lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Богова, Ирина Александровна. - Проблемы совершенствования института предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Саратов, 1998 170 с. РГБ ОД, 61:99-12/161-8

Posted in:

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

САРАТОВСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

На правах рукописи БОГОВА ИРИНА АЛЕКСАНДРОВНА

ПРОБЛЕМЫ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ

ИНСТИТУТА ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ

ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕДСТВИЯ И СУДА

12.00.09 - уголовный процесс; криминалистика; теория оперативно-розыскной деятельности

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель - доктор юридических наук, профессор

Громов Николай Александрович

Сарато в 1998

2

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

  1. СУЩНОСТЬ, ПОНЯТИЕ, ЦЕЛИ, ЗАДАЧИ И ЗНАЧЕНИЕ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕДСТВИЯ И СУДА 11

1.1. Понятие уклонения обвиняемого от следствия и суда 11 1.2. 1.3. Деятельность по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда, ее понятие, цели и виды 22 1.4. 1.5. Теоретико-исторический аспект предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда 32 1.6. 2. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ СПОСОБЫ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕДСТВИЯ И СУДА 49

2.1. Общая характеристика мер пресечения и практика их применения в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда 49 2.2. 2.3. Иные меры уголовно-процессуального принуждения и практика их применения в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда 97 2.4. 2.5. Уголовно-процессуальная ответственность обвиняемого за уклонение от следствия и суда 109 2.6. 3. НЕПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ СПОСОБЫ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕДСТВИЯ И СУДА 122

3.1. Информационно-технические способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда 122 3.2. 3.3. Судебно-психологические способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда 125 3.4. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 153

ЛИТЕРАТУРА 160

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. Успех деятельности следственных и судебных органов в решении задач уголовного судопроизводства во многом зависит не только от высокого профессионального уровня их работников, но и от добросовестного выполнения процессуальных обязанностей всеми лицами, вовлеченными в сферу деятельности правосудия, в том числе и обвиняемыми1. Практика свидетельствует о том, что значительное количество обвиняемых уклоняется от следствия2 и суда. Так, по данным Информационного центра УВД Саратовской области на 1 января 1998 г. в розыске находятся 2944 обвиняемых.

Совершенствование уголовно-процессуального законодательства, его де- мократизация и гуманизация выразились в многочисленных позитивных изме-нениях Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в последние годы (1992-1997 гг.)4. Эти изменения осуществляются в контексте идей, заложенных в Концепции судебной реформы5, и принципов, закрепленных в Конституции Российской Федерации. Расширение гарантий прав обвиняемых и подозреваемых при проведении предварительного расследования свидетельствует о том, что современное уголовно- процессуальное законодательство идет по пути защиты прав и свобод личности. Статья 2 Конституции России гласит: “Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства”.

Правовое государство должно обеспечивать такой порядок регламентации складывающихся процессуальных отношений, который способствовал бы за-

Здесь и далее имеются в виду также подозреваемые и подсудимые

2Имеется в виду предварительное расследование, осуществляемое в формах предварительного следствия и дознания.

3 Далее - УПК

4 См.: Закон РФ от??мая 1992 г.*2825-1 //Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 1992X25, ст.1389; Закон РФ от 16июля 1993 г.л?Ч51-1 //Ведомости СНД РФ и ВС РФ, 1993,№ 33, ст.1313.

5 См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М.,1992

4 щите человека, общества, государства от преступных посягательств. Однако изменения в уголовно-процессуальном законодательстве привели к тому, что количество обвиняемых, остающихся на свободе до вынесения приговора, увеличилось. В этих условиях предотвращение уклонения обвиняемых от следствия и суда особо существенно и актуально для уголовного судопроизводства.

Степень разработанности темы. Проблеме предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда посвящены труды дореволюционных юристов А. Кистяковского, А. Квачевского, В.Д. Кузьмина-Караваева, Н.Ф. Лучинского, П. Макалинского, В. Микляшевского, Н. Розина, В. Случевского, И.Я. Фойниц-кого и др. В последние годы эти вопросы находят отражение в работах ученых -процессуалистов И.Л. Гуткина, Н.А. Громова, З.Д. Еникеева, 3.3. Зинатуллина, З.Ф. Ковриги, Ф.М. Кудина, В.М. Корнукова, Ю.Д. Лившица, В.А. Михайлова, И.Л. Петрухина, В.В. Смирнова, В.В. Шимановского и др. Особое внимание авторы уделяют изучению вопросов уголовно-процессуального принуждения и такой его составной части, как меры пресечения.

Интерес ученых-процессуалистов к указанной проблеме не случаен, по- скольку присутствие обвиняемого на предварительном следствии и в суде обеспечивает правильное и быстрое разрешение уголовного дела1. Однако многие вопросы, связанные с деятельностью по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда, до настоящего времени остаются неразрешенными.

Необходимы научные разработки, прежде всего в целях разрешения про- блемы законодательного определения уклонения обвиняемого от следствия и суда, а также нормативного закрепления процессуальных обязанностей обвиняемого, расширения форм уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого за неисполнение своих процессуальных обязанностей. Существует не-

1 См.: Голубков И.Н. Предупреждение уклонения преступников от следствия и суда. М, 1966; Пшени-цын В.Я. Предупреждение уклонения обвиняемого от следствия и суда - одно из важнейших условий борьбы с преступностью. Минск, 1970; Осин В.Е. Законодательство о явке участников уголовного судопроизводства в правоохранительные органы нуждается в совершенствовании // Сов.гос-во и право.1989, № 9. С.132-136; Реш-няк М.Г. Совершенствование механизма предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и розыска

5 обходимость в классификации способов как уклонения обвиняемого от следствия и суда, так и предотвращения такого уклонения.

Изложенное определило выбор темы диссертационного исследования.

Целью исследования является разрешение ряда теоретических вопросов, направленных на: восполнение пробелов в процессуальной теории; разработку предложений по совершенствованию уголовно- процессуального законодательства в части регламентации процессуальных обязанностей обвиняемого и применения мер пресечения, иных способов уголовно-процессуального принуждения с целью предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда; совершенствование форм уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого за нарушение своих процессуальных обязанностей; разработку научно обоснованных рекомендаций по применению непроцессуальных средств воздействия на поведение обвиняемого в целях обеспечения эффективности деятельности органов дознания, следствия, прокуратуры и суда по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Объектом исследования являются правоотношения, складывающиеся между участниками уголовного процесса при осуществлении деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда.

В предмет исследования входят состояние и структура этой деятельности, содержание и тенденции развития уголовно-процессуального законода- тельства, регламентирующего процессуальные обязанности обвиняемого и ответственность за их нарушение, нормы и институты уголовно- процессуального законодательства России и зарубежных стран, касающиеся данной проблематики, и материалы правоприменительной практики.

Методология и методика исследования. Методологическую основу диссертационного исследования составляют современные положения теории познания социальных явлений.

Нормативная база исследования включает Конституцию Российской Фе-

скрывшегося обвиняемого // Следователь, 1998, № 1. С. 18-21 и др.

6 дерации, уголовно-процессуальное и уголовное законодательство Российской Федерации и зарубежных государств, международно-правовые документы. Приняты во внимание теоретическая модель уголовно- процессуального законодательства Союза ССР и союзных республик, проект Уголовно-процессуального кодекса России, подготовленный рабочей группой Министерства юстиции Российской Федерации1, проект УПК РФ, принятый Государственной Думой в первом чтении 6 июня 1997 г.

Теоретической основой исследования стали научные труды в области философии, психологии, криминалистики, педагогики, общей теории государства и права, освещающие проблемы диссертации.

Эмпирическую базу исследования составили статистические данные Ин- формационного центра УВД Саратовской области, отражающие практику применения мер пресечения за период с 1995 по 1998 гг. Изучено выборочно 240 уголовных дел, по которым имело место уклонение обвиняемых от предварительного следствия. Проведен анкетный опрос 160 работников органов внутренних дел, прокуратуры и суда Саратовской, Воронежской, Самарской, Липецкой, Тамбовской областей, а также 150 осужденных. При подготовке диссертации также использовались результаты эмпирических исследований, проведенных другими авторами, и личный восьмилетний опыт работы диссертанта в органах дознания.

В процессе подготовки диссертации применялись следующие методы со- циально-правового исследования:

  • историко-правовой - при изучении исторического опыта регламентации и применения мер уголовно-процессуального принуждения в отношении лиц, уклоняющихся от предварительного следствия и суда;
  • формально-логический, заключающийся в анализе и толковании уго- ловно-процессуальных норм, регламентирующих применение мер уголовно-
  • 1 Юридический вестник. 1995, №31.

7 процессуального принуждения в отношении обвиняемых и подозреваемых, уклоняющихся от предварительного следствия и суда;

  • социологический, предполагающий, выборочное изучение по специально разработанной анкете уголовных дел, рассмотренных судами г. Саратова, а также находящихся в производстве и приостановленных по различным основаниям; проведение экспертного опроса сотрудников органов внутренних дел, суда, прокуратуры, а также лиц, осужденных и отбывающих наказания за различные правонарушения;
  • статистический, включающий обзор и анализ статистических данных о практике применения мер пресечения за период с 1995 по 1998 гг.
  • Научная новизна исследования определяется как выбором темы диссер- тационной работы, являющейся, по существу, первым монографическим исследованием, специально посвященным проблемам предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда в теории уголовного процесса, так и комплексным подходом к ее изучению. По итогам исследования даются определения ряду понятий, касающихся данной темы, предлагается классификация способов предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, вносятся предложения по совершенствованию действующего уголовно-процессуального законодательства и практики его применения.

Основные выводы и положения, выносимые на защиту:

  1. Уклонение обвиняемого от следствия и суда - это умышленное со- вершение обвиняемым (подозреваемым, подсудимым) противоправных действий, направленных на получение возможности отсутствовать на предварительном следствии и в суде и выражающихся в неявке без уважительных причин по вызовам следователя, дознавателя, прокурора и суда (судьи), нарушении избранной меры пресечения, самовольном оставлении места жительства, проживании по подложным документам или без регистрации, симуляции физического либо психического заболевания.
  2. Предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда - это

8

осуществляемая в строгом соответствии с законом предупредительная деятельность дознавателя, следователя, прокурора и суда (судьи), направленная на предупреждение возможного уклонения данного лица от следствия и суда в целях обеспечения его присутствия при производстве предварительного расследования и в суде.

  1. Существовуют как процессуальные (меры пресечения, отобрание обя- зательства о явке, вызов, привод, задержание), так и непроцессуальные (ин- формационно-технические, оперативно-розыскные, судебно- психологические) способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.
  2. Разработан вариант статьи УПК, предусматривающей следующие обязанности обвиняемого (подозреваемого): не уклоняться от следствия и суда; выполнять постановления следователя, прокурора, дознавателя, судьи и определения суда; возмещать расходы, возникшие по его вине в связи с розыском, доставлением и приводом его в правоохранительные органы.
  3. Обоснована необходимость наделения правоохранительных органов возможностью применения в отношении обвиняемых, уклоняющихся от следствия и суда, штрафных санкций в рамках уголовного судопроизводства;
  4. Поставлен и исследован вопрос о закреплении в уголовно- процессуальном законе четкой иерархии мер пресечения и постановке их в зависимость от уголовно-правовых норм.
  5. В целях наиболее эффективного действия такой меры пресечения, как залог, предлагается новая редакция статьи, регламентирующей его применение.
  6. Аргументируется необходимость использования работниками право- охранительных органов психолого-педагогических знаний в целях воздействия на поведение обвиняемого, чтобы обеспечить неуклонение его от следствия и суда.
  7. Вносятся предложения о совершенствовании
    уголовно-

9 процессуального законодательства, регламентирующего институт предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Изложенные в диссертации положения, выводы и предложения могут быть использованы:

в законотворческой деятельности по совершенствованию уголовно- процессуального законодательства;

в деятельности правоохранительных органов в целях разрешения про- блемных ситуаций, связанных с возможным уклонением обвиняемых от предварительного следствия и суда;

в преподавании курса уголовного процесса в юридических вузах и учебных заведениях России, а также в системе повышения квалификации прак- тических работников;

в научно-исследовательской работе при дальнейшей разработке проблем предотвращения уклонения обвиняемых от предварительного следствия и суда.

Апробация результатов исследования. По теме диссертационного ис- следования автором опубликовано четыре статьи. Результаты проведенного исследования диссертантом докладывались на трех научно-практических конференциях, состоявшихся в 1995-1998 гг. в Саратове и Санкт- Петербурге. Подготовлены и внесены в Государственную Думу проекты новой редакции статей 34, 46, 47, 52, 99, 323 УПК РСФСР, касающиеся определения понятия уклонения обвиняемого от следствия и суда, регламентации процессуальных обязанностей обвиняемого, уголовно- процессуальной ответственности обвиняемого за нарушение этих обязанностей, а также применения залога в качестве меры пресечения.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заклю- чения, библиографии.

Структура работы подчинена решению задачи более полного раскрытия

10

понятия содержания и значения предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда в российском уголовном процессе.

11

  1. СУЩНОСТЬ, ПОНЯТИЕ, ЦЕЛИ, ЗАДАЧИ И ЗНАЧЕНИЕ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕД- СТВИЯ И СУДА

1.1. Понятие уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Институт предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда недостаточно исследован в процессуальной теории и не свободен от серьезных пробелов в законодательстве.

Одним из важнейших условий совершенствования работы по раскрытию и расследованию преступлений является предупреждение уклонения обвиняе- мого от следствия и суда. Именно предупреждение такого уклонения, а не устранение его последствий, на которое работниками правоохранительных органов затрачиваются значительные силы, средства и время. Уклонение обвиняемого от следствия и суда затягивает процесс расследования, что зачастую приводит к утрате ценных доказательств.

Причины подобного положения кроются в первую очередь в недостатках действующего уголовно-процессуального законодательства.

Проблема предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда волновала еще дореволюционных юристов1, а в последние годы интерес к ней ученых-процессуалистов заметно повысился.

Много работ посвящено разработке вопросов уголовно-процессуального принуждения и такой его составной части, как меры пресечения2. Не остается

1 См.: Кистяковский А. О пресечении обвиняемому способов уклониться от следствия и суда. СПб, 1868; Микляшевский В. О средствах предоставления обвиняемого в суд и пресечении ему способов укло ниться от следствия и суда. Варшава, 1872; Кузьмин-Караваев В.Д. Пресечение способов уклонения от следст вия и суда.СПб.,1902 и др.

2 См.: Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж, 1975; Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978; Булатов Б.Б. Эффективность мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984; Кудин Ф.М. Принуждение в уголовном

12 без внимания и проблема розыска обвиняемых, скрывающихся от следствия и суда1.

Интерес к указанным проблемам не случаен, поскольку присутствие об- виняемого на предварительном следствии и в суде обеспечивает быстрое и правильное разрешение уголовного дела, что имеет особо важное значение при расследовании тяжких преступлений, и, само собой, разумеется вершить правосудие возможно только над присутствующим обвиняемым.

Однако разработка самого понятия уклонения обвиняемого от следствия и суда оставалась в стороне от научных исследований. Анализ научных трудов дореволюционных и современных российских процессуалистов наглядно показывает, что единого мнения по этому вопросу не существует.

Одними авторами уклонение обвиняемого от следствия с суда трактуется как “побег” или “самовольная отлучка” с места жительства2. По мнению других, это понятие включает в себя также уничтожение и подтасовку доказательств виновности (поиск лжесвидетелей, уговоры с сообщниками и т.п.)3, путем “сокрытия следов преступления, создания препятствий органам власти установить и закрепить фактические и юридические обстоятельства совершенного деяния”4. Четкого же определения понятия уклонения обвиняемого от следствия и суда, как в дореволюционной, так и в современной процессуальной литературе не существует.

В Толковом словаре русского языка СИ. Ожегова слово “уклониться” оз- начает “отодвинуться, отклониться в сторону, чтобы избежать чего-нибудь, устраниться, отказаться от чего-нибудь”5. Как видно из определения, уклонение

процессе. Красноярск, 1985; Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе.М., 1989; Михайлов В.А. Меры пресечения в советском уголовном судопроизводстве. М., 1991; Михайлов В.А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М., 1993 и др.

1 См.: Быков В.М.Домовский В.Д. Приостановление производства по уголовному делу. М.,1978; Ко- сенко А.С. Розыскные действия в советском уголовном процессе. Хабаровск, 1989; Решняк М.Г. Совершенство вание механизма предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и розыска скрывшегося обвиняемого //”Следователь”. №1. 1998. С. 18 и др.

2 См.: Кистяковский А. О пресечении обвиняемому способов уклониться от следствия и суда. СПб.,1868; Розин H.H. Уголовное судопроизводство.Петроград,1916 и др.

3 См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Петроград. 1915.С.332.

4 См.: Кузьмин-Караваев В.Д. Указ соч. С.15.

5 См.: Ожегов СИ. Словарь русского языка. M., 1989. С.677.

13 предполагает уход от каких-либо неприятных последствий или событий. Применительно к обвиняемому такими неприятными для него последствиями могут быть: несение наказания (как заслуженного, так и незаслуженного), утрата материальных ценностей и связанные со всем этим личные проблемы, наличие в будущем судимости и др. А чтобы избежать этих последствий, обвиняемый может предпринять попытку уклониться от следствия и суда. Однако уклонение не предполагает совершения активных действий с целью сокрытия доказательств.

Понятие уклонения от следствия и суда тесно связано с понятием проти- водействия расследованию, которое стало предметом довольно широкого обсуждения учеными-криминалистами1.

Противодействие, как категория, есть выражение одной из объективных закономерностей борьбы двух противоположностей. Применительно к социальным системам противодействие получает свое развитие там, где происходит столкновение интересов групп или отдельных людей. Противодействие объективно существует и в сфере уголовного судопроизводства, поскольку событие преступления обычно находится в фокусе противоборствующих интересов. Закономерности такого противоборства, по мнению некоторых авторов, состав-ляют общий объект всех смежных наук криминального цикла .

Действительно, невозможность познания механизма преступления приводит к невозможности процесса доказывания. В этом случае проблема противо- действия расследованию становится предметом внимания не только криминалистики, но и уголовного процесса. Можно говорить о том, что противодействующие субъекты “останавливают” применение норм уголовно-материального права и, в конечном счете, препятствуют реализации уголовной политики государства.

1 См.: Организованное противодействие раскрытию и расследованию преступлений и меры по его ней трализации: Материалы научно-практической конференции (29-30 октября 1996 года, г. Руза). М.,1997.

2 См.: Каминский M.K. Криминалистическая характеристика деятельности по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений // Криминалистика: проблемы, тенденции перспективы. Общие и частные теории. М.,1987.С59.

14

Здесь уместно остановиться на различиях в понятиях “противодействие” и “уклонение”. Противодействие - действие, препятствующее другому действию . Противодействие - объективная, сквозная характеристика деятельности субъектов преступления. Казуальные случаи “непротивления” расследованию не являются закономерностью. Субъекты преступлений, совершенных по неосторожности и в условиях очевидности, могут противодействовать и, как свидетельствует практика, действительно противодействуют в меру возможного. Если бы это было не так, тогда необходимо согласиться с абсурдной мыслью, что интересы преступников и правосудия полностью совпадают. Что же касается умышленных преступлений, то при отсутствии цели их сокрытия следует признать не менее абсурдное положение, что преступники не желают воспользоваться результатами своей деятельности и даже более того - желают претерпеть предусмотренные законом санкции. Словом, уклонение от ответственности - это “генетический”, атрибутивный признак механизма преступления любого рода, выступающий в виде цели.

Существует несколько определений противодействия расследованию2. Суть их в основном сводится к тому, что это система действий (или бездействия), направленных на достижение цели сокрытия преступления, путем недо- пущения вовлечения его следов в сферу уголовного судопроизводства и их последующему использованию в качестве доказательств, а также в воспрепятствование выполнению действий, производимых на основании норм уголовно-процессуального законодательства и специально уполномоченными субъектами. Цель такого противодействия некоторые авторы видят в “уклонении от ответственности полностью или частично”3 и с этим нельзя не согласиться.

Противодействие расследованию - явление разностороннее. В ходе анали-

1 См.: Ожегов СИ. Словарь русского языка. 1985. С.41.

2 См.: Журавлев СЮ. Противодействие деятельности по раскрытию и расследованию преступлений и тактика его преодоления. Дисс. канд.юр.наук. Новгород, 1992. С.27.; Карагодин B.H. Преодолениепротиводей- ствия расследованию. Свердловск, 1992. С. 16. и др.

3 См.: Великородный П.Г. Криминалистическое понятие способа уклонения от ответственности // Во просы борьбы с преступностью. Вып.44. М., 1986. С.82-86.

15 за литературных источников по этому вопросу мы обнаружили классификацию, данную А.Р.Ратиновым, согласно которой противодействие осуществляется в активных и пассивных формах1. Мы не отрицаем, что противодействие может иметь пассивную форму, т.е. форму бездействия. В большинстве случаев противодействие включает в свою структуру бездействие в качестве одного из элементов. Субъект противодействия (обвиняемый, подозреваемый), не совершая действий, необходимых для выполнения задач расследования, взамен выполняет другие. Например, уклоняясь от явки к следователю или в суд, он в ряде случаев не просто не является по вызову, а скрывается с постоянного места жительства, симулирует заболевание и т.п. Поэтому нельзя говорить о том, что противодействие может осуществляться в форме бездействия.

Наиболее удачную классификацию форм противодействия расследованию дает В.Д.Карагодин. Он подразделяет акты противодействия на две большие группы: 1) противодействие, состоящее в воздействии на информацию о реальном преступлении (сокрытие преступления) и 2) акты противодействия, не свя-занные с преобразованием информации о совершенном преступлении . Во второй группе актов противодействия В.Д. Карагодин^наряду с такими, как ограничение допуска следователя к различным объектам, имеющим значение для дела и воздействием на следователя, выделяет уклонение от участия в расследовании.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что уклонение от следствия и суда есть одна из форм противодействия следствию, не связанная с сокрытием преступления путем воздействия на информацию о нем. Уклониться от следствия и суда обвиняемый (подозреваемый) может различными способами и, в первую очередь, путем сокрытия им самим от органа, осуществляющего уголовный процесс. Понятие сокрытия от следствия и суда дано Л.М. Репки-ным. Он пишет: “Сокрытие от следствия и суда есть деятельность умышленная,

См.: Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике // Правовая кибернетика. М.Л970. С. 188.

2 См.: Карагодин В.Д. Указ соч. С.15-18.

16

которая заключается в совершении неправомерных действий, направленных на то, чтобы местонахождение обвиняемого оставалось неизвестным для органов следствия и суда (выбытие без прописки, проживание по подложным документам и т.д.)”1. Однако понятия “сокрытие” и “уклонение” нельзя считать тождественными. Уклониться от следствия и суда можно не только путем сокрытия.

Анализ практики позволяет сделать вывод о том, что к способам уклонения от следствия и суда можно отнести : побег из-под стражи, оставление места жительства, переход на нелегальное положение, умышленную неявку по вызовам, симуляцию психического или физического заболевания и даже самоубийство обвиняемого (подозреваемого). Два последних способа не имеют ничего ^общего с сокрытием, однако, несомненно, являются способами уклонения от следствия и суда.

Уклонение от следствия и суда не следует путать с уклонением от ответ- ственности за совершенное преступление. Уклонение от ответственности будет целью по отношению к уклонению от следствия и суда. Любое противодействие расследованию служит цели уклонения от ответственности. Уклоняясь временно от предварительного следствия или суда, обвиняемый (подозреваемый) имеет промежуточную цель: затянуть расследование и это время использовать для совершения иных актов противодействия.

С целью уклонения тесно связан его мотив. Мотив - сложное психологи- ческое образование, зависящее от объективных факторов и свойств личности субъекта. Он отображает потребности, интересы, эмоции, отношения, взгляды и другие свойства личности и внешние условия2. Мотивы предопределяют деятельность через цель. Возникая при наличии конкретных потребностей, они обуславливают постановку цели. Поскольку в основе мотивов лежат потребности, то мотивы уклонения следует искать в них. Под потребностями в психоло-

’ Репкин Л.М. Приостановление предварительного следствия. Волгоград, 1971. С. 14. 2 См.: Леонтьев А.Н. Деятельность.Сознание.Личность.М.,1975. С.180; Ковалев А.Г. Психология личности М.. 1970.С.98.

17 гии понимается испытываемая человеком нужда в чем - либо . Субъект уклонения испытывает нужду в избежании неприятных последствий, связанных с несением как заслуженного, так и незаслуженного наказания. О незаслуженном наказании мы можем говорить, поскольку правоохранительные органы не застрахованы от совершения следственных и судебных ошибок. И, возможно, что лицо, обвиняемое (подозреваемое) в совершении преступления, в силу своих психологических особенностей может предпочесть уклонение от следствия и суда терпеливому ожиданию справедливого разрешения уголовного дела.

Таким образом, интерес обвиняемого противоречит интересам самого су- допроизводства и сводится в основном к тому, чтобы всеми возможными способами освободиться от уголовного преследования. Намерение это может возникнуть на любом этапе предварительного расследования и судебного разбирательства особенно после того, как обвиняемый убедится, что следы, оставленные им после преступления, известны, и когда он предполагает, что может быть подвергнут наказанию.

Является ли противодействие в форме уклонения от следствия и суда про- тивоправным, - вопрос спорный. И.М. Лузгин называет противодействие расследованию не только социально опасным, антисоциальным, но и социально патологическим2. В юриспруденции социальноопасными считаются действия, признанные таковыми законом. Под общественной опасностью понимается свойство деяния причинять существенный вред охраняемым уголовным зако-ном объектам . Представляется, что отсутствуют какие-либо основания для расширенного толкования названного свойства действий человека. В противном случае может возникнуть терминологическая путаница и, что еще опаснее, желание признать противоправными все виды противодействия предварительному расследованию. Несомненно, некоторые виды противодействия, содер-

1 См.: Ковалев А.Г. Там же С. 130

” См.: Лузгин И.М. Некоторые аспекты криминалистической характеристики и место в ней данных о сокрытии преступлений // Криминалистическая характеристика преступлений. М.,1984. С.29.

’ См.: Гришаев П.И. Понятие преступления // Комментарий к УК РСФСР. Под ред. Северина Ю.Д. М.Л984.С.14.

18 жащие признаки состава преступления, общественно опасны и за их оказание в законе предусмотрена уголовная ответственность (ст.ст. 309, 313 УК РФ). Однако реализация многих актов противодействия не влечет за собой уголовной или какой - либо иной правовой ответственности и, следовательно, не является общественно опасной. Более того, закон, предоставляя подозреваемым и обвиняемым право на защиту всеми возможными средствами, если при этом не нарушаются нормы права, фактически позволяет им защищаться от возникшего подозрения и предъявленного обвинения, прибегая к противодействию. В частности, подозреваемый и обвиняемый не обязаны давать правдивые показания и могут вообще отказаться от дачи показаний. Не существует у них и обязанности сообщать о совершенных ими преступлениях. Они не несут ответственности за сокрытие преступления, если при этом не совершают нового общественно-опасного деяния. Законодатель, не предусматривая ответственности за подобные акты противодействия и не возлагая на субъектов обязанности действовать иным образом, тем самым признает подобные поступки социально допустимыми, а значит правомерными .

Думается, что многие, в том числе и законодатель, понимают социальное значение вреда, причинение которого возможно в результате эффективного противодействия расследованию. Но в данном случае намеренно допускается наступление таких последствий, дабы избежать еще более тяжких, которые могут возникнуть в результате ограничения прав на защиту. Однако уклонение от следствия и суда, как один из способов противодействия, несомненно, следует признать противоправным, а такую обязанность обвиняемого, как не уклоняться от следствия и суда, стоит четко обозначить в законе, поскольку она является самой главной. В этом случае ни коим образом не будет нарушено право обвиняемого на защиту, поскольку от него требуется лишь присутствие на предварительном следствии и в суде, а задачей следственных и судебных органов является установление объективной истины при преодолении иных форм проти-

1 См.: Кудрявцев В.Н. Закон, поступок, ответственность. М., 1986. С. 148-150.

19 водействия расследованию путем грамотного, профессионального использования криминалистических средств и методов. А коль скоро так, то обвиняемый должен нести юридическую ответственность за указанные действия, поскольку уклоняясь от следствия и суда, он нарушит возложенную на него законом обязанность.

В уголовно-процессуальном законодательстве нет прямого указания на такую обязанность обвиняемого, как неуклонение от следствия и суда, и это является серьезным пробелом. В УПК вообще нет четкой регламентации обязанностей обвиняемого, они только подразумеваются. Из смысла статей действующего УПК вытекает, что обвиняемый обязан: явиться по вызову следователя в назначенный срок (ст. 146), не уклоняться от расследования, соблюдать избранную меру пресечения и порядок при расследовании дела, не препятствовать расследованию и установлению объективной истины (ст.ст. 89,93,101), не прибегать к противозаконным методам защиты, мешающим нормальному ходу расследования, строго подчиняться постановлениям органов расследования (ст. 127), в том числе: об освидетельствовании (ст. 181), предоставлении образцов для сравнительного исследования (ст. 186), помещении в медицинское уч- реждение для стационарного наблюдения (ст. 188), наложении ареста на имущество (ст. 175), производстве обыска (ст.ст. 170,172) и другим процессуальным решениям, вынесенным в связи с производством тех или иных следственных действий. Указанный объем обязанностей является относительно устоявшимся, хотя в УПК отсутствует специальная статья или ее часть, регламентирующая их. Что касается ст. 46 УПК, то речь идет лишь о правах обвиняемого. Такое содержание статьи нельзя признать удачным. Всякое правоотношение образуют субъективные права и обязанности сторон (субъектов). Эти права и обязанности корреспондируют друг друга . Субъективное право и юридическая обязанность - парные и равноэлементные категории, которые, с точки зрения общей теории права, в рамках конкретных правоотношений должны строго соответствовать друг другу. Обвиняемый же, как субъект уголовно-процессуальных пра-

20 воотношений, наделен лишь широкими правами (ст. 46 УПК) и гарантией осуществления этих прав является налагаемая на государственные органы и должностные лица обязанность разъяснить обвиняемому его права и содействовать их осуществлению (ст. 149 УПК).

Статья/*) “Всеобщей декларации прав человека” гласит: “Каждый человек имеет обязанности перед обществом, в котором только и возможно свободное и полное развитие его личности”1. Этот важный документ наглядно говорит о том, что любая личность, наделенная самыми широкими правами, должна иметь обязанности перед обществом. Что же касается обвиняемого, то он, обладая определенными правами, естественно, должен быть наделен и обязанностями. Перечень же этих обязанностей, в круг которых следует включить и неуклонение от следствия и суда, должен содержаться в специальной статье УПК или ее части. А коль скоро так, то отдельная статья должна предусматривать ответственность обвиняемого за невыполнение своих обязанностей. Кроме того, разъяснение понятия уклонения обвиняемого от следствия и суда необходимо внести в ст.34 УПК.

В проекте УПК РФ, принятом Государственной Думой в первом чтении, никаких изменений по сравнению с действующим УПК в части правового статуса обвиняемого не предусмотрено. В ст. 38 данного проекта говорится лишь о правах обвиняемого, хотя сокрытие обвиняемого от предварительного следствия и суда и воспрепятствование объективному расследованию являются основаниями для применения в отношении него меры пресечения2.

Наиболее удачным в части правового статуса обвиняемого оказался проект УПК РФ, разработанный авторским коллективом рабочей группы при Государственно-правовом управлении Президента Российской Федерации. В этом проекте ст. 81 озаглавлена: “ Права и обязанности обвиняемого”, причем обязанности содержатся в отдельном подпункте статьи. К таким обязанностям от-

1 См.: Всеобщая декларация прав человека. Декларация прав и свобод человека и гражданина. М.,1993. Сб.

2 См.: Юрид. вестник. 1995.№ 31.С.5.

21 носятся:

-являться по вызовам органа, ведущего уголовный процесс;

-будучи взятым под стражу, подвергаться личному обыску по требованию органов, ведущих уголовный процесс;

-подвергаться врачебному осмотру, дактилоскопированию, запечатлению и давать возможность взять пробы крови, выделений тела по требованию органа, ведущего уголовный процесс;

-подвергаться освидетельствованию по требованию органа, ведущего уго- ловный процесс;

-подвергаться экспертизе по требованию органа, ведущего уголовный процесс;

-подчиняться законным распоряжениям прокурора, следователя, дознава- теля, подчиняться законным распоряжениям председательствующего;

-не покидать зал судебного заседания до объявления перерыва без разре- шения председательствующего;

-соблюдать порядок в заседании суда.

На самом деле, если обязать обвиняемого не уклоняться от следствия и суда, то отпадет необходимость в конкретизации некоторых других обязанностей, поскольку эта обязанность включает в себя следующие: являться по вызовам следователя и суда, соблюдать избранную меру пресечения, не скрываться с места жительства.

Глава 1 указанного проекта посвящена порядку применения мер процес- суального взыскания к участникам процесса, не исполняющим свои обязанности. Такая редакция статей о процессуальном статусе обвиняемого, по нашему мнению, является наиболее удачной, хотя и нуждается в некоторых изменениях и дополнениях.

По нашему мнению необходимо:

1) Статью 34 УПК дополнить пунктом 17 и изложить его в следующей

1 См.: Проект общей части Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. М.,1994.С78.

22 редакции: “ Уклонение от следствия и суда - это умышленное совершение обвиняемым (подозреваемым, подсудимым) противоправных действий, направленных на получение возможности отсутствовать на предварительном следствии и в суде и выражающихся в неявке без уважительных причин по вызовам следователя, дознавателя, прокурора и суда (судьи), нарушении избранной меры пресечения, самовольном оставлении места жительства, проживание по подложным документам или без регистрации, симуляции физического либо психического заболевания.”

2) Статью 46 УПК дополнить частью 7 и изложить ее в следующей редак- ции: “ Обвиняемый обязан: не уклоняться от следствия и суда; выполнять постановления следователя, прокурора, дознавателя, судьи и определения суда; возмещать расходы, возникшие по его вине в связи с розыском, доставлением и приводом его в правоохранительные органы.” 3) 4) Статью 2 УПК дополнить частью 5 и изложить ее в следующей редакции: “ Подозреваемый обязан: не уклоняться от следствия и суда; выполнять постановления следователя, прокурора, дознавателя, судьи и определения суда; возмещать расходы, возникшие по его вине в связи с розыском, доставлением и приводом его в правоохранительные органы .” 5) 1.2. Деятельность по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда, ее понятие, цели и виды.

В русском языке слово “предотвратить” означает заранее отвратить, от- странить какое либо явление1. Пользуясь этим определением можно предположить, что предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда, есть недопущение такого уклонения. Это означает, что лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, суд (судья) в рамках своих полномочий, используя предоставленные им права и исполняя возложенные на них обязанности, долж-

1 См.: Ожегов СИ. Словарь русского языка. М.,1989. С.470

23 ны заранее предпринять меры, не позволяющие обвиняемому уклониться от предварительного следствия и суда. Розыск скрывшегося обвиняемого не имеет ничего общего с предотвращением его уклонения от следствия и суда. Именно предупреждение такого уклонения, а не розыск обвиняемого, на который затрачиваются государственные средства и значительное время, является одним из важнейших условий повышения эффективности предварительного следствия и борьбы с преступностью.

Способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда могут быть как процессуальными, так и непроцессуальными. Однако все они должны иметь под собой твердую законодательную основу.

Почему же предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда имеет такое важное практическое значение? А потому, что каждое преступление оставляет или быстро исчезающие или более постоянные следы, которые могут быть наблюдаемы во время совершения преступления и после его окончания. Для разъяснения происхождения этих следов необходимо присутствие обвиняемого и его содействие. Предоставление обвиняемого к следователю или в суд один раз недостаточно и поэтому для обеспечения его содействия расследованию нужно, естественно, употреблять средства, предоставляющие его к следователю или в суд столько раз, сколько понадобится для наиболее быстрого установления истины по делу. Возможность уклонения обвиняемого от участия в следственных действиях может возрастать по мере появления новых сведений, уличающих его в совершении преступления. Присутствие обвиняемого при производстве следствия и в суде необходимо и для того, чтобы он смог использовать все способы защиты от обвинения, чтобы избежать следственных и судебных ошибок. Присутствие подсудимого в судебном следствии не менее важно, чем на предварительном следствии. Как правило, к моменту рассмотрения уголовного дела в суде собрано уже такое количество доказательств, кото- рое позволяет составить обвинительный приговор. Ознакомление обвиняемого с обвинительным заключением все больше убеждает его в том, что надежда на

24 оправдательный приговор становится слабее, что он не может рассчитывать на избежание наказания. Чем больше собрано доказательств, уличающих обвиняемого, которые он не может опровергнуть в свою пользу, тем право государства наказать его становится очевиднее, тем больше оснований для применения различных способов предотвращения его уклонения от следствия и суда. Когда это предположение становится все более вероятным, то обеспечение явки обвиняемого (подсудимого) в суд становится необходимым для восстановления справедливости.

Задача уголовного судопроизводства - восстановление нарушенного по- рядка посредством наказания виновного, а наказание может быть исполнено только над присутствующим приговоренным. Следовательно, средства, предотвращающие уклонение обвиняемого от следствия и суда, должны применяться на всех стадиях уголовного процесса.

Деятельность по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда является инструментом регулирования его поведения. Посредством своего воздействия эта деятельность достигает определенных целей, которые вытекают из общих задач уголовного судопроизводства и свое конкретное выражение получает в деятельности участников процесса. Поэтому уяснение целей деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда связано с ответом на вопросы: ради чего эта деятельность осуществляется, на что направлена, каким образом и через какие средства достигается ее цель?

Определение понятия процессуальных целей сопряжено с многоаспектно- стью и многогранностью этой категории в философии, а специфичность ее в сфере уголовно-процессуального регулирования определяется правоведением1. Цель в уголовно-процессуальном праве, подобно самому праву, может рассматриваться и как объективная и как субъективная категория. Она объективна, поскольку определяется, в конечном счете, материальными условиями жизни

1 См.: Макаров М.Г. К вопросу категории “цель” в философии диалектического материализма. Ученые записки Тартусского гос. ун-та. М., 1960, вып.83; Трубников Н.Н. О категориях “цель”,”средство”,”результат”. М.,1968; Керимов Д.А. Философские проблемы права. М.,1972 и др.

25 общества и, будучи закрепленной в действующем праве, выражает волю своего народа и является идеальным предопределением желаемого результата поведения участников уголовного процесса, установленного процессуальным законом.

Реализация уголовно-процессуальных норм есть субъективный процесс, поскольку он направляется компетентными должностными лицами.

Как и всякая цель, цель в сфере уголовного судопроизводства представляет собой продукт сознательного творчества целенаправленной деятельности, результаты которой обеспечивают эффективность уголовно- процессуального права в целом.

Таким образом, цель является движущей силой соответствующей дея- тельности и одновременно направляющим фактором в этой деятельности. Будучи идеально выраженным результатом желаемого поведения участников уголовного процесса, цель всегда выступает как задача, которую предстоит разрешить с помощью уголовно-процессуальных средств. Путь к цели лежит через средства, а средство определяется через цель. Без средств цели нереальны, неосуществимы, равно как и при отсутствии целей существующие средства не приводят к какому-либо результату. Более того, при наличии и целей и средств нужна еще и деятельность, которая при помощи средств превращает цели в результат .

Цели деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от след- ствия и суда требуют соответствующих средств их реализации. Чтобы соотноситься со своей целью, средства должны отвечать определенным требованиям.

  1. Они должны быть зафиксированы в законодательстве в виде опреде- ленных правил поведения субъектов, предоставленных им процессуальным и иным законодательством, и возлагаемых на них обязанностей. Именно с помощью этих средств поведение участников уголовного процесса (в частности, обвиняемого, подсудимого) вводится в необходимые рамки, приводится в соот-

’ См.: Керимов Д.А. Философские проблемы права. М.,1972.С381.

26 ветствие с государственной волей, требованиями процессуального
закона. Взаимосвязанные друг с другом права и обязанности составляют содержание средства, регулирующего поведение участников уголовно- процессуальных отношений.

  1. Они должны обладать способностью служить цели. Эту способность средства приобретают только в процессе практической деятельности. Только в процессе использования средств проявляется их исключительное назначение -служить достижению целей. Вместе с тем возможность использования средств (право на их применение) ограничивается необходимостью достижения целей (выполнение обязанностей). Способность экономично служить цели обеспечивает конкретность различных способов деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда и их оптимальную эффективность.
  2. Средства должны быть необходимо связаны с целями и применяться только в соответствии с их назначением. В противном случае право субъекта на применение средств не пользуется защитой государства, а их осуществление может стать противоправным и повлечь ответственность.
  3. Специфичность целей деятельности по предотвращению уклонения об- виняемого от следствия и суда определяет специфичность средств воздействия, но реализуясь в своих средствах, цели сами превращаются в средства достижения последующих целей.
  4. Таким образом, деятельность по предупреждению уклонения обвиняемого от следствия и суда характеризуется единством целей и средств их достиже- ния.

Все вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что целью различных видов деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от след- ствия и суда является именно недопущение такого уклонения, которое может выражаться как в сокрытии самим обвиняемым от следствия и суда, так и в совершении иных действий, позволяющих ему не присутствовать на предварительном следствии и в суде. В свою очередь, деятельность по предотвращению

27 уклонения обвиняемого от следствия и суда имеет свои как ближайшие, так и перспективные цели. К ближайшим целям можно отнести следующие: обеспечение присутствия обвиняемого при производстве следственных действий; устранение препятствий к установлению истины; предупреждение совершения обвиняемым новых преступлений. Перспективными целями являются такие, как воспрепятствование уклонению обвиняемого от отбытия наказания; воспитание граждан в духе исполнения российских законов и необходимости надлежащего поведения. На достижение этих целей направлена вся уголовно-процессуальная деятельность.

В юридической литературе эти цели приписываются также и мерам пре- сечения. Однако меры пресечения являются одним из средств предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда и поэтому цели деятельности по предотвращению такого уклонения и мер пресечения совпадают1. Эти же цели, в свою очередь, направлены на достижение главной цели уголовного судопроизводства, указанной в ст.2 УПК - быстрому и полному раскрытию преступлений, изобличению виновных и обеспечению правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден.

Как и любая другая, деятельность по предотвращению уклонения обви- няемого от следствия и суда в зависимости от ее форм может осуществляться различными субъектами. Если это деятельность процессуальная, то она может осуществляться только участниками уголовного процесса в рамках их компетенции и в соответствии с правами, предоставленными им для успешного выполнения возложенных на них обязанностей. Например, деятельность по применению мер пресечения может осуществляться только дознавателем, следователем, начальником следственного отделения, если он принял дело к своему

1 См: Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж.1975.С.85; Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978. С.27-59; Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовном праве. Л., 1976, С.27-59.

28

производству, прокурором, судьей, единолично рассматривающим уголовное дело, судом в стадии судебного разбирательства (ч.1 ст.89; ч.1 ст.92; ч.1 ст. 101 УПК РФ). Если эта процессуальная деятельность направлена на проверку соответствия действительности представленных обвиняемым (подозреваемым) медицинских документов о физическом, либо психическом заболевании, то к ней могут быть привлечены и другие участники процесса (эксперт, специалист, свидетель и др.). Непроцессуальная же деятельность по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда может осуществляться самыми различ- ными лицами (участковыми инспекторами, воспитателями учебных заведений, поручителями и др.) Направляет же всю эту деятельность должностное лицо, в производстве которого находится уголовное дело.

Указанный вид деятельности может быть по-настоящему действенным и эффективным средством охраны законности, правопорядка и интересов личности, если осуществляется в рамках закона. Применение незаконных мер является худшим проявлением произвола. В связи с этим огромную практическую важность имеет определение оснований и условий, при которых применение того или иного способа предупреждения уклонения обвиняемого от предварительного следствия и суда, считается законным, обоснованным и практически целесообразным.

В русском языке термин “основание” трактуется как “причина, достаточный повод, оправдывающие что-нибудь”1. Под основанием в науке понимаются те явления или стороны явлений, которые служат первоначальным источником, определяющим существо и развитие всех остальных производных явлений или их сторон, находясь с ними в отношении диалектической взаимообусловленн-ности. Исходя из вышеизложенного, основанием применения различных способов предотвращения уклонения обвиняемого от предварительного следствия и суда могут быть явления, делающие применение этих способов необходимым,

1 См.: Ожегов СИ.Словарь русского языка. М.,1989 С.372.

29 являющиеся их причиной, поводом.

В целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда на- ряду с принудительными мерами процессуального характера применяются и иные меры (психологические, воспитательные и др.). Основания для применения мер процессуального принуждения определяются теми нормами уголовно-процессуального законодательства, которыми они предусматриваются. Иные же меры, а именно непроцессуальные, хотя и не противоречат действующему законодательству, четко в законе не определены и основания их применения не указаны. И все же общим основанием применения всех способов и средств предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда является фактическая необходимость предупредить возможную опасность такого уклонения, существующую, более или менее, на всех стадиях ведения уголовного дела.

Нельзя игнорировать и тот факт, что установить основания применения различных способов уклонения обвиняемого от предварительного следствия и суда вне связи с совершенным преступлением, вне соответствующих правоотношений невозможно.

Тот, кто совершил преступление, ставит себя в особое отношение к госу- дарству, и это отношение регулируется в первую очередь нормами уголовного права. Вместе с тем, наличие уголовно-правового отношения создает необходимость уголовно-процессуальных отношений между личностью предполагаемого преступника (обвиняемого) и иными лицами, силой обстоятельств совершенного преступления втянутыми в уголовный процесс, и соответствующими следственными, прокурорскими и судебными органами. Вся уголовно-процессуальная деятельность, которая осуществляется в форме уголовно-процессуальных правоотношений, направлена на то, чтобы установить, есть ли в действительности или отсутствует уголовно-правовое отношение между личностью обвиняемого и государством. Различные способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, выступающие в форме правоотношений, являются теми средствами, использование которых позволяет преодо-

30 леть или устранить препятствия в процессе установления уголовно- правового отношения.

Изложенное позволяет сделать вывод о том, что помимо оснований, при- менение различных способов предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, необходимы некоторые условия. В уголовном процессе условия сопутствуют основанию применения различных способов такого предотвращения. Этими условиями являются: наличие признаков уголовного преступления и развивающееся в связи с этим уголовно- правовое отношение, а для применения процессуальных способов предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда также наличие возбужденного уголовного дела и появления в нем таких участников уголовного процесса, как подозреваемый и обвиняемый.

Таким образом, предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда можно определить, как осуществляемую в строгом соответствии с законом предупредительную деятельность дознавателя1, следователя, прокурора и суда (судьи), а равно других участников процесса и иных лиц, прямо или косвенно заинтересованных в исходе дела, которая направлена на пресечение обвиняемому способов уклонения от следствия и суда в целях обеспечения его присутствия при производстве предварительного расследования и в суде.

Деятельность эта многогранна. Она заключается не только в возможности применения к лицам, обвиняемым или подозреваемым в совершении преступления, различных мер уголовно-процессуального принуждения. В большей степени ее успех будет зависеть от умения следователя, работника дознания, прокурора, судьи использовать педагогические и психологические приемы воздействия на поведение обвиняемого с целью достижения желаемого результата.

Реально предотвратить сокрытие обвиняемого от следствия и суда может только такая мера пресечения, как заключение под стражу, и в некоторых случаях она может являться единственным возможным средством пресечения нежелательных действий обвиняемого. Однако применение этой меры представ-

1 Здесь и далее имеется в виду лицо, производящее дознание.

31 ляет собой самое острое вторжение в сферу прав граждан на свободу и личную неприкосновенность, гарантированных Конституцией РФ (ст.22), и поэтому возможность ее использования ограничивается лишь исключительными случаями. Но даже применение этой меры пресечения не может помешать обвиняемому симулировать заболевание с целью уклонения от предварительного следствия и суда, а также лишить себя жизни. Только лишь процессуальными средствами решить эти проблемы невозможно.

Помимо мер пресечения, с целью предотвращения уклонения обвиняемого от явки к следователю, дознавателю или в суд, применяются иные процессу- альные меры, способные обеспечить такую явку. К этим мерам относятся: получение от обвиняемого или подозреваемого обязательства являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства (ч.4 ст.89 УПК), вызов обвиняемого (ст. 145 УПК), привод обвиняемого (ст. 147 УПК), задержание (ст. 122 УПК).

Наряду с процессуальными способами предотвращения уклонения обви- няемого от следствия и суда возможно применение и непроцессуальных способов. В отличив- от процессуальных способов, предотвращающих такое уклонение, непроцессуальные способы может применять не только лицо, в чьем производстве находится уголовное дело, но и иные лица, прямо или косвенно заинтересованные в исходе дела (законные представители, участковые инспектора, воспитатели и др.). К таким способам можно отнести: судебно-психологические, информационно- технические и оперативно-розыскные. И наконец, поскольку уклонение обвиняемого от следствия и суда есть деятельность противоправная, заключающаяся в недобросовестном исполнении им своих процессуальных обязанностей, одним из способов предотвращения такого уклонения будет возможность применения в отношении него уголовно-процессуальных санкций.

Все предусмотренные способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда можно представить в виде схемы:

32

Способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда

процессуальные

непроцессуальн ые

Наличие уголовно- процессуальных санкций за уклонение от следствия и суда

Меры пресечения

Иные способы уголовно- про- цессуального принуждения

Судебно- психологические

Информационно- технические

Оперативно- розыскные

1.3. Теоретико-исторический аспект предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Существуют правовые традиции, которые берут свои истоки в далеком прошлом нашего народа. Это в полной мере можно отнести и к институту предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда. Система средств предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда возникла не на пустом месте. Интерес ученых-процессуалистов к этой проблеме появился очень давно. Процессуальная теория и практика знает различные способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, при конструировании которых был использован правовой опыт дореволюционной России и в то же время не было принято то, что предназначалось для подавления революционного движения и охраны полицейского государства.

Россия обладала самой разветвленной системой мер пресечения, исполь- зуемых главным образом в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда. На Западе же в то время в основном применялись только две меры: залог и арест. Разнообразие мер пресечения - свидетельство культуры правотворчества, свойственной Уставу уголовного судопроизводства 1864 г., который отличался высокой техникой законодательствования. Используя мате-

33 риалы, опубликованные в дореволюционное время, возможно проследить раз витие мер пресечения в России1. >

В XIII-XIV вв. понятие преступления совпадало с понятием гражданско- правового деликта и рассматривалось как имущественное возмещение причиненного вреда, а процедура установления того и другого по сути своей была одинаковой. Суд был обвинительным и состязательным и вершили его князья. В качестве доказательств при этом использовались: клятва, свидетельство, поединок и “суд божий” (испытание водой, огнем и т.п.). В качестве же меры пресечения, использующейся в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, применялось поручительство или поруки. Поруки, как мера предупреждения - древнейший народный институт, ведущий свое начало раньше возникновения княжеской власти. Однако прямо или косвенно об отдаче об- виняемых на поруки говорится в законодательных памятниках XIV и XV столетий. Цель поручительства была неизменной: поручители ручались, что взятый ими на поруки будет являться к суду или, что они будут ставить его к суду. В случае неявки ручаемого в суд в определенный срок, поручители платили государевы пошлины и истцовы иски (Соборное уложение ст. 113,115-117,121 и 122 гл.10). Таким образом, цель порук прежде всего состояла в том, чтобы обеспечить уплату судных пошлин и истцовых исков. Но так как имущественная ответственность в случае неявки ручаемого падала на поручителей, то очевидно, что в их интересах было обеспечить явку обвиняемого в назначенный срок, т.е. противодействовать уклонению ручаемого от следствия и суда. В этом и состояла сущность порук, как одной из мер пресечения способов уклонения от

1 См.: Кистяковский А. О пресечении обвиняемому способов уклониться от следствия и суда. СПб., 1868; Квачевский А. Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по судебным Уставам 1864 г., СПб.,1869, ч.З; Попов Е. Беседы с заключенными в тюрьмах. Изд.4.СПб.,1870; Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. СПБ.,1889; Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Киев,1891.т.2; Макалинский П.В. Практическое руководство для судебных следователей, состоящих при окружных судах. СПб., 1894; Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. СПб.,1906; Духовской М.В. Русский уголовный процесс. М.,1910; Викторский СИ. Русский уголовный процесс.Изд.2.М.,1912; Познышев СВ. Элементарный учебник уголовного процесса.М.,1913; Случев-ский В. Учебник русского уголовного процесса .Изд.4.СПб. 1913; Судебные уставы императора Александра II с законодательными мотивами и разъяснениями. Подгот. СГ. Щегловитовым. СПб.,1913; Розин H.H. Уголовное судопроизводство. Петроград, 1916.

34 следствия и суда.

По судебникам 1497 и 1555 гг. основными методами ведения уголовного процесса были обыск и пытка. Обыск (в смысле расспрос) был как средством отыскания доказательств, так и средством борьбы с преступностью. Губные старосты и целовальники собирали людей и проводили обыск о том, “кто у них на губе на посаде или в уезде лихих людей, татей и разбойников привечает и к кому разбойники и тати приезжают и разбойную рухлядь привозят”‘.Таким образом, обыск был одним из средств раскрытия преступления, и все уголовное судопроизводство того времени именовалось обыском. Всех, кого “облихуют” при обыске, до суда лишали свободы, но делали это путем “отдачи за пристава”. Это также одна из распространенных в дореволюционной России мер пресечения, заключающаяся в том, что человека сковывали и сажали в колоду. Но поскольку государственных тюрем еще не было, то арестованные должны были содержаться во дворе у пристава в ямах, сараях, хлеву, а пристав был обязан надзирать за ними. Отданных за пристава вызывали на допрос и пытали.

Если при обыске не “облихуют”, а “одобрят”, то применялось поручи- тельство, а если поручителей не было, то обвиняемый “отдавался за пристава”.

В XVII столетии поручительство стало применяться все реже и к концу века дошло до малых размеров. По Соборному уложению 1649 года основной мерой пресечения становится тюремное заключение, которое применялось губными старостами, а затем - воеводами. В тюрьмах держали до суда в течение длительного времени. “Поруки некогда столь могущественное учреждение,-должны были окончательно уступить содержанию в тюрьме, в которой предписывалось содержать даже правых крестьян, чтобы заставить явиться в суд обвиняемого помещика или укрываемого им крестьянина”2.

При Петре I была отменена мера пресечения -“отдача за пристава”, пору-

1 См.: Кистяковский А. Указ соч. С.22.

2 См.; Кистяковский А. Указ соч. С.274.

35 чительство перестало быть имущественным. Наиболее распространенной мерой пресечения стало содержание под стражей в тюрьме.

В Наказе Екатерины II от 30 июля 1767 г. был приведен примерный пере- чень улик, достаточных для заключения человека в тюрьму, к каковым относили: голос народа, побег обвиняемого, признание, учиненное вне суда, показание соучастника в преступлении, угрозы, которые мог обвиняемый делать, его давняя вражда к жертве преступления, самый наличный состав преступления и другие вероятные предположения. В более позднее время этот перечень был включен с небольшими дополнениями в Устав уголовного судопроизводства 1864 г. и дожил (в основе своей) до наших дней в виде перечня оснований для задержания подозреваемого (ст. 122 УПК РФ). В “Наказе” излагалась мысль о том, что меры пресечения и меры уголовного наказания имеют совершенно разные цели и что содержание обвиняемого под стражей до суда, “как мера жестокая, должно быть сколь возможно короче”.

Содержание под арестом в тюрьме является в XVIH-XIX вв. “крайне тя- желою” мерой пресечения вследствие того, что оно продолжалось непомерно долго. Во время и после царствования Екатерины II сроки предварительного заключения были чрезвычайно продолжительными. В 1763 году Сенат установил: 1862 следственных заключенных содержатся в тюрьме с 1756 г., т.е. более 7 лет. Характерны и отдельные случаи: в 1727 году обнаружилось, что майор Воеводский содержится под караулом десятый год; дело содержавшегося в тюрьме крестьянского сына Фролова оставалось без движения с 1751 по 1756 год1.

Власти безуспешно пытались уменьшить сроки содержания обвиняемых под стражей. Указом от 5 марта 1731 г. предписывалось: с 8 марта приступить к разрешению колоднических дел без всяких оговорок, все эти дела окончить к Пасхе 18 апреля под угрозой штрафа. Екатерина II в указе от 10 февраля 1763 г. требовала “окончить арестантские дела в месяц”. Александр I предписал Сенату

1 См.: Кистяковский А. Указ. соч. С.48.

36 рассматривать арестантские дела вне очереди. За несвоевременное рассмотрение арестантских дел был установлен вычет в размере 1/3 жалования судьи. Однако попытки ускорить расследование и рассмотрение в судах арестантских дел оказались безрезультатными, кроме того колодников стали скрывать от отчетности.

Екатерина II пыталась реализовать еще две правовые идеи: не заключать обвиняемых под стражу без сообщения им о сути обвинения и их допроса; ввести судебный порядок рассмотрения жалоб на незаконное заключение под стражу.”Учреждение о губерниях”, принятое Екатериной II 7 ноября 1775 г. (ст. 401), предписывало создание “Совестного суда”. Если кто-либо в течение 3-х дней содержался в тюрьме без допроса, то по его жалобе не позже, чем через одни сутки, он должен быть доставлен в Совестный суд, который рассматривает жалобу на незаконный арест и принимает решение об освобождении на поруки либо подтверждает правильность ареста. За неисполнение этих предписаний вводили штраф: на председателя суда 300 руб., на заседателей - 100 руб. Освобожденный Совестным судом вторичному аресту за то же деяние не подлежал. Однако не допускалось рассмотрение жалоб арестованных, которые обвинялись в оскорблении царской особы, измене, убийстве, разбое и воровстве. Учреждение Совестного суда - это попытка внедрить в Россию “Хабеас корпус”. Знаменитый Habeas corpus Akt был принят в Англии в 1679 г. Его основное назначение состояло в том, что всякий задержанный или арестованный имел право обжаловать заключение под стражу и быть выслушанным судом, который мог отменить арест и заменить его залогом. Однако в России “Хабеас корпус” не привился ни при Екатерине II, ни в более позднее время.

Юридический характер мер пресечения изменяется с принятием Свода за- конов (1832 и 1857 гг.). Во-первых сужается задача их применения. В уголовном процессе прежнего времени, построенном на исковом начале и стремившемся к непременному вознаграждению потерпевшего, перед мерами пресечения ставилась задача - обеспечить исполнение приговора. В дальнейшем, когда

37 уголовный процесс приобретает все более публичный характер, перед мерами пресечения ставится иная задача - обеспечить явку обвиняемого по требованиям общественной власти, а не исполнение еще не известного приговора. Во-вторых, если в уголовном процессе более раннего времени имели место нормы, позволяющие поручителя или пристава (или тюремщика), за которым сидел обвиняемый, подвергнуть заслуженному последним наказанию (как правило имущественному взысканию), если обвиняемый уклоняется от приговора, то по мере индивидуализации преступления и кары, такой вид ответственности неизбежно вытесняется. Личная (уголовная) ответственность посторонних лиц совершенно упразднилась и меры пресечения строятся на имущественном обеспечении при ограничениях, предпринимаемых только в отношении самого об- виняемого и направляются на предупреждение побегов с его стороны.

В истории развития уголовного процесса сила мер пресечения всегда была обратно пропорциональна развитию гражданской свободы. Рим времени республики знал только почетное поручительство и почти не знал лишения обвиняемого свободы. Даже в тех редких случаях, когда применялось задержание, он предпочитал видеть римского гражданина оставившим свое отечество, чем лишенным свободы; обвиняемый подвергался лишь самым необходимым ограничениям, сохраняя права принимать друзей, иметь свою пишу и проч. Напротив, в эпоху императорскую задержание применяется весьма часто, становится общим правилом и сопровождается огромными ограничениями в отношении обвиняемого, которого можно было бросить в подземелье, подвергнуть строгим допросам и пыткам.

То же замечается в эпоху абсолютизма континентальной истории. С рас- ширением гражданской свободы положение обвиняемых становится легче и уголовный процесс стремится прибегать к более мягким мерам пресечения. В истории русского процесса замечается тот же закон. В эпоху народовластия меры пресечения отличались мягким характером. Нормальной мерой было поручительство. Даже простая отдача на словах благонадежному человеку счита-

38 лась мерой исключительной. В дальнейшем эти меры принимают суровый характер. Задержание занимает первое место, другие меры отходят на задний план. Переходную картину представляют меры законов 1857 г. Свод законов 1857 г. знал четыре меры пресечения: содержание в тюрьме или при полиции, домашний арест, полицейский надзор и отдачу на поруки. Основаниями для избрания той или иной меры пресечения могли служить: наличие и степень опасности побега, опасность сокрытия следов преступления, строгость угрожаемого обвиняемому наказания, сила представленных против него улик, пол, возраст, состояние здоровья и положение обвиняемого в обществе, а также возможность совершения обвиняемым новых преступлений. Однако по мнению Фойницкого И.Я. все указанные основания, кроме первого, не выдерживают критики. Во первых, они сохранились, как остатки прежнего взгляда, когда меры пресечения должны были обеспечить исполнение самого приговора, а не явку обви- няемого к следствию и суду; во вторых, - если существует опасность сокрытия следов преступления, то из нее может вытекать лишь право государства учреждать хорошие органы дознания и предварительного следствия, а не право подвергать обвиняемого каким бы то ни было стеснениям; в третьих, избыток сил в уголовном процессе и без того находится на стороне обвинительной власти, за обвиняемым же наблюдает и общество и полиция1.

Однако все вышеуказанные основания учитывались при избрании той или иной меры пресечения. Содержание в тюрьме было возможно, если обвиняемому грозило лишение всех прав состояния или если он не мог найти поручителя. Полицейский надзор или как он назван в законе “отдача под особый надзор полиции”, лишь был обозначен, без определения своего существа. По смыслу эта мера пресечения означала негласное наблюдение за обвиняемым, но поскольку порядок ее применения законом не регламентировался, она по сути была незаконной и нецелесообразной, т.к. обвиняемый имел много возможностей для побега. При применении домашнего ареста к квартире обвиняемого

См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Петроград, 1915. Т.2. С.333-334.

39 приставлялась стража для воспрепятствования побегу и предупреждения общения с другими лицами. Эта мера пресечения, в виду сложности ее осуществления, применялась, как правило, к больным и к лицам видного общественного положения. Поручительство не было связано с материальной ответственностью и в связи с этим появились поручители - “профессионалы”, зарабатывающие поручительством, а поручительство стало особым промыслом.

Основной же мерой пресечения в этот период было содержание под стра- жей. Задача этой меры пресечения состояла не столько в предотвращении побега обвиняемого, сколько во внушении ему страха и доведении его до признания. Этому способствовал жестокий и бесчеловечный режим содержания арестованных в тюрьмах. Власти имели возможность вести следствие с легкостью, спокойно, не заботясь о сроках, поскольку эти сроки в законе не оговаривались. Использовать предварительный арест для психологического давления на обвиняемого, чтобы склонить его к признанию вины, предписывалось самим законом. В частности, предлагалось получить признание путем “увещеваний” с привлечением к допросу священника-увещевателя (ст. 172 п.6; ст. 191; ч.2 ст.289 Свода Законов, T.XV изд. 1857 г.). При этом в законе говорилось: признание - “лучшее доказательство всего света” (ст.316 того же Свода).

Длительные сроки предварительного ареста вынудили царя издать в 1862 году закон, который предписывал при заключении под стражу на срок более одного года доносить министру юстиции, более двух лет - докладывать дело “на усмотрение государя”.

В 1860 году был введен институт судебных следователей, после чего применение мер пресечения (за исключением кратковременного задержания) было изъято из компетенции полиции и стало прерогативой следователей, отнесенных к судебной власти.

Устав уголовного судопроизводства1 1864 г. окончательно отделил судеб- ную власть от исполнительной. За полицией осталось право применять лишь

1 Далее: УУС

40 одну меру пресечения - задержание. Система мер пресечения пополнилась двумя новыми мерами - отобранием вида на жительство и залогом. Таким образом, все меры пресечения по УУС подразделились на две категории: а) меры, имеющие своим содержанием личное обеспечение и б) меры, имеющие своим содержанием денежное или имущественное обеспечение. К первой категории относились: домашний арест и заключение под стражу, ко второй категории -залог и поручительство.

Кроме вышеуказанных мер применялись такие, как запрещение отлучаться без разрешения следователя из того города или участка, где производится следствие (ст.415 УУС); отобрание вида на жительство и отдача под особый надзор полиции. Допускалось применение только одной из вышеназванных мер пресечения. УУС 1864 г. предписывал избирать меру пресечения каждому обвиняемому. Однако комиссия по пересмотру Устава в 1894 году признала возможным обходиться в отдельных случаях и без меры пресечения.

Такая мера, как запрещение отлучаться без разрешения следователя из го- рода или участка предписывалась законом, как обязательная безусловно, между тем, как применение остальных мер ставилось в зависимость от необходимости их применения в каждом конкретном случае по усмотрению следователя и суда. Эта мера пресечения была общей, установленной судебными уставами для всех обвиняемых.

Отобрание вида на жительство было строгой мерой, особенно для людей труда. Она заключалась в том, что у обвиняемого отбирали паспорт и вместо него выдавали реверс, именуемый “волчьим билетом”, по которому нельзя было ни устроиться на работу, ни подыскать жилье. Отобранный паспорт приобщали к делу, от чего на нем оставались проколы и в дальнейшем, даже в случае прекращения дела или оправдания обвиняемого, “продырявленный” паспорт компрометировал его обладателя, создавая помехи при устройстве на работу и подыскании места жительства. Закон 1912 года отменил эту меру по делам, подсудным мировым судьям, как “меру, представляющуюся по условиям жизни

порою более строгою, чем взятие под стражу .

Отдача под особый надзор полиции (п.2 ст.416 У УС)- мера пресечения, содержание которой в законе так и не было раскрыто. Ее понимали и применяли по разному, а именно, как обязанность обвиняемого встать на учет в полиции и время от времени приходить отмечаться или даже ночевать в полиции, а днем передвигаться в сопровождении полицейского2.

УУС 1864 г. восстановил старорусский институт имущественного пору- чительства. Поручителем могло быть и одно лицо, вызывающее доверие и обладающее средствами для обеспечения поручительства. В случае сокрытия обвиняемого от следствия и суда установленная сумма поручительства после возмещения из нее убытков потерпевшему обращалась на устройство мест заключения. Эта сумма в законе не была оговорена и устанавливалась судебным следователем для каждого случая с учетом тяжести совершенного преступления, строгости грозящего наказания, имущественного положения поручителя, но она (сумма) не должна была быть меньше ущерба, причиненного преступлением потерпевшему (ст.ст. 78, 422 УУС).

Поручительство - не вид гражданско-правового договора, а публично- имущественное обязательство. Поручительство и залог рассматривались не только как мера пресечения, но и как способы возмещения вреда потерпевшему. Сенат разъяснил, что о каждом вызове обвиняемого к следователю должен быть извещен поручитель и залогодатель. Имущество поручителя должно быть “крепким”. Для выяснения этого обстоятельства запрашивался нотариус. Кроме того, запрос направлялся и в полицию для выяснения благонадежности поручителя.

Залог, в отличие от поручительства, вносился заблаговременно, т.е. уже в момент избрания данной меры пресечения. Поэтому залог считался более строгой мерой пресечения, рассчитанной на состоятельных людей. Малоимущим ни

1 См.: Духовской М.В. Указ.соч.С.340; Розин Н.Н. Указ.соч.С.318

2 См.: Духовской М.В. Указ.соч.С.260-261

42 поручительство, ни залог не были под силу. Залогодателем мог быть, как сам обвиняемый, так и другое лицо. Сумма залога устанавливалась в каждом конкретном случае. В отличие от поручительства в качестве залога принимались не только деньги, но и движимое имущество. Недвижимость, в том числе и земля, не принимались в залог, но не по принципиальным соображениям, а из-за необходимости вести длительную переписку между судебными следователями и соответствующими ведомствами. Как и при поручительстве сумма залога не могла быть меньше причиненного потерпевшему ущерба, и в случае побега обвиняемого расходовалась на возмещение ущерба (при доказанности иска), а оставшаяся после этого сумма обращалась на устройство мест заключения.

Домашний арест по прежнему применялся редко (п.5 ст.416 УУС). Условия домашнего ареста законом не были установлены. В одних случаях у обви- няемого отбирали подписку о том, что он не будет покидать жилище, в других же ставили возле дома охрану1.

Взятие под стражу, по существу объединяло две меры пресечения - за- держание и предварительный арест. Правом задержания пользовалась полиция. Основания задержания были установлены законом (ст.257 УУС). Предварительный арест (взятие под стражу) был основной мерой пресечения и в пореформенной России. Заключение под стражу допускалось для пресечения обвиняемому способов уклонения от следствия и суда, для предотвращения сговора между обвиняемыми (ст. 103 5 УУС) и сокрытия следов преступления (ст.421 УУС), возможности совершения нового преступления. Содержание под стражей продолжало преследовать и иные цели : доведение обвиняемого до признания путем угроз, обещаний, увещеваний, воздействия сурового, бесчеловечного режима на психику обвиняемого; успокоение общественного возмущения, вызванного самим фактором совершения преступления; обеспечение неторопливого, медлительного ведения следствия. Закон не ограничивал сроки содержания под стражей никакими временными пределами. По УУС 1864 г. сроки со-

См.: Духовской М.В. Указ. соч. С.263; Макалинский П.В. Указ. соч. С.407.

43 держания под стражей не учитывались при назначении обвиняемому наказания в виде лишения свободы, и это оправдывалось рассуждениями о различии в целях мер пресечения и мер наказания. Такое положение действовало до принятия закона от 17 февраля 1910 г., которым допускался частичный зачет предварительного заключения по усмотрению суда.

Содержание под стражей применялось в отношении бродяг. Закон преду- сматривал возможность заключения под стражу детей и подростков в возрасте от 10 до 17 лет, совершивших общественно опасные деяния “по неразумению”. Подлежащих заключению под стражу детей и подростков можно было содержать в приютах, исправительных колониях, монастырях, у родителей или иных лиц под ответственным надзором (ст.4161 УУС,ст.144’ Устава о наказаниях). Была сохранена установленная еще Сводом законов норма о запрещении содержать под стражей беременных женщин и женщин с грудными детьми. Священнослужители и монашествующие могли быть задержаны и взяты под стражу лишь при совершении ими “важных преступлений” и при крайней необходимости. Они должны были содержаться отдельно от других арестованных (ст.ст. 1021,1022 УУС). О взятии лица под стражу должно было уведомляться соответственно духовное начальство (ст. 1023 УУС), военное и статское начальства (ст. 1241 УУС) и Университет (параграф 139 Университетского устава). Об уведомлении начальства других заключаемых под стражу лиц и о сроках направления уведомления закон умалчивал. Правом заключения обвиняемого под стражу пользовались судебный следователь, окружной суд, Судебная палата, Сенат. Эти же органы вправе были отменять или изменять меру пресечения. Основанием заключения под стражу служило мотивированное постановление.

Обвиняемый имел право обжаловать постановление судебного следователя о заключении под стражу во вторую инстанцию - окружной суд.

Меры пресечения в дореволюционной России отличались особой сурово- стью и репрессивностью. Они причиняли страдания людям, унижали их человеческое достоинство и с особой суровостью охраняли враждебный народу по-

44 литический режим, стремились обеспечить такое положение, при
котором “личность стоит перед судом не как равный ему процессуальный субъект, а как побежденная сторона”1.

Первые законодательные акты советского периода официально не отменяли существующую до Великой Октябрьской социалистической революции систему мер пресечения. Однако ни разу не упоминались в правовых актах Советского государства такие меры пресечения, применявшиеся царской юстицией, как отобрание вида на жительство и отдача под особый надзор полиции. Другие же меры пресечения постепенно наполнялись новым социальным содержанием, а также появились и такие, которых прежнее законодательство не знало. В первых законодательных актах Советского государства упоминаются аресты и задержания, как наиболее острые меры, направленные против врагов революции. Однако впервые в советском законодательстве перечень мер пресечения был сформулирован в п.78 “Положения о военных следователях”, утвер-жденного 30 сентября 1919 г. приказом Реввоенсовета Республики № 1595 . К этим мерам были отнесены: 1) письменное обязательство о явке к следователю и неотлучке с места службы или жительства; 2) отдача на поруки; 3) представление залога; 4) отдача под ближайший надзор начальства; 5) арест. Все вышеуказанные меры пресечения были сформулированы еще в УУС 1864 г. и все они сохранились и в дальнейшем, так как их эффективность была проверена временем. Однако из текста “Положения о военных следователях” не было видно какое имелось в виду поручительство - личное или общественное, имущественное или иное. Такая вновь введенная мера, как обязательство о неотлучке с места службы не получила дальнейшего развития в российском законодательстве. Поскольку, если считать, что обвиняемый не должен покидать пределов своего предприятия, учреждения, то это слишком неразумная мера. Обвиняемый так или иначе отлучается с места работы при следовании домой. Не было

1 См.: Розин Н.Н. Указ. соч. С.З11

2 См.: Собрание Узаконений. 1918. № 94. Ст.941.

45 раскрыто и понятие ареста.

В Декрете ВЦИК от 6 февраля 1922 года “ Об упразднении ВЧК и о пра- вилах производства выемок и арестов” задержание рассматривалось как мера пресечения (арест). Если лицо задержано на месте преступления, то постановления об аресте не требовалось, но необходимо получить в течение 48 часов санкцию на продление ареста у председателя главного политического управления или политического отдела.

Принятый 5 мая 1922 г. 3-й сессией ВЦИК УПК РСФСР ввел следующие меры пресечения: 1) подписку о невыезде, 2) поручительство личное или имущественное, 3) залог, 4) домашний арест,5) заключение под стражу. Таким образом, обязательство о неотлучке с места жительства стало именоваться подпиской о невыезде. Подписку о явке по вызовам следователя и суда об обязанности сообщать о перемене места жительства следователь должен был отбирать у каждого обвиняемого, а письменное обязательство о явке к следователю перестало быть мерой пресечения. Была сохранена и отдача на поруки. Закон разъяснял, что поручительство может быть личным и имущественным. При личном поручительстве (число поручителей не менее двух) уклонение обвиняемого от следствия и суда влекло наложение на поручителей денежного взыскания в порядке вынесения судебного приказа. При имущественном поручительстве допускался и один поручитель - состоятельное лицо или организация. Оба вида поручительства в сущности были имущественными. Кодексом не было предусмотрено общественное поручительство, основанное на моральных стимулах.

Впервые в советском законодательстве был предусмотрен домашний арест - лишение обвиняемого свободы в виде изоляции его на дому с назначением стражи или без таковой (ст. 160). Эта мера пресечения была известна в УУС 1864 г. Арест или предварительный арест стали именоваться заключением под стражу.

1 См.: Собрание Узаконений. 1922. № 16. Ст.160.

46

Избрание мер пресечения было прерогативой следователя и органам доз- нания не доверялось (ст. 149).

В УПК РСФСР 1922 г.(как и в УПК 1923 г.) была пропущена мера пресе- чения - отдача под ближайший надзор начальства (командования). Однако этот пробел вскоре был восполнен, а именно введено примечание к ст. 144 УПК РСФСР 1923 г.: к красноармейцам войсковых частей (военным морякам) в качестве меры пресечения может применяться ближайшее наблюдение за ними в тех частях, в которых они состоят на службе1

УПК РСФСР 1923 г. предусматривал те же меры пресечения, что и УПК РСФСР 1922 г.

В 1924 г. органы дознания получили право избирать любую меру пресе- чения после допроса ими лица, подозреваемого в совершении преступления, за которое может быть назначено в виде наказания лишение свободы на срок свыше одного года, доводя всякий раз об избрании такой меры до сведения следователя, в участке которого состоит орган дознания. Следователь имел право в любой момент предложить органу дознания отменить или изменить меру пресечения2

Основы уголовного судопроизводства 1924 г. не содержали перечня мер пресечения, но и не отменяли его. Основы вместо терминов “арест” и “заключение под стражу” ввели термин “лишение свободы”3 Основы ввели еще одно основание для лишения свободы как меры пресечения: если нахождение обвиняемого на свободе будет признано общественно опасным (п. 10)

Лишение свободы в качестве меры пресечения могло быть заменено по- ручительством профессиональных и иных рабочих, крестьянских и общественных организаций. Замена лишения свободы денежным или имущественным за-

1 См.Лостановление^й сессии ВЦИК X созыва от 10 июля 1923 г.” Об изменениях и дополнениях Уго ловно-процессуального кодекса” (СУ.1923.№;48.Ст.480).

2 См.Постановление^ сессии ВЦИК XI созыва от16 октября 1924 г. “О дополнениях и изменениях Уголовно-процессуального кодекса РСФСР” (СУ.1924.№78.Ст.784)

3 См.: п.10-11 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, утвержденных Постановлением ЦИК СССР от 31 октября 1924 г. (С3.1924.Ст,206).

47 логом не допускалась. Таким образом, был восстановлен институт общественного поручительства при сохранении других видов поручительства, установленных кодексами. Основы подтвердили право органов дознания на избрание мер пресечения.

Система мер пресечения оставалась неизменной вплоть до 1958 г. Основы уголовного судопроизводства, принятые в декабре 1958 г. и действующие до сих пор, предусмотрели следующие меры пресечения: подписку о невыезде, личное поручительство или поручительство общественных организаций, заключение под стражу и иные меры пресечения, которые могут быть определены законодательством союзных республик (ст.ЗЗ). УПК РСФСР воспроизвел перечень мер пресечения, установленных Основами уголовного судопроизводства, и, кроме того, предусмотрел такие меры пресечения: залог; наблюдение командования - для военнослужащих срочной службы; отдача несовершеннолетних под присмотр родителей, опекунов, попечителей; отдача несовершеннолетних под надзор администрации закрытых детских учреждений. Таким образом, из перечня мер пресечения, установленного ранее действовавшими УПК, исключен домашний арест. Вместо “ареста”, “предварительного ареста”, “лишения свободы” - терминов, употребляемых в прежнем советском законода- тельстве, Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г. ввели “заключение под стражу” (ст.ЗЗ).

В действующем ныне законодательстве в понятие мер пресечения не входят задержание обвиняемого и отобрание обязательства являться по вызовам и сообщать о перемене места жительства.

Вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что в российском уго- ловно-процессуальном законодательстве институт мер пресечения является довольно развитым. Это явление безусловно положительное, поскольку наличие различных мер пресечения способно обеспечить правоохранительным органам возможность наилучшим образом учитывать и интересы правосудия, и интересы лица, к которому применяется мера пресечения.

48

Все ныне существующие меры пресечения прошли проверку временем. В разные исторические периоды в зависимости от сложившихся условий одни из них применялись часто, другие значительно реже, но все они в свое время имели положительные результаты.

Воспрепятствование уклонению обвиняемого от следствия и суда может быть достигнуто путем применения любой меры пресечения, а выбор последней зависит от степени вероятности такого уклонения.

49

  1. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ СПОСОБЫ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕДСТВИЯ И СУДА

2.1. Общая характеристика мер пресечения и практика их применения в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

В соответствии со ст. 89 УПК к мерам пресечения относятся: подписка о невыезде, личное поручительство, поручительство общественной организации, заключение под стражу, залог, наблюдение командования воинской части и отдача несовершеннолетнего под присмотр родителей, опекунов, попечителей, администрации детских учреждений (ст.ст. 93-96, 99-100, 394 УПК).

Успешное выполнение задач уголовного судопроизводства в значительной степени зависит от правильного, целесообразного и основанного на законе применения соответствующих мер принуждения. В борьбе с преступностью органы суда, прокуратуры и милиции применяют различные меры государственного принуждения: наказание, меры пресечения и т.п.

Меры пресечения необходимо отличать от наказания, являющегося также мерой государственного принуждения. По этому поводу в процессуальной литературе имеются соответствующие высказывания.

М.А. Чельцов, говоря о мерах процессуального принуждения в целом, указывает, что они по юридической природе “…должны рассматриваться не как наказание преступника, а как ограничение прав гражданина, ибо до момента вынесения приговора обвиняемый не может еще считаться преступником”1’ Отличие мер процессуального принуждения от наказания М.А. Чельцов видит в

1 Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1951. С.205.

50 том, что”…их исключительное назначение - предупредить возможность неисполнения процессуальных обязанностей”1.

Другие отличительные признаки подчеркивает М.С.Строгович.

“Мера пресечения,- пишет он,- это не мера наказания: наказание приме- няется к лицу, признанному судом виновным в совершении преступления, а мера пресечения - лишь к лицу, обвиняемому в совершении преступления, применение меры пресечения (как и само привлечение в качестве обвиняемого) никоим образом не предрешает результаты разрешения дела и применения наказания судом”2’

Исходя из ст. 89 УПК к приведенным высказываниям следует добавить, что мера пресечения может быть применена лицом, производящим дознание, следователем, прокурором и судом только в целях воспрепятствовать обвиняемому скрыться от следствия и суда, помешать установлению истины по уголовному делу, продолжать преступную деятельность, а также и для обеспечения исполнения приговора. В исключительных случаях мера пресечения может быть применена к подозреваемому.

Характерной особенностью института мер пресечения в российском уго- ловном процессе является их факультативность: согласно ст.89 УПК избрание меры пресечения является правом, а не обязанностью соответствующего органа. Они применяются, с одной стороны, с учетом целесообразности, а с другой, -в точном соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона.

Применение меры пресечения всегда связано с определенным ограничением личной свободы гражданина. Поэтому особо важно соблюдение правоох- ранительными органами всех требований закона и особенно процессуальных гарантий.

Вся система российского уголовного процесса служит задаче успешной борьбы с преступностью, но наряду с этим она является определенной системой

1 Там же. С.206

2 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 150.

51 гарантий прав и законных интересов участников процесса. Забота об осуществлении процессуальных гарантий, вытекающих из конституционных положений о неприкосновенности личности и защите ее прав и свобод (ст.ст., 17-25 Конституции РФ), в значительной степени возлагается на судебно-прокурорские и следственные органы. Именно эти органы в процессе расследования и рассмотрения уголовных дел призваны строжайшим образом охранять права обвиняемого и других лиц, которым эти права гарантируются законом (ст.58 УПК).

В деятельности по применению мер пресечения наиболее резко обнару- живается противоречие между интересами личности, с одной стороны, и интересами правосудия - установить истину и наказать виновного, - с другой. Компетентный орган при выборе конкретной меры пресечения должен учитывать и те и другие интересы. Это довольно сложный момент в процессе и, как справедливо отмечает Ю.Д.Лившиц, “…формальное отношение к нему может привести к нежелательным последствиям - нарушению как тех, так и других интересов”1

Процессуальный институт мер пресечения призван помочь осуществлению правосудия и противостоять любой попытке препятствовать этому со сто- роны обвиняемого (подозреваемого). С этой целью государство наделяет правоохранительные органы правом ограничить личную свободу обвиняемого, создать ему препятствия для свободного передвижения и перемены места жительства, ограничить в правах распоряжения имуществом. Ведь судебное разбирательство никогда не следует и не может следовать непосредственно за совершением деяния, ни за установлением виновного. Даже если преступление совершено в условиях очевидности, даже если обвиняемый не скрывает свою вину, Постановлению приговора предшествует долгая и кропотливая работа по обнаружению, закреплению и проверке доказательств.

В течение всего этого периода для осуществления интересов правосудия необходимо, чтобы явка обвиняемого и подсудимого была обеспечена как для

1 Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе, М., 1964. СЛ4,

52 дачи показаний и участии в следственных и судебных действиях, так и для несения наказания в случае постановления обвинительного приговора, а также для того, чтобы обвиняемый имел возможность в полной мере использовать свое право на защиту.

К моменту применения меры пресечения еще нет вошедшего в законную силу приговора суда, еще нет виновного лица, а есть только предполагаемый виновник, относительно которого и собираются или проверяются доказательства. Существует только вероятность, что предполагаемый виновник (обвиняемый, подозреваемый, подсудимый) превратится в осужденного. Но возможно также, что уголовное дело будет прекращено по различным основаниям или он выйдет из зала суда оправданным. Поэтому в процессе применения мер пресечения соответствующий орган обязан обеспечить строжайшую охрану гаранти- рованных законом прав и интересов этих лиц, без чего также немыслимо правильное отправление правосудия.

Проблема уравновешивания в процессуальной деятельности интересов государства и отдельной личности ставилась еще дореволюционными процессуалистами. Так В. Микляшевский писал, что ограничение прав личности “может быть предпринято только тогда, когда будет доказано, что оно будет необходимо для достижения целей, когда известно, что при каждом действии, ограничивающим индивидуальную свободу, за лицом, подвергнувшимся такому ограничению, будут оставлены обширные права защиты против произвольного, несоразмерного с целью судопроизводства, ограничения его прав”1

Законодательство предоставляет следователю, дознавателю и суду право выбирать из всех существующих мер пресечения именно ту, которая, по их мнению, является самой эффективной. Именно эти органы в лице своих со- трудников должны уметь уравновесить интересы личности и судопроизводства.

1 Микляшевский В. О средствах предоставления обвиняемого в суд и пресечении ему способов уклониться от следствия исуда.Т. 1. Варшава. 1872. С. 18.

53 Это решение должно приниматься строго индивидуально с учетом многих факторов.

В данном случае стоит говорить об основаниях применения мер пресечения. Этот вопрос является одним из сложных и наиболее спорных в юридиче- ской литературе. Основание трактуется, в частности, как предположение, вероятность, опасение, что обвиняемый (подозреваемый) скроется, воспрепятствует установлению истины, продолжит преступную деятельность, уклонится от исполнения приговора1, и как фактические данные, свидетельствующие о воз-

“У

можном совершении таких отрицательных явлений , и как наличие сформулированного в отношении конкретного лица обвинения и обстоятельств, указывающих на необходимость ограничить его свободу3, и как “ненадлежащее поведение обвиняемого, выражающееся в нарушении возложенных на него процессуальных обязанностей, имеющее целью противодействие достижению задач уголовного судопроизводства”, и как наличие признаков преступления и развивающееся в этой связи уголовно- правовое отношение или конкретно социально-опасные поступки субъекта4 и т.д.

Такой разнобой в толковании названного понятия не случаен. Дело в том, что формулировка оснований применения мер пресечения, данная в законодательстве (ст.ЗЗ Основ уголовного судопроизводства…, ст.89 УПК) в виде “ При наличии достаточных оснований полагать…”, прямо не раскрывает, что следует понимать под данными основаниями. В ст. 393 УПК, предусматривающей условия применения заключения под стражу в отношении несовершеннолетних, ссылки на ст.89 УПК не делается, а утверждается, что эта мера пресечения может применяться “…при наличии оснований, указанных в ст.ст. 91, 96 настоящего кодекса”. В этой связи нельзя не согласиться с З.Д. Еникеевым, который пишет, что “ несмотря на некоторую неудачность редакции ст. 393 УПК, не вы-

1 См.: Лившиц Ю.Д. Указ. соч. С. 16.

2 См.: Гуткин И.М. Меры пресечения в советском уголовном про luecce. М.,1%З.С21.

3См.: Буряков А. Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Дис.Канд.юр.наук. М.Л967.С.187.

4 См.: Коврига З.Д. Указ.соч. С.49-61,96-104

54 зывает сомнения, что общие, имеющие отношение ко всем мерам пресечения основания даны в ст.89 УПК (ст.ЗЗ Основ уголовного судопроизводства…)”, обстоятельства же, перечисленные в ст.91 УПК “ не есть основания мер пресечения, а служат фактором, способствующим правильному решению вопроса о необходимости их применения и избрания той или иной меры пресечения в каждом отдельном случае”1

Как уже говорилось выше, основания мер пресечения носят прогностиче- ский характер и вероятность здесь касается поведения обвиняемого в будущем, а не основы самого решения. Имеется в виду возможность совершения им противоречащих интересам уголовного судопроизводства действий в случае неприменения мер пресечения. Эта возможность не должна быть априорной, оторванной от доказательственной базы, она должна вытекать из материалов дела. Вывод о необходимости применения той или иной меры пресечения должен быть достоверным, базирующимся на доказательствах. Именно такой смысл заложен законодателем в термин “ при наличии достаточных оснований полагать”. В противном случае трудно было бы обеспечить законность и обоснованность применения мер пресечения и оградить граждан от неправомерного ограничения их прав. Само предположение о совершении обвиняемым неправомерных действий не есть основание для применения меры пресечения. Наличие состава преступления не основание, а условие применения меры пресечения. Не обязательно, чтобы нарушение состоялось, достаточно предположения. Органы и должностные лица, ведущие уголовный процесс, должны упредить, а не ждать, пока эта опасность превратится в действительность. Поэтому они и наделены правом прибегать в нужных случаях к мерам пресечения. Эти средства играют привентивную роль, а не роль санкций или ответственности за процессуальные нарушения. В этом и есть основной смысл института мер пресечения.

1 Еникеев З.Д. Социальная ценность и эффективность уголовно-процессуального пресечения. Уфа. i979. C.28.

55

Что же касается ст. 91 УПК, то в ней как раз и содержатся условия при- менения мер пресечения, к каковым относятся: тяжесть предъявленного обвинения, личность обвиняемого или подозреваемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение и др. Однако существуют и обязательные условия, необходимые для применения любой из мер пресечения: наличие законно и обоснованно возбужденного уголовного дела и сформулированного обвинения в отношении конкретного лица, либо законное и обоснованное подозрение лица в совершении преступления (ст. 122 УПК), а также составление в соответствии с требованиями УПК мотивированного постановления об избрании той или иной меры пресечения. К обязательному условию применения мер пресечения относится несомненно и соответствие строгости меры пресечения строгости, грозящего обвиняемому, уголовного наказания.

Таким образом, применение мер пресечения диктуется фактической не- обходимостью. Однако эта фактическая необходимость должна быть доказана в каждом конкретном случае. Требовать абсолютных доказательств, само собою разумеется, невозможно. Достаточно, чтобы была доказана вероятность наступления неблагоприятных для правосудия последствий, т.е. вероятность того, что истина не будет установлена и что виновный не понесет заслуженного наказания. А это возможно при условии, если обвиняемый скроется. Целями мер пресечения, указанными в законе (ст.89 УПК) являются следующие: лишение подозреваемого, обвиняемого, осужденного возможности скрыться от следствия и суда; исключение для них возможности помешать установлению истины по делу; предотвратить их преступную деятельность; воспрепятствовать уклонению от исполнения приговора. Способность служить достижению вышеуказанных целей говорит о высокой социальной значимости мер пресечения. Именно благодаря своим целям, меры пресечения проявляют себя в виде важной и активной силы в деле борьбы с преступностью и воплощению в жизнь всех задач уголовного процесса. Однако, на наш взгляд, в наибольшей степени

56 меры пресечения могут служить лишь цели предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Несомненно, чтобы предотвратить дальнейшее преступное поведение об- виняемого, необходимо заключить его под стражу, поскольку иные меры пресечения вряд ли смогут служить этой цели. Да и между мерой пресечения, избираемой для предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и суда, и наказания за совершенное им преступное деяние и его последующей преступной деятельностью нет точек соприкосновения. Почти невозможно доказать, что обвиняемый в будущем совершит новое преступление. Как справедливо утверждал И.Я. Фойницкий, “опасность совершения новых преступлений может служить основанием не для применения мер пресечения, а для улучшения предупредительной полицейской деятельности”1

Применение меры пресечения в целях воспрепятствования обвиняемому помешать установлению истины, как уже было сказано ранее, тесно связано с его правом на защиту, обязанность обеспечения которого лежит на органах, применяющих меры пресечения. Используя предоставленные законом средства для защиты против предъявленного обвинения, обвиняемый нередко пытается направить расследование на ложный путь с тем, чтобы полностью избежать ответственности или нести ее в меньшей мере. В этих случаях также можно говорить о том, что он препятствует установлению истины. Однако оснований для заключения обвиняемого под стражу здесь не будет (если, конечно, его действия не будут содержать признаки преступления, предусмотренного ст.309 УК РФ), так как он действует в пределах закона, и направление следствия по правильному руслу зависит от профессиональной подготовки, упорства и инициативы следователя.

Воспрепятствовать стремлениям обвиняемого помешать установлению истины по уголовному делу, равно как и воспрепятствовать ему в продолжении преступной деятельности, возможно лишь избранием в качестве меры пресече-

1 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб, 1899. T.2. С.353

57 ния в виде заключения под стражу. Другие меры пресечения не устраняют для обвиняемого таких возможностей.

Между предупреждением сокрытия обвиняемого от следствия и суда и сокрытием следов преступления, как фактическим основанием мер пресечения, есть существенная разница. Опасность, что обвиняемый скроется и тем самым избавит себя от наказания, сохраняется в течение всего процесса, вплоть до вступления приговора в законную силу, и по мере продвижения уголовного дела даже увеличивается. Опасность же сокрытия следов преступления, напротив, с продвижением расследования уменьшается. К моменту передачи дела в суд сокрытие следов преступления делается почти невозможным, поскольку они уже достаточно закреплены и нет необходимости в применении меры пресечения.

Из вышесказанного следует, что основной целью, которой способны слу- жить все меры пресечения, является предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Обязанность доказывать фактическую необходимость избрания той или иной меры пресечения целиком лежит на том органе власти, который ее избирает. Следователь, работник дознания, прокурор, суд (судья) должны оценивать степень вероятности сокрытия обвиняемого от следствия и суда и при избрании той или иной меры пресечения свои соображения изложить в мотивированном постановлении.

Как же все-таки определить вероятность уклонения обвиняемого от след- ствия и суда?

Правильную ориентировку в решении этого вопроса, на наш взгляд, дал П.И. Люблинский: “Стремление к уклонению, скрываясь в психике обвиняемого, будучи затаенным среди сокровенных его стремлений, не может быть констатировано непосредственно. Для определения его приходится прибегать к определению мотивов, имевших возможность повлиять на среднюю психику человека, при известных условиях, к принятию определенного решения относи-

58 тельно уклонения”. Сам же вывод, который следователь должен сделать на основании оценки мотивов уклонения, П.И. Люблинский считал приблизительным, но все же нормальным для решения вопроса1 Существуют определенные факторы, влияющие на поведение обвиняемого в смысле его возможного уклонения от следствия и суда. Эти факторы частично описаны в законе (ст.91 УПК). Не являясь основаниями к применению мер пресечения, они в той или иной степени объективно снижают или, наоборот, усиливают вероятность того, что обвиняемый может уклониться от следствия и суда. Каждое их них должно быть всесторонне оценено следователем на основе своего внутреннего убеждения и всей совокупности доказательств, имеющихся в деле.

В ст.91 УПК говорится, что при разрешении вопроса о необходимости применить ту или иную меру пресечения дознаватель, следователь, прокурор и суд помимо обстоятельств, указанных в ст. 89, учитывают тяжесть предъявленного обвинения.

При оценке тяжести совершенного преступления следователь должен учитывать все особенности и детали, которые ему известны к моменту избрания меры пресечения. В зависимости от этого он может правильно решить вопрос о возможности уклонения обвиняемого от следствия и суда. Нельзя не согласиться с мнением Ю.Д.Лившица о том, что “чем настойчивей и решительней обвиняемый шел к осуществлению своих преступных намерений, тем больше оснований полгать, что он с неменьшей настойчивостью и решительностью бу-дет стараться избежать ответственности”’ .

Большое значение имеет также размер грозящего наказания. Несомненно, что если обвиняемому грозит относительно суровое наказание, то он непременно будет стремиться к тому, чтобы избежать ответственности и скрыться, боясь длительного лишения свободы.

1 См.: Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. СПб, 1906. С.428.

2 Лившиц Ю.Д. Указ соч. С.25

59 Такой вывод вполне логичен: чем строже будущее наказание, тем боль- шая вероятность уклонения, а также возможность воспрепятствования установлению истины. Однако необходимо избегать автоматизма и шаблона и обращать внимание на то, что и в этих случаях следует всесторонне оценивать все доказательства, имеющиеся в деле, как говорящие “за”, так и “против” уклонения. Мера пресечения в виде содержания под стражей, даже при совершении серьезных преступлений, применяется только при действительной необходимости. Для решения этих вопросов имеет большое значение изучение личности обвиняемого (подозреваемого). Ведь вполне понятно, что при совершении одного и того же деяния разными лицами, в отношении последних могут быть избраны разные меры пресечения.

При обычном порядке избрания меры пресечения, как правило, в распо- ряжении следователя уже имеются доказательства, с высокой степенью вероятности свидетельствующие о виновности определенного лица. Но, как уже указывалось, доказательства, положенные в основу привлечения лица в качестве обвиняемого, сами по себе еще не являются основаниями к избранию меры пресечения. Помимо этих доказательств следователь должен располагать данными, позволяющими судить, что обвиняемый будет препятствовать или уже препятствует установлению истины, либо уклонится от следствия и суда. Оценивая эти данные и приходя к выводу, что такого рода действия обвиняемого помешают раскрыть истину по уголовному делу, следователь должен принять решение о заключении обвиняемого под стражу с тем, чтобы не дать ему возможности скрыться либо помешать раскрытию истины. Иное решение этого вопроса в данном случае, по нашему мнению, будет неправильным.

Наличие у обвиняемого или подозреваемого постоянного места жительства снижает возможность уклонения его от следствия и суда и, наоборот, от- сутствие такового повышает возможность такого уклонения.

Среди “других обстоятельств” при избрании меры пресечения учитываются любые данные, могущие указывать на отмеченное выше поведение обви-

60 няемого. Так опасность того, что обвиняемый, в случае его оставления на свободе, скроется от следствия и суда и, возможно, будет продолжать преступную деятельность, может вытекать, в частности, из характера содеянного, наличия у обвиняемого преступных связей и прошлых судимостей.

Практика учитывает также чистосердечное раскаяние в совершении пре- ступления, характеристики с места работы и жительства и т.д. Все это способствует правильному решению вопроса об избрании меры пресечения.

Рассмотренные выше обстоятельства являются основаниями для применения меры пресечения не только к обвиняемому, но и к подозреваемому. В со- ответствии со ст. 90 УПК применение меры пресечения в отношении подозреваемого является исключением из общего правила. Практически здесь речь идет чаще всего о заключении под стражу подозреваемого, так как такой порядок избрания меры пресечения обычно вызывается совершением тяжких преступлений, когда требуется быстрая изоляция преступника от общества, воспрепятствование продолжению с его стороны преступной деятельности и т.д.

Как бы то ни было прямое назначение мер пресечения - коррекция в не- обходимых случаях поведения уголовно-ответственных лиц в направлении, соответствующем велению уголовно-процессуального закона, создание таким путем наилучших условий для наиболее полного, всестороннего, объективного разбирательства уголовных дел, беспрепятственного отыскания истины по делу и принятия по нему справедливого решения, обеспечение реализации обязанности виновников отвечать за свои действия . Они тем самым обеспечивают и жизнь уголовно-процессуальных отношений и содействуют осуществлению задач уголовного процесса 1.

Воспрепятствование уклонению обвиняемого от следствия и суда может быть достигнуто путем применения любой меры пресечения. Выбор же последней зависит от степени вероятности такого уклонения.

1 См.: Еникеев З.Д. Проблемы мер пресечения в уголовном процессе. Автореф. дис. докт.юрид. наук. Екатеринбург, 1991.С. 10-11.

61

Одной из наиболее распространенных на практике мер пресечения является подписка о невыезде.

Сущность подписки о невыезде состоит в отобрании у обвиняемого (по- дозреваемого) письменного обязательства не отлучаться с места жительства или временного нахождения без разрешения лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда и являться по их вызовам (ст.93 УПК). Такая мера пресечения не препятствует отлучке обвиняемого (подозреваемого) по служебным или личным делам на короткий, в течение суток или рабочего дня промежуток времени. Местом временного нахождения лица может быть пункт его пребывания вне постоянного места жительства ( нахождение в командировке, на лечении, на учебе и т.д.)

Эта мера может быть применена в отношении обвиняемого или подозре- ваемого в совершении преступления, не представляющего большой общественной опасности, а также при отсутствии оснований опасаться, что, оставаясь на свободе, он скроется или иным способом уклонится от следствия и суда.

В процессуальной литературе имеется совершенно правильное, на наш взгляд, мнение, что подписка о невыезде должна быть нормальной мерой пресечения при совершении не особо тяжких преступлений обвиняемыми, имеющими постоянное место жительства или место постоянных занятий и, если нет данных, внушающих опасения, что пребывание их на свободе будет мешать расследованию дела1

Эти обстоятельства, естественно, снижают вероятность возможного со стороны обвиняемого уклонения от следствия и суда, но поскольку она не исчезает совсем, а лишь уменьшается ее степень, и применяется мера пресечения в виде подписки о невыезде.

Однако применять указанную меру пресечения, считая ее слишком “лег- кой”, без достаточных на то оснований, недопустимо. При сравнительной мягкости этой меры, отмеченные ограничения все же весьма серьезны, а наруше-

См.: Лившиц Ю.Д. Указ соч. С.43.

62 ние подписки о невыезде может при определенных условиях повлечь более строгую меру пресечения, о чем обвиняемый ставится в известность.

Характеризуя подписку о невыезде, как меру пресечения, следует отметить, что она обеспечивает именно неуклонение обвиняемого от следствия и суда, и должна применяться только в тех случаях, когда существует вероятность такого уклонения. Еще в 1926 году И.Окаринским было высказано мнение о том, что истинная цель подписки заключается не столько в воспрепятст- вовании возможному уклонению обвиняемого от следствия и суда, сколько в возможном ускорении предварительного следствия, ради чего представляется необходимым удерживать обвиняемого поближе к месту производства следствия и суда, не лишая его при этом свободы1’ Если придерживаться подобной точки зрения, то можно допустить возможность применения подписки о невыезде и в случаях, когда нет вероятности уклонения.

Как нам представляется, такое мнение относительно “истинной цели” подписки о невыезде является неправильным. Подписка о невыезде является мерой пресечения и обеспечивает именно неуклонение обвиняемого от следствия и суда. Она должна применяться только в тех случаях, когда существует вероятность уклонения, но степень этой вероятности небольшая.

Если следователь правильно на основании материалов уголовного дела установит минимальную вероятность уклонения, то избранная им в качестве меры пресечения подписка о невыезде будет той необходимой и достаточно сильной мерой, которая обеспечит неуклонение обвиняемого, а наряду с этим и его быструю явку к органам следствия и суда. Основания избрания подписки о невыезде являются причинами выполнения условий данной обвиняемым подписки, главное из которых - не отлучаться с места жительства без разрешения дознавателя, следователя, прокурора и суда.

По смыслу закона (ст.93 УПК) местожительство может быть постоянным или временным. Важно иметь точный адрес, по которому будет проживать об-

1 См.: Окаринский И. Принуждение в уголовном процессе. М., 1926. С. 10-12.

63 виняемый во время предварительного расследования и судебного разбирательства. Это необходимо для поддержания постоянной связи с обвиняемым, так как он в любой момент может быть вызван к следователю или в суд. Избрание подписки может быть эффективным средством предотвращения уклонения обвиняемого только тогда, когда обвиняемый имеет постоянное местожительство в данной местности. Отсутствие такового, естественно, усиливает вероятность уклонения обвиняемого от следствия и суда и на практике нередко ведет к избранию меры пресечения в виде заключения под стражу.

Нецелесообразно применять эту меру пресечения в отношении лиц, тру- довая деятельность которых связана с длительными разъездами (проводники поездов дальнего следования, шоферы на дальних рейсах и т.д.). По мнению ряда специалистов подписка о невыезде малоэффективна, когда ее применяют в отношении несовершеннолетних обвиняемых. Они не могут достаточно ясно представить себе смысл и значение налагаемого на них запрета1’

Применение подписки о невыезде к несовершеннолетним носит практически формальный характер. Эта мера не удерживает их от противоправного поведения и, более того, делает их в глазах неустойчивой молодежи примером для подражания.

Между тем должный эффект по предотвращению сокрытия от следствия и суда несовершеннолетних может быть достигнут не только путем изменения подписки о невыезде на более строгую меру - заключение под стражу, но и путем постановки в ответственное положение родителей несовершеннолетнего, избирая меру пресечения в виде отдачи его под присмотр родителей либо опекунов, попечителей или под надзор детской организации (ст. 394 УПК).

Подписка о невыезде практически неприменима к военнослужащим срочной службы, находящимся на казарменном положении. Они не имеют воз-

1 По отдельным данным каждый третий несовершеннолетний правонарушитель из числа лиц, оставленных под подпиской о невыезде вновь совершает правонарушение или преступление, уклоняется от следствия или суда. См.: Рогожин В.А.,Омельченко Г.Е. Некоторые вопросы применения мер пресечения к несовер- шеннолетним обвиняемым.//Проблемы законности. Вып.177. Харьков,1986. С. 121-122.

64 можности оставить воинскую часть без разрешения командования, а стало быть и самостоятельно явиться по вызову.

Подписка о невыезде при своем ныне существующем содержании даже при условии значительной ее распространенности и меньшим стеснением прав и свобод подвергаемых ее воздействию лиц является достаточно эффективной мерой. Она имеет способность (хотя и меньшую по сравнению с заключением под стражу и залогом) предотвращать сокрытие обвиняемого от предварительного следствия и суда.

Результаты проведенного нами исследования показали, что за период с 1996-1998 гг. на территории Саратовской области подписка о невыезде составила в среднем от 34 до 46% всех случаев избрания мер пресечения. Количество нарушивших данную меру пресечения и скрывшихся от правосудия лиц по данным Информационного центра УВД Саратовской области за 12 месяцев 1997 г. составило, 2,9% от общего числа лиц, к которым она была применена1-

Из смысла статьи 93 УПК вытекает лишь то. что обвиняемый (подозре- ваемый) дает подписку о том, что не будет без разрешения отлучаться с места жительства, а поскольку в законе нет указания на другие запреты, то следователь, дознаватель или суд не могут требовать от обвиняемого, при избрании такой меры пресечения, не предпринимать действий, указанных в ст. 89 УПК ( не скрываться, являться по вызовам, не мешать установлению истины, не заниматься преступной деятельностью, не препятствовать исполнению приговора).

Некоторые процессуалисты предлагают изменить название данной меры пресечения на “подписку о надлежащем поведении”, включив в ее содержание вышеуказанные обязанности

Иначе решен этот вопрос в проекте Общей части Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации, подготовленном государственно-правовым управлением Президента Российской Федерации, где сохране-

1 Подобные данные получены и другими процессуалистами. См.: Еникеев З.Д. Проблемы мер пресече ния в уголовном процессе. Автореф.дис.докт.юрид.наук. Екатеринбург, 1992. С.27-28.

2 См.: Яковлев М.,Еникеев 3. Гарантии справедливости. Известия, 1972.14 июня; Петрухин И.Л. Непри-

65 на такая мера пресечения, как подписка о невыезде (ст. 180), но содержание ее дополнено следующими обязанностями лица, в отношении которого она должна избираться: находиться в распоряжении органа, ведущего уголовный процесс; не скрываться; не заниматься преступной деятельностью; не препятствовать расследованию и рассмотрению судом уголовного дела. В этом случае получается, что смысл статьи не соответствует ее названию. Предполагается более разумным, как уже было сказано ранее, дополнить УПК новой статьей, включающей в себя обязанности обвиняемого, и разъяснять эти обязанности лицу при предъявлении ему обвинения. Тогда отпадет необходимость изменять названия и содержание мер пресечения (это касается не только подписки о невыезде).

А пока принудительная сила подписки о невыезде заключается не столько в обязательстве никуда не выезжать, сколько в предупреждении обвиняемого, что в случае отъезда к нему будет применена более строгая мера пресече- ния. В этом законодатель видит как бы “наказание” за нарушение обвиняемым условий подписки, и вполне естественно, что должна быть принята более серьезная мера пресечения, которая реально бы обеспечила неуклонение обвиняемого от следствия и суда. Думается, что такой мерой пресечения может быть содержание под стражей, конечно, если за преступление может быть назначено наказание в виде лишения свободы. В иных случаях такой мерой пресечения может быть залог. Сказанное, разумеется, не исключает возможности применить к обвиняемому, нарушившему подписку, и любой другой меры пресечения, какую следователь признает по обстоятельствам дела наиболее эффективной.

По сравнению с ныне существующей в качестве меры пресечения подпиской о невыезде, своеобразной гарантией надежности, которой выступает по существу лишь психологическое воздействие в виде возможного изменения ее на более строгую, поручительство занимает в иерархии мер пресечения не-

косновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М..1989.С.226.

66

сколько иное положение. Эта мера обладает более серьезными возможностями предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

В настоящее время закон предусматривает три вида поручительства: 1) личное поручительство; 2) отдача несовершеннолетнего под присмотр родителей, опекунов, попечителей или под надзор администрации закрытых детских учреждений; 3) поручительство общественной организации (ст. 94,95,394 УПК). При избрании данной меры пресечения обвиняемый остается на свободе, продолжает свою трудовую деятельность, остается в семье. На него действуют моральные стимулы, побуждающие вести себя надлежащим образом.

Все три вида поручительства имеют ряд общих черт.

1) Поручители ручаются за надлежащее поведение обвиняемого, тогда как сам он, согласно действующему законодательству, не дает никаких обяза- тельств. 2) 3) Все три вида поручительства преследуют общие цели: обеспечить над- лежащее поведение обвиняемого и его явку по вызовам органа дознания, следствия и суда. 4) 5) Все виды поручительства не связаны с введением для обвиняемого каких- либо правоограничений, поскольку в законе о них не упоминается. 6) 7) При всех видах поручительства у поручителя имеется право отказа от него, если обвиняемый не выполняет данных им обещаний, если у поручителей утрачены необходимые контакты с обвиняемым и нет возможности влиять на его поведение. Поручители не обязаны ждать, пока обвиняемый предпримет действия, для предупреждения которых была избрана данная мера пресечения (скроется, совершит новое преступление и т.д.). Поручительство отменяется следователем или судом. 8) 9) Всем видам поручительства, как мерам пресечения, присуща единая в своей основе процессуальная форма. Необходимо вынести мотивированное постановление (определение) о поручительстве. Вынесению постановления (определения) предшествуют определенные действия следователя (суда) по по- 10)

67 дысканию поручителей. Сюда входят действия по сбору и проверке данных о личности поручителей, а в случае общественного поручительства, данных о микроклимате в общественной организации.

Без согласия соответствующих лиц и организаций поручительство недо- пустимо. Нельзя не согласиться с мнением Петрухина И.Л. о том, что следует дополнить закон указанием на то, что для поручительства (кроме надзора администрации закрытых детских учреждений) необходимо также согласие самого обвиняемого. Без такого согласия поручительство будет малоэффективным1

После выполнения вышеуказанных действий следователь (суд) знакомит поручителей или представителя общественной организации, а также самого обвиняемого (подозреваемого) под расписку с постановлением (определением) об избрании данной меры пресечения. Этим самым поручители ставятся в известность о сущности дела (характере преступления, юридической квалификации, роли обвиняемого и т.д.) Каждый из поручителей дает подписку о принятом на себя обязательстве.

Однако отдельным видам поручительства присущи некоторые особенности.

Личное поручительство (включая присмотр родителей за несовершен- нолетними обвиняемыми) является у нас одновременно и имущественным. На поручителей, включая родителей, опекунов и попечителей в случае совершения обвиняемым действий, для предупреждения которых была применена данная мера пресечения, налагается денежное взыскание до одного минимального размера оплаты труда или применены меры общественного воздействия (ст.ст.94,394 УПК), причем такую ответственность несет каждый из поручителей. Наложение денежного взыскания осуществляется судом, к подсудности которого относится соответствующее уголовное дело. При этом после оглашения протокола о допущенных нарушениях, составленного следователем, лицом, производящим дознание, прокурором, либо выписки из протокола судебного

1 См.: Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе.

68 заседания и заслушивания объяснения нарушителя, выносится соответствующее постановление (ст.323 УПК).

Существует мнение, что поручители должны извещаться о каждом вызове обвиняемого к следователю или в суд1 Такое правило было установлено Се- натом в дореволюционной России Поручители должны были следить за обвиняемым и выполнять требования властей о доставке его на допрос, т.е. поручительство носило характер слежки.

В действующем законодательстве отсутствует указание на то, что пору- чители должны сами доставлять обвиняемого к месту следствия или в суд, а поэтому и нет нужды постоянно извещать их о вызове обвиняемого. Такие сообщения необходимы лишь при нарушении обвиняемым обязательства о явке. Не существует и нормы закона, которая позволит поручителю постоянно отлучаться со своего места работы для сопровождения обвиняемого к следователю или в суд.

Нельзя согласиться и с точкой зрения, что поручитель вправе задержать обвиняемого и доставить его в орган дознания или предварительного следствия, если убедится, что обвиняемый нарушает условия поручительства3’ Задержание возможно лишь при совершении обвиняемым нового преступления и по основаниям, указанным в ст. 122 УПК. Об остальных случаях ненадлежащего поведения обвиняемого поручитель вправе сообщить органу, избравшему данную меру пресечения.

Действующее законодательство не предусматривает ответственности за несообщение поручителем о ненадлежащем поведении обвиняемого. Об уве- домлении поручителем органов уголовного судопроизводства относительно явного или возможного уклонения обвиняемого можно правомерно, исходя из

М.,1989.С233,

1 См.: Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж. 1975.С.110.

2 См.: Судебные Уставы императора Александра II с законодательными мотивами и разъяснениями. Устав уголовного судопроизводства / Подгот.С.Г. Щегловитовым.СПб., 1913.С.ЗЗ 1.

3См.: 5 Еникеев З.Д. К вопросу о системе и видах мер процессуального принуждения в советском уголовном судопроизводстве// Вопросы эффективности борьбы с преступностью и совершенствовании законода- тельства. Уфа.1975.С,73.

69 вышесказанного, говорить не как о юридической обязанности, а как о праве поручителя по пресечению ненадлежащего поведения, которым поручитель волен воспользоваться или не воспользоваться. Никаких юридических санкций за такое несообщение законодатель не устанавливает. Нет санкции, нет и ответственности. Что же касается денежного взыскания или меры общественного воздействия, то это санкции за необеспечение личными поручителями надлежащего поведения и явки по вызовам обвиняемого, но не за неуведомление об этих действиях или намерениях.

Нет в процессуальном законодательстве объяснения понятию “надлежащее поведение”. Этим понятием должно охватываться выполнение всех про- цессуальных обязанностей обвиняемым и не более. По мнению М.Яковлева и З.Еникеева надлежащее поведение включает в себя обязательства “заниматься общественно полезным трудом”, “вести нормальный образ жизни”1. Данные высказывания были подвергнуты справедливой критике , поскольку эти обязательства выходят за пределы “надлежащего поведения” в процессуальном смысле.

В проекте уголовно-процессуального кодекса РФ, разработанном Мини- стерством юстиции РФ, предлагается признать достаточным наличие одного поручителя, что упрощает саму процедуру избрания такой меры пресечения, но может снизить ее эффективность. В качестве меры, позволяющей также влиять на поручителя, в законопроекте предлагается в случае ненадлежащего контроля за поведением обвиняемого, подвергать его (поручителя) денежному взысканию в размере “до 100 минимальных месячных размеров оплаты труда”, что также может послужить для обвиняемого сдерживающим рычагом от совершения действий, направленных на уклонение от следствия и суда. Но в то же время указанное нововведение может сделать эту меру пресечения почти не при-

1 См.: Яковлев М.,Еникеев 3. Гарантии справедливости // Известия 1972.14 июня.

2 См.: Хоммадов О. 5 Меры пресечения в уголовном процессе (по материалам Туркменской ССР): Ав- тореф.дис.канд.юрид.наук. М., 1973.С.6.

70 меняемой, поскольку поручитель побоится последствий ненадлежащего поведения обвиняемого.

И все же возможность такой ответственности стимулирует принятие по- ручителями активных мер по оправданию своего обязательства в рамках отношений, регулируемых нормами права. В частности, способами выполнения обязанностей по поручительству служат непосредственное воздействие на обвиняемого методом убеждения действиями нравственного характера; доставление лица в отделение внутренних дел при попытке к бегству. В отношении обвиняемого, в случае его попытки уклониться от следствия и суда, указанная мера может быть изменена на более строгую.

Таким образом, при личном поручительстве принуждение обращено не только к обвиняемому, но и к его поручителям в плане возложения на них обязанностей по контролю за поведением лица, в отношении которого они добровольно выступают поручителями.

Несмотря на очевидные положительные моменты возможного благотвор- ного влияния со стороны поручителей на поведение обвиняемого, на сегодняшний день практика правоохранительных органов складывается таким образом, что данная мера пресечения применяется крайне редко.

В специальных исследованиях современных процессуалистов отмечается, что удельный вес рассматриваемой меры пресечения не превышает 1% по отношению к другим мерам пресечения1. Не исключением является и практика применения указанной меры в Саратовской области. Так по данным Информационного центра УВД Саратовской области за 12 месяцев 1997 всего к уголовной ответственности было привлечено 5778 человек. И лишь в отношении 73 человек была применена мера пресечения в виде поручительства.

Обращаясь к такой мере пресечения, как поручительство общественной организации (ст.95 УПК), необходимо обратить внимание на то, что законода-

’ См.: Коврига З.Ф. Указ.соч.С.112; Еникеев З.Д. Место мер процессуального принуждения в механизме уголовно-процессуальной деятельности.// Научные и практические проблемы уголовного судопроизводства в свете судебно-правовой реформы. Ижевск, 1989.С.82.

71 тель в ст. 89 УПК ставит данную меру пресечения на один уровень с личным поручительством, подчеркивая их однородность.

Поручительство общественной организации состоит в даче общественной организацией (чаще профсоюзной) письменного обязательства о том, что она ручается за надлежащее поведение и своевременную явку обвиняемого (подозреваемого) по вызовам органов расследования или суда.

Решение о поручительстве обычно принимается общим собранием членов организации, либо ее выборным органом. При этом общественная организация должна быть поставлена в известность относительно сущности дела, по которому предстоит дать поручительство. Решение общественной организации или ее выборного органа оформляется соответствующим протоколом, который проверяется следователем (дознавателем) и приобщается к делу. Позиция организации или коллектива не связывает следователя, дознавателя или суд, которые вправе отклонить просьбу о поручительстве. Однако этим органам не дано право навязывать поручительство организациям, если они не считают возможным ручаться за обвиняемого.

В первые годы после того, как в действующем УПК появилась данная мера, она применялась довольно часто. Однако в дальнейшем практика показала ее неэффективность, поскольку общественная организация не несет и не мо- жет нести реальную ответственность за ненадлежащее поведение обвиняемого или подозреваемого, в том числе и за его уклонение от следствия и суда. В связи с чем ее применение практически прекратилось.

Авторы проекта “Общей части Уголовно-процессуального кодекса” со- хранили данную меру пресечения, изменив ее название на “ Поручительство организации” (ст. 182), По данному законопроекту поручителем может быть любое “заслуживающее доверия юридическое лицо”, принявшее на себя обязательство о том, что оно ручается своим авторитетом и вносимой денежной суммой за надлежащее поведение подозреваемого и обвиняемого, включая соблюдение им общественного порядка, явку по вызовам ведущего уголовный

72 процесс органа и исполнение других процессуальных обязанностей”. Такую редакцию статьи о данном виде поручительства следует признать наиболее удачной. Однако все же необходимо исключить из нее обязательство организации обеспечить соблюдение обвиняемым общественного порядка, поскольку, как уже было сказано выше, эта обязанность выходит за рамки процессуальных.

Положительным можно признать и тот момент, что предлагается поручи- тельство организации сделать имущественным. Статья 143 указанного законопроекта обязывает поручителя внести денежную сумму в обеспечение возможного возложения на него процессуального взыскания. Эта норма касается и других видов поручительства.

Сила влияния указанной меры пресечения на правонарушителя заключа- ется в том, что обвиняемый, испытывая моральную ответственность перед коллективом, который за него ручается, оставаясь в кругу своих товарищей или коллег по работе, своим поведением должен оправдать их доверие. Коллектив должен иметь возможность обеспечения постоянного контроля за его поведением, положительно воздействовать на него, применяя меры воспитательного характера, согласующиеся с интересами правосудия, препятствуя тем самым уклонению обвиняемого от следствия и суда.

Таким образом мы видим, что и личное поручительство и поручительство общественной организации, содержит в себе большой заряд эффективности по сравнению с подпиской о невыезде, но применяются на практике крайне редко и лишь в единичных случаях.

Ряду следователей был задан вопрос: “Чем, по их мнению, обусловлено редкое использование таких мер пресечения, как личное поручительство и поручительство общественной организации?” Были получены такие ответы: сложной процессуальной процедурой (34%), несовершенством законодательства о данных мерах (9%), отсутствием положительного опыта (51%), неэффективностью этих мер (6%).

73

Между тем именно эти меры пресечения могут эффективно способствовать предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда. По- видимому, наше общество еще не достигло такого уровня развития, который позволял бы нам делать больший упор на меры пресечения, которые в большей степени наделены элементами воспитательного воздействия на подозреваемого или обвиняемого.

В рассматриваемом контексте свою определенную роль играет такая мера, как отдача несовершеннолетнего под присмотр родителей, опекунов, попечителей либо администрации детских закрытых учреждений, которая по своей юридической природе, значению и условиям применения аналогична личному поручительству (ст.394 УПК). Отдача под присмотр администрации закрытого детского учреждения может быть применена, согласно ст. 394 УПК, к несовершеннолетним, воспитывающимся в этих учреждениях. К числу таких учреждений относятся воспитательные колонии для несовершеннолетних системы МВД и, как полагают некоторые авторы, интернаты и детские дома, хотя их нельзя отнести к учреждениям закрытого типа, т.к. они не располагают должной системой контроля и охраной1. Поэтому необходимо внести в УПК разъяснения понятию “детское учреждение закрытого типа”. Из-за отсутствия такого разъяснения возникают спорные вопросы при применении данной меры к несовершеннолетнему. Так, например, существует мнение о том, что данная мера пресечения граничит с заключением под стражу и при ее избрании необ-ходима санкция прокурора . Это предложение нельзя признать удачным, поскольку помещению в закрытое детское учреждение предшествуют проводимые специальными службами органов внутренних дел мероприятия, порядок которых регулируется ведомственными инструкциями. Такие мероприятия не являются процессуальными. Следователь, дознаватель или суд, отдавая несовершеннолетнего обвиняемого под присмотр одного из вышеуказанных учреж-

См.: Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. Казань.1981 .С.74. 2 См.: Петрухин И.Л. Указ.соч. С.238.

74 дений, не решает вопрос о помещении его в данное учреждение, поскольку он уже там пребывает.

В отличие от других видов поручительства, отдача под присмотр админи- страции закрытого детского учреждения возможна и без согласия самой администрации этого учреждения. Представители администрации закрытых детских учреждений являются должностными лицами и могут, в зависимости от характера нарушения принятого обязательства и последствий, нести дисциплинарную или уголовную ответственность. Меры, предусмотренные ч.2 ст.94 УПК, к ним не применяются. При осуществлении надзора за несовершеннолетним обвиняемым администрация закрытого детского учреждения вправе принимать необходимые меры, не противоречащие внутреннему распорядку ( поручение кому-либо из воспитателей повседневно наблюдать за подростком, ограничение выхода из расположения учреждения и встреч с посторонними лицами и др.). Данную меру пресечения следует признать одной из наиболее эффективных по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда. В проектах УПК порядок ее применения сохранен почти без изменения. Исключение здесь составляет лишь то, что поручителями могут выступать не только родители и указанные выше лица, но и другие, заслуживающие доверия граждане (ст. 87 Проекта УПК Минюста РФ). Это обстоятельство, на наш взгляд, является очень важным, так как жизнь показывает, что несовершеннолетний человек, вставший на путь совершения преступлений, нередко выходит из под контроля родителей, а авторитетом у него начинают пользоваться другие лица с отрицательной направленностью. В то же время мир подростка не может складываться лишь из одних негативных восприятий окружающей действительности и в данном с1гучае_поручителями могут выступать педагоги профессиональных учи- лищ, участники Великой Отечественной и других войн, ветераны труда, а также другие лица, положительно воспитывающие своих детей и способные оказать на оступившегося подростка благотворное влияние, предотвратить его уклоне-

75 ние от предварительного следствия и суда и предостеречь его от совершения других ошибок и правонарушений.

Наблюдение командования воинской части (ст. 100 УПК) по своей правовой природе в сущности представляет специфическую разновидность поручительства. Только в данном случае обязанности поручителя принимает на себя командование воинской части, в которой проходит службу обвиняемый.

Применяется эта мера пресечения для обеспечения своевременной явки подозреваемого или обвиняемого по вызова органа, избравшего данную меру пресечения. Основания и порядок применения этой меры регламентируются не только уголовно-процессуальным законодательством, но и ведомственными нормативными актами по линии министерства обороны РФ и других военных ведомств.

Подвергнутый данной мере пресечения военнослужащий лишается права ношения оружия, постоянно пребывает под наблюдением суточного наряда, либо своего непосредственного начальника (командира части, подразделения), не направляется на работу вне расположения воинской части, не назначается в караулы и другие ответственные наряды. Эти ограничения имеют воспитательный характер и постоянно напоминают военнослужащему о том, что он, совершив преступление, тем самым нарушил выполнение воинского долга и поэтому поставлен в специальные условия.

Вопреки мнению отдельных процессуалистов , считается, что рассматри- ваемая мера пресечения должна применяться только к военнослужащим, находящимся на срочной службе. Представляется неправильным положение ст. 86 Проекта УПК РФ, представленного Министерством юстиции РФ, о возможном использовании такой меры к военнослужащим, призванным на учебные сборы . Так как учебные сборы - это не военные действия и нахождение на них не является мобилизационным призывом на срочную службу, то к таким лицам “долж-

1 См.: Коврига З.Ф. 5 Указ.соч. С. 121.

2См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект Министерства юстиции РФ. М.Л994.С.52.

76 но применяться обычное откомандирование из расположения учебного воинского подразделения со всеми вытекающими из этого последствиями”1
Под этим понимается возможность применения к таким лицам любой из предусмотренных законом меры пресечения.

Наблюдением командования воинской части за обвиняемым обеспечивается не только его своевременная явка, но и надлежащее поведение и не только в смысле соответствующих гарантий его неуклонения от следствия и суда, но и в смысле подчинения определенному режиму, связанному с некоторыми ограничениями2.

В системе мер пресечения залог относится к категории одной из наиболее строгих процессуально-принудительных мер, способных обеспечить неук- лонение обвиняемого от следствия и суда. При его применении ущемляется право собственника распоряжаться своим имуществом и ограничивается свобода обвиняемого и подозреваемого путем угрозы ему личными или принадлежащими залогодателю потерями, поскольку внесенные в депозит суда, либо другого правоохранительного органа деньги или иные ценности, могут быть обращены в доход государства (ст. 99 УПК). Возможности залога в обеспечении неуклонения обвиняемого от следствия и суда заключаются не только в материальной заинтересованности залогодателя в сохранности денежной суммы, но и в чувстве морального долга обвиняемого (подозреваемого) перед залогодателем. Внешнее выражение большей строгости залога по сравнению с другими мерами пресечения, видится в том, что он может быть применен только с санкции прокурора или его заместителя, а также по постановлению или определению суда.

Залог является одним из древнейших процессуальных институтов. В уго- ловном процессе дореволюционной России залог рассматривался в качестве важнейшего и эффективнейшего средства обеспечения явки и неуклонения об-

’ См.: Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное пресечение и его эффективность. Казань, 1981. С.83. 2 См. Шимановский В.В. Соблюдение законности при избрании мер пресечения на предварительном следствии. СПб., 1992. С. 42

77 виняемого от следствия и суда. Сейчас данная мера пресечения широко применяется на Западе и в некоторых странах бывшего социалистического лагеря (Польша, Болгария, Монголия, Куба). Залог не лишает обвиняемого (подозреваемого) физической возможности скрыться или иным способом уклониться от следствия и суда. Он связывает свободу действий угрозой имущественных потерь (ст.99, 323, 324 УПК). Применение залога порождает у обвиняемого мотивы экономического характера. Еще видный русский процессуалист Н.Н.Розин утверждал в свое время, что залог и имущественное поручительство являются “наиболее целесообразными способами обеспечения неуклонения обвиняемого от суда, в особенности в менее обеспеченных кругах населения”1

Надо отметить, что в разные исторические периоды нашей страны отно- шение к залогу, как способу предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, было различным. Залог особенно широко применялся в советской уголовно-процессуальной практике в период с 1921 по 1930 г.г., т.е. в период расцвета НЭПа, когда для этого имелись наиболее благоприятные экономические и социальные возможности. С отказом от экономических методов хозяйствования и начал демократии в процессуальной литературе стало популярным гонение на залог, как меру пресечения. Например, М.С. Строгович предлагал залог из числа мер пресечения вообще исключить, поскольку он “по своей природе пригоден лишь в отношении имущих, состоятельных лиц”, которые, таким образом, получали возможность откупиться от тюрьмы деньгами, в то время, как простые трудящиеся, не имеющие такой возможности, “при прочих равных условиях, должны сидеть”. Однако позднее М.С. Строгович несколько смягчил свою точку зрения в отношении залога. Он указывал, в частности, что залог и имущественное поручительство “могут в некоторых пределах сократить применение заключения под стражу, охраняя в то же время интересы правосудия”, поэтому от этих мер пресечения нет основания отказываться .

1 Розин Н.Н. Уголовное судопроизводство. Петроград. 1916.С.366.

2 Строгович М.С. Избранные труды. М., 1992. С.30.

78

В то время экономические гарантии обеспечения надлежащего поведения участников уголовного процесса всячески стали искореняться как из практики расследования, прокурорского надзора и судебного разбирательства, так и из сферы законодательства по урегулированию уголовно-процессуальных институтов. Ярким проявлением указанной политики явилось резкое сокращение применения в качестве меры пресечения залога под предлогом исчезновения той социальной группы, к представителям которой применяема данная мера пресечения. Ст. 10 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924 г. установила запрет использовать эту меру пресечения в качестве альтернативы для замены первоначально избранной меры пресечения - за- ключение под стражу.

При разработке проекта УПК 1928 г. остро дискутировался вопрос об имущественных гарантиях обеспечения явки обвиняемого. Проект УПК, разработанный комиссией НКЮ РСФСР 1928 г. сохранил залог.

В конце 50-х годов вновь в юридической литературе была поднята про- блема залога. В этот период шла разработка ныне действующего УПК. Опять, как и в конце 20-х годов, настойчиво предлагалось исключить из УПК залог. Основания при этом указывались следующие, отсутствие социальных условий для применения указанной меры пресечения, возможность ее использования для того, чтобы откупиться от тюрьмы. В период реформы законодательства в 1958-1961 г.г. из УПК было исключено имущественное поручительство, а залог оставлен только в УПК РСФСР и УПК Таджикской ССР.

В действующем УПК отсутствует дифференциация мер пресечения, но можно полагать, что залог - высшая после заключения под стражу мера уголовно-процессуального принуждения, своевременное и правильное использование которой вполне может гарантировать неуклонение обвиняемого от следствия и суда.

79

Следует отметить, что еще лет пять-шесть тому назад в уголовно- процессуальной практике залог в качестве меры пресечения использовался весьма редко.

Так, например, В.А. Михайловым в 1992 году проводился опрос 185 следователей, дознавателей и руководителей следственных аппаратов, работающих в органах внутренних дел свыше 10 лет1. По их сведениям до 1992 года залог использовался лишь в единичных случаях (такие суждения высказали 32%); 68% опрошенных следователей вообще не применяли залог до первой половины 1992 г. Объяснялось это несколькими причинами: тем, что дознаватели, следователи, прокуроры и судьи недооценивали возможностей данной меры пресечения для предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, достаточно непростой процессуальной формой залога и укоренившимися в сознании стереотипами мышления, официально воспитанного в негативной оценке роли и назначения залога.

В начале 60-х годов Ю.Д.Ливщиц писал по данному вопросу: “ В настоящее время в РСФСР залог не находит применения на практике в качестве меры пресечения, в связи с чем ч.2 ст.89 и ст.99 УПК РСФСР по существу являются мертвыми нормами. Уже этот факт сам по себе дает основание отрицательно отнестись к данной мере пресечения”2 По мнению В.М. Корнукова, “залог в условиях советского государства неприемлем…с позиций достигнутых социаль-ных и экономических преобразований” . Неэффективность залога, как меры пресечения 3.3. Зинатуллин усматривает в том, “что залоговая сумма далеко не гарантирует от возможного ненадлежащего поведения обвиняемого”.4 По мнению И.Л. Петрухина одной из причин довольно редкого применения залога яв- ляется “достаточно сложная процедура его применения”5.

1 См.: Михайлов В.А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. МЛ 993. С. 16.

2 Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М., 1964. С. 72.

3 Корнуков B.M. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Сара тов. 1978.С.54.

4 Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. Казань, 1981. С.42.

5 Петрухин И.Л. Указ. соч. С.241

80

Однако пожалуй основной причиной недостаточного применения залога в практике является его несовершенное урегулирование в нормах действующего УПК. Из смысла ст.99 УПК следует, что залог применяется, если Он гарантирует явку обвиняемого по вызовам. Если же обвиняемый будет являться к следователю, дознавателю и в суд столько раз, сколько это необходимо, а в свободное от таких явок время совершать действия, мешающие нормальному ходу расследования, то у органа, ведущего уголовный процесс, не будет основания обратить залог в доход государства.

Отрицательно на практике применения залога сказывается еще и то, что в законе нет четкого указания на предмет залога, а также на порядок обращения залога в доход государства. При решении этих проблем необходимо заимствовать зарубежный опыт. Например по УПК Франции залог применяется главным образом при предварительном освобождении из-под стражи. Залогом гарантируется следующее: 1) явка обвиняемого для участия во всех процессуальных действиях и для исполнения приговора;) покрытие в порядке следующей очередности: а) издержек, понесенных гражданским истцом; б) издержек, понесенных государством: в) штрафов; г) расходов и убытков (ст. 145 УПК Франции 1958 г.).

Возможно авторы Проекта Общей части Уголовно-процессуального ко- декса Российской Федерации 1994 года учли как зарубежный опыт, так и опыт дореволюционной России. Редакцию ст. 179 указанного законопроекта следует признать удачной. Здесь содержатся основания применения залога, подробно указывается, какое имущество может приниматься в качестве залога, определяется минимальная сумма залога в зависимости от тяжести совершенного преступления, указываются случаи недопустимости применения залога, порядок обращения его в доход государства и порядок замены данной меры пресечения на более строгую в случае неисполнения обвиняемым своих процессуальных обязанностей1. Пожалуй, единственным недостатком редакции данной статьи

1 См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект Министерства юстиции РФ.

81 является указание на то, что залог применяется только для освобождения из-под стражи. Такое положение недопустимо, поскольку ставит освобождение из-под стражи в зависимость наличия у обвиняемого и его близких материальных средств, т.е. ставит обвиняемых в неравное положение.

Несмотря на все недостатки действующего уголовно-процессуального за- кона в настоящее время залог, как мера пресечения, стал достаточно популярным и уже имеется свой положительный опыт в его применении. Реформирование этого института есть часть общей проблемы реформирования законодательства о мерах пресечения.

Одним из наиболее сложных моментов в применении залога является его сумма, поскольку при ее определении должностному лицу приходится решать вопрос о том, какой суммой может располагать залогодатель, чтобы она не ставила в трудное материальное положение его семью и одновременно могла служить действенным сдерживающим для обвиняемого фактором.

Законодатель не называет никаких критериев определения суммы залога.

В качестве общих посылок здесь следует обращаться к ст.ст.89 и 91 УПК, где говорится о целях применения мер пресечения и тех обстоятельствах, которые необходимо учитывать вообще при избрании той или иной меры пресечения. В их числе и тяжесть обвинения, и данные, характеризующие личность подозреваемого или обвиняемого, с точки зрения их опасности для общества, а также имущественное положение залогодателя. Изучение уголовных дел показало, что в среднем сумма залога колеблется за одинаковые по своей тяжести преступления от 500 до 20 000 рублей (по старым деньгам от 500 000 до 20 000 000 рублей). Так гражданину Н., обвиняемому по ст.213 ч.2 УК РФ, сумма залога была определена в размере 20 000 000 (старыми деньгами). Очевидно, что не всякий гражданин или частная фирма, являющаяся залогодателем, способны внести такую сумму. К тому же становится все очевиднее, что чем больше сумма залога, тем меньше гарантий того, что лицо, в отношении которого избрана

М.Л994.С.163.

82 данная мера пресечения, не будет уклоняться от следствия и суда, так как наи более вероятным источником внесения в качестве залога такой суммы, является именуемый в преступном мире “общаг”. Не случайно Л.Кислицкая констатиру ет, что “заимствованное на Западе новшество в наших условиях распространи лось в основном на лидеров уголовно-преступной среды”1, для которых, по- видимому, любая сумма залога не представляет собой проблемы. Представля ется необходимым включить в статью о залоге прямое указание на то, что к ли цам, обвиняемым в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 209- 210 УК РФ, такая мера пресечения применяться не может.

Негативной стороной практики применения залога на сегодняшний день является формальный “произвол” при определении его суммы. Если для членов устойчивых преступных группировок она не имеет практически принципиального значения, то для лиц, впервые оказавшихся в сфере уголовного судопроизводства, а также не имеющих самостоятельного заработка, произвольно определенная сумма залога может лечь тяжелым бременем. Тем более, что любая внесенная сумма ко дню разрешения дела приговором суда в виду непрекращающегося роста инфляции обесценивается и уже не играет того имущественного рычага, удерживающего обвиняемого от сокрытия от следствия и суда.

В этой связи представляется уместным поставить сумму залога в зависи- мость от санкции, предусмотренной в УК РФ и тем самым определить его минимальную сумму. За отправную точку условной суммы залога взять размер минимальной заработной платы и умножать эту сумму на максимальный сроки лишения свободы (в годах) за преступление, по которому предъявлено обвинение.

Так в случае, если лицо привлекается к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 161 УК РФ за грабеж, а максимальный срок наказания за этот вид преступления составляет 4 года лишения свободы, минимальная сумма залога составит

1 Кислицкая Л. Большой отлов “воров в законе”. Рос.газ., 1994, 17 декабря.

83 минимальный размер оплаты труда, существующий на период избрания меры пресечения, умноженный на четыре.

Разумеется, что указанный расчет не может служить абсолютным критерием определения суммы залога, а являет собой лишь ориентир, по которому возможно более упорядоченное ее определение.

Простота исчисления залоговой суммы вышеуказанным методом дает ос- нование предлагать его для практического использования.

На основании вышеизложенного предлагается статью о залоге изложить в следующей редакции:

” Статья 99. Залог.

Залог состоит в деньгах или иных ценностях, вносимых самим обвиняемым, подозреваемым, либо иным физическим или юридическим лицом в депозит суда в обеспечение выполнения обвиняемым, подозреваемым процессуаль- ных обязанностей, издержек, понесенных государством по вине обвиняемого, подозреваемого.

Залог применяется по решению суда. Сумма залога определяется с учетом тяжести обвинения, личности обвиняемого, подозреваемого, имуществен- ного положения залогодателя.

Размер залога не может быть меньше:

  • двух минимальных окладов - при обвинении в преступлениях небольшой тяжести;
  • пяти минимальных окладов - при обвинении в преступлениях средней тяжести;
  • десяти минимальных окладов - при обвинении в совершении тяжких преступлений;
  • двадцати минимальных окладов - при обвинении в совершении особо тяжких преступлений.
  • Залог не применяется в отношении лиц, обвиняемых в совершении пре- ступлений, предусмотренных ст.ст. 209-210 УК РФ.

84

В случае невыполнения обвиняемым, подозреваемым своих процессуаль- ных обязанностей, залог по судебному решению обращается в доход государства, а мера пресечения в виде залога может быть изменена на арест.

Залог подлежит возвращению залогодателю во всех случаях, когда не были доказаны нарушения, предусмотренные частью пятой настоящей статьи, а также если мера пресечения в виде залога отменяется или изменяется. Изменение меры пресечения в виде залога на другую и возвращение залога осуществляются одновременно по судебному решению.”

Заключение под стражу (арест) является самой надежной в плане обес- печения неуклонения обвиняемого от следствия и суда мерой пресечения. Такая возможность кроется в ее сущности. Подозреваемый или обвиняемый изолируются от общества и помещаются в специально охраняемое помещение, каковым является следственный изолятор органов внутренних дел, и тем самым лишаются физической возможности скрыться от следствия и суда. Эта мера является самой эффективной: обвиняемый находится в руках органа, ведущего уголовный процесс, и по каждому требованию может быть доставлен к следователю, дознавателю или в суд.

Но при оценке ценности или “полезности” для общества той или иной меры уголовно-процессуального пресечения нельзя не учитывать и присущие ей негативные стороны. Последнее, в части рассматриваемой меры пресечения, выражается в том, что ее использование: во-первых, сопряжено со стеснением самого высшего блага для человека - его свободы, да и к тому же в условиях, когда виновность лица, подвергнутого столь строгой мере пресечения в установленном законом порядке приговором суда еще не установлена; во-вторых, лишает подозреваемого или обвиняемого возможности пользоваться такими социальными благами, как право на труд, отдых, образование и др.; в-третьих, сопряжено с причинением вреда здоровью, учитывая перегруженность следственных изоляторов; в- четвертых, влечет моральные страдания, вызванные изоляцией обвиняемого из семьи и коллектива, где он раньше учился или работал.

85

Отторжение от социально-полезных связей, изменение привычного уклада жизни человека всегда травмирует его психику. Глубина этой травмы неиз- меримо возрастает в тех случаях, когда лицо подвергается аресту незаконно. Незаконный арест - это тяжкое бедствие, несчастье для обвиняемого, вызывающее “скорбь, смущение и боль в жизни человека и окружающих его”1. В 1995-1996 годах в следственном изоляторе № 1 г. Саратова имели место два случая самоубийств арестованных, находящихся под следствием. Как уже было сказано ранее, это тоже одна из форм уклонение от следствия и суда, которую в условиях изоляции обвиняемого от общества предотвратить значительно сложнее, чем если бы он находился на свободе. В итоге же истина по делу остается до конца не установленной.

Для избрания ареста в качестве меры пресечения в ст.96 УПК установлены дополнительные требования. Не допускается применение данной меры в от- ношении лица, обвиняемого в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание менее строгое, чем один год лишения свободы; отступление от этого требования допускается лишь в исключительных случаях. Что такое “исключительные случаи “- закон не разъясняет, давая возможность практическим работникам самостоятельно делать такие разъяснения. К “исключительным случаям” нередко относят: социальную опасность лица, не выполнение процессуальных обязанностей, плохое поведение в быту, наличие достоверных данных о том, что обвиняемый (подозреваемый) может скрыться или будет препятствовать установлению истины и др. Не все эти доводы можно признать убедительными. Если лицо социально опасно, то ему необходимо предъявить дополнительные обвинения и с их учетом решать вопрос о мере пресечения. Если социальная опасность не достигла уровня преступления, то оснований для заключения под стражу нет. Не является основанием для ареста и плохое поведение в быту, поскольку мера пресечения избирается не для уре-

1 См. Кони А.Ф. Собр. соч. М., 1967. Т.И.С. 171.

86 гулирования семейно-бытовых отношений. Не исполнение лицом процессуальных обязанностей само по себе еще не основание для его заключения под стражу. Недостаточно для избрания этой меры пресечения и данных, что обвиняемый может повести себя ненадлежащим образом. Иное дело, когда следователь располагает несомненными доказательствами того, что обвиняемый уже нарушил условия примененной к нему не связанной с заключением под стражу меры пресечения. Нельзя не согласиться с мнением И.Л. Петрухина о том, что необходимо вообще устранить из закона ссылку на исключительные случаи, а вместо этого в самом законе четко сформулировать правило: заключение под стражу применять при совершении любого, наказуемого лишением свободы преступления, если обвиняемый нарушил условия ранее избранной меры пресечения1

По мотивам одной лишь опасности преступления арест может быть при- менен только в случаях обвинения в совершении преступлений, перечисленных в части 2 названной статьи. Постановления следователей и органов дознания санкционируются прокурорами, а также заместителями прокуроров высшего и среднего уровней. Прежде, чем дать санкцию на арест, эти должностные лица обязаны ознакомиться со всеми материалами уголовного дела, на основании которых применяется решение об аресте, и при необходимости лично допросить подозреваемого или обвиняемого. Личный допрос несовершеннолетнего обвиняемого или подозреваемого при этом обязателен во всех случаях.

С приведением действующего уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Конституцией РФ данная мера пресечения будет допус- каться только по судебному решению (ст. и ч.2 п.6 Раздела второго Конституции РФ).

Принятый 1 июня 1995 года Федеральный Закон “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений” детально регламентирует принципы, основания, условия и порядок содержания лиц в

См.: Петрухин И.Л. Указ.соч. С. 182.

87 местах предварительного заключения, основания и порядок освобождения заключенных и другие положения. В частности этот Закон гарантирует обвиняемым права на личную безопасность (ст. 19), личную переписку (ст.20), свидания с родственниками (ст. 18), пользование литературой, отправление религиозных обрядов (ст. 17) и др.

На органы, в производстве которых находится уголовное дело, дейст- вующее законодательство возлагает обязанность принимать меры попечения о детях и охраны имущества заключенного под стражу, а также уведомлять об этом последнего (ст.98 УПК).

При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу закон ус- тановил для обвиняемого ряд существенных гарантий, которые призваны оградить его от незаконного лишения свободы до суда.

Особую осмотрительность проявил законодатель в определении срока содержания под стражей при производстве предварительного расследования уголовных дел.

До принятия в декабре 1958 г. Основ уголовного судопроизводства не существовало предельных сроков содержания под стражей. Не было таких сроков и в дореволюционном Российском законодательстве. Отсутствие таких сроков мотивировалось заботой об установлении истины. Но при этом упускалась из виду личность обвиняемого, который не должен бесконечно находится под стражей из-за неумения или беспечности следователя. Установление сроков содержания под стражей не произвольно. Законодателем учитывается и реальная способность правоохранительных органов раскрывать и расследовать преступления, и существующие в обществе представления о пределах ограничения свободы личности ради достижения общественных целей.

По действующему УПК срок содержания обвиняемого под стражей не должен превышать двух месяцев. Он может быть продлен при наличии обстоятельств, указанных в ст. 97 УПК: - при невозможности закончить расследование и при отсутствии оснований для изменения меры пресечения - до 3-х меся-

88 цев; - в виду особой сложности дела - до 6-ти месяцев; - при исключительных обстоятельствах и только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений - до полутора лет.

Решения о продлении срока содержания под стражей до 3-х месяцев могут принимать прокуроры основного звена (района, города, гарнизона и т.д.), до шести месяцев - прокурорами субъектов РФ, военными прокурорами округов, групп войск, флота и т.д., от 6 месяцев до одного года - заместителем Генерального прокурора РФ и до полутора лет - Генеральным прокурором РФ.

Дальнейшее продление срока содержания под стражей возможно лишь по постановлению судьи в случаях, когда ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами дела до истечения предельного срока содержания под стражей невозможно, либо при необходимости удовлетворения ходатайства обвиняемого или его защитника о дополнении предварительного следствия. Ходатайство о продлении срока не позднее пяти суток до истечения предельного срока содержания под стражей возбуждается перед судьей областного, краевого и приравненных к ним судов Генеральным прокурором РФ, прокурором субъекта РФ, военным прокурором округа и т.д. Ходатайство разрешается судьей в срок не позднее 5 суток со дня его получения. При удовлетворении ходатайства срок содержания под стражей продляется до момента окончания ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела и направления прокурором дела в суд, но не более, чем на 6 месяцев.

В случае отказа в удовлетворении ходатайства, судья выносит постанов- ление об освобождении лица из-под стражи (п.2 ч.5 ст.97 УПК), после чего обвиняемый подлежит немедленному освобождению. Надо отметить, что данная норма введена Федеральным законом от 11 декабря 1996 года “ О внесении изменений и дополнений в статьи 26, 97, 133 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР”. До указанного времени срок ознакомления с материалами дела не входил в срок содержания под стражей. Предельный срок содержания под стражей установлен законом в интересах обвиняемого; он является гарантией,

89 оберегающей личность от слишком продолжительного ареста. Однако для советского, а теперь и для российского уголовного процесса характерно, что срок содержания под стражей ограничен только в стадии предварительного расследования, на суд эти ограничения не распространяются. По данным исследования, проведенного Т.Г.Морщаковой, одно уголовное дело рассматривается народным судом в среднем пять часов, а находится в этом суде до направления его в кассационную инстанцию в среднем 88 дней. Такое положение стало воз- можным из-за отсутствия в законодательстве предельных сроков содержания обвиняемых под стражей при рассмотрении в судах уголовных дел. Установление таких сроков в законе необходимо1

До мая 1992 года законность и обоснованность ареста, применяемого ор- ганом дознания, следователем или прокурором, а равно законность и обоснованность продления срока содержания под стражей, могли быть обжалованы только вышестоящему прокурору. В мае 1992 года действующий УПК был до-полнен статьями 220 и 220 , в соответствии с которыми содержащиеся под стражей лица, их защитники или законные представители получили право приносить жалобы на применение органом дознание, следователем или прокурором заключения под стражу в качестве меры пресечения, а равно на продление срока содержания под стражей в суд по месту содержания лица под стражей, либо в суд по месту нахождения лица, когда вынесенное постановление о заключении под стражу еще не начало реально применяться 2.

В качестве примера из практики применения указанной меры пресечения мы взяли Лениский район г. Саратова. В 1997 году сотрудники ОВД Ленинского района 565 раз обращались к прокурору за дачей санкции на арест в отношении задержанных лиц, в 406 случаях прокурор санкционировал заключение под

1 За установление сроков ареста в суде высказывались многие авторы. См.: Лиеде А.А. Подследственный арест// Вопросы уголовного права и процесса. Рига,1969. С. 138-139; Цыпкин А.Л. О расширении судебных гарантий в советском уголовном процессе // Ученые записки Саратовск.юрид. ин-та. 1969. Вып.16. С.128; Вы- дря М. Избрание судом меры пресечения в виде заключения под стражу // Сов.юст. 1979.Ж2.С.27 ; Петрухин ИЛ. Указ.соч. С.189-193. См.: Отчет о следственной работе за 1997 г. РФ. М.,1994. С.3-54.

Постановление Конституционного Суда РФ от 3 мая 1995 г. (СЗ РФ, 1995, № 19, Ст. 1764).

90 стражу, а в отношении остальных задержанных были избраны иные меры пресечения1

Очевидно, что практика применения более строгих мер пресечения вызвана непомерным ростом тяжких преступлений (данные об этом на протяжении последних лет мы можем найти в любом периодическом издании).

Одной из гарантий надежности меры пресечения в виде заключения под стражу выступает установленная уголовным законом ответственность за побег из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст.313 УК РФ).

В вышесказанном заключается основная причина достаточно широкого применения заключения под стражу в качестве меры пресечения. По степени своей распространенности она уступает лишь подписке о невыезде. 98% опрошенных нами практических работников органов внутренних дел и прокуратуры считают заключение под стражу наиболее эффективной мерой в части предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Такова общая характеристика существующих по действующему законо- дательству мер пресечения. При предложенной нами некоторой их корректировке относительно содержания и практики применения, они в целом приобретут большую способность содействовать предотвращению уклонения обвиняемых и подозреваемых от следствия и суда.

От ученых и от составителей проектов нового УПК РФ исходят предло- жения о введении такой меры пресечения, как домашний арест .

Это не совсем новшество, поскольку указанная мера существовала еще в дореволюционной России. Она заключалась в том, что обвиняемый оставался в своей квартире и к нему приставлялась стража “для воспрепятствования побегу и предупреждения сношения с другими лицами”. Однако в виду сложности осуществления данная мера применялась только к больным и “лицам видного

1 Отчет о следственной работе за 1997 г.

2 См.: Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель. Под ред. Савицкого. М.,1990.С. 32,95.; Пояснительная записка к проекту обшей части УПК РФ, подготовленная ГПУ Президента России. М.,1994.С8; Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект Мини стерства юстиции РФ. М„ 1994. С.53-54.

91 общественного положения”1 Домашний арест был предусмотрен и
УПК РСФСР 1922 и 1923 гг., а в дальнейшем законодатель от него отказался, возможно в виду сложности применения.

По мнению И.Л. Петрухина, который положительно относится к введению данной меры, домашний арест может применяться к лицу, содержание ко- торого под стражей хотя и допускается законом, однако не вызывается необходимостью. При этом должны учитываться характер преступления, состояние здоровья обвиняемого, его заслуги перед Родиной и иные обстоятельства. Такому арестованному могут быть запрещены общение с определенными лицами, телефонные переговоры, отправление и получение корреспонденции, выход из дома .

Такого же мнения придерживаются и авторы Проекта Общей частиУПК РФ 1994 г. В ст. 178 предлагается применять в отношении такого арестованного, согласно судебному ордеру, различные ограничения, к каковым могут относиться: 1) запрет выхода из жилища полностью или в определенное время; 2) запрет телефонных переговоров, отправления корреспонденции и использования средств связи; 3) запрет общаться с определенными лицами и принимать кого бы то ни было у себя; 4) обязанность носить при себе электронные средства контроля и обслуживать их работу; 5) обязанность отвечать на контрольные электронные звонки и иные сигналы контроля, звонить по телефону или лично являться в определенное время в орган дознания или другой орган, осуществляющий надзор за поведением обвиняемого. За обвиняемым и его жилищем должна быть установлена охрана.

В проекте УПК не указывается в отношении каких лиц возможно приме- нение данной меры пресечения. Но если вводить эту меру, то необходимо и создавать специальный орган, который будет ее исполнять. Данная мера слишком сложна в исполнении, и ее массовое применение будет практически не-

См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства.Т.2.С337. 2 См.: Петрухин И.Л. Указ.соч. С.53.

92 возможным. Если и вводить данную меру пресечения, то только в отношении строго ограниченного круга лиц.

Отдельные авторы предлагают ввести в качестве меры пресечения передачу обвиняемых под надзор милиции1.

Предлагается, в частности, применять ее на основании специального по- становления к лицам, обвиняемым в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы. В качестве ограничений для обвиняемого в данном случае предлагаются следующие: без разрешения следователя, прокурора, судьи или суда выезжать за пределы населенного пункта, изменять место жительства или временного проживания в пределах данного населенного пункта, не реже двух раз в неделю являться для отметки в органы милиции по месту жительства.

Представляется, что для введения в законодательство и в практику право- охранительных органов такой меры пресечения нет необходимости. Если проанализировать суть возможных ограничений для обеспечения неуклонения обвиняемого и подозреваемого от следствия и суда, то они достаточно заложены в других мерах пресечения.

Подводя итог деятельности по применению мер пресечения, следует от- метить, что преступление - это нарушение общественного порядка, обеспечить и восстановить который государственная власть считает своим долгом и исключительным правом. Но восстановление нарушенных прав личности не должно отходить на задний план. Стремление обезопасить невиновного гражданина от незаслуженного наказания также является главнейшей задачей государства. Государственная власть признает как начало свободы личности, так и начало общественного порядка. Стремление к согласованию этих двух начал особо выражено в уголовно- процессуальной деятельности. Исключить преобладание одного из этих начал довольно трудно, ведь вся уголовно-процессуальная деятельность направлена именно на поддержание и восстанов-

1 См.: “Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и союзных республик. Теоретическая

93 ление общественного порядка и соблюдения законности. С этой целью органы, ведущие уголовный процесс, вправе, а в некоторых случаях и обязаны применять принудительные средства, ограничивающие свободу личности.

В современной процессуальной литературе много говорится об эффек- тивности мер пресечения1 Можно выделить общие условия эффективности та- ких мер. К ним относятся законность, своевременность, и практическая применимость.

Применение той или иной меры пресечения можно будет считать законным, если органы, ведущие уголовный процесс, будут соблюдать все вышеука- занные условия их применения.

Говоря о своевременности применения меры пресечения, следует отметить, что закон не предусматривает здесь жестких сроков. Своевременное при- менение меры пресечения дает возможность наряду с другими благоприятными условиями обеспечить неотвратимость обвинения, сократить разрыв между совершением преступления и обвинением, между обвинением и окончательным разрешением дела. Когда же обвиняемый, уклоняясь от следствия и суда препятствует установлению истины по делу или совершает другие противоправные действия, эта цель не достигается, т.к. удлиняется срок реализации уголовной ответственности. И если возникает опасность, грозящая интересам дела, важно, чтобы она вовремя устранилась именно своевременным применением меры пресечения.

И, наконец, стоит остановиться на практической применимости мер пре- сечения. Все перечисленные в УПК меры пресечения прошли проверку временем. В разные периоды в зависимости от сложившихся условий одни меры пресечения применялись довольно часто, другие значительно реже, но все они применялись на практике и имели положительные результаты. Ни об одной мере пресечения нельзя сказать, что она является практически неприменима. Од-

модель / Под ред. В.М. Савицкого. М., 1990. С.32,95,101-102.

См.: Еникеев З.Д. Социальная ценность и эффективность уголовно-процессуального пресечения. Уфа, 1979; Михайлов В.А. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М.,1991; Булатов Б.Б. Эффективность

94 нако до 1992 года в основном применялись лишь две меры пресечения - заключение под стражу и подписка о невыезде.

Исследования, проводимые В.Г. Капустянским показали, что редкое ис- пользование остальных мер пресечения обусловлено: во-первых - дефицитом времени (47,9 % опрошенных); во вторых - отсутствием опыта в их применении (1,8 %); недостаточно четкой организацией работы и иными причинами в том числе и неэффективностью мер пресечения (21 %)\ Между тем именно эти меры пресечения могут эффективно способствовать устранению или предупреждению неправомерных действий обвиняемых (подозреваемых). Данное исследование проводилось в 1990 году. Следовательно, к разряду “неэффективных” относилась и такая мера пресечения, как залог. Однако, уже начиная с 1992 года, залог стал одной из самых популярных мер, несмотря на то, что никаких изменений норма УПК не претерпела.

Таким образом, не применяя меру пресечения нельзя судить о ее эффек- тивности.

В настоящее время перед законодателем стоит вопрос о построении полной и наиболее точно отвечающей потребностям общества системы мер пресе- чения. Разрешение этого вопроса связано с проведением работы по классификации действующих мер пресечения а также тех, необходимость существования которых определяется потребностями развития общества.

Такая классификация, по нашему мнению, имеет немаловажное практи- ческое значение, так как может разрешить проблему иерархии мер пресечения. В юридической литературе уже предпринимались попытки разграничения мер пресечения в зависимости от степени их тяжести для обвиняемых. Например, И.Л. Петрухин предлагает следующую иерархию мер пресечения:

1) заключение под стражу, 2) 3) подписка о невыезде, 4) мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984 и др.

1 См.: Капустянский В.Г. Убеждение и принуждение в советском уголовном процессе. М..1990.С. 30-31.

95

3) личное (имущественное поручительство, 4) 5) общественное поручительство.1 6) В.А.Михайлов по степени тяжести уголовно-процессуального принуждения залог и имущественное поручительство ставит после заключения под стра-

2

жу.

По мнению СИ. Вершининой, степень тяжести меры пресечения зависит от примененного метода государственного принуждения и, следовательно, ме- ры пресечения можно подразделить на три группы и соответственно определить их иерархию. Чем “тяжелее” метод государственного принуждения, тем “жестче” мера пресечения и тем больше целей она реализует. С этим положением нельзя не согласиться. Однако в основу классификации мер пресечения наряду с видом принуждения и степенью ограничения личных свобод СИ. Вершининой положены их цели. Так например, целью подписки о невыезде, общественного поручительства, личного поручительства, наблюдения командования, присмотра за несовершеннолетним является лишь обеспечение явки обвиняемого; целью имущественного поручительства и залога является обеспечение явки, предотвращение сокрытия обвиняемого и воспрепятствование ус- тановлению истины; и лишь домашний арест и заключение под стражу преследуют цели обеспечения явки обвиняемого, предотвращения его сокрытия, воспрепятствования ему мешать установлению истины и пресечения преступной деятельности. С этим нельзя согласиться, поскольку любая мера пресечения преследует все вышеуказанные цели в полном объеме, а классифицировать их можно лишь по степени реализации этих целей, степени ограничения личных прав и свобод и виду принуждения. По этим основаниям можно выделить три группы мер пресечения.

Первую группу составляют меры пресечения, в основе которых лежит только психологическое принуждение. Степень ограничения личных прав и

1 См.: Петрухин И.Л. Указ соч. С. 143.

2 См.: Михайлов В.А. Указ соч. С.149.

3 См.: Вершинина СИ. О совершенствовании системы мер пресечения // “Атриум”. Межвузовский

96 свобод при применении этих мер самая минимальная. К этой категории следует отнести подписку о невыезде, общественное и личное поручительство, наблюдения командования и отдачу несовершеннолетнего под присмотр.

Вторая группа мер пресечения ставит обвиняемого в экономическую за- висимость от государственных органов. Можно сказать, что степень ограничения личных прав и свобод обвиняемого при избрании меры пресечения данной группы будет средней ( ограничение передвижения, обязанность явки, имущественные ограничения, моральные обязанности перед третьими лицами). К этой группе следует отнести залог и имущественное поручительство (если будет принят соответствующий закон).

Третья группа мер пресечения имеет в своей основе физическое принуж- дение. Эти меры максимально ограничивают все личные права и свободы. По действующему законодательству к этим мерам относится лишение свободы и, если таковой будет предусмотрен в новом УПК, домашний арест.

Заслуживает внимания предложение СИ. Вершининой сочетать известные новому УК РФ категории тяжести преступлений (менее тяжкие, средней тяжести, тяжкие и особой тяжести преступления - статья 15 УК РФ) с тремя группами мер пресечения, законодательно закрепив их зависимость.

Иерархия мер пресечения, закрепленная законодательно, позволит пра- вильно решать вопрос о привлечении обвиняемого к уголовно- процессуальной ответственности путем замены более мягкой меры пресечения на более строгую.

сборник научных статей. 1997.№ 3. С.21-22.

97 2.2. Иные меры уголовно-процессуального принуждения и практика их применения в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Самой распространенной мерой, в определенной степени способствующей предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда, является его вызов.

Следователь вправе вызывать обвиняемого столько раз, сколько необхо- димо в интересах дела. После составления постановления о привлечении в качестве обвиняемого следователь вызывает лицо для предъявления ему обвинения и допроса. Обвиняемый, находящийся на свободе, вызывается повесткой, которая согласно ст. 145 УПК должна вручаться ему, либо проживающим совместно с ним взрослым членам семьи, представителем жилищно-эксплуатационной организации или администрации по месту работы под расписку. Однако требование закона в этой части, как показывает практика, остается невыполнимым, ибо повестка направляется по почте, поскольку посыльных по доставке подобных документов как в штатах следственных подразделений, так и в отделах и управлениях органов внутренних дел и прокуратуры нет. Поэтому установление должного контроля за своевременностью вручения повесток затруднено. В связи с этим узнать, по какой причине обвиняемый не явился к следователю практически невозможно.

Заслуживает внимания регламентация “призыва обвиняемого к судебному и следственному органу” в УУС 1864 г. Устав подробно регламентировал порядок вручения обвиняемому повестки и указывал само содержание повестки (ст.54, 377, 55, 378 УУС).

Ст. 145 УПК допускает передачу повестки телефонограммой, телеграммой, радиограммой или по телефону. В повестке должно быть указано, кто вы- зывается в качестве обвиняемого, куда, к кому, на какой день и час, а также последствия неявки без уважительной причины.

98

В случае, когда оповещение о вызове обвиняемого через членов семьи, сотрудников жилищно-эксплуатационной организации либо администрации по месту работы может помешать установлению истины или необходима немедленная явка, вызов может быть осуществлен через посыльного по правилам, установленным ст. 145 УПК.

Аналогичным способом решается вопрос о вызове обвиняемого в суд, хотя ст.238 УПК подробно порядок вызова не регламентирует.

В случае неявки в назначенный срок без уважительных причин обвиняемый может быть подвергнут приводу. Привод также в какой-то степени спо- собствует предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда. Ведь эта мера, несомненно, есть способ доставки его в следственные и судебные органы. Привод обвиняемого без предварительного вызова согласно ст. 147 УПК может быть применен только в тех случаях, когда обвиняемый скрывается от следствия или не имеет определенного места жительства, но его местонахождение точно или предположительно известно.

Как взрослый, так и несовершеннолетний обвиняемый, находящийся под стражей, согласно ст. 145 УПК вызывается через администрацию места заключения, которая обязана доставить его под конвоем к месту вызова для допроса или проведения иных следственных действий. При таком порядке вызова обвиняемого каких-либо серьезных трудностей не возникает.

При явке или доставлении обвиняемого конвоем, удостоверение в его личности происходит путем проверки предъявленных документов или имеющихся в деле документов (паспорта, свидетельства о рождении, военного билета и т.п.), а при их отсутствии - путем ответов на анкетные вопросы и их сопоставлении с данными, имеющимися в уголовном деле.

Согласно ст. 145 УПК вопрос о признании причин неявки уважительными решает следователь. Таковыми считаются болезнь, лишающая обвиняемого возможности явиться, несвоевременное получение повестки, иные обстоятельства. К ним могут быть отнесены стихийное бедствие (пожар, наводнение), тя-

99 желая болезнь члена семьи, требующая за ним ухода со стороны вызываемого, смерть близкого родственника, перерыв в движении транспорта и т.д.

Если обвиняемый либо член его семьи болен, то факт болезни должен быть удостоверен врачом. Неявка обвиняемого без уважительных причин по вызову, когда факт вручения повестки установлен, является основанием не только для применения привода, но и изменения меры пресечения на более строгую.

Неуважительные причины неявки свидетельствуют о том, что обвиняемый пренебрег своей процессуальной обязанностью явиться по вызову. С несо- мненностью установив неуважительность обстоятельств неявки путем получения справочных сведений от работников почтового отделения, лица, вручившего повестку, или от администрации по месту работы обвиняемого, следователь выносит постановление о приводе, которое должно быть предъявлено обвиняемому (ст. 147 УПК), а затем это лицо конвоируется к месту его вызова.

Представляет определенный интерес решение этого вопроса в проекте Общей части Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, подготовленном Государственно-правовым управлением Президента Российской Федерации, где в главе 21 говорится о том, что неявка по вызову органа, ведущего уголовный процесс, или несвоевременная явка без уважительной причины обвиняемого влекут меру процессуального взыскания, применяемую судом в виде порицания или штрафа в размере до трех минимальных окладов1.

По нашему мнению, в целях дальнейшего укрепления режима законности, авторитета органов предварительного следствия и успешного выполнения ими задач уголовного судопроизводства (ст.2 УПК) необходимо дополнить ст. 206 данного проекта, а также ст. 147 УПК правилом, предусматривающим возложение на обвиняемого, в случае уклонения им без уважительных причин от явки, расходов, связанных с приводом. Кроме того, стоит исключить из ч.1

1 См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект Министерства юстиции РФ. М., 1994. С. 179

100 ст. 145 УПК положение, согласно которому повестка вручается лицу под расписку с указанием времени вручения, т.к. реально оно не осуществляется. Предполагается разумным включить в содержание этой статьи предложение о доставке повестки обвиняемому по почте.

Факт объявления обвиняемому постановления о приводе удостоверяется его подписью на этом документе. При отказе подписать постановление приме- няются правила ст. 142 УПК. Постановление о приводе обвиняемого состоит из вводной, описательной и резолютивной частей. В вводной части постановления должно быть указано наименование документа, место и время его составления и по какому делу, а также фамилия составителя.

В описательной части перечисляются меры, принятые следователем для вызова обвиняемого, констатируется неоднократное направление повесток и отсутствие уважительных причин неявки к следователю (по результатам проведенной проверки). Завершается описательная часть ссылкой на ст. 147 УПК, содержащую указание, какому органу милиции поручается исполнение данного постановления (ст. 10 Закона РСФСР “О милиции” от 18 апреля 1991 г.).

Резолютивная часть включает в себя решение подвергнуть обвиняемого приводу. Указывается его возраст, сведения о месте проживания или работы, а также адрес места вызова и подпись следователя.

Заслуживает внимания положение п.З ст.205 проекта Общей части Уго- ловно-процессуального кодекса Российской Федерации, где сказано, что не допускается привод беременных женщин или тяжело больных лиц, обвиняемых в совершении преступлений. Важным для практики является положение, содержащееся в ст. 205 данного законопроекта, в котором предусмотрено, что привод может быть осуществлен как на основании мотивированного постановления органа уголовного преследования, так и ордера суда, выданного по представлению органа уголовного преследования или ходатайству другого участника процесса. При этом суд вправе выдать ордер на привод, установив факт неявки лица по обязательному для него вызову органа, ведущего уголовный про-

101 цесс, предоставив установление уважительности причин неявки и решении вопроса об исполнении ордера для фактического применения привода органу, исполняющему ордер суда о приводе.

Таким образом, привод - принудительная процессуальная мера превен- тивно-обеспечительного характера, направленная на доставление работниками милиции лица, уклоняющегося от явки к следователю или в суд.

Как справедливо отмечается в юридической литературе, привод по своей природе - не штрафная, а правовосстановительная санкция. Принудительное доставление неявившегося к следователю обвиняемого нельзя рассматривать в качестве наказания за правонарушение - неявку по вызову; оно осуществляется для того, чтобы восстановить нарушенное правовое положение, обеспечить необходимый для получения доказательств личный контакт между следователем и обвиняемым. Фактически речь идет о принудительном исполнении обвиняемым своих процессуальных обязанностей1.

Согласно ст. 147 УПК привод не может производиться в ночное время, кроме случаев, не терпящих отлагательства. Например, промедление с приводом может отрицательно повлиять на дальнейшее расследование дела (следователю стало известно о намерениях обвиняемого скрыться от следствия и суда).

Опрос 132 практических работников следственных подразделений УВД Воронежской, Самарской, Липецкой, Пензенской, Саратовской и Тамбовской областей показал, что исполнение постановлений о приводе обычно поручается участковым инспекторам. Иногда при раскрытии и расследовании того или иного преступления производство этого процессуального действия в соответствии со ст. 147 УПК и ведомственными нормативными актами поручается оперуполномоченным ОУР либо ОБЭП, значительно реже - работникам дежурных частей РОВД, ГОВД, ГУВД или УВД. Причем об исполнении постановления о приводе обвиняемого они, как правило, докладывают устно или письменно в виде рапорта на имя начальника органа внутренних дел.

1 См.: Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву, М.,1981. С.60-72.

102

Такая форма исполнения привода несколько половинчата, ибо принуди- тельный характер привода нуждается в более обстоятельном процессуальном оформлении. Как правило, отмечается в юридической литературе, в материалах дела можно встретить постановление о приводе обвиняемого и протокол его допроса, но нельзя установить, доставлен он принудительно или явился добровольно .

Таким образом возникает необходимость в составлении работниками ми- лиции документов о результатах выполнения ими поручения следователя.

Закон (ст. 147 УПК) не устанавливает правил по оформлению исполнения решения о приводе. Однако сложившаяся практика свидетельствует о том, что его исполнение включает три этапа: обращение постановления о приводе к исполнению; практическое исполнение; оформление результатов процессуального действия.

По мнению одного из авторов теоретической модели “Уголовно- процессуального законодательства СССР и РСФСР”, работники милиции, установив, что привод лица невозможен из-за его отсутствия вследствие побега, отпуска, командировки, тяжелой болезни или других причин, делает об этом запись на постановлении (определении) о приводе и возвращает его без исполне-ния органу, вынесшему постановление (определение), со своим объяснением.

Однако, следует полагать, что результаты исполнения постановления о приводе, отраженные в протоколе этого процессуального действия, стали бы дополнительной гарантией применения данной меры.

Что же касается упомянутого объяснения, то оно не соответствует требо- ваниям ст. 102 УПК, предусматривающей обязательное ведение протокола, в котором должны быть изложены процессуальные действия при исполнении постановления о приводе в том порядке, в каком они имели место, выявленные

См.: Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов, 1978. С.94.

2 См.:Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и союзных республик. Теоретическая модель / Под ред. В.М. Савицкого. М.,1990.С32

103 при их производстве существенные для дела обстоятельства, а также заявления, жалобы и ходатайства лиц, участвующих при производстве этих действий. Объяснение же, как процессуальный документ, более всего присущ стадии возбуждения уголовного дела, где устанавливаются достаточные данные, указывающие на признаки преступления.

Указание на обязательность ведения протокола исполнения постановления о приводе необходимо внести в ст. 147 УПК. Впоследствии этот протокол может быть использован судом при решении вопроса об уголовно- процессуальной ответственности обвиняемого за неисполнение своей процессуальной обязанности являться по вызовам.

Одним из способов предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда является отобрание у него письменного обязательства о явке по вы- зовам и сообщении о перемене места жительства при отсутствии оснований для применения к нему меры пресечения (ч.4 ст.89 УПК). Будучи мерой процессуального принуждения, это обязательство не ограничивает свободу передвижения обвиняемого и не является мерой пресечения. Нельзя согласиться с мнением о том, что указанная мера может применяться и в отношении подозреваемого1 По смыслу статьи 89 УПК данное обязательство не может быть отобрано у подозреваемого и это верно, поскольку подозреваемым в соответствии со ст.52 УПК считается лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления либо лицо, к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения. А если так, то отобрание обязательства о явке у подозреваемого не будет иметь смысла. Прежде чем отобрать у обвиняемого обязательство о явке, следователь должен ознакомить его с текстом ст. 89 УПК, в котором содержится предостережение от нежелательного варианта поведения. Если обвиняемый не нарушает установленного запрета, добровольно исполняет свои обязанности, естественно, не возникает необходимости в стеснении его прав (если при этом отсутствуют иные основания для избрания меры пресечения - тяжесть преступ-

1 См.: Уголовный процесс /Под ред. К.Ф.Гуценко.М.,1996.С145.

104 ления и опасность лица, его совершившего). В подобном случае своевременность явки его по вызовам можно обеспечить обязательством. Если же сама угроза применения меры пресечения, заложенная в норме права, не вызывает должного воздействия и обвиняемый нарушит запрет, появляется основание для применения к нему привода или меры пресечения.

Особо стоит уделить внимание задержанию лица, подозреваемого в со- вершении преступления в порядке ст. 122 УПК. Задержание - важное средство достижения задач уголовного судопроизводства, но в то же время оно затрагивает конституционное право гражданина на неприкосновенность личности. По своей юридической природе задержание - это следственное действие. Но существует и такое мнение, что задержание можно считать просто одной из мер процессуального принуждения1.

Как бы то ни было, но задержание - это все же принудительная мера, от- носящаяся к неотложным следственным действиям.

Являясь составной частью института мер процессуального принуждения, задержание по своим целям и задачам близко примыкает к мерам пресечения (главным образом, к заключению под стражу), но не относится к последним.

Некоторые авторы считают, что задержание - это краткосрочный арест, производимый органами дознания и следствия2. Между тем это вряд ли может признано правомерным. В соответствии со ст.22 Конституции РФ и ст. 11 УПК всякий арест лица возможен только на основании судебного решения или с санкции прокурора. Между тем законодатель нигде не связывает задержание подозреваемого с предварительной санкцией прокурора или с судебным решением. Исходя из этого, трактовка задержания подозреваемого, как разновидно-

1 См.: Корнуков В.М. Указ соч.С.85-92.; Коврига З.Ф. Указ. соч.С.139-153; Клюков Е.М. Мера процес суального принуждения. Казань, 1974.С.22.

2 См.: Копейко П., Иванов Л.. Строго соблюдать закон при задержании подозреваемых в совершении преступлений // “Соц.законность”, 1964. № 3. С.19; Давыдов П.М., Якимов П.П. Применение мер процессуаль ного принуждения по Основам уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Свердловск, 1961.С. 59; Бекешко СП., Матвиенко Е.А. Подозреваемый в советском уголовном процемме. Минск, 1969. С.87 и др.

105 сти ареста, не согласуется с действующим законодательством и не имеет под собой правового основания.

Задержание является не частью и не разновидностью ареста, а “принуди- тельной мерой ограничения личной свободы человека, предпринимаемой в ряде случаев теми органами, которые сами арестовывать граждан не могут, но по роду своей деятельности сталкиваются с необходимостью применения такого ареста и в связи с этим обращаются к прокурору за соответствующей санкци-ей

Правила производства задержания закреплены в ст. 122, 1221, 123 УПК, а также в Федеральном Законе от 1 июня 1995 года “ О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений”. Оно представляет собой самостоятельную уголовно-процессуальную меру принуждения, имеющую свойственные только ей черты (признаки).

Задержание осуществляется без санкции прокурора, поскольку носит не- отложный характер и не позволяет заранее получить санкцию. Такое исключение объективно необходимо и продиктовано интересами борьбы с преступностью.

Задержание может быть применено только к лицу, подозреваемому в со- вершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы и на срок не более 72 часов (ст. 122 УПК).

Только орган дознания, следователь и прокурор правомочны решить во- прос о задержании лица (ст. 122, 127, 211 УПК).

Производство задержания допускается лишь при определенных основа- ниях, указанных в законе. Под основаниями задержания понимают фактические данные, позволяющие подозревать лицо в совершении преступления, а именно:

1) когда лицо застигнуто при совершении преступления или непосредст- венно после его совершения;

См.: Клюков Е.М. Меры процессуального принуждения. Казань, 1974. С.16

106

2) когда очевидцы, в том числе и потерпевшие, прямо указали на данное лицо как на совершившее преступление; 3) 4) когда на подозреваемом или на его одежде, при нем или в его жилище будут обнаружены явные следы преступления. 5) При наличии “иных данных”, дающих основание подозревать лицо в со- вершении преступления, оно может быть задержано лишь в случаях, если покушалось на побег, не имеет постоянного места жительства или не установлена личность подозреваемого.

“Иными данными” следует считать доказательства, полученные в ходе производства по делу и достаточные для подозрения лица в совершении преступления (показания свидетелей и потерпевших, не являющихся очевидцами и

ДР-)-

Задержание лица по подозрению в совершении преступления это право, а

не обязанность органа дознания и следователя. Но это право может превратиться в обязанность, если при наличии указанных в законе оснований на лицо будут и мотивы, обуславливающие его необходимость в каждом конкретном случае. Мотивы задержания определяются его целями.

В юридической литературе существует мнение о том, что задержание применяется “в целях пресечения попыток скрыться от следствия и воспрепятствовать установлению истины по делу”1. Если следовать данному утверждению, то применение задержания делается возможным лишь в случаях совершения лицом, подозреваемым в совершении преступления, попыток сокрытия от следствия. Однако вопрос должен решаться аналогично решению вопроса о применении меры пресечения “ при наличии достаточных оснований полагать”, что лицо предпримет такие попытки. Иначе говоря, задержание применяется не только для пресечения, но и для предупреждения совершения лицом, подозреваемым в совершении преступления, действий, затрудняющих расследование преступления.

См.: Уголовный процесс/ Под ред. Н.С.Алексеева, В.З.Лукашевича, П.С.Элькинд. М..1972.С.282.

107

В УПК РСФСР 1923 г. в статье 100 прямо указывалось, что задержание - “мера предупреждения уклонения подозреваемого от следствия…”

По мнению К.Д.Шатило, задержание применяется в следующих целях: а) создать условия для быстрейшего расследования дела; б) собрать необходимые доказательства по делу; в) обеспечить возмещение материального ущерба, причиненного в результате совершенного преступления; г) обеспечить установление объективной истины Однако, как справедливо как незамечено И.М.Гуткиным, такое определение целей задержания сопряжено с неоправдано широким применением этой меры на практике и поэтому является неприемлемым. На достижение вышеуказанных целей направлен любой процессуальный институт и уголовный процесс в целом, а задержание может лишь содействовать их достижению2.

Нельзя не согласиться с мнением Е.М.Клюкова, что задержание обуслав- ливается характерными только ему основаниями, мотивами и целями. Под такими мотивами он понимает “те побуждения органа дознания или следователя, которые будучи основанными на определенных фактических данных, обусловливают необходимость производства задержания лица, подозреваемого в совершении преступления”3.

Конкретные мотивы порождают соответствующие им цели.

Как показывает практика, наиболее типичными, часто повторяющимися мотивами и целями задержания являются: пресечение дальнейшей преступной деятельности лица, совершившего преступление; воспрепятствование уклонению подозреваемого от следствия и суда; воспрепятствование подозреваемому повлиять на ход следствия. Кроме того, задержание может иметь своей целью предотвращение готовящегося преступления.

Чаще всего эти мотивы и цели задержания подозреваемого выступают в сочетании. Однако не требуется, чтобы для задержания того или иного лица,

См.: Шатило К.Д. Уголовно-процессуальный характер задержания, как неотложного следственного действия.//Правоведение. 1963. №4. С.118.

2 См.: Гуткин И.М. Актуальные вопросы уголовно-процессуального задержания. М.,1980. ‘ Клюков Е.М. Указ соч. С.21.

108 подозреваемого в совершении преступления, были налицо одновременно все мотивы и цели,

Задержание применяется только на стадии предварительного расследова- ния. Важной гарантией соблюдения прав и законных интересов личности является возможность в соответствии с ч.4 ст. 15 Конституции РФ и ч.4 ст.9 Международного пакта о гражданских и политических правах обжалования задержанным (подозреваемым) незаконности и необоснованности задержания прокурору и в суд1.

Изучение и анализ 100 уголовных дел, приостановленных по п.1 ст. 195 УПК в 1997-1998 гг. в шести районах г. Саратова, показало, что следователями и дознавателями не всегда в полной мере используются возможности ст. 122 УПК. При наличии лиц, подозреваемых в совершении преступления на момент возбуждения уголовного дела, 58% были задержаны в порядке ст. 122 УПК, остальные 42%> были допрошены в качестве свидетелей, после чего скрылись еще до предъявления им обвинения.

В рассмотренной группе мер уголовно-процессуального принуждения наиболее эффективной мерой является задержание подозреваемого в порядке ст. 122 УПК. Как правило, оно применяется в начальной стадии расследования, когда за короткий срок задержания лица возможно собирание и закрепление доказательств по горячим следам. Использование этой меры с максимальной эффективностью, позволит следователю в дальнейшем правильно избрать меру пресечения в отношении обвиняемого с целью предотвращения его уклонения от следствия и суда.

1 См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 9 сентября 1994//Бюллетень ВС РФ. 1995, №1.С.З- 4.

109 2.3. Уголовно-процессуальная ответственность обвиняемого за укло- нение от следствия и суда

Ответственность - важнейший социальный институт, способствующий обеспечению соответствия поведения людей общепринятым нормам. Юридическая ответственность базируется на правовых нормах и служит укреплению законности во всех сферах общественной жизни. Конституционный принцип законности предполагает ответственность всех государственных органов и должностных лиц, общественных организаций и каждого гражданина за соблюдение закона ( ст. 15). Нарушение правовых требований влечет за собой применение к нарушителю мер государственного воздействия, правового принуждения.

В уголовном процессе вопрос об ответственности особо значим. Уголовно- процессуальная деятельность должна быть строго основана на законе. А в связи с этим на первый план выступает ответственность государственных органов и должностных лиц, осуществляющих производство по делу, за соблюдение предписаний уголовно-процессуального закона. Однако для успешного решения задач уголовного судопроизводства важна ответственность и других субъектов уголовного процесса за выполнение возложенных на них уголовно-процессуальным законом обязанностей.

Проблемам уголовно-процессуальной ответственности посвящены работы Л.Б.Алексеевой, З.Ф. Ковриги, В.М. Корнукова, Я.О. Мотовиловкера, И.Л. Петрухина, П.С. Элькинд., Г.Н.Ветровой и других авторов. Анализ указанных работ, действующего и ныне разрабатываемого уголовно- процессуального законодательства позволяет выявить аспекты уголовно- процессуальной ответственности обвиняемого, как субъекта уголовного процесса.

Меры уголовно-процессуального принуждения, применяемые за невы- полнение субъектом уголовного судопроизводства своих процессуальных обязанностей относятся к мерам уголовно-процессуальной ответственности.

по

Категория ответственности - одна из центральных в правовой науке кате- горий. Слово “ответственность” означает в русском языке возлагаемое на кого-нибудь или взятое кем-либо обязательство отчитываться в своих действиях и принять на себя вину за возможные их последствия1

Ответственность как социальная категория отражает двустороннюю связь индивида и той или иной социальной общности, группы, членом которой он является, по поводу установленных нормативов поведения. С одной стороны, данная связь направлена от общества к личности и представляет собой требования, которые предъявляет общество к своим членам, к их социально значимому поведению. С другой стороны - это отношение личности к предъявляемым тре-бованиям . В связи с этим в литературе отмечается понимание ответственности в двух аспектах: 1) ответственность как реакция (система ответов) общества на поведение индивида и) ответственность как система ответов личности на требования общества.

Юридическая ответственность имеет все сущностные признаки ответст- венности социальной. Правовая ответственность - это категория, которая ха- рактеризует взаимоотношения гражданина и государства по поводу правовых требований, установленных государством и обязательных для исполнения. Она, являясь частной формой проявления социальной ответственности, обеспечивает исполнение обязанностей, закрепленных в правовых нормах. В этом основное ее назначение.

В литературе существует мнение о том, что юридическая ответственность может быть только ретроспективной, только ответственностью за правонару-шение, т.е. отрицается наличие ее позитивной стороны . Однако существует и другая позиция, представляющаяся наиболее верной - понимание юридической

1 См.: Ветрова Г.Н. Уголовно-процессуальная ответственность. М.: Наука.1987. С.35.

2 См.: Плахотный А.Ф. Свобода и ответственность, Социологический аспект проблемы. Харьков, 1972. С.46.

3 См.: Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. М.,: Юрид.лит., 1971. С. 43-44,49; Алексеев С.С. Социальная ценность в советском праве. М., 1971.С. 371; Халфина P.O. Общее учение о правоотношении. М.: Юрид.лит., 1974.С.316-345; Лейст О.Э. Санкции в советском праве. М., 1962.С.85; Кучинский В.А. Личность, свобода, право. М., 1978 С. 166-167; Малеин Н.С. Правонарушение:

Ill

ответственности в двух аспектах: а) позитивном, как сознательного выполнения правовых требований и б) негативном, выражающемся в применении принуждения за нарушение закона1. В этой связи наиболее точным можно считать определение Ветровой Г.Н.:” Правовая ответственность в целом - это подотчетность гражданина перед государством по поводу возложенных на него правовых обязанностей, выражающаяся через систему двусторонних связей государства и личности, которыми охватываются отношение обязанного субъекта к предъявляемым к нему требованиям и мерам воздействия и реакция со стороны государства на его поведение в соответствии с выполнением или невыполнением правовых обязанностей.”2

Уголовно-процессуальная ответственность представляет собой форму проявления правовой ответственности личности в сфере уголовно- процессуального регулирования. Она призвана обеспечить правомерное поведение субъекта уголовно-процессуальной деятельности и в этом смысле служит гарантией выполнения процессуальных обязанностей всеми участниками процесса в целях обеспечения нормального движения судопроизводства по уголовному делу для успешного решения его задач.

В соответствии с двумя аспектами уголовно-процессуальной ответствен- ности существуют два направления ее реализации. Позитивно она реализуется в правомерных действиях всех субъектов уголовного судопроизводства, соблюдающих, исполняющих, использующих и применяющих предписания уголовно-процессуальных норм. В негативной форме уголовно-процессуальная ответственность реализуется через необходимость претерпеть осуждение и применение мер принуждения за уголовно-процессуальное правонарушение3.

понятие, причины, ответственность. М., 1985. С. 130-152 и др.

1 См.: Смирнов В.Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965. С. 78; Строгович M.C. Сущность юридической ответственности// Сов. государство и право. 1979. № 5. С.73; Недбайло П.Е. Система юридиче ских гарантий применения правовых норм // Изв.вузов. Правоведение. 1971 №3. С. 50-52; Астемиров З.А. По нятие юридической ответственности // Сов. государство и право. 1979.№ 6. С 5, 59-67; Матузов Н.И. Юридиче ское образование и ответственность как элемент правового статуса личности // Конституция СССР и правовое положение личности. М., 1979. С. 84; Ветрова Г.Н. Указ.соч.С. 48-49 и др.

2 Ветрова Г.Н. Там же.

3 См.: Ветрова Г.Н. Указ.соч. Сб.

112

Для улучшения уголовно-процессуального регулирования, повышения ответственности всех участвующих в уголовном судопроизводстве лиц важное значение имеет четкое определение в законе круга процессуальных обязанностей каждого субъекта уголовного судопроизводства и детально разработанная система процессуальных санкций за выполнение этих обязанностей.

Как уже было сказано ранее, действующее уголовно-процессуальное за- конодательство не содержит перечня обязанностей обвиняемого. Они лишь подразумеваются в различных статьях. Этот пробел в законодательстве не способствует правомерному поведению обвиняемого в период производства по уголовному делу.

Уголовно-процессуальная ответственность- специфическое процессуальное средство обеспечения уголовно-процессуальных отношений, гарантия вы- полнения процессуальных обязанностей всеми участниками уголовного процесса, в том числе и обвиняемым.

Несмотря на то, что в УПК отсутствует статья, регламентирующая обя- занности обвиняемого, существует указание на его ответственность. А именно: “при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, или воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, в отношении него возможно применение одной из мер пресечения (ст. 89 УПК); в случае нарушения обвиняемым подписки о невыезде в отношении него возможно применение более строгой меры пресечения (ст. 93 УПК); кроме того, обвиняемый может лишиться залоговой суммы в случае уклонения от явки по вызовам дознавателя, следователя, прокурора, суда (ч.4 ст.99 УПК). Эти статьи содержат меры процессуальной (а не какой-либо иной) ответственности.

Указание на ответственность дает представление о характере связи между обвиняемым и государством. Государство этими нормами возлагает на обвиняемого некоторые обязанности: не скрываться, не воспрепятствовать установлению истины по делу, не нарушать подписку о невыезде, являться по вызовам.

113

Проведенное нами анкетирование осужденных показало, что о процессу- альных обязанностях обвиняемого известно лишь 39,4%. Об обязанности являться по вызову к следователю и в суд знают 49% опрошенных; не препятствовать расследованию - 55%; соблюдать избранную меру пресечения - 42%; не прибегать к противозаконным методам защиты - 30%, подчиняться постановлениям органов расследования - 36%, по требованию следователя или суда подвергаться освидетельствованию -2%, предоставлять образцы для сравнительного исследования -2%; не уклоняться от предварительного следствия и суда -30% опрошенных осужденных. 35% опрошенных считают, что они обязаны доказывать свою невиновность, а 30% считают, что они обязаны давать показания на допросах.

Спорным является вопрос о том, относится ли принудительное исполнение невыполненных процессуальных обязанностей (привод обвиняемого в слу- чае его неявки по вызову) к мерам уголовно-процессуальной ответственности. При всех имеющихся различиях в трактовке процессуальной ответственности большинство юристов сходится в том, что это возложение на правонарушителя уголовно-процессуальной обязанности, содержащейся в УПК, дополнительно к той, которая ранее лежала на субъекте судопроизводства \ Такая мера, как привод, не связана с возложением на лицо дополнительных процессуальных обязанностей или с лишением его определенных прав. Принуждение здесь направлено как на выполнение ранее не выполненной обязанности явиться по вызову, так и на обеспечение возможности получения доказательств, источником которых служат показания неявившегося лица. Разница в содержании и обуславли- вает отличие уголовно-процессуального принуждения от уголовно- процессуальной ответственности2.

См.: Элькинд П.С.Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном пра-ве.Л.,1976. С. 96; Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальная ответственность.Воронеж,1984.С.56-57; Громов Н.А., Николайченко В.В., Лисоволенко B.B. Об уголовно-процессуальной ответственности в российском праве // Проблемы предварительного следствия и дознания.М.,1995.С.5-14 и др.

2 См.: Осин В.В.Законодательство о явке участников уголовного судопроизводства в правоохранительные органы нуждается в совершенствовании // Сов.гос-во и право. 1989, № 9.С. 133.

114 Несомненно уголовно-процессуальная ответственность выражается в на- казании лица за невыполнение процессуальных обязанностей в сфере уголовного судопроизводства. Элемент кары играет значительную роль в воздержании лица (например, обвиняемого) от невыполнения своих обязанностей. К таким мерам относятся наряду с лишением прав и возложением дополнительных обязанностей, наложение денежного взыскания, обращение залоговой суммы в доход государства.

Однако нельзя исключить и позитивную сторону уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого. По мнению практических работников примерно 60% обвиняемых добросовестно исполняют свои процессуальные обязанности. Это ни что иное, как позитивный аспект ответственности, выражающийся в согласовании участником уголовного процесса (обвиняемым) своего поведения с требованиями правовых норм, его подчинении предписаниям закона. Однако необходимость существования угрозы отрицательными последствиями диктуется наличием правовой обязанности. Для ее исполнения необходима потенциальная возможность применения принуждения и, наконец, само применение принудительных мер. Данный факт подтвердили и проведенные нами исследования. 43% опрошенных осужденных заявили о том, что не стали бы уклоняться от предварительного следствия по той причине, что боятся отрицательных последствий уклонения.

Контроль за выполнением обвиняемым своих процессуальных обязанностей осуществляют следователь, дознаватель, прокурор, суд, т.е. те органы и должностные лица, которые в соответствии с предоставленными им законом полномочиями могут применять меры ответственности в случае нарушения этих обязанностей.

Как пример уголовно-процессуальной ответственности в литературе часто приводят изменение меры пресечения в отношении обвиняемого на более строгую или замену обязательства о явке мерой пресечения. Применение меры пресечения, как это видно из ст. 89 УПК, не всегда обусловлено нарушением

115 процессуальных обязанностей, а носит в основном предупредительный характер.

Замена меры пресечения на более строгую вызывается, как правило, не- выполнением процессуальных обязанностей по ранее избранной мере пресечения. Например, обвиняемый, у которого отобрана подписка о невыезде, обязан не отлучаться с места жительства или временного нахождения без разрешения следователя, дознавателя, прокурора, суда. Процессуальная ответственность обвиняемого существует с момента отобрания у него подписки о невыезде. Пока обязанность выполняется надлежащим образом, мы говорим о позитивном ее проявлении. Как только она нарушена, применяются принудительные меры ответственности. В замене подписки о невыезде, заключением под стражу уже содержится элемент порицания и кары за нарушение обязанности. Применение принуждения в данном случае обеспечивает выполнение обязанности при правонарушении.

Статья 101 УПК гласит, что мера пресечения “изменяется на более строгую или более мягкую, когда это вызывается обстоятельствами дела”. Пред- ставляется необходимым законодательно закрепить иерархию мер пресечения с целью уточнения, какая же мера пресечения и по отношению к какой является более строгой.

Если в отношении обвиняемого избиралась мера пресечения, не связанная с заключением под стражу, и он скрылся с места жительства, то, естественно, на его розыск и доставление затрачиваются значительные материальные средства. В связи с этим необходимо в новом УПК предусмотреть возложение на обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) обязанности по возмещению расходов, понесенных по его вине, а на работников правоохранительных органов возложить обязанность по принятию мер к возмещению этих расходов.

Существуют правовые и фактические основания юридической ответст- венности. Фактическим основанием признается совершение лицом правонарушения, то есть противоправного деяния. Правовое основание - это нормативная

116

база ответственности, нормы права, имеющие в своем составе санкции, которые указывают меру ответственности за правонарушение1. Санкция - обязательный структурный элемент уголовно-процессуальной нормы, предусматривающий неблагоприятные последствия, наступающие для субъекта процессуальных отношений в случае невыполнения или ненадлежащего выполнения им требований правовой нормы2.

В основе уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого за ис- полнение возложенных на него процессуальных обязанностей первоначально лежит оценка им самим своего поведения с точки зрения соответствия ее закону. Выполнение обвиняемым своих обязанностей предполагает, с одной стороны, соотнесение им своего поведения с требованиями закона, а с другой стороны, систему внешнего контроля со стороны следователя, дознавателя, прокурора, суда, К сожалению в действующем уголовно-процессуальном законе не содержится достаточного количества средств, направленных на предотвращение нарушений закона со стороны обвиняемого, а поэтому должностным лицам, ведущим уголовный процесс и непосредственно контактирующим с обвиняемым, в большей мере приходится использовать судебно-психологические средства воздействия на его поведение.

Предпосылкой уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого является возложение на него уголовно-процессуальной обязанности. Обвиняемый считается носителем процессуальных обязанностей с момента предъявления ему обвинения и разъяснения должностным лицом этих обязанностей. Исследования показали, что 60 % обвиняемых добровольно исполняют свои процессуальные обязанности. Среди мотивов такого поведения на первом месте стоит согласие с законом и надежда на то, что добросовестное поведение на следствии будет способствовать смягчению наказания. Выполнение обвиняемым правовых обязанностей из страха перед возможным наказанием встречает-

1 См.: Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому законодательству. М.Л971.С.73.

2 См.: Полунин С.А. Уголовно-процессуальные санкции и особенности их применения. Дис. канд.

117 ся в 43% случаев. Данный факт наглядно свидетельствует о том, что само наличие уголовно-процессуальной санкции необходимо для обеспечения правомерного поведения обвиняемого.

Необходимой предпосылкой уголовно-процессуальной ответственности является факт совершенного правонарушения.

Уголовно-процессуальное правонарушение - это нарушение требований уголовно-процессуального закона, совершенное конкретным лицом - субъектом уголовного судопроизводства в форме сознательного неисполнения своих процессуальных обязанностей1. С объективной стороны - это поведение (действие или бездействие), запрещенное уголовно- процессуальным законом, которое наносит вред нормальной реализации уголовно-процессуальных отношений. Например, нарушение обязанности по явке в правоохранительные органы.

Уклонение обвиняемого от исполнения своих обязанностей может быть как активным, так и пассивным. Нарушение обвиняемым уголовно- процессуального закона служит фактическим основанием для применения к нему уголовно-процессуальной санкции. Санкция находится а неразрывной связи с уголовно-процессуальным правонарушением.

Уголовно-процессуальная ответственность обвиняемого в данном случае будет выражаться через реализацию санкции2.

Субъективную сторону уголовно-процессуального нарушения характери- зует вина лица (обвиняемого) в противоправном поведении. Иными словами, основанием уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого будет его вина в нарушении уголовно-процессуального закона.

Нельзя согласиться с высказанным в литературе мнением о том, что нельзя считать процессуальным нарушением отлучку с места жительства подозре- ваемого или обвиняемого, давшего подписку о невыезде, если последний не

юрид. наук. М.,1997. СЛО.

’ См.: Громов Н.А., Николайченко В.В., Лисоволенко В.В. Указ. соч. Сб.

2 См.: Полунин С.А. Уголовно-процессуальные санкции и особенности их применения. Дис. канд. юрид. наук. М.,1997. СП.

118 был поставлен в известность о возможности применения к нему, в случае невыполнения обязанностей по подписке, более строгой меры пресечения1,

Даже если лицо не знает о возможной санкции, состав правонарушения будет налицо, когда, во-первых, ему хорошо известны возложенные на него законом процессуальные обязанности и, во-вторых, он сознательно их не выполняет. В соответствии со ст. 92 УПК в отношении лица, у которого отбирается подписка о невыезде, прежде всего выносится мотивированное постановление или определение об избрании меры пресечения, которое ему впоследствии объявляется под расписку. При этом ему разъясняется обязанность не отлучаться с места жительства или временного нахождения без соответствующего на то разрешения. В случае отлучки без разрешения подозреваемый или обвиняемый понимает, что тем самым нарушает возложенную на него обязанность и желает или сознательно допускает наступление вредных последствий для хода уголовного судопроизводства. Таким образом, знание возможных санкций за нарушение обязанности не входит непременным условием в субъективную сторону правонарушения и поэтому само по себе не может влиять на применение мер ответственности.

Между тем несообщение подозреваемому или обвиняемому возможных последствий нарушения возложенных на него обязанностей было бы процессуальным нарушением со стороны должностного лица, на которое возложена обязанность объявлять подозреваемому или обвиняемому последствия нарушения избранной в отношении него меры пресечения (ст.93 УПК).

Основанием уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого сле- дует считать только виновное неисполнение своих процессуальных обязанностей.

В законе предусматривается замена подписки о невыезде в случае ее на- рушения (неявки обвиняемого без уважительных причин) на более строгую меру пресечения. Применению указанной меры обязательно должен предшество-

’ См.: Элькинд П.С. Указ.соч. С.99; Столмаков А.И. Понятие правонарушения по советскому уголовно-

119 вать вызов повесткой или телефонограммой. В случае неявки лица, необходимо установление ее причин. Если лицо не явилось по уважительным причинам, то его вина в нарушении уголовно- процессуальной нормы, а значит, и уголовно-процессуальная ответственность, исключается.

Уважительность причин неявки устанавливается вызывающим должностным лицом, исходя из конкретных обстоятельств.

Факт неправомерного поведения обвиняемого, в частности, сокрытия его от следствия и суда, должен быть подтвержден материалами уголовного дела. Изучение 100 уголовных дел, приостановленных в связи с розыском обвиняемого, показало, что в 65% случаев из материалов дела не видно, что обвиняемый скрылся от следствия, хотя в постановлении о его розыске указано на этот факт. Вынесению такого постановления обязательно должна предшествовать проверка действительности сокрытия обвиняемого, которая должна отражаться в таких материалах дела, как протоколы допроса родственников, соседей обвиняемого, рапортах сотрудников милиции, которым не удалось исполнить постановление о приводе по причине отсутствия обвиняемого по месту жительства и др. Решение о об изменении меры пресечения на более строгую оформляется мотивированным постановлением либо определением с указанием на факты, свидетельствующие о сокрытии, и в необходимых случаях санкционируется прокурором.

Правонарушение, представляющие собой уклонение обвиняемого от следствия и суда в виде неявки по вызовам, оставления места жительства без разрешения следователя, предоставления подложных документов о болезни, будет основанием для применения к нему мер уголовно-процессуальной ответственности: применение меры пресечения и замены меры пресечения на более строгую. Иного законом не предусмотрено.

За сокрытие обвиняемым от следствия или суда таким способом, как побег из-под ареста или из-под стражи, существует ответственность в сфере уго-

процессуальному праву // Правоведение. 1980. № 1. С.75.

120 ловного судопроизводства (313 УК РФ). В данном случае наличие уголовного закона обеспечивает исполнение обвиняемым своих процессуальных обязанностей.

Проведенные нами исследования показали, что 36% опрошенных осуж- денных считают, что не существует никаких санкций за уклонение от следствия и суда, 74% знают о такой санкции, как изменение меры пресечения на более строгую, 40% считают, что существует уголовная ответственность за такое уклонение и 40% полагают, что существуют санкции в виде штрафов.

Задача охраны прав личности в уголовном процессе может быть успешно решена лишь при детальной регламентации процессуальных обязанностей всех участников процесса, в том числе и обвиняемого, а также детальной регламентации мер уголовно-процессуальной ответственности, которые подлежат применению за нарушение процессуальных обязанностей.

Из изложенного следует, что законодательство, регулирующее вопросы уголовно-процессуальной ответственности обвиняемого (подозреваемого) нуждается в дальнейшем совершенствовании.

В этой связи предлагается помимо закрепления в УПК процессуальных обязанностей обвиняемого (подозреваемого) и иерархии мер пресечения, о чем уже было сказано в предыдущих параграфах, предпринять следующие меры:

1) Дополнить УПК РСФСР статьей 58 и изложить ее в следующей редакции:

” Статья 582. Обязанность органа дознания, следователя, прокурора и суда по принятию мер к возмещению расходов, возникших по вине участника уголовного процесса.

В случае невыполнения участником процесса обязанностей по явке в пра- воохранительные органы и возникновении в связи с этим расходов по его доставлению, следователь, дознаватель, прокурор и суд обязаны принять меры к возмещению этих расходов.

121 Материалы о нарушении процессуальных обязанностей и об исчислении суммы, подлежащей возмещению, направляются в суд в течение трех суток с момента обнаружения нарушения”.

2) Статью 147 дополнить частью 6, изложив ее в следующей редакции: “Расходы, связанные с приводом, возлагаются на обвиняемого.” 3) 4) Часть первую ст. 323 УПК изложить в следующей редакции: “Решение о наложении денежных взысканий в случаях, предусмотренных Статьями 46, 5) ‘У 1

52, 57, 58 , 73, 94, 133 , 147, а также штрафы в случаях, предусмотренных ст. 263 настоящего Кодекса, должно быть принято судом, к подсудности которого относится соответствующее уголовное дело, не позднее 10 суток с момента получения материалов о правонарушении. Если нарушение допущено в судебном заседании, решение о наложении взыскания или штрафа выносится судом, рассматривающим дело, в том же заседании”.

Санкции не представляют жесткой альтернативы мерам убеждения. На- против, они осуществляются наряду с такими мерами воздействия, как убеждение, разъяснение, которые призваны оказывать воспитательное воздействие на обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) должностным лицом, ведущим уголовное дело с целью предотвращения его уклонения от следствия и суда и устранения препятствий к осуществлению правосудия.

122

  1. НЕПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ СПОСОБЫ ПРЕДОТВРАЩЕНИЯ УКЛОНЕНИЯ ОБВИНЯЕМОГО ОТ СЛЕДСТВИЯ И СУДА.

3.1. Информационно-технические способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Особая роль в недопущении уклонения обвиняемого от следствия и суда принадлежит следственным органам. Непринятие или недостаточно оперативное принятие следователем (или органом дознания) мер, препятствующих такому уклонению может привести к неблагоприятным последствиям. Наряду с процессуальными средствами, препятствующими уклонению обвиняемого от следствия и суда, которые все основаны на принуждении и так или иначе затрагивают интересы личности, следователь и работник дознания должен в полной мере владеть и иными, непроцессуальными средствами воздействия на обвиняемого с целью предупреждения его уклонения от следствия и суда.

Существует несколько групп непроцессуальных средств, используемых правоохранительными органами в целях предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, а именно: информационно-технические, оперативно-розыскные1 и судебно-психологические.

Информационно-технические способы предотвращения уклонения обви- няемого от следствия и суда - это осуществляемые следователем действия по своевременной подаче информации о привлечении лица к уголовной ответственности.

Своевременная подача такой информации играет большую роль в пре- дотвращении уклонения обвиняемого от следствия и суда.

1 Эта группа способов в работе рассматриваться не будет.

123 Изучение уголовных дел и анкетирование следователей и дознавателей показало, что эти средства практически не используются, а большинству работников следственных органов о них ничего не известно.

Причин такого положения несколько: и большая нагрузка на следственный аппарат, и низкий образовательный и профессиональный уровень следова- телей и дознавателей, и отсутствие методической литературы по этим вопросам.

Не секрет, что образовательный и профессиональный уровень следственных сотрудников в последние годы снизился. В 1996 г. недокомплект следст- венного аппарата составлял 1,6 тысяч. Лишь 46% следователей имели высшее юридическое образование (для сравнения: в 1987 г. почти 90% следователей имели высшее юридическое образование). 60,5% следователей имели стаж работы в должности до 3 лет. Произошло увеличение удельного веса следователей, уволенных на первом году службы .

Вся работа по предотвращению уклонения обвиняемых от следствия и суда в основном сводится к избранию меры пресечения и направлению в орган дознания постановлений о приводе.

Какие же меры информационного характера должны применять следова- тели и дознаватели для предупреждения возможного сокрытия обвиняемого? Изучение юридической литературы по этому вопросу и практики расследования уголовных дел позволило сформулировать следующие рекомендации.

В случае избрания в отношении обвиняемого (подозреваемого) меры пре- сечения, не связанной с заключением под стражу, необходимо распространить информацию об этом следующим образом:

  1. Направить рапорт о надзоре по месту жительства обвиняемого. Рапорт направляется начальнику отдела (отделения) милиции по месту регистрации и (или) месту фактического проживания с уведомлением о привлечении гражданина к уголовной ответственности по статье УК (какой) и избрания ему меры

1 См.: Обгольц П.П. О состоянии работы следственного аппарата органов внутренних дел и мерах

124 пресечения (какой) для принятия необходимых мер по предупреждению возможности уклонения от следствия.

  1. Выставить в паспортном столе отдела (отделения) милиции сторожевой листок с тем, чтобы без уведомления следователя обвиняемого не выписы- вали с места регистрации.
  2. Направить сообщение о привлечении гражданина к уголовной ответст- венности в отдел кадров по месту его работы (если таковое имеется) - с предложением незамедлительно сообщать следователю о предполагаемом увольнении или неявке на работу, а также с просьбой не направлять обвиняемого во время производства предварительного следствия в командировки. В случае направления в командировку - незамедлительно сообщать следователю о месте пребывания и сроке отсутствия обвиняемого.
  3. Направить в военкомат по месту регистрации (приписки) обвиняемого сообщение о привлечении его к уголовной ответственности с предложением отсрочить призыв на военную службу или военные сборы.
  4. Направить сообщение о привлечении гражданина к уголовной ответст- венности в паспортно-визовую службу (ОВИР) с просьбой о незамедлительном сообщении следователю в случае оформления обвиняемым загранпаспорта.
  5. Если обвиняемый имеет статус беженца или иммигранта, направить сообщение о привлечении его к уголовной ответственности в Миграционную службу с просьбой о незамедлительном сообщении следователю о перемене места жительства и перемещении обвиняемого.
  6. Направить сообщение о привлечении гражданина к уголовной ответст- венности в службы таможенного и пограничного контроля для предотвращения пересечения границы .
  7. по повышению ее эффективности // Информационный бюллетень СК МВД РФ. 1996, №3 (88).

1 См.: Решняк М.Г. Совершенствование механизма предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и розыска скрывшегося обвиняемого // Следователь. 1998. № 1. С. 18-21.

125

Постановка обвиняемого на различные криминалистические учеты является также одним из информационно-технических способов предотвращения его уклонения от следствия и суда.

Следователь в необходимых случаях может давать поручения оперативным работникам об установлении наблюдения за лицами, обвиняемыми или подозреваемыми в совершении преступления, в отношении которых избрана мера пресечения, не связанная с заключением под стражу, или склонных к побегу, а также привлекать к наблюдению за этими лицами участковых инспекторов и общественность.

3.2. Судебно-психологические способы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Одними из наиболее эффективных средств предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда, используемыми практическими работниками, являются судебно-психологические.

Эти средства разрабатываются наукой судебной психологией на основе познанных закономерностей для достижения целей практической деятельности.

Анализ криминалистической литературы показывает, что вопросу изучения психологии обвиняемого уделялось и уделяется большое внимание (Ратинов А.Р., Глазырин В.В.,Дулов А.В., Васильев В.Л., Ведерников Н.Т., Кривошеее А.С., Цветков П.П., Чуфаровский Ю.В. и др.) Практически каждая работа по криминалистической тактике и методике включает в себя те или иные психологические аспекты.

Следователь, судья, работник дознания и прокурор1 должны уметь пра- вильно применять психологические знания в своей практической деятельности для решения процессуальных задач и в процессуальной форме. То есть при

‘Далее - следователь

126 применении психологических методов необходимо учитывать не только развитие психических закономерностей, но и целый ряд процессуальных требований, а именно правовые и процессуальные гарантии, а также процессуальную регламентацию той стадии уголовного процесса, где предстоит их применять для определенных целей.

Использование следователем психологического знания состоит в том, что после получения его в учебном заведении им вырабатываются соответствующие навыки, используемые затем для применения этого знания в своей практической деятельности. Обладая в достаточной степени такими знаниями, следователь сможет надежно диагностировать психологические качества людей, прогнозировать их поведение и при необходимости управлять ими на основе широкого внедрения в практику фундаментальных и научных исследований в области судебной психологии. В настоящее время уже невозможно себе представить высококвалифицированное расследование дела без привлечения психологических знаний.

Существует две группы судебно-психологических методов, применяемых для достижения целей правосудия и в частности для предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда:

1) Судебно-психологические методы изучения личности; 2) 3) Судебно-психологические методы воздействия на личность1. Применение этих методов позволит следователю обеспечить надлежащее поведение об- виняемого. Результат этой деятельности будет зависеть от того, насколько следователь располагает необходимыми знаниями, предвидит, какие изменения могут произойти в результате применения метода. 4) Судебно-психологические методы изучения личности.

Без изучения личности не могут быть достигнуты цели уголовно- процессуальной деятельности. От полноты и правильности изучения личности обвиняемого зависит не только тактика следственных и судебных действий, но

1 См.: Дулов А.В. Судебная психология.Минск,1975. С.139; Васильев В.Л. Юридическая психология.

127 и установление истины по делу в целом, а также возможность обеспечения надлежащего поведения обвиняемого и, в частности, его неуклонения от следствия и суда.

Изучение личности обвиняемого дает возможность понимать и предвидеть его поступки и возможные варианты поведения, правильно строить взаи- моотношения и определять пути и способы воздействия на него.

В судебной психологии изучение личности рассматривается как необхо- димое условие последующего воздействия на нее для осуществления целей правосудия.

Психологическое изучение личности обвиняемого включает в себя иссле- дование его внутреннего мира, потребностей, побуждений, лежащих в основе поступков, общей структуры и отдельных черт характера, эмоционально-волевой сферы, способностей, индивидуальных особенностей интеллектуальной деятельности. Однако в рамках уголовного процесса могут и должны изучаться не все психологические особенности обвиняемого, а только имеющие принципиальное значение для уголовного дела и выделяемые по двум основным критериям: содержанию уголовного дела и ситуации расследования1.

Формальных границ изучения личности обвиняемого установить нельзя. Чем шире осведомленность следователя, чем более досконально известен ему обвиняемый, тем более эффективна и гибка следственная практика, тем более точны и результативны приемы и методы работы с ним.

Как было сказано выше, избрание меры пресечения в отношении обви- няемого имеет большое значение для предотвращения его уклонения от следствия и суда. Как правило, мера пресечения избирается следователем на начальном этапе расследования и ее избранию предшествует изучение данных о личности обвиняемого. За короткий период следствия, предшествовавший избра-

М.,1991.С34; Чуфаровский Ю.Д. Юридическая психология. М.,1996.С.134,140 и др. 1 См.: Васильев В.Л. Указ соч. С.244-245.

128 нию меры пресечения, трудно изучить личность обвиняемого в полном объеме. Однако закон, регламентируя порядок избрания мер пресечения, называет некоторые обстоятельства, относящиеся к личности обвиняемого, которые следователь должен учитывать, решая эти вопросы. К ним относятся род занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение (ст.91 УПК). Наряду с этим закон призывает следователя обращать внимание и на иные обстоятельства. Представляется не случайным, что законодатель не ограничивает перечень обстоятельств, относящихся к личности обвиняемого, которые должны быть учитываемы при решении вопроса об избрании меры пресечения. Этим самым создаются предпосылки для индивидуального подхода к каждому конкретному случаю, к каждому обвиняемому.

Однако среди многочисленных обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, следственная практика выдвигает следующие: наличие (или отсутствие) постоянного места жительства, а также наличие (или отсутствие) прежних судимостей .

Рассматривая вопрос об избрании меры пресечения, следует проанализи- ровать отдельные свойства личности обвиняемого, которые дают возможность принять правильное решение. Здесь, как нам представляется, следователю необходимо знать, имеет ли обвиняемый постоянное место работы, каков характер этой работы, как относится коллектив к обвиняемому. Для прогнозирования поведения обвиняемого в части его уклонения от следствия и суда этот вопрос является существенным.

Как и при решении уголовно-правовых вопросов, молодой или пожилой возраст обвиняемого при прочих равных условиях может служить основанием к избранию определенной меры пресечения.

Тяжкие заболевания обвиняемого служат основанием неприменения в от- ношении него меры пресечения в виде заключения под стражу.

1 См.: Курашвили Т.К. Изучение следователем личности обвиняемого. М.,1982.С.54-55; Ведерников H.T. Изучение личности преступника в процессе расследования. Томск.,1968.С.12-13.

129

Любая мера пресечения не только представляет собой существенное ог- раничение в правах обвиняемого, но и влечет неблагоприятные последствия для его родственников и близких. Поэтому следователь должен учитывать, имеет ли обвиняемый семью, есть ли в ней иждивенцы, сколько их, есть ли у обвиняемого дети, престарелые родители, каков материальный достаток семьи и пр. Наличие постоянного места жительства учитывается следователем в благоприятном для обвиняемого отношении в тех случаях, когда следователь стоит перед выбором, заключить ли обвиняемого под стражу или оставить на свободе, избрав иную меру пресечения.

Повторное совершение преступления, как правило, влияет на решение следователя избрать более суровую меру пресечения в отношении обвиняемого.

Иметь суждение о том, скроется или не скроется от следствия и суда об- виняемый, если останется на свободе, возможно лишь имея представление о том, что он из себя представляет. Личность обвиняемого - необходимый и сложный объект изучения. Полные сведения о личности обвиняемого воору- жают следователя знанием, гарантирующим целесообразное и эффективное расследование и дальнейшее рассмотрение уголовного дела в суде, что обеспечивает выполнение задач уголовного судопроизводства.

Однако после избрания в отношении обвиняемого той или иной меры пресечения, возможность его уклонения от следствия и суда не исчезает полностью. Дальнейшее изучение личности обвиняемого имеет целью выявить в нем как отрицательные свойства, привычки, потребности, так и положительные свойства сторон характера, которые следует развивать, на которые следует опираться в работе с ним. Важно изучать личность и близких людей обвиняемого. Это дает возможность облегчить процесс общения с ним, а также использовать их помощь для предотвращения возможного уклонения обвиняемого.

Изучение личности обвиняемого всегда проводится практическими ра- ботниками и оно не может быть правильно выполнено без освоения ими специальных методов в специфических условиях процессуальной деятельности. В

130 соответствии с этим судебной психологией разработаны и продолжают разрабатываться различные методы изучения личности, анализа и синтеза собранных о личности фактов.

Личность человека всегда есть определенная структура свойств, качеств, наследственных и приобретенных, сложившихся в результате условий воспитания, деятельности, собственного опыта. В личности всегда сочетаются индивидуальные свойства и совокупность социальных ролей, что и делает ее в конечном итоге субъектом труда, познания и общения1. Методологическим принципом психологической науки является структурный подход к изучению личности и в связи с этим при изучении конкретной личности можно выделить несколько подструктур: а) социально-демографические качества личности (пол, возраст, образование, социальное положение, специальность и т.п.); б) социально-психологические (интеллектуальные, волевые, нравственные качества, черты характера); в) психофизиологические (темперамент, сведения о патологических отклонениях личности)2.

Широкий диапазон сведений о личности предполагает использование большого числа источников информации об обвиняемом, как процессуального, так и непроцессуального характера. В рамках уголовного процесса изучение психологии личности должно быть направлено на решение уголовно-правовых, уголовно-процессуальных, криминологических и исправительно-трудовых проблем. Предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда - в большей степени проблема уголовно-процессуальная. Ее решение на должном уровне обеспечит процессуальный режим проведения предварительного рас-следования и судебного разбирательства уголовного дела .

Существуют различные процессуальные возможности изучения личности. Они находятся в зависимости от процессуального положения лица, произ- водящего такое изучение, от стадии осуществления правосудия, от технических

1 См.: Кон И.С. Социология личности. М., 1967.С.7.

2 См.: Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. М.,1996.С.204.

3 См.: Курашвили Г.К. Указ.соч. С.53.

131 средств, применяемых для изучения. Однако, пожалуй главную роль здесь играют субъективные возможности следователя (лица, производящего дознание, судьи), его умение использовать методы изучения личности.

Изучение личности обвиняемого должно осуществляться по заранее раз- работанному плану. Он должен предусматривать основную цель изучения, вопросы, подлежащие изучению, конкретные пути, методы изучения данной личности, пути проверки полученных результатов. План изучения должен охватывать условия развития обвиняемого (жизнь в семье, воспитание, образование; сведения о нем в настоящее время; сведения о поведении до совершения преступления и после, поведение в коллективе, отношение к товарищам и т.д. В каждом конкретном случае план изучения личности составляется с учетом обстоятельств дела. Планирование предполагает подготовку следственных и судебных действий таким образом, чтобы они давали возможность наиболее полно собрать все сведения об обвиняемом, перепроверить имеющиеся сведения.

Собирание информации о личности обвиняемого представляет собой раз- новидность следственной и судебной деятельности уполномоченных государством лиц. Следователь пользуется различными методами, научно-техническими средствами и приемами, поскольку “каждый объект познания требует специальной “технологии” его исследования, особой методики изучения и обработки материала”1.

В арсенале методов и средств трудовой деятельности следователя имеются органы чувств, мышление и знания, лежащие в основе тактических приемов и научно-технические устройства, т.е. орудия труда.

Познавательный характер деятельности следователя в криминалистиче- ском плане является чрезвычайно сложным. Как справедливо отмечает Е.В. Коновалова, это объясняется тем, “что эта деятельность требует не только многообразного решения мыслительных задач различного плана и трудности, но и

1 См.: Подкорытов Г.А. Историзм, как метод научного познания. Л., 1967. СЮ.

132 организации практического их осуществления” . Кроме того, к числу характеристик деятельности следователя относится также правовая регламентация. Таким образом, деятельность вышеуказанных органов подчинена порядку, строго установленному нормами закона2. Правовая регламентация этой деятельности означает, что методы и технические средства, используемые при собирании информации о личности обвиняемого, обусловлены нормами закона. Одни из них имеют рекомендательный характер: применение методов киносъемки, звукозаписи фотографирования (ст. 141 УПК). Другие - носят обязательный характер, например, установление психического состояния и возраста (ст. 79 УПК). Третьи в законе не упоминаются вообще, хотя и используются для получения информации. Например: наблюдение, измерение, описание, фиксация, эксперимент, экспертные оценки, обобщение независимых характеристик, анализ результатов деятельности. Методы трудовой деятельности следователя в широком смысле допустимо интерпретировать, как познавательный инструментарий, включающий, органолептические и логические способы, научные и опытные знания, технические средства в узком их значении.

В судебной психологии существует целая система методов изучения лич- ности, совокупность которых позволяет в короткое время предварительного следствия и суда вынести достаточно полное суждение о личности обвиняемого.

Метод наблюдения. Под методом наблюдения в психологии понимается специально организованное, преднамеренное, целенаправленное восприятие психических явлений, предпринимаемое с целью изучения субъекта, их вызывающего3. Как правило, наблюдение должно осуществляться незаметно для того лица, которое является его объектом.

При реализации этого метода в условиях процессуальной деятельности необходимо иметь в виду, что здесь человек наблюдается в необычной для него

См.: Коновалова В.Е. Психология в расследовании преступлений. Харьков,1978. С.6-7. “ См.: Там же. С.6-7. 3 См.: Дулов А.В. Указ соч. С.147.

133 обстановке, при попытке с его стороны вуалировать, скрывать свои действительные свойства. Объектами наблюдения являются: мимика, пантомимика человека, его одежда, условия его жизни, работы, места, где он постоянно находится, люди, с которыми он общается и т.д.

Наблюдать за обвиняемым можно незаметно для него и в процессе общения с ним. Естественно, что в общении волевые и эмоциональные процессы проходят у любого человека иначе, чем вне общения. Наедине с самом собой любой будет держать себя иначе, чем в общении. Даже в процессе общения поведение человека может быть различным. В присутствии привычных ему людей его поведение будет одним, в присутствии лиц, которых он видит впервые, - другим. Поведение человека зависит от интереса в общении. Все это учитывается при оценке результатов наблюдения данного лица. К примеру обвиняемый должен наблюдаться в различных сферах общения: с близкими ему людьми, с незнакомыми ему ранее людьми, с людьми, которым преступными действиями обвиняемого был причинен вред. Кроме того необходимо наблюдение за ним наедине с собой незаметно для него. Наблюдение осуществляется в процессе простого общения и при проведении следственных, судебных, а также оперативно- розыскных действий1 Сопоставление результатов этих наблюдений дает богатый материал для действительного познания наблюдаемой личности.

Существуют два вида метода наблюдения - непосредственное и опосред- ствованное. В первом случае такое наблюдение осуществляют следователь, лицо, производящее дознание и судья при проведении следственных и судебных действий. Опосредствованное наблюдение имеет место в тех случаях, когда получают сведения о наблюдении, произведенном другими лицами. Результаты такого наблюдения всегда закрепляются в материалах уголовного дела ( протоколах допросов, заключениях экспертов, характеристиках и т.д.). Сочетание этих двух видов наблюдений дает наибольшую возможность получить правильное и наиболее полное представление о личности.

1 См.: Глазырин Ф.В. Изучение личности обвиняемого и тактика следственных действий. Сверд-

134

Метод беседы. Этот метод широко применяется при изучении личности обвиняемого1. С помощью этого метода выявляются: а) отношение обвиняемого к определенным фактам, явлениям, личностям; б) общеобразовательные, культурные, профессиональные знания и интересы; в) мировоззрение, понимание моральных и правовых норм, правил поведения, отношение к ним; г) волевые качества и характер; д) тип темперамента.

Значительное внимание необходимо уделить анализу речи обвиняемого. В условиях процессуальной деятельности беседа, проводимая следователем, во всех случаях является очень важным событием для обвиняемого. В связи с этим применение метода беседы всегда нуждается в подготовке.

В наиболее полном виде данный метод реализуется в ходе допроса, и следует признать целесообразным производство отдельных допросов только с целью изучения личности, т.е. не касаясь конкретных фактов и обстоятельств расследуемого преступления. И если допрос имеет целью только ознакомление с личностью, то можно провести его в неофициальной обстановке, что позволит выявить такие стороны личности, которые в официальной обстановке могут вообще не проявляться. Личность раскрывается во всех ситуациях, которые складываются в условиях уголовно-процессуальной деятельности. Такие ситуации не в меньшей степени способствуют познанию свойств личности обвиняемого. Как обвиняемый выдвигает свои версии, как объясняет различные события, как и в какой форме дает ответы - все это дает богатый материал для познания структуры его личности. Попытки переложить вину на других, заносчивость, крайняя обидчивость, отказ от сотрудничества скорее всего проявят себя именно в конфликтной ситуации, а не в спокойной беседе.

Метод беседы всегда сочетается с методом наблюдения и часто с методом эксперимента.

ловск.1973. С.28,29.

1 См.: Дулов А.В. Указ соч.С.150.

135

Метод эксперимента. При изучении личности обвиняемого первостепенное значение имеет изучение его действий. Осуществляя уголовно- процессуальную деятельность недопустимо ждать, пока жизнь поставит человека в такие условия, в которых он проявит те или иные свойства своей личности. В этом отношении значительную помощь может оказать метод эксперимента. В процессе изучения личности обвиняемого с целью выявления в нем склонности к уклонению от следствия и суда возможно применение метода естественного эксперимента. Методом естественного эксперимента проверяются возможные варианты поведения в определенных условиях, отношение к определенным объектам, навыки и т.д. Именно в ходе естественного эксперимента может осуществляться проверка доверием, что одновременно будет и методом изучения личности и методом воспитания.

Метод обобщения независимых характеристик представляет собой сбор и обобщение всех устных и письменных показаний ряда различных лиц о личности обвиняемого. В условиях судопроизводства данный метод получает особое значение, поскольку документы, находящиеся в материалах уголовного дела, дают широкую возможность для изучения личности1. В качестве материала для обобщения могут быть использованы показания других обвиняемых, свидетелей и потерпевших, заключения экспертов, различные справки, отражающие факты и события из жизни обвиняемого, характеристики различных учреждений и предприятий, личные дела отделов кадров, копии приговоров по прошлым судимостям и т.п. Анализ этих документов позволит следователю выявить склонность обвиняемого к сокрытию от следствия и суда.

Метод экспертных оценок предполагает использование мнения квалифи- цированных специалистов (экспертов) при изучении личности обвиняемого. Процессуальной формой реализации метода экспертных оценок является назначение и производство судебно-психиатрических, судебно- психологических, и медико-психологических экспертиз. Использование всех вышеуказанных ме-

1 См.: Дулов А.В. Указ.соч.С.153; Глазырин Ф.В. Указ.соч. С.31-32.

136 тодов позволит составить психологическую характеристику личности обвиняемого и уже на основании составленной характеристики делать выводы о склонности обвиняемого к лживости, уничтожению и подтасовке доказательств, уклонению от следствия и суда или наоборот - к сотрудничеству.

Очень важно для следователя умение правильно спрогнозировать поведение обвиняемого. Такое прогнозирование непосредственно связано с личными качествами следователя, который должен:

а) уметь мысленно определить вероятное поведение обвиняемого и на ос нове собранной о нем информации, предсказать, как будут влиять его действия на поведение обвиняемого в конкретно сложившейся ситуации;

б) иметь запас возможных альтернативных вариантов поведения в типич ных ситуациях расследования с тем, чтобы можно было прогнозировать опти мальный вариант;

в) обладать комплексом тактических приемов и знанием совершенных рекомендаций, с тем, чтобы при необходимости применить наиболее эффек тивные из них.

Таким образом, в процессе общения с обвиняемым профессионально не- обходимым для следователя является проникновение в замысел обвиняемого, т.е. анализ его “мыслей”1 с целью определения намерения обвиняемого уклониться от следствия и суда. Для решения этой задачи используются приемы рефлексии, т.е. способность следователя или иного работника правоохранительного органа имитировать мысли, действия и отдельные поступки противоборствующей стороны. Активное, основанное на собранной информации “использование рефлексии, позволяет следователю прогнозировать возможное поведение обвиняемого, и на этой основе “…разрабатывать и применять наиболее эффективные тактические приемы . Таким образом, возможность прогнозирования поведения обвиняемого во многом определяется психологической подго-

См.: Лефевр В. Конфликтующие структуры. М.,1973.С9. 2 См.: Коновалов Е.Ф. Розыскная деятельность следователя. М., 1973. С.34.

137 товкой следователя. На это обращают внимание многие криминалисты и в ча-стности Р.С.Белкин , А.С.Кривошеев и др.

Это подтверждают и результаты проведенного нами исследования: из 150 следователей и работников дознания 68,29 % отметили, что знание науки психологии в их деятельности имеет решающее значение, для 29,31% - имеет некоторое значение, для 1,8% серьезного значения не имеет и для 0,6% - не имеет никакого значения. Кроме того из 150 осужденных на вопрос о том, зависело ли их поведение на предварительном следствии от личных качеств следователя и его способности убеждать в правоте или неправоте его (обвиняемого) действий, 52% дали положительный ответ. Из них 42,31% заявили, что имели желание уклониться от предварительного следствия и суда. Следовательно умение следователя принять вовремя правильное решение и выбрать правильный способ воздействия на обвиняемого имеет важное значение для предотвращения его уклонения от следствия а в дальнейшем и от суда.

Тщательное изучение личности обвиняемого позволяет следователю в за- висимости от конкретно сложившейся ситуации, избрать наиболее эффективную тактику воздействия на его поведение с целью недопущения уклонения от следствия и суда.

Подвергая анализу сложившуюся ситуацию и совокупность информации о личности обвиняемого, следователь тем самым определяет вероятную линию своего поведения.

В процессе производства по уголовному делу обвиняемый, являясь заин- тересованным лицом, противостоит органу, осуществляющему это производство. Обвиняемый зачастую стремится оправдать свои поступки, представить их в ином свете, скрыться от следствия. В этом особенно рельефно проявляется конфликтность. Поэтому успех следователя, равно как и обвиняемого в ситуации расследования и судопроизводства зависит от полноты его информирован-

См.:Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. М., 1973. С.34. “ См.: Кривошеее А.С. Изучение личности обвиняемого в процессе расследования. М.,1971. С. 17.

138 ности, от умения думать “за противника” и управлять поведением обвиняемого в конкретной ситуации1.

Известно, что в процессе общения рефлексия возникает всегда. Однако в судебно-следственном общении она для работника правоохранительного органа должна носить целеустремленный и логически обоснованный характер. Это значит, что в такой ситуации следователь, взаимодействуя с противоборствующей стороной, должен прогнозировать ее поведение, определять исход своих действий. Адекватным аппаратом для описания такого прогноза является развивающаяся теория игр2 и теория принятия решений. Применение теории игр дает возможность выработать навыки оптимального поведения следователя в процессе расследования уголовного дела и судьи в процессе судебного разбирательства при разработке прогноза и принятия спланированных на этой основе решений в конкретных следственных ситуациях.

При производстве расследования нередко возникают конфликтные си- туации, в которых участникам процесса приходится взаимодействовать при таких обстоятельствах, когда каждый из них старается достичь своей цели доступным ему способом. В данном случае “теория рефлексивных игр предполагает не только предвидение решений противника, но и оказание влияния на формирование этих решений в желательном для следователя направлении”3 В нашем случае следователь (работник дознания, судья) должен предвидеть возможное уклонение обвиняемым от следствия и суда и предотвратить его всевозможными законными способами.

Активное управление поведением обвиняемого будет возможно, если уровень рефлексии следователя будет выше уровня обвиняемого, т.е. когда следователь обладает более высокими имитационными способностями, если он

’ См.: Гранат Н.Л., Ратинов А.Р. Решение следственных задач. Волгоград, 1978. С. 7-8.

2 Теория игр - это раздел прикладной математики, в котором исследуются вопросы поведения и выра- батываются оптимальные правила (стратегия) поведения для каждого из участников конфликтной ситуации. См.: Крушевский А.В. Теория игр. Киев, 1977. С.5.

См.: Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. М.,1978, т.2. С.187.

139 наиболее верно отражает обстановку реальной ситуации,” более точно оценивает информацию, которая поступает к нему в ходе расследования”1

Таким образом, чтобы спрогнозировать поведение обвиняемого, следова- тель должен подвергнуть анализу и оценить: а) личностные данные обвиняемого; б) материалы дела; в) собственный опыт.

Источником информации о личности обвиняемого являются люди и вещи. Собирая из этих источников разрозненные сведения в отношении обвиняе- мого и правильно их оценивая, мы можем получить достоверную информацию о комплексе биологических черт и социально-психологических свойств и качеств, характеризующих личность обвиняемого в целом. Поэтому данные о личности обвиняемого имеют очень важное значение при разработке прогноза.

Вторым фактором, влияющим на процесс разработки прогноза являются материалы расследуемого уголовного дела. Здесь находятся основные источники информации для определения вероятного поведения обвиняемого: характеристики (с места работы, учебы, жительства), автобиография, личные дела, справки о судимости, материалы архивных уголовных дел, оперативные данные, материалы экспертиз, показания свидетелей, потерпевших, соучастников, вещественные доказательства и иные предметы и документы. Материалы дела отражают положение обвиняемого (тяжесть совершенного преступления, грозящее наказание, степень уверенности обвиняемого в неизбежности его разоблачения, наличие изобличающих доказательств и др.).

И, наконец, третьим фактором является опыт самого следователя, состав- ляющего прогноз поведения обвиняемого. Опыт является определяющим в любой деятельности. Успех воздействия на обвиняемого при общении с ним зависит от того, насколько следователь правильно сумел изучить его личность, определить его индивидуальные особенности, спрогнозировал его вероятное поведение и на этой основе избрал линию своего поведения. Безусловно, в основе такого распознания заложен богатый опыт практической деятельности, умение

1 См.: Артамонов И.И. Психологический анализ возможностей теории иго в следственной тактике// Во-

140 изучать людей, способствовать опережающему отражению действительности, т.е. обладать высоким уровнем рефлексивного рассуждения. Успех в конкретной следственной ситуации, как справедливо отмечает Р.С.Белкин1, “зависит от умения следователя предвидеть ответные действия противостоящих ему лиц”, а это зависит от степени использования следователем личностных данных обвиняемого, собранной информации по делу и личного опыта. Ибо чем выше степень осведомленности и опыт одной из сторон взаимодействия, тем выше уро-вень ее рефлексии . Обусловлено это тем, что в процессе расследования “замыслы и действия участников до определенного времени носят скрытый характер и выигрывает тот, кто располагает большей информацией о противнике, по- скольку он выбирает более правильную тактику действий”3

Проведенные исследования позволили выявить основные причины, которые мешают следователям и работникам дознания в работе по изучению и ди- агностике личности обвиняемого, прогнозировании его поведения, на которые следует обратить особое внимание. К ним относятся: недостаток времени, большая загруженность (51,7%), отсутствие методик по изучению и диагностике личности обвиняемого (16,1%), отсутствие методик по прогнозированию поведения обвиняемого (23,3%), а также отсутствие по этим вопросам учебно-методической литературы (8,9%). Все это дает основания полагать, что здесь имеются серьезные пробелы в организационно-тактическом и теоретическом плане. Один из путей их решения - повышение профессионального мастерства следователей, дознавателей и судей на совершенно новом методическом уровне. В целях дальнейшего повышения уровня подготовки специалистов органов расследования необходима организация служебных занятий по изучению спецкурса по криминалистическому прогнозированию.

просы судебной психологии. Минск, 1972.С.26.

1 Белкин PC. Указ.соч. С. 186.

2 См.: Хайдуков Н.П. Тактические основы воздействия следователя на участвующих в деле лиц. Авто- реф. Дис.канд.юрид.наук. М., 1979. 5 С.24.

3 См.: Салтевский М.В. Этические аспекты тактики следственных действий в условиях дальнейшего укрепления законности//Укрепление законности в деятельности следователей в свете Конституции СССР.М.Л979.С.75.

141 Судебно-психологические методы воздействия на личность обвиняе- мого.

Получив достоверную информацию о личности обвиняемого и прогноз его поведения на предварительном следствии и в суде, следователь использует различные средства, приемы и рекомендации в целях воздействия на обвиняемого. Цель использования этих средств является одним из основных критериев их допустимости. Справедливо замечает М.С. Строгович, что применение “средств, противоречащих нормам уголовно-процессуального права и нравственным принципам, ни в коем случае не допускается”1. Не всегда меры пресечения обеспечивают эффективное предотвращение уклонения обвиняемого от следствия и суда. 98% опрошенных следователей и работников дознания высказали мнение о том, что самым эффективным средством предотвращения такого уклонения является заключение обвиняемого под стражу, однако эти же работники признают, что в случае невозможности применения данной меры пресечения наиболее эффективно воздействовать на обвиняемого в целях предотвращения его уклонения им помогают различные психологические средства.

Рассмотрение проблемы этической допустимости использования средств воздействия позволяет судить о том, что здесь имеется много нерешенных, дискуссионных и сложных вопросов, требующих их разрешения. Так, например, до настоящего времени идет спор о таких приемах как “психологические ловушки”, “следственные хитрости”. Нельзя не отметить, что в литературе по этому вопросу имеются противоречивые суждения о допустимости или недопустимости их применения.

Так А.Р. Ратинов настаивает на необходимости применения тактических приемов, именуемых “следственными хитростями” или “психологическими ловушками”, “формированием у подследственного ошибочного представления об обстоятельствах дела” . А.В. Дулов предлагает в качестве средства психологи-

Строгович М.С. О правах личности в советском уголовном судопроизводстве // Сов. государство и право. 1976. № 10. С.73.

2 См.: Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике. М.,1979.С. 194-195.

142 ческого воздействия на обвиняемого применять эмоциональный эксперимент , а Л.Е. Ароцкер рекомендует такие тактические приемы, как “отвлечение внимания”, “внезапность”, “усыпление бдительности” обвиняемого, “допущение легенды”2. О названных предложениях положительно высказывались такие криминалисты, как A.M. Ларин, А.Н. Васильев и Л.М. Карнеева, Б.Г. Розовский, Г.И. Кочаров, В.Н. Болтнев и Ю.И. Лавров, И.И. Артамонов, Г.Ф. Горский, Л.Д. Кокарев и Д.П. Котов и др.

Иную позицию занимает М.С. Строгович, который пишет, что умышленное, намеренное “формирование ошибочного представления у кого-либо есть обман этого лица, сообщение ему ложных сведений, а ни что-либо иное”. И далее вся концепция “следственных хитростей” и “психологических ловушек” самым решительным образом противоречит принципам и задачам советского уголовного судопроизводства”3. Разделяя позицию М.С.Строговича, что следственная деятельность не может строиться на обмане, лжи, ухищрениях и т.п. действиях, вместе с тем нельзя полностью с ней согласиться. Действительно следователь должен чаще всего использовать умелую тактику, богатый опыт и человеческую мудрость. Однако применение приемов, основанных на информационной обеспеченности следователя, логических построениях и выводах, психическом состоянии обвиняемого во время общения возможно и необходимо, поскольку эти приемы не противоречат нормам закона и принципам нравственности.

По нашему мнению, многое в противоположных взглядах ученых на эти приемы зависит от их названия, а не от содержания, Понятия приемов, которые принято называть “психологическими хитростями”, “психологическими ловушками”, неудачны и не отражают истинного содержания. По существу - это приемы наиболее рационального общения следователя, в основе которых лежат рефлексия, правомерное психологическое воздействие, без которых расследо-

’ См.: Дулов А.В. Судебная психология. .” Минск,. 1970.С.238-239.

2.См.: Ароцкер Л.Е. Тактика и этика судебного допроса. М., 1969. С.42

J Строгович М.С. Нормы нравственности в отправлении правосудия по уголовным делам// Проблемы

143 вание теряет властный характер. Они всегда осуществляются в рамках уголовного процесса, а сущность их подчинена законам логики и психологии, нравственным принципам.

Мы полностью разделяем в этом плане позицию A.M. Ларина1, а также В.Н. Болтнева и Ю.И. Лаврова о возможности применения “психологических хитростей” в следственной тактике, понимая под “хитростью” изобретатель- ность, искусность, но отнюдь не обманный путь. По существу, “хитрость” следователя состоит в маневрировании информацией.

Следователь в своем общении с обвиняемым использует различные приемы, побуждающие обвиняемого действовать в желаемом для следствия и суда направлении. Воздействие присуще общению вообще, тем более характерно для обмена информацией между следователем и обвиняемым. В данном слу- чае такое воздействие должно быть направлено на достижение целей уголовного судопроизводства и в частности цели предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

А.Р. Ратинов правильно отмечает, что “воздействие следователя на психику участвующих в деле лиц является одним из основных элементов следст- венной практики” 3. Имеющиеся в литературе возражения о недопустимости какого бы то ни было психического воздействия следователя на обвиняемого4 несостоятельны, поскольку без него немыслимо решение задач борьбы с преступностью.

Традиционным является выделение следующих приемов воздействия на обвиняемого: убеждение (Пантелеев И.Ф.-1974), постановка и варьирование мыслительных задач, регулируемые общения, метод примера (Дулов А.В.- 1975), эмоциональный эксперимент (Порубов Н.И.-1968), косвенное внушение

судебной этики. Под ред М.С. Строговича. М.,1974.С20.

1 См.: Ларин A.M. Расследование поуголовному делу. М.,1970. С.5.

2 См.: Болтнев В.Н., Лавров Ю.И. О “психологических хитростях” в следственной тактике // Следст венная практика, вып. 71. М.,1968 С.89-90.

См.: Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М.,1967.С. 163. 4 См.: Настольная книга следователя. М.,1949. 5 С.325.

144 (Васильев А.Н. -1976), моральное стимулирование (Ямпольский А.Е. - 1978) и

др.

В структурном плане любой прием, побуждающий обвиняемого к действию в желаемом для следствия и суда направлении, состоит из психологических и логических компонентов, а также средств его реализации в конкретной ситуации. Психологическими компонентами тактического приема является само воздействие на психику обвиняемого; логическими компонентами - определенные закономерности мышления, используя которые следователь конструирует и применяет тактический прием; средствами применения - инструменты, посредством которых тактический прием осуществляется1

Успех в воздействии на обвиняемого в целях обеспечения его неуклонения от следствия и суда, как показали наши исследования, во многом зависит от предварительного изучения его личности. По данным анкетирования следователей и работников дознания 99% опрошенных перед применением тактических приемов в отношении конкретного обвиняемого составляют письменный или устный план изучения личности обвиняемого, что позволяет определить вероятное поведение обвиняемого не предварительном следствии и в суде.

Достижение целей воздействия на обвиняемого возможно только при на- личии с его стороны желания воспринимать доводы воздействующего на него лица. Обязательным условием применения различных методов воздействия является установление психологического контакта, который характеризуется положительным отношением к следователю, желанием воспринимать его доводы. Установив такой контакт, следователь сможет в дальнейшем расчитывать на возможность успешного воздействия на поведение обвиняемого с целью воспрепятствования его уклонению от предварительного следствия и суда. Необходимость установления психологического контакта и доверительных отношений как тактических приемов, используемых с целью предотвращения возможного уклонения обвиняемого от следствия и суда представляется не только же-

См.: Доспулов Г.О. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976.С. 55-56.

145 лательной, но и обязательной. 70% следователей считают, что сам по себе налаженный контакт является базой, обеспечивающей достижение цели. Он снижает тревогу обвиняемого, его общую напряженность и скованность.

Естественно, что именно предварительное изучение личности обвиняемого будет способствовать быстрому установлению такого контакта. Способов, с помощью которых может быть достигнут психологический контакт, великое множество, однако все они подчиняются общим психологическим закономерностям, которые заключаются в следующем:

1) Исследуя личность обвиняемого, необходимо планировать обращение к лучшим ее сторонам; этически и тактически недопустимо, чтобы следователь во имя контакта обращался к отрицательным сторонам личности обвиняемого, даже если он и хорошо эрудирован в этой об ласти.

2) Следует стремиться к формированию первого положительного впе- чатления о себе у участника общения (конкретно это реализуется во внешнем виде следователя его поведении при первой встрече)1. Встречая человека, в первую очередь обращают внимание на его внешний облик и поведение: как одет, красив - не красив, приветлив - неприветлив, добр - зол, весел - уныл. На этой основе формируется первое впечатление у обвиняемого, которое оказывает влияние на отношение к следователю. 3) 4) Определение темы начала общения с тем, чтобы она вызвала интерес у собеседника и доброжелательное отношение к себе, также имеет немаловажное значение. Нервозность или злость следователя может передаться собеседнику. Поэтому необходимо контролировать свое поведение, тормозя импульсы раздражения и гнева, возникающие в ходе общения. 5) 1 См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. М.,1991.С199.

146

4) Необходимо умение внимательно выслушать собеседника, не прерывать его, глубоко проникнуть во внутренний мир обвиняемого, не навязывать свои взгляды. 5) 6) В процессе общения необходимо не только ориентироваться в психо- логии обвиняемого но и “подать себя” таким образом, чтобы он понял, что имеет дело с умным, честным человеком, признающим право своего партнера на собственное суждение1’ 7) Установив психологический контакт с обвиняемым, следователь может использовать различные приемы воздействия на него с целью предотвратить его уклонение от следствия и суда. Естественно, что целью воздействия на обвиняемого будет не только предупреждение его уклонения. Психологическое воздействие преследует также цели воспитания и перевоспитания личности, а также оказания практической помощи в процессе расследования и судебного рассмотрения дел и установлении истины по делу. Однако для того, чтобы осуществлять такое воздействие на обвиняемого, прежде всего необходимо обеспечить его присутствие на предварительном следствии и в суде.

В числе методов воздействия на обвиняемого в целях предотвращения его уклонения от следствия и суда можно выделить следующие основные: А) информирование в форме убеждения и внушения; Б) преодоление негативной позиции обвиняемого ; В) подавление воли к сопротивлению.

А. Убеждение - это главный метод воздействия. Под ним понимается, с одной стороны, разностороннее влияние на личность, с целью формирования у нее одних качеств и избавления от других, а с другой - побуждение к определенной деятельности .

Важное место для побуждения человека к деятельности занимает инфор- мирование. Передача информации необходима для того, чтобы убедить обви-

1 См.: Ямпольский А.Е. Психологические основы формирования следственного мастерства. Волгоград., 1980. С.39-40

2 См.: Чуфаровский Ю.В. Психология в оперативно-розыскной деятельности.М.,1996.С.110.

147 няемого в том, какие действия он должен и какие не должен совершать во избежании неприятных для него последствий.

После предъявления обвинения следователь разъясняет обвиняемому его права и обязанности, установленные действующим законодательством. Избирая ту или иную меру пресечения следователь разъясняет обвиняемому причину ее избрания и последствия неисполнения обязанностей по избранной мере пресечения. Причем все разъяснения должны быть даны в четком соответствии с нормами УПК. Необходимо ознакомить обвиняемого со статьями УПК и дать ему лично прочитать их, поскольку передаваемая информация должна отвечать требованиям доказательности и убедительности. Таким образом следователь передает обвиняемому информацию о неблагоприятных последствиях уклонения от следствия и суда и тем самым воздействует на него. Такое воздействие способно изменить волевые решения, пересмотреть ранее избранную обвиняемым линию поведения (узнав об ответственности за уклонение от следствия и суда, обвиняемый не станет нарушать свои обязанности по избранной в отношении него мере пресечения).

Убеждение исключительно широко применяется в процессе деятельности по осуществлению правосудия. Для того, чтобы некоторые обвиняемые убеди- лись в необходимости являться по вызовам и не скрываться с места жительства, надо убеждать их путем изложения самых различных доводов, имеющих целью направить или изменить сложившееся у них намерение. В данном случае возможно проведение целенаправленного разбора определенного события (например возможного варианта нарушения такой меры пресечения, как залог) и дать оценку поведению обвиняемого в случае наступления этого события. Мыслительная деятельность убеждаемого должна направляться возбуждением критического отношения к своим поступкам. Немаловажное значение для этого будет иметь, например, передача информации о том, как могут отнестись к его поступкам люди, внесшие за него залоговую сумму.

148

Убеждение предполагает и использование стимулирования в процессе убеждения1. Это может выражаться в словесном одобрении добросовестного поведения обвиняемого на предварительном следствии и разъяснении благоприятных последствий, которые могут наступить для него в случае такого поведения.

Для того, чтобы убеждение достигло цели, надо, чтобы обвиняемый не только понял доводы, но и согласился с ними. В каждом случае по разному, сугубо индивидуально, необходимо использовать, варьировать метод убеждения при воздействии на конкретного человека.

Другим методом воздействия является внушение. Под внушением в ши- роком смысле понимаются приемы психического воздействия одного лица на другое, рассчитанные на некритическое восприятие и принятие слов, выраженных в них мыслей и воли2. Успех применения этого метода во многом зависит как от особенностей личности, на которую обращено внушение, так и от ситуации, от авторитета лица, осуществляющего его.

В целях предупреждения возможного уклонения обвиняемого от следствия и суда возможно применение внушения в различных формах. Одна из них - предъявление требований. Основное назначение этой формы внушения состоит в побуждении лица к определенному поведению3. В деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда предъявление требований осуществляется при вызове обвиняемого для производства следственных действий или в суд. По форме требования могут быть прямыми и косвенными. Прямое требование выражается в приказании: “Немедленно явитесь в кабинет следователя”, “Объясните причины неявки по вызовам”. Косвенное строится в различных формах, не выражающих категоричности. Оно, как правило, выпол-

1 См.: Чуфаровский Ю.В. Указ.соч. С.112; Дулов А.В. Указ.соч.С.177.

2 См.: Дулов А.В. Указ соч.С. 181.

’ См.: Ямпольский А.Е. Указ соч. С.42.

149 няется в силу действия условно-рефлекторных связей требования с аффективными и иными переживаниями лица1.

В нашем случае возможно применение некоторых форм косвенных тре- бований.

Требование-совет: “Я думаю, что при наличии предъявленных доказа- тельств, вам выгоднее не уклоняться от следствия”.

Требование-просьба: “Я вас прошу впредь заранее сообщать о невозмож- ности явиться по вызову”.

Требование-доверие: “Вы характеризуетесь в коллективе как уважаемый и честный человек, и я думаю, что мы не ошиблись, освободив вас из-под стражи”.

Требование-недоверие: “ Вызывает сомнение в том, что вы не подведете людей, которые за вас поручились”.

Требование-осуждение: “ Не ожидали мы от вас такого поведения, необ- ходимо было предупредить нас заранее о перемене вами места жительства”.

Метод косвенного внушения в форме требований целесообразно сочетать с убеждением и разъяснением. Например, требование-предостережение. Оно имеет целью удержать обвиняемого от неправильного поведения и непременно должно включать в себя разъяснение его возможных последствий : “ Если вы не будете аккуратно являться на вызов к следователю, то к вам применят принудительный привод, а в последствии мера пресечения будет изменена на более строгую”.

Б. Успех предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда во многом зависит от преодоления его негативной позиции. Обвиняемый нередко становится на путь запирательства и затягивания следствия, скрываясь при этом либо симулируя заболевание. Иногда для того, чтобы преодолеть его негативную позицию, достаточно спокойного тона, проявления уважения и внимания при общении. На это указали 79% следователей. 65% следователей отмети-

См.: Тамже.С.42.

150 ли, что складывающиеся отношения значительно влияют на качество расследования.

Наиболее типичными приемами преодоления негативной позиции обви- няемого являются следующие:

а) формирование контакта следователя с обвиняемым;

б) возбуждение у обвиняемого желания подражать достойному человеку;

в) стимулирование положительных качеств обвиняемого.

Об установлении психологического контакта и доверительных отношений с обвиняемым было сказано выше. Остается дополнить лишь то, что не только большинство следователей и работников дознания считают, что от установления психологического контакта зависит успех их деятельности, но и 52% опрошенных нами осужденных отметили, что не уклонялись от предварительного следствия и суда по той причине, что между ними и следователем был налажен такой контакт.

Немаловажное значение для предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда имеет возбуждение у него желания подражать достойному человеку. В данном случае используется метод примера. Этот метод находит широкое применение в судебной психологии. Прежде всего он реализуется-в процессе общения следователя с обвиняемым. Именно в процессе общения дается пример поведения. Методом примера можно передать отношение к объектам, явлениям, событиям. Такое отношение может быть передано прежде всего своими действиями, своим поведением1.

Метод примера может реализоваться в нескольких вариантах: личный пример поведения, действий; сообщение о положительных действиях других лиц; дача возможности лично воспринять действие, поведение других лиц.

Необязательно, чтобы примеры точно воспроизводили ситуацию, в которой находится обвиняемый. В ряде случаев даже лучше, если ситуация будет восприниматься им по отдаленной аналогии (он не будет считать, что примеры

1 См.: Дулов А.В. Указ.соч.С.182; Чуфаровский Ю.В. Юридическая психология. М.,1996.С155.

151 специально подобраны и будет убежден, что самостоятельно сделал из них выводы).

Метод примера способен возбудить критическое отношение обвиняемого к себе, что достигается сопоставлением им действий, поведения, слов следова- теля со своими собственными. Этот пример не сводится только к внешней стороне поведения следователя, а проявляется и в отношении его к своим обязанностям, к выполнению данных обещаний, к организованности, дисциплинированности и т.д.

Метод реализуется и в виде сообщений о действиях других лиц.

Последнее обстоятельство позволяет широко использовать для воздействия на обвиняемого с целью предотвращения его уклонения от следствия и суда материалы других уголовных дел, практический опыт следователя.

В целях стимулирования положительных качеств обвиняемого следователь должен первоначально провести анализ его показаний и его биографиче- ских данных. Изучение 150 уголовных дел показало, что следователи и работники дознания не только записывают анкетные данные обвиняемого, а чаще всего собирают и анализируют информацию из “истории” жизни обвиняемого (по 68% уголовных дел). Использование следователем данных из “истории жизни” обвиняемого и при общении обращение только к лучшим ее сторонам (независимо от того, что многое известно об отрицательные его качествах) способствует помимо быстрого установления психологического контакта достижению целей расследования и в частности цели предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда. Этот факт подтвердили 69% опрошенных следователей.

В. Подавление воли к сопротивлению. Данный метод предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда заключается прежде всего в предъявлении доказательств, обличающих его. Успех в данном случае будет зависеть от того, насколько быстро следователю удастся добыть эти доказательства. Однако применение этого метода может повлечь за собой двоякие последствия.

152 Одни обвиняемые действительно перестанут противодействовать следствию, другие же под натиском изобличающих доказательств постараются скрыться от следствия и суда, чтобы избежать правосудия. Следователь должен выбрать правильную тактику в зависимости от конкретной ситуации, правильно спрогнозировать поведение обвиняемого в случае предъявления ему изобличающих доказательств, и, возможно, наиболее целесообразным способом предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда будет умолчание до определенного момента относительно объема имеющихся у следователя доказательств. Правильному применению данного метода будет способствовать при- менение всех вышеуказанных методов.

Выбирая тот или иной психологический метод воздействия на обвиняемого, следователь должен руководствоваться следующими правилами: а) этот метод должен быть направлен на оказание помощи в решении задач уголовного судопроизводства; б) он должен быть доступным для практического применения и отвечать всем конституционным и процессуальным гарантиям личности в уголовном процессе, поскольку обвиняемый располагает определенными гарантированными законом правами, которые не могут быть нарушены в процессе применения судебно- психологических методов.

Подводя итог вышеизложенному, необходимо отметить, что повышение эффективности деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда предусматривает как совершенствование законодательства в данной сфере и практики его применения, так и использование психолого- педагогических знаний, помогающих работникам правоохранительных органов воздействовать на поведение обвиняемого с в целях предотвращения такого уклонения.

153

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты проведенного исследования показывают, что осуществление правосудия порой значительно затягивается из-за уклонения обвиняемых от следствия и суда.

Анализ трудов дореволюционных и современных российских процессуа- листов, посвященных этой проблеме, позволяет сделать вывод о том, что разработка самого понятия уклонения обвиняемого от следствия и суда оставалась в стороне от научных исследований. Не существовало и не существует определения этому понятию как в ранее действовавшем, так и в ныне действующем уголовно-процессуальном законодательстве, что отрицательно сказывается на решении самой проблемы предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда.

Уклонение от следствия и суда есть одна из форм противодействия рас- следованию. Однако в отличие от остальных форм противодействия, которые нельзя признавать противоправными, поскольку в данном случае будут нарушаться права обвиняемого, уклонение от следствия и суда является противоправным и должно быть наказуемым.

В этой связи предлагается: а) статью 34 УПК дополнить пунктом 17 и из- ложить его в следующей редакции: “ Уклонение от следствия и суда - это умышленное совершение обвиняемым (подозреваемым, подсудимым) противоправных действий, направленных на получение возможности отсутствовать на предварительном следствии и в суде и выражающихся в неявке без уважительных причин по вызовам следователя, дознавателя, прокурора и суда (судьи), нарушении избранной меры пресечения, самовольном оставлении места жительства, проживании по подложным документам или без регистрации, симуляции физического либо психического заболевания.”

154

Исследование целей, задач, условий и оснований деятельности по пре- дотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда позволило определить ее как осуществляемую в строгом соответствии с законом деятельность дознавателя, следователя, прокурора и суда, направленную на предупреждение возможного уклонения данного лица от следствия и суда в целях обеспечения его присутствия при производстве предварительного расследования и в суде.

Деятельность эта многогранна. Она заключается не только в возможности применения к лицам, обвиняемым или подозреваемым в совершении преступления, различных мер уголовно-процессуального принуждения. В большей степени ее успех будет зависеть от умения следователя, работника дознания, прокурора, судьи использовать психолого-педагогические приемы воздействия на поведение обвиняемого для достижения желаемого результата.

Таким образом, для предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда используются как процессуальные, так и непроцессуальные средства.

Самым распространенным способом предупреждения такого уклонения является применение в отношении обвиняемого мер пресечения в виде подписки о невыезде, заключения под стражу и залога. Другие меры практически не применяются. Однако все содержащиеся в УПК меры пресечения прошли проверку временем. В разные периоды в зависимости от сложившихся условий одни меры пресечения применялись довольно часто, другие - значительно реже, но все они применялись на практике и имели положительные результаты. Ни об одной из мер пресечения нельзя сказать, что она практически неприменима. Если до 1992 г. в основном применялись подписка о невыезде и заключение под стражу, то в последние годы залог стал самой популярной мерой пресечения несмотря на то, что никаких изменений ст. 99 УПК не претерпела.

155

Несмотря на недостатки действующего уголовно-процессуального закона в настоящее время залог, как мера пресечения, стал достаточно популярным и уже имеется свой положительный опыт в его применении. Реформирование этого института есть часть общей проблемы реформирования законодательства о мерах пресечения. В этой связи предлагается следующая редакция статьи о залоге:

” Статья 99. Залог.

Залог состоит в деньгах или иных ценностях, вносимых самим обвиняемым, подозреваемым, либо иным физическим или юридическим лицом в депозит суда в обеспечение выполнения обвиняемым, подозреваемым процессуаль- ных обязанностей, издержек, понесенных государством по вине обвиняемого, подозреваемого.

Залог применяется по решению суда. Сумма залога определяется с учетом тяжести обвинения, личности обвиняемого, подозреваемого, имуществен- ного положения залогодателя.

Размер залога не может быть меньше:

  • двух минимальных окладов - при обвинении в преступлениях небольшой тяжести;
  • пяти минимальных окладов - при обвинении в преступлениях средней тяжести;
  • десяти минимальных окладов - при обвинении в совершении тяжких преступлений;
  • двадцати минимальных окладов - при обвинении в совершении особо тяжких преступлений.
  • Залог не применяется в отношении лиц, обвиняемых в совершении пре- ступлений, предусмотренных ст.ст.209-210 УК РФ.

В случае невыполнения обвиняемым, подозреваемым своих процессуаль- ных обязанностей, залог по судебному решению обращается в доход государства, а мера пресечения в виде залога может быть изменена на арест.

156

Залог подлежит возвращению залогодателю во всех случаях, когда не были доказаны нарушения, предусмотренные частью пятой настоящей статьи, а также если мера пресечения в виде залога отменяется или изменяется. Изменение меры пресечения в виде залога на другую и возвращение залога осуществляются одновременно по судебному решению.”

В настоящее время перед законодателем стоит вопрос построения полной и наиболее точно отвечающей потребностям общества системы мер пресече- ния. Разрешение этого вопроса связано с проведением работы по классификации действующих мер пресечения а также тех, необходимость существования которых определяется потребностями развития общества.

Такая классификация имеет немаловажное практическое значение для за- конодательного закрепления иерархии мер пресечения. Это позволит правильно решать вопрос о привлечении обвиняемого к уголовно- процессуальной ответственности путем замены более мягкой меры пресечения на более строгую.

Такие процессуальные меры, как вызов обвиняемого к следователю или в суд, а также его привод в случае неявки по вызову, сами по себе непосредст- венно не преследуют цели предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда. Однако при умелом использовании этих средств будет обеспечено присутствие обвиняемого при производстве следственных действий и в суде в течение такого времени, которое потребуется для установления истины по делу.

Эффективным способом предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда является его задержание в порядке ст. 122 УПК. Применение этой меры лишает подозреваемого возможности уклониться от следствия и воспрепятствовать установлению истины по делу. Использование ее с максимальной эффективностью позволит следователю в дальнейшем пресечь обвиняемому попытки уклониться от следствия и суда.

Одним из процессуальных способов предотвращения уклонения обви- няемого от следствия и суда является наличие возможности применения в от-

157 ношении него штрафных санкций за нарушение процессуальных обязанностей. Между тем в уголовно-процессуальном законодательстве не предусмотрена дополнительная ответственность за такое уклонение, кроме замены меры пресечения на более строгую. В большинстве случаев обвиняемые (подсудимые) остаются на свободе до вынесения приговора, что позволяет некоторым из них уклоняться от следствия и суда. На их розыск и доставление государство затрачивает значительные средства. Представляется необходимым внести в УПК следующие изменения:

1) Статью 46 УПК РСФСР дополнить частью 7 и изложить ее в следующей редакции: “Обвиняемый обязан: не уклоняться от следствия и суда; выпол- нять постановления следователя, прокурора, дознавателя, судьи и определения суда; возмещать расходы, возникшие по его вине в связи с розыском, доставлением и приводом его в правоохранительные органы.” 2) 3) Статью 52 УПК РСФСР дополнить частью 5 и изложить ее в следующей редакции: “Подозреваемый обязан: не уклоняться от следствия и суда; вы- полнять постановления следователя, прокурора, дознавателя, судьи и определения суда; возмещать расходы, возникшие по его вине в связи с розыском, доставлением и приводом его в правоохранительные органы .” 4) 5) Дополнить УПК РСФСР статьей 582 и изложить ее в следующей ре- дакции: 6) “Статья 581. Обязанность органа дознания, следователя, прокурора и суда по принятию мер к возмещению расходов, возникших по вине участника уголовного процесса.

В случае невыполнения участником процесса обязанностей по явке в пра- воохранительные органы и возникновении в связи с этим расходов по его доставлению, следователь, дознаватель, прокурор и суд обязаны принять меры к возмещению этих расходов.

158 Материалы о нарушении процессуальных обязанностей и об исчислении суммы, подлежащей возмещению, направляются в суд в течение трех суток с момента обнаружения нарушения”.

5) Статью 147 дополнить частью 6 и изложить ее в следующей редакции: “ Расходы, связанные с приводом, возлагаются на обвиняемого.” 6) 7) Часть первую ст. 323 УПК изложить в следующей редакции: “Решение о наложении денежных взысканий в случаях, предусмотренных Статьями 46, 52, 57, 58 , 73, 94, 133 , 147, а также штрафы в случаях, предусмотренных ст.263 настоящего Кодекса, должно быть принято судом, к подсудности которого относится соответствующее уголовное дело, не позднее 10 суток с момента получения материалов о правонарушении. Если нарушение допущено в судебном заседании, решение о наложении взыскания или штрафа выносится судом, рассматривающим дело, в том же заседании”. 8) Эффективность деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда зависит не только от совершенствования законодатель- ства в данной сфере и практики его применения. Наряду с процессуальными средствами, препятствующими уклонению обвиняемого от следствия и суда, которые все основаны на принуждении и так или иначе затрагивают интересы личности, следователь должен в полной мере владеть и иными, непроцессуальными средствами воздействия на обвиняемого с целью предупреждения такого уклонения.

Существует несколько групп непроцессуальных средств, используемых правоохранительными органами в целях предотвращения уклонения обвиняемого от предварительного следствия и суда, а именно: информационно-технические, оперативно-розыскные и судебно- психологические.

Информационно-технические способы предотвращения уклонения обви- няемого от следствия и суда - это осуществляемые следователем действия по своевременной подаче информации о привлечении лица к уголовной ответственности.

159

Оперативно-розыскные действия, направленные на предотвращение ук- лонения обвиняемого от следствия и суда осуществляются оперативными работниками по поручению следователя или иного органа, ведущего уголовный процесс, в работе не рассматриваются.

Использование психолого-педагогических знаний работниками правоох- ранительных органов для воздействия на поведение обвиняемого будет способствовать повышению эффективности деятельности по предотвращению уклонения обвиняемого от следствия и суда.

160

ЛИТЕРАТУРА

  1. НОРМАТИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ

  2. Конституция Российской Федерации.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. М., 1994.
  4. Уголовный кодекс РФ. М., 1994.
  5. Всеобщая декларация прав человека. Декларация прав и свобод человека и гражданина. М.,1993.
  6. Федеральный Закон “О содержании под стражей подозреваемых и об- виняемых в совершении преступлений” от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ.
  7. Закон РСФСР “О милиции” // Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1991. № 16.
  8. Закон РФ “О внесении изменений и дополнений в Уголовно- процессуальный кодекс РСФСР” //Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1992. №5.
  9. Закон Российской Федерации “ О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР “О судоустройстве РСФСР”, Уголовно-процессуальнвй кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях” // Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1993. № 33.
  10. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6 от9 сентября 1994 г. //Бюллетень ВС РФ. 1995. № 1.
  11. Постановление Конституционного Суда РФ от 3 мая 1995 Г.//СЗ РФ, 1995, №19, Ст. 1764.
  12. Устав Уголовного Судопроизводства 1864 г.
  13. Положения о военных следователях от 30 сентября 1919 г.№ 1595 п.78 //Собрание Узаконений. 1918. №94. Ст.941.

161

13.” Об упразднении ВЧК и о правилах производства выемок и арестов” Декрет ВЦИК от 6 февраля 1922 г.// Собрание Узаконений. 1922. № 16. Ст. 160.

  1. Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР 1922 г.
  2. Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР 1923 г.
  3. Постановление 2-й сессии ВЦИК X созыва от 10 июля 1923 г.” Об из- менениях и дополнениях Уголовно-процессуального кодекса” //Собрание Узаконений. 1923. №48. Ст.480.
  4. Постановление 2-й сессии ВЦИК XI созыва от 16 октября 1924 г. “О дополнениях и изменениях Уголовно-процессуального кодекса РСФСР” (Собрание Узаконений. 1924. № 78. Ст.784)
  5. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924.
  6. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г.
  7. 20 Судебные Уставы императора Александра II с законодательными мо- тивами и разъяснениями. Устав уголовного судопроизводства / Подгот. С.Г. Щегловитовым. СПб., 1913.

  8. Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и союзных республик. Теоретическая модель / Под ред. В.М. Савицкого. М., 1990.
  9. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М.,1992.
  10. Проект общей части Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. М., 1994.
  11. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект Министерства юстиции РФ. М., 1994.
  12. КНИГИ

  13. Алексеев С.С. Социальная ценность в советском праве. М.,1971.
  14. Ароцкер Л.Е. Тактика и этика судебного допроса. М., 1969.

162

  1. Бекешко СП., Матвиенко Е.А. Подозреваемый в советском уголовном процессе. Минск, 1969.
  2. Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. М., 1978. Т.2.
  3. Булатов Б.Б. Эффективность мер пресечения, не связанных с содержанием под стражей. Омск, 1984.
  4. Быков В.М., Ломовский В.Д Приостановление производства по уго- ловному делу. М., 1978.
  5. Васильев В.Л. Юридическая психология. М., 1991.
  6. Викторский СИ. Русский уголовный процесс. М., 1912.
  7. Ведерников Н.Т. Изучение личности преступника в процессе рассле- дования. Томск., 1968.
  8. Ветрова Г.Н. Уголовно-процессуальная ответственность. М., 1987. 35.Глазырин Ф.В. Изучение личности обвиняемого и тактика следствен ных действий. Свердловск, 1973.

  9. Голубков И.Н. Предупреждение уклонения преступников от следствия и суда. М., 1966.
  10. Гранат Н.Л., Ратинов А.Р. Решение следственных задач. Волгоград, 1978.
  11. Гуткин И.М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М., 1963.
  12. Гуткин И.М. Актуальные вопросы уголовно-процессуального задер- жания. М., 1980.
  13. Давыдов П.М., Якимов П.П. Применение мер процессуального при- нуждения по Основам уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Свердловск, 1961.
  14. Доспулов Г.О. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976.
  15. Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1970.
  16. Дулов А.В. Судебная психология. Минск, 1975.

163

  1. Духовской М.В. Русский уголовный процесс. М.,1910.
  2. Еникеев З.Д. Социальная ценность и эффективность уголовно- процессуального пресечения. Уфа, 1979.
  3. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффек- тивность. Казань. 1981.
  4. Капустянский В.Г. Убеждение и принуждение в советском уголовном процессе. М.,1990.
  5. Карагодин В.Н. Преодоление противодействия расследова- нию.Свердловск, 1992.
  6. Квачевский А. Об уголовном преследовании, дознании и предвари- тельном исследовании преступлений по судебным Уставам 1864 г.СПб.,
  7. Ч.З.
  8. Керимов Д.А. Философские проблемы права. М.,1972.
  9. Кистяковский А. О пресечении обвиняемому способов уклониться от следствия и суда. СПб., 1868.
  10. Клюков Е.М. Мера процессуального принуждения. Казань, 1974.
  11. Ковалев А.Г. Психология личности М.,1970.С98.
  12. Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальная ответственность. Воронеж, 1984.
  13. Кон И.С. Социология личности. М., 1967.
  14. Кони А.Ф. Собр. соч., М, 1967. Т.4.
  15. Коновалов Е.Ф. Розыскная деятельность следователя. М.,1973.
  16. Коновалова В.Е. Психология в расследовании преступлений. Харьков, 1978.
  17. Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном су- допроизводстве. Саратов, 1978.
  18. Косенко А.С. Розыскные действия в советском уголовном процессе. Хабаровск, 1989.

164

  1. Кривошеее А.С. Изучение личности обвиняемого в процессе рассле- дования. М, 1971.
  2. Крушевский А.В. Теория игр. Киев, 1977.
  3. Кудин Ф.М. Принуждение в уголовном процессе. Красноярск, 1985.
  4. Кудрявцев В.Н. Закон, поступок, ответственность. М.,1986. 65.Курашвили Г.К. Изучение следователем личности обвиняемого

М.,1982.

  1. Кучинский В.А. Личность, свобода, право. М., 1978.
  2. Ларин A.M. Расследование по уголовному делу. М., 1970.
  3. Лефевр В. Конфликтующие структуры. М.Д973.
  4. Лейст О.Э. Санкции в советском праве. М, 1962.
  5. Лейст О.Э. Санкции и ответственность по советскому праву. М., 1981.
  6. Леонтьев А.Н. Деятельность. Сознание. Личность. М., 1975.
  7. Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в Советском уголовном процессе. М.,1964.
  8. Люблинский П.И. Свобода личности в уголовном процессе. СПб., 1906.
  9. Макалинский П.В. Практическое руководство для судебных следова- телей, состоящих при окружных судах. СПб., 1894.
  10. Малеин Н.С. Правонарушение: понятие, причины, ответственность. М., 1985.
  11. Микляшевский В. О средствах предоставления обвиняемого в суд и пресечении ему способов уклониться от следствия и суда. ТЛ. Варшава. 1872.
  12. Михайлов В.А. Меры пресечения в советском уголовном судопроиз- водстве. М.,1991.
  13. Михайлов В.А. Залог - мера пресечения в уголовном судопроизводстве. М., 1993.
  14. Настольная книга следователя. М., 1949.
  15. Ожегов СИ. Словарь русского языка М., 1989.

165

  1. Пахотный А.Ф. Свобода и ответственность, Социологический аспект проблемы. Харьков, 1972.
  2. Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уго- ловном процессе. М., 1989.
  3. Подкорытов Г.А. Историзм, как метод научного познания. Л., 1967.
  4. Познышев СВ. Элементарный учебник уголовного процесса. М., 1913.
  5. Попов Е. Беседы с заключенными в тюрьмах. Изд.4. СПб., 1870.
  6. Пшеницын В.Я. Предупреждение уклонения обвиняемого от следствия и суда - одно из важнейших условий борьбы с преступностью. Минск, 1970.
  7. Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей. М., 1967.
  8. Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике. М., 1979.
  9. Репкин Л.М. Приостановление предварительного следствия. Волгоград, 1971.
  10. Розин Н.Н. Уголовное судопроизводство.Петроград,1916.
  11. Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. Ответственность по советскому за- конодательству. М., 1971.
  12. Случевский В. Учебник русского уголовного процесса. Изд.4. СПб. 1913.
  13. Смирнов В.В. Арест, как мера пресечения, применяемая следователем органов внутренних дел: Учебное пособие. Хабаровск, 1987.
  14. Смирнов В.Г. Функции советского уголовного права. Л., 1965.
  15. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958.
  16. Строгович М.С. Избранные труды. М.Д992.С.30-31.
  17. Тальберг Д.Г. Русское уголовное судопроизводство. Киев, 1891. Т.2.
  18. Трубников Н.Н. О категориях “цель”, “средство”, “результат”. М.,1968.
  19. Уголовный процесс / Под ред. К.Ф.Гуценко. М.,1996.

166

  1. Уголовный процесс / Под ред. Н.С. Алексеева, В.З. Лукашевича, П.С. Элькинд. М., 1972.
  2. Фойницкий И.Я. Учение о наказании в связи с тюрьмоведением. СПБ., 1889.
  3. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Петроград,
  4. Т.2.
  5. Халфина P.O. Общее учение о правоотношении. М., 1974.
  6. Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1951.
  7. Чуфаровский Ю.В. Психология в оперативно-розыскной деятельно- сти. М, 1996.
  8. Чуфаровский Ю.Д. Юридическая психология. М., 1996.
  9. Шимановский В.В. Соблюдение законности при избрании мер пре- сечения на предварительном следствии. СПб., 1992.
  10. Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовном праве. Л., 1976.
  11. Ямпольский А.Е. Психологические основы формирования следст- венного мастерства. Волгоград., 1980.
  12. СТАТЬИ

  13. Артамонов И.И. Психологический анализ возможностей теории игр в следственной тактике // Вопросы судебной психологии. Минск, 1972.
  14. Астемиров З.А. Понятие юридической ответственности //Сов. госу- дарство и право, 1979, № 6.
  15. Болтнев В.Н., Лавров Ю.И. О “психологических хитростях” в след- ственной тактике //Следственная практика, вып.71. М., 1968.
  16. Великородный П.Г. Криминалистическое понятие способа уклонения от ответственности //Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 44. М, 1986.

167

  1. Вершинина СИ. О совершенствовании системы мер пресечения // “Атриум”. Межвузовский сборник научных статей. 1997, № 3.
  2. Выдря М. Избрание судом меры пресечения в виде заключения под стражу // Сов. юст.,1979, №2.
  3. Гришаев П.И. Понятие преступления //Комментарий к УК РСФСР. Под ред. Северина Ю.Д. М.,1984.
  4. Громов Н.А., Николайченко В.В., Лисоволенко В.В. Об уголовно- процессуальной ответственности в российском праве // Проблемы предвари- тельного следствия и дознания. М., 1995.
  5. Еникеев З.Д. К вопросу о системе и видах мер процессуального принуждения в советском уголовном судопроизводстве // Вопросы эффективности борьбы с преступностью и совершенствовании законодательства. Уфа. 1975.
  6. Еникеев З.Д. Место мер процессуального принуждения в механизме уголовно-процессуальной деятельности // Научные и практические пробле- мы уголовного судопроизводства в свете судебно-правовой реформы. Ижевск, 1989.
  7. Каминский М.К. Криминалистическая характеристика деятельности по выявлению, раскрытию и расследованию преступлений // Криминалистика: проблемы, тенденции перспективы. Общие и частные теории. М.,1987.
  8. Кислицкая Л. Большой отлов “воров в законе” // Российская газета .
  9. 17 декабря.
  10. Копейко П., Иванов Л.. Строго соблюдать закон при задержании подозреваемых в совершении преступлений // Соц. законность. 1964. № 3.
  11. Лиеде А.А. Подследственный арест // Вопросы уголовного права и процесса. Рига, 1969.
  12. Лузгин И.М. Некоторые аспекты криминалистической характеристики и место в ней данных о сокрытии преступлений // Криминалистическая характеристика преступлений. М., 1984.

168

  1. Макаров М.Г. К вопросу категории “цель” в философии диалекти- ческого материализма // Ученые записки Тартусского гос. ун-та. М., 1960, вып.83.
  2. Матузов Н.И. Юридическое образование и ответственность как элемент правового статуса личности // Конституция СССР и правовое положение личности. М., 1979.
  3. Недбайло П.Е. Система юридических гарантий применения правовых норм // Правоведение, 1971, № 3.
  4. Обгольц П.П. О состоянии работы следственного аппарата органов внутренних дел и мерах по повышению ее эффективности //Информационный бюллетень СК МВД РФ. 1996. № 3 (88).
  5. Осин В.Е. Законодательство о явке участников уголовного судо- производства в правоохранительные органы нуждается в совершенствовании //Сов. гос-во и право. 1989. № 9.
  6. Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике // Правовая кибернетика. М., 1970.

  7. Решняк М.Г. Совершенствование механизма предупреждения ук- лонения обвиняемого от следствия и розыска скрывшегося обвиняемого // Следователь. №1. 1998.
  8. Рогожин В.А., Омельченко Г.Е. Некоторые вопросы применения мер пресечения к несовершеннолетним обвиняемым //Проблемы законности. Вып. 177. Харьков, 1986.
  9. Салтевский М.В. Этические аспекты тактики следственных действий в условиях дальнейшего укрепления законности // Укрепление законности в деятельности следователей в свете Конституции СССР. М., 1979.
  10. Сахаров Г.Б. О некоторых вопросах совершенствования законода- тельтства, регламентирующего деятельность органов предварительного следствия // Проблемы повышения эффективности предварительного следствия. Тезисы научно-практической конференции. Л., 1976.

169

  1. Столмаков А.И. Понятие правонарушения по советскому уголовно- процессуальному праву // Правоведение. 1980. № 1.
  2. Строгович М.С. Нормы нравственности в отправлении правосудия по уголовным делам // Проблемы судебной этики. / Под ред. М.С. Строговича. М., 1974.
  3. Строгович М.С. О правах личности в советском уголовном процессе. М., 1975. С.73.
  4. Строгович М.С. Сущность юридической ответственности // Сов. го- сударство и право. 1979. № 5.
  5. Цыпкин А.Л. О расширении судебных гарантий в советском уголовном процессе // Ученые записки Саратовского юрид. ин-та. 1969. Вып.16.СЛ28.
  6. Шатило К.Д. Уголовно-процессуальный характер задержания, как неотложного следственного действия // Правоведение. 1963, № 4. С.118.
  7. Яковлев М., Еникеев 3. Гарантии справедливости // Известия.
  8. 14 июня.

  9. ДИССЕРТАЦИИ

  10. Буряков А.Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Дис. канд. юрид. наук. М., 1967.
  11. Журавлев СЮ. Противодействие деятельности по раскрытию и расследованию преступлений и тактика его преодоления. Дисканд.юрид. наук. Новгород, 1992.
  12. Полунин С.А. Уголовно-процессуальные санкции и особенности их применения. Дис. канд. юрид. наук. М., 1997.
  13. АВТОРЕФЕРАТЫ

170

  1. Еникеев З.Д. Проблемы мер пресечения в уголовном процессе. Ав- тореф. дис. докт.юрид. наук. Екатеринбург, 1991.
  2. Хайдуков Н.П. Тактические основы воздействия следователя на участвующих в деле лиц. Автореф. Дис. канд. юрид.наук. М.,1979.
  3. Хоммадов О. Меры пресечения в уголовном процессе (по материалам Туркменской ССР) Автореф. Дис. канд. юрид. наук. М., 1973.