.

Рассмотренные в предыдущем параграфе виды памяти: «непосредственный отпечаток» сенсорной информации, кратковременная память, долговременная память - в значительной мере отражают нейрофизиологическую сторону процесса запоминания. Поэтому характеристика кратковременной памяти, сохраняющий образ в течение 20 секунд, должна быть правильно понята в связи с тем, что в психологии также имеются варианты деления памяти, в том числе на кратковременную и долговременную.

Чтобы избежать неясности двойственных терминов, мы хотим отдать предпочтение таким вариантам, как оперативная память и долговременная. Под оперативной памятью Б.Л.Ломов понимает не кратковременную память, а ее синтез с долговременной, считая оперативную память промежуточным процессом4.

1 Фонемы - звуковые единицы, назначение которых выражается в образовании и различении слов и их грамматиче ских форм (См.: Булатов Р.И. Введение в науку о языке. М.., 1965, с. 174).

2 Артикуляционная система - присущий данному языку комплекс исторически приобретенных 1фоюносительных навыков. Каждому языку свойственна строгая ограниченность числа фонем и своя артикуляционная система (См.: - Агоян Э.Б. Введение в языкознание. Ереван, I960, с. 149)

3 Артемов В.А. К вопросу об интонации в русском, языке // Ученые записки 1 МГПИЯ. М., 1953, т. VI, с.38.

4 Ломов Б.Ф. Человек и техника. М., 1960. с.220.

137

Еще более последователен и логичен Д.Вулдридж1. Он говорит о сущест- вовании специфического .механизма промежуточной памяти. Этот механизм обеспечивает перенос материала и его закрепления в долговременной памяти. Такой перенос может сопровождаться приложением созидательных усилий на запоминание (оживление, повторение запоминаемого образа) или усилением концентрации внимания на его опорные признаки. Этот процесс может .длиться в зависимости от внутренних и внешних факторов от нескольких минут до нескольких часов. Эту память мы будем в дальнейшем именовать оперативной.

Точность фиксируемого образа во многом зависит от активности запоми- нания, которое, как отмечалось ранее, может быть произвольным (преднамеренным) и непроизвольным (непреднамеренным). Произвольное всегда является отражением волевых усилий человека. Волевое усилие в условиях криминальной ситуации зависит от осознания человеком, что он является свидетелем, потерпевшем. От его субъективных факторов, от возможностей сконцентрироваться на лучшем запоминании образа.

Таких волевых усилий нет при непроизвольном запоминании. Большую часть информации человек получает за счет непроизвольного запоминания. У де-тей оно вообще превалирует в познании окружающего мира . Как отмечалось ра- нее, каждое из них имеет свои плюсы и минусы. Произвольное запоминание опирается на главные признаки (опорные, базовые), опуская второстепенные детали. Непроизвольное способно охватить больший массив признаков, большее количество объектов. При этом впоследствии при воспроизведении из памяти могут быть извлечены сведения о важных второстепенных, деталях, которым человек при восприятии события, казалось бы, не придал никакого значения.

При расследовании преступлений чаще приходится сталкиваться с непро- извольным запоминанием, что накладывает свои особенности на получении ин-

1 Д.Вулдридж. Механизмы мозга. М., 1965, с.258-263.

2 Смирнов А. А. Психология запоминания. М.-Л., 194, с. 107-108.

138

формации от таких лиц, в том числе и о признаках внешности человека. Возможен и вариант продуктивного непроизвольного запоминания, которое обычно связывают с индивидуальными особенностями памяти человека1. Вместе с тем было бы ошибочным недооценивать обычное непроизвольное запоминание, зависящее от различных связей субъекта с окружающим его материальным миром, а в каждом конкретном случае - от целей, мотивов, действий этого момента. «Особое значение ориентировки для функции, выполняемой памятью, - отмечает П.К.Зинченко, - состоит в том, что именно благодаря ей оценивается жизненная значимость раздражителей для субъекта, их связь с его индивидуальным опытом».

Как психологический процесс запоминания представляет собой образование и закрепление в сознании новых видов связей, возникших при восприятии объекта. Различают два вида связей, в которых осуществляется запоминание: ассоциативные и смысловые. Ассоциативные связи образуются при восприятии объектов, когда в памяти уже хранятся образы, сходные с восприниманием. Такое запоминание идет по принципу сходства или, наоборот, различия, когда воспринимаемый объект отличается от образов в памяти. Различия могут быть на уровне класса, суммы свойств ( признаков), образца, эталона.

Смысловое (логическое) запоминание более свойственно восприятию речи или текста, как отражению некоторых объектов, событий, действий.

В любом случае качество запоминания зависит от полноты и точности вос- приятия. Последние в свою очередь зависят не только от упорядоченности, логической связанности и иных качеств запоминаемого материала, но и от близости его личному опыту запоминающего. Особенно это относится к непроизвольному запоминанию, запоминанию в первую очередь того, что представляет личностную значимость для воспринимающего.

Восприятие, запоминание и воспроизведение из памяти во многом опреде- ляются тем, является ли память человека наглядно-образной,
словесно-

1 Зинченко П.И. Непроизвольное запоминание. М., 1961, с. 170.

139

логической, двигательной, зрительной или слуховой. Знание доминирующего компонента в памяти конкретного лица позволяет акцентировать внимание на те обстоятельства (признаки), которые лучше могли быть запомнены этим лицом (анатомические признаки, функциональные, речь, голос). В зависимости от функций, выполняемых памятью, выделяют её основные процессы: запоминание, сохранение, узнавание (извлечение из памяти), воспроизведение (перевод информации из одного кода в другой).

Индивидуальные различия в процессах памяти, которые в большей степени определяются особенностями типов высшей нервной деятельности и субъективными свойствами, личности, от чего зависят сила и подвижность процессов возбуждения и торможения (см. § 1 данной главы), последние в свою очередь влияют на скорость, точность, прочность, длительность запоминания и готовность к воспроизведению. Память не является чем-то абсолютно постоянным. Человек с хорошо развитой памятью помнит далеко не все, и человек с плохой памятью забывает не все подряд. Несмотря на то, какой вид памяти является .доминирующим, все же словесно-логическая память играет, как правило, ведущую роль1.

Память меняется с возрастом. По данным психологов2, до 20-25 лет память улучшается. Причем происходит как количественное изменение (объем и скорость запоминания), так и качественное (переход от непроизвольного к произвольному запоминанию). До 40-45 лет память может сохраняться на этом уровне, может увеличиваться в зависимости от рода деятельности. После 45-50 лет начинает ослабевать. Знание возрастных особенностей должно учитываться при получении информации о внешнем облике человека.

Скорость забывания внешнего облика человека зависит во многом от того, было ли это произвольное или непроизвольное запоминание, длительное или кратковременное, оживлялся ли в памяти этот образ или лицо не ставило перед

1 Зинченко П.И. О некоторых вопросах изучения памяти // Вопросы психологии, 1956, №1, с. 14.

2 Ферапонтов Э.А. Возрастные различия в запоминании наглядного и словесного материала // Вопросы психологии памяти. М. 1958. - с.38.

140

собой такой задачи. Например, такое непроизвольное, но длительное запоминание, какое бывает у лиц, проживающих или работающих совместно, позволяет получить максимум сведений о лице, пропавшем без вести.

У детей более развита наглядно-образная память, что позволяет получить от них сведения о деталях внешности, возможно, весьма характерных. Сохранение в памяти образа зависит, как уже подчеркивалось, от многих факторов. Так, первые 3-4 дня после восприятия образ сохраняется достаточно отчетливо, на 6-7 день начинают забываться детали, на 10-й день количество информации об образе резко снижается. Вместе с тем не следует забывать о явлении реминисценции памяти (лучшее запоминание - воспроизведение событий по истечении некоторого времени).

Такое отсроченное воспроизведение способно дать больше информации о внешности лица, чем полученная в первые дни после восприятия. При проверке запоминания необходимо иметь в виду и возможные заболевания: гипомнезия -неудовлетворительное запоминание и невозможность вспомнить прошлые события; амнезия (выпадение памяти) - она сопутствует обычно обмороку, после которого человек не помнит, что с ним произошло. Различают антероградную и ретроградную амнезию. При первой - выпадает из памяти все, что было после травмы или заболевания. При ретроградной амнезии из памяти исчезает то, что было до травмы или заболевания1. С проявлениями амнезии приходится сталкиваться в процессе следствия, когда потерпевшему была нанесена травма головы (сотрясение мозга). При тяжелых травмах длительность расстройства бывает весьма значительной.

Следует сказать и о влиянии на запоминание алкогольного или наркотиче- ского опьянения. Опьянение может связать воспринимаемое с имеющимися в памяти образами. Наблюдается отключение как долговременной, так и оперативной памяти.

1 Лебединский М.С., Мясшцев В.Н. Введение в медицинскую психологию. Л., 1966, с.205-206.

141

В отношении образа человека ранее всего забываются мелкие детали, вто- ростепенные признаки. Вместе с тем особые и броские приметы сохраняются достаточно долго. Интенсивность забывания зависит и от того, как протекал процесс запоминания. Было ли оно произвольным или не произвольным.

Все эти факторы должны учитываться, когда реализуются заключительные этапы получения информации о признаках внешности лица. Речь идет о воспоминании (извлечении из памяти образа человека) и воспроизведении этого образа словесно или путем составления композиционного или рисованного портрета.

Физиологической основой этих процессов является оживление временных нервных связей, установившихся в процессе запоминания. Следующая за этим вербализация воспроизводимого образа способна оживить память, придать ей большую отчетливость, яркость, вспомнить благодаря этому важные детали, вместе с тем необходимость речевых характеристик элементов внешности многих допрашиваемых ставит в тупик. Им легче узнать человека в натуре или по фотоизображению, чем определить словесно его внешность. При этом следует учитывать, что в отличие от предыдущих этапов восприятия и трансформации информации о внешнем облике воспроизведение осуществляется либо в рамках процессуальных действий, либо оперативных мероприятий, что не может не оказывать определенного влияния на человека.

Однако главным остается психологическая сторона восприятия. Воспоми- нание - это воспроизведение в памяти образов, в нашем контексте образа человека. Для полноценного воспоминания необходимо сохранение в памяти четкого действительного образа. Однако этого почти никогда не происходит. Даже очень уверенные воспоминания при проверке оказываются не адекватны образу. Объясняется это опять же психо-нейрофизиологическими свойствами восприятия и запоминания. На каждом этапе, начиная от рецепторных отпечатков, происходит последовательное преобразование информации о внешнем облике, с неизбежными её потерями и искажениями. Отбрасывание одних деталей, корректировка дру-

142

гих под ранее известное (личный опыт) - все это не может не сказываться на точности образа.

В итоге восприятие, как говорят в психологии, реконструируется. Воспро- изведение - новый этап перевода информации из одной формы в другую, а следовательно, снова потери, снова искажения. Реконструкция способна привести к существенному искажению образа. Причем многие искажения объясняются умозаключениями и выводами, которые делает субъект - носитель мысленного образа. Порой подмену реальных признаков внешности выводами он делает, не отдавая себе в этом отчета. Происходит своего рода подмена на что-либо из сходной ситуации. Пробелы памяти заполняются домыслами. Чем больше времени прошло с момента восприятия, тем таких, домыслов может быть больше.

Для устранения этих погрешностей и оживления памяти должны быть ис- пользованы ассоциативные связи. Для этого может быть выбрана какая-либо точка отсчета события, опорный объект, сходный объект. Последнее надо делать с известной осторожностью, так как сходный, объект при значительном сходстве с забытым способен заместить- его место в памяти. Например, предъявление фотоальбома с изображением подучетных лиц субъекту, который лишь смутно помнит признаки внешности напавшего на него человека.

К изложенному ранее необходимо добавить трудности словесного изложения признаков внешности. Здесь многое зависит от общего развития субъекта, его профессии, возраста, словарного запаса, способности выражать свои мыслей.

Проведенные психологами исследования свидетельствовали о том, что су- щественное влияние на воспоминание оказывают возрастные изменения.

Воспоминание по своему психическому механизму может быть: а) обобщенное или неспецифическое; б) дифференцированное или специфическое. Обобщенное подразумевает воспоминание и воспроизведение только общих признаков внешности. Дифференцированное - как общих, так и частных, в том числе специфических для данного облика.

143

Воспоминание и воспроизведение - это не только психофизиологические процессы, но и волевые. Поэтому в задачу следователя (оперативного работника) входит не пассивное восприятие вербального изложения образа, а активное воздействие с целью направлять и активизировать мыслительную деятельность лица, дающего показания.

Так, после свободного рассказа следователь может задать уточняющие во- просы до поводу отдельных элементов внешности. При этом очередность вопросов должна соответствовать системе, принятой при изложении словесного портрета (сверху-вниз, от общего к частному)1. Сначала задать вопросы по поводу анатомических., физических признаков (фигуры, рост, телосложение), затем об отдельных частях тела и элементах частей тела (головы).

Мы считаем допустимым в процессе постановки вопросов помогать доп- рашиваемому более четко сформулировать свои показания в отношении формы признака, его положения. Например, обратить его внимание на то, что форма лица в целом может бить круглая, овальная, прямоугольная, квадратная, треугольная, ромбовидная. Начертить эти формы или показать их схематическое изображение (только контур лица, но никак не лицо целиком). Предложить подумать и вспомнить, какое по форме лицо было у человека, о котором он дает показания. И так по многим другим элементам, предъявляемым в качестве вариантов (образцов).

Вместе с тем мы считаем недопустимыми рекомендации, содержащиеся в некоторых работах о буквальном использовании метода словесного портрета при допросе. Так, в справочнике, подготовленном А.Л.Леви, Г.И. Пичкаловой и И..А .Селивановым2 говорится о том, что «при допросе следует руководствоваться системой «словесного портрета», включающего нижеописанные признаки …» Далее авторы приводят 25-ть элементов внешности (а не признаков), сопровождали каждый элемент 9-тью, а то и большим числом признаков (по три в отношении фор-

1 Гинзбург А.Я. Тактика предъявления для опознания. М., 1971, с.12.

2 Леви А. А., Пичкалова Г.И., Селиванов Н.А. Получение и проверка показаний следователем. М., 1987, с. 40-42.

144

мы, размера, положения плюс цвет). Такое использование системы словесного портрета малоэффективно, способно окончательно дезориентировать допрашиваемого обилием терминов и характеристик и даже в какой-то мере является наводящими вопросами. Более того, авторы далее продолжают: «Называя перечисленные термины «словесного портрета», допрашивающий должен убедиться, что они понятны допрашиваемому, а в необходимых случаях пояснить их, показать значение отдельных деталей на фотоснимках или рисунках»1. Это вообще должно быть признано недопустимым - навязывать допрашиваемому специфическую терминологию, т.е. заставлять его давать показания не в свойственной для него манере. Нам думается, что включение в ряд пособий по описанию признаков внешности терминов т.н. произвольного описания, авторство которых мы приписываем В.А.Снеткову и Л.М.Зинину, способно решать проблему допроса более правильно.

Главный же вывод, который с неизбежностью напрашивается по материалам этого и предыдущих параграфов, заключается в следующем.

Усложнение системы словесного портрета, увеличение числа элементов (за счет второстепенных: или относительно достоверных) не вызывается необходимостью. Потери в запечатлении образа столь велики на каждом этапе восприятия, запоминания- и воспроизведения информации о признаках внешности, что попытки её постоянной детализации и насыщения новыми признаками представляются неоправданными и излишними. Более ценным и необходимым, является на наш взгляд, создание оптимальной системы словесного портрета при учете последних данных психо-нейрофизиологии механизмов восприятия и памяти с тем, чтобы добиться овладения этой системой всех практических работников.

1 Там же, с.42. См. также: справочник следователя. М., 1990, вып.1, с. 181-191.

145

ГЛАВА 3. ПРАКТИЧЕСКОЕ ИСПОЛЬЗОВАНИЕ МЕТОДА СЛО- ВЕСНОГО ПОРТРЕТА.

§ I. Современные возможности использования метода словесного портрета при раскрытии и расследовании преступлений

Проблеме установления личности придается очень большое значение в отечественной криминалистической литературе.

Вопросам установления личности посвящены работы Г.А.Самойлова1, В.Е.Корноухова2, Е.Е.Центрова3 и многих других авторов. Наиболее значимым за последние года можно считать работу В.А.Жбанкова, посвященную концептуальным основам установления личности преступника4. В этой работе автор выделяет три элемента личности как системы: социально-обусловленные свойства, биологически обусловленные свойства, психологические свойства. В контексте нашей работы основное внимание уделяется биологическим свойствам. И здесь несомненный приоритет работ В.А. Снет-кова и А.М.Зинина5. В опубликованных работах В.А.Снетков уделил основное внимание врожденным и приобретенным свойствам и признакам внешнего строения человека, предложил систему описания признаков в развитие существовавшего ранее словесного портрета. А.М.Зинин, посвятивший многие годы исследованию перспективного направления применения словесного портрета - теории и практика субъективных портретов, внес значительный вклад во все составляющие криминалистического отождествления личности: криминалистическая система признаков, система отображений признаков внешности, субъективные портреты, система методов установления личности

1 Самойлов Г.А. Основы криминалистического учения о навыках. М., 1968.

2 Корноухов В.Е, Комплексное судебно-экспертное исследование свойств человека. Красноярск, 1982.

3 Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. М., 1988.

4 Жбанков В.А.. Концептуальные основы установления личности преступника в
криминалистике (автореф.дисс. докт. юр. наук). М., 1995.

5 Снетков В.А. Габитоскопия. Волгоград, 1979 и другие работы.

146

с использованием признаков внешности и другие1.

Изучение свойств человека, в том числе биологических, как основы словесного портрета, было бы невозможным на качественно новом уровне без общего развития таких направлений криминалистики, как проблемы ин-теграции и дифференциации научных знаний , разработка методов судебно-экспертных исследований3, значимых исследований, посвященных анализу деятельности экспертно-криминалистических. подразделений ОВД, а также общим проблемам влияния научно- технического прогресса на развитие криминалистики4.

Как справедливо отмечает А.А.Эксархопуло: «Закономерности совре- менной НТР прежде всего проявляются во взаимопроникновении, взаимо- влиянии различных отраслей знания, определяющих их прогрессивное развитие. Появление принципиально нового в любой отрасли знаний, ставящей своей задачей создание новых средств познания действительности и в этом отношении криминалистика не исключение - немыслимо в условиях изоляции той или иной науки от научных исследований, находящихся на передовых позициях современной научно- технической мысли»5.

Мы полагаем, что вышесказанное относится как ко всей криминалистике в целом, так и к такой её частности, как словесный портрет. Ранее было продемонстрировано, как - много сделали именно отечественные криминалисты для развития метода словесного портрета, какие новые достижения психологии, физиологии, антропологии, иных наук нашли отражение в этом ме-

1 Зинин A.M. Теоретические и практические проблемы криминалистического установления личности по при знакам внешности (дисс. д.ю.н.). М., 1997, и др.работы.

2 Аверьянова Т. В. Интеграция и дифференщшция научных знаний как источники и основы новых методов судебной экспертизы. М., 1994.

3 Аверьянова Т.В. Методы судебно-экспертных исследований и тенденции их развития (автореф. дисс. док. юр..н.). М., 1994; Российская Е.Р. Рет^нссгрукгурный анализ в криминалистике и судебной экспертизе. Ки ев, 1992.

4 Снетков В. А. Основы деятельности ЭКП ОВД по применению экспертно-криминалистических методов и средств в раскрытии и расследовании преступлений. М., 1995.

5 Эксархопуло А.А. Основы криминалистической теории. Спб., 1999, с.73.

147

тоде стараниями криминалистов.

С указанных позиций в данном параграфе будут рассмотрены с учетом направленности данной работы в целом: использование словесного портрета следователем, в том числе при допросах и в процессуально- розыскной деятельности; в оперативно-розыскной деятельности, в том числе при предъявлении фотоальбомов, при составлении субъективных (главным образом композиционных) портретов; в криминалистических и оперативно-справочных учетах.

Основу словесного портрета составляет описание признаков внешности. Это не единственно возможный способ описания. Подчеркивая это об- стоятельство, А.М.Зинин и М.Н.Овсянникова различают следующие описания, существующие в криминалистической практике: а) по личным наблюдениям составителя описания; б) со слов других лиц, видевших, знавших лицо, подлежащее установлению; в) по различным документам, материалам, в которых имеются сведения о внешности; г) в ходе изучения материальных объектов, отобразивших признаки внешности устанавливаемого человека; д) при осмотре и изучении трупа или останков1.

При этом авторы отмечают, что из всех видов описания в качестве но- сителя информации о признаках внешности самым предпочтительным является описание, составленное до методу словесного портрета. Совершенно соглашаясь с авторами, мы хотели бы подчеркнуть, что любое из приведенных ими описаний может быть составлено по методу словесного портрета с тем или иным приближением к оптимальному варианту. По личным наблюдениям («а») регистраторов тюрем, СИЗО, ИТУ составляются ими словесные портреты осужденных (взятых под стражу); со слов других лиц («б») (потерпевших, свидетелей) может составить словесный портрет следователь;

1 Зинин A.M., Овсянникова М.Н. Установление преступников и других лиц по признакам внешности. Омск,

1982, с.21.

148

по документам («в»), содержащим сведения биологического и медицинского характера может быть составлена опознавательная карта; в ходе изучения-материальных объектов («г»), отразивших признаки внешности, а к таким объектам можно отнести и фотоизображения, и видеозапись, описание по методу словесного портрета может с успехом составить эксперт; при осмотре и изучении трупа («д») описание по методу словесного портрета является обязательным, и оно такое же, как и в п. «а» - по личным наблюдениям составителя описания.

Иными словами, было бы неверно методологически противопоставлять какие-либо описания методу словесного портрета. Цель должна быть иная: находить возможности приближения любого описания внешности к методике словесного портрета.

По справедливому определению криминалистов, словесный портрет ни что иное, как модель1, приближенность которой к оригиналу определяется точностью выполнения метода и соблюдения его принципов: системность изложения и использование принятых терминов2.

Рассмотрим возможности использования метода словесного портрета в следственной практике.

По мнению большинстве авторов, занимавшихся данной проблемой, применение метода словесного портрета следователем возможно при осуществлении следственных действий:

• осмотр (в т.ч. наружный осмотр трупа); • • допрос; • • предъявление для опознания; • • освидетельствование; • 1 Лузгин И.М. Моделирование при расследовании престулгаений. М, 1981, с.96-105.

2 Дубягин Ю.П., Торбин Ю.Г. Использование данных о внешности человека в раскрытии и расследовании гоестугаений. М.. 1987, с. 19.

149

• экспертиза1.

Нам представляется, что из данного перечня следует исключить экс- пертизу (ми имеем в виду судебно-портретную экспертизу), как не являю- щуюся следственным действием, хотя и осуществляемую по заданию следователя.

Вместе с тем в. данном перечне отсутствует использование словесного портрета в процессуальных розыскных действиях, в том числе и проводимых следователем.

Начнем с более частого и обязательного использования словесного портрета - при допросе, в особенности при допросе, предшествующем опознанию. В принципе любой допрос лица, дающего показания о человеке, личность которого должна быть установлена, должен осуществляться с использованием методик словесного портрета. Это может быть даже допрос обвиняемого, если он признает, например, акт убийства и сообщает о признаках внешности потерпевшего. Однако наиболее полное использование метода словесного портрета следователем происходит при допросе, предшествующем опознанию.

В свете всего вышеизложенного в предыдущей главе, мы не будем вновь останавливаться на таких моментах, как выяснение у допрашиваемого условий, в которых он наблюдал данное лицо, выяснение возможных субъективных факторов, способных влиять на восприятие, запоминание и воспроизведение допрашиваемого признаков внешности человека.

Для данного исследования первоочередной интерес представляет, каким образом (с психологических и методологических познаний) должен ис- пользоваться метод словесного портрета при допросе.

Как мы уже отмечали во втором параграфе второй главы, в литерату-

1 См., например: ДубягинЮ.П., ТорбинЮ.Г. Указ.раб., с.18-19, а также: Гинзбург А.Я., Поврезнюк Г.И., Сатаев Б. А. Криминалистические методы и средства отождествления личности. Алматы, 1998.

150

ре, в том числе справочной криминалистической, можно встретить рекомендации следовать при допросе в точности системе словесного портрета и даже называть термины словесного портрета допрашиваемому1. Нам представляется, что в психологическом и методологическом отношении подобная рекомендация не выдерживает критики. Обрушить на допрашиваемого предлагаемые авторами 25 позиций о различных элементах внешности человеке, с характеристиками формы, размеров, положения - это, значит, совершенно дезориентировать допрашиваемого, а возможно, и изменить в какой-то мере мысленный образ, хранящийся в его памяти. Методологически подобная информация’ приобретает черты лекции, которую следователь читает допраши- ваемому, что тоже следует признать неприемлемым. К тому же её можно трактовать и как наводящие вопросы.

Более правильной нам представляются позиция Ю.Г.Торбина, когда он в отношении допроса, предшествующего опознанию, пишет: «При описа- нии внешности человека и фиксации его результатов в протоколе следует придерживаться методики словесного портрета, избегая вместе с тем использования специальной терминологии, которая может быть непонятна допрашиваемому»2.

Нам представляется, что использование при допросе метода словесного портрета должно подразумевать в первую очередь руководство принципами словесного портрета: описание должно осуществляться от общего к частному, и придерживаться порядка «сверху - вниз». Методически и психологически можно признать правильной следующую схему допроса: фиксация всех признаков внешности в изложении допрашиваемого, данного им в ходе свободного рассказа. Затем постановка вопросов, уточняющих указанные признаки, расшифровка примененных им терминов, пока и следователь, и доп-

См., справочник// Практическое пособие. М.. 1990, вып.1, с. 190. 2 Дубягин Ю.П., Торбин Ю.Г. Указ.раб., с. 19.

151

рашиваемый не убедятся, что они одинаково воспринимают эти понятия. На этой стадии могут быть использованы некоторые, наиболее близкие по смыслу, термины произвольного описания, приводимые в работах В.А .Снеткова и руководимого им авторского коллектива. После этого следователь должен попытаться выяснить, не запомнил ли допрашиваемый иные признаки внешности. Здесь действительно может быть использована система словесного портрета (очередность характеристик признаков), но, разумеется, не текстуально воспроизводимая допрашиваемому. Речь может идти об отдельных элементах, наиболее выразительных для внешности. По типу: Не запомнили, ли Вы, какой был нос у этого человека? Какой подбородок? Не было ли каких-то отклонений, чего-то необычного? и т.д.

Нам кажется, что при таких допросах помощь допрашиваемому может быть оказана и путем демонстрации схематических изображений: овала лица, форм глаз, бровей, рта, подбородка. При этом необходимо подчеркнуть, что речь идет именно о схематических изображениях, так как предъявление элементов лица, взятых из фотоизображений, также способно исказить образ, запечатленный в памяти. В литературе можно встретить рекомендации показывать такие схемы при допросе малолетним свидетелям1. Действительно, детскому возрасту, как отмечалось ранее, свойственно запоминание деталей, частностей, при отсутствии в памяти представления об общих признаках. С такого рода рекомендациями следует согласиться, как полностью соответствующими психологическим особенностям детского возраста.

Важное значение имеет оценка результатов допроса опознающего о учетом психологической и нейрофизиологической основы восприятия, запоминания, воспроизведения.

В литературе до сих пор нет единства мнений по поводу того, следует

1 См.: Гинзбург А.Я., Поверзнюк Г.И., Сшгаев Б.А. Криминалистические методы и средства отождествления личности, с. 18.

152

ли предъявлять для опознания лицо, если опознающий не сообщил при допросе признаков внешности этого человека. Одни авторы1 считают, что в таком опознании, даже при его положительном результате, мало смысла, так как его достоверность нельзя проверить, иначе говоря, названые при опознании признаки не с чем. сравнивать, так как при допросе они не прозвучали. Другие авторы2 полагают, что опознание в таких случаях возможно.

Рассмотрим более подробно аргументацию 3.Г.Самошиной по поводу допустимости такого опознания. Автор пишет: «С психологической точки зрения такое опознание основано на приметах и признаках, которые при узнавании фиксируются автоматически, в результате чего человек и узнает объект как бы «одномоментно и сразу». При объяснении этого явления надо, видимо, исходить из того, что процесс узнавания, как указывает И.М.Сеченов, «происходит в тайниках памяти, вне сознания, следовательно, без всякого участия ума и воли»~. В этом утверждении по крайней мере два несоответствия. Первое - это то, что автор говорит о фиксации признаков при узнавании. Фиксация, т.е. запоминание, предшествует узнаванию (вызыванию образа из памяти, а не совпадает с ним по времени). Второе, и самое главное, это ссылка на труды, созданные около ста лет тому назад. При всем уважении к великому русскому физиологу Ивану Михайловичу Сеченову (1829-1905 гг.) сле- дует признать, что данные современной нейрофизиологии свидетельствуют о том, что воспоминание (воспроизведение) - это действие, в котором участвует и мозг (сознание, ум), и воля. (Механизм, запоминания и воспроизведения: подробно изложен ранее). Поэтому трактовать в настоящее время явление воспоминания, как нечто неизведанное, едва ли правильно.

Однако из неверных посылок 3.Г.Самошина делает далеко идущие

1 См. упомянутую работу А.Я.Гинзбурга и др., с. 12.

2 См., например. Самошина З.Г. Вопросы теории и практики предъявления для опознания на предваритель ном следствии. М., 1976, с.47-49.

3 См. указ. раб. З.Г.Самопшной, с.48, со ссылкой на И.М.Сеченова. Избранные физиологические и психоло гические произведения. М., 1947, с.335.

153

выводы и рекомендации. Она пишет: «Важно отметить, что закон требует, чтобы опознающему были заданы вопросы об обстоятельствах наблюдения и о приметах, не связывая допустимость (выделено нами - дисс.) полученного доказательства с положительными ответами на эти вопросы (ст. ст. 164 и 165 УТЖ РСФСР)1. Здесь автор не только допускает формальный подход, но и неверно толкует закон. В ст. 164. УПК РСФСР в части допроса однозначно сказано: о приметах и особенностях, по которым они могут произвести опознание». Отсюда однозначно логически вытекает: нет описания примет и особенностей - не может быть и опознания.

Не спасает положения и последующие ссылки автора на такие авторитеты, как Г.И.Кочаров и Имре Кертес, по мнению которых опознание допус- тимо, если при допросе не были названы признаки внешности. Достаточно, чтобы для такого опознания следователь допросил опознающего и зафикси-ровал, по каким признакам он опознал человека . Подобные утверждения можно оправдать только состоянием психологии и нейрофизиологии того периода, когда выполнялись исследования указанными авторами.

Если опознание без предварительного изложения признаков бесцельно, так как не достигается главного - установления его достоверности, то опознание с последующей фиксацией признаков еще и вредно. Допрашивать лицо о признаках человека, которого он только что видел, это значит полностью игнорировать научную базу восприятия, запоминания, узнавания. Опознающий излагает в ходе такого допроса признаки, только что увиденного человека, а не признаки того мысленного образа, который был запечатлен в его памяти.

Не следует забывать и о таком требовании закона, содержащемся в ст. 165 УПК РСФСР: «Если опознающий указал на одно из предъявленных ему

1 Самошина З.Г. Указ.раб., с.48.

2 Комаров Г.И. Опознание на предварительном следствии. М., 1955, с. 19; Кертес И. Тактика и психологиче ские основы допроса. М., 1965, с.47.

154

лиц, один из предметов, ему предлагается объяснить, по каким приметам или особенностям он узнал данное лицо или предмет».

Таким образом, и с процессуальной, и с научной точек зрения следует признать недопустимым проведение опознания, если при допросе опознающий не сообщил признаки (приметы, особенности), которые он запомнил и по которым может опознать человека1.

Более того, по результатам допроса следователю предстоит решать, достаточно ли изложенных признаков для индивидуализации человека, насколько уверенно их воспроизводит опознающий и, наконец, целесообразно ли в данном конкретном случае проводить предъявление для опознания. Не следует думать, что в случае не опознания следствие просто лишается одного из доказательств. Следствие приобретает «противодоказательство», причем достаточно мощное. Можно с уверенностью утверждать, что неопознанный преступник будет на всех этапах следствия, суда и позже, обжалуя приговор, использовать этот факт в свою пользу. С такими ситуациями мы сталкивались в своей практике.

Вместе с тем несообщение при допросе признаков внешности или со- общение их в очень ограниченном количестве еще не является основанием, для того, чтобы отказаться от проведения этого следственного действия. Вспомним о явлении реминисценции, рассмотренном ранее. Психическое состояние человека, в особенности испытавшего стресс, или даже просто излишне волнующегося при допросе, может быть связано с таким перенапряжением нервных клеток, которое вызывает кратковременную потерю памяти. Спустя некоторое время напряжение спадает и человек припоминает при повторном допросе признаки человека и излагает их.

Возможны и такие варианты, когда при первом допросе сообщается

1 Может сложиться впечатление, что Георгий Иванович Кочаров в своей работе игнорировал приведенные указания закона. На самом деле это не так, в УПК РСФСР, действующем до 1960г., статей о предъявлении для опознания не было. Работа Г.И.Кочарова была опубликована в 1955г.

155

часть признаков, при повторном - новые признаки и несколько новая трактовка уже названных при первом допросе признаков. В подобных случаях следователю необходимо выяснить причину этих расхождений1, может быть, даже назначить психологическую экспертизу опознающего лица. Если же противоречия не удастся ни устранить, ни объяснить, то следует, по-видимому, отказаться от проведения предъявления для опознания.

Необходимо рассмотреть с психологических позиций еще один вариант, касающихся допроса, предшествующего опознанию. Мы имеем в виду такую ситуацию, когда от момента допроса до предъявления для опознания прошло достаточно много времени, например несколько месяцев (пока в поле зрения следствия не появился подозреваемый). Формально требование закона соблюдено, допрос был проведен, признаки внешности зафиксированы, следовательно, можно проводить предъявление для опознания. Однако следует помнить о свойствах памяти, в том числе её способности, забывать, «стирать» мысленные образы. Нам представляется, что для того, чтобы решить вопрос, проводить или не проводить опознание, опознающего необходимо допросить повторно. Ограничений на этот счет в законе не содержится. Вместе с тем здесь также есть свои психологические проблемы. Предположим, что опознающий забыл какую-то часть (м.б. даже большую часть) признаков внешности. Вправе ли следователь огласить ему протокол первого допроса.

Нам представляется такое действие вполне допустимым. С психоло- гических позиций это является оживлением памяти, восстановление ассоциативных связей, которые несколько ослабли под влиянием времени. С процессуальных позиций это никак не может быть расценено в качестве наводящих вопросов, так как допрашиваемому предъявляются его собственные показания.

1 На это справедливо указывают А.Я.Гинзбург, Г.И.Поверзнюк, Б.А.Сапаев в приводимой ранее работе, с.12.

156

В использовании системы метода словесного портрета-характеристике признаков внешности, равно как и в реализации при этом психологических свойств человека, есть и иные, сугубо практические проблемы.

Мы имеем в виду допрос и предъявление для опознания человека после того, как опознающий укажет на него при ознакомлении с фотоальбомом или видеотекой при осуществлении оперативно-розыскного мероприятия.

Напомним, что в ст. 6 Федерального Закона «Об оперативно- розыскной деятельности» (1955 г.) в части 1-ой данной статьи среди опера тивно-розыскных мероприятий указано в п.7 «Отождествление личности». Понятие отождествления личности многоаспектно и мы не будем касаться всех его аспектов. Рассмотрим типичные случаи, связанные в конечном счете с запоминанием и воспроизведением признаков внешности. Речь идет о предъявлении потерпевшему, свидетелю фотоизображений

(видеоизображений) лиц после того, как они в ходе опроса сообщат некоторые сведения о внешности человека.

На практике предъявление для узнавания в рамках ОРД нередко пре- вращается фактически в действие, предшествующее предъявлению для опознания. Человек указывает на лицо, запечатленное в учетном массиве, а затем ему предъявляют этого человека в ходе процессуального действия. Такую практику следует признать недопустимой по следующим основаниям.

Прежде всего, по правилам криминалистической тактики, опознающий не должен видеть опознаваемого до момента предъявления для опознания1. Более того, предъявление заподозренного опознающему до производства следственного действия «предъявление для опознания» противоречит ука- занию Пленума Верховного Суда СССР о том, что нельзя предъявлять для

! См., например: Гинзбург А.Я. Тактика предъявления для опознания. М., 1971; Самопшна З.Г. Вопросы теории и практики предъявления для опознания на предварительном следствии. М., 1976; Гапанович М.Н. Опознание в судопроизводстве. Минск, 1975; Цветков П.П. Предъявление для опознания в советском уго- ловном процессе. Л., 1962, и др.работы.

157

опознания объект, если его показали опознающему до предъявления1.

Проведение оперативного «отождествления личности» свидетелем или потерпевшим до того, как им будет предъявлен субъект опознания следователем, способно привести к очень тяжким последствиям. При оперативном «отождествлении» в форме узнавания отсутствуют процессуальные гарантии правильности опознания. Более того, не исключаются и подсказки работников милиции по типу: «Посмотрите внимательно на это изображение», «не кажется ли Вам, что Вы видели именно это лицо» и т.п. Подобные подсказки действуют как внушение. Человеку, плохо запомнившему личность, начинает казаться, что демонстрируемое ему изображение является изображением виденного им преступника. Внушение способно повлиять и на того, кто запечатлел в памяти образ достаточно уверенно, однако под влиянием демонстрации значительного количества изображений, в том числе сходных по при- знакам внешности, способен заколебаться в своей первоначальной уверенности.

Главным же является то, что оперативное «отождествление» в форме узнавания изменяет ход .психических процессов, реализуемых при процессуальном предъявлении для опознания. В идеальном варианте при предъявлении для. опознания опознающий сравнивает признаки лица, которое он наблюдал в связи с совершенным преступлением с признаками предъявляемых ему лиц. На основе такого сравнения он приходит к выводу о тождестве, сходстве или различии. Если же предъявлению для опознания предшествовало оперативное «отождествление», то опознающий начинает сравнивать предъявляемых ему лиц с изображением лица, которое ему предъявляли оперативным путем. Достоверность «опознания» в подобных случаях вызывает серьезные сомнения. Следственная практика знает немало случаев, когда в результате подобных «опознаний» конкретных лиц, под стражей и в числе

1 Одебная практика Верховного суда СССР. 1953, №3, с. 111.

158

подозреваемых оказывались невиновные граждане.

Особенно подробно и обстоятельно рассмотрены эти вопросы в работе З.Г. Самошиной. Автор предлагает решать вопрос об отграничении оперативного узнавания от предъявления для опознания следующим образом. Если по показаниям опрашиваемого разработан фоторобот или составлен словесный портрет, это не препятствует позднейшему предъявлению для опознания. Факт моделирования в этом случае не подкреплялся какой-либо новой информацией.

«Если же оперативное действие связано с подкреплением имеющейся информации, например показом фотографии и т.д., то последующее предъявление для опознания недопустимо»1.

Эту же позицию, по существу, разделяет К.Е.Быховский, допускающий в принципе повторное опознание по обоснованным причинам и отме- чающий при этом: «Отсюда возникает ответ на часто задаваемый вопрос: можно ли предъявлять объект в натуре, если он ранее предъявлялся по фотографии. Да, можно, если объект не был узнан по фотографии в связи с её плохим качеством, другими словами, из-за того, что данная фотография не отразила характерных особенностей объекта»2.

Возникает естественный вопрос о том, как следует поступать в подобных ситуациях. По нашему мнению, проведение оперативного «отождествления» личности путем узнавания должно полностью исключать возможность следственного предъявления .для опознания, независимо от того, предъявлялось ли в ходе оперативного мероприятия само лицо или его изображение (фото, видео и т.п.). В случае узнавания лица или его объективного изображения оперативный работник должен детально задокументировать этот факт (опросом лица, своим рапортом, справкой и др.) Такой доку-

1 З.Г.Самошина. Указ. работа. С.ЗО.

2 Быховский И.Е. Производство следственных действий. Л., 1984, с.35.

159

мент, как всякая оперативная информация, может быть использован при проведении иных следственных действий (допрос, очная ставка). Однако процессуального опознания, как очень весомого доказательства, следствие в этих случаях лишается. Поэтому более предпочтительным следует признать другой вариант. Будущий опознающий (потерпевший, свидетель) подробно опрашивается о признаках запомненного им субъекта. После чего сам оперативный работник просматривает массив подучетных лиц, определяя, кто из них наиболее схож с полученным описанием. Отобранные им лица будут предъявлены после возбуждения уголовного дела. Сузить круг лиц помогут как. доказательственные факты, так и оперативная информация.

При таком образе действий следствие способно получить весомое до- казательство причастности опознанного лица к преступлению, а само предъявление для опознания не будет вызывать сомнений в его достоверности.

Возможен и третий вариант, на который указывают ряд авторов. Смысл его заключаются в том, что предъявление фотоальбома проводится после возбуждения уголовного дела. В этом случае и допрос, и проведение опознания по фотоснимкам осуществляется в соответствии со статьями 164-166 УПК РСФСР. Допустимость опознания не только по фотоснимкам, но и по кинофильмам и видеозаписи признают многие криминалисты1.

Подводя итог вопросу о соотношении оперативного узнавания про- цессуального отождествления, следует еще раз подчеркнуть необходимость четкого разграничения этих действий путем реализации изложенных выше трех вариантов.

Мы никак не можем согласиться с утверждением уважаемых В.А. Снеткова и A.M. Зинина, когда они пишут: «Предъявление фотоальбома является оперативным мероприятием, поэтому оно оформляется также, как и

1 См., например: Эминов В.Е., Снетков В.А. Опознание по фотоснимкам, кинофильмам и рисункам на пред- варительном следствии. М., 1973. См. также: Гинзбург А.Я. и др. Указ. работа, с.29-30.

160

другие оперативно-розыскные мероприятия. Результаты опознания по фотоальбому доказательственного значения не имеют, в связи с чем при задержании подозреваемого человека он предъявляется для опознания в натуре, что происходит уже в рамках следственного действия»1.

Оперативное узнавание действительно не имеет доказательственного значения, но сам факт узнавания по фотоизображению имеет большое психологическое значение, как об этом уже говорилось выше.

Мы полагаем, что более правильно поступили составители рекомендаций следователям и оперативным работникам по применению фотоальбомов, которые отразили в этих рекомендациях следующие положения, имеющие непосредственное отношение к рассматриваемым вопросам2:

«4.3 Альбомы применяют только в тех случаях, когда очевидец, по- терпевший или другой гражданин заявляет, что может узнать разыскиваемое лицо.

4.5. Перед предъявлением альбома с очевидцем проводят беседу (если возбуждено уголовное дело - допрос), в ходе которой выясняют, в связи с каким событием, в каких условиях, столько времени очевидец наблюдал определенного (разыскиваемого) человека, каковы признаки его внешности и приметы, чтобы убедиться в целесообразности предъявления альбома и оценить достоверность проведенного опознания.

4.7. По возбужденным уголовным делам адьбом применяют с соблю- дением уголовно-процессуальных норм, регламентирующих проведение опознания (ст. ст. 164-166 УПК РСФСР).

Результаты опознания оформляются протоколом, к которому прилагают фототаблицу, содержащую репродукцию страницы альбома и снимка

1 Снетков В. А., Зинин А.М. Использование признаков внешности при установлении личности. М., 1976, с.23.

2 См. Рекомендации следователям и оперативным работникам // Применение фотоальбомов. Свердловск. 1979. Авторы - составили П.С.Кузнецов, Е.К.Лисянский, Д.А.Гительман, Ю.Н.Сутыркин. Науч. консультант А.М.Зинин.

161 опознанного лица в фас и справкой органа внутренних дел о фамилии, имени, отчестве и в годе рождения лица, зарегистрированного в альбоме.

4.8. При предъявлении фотоальбома до возбуждения уголовного дела в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий результат опознания излагают в письменном объяснении опознающего, которое подписывается и сотрудником, производившим предъявление альбома.

4.11. После установления человека по фотоальбому недопустимо про- водить вторичное опознание по другим фотографиям этого же лица или непосредственно путем предъявления личности».

Мы потому привели такую большую выдержку из рекомендаций, что она, по нашему мнению, может служить образцом для регламента подобных действий. Затронув проблему опознания по фотоснимкам и недопустимость последующего предъявления человека в натуре, нельзя не обратиться к практике предъявления для опознания трупов в случаях массовой гибели людей.

К сожалению, такая практика имеется и требует своего анализа. В ли- тературе приведены данные о проведении предъявления для опознания при массовой гибели людей в г.г. Фергана, Ош (межнациональные конфликты), в г.Новороссийске (затонувший теплоход «Адмирал Нахимов»), под г.Уфа (пожар двух железнодорожных составов в результате повреждения путепровода с горючей смесью)1 и др.

Как известно, трупы для опознания предъявляются в единственном числе. Однако при массовой гибели людей, когда одновременно имеется до 400- 500 и более трупов, предъявление их для опознания представляет извест-

1 См.: С&таев Б.А. Установление личности погибших в условиях чрезвычайной ситуации //Учеб.пособие, Алматы, 1997; его же: Установление личности трупа в чрезвычайных ситуациях, связанных с массовой ги- белью людей (автореф.дисс. канд. юр. наук М., 1993).

См. также: Громов А.П. (>дебно-медицинская идентификация личности и пострадавших при катастрофах и стихийных бедствиях // Журнал воешго-медицинский, 1990, №4, с. 17.

См.: Тучок Е.С., Чернов Н.В. Организация судебно-медицинского обеспечения ликвидации последствий ка- тастрофы на железной дороге в Башкирии // Актуальные вопросы медицины катастроф: Тезисы докладов Всероссийской научной конференции (22-23 мая 1990 г.). Уфа, 1990, с. 63-65.

162

ные сложности. В этой связи заслуживает анализа складывающаяся практика таких предъявлении для опознания. В Новороссийске каждый труп был сфотографирован и на базе фотографий были скомпонованы фотостенды (в Уфе -видеозапись трупов). Каждый прибывший для опознания допрашивался о признаках внешности, затем ему демонстрирования фотоальбом или фотостенд. После того как он указывал на лицо, о котором давал показания, труп этого человека доставлялся из хранилища в специальное помещение, приспособленное для предъявления трупа для опознания.

Наступал второй этап - человеку предъявляли труп в натуре и он ука- зывал, по каким признакам он его опознает. В законе подобное действие еще не регламентировано. В эпоху 60-х годов, когда принимался УК РСФСР, о подобных перспективах (массовой гибели людей) никто не задумывался. Остается анализировать складывающуюся практику как на предмет законности, так и на предмет психологической приемлемости. Мы полагаем, что здесь последовательное предъявление фотоизображений и трупа вполне допустимо с психологических позиций. Опознающий указал при допросе признаки, по которым он может опознать погибшего. Так как в качестве опознающих выступали, как правило, родные или родственники, то признаки внешности, излагаемые ими, были достаточны и в количественном и в качественном отношении, чтобы не сомневаться в целесообразности предъявления для- опознания трупа. Однако подвергать опознающих процедуре предъявления десятков трупов (с дифференциацией по полу, возрасту) было бы бесчеловечно и анти- гуманно. Поэтому предъявление фотографий носило промежуточный характер, позволяло выбрать из всего массива тот труп, признаки внешности которого были названы при допросе. Фотография в этих условиях не могла оказать какого-либо психологического воздействия1 на изменение мысленного

1 Говоря о психологическом воздействии, мы не имеем в виду случаи массовых обмороков, истерик и иных проявлений в стрессовых ситуациях подобных опознаний. Во всех случаях работали бригады врачей для оказания медицинской помощи опознающим и психологи для оказания психологической поддержки.

163

образа. Нам кажется, что подобные предъявления для опознания надо признать как двухэтапные и допустимые. С процессуальных позиций они также не вызывают критики, так как соблюдены все требования закона.

Описание внешности человека осуществляется следователем не только в условиях допроса, предшествующего опознанию. Описание внешности может иметь место и при других допросах, когда по результатах полученных сведений могут осуществляться по инициативе следователя розыскные мероприятия: рассылка отдельных поручений с целью розыска скрывающегося лица, организация засад, когда каждому участнику должны быть сообщены сведения о личности человека, которого ожидают в месте засады. Сведения о внешности следователь фиксирует и допрашивая граждан, знавших лицо, без вести пропавшее. Наконец, применение системы словесного портрета возможно и в процессе следственного освидетельствования. Следователю приходится обращаться к описанию внешности человека при осмотре трупа на месте происшествия.

Здесь важно подчеркнуть, что во всех подобных случаях объем и каче- ство информации о внешних признаках человека будут значительно различаться. Необходимо дифференцировать ситуации, когда следователь сам воспринимает внешний облик человека и фиксирует признаки его внешности (освидетельствование, осмотр трупа) и когда он воспринимает речевую информацию о признаках внешности человека от других лиц. В первом случае мысленный образ человека возникает в сознании самого следователя, во втором - он пользуется чужой информацией о признаках внешности. В первом случае многое в достоверности возникновения и передаче информации зависит от субъективных качеств следователя и от его владения методом словесного портрета и. его терминологией. В остальных: случаях следователь должен не только уметь «разговорить» носителя информации, но и провести сложную мыслительную работу, состоящую из ряда последовательных one-

164

рации с целью проверки достоверности получаемой информации, уяснения причин и условий её трансформации, определения возможных информационных потерь. При всем этом необходимо учитывать, что объем фиксируемой следователем информации во всех рассматриваемых вариантах будет различен.

При допросе с целью выяснения признаков внешности скрывшегося лица объем информации должен быть максимально возможным. На основе получения данных будут составляться розыскные задания, ориентировки, проверка по учетам, описания внешности для демонстрации в СМИ. Здесь нужна большая точность фиксации внешних признаков человека с после- дующим переводом из произвольной формы описания в упорядоченную (для работы профессионалов). Вместе с тем нужен и отбор из общей массы наиболее характерных признаков для направления с целью демонстрации в СМИ.

При допросе, предшествующем предъявлению для опознания, изла- гаемых признаков, может быть и немного, но они должны в своей совокупности выделять опознаваемого из общей массы. Главным здесь является выполнение требования закона о фиксации «Примет и особенностей», по которым будет опознан гражданин.

При освидетельствовании описание внешних, признаков носит изби- рательный характер: описание цвета и рисунка татуировки, описание особых примет (шрамов, родимых пятен и т.п.), скрытых обычно предметами одежды.

Значительно большее распространение метод словесного портрета по- лучил в оперативно-розыскной деятельности. И здесь на первое место необходимо поставить так называемые субъективные портреты.

В своем фундаментальном исследовании «Внешность человека в кри- миналистике» А.М.Зинин так определяет понятие субъективного портрета:

165

«Субъективный портрет - это изображение лица, фигуры человека, изготовленное в соответствии с представлениями очевидца о внешности изображаемого лица. Представление (мысленный образ), используемое для создания портрета, формируется в сознании очевидца обычно при наблюдении человека. Субъективный портрет может быть изготовлен самим носителем мысленного образа или по его показаниям - другими лицами, в том числе оперативными работниками, следователями, специалистами (криминалистом, художником)»1 .

Автор отмечает, что субъективные портреты используются в оперативной портретной идентификации, служат целям обнаружения лица, запе- чатленного на этом портрете. Судебным доказательством они не являются, так как не представляют собой фотографически точную фиксацию признаков внешности, а лишь приблизительную передачу образа в целом и некоторых его элементов. По этой же причине сходство лица с субъективным портретом подозреваемого не является достаточным основанием для осуществления в его отношении мер, ограничивающих свободу и иные конституционные права граждан»2.

Для правильного понимания гносеологической природы субъективных портретов и определения минимально допустимой степени их сходства с оригиналом небезынтересно проследить эволюцию отношения к ним в науке и практике.

В обозримом историческом периоде можно говорить о трех видах субъективных портретов: рисованных (выполненных путем рисования), фотокомпозиционных (составленных из фрагментов фотоизображений лица) и ри-совано-композиционных (составленных с использовавшем стандартных (эталонных) рисунков) элементов внешности. Не будем рассматривать всю

1 Зинин A.M. Внешность человека в криминалистике // Субъективные изображения. М., 1995, с. 16.

2 Зинин A.M. Указ. работа, с. 17.

166 историю развития этого направления в мировой криминалистической практике и у нас в стране, эта история полно и достаточно детально изложена во многих трудах создателей метода профессоров В.А.Снеткова и А.М.Зинина1. Отметим лишь основные вехи разработки и внедрения этого способа использования системы словесного .портрета, чтобы проследить поэтапное изменение взглядов теоретиков уголовного процесса и криминалистики на природу субъективного процесса.

Прием выполнения рисованных портретов существовал достаточно давно. В мировой практике в течение веков, в СССР - с довоенных времен2. По своей природе рисованный портрет представляет собой штрихованные или полутоновые рисунки лица, фигуры человека. Рисованные портреты изготавливаются, как правило, художниками, хотя в работах А.М.Зинина приводятся интересные данные об изготовлениях рисованных портретов самими очевидцами, не имевшими навыков рисования. Полагаем, что этими немногочисленными случаями можно пренебречь и с позиций психологии рассматривать наиболее типичную ситуацию - выполнение рисованного портрета художником. Для нас важно выделить здесь главное - трансформацию сведений о внешности. Первый ее видимый этап -воспроизведение образа в показаниях допрашиваемого. Второй - восприятие художником, преобразование её в его мыслимый образ, фиксация в рисунке. Третий - корректировка допрашиваемым зафиксированного в рисунке образа.

Таким, образом, можно говорить о многоэтапности переработки ин- формации при изготовлении рисованного портрета, на что обращал внимание И.М.Лузгин3. На первом этапе особенно важным (помимо уже подробно рассмотренных субъективных и объективных факторов формирования в памяти

1 См., например: Зинин А.М., Снетков В.А. Техника, тактика методика изготовления субъективных портре тов. Омск, 1983.

2 См. указанную работу, с. 11-12.

3 Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. М., 1981, с. 105.

167

мысленного образа) является воспроизведение допрашиваемым информации об образе человека, о котором он дает показания. Прежде всего должно быть достоверно установлено единое понимание (допрашиваемым, следователем и художником) определений и терминов, излагаемых допрашиваемым. Как отмечает А.А.Алексеев, «ошибки в показаниях относительно внешних признаков лица могут возникнуть вследствие того, что благодаря понятию, слову или представлению в образ воспринимаемого человека включается содержание, не данное непосредственно в акте восприятия. Это содержание может действительно существовать у лица, но может быть ему и не присуще»1.

Вторая опасность искажения информации возникает, когда допраши- ваемому показывают результаты работы художника, выполнившего портрет с его слов. На очевидца, плохо запомнившего внешность, шга просто внушаемого такой рисунок способен произвести определенное впечатление, подтолкнуть его к корректировке мысленного образа. Поэтому с психологических позиций представляется правильной такая практика, когда художником изготавливается несколько эскизов, как вариантов рисованного портрета. Это вполне естественно и оправданно как сложностями воспроизведения очевидцем мысленного образа, так и поисками художника, стремящегося правильно воспринять информацию и материализовать её в рисунке. В результате совместной корректировки (очевидцем и художником) этой материализованной информации должен быть создан окончательный вариант словесного портрета.

Таким образом, в рассмотренной схеме имеется три источника ин- формации о признаках внешности: очевидец, следователь и художник. Информация очевидца - первична, следователя и художника - вторична. Безусловно, главенствующей является информация очевидна, остальные источники выступают с функциями помощи, оживления памяти, восстановления ас-

1 Алексеев А. А. Психологические особенности показаний очевидцев. М.. 1972, с.65.

168

социативных связей. Влияние этих источников может быть достаточно велико, как положительное, так и отрицательное. Умело проводимый допрос об обстоятельствах восприятия образа, человека, о состоянии очевидца в тот момент и о других важных обстоятельствах способен во многом помочь и очевидцу, точнее - вспомнить и рассказать, и следователю - оценить достоверность показаний, такое же положительное воздействие способен оказать и художник, задавая уточняющие вопросы. Что касается отрицательного воздействия этих источников информации, то оно может выразиться в форме внушения как со стороны следователя, так и со стороны художника.

С учетом сказанного наиболее эффективными следует признать такие варианты, когда имеется возможность изготовить рисованные портреты со слов нескольких очевидцев, допрошенных порознь1. Это позволяет художнику и следователю по совокупности составленных портретов отработать окончательный рисунок, который будет служить целям розыска.

Определяя процессуальную природу рисованного портрета, было предложено расценивать его как часть протокола допроса и по аналогии с планами и схемами прилагать к протоколу допроса, снабдив подписями допрашиваемого, художника и следователя1. Так как протоколы следственных действий являются источниками доказательств, то из подобного утверждения авторов следует, что они считают рисованный субъективный портрет судебным доказательством. Много ранее это же мнение высказал П.П.Цветков, который придавал подобным портретам значение фотоснимков2.

Авторы «Теории судебных доказательств в советском уголовном про- цессе» практически встали на эту же точку зрения, отнеся рисованные портреты к «суммирующим» производным доказательствам как объект, модели-

См.: Гарбир В.П., Лукашевич В.Г., Перепелица А.Н., Топчиев В.П. Некоторые вопросы изготовления и ис- пользования субъективных рисованных портретов в следственной практике // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1988, вып.37, с.44. 2 Цветков П.П. Предъявление для опознания в советском уголовном процессе. Л., 1962, с.20-22.

169

рующий на основе устного или документированного описания свойства других объектов и «используемые при предъявлении для опознания, в ходе эксперимента, на допросе взамен последних»1.

Нам представляется: подобная точка зрения спорной. С формальной стороны приложение к протоколу - это его неотъемлемая часть, однако в качестве источника доказательств в ст. 68 УПК РСФСР указаны только протоколы следственных действий, но не приложения к ним. К тому же такое приложение к протоколу, как рисованный портрет, не может быть использовано ни для опознания, ни на последующих допросах иных лиц. Для предъявления для опознания рисованный портрет не годится, так как он недостоверен. Не следует забывать, что это субъективное творчество, а не объективная фиксация. Для использования при допросе другого лица он также не пригоден: методически - как недостоверное изображение, психологически - как изображение, способное воздействовать как внушающих фактор.

Вместе с тем в трактовке авторами «Теории» рисованного портрета, как суммирующего производного, доказательство есть и рациональное зерно. Отмечая особый характер производных доказательств, авторы подчеркивают главное - «получение его не в результате наблюдения или контакта с соответствующим событием (фактом, явлением), а из промежуточного источника, как бы «ретранслирующего» сигналы информации, поступавшие непосредственно от события2. Нам представляется очень правильным и ценным подчеркивание в механизме возникновения производных доказательств этого психологического момента переработки информации, оказывающем влияние на её объем и достоверность. Даже не соглашаясь с авторами по поводу отнесения ими рисованного портрета к судебным доказательствам, их тезис о промежу- точном источнике должен быть принят целиком. Интересна эволюция взгля-

! См. Виеберг А.М., Миньковский Г.М., Эйсман А.А. Классификация доказательств // Теория доказательств в советском угловном процессе. М. 1967г.., особенная - гл. 1-е. 14. ‘Тамже, с. 17.

170

дов И.М.Лузгина на рисованный портрет как доказательство. Первоначально он разделял позицию В Л .Снеткова и В.Е.Эминова1, к которой позже присоединился и А.М.Зинин2, что подобные модели не имеют силы доказательств, а выполняют ориентировочную функцию при розыске лица. Однако позднее И.М.Лузгин, по его собственному утверждению, пересмотрел свои взгляды3. Основанием для этого явились следующие построения автора: «Процесс доказывания сложен и многообразен. Он. сопряжен, не только с оценкой доказательств, но и с их поиском. Доказательственная функция композиционного портрета, состоит в том, что он обеспечивает поиск и установление одного из источников информации - подозреваемого. Следствию и суду не может быть безразлично, каким образом был установлен тот или иной источник доказательств. Оценка достоверности, относимости и допустимости источника включает его происхождение, доброкачественность методов установления и исследования»4(подчеркнуто нами - дисс).

При всей привлекательности и внешней логичности приведенного рассуждения согласиться с ним нельзя по следующим основаниям. Во- первых, субъективные портреты действительно служат целям поиска подозреваемого, но не его установления. Устанавливаться факт его причастности к преступлению будет иными способами: предъявлением для опознания, допросами и т.п. Что касается субъективных; портретов, то они, как уже отмечалось ранее, не могут быть использованы ни в качестве объектов опознания, ни для экспертного отождествления в силу своей недостоверности, о чем никогда нельзя забывать. Во-вторых, И.М.Лузгин говорит о достоверности, относимости и допустимости источников доказательств. Подобных требований к источнику доказательств закон не предъявляет. Эти требования предъявля-

1 См.: Эминов BE., Снетков В.А. Опознание по фотоснимкам, кинофильмам и рисункам на предваритель ном следствии. М., 1973, с.90, 94,

2 Снетков В. А., Зинин А.М. Техника, тактика и методика изготовления субъективньгх портретов, с.7.

3 Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений, с. 104.

4 Там же, с. 104.

171

ются к самому доказательству, но не к источнику. Если даже согласиться с И.М.Лузгиным и с этих, позиций рассматривать «доброкачественность методов» получения рисованного портрета, то при всей доброкачественности выполнения, т.е. рисования, мы не избавимся от главного его недостатка - вероятная (а не достоверная) природа его происхождения.

Нам представляется предпочтительной позиция Р.С.Белкина, когда он еще в 1978 г. отмечал: «Портреты, изготовленные художником или с помо- щью специальных технических средств, в ходе процедуры, не предусмотренной процессуальным законом (например, с помощью фоторобота, информационного комплекта рисунков и т.д.), являются средством фиксации не доказательственной, а ориентирующей информации»1.

Подобная позиция очень правильно учитывает гносеологическую сущность субъективных портретов, отраженную в их названии, - крайняя степень субъективности этого образа, в отличие от таких объективных средств фиксации, как фотосъемка, видеозапись, киносъемка. Не случайно, озаглавив свою работу «Опознание по фотоснимкам, кинофильмам и рисункам», В.Е.Эминов и В.А.Снетков рассматривают процессуальное предъявление для опознания фотоснимков и кинофильмов, а в отношении опознания по рисункам отмечают: «представляются необоснованными рекомендации о возможности предъявления этих портретов для опознания изображенных на. них лиц, проводимого в порядке следственного действия», и ранее: «полученные рисунки не имеют судебного доказательственного значения»2.

С какой стороны не подходить к решению этой проблемы, главным остается недостоверность субъективного портрета. Даже рассматривая его в чисто методическом плане, нельзя не считаться с теми требованиями, которые предъявляются к методам, как средствам фиксации в криминалистике:

Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. М, 1978, т.2, с. 127. 2 Эминов В.Е., Снетков В.А. Указ.работа, с.94-95.

172

возможность закрепления многообразных свойств, объектов, точность, быстрота, универсальность запечатления1.

И как бы предвидя будущую дискуссию и подводя ей итог, В.Е.Эминов и В. А .Снетков справедливо отмечают: «достоверный анализ видоизменений информации о внешности в субъективных портретах невозможен»2.

Здесь необходимо обратить внимание на еще одно рациональное тол- кование этой проблемы Р.С.Белкиным. Мы имеем в виду введение понятия моделирования применительно к различным способам и средствам фиксации информации3.

Представляется, что подход с позиций моделирования должен быть базисным, когда речь идет о субъективных портретах любого плана: рисованных, композиционных, а также полученных путем моделирования по костным останкам. Как известно, моделирование представляет собой перенос свойств какого-либо объекта (процесса, явления) на другой объект (модель) с целью изучения этих свойств4. Моделирование всегда предполагает упрощение оригинала в воспроизводимой модели. Воспроизведение полностью всех. свойств и качеств вплоть до полного тождества оригинала и модели т.н. изоморфизма в большинстве случаев оказывается невыполнимым или ненужным, при учете основной цели моделирования. Поэтому чаще прибегают к упрощенным моделям, ограничиваясь требованием гомоморфизма (сходства, относительного подобия, совпадения не всех свойств и признаков).

В соответствии с классификацией, предложенной М.Н.Хлынцовым в

‘См., например: Макаров И.В. Понятие, сущность и система методов фиксации в криминалистике // Труды ВШ МВД СССР. М, 1971, вып.31, с.85. 2 Указ. работа, с. 107. 3Белкин Р.С. Указ. работа, с. 107.

4 См. Б.С.Э. - ИЗД.-3, -т. 16. - с.399, а так же работы, посвященные моделированию в криминалистике и уго- ловном процессе: М.Н.Хлынцрв. Криминалистическая информация и моделирование при расследовании преступлений. Саратов. 1982; М.И.Лузгин. Моделирование при расследовании преступлений. М. 1981г. И др.работы.

173

отношении моделей в криминалистике, субъективные портреты могут быть отнесены к приближенным, ориентирующим, частным моделям личности преступника1, как модели, позволяющей зрительно восполнить определенные пространственные соотношения элементов и сопоставить их с оригиналом, проверить соответствие модели оригиналу.

С указанных позиций рассмотрим психологические аспекты модели- рования в форме композиционных портретов.

История становления и развития композиционных портретов в нашей стране неразрывно связанна с именами В.А.Снеткова, А.М.Зинина, И.Ф.Винниченко и других исследователей. Постановка дела композиционных портретов началась осуществляться с 60-х годов в разных республиках СССР, а с I960, г. централизовано на базе ВНИИ МВД СССР созданием идентификационного комплекта рисунков (ИКР)2, впоследствии модернизированного и дополненного (ИКР-2).

Как отмечают сами авторы, «строго говоря, комплекты называются идентификационными в значительной мере условно, так как непосредственно в ходе сравнения (т.е. идентификационном процессе) не используются»3.

Идентификационные комплекты, в зависимости от исходных данных, положенных в основу, могут состоять из наборов фотоизображении или рисунков лица человека и отдельных элементов лица. Авторы метода вводят понятие «портретно-информационная единица», позволяющее дифференцировать комплекты по их содержанию. В качестве портретно- информационных единиц взяты: фотопортрет конкретного лица, рисованный портрет типа лица, фрагмент фотоизображения лица, рисунок элемента лица.

С учетом таких портретно-идентификационных единиц В.А. Снетков и

1 Хлынцов М.Н. Указ. работа, с.24-25.

2 См.: Зинин A.M., Снетков В. А. Техника, тактика и методика изготовления субъективных портретов, с. 18 и далее.

3 Там же, с. 29.

174

A.M. Зинин предлагают различать следующие разновидности идентификационных комплектов1:

• наборы фотопортретов конкретных лиц; • • наборы рисованных портретов типов лиц; • • наборы фрагментов фотопортретов конкретных лиц; • • наборы рисунков элементов лица; • • наборы фотопортретов конкретных лиц и фрагментов этих же порт- ретов; • • наборы рисованных портретов типов лиц и рисунков элементов лиц. • Получаемый в результате использования ИКР (ИКР-2) композиционные портреты могут выполнять различные функции. П.С.Кузнецов различает три такие «функции: фиксирующую, поисковую и контрольную2.

Смысл функции фиксирующей автор видит в том, что при изготовлении субъективного портрета оживляются ассоциативные связи, у очевидца происходит идентификация зрительного образа, в результате создаются предпосылки для более полного и достоверного запечатления признаков внешности.

Поисковая функция, естественно, является основной при применении субъективных портретов.

Под контрольной функцией понимают возможность создания двух и более композиционных портретов (независимо один от другого) с участием различных, лиц и последующее сопоставление этих портретов между собой.

Для анализа психофизиологических процессов, связанных с проблемой композиционных портретов важны все три функции. Начать необходимо с изготовления композиционных портретов. .А.М.Зинин различает пять эта-

1 Указ. работа. С. 30.

2 Кузнецов П.С. Применение композиционных портретов для распознавания фактов сокрытия преступлений //Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия следов лрестугщений. М., 1987. с. 146.

175

пов такого изготовления.

I этап - Предварительное изучение мысленного образа путем анализа факторов возникновения, формирования и сохранения мысленного образа.

II этап - Создание условий изготовления субъективного портрета (фактически выяснения возможности воспроизведения мысленного образа и желание помочь сотрудникам ОВД). III IV этап - Предварительная актуализация мысленного образа. Эксперимент (свободный рассказ о внешности, установление антропологического типа, общих признаков. Предложение описать внешность сотрудника, который только что был в комнате). V IV этап - Техническая подготовка к изготовлению портрета (подбор материала, приведение в готовность аппаратуры).

V этап - Изготовление портрета (получение первого варианта портре та - отработка (корректировка) первого варианта, - его оценка - доработка под контролем очевидца - оценка портрета очевидцем).

Не касаясь технических деталей этого процесса, хотя они тоже имеют важное значение, в том числе и в психологическом плане, остановимся на главном1.

Главное заключается в том, что каждый из приведенных этапов создания композиционного портрета - это действия, базирующиеся на психических процессах. Мы много уже говорили ранее о процессе восприятия, запоминания, хранения образа и его извлечении. Здесь уместно коснуться только последней стадии - воспроизведения, осуществляемой в специфических услови-

1 Примером важного значения каждого действия в каждом этапе может служить рекомендация А.М.Зинина в отношении выделения элементов внешности, выявленных при беседе из общего массива изображений. «Нежелательно предлагать очевидцу самому отыскивать в большом массиве изображений подходящие, даже если этот процесс облегчен путем демонстрации изображений элементов лица на экране дисплея ПЭВМ. Только лица, владеющие методикой словесного портрета и имеющие опыт в её практическом использовании, в состоянии проделать эту работу самостоятельно. (Зинин А.М. Внешность человека в криминалистике, с.61). От себя добавим - такая демонстрация способна не только утомить очевидца, но и оказать на него внушающее воздействие.

176

ях технизации процесса запечатления информации об образе. В отличие от рисованного портрета здесь нет промежуточного звена (ретранслятора) переработки информации. Сведения, даваемые очевидцем, сразу материализуются с его участием и при его корректировке. Это важный момент, так как уменьшение узловых точек перекодировки информации - это уменьшение её потерь и искажения.

Основной психологической проблемой создания композиционных портретов является установление степени соответствия созданного портрета его оригиналу. В практическом плане это выражается в создании и совершенствовании таких методов работы, которые гарантировали бы максимальное приближение модели к оригиналу.

Учет всевозможных факторов, влияющих на восприятие человека че- ловеком практически едва ли возможен. К ранее упоминавшимся объективным факторам, приводимым А.А.Бодалевым1 (расстояние, освещение и т.п.), могут быть добавлены по крайней мере три группы факторов. Это факторы, относящиеся к характеристикам воспринимаемого лица; факторы, относящиеся к характеристикам воспринимающего лица, и факторы, относящиеся к механизму восприятия.

По мнению Л.И.Иванской, при работе с системой ИКР-2 возникает и четвертая группа факторов - характеристика специалиста, работающего на ИКР2. В этой связи автор обращает внимание на развитие психических процессов у эксперта, работающего с потерпевшим, на его способности наиболее полно воспринимать воздействующую на него информацию, строить подробный, детальный и яркий образ, длительно сохранять его во времени. От эксперта требуется хорошее знание закономерностей протекания психофизиологических процессов запечатления и воспроизведения образа, знание в облас-

1 Бодалев А.А. Восприятие человека человеком. Л., 1965.

2 Иванская Л.Н. Некоторые психологические закономерности протекания процесса идентификации лица при использовании ИКР // ИКР-2 в практике раскрытия гоестушгений. М., 1983, с.34.

177

ти антропологии, топографической анатомии, в том числе морфологии лица. Не случайно подготовке экспертов один из создателей ИКР А.М.Зинин уделил необходимое внимание в своей монографии. При этом он подчеркивает, что созданием композиционного портрета не должно заниматься случайное, неподготовленное лицо (оперативный работник, дежурный эксперт). У эксперта, специализирующегося в области составления композиционных портретов, должны быть выработаны определенные навыки и умения. Эти эксперты должны быть подготовлены должным образом в области криминалистической идентификации по признакам внешности. Они должны уметь свободно владеть техническими средствами комплектов ИКР (ИКР-2). Владеть тактическими приемами работы с различными категориями граждан. И, что самое главное, уметь воспроизвести облик по информации, выдаваемой допрашиваемым. При этом автор отмечает, что указанные способности, как свидетельствует экспертная практика, выше у тех экспертов, которые имеют изобразительные способности и подготовку в области рисунка1.

Решаемые для ИКР психологические проблемы исследуются с его же помощью. Так, по данным Л.Н.Иванской, эксперименты, проведенные с помощью ИКР, показали, что дифференциация людей по их способности достоверно воспроизводить воспринятую зрительную информацию, весьма значительна. Максимальная степень точности воспроизведения составила 95,9%, а минимальная - 30,5%. Таким образом, получается средняя степень точности, равная 61,17% (т.е. две трети). Однако наибольшее число испытуемых (29,8%) показало среднюю степень точности (от 60% до 70%). Число испытуемых, показавших: посредственные, плохие и очень плохие результаты, оказалось в два раза большим, чем число лиц, давших хорошие и очень хорошие результаты. Таких было только 10%, в то время как с плохими результатами 20%.

1 Зинин A.M. Внешность человека в криминалистике, с. 93 и д&чее.

178

Следует признать, что субъективные композиционные портреты зна- чительно более выигрывают в сравнении с рисованными. Преимущество этих портретов неоднократно подчеркивалось в литературе1, в том числе в анализе его практического использования2.

Подводя итог анализу этого очень перспективного, сразу нашедшего отражение в практике, метода, следует еще раз подчеркнуть не только его эффективность, но и психологическую продуманность его создания и использования. Думается, что из всех вариантов воспроизведения информации о признаках внешности он является наиболее безупречным.

Вместе с тем. было бы ошибочным считать, что в плане внедрения метода ИКР в практику, как и в плане совершенствования самого метода, сделано все возможное.

Так, А.М.Зинин в свое время отмечал, что несмотря на изготовление ежегодно десятков тысяч портретов с помощью ИКР-2, необходимо доби- ваться увеличения числа таких портретов. При этом обращалось внимание на. необходимость проведения работы по оценке достоверности исходной информации о признаках внешности, а при недостаче такой информации привлекать информацию не только о признаках лица, но и иных свойств человека. Особенно обращать внимание на изготовление субъективных портретов по серийным преступлениям. По результатам составления серийных портретов направлять рекомендации работникам уголовного розыска, как главным потребителям этой продукции3.

Говоря о необходимости составления субъективных портретов по се- рийным преступлениям, следует положительно оценить практику сопостав-

1 См., например: Овсянникова М.Н. Роль описания признаков внешности человека в изготовлении и приме нении субъективных портретов // ИКР-2 в практике раскрытия преступлений. М., 1983.

2 См., например: Выпуски ИКР-2 в практике раскрытия преступлений, 1978, 1981, 1983 и др.

3 См.: Зинин A.M. Об основных направлениях решения проблемы отождествления человека по признакам внешнего облика с использованием субъективных портретов // Экспертная практика. М, 1996, вып.40, с.75- 78.

179

ления таких портретов экспертом, специалистов в области идентификации личности по чертам внешности. Такое сравнение, проводимое на уровне исследования, конечно, не может быть названо экспертным с формальной точки зрения. Относительная достоверность субъективных портретов не позволяет причислить их к объектам судебно-экспертного исследования. Вместе с тем экспертное исследование этих объектов, осуществляемое в оперативных целях, способно дать большой положительный эффект, в особенности если будет установлено, что на нескольких портретах изображено, вероятно, одно и то же лицо.

Развитию системы создания субъективных портретов в значительной мере способствовало создание компьютерных систем (программ), предназна- ченных для составления субъективных портретов. Такие системы, как «ЭЛЛИ», «Фоторобот» версия 2.2 (сокращенно «ФГС-2»), «КРИС», система «Полипроектор», «Е- IT» и другие, обладают массой преимуществ по сравнению с ручной обработкой банка данных в системе ИКР1.

Эти системы ускоряют поиск необходимых элементов, позволяют менять масштаб изображения, ретушировать композиционные портреты, созда- вать временные «библиотеки» элементов и многое другое. При этом используется и возможность компьютерного редактирования при отсутствии необходимых элементов. В перспективе, по-видимому, можно ожидать положительные результаты, связанные с внедрением цифровой фотографии в систему создания субъективных портретов2.

Наряду с эффективным совершенствованием технической стороны создания субъективных портретов происходят и расширение их возможно-

1 См.: Зотов А.Б., Зудин СИ. О тестировании компьютерных программ для составления субъективных порт- ретов // Экспертная практика. М., 1996, №40, с.79-84.

гСм.: Зинин А.М. Теоретические и практические проблемы криминалистического установления личности по признакам внешности (дисс.на соиск. уч.ст. докт.юр. наук в виде науч. доклада). М., 1997, с.25-26; Дмитриев Е.Н. Проблемы применения цифровой фотографии при расследовании уголовных дел // Автореф. дасс. канд. юр. наук. М, 1998; Зотов А. Б. Современное состояние исследовательской фотографии // Информационный бюллетень. Академия управления МВД РФ, 1999, с.29-32.

180

стей в плане привлечения новых объектов реконструкции (моделирования). Мы имеем в виду восстановление облика погибшего на приборах системы ИКР.

В принципе восстановлению лица по черепу методом пластической реконструкции, автором которого у нас в стране считается профессор М.М.Герасимов, уделялось достаточное внимание в криминалистической литературе. Определяя этот процесс как один из способов моделирования, И.М.Лузгин сразу же подчеркивает: «Ни сам М.М.Герасимов, ни его последователи никогда и нигде не утверждали, что скульптурные портреты, созданные на основе костных останков, могут служить для целей отождествления прижизненного облика по черепу»1. По сути, это утверждение о том, что скульптурный портрет, восстановленный по черепу, не может служить для целей абсолютно верно. Однако М.М.Герасимов все же провел одну из реконструкции по уголовному делу, после чего последовало постановление Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда СССР фактически о недопустимости производства подобных исследований, как не экспертных. Это дело об исчезновении в 1940 г. гр. Косовой, проживавшей в Сталинградской области. Обнаруженный после её исчезновения череп был направлен в лабораторию пластической реконструкции Института материальной культуры к М.М.Герасимову и его сотрудникам. По черепу был восстановлен внешний облик, похожий на прижизненное изображение гр.Косовой. После чего М.М.Герасимову были представлены фотографии Косовой, которым он изменил прическу на скульптурном портрете и внес еще кое-какие коррективы. По делу был осужден гр. Б. Через некоторое время появилась живая и невредимая Косова, и дело было пересмотрено по вновь открывшимся обстоятель- ствам. В Постановлении Верховного Суда СССР отмечалось: «Восстановление лица по черепу может быть оценено только как искусство,

! Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений, с. 105-106.

181

как художественная работа, а не как «техническая экспертиза». Оно не является бесспорным доказательством, хотя в деле и оговорено, что проф. Герасимов пользовался присланными фотографиями только для «доделок», но значение всей проделанной восстановительной работы вообще снижается, если учесть, что в Институт материальной культуры был послан череп без нижней челюсти, в то время как он был обнаружен с двумя челюстями …»1.

По-видимому, только обстоятельства военного времени не позволили Верховному Суду дать более пространную и научную трактовку недопустимости производства таких экспертиз. Как уже отмечалось во 2- м параграфе 1-ой главы данной работы, достоверными в скульптурном портрете являются только те части лица, которые, обладая сравнительно тонким слоем мягких тканей, достаточно точно воспроизводят форму и размеры подлежащих частей черепа. Это свод головы, лоб, брови (форма, положение), костная часть носа, подбородок, область скуловых костей. Относительно достоверными являются: хрящевая часть носа, участки ветвей нижней челюсти. И абсолютно недостоверными являются ушные раковины, губы, щеки, морщины, волосы (прическа).

При такой комбинации разнородных признаков подобный объект не может выступать в качестве предмета экспертного исследования.

Однако несомненной заслугой отечественных судебных медиков и криминалистов является то, что они смогло, воспользоваться богатым эмпирическим материалом, накопленным М.М.Герасимовым, Г.В.Лебединской и другими сотрудниками его лаборатории, чтобы создать два эффективных направления использования черепа в целях установления личности погибшего.

Первое направление - отождествление личности по черепу методом совмещения фотоизображений черепа и прижизненного изображения челове-

1 См.: Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда СССР по делу Бояринцева от 18окт. 1941г.

182

ка. Это судебные медики Ю.М.Кубицкий1, С.А.Буров,
В.И.Петров, М.В.Кисин и другие.

Другим направлением явилось внедрение метода М.М.Герасимова в практику оперативной деятельности. Здесь несомненная заслуга В.А.Снеткова и М.В.Кисина и других сотрудников ВНИИ МВД СССР. Восстановление лица по черепу - это принципиально иной путь использования информации о признаках внешности. Здесь информация черпается из объективных данных, каковыми являются череп в целом и его отдельные элементы. Здесь в психологии переработки информации из одной формы в другую можно говорить о научной разработанности проблемы, квалификации эксперта, пригодности черепа для исследования и реконструкции, его стандартности или индивидуальности, технической стороне реализации метода.

К тому же после создания скульптурного портрета и оперативного ус- тановления сходства лица с моделью проводится подлинная идентификация личности о использованием дополнительных материалов (анкетные данные, антропометрические прижизненные измерения, прижизненные фотографии, сведения о зубном аппарате и т.д.).

С.С.Самищенко, говоря о реконструкции лица по черепу, уделяет большое внимание медико-криминалистической информации, извлекаемой экспертом при исследовании черепа и материалов дела. Он, в частности, пишет: «реконструкция - лишь информационная модель образа погибшего человека. Модель же, хотя и приближена в той или иной степени к реальному явлению, предмету, но все же в сравнении с ним информативно более ограничена. Сложившийся; (у эксперта) мысленный образ обладает вариабельностью некоторых элементов, а реконструкция лица погибшего однозначна, в силу чего она несет меньше сведений о внешности погибшего, чем их можно

1 См.: Кубицкий Ю.М. Отождествление личности неопознанного трупа по черепу // Советская криминшга- стика на службе следствия. М., 1957, вып.9, с.147-149; его же: Отождествление личности погибшего по ко- стным останкам. М., 1958. Подробнее об этом методе в §2 гл.Ш дисс.

183

почерпнуть из основы - черепа. Да и техника выполнения изображения не совсем совершенна, что также уменьшает информативность реконструкции1.

Мы совершенно солидарны с позицией С.С.Самищенко о большем объеме информации об образе погибшего у эксперта, чем то, что удастся воссоздать при пластической реконструкции.

Последующие исследования, направленные на технизацию процесса реконструкции, позволили применять ИКР-2, а также компьютерную графи-

чЛ

В первом случае череп, сфотографированный анфас в масштабе рисо- ванных элементов лица (чуть меньше их, с учетом «мягких» тканей), дополнялся рисунками этих элементов, с ориентацией на корреляционную зависи-мость тканей и костной основы черепа . В результате получался рисованно-композиционный портрет, который может быть использован в целях розыска.

Говоря об использовании метода словесного портрета в оперативно- розыскной деятельности, следует остановиться на документах, составляющих основу различных видов учетов (оперативно-справочный, криминалистический и др.).

В контексте работы наибольший интерес представляют те виды учетов, где применяется метод словесного портрета. Наиболее полной в данном отношении является опознавательная карта единого образца на все учетные категории: без вести пропавший, неопознанный труп, разыскиваемый преступник, неизвестный больной, неизвестный ребёнок.

Опознавательная карта составляется оперативным работником, в про-

1 Самищенко С.С. О некоторых особенностях получения и передачи и использования розыскной медико- криминалистической информации // “Вопросы теории криминалистики и экспертно-криминалистические проблемы. М., 1987, с.88.

2 См.: Гл III, §2.

3 См.: Федосюткин Б.А., Дубягин Ю.П., Кузин В.М. Особенности методики получения композиционно- рисованного портрета погибшего по черепу на приборах типа ИКР-2 // ИКР-2 в практике раскрытия престу плений. М., 1981, с.55-59.

184

изводстве которого находится розыскное дело. На неопознанный труп и неизвестного больного одновременно составляется дактокарта в двух экземплярах. Один экземпляр опознавательной карты и дактокарты направляются в территориальный Щ МВД, ГУВД, УВД, а второй - в ГИЦ МВД РФ1.

На лицевой стороне карты указываются: фамилия, имя, отчество, дата рождения, возраст, рост, расовый тип, национальность, размер головного убора (окружность головы), размер обуви (длина стопы), приметы (вид, название, № области человеческого тела (по схеме); состояние зубного аппарата.

На оборотной стороне приведены позиции характеристик элементов лица: форма лица, волосы, усы, борода, брови, нос, губы, подбородок, ушные раковины, глаза;, особенности голоса и речи.

Ознакомление с признаками этих элементов, приведенных: в графах:, свидетельствует о том, что признаки взяты в минимальном количестве. Полученное описание способно дать некоторое представление об опорных (но не всех) признаках лица. Составить мысленный образ по такому описанию достаточно сложно.

Если сопоставить описание внешности в пособии. В.А.Снеткова, A.M. Зинина и др. с описанием единой опознавательной карты, то в ней будет едва ли 1/20 признаков от общего их количества в пособии. Нет описания формы головы, затылка, указаны не все формы лица, не упоминается лоб и его характеристики, переносица. В отношении носа указаны: форма спинки и положение основания. Ничего нет о выступании, ширине, длине спинки носа, размере носа. (Напомним, что нос весьма выразительный и запоминающийся элемент лица). Не приведена характеристика рта в целом (только губы). Нет о форме подбородка, нет о форме ушной раковины, её величине, положении и прочее. Можно было бы и далее перечислять, чего нет в этом описании, но и

1 См.: Скорченко П.Т. Криминалистика / Учебное пособие. М, 1999, с. 101.

185

сказанного вполне достаточно, чтобы высказать недоумение по поводу такого описания. Оно не использует все возможности словесного портрета и не дает представления в целом об образе лица. На этом фоне более чем странным выглядят сведения об одежде человека, и по содержанию, и по детализации это описание подробнее и детальнее предыдущего. В то время как одежда может быть заменена (снята, украдена, отнята), а признаки внешности остаются относительно неизменными.

В целом же, говоря о составлении учетных документов (алфавитная карточка формы 1 на осужденного (арестованного), дактилоскопическая карта, информационно-розыскная карта1, - все они составляются в точном соответствии с теми элементами и описаниями признаков внешности, которые запрограммированы в них. Если учесть, что составление учетных документов возлагается на следственные изоляторы, изоляторы временного содержания и тюрьмы, выполняющие функции СИЗО, исправительно-трудовые учреждения и спецкомендатуры, следователей органов внутренних дел, службы безопасности и прокуратуры, то становится очевидным, какой значительный массив лиц должен обладать свободным владением методом словесного портрета. Тот факт, что в практическом применении словесный портрет дается в значительно «усеченном» варианте, не должен влиять на необходимость его изучения в оптимальном объеме. Составление его при изучении человека как объ- екта регистрации позволяет использовать свои знания для более правильных характеристик.

В прилагаемых работе образцах (см. Приложения) имеется методическое указание «Полный словесный портрет» (с иллюстрациями) как прило- жение к АСК. Наличие подобных рекомендаций несомненно облегчает работу по составлению словесного портрета.

1 Вторая категория документов - корректирующая: извещение о движении осужденного (арестованного), уведомление о помиловании, извещение о прекращении розыска, розыскная карточка, сообщение о снятии с центратизованного учета и т.п. сведений о словесном портрете на содержат.

186

Вместе с тем нельзя не отметить расхождения в характеристиках этих рекомендаций и упомянутой ранее опознавательной карты. Еще больше неточностей можно обнаружить в «Инструкции для составления словесного портрета», утвержденной начальником НАО КМ УВД ЮНО. Обращает на себя внимание сам факт создания подобных Инструкций по административным округам, а не централизованно (см. Приложения).

При воспроизведении признаков внешности со слов владение словесным портретом еще более необходимо, позволяя правильно понимать источ- ник информации и грамотно ставить уточняющие вопросы.

Особенно, конечно, важно владение словесным портретом при выпол- нении таких оперативно-розыскных мероприятий, как наблюдение и личный сыск, Принимая эти действия за достаточно широко распространенные в оперативно-розыскной деятельности, следует придти к выводу о том, что владение методом словесного портрета является обязательным для каждого оперативного работника. Отсюда настоятельная необходимость создания такой системы обучения и регулярной тренировки, чтобы данные словесного портрета всегда были в памяти оперативного работника, а составление словесного портрета или узнавание на его основе не вызывало у него ни психологического напряжения, ни раздражения, как результат не владения этим методом.

Завершая изложение данного параграфа необходимо подчеркнуть, что словесный портрет как метод индивидуализации человека достаточно разработан в настоящее время стараниями отечественных криминалистов. Определены самые различные формы его реализации в практике расследования и раскрытия преступлений. Однако, наряду с этим, метод словесного портрета еще не достаточно эффективно используется в борьбе с преступностью. Причина по-видимому заключается в’ недостаточной подготовке практических работников, недооценивающих значение данного метода.

187

§ 2. Судебно-портретная экспертиза (СПЭ)

Судебно-портретная экспертиза (отождествление личности по признакам внешности) является одной из самых сложных экспертиз, что признавали как криминалисты (В.А.Снетков, А.М.Зинин и др.), так и судебные медики (Ю.М.Кубицкий, В.И.Петров и д.р.). Сложность этой экспертизы определяется как самой её природой, так и целым комплексом факторов. Под природой в данном случае мы понимаем пограничную область такой экспертизы: её биологическую, антропологическую, анатомическую и краниологическую1 основу. Необходимость для эксперта владеть комплексом знаний из указанных наук. Вместе с тем основой экспертизы является и криминалистическое учение о признаках внешности человека - (габитоскопия или габитология), теория криминалистической идентификации, методы и методики, разработанные криминалистами. Никто кроме криминалистом, в особенности криминалистов системы органов внутренних дел (ВНИИ МВД СССР - ЭКЦ МВД РФ), не внес такого существенного вклада, как они. Разработка приемов и методов классической портретной экспертизы, основанной на визуальном сравнении, и некоторых приемов сопоставления является заслугой криминалистов (А.А. Гусев, В.А. Снетков, А.М.Зинин, И.Ф.Виниченко и др.). Первые попытки и последующие внедрения методов математической обработки в судебную экспертизу также принадлежат криминалистам (А.П.Краснов, З.И.Кирсанов, П.Г.Орлов и др.).

Использование методов проективной геометрии в судебно-портретной экспертизе (Н.С.Полевой, Г.Б.Хасин, Р.Э.Эльбур и др.), а также его модификации на базе компьютерной техники (Б.Г.Белоглазов, О.П.Коровянский, Б.А.Федосюткин, С.С .Абрамов) осуществлялось совместными трудами криминалистов и судебных медиков.

1 Краниология - изучение строения черепа.

188

К комплексной природе судебно-портретной экспертизы следует добавить сложности, проистекающие из биологической природы человека, как объекта экспертного исследования, так и сложности, обусловленные закономерностями пространственного (объемного) восприятия и фиксации объекта (в данном случае головы) визуально и различными техническими способами (оптическими, механическими, математическими и др.).

Если суммировать только часть всех этих сложностей (а все, по- видимому, охватить едва ли возможно), то мы получим: возрастные изменения лица человека, влияние перенесенных заболеваний, его состояние в момент фиксации, способ фиксации (фото, кино, видеосъемка, рентгенографи-рование), положение фотографируемого (фиксируемого) человека, угол и дистанция съемки, принцип запечатления оптических лучей, свойства использованной оптики, освещение объекта, свойства используемых для фиксации материалов, наличие естественных или искусственных изменений носителя изображения и т.п.

Совокупность всех тех факторов, которые были приведены выше, и многих других, которые порой нельзя никак учесть, и делают судебно- портретную экспертизу одной из самых сложных криминалистических (а иногда комплексных криминалистических и судебно-медицинских) экспертиз. В.А.Снетков в одной из своих работ высказал весьма симптоматичное замечание: «Достоверный анализ видоизменений информации о внешности в субъективных портретах невозможен»1. Нам представляется, что достоверное (абсолютно достоверное) представление о видоизменении информации о внешних признаках лица, вообще невозможно. Эксперту приходится довольствоваться относительными сведениями о трансформировании этой информации.

1 Снетков В. А. Использование составных и рисованных портретов с целью розыска преступников // Опознание по фотоснимкам, кинофильмам и рисункам на предварительном следствии - r.i.IV, с.95.

189

С учетом этого попробуем несколько по-новому взглянуть на самую сущность судебно-портретной экспертизы - использование метода словесного портрета и его анатомо-краниологической основы в установлении факта тождества личности. Если все криминалистические экспертизы принять за класс, а судебно-портретную за один из родов этого класса, то виды её будут определяться характером изучаемых объектов.

Так, В.А.Снетков, подчеркивая, что носителями информации в этой экспертизе могут быть только объективные отображения, делит ее на два вида: экспертное отождествление личности с использованием фотокарточек и комплексные её виды (идентификация по костным остаткам, по слепку с лица, рентгеноснимку)1.

А.А.Гусев и Н.С.Полевой говорят об отождествлении по фотоснимкам, кинолентам, рентгеноснимкам, слепкам, пластическим реконструкциям, голограмм2.

А.С.Кравчинская делит экспертизу на виды несколько по-иному при- знаку: фотопортреты живых лиц, изображение трупа и живого лица, экспертиза посмертной маски трупа неизвестного человека и прижизненное изображение без вести пропавшего3.

Ю.Г.Корухов выделяет следующие виды СПЭ:

1) отождествление неопознанного трупа по фотоизображениям; 2) 3) экспертиза черепа трупа и прижизненных (фото-кино-видео-) изо- бражении пропавшего лица; 4) 5) экспертиза посмертной маски трупа неизвестного человека и при- жизненного изображения пропавшего человека4. 6) 1 Снетков Габитоскопия, с. 107.

2 Гусев В.А., Полевой Н.С. Судебно-портретная экспертиза // Назначение и производство криминалистиче ских экспертиз. М., 1976, с. 166-167.

3 Кравчинская А.С. Судебно-портретная экспертиза // Назначение и производство судебных экспертиз. М., 1988, с. 127-130.

4 Корухов Ю.Г. Судебно-портретная экспертиза // Современные возможности судебных экспертиз. М., 2000, с. 81-86.

190

Существуют и иные варианты классификаций, но они мало чем отли- чаются от приведенных.

Для дальнейшего изложения материала о судебно-портретной экспертизе, её методологических и психологических аспектах нам потребуется анализ комплексного сочетания объекта исследования и применяемого метода. При таком подходе, как нам представляется, можно проследить степень субъективного в этой экспертизе, роль эксперта в отборе исследуемых и сопоставляемых признаков, в решении вопроса о степени трансформирования информации о внешности, в оценке полученных результатов.

Начнем с утверждения о том, что в основе всех методов судебно- портретной экспертизы лежит метод словесного портрета: и как система описаний, и как отражение им его анатомо-краниологической основы.

В наибольшей мере это проявляется в классической судебно-портретной экспертизе, когда эксперт сопоставляет два (и более) прижизненных изображения лица с целью его отождествления. Применительно к классике речь должна идти о фотоизображениях лиц. Прежде всего о круге знаний, которыми должен обладать эксперт: это данные науки криминалистики, знание анатомии, антропологии, краниологии в объеме, обеспечивающем выделение, анализ и оценку признаков внешности, используемых для отождествления, сведения из области фотографии, проективной геометрии (определение положения головы в пространстве). Однако именно в этом виде исследований в наибольшей мере сказываются владение экспертом методом словесного портрета в самом глубоком значении.

Начнем с осмотра и предварительного исследования объектов, посту- пивших на экспертизу, - фотоизображений живых лиц. Уже в этой стадии, отправляясь от главного - признаков внешности, запечатленной на фотоснимках, предстоит установить такие факторы, как: происхождение фотоснимков, условия фотосъемки, качество фотоизображении, сопоставимость исследуе-

191

мых фотоизображений, возможность получения дополнительной информации. Для решения некоторых из этих вопросов потребуются знания обстоятельств дела: когда, при каких условиях были изготовлены фотоснимки, с чем могли быть связаны изменения лица в период между фотозапечатлением его внешности (возрастные изменения, болезни и т.п.).

Основные обстоятельства, требующие учета при производстве экспер- тизы, предстоит устанавливать эксперту самостоятельно: прежде всего качество фотоизображения, степень резкости снимка, четкость проработки деталей, контрастность изображения. Известно, что резкость и контраст обеспечивают проработку деталей, значительно отличающихся по оптической плотности от других. Однако за счет контраста исчезают многие полутона. Контраст может быть получен за счет неправильного освещения или (и) контрастных материалов (негативных, позитивных), контрастно-работающего проявителя. Со всем этим предстоит разобраться эксперту, когда ему придется решать вопрос о том, почему на контрастном снимке не просматривается тот или иной признак: потому что он оказался не зафиксирован в силу повышенного контраста или он отсутствовал в натуре. Зернистость изображения также способна или стушевать элемент, изменить представление о его размерах или форме за счет «деления» его на зерна, или создать явление артефакта.

Особое внимание должно быть обращено на наличие или отсутствие ретуши на фотоснимке. Ю.Г.Корухов отрицательно относится к исследованию фотоснимков, подвергшихся ретуши1. З.А .Снетков не только допускает их исследование, но и приводит способ распознавания и удаления ретуши2.

Немалую роль может играть и состояние фотоснимков: потертости, складки, трещины и участки удаления эмульсионного слоя. Подобные дефекты могут создать такое искажение информации о годности, которое сделает

1 Корухов Ю.Г. Указ.работа, с.82.

2 Снетков В.А. Габитоскопия, с.151-154.

192

невозможным исследование или существенно его затруднит. Из числа снимков эксперт отбирает наиболее пригодные, в том числе наиболее полно, без искажений передающие информацию о признаках внешности. Предпочтение отдается (по убывающей) фотоснимкам, выполненным по правилам сигнале-тической фотосъемки, для документов, любительским, художественным любительским, художественным профессиональным.

Следующий очень ответственный этап - это определение условий фо- тографирования, которые значительно могут влиять на степень точности передачи признаков и, следовательно, на достоверность суждения эксперта о наличии, отсутствии или характеристики признака. Под условиями фотографирования мы понимаем: вид и направленность освещения, поза человека и положение головы (наклонена, запрокинута, повернута), ракурс фотосъемки, удаленность фотоаппарата от объекта съемки, положение лица на снимке (в центре кадра, с краю и т.п.). В. зависимости от особенностей той или иной ситуации возможно решение и иных вопросов: наличие и интенсивность косметики, грима, искусственное изменение внешности и т.п. И, как результат, -решение вопроса о сопоставимости снимков.

Таким образом, необходимо признать, что уже первый этап экспертизы, являющийся осмотром и предварительным исследованием, - это и в мето- дическом, и в психологическом плане очень трудоемкое, многоаспектное исследование, требующее от эксперта мобилизации всех его знаний в самих различных областях, упоминавшихся ранее. Еще важнее подчеркнуть, что ошибки, допущенные или пропущенные в этой стадии, способны привести к ошибочным выводам позже: игнорирование- особенностей освещения, исказившего отображение признаков внешности; положения головы, повлиявшего на передачу размеров частей лица, и т.п.

Для последующего исследования могут быть получены ретэодукции с исследуемых фотоизображений, с их увеличением, с доведением до одного

193

размера и т.п.

В следующей за этим стадии традиционного экспертного идентифика- ционного исследования - раздельной стадии - начинается реальная оценка признаков внешности (главным образом головы - лица) во всем возможным параметрам словесного портрета: величина, форма, положение, цвет (на цветном изображении).

В этом плане весьма характерным является то, как в криминалистической литературе излагаются приемы установления приведенных выше харак- теристик. Каждый такой прием сопровождается предостережениями, уточнениями, осторожностью в выводах, призванных предостеречь от ошибок исследователя, подчеркнуть относительность знаний, определить если не всевозможные, то хотя бы основные сбивающие факторы, способные привести к ошибке. Так, говоря об определении величины (размера) элемента внешности по фотоснимку, В.А.Снетков отмечает: «измеряться должны расстояния между отчётливо просматриваемыми точками, чтобы исключалась возможность получения разных результатов при многократных (подчеркнуто нами - дисс.) измерениях». «Степень точности измерений должна находиться в соответствии со степенями резкости, зернистости, контрастности изображения, оказывающими значительное влияние на точность определения границ и точек элементов внешности»1. И так далее, детально излагая все особенности, которые должны учитываться при определении размерных соотношений частей лица по фотоснимку.

А.Ю.Пересункин и другие обращают внимание на изменение на фото- изображении соотношений частей лица (головы) в связи с ее положением при фотографировании (наклонена вперед, запрокинута назад и т.п.). Они же предостерегают от того, чтобы сопоставлять расстояние (между частями лица), уходящими в перспективу (например от точки носа до точки уха). Обращают

1 Снетков В.А. Габитоскопия, с. 124.

194

внимание на необходимость сопоставлять между собой расстояния, лежащие в одной фронтальной плоскости1.

При анализе формы элементов лица по фотоизображению В.А.Снетков и другие исследователи предлагают учитывать влияние светотеней не изображение внешних признаков. При изучении контуров того или иного элемента, определения четкой границы этого контура и т.д.

Одним словом, максимальное внимание обращено на возможности объективных искажений и субъективного восприятия и корректировки этих возможных искажений.

Однако все вышеотмеченное лежит в области распознавания. Главным же является изучение и оценка «очищенных» от помех признаков внешности человека. В рассматриваемом нами случае она доведена до максимума. Мы имеем в виду отсутствие каких-либо технических и инструментальных средств. Только раздельное и сравнительное исследование на базе словесного портрета и его научных основ. Здесь все подчинено единой цели - выделить достоверные признаки (существенные, относительно неизменные), сопоставить их с аналогичными, установить степень тождества, объяснить неизбежные различия. Нам представляется, что такое исследование и в психологическом, и в методологическом плане является высшей формой применения словесного портрета в расследовании и раскрытии преступлений. Здесь все зависит от квалификации, опыта и наблюдательности эксперта. Только его умение видеть, различать и сопоставлять на основе глубоких профессиональных знаний словесного портрета может обеспечить успех экспертизы (при наличии доброкачественных объектов исследования). При этом надлежащие знания эксперта и его психологическая установка в плане целеполагания позволяют преодолеть все трудности, связанные с установлением степени, устой-

1 Пересункин А.Ю., Пархомовский Я.Л., Снетков В.А. Отождествление личности по внешним признакам // Криминалистическая экспертиза. М. 1967 - вып.У.

195

чивости каждого из отобранных им элементов внешности, частотой встре- чаемости. признаков элемента внешности, степени выраженности, опреде- лить некоторые аномалии, случайные признаки, признаки приобретенные и т.п.

По нашему мнению, именно такого рода сопоставление является основой выводов эксперта, и не просто основой, выводов, но и содержанием всего исследования. Оно и первооснова, и процесс, и база выводов, их аргу- ментация и доказательственная база. Все остальное призвано либо повысить демонстративность выводов для неспециалистов, либо облегчить труд эксперта по аргументации имеющихся совпадений или различий путем привлечения инструментальных методов.

Мы имеем в виду такие прежде всего приемы, как сопоставление, со- вмещение, наложение. Все эти приемы являются в большей степени наглядной демонстрацией- выводов эксперта, нежели приемом исследования. И сопоставление двух фотографий с показом стрелками и одноименными цифрами совпадающих признаков, и совмещение фрагментов фотоизображений по общим линиям, контурам, элементам, и наложение одного изображения на другое (два прозрачных, один прозрачный на непрозрачный.) -это все может, конечно, считаться элементов исследования. Однако если эксперт не придет путем зрительного сопоставления и анализа воспринятого к выводу о тождестве, ни один из демонстрационных методов не сможет его убедить. И наобо- рот, найдя достаточное количество совпадающих признаков, эксперт сможет продемонстрировать это в подтверждение вывода о тождестве (различии), к которому он пришел, и себе и другим адресатом доказывания.

Выводы, делаемые экспертом по результатам проведения исследования в рамках судебно-портретной экспертизы, могут быть как положительными (категорическими и вероятными), так и отрицательными (категорическими и вероятными).

196

Положительные категорические выводы требуют , для своего обоснования наличия индивидуальной совокупности частных признаков и совпадения этих совокупностей (полученных по каждому фотоизображению) между собой.

Положительный вероятный вывод может возникнуть в силу ряда причин: сомнение в достоверности передачи признака на фотографии, значи- тельные возрастные изменения, приблизительное количественное равенство совпадающих признаков и признаков различающихся. Примерно по такой же схеме иногда эксперт приходит к предположительному отрицательному выводу. Здесь тоже мотивами могут быть недостоверность информации о признаке, равное количество совпадений и различий. Отличие от ситуации дачи вероятного положительного заключается в том, что при количественном и качественном паритете как совпадающих, так и различавшихся признаков, по весомости своей превалируют различающееся признаки.

Категорический отрицательный вывод делает эксперт при несовпадении на уровне общих, групповых признаков.

Возможно и-, заключение по форме «НПВ» - не представляется воз- можным придти к выводу. Это бывает как правило, из-за не качественности фотоизображений и невозможности расширить круг исследуемых объектов.

При экспертном исследовании фотоизображения живого лица и фото- изображения трупа возникают сложности, определяемые посмертными изменениями лица. Так, понижение тургора глазных яблок и мышц лица приводит к западанию глаз в глазницах, увеличению выступания носа, «опадания» мышц лица. При последующем гниении кожа лица разглаживается и приподнимается под влиянием газов, накапливающихся в жировой ткани. Лицо увеличивается в размерах, глазные щели уменьшаются. Черты лица изменяются весьма существенно. Еще более значитель”ны изменения признаков внешности на трупе в случаях мумификации или мацерации. От, эксперта требуются

197

знания природы и степени изменений, умения внести корректировки с учетом этих изменений, а главное - умение отказаться от дачи заключения в случае невозможности преодолеть возникающие в сложных случаях закономерные сомнения.

Как словесное изложение процесса и результатов сравнения признаков внешности, так и демонстрация имеющихся совпадений приемами сопоставления, совмещения, наложения - это все в чистом виде субъективное восприятие и субъективная оценка. Учитывая уязвимость с методологической и психологической позиций подобного содержания исследования, эксперты стремятся внести элементы объективизации.

Сначала с этой целью были введены несложные системы линейных и угловых измерений, для этого на двух сопоставляемых фотоснимках, доведенных до одного размера, соединялись линиями одноименные, хорошо различимые на обоих снимках точки. Для изображения в фас выделялось 14 таких точек, для профильных - 12. Измерения велись сначала простейшими инструментами (циркуль, линейка, транспортир), затем все более и более сложными инструментальными методами1. Значительного совершенства данный метод достиг по мере как модификации и повышения точности замеров2, так и благодаря научному обоснованию математической обработке результатов . Это уже была не только и не столько иллюстрация, а весомая часть методики исследования. Она, не только демонстрировала объективные представления о совпадении признаков, но и помогала эксперту придти к внутреннему убеждению о тождестве. Иначе говоря, введение т.н. измерительных методов означало некоторую объективизацию выводов эксперта за счет перехода от качественных к количественным оценкам и определенную, весьма существенную психологическую поддержку эксперта.

1 См., напр.: Гусев А.А., Полевой Н.С. Судебно-портретная экспертиза, с.171.

2 См.: Завизист Н.В. Угловые замеры анатомических признаков лица человека в портретно- криминалистической экспертизе //Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1969,вып.6.

198

Особое внимание должно быть уделено математизации портретного исследования путем привлечения вероятностно-статистического метода. Эти методы основаны на использовании показателей, отражающих частоту встречаемости признаков, их взаимную зависимость и статистическое распределение. На фотоснимках, представленных для исследования и сравнения, проводят оси координат, наносят по 20-25 антропометрических (анатомо-топографических) точек и измеряют расстояния между ними. Затем определяют отношение величин проекции одних частей лица к другим, после чего вычисляют случайные ошибки измерения. По специальным таблицам определяют идентификационное значение совпадающих относительных размеров и после этого оценивают взаимозависимость признаков и идентификационную значимость совокупности выделенных признаков. Если суммарная информация достаточно надежна, то делается вывод о тождестве. Казалось бы, что применение метода, основанного на теории вероятностей, дозволит ре- шить все проблемы, как это случалось в иных областях науки. Однако этого не произошло. Метод работал лишь для ограниченного исчисленного множества, и даже в этих случаях получаемые результаты не могли служить единственным основанием для положительного вывода о тождестве. Как отмечает В.А.Снетков, «расчеты частоты встречаемости совпадающих вариантов признаков, как показывает опыт их использования в экспертизе, вполне приемлемы в качестве предварительной количественной прикидки идентификационной значимости комплекса совпадающих признаков. Однако сами по себе без качественного анализа признаков они недостаточны для вывода о тожде- стве. Всякие вероятностные расчеты полностью отражают только массовые явления, в то время как эксперты, устанавливая тождество, встречаются с единичным экспериментом, вероятностью одного события, а на такое событие закономерности массовых явлений распространить нельзя»1. Подобной

1 Снектов В.А. Габитоскопия. с. 113.

199

точки зрения о возможностях использования вероятностно-статистических методов в экспертизе придерживаются Г.Л.Грановский1 и Л.Г.Эджубов2.

Иными словами, основой экспертизы оставалось качественная оценка признаков внешности, составляющих основу словесного портрета.

Следующих этапом в стремлении объективизировать идентификационное исследование признаков внешности было применение методов проек- тивной геометрии, создание графических идентификационных алгоритмов (ГИА).

Лицо (голова) человека является одним из видов геометрических про- странственных структур. Изображенное на фотоснимке по законам оптики, оно поддается обработке по принципу центрального проектирования. Метод заключается в осуществлении определенного порядка графических построений на основе системы точек. За исходные, принимаются точки, соответствующие внешним и внутренним углам глаз, углам рта, переносица, основание носа. Выделенные точки ориентированы в системе координат и служат основой для дальнейших построений. Суть метода заключается в изучении перспективного соответствия (несоответствия) сравниваемых систем точек одного и второго объекта. Перспективное соответствие систем точек одного и другого объекта указывают на то, что они могут принадлежать двум изображениям одного и того же объекта3. Если в результате построений линии, соединяющие одноименные точки сравниваемых систем, имеют большой разброс, это свидетельствует об отсутствии проективного соответствия сравниваемых систем точек, т.е. об их принадлежности отображениям разных объектов. При тождестве объектов точки должны иметь незначительный разброс.

1 Грановский Г.Л. Об использовании статистических методов исследования в криминалистике //Статистические методы в криминологии и криминалистике. М., 1966.

2 Эджубов Л.Г. Некоторые криминалистические проблемы автоматизации судебно-экспертных исследований //Вопросы кибернетики. Правовая кибернетика. М., 1977, вып.40, с. 163.

3 См.: Гусев А.А., Полевой Н.С. Судебно-портретная экспертиза, с. 173-174; Полевой Н.С. Криминалистиче ская кибернетика. М., 1982, с. 175; Эльбур Р.Э. Графические алгоритмы и возможности их использования в процессе идентификационных криминалистических экспертиз. Рита, 1965, с.67-68.

200

Изложение метода авторы заканчивают предостережением, что он может быть использован только в сочетании с другими известными методами1. Таким известным методом может быть только метод сопоставления на базе словесного портрета.

Еще более критичен по отношению к методу ГИА В.А.Снетков, когда он отмечает, что выбранные точки могут оказаться недостоверными в силу возрастных изменений лица и его подвижности. Поэтому выбранная система точек не может считаться доказанной в качестве индивидуальной системы. Автор справедливо не исключает возможности повторений такой тождественной совокупности взаимных точек на другом лице2.

Впоследствии Н.С.Полевым был предложен «аналитический» метод, включающий некоторые элементы измерительного и проективно- геометрического методов. Иными словами, он также основан на использовании данных, характеризующих пространственную и линейную структуру лица. Здесь также в качестве ориентиров берутся точки на определенных элементах лица, всего автор предлагал брать 12 точек. Точки соединяются отрезками линий, что позволяет получить 66 таких соединений. В справочном альбоме содержится изображение 700 ракурсов, среди которых эксперт отыскивает подобный тому, который был получен им при построении исследуемого фотоизображения. Затем вводится поправочный коэффициент и производится сопоставление результатов, полученных, для каждого из фотоснимков3.

И этот метод оказался далек от совершенства и, как правильно отмечал В.А.Снетков, допускал несопоставимое условное определение положения лица на фотоснимке и безусловное выведение на этой основе коэффициента

1 Гусев А.А., Полевой Н.С. Указ. работа, с. 174.

2 Снетков В. А. Габитоскопия, с.114.

3 Полевой Н.С. Аналитический метод идентификации личности по фотоизображениям // Правовая киберне тика. М, 1970, с.240-241.

201

искажения1. На ограниченность метода указывали и авторы.

На необходимость использования методов построений только в сочетании с частными методиками указывал и В.А.Снетков еще в 1979 г.2. Жизнь подтвердила правильность такого рода предостережений. Как бы не механизировали и автоматизировали рассмотренные и другие методы, в основе су-дебно-портретной экспертизы было и всегда останется экспертное, а не «машинное» сопоставление признаков по методу словесного портрета. Объяснения этому могут быть даны с чисто психологических и нейрофизиологических позиций. Только такая система, как мозг эксперта, оснащенная необходимыми специальными познаниями, способна творчески (эвристически, а не путем алгоритмов) воспринимать сравниваемые изображения, анализировать, составлять в своем восприятии образ этих лиц и сопоставлять их между собой. Именно творчески, внося по ходу любые коррективы и поправки, а не механически, как это делает любая, даже самая «умная» машина, будь то даже мощное компьютерное устройство.

Остановимся вкратце на таком варианте судебно-портретной экспертизы, как экспертиза черепа и прижизненных изображений пропавшего лица3.

Ранее уже отмечалось, что большая заслуга в становлении и развитии этой экспертизы принадлежит Ю.М.Кубицкому, М.М.Герасимову, В.И. Петрову, С.А.Бурову и другим судебным медикам и криминалистам. В системе органов внутренних дел эту экспертизу создали М.В. Кисин, В.А. Снетков, Э.А. Финн и другие криминалисты4.

Смысл экспертизы состоит в том, чтобы установить возможность (невозможность) совмещения контура и элементов лица с соответствующими контурами и элементами черепа. О зависимости формы, размеров и положе-

1 Снетков В.А. Указ. работа, с. И 5.

2 Там же, с. 115.

3 См.: Корухов Ю.Г. Судебно-портретная экспертиза, с.85-86.

4 См.: Кисин MB., Снетков В.А., Финн Э.А. Установление личности погибшего по черепу. М., 1973.

202

ния отдельных элементов лица (мягких тканей) от подлежащих участков костной основы (черепа) уже говорилось ранее (гл.1, § 2), и здесь мы на этом останавливаться не будем. Назовем только те анатомо- топографические точки (краниометрические) и линии (линия - это совокупность точек), которые служат ориентирами при совмещении. Это (анфас) свод черепа, брови, височные кости, скуловые кости, переносица, основание носа, нижний край подбородка, ветви нижней челюсти, линия смыкания зубов, ушные проходы. В профиль: свод черепа, контур лба, переносица, брови, основание носа, контур подбородка, линия смыкания зубов, ветвь нижней челюсти, ушной проход.

Первоначально методика фотосовмещения изображений лица и черепа строилась следующим образом.

Прежде всего череп подвергался судебно-медицинскому исследованию.

Внешний вид черепа, его размеры, соотношение головной и лицевой частей, шероховатость костей в местах прикрепления мышц позволяли установить пол лица, которому принадлежал череп. По степени зарастания швов, изменения костей, по состоянию зубного аппарата определялся возраст. По профилировке черепа - этнический тип1.

Если эти.данные не противоречили сведениям о пропавшем лице, прижизненные фотоизображения которого были представлены эксперту, то исследование продолжалось далее.

На этой стадии экспертом мог быть составлен словесный портрет лица по черепу. Такой портрет включал сведения о форме свода головы, форме и положении затылка (если было о чем сопоставлять в дальнейшем, т.е. если имелся фотоснимок лица в профиль), форма лица (анфас), форма и положение бровей, ширина носа и длина спинки носа, Форма её части, покоящейся

1 См.: Пашкова В.И. Очерки судебно-медицинской остеологии. М., 1962.

203

на костной основе, форма подбородка, его положение, величина лба, подбородка1 .

Следует отметить, что подобное составление словесного портрета может осуществляться вне зависимости от производства экспертизы, в том числе и ранее ее. Составленный по черепу словесный портрет служит в подоб- ных случаях целям розыска пропавшего лица, в частности путем сопоставления его с фотоизображениями без вести отсутствующих по карточке, хранящейся в соответствующем учете.

При экспертном исследовании словесный портрет, составленный по черепу, сопоставляется со словесным портретом, составленном по прижизненному фотоизображению пропавшего лица. На этой стадии возможно кардинальное решение вопроса, если наличествует резкое расхождение в размерах, форме и положении элементов лица и черепа. При совпадении по указанным параметрам или незначительном расхождении исследование продолжается.

В первоначальном варианте методика представляла собой следующее2.

Череп, предварительно освобожденный от мягких тканей, помещается на специальной подставке, стержень которой входит в большое затылочное отверстие. Подставка крепится на штативной головке со штативом, что позволяет поворачивать и наклонять череп в любом направлении.

С фотокарточки, выбранной для совмещения, изготавливается позитив на диапозитивной пластинке 9x12. На этот диапозитив наносят упомянутые выше краниологические точки и отрезки. Фотосъемку осуществляют с фотоаппаратом, имеющим матовое стекло не менее 13x18. На матовое стекло проецируют изображение черепа, прикладывают к матовому стеклу диапозитив

1 См.: Буров С.А. Составление словесного портрета по черепу для целей идентификации личности // Сб. Ста тей Саратовского отделения ОСМиК. Саратов, 1985, вып.2.

2 См.: Кубицкий Ю.М. Отождествление личности неопознанного трупа по черепу // Советская криминали стика на службе следствия. М., 1957, вып.9, с. 146-147; См. Также: Корухов Ю.Г. Отождествление лица по черепу методом фотосовмещения. М., 1953. (Дипломная работа, юридический факультет МГУ, рукопись).

204

и, ориентируясь на точки и линии, стремятся добиться такого масштаба изображения черепа и в таком ракурсе, чтобы элементы черепа совпали, с соответствующими анатомо-топографическими точками на
фотоснимке (диапозитиве). Совмещение ведут до тех нор, пока не убедятся в его невозможности или, наоборот, достигнут желаемого совмещения. Череп фотографируют в данном положении. Полученный негатив совмещают с негативом изображения лица (эмульсионными слоями). С совмещенных негативов осуществляют фотопечать с помощью увеличителя, с тем чтобы получить двойное совмещенное изображение (лица и черепа). Фотоснимок служит, но сути дела, не только
иллюстрацией, но и демонстрацией самого вывода (результата). На данное обстоятельство следует обратить особое внимание. Доказательность выводов определяется, по сути дела, не столько ходом исследования, сколько наглядностью полученного результата. Безусловно, не следует забывать о том, что в исследовательской части заключения приводятся результаты определения пола, возраста, роста, антропологического типа (в пределах расы). Однако вывод окончательный определяется результатами совмещения. Отношение к форме заключения у разных исследователей различно. Ю.М.Кубицкий, В.А.Снетков и другие полагают, что при достаточно полном совпадении вывод может быть сделан только в вероятной форме, по типу: «представленный на исследование череп мог принадлежать гр…… От- рицательный вывод при резком не совмещении дается в категорической форме. Категорический вывод о принадлежности черепа лицу может быть сделан при наличии дополнительных индивидуализирующих признаков: признаки зубного аппарата, дефекты костей, видимые на фотоснимках, следы травм или хирургического вмешательства на костях и т.п. С.А. Буров полагает, что категорический вывод, о тождестве может быть сделан и по результатам одного фотосовмещения.

Указанные позиции необходимо рассматривать в контексте со всем

205

исследованием, его психологической и методологической основой. Можно без преувеличения сказать, что здесь все основано на субъективном восприятии и оценке. Даже установление только но костям черепа пола, роста, возраста носит проблематичный характер, хотя в распоряжении эксперта имеются справочные данные. Еще более субъективизм проявляется при нанесении краниологических точек и отрезков. Отсюда, в частности, осторожность в оценках полученных, результатов. К тому же, как отмечают сторонники этой точки зрения, нельзя исключить возможность наличия двух чрезвычайно схожих между собор черепов. Примером могут служить черепа близнецов, и не только их.

С.Л.Буров, как сторонник формулирования вывода о тождестве на основе результатов совмещения фотоизображений, опирается на проведенные им краниометрические исследования 200 черепов и математический обсчет полученных результатов. По его данным, вероятность очень схожих черепов настолько мала, что ей можно пренебречь1.

Подобная позиция представляется ошибочной, так как она полностью не способна исключить возможность чрезвычайного сходства черепов людей и в силу того, что субъективное нанесение краниологических точек приближает исследователя к тому, что череп, незначительно отличающихся от искомого, может быть принят за него.

Если же говорить об использовании метода словесного портрета и его аналитической основе, то в рассматриваемом виде исследований, он пред- ставлен как нигде более. Здесь все построено на профессиональном владении этим методом, на глубоком знании зависимости топографии лица от костной основы (черепа), на знании закономерностей изменения изображения, создаваемого оптическим путем при фотографировании.

1 Буров С.А. Наш опыт фотосовмещения // Советская криминалистика на службе следствия. М., 1957, вып.9, с. 154.

206

Все последующие модификации этого метода шли по пути уменьшения доли субъективизма в исследовании.

С.Л.Буров предложил вместо изображения лица с разметками исполь- зовать только разметки перенесенные на чистую фотопластинку или фото- пленку1.

В 1977 г. .А.Н.Ратневский предложил использовать метод АГИ (АГИ-4) для целей идентификации личности по рентгенограмме черепа и прижиз- ненной фотографии. Череп рентгенографировался в фас. С рентгенограмм изготавливались позитивы, на них наносились константные точки и затем осуществлялись проективные построения. Результат оценивался так же, как при построениях по двум прижизненных изображениям2.

Метод длительное время не получал развития из-за возможных ошибок инструментального порядка при нанесении точек.

О.В.Филипчук в 1997 г. .предложил использовать систему алгоритма графической идентификации (АГИ, ГИА) в сочетании с компьютерной техникой3. Построения осуществлялись в отношении изображений лица и черепа в четыре этапа: а) выделение и разметка константных точек на разномасштабных снимках лица и черепа; б) ориентирование константных точек определенным образом в прямоугольной системе координат; в) трансформацию сориентированных, систем точек каждого из изображении путем построения так называемых определителей на основе приемов аналитической и начертательной геометрии; г) оценка результатов, .которая выполняется путем поиска основ или двух точек перспективности для сравниваемых определителей (с использованием геометрических построений).

1 Буров С. А. Указ. работа, с. 151.

2 Ратевский А.Н. О возможности идентификации личности по рентгенограмме черепа и прижизненной фото графии // Вопросы судебно-медицинской экспертизы и кримшшлистики. Горький, 1977, с. 93-95.

3 Филипчук О. В. Использование графических возможностей компьютерной техники при идентификации личности по черепу и прижизненном фотопортрете методом АГИ // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1997, вып.48.

207

Особенность методики заключается в том, что в ней используются возможности графического редактора Corel Drow 5,0, что по мнению автора, исключает возможность инструментальной ошибки.

Попытки свести до минимума степень участия эксперта, в экспертизе фотосовмещения продолжаются до сих пор. Очень много в указанном на- правлении работает С.С. Абрамов и его коллеги. Основу совмещения составляет компьютерная техника. Она позволяет создать трехмерную компьютерную модель черепа по его 16-ти константным точкам. Модель (а не череп) проецируется на снимок головы, регистрация и оценка результатов осуществляется также с помощью компьютера и специализированного программно-аппаратного комплекса в составе ШМ РС/АТ-286. По мнению авторов, модифицированный метод «значительно сокращает время проведения экспертизы, повышается достоверность результатов и качество иллюстративных материалов»1 .

С выводом авторов можно было бы согласиться, если бы не одно ма- ленькое «но». По-прежнему, и в их методике тоже, разметки константных точек и контуров осуществляются экспертом, исходя из его субъективного восприятия образа лица и объекта - черепа. О возможных при этом ошибках и неточностях говорить не приходится, так как о них достаточно было сказано во 2-ой главе диссертации.

Если подвести некоторые итоги изложению судебно-портретной экс- пертизы, то следует отметить, что в этой экспертизе применение метода словесного портрета достигает своего максимума. Только владение экспертом знаниями об анатомии лица гарантирует успех экспертизы (при прочих равных условиях). Это же порождает и значительную долю субъективизма в

1 См.: Абрамов С.С., Болдырев Н.И., Ляховец А.О. Оптимизация метода наложения путем идентификации личности по черепу и прижизненным фотоснимкам //Лабораторные методы исследования в судебной меди- цине и задачи судебно-медицинской науки и практики по их совершенствованию. М., 1994, с.96-100; См. Также: Абрамов С.С. Компьютерные технологии в краниофициальной идентификации // Информационный бюллетень №9 (Академия Управления МВД РФ). М, 1999, с.12-15.

208

проводимом исследовании и оценке результатов. Все попытки избавиться от этого положения не дают и, наверное, никогда не дадут положительных результатов. Они только помогут автоматизировать и тем самым ускорить процесс исследования, но не смогут заменить активного участия эксперта в самом главном - выделении и анализе признаков.

Восприятие образа, в том числе образа человека, это настолько сложный процесс, что он по силам только отлаженной веками системе человеческих органов и их свойств, обеспечивающих восприятие - запоминание - вос- произведение. Распознавание образа человеком (экспертом) всегда будет превосходить возможности машины по обработке и корректировке образа с участием сознания человека. Без такого достоверного распознавания любые механизированные сравнения не смогут дать надежного вывода о тождестве.

209

Выводы и предложения

  1. Историко-аналитический обзор литературы, посвященной методу словесного портрета, свидетельствует о постоянном, все возрастающем вни мании к этому методу и возможностям его применения в следственной, опе ративно-розыскной и экспертной практике.

Особо интенсивное развитие в отечественной литературе метод словесного портрета получил, начиная с 50-х годов XX века благодаря работам советских криминалистов: Н.В. Терзиева, А.А. Гусева, З.Г. Самошиной, В.А. Снеткова, A.M. Зинина, З.И. Кирсанова, И.Ф. Винниченко, М.Н. Овсянниковой и других ученых и практиков.

  1. При неизменной гносеологической природе словесного портрета, в основу которого были положены данные анатомии (в т.ч. топографической), биологии, антропологии и иных наук, криминалистам - исследователям про блемы удалось внести существенные дополнения, расширившие в последние годы возможности его применения. Прежде всего это относится к разработ кам, касавшимся установления этнического типа и национальности человека.

  2. Онтологическая характеристика признаков внешности по методу словесного портрета претерпевает серьезные изменения. Предлагаемое в на стоящее время наиболее содержательное и полное описание внешности пре восходит аналогичное вдвое по количеству рассматриваемых элементов по сравнению с началом XX века и в три раза во числу характеризующих при знаков (В пособии 1911 года указано 128 элементов, характеризуемым общим числом признаков - 365. В пособии 1984г. эти числа соответственно - 214 и 1055).

Подобное увеличение объема информации в системе словесного портрета можно было бы приветствовать, если бы не следующие обстоятельства: а) в подобном объеме систему словесного портрета может использо-

210

вать только эксперт (специалист);

б) практические описания словесного портрета в розыскных и учетных документах ограничиваются 10-15 элементами и 30-40 признаками;

в) изложение системы словесного портрета в учебной литературе по криминалистике и даже в методических пособиях свидетельствуют об отсут ствии необходимого единообразия.

  1. Изучение глав учебников, посвященных криминалистическому ото ждествлению личности по признакам внешности, свидетельствуют о том, что авторы этих глав по-разному трактуют методику и правила составления, сло весного портрета, используют неодинаковую терминологию и нередко пред лагают свой собственный вариант описания по методу словесного портрета.

Подобное положение дел нельзя призвать приемлемым при учете того обстоятельства, что главный смысл и ценность словесного портрета заключается в постоянстве системы описания и единстве терминологии.

  1. Для устранения разнобоя в литературе (учебной, методической) бы ло бы целесообразно разработать единую систему изложения материала по методике описания внешности терминами словесного портрета. В данном случае терминология словесного портрета должна быть приравнена к таким обязательным и единообразно воспроизводимым понятиям, как например, характеристика огнестрельного оружия, характеристика холодного оружия и т.п. системы. Сделать это необходимо при учете того, что любой вуз и ис пользуемые в нем учебники по криминалистике призваны готовить юристов широкого профиля. При этих условиях работником правоохранительных ор ганов (следователем, оперативным работником) может стать как выпускник образовательного учреждения ОВД, службы безопасности, так и выпускник гражданского вуза. С учетом этого базовая подготовка в области словесного портрета может различаться по количеству часов, отводимых на тему, но не по содержанию.

211

  1. Современные достижения наук в области нейрофизиологии и пси хологии восприятия, запоминания и воспроизведения образов человеком сви детельствуют о достаточной ограниченности его возможностей, влиянии субъективных и объективных факторов на эти процессы.

Эти данные могут быть использованы как для обучения профессионалов, так и самими профессионалами (следователями, оперативными работни- ками, экспертами) при получении информации о внешности человека (подозреваемого, потерпевшего) в ходе следственного действия или оперативного мероприятия.

  1. С учетом ограниченности зрительного восприятия внешнего облика человека было бы целесообразно отказаться от описания ряда признаков, в особенности относительно достоверных, неустойчивых и трудно- различимых.

Это позволило бы сократить общий объем терминов и сделало бы сло- весный портрет более доступным для усвоения.

  1. Диссертант полагает, что было бы оправданным создать несколько модельных описаний, различающихся по объему и степени детализации при знаков.

В первом приближении это могло бы быть:

а) самое подробное описание, используемое при производстве экспер тиз;

б) оптимально используемое при регистрации, при следственных дей ствиях и оперативно-розыскных мероприятиях (опросы, отождествление);

в) минимальное, состоящее в основном из броских признаков, - для целей наблюдения и личного сыска.

  1. Чрезвычайно важное значение в оперативно-розыскной деятельно сти имели разработки и внедрение субъективных портретов, особенно компо зиционных. Они стали стимулом принципиально нового направления в ис пользовании метода словесного портрета и приносят большую пользу, осо-

212

бенно в раскрытии серийных преступлений и в борьбе с организованной преступностью.

Вместе с тем нельзя согласиться с мнением тех ученых, которые считают их суммированными производными вещественными доказательствами. Субъективные, в том числе композиционные портреты, не являются судеб- ными доказательствами, в том числе производными, и не могут ими являться ни по своему статусу, ни по своему существу, так как они воссоздают внешний облик лица относительно достоверно. В силу этого они всегда будут средством фиксации ориентирующей, а не доказательственной информации.

  1. Судебно-портретная экспертиза претерпела немало изменений в течение XX века. Основное стремление исследователей было направлено на то, чтобы объективизировать получаемые результаты тождества путем использования измерительных методов, методов проективной геометрии, аналитических, компьютерной графики и других. Вместе с тем практика доказала, что главенствующим фактором в судебно-портретной экспертизе является восприятие экспертом внешности сопоставляемых лиц, умение различать и анализировать признаки внешности, знать систематические и закономерные искажения, обусловленные процессом передачи информации о внешности, ее переходами из одной формы в другую.

Признание исключительной и неизменной для данной экспертизы роли эксперта должно привести к правильному пониманию того, что эксперта в судебно-портретной экспертизе не может заменить никакая техника, речь может идти только о некоторой автоматизации трудоемких процессов, облегчающих труд эксперта и способствующих сокращению времени производства экспертиз.

С учетом этих обстоятельств и должна осуществляться подготовка специалистов в области судебно-портретной экспертизы, и определяться в целом перспективы развития судебно-портретной экспертизы.

213

Библиография1

  1. Нормативные акты

1.1. Конституция России. 1.2. 1.3. Федеральный закон «О милиции». 1.4. 1.5. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности». 1.6. 1.7. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (с изменениями и дополнениями на 25 сентября 1999 года). 1.8. 1.9. Приказ МВД РФ №261 от 01.06.93. 1.10. //’Чес,

1.6. Приказ МВД РФ/от 31.08.93.

  1. Книги, учебники, пособия

2.1. Абдурасулов Д.М., Никитин К.Е. Топография нормального черепа. Ташкент, 1966. 2.2. 2.3. Аверьянова Т.А. Интеграция и дифференциация научных знаний как источники и основы новых методов судебной экспертизы. М., 1994. 2.4. 2.5. Агоян Э.Б. Введение в языкознание. Ереван, 1960. 2.6. 2.7. Алексеев A.M. Психологические особенности показаний очевидцев. М., 1972. 2.8. 2.9. Ананьев Б.Г. Теория ощущений. Л., 1961. 2.10. 2.11. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М., 1997. 2.12. 2.13. Белкин Р.С. Курс криминалистики. М., 1997, т.2. 2.14. 2.15. Бердников Я.И. Об открытых в Московском Кремле древностях (Бюллетень историко-филологического отделения А.Н. 1983. Т.И). 2.16. 2.17. Бернштейн Н.А. О построении движений. М., 1947. 2.18. 2.10. Бодолев А.А. Восприятие человека человеком. Л., 1965.

В приведенной библиографии указаны только те литературные источники, на которые имеются ссьшки в диссертации.

214

2.11. Блумфильд Л. Язык. М., 1968. 2.12. 2.13. Бокариус Н.С. Судебная медицина в изложении для юристов. Харьков, 1915. 2.14. 2.15. Бокариус. Первоначальный наружный осмотр трупа на месте преступления или обнаружения его. Харьков, 1925. 2.16. 2.17. Будагов Р.И. Введение в науку о языке. М., 1965. 2.18. 2.19. Бунак В.В. Методика антропологических исследований. М. - Л., 1931. 2.20. 2.21. Бунак В.В. Антропология. // Практический курс, (учебное пособие) М., 1960. 2.22. 2.23. Быховский И.Е. Производство следственных действий. Л, 1984. 2.24. 2.25. Винберг А.И. Криминалистика. // Введение в криминалистику. М., 1950. 2.26. 2.27. Виноградов И.В., Кочаров Г.И., Селиванова Н.А. Экспертиза на предварительном следствии. М., 1959, 2-е издание, 1967. 2.28. 2.29. Вороновский Н.Д. Уголовная техника. М., 1931. 2.30. 2.31. Вулдридж Д. Механизм мозга. М., 1965. 2.32. 2.33. Выготский Л.С. Мышление и речь // Собр. Соч. М., 1982, т.2. 2.34. 2.35. Гаврилова Н.И. Ошибки в свидетельских показаниях. М., 1983 2.36. 2.37. Герасимов М.М. Восстановление лица по черепу. М., 1955. 2.38.

2.25. Герасимов М.М. Основы восстановления лица по черепу. М., 1949. 2.26. 2.27. Гинзбург А.Я. Тактика предъявления для опознания. М., 1971. 2.28. 2.29. Гинзбург А.Я., Поврезнюк Г.И., Салаев Б.А. Криминалистические методы и средства отождествления личности. Алма-Аты. 1998. 2.30. 2.31. Грамович Г.И. Основы криминалистической техники. Минск, 1981. 2.32.

215

2.29. Грановский Г.Л. Об использовании статических методов исследования в криминалистике // Статистические методы в криминологии и криминалистике. М., 1966. 2.30. 2.31. Грегори Р. Мозг и глаз. М., 1970. 2.32. 2.33. Гусев А.А. Методика производства судебных экспертиз в целях установления личности по чертам внешности. М., 1960. 2.34. 2.35. Дулов А.В., Судебная психология. Минск, 1975. 2.36. 2.37. Дубягин Ю.П., Торбин Ю.Г. Использование данных о внешности человека в раскрытии и расследовании преступлений. М., 1987. 2.38. 2.39. Евреинов М. История телесных наказаний в России. Харьков, 1994. 2.40. 2.41. Елизаровский СИ., Калашников Р.Н. Оперативная хирургия и топографическая анатомия. М., 1967. 2.42.

2.36. Заметко Ю.Л. Атлас топографической анатомии человека. М., 1964. 2.37. 2.38. Зинченко Л.И. Непроизвольное запоминание. М., 1961. 2.39. 2.40. Зинин A.M., Овсянникова М.Н. Установление преступников и других лиц по признакам внешности. Омск, 1982. 2.41. 2.42. Зинин A.M., Снетков В.А. Техника, тактика и методика изготовления субъективных портретов. Омск, 1983. 2.43. 2.44. Зинин A.M. Внешность человека в криминалистике (субъективные изображения). М. 1995. 2.45. 2.46. Инструкция фотографирования преступников и составления регистрационной карты примет. СПб, 1907. 2.47. 2.48. Кацитадзе З.И. Эволюция вертикальной ходьбы. Тбилиси. 1968. 2.49. 2.50. Кертес И. Тактика и психологические основы допроса. М., 1965. 2.51.

216

2.44. Кирсанов З.И. Экспертное отождествление личности по фотопортретам с применением математических методов исследования. М., 1968. 2.45. 2.46. Кисин М.К., Снетков В.А., Финн Э.А. Установление личности погибшего по черепу. М., 1973. 2.47. 2.48. Классификация судебных экспертиз и типизация задач (коллектив авторов) под ред. А.Р.Шляхова. М., 1977. 2.49. 2.50. Когнитивная психология // Материалы финско-советского симпоузима. М., 1986. 2.51. 2.52. Колдин В.Я., Полевой Н.С. Информационные процессы и структуры в криминалистике. М., 1985. 2.53. 2.54. Кондаков Н.И. Логический словарь. М., 1971. 2.55. 2.56. Корноухов В.Е. Комплексное судебно-экспертное исследование свойств человека. Красноярск, 1982. 2.57. 2.58. Корухов Ю.Г. Предъявление для опознания на предварительном следствии и в суде. М., 1968. 2.59.

2.52. Кочаров Г.И. Опознание на предварительном следствии. М., 1955. 2.53. 2.54. Кравков СВ. Глаз и его работа. М.-Л., 1950. 2.55. 2.56. Криминалистика // Учебник. Под ред. Вышинского А.Я 1938. 2.57. 2.58. Криминалистика // Учебник. Под ред. А.И.Винберга, С.П.Митричева. М., 1950, чЛ. 2.59. 2.60. Криминалистика (учебник). МГУ. 1963. Под ред. Васильева В.Н. 2.61. 2.62. Криминалистика (учебник) под ред. И.Ф.Пантелеева и Н.А.Селиванова. М., 1984. 2.63. 2.64. Криминалистика (учебник). Под ред. Р.С. Белкин. Академия МВД СССР. 1978- т.1. 2.65.

217

2.59. Криминалистика (учебник) под ред. А.Г. Филипова и А.Ф. Волынского. М., 1998. 2.60. 2.61. Криминалистика. Под ред. Р.С.Белкина. М., 1999. 2.62. 2.63. Криминалистическая техника. //Справочная книга юриста. М., 1959. 2.64. 2.65. Криминалистическая экспертиза, (колл. авторов). Под ред. Е.И. Зуева. М., 1967. 2.66. 2.67. Лебедев В.И. Искусство раскрытия преступлений. СПб, 1909 2.68. 2.69. Лебединская М.С., Мясищов В.Н. Введение в медицинсую психологию. Л., 1966. 2.70. 2.71. Леви А.А., Пичкалева Г.И., Селиванов Н.А. Получение и проверка показаний следователем. М. 1987. 2.72. 2.73. Леонтьев А.Н. Деятельность, сознание, личность. М., 1975. 2.74.

2.67. Линдсей П., Норман Д. Переработка информации у человека. М., 1974. 2.68. 2.69. Лихачев Н.Н., Кальберг В.А., Юран В.И. Методические рекомендации по использованию алгоритмов графических идентификационных при исследовании фотоизображений в целях отождествления личности. Рига, 1966. 2.70. 2.71. Ломов Б.Ф. Человек и техника. М., 1960. 2.72. 2.73. Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. М., 1981. 2.74. 2.75. Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. М., 1973. 2.76. 2.77. Минер П. Физиологическая психология. М., 1973. 2.78. 2.79. Назначение и производство судебных экспертиз // Пособие для следователи и судей. М., 1976. 2.80. 2.81. Назначение и производство судебных экспертиз. М., 1988. 2.82.

218

2.75. Овсянникова М.Н. Использование данных о внешнем облике человека в оперативной и следственной практике внутренних органов дел. М., 1985. 2.76. 2.77. Осмотр места происшествия, (кол. авт.) под ред. А.А.Леви. М., 1979. 2-е изд. 1982. 2.78. 2.79. Основы судебной экспертизы (общая теория) кол. авторов под ред. ЮГ. Корухова. М., 1997. 2.80. 2.81. Панцхава И.Д., Пахомов Д.Я. Диалектический материализм в свете современной науки. М., 1971. 2.82. 2.83. Пашкова В.И. Очерки судебно-медицинской остеологии. М., 1962. 2.84. 2.85. Пересункин А.Ю. Установление личности по признакам внешности, (словесный портрет). М., 1960. 2.86. 2.87. Полевой Н.С. Криминалистическая кибернетика. М., 1982. 2.88. 2.89. Психология восприятия, (кол. авторов). М., 1973. 2.90. 2.91. Ракитов А.И. Анатомия научного знания. М., 1969. 2.92. 2.93. Рейсе Г.А. Словесный портрет (пер. Н.Прохорова), СПб, 1911. 2.94. 2.95. Российская Е.Р. Ретгеноструктурный анализ в криминалистике и судебной экспертизе. Киев, 1992. 2.96. 2.97. Рубахин В.Ф. Психологические основы переработки первичной информации. Л., 1974. 2.98.

2.87. Русаков М.Н. Объекты криминалистического осмотра. Омск, 1977. 2.88. 2.89. Салаев Б.А. Установление личности погибшего в условиях чрезвычайной ситуации. Алма-Ата. 1997. 2.90. 2.91. Самойлов Г.А. Основы криминалистического учения о навыках. М., 1988. 2.92.

219

2.90. Самошина З.Г. Криминалистическое отождествление человека по признакам внешности. М., 1963. 2.91. 2.92. Самошина З.Г. Вопросы теории и практики предъявления для опознания на предварительном следствии. М., 1976. 2.93. 2.94. Селиванов Н.А., Теребилов В.И. Первоначальные следственные действия // Краткий справочник следователя. М., 1956. 2.95. 2.96. Семеновский Н.С., Цикулин А.Е. Краткие пособие по опознанию неизвестных трупов. М., 1938. 2.97. 2.98. Сичивица СМ. Методы и формы научного познания. М., 1972. 2.99. 2.100. Скорченко И.Т.Криминалистика (учебное пособие), м., 1999. 2.101. 2.102. Смирнов А.А. Психология запоминания. М.-Л. 1948. 2.103. 2.104. Снетков В.А. Портретная идентификация личности в оперативно-розыскной и следственной работе. М. 1968. 2.105. 2.106. Снетков В.А., Эминов Е. Опознание по фотоснимкам, кинофильмам и рисункам на предварительном следствии. М., 1973. 2.107. 2.99. Снетков В.А., Зинин A.M. Использование признаков внешности т при установлении личности. М. 1976.

2.100. Снетков В.А. Габитоскопия. Волгоград, 1979. 2.101. 2.102. Снетков В.А., Зинин A.M., Винченко И.Ф. Типы и элементы внешности. М., 1979. 2.103. 2.104. Снетков В.А., Винченко И.Ф., Житников B.C., Зинин A.M., Овсянникова М.Н. Криминалистическое описание внешности человека // Учебное пособие. М., 1984. 2.105. 2.106. Снетков В.А. Основы деятельности ЭКП ОВД по применению экспертно- криминалистических методов и средств в раскрытии и расследовании преступлений. М., 1995. 2.107. * 2.104. Советский уголовный процесс (учебник). М., 1975.

220

2.105. Современные возможности судебных экспертиз (колл. авт.) под ред. Ю.Г. Корухова. М, 2000. 2.106. 2.107. Справочник следователя. Под ред. Г.Н.Новикова. М., 1957. 2.108. 2.109. Справочник следователя // Практическое пособие. М., 1990. Вып.1. 2.110. 2.111. Судебные экспертизы (колл.авт.) под ред. Селиванова. М., 1980. 2.112. 2.113. Терзиев Н.В. Лекции по криминалистике. М., 1951. 2.114. 2.115. Терзиев Н.В. Криминалистическое отождествление ичности по признакам внешности // Учебное пособие. М., 1956. 2.116. 2.117. Топорков А.А. Словесный портрет // практическое пособие. М., 1999. 2.118. 2.119. Торбин Ю.Г. Словесный портрет. Использование данных словесного портрета в оперативной и розыскной работе. М., 1980. 2.120. 2.121. Торвальд Ю. Сто лет криминалистики. М., 1974. 2.122. 2.123. Троицкий Н.С., Юхвед З.С. Словесный портрет // Методическое пособие. М., 1951. 2.124. 2.125. Цветков П.П. Предъявление для опознания в советском уголовном процессе. Л., 1962. 2.126.

2.116. Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. М., 1988. 2.117. 2.118. Шмальгаузен И.И. Факторы эволюции. М., 1968. 2.119. 2.120. Шнейкерт Г. Учение о приметах для опознания. Руководство для работников уголовного розыска. М., 1925. 2.121. 2.122. Уильяме Р. Биохимическая индивидуальность. М., 1968. 2.123. 2.124. Хлынцов М.Н. Криминалистическая информация и моделирование при расследовании преступлений. Саратов, 1982. 2.125.

221

2.121. Эльбур Р.Э. Графические алгоритмы и возможности их использования в процессе идентификационных криминалистических экспертиз. Рига, 1965. 2.122. 2.123. Эксархопуло А.А. Основы криминалистической теории. СПб, 1999. 2.124. 2.125. Юхвед З.Е. Словесный портрет // Учебное пособие. М., 1952. 2.126. 3. Научные статьи

3.1. Абрамов С.С. Компьютерные технологии в криминалистической идентификации // Информационный бюллетень. Академия управления МВД РФ, 1999.-вып.9. 3.2. 3.3. Абрамов С.С, Болдырев Н.И., Ляховец А.О. Оптимизация метода наложения при идентификации личности по черепу и прижизненным фотоснимкам //Лабораторные методы исследования в судебной медицине. 3.4. “М, 1994.

3.3. Артемов В.А. К вопросу об интонации в русском языке // Ученые записки / МГПИЯ. М. 1953 - T.V. 3.4. 3.5. Буров С.А. Наш опыт фотосовмещения // Советская криминалистика на службе следствия. М., 1957. - вып.9. 3.6. 3.7. Буров С.А. Составление словесного портрета по черепу для целей идентификации личности //Сборник статей Саратовского отделения НОС МИК, Саратов. 1985 - вып.2. 3.8. 3.9. Винберг А.А., Миньковский Г.М., Эйсман А.А. Классификация доказательств // Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1967, ч. особенная. 3.10. 3.11. Гарбер В.П., Лукашевич В.Г., Перепилица А.Н., Толчиев В.П. Некоторые вопросы изготовления и использования субъективных рисованных 3.12.

222

портретов в следственной практике // Криминалистика и
судебная экспертиза. Киев. 1988 - вып.37.

3.8. Громов А.П. Судебно-медицинская идентификация личности и пострадавших при катастрофах и стихийных бедствиях // Журнал военно- медицинский. М., 1990. 3.9. 3.10. Гусев А.А., Полевой Н.С. Судебно-портретная экспертиза // Назначение и производство криминалистических экспертиз. М., 1976. 3.11. 3.10. Завизист Н.В. Прибор для угловых замеров расположения анатомических признаков лица в портретно-криминалистическои экспертизе // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев. 1968 - вып.5.

З.П.Зинин A.M. Об основных направлениях решения проблемы отождествления человека по признакам внешнего облика с использованием субъективных портретов // Экспертная практика. М., 1996 - вып.40.

3.12. Зинченко П.И. О некоторых вопросах изучения памяти // Вопросы психологии. 1956 - №1. 3.13. 3.14. Зотов А.Б., Зудин СИ. О тестировании компьютерных программ для составления субъективных портретов // Экспертная практика. 1996. Вып. 40. 3.15. 3.16. Зотов А.Б. Современное состояние исследовательской фотографии // Информационный бюллетень. Академия управления МВД РФ. М., 1999,вып.8. 3.17. 3.18. Иванская Л.Н. Некоторые психологические закономерности протекания процесса идентификации лица человека при использовании ИКР// ИКР-2 в практике раскрытия преступлений. М., 1983. 3.19. 3.20. Карнаухов В.Е. О научных основах идентификации человека // Проблемы советского государства и права. Иркутск. 1976 - №11. 3.21.

223

3.17. Кирсанов З.И., Орлов П.Г. Идентификационное значение признаков внешности // Вопросы криминалистики и судебной экспертизы. Душанбе. 1962. 3.18. 3.19. Кирсанов З.И. Математические методы исследования в криминалистике // Вопросы кибернетики и права. М. 1967. 3.20. 3.21. Кирсанов З.И. Сравнительное исследование размерных отношений лица на фотоснимках с различным положением головы фотографируемого // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев. 1965 -вып.2. 3.22. 3.23. Кирсанов З.И. Выделение и оценка количественных признаков в экспертизе фотопортретов // Правовая кибернетика. М., 1970. 3.24. 3.21.Корухов Ю.Г. Судебно-портретная экспертиза // Современные возможности судебных экспертиз. М. 2000.

3.22. Кравчинская А.С. Судебно-портретная экспертиза // Назначение и производство судебных экспертиз. М. 1988. 3.23. 3.24. Кубицкий Ю.М. Судебно-медицинское исследование неопознанных трупов и костных останков для задачи отождествления личности. М. 1959. 3.25. 3.26. Кубицкий Ю.М. Отождествление личности неопознаваемого трупа по черепу // Советская криминалистика на службе следствия. М. 1957 - вып. 9. 3.27. 3.28. Кузнецов П.С. Применение композиционных портретов для распознавания фактов сокрытия преступлений // Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия преступлений. М. 1987. 3.29. 3.30. Макаров И.П. Понятие, сущность и система методов фиксации в криминалистике. // Труды ВШ МВД СССР. М., 1971 - вып.31. 3.31.

224

3.27. Миклошевский Н.Н. Возрастные изменения морфологических особенностей головы и лица у детей и подростков различных этнических групп // Сб. докладов VII международного конгресса по антропологии и этнографии. М., 1964. 3.28. 3.29. Овсянникова М.Н. Словесный портрет и некоторые пути его совершенствования // Вопросы усиления борьбы органов внутренних дел с правонарушениями. М. 1981. 3.30. 3.31. Овсянникова М.Н. Роль описания признаков внешности человека в изготовлении и применении субъективных портретов // ИКР-2 в практике раскрытия преступлений. М., 1983. 3.32. 3.33. Орлова В.Ф. Понятие свойства и признака объекта в судебной экспертизе // Основы судебной экспертизы. М. 1997. 3.34. 3.35. Пересункин А.Ю., Пархомовский Я.Л., Снетков В.А. Отождествление личности по внешним признакам // Криминалистическая экспертиза. М., 1967. - Bbin.V. 3.36. 3.37. Полевой Н.Е. Анатомический метод идентификации личности по фотоизображениям // Правовая кибернетика. М. 1970. 3.38.

3.33. Прохоров Н.К. Сличение фотографических карточек преступников. 1912, №9. 3.34. 3.35. Ратневский А.Н. О возможностях идентификации личности по рентгенограмме черепа и прижизненной фотографии // Вопросы судебно- медицинской экспертизы и криминалистики. Горький. 1977. 3.36. 3.37. Самищенко С.С. О некоторых особенностях получения, передачи и использования розыскной медико-криминалистической информации // Вопросы криминалистики и экспертно-криминалистические проблемы. М., 1997. 3.38. 3.39. Тучок Е.С., Чернов Е.Н. Организация судебно-медицинского обеспечения ликвидации последствий катастрофы на железной дороге в 3.40.

225

Башкирии // Актуальные вопросы медицины катастроф. Тезисы докладов Всероссийской научной конференции 22-23 мая 1990. Уфа. 1990.

3.37. Федосюткин Б.А., Дубягин Ю.П., Кузин В.М. Особенности методики получения композиционно-рисованного портрета погибшего по черепу на приборах типа ИКР-2 // ИКР-2 в практике раскрытия преступлений. М., 1986. 3.38. 3.39. Ферапонтов Э.А. Возрастные различия в запоминании наглядного и словесного материала // Вопросы психологии памяти. М., 1958. 3.40. 3.41. Филипчук О.В. Использование графических возможностей компьютерной техники при идентификации личности по черепу и прижизненном фотопортрете методом АТИ // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев. 1997. Вып.4. 3.42. 3.43. Черикова А.Е. О некоторых закономерностях процесса построения зрительного представления человеческого лица и их использования в криминалистической практике раскрытия преступлений. М. 1981. 3.44. 3.41.Эджубов Л.Г. Некоторые криминалистические проблемы автоматизации судебно-экспертных исследований // Вопросы кибернетика. Правовая кибернетика. М. 1977. Вып.40.

3.42. Эльбур Р.Э. Использование аппарата проективной геометрии в процессе идентификации личности по фотоснимкам // Вопросы кибернетики и права. М. 1967.

  1. Диссертации, авторефераты.

4.1. Аверьянова Т.В. Методы судебно-экспертных исследований и тенденции их развития (автореф. дисс. доктора юридич. наук М. 1994).

226

4.2. Волынский А.Ф. Концептуальные проблемы технико- криминалистического обеспечения деятельности органов внутренних дел. (автореф. дисс. докт. юрид. наук) М. 1998. 4.3. 4.4. Гусев А.А. Установление личности по признакам внешности // дисс. кандид. юрид. наук. МЛ 955. 4.5. 4.6. Дмитриев Е.Н. Проблемы применения цифровой фотографии при расследовании уголовного дела (автореф. диссерт. канд. юрид. наук). МЛ998. 4.7. 4.8. Жбанков В.А. Концептуальные основы установления личности преступника в криминалистике // Автореф. диссерт. доктора юридич. наук. М. 1995. 4.9. 4.10. Зинин A.M. Теоретические и практические проблемы криминалистического установления личности по признакам внешности. (диссерт. доктора юрид. наук). М., 1997. 4.11. 4.12. Исаева К.А. Тактические особенности допроса женщин - подозреваемых и обвиняемых, (автореф. дисс. канд. юрид. наук). М., 1995. 4.13. 4.14. Салаев Б.А. Установление личности трупа в чрезвычайных ситуациях, связанных с массовой гибелью людей, (автореф. дисс. канд. юрид. наук). М., 1993. 4.15.

227

иложение

ПД МВД,. УВД

ОПОЗНАВАТЕЛЬНАЯ КАРТА

<ер ? системе ГНИЦУИ 4 KATFroPHfl I Б” еетн пРоив,п»« №П), Неизвестный болидов (НБ).

УЧЕТА ‘ Неопознанный труп (НТ). Неизвестный ребенбх <НР)

Фото к ох (Разыскиваемый преступник <РП). (нужное подчеркнут».)

1 - Дакткжоформула

ч f 1 }”П

Формула учета

  1. П О Л

Правый. профиль «а- - Фото 5X5

?ид спереди Фото 5X6

Левый профиль Фото 5X6

  1. ДАТА

исчезновения Б П. РП обыружелня НТ, НВ число. месяц, год

э. ДАВНОСТЬ СМЕРТИ

(в сутках)

  1. ДАТА РОЖДЕНИЯ

число. месяц, год ]

II. ВОЗРАСТ (лет)

12.

РОСТ БП. НБ. РП ДЛИНА ТРУПА (см)

Сфотографирован ни

Сфотографирован в.

Сфотографирован в.

., РАСОВЫЙ ТИП НТ. нв_«РОпеонд

  1. ЫОИГОЛОИД

НАЦИОНАЛЬНОСТ Ь БП. РП

ФАМИЛИЯ.

  1. ИМЯ

  2. ОТЧЕСТВО.

республиха

район

МЕСТО

исчезновения БП, РП_ обнаружения НТ, НБ~

РАЗМЕР ГОЛОВНОГО УБОРА БП. РП I •ОКРУЖНОСТЬ ГОЛОВЫ НТ. НБ (см)

обл. (край)

ХАРАКТЕРНЫЕ ПРИМЕТЫ

нас пункт

РАЗМЕР ОБУВИ БП, РП

1,9- ДЛИНА СТОПЫ НТ. НБ (см)

. ВИД ПРИМЕТЫ J

  1. НАЗВАНИЕ

  2. ОБЛАСТЬ ТЕЛА ЧЕЛОВЕКА (нужную Цифру обвести)

?туировха

лед операция, «реждекмя

мпутация

изкчесхи е едостаткн

iopox развития

ротез

ПРИМЕТЫ (впечатать, описать, зарисовать)

ид приметы. *азвахне __

ft области тела человека

5ид приметы. Заэваине

ft области тела человека

»ид приметы. {азааняе __

23.:.

ft области тела человека __.

(авиационная тема, башня, буква, бутылка, геометрическая j фигура, герб, гитара, животное, замок, звезд», имя. карты, .кинжал.
книга, корона, молот, морская тема, наручники, I насекомое,
нож, памятник, погоны, подкова, перстень, растительность. религиозная тема, решетка, рука, рюмка, свеча.] сердце, снежинка, солнце, текст, факел, цветы, цепь, цифры, человек

рубец (шрам), деформация

горб, косолапость, укорочение воги, укорочение руки, утончение ноги, утончение руки, отсутствие глаза, грыжа, дефект: уха, носа, губы

родимое пятно, крупная родинка, бородавка, жнрояяк. пигментное пятно, сросшиеся пальцы, «заячья губа», шесть пальцев

руки, кисти, иогх, стопы, пальцев, уха. носа, молочной железы

ГРУППА 12 3 4

КРОВИ (0) (А) (В) (АВ) “УЖЙОе <*“•«?

»ид приметы

тазаанке

ft области тела человека

ид приметы. {азваиие ,

ft области тела человека

Зид приметы. Название __

”* области тем человека

24.

зу*ы’ псе целы (подчеркнуть)

протез: есть
(ыостовндныя, съемный), СОСТОЯНИЕ не т

ЗУБОВ коронка: есть (белая, желтая,
фарфо-

проставляется * ”’? «»?««»«?>. «*

на схеме отсутствуют!
полиостью, большинство, частично

I

больные,
запломбированные: есть,
пет t

Левая сторона

I. ! I

ими

11

•1 э)

5 1 б)

»1 » \—\

Услоиагы* обозначения «р состояния аубов ва схема

  • сломай Ж — коронка желтого металла
  • отсутствует * — фарфоровый, пластмассовый
  • запломбирован П — протез сьемаый
  • кариес (больной) М — мостовидяый протез
  • коронка белого металла

Схема состоаняи зубов Правая сторона

IMIMI

3! 2 1’

б[ 5J <)

I Э

( !

ИНСТРУКЦИЯ для составления полного словесного портрета

  1. РОСТ : при определении роста необходимо учитывать высоту каблу; осанку (сутулая спина уменьшает действительный рост);

  2. ТЕЛОСЛОЖЕНИЕ :

  • худощавое, “сухопарое, тощее” - живот впалый, заметна талия, жире отложения отсутствуют;
  • нормальное - средней полноты, средней упитанности;
  • полное _- отсутствие талии, выпуклый жизот;
  • плотное -
  • атлетическое, “спортивное, пропорциональное” - широкие плечи, уз- таз, длинные ноги, может быть развита мускулатура;
  • 2.1. ХАРАКТЕРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ ТЕЛОСЛОЖЕНИЯ :

  • очень худое - отчетливо просматривается костная основа тела, осо; но в области плечевого пояса, спины, грудной клетки, суставов;
  • очень полное, “тучное” - заметное выступание живота вперед иве роны, его отвисание;
  • женоподобное (для мужчин) - широкий таз (равный ширине плеч и ши; высокая талия;
  • мужеподобная (для женщин) - широкие плечи (равные ширине таза и i ре), узкие прямые бедра, низкая талия;
  • сутулое -
  • опущенные плечи -
  • поднятые плечи -
  • горбатый -
    1. ТИП ЛИЦА : з криминалистической практике определяется как “похож

if * • • • /

3.1. ЛИЦО ПО ФОРМЕ :

  • круглое - контур округлый, ширина и высота лица приблизительно
  • овальное - контур округлый, ширина лица заметно меньше его зысо
  • треугольное - верхняя часть лица наиболее широкая, книзу лицо ко сужается и оканчивается заостренным подбородком;
  • квадратное - углы нижней челюсти выражены, краевая линия подбор не выступает или существенно не выступает ниже уровня углов нижней челю боковые контуры прямые и параллельные, ширина и высота лица приблизител равны;
  • прямоугольное - взаиморасположение углов нижней челюсти, положе краевой линии и боковых контуров такое же, как в квадратном лице, ко ши лица меньше его высоты;
  • ромбовидное - ширина лица на уровне скул значительно больше шир в области лба и нижней челюсти, подбородок треугольный;
  • 3.2. ОСОБЕННОСТИ ЛИЦА :

  • худое - впалые щеки, выступающие скулы;
  • полное, “упитанное, жирное” - выпуклые щеки;
    1. ДЛИНА ВОЛОС :

3 6.3. БРОВИ ПО ДЛИНЕ (определяются по соотношению длины

видимой части брови к протяженности глазной щели):

  • средние - протяженность брови и глазной щели практически равны;
  • длинные - бровь заметно больше глазной щели;
  • короткие - длина брови заметно короче глазной щели;
    1. РАЗМЕР ГЛАЗ (определяется по отношению ширины раскрытия к длине

глазной щели): большие - близка к длине глазной щели (помимо радужины виден белок глаз);

  • средние - равна 1/2 длины глазной щели;
  • малые, “узкие” - меньше 1/2 длины глазной щели;
  • 7.1. КОНФИГУРАЦИЯ ГЛАЗ(определяется при открытых глазах по очертанию

свободных смыкающихся)краев век применительно к известным геометрическим фигурам и предметам):

  • миндалевидная - верхнее и нижнее веки дугообразные, причем вершина дуги нижнего века смещена по отношению к вершине дуги верхнего века к внешнему углу глаза;
  • овальная - верхнее и нижнее веки дугообразные, причем вершина дуги нижнего века находится под вершиной дуги верхнего века (глаза средние);
  • круглая - ширина раскрытия глаза равна или больше радужки;
  • треугольная - верхнее веко в виде угла;
  • щелевидная - вид прищуренных глаз (глаза узкие);
  • сегментоидная - верхнее веко дугообразное, нижнее веко почти прямая линия (глаза узкие);
  • тип “ракетка” - контур подобен миндалевидному или овальному, но внутренний угол глаза удлинен (глаза средние);
  • серпоидная - верхнее веко дугообразное, нижнее веко волнистая линия (глаза узкие);
  1. НОС ПО ФОРМЕ СПИНКИ (определяется в профиль относительно прямой

линии, проведенной через выступающую точку на кончике носа и самую глубокую точку переносья):

  • прямой - линия спинки носа соответствует прямой;
  • выпуклый - линия контура выгнута;
  • вогнутый - линия контура вогнута;
  • извилистый - линия контура изогнута в двух направлениях;
  • 8.1. HQC ПО РАЗМЕРУ (определяется по расстоянию от точки переносья до

краевой точки кончика носа и оценивается относительно размеров других элементов лица):

  • средний - примерно 1/3 высоты лица;
  • вргпшой - более 1/3 высоты лица;
  • *и&Щ& - менее 1/3 высоты лица;
  • 8.2. ХАРАКТЕРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ НОСА :

  • приплюснутый, “плоский” - концевой отдел носа уплощен;

  • раздвоенность спинки - спинка носа имеет два боковых бугорка; ^ - раздвоенность кончика - кончик носа имеет два боковых бугорка;

5

  • раздвоенный - часть подбородка между свободным его кра и шеей образует две жировые подбородок состоит как бы из двух полу сфер, разделенных вертикальным углублением; это отражается и в из листости контура свободного края подбородка;

  • ямочка - углубление округлой или овальной формы в центре, внизу, сбоку подбородка;

  1. УШИ ПО РАЗМЕРУ (определяются в фас и в профиль вертикальным разме

ушной раковины, который соотносится с высотой лиц

  • большие - более 1/3 высоты лица;
  • средние - примерно равна 1/3 высоты лица;
  • малые - менее 1/3 высоты лица;
  • 13.1. УШИ ПО ФОРМЕ(определяются в профиль по очертанию, образуемому

наружными краями завитка и мочки):

  • овальные - контур наружного края ушной раковины округлый, ширина меньше высоты;
  • круглые - контур наружного края ушной раковины округлый, ее высог и ширина почти равны;
  • прямоугольные - контур наружного края ушной раковины угловатый, прямоугольной формы, ширина верхней и нижней частей ушной раковины ni мерно одинакова;
  • треугольные - контур наружного края ушной раковины треугольный, верхняя часть ее широкая, книзу сужается;
  • 13.2. УШИ ПО ПОЛОЖЕНИЮ (определяются в фас по отстоянию ушных раковин

головы):

  • оттопыренность общая - оттопыренность верхней и нижней частей уа ной раковины примерно одинаковы;
  • оттопыренность верхняя - наиболее оттопырена верхняя часть ушно? раковины (область завитка);
  • оттопыренность нижняя - наиболее оттопырена нижняя часть ушной х. ковины (область мочки);
  • прилегающие уши, “малая оттопыренность” - видимая спереди часть обеих ушных раковин составляет примерно 4 - 8 % наибольшей ширины лица, прижатые ушные раковины.
  • Информационно-аналитический отдел КМ УВД ЮДО г.Москвы

I 11

s

i i

i
i

з •=? i

s ‘? -‘

Ii Jill

If si tMI!

1 ГЗ t’l

Ml

1 i

I s - * ! 3 я

? t -P P. =

«= о g - ? _ S

= n -= -4
= p =

“3 v-»

s Я - s-к - ! ! ? Я iri-э)

?Э,

es

If - ill

i

    • Г 3 ! 5 * - *»

i;.s i

IIs?!

i^ Щ

8 2 2.1

i! i

H 1

$ * !

P 5 i

T-1 Sail

2 я - „ - 3 4 -и 5 3 - 5 _ S <= v>i

;; ?? л s .*

  • В 5 ?
  • г 5 v; ?
  • ?!

is IS i

IS

15 «

-J V

у <-.

9 J!

i

*

5

i

i s

?s JO

2 —

2 I

г

i - =

II5

3

m

II

?

т.

7:

Таблица М 8 (б). Образец* но заполненной рсгистрайюнной карты с* осо юю графою (внизу обратной стороны) для дактилоскопических* оттисков*, (краткое объя|}нен1е датс-тилоскоши см. на таблиц!. № 9).

Приммишс: прежде ы’Ьыъ наклеивать изготовленный фотографе следует* удовлетворяютъ-лн снимки указанным* ниже основным* требов. суд.-полиц.

хровпритъ < отографш.

а я s

« о

я8

-0. Ч

вз 3

“§§§

В?«1

lis

О к( И

2) Спереди (en face) совершенно1прямо, не

паклопля головы ни вперед, пн назад, ин въ

стороны. Оба плеча должны быть видны.

о л

•&

1) Профиль а правой стороны оставлял открытимъ все ухо. (Эта фотограф1’я въ профиль важпье всего!)

О II И С А Н I К П Р И М Ъ Т Ъ.

Год* и м1>с. рождешя Т-влосложеше Объем* въ IIOJSCJ.

Лысина

Возраст* по нар. виду

Рост* 1 метрь сант. Полнота

Густота Густота Выражеше

_Л Волосы: ЦвЬтъ Волнистость

Особ.

_2) Яорода и усы: 1 ,BJ.J-F> Форма

Осо

_&} Лицо: ЦВ/ЬТ* Полнокроме

_4) Лобъ: Высота Пакл Морщины Форма головы^ Jj) Ьровн: Дв1>1ъ Форма Густот Расположеше 0|об. _Ь) Рлазнш„внад. (орбнш^: Величина Глубина ^ о|об. ^^1’,ла8а”’‘!Д»1тъ’'’раЙ1» ‘ “Классь Особ “” ””'”Разст” мсждУ1глаз* “] “

8) Носъ-. Спинк!

шпдацнуиртш П L

9Ь™?* ф0Рма

ьТ’Шосъ: Спинка иснованю Выст Длина Шир особ

^	.	Оттопыренное^	Велич

У*1” ПО)борд Нач Верх. Лиз J J) Иролию коз liaia Проф ^””;|11)мрчка Иао Форма Приросшие
ld)Bnyip.cjwr Вып

*”’”” ’” “ Bucoia толщина Выступаше

Наьл Форма Полнота

Иакл Шел

Привычка держан. …Оербеи

lb) Ступни ног*: Длина (Ж обуви) ^^^i^^J^MKj?-^.

J 0) Осанка (выправка корцуса, Манера держаться):

20) Походка: “” 2

21) Особ, въ жеейшуляцш, гримасы, мимика, и т. и.

Подпись

OCOI

Ш’Кбм Форма \ьТ1шборо<)окъ Длшм ШГЩёчи. Ширина 17) Руки. Величина

1м i ш ттп-

•е-

eS Р,

О И

»

3) Во весь рост, стоя, и. ‘/« въ томъ самом головном* y6opls, верхи. платьЬ и обуви, въ котор. был* задержан*. Если носить очки, то одеть,