lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Дорошков, Владимир Васильевич. - Материально-правовые и процессуальные аспекты частного обвинения: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Москва, 1997 200 с. РГБ ОД, 61:99-12/31-X

Posted in:

РОССИЙСКАЯ ПРАВОВАЯ АКАДЕМИЯ хМИНИСТЕРСТВА ЮСТИЦИИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

На. правах РУУСОПИШ

ДОРОШКОВ ВЛАДИМИР ВАСИЛЬЕВИЧ

МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ

Специальность 12.00.09 - уголовный процесс; криминалисти- ка; теория оперативно-розыскной деятельности

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

МОСКВА - 1997

Научный руководитель - кандидат юридических наук, профессор АЛЕКСЕЕВА ЛИДИЯ БОРИСОВНА

  • г -

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ С. 3

ГЛАВА 1. МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРИЗНАКИ

ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ И ЕГО СУЩНОСТЬ С.13

§ 1. Частное обвинение как вид обвинения и его понимание

в различных аспектах С. 13

§ 2. Материально-правовые и процессуальные основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения в особую категорию

уголовных дел С. 41

§ 3. Определение перечня преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения С. 79

ГЛАВА 2. ПРОЦЕССУАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЧАСТНОГО ОБ ВИНЕНИЯ С. 88

§ 1. Жалоба потерпевшего и ее процессуальное значение С.88

§ 2. Подготовительная деятельность судьи по жалобам по терпевших С.119

§ 3. Особенности возбуждения и с/дебного разбирательст ва дел частного обвинения С. 148

ЗАКЛЮЧЕНИЕ С. 181

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ С. 189

ВВЕДЕНИЕ

За последние годы в социально-политической и экономической жизни страны произошли значительные изменения.В частности, в обществе изменилась иерархия социальных ценностей, Россия провозглашена демократическим федеративным правовым государством, где признаются и защищаются не только государственная, но и частная, а также иные формы собственности, человек, его права и свободы провозглашены высшей ценностью в обществе. В этой связи возникла необходимость разработки и реализации новой правовой концепции, которая послужит основой для реформирования, в том’числе и уголовно-процессуального законодательства, определении совершенно новой методологии, суть которой состоит в признании прав и свобод человека и гражданина непосредственно действующими, определяющими смысл, содержание и применение законов и обеспечивающими правосудием.

В концепции судебной реформы в Российской Федерации, одобренной еще Верховным Советом РФ, намечены основные пути реформирования судопроизводства. Среди их представляют значимость: расширение диспозитивности, состязательности участников уголовного процесса, дифференциация форм судопроизводства. Все эти вопросы требуют своего более детального рассмотрения и теоретического осмысления при разработке и принятии нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Кроме того, в связи с ростом преступности в стране право- охранительные органы больше внимания стали уделять тяжким и особо

  • 4 -

тяжким преступлениям, организованной преступности. Поэтому стала реальной потребность активного привлечения граждан к участию в уголовном судопроизводстве на стороне обвинения при совершении незначительных преступлений, затрагивающих не столько публичные, сколько частные интересы граждан.Названные обстоятельства придают особое значение совершенствованию уголовного судопроизводства по делам так называемого “частного обвинения.” Острота и актуальность исследования частного обвинения, помимо признания на госу- дарственном уровне необходимости учета в уголовном процессе частных интересов граждан, пострадавших от преступных посягательств, обусловлена и включением в УК РФ ст.76, предусматривающей новое основание освобождения от уголовной ответственности лиц, совер- шивших преступления небольшой тяжести в связи с примирением с по- терпевшим.

Ныне вновь обострился спор о компетенции материального или процессуального права при определении круга составов преступлений, уголовное преследование за которые может осуществляться в порядке частного обвинения.

Таким образом, по существу возникла реальная необходимость исследования института частного обвинения не только применительно к новым историческим условиям, но и с позиций как уголовного про- цесса, так и уголовного права, определения его сущности, особен- ностей, правовой природы, причин появления и путей дальнейшего совершенствования.

В юридической литературе проблемам частного обвинения уделялось внимание в научных исследованиях и публикациях видных русских процессуалистов дореволюционного периода: Н.А. Неклюдова, А. К. Резона, Н.Н. Розина.Д. Г. Тальберга, Л. Я. Таубера, И. Я. Фой-ницкого и других, а также бывшего министра юстиции царской России

  • о -

И. Г. Щегловитова, которые обращали внимание не только на процес- суальный, но и на материально-правовой аспект частного обвинения. В 20-х годах нынешнего столетия частное обвинение было предметом исследования у В.В. Зеньковича и Н.Н. Полянского. Затем данная тематика исчезла из поля зрения ученых вплоть до 60-х годов, когда частным обвинением заинтересовались вначале н.Я. Калашникова, К. Ф. Гуценко, а затем В. П. Божьев, Н.П. Грабовская, И.М. Гальперин, В.Г. Даев, Д. С. Карев, СИ. Катькало, Л. Д. Кокорев, В. 3. Лу- кашевич, А. Г. Мазалов, Я.0. Мотовиловкер, В.М. Савицкий, Ф.Н. Фаткуллин и другие. В последние годы институт частного обвинения был предметом научных исследований у А.В. Еремян, A.M. Ларина, А. С. Мамыкина, Т.Н. Москальковой, И. Л. Петрухина, Ю.Е. Петухова, О.И. Роговой, П.С. Яни. Однако, в работах указанных авторов частное обвинение не рассматривалось в материально-правовом аспекте. Отсутствовали исследования по определению сущности терминов “частное обвинение”, “дела частного обвинения”, причин появления и существования института частного обвинения, недостаточно проа- нализирована правовая природа преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения.

В судебной практике при рассмотрении дел частного обвинения перед правоприменительными органами в последние годы, особенно после внесения изменений в уголовно-процессуальное законодательство и отнесения дел о преступлениях, преследуемых в порядке частного обвинения, к протокольной форме досудебной подготовки материалов,возникло множество проблем, требующих своего те- оретического осмысления и практического разрешения. Указанные обстоятельства дали основание рассматривать исследование института частного обвинения в материально-правовом и процессуальном ас- пектах, разработку рекомендаций по совершенствованию судопроиз-

  • 6 -

водства по делам частного обвинения как актуальную в теоретическом и практическом отношениях проблему.

Научная и практическая значимость, с одной стороны, и недостаточная изученность и разработанность - с другой, определили выбор темы настоящего диссертационного исследования.

Объект исследования - закономерности общественных отношений, определяющие содержание как действовавших, действующих так и прогнозируемых правовых норм о частном обвинении, их социально- правовая природа и тенденции развития.

Предмет исследования составляют нормы уголовного материального и процессуального закона, регулирующие вопросы частного обвинения при судопроизводстве, а также практика применения соответствующих правовых норм.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования являются: изучение и рассмотрение теоретических проблем института частного обвинения с позиций уголовного процесса и уголовного права; разработка научно обоснованных рекомендаций, направленных на совершенствование законодательства и деятельности судей,прокуроров,органов предварительного следствия и дознания в связи с судопроизводством по делам частного обвинения; анализ его сущности и правовой природы.

Для достижения поставленной цели автор предпринял попытку решения следующих исследовательских задач:

  • проанализировать высказанные в юридической литературе определения терминов “частное обвинение” и “дела частного обвинения”, а затем путем исследования сущности такой уголовно-процессуальной функции как обвинение, попытаться дать им единое, научное

  • 7 -

обоснование в материальном и процессуальном аспектах;

  • обобщить и проанализировать основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, классифицировать их, обратившись к истории появления данного института;
  • исследовать правовую природу преступлений,уголовное преследование за которые осуществляется в порядке частного обвинения;
  • установить критерии разграничения преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, от преступлений,преследуемых в публичном порядке;
  • выявить степень соотношения уголовных материально-правовых и процессуально-правовых норм при определении составов преступлений, уголовное преследование за которые осуществляется в порядке частного обвинения;
  • раскрыть сущность жалобы потерпевшего как повода к судоп- роизводству по делу частного обвинения и ее правовое значение;
  • изучить недостатки судебной практики при судопроизводстве по делам данной категории;
  • определить содержание деятельности судей в подготовительной стадии, предшествующей назначению дела к слушанию;
  • проанализировать особенности возбуждения дел частного обвинения и их рассмотрения в судебном заседании, выработать конкретные предложения и рекомендации по совершенствованию законодательства и судопроизводства по делам указанной категории;
  • дать анализ в плоскости диссертационного исследования проектам УПК РФ.
  • Методология и методика диссертационного исследования.

Методологической основой исследования послужили положения материалистической диалектики относительно познания реальной действительности с материалистических позиций, рассмотрения про-

  • 8 -

цессов и явлений в их взаимосвязи и взаимозависимости, а также критерии объективности и соответствия истине. Теоретическую основу работы составили достижения науки уголовно-процессуального права, а также теории государства и права, уголовного права, философии.

При подготовке диссертации использовались доступные современной юридической науке общие методы научного исследования /системный, логический, сравнительный, статистический/. Кроме того, применялись такие конкретные методы изучения общественных отношений: исторический и сравнительный анализ и синтез, индукция и дедукция, абстрагирование, интервьюирование судей, а также личные наблюдения автора.

Сделанные выводы и предложения базируются на международных актах о правах человека,на положениях Конституции РФ, уголовном и уголовно- процессуальном законодательстве,на постановлениях Пленума Верховного Суда РФ и постановлениях Конституционного Суда РФ. Использовано уголовно-процессуальное законодательство зарубежных государств, особенно Германии, Польши, а также Устав уголовного судопроизводства 1864г. Приняты во внимание и подвергнуты анализу подготовленные в последние годы проекты УПК РФ. В работе использована судебная практика, монографическая и иная специальная литература.

При подготовке диссертации автором по специально разработанным программам изучено 981 уголовное дело об умышленном причинении легких телесных повреждений и побоев, о клевете и оскорблениях, рассмотренных в 1995 и 1996 годах судами Брянской, Иркутской и Тульской областей, опрошено 118 судей из различных регионов, проходивших обучение в Российской правовой академии МЮ РФ.

Пои решении некоторых вопросов использованы результаты

обобщения судебной практики,подготовленные в том числе с участием диссертанта в 1992 и 1993 годах.

Научная новизна исследования состоит, прежде всего, в самом подходе к решению теоретических и практических проблем института частного обвинения в уголовном процессе. Частное обвинение рассмотрено комплексно не только с позиций уголовно-процессуального, но и уголовно-материального права. При этом даны определения терминам “частное обвинение”, “дела частного обвинения” как в уголовно- процессуальном,так и уголовно-материальном смысле, в которых раскрыта их сущность. Предпринята попытка обобщения, анализа и классификации оснований выделения и существования института частного обвинения. Совершенно новым является предложение об участии граждан в преследовании своих обидчиков в частном порядке не только при совершении последними уголовно наказуемого преступ- ления, но и административного проступка, если такое правонарушение затрагивает в большей степени не публичный,а частный интерес. В данной работе на основе анализа нормативной базы,судебной практики и высказанных в юридической литературе предложений по усо- вершенствованию института частного обвинения выработаны рекомен- дации по осуществлению судопроизводства по делам частного обвине- ния. Особенно подробно рассмотрена подготовительная деятельность судьи до рассмотрения дела частного обвинения по существу.

Основные положения, выносимые на защиту:

1.Теоретические основы института частного обвинения могут быть полно раскрыты через понимание его в уголовно-процессуальном и уголовно-матетаальном аспектах. При этом частное обвинение . (в

  • 10 -

процессуальном значении) - особый вид уголовно-процессуальной де- ятельности, в рамках специальной правовой процедуры, которая поз- воляет частному обвинителю выразить свою волю, обязательную для государственных органов в уголовном преследовании обвиняемого в ходе возбуждения уголовного дела., поддержания обвинения в суде и отказа от такового. Под данным термином /в материальном значении/ понимается утверждение пострадавшего перед соответствующим органом (судом) о совершении в отношении его преступления, уголовное преследование за которое передано государством на усмотрение по- терпевшего в интересах последнего.

  1. Необходимость выделения частного обвинения в особый вид уголовно-процессуальной деятельности была обусловлена целым рядом причин объективного и субъективного характера, относящихся к осо- бенностям преступлений и процедуры рассмотрения уголовных дел.

3.Перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, нуждается в значительном расширении и должен определяться нормами материального, а не процессуального права. Основными критериями отнесения преступлений к таковым следует признать: небольшую общественную опасность преступлений, затрагивающих в большей степени частные права граждан, чем публичный интерес, непричинение потерпевшему еще большего вреда самим фактом обнародования деяния и т.д..

4.Специальным поводом для возбуждения дел частного обвинения является жалоба потерпевшего, которая отличается от заявления тем, что содержит просьбу о привлечении обидчика к уголовной от- ветственности за преступление и о принятии дела к производству.

5.Потерпевшими по делам частного обвинения могут быть только физические лица независимо от их уголовной дееспособности. Ро- дители, опекуны и попечители (законные представители) несовершен-

  • 11 -

нолетних, не достигших 16-летнего возраста, вправе в полном объеме осуществлять за пострадавших несовершеннолетних их права по привлечению к уголовной ответственности обидчиков последних.

  1. Рекомендации по регламентации деятельности судьи и других участников уголовного судопроизводства на этапе подготовки к принятию решения о назначении дела частного обвинения к слушанию.
  2. Протокольная форма досудебной подготовки материалов либо дознание по делам частного обвинения оправданы поскольку не только освобождают судей от выполнения несвойственных им функций, но и помогают в сборе доказательств пострадавшим независимо от их материального положения.

8.При рассмотрении дел частного обвинения, возбужденных прокурором в порядке ст. 21 УПК РСФСР, суд вправе не согласиться с выводом прокурора об особом общественном значении дела, о беспомощном состоянии потерпевшего, зависимости его от обвиняемого или когда тот по иным причинам не в состоянии защищать свои права и законные интересы, а также прекратить такое дело за примирением сторон.

9.Конкретные предложения и рекомендации по совершенствованию процедуры рассмотрения дел частного обвинения в судах.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что исследованию подвергнут институт частного обвинения, определены его понятия в различных аспектах, проанализированы причины появления, тенденции реализации и совершенно по-новому разработаны некоторые вопросы судопроизводства по делам частного обвинения, которые могут использоваться в науке уголовного процесса.

Практическая значимость диссертации определяется тем,

  • 12 -

что выводы и предложения, сформулированные в результате исследо- вания, могут быть использованы для дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального и уголовного законодательства, в судебной практике, при подготовке постановлений Пленума Верховного Суда РФ. Кроме того, результаты исследования могут использоваться в научно- исследовательской деятельности и в учебном процессе.

Апробация результатов исследования осуществлялась посредством освещения автором диссертационных материалов судьям Верховного Суда РФ на семинарских занятиях в мае 1997 года, а также судьям областных, краевых и районных судов в ходе обучения в Российской правовой академии на протяжении 1995-1997 годов. Результаты диссертационного исследования использовались при внесении изменений в постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 года “О практике рассмотрения судами жалоб и дел о преступлениях, предусмотренных ст.112,ч.1 ст.130 и ст.131 УК РСФСР”. Кроме того, результаты исследования нашли свое отражение в трех опубликованных статьях,в предложениях Верховного Суда РФ, направленных в Госдуму РФ, по совершенствованию проекта УПК РФ.

Структура и объем работы определены содержанием темы и задачами исследования. Диссертация выполнена в объеме, предусмотренном ВАК РФ,и состоит из введения, двух глав /шести параграфов/, заключения и списка использованной литературы.

  • 13 -

Глава 1. МАТЕРИАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ И ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ПРИЗНАКИ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ И ЕГО СУЩНОСТЬ.

§ 1. Частное обвинение как вид обвинения и его понимание в уголовно-материальном и уголовно-процессуальном аспектах.

Прежде чем приступить к исследованию теоретических и практических проблем института частного обвинения, необходимо остановиться на понимании сущности, . истории появления самого термина ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ, который упоминается наряду с ПУБЛИЧНЫМ и ЧАСТНО- ПУБЛИЧНЫМ ОБВИНЕНИЕМ. Истоки разделения обвинения на указанные выше виды /Формы/, как отмечалось в научных исследованиях по данной теме, восходят к разделению форм уголовного преследования, которое велось не только государственными органами, но и лицами, пострадавшими от преступлений. В юридической литературе неоднок- ратно подчеркивалось, что больное влияние на российское уголовно- процессуальное законодательство и на теоретические исследования российских процессуалистов, в том числе в области частного обвинения, оказали источники уголовно-процессуального законода- тельства других государств, в частности, - германского. Именно этим обстоятельством, на наш взгляд, можно объяснить факт совпадения многих особенностей судопроизводства по делам частного обвинения, уголовно-процессуальной терминологии в России и Германии. 1

Первоначально, в исследованиях русских процессуалистов XIX

1 См. Щегловитов И. Г. Влияние иностранных законодательств на составление Судебных Уставов 20 ноября 1864 г. Спб. 1916., С. 7., Коротких М.Г. Судебная оеформа 1864 г.в России. Воюонеж. 1994. С. 27.

  • 14 -

века упоминались частные /неофициальные/ преступления, дела о частных преступлениях. Лишь после проведения в России судебной реформы 1864 года появились термины ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ, ДЕЛА ЧАСТ- НОГО ОБВИНЕНИЯ. Следует отметить, что именно к этому периоду от- носятся и первые научные исследования сущности и особенностей частного обвинения, которые проводились русскими процессуалистами А.К. Резоном, Л.Я. Таубером, И.Я. Фойницким и другими. Однако в них не столько внимания уделялось теоретическим проблемам данного вида обвинения,сколько предпринималась попытка решить конкретные практические вопросы,стоявшие перед правоохранительными органами. Такое положение, как нам представляется, обусловлено использованием в новом законодательстве принципов и институтов,заимствованных из законодательства других государств, без тщательной теоретической проработки и апробации их применительно к условиям России.

Аналогичная ситуация складывается в настоящее время при проведении судебно-правовой реформы. В качестве частного примера можно указать на то, как закрепленный в ст.123 Конституции РФ принцип состязательности в судопроизводстве поставил под сомнение право судей возбуждать уголовные дела,в том числе частного обвинения. Данную проблему можно решить только проведя теоретические исследования. Поэтому, прежде чем приступить к решению вопросов практического свойства, возникающих при применении уголовно-про- цессуального законодательства в.судебной практике, необходимо ра- зобраться в непростых проблемах, связанных с определением отличи- тельных признаков терминов ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ и ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБ- ВИНЕНИЯ, их содержанием, причинами появления.

Что касается термина ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ, то он не .упоминался в уголовно-процессуальном законодательстве России ни рань-

  • 15 -

ше, ни сейчас. Лишь только в науке уголовного процесса, да в ис- точниках уголовно-процессуального права иных государств имеется ссылка на него1. В то же время термин ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ,по- мимо юридической литературы, употребляется в законодательных актах, проектах УПК РФ2. Несмотря, на то,что термины ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ и ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ отечественными процессуалистами употребляются давно, до сих пор отсутствуют единые, достаточно емкие и полные определения таких понятий, выражающие их сущность. В этом можно убедиться, приведя следующие высказывания по данному вопросу различных ученых-процессуалистов.

СИ. Катькало и В. 3. Лукашевич под термином ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ понимали лишь особый процессуальный порядок рассмотрения дел определенной категории, а также возможность их возбуждения не иначе как по жалобе потерпевшего и прекращения за примирением по- терпевшего с обвиняемым3.

У М.С.Строговича ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ - это форма уголовного преследования, где последнее возбуждалось только по жалобе потер- певшего, осуществлялось им самим, подлежало прекращению в любой стадии процесса в случае примирения потерпевшего с обвиняемым4.

В юридическом словаре под ЧАСТНЫМ ОБВИНЕНИЕМ понималась особая форма уголовного преследования по делам, возбуждаемым не по инициативе следственно-прокурорских и судебных органов, а лишь по жалобе потерпевшего.5

1 См. Уголовно-процессуальный кодекс Федеративной Республи ки Германии. (перевод Б. А. Филимонова). М., 1994. С. 153-159.

2 См. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам стран СНГ от 22 января 1993 г. /п. “1” ч.1 ст. 57/.

3 См.: Катькало СИ. Лукашевич В.3. Судопроизводство по де лам частного обвинения. ЛГУ., 1972, С 29.

4 См.: Стоогович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958, С. 101.

5 Юридический словарь./Под ред. Братуся С.Н. и др. М., 1953. С 759.

  • 16 -

И.М. Гальперин утверждал, что термин ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ не совсем удачный й предлагал заменить его на ОБВИНЕНИЕ, ПОДДЕРЖИВАЕМОЕ ПОТЕРПЕВШИМ ПО ДЕЛУ ОБ ОСКОРБЛЕНИЯХ, ПОБОЯХ И Т.Д.1

К.Ф. Гуценко под ДЕЛАМИ«ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ подразумевал дела, по которым потерпевший наделен правом поддержания обвинения. 2

В.А. Давыдов относил к ним дела о преступлениях, предусмотренных ст. 112, ч.1 ст. 130 и ст. 131 УК РСФСР, которые возбуждаются не иначе как по жалобе потерпевшего и подлежат прекращению в случае примирения его с обвиняемым.3

А.В. Еремян, А.С. Мамыкин, И.Л. Петрухин давали следующее определение ДЕЛАМ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ - это дела, которые могут возбуждаться только по жалобе потерпевшего и в случае примирения потерпевшего с обвиняемым подлежат прекращению. 4

Если обратиться к проектам Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, то убеждаешься в том, что их авторы также по- разному толкуют термин “ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ”. В проекте, подготовленном Министерством юстиции РФ, под таковыми понимались дела о преступлениях, предусмотренных УК РФ, перечисленных в одной из статей УПК РФ, и возбуждаемые гражданином путем подачи суду жалобы о привлечении лица кг уголовной ответственности (ст. 23). Проект общей части УПК РФ, разработанный Государственным правовым управлением Президента Российской Федерации (ГПУ), не

1 См.Гальперин И.М. Об уголовном преследовании, осуществляемом потерпевшим в советском уголовном процессе. //Советское государство и право. 1957, № 10. С. 47.

*2 Гуценко К.Ф. Частное обвинение в советском уголовном пооцессе. Дисс. …канд. юрид. наук. М., 1958, С. 3.

3 Уголовный процесс. /Под ред. П. А. Лупинской. М., 1995, SC. 480.

4 См.: Еоемян А.В. Основания возбуждения уголовного де ла. Дисс.канд.юрид.наук. М., 1993, С. 16., Петрухин И.Л. Право судие: время реформ. М.,1991, С. 164., Учебник уголовного процес са. /Под ред*. А.С.Кобликова. М., 1995, С. 357.

  • 17 -

содержит понятий “ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ” и “ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ”, но в нем упоминаются (в ст.27, ст.55, ст.75) ДЕЛА О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, ПРЕСЛЕДОВАНИЕ КОТОРЫХ ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ В ЧАСТНОМ ПОРЯДКЕ И К таковым относятся дела о преступлениях небольшой тяжести, направленных против личности, кроме дел о некоторых преступлениях, представляющих исключения (ст. 27). В проекте УПК РФ, внесенном на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации депутатами, делами частного обвинения признаются дела о преступлениях, предусмотренных определенными статьями уголовного кодекса, которые возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего и подлежат прекращению за примирением с обвиняемым (ст.25).

Между тем, на наш взгляд, приведенные выше определения нельзя признать удачными, поскольку они не отражают сущности терминов, не являются полными и всесторонними. Ведь под сущностью терминов, исходя из философской категории, понимается вся совокупность глубинных связей и закономерностей, определяющих их основные черты. Поэтому лишь при понимании терминов не только в процессуальном, но и в материальном аспектах, можно определить истинную сущность ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ и ДЕЛ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ.

В юридической литературе, как правило, обращалось внимание лишь на одну из сторон этих понятий - на уголовно-правовую или на уголовно- процессуальную, зачастую допускалось их смешение, не выделялись отличительные черты и особенности. В то же время, без определения содержания указанных терминов сложно решать теоретические проблемы института частного обвинения. Для всестороннего и глубокого исследования этого института, для выработки научных терминов, как нам представляется, весьма важен анализ вые-

  • 18 -

казанных ранее учеными точек зрения по поводу сущности такого вида уголовно-процессуальной деятельности как обвинение. Только после изучения и определения содержания обвинения, причин его появления, стадий осуществления,соотношения с уголовным преследованием можно определить сущность одного из его видов - частного обвинения.

Весьма проблематично полное представление об обвинении без исследования таких категорий как уголовно-процессуальная дея- тельность, функция уголовного процесса. Поэтому следует остано- виться на различных взглядах процессуалистов по данной проблеме, отраженных в юридической литературе. Наиболее острые дискуссии разгорались между учеными при определении сущности уголовно-про- цессуальной деятельности и функций уголовного процесса.

Ряд ученых, к которым можно отнести В.М.Савицкого, М.С.Строговича, под уголовно-процессуальной деятельностью понимали особую, организованную, строго упорядоченную и целенаправленную систему действий должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также отдельных лиц, привлекаемых к участию в деле.

Под функцией уголовного процесса они, соответственно, подразумевали определенное направление, особым образом ограниченную сторону уголовно-процессуальной деятельности, или же вид деятельности, проводя между ними границу в зависимости от того, кто их осуществляет и от наполняемого их содержания1.

Другие же процессуалисты, такие как П.М.Давыдов, Д.С.Карев, А.С.Кобликов в уголовно-процессуальной деятельности усматри-

1 См.: Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. Дисс. канд. юрид. наук. М., 1972, С. 41-42, Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968, Т. 1, С. 24.

  • 1Э -

вали в основном правоотношение, в котором протекает уголовно-про- цессуальная деятельность.*

Следовательно, если представители первой точки зрения сущность уголовно-процессуальной функции видели в деятельности, то ученые, придерживающиеся иных взглядов, усматривали ее в правоотношении субъектов.2

В интересующем нас аспекте мы не усматриваем принципиальных различий, поскольку “уголовно-процессуальные правовые отношения - это возникающие на основе закона конкретные правовые связи между субъектами уголовно-процессуальной деятельности, характеризующиеся наличием субъективных уголовно-процессуальных прав и обязанностей”.3 Короче говоря, - это правовая форма уголовно-про- цессуальной деятельности,связывающая субъектов этой деятельности взаимными правами и обязанностями. Разделяя мнение процессуалистов, выделявших в Функциях уголовного процесса лишь направление деятельности, мы согласны с их выводами об отличии этих функций по таким критериям как: непосредственная цель, круг субъектов, формы осуществления и т. п.

1 См.: Давыдов П.М., Левин Ю.Г. Обвинение в советском уго ловном процессе. Свердловск, 1958, С. 101. Карев Д.С. Сущность и задачи советского уголовного процесса. М., 1968, С. 24,Учебник уголовного процесса. /Под ред. Кобликова А. С/ М., 1995, С. 7-8.

2 Сущность уголовно-процессуальных функций не рассматривает ся подробно в данной работе, хотя она была предметом исследования во многих научных трудах: Алексеевой Л.Б. Уголовно-процессуальные функции. Курс советского уголовного процесса.Общая часть, М., 1989, С. 420-440,

Ларина A.M. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М., 1986,

Мотовиловкера Я.О. Основные уголовно-процессуальные функции. Ярославль, 1976.

Строговича М.С. О состязательности и процессуальных Функциях в советском уголовном судопроизводстве. М., 1992.

Фаткуллина Ф.Н. Обвинение и судебный приговор. Казань, 1965 и других.

3 См. Божьев В.П. “Уголовно-процессуальные правовые от ношения. М.,1976.

  • 20 -

Что касается процессуальных функций, то многими учеными в качестве основных признавались : 1) функция обвинения; 2) функция защиты; 3) функция предварительного расследования; 4) функция осуществления правосудия.1

Отдельными учеными упоминались следующие функции: защита гражданского иска,2 уголовное преследование3 и т.п.. Вопрос о классификации уголовно-процессуальных функций обстоятельно расс- матривался Л.Б. Алексеевой, которая,принимая во внимание многоце- левой и многоаспектный характер уголовно-процессуальной деятель- ности, не отрицала возможности наряду с такими основными функциями как - обвинение, защита и разрешения дела /осуществление пра- восудия/ выделять и иные процессуальные Функции. Однако, она пре- достерегала от смешения оснований, по которым производится их классификация.4 В этой связи выделение расследования, защиты гражданского иска и иных в одном ряду с такими функциями как об- винение, защита и разрешение дела явно неправомерно. Все юристы, вместе с тем, согласны с обозначением функций обвинения, защиты и разрешения дела в качестве основных процессуальных функций, в том числе и потому, что с помощью анализа именно этих функций решаются наиболее принципиальные моменты такого специфического вида че- ловеческой деятельности, как’ уголовно-процессуальная, а также происходит сравнение с исторически существовавшими и существующими в настоящее время различными формами уголовного процесса (инк-

1 Учебник уголовного процесса. /Под ред. Кобликова А.С. М., 1995, С. 43.

2 См.: Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной дея тельности. М., 1961, С. 47. Даев В.Г. Процессуальные функции и принцип состязательности в уголовном судопроизводстве. М., Право ведение, 1995, С. 7.

3 См.: Джатиев B.C. Общая методология и современные проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Владикавказ, 1995. с. 7.

4 Алексеева Л.Б. Указанная работа. С. 420-435.

  • 21 -

визиционным, состязательным, смешанным).

Из всех вышеперечисленных функций особое внимание про- ф цессуалисты традиционно уделяли обвинению. Данное обстоя-

тельство обусловлено, во-первых, тем, что обвинение является дви-

«

жущей силой уголовного процесса, а во-вторых, в немалой степени тем, что в советский период развития нашего государства обвинение довольно часто ассоциировалось с законностью, правопорядком, принципом неотвратимости наказания.

Рассматривая проблемы обвинения, П.М.Давыдов, в частности, отмечал, что по форме выражения оно может рассматриваться в различных аспектах: в гносеологическом, в психическом, в логическом, ™ в уголовно-правовом, в уголовно-процессуальном1. Для нашего исследования обвинение представляет интерес в уголовно-правовом и уголовно-процессуальном смыслах.

Вместе с тем, следует обратить внимание на то, что, рассматривая обвинение в различных аспектах, ученые неоднократно предпринимали попытки дать единое, полное и, в то же время, науч-ное определение термину обвинение. Предложения о необходимости одинакового понимания одних и тех же терминов высказывал Прянишников Е.А.2 Однако анализ научных исследований, публикаций, посвященных обвинению, позволяет сделать вывод, что на сегодняшний день в юридической литературе пока еще отсутствует единое понимание данного термина. Несмотря на то, что в действующем уголовно- процессуальном законодательстве употребляется термин обвинение (ст.ст. 53, 77, 90, 154, 215, 248, 254, 255, 298 УПК РСФСР), но определение ему в законодательстве не дается.

ы * Давыдов П.М. Обвинение в советском уголовном процессе.

^ Дис. канд. юрид. наук, Свердловск, 1973, С. 20. W 2 ПРЯНИШНИКОВ Е.А. Терминология уголовно-процессуального

законодательства. /Журнал Правоведение, 1968, N 6, с. 88.

i

Попытка законодательно закрепить определение сущности обвинения была предпринята авторами проекта общей части УПК РФ, подготовленного рабочей группой ученых, созданной в Государственно-правовом управлении Президента РФ. Под обвинением они предлагали понимать “…сделанное в предусмотренном настоящем кодексе утверждение о совершении определенным лицом конкретного деяния, запрещенного уголовным законом; а также процессуальную деятельность по установлению в рамках надлежащей правовой процедуры деяния, запрещенного уголовным законом, совершившего его лица и ви-новности либо невиновности последнего”.1

Иные проекты УПК РФ, к сожалению, не содержат попыток дать определение термину обвинение.

В юридической литературе обвинение издавна толкуется не только в формальном (процессуальном), но и в материальном смыслах. Обвинению в материальном смысле процессуалистами также придавалось различное значение. Достаточно привести следующие определения этому термину в материально-правовом смысле (как содержание обвинения).

Так Н.Н.Полянский признавал обвинение уголовным иском, понимая под ним притязание, на которое должен дать ответ обвиняемый2.

М.А.Чельцов-Бебутов под обвинением понимал формулировку обвинения по определенной статье УК, соответствующую составу преступления, описанному в определенном законе.3

Ф. Н. Фаткуллин указывал, что обвинение в материальном смысле

1 Проект общей части уголовно-процессуального кодекса Рос сийской Федерации, подготовленный ГПУ Президента РФ, М., 1994, С. II.

2 См.: Полянский Н.Н. Очерки общей теории уголовного про цесса. М., 1927, С. III.

3 См.: Чельцов-Бебутов М.А. Советский уголовный процесс. Харьков, 1929, С. 45.

составляет совокупность установленных по делу и вмененных обвиня- емому в вину общественно-опасных и противоправных фактов, состав- ляющих существо того конкретного’ состава преступления, за который это лицо несет уголовную ответственность и должно быть осуждено.1 Таким образом в материально-правовом смысле обвинение толкуется как уголовный иск (притязание), формулировка обвинения и совокупность противоправных фактов. В процессуальной литературе даются различные толкования термину обвинения и в процессуальном смысле.

Д. С. Карев понимал обвинение как обвинительную деятельность, поддержание обвинения в суде.2

Н.Н. Полянский в своих последних работах утверждал, что обвинение в процессуальном смысле - “обращенное к суду требование о признании обвиняемого виновным”. Приравнивая обвинение к уголовному иску, он писал,что в Формальном смысле иск возможен только при отделении обвинительной функции от суда3.

М.С. Строгович под обвинением подразумевал совокупность процессуальных действий, направленных на изобличение лица, совер- шившего преступление.4

П. С. Элькинд расценивала обвинение как процессуальную деятельность, как деятельность обвинителя в суде, как обвинительный тезис или утверждение о виновности.5

1 См.: Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный процесс. М., 1946, С. 105.

2 См. Карев Д.С. Советский уголовный процесс. М.,1968, С. 25.

3 См.Полянский Н.Н. К вопросу о юридической природе обвине ния перед судом. М. 1960. Ш 1. /”” Правоведение/ С. 114. Очерки общей теории уголовного процесса. М., 1927, С.III.

4 См. Строгович М.С. Уголовный процесс. М.,1946, С.105.

5 См. Элькинд П.С. Сущность советского уголовно-процессу ального права. ЛГУ, 1963, С.60-61.

Были и более узкие толкования термина обвинение в процессуальном значении данного слова. Так В.Д. Финько обвинением считал лишь деятельность прокурора при рассмотрении дела.1

Ф.Н. Фаткуллин указывал, что обвинение - основанная на законе процессуальная деятельность компетентных органов и лиц по изобличению обвиняемого в инкриминируемых ему преступлениях и обоснованию его уголовной ответственности с тем, чтобы добиться публичного его осуждения.2

Е.Б Мизулина под обвинением понимала то, что дозволяется обвинителю в пределах юридической обязанности наказания виновного до вынесения обвинительного приговора судом.3

В юридической литературе приводились и иные определения термину обвинение, но мы их в данном исследовании опускаем в связи с незначительным отличием от вышеперечисленных.

Анализ изложенных выше точек зрения на обвинение позволяет убедиться, что в основном этот термин в уголовно-процессуальном смысле имеет следующие значения:

  • как уголовно-процессуальная функция;
  • как деятельность обвинителя, выступающего в суде в качестве обвинителя;
  • как вынесение постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого.

Рассматривая обвинение в узком смысле этого слова, то есть лишь как формулировку обвинения и его предъявление, некоторые

1 См. Финько В.Д. Процессуальное положение прокурора в кас сационной инстанции. / Вопросы государства и гоава. Mt, 1970, С. 296.

2 См.: Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный приговор. Ка зань, 1965, С. 35.

3 Мизулина Е.Б. Уголовный процесс: концепция самоограниче ния государства. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1993, С. 18.•

  • 25 -

ученые игнорируют факт допуска адвоката в дело на более ранних стадиях уголовного процесса с момента задержания лица и избрания в качестве меры пресечения содержание под стражей. Ведь если функции защиты и обвинения тесно связаны между собой, должны существовать одновременно, а не раздельно друг от друга, то следует признать, что обвинение является более широким и емким понятием, чем просто формулировка и предъявление обвинения.

Кроме того, на наш взгляд, нельзя согласиться и с утверждением В. Н. Шпилева, полагавшего, что до предъявления обвинения, обвиняемый защищается не от обвинения, а от объективного, полного расследования дела. * Ведь защищаться от этого невозможно и бесс- мысленно. Это уже не защита, а скорее воспрепятствование полному, объективному и всестороннему расследованию. Кстати говоря, инкви- зиционный процесс в своей нецивилизованной форме для- того, чтобы не признавать обвиняемого в качестве самостоятельного субъекта уголовного процесса и не признавать за ним право на защиту, как раз и рассматривал деятельность должностных лиц в уголовном процессе исключительно с позиций установления истины, от которой защищаться невозможно.

Между тем, в настоящий момент международные органы по правам человека понятие обвинение толкуют достаточно широко. Так по одному из дел, рассмотренных Международным Судом по правам человека, суд постановил, что уголовное обвинение может быть определено как “..официальное уведомление лица компетентным органом о том, что оно подозревается (подчеркнуто нами) в совершении уголовного преступления.” В другом деле суд расширил это понятие, включив в его “…другие меры, подразумевающие такое подозрение

1 См.: Шпилев. В.Н. Участники уголовного процесса. Минск, 1970.
С. 34.

  • 26 -

(подчеркнуто нами) и которые могут серьезно повлиять на положение подозреваемого”.1

Следовательно, и частное обвинение нельзя рассматривать лишь как полное и всестороннее расследование с целью установления истины. Оно, на наш взгляд, также является официальным уведомлением о совершении преступления определенным лицом.

Существует в юридической литературе еще одна точка зрения, в соответствии с которой вообще отрицалась необходимость толкования обвинения в материальном, либо в процессуальном значении этого слова. К процессуалистам, разделяющим подобные взгляды, можно отнести В.М.Савицкого, П.М.Давыдова. Так, отрицая необходимость разграничения обвинения и понимания его в материально-правовом значении, В.М. Савицкий ссылался на то, что форма и содержание обвинительной деятельности определены лишь уголовно-процессуальным законом и отсутствует упоминание об обвинении в уголовном законе2. П.М.Давыдов отмечал, что обвинение, его изложение, подтверждение, изменение подробно регламентированы уголовно-процессуальным законом, нормы которого свидетельствуют о связи обвинения, уголовной ответственности и состава преступления. Обвинение не приравнивается ни к преступлению, ни к самой ответственности. По- этому он считал обвинение всегда понятием уголовно-процессуальным. И, по его мнению, нет необходимости говорить об обвинении в материальном смысле.3

Если согласиться с такой точкой зрения, то окажется, что

1 См. Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукашук И.И. Междуна- одные нормы о правах человека и применение их ‘судами Российской едерации. М., 1996. С.169.

2 Савицкий В.М. Обвинение в советском уголовном процес се. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1972. С. 47.

3 Давыдов П.М. Обвинение в советском уголовном процессе. Дисс… канд.ЮРИД.наук. - Свердловск, 1973. С. 9-10.

  • 27 -

уголовно-процессуальная деятельность вообще не имеет никакой связи с материальным уголовным законом и не может рассматриваться как способ (форма) применения уголовного закона. Между тем1, уголовно- процессуальная деятельность - это правоприменительный процесс, где, наряду с применением норм уголовно-процессуального закона, происходит применение норм уголовного закона. В связи с этим содержание уголовно-процессуальной деятельности неизбежно наполняется содержанием уголовного закона. Поэтому в обвинении как в процессуальной деятельности правомерно выделять ее процессуальный и материально-правовой аспект (как форму и содержание). Если формулировка обвинительного тезиса - материально-правовой компонент, то процесс доказывания обвинения - это уже компонент процессуальный.

Тот факт, что термин “обвинение” не содержится в уголовном законе вполне объясним. Этот термин призван отразить движение процесса, а не результат. Уголовный закон не может содержать терминов, отражающих движение дела. В нем содержатся лишь термины, фиксирующие результат правоприменительного процесса. “Виновным в преступлении признается лицо, совершившее деяние умышленно или по неосторожности.” - (ст.24 УК РФ). Но это не означает, что только завершение процесса наполняется уголовно-правовым содержанием. Равным образом таким содержанием наполняется и весь ход процесса, органично связанный с обвинением лица в совершении предусмотренного уголовным законом конкретного деяния. С указанной проблемой тесно соприкасается проблема подмены функции обвинения функцией уголовного преследования. Достаточно вспомнить, что в отечественной науке дореволюционного уголовного процесса существовала и являлась общепризнанной концепция трех основных функций: уголовного преследования (обвинения), защиты и разре-

  • 28 -

шения уголовного дела. Данная концепция была воспринята позднее и советскими учеными-процессуалистами, довольно длительное время, вплоть до принятия Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г. не вызывала критического отношения. Но вскоре после принятия этого закона, видный советский ученый- процессуалист М.А.Чельцов-Бебутов подверг критике концепцию существования в советском уголовном процессе указанных функций как свойственных только буржуазному судопроизводству с его принципом состязательности. Мнение М.А.Чельцова-Бебутова было поддержано С. А.Голунским, Л.Н.Гусевым и другими учеными1.

В качестве их оппонентов выступили М.С.Строгович, Р.Д. Раху- нов.П,С.Элькинд и ряд других авторов. Возникшая дискуссия послужила импульсом для дальнейшего развития теории уголовно-процессуальных функций. Большинство процессуалистов , принявших участие в обсуждении этой проблемы, пришло к выводу о существовании именно таких функций в уголовном судопроизводстве,которые признавались учеными еще в прошлом веке.

Само понятие “уголовное преследование”, хотя и было введено в научный оборот еще в дореволюционный период российской правовой науки, но в течении длительного времени многими авторами не приз- навалось как имеющее самостоятельное содержание и в лучшем случае использовалось как равнозначное обвинению. Но с наделением подоз- реваемого правом на защиту, причем с использованием помощи адвоката, ошибочность такого подхода к пониманию уголовного преследования, а соответственно и к необходимости исследований вопросов функции защиты от уголовного преследования, стала оче- видной. По мнению А.П.Лобанова , уголовное преследование - дея-

  • См.: Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-пооцессуального права. СПб., 1995, С. 578-579.

  • 29 -

тельность следователя,лица, производящего дознание (органа дозна- ния), прокурора, состоящая в собирании фактических данных совершения преступления подозреваемым, обвиняемым, установлении отягчающих и смягчающих вину обстоятельств, а также применение мер принудительного принуждения к подозреваемому и обвиняемому и под- держание обвинения в суде. *

Деятельность частных детективов, в том числе по собиранию доказательств обвинения, также расценивалась отдельными учеными как осуществление уголовного преследования, но не как обвинительная деятельность.2

В научных публикациях последних лет термин обвинение все чаще заменялся на уголовное преследование.В отличие от действующего УПК РСФСР в проектах нового УПК РФ предлагается включить уголовное преследование в качестве одной из функций ‘уголовно-процессуальной деятельности и перечисляются его виды.3

При этом, наряду с преследованием, упоминается и обвинение, однако содержание указанных понятий не раскрывается.

В то же время, в проектах приводятся следующие виды уголовного преследования и обвинения: - публичное; - частно-публичное; - частное.

В юридической науке довольно твердо укоренился термин

1 См.: Лобанов А.П. Функции уголовного преследования и за щиты в российском судопроизводстве. Тверь, 1996”, С. 8.

2 Агутин А. В. Правовые и тактические аспекты частной сыск ной деятельности. Дисс… канд. ЮРИД. наук, Н.Новгород, 1996, С. 21., Проект уголовно-процессуального кодекса Российской Федера ции. /Министерство юстиции Российской Федерации. М., С. 20. Ст. 23.

3 Проект уголовно-процессуального кодекса Российской Федера ции, внесенный депутатами-членами комитета Государственной Думы по законодательству и судебно-правовой реформе. С. 14. Ст. 25. С предложением упразднения такого разграничения ранее выступали Грабовская Н.П.. Солодкин И.И., Элькинд П.С. К вопросу о делах частного обвинения. М., 1956, С. 184.

  • 30 -

уголовное преследование и предпринимаются попытки законодательно закрепить его в УПК РФ. Вместе с тем, в научных исследованиях по этой тематике до сих пор не определен четкий критерий разграничения терминов уголовного преследования и обвинения.

В российском законодательстве издавна употреблялся и употребляется в настоящее время термин “уголовное преследование”.1

В соответствии с этим некоторые процессуалисты, выделяя функцию уголовного преследования, считали, что она в своей основе совпадает с функцией обвинения2. При этом под уголовным преследованием они понимали процессуальную деятельность, направленную на доказывание виновности определенного лица, состоящую в формулировании и обосновании вывода о совершении определенным лицом преступления. Содержанием функции уголовного преследования эти ученые считали: задержание, формулировку и предъявление обвинения, меры принуждения, составление обвинительного заключения. Под формой уголовного преследования подразумевалось выдвижение обвинения против определенного лица в стадии предварительного расследования и в суде.3

Как видно из определения,под уголовным преследованием понималась практически вся деятельность,осуществляемая стороной обвинения, в том числе и обвинение как таковое.Несмотря на то,что мы считаем это по-существу правильным,тем не менее понятие обвинения должно иметь самостоятельный научный и практический статус.Это важно по целому ряду причин.Во-первых,когда речь идет о содержа-

1 Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. 1922. Ст. 4,9.,Закон Российской Федерации “О прокуратуре Российской Федерации”. Ст. 1.

2 См.: Ларин А.М. Расследование по уголовному делу: процессу альные функции. М., 1986, С. 25,38. Лупинская. П. А. Уголовный пооцесс. М., 1995, С. 48.

3 См.: Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уго ловном процессе. М., 1951, С. 63.

  • 31 -

нии обвинения, его формулировке, изменении, уточнении, поддержании это понятие никак нельзя заменить уголовным преследованием. Во- вторых, данное понятие эффективно “работает” при обсуждении проблем сторон в процессе и принципа состязательности.

В юридической литературе неоднократно подчеркивалось, что слова “частное обвинение” или “дела частного обвинения” не совсем удачны.

Даже в проекте УПК РФ предусматривалась замена их на “уголовное преследование” и соответственно “дела, уголовное преследование по которым осуществляется в частном порядке”1. Однако, мы считаем целесообразным оставить существующую терминологию; поскольку она довольно емко и понятно отражает сущность скрываемых за ими явлений. Указанная терминология применяется в юридической литературе и уголовно-процессуальных законодательствах других го- сударств, прочно укоренилась в научной литературе и судебной практике России. Применительно к нашей проблеме это особенно ак- туально, поскольку найти адекватную замену такому,например,термину как частный обвинитель - крайне затруднительно.

Следует отметить , что в последние годы слово “частный” уже не вызывает у некоторых должностных лиц и у большинства населения неприятного чувства как пережиток далекого эксплуататорского прошлого. Оно все сильнее входит в обиход нашего общества. Отчасти такое положение вызвано тем, что в России на протяжении довольно длительного исторического периода в годы Советской власти слово “частный” вызывало отрицательное отношение с точки зрения господствовавшей тогда социалистической идеологии и поэтому заме- нялось нейтральными терминами “личный” или “индивидуальный”.

1 Пооект общей части Уголовно-процессуального кодекса, подго- товленный Главным правовым управлением Президента Российской Фе- дерации. М., 1995, С. 23.

  • 32 -

При исследовании такой функции уголовно-процессуальной деятельности как обвинение представляется немаловажным вопрос о стадиях ее осуществления. По данной проблеме также высказано несколько точек зрения, а их анализ имеет значение для определения момента выполнения функций обвинения как публичньми органами, так и частными лицами, в том числе по делам так называемого частного обвинения.

Такие процессуалисты как П.М.Давыдов, Ф.Н. Фаткуллин склонны были считать началом возникновения обвинения как функции уголовного процесса стадию предварительного расследования, а ее пиком, по их мнению, становился момент привлечения лица в качестве обвиняемого. При этом ученые исходили из того, что субъектами обвинения выступают следователь, лицо, производящее дознание и прокурор. Обвинение, осуществляемое частными лицами, ими в этой связи не исследовалось и поэтому их выводы применимы лишь к государственному (публичному ) обвинению1.

В то же время, несколько иной позиции придерживался В.М Савицкий, полагавший, что государственное обвинение осуществляется лишь в суде, когда государственный обвинитель поддерживает обвинение. Свою позицию он обосновал отсутствием в законе упоминания о государственном обвинении на следствии и отсутствием на этой стадии состязательности сторон2.

Действительно, термин “состязание” или “спор” имеет смысл, когда присутствует субъект, наделенный полномочиями, данный спор разрешить.Таким субъектом является суд. Отсутствие представителя судебной власти на стадии предварительного следствия говорит

  • См.: Давыдов П.М. Обвинение в советском уголовном процессе. - Свердловск, 1973, С. 48. Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный поиговоо. Казань, 1965, Т. 1, С. 39.

2 См. Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М..1972. С. 59-61

  • 33 -

о том,что оно построено не на состязательных началах.Однако,сейчас эти аргументы сильно ослаблены тем обстоятельством,что судебная власть стала прочно “внедряться” в предварительное расследование путем дачи санкций на применение ряда правоограничительных мер и рассмотрения жалоб на действия должностных лиц в стадии возбуждения дела и предварительного расследования.Кроме того,отсутствие развернутого принципа состязательности на предварительном следствии еще не свидетельствует о том,что на этой стадии не осуществляется уголовное преследование,которое практически отождествляется с обвинением.И,наконец, нельзя не считаться с тем понятием уголовного обвинения,которое выработано международными правозащитными органами.

Определенные сложности вызывает в юридической литературе вопрос о наличии функций обвинения и защиты по делам частного обвинения и делам с протокольной формой досудебной подготовки материалов. Те процессуалисты, которые функцию обвинения связывали лишь с процедурой привлечения лица в качестве обвиняемого, категорически отрицали наличие обвинения по таким делам1.

Не соглашаясь с авторами, разделяющими подобную точку зрения, мы считаем, что по делам частного обвинения именно пострадавший возбуждает уголовное преследование, формулирует обвинение, выражает свое отношение к обвиняемому в совершении преступления как к виновному, а по делам протокольной формы орган дознания в протоколе также выражает свое отношение к правонарушению, отражая в нем суть деяния, преследуемого в уголовном порядке и этот документ имеет важное значение для последующего рассмотрения дела. Дальнейшее производство по делу может осуществляться лишь в

1 См.: Джатиев В. С. Общая методология и современные проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Владикавказ, 1995, С. 8.

  • 34 -

рамках отраженного и сформулированного в протоколе и в жалобе по- терпевшего деяния. Поэтому мы солидарны с процессуалистами, которые толкуют обвинение не только как его поддержание в суде,, но в то же время мы не согласны и с его широким толкованием, когда оно приравнивается к уголовному преследованию. Исходя из единства и взаимосвязи таких противоположных функций уголовно-процессуальной деятельности, как обвинение и защита, можно сделать вывод, что, поскольку защитники допускаются к участию в деле до предъявления обвинения и его поддержания в суде, функция обвинения также осу- ществляется на более ранних стадиях процесса. С момента задержания лицо приобретает процессуальный статус подозреваемого и,соот- ветственно, право на защиту.Но на этой стадии как обвинение, так и защита в полной мере еще не сформировались. Между защитой, которая имеет место на момент задержания и на момент судебного разбира- тельства или окончания предварительного следствия - дистанция ог- ромного размера.Но это не препятствует тому, чтобы деятельность адвоката именовалась защитой,независимо от того, на какой стадии процесса она осуществляется. Равным образом следует понимать и де- ятельность должностных лиц, которые привлекают гражданина в ка- честве подозреваемого,несмотря на то,что это только начальный,если так можно выразиться, “зародышевый” момент обвинения.По проекту УПК РФ,разработанному Минюстом РФ, гражданин будет приобретать статус подозреваемого и тогда,когда в отношении его будет возбуждаться уголовное дело.

Неоднократно высказывались в юридической литературе суждения о том, что вряд ли оправдано выделение частно-публичного и частного обвинения. При этом утверждалось, что обвинение всегда публично, а особенности возбуждения и прекращения отдельных категорий уголовных дел никакого прямого отношения к обвинению не

  • 35 -

имеют. Более того ученые, разделявшие такие взгляды, считали, что по делам частного обвинения никакого обвинения вообще не может быть, поскольку обвинение потерпевшего (его жалоба) есть не что иное, как повод к возбуждению уголовного дела, и не может расце- ниваться как акт привлечения в качестве обвиняемого1.

Следовательно,они исходили из того, что обвинение представляет собой обоснованное утверждение дознавателя, следователя, прокурора о виновности обвиняемого в совершении преступления, составляющее предмет внутреннего убеждения каждого из них. Однако, нельзя признать верным подобный взгляд на роль потерпевшего в уголовном судопроизводстве, ограничивая ее лишь подачей жалобы. Пострадавший от преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, выполняет и целый ряд процессуальных действий, направленных на изобличение виновного, формулирует обвинение, поддерживает его в суде, представляет доказательства. Поэтому деятельность потерпевших по делам, отнесенным к категории дел частного обвинения, является ничем иным, как выполнением обвинительной функции, осуществление которой государство оставило за жертвами преступлений. Поскольку в последние годы в юридической литературе утвердилось представление о процессуальной функции как о части уголовно-процессуальной деятельности, отличающейся специфической целью, многими учеными поднимался вопрос о том, какие же функции в уголовном процессе выполняет потерпевший? Единого мнения по этому вопросу нет. Те ученые, которые признают наличие сразу нескольких функций у потерпевшего, не могли определить какие функции будут приоритетными. Одни из них отдавали предпочтение обвинению, полагая, что именно с обвинения возник уголовный

1 Джатиев В. С. Обвинение и защита./ Российская юстиция.№ з, 1995, С. 17.

  • 36 -

процесс и потерпевший является субъектом доказывания по всем делам1 .

Другие же отмечали, что круг таких дел, к которым, пожалуй, можно отнести дела частного обвинения,- невелик. В остальных случаях дела возбуждаются и рассматриваются независимо от воли потерпевших и те не выполняют таких действий как: формулировка обвинения, выступление в прениях с обвинительной речью.

Поэтому более обоснованно считать основной Функцией потерпевших в процессе - функцию защиты прав и законных интересов, нарушенных преступлением2. Мы уже ранее останавливались на вопросе классификации процессуальных Функций и отмечали,что она зависит от основания, по которому осуществляется.Основания, которые положены в основу разделения Функций на обвинение,защиту и разрешение дела настолько специфичны, что их нельзя совмещать-с другими ос- нованиями. В конце концов деятельность обвиняемого также можно назвать Функцией защиты своих прав и законных интересов.Но для того, чтобы отразить специфику уголовного процесса деятельность обвиняемого обозначается в виде защиты от выдвинутого против него обвинения. Точно также и деятельность потерпевшего. Она, может быть рассмотрена в разных аспектах. Но если рассматривается и об- суждается проблема обвинения как процессуальной функции,которая отделена от защиты и разрешения дела,рассматривается специфическая проблема сторон в уголовном процессе, то потерпевший,конечно же,должен быть отнесен к стороне обвинения. Нельзя термин обвинение толковать узко, ограничивая его лишь деятельностью обвините-

г См.: Савицкий В. М., Потеоужа И. И. Потерпевший в уголовном процессе М.,1963, С. 10, Савинов В.Н. Потерпевший в уголовном пооцессе. Харьков, 1978, С. 10.,

2 См.: Ильина Л. В. Участие потерпевшего и его представителя в доказывании по уголовному делу. ЛГУ, 1975, Лапин A.M. Защита поав потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993, С. 60, 112.

  • 37 -

ля, выступающего в суде в качестве стороны по делу. Ведь в ходе предварительного расследования выполняется определенная деятель-ность по изобличению виновного, формулируется обвинение, предъяв-

« ляется обвиняемому.

Следовательно,обвинение необходимо рассматривать в более широком смысле этого слова, считая стадией осуществления функции обвинения не только судебное разбирательство, но и иные стадии уголовного процесса,в том числе производство предварительного расследования.Применительно же к частному обвинению поступление жалобы пострадавшего в суд или в правоохранительные органы, наде-

^ ленные соответствующими полномочиями по осуществлению уголовного преследования,следует расценивать как осуществление обвинительной функции.

В науке уголовного-процесса проводилась классификация обвинения, которое осуществлялось потерпевшими.Так И.Я.Фойницкий выделял следующие формы частного обвинения: 1) главное обвинение; 2)

ч заменяющее обвинение: 3) дополнительное обвинение1.

При этом под главным обвинением понималась такая форма обви-

ф нения, при которой вообще устранялось уголовное преследование го-

сударственными органами, а зависело оно лишь от усмотрения частного лица. Данная форма, как отмечалось в научных трудах, была ранее свойственна австрийскому уголовно-процессуальному законодательству. В России же для этой формы вводился ряд существенных ограничений, в том числе предусмотренных ст. 21 УПК РСФСР, предоставлявших возможность прокурорам возбуждать уголовные дела в случае общественного значения правонарушения, а также в силу бес-

ф помощного состояния , зависимости лица или когда оно по иным при-

1 См.: Фойницкий И. ЁП Куис уголовного судопроизводства. СПб., 1896, Т. 2, С.26-27.

  • 38 -

чинам не в состоянии защищать свои права и законные интересы.

Заменяющее обвинение обычно характеризовалось тем, что частный обвинитель допускался к делу, преследование которого принадлежало публичному обвинителю,не желавшему, однако, выступить с уголовным иском. Эта форма характерна для уголовного процесса Германии, Австрии.

Под дополнительным обвинением понималась такая форма уголовного преследования, при которой частное лицо действовало в процессе совместно с публичным обвинением,не устраняя,а лишь дополняя его.При этом частный обвинитель,к которому относился не только потерпевший, но и его законный представитель, в данном случае играл второстепенную роль. Ему не принадлежало право прекращения дел за примирением,его просьба об освобождении виновного от уголовной ответственности не имела обязательного характера,но могла быть принята во внимание.

Мы полагаем, что понятие любого процессуального института должно определяться сущностью и содержанием стоящих перед ним задач. В этой связи частное обвинение осуществляется с определенной целью - привлечение пострадавшего к выполнению функции обвинения.

После анализа высказанных учеными точек зрения по вопросам, касающимся обвинения,с учетом вышеуказанных проблем нам представ- ляется возможным сделать следующие выводы.

ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ (в материальном значении) - это утверждение пострадавшего перед соответствующим органом (судом) о совершении в отношении его преступления,уголовное преследование за которое передано государством на его усмотрение.

Под ЧАСТНЫМ ОБВИНЕНИЕМ (в процессуальном значении) следует понимать особый вид уголовно-процессуальной деятельности в рамках

  • 39 -

специальной правовой процедуры, которая позволяет частному обви- нителю выразить свою волю, обязательную для государственных орга- нов, в уголовном преследовании обвиняемого в ходе возбуждения уголовного дела,поддержания обвинения в суде и отказа от обвинения.

Термин ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ (в материальном значении) обозначает уголовные дела о преступлениях, предусмотренных определенными статьями уголовного кодекса (в настоящий момент ст.ст. 115,116,4.1 ст. 129,ст. 130 УК РФ).

ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ (в процессуальном значении) - уголовные дела, которые возбуждаются не иначе как по жалобе пострадавшего, поддерживающего обвинение, вьщвинутое и сформулированное им в суде, но подлежащие прекращению за примирением сторон,отказа от обвинения в связи с неявкой потерпевшего в судебное заседание.

Необходимо отметить, что термин ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ помимо вида уголовно-процессуальной деятельности, в том числе обвинения, в процессуальном аспекте может означать также вид обвинения и форму уголовного судопроизводства /преследования/1. Однако проблема разграничения указанных понятий подробно нами не анализировалась ввиду малозначительности и отсутствия принципиального значения для исследуемого предмета.

Таким образом,обобщая изложенное в данном параграфе,можно сделать следующие выводы.

1.Термин частное обвинение имеет глубокие исторические корни и должен толковаться не только в процессуальном,но и в материальном смысле.

2.Понятие уголовное преследование неидентично понятию об-

1 См.: Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопооизводства. Издание 3. СПб., 1910. Т. С. 73., Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 101.

  • 40 -

винение и является более широким,составной частью которого следует считать само обвинение.

3.Необходимо законодательно закрепить определение сущности такого понятия как обвинение, раскрыв его содержание не только в процессуальном,но и материальном аспектах.

4.Нельзя ограничивать понимание обвинения лишь поддержанием его в суде,а следует признать,что оно дополнительно включает в себя формулирование, выдвижение, подтверждение обвинения.

5.Начальной,”зародышевой” стадией обвинения выступает подозрение.

  1. По делам частного обвинения потерпевший выполняет обвинительную функцию уголовного преследования, защищая свои права и интересы,нарушенные преступлением, поскольку государство передало ему эту функцию и возможность распорядиться ею по своему усмотре- нию.

?0<5СИЙС«САЯ

У&еУДАрСТ8ЕНМ’ - 41 - ‘” ‘~МйЛИОТЕКА

§ 2. Материально-правовые и процессуальные основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел.

Принципиальное значение в решении проблем, возникающих при определении круга составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, и в дискуссиях по поводу целесообразности существования такого вида обвинения имеет определение причин и оснований выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения в особую категорию дел. К сожалению, исследований,специально посвященных данному вопросу, в отечественной науке уголовного процесса не проводилось.Лишь в отдельных монографиях обозначались и излагались отдельные аспекты этой проблемы,да перечислялись обстоятельства,относящиеся к преступлениям, либо к процедуре рассмотрения уголовных дел о таких преступлениях. А.К. Резон, исследуя дела о преступлениях неофициальных, отмечал,что мотивами отнесения преступлений к таковым являются: 1) известные соображения,заимствованные из международного государственного права; 2) существование особенных отношений между потерпевшим и виновным; 3) уважение к святости семейного союза, к чувствам и интересам потерпевшего; 4) незначительность преступления с точки зрения общества1.

И.Г. Щегловитов, по существу перечисляя те же признаки,име-

  • См..Резон А.К. О преступлениях, наказуемых только по жалобе потерпевшего по русскому праву. Спб.,1882, С. 57.

  • 42 -

новал их уже не мотивами, а основаниями выделения преступлений к преследуемым в порядке частного обвинения.i

И. Я. Фойницкий называл их основаниями уголовного преследования частными лицами и относил к ним : 1) наличие преступлений, слабо затрагивающих интересы общегосударственные, которые запрещаются главным образом во имя интересов частного лица; 2) участие пострадавшего в процессе полезно тем,что он с самого начала указывает цель разбирательства,заставляет заботиться о предоставлении доказательств; 3) есть преступления,оглашение ко- торых без желания потерпевшего было бы для него усугублением вреда; 4) в некоторых преступлениях отличить гражданскую неправду от уголовной можно только при наличии жалобы.2

По мнению многих процессуалистов советского периода таких как Н.Н.Полянский, М. С. Строгович, И.М.Гальперин, К.Ф.Гуценко су- ществовали особенности преступлений,разбирательство которых осу- ществлялось в порядке частного обвинения, и к ним относились: - незначительная общественная опасность преступлений; необходимость учета при квалификации этих преступлений мнения потерпевшего о тех деяниях, которым он подвергался; эти преступления,как правило, совершаются в условиях бытовых отношений между гражданами3.

В монографии С.И.Катькало и В.З.Лукашевича этому вопросу уде-

г~См~ Щегловитов И.Г. Главнейшие изменения уголовного процесса вызываемые новым уголовным уложением. Спб.,1903, С.9.

1 См. Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. Издание 2. Т. 1, СПб.,1896, С.27 - 28.

3 См.: Гальперин И.М. Об уголовном преследовании, осуществляемом потерпевшим в советском уголовном процессе./Сов. государство и право 1957./ № 10., Гуценко К.Ф. Частное обвинение в советском уголовном процессе./автореферат диссертации канд.юрид.наук/ М. 1958, С.8, Полянский Н.Н. Вопросы теории уголовного процесса МГУ, 1956, Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе М. ,1951.

  • 43 -

лено значительно больше внимания.Авторы постарались более полно и _
аргументировано определить основания выделения преступлений,преследуемых в порядке частного обвинения, в особую категорию.Эту за-

  • дачу решали путем проектирования ситуации, когда бы в советском уголовном процессе отказались от выделения дел частного обвинения в особую категорию.Представив такую ситуацию,они рассмотрели от рицательные последствия, которые могло бы повлечь исключение из уголовно-процессуального законодательства частного обвинения.В результате,были отмечены следующие основания выделения дел част ного обвинения в особую категорию: сама природа преступлений,по-

ф сягающих на субъективные права граждан на их честь,достоинство

здоровье; сложность установления не только общественной опасности деяния и личности виновного,но в ряде случаев и самого состава преступления без учета субъективного мнения потерпевшего; возникают на почве бытовых конфликтов; отсутствие необходимости в предварительном расследовании; способность потерпевших решать

  • вопрос о необходимости привлечения виновного к уголовной ответс твенности без вмешательства государственных органов; необходи-

Ф мость показаний потерпевшего,без получения которых нельзя пра-

вильно и объективно рассмотреть дело;

” вмешательство государственных органов вопреки воле потерпевших может нанести существенный урон семейно-брачньм отношениям,товарищества, дружбы и привести к дальнейшему обострению конфликта; ~ меньшая общественная опасность по сравнению с другими преступлениями, “ стремление законодателя определить справедливый порядок су-« допроизводства1.

• ,

1 См. Катькало СИ. .Лукашевич В. 3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ,1972, С.44-45

  • 44 -

Наиболее же тщательнее,на наш взгляд, к обозначенной проблеме подошел В.М. Савицкий в своей монографии “Государственное обвинение “. В ней он проанализировал сущность государственного обвинения наряду с частным и усмотрел следующие основания выделения дел частного обвинения в особую категорию: относительно невысокую в обычных условиях степень общественной опасности деяний, преследуемых в порядке частного обвинения,по сравнению с теми, которые преследуются государственными органами; специфический бытовой характер преступлений,затрагивающих личность граждан,и как следствие этого - необходимость в ряде случаев учесть мнение потерпевшего о содеянном и его последствиях для установления состава преступления; необходимость предоставить гражданам возможность урегулировать возникший конфликт и установить нормальные отношения без вмешательства судебных органов; стремление государства обеспечить всемерную охрану прав и интересов граждан путем повышения их активности в борьбе с нарушениями советской законности и правил социалистического общежития1.

В пояснительной записке к проекту УПК РФ,внесенному на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания РФ депутатами-членами комитета Государственной думы по законодательству и судебно-правовой реформе, указывалось,что “в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование и обвинение осуществляются в публичном,частно-публичном и частном порядке.”2 Тем самым подчеркивалась зависимость видов обвинения от материально- правовых критериев.

Таким образом, проанализировав приведённые выше взгляды ученых на данную проблему, можно убедиться в том , что они весьма

1 См. Савицкий В.М. Госудаоственное обвинение. М.,1971, С.321-322.

2 Псоект УПК РФ. Пояснительная записка.

  • 45 -

разноречивы и недостаточно аргументированы. Такое положение,как нам представляется, вызвано отсутствием системности при исследовании института частного обвинения и единого предмета исследования.

Во-первых,ими применялась различная терминология .Основания расценивались и как мотивы и как особенности. Между тем, основание - философская категория, под которой принято понимать совокупность фактических данных,подтверждающих наличие или отсутствие обстоятельств, с которыми связывается тот или иной процесс, явле- ние. Термин” мотив”- характеризует субъективную оценку поведения субъекта.Термин”особенности”- подчеркивает характерные черты того или иного явления без определения его содержания. Именно поэтому следует,как наиболее подходящим по многим параметрам, руководс- твоваться термином - “основание”.

Во-вторых, происходила путаница в предмете исследования. В одних случаях, речь шла о преступлениях, в других - об уголовных делах, уголовном преследовании.

Мы полагаем, что в науке уголовного процесса должны исследоваться основания выделения не преступлений, а частного обвинения в самостоятельный вид обвинения и дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел.А вот сама система оснований,то есть определенным образом упорядоченное множество оснований, обладающих относительно устойчивым единством,характеризующееся целостностью, может иметь свою классификацию в зависимости от того в каком аспекте рассматривается эта проблема. Все перечисленные в данном исследовании основания можно классифицировать в зависимости от предмета разграничения на материально-правовые и процессуальные .

  • 4.6 -

К материально-правовым основаниям выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения,а дел частного обвинения в особую категорию дел можно отнести:

1) особую природу преступлений,преследуемых в порядке частного обвинения,ущемляющих в основном не публичные, а частные интересы граждан в сфере особых общественных отношений (бытовых, семейных, дружеских); 2) 3) небольшую общественную опасность отдельных преступлений; 4) 5) для установления наличия состава преступления имеет значение мнение потерпевшего; 6) 7) возможность освобождения правонарушителя от уголовной ответственности за содеянное с целью урегулирования конфликта (примирение сторон) и с целью непричинения еще большего вреда пострадавшему фактом обнародования содеянного,чем самим преступ- лением. 8) Соответственно, к процессуальным основаниям следует отнести:

1) возможность представления доказательств без проведения предварительного расследования вследствие использования в качестве доказательств показаний очевидцев совершенного преступления; 2) 3) необходимость показаний потерпевшего для правильного рассмотрения дела, поскольку именно он указывает цель разбира- тельства, представляет доказательства; 4) 5) стремление определить справедливый порядок судопроизводства путем повышения активности граждан в борьбе с правонарушениями; 6) 7) невозможность привлечения к уголовной ответственности всех лиц, совершивших преступления, существование латентной преступности. 8)

  • 47 -

Как нам представляется, именно такая классификация оснований выделения частного обвинения и дел частного обвинения позволит подойти к исследованию данной проблемы системно , целенаправленно. Тем более,что анализ каждого из перечисленных оснований позволит с научных позиций объяснить сущность института частного обвинения, покажет связь материального права с ? процессуальным, поможет определить перечень преступлений,которые должны преследоваться в частном порядке.

Остановимся на характеристике каждого конкретного основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел.

  1. Материально-правовые основания.

а) особая природа преступлений, ущемляющих в основном частные интересы граждан в сфере особых общественных отношений.

По мнению многих российских ученых дореволюционного периода государство признавало преступными целый ряд деяний, которые зат- рагивали лишь частные интересы граждан, а поэтому вмешательство государственных органов в сферу частных интересов и частной жизни допускалось только с согласия самих пострадавших, либо признава- лось, что между областью общественных и частных интересов имеется полоса смешанных уголовно-частных преступлений,в которых если вы- честь частный элемент,то в остатке получится столь малая вина в отношении к обществу, что карать за нее не стоит. Сторонники такой точки зрения в подтверждение своего вывода ссылались на то,что история развития судопроизводства свидетельствует о защите частных интересов обиженных путем строгого наказания обидчиков еще до

  • 48 -

того,как появилось государство и его органы публичной власти1.

Существовал на данную проблему и иной взгляд, в соответствии с которым, отрицалось наличие преступлений, затрагивающих лишь частные интересы граждан и обращалось внимание на то, что, пос- кольку законом за любое преступление предусмотрено уголовное, на- лагаемое от имени государства наказание, то и правонарушение яв- ляется публичным, затрагивающим публичный, а не частный интерес.

При этом подчеркивалось, что юридическая природа преступлений такова,что преступник совершением противоправного деяния возвышает свою субъективную волю над объективной, а наказанием он опять подчиняется нравственному порядку. Поэтому наказание признавалось своего рода элементом публичного, государственного характера, которое государство вправе применить, восстановив нарушенный преступлением порядок,независимо от мнения и воли потерпевших. Активно обосновывал подобную точку зрения в ходе дискуссий в до- революционный период известный русский ученый А.К. Резон.2

После революции, в годы Советской власти, подобные взгляды получили дальнейшее развитие. При этом выдвигался тезис о несостоятельности противопоставления интересов отдельной личности интересам общества, а поскольку они неотделимы,деяние,влекущее государственное наказание, не могло считаться посягательством только на отдельное лицо.Утверждалось,что законодатель относил некоторые дела к частным не потому, что они затрагивали частные интересы,а

1 См. Муравьев Н. В. Поокурооский надзоо в его устройстве и деятельности. “ М., 1889, С. 12*. Неклюдов Н. А. Руководство для мировых судей. Уставы о наказаниях. Спб., 1874, С.19. Полянский Н.П. К вопросу об участии частных лиц в публичном обвинении. М. ,1915, С. 9. Спасович В. Д. Учебник уголовного права. Спб.. 1863. С. 314. Таубер Л.Я. Жалоба потерпевшего при преступлениях неофициальных. Харьков 1909, С.337.

2 См. Резон А.К. О преступлениях, наказуемых по жалобе потерпевшего по русскому праву”. Спб., 1883, С. 5-6.

  • 49 -

потому, что это дела о такого рода действиях,которые становились общественно опасными и от чисто субъективных условий:от взаимоот- ношений между участниками конфликта, от того, как содеяное восп- ринималось пострадавшим1.

Указанные точки зрения на роль частных интересов при выделении частного обвинения в самостоятельный вид обвинения отразились затем во взглядах ученых при определении понятия преступления, в частности, при определении его признака - общественной опасности.Результатом этой дискуссии явилось указание в ст.14 УК РФ на то,что преступлением признается ОБЩЕСТВЕННО ОПАСНОЕ ДЕЯНИЕ.

Прежде чем приступить к обоснованию своей позиции на данную проблему, представляется важным обращение к сущности термина “интерес”,поскольку последний является важным условием жизнедея- тельности людей. В этой связи примечательно высказывание Гельвеция, который подчеркивал,что “если физически вселенная подчинена законам движения, то и нравственная вселенная настолько же подчинена законам интересов.Интерес есть могущественный чародей,изменяющий в глазах всех созданий,форму всех предметов.”2

Не вдаваясь в споры ученых относительно понимания сущности “интереса”, ограничимся определением данного термина - как потребности,вызванной объективной необходимостью. При этом в юри- дической литературе приводилась следующая классификация частных интересов.

1 Гуценко К.Ф, Частное обвинение в советском уголовном процессе. // диссертация кандидата юр. наук. М.,1958.,С.25., Он же К вопооеу о частном обвинении в советском уголовном процессе. /Правоведение. 1959, 4, С. 139. Душанов Н.Д. Понятие преступления. М., 1958, С. 157. Катькало СИ. .Лукашевич В. 3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С. 28-23, Полянский Н.Н. Воп-оосы теории уголовного процесса. МГУ, 1956,С.84.

2 Гельвеций К. Энциклопедия мысли. (Под ред. Хооомина Н.Я. ) М. .1994, С. 187.

  • 50 -

Личные неимущественные интересы:

а) относящиеся к внутренней духовной жизни, представляющей собой мир мыслей и чувств человека:

б) в сфере непосредственного межличностного общения (пере писка, телефонные разговоры, телеграфные сообщения и иные способы передачи интимной информации);

в) в сфере личного и семейного быта, досуга.

Имущественные интересы: (владеть, пользоваться, распоряжаться
частной собственностью) .1

На наш взгляд, в самостоятельную группу можно было бы выделить еще частные интересы в области здоровья, тем более, что и в ст. 41 Конституции Российской Федерации провозглашается право каждого человека на охрану здоровья и медицинскую помощь. Такая классификация частных интересов могла бы способствовать определе- нию круга составов преступлений, преследование за которых следует осуществлять в порядке судопроизводства, свойственного делам частного обвинения. Ведь, как правильно отмечалось в юридической литературе, частная жизнь есть та область существования человека, которая относится к отдельному лицу, принадлежит и дорога ему, касается только его, а не общества и государства.2

Несмотря на наличие определенных сходных свойств, позволяющих отграничить друг от друга сферы интересов в какую-то группу, каждый человек настолько уникален и неповторим, что интересы каж- дого индивидуума не совпадают целиком и полностью с интересами

1 См.: Никулин С. И. Уголовный закон и частный интерес. М., 1994. С.4-5. Черепахин Б.Б. К вопоосу о частном и публичном пра ве. М., 1994. С. 15.

2 См.: Москалькова Т.Н. Гарантии неприкосновенности частной жизни гоаждан в уголовном процессе в свете судебной оеформы. М.-Тюмень, 1995. С. 57.

  • 51 -

любой социальной группы, в которую он включен, а также с интересами государства. Именно поэтому при любых самых совершенных формах общественного устройства проблема частного интереса в силу индивидуальности каждой личности должна сохраняться. Однако, вследствие того, что частные интересы существуют в самых различных формах, проявлениях, возникают определенные сложности их вза- имоотношений с коллективными, общественными и государственными интересами. Поэтому рано или поздно перед каждым государством при нормотворчестве встает проблема учета частных интересов наряду с публичными.

Взгляд на историю развития человеческого общества как на объективный процесс позволяет согласиться с мнением ученых, что процесс взаимного влияния общества и каждого индивида друг на друга неизбежен, объективен, характерен для самых совершенных форм общественного устройства. Поэтому любое государство должно уважительно относиться к частной жизни людей, их интересам, осо- бенно в сфере духовной жизни, межличностного общения , в кругу семьи. Данный принцип нашел свое отражение во Всеобщей декларации прав человека, в которой закреплена недопустимость вмешательства в личную и семейную жизнь граждан.

Во многих современных развитых государствах признается право каждого гражданина на частную жизнь и в конституциях провозг- лашается незыблемость частных интересов. Наличие таких прав приз- нается своего рода критерием цивилизованности того или иного об- щества. Не является исключением и ныне действующая Конституция Российской Федерации, в статье 23 которой указывается, что “каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайны, защиту чести и доброго имени”1.

Конституция Российской Федерации. М., 1994. С. П.

  • 52 -

А ведь еще совсем недавно в России само понятие “частный интерес” вызывало резко отрицательное отношение с точки зрения исходных начал беспредельно господствовавшей социалистической идеологии, а поэтому заменялось более нейтральными словами “личный” или “индивидуальный”.

Однако, за таким, на первый взгляд, лингвистическим камуфляжем, на наш взгляд, скрывался довольно глубокой смысл. Термин “личный”означает “касающийся непосредственно какого-нибудь лица, принадлежащий какому-нибудь лицу”, а смысл термина “частный” вы- ражен иначе - “принадлежащий отдельному лицу, не обществу, не го- сударству”1. Тем самым подчеркивалось противопоставление частного публичному.

Ведь всякое правовое регулирование в конечном^ счете имеет место ради служения тем или иным интересам человека, ради удовлетворения тех или иных потребностей, а прием регулирования должен соответствовать регулируемым интересам, то есть частные интересы должны защищаться в порядке частного обвинения.

Именно поэтому мы полностью разделяем позицию ученых, усматривавших частный интерес при совершении в отношении потерпевшего любого преступления, а по преступлениям, преследуемым в порядке частного обвинения, этот интерес значительно преобладает над общественным в силу того, что касается сугубо личных, частных прав, таких как право на честь, достоинство и т.п..На наш взгляд, любое преступление, где потерпевшим выступает не юридическое, а частное лицо, затрагивает частные интересы этого лица. Именно поэтому он и признается потерпевшим, которому причинен моральный, физический

1 Замашкин Ю. А. Частная жизнь, частный интерес, частная собс- твенность. /Вопросы философии/ 1991. М С.З.

  • 53 -

или материальный вред. Но существуют составы преступлений, объектом посягательства которых является более частный интерес, чем общественный. Поэтому такие преступления преследуются в порядке частного обвинения. Их перечень не должен толковаться и расширяться произвольно.

Напрашивается вывод, что. прежде чем отнести преступление к преследуемому в порядке четного обвинения, следует убедиться, что в большей мере им затрагивается не публичный, а частный интерес.

Мнение о том, что возложение на лицо процессуальных обязанностей осуществлялось в защиту публичных интересов, во имя интересов общества противоречит объективной необходимости полного признания, обеспечения прав и свобод человека и гражданина. Странным выглядит такое понимание интересов общества, когда их защита требует практически бесправного положения людей, составляющих это самое общество. Гражданское общество, каким оно видится в научных исследованиях, совсем не заинтересованно в том, чтобы поведение людей регулировалось в основном с помощью юридических обязанностей, посредством общественного ущемления их прав и свобод. Уделение повышенного внимания публичному интересу, как отмечалось в юридической литературе, всегда оборачивалось стеснением, либо полным игнорированием частного, индивидуального начала в об- щественных отношениях1. История развития многих государств учит, что неограниченное вмешательство государства в частную жизнь - свойство деспотического режима, власти. Если публичный, всеобщий интерес вступал в противоречие с интересами личности, тогда тяготы и лишения налагались на членов общества вопреки их правам и интересам.

г_СмП Демидов И.Ф. Проблема прав человека в российском уголовном процессе. М., 1995. С. 38-39.

  • 54 -

Уголовно-процессуальное законодательство многих государств допускает вмешательство в сферу частной жизни и частных интересов лишь по волеизъявлению самих пострадавших, либо с санкции суда, прокурора при соблюдении соответствующих требований закона. Следует отметить, что перед законодателями часто вставал вопрос о приоритете общественных или частных интересов, поскольку предпоч- тение одним из них несомненно ущемляло другие. На наш взгляд, не- оправданы чрезмерная забота ни об интересах общества, ни о частных интересах его членов. Ведь в результате смещения интересов личности в ту или иную сторону могут пострадать интересы государства, на которое возлагается обязанность обеспечения их соблюдения. Требуется разумное сочетание всех интересов. Эта тенденция должна найти свое отражение в законах, в том числе, регулирующих уголовно- процессуальные отношения.

При разработке нового уголовно-процессуального кодекса РФ ученым придется столкнуться с данной проблемой. В значительной мере направление уголовной политики государства будет зависеть от того, что будет провозглашено высшей ценностью в обществе. Принятая в 1993 г. Конституция РФ отдала предпочтение личности, ее правам и свободам. Однако, это обстоятельство.не свидетельствует о пренебрежительном отношении к обществу, состоящему из отдельных личностей.

Следует признать, что обвинение частным лицом далеко не по каждому делу может быть эффективным. Для этого потребуются свободное время, денежные средства и желание быть обвинителем. В связи с этим государство не должно быть в стороне от указанных проблем, обязано всячески помогать частным лицам в преследовании обидчиков путем сбора доказательств обвинения, защищать интересы слабых и неимущих. В этой связи заслуживает одобрения предложение

  • 55 -

авторов проекта УПК РФ, рассматриваемого Государственной Думой,в котором, помимо прямого обращения пострадавших не только с жалобой к мировому судье, предусмотрена возможность обратиться -.и в органы дознания, помогающие частным обвинителям собирать доказательства виновности обидчика для привлечения того к уголовной от- ветственности.

б/ преступления представляют небольшую общественную опасность .

Тезис об общественной опасности преступлений поддерживается большинством ученых. В современной юридической литературе ему уделялось повышенное внимание,а само понятие общественной опасности определялось следующим образом. Во многих учебниках уголовного права под общественно опасными действиями, бездействиями понимались те, которые посягали на охраняемый советским уголовным правом объект, причиняли вред этому объекту или ставили его в опасность причинения вреда1.

В.Н.Кудрявцев определял понятие общественной опасности следующим образом - “Общественная опасность преступных действий состоит в том вреде, который они причиняют или могут причинить государству”2 .

Л.Шуберт отмечал, что “общественно опасными признаются те деяния, которые господствующий класс считает вредными для своих интересов”3.

Н.Ф. Кузнецова считала, что “общественная опасность деяния

1 См.: Советское уголовное право. Общая часть. М., 1962. С. 124. Советское уголовное право. Общая часть. М., 1968. С. 101. Советское уголовное право. Общая часть. М., 1982. С. 33.

2 См.: Кудрявцев В.Н. Что такое преступление М., 1959, С. 8.

3 См.: Шуберт Л. Об общественной опасности преступного дея ния. М., 1960. С. 20.

  • 56 -

состоит в том, что оно причиняет вред или создает угрозу причинения определенного вреда социалистическим общественным отношениям”1.

О.Ф.Шишов определял общественную опасность - как объективное социальное свойство, основное содержание деяния лица, направленного против социалистических общественных отношений2.

Таким образом, общественная опасность в юридической литературе представляется как объективное свойство, способность деяния причинять вред общественным отношениям и одновременно это оценочная категория, базирующаяся на классовом подходе в анализе откло- няющегося поведения человека. Следовательно, в понимании общест- венной опасности в юридической литературе можно отметить два под- хода. Одни ученые, такие как Ю.И.Ляпунов, B.C. Прохоров считали, что общественная опасность - категория сугубо социологическая, социальная3.

Другие ученые полагали, что общественная опасность-понятие классовое и в связи с этим ее главным признаком видели причинение ущерба общественным отношениям4.

На наш взгляд, представляется более аргументированной и обоснованной первая точка зрения, в соответствии с которой об- щественная опасность деяния состоит в причинении вреда общественным интересам. Ссылка при этом на социалистические отношения в настоящий период развития общественных отношений у нас в стране

1 См.: Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. М.,1969, С. 60.

2 См.: Шишов О.Ф. Преступление и административный просту пок.. М., 1967. С. 90.

3 См.: Ляпунов Ю.И. Общественная опасность деяния как уни версальная категория советского уголовного права. М., 1989. С. 39’. Прохоров В. С. Преступление и уголовная ответственность. Л, 1987. “С. 18.

4 См.: Ковалев М.И. Советское уголовное право. Свердловск, 1971. С. 67.

  • 57 -

представляется неуместной. Лишь в случае причинения вреда либо отдельным членам общества, его коллективам, группам людей, либо их интересам, деяние может быть признано общественно опасным. Классовый подход к общественной опасности деяний является неполным , поскольку не отражает их подлинного содержания и не позволяет объективно разобраться в том, кто дает отрицательную оценку деяния, посягает ли деяние на основные ценности в обществе. Поэтому мы солидарны с учеными, утверждавшими, что лишь те действия или бездействия дееспособного лица, которые угрожают или причиняют ущерб общественным интересам, общественньм отношениям (а в данном случае под общественными понимаются в том числе и частные интересы пострадавших, которые законодатель провозглашает общественными и защищает их), охраняемым уголовным законом, являются общественно опасными.

В отличие от других правонарушений преступления представляют большую опасность для всей системы общественных отношений. Об- щественная опасность - это признак, который присущ всем деяниям, получающим отрицательную оценку со стороны общества и настигаемым общественным осуждением. Ему присуще разграничение в зависимости от количественных параметров, а поэтому обоснованно употребляется в юридической литературе такое понятие как преступления, предс- тавляющие малую (небольшую) общественную опасность, небольшой тя- жести.

В юридической литературе высказывались различные мнения от- носительно роли общественной опасности деяния при отнесении его к преследуемым в порядке частного обвинения. Так на возражение Л.Д. Кокорева , отрицавшего малую общественную опасность деяния в ка- честве признака частного обвинения, С.И.Катькало и В.З.Лукашевич отвечали следующим образом. Они признавали, что есть в уголовных

  • 58 -

кодексах деяния, общественная опасность которых не больше, чем у

^ преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, но они к

таким не относятся. Вместе с тем, подчеркивалось, что никто не го-

  • ворит о возможности отнесения того или иного преступления к прес ледуемым в порядке частного или публичного обвинения лишь по признаку общественной опасности.1 Кроме того,можно было бы допол нить это возражение наличием реальной возможности у законодателя в будущем именно, исходя из общественной опасности деяния , при наличии иных оснований отнести их к преследуемым в частном поряд ке. По такому примерно пути развивалось в России уголовное зако-

ф нодательство. Так, в уголовном кодексе РФ, вступившем в силу с 1 января 1997 г. появилась новая статья 76, предусматривающая возможность освобождения от уголовной ответственности за примирением сторон в случае, если лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, примирилось с потерпевшим и загладило причиненный ему вред.

  • В новом Уголовном кодексе Российской Федерации предпринята попытка значительно ограничить господство публичного начала и ак-

w тивнее учитывать волю потерпевших при уголовном преследовании виновного. Согласно ст. 76 УК РФ от уголовной ответственности может быть освобождено лицо, впервые совершившее любое преступление небольшой тяжести, то есть умышленное или неосторожное деяние, за которое установлено максимальное наказание до двух лет лишения свободы. К этой группе преступлений отнесены такие составы преступлений: причинение тяжкого или среднего вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113), причинение такого же вреда при превышении

-# пределов необходимой обороны, либо при превышении мер, необходи-

• , “

1 См.: Кокорев Л.Д. Потеопевший от преступления в советском уголовном процессе. Воронеж, 1964. С. 78-80, Катькало СИ., Лукашевич В. 3. Указанная работа. С. 46.

  • 59 -

мых для задержания лица, совершившего преступление (ст. 114), умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115), побои (ст. 116), угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119), нарушение неприкосновенности частной жизни (ст. 137), причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием без отягчающих признаков (ст. 165), коммерческий подкуп без отягчающих обстоятельств (ст. 204), вандализм (ст. 214) и десятки других преступлений.1

Еще одну точку зрения на данную проблему высказал AiM. Ларин, который не отрицал роли общественной опасности деяния при отнесении того или иного преступления к преследуемым в порядке частного обвинения. Однако, он значительно принижал роль данного фактора. При этом указывал на то, что “ степень общественной опасности не является постоянной величиной даже к определенным типам преступлений. О действительной, а не абстрактной степени общественной опасности деяния, можно судить лишь по конкретным обстоятельствам”2. Нам представляется подобное мнение не совсем правильным и убедительным. Никто не возражает против изменчивости уровня общественной опасности того или иного деяния в определенные исторические моменты. Если вдруг завтра или в ближайшее время общественная опасность клеветы приравняется к общественной опасности убийства, то едва ли законодатель отнесет такое деяние к преследуемым в порядке частного обвинения.Поэтому не следует принижать роль небольшой опасности деяния в выделении частного обвинения в самостоятельный вид обвинения,а дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел.

1 См.Гауфман Л.Д.,Максимов СВ. Уголовный кодекс РФ.Общий комментарий. Сравнительная таблица. М.,1996, С.25-26.

2 Лаоин A.M. Защита ггоав потеопевшего в уголовном пооцессе М., 1993*. С. 196.

  • 60 -

В этой связи хотелось бы обратить внимание на административные правонарушения,которые также могут затрагивать в большей степени частный интерес отдельных граждан, а не публичный интерес.

Достаточно вспомнить проект “Кодекса уголовных проступков”, подготовленный авторским коллективом Всесоюзного института по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности под руководством заведующего сектором этого института В.И.Курляндско-го в 1973 г. Именно в данном проекте предусматривалось соединение норм материального и процессуального права, поместив в одном Кодексе как общие положения об уголовных проступках, их понятие, о взыскании, так и порядок рассмотрения дел об этих проступках.

В частности, под уголовным проступком предлагалось понимать предусмотренное особенной частью кодекса и приложением к нему де- яние (действие или бездействие), по степени, своей общественной опасности не являющееся преступлением, но нарушающее социалисти- ческий правопорядок, охраняемые законом интересы государства и общества, а также права и интересы отдельных граждан.

В силу того, что особой опасности для общества отдельные ад- министративные проступки не представляют,мы полагаем вполне до- пустимым и приемлемым существование особого порядка привлечения виновных к административной ответственности за правонарушения, аналогично судопроизводству по делам частного обвинения. Хотя в настоящее время отсутствует административно-процессуальный кодекс РФ, а производство по административным материалам,в том числе и в суде, регулируется кодексом РСФСР об административных пра- вонарушениях, вполне допустимо, на наш взгляд, начинать произ- водство при совершении отдельных административных правонарушений (проступков) лишь при волеизъявлении на это лиц, пострадавших от этих деяний, не навушающих в большей степени общественного инте-

  • 61 -

реса. Тем более, что административным законодательством предус- мотрена ответственность за целый ряд проступков, которые имеют материально-правовые основания выделения их в самостоятельную группу. Поэтому процедура привлечения за совершение таких прос- тупков может допускаться лишь по жалобе пострадавшего и возможно его примирение с лицом совершившим правонарушение.Например прос- тупки, предусмотренные статьями 401, 49, 96,1504,166 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях и другими.

в/ для установления наличия состава преступления имеет значение мнение потерпевшего.

Дело в том,что отдельные преступления обладают определенной уголовно-правовой спецификой - прямо посягают-на субъективные права граждан, на их честь,личное достоинство, здоровье. Поэтому зачастую трудно решить вопрос о наличии состава преступления в действиях того или иного лица и о степени их общественной опасности без учета субъективного мнения потерпевшего о содеянном,так как потерпевший лучше других осведомлен относительно причин совершенного против него преступления и той обстановки, в которой оно не только произошло,но и могло возникнуть. В отечественной уголовно- процессуальной литературе неоднократно приводилось в качестве примера высказывание о том,что одно и то же обращение с девушкой может быть ею воспринято и как ласка и как величайшее оскорбление.То или иное выражение, оскорбительное в глазах посто- ронних людей, может совсем иначе восприниматься лицом, к которому оно обращено. Даже нанесение побоев одним супругом другому может в оценке потерпевшего являться правомерным и вполне им заслуженным действием.

  • 62 -

На необходимость учета субъективного мнения потерпевшего по делам частного обвинения указывали многие авторы1. Однако,1 эта не- обходимость не означает,что по таким делам преступность деяния определяется самим потерпевшим.Учет субъективного отношения по- терпевшего к совершенному деянию помогает лишь в каждом конкретном случае установить действительную общественную опасность того или иного деяния. Поэтому возбуждение уголовных дел вопреки воле потерпевшего по заявлениям иных лиц,а не потерпевшего, могло бы привести к необоснованному привлечению к уголовной ответственности за совершение деяний, которые не являлись преступлениями.

г/ возможность освобождения правонарушителя от уголовной от- ветственности за содеянное с целью урегулирования конфликта (при- мирение сторон) и с целью непричинения еще большего вреда постра- давшему самим фактом обнародования содеянного.

Судебная статистика свидетельствует о том,что значительное количество преступлений совершается в результате всевозможных се- мейных, соседских конфликтов и ссор, а также на работе,то есть в той среде, где человек проводит значительную часть своей жизни. После судебного разбирательства и наказания виновного участники конфликта вынуждены совместно проживать и работать впредь .-Однако, конфликт между ними может не угаснуть после рассмотрения его в суде,а еще с большей силой разгореться и привести к совершению более тяжкого преступления. Результаты исследования уголовных дел об умышленных убийствах на бытовой почве свидетельствуют, что по-

1 См.:Гуценко К.Ф. О некоторых формах обвинения в советском уголовном процессе./Сов.государство и право. 1958, №4, С.127. Са- вицкий В.М/, Потеружа И. И. Потерпевший в советском уголовном про- цессе. М.,1963, С.95, Строгович М. С. Курс советского уголовного пооцесса. М., 1970, т. 2, С. 24.

  • 63 -

добные преступления довольно часто совершаются после судебных разбирательств конфликтов, происшедших на почве семейных, бытовых, трудовых отношений1. Если же такое разбирательство произойдет вопреки воле пострадавшего, все участники конфликта опять должны продолжать совместную жизнь в семье, общаться со своими соседями по квартире, со своими сослуживцами и так далее. Поэтому вмешательство посторонних лиц, в том числе государственных органов,приведшее к судебному разбирательству и огласке личных взаимоотношений между потерпевшим и обвиняемым, может не только не способствовать налаживанию отношений, а, наоборот, привести к дальнейшему их обострению, к втягиванию в орбиту конфликта посторонних лиц вопреки воле пострадавшего.

В связи с данными обстоятельствами примирение участников^ конфликта представляется лучшим способом его разрешения. Тем более, что обычно примирению сопутствуют извинения виновного перед пострадавшим.

При научной разработке проблемы категорий преступлений, охва- тываемых понятием “дела частного обвинения”,необходимо,как нам представляется, иметь в виду комплекс проблем, связанных с научными основами криминализации и пенализации деяний, поскольку осво- бождение от уголовной ответственности многие ученые-юристы обоз- начают как вид правоприменительной депенализации.При принятии за- конодательства должны приниматься во внимание и использоваться разработанные в науке принципы криминализации деяний или принципы оснований уголовно-правового запрета. Фундаментальной работой,пос- вященной этой проблеме, можно назвать коллективную монографию

  • См. : Калашников Н.Я. Судебное разбирательство дел частного обвинения. М., 1953. С. 12. Гуценко Л. Ф. К вопросу о частном об- винении в советском уголовном пооцессе./ Поавоведение. 1959. N4 . С. 137.

  • 64 -

“Основания уголовно-правового запрета”1.

Один из принципов криминализации деяний заключается во взвешивании положительных и отрицательных ее последствий. Положение о том, что уголовная ответственность при ее реализации с неизбежностью порождает некоторые нежелательные социальные последствия, является общепризнанным.Хорошо известно и то,что эти отрицательные результаты применения уголовного закона достаточно разнообразны. В частности, обращается внимание на то, что отрицательные последствия проявляются в негативном формировании личности подвергнутых уголовному наказанию людей,а также в деформации межличностных /семейных,дружеских,соседских/отношений. Поэтому, сколь ни было бы опасно то или иное поведение, его криминализация никогда не может рассматриваться как абсолютное благо, но всегда представляет собой жертвование одними интересами ради других,более значительных.Одним из способов компромисса между положительными и отрицательными последствиями криминализации как раз и является институт освобождения от уголовной ответственности.

Криминализируя деяние,наносящее существенный вред личности пострадавшего, государство выполняет свои обязанности по охране прав и свобод человека. В то же время, принимая во внимание отрица- тельные последствия криминализации,государство в ряде случаев идет на то,что разрешает самому этому человеку, пострадавшему от преступления,решить вопрос преследовать ли в уголовном порядке обидчика, требовать его наказания,либо помириться и простить ему свою обиду.Естественно,что речь может идти только о преступлениях небольшой общественной опасности,совершаемых в особой сфере об- щественных отношений.

1 См. Основания уголовно-процессуального запоета. Наука. М.,1982.

  • 65 -

Как отмечалось ранее,проблема сущности частного обвинения в отечественной науке разрабатывалась преимущественно специалистами в области уголовного процесса и традиционно считалось,что это именно ее предмет изучения.Вместе с тем, процессуалисты не могли обойти вопроса о том какие преступления могут преследоваться в порядке частного обвинения.В связи с этим,они отмечали,что это должны быть преступления небольшой тяжести, совершаемые в сфере межличностных отношений, и сами же определяли конкретный круг преступлений,в отношении которых применяется специальная процедура судопроизводства.Если же глубоко вникнуть в данную проблему,то становится очевидным,что она имеет одинаковые корни с проблемой освобождения лиц,совершивших преступления от уголовной ответс- твенности. Оба эти института призваны в определенной степени пре- одолеть две противоречивые тенденции: стремление оградить госу- дарство общество и каждую отдельную личность от преступных пося- гательств путем установления уголовной ответственности за совер- шение общественно опасных деяний и одновременно уменьшить отрица- тельные последствия криминализации.Близость этих институтов стала особенно очевидной,когда новый уголовный кодекс /ст. 76/, предус- мотрел еще одно основание освобождения от уголовной ответственности - примирение потерпевшего с обвиняемым,Возможность не только прекращать уголовное преследование за примирением,но и не начинать таковое если пострадавший этого не желает,что характерно для дел частного обвинения^ институты однопорядковые.Однако,если никто не возражал,что возможность освобождения лиц,совершивших преступление,от уголовной ответственности есть прерогатива мате- риального права,то относительно дел частного обвинения сложилась совсем иная точка зрения.Возможно такое положение объясняет-

  • 66 -

ся,во-первых, тем, что обозначение терминов “частное обвине-ние”, “дела частного обвинения” фиксирует внимание на специфике судопроизводства по определенной категории уголовных дел.

Во-вторых,это можно объяснить сложностью нормативного определения оснований отказа от уголовного преследования лиц, совер-‘ шивших преступления, определенной категории.Но как бы то ни было, разработка проблемы правовой природы преступлений, преследуемых по инициативе потерпевших, оказалась в исключительной компетенции процессуалистов, что явно неправильно1.

Комментируя ст.76 УК РФ, предусматривающую освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением сторон, авторы комментария отмечают,что в обществе практически не существует ох- раняемых уголовным законом частных интересов, безразличных госу- дарству. Тем не менее, с известной долей условности можно выделить категорию преступлений, от которых в первую очередь страдают личные или имущественные интересы физических лиц,называемых в уголовном процессе потерпевшими. Сразу обратим внимание,что приведенные соображения идентичны тем, которые в первую очередь приводятся процессуалистами,когда речь идет о категории уголовных дел,охватываемых понятием “дела частного обвинения”. Далее в ком- ментарии указывается: “Необходимо иметь в виду,что рассматриваемая норма как бы дополняет уголовно-процессуальное положение о том,что уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное дело подлежит обязательному прекращению в силу примирения обвиняемого с потерпевшим по делам частного обвинения.Применительно к таким делам примирение лица, совершившего преступление, с потер-

  • Под правовой природой мы понимаем социально-правовые основания выделения преступлений, преследуемых в том или ином пошдке.

  • 67 -

певшим является безусловным основанием освобождения этого лица от уголовной ответственности. м1

Мы абсолютно согласны с авторами комментария в том,что отказ потерпевшего от уголовного преследования,характерный для дел частного обвинения, есть не что иное как особый вид освобождения от уголовной ответственности.Однако, удручает то обстоятельство, что вместо сожаления о том,что законодатель не посчитал возможным определить категорию преступлений,уголовная ответственность за совершение которых может наступить только по требованию потерпев- шего, авторы характеризуют содержание ст.76 УК РФ как дополнение /подчеркнуто нами/ уголовно-процессуального законодательства.

Кроме того, существуют преступления,которые, как отмечали многие ученые, касаются сугубо личных сфер жизнедеятельности человека и оглашение, обнародование сторон этой жизни человека в суде ему крайне неприятны, а иногда могут иметь более отрицательные последствия, чем само совершенное в отношении его преступление. Эта особенность отдельных преступлений была подмечена некоторыми авторами и расценивалась ими как одно из оснований выделения дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел,требующих специального порядка судопроизводства.2

Таким образом, освобождение от уголовной ответственности и особенности преступления являются институтами материального уго- ловного права и их следует отнести к материальным основаниям вы- деления частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения в специальную категорию уголовных дел.

1 См. Комментарии к Уголовному кодексу Российской Федера ции. Общая часть. / Под ред. Скуратова Ю.И., Лебедева В.М. М., 1996, С. 211.

2 См.:Щегловитов И.Г. Главнейшие изменения уголовного про цесса, вызываемые новым уголовным уложением. Спб., 1903,С.9, Фой- ницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб,1896,Т.2,С. 28.

  • 68 -

ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ.

а/ возможность представления доказательств без проведения предварительного расследования вследствие использования в качест- , ее доказательств показаний очевидцев преступлений.

Какие преступления небольшой тяжести могут стать нормально доказуемыми без ущерба для морали и социально-положительных меж- личностных связей людей должны, конечно же, решать процессуалисты. Это еще раз подтверждает вывод о том, что проблема привлечения к уголовной ответственности за преступления, _ совершенные в особой сфере общественных отношений, есть проблема комплексная, которую необходимо решать с позиций как материального,так и процессуального права.

Для правильного понимания указанного основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения и дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел, на наш взгляд , следует остановиться на дискуссии,развернувшейся на страницах юридических изданий по проблемам единства и дифференцированности уголовно- процессуальной формы. Правовой основой для полемики явилось по сути различное толкование смысла ст.1 УПК РСФСР,в которой отражено, что “установленный уголовно-процессуальными законами порядок судопроизводства является единым и обязательным по всем уголовным делам и для всех судов, органов прокуратуры, предварительного следствия и дознания.”

М.С. Строгович и целый ряд других процессуалистов в своих

  • 69 -

публикациях обращали внимание на необходимость единого порядка для всех уголовных дел, воспринимая его как однообразный,не делающий никаких исключений. По их мнению,именно исключения из правил влекут за собой в процессе реализации массовое нарушение прав,свобод и законных интересов граждан,что проявилось в период сталинских репрессий. Поэтому они категорически возражали против закрепления в правовых нормах цивилизованного государства каких-либо специфических форм уголовного судопроизводства,отстаивая единство уголовно-процессуальной формы для любых категорий дел, в том числе и дел частного обвинения1.

Совершенно иная позиция по данной проблеме была у П.Ф. Пашкевича и его единомышленников.Исходя из объективной необходимости дифференциации уголовно-процессуальных форм,они_ понятие единого порядка судопроизводства понимали как совокупность комплексов различных условий, отличающихся друг от друга в зависимости от характера процессуальных действий,стадий его осуществления и других обстоятельств,но каждое из них четко предопределяло деятельность судьи,прокурора,следователя, лица, производящего дознание,в строгом соответствии со сложившимися обстоятельствами, подпадающими под один из комплексов,закрепленный в уголовно-процессуальном законодательстве2.

г См.: Строгович М. С. О единой фоше уголовного судопроизводства и пределах его дифференциации/УСоц. законность, 1974, 9, С.50-53. Петрухин И.Л. Об упрощенной /протокольной/ форме расследования преступления.//Проблемы правосудия и уголовного права. М.,1978, С.53. Кац Ц. 0 единстве и дифференциации уголовного су- допроизводства. //Соц. законность, 1975, 1, С. 65.

2 См.: Пашкевич П. Ф. Процессуальные формы уголовного судоп- роизводства нужно дифференцировать.// Соц.законность 1974, !Ю,С55. Арсеньев В. Д. 0 едином порядке производства по уголовным делам и пределах его дифференциации. //Вопросы борьбы с преступностью. Иркутск, 1970, С.63-72. Маршев С.А. 0 дифференциации форм уголовного судопроизводства. //Развитие и совершенствование уго- ловно-процессуальных Форм. Воронеж, 1979, С. 141-147.

  • 70 -

Опыт применения отечественного уголовно-процессуального за- конодательства свидетельствует о жизнеспособности последней точки зрения. Не только сохранился специальный раздел ускоренного су- допроизводства, но и в УПК РСФСР появилась специальная глава 34, предусматривающая регламентацию судопроизводства протокольной формы досудебной подготовки материалов.Затем перечень преступлений, по которым производится протокольная форма досудебной подготовки материалов, был расширен, в него были включены и преступления, которые преследовались в порядке частного обвинения. Соглашаясь с мнением процессуалистов,допускавших возможность применения упрощенных форм уголовного судопроизводства, мы полагаем, что не во всех случаях при совершении преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения,возникает необходимость проведения предва- рительного расследования.При этом не будут существенно нарушаться права и законные интересы граждан,поскольку дела частного обвинения при установлении обстоятельств совершения преступления харак- теризуются незначительной степенью сложности познавательной дея- тельности, отсутствует необходимость принудительного обеспечения надлежащего поведения обвиняемого и подозреваемого,проведения сложных процессуальных следственных действий.

К специфике дел частного обвинения многие авторы неизменно относили и такое свойство - очевидность преступления,не требующее предварительного расследования или дознания1. Однако, никто из них не попытался объяснить почему отсутствие необходимости досудебной подготовки в форме дознания,предварительного следствия должно быть характерно для дел частного обвинения.

Очевидно, что данное обстоятельство объяснимо тем,что при

1 Катькало СИ., Лукашевич В. 3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ, 1972. С. 44.

  • 71 -

производстве дознания и предварительного следствия в формах, уста- новленных уголовно-процессуальным законодательством (возбуждение дела, предъявление обвинения, составление обвинительного заключе- ния), такое дело уже теряет свою основную черту - предъявление обвинения частным лицом. Именно такой же признак лежит в отличии дел частного обвинения от дел частно-публичного обвинения.Подробнее эту проблему мы рассмотрим в другой главе, а сейчас лишь отметим, что на практике предварительное расследование ведется органами государства по таким делам, где обвиняемый является несовер- шеннолетним, либо суд,прокурор признают необходимость предвари- тельного расследования в соответствии с ч.1 ст.126 УПК РСФСР. Од- нако, такие дела не теряют иных признаков дел частного обвинения кроме формулировки и выдвижения обвинения не потерпевшим, а правоохранительными органами.

б/ необходимость показаний потерпевшего для правильного рассмотрения дела, поскольку именно он указывает цель разбира- тельства, представляет доказательства.

Как отмечали многие ученые, уголовный закон, устанавливающий ответственность за определенный вид деяний,может быть практически функционален и достаточно эффективен лишь в том случае,если все предусмотренные нормой признаки состава преступления,как правило, нормально доказуемы1. Это означает,что любой признак состава преступления должен быть так сформулирован,чтобы факт его сущест- вования мог быть обнаружен и доказан: 1) с достаточной степенью достоверности; 2)процессуально допустимыми действиями; 3) без

1 Злобин Г.А..Никифоров Б.С. Умысел и его форма. М., Юоид.лит. 1972, гл.5.

  • 72 -

ущерба для морали и социально-положительных межличностных связей людей.

Если пострадавший /потерпевший/не желает привлечения к уголовной ответственности лица,совершившего преступление небольшой общественной опасности,направленное против его личных (частных) интересов,то раскрыть и доказать с достаточной степенью достовер- ности, вне разумного сомнения,совершение преступления весьма проб- лематично. Этот момент особенно следует учитывать в связи с дейс- твием ст. 51 Конституции РФ, разрешающей гражданам,в том числе и

i

потерпевшим,не свидетельствовать против супруга и близких родс- твенников. Указанная норма Конституции направлена на то, чтобы преступления раскрывались и доказывались без ущерба для морали и социально-положительных межличностных связей людей.

Специфика дел частного обвинения состоит также в том,что возбуждение таких дел вопреки воле пострадавшего, даже когда пося- гательство на интересы последнего действительно имело преступный характер, не приводило бы к большим трудностям в установлении объективной истины. Ведь едва ли можно рассчитывать на получение от потерпевшего полных и объективных показаний в тех случаях,когда возбуждение уголовного дела осуществлялось вопреки его воле. На данное обстоятельство указывали в своей работе СИ. Катькало и В.З. Лукашевич1.

Таким образом,необходимость показаний1 потерпевшего в качестве одного из основных доказательств виновности лица,совершившего преступление,обоснованно признавалось одним из оснований выделения частного обвинения и дел частного обвинения.

1 См.: Катькало СИ.. Лукашевич 3.3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ,1972, С.37-33.

  • 73 -

в/ стремление определить справедливый порядок судопроизводства путем повышения активности граждан в борьбе с правонарушениями.

История развития человеческого общества свидетельствует о том,что в своих помыслах, желаниях человек всегда стремился не только к удовлетворению своих личных потребностей,интересов, но и мечтал о равенстве и справедливости.Лучшие умы человечества задумывались над тем как достигнуть претворения этих нравственных принципов в жизнь.Критерий справедливости уголовного судопроизводства выражался в тех целях и задачах,которые ставились перед им.Если в обыденной речи слова “цель” и “задача”,нередко употребляются как синонимы,то в научном обиходе,в частности при разработке проблемы справедливости,эти понятия различаются довольно четко.Задача выражает основное содержание деятельности,работы, а цель - ожидаемый результат. Иначе говоря,цель - то, чего мы1 хотим, а задача - то,что для этого мы должны сделать1.

В юридической литературе высказывались различные суждения по поводу задач и целей уголовного судопроизводства,которые Ьтражены, в ст.2 УПК РСФСР.Тщательный анализ им дан в монографии А.М.Ларина “Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффектив- ности”. Автор подчеркивал,что нельзя цель уголовного процесса сво- дить к применению норм уголовного права,поскольку уголовный процесс - не расправа.По его мнению она представлена следующими ком- понентами: 1)обнаружение истины по делу, 2)установление виновности

1 См.Александров Е.А.,Боголепов В.П. О некоторых организационных коитериях качества функционирования системы. В книге Организация” и управление /ВОПРОСЫ теории и практики/ М.,Наука, 1968, С. 58.

  • 74 -

лица,совершившего преступление,3)справедливое наказание виновного, 4) реабилитация невиновного,5)воспитательное действие на граждан, 6) пресечение и предупреждение преступлений.1 Мы полностью разделяем указанную точку зрения,в том числе и в части стремления установить истину по делу,поскольку в противном случае теряет смысл назначение правосудия.

Задачей уголовного процесса является раскрытие преступлений, изобличение виновных, правильное применение закона.Поэтому несомненно, что цели и задачи уголовного судопроизводства выполнимы лишь в случае, если они стали восприниматься хотя ,бы большинством членов общества. Если же этого не происходит, то едва ли можно расценивать такое уголовное судопроизводство справедливым. В этой связи примечательно высказывание В.А. Трапезникова, что “человек - это активное звено со своими личными целями и желаниями, не всегда совпадающими с целями системы,в которой он работает. Чтобы придать этому звену необходимые характеристики, человека нужно поставить в такие условия,создать такие правила действий, чтобы он на основе своей адаптационной способности настроил собственные характеристики желательным образом”.2 Человечество постоянно пыталось усовершенствовать порядок судопроизводства и вынуждено было это делать в силу объективных законов развития и совершенствования общества и общественных отношений. При этом законодатель вынужден был считаться с интересами пострадавших от преступлений, учитывать их мнение по поводу их активного участия в осуществлении правосудия в различных формах. Поэтому использова-

1 См. Ларин A.M. Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М., Наука, 1979, С. 218-228.

2 См. Трапезников В.А. Человек в системе упоавления. Автома тика и телемеханика. 1972, 2,С 5.

  • 75 -

лось многообразие форм уголовного судопроизводства, в том числе и судопроизводство в порядке частного обвинения. Таким образом, можно сделать уверенный вывод,что необходимость совершенствования судопроизводства с целью соответствия его критериям справедливости послужила одним из объективных оснований выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения,а дел частного обвинения в особую категорию дел.К тому же данное основание следует отнести к процедуре судопроизводства.

г/ невозможность привлечения к уголовной ответственности всех лиц, совершивших преступления и существование латентной преступности.

Хотя наличие данного обстоятельства не отрицалось и не отрицается большинством ученых и практических работников,ранее не принято было говорить о высокой латентной преступности. В качестве одной из причин такого положения называлось наличие в уголовном процессе в качестве одного из принципов - неотвратимости наказания. И ныне действующий УПК РСФСР содержит норму,где указано,что одна из задач уголовного судопроизводства - чтобы каждый совер-1 шивший преступление был подвергнут справедливому наказанию.Отсюда на практике - активная регистрация очевидных преступлений,не представляющих большой общественной опасности, и недостаточная ра- бота при раскрытии преступлений в экономике ,тщательно спланиро- ванных, совершенных организованными группами. Такое положение,как показал опрос судей из различных регионов России, проходивших обу- чение в Российской Правовой Академии Министерства Юстиции РФ,наи-

  • 76 -

более ярко проявилось после того как преступления, преследуемые в порядке частного обвинения,были включены в ст. 414 УПК РСФСР. С целью повышения показателей раскрываемости преступлений работниками милиции активно регистрировались подобные незначительные преступления,а в то же время тяжкие преступления оставались без достаточного внимания в силу загруженности работой различных служб. Тот факт, что правоохранительные органы не в состоянии выявить все совершаемые преступления и привлечь к уголовной ответственности всех виновных в этом лиц, позволяет с достаточной ‘уверенностью констатировать, что в уголовно-процессуальной деятельности должны принимать активное участие не только государственные (публичные) органы, но и частные лица. Данная проблема особенно1 обостряется в периоды социальных потрясений, реформирования органов правосудия, в том числе в нынешний период, переживаемый нашим государством. Подобную точку врения разделял А.М. Ларин1.

Именно реальным взглядом на преступность объясняется отсутствие в проекте УПК РФ, внесенном на рассмотрение Государственной Думы Федерального Собрания РФ, в ст. 6 указаний о необходимости соблюдения принципа, неотвратимости наказания и наличие ссылки на гарантированность защиты личности, ее прав и свобод. То есть предлагается отказаться от декларирования желания,которое невозможно исполнить по вполне объективным причинам. Поэтому сле- дует согласиться с выводами юристов о распространенности правона- рушений, совершаемых в кругу семьи, на почве бытовых взаимоотно- шений, настолько, что если за все общественно-опасные деяния, имевшие место в нашем обществе, привлекать виновных к уголовной

1 См. Ларин A.M. Наш инквизиционный процесс. /В сборнике научных трудов ‘Судебная власть: надежды и реальность. М. 1993, С. 61.

  • 77 -

ответственности,то тюрьмы будут переполнены,а конфликты между людьми приобретут еще большую остроту1. В этой связи следует признать невозможность привлечения к уголовной ответственности всех преступников в качестве самостоятельного процессуального основания для выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения,а дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел.

Обобщая вышеизложенное в данном параграфе,можно сделать следующие выводы:

1.Вопрос об основаниях выделения частного обвинения в самос- тоятельный вид обвинения,а дел частного обвинения в особую кате- горию уголовных дел требует своего более глубокого исследования. Основания эти могут быть классифицированы в зависимости от предмета разграничения на материально-правовые и процессуальные.

2.Наиболее важным из всех вышеисследованных является материально- правовое основание - наличие в обществе частного интереса отдельных лиц, который играет существенную роль при осуществлении правосудия.

3.Уголовное судопроизводство во многом зависит от положения личности в государстве,а также от учета интересов граждан при нормотворчестве.

4.Признак общественной опасности деяния присущ всем преступлениям, состоит в причинении, вреда не только общественным, но и частным интересам, а там, где общественные интересы ущемляются в!

1 В научных исследованиях неоднократно подчеркивалась расп- ространенность дел частного обвинения,количество которых в’ от- дельные периоды составляло до 40 процентов от дел,рассмотренных судами России, хотя к деяниям, преследуемым в таком порядке, было отнесено незначительное количество преступлений (предусмотренных ст. 112,ч. 1ст. 130,ст. 131 УК РСФСР). *См. Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М.Юр.литература,1991, С.71. Катькало СИ. Лукашевич В.3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С. 9.

  • 78 -

меньшей степени, чем частные, судопроизводство должно осущест- вляться в порядке,свойственном делам частного обвинения.

5.Классификация частных интересов будет способствовать определению перечня преступлений,преследуемых в порядке частного обвинения.

6.Преследование гражданами своих обидчиков в частном порядке может иметь место не только в уголовном порядке,но и в административном, поскольку отдельные административные проступки в большей степени затрагивают не публичные,а частные интересы.

7.Институт освобождения от уголовной ответственности за примирением сторон является своего рода компромиссом между положительными и отрицательными последствиями криминализации деяний.

8.Исследование правовой природы преступлений, преследуемых по инициативе пострадавших,должно проводиться комплексно,не только процессуалистами, но и специалистами в области материального уго- ловного права.

9.Основными критериями отграничения частного обвинения от частно- публичного и публичного обвинения являются выдвижение,формулировка и поддержание обвинения частным лицом, а не правоохранительными органами.

  • 79 -

§ 3. Определение перечня преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения.

При рассмотрении указанной проблемы, как нам представляется, следует обратить внимание на два аспекта. Во-первых, нормы про- цессуального или материального права должны определять такой пе- речень преступлений? Во-вторых, какие конкретно составы преступ- лений должны войти в указанный перечень?

К сожалению, советские процессуалисты, на наш взгляд, недостаточно уделяли внимания исследованию указанных проблем.

Вопрос о том, материальное или процессуальное законодательство должно определять круг преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, активно обсуждался в период проведения в России судебно-правовой реформы в конце XIX века. В этой связи при- мечательно мнение Щегловитова И. Г., считавшего, что определение уголовно-частных преступных деяний обыкновенно помещается в уго- ловных кодексах, что наиболее правильно, так как институт частной жалобы коренится в особых свойствах деяний, признаваемых уголовно- частными, но отнюдь, не в процессуальных условиях их преследования. 1

Соглашаясь с И.Г. Щегловитовым в том, что определение круга преступлений, которые могут преследоваться по процедуре частного обвинения, - прерогатива уголовного законодательства, нельзя сог- ласиться с его выводами о том, что не должны учитываться моменты, связанные с процессуальной осуществимостью уголовного преследова- ния. Действительно, в российском законодательстве XIX века пере-

1 См.: Щегловитов И. Г. Главнейшие изменения уголовного процесса, вызываемые новым уголовным Уложением. СПб, 1903. С. 6.

  • 80 -

чень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, со- держался в нормах не процессуального, а материального права. Так в ст. ст. 18 и 19 “Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями” указывалось, что “проступки против чести и прав частных лиц, означенные в ст. 84, 103, 130-143 и 145-153, подлежат наказанию не иначе как по жалобе потерпевших обиду, вред или убыток … кража, мошенничество и присвоение чужого имущества между супругами, а также между родителями и детьми подлежат наказанию не иначе как по жалобе потерпевшего убыток лица.” В статье 20 этого же Устава подчеркивалось, что “проступки, означенные в статьях 18 и 19, не влекут за собой наказания в случае примирения обиженного или потерпевшего убыток с виновным в проступке лицом”.1

В польском и югославском законодательстве порядок преследования за преступления, включая и порядок преследования по частному обвинению, до сих пор определяет материальный закон.2 Данная проблема нашла свое отражение в монографии A.M. Ларина, где дан анализ взглядам польских процессуалистов на частное обвинение. Отмечено, что уровень разработки проблем частного обвинения в разных странах неодинаков. Кроме того, подчеркивалось, что поль- скому праву неизвестно понятие частных преступлений в том смысле, в каком они известны, например, римскому праву. Однако, из того, что нет частных преступлений, . не следует вывод, что все преступления публичные и что потерпевший, выступая в качестве частного обвинителя, действует как орган государства.

Автором монографии, как нам представляется, правильно подмечено, что, хотя в польском законодательстве порядок преследования

1 См.: Российское законодательст во Х-ХХ веков. Под ред. Чистякова 0.И., Т. 8. М., 1991, С. 397.

2 См.: Ларин A.M. Защита прав потерпевших в уголовном про цессе. М. , 1993, С. 193, 217.

  • 81 -

за совершение преступлений, включая и порядок преследования по частному обвинению, определяет материальный закон, правила о том, какие преступления преследуются в этом порядке, содержат уголовный кодекс и другие материальные закон. Однако, эти положения являются процессуальными, несмотря на то, что находятся в материальном законе.

Исследование оснований выделения дел частного обвинения в специальную категорию уголовных дел, как нами утверждалось ранее, свидетельствует о том, что проблема эта комплексная, решаемая только путем одновременного исследования института частного обви- нения как в материально-правовом, так и в процессуальном аспектах. При этом перечень составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, все же должен содержаться в нормах ма- териального, а не процессуального права, поскольку материально- правовые основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения более значимы и относятся непосредственно к преступлению, подчеркивают его характерные отличительные черты.

В юридической литературе приводились взгляды ученых, как возражавших против расширения круга составов преступлений, прес- ледуемых в порядке частного обвинения, так и ратовавших за значи- тельное увеличение такого перечня. Если для первых было характерно обращение к истории уголовного процесса, признание того, что преступления постепенно утрачивают тот частный характер, который они носили в древнейшие исторические эпохи, соответственно й на- казание стало носить только публичный характер.* То, другие, нао-

1 См. Резон А.К. О преступлениях, наказуемых только, по жалобе потерпевшего по русскому праву. СПб., 1882, С. 5-6, 11:; Фойт ницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства, Т. 1, издание 2, СПБ., 1896, С. 2, 9.; Александров А.С. Диспозитивность в уголовном процессе. // Автореферат’диссертации кандидата юридических наук. Н. Новгород, 1995, С. 13.

  • 82 -

борот, полагали, что отдельные преступления затрагивают в основном частные права и интересы граждан и поэтому государство не должно без их желания вмешиваться в их взаимоотношения с обидчиком, привлекая последнего к уголовной ответственности без волеизъявления на то пострадавшего. Поэтому они предлагали дополнить перечень преступлений, преследуемых лишь по жалобам потерпевших.i Издавна государственное наказание за такие виды преступлений, как оскорбление, клевета, заменяло частное наказание и служило удовлетворению обиды пострадавшего. Как вид уголовно-процессуальной деятельности частное обвинение прошло долгую эволюцию, значительно изменило свой характер. Сопоставление уголовно-процессуального законодательства ряда стран позволяет сделать вывод о различной процедуре преследования за одни и те же преступления в разных государствах. В одних случаях - клевета, оскорбление преследуются в порядке частного, а в других - публичного обвинения. Случалось, что в одной стране определенные составы? преступлений в определенные исторические периоды преследовались по-разному. Поэтому создается впечатление, что в выборе порядка преследования некоторых преступлений решает в большей мере вкус создателей закона, их свободное убеждение, что преступление надо отнести к тому или иному порядку преследования. Во всяком случае, напрашивается вывод об изменении порядка преследования исходя не только из объективных причин, но и чисто субъективных. При этом

х Гуценко К.Ф. К вопросу о частном обвинении в советском уголовном процессе. / Правоведение. 1959. J# 4. С. 139; Полянский Н.Н. Вопросы уголовного процесса в связи с проектом УПК СССР. / Соц. законность. 1954. № 6. С. 25; Пашкевич П.Ф. Проблемы процес- суального обеспечения оперативности и быстроты судопроизводства. М., 1971. С. 80; Калашникова Н.Я. Общие условия судебного разби- рательства в советском уголовном процессе. М., 1963. С. 19*; Мос- калькова Т.Н. Гарантии неприкосновенности частной жизни гоаждан в уголовном процессе в свете судебной реформы. М., 1995. С/ 59:

  • 83 -

нельзя не отметить, что на уголовно-процессуальное законодательство накладывали свой отпечаток различные формы правления в госу- дарствах, а также субъекты принятия законов. Немаловажная роль при принятии законов отводилась общественной опасности того или иного деяния. Если законодатель усматривали что преступление, преследуемое в порядке частного обвинения, становилось более об- щественно опасным, увеличивалось количество такого рода преступ- лений, то изменялась процедура преследования виновных в совершении таких преступлений,а дела становились делами публичного обвинения. И, наоборот, в случае уменьшения общественной опасности деяния, оно либо декриминализировалось, либо преследовалось в порядке частного обвинения.

В России уголовное преследование носило первоначально исковой (судный порядок), но, как подмечено Фойницким И. Я., уже в период Московский некоторые дела (обыскные) ведались исключительно правительственными органами. С последовавшим затем водворением в русских судах порядка розыскного, участие частных лиц в уголовном процессе в качестве обвинителей постепенно было устранено. По Своду законов потерпевший продолжал называться истцом, но прав стороны в процессе уже не имел. В дальнейшем дело двигалось уже без его деятельного участия, в установленном порядке судебных инстанций. Участие частных лиц в уголовном обвинении получило более прочную постановку лишь с введением судебных Уставов от 20 ноября 1864 года.1

После октябрьской революции 1917 года перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, был значительно сужен.

1 См.: Фойницкий И. Я. Курс уголовного судопроизводства. СПб, 1896. С. 25.

  • 84 -

В годы Советской власти, особенно в период так называемого “Ста- линского правления”, стоял вопрос вообще об упразднении частного обвинения. Идеология приоритета общественных интересов над частными в тот исторический период активно пропагандировалась и наложила свой негативный отпечаток на уголовно-процессуальное законо- дательство. Тоталитарная система держалась на насилии, подавлении личности.

Учеными, полагавшими возможным расширить перечень составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, помимо клеветы, оскорбления, умышленного причинения побоев, легких те- лесных повреждений, предлагалось отнести:

  1. самоуправство;
  2. нарушение тайны переписки, нарушение неприкосновенности жилища;
  3. присвоение;
  4. воспрепятствование совершению религиозных обрядов;’
  5. кражу (без квалифицирующих признаков);1
  6. злостное уклонение от уплаты алиментов;
  7. угрозу убийством;2
  8. преступления небольшой тяжести против личности.3 Если обратиться к УПК Германии, то там потерпевший в порядке

1 См.: Рогова 0. И. Пределы проявления диспозитивных призна ков в уголовном судопроизводстве. Томск, 1994. С. 13; Петрухин И.Л. Правосудие: время реформ. М., 1991. С. 163-164; Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. С. 71; Яни П. С’. Если пострадавший собственник против уголовного преследова ния посягателя. / газета “Право и экономика” № 21 (59)” от 7 июня 1995 г. С. 8; Бусырев С.Н. Освобождение от уголовной ответствен ности и наказания с передачей материалов уголовного дела в това рищеский суд. Дисс… канд. юрид. наук. Свердловск, 1967. С. 18.

2 См. Проект уголовно-процессуального кодекса Российской Фе дерации, предложенный министерством юстиции Российской Федерации. М., С. 170.

3 Проект общей части уголовно-процессуального кодекса Рос сийской Федерации Государственного правового управления Президен та РФ. М. , 1994. С. 23.

  • 85 -

частного обвинения может возбудить преследование по делам еще и кроме изложенных выше - о преступлениях:

  1. нарушение неприкосновенности жилища;
  2. нарушение тайны переписки;
  3. причинение имущественного ущерба;
  4. нарушение закона о товарных знаках и т. д.
  5. Из приведенных выше предложений ученых и опыта зарубежных государств следует, что основными критериями при отнесении того или иного преступления к преследуемым в порядке частного обвинения являются, как уже нами ранее подчеркивалось, небольшая’общественная опасность преступлений, существенное затрагивание частного интереса, личных неимущественных прав граждан, закрепленных в Конституции. Однако, некоторые из указанных преступлений1 посягают не только на субъективные права граждан, которые не передаются по наследству, но и на имущественные. Доказать их совершение и установить виновного иногда очень сложно.

На практике могут возникнуть серьезные проблемы при рассмотрении уголовных дел в отношении лиц, которые умышленно или неосторожно уничтожили или повредили чужое имущество, поскольку сбор доказательств, уличающих виновных в этом преступлении, весьма сложный, и гражданину без оперативной и квалифицированной помощи органов дознания и следствия почти невозможно собрать доказатель- ства, подтверждающие виновность лиц его совершивших. Ведь целый ряд следственных действий необходимо провести по “свежим следам” с применением юридических знаний и технических средств, которых у большинства граждан не имеется.

Преступления против собственности, на наш взгляд, также нельзя отнести к делам частного обвинения не только потому, что

  • 86 -

очень сложно доказывать совершение преступления тем или иным лицом, но и вследствие особого объекта преступного посягательства. Ведь предмет того же хищения может находиться в собственности не только граждан, но может принадлежать государственным, общественным учреждениям, организациям, объединениям,либо находиться в их оперативном управлении. Все предложения о включении того или иного вида преступлений в разряд преследуемых в порядке частного обвинения, в основном продиктованы, как правильно отмечал Пашкевич П.Ф., необходимостью упрощения процедуры судопроизводства по очевидным преступлениям, не требующим сложного процесса предвари- тельного расследования.1

По нашему мнению, нельзя эту процедуру упрощать до абсурда и руководствоваться при определении составов преступлений, относимых к делам частного обвинения, рекомендациями, предложенными Катькало СИ. и Лукашевичем В. 3.. Последние предлагали исходить из анализа борьбы с тем или иным видом преступных посягательств, прежде чем отнести их к преследуемым в порядке частного обвинения. Однако, распространенность тех преступлений, которые по своей природе должны преследоваться в порядке частного обвинения, в том или другом регионе, а также в любом временном отрезке, на практике фактически учитываются прокурорами при возбуждении дел в порядке ст. 27 УПК РСФСР. Именно в распространенности преступлений прокуроры чаще всего усматривают особую общественную значи-! мость. Вместе с тем, на саму природу преступного посягательства фактор его распространенности влиять не может.

1 См.: Пашкевич П.Ф. О процессуальной экономии в досудебных стадиях советского уголовного судопроизводства. Проблемы совеБ-шенствования советского законодательства, М., 1974. № 1, с. 160-173.

  • 87 -

Таким образом, только преступления против частных (личных неимущественных) прав граждан, не затрагивающие в сильной степени публичные интересы, могут преследоваться в порядке частного обви- нения, а преступления против собственности следует отнести к преследуемым в частно-исковом порядке.Кстати, подобные предложения уже высказывались.1

Обобщая вышеизложенное в данном параграфе, можно сделать следующие выводы.

1) Перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, нуждается в значительном расширении. 2) 3) К таким преступлениям следует отнести преступления небольшой тяжести, объектом преступного посягательства которых являются личные неимущественные права граждан, учитывая при этом наличие процессуальных оснований выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения. ‘ 4) 5) Перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, должен определяться нормами материального, а не про- цессуального законодательства. 6) 7) Чрезмерное увеличение количества преступлений,преследуемых в порядке частного обвинения, отнесение к таковым преступлений против собственности может негативно отразиться на качестве расследования, судебного разбирательства и на защите прав граждан от преступных посягательств, поскольку эти преступления не обладают теми признаками, которые соответствовали бы процессуальным основаниям выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения. 8) 1 Петухов Ю.Е. Соотношение публичного и частного обвинения в уголовном пооцессе. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1996, С. 113.

  • 88 -

Глава II. ПРОЦЕССУАЛЬНО-ПРАВОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ.

§ 1. Жалоба потерпевшего и ее процессуальное значение.

Наиболее важной особенностью рассмотрения дел частного обвинения, как отмечалось в юридической литературе, является особый порядок возбуждения уголовного дела, закрепленный в ст. 27 УПК РСФСР. В частности, в указанной статье предусмотрено, что суд или судья может возбудить дело частного обвинения лишь при наличии жалобы потерпевшего.*

Вопрос о сущности жалобы в юридической литературе рассматривался с различных позиций. Одни ученые полагали, что жалоба является условием наказуемости, необходимым элементом состава преступления.2

По их мнению, преступления, преследуемые в порядке частного обвинения, наказуемы не абсолютно сами по себе, а лишь гипотети- чески, условно, в случае желания потерпевшего и принесения им жа- лобы. Условия же наказуемости, права государства на наказание

1 Подобных взглядов придерживались Резон А. К. О преступле ниях, наказуемых только по жалобе потерпевшего по русскому праву. СПб, 1883. С. 70.; Щегловитов* И. Г. Главнейшие изменения уголов-. ного процесса, вызванные новым уголовным Уложением. СПб., 1903.: С. 8. В советский период подобных мнений процессуалисты не выска зывали.

2 Высказывались предложения об исключении из ст. 27 УПК РСФСР положения о возможности возбуждения дела прокурором без жа лобы потерпевшего. См.: Рогова О.И. Пределы проявления диспози- тивности в уголовном судопроизводстве*/ Автореферат диссертации Канд.юрид.наук. Томск, 1994. С. 14.

  • 89 -

относятся к материальному уголовному праву. Именно поэтому они утверждали, что перечень составов преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, должен определяться не уголовно-про- цессуальным, а уголовным кодексом.

Представители другой точки зрения на данную проблему считали жалобу лишь формальной предпосылкой начала уголовного процесса, обязательным условием для возбуждения уголовного дела. Кроме того, жалоба рассматривалась ими и как документ, заменяющий обвинительное заключение1.

На наш взгляд, несомненно, правы последние, поскольку жалоба не может быть обязательным элементом стороны состава преступления. Ошибочность взглядов на жалобу с позиции материального права объясняется тем, что в дореволюционный период нормы материального, а не процессуального права содержали перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения. Кроме тогю, недос-

i

таточно были исследованы в уголовном праве многие проблемы, в том’ числе сущность составов преступления, освобождения от уголовной ответственности и иные вопросы в области материального права, тесно связанные с уголовной ответственностью и наказанием. Ныне ученые и практики с жалобой связывают момент начала уголовного преследования, объем обвинения, то есть чисто процессуальные моменты.

В юридической литературе и в выступлениях практических работников неоднократно отмечались различия терминологии в действу-

1 Данная точка зрения господствует у процессуалистов после- революционного периода и в наше время, практически все ученые, занимающиеся изучением частного обвинения, придерживаются этих взглядов. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С.94. Катькало СИ., Лукашевич В.З. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ, 1972.

  • 90 -

ющем Уголовно-процессуальном кодексе одних и тех же понятий. Если в ст. 27, 109 УПК РСФСР говорится о жалобах по делам частного об- винения, то в ст.ст. 237, 278 УПК РСФСР упоминается не жалоба, а заявление потерпевшего. Хотя законодатель и не разграничивает указанные термины, однако, на наш взгляд, они значительно отлича- ются друг от друга.

Если обратиться к юридическому словарю, то под заявлением понимается “официальное обращение лица (или нескольких лиц) в уч- реждение или к должностному лицу, не связанное, в отличие от жа- лобы, с нарушением прав и законных интересов гражданина и не со- держащее поэтому требования об устранении такого нарушения”. *

Таким образом, основное отличие заявления от жалобы состоит в том, что последняя содержит просьбу или требование о привлечении определенного лица к уголовной ответственности за совершение преступления, преследование за которое осуществляется в порядке частного обвинения. При отсутствии такой просьбы нельзя считать заявление жалобой и соответственно оно не может служить поводом к возбуждению дела частного обвинения.

При этом следует согласиться с Файзулиным М., который отмечал, что волевая направленность лица, подавшего жалобу от заявителя, охватывает юридические последствия и поэтому является юридическим фактом, влекущим уголовно-процессуальные отношения.2

В связи с изложенным представляется необходимым при принятии нового УПК РФ устранить различную терминологию одного и того же понятия. Кстати, следует отметить, что проекты УПК РФ, упоми-

	i

а Юоидический энциклопедический словаоь Под ред. Сухарева

А. Я. М./1984. С. 108.

2 См.: Файзулин М. Поводы к возбуждению уголовного дела:

правовая природа./Советская юстиция. 1993. N23. С.27-29.

  • 91 -

навшиеся в данном исследовании, не допускают различной терминологии и разграничивают такие понятия как заявление и жалоба.

Кроме того, в проектах УПК РФ для того, чтобы не смешивать различные виды жалоб, в том числе жалобу частного обвинителя, с такими жалобами, как кассационная, надзорная и другими предлагается называть “жалобой о привлечении лица к уголовной ответственности”. 1 На первый взгляд, указанное определение может показаться громоздким, но при внимательном исследовании убеждаешься, что оно верно отражает суть понятия, выражая волю лица, обратившегося с жалобой о привлечении обидчика именно к уголовной ответственности, а не к иного вида ответственности.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство не содержит основных требований, предъявляемых к форме и содержанию жалоб. Лишь разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 г., указывают на содержание и форму жалоб потерпевших, являющихся поводом к возбуждению уголовного дела2.

В проектах УПК РФ указанный недостаток также устранен. В отличие от разъяснений, данных высшей судебной инстанцией, где предусмотрены не только письменная форма жалобы, но и устная все проекты допускают лишь письменную форму жалобы.

Такое предложение нам представляется верным. Ведь подача в суд устной жалобы, которая еще допускается действующим законода- тельством, доставляет массу трудностей и неприятностей не только

1 Проект уголовно-процессуального кодекса Российской Федера ции Министерства юстиции РФ. Ст. 343. Депутатов - членов госу дарственной Думы. Ст.359. Теоретическая модель УПК РСФСР . Ст. 59В.

2 Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 г. О практике рассмотрения судами жалоб и дел о преступлени ях, предусмотренных ст.112, ч.1 ст. 130, ст. 131 УК РСФСР.

  • 92 -

судьям, но и многим другим участникам процесса. Во-первых, на судей возлагается несвойственная им обязанность заносить устную жалобу в протокол, подписывать его вместе с заявителем, делать копии протоколов-заявлений с подписью судьи в них по количеству лиц, привлекаемых к ответственности и вручать подсудимым. Во-вторых, такой протокол-заявление приравнивается к актам обвинения, в рамках которого может производится судебное разбирательство.

Кроме тогоу в силу научно-технической революции и всеобщей грамотности у нас в стране, будет вполне оправданным отказ от устных жалоб, так как каждый гражданин имеет реальную возможность сам написать такую жалобу, либо прибегнуть к помощи иных лиц, в том числе адвокатов.

Что касается содержания жалобы, то в проектах уголовно-про- цессуального кодекса перечислены сведения, которые должны быть указаны в жалобе. Таковыми,по мнению авторов проектов, призвано считать:

  1. Наименование суда, в который она подана.
  2. Описание события преступления.
  3. Место, и время его совершения.
  4. Сведения о лице, совершившем преступление.
  5. Указание на доказательства его виновности (если потерпевший ими располагает), список свидетелей, вызов которых в суд необходим.
  6. Просьба к суду о принятии дела к производству, либо о привлечении лица к уголовной ответственности.
  7. Подпись лица, подающего жалобу (заявителя)1-
  8. J В уставе уголовного судопроизводства от 20 ноября’1864 года ст. 46 предусматривала еще год, месяц и число подачи жалобы. СПб, 1913 г.”
  • 93 -

Такое конкретное указание в законе на содержание поступающего в суд документа - жалобы пострадавшего, может снять многие вопросы, возникающие при приеме жалоб по делам частного обвинения. Судьи будут иметь возможность со ссылкой на уголовно-процессуальное законодательство предъявлять обоснованные требования к форме и содержанию жалоб, чтобы заявители устраняли недостатки, на которые укажут судьи. В результате повысится культура судопроизводства, что, в свою очередь, скажется на правильном рассмотрении дела.

Следует также обратить внимание на то, что недостаточно перечислить в УПК РФ лишь требования, предъявляемые к жалобе. Следует предусмотреть последствия их невыполнения или несоблюдения. Иначе, при практическом применении данных норм УПК РФ, возникает масса проблем нуждающихся в своем разрешении. Могут возникнуть ситуации, когда по различным причинам в жалобах не будут указаны те или иные важные вышеперечисленные сведения. Например, когда пострадавший не знает данных о лице, подлежащем привлечению к уголовной ответственности, либо не помнит точного места и,времени совершенного преступления. Как должен будет поступать в подобной ситуации судья? Либо не принимать такую жалобу, либо предоставить возможность для устранения пробела, или же принять жалобу и расс- мотреть ее по существу.

Кстати, следует заметить, что при изучении конкретных материалов и уголовных дел частного обвинения, в ходе данного исследования выявлены аналогичные ситуации по нескольким материалам, рассмотренным судьями Брянской области. Так при отсутствии указания в жалобе места совершения преступления, судья потребовал от потерпевшего изложения этих сведений, не возбуждая уголовного де-

ла, поскольку от места совершения преступления зависит территори- альная подсудность данного дела. Нам представляется, что требования судьи в данном случае были совершенно справедливы и законны. Президиум Тульского областного суда отменил приговор районного народного суда в связи с тем, что в заявлениях потерпевших не со- держались необходимые сведения, достаточные для возбуждения дела частного обвинения1.

Во избежании различных толкований уголовно-процессуального законодательства по данному вопросу, на наш взгляд, следует уста- новить обязательные и необязательные сведения, которые должны со- держаться в жалобе. При этом при отсутствии обязательных сведений жалоба не должна служить поводом для уголовного преследования. Отсутствие же необязательных сведений не может оказывать сущест- венного влияния на судопроизводство по делу.

По нашему мнению, при отсутствии подписи заявителя, описания события, места и времени преступления, просьбы о привлечении к уголовной ответственности, жалобы не могут приниматься к рассмот- рению, пока указанные недостатки не будут устранены. Эти требования к жалобам можно признать обязательными. Ведь если в жалобе не будет описано событие, время, место совершенного преступления, судья не сможет определить: имеются основания для уголовного преследования или нет, образуют ли действия лица, в отношении которого подана жалоба, состав преступления, не истекли ли сроки привлечения к уголовной ответственности, подсудно ли дело данному суду. Поскольку копии жалоб вручаются подсудимым, они являются своего рода обвинительным актом, в пределах которого осуществля-

” 1 См.: архив Тульского областного суда Постановление Президиума от 18 декабря 1995 года. Дело N 44у-1076.

  • 95 -

ется судебное разбирательство, а лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, должно знать в чем его обвиняют конкретно, чтобы надлежащим образом осуществлять защиту своих интересов в суде. Без просьбы о привлечении именно к уголовной ответственности лица, в отношении которого подана жалоба, судья не может по своей инициативе возбуждать уголовное преследование и привлекать виновных к уголовной ответственности.

При решении вопроса о содержании жалобы пострадавшего о возбуждении уголовного преследования в отношении лица, совершившего противоправное деяние, на наш взгляд, следует учитывать, что не судья, а заявитель должен в своей жалобе указывать не только место, время совершения преступления, но и уголовный закон, предус- матривающий ответственность за данное преступление. Изучение конкретных уголовных дел, рассмотренных судами Брянской, Иркутской и Тульской областей, позволяет сделать вывод, что практически во всех заявлениях о привлечении виновных в совершении преступлений, предусмотренных ст. 112, ч. 1 ст. 130 и ст. 131 УК РСФСР, ‘от- сутствует просьба о привлечении лица к уголовной ответственности по одной из вышеприведенных статей уголовного кодекса. Лишь в не- которых жалобах имеется ссылка на привлечение за клевету,’ оскорб- ление или умышленное причинение телесных повреждений. Однако, по какой статье УК просят привлечь, потерпевшие не указывают. Не ре- шается данная проблема и в проектах УПК РФ. Между тем, как нам представляется, вопрос об отражении в жалобе помимо уже указанных в данном исследовании обязательных сведений, еще и уголовного закона, предусматривающего ответственность за данное преступление, заслуживает тщательного изучения.

Как неоднократно подчеркивалось в юридической литературу,

  • 96 -

российское законодательство более строго подходит к форме и со- держанию информации об обвинении, которая должна быть доведена до сведения обвиняемого. В ст.144 УПК РСФСР говорится, что обвинение должно быть четко сформулировано в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого. В этом постановлении должен быть указан уголовный закон, предусматривающий данное преступление1. Поскольку жалоба потерпевшего является не только поводом к возбуждению уголовного преследования, но и обвинительным актом, который вручается лицу аналогично обвинительному заключению в срок, указанный в ст.237 УПК РСФСР, отсутствие ссылки на статью УК в ней, следует рассматривать как существенное нарушение права подсудимого на защиту.

Иные сведения, которые, как отражено в проектах УПК РФ, должны быть указаны в жалобе, можно признать необязательными, не влияющими на принятие решения о привлечении лица к ответственности и о его уголовном преследовании. В ходе изучения материалов и дел частного обвинения, рассмотренных судами Тульской области, нами были выявлены и такие случаи, когда в жалобах потерпевшие по объективным причинам не могли указать данные о лице, которое они просят привлечь к уголовной ответственности за клевету и оскорбление. Подобные ситуации возникали при поступлении на имя руководителей учреждений анонимных писем, содержащих клеветнические измышления или оскорбительные высказывания, либо когда такие письма были подписаны от имени вымышленных лиц. Судьи, несмотря на отсутствие в жалобах сведений о лице, совершившем преступление, принимали такие жалобы, возбуждали уголовные дела и

  • Международные нормы и правоприменительная практика в области поав и свобод человека’/пособие для российских судей, ‘под редакцией Шарафетдинова Н.Ф. М., 1993, С.48.

  • 97 -

направляли их для производства предварительного расследования, в ходе которого предлагалось органам следствия провести различные следственные действия, в том числе оперативно-розыскного характера, для установления лица, подлежащего привлечению к уголовной ответственности. На практике возникали ситуации, когда пострадавшие знали лишь некоторые данные о личности виновного, например, только фамилию, не зная имени, отчества и адреса. Таким образом, отсутствие в жалобе о привлечении лица к уголовной ответственности необязательных сведений, по нашему мнению не должно препятствовать дальнейшему производству по делу.

При исследовании жалобы как повода для осуществления уголовного преследования по делам частного обвинения следует учитывать, что данный термин в уголовно-процессуальном законодательстве России, как своего рода желание привлечь обидчика к уголовной от- ветственности, существовал давно. Достаточно вспомнить Устав уго- ловного судопроизводства, утвержденный 20 ноября 1864 года1. После октябрьской революции 1917 года данный термин сохранился и ис- пользуется в том же качестве до настоящего момента.

Вышеизложенные требования к форме и содержанию жалоб о привлечении к уголовной ответственности по делам частного обвинения, на наш взгляд, должны предъявляться не только при поступлении их в суд. На практике, как показало изучение конкретных уголовных дел, большинство жалоб поступало из органов внутренних дел, особенно с протоколами досудебной подготовки материалов о совершении преступлений, предусмотренных ст.112 УК РСФСР. Такие жалобы чаще именовались заявлениями и не всегда содержали всех требований,

а Российское законодательство 10-20 веков. Судебная реформа, под редакцией Виленского Б.В. М., т. 8, 1991, С.124.

  • 98 -

которые предъявляются к жалобе. Во-первых, они зачастую были ад- ресованы не суду, а начальникам районных отделов внутренних дел. В связи с этим в юридической литературе высказывались различные мнения о том, могут ли судьи возбуждать производство по таким за- явлениям. Однако Пленум Верховного Суда РСФСР разъяснил, что при поступлении жалобы потерпевшего в суд из органов прокуратуры, следствия или дознания в порядке ч.З ст.109 и ст.114 УПК РСФСР, судья не вправе отказать в приеме такой жалобы только по тем ос- нованиям, что она не была адресована непосредственно суду1. Во- вторых, не во всех жалобах содержатся сведения о том, где, когда и кем совершено противоправное действие, в чем оно выразилось. Встает вопрос. Должны ли сотрудники правоохранительных органов восполнять указанные проблемы? Ответы на него, судя по публикациям в юридической литературе, различные2. Законодатель этот вопрос обошел молчанием. Судебная практика, как показало исследование дел частного обвинения, неодинакова в различных регионах России. Например, в Иркутской области судьи требуют, чтобы право- охранительные органы перед направлением материалов с заявлением (жалобой) потерпевшего в суд просили пострадавших устранить ука- занные недостатки, написав еще одну жалобу, соответствующую тре- бованиям уголовно-процессуального законодательства. Именно поэтому в некоторых материалах протокольной формы досудебной подготовки материалов содержалась не одна жалоба пострадавших о привлечении лиц к уголовной ответственности за умышленное причинение лег-

  • Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 года, п.6 (в редакции постановления Пленума от 21 декабря 1993 года) Бюллетень Верховного Суда РСФСР 1979 № 12.

2 См.: Белозеров Ю.Н., Чувилев А.А. Проблемы обеспечения законности и обоснованности возбуждения уголовного дела. М., 1973; Щеоба СП., Химичева Г.П. Рассмотрение органами дознания заявлений и сообщений о преступлениях / Учебное пособие. М., 1987.

  • 99 -

чинение легких телесных повреждений.

Изучение уголовных дел аналогичной категории, рассмотренных судами Брянской области, позволяет убедиться в том, что правоохранительные органы этого региона, чаще всего в лице органов милиции, не обращают внимания на содержание жалоб потерпевших и направляют их в суды вместе с материалами. Судьи вынуждены сами вызывать авторов жалоб и разъяснять им требования предъявляемые к жалобе с целью устранения недостатков, выполняя тем самым рекомендации, изложенные в п.3 постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 года.

Нам представляется более правильной позиция тех ученых и практических работников, которые считают необходимым восполнять пробелы, допущенные потерпевшим при написании жалобы, еще на этапе первоначального поступления ее в те или иные правоохранительные органы до направления их с материалами проверки в суды1. Такое требование закона позволит повысить культуру судопроизводства, уменьшит расходы на вызов потерпевших в суды. Практически это будет выглядеть следующим образом. Работник правоохранительных органов, получая объяснение от пострадавшего, может разъяснить тому требования, предъявляемые к жалобе о привлечении к уголовной ответственности по делам частного обвинения, предложив написать жалобу, которая бы соответствовала предъявленным к ней требованиям. Либо, если тот не желает привлекать обидчика к уголовной ответственности за совершенное в отношении его противоправное деяние, сотрудник правоохранительных органов, занимающийся проверкой сообщения о совершении преступления, разъясняет порядок

  • См.: Катькало СИ., Лукашевич В.З. Судопроизводство по делам частного обвинения/ЛГУ 1972, С.58-59.

  • 100 -

судопроизводства по делам частного обвинения, в том числе право на примирение с обидчиком. При наличии заявления пострадавшего и согласия на то его обидчика, судьи, получив материалы из прокура- туры, органов следствия и дознания, могут сразу выносить поста- новления об отказе в возбуждении уголовных дел за примирением сторон.

В связи с изложенным, на наш взгляд, следовало бы в УПК РФ, в главе, посвященной особенностям судопроизводства по делам частного обвинения, указать, что “при поступлении жалобы или сообщения о преступлении, преследуемом в порядке частного обвинения, органы дознания, следователь и прокурор должны принимать меры к проверке указанных в жалобе фактов, и, не решая вопроса о возбуждении уголовного дела частного обвинения, передавать жалобы с материалами проверки в соответствующие суды”.

Довольно спорным в юридической литературе остается вопрос о субъекте, обратившимся с жалобой в суд по делу частного обвинения. Согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству (ст.27 УПК РСФСР) с жалобой обращается только потерпевший. В соответствии же со ст.53 УПК РСФСР потерпевшим признается лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или иму- щественный вред. 0 признании гражданина потерпевшим, лицо, произ- водящее дознание, следователь и судья выносят постановление, а суд определение. По буквальному смыслу закона получается, что пока не будет судом по делу частного обвинения вынесено соответствующее решение о признании лица, пострадавшего от преступления, потерпевшим, оно не является таковым, и, обратившийся с жалобой гражданин не наделяется автоматически правами потерпевшего. На практике получается, что пострадавшему от преступных действий не

  • 101 -

сразу, а с момента вынесения соответствующего постановления или определения может быть гарантировано право на обжалование действий и решений должностных лиц правоохранительных органов, а также на своевременное заявление ходатайств и отводов. В этой связи неоднократно высказывались учеными предложения о том, чтобы заяв- ление гражданина о преступлении, в результате которого ему причинен вред либо он поставлен в реальную опасность причинения вреда, рассматривать как факт признания пострадавшего от преступления потерпевшим. Так Божьев В.П. предлагал считать потерпевшим граж- данина при наличии доказательств, указывающих на причинение ему непосредственно преступлением или общественно опасным действием невменяемого морального, физического или имущественного вреда1.

Подобным образом о потерпевшем как лице, которому причинен вред преступлением, говорит не только уголовно-процессуальный, но и материальный уголовный закон (например: ст.ст.105, 107, 110, 111, ИЗ, 131 УК РФ).

Между тем понятия потерпевшего в материальном уголовном и уголовно- процессуальном праве, как отмечали некоторые ученые, имеют разное содержание2.

Нормы уголовного права предназначены для применения к описанным в законе реально существующими, достаточно установленным обстоятельствам. Ответы на вопросы - причинен ли преступлением вред определенному лицу, означает признание данного лица потерпевшим в материально-правовом смысле этого понятия, признание же

1 Божьев В. П. Процессуальный статус потерпевшего/Российская юстиция 1994, N1, С. 48.

2 Лаоин A.M. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993/ С.55; Яни П.С. Обеспечение прав потерпевшего в уголов ном судопроизводстве/автореферат на соискание научной степени кандидата кюидических наук. М., 1995, С.7.

  • 102 -

лица потерпевшим в процессуальном смысле свидетельствует о том, что данное лицо получило целый комплекс специфических процессуальных прав.

“Признание потерпевшим в материальном смысле является некоторым итогом доказывания и имеет место, когда факт причинения вреда данному лицу доказан достоверно, признание потерпевшим в процессуальном смысле является одной из предпосылок участия данного лица в доказывании и имеет место при наличии оснований предполагать причинение вреда данному лицу”1.

В связи с отсутствием единого подхода к определению сущности процесса, в юридической литературе даны различные толкования по- нятию потерпевшего в уголовном процессе. Основное различие в этих понятиях проводится по следующим вопросам: 1) можно ли отнести к потерпевшим юридических лиц; 2) когда лицо становится потерпевшим и наделяется всеми правами по осуществлению правосудия и обязан- ностями в уголовном процессе; 3) необходимо ли наличие вреда для пострадавшего или его можно признавать потерпевшим и в случае со- вершения против его неоконченного преступления; 4) каковы функции потерпевшего в процессе.

Мы полностью разделяем мнение Савицкого В.М., Савинова В.Н., Потеружа И.И., которые утверждали, что потерпевшими могут быть только физические лица2. Они исходят из того, что указанные в законе права, в частности, право давать показания, может быть от- несено лишь к гражданам, но не юридическим лицам.

В то же время в проектах УПК РФ, обсуждаемых в Государственной Думе, в ст.46 указывается, что потерпевшим может быть призна-

г См.: Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности по советскому праву. М., 1961, С.246.

  • 103 -

но и юридическое лицо, которому преступлением причинен моральный или материальный вред. Кроме того уточняется, что права и обязан- ности потерпевшего осуществляет представитель’ юридического лица1.

Неубедительными, на наш взгляд, выглядят аргументы процессуалистов, утверждавших, что к потерпевшим относятся не только физические, но и юридические лица2.

Ошибочность их взглядов заключается, на наш взгляд, в том, что ученые, придерживающиеся данной точки зрения, не проводят различия между понятиями потерпевшего в уголовном и уголовно-процессуальном смысле этого слова. При этом делаются ссылки на зарубежное законодательство, в частности УПК Германии (абз.3 §374 УПК), где в качестве потерпевших по делам частного обвинения упоминаются корпорации, общества и другие объединения_ лиц.

Мы же полностью разделяем мнение ученых, которые потерпевшими считали лишь физических лиц3. Ведь на потерпевшего как на участника уголовного процесса закон возлагает определенные обязанности и предоставляет права, которые свойственны только человеку и не могут быть отнесены к юридическим лицам.К таковьм можно отнести следующие обязанности: давать правдивые показания (ст.75 УПК),, не разглашать данных предварительного следствия (ст.139 УПК, ст.184 УК), представлять имеющиеся у него документы и предметы, значимые для дела (ст. 70 УПК), представлять образцы для

1 Проект УПК РФ, подготовленный Министерством юстиции РФ. - М., 1996, С.28; Проект УПК РФ, внесенный на рассмотрение Госу дарственной Думы депутатами. М.. 1996, С. 30.

2 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного пооцесса. М., 1968, т. 1, С. 253.

3 См.: Савинов В.Н. Потерпевший в уголовном процессе. !Харь-: ков, 1978, С.9; Савицкий В. М., Потеоужа И. И. Потерпевший в со ветском уголовном процессе. М., 1963, С. 14; Элькинд П. С. Викти- мологический аспект охраны прав личности в уголовном судопроиз водстве // Проблемы правового статуса личности в уголовном*про цессе. Саратов, 1981. С. 89.

  • 104 -

сравнительного анализа, подвергаться освидетельствованию (ст.ст.181, 186 УПК), соблюдать порядок судебного разбирательства (ст.263 УПК). Потерпевший наделяется следующими правами, которыми может воспользоваться только физическое лицо: пользоваться родным ему языком, знакомиться с материалами уголовного дела (ст.ст.14, 200 УПК). Аналогичные права и обязанности предусмотрены и проектами УПК РФ. Кроме того в ст.136 УПК РСФСР прямо говориться о том, что потерпевшим признается гражданин, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред. По делам же частного обвинения по действующему законодательству также может обратиться в суд с частной жалобой только физическое лицо. Ведь если не разграничивать понятия потерпевшего как субъекта уголовного процесса и как пострадавшего относительно уголовного права, то можно прийти к такому парадоксальному выводу, что и животные, явившиеся жертвами преступления, предусмотренного ст.245 УК РФ, также могут быть признаны потерпевшими и участвовать в уголовном процессе. Но это же абсурд.

Высказывались учеными-процессуалистами различные мнения по поводу момента, когда пострадавший наделяется правами потерпевшего и становится субъектом уголовного процесса. Один из процессуалистов утверждали, что наличие заявления пострадавшего о совершенном в отношении его преступления должно быть равносильно признанию гражданина потерпевшим1. Может быть именно поэтому жалобу лица, пострадавшего от преступления, преследуемого в порядке частного обвинения, законодатель назвал жалобой потерпевшего, хо-

  • См.: Тихонов А. Потерпевший: уголовно-процессуальный ас пект/ журнал Российская юстиция. N19, 1993, С”. 26; Божьев В. П. Процессуальный статус потерпевшего/журнал Российская юстиция. № Г, 1994, С. 47; Фойницкий” И.Я. Курс уголовного судопроизводства. С-Пб. , 1896, С. 19. * *

  • 105 -

тя в отношении его еще не выносилось соответствующих постановлений. Высказывалось предложение формальным основанием наделения лица особым процессуальным статусом потерпевшего - считать сам факт возбуждения уголовного дела по признакам состава преступления. *

Другие ученые считали, что потерпевшим, > как субъектом уголовного процесса, является лицо, в отношении которого вынесено постановление прокурора, следователя, органа дознания или опреде- ление (постановление) суда о признании его потерпевшим.2

На наш взгляд, следует согласиться с мнением тех ученых, которые расценивают потерпевшего.как субъекта процессуального пра- воотношения со времени признания его таковым решением компетентных органов. Ведь если отсутствует в материалах дела такое решение, то нельзя возлагать на пострадавшего такие обязанности, свойственные потерпевшим, как являться по вызову лиц и органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, не разглашать данных предварительного следствия. Не наделены пострадавшие и правами, которыми могут пользоваться лишь потерпевшие. Они-не могут заявлять ходатайства, поддерживать обвинение и выступать в судебных прениях по делам частного обвинения. Анализ судебной практики по конкретным уголовным делам, рассмотренным судами Брянской области, свидетельствует, что по делам частного обвинения судьи, возбуждая уголовное дело, не всегда указывали в этих постановлениях о признании лиц, обратившихся с жалобой, потерпевшими. Кроме того, рассматривали дела в суде, забывая восполнить недостатки следствия и признать пострадавших потерпевшими. Тем не менее, эти лица

1 См.: Яни П. С. Обеспечение прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве/автореферат диссертации К. Ю. Н. М., 1995, С.5-6.

2 Уголовный процессУпод редакцией Лупинской П.А. М.,1996.С.49.

  • 106 -

участвовали в уголовном процессе в качестве потерпевших без выне- сения соответствующих решений об этом.1

Ведь на практике возможны ситуации, когда несколько лиц пострадало от преступления по одному и тому же эпизоду. Например, когда оскорбил одной фразой нескольких граждан, но лишь один из пострадавших обратился с жалобой о привлечении виновного к уго- ловной ответственности. В данном случае другие пострадавшие, не признанные по делу потерпевшими, таковыми в уголовном процессе не выступают и должны допрашиваться в судебном заседании в качестве свидетелей.

Таким образом, напрашивается вывод, что термин “потерпевший” отражаражает уголовно-процессуальное значение данного понятия, характеризуя одного из субъектов уголовно-процессуальной деятель- ности. В уголовно-правовом аспекте такое лицо следует именовать “пострадавшим.”

Примечательно, что ранее в уголовно-процессуальном законодательстве России XIX века употреблялся вполне соответствующий, на наш взгляд, его истинному содержанию термин “пострадавший”. Именно такой термин содержится в проекте УПК РФ, подготовленном ГПУ.г

На государство в соответствии со ст. 2 Конституции РФ возложена обязанность признания, соблюдения и защиты прав и свобод граждан. Из этого следует, что каждому человеку должна быть гарантирована полная защита, независимо от волеизъявления правоохранительных органов и суда. А он, не будучи признанным еще в ус-

1 Справка о результатах обобщения судебной практики по делам о преступлениях поедусмотоенных ст. 112, ч. 1 ст. 130, ст. 131 УК РСФСР, просмотренных судами Брянской области в 1992 году.

ё Йооект Уголовно-процессуального кодекса РФ (подготовленный государственным поавовым управлением Президента РФ). М., 1994. С. 68.

  • 107 -

тановленном уголовно-процессуальным законом порядке потерпевшим, должен именоваться иначе. Вполне приемлем в данном случае уже упоминавшийся термин “пострадавший”. Данное лицо должно быть признано субъектом уголовно-процессуальных отношений, хотя его правовой статус может существенно отличаться от статуса потерпев- шего. В связи с изложенным, представляется необходимымым в УПК РФ конкретизировать, чья жалоба о привлечении к уголовной ответс- твенности подается по делам частного обвинения. Правильнее назвать такой документ “жалобой пострадавшего”. Подобные предложения высказывались процессуалистами и ранее.1

Неоднозначно решается в теории и на практике такая проблема - подлежит ли признанию потерпевшим человек в случае совершения против него неоконченного преступления - приготовления или поку- шения? Отрицательное решение этого вопроса основывается на том, что при покушении или приготовлении к преступлению отсутствуют вредные последствия для жертвы преступления. Ведь в ряде случаев гражданин может даже и не подозревать, что на его личные, имущественные, трудовые или иные права было совершено покушение. При отсутствии реальных последствий преступления сложно говорить об активном участии потерпевшего в процессе, поскольку он не заинтересован в исходе дела, ему не нужно добиваться возмещения ущерба и наказания, ибо покушение на преступление не затронуло ни его чести, ни здоровья, ни имущества. Поэтому отдельными учеными разделялась точка зрения, что признание такого гражданина потерпевшим и выполнение в дальнейшем всех вытекающих из этого акта про-

1 См.: Савинов В.Н. Потерпевший в уголовном процессе. / Ав тореферат диссертации кандидата юридических наук. / Харьков, 1978, ‘С. 7-9; Яни П.С. Обеспечение прав потерпевшего в уголовном судопроизводстве. / Автореферат диссертации кандидата юридических наук// М., 1995. С. 7 , •

  • 108 -

цессуальных действий было бы не только бесполезным, но и обреме- нительным занятием для этого гражданина, для органа расследования и суда.1

Существовала и иная точка зрения по данной проблеме, согласно которой покушение или приготовление к преступлению сами по себе признавались деяниями вредоносными для того, на чью жизнь, здоровье или имущество совершено посягательство. Ибо посягательством ставятся в опасность жизнь, здоровье, имущество, личные права человека. И уже даже возникновение опасности - есть вред. Вопрос известно ли было лицу о совершенном на него покушении, признавался учеными не очень существенным.2 Авторами этой точки зрения также утверждалось, что опасность наступления физического и имущественного вреда, осознанная человеком, трансформируется в моральный вред.

Мы полностью разделяем взгляды ученых, признававших, что по- терпевшими являются не только те, кому были причинены какие-либо вредные последствия после совершения преступления, но и те, в от- ношении которых имело место приготовление или покушение на его совершение. Ведь общепризнано и отражено в законе, что вред может быть не только материальный, но и моральный, физический. Кроме того, поскольку сами деяния, образующие состав приготовления или покушения на совершение преступления признаются общественно опас- ными, влекущими уголовную ответственность, то следует признавать потерпевшими и лиц, в отношении которых они совершены.

В характеристике правового положения потерпевшего весьма

х См.: Савицкий В.М., Потеружа И. И. Потерпевший в советском уголовном пооцессе. М., 1963, С. 9.

2 См.:* Батищева Л.В. О признании лица потерпевшим при покушении на преступление. М., 1982, С. 58; Стоогович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968, С. 257.

  • 109 -

важное значение имеют категории правоспособности и дееспособности. В отличии от гражданского, уголовное законодательство не содержит подобных терминов. Тем не менее,в юридической литературе под правоспособностью потерпевшего чаще всего понимается способность обладать правом на судебную защиту от преступных посягательств. 1 В этом смысле правоспособностью в России обладает каждый человек, понесший вред от преступления, независимо от его возраста, физического или психического состояния.

Сложнее в юридической литературе решается вопрос о процессуальной дееспособности, под которой обычно понимается способность потерпевшего или пострадавшего самостоятельно использовать свои процессуальные права и исполнять обязанности.

Особую остроту приобретает данная проблема при возбуждении уголовных дел частного обвинения по жалобам пострадавших (потер- певших) , которые являются несовершеннолетними или вообще малолет- ними, признанными ограниченно дееспособными в порядке гражданского судопроизводства. Перед практическими работниками возникает вопрос:-“Возбуждать ли дело частного обвинения по жалобам таких лиц?” Для его правильного решения, на наш взгляд, следует исходить оснований разграничения потерпевших в зависимости от уголовно- процессуальной дееспособности. В научных публикациях некоторые ученые, занимающиеся исследованием указанной проблемы, в частности, Ларин A.M. придерживался разграничения потерпевших на три вида: 1) вполне дееспособные - здоровые совершеннолетние люди, по своему выбору осуществляющие свои права лично или передоверяющие их осуществление своим представителям: 2) ограниченно дееспособ-

  • См.: Ларин~А.М. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993, С. 108-109.

  • no -

ные - несовершеннолетние в возрасте от 14 до 18 лет, а также немые, глухие, слепые и другие лица, которые в силу своих физичес-ких или психических недостатков при осуществлении своих процессу-

т альных прав нуждаются в помощи представителей: 3) недееспособные

  • малолетние, а также психически больные, которые не могут давать отчета в своих действиях или руководить ими, ввиду чего их права всецело или в ограниченной части осуществляют их представители.1

Вполне соглашаясь с приведенной классификацией уголовно-процессуальной дееспособности относительно вполне дееспособных и недееспособных, нам представляется не совсем правильное определение

ф возраста несовершеннолетних, подпадающих под категорию ограничен-

но дееспособных. Ведь нельзя приравнивать возраст уголовной ответственности несовершеннолетких за отдельные виды преступлений 14 лет к возрасту ограниченной уголовно-процессуальной дееспособности потерпевших. В уголовном кодексе установлена уголовная от-ветственность за заведомо ложный донос, за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний с 16- летнего возраста.

Ф На протяжении довольно длительного периода времени в юриди-

ческой литературе велись споры по поводу возраста лиц, способных самостоятельно осуществлять свое право частного обвинения. Они вызваны тем, что в уголовном процессе, в отличие от гражданского, отсутствует указание на возраст наступления полной уголовно-процессуальной дееспособности. Этот пробел в законодательстве ученые объясняли по-разному. Одни из них, представителем которых можно назвать видного русского дореволюционного ученого Н.А. Неклюдова,

*» полагали, что, поскольку законодатель обошел этот вопрос молчани- Ф ем, то следует считать всех малолетних дееспособными на общих ос-

  • См.: Ларин А.М. Указанная работа. С. 108.

  • Ill -

нованиях. Это означает, что при отсутствии представителей мало- летние могут сами осуществлять принадлежащее им право преследования обидчиков в уголовном порядке.1

Другие, к числу которых можно отнести И.Я. Фойницкого, Л.Я. Таубера, А. Хазалову, Е.В. Топильскую, напротив, считали лиц, не достигших 14 или 17-летнего возраста, неразумными, недееспособными, а поэтому их заявления не могут рассматриваться в качестве самостоятельного повода к возбуждению дела. Следовательно, решение о прекращении производства по делу за примирением сторон, они также принимать не вправе.2

Третьи, в том числе А. А. Чебышев-Дмитриев, указывали на не- возможность заранее установить какой-либо определенный возрастной минимум и поэтому считали необходимым учитывать степень развития малолетнего в каждом конкретном случае.3

В вынесенных ныне на обсуждение проектах уголовно-процессуального кодекса России эта проблема, к сожалению, вновь осталась без должного внимания. Ознакомление с конкретными уголовными делами частного обвинения, рассмотренными судами Брянской, Иркутской, Тульской областей, показало, что в последние годы судьи при- держиваются второй точки зрения. Они рассматривают в качестве по- вода для возбуждения дел частного обвинения лишь заявления под- ростков, достигших 16-летнего возраста, и прекращают эти дела за

1 См.: Неклюдов Н. А. Преступления государственные и против личной свободы. СПб., 1892, (Г. 8-10.

2 См.: Фойницкий И. Я. Куос уголовного судопроизводства. СПб., т. 2, 1896, С. 29-343; Таубер Л.Я. Жалоба потерпевшего. СПб., 1909, С. 76, 244; Хазалова А. Особенности производства по делам частного Обвинения / Социалистическая законность. 1971, № 10, С. 52-53; Топильская Е.В. “О правовом понятии беспомощного состояния потерпевшего / Вестник ЛГУ. 1989, $ 27, С. 85-86.

3 См.: Чебышев-Дмитриев А. А. Русское уголовное судопроиз водство. 1875, ч.2, С. 78.

  • 112 -

примирением сторон независимо от согласия законных представителей, если потерпевшим исполнилось 16 лет. Заявления же малолетних и несовершеннолетних, не достигших указанного возраста, о привлечении обидчиков к уголовной ответственности лишь проверяются, но не рассматриваются в качестве самостоятельного повода к возбуждению дела частного обвинения. Такая позиция судей, на наш*взгляд, является наиболее правильной. Ведь уголовное законодательство, как уже отмечалось ранее, предусматривает наступление уголовной ответственности за все виды преступлений, в том числе за заведомо ложный донос, с 16-летнего возраста. Иначе же получается, что мо- лодой человек, которому исполнилось 16 лет, должен нести уголовную ответственность за заведомо ложный донос, дачу ложных показаний, но не может осуществлять свои законные права, в том числе на примирение с потерпевшим, а обязан спрашивать разрешение на это у своих родителей (опекунов, попечителей). Именно такая рекомендация содержится в комментарии к УПК РСФСР под редакцией А. М. Ре- кункова, А. К. Орлова.1

С проблемой уголовно-процессуальной дееспособности тесно связана проблема законного представительства несовершеннолетних потерпевших. Как отмечалось в научных исследованиях, институт за- конного представительства в уголовном процессе в современном виде из-за его неполноты не образует необходимых гарантий прав и ‘за- конных интересов недееспособных, либо ограниченно дееспособных участников уголовного процесса. Поэтому он нуждается в значительном совершенствовании. Кроме того, этот институт отвечает тенденциям гуманизации уголовного судопроизводства, оправдан практичес-

х Комментарий УПК РСФСР под редакцией A.M. Рекункова, А. К. Орлова, М., 1985, С. 195.

  • 113 -

ки и целесообразен.!

Учеными подчеркивалось, что законный представитель - это са- мостоятельный участник процесса, осуществляющий в уголовном про- цессе функцию защиты прав и законных интересов представляемого лица, функцию обвинения по делам частного обвинения, а также защиту своих собственных прав. При этом подчеркивалось, что объем процессуальных прав законных представителей потерпевших произволен от процессуального положения представляемого им лица. Весьма спорным в юридической литературе выглядит вопрос о моменте допуска в процесс законного представителя и прекращении его правомочий. Представители одной точки зрения полагают, что законный представитель должен допускаться в процесс одновременно с призна- нием представляемого участником процесса.2 То есть с того момента, когда имеются основания считать, что общественно опасное деяние совершено в отношении недееспособного или ограничено дееспособного лица. Таким образом, применительно к делам частного обвинения, родители, опекуны, попечители и иные лица, указанные в п. 8 ст. 34 УПК РСФСР, могут обратиться в суд с жалобой о привлечении к уголовной ответственности лица, совершившего преступление, в отношении малолетнего или несовершеннолетнего, не достигшего 16- летнего возраста. Следовательно, при достижении указанного возраста, либо 18 лет, участие законного представителя в уголовном процессе должно быть прекращено. Кроме того, сторонниками указанной точки зрения, подчеркивалось, что в связи с проблемами

1 См.: Панкратов В.А. Институт законного представительства в советском уголовном процессе (Стадия предварительного расследова ния) / Автореферат Дисс. канд. юрид. наук. М., 1992. Ct 4.

2 См.: Панкратов В. А. Указанная работа. С. 9; Еремян А. В. Основания возбуждения уголовного дела. / Дисс… канд. юрид. на ук. М., 1992, С. 161-174; Ландо А.С. Обеспечение прав участников процесса с помощью представителей. / Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. Саратов. 1981. С. 73.

  • 114 -

в уголовно-процессуальном законодательстве, так называемые внут- ренние отношения между законными представителями и представляемыми участниками процесса (между родителями и детьми, усыновленными и усыновителями, опекунами, попечителями и лицами, над которыми установлена опека, попечительство и т.д. регулируются нормами ма- териального права (гражданского, семейного и других отраслей). В то же время, несмотря на наличие пробелов в законодательстве, внешние отношения законного представителя с другими участниками процесса: подсудимым, прокурором, защитником и т. д. регулируются нормами уголовно-процессуального закона, определяющими основания и порядок допуска законного представителя к участию в деле, объем его прав и обязанностей, содержание и направление их деятельности, порядок осуществления этой деятельности.

Иных взглядов придерживались те ученые, которые связывали участие законных представителей несовершеннолетних или иных недееспособных, ограниченно дееспособных с принятием органами предварительного расследования и судом соответствующего решения о допуске к участию того или иного лица в качестве законного представителя1. По их мнению, на практике могут возникать ситуации, когда по делу ограниченно дееспособный будет уже участником уголовно- процессуальных отношений, а вопрос о его законном представителе еще не будет решен. Однако, на наш взгляд, такая формальная позиция при допуске к участию в деле законного представителя потерпевшего не совсем правильная, поскольку ущемляет права и интересы потерпевших, противоречит сложившейся судебной практике.

г~См71 Тихонов А. Потерпевший: уголовно-процессуальный аспект/ Советская юстиция. 1993, № 19, С.26-27; Ларин A.M. Представители и правопреемники в уголовном процессе / Советская юстиция. 1981, № 2, С.21-22; Проект Уголовно-процессуального кодекса РФ подготовленный депутатами-членами комитета Государственной думы по законодательству и судебно-правовой реформе. М., 1996, ст. 49.

  • 115 -

В процессуальной литературе активно дискуссировался вопрос о праве законного представителя подать жалобу по делам частного обвинения в случае если потерпевший - несовершеннолетний.1 Ведь действующее уголовно-процессуальное законодательство не знает такого повода к возбуждению уголовного дела, преследуемого в порядке частного обвинения, как жалобу законного представителя потерпевшего. Тем не менее судьи, как показало исследование конкретных уголовных дел, возбуждают такие дела по заявлениям родителей несовершеннолетних пострадавших, приравнивая их к жалобам потерпевших, о которых идет речь в ст.27 УПК РСФСР. Кроме того в проекте УПК РФ, внесенном на рассмотрение депутатами - членами Комитета Государственной Думы, предпринята попытка устранения данного пробела в законодательстве. В статье 27 указанного проекта предусмотрено, что потерпевший, а в случае его смерти или недееспособности по возрасту или по иным причинам неспособности выражать свою волю в уголовном судопроизводстве - любой из его совершеннолетних близких родственников, имеет право в порядке, предусмотренном настоящим кодексом, участвовать в уголовном преследовании обвиняемого, а по делам частного обвинения - имеет право выдвигать и поддерживать обвинение против соответствующего лица.2 Аналогичную позицию по данному вопросу занимали Катькало СИ. и Лукашевич В.3., ссылаясь на существовавший ранее циркуляр НКЮ РСФСР от 30 сентября 1924 года, а также другие процессуалисты.3

На наш взгляд, приведенная выше формулировка статьи проекта

1 См.:Еремян А.В. Основания возбуждения уголовного дела / диссеотация кандидата юридических наук. М., 1992, С.163-167.

2 Проект Уголовно-процессуального кодекса Российской Федеоа- ции, внесенный на рассмотрение депутатами - членами Комитета Го сударственной Думы по законодательству и судебно-правовой рефор ме. 1996, С. 15-16.

3 См.: Катькало СИ., Лукашевич В.В. Судопроизводство по де лам частного обвинения / ЛГУ. 1972, С 59; Учебник уголовного про цесса под редакцией Кобликова А.С. М., 1995, С.358.

  • 116 -

УПК РФ была бы более совершенна, если бы фразу “совершеннолетние близкие родственники” заменили словами “лица, которые могут быть признаны законными представителями”. Нельзя же круг лиц, призна- ваемых законными представителями, сужать до бесконечности, относя к ним лишь близких родственников.

Кроме того, следует учитывать, что действующее законодательство говорит не только о законных представителях, но и просто представителях, о которых идет речь в ст.56 УПК РСФСР. Ими могут выступать адвокаты и иные лица, управомоченные представлять за- конные интересы потерпевшего.

До сих пор в уголовно-процессуальном законодательстве России не отражено как поступать суду в случае смерти потерпевшего, подавшего жалобу, до рассмотрения дела. Если проанализировать зако- нодательство других государств, то там этот вопрос решается сле- дующим образом.

Право пострадавшего на’ участие в уголовном процессе в тех же качествах по УПК Болгарии после его смерти переходит к дееспособным наследникам умершего частного обвинителя, либо к законным представителям наследника (ст.76 УПК).

В Венгрии применительно к делам частного обвинения уголовно- правовые нормы разъясняют однозначно: “В случае смерти потер- певшего, имеющего право на подачу жалобы, право на жалобу принад- лежит его родственнику.” (абз.4 § 31 УПК). Процессуальный закон лишь ограничил возможность вступления в дело частного обвинения родственников 30-дневным сроком предъявления частного обвинения (абз.З § 123 УПК). Если же родственники умершего частного обвини- теля не вступят в дело в качестве обвинителей, то суд прекращает дело в связи с отказом от обвинения.

Предусматривает возможность правопреемственности потерпевше-

  • 117 -

i

го по делам частного обвинения и уголовно-процессуальное законо- дательство Германии (абз. 2 § 374 УПК, абз.2 § 77 УК).

УПК Румынии не содержит перехода права принесения частных-жалоб о привлечении виновных к уголовной ответственности по делам частного обвинения в случае смерти пострадавшего, полагая, что решение о привлечении обидчиков к ответственности - личное право только потерпевшего.

В законодательстве России по этому вопросу ничего не сказано. На практике же дела частного обвинения в случае смерти потерпевшего (частного обвинения) прекращаются лишь в связи с отсутствием жалобы потерпевшего. Если же такая жалоба была принята и дело возбуждено, суды рассматривают их по существу, не привлекая в качестве участников процесса родственников умершего. При этом суды исходят из того, что мнение потерпевшего о привлечении виновного к уголовной ответственности выражено в его жалобе. К сожалению, в проектах УПК РФ данная проблема не нашла своего разрешения.

Таким образом, при рассмотрении жалобы потерпевшего по делам частного обвинения как повода к производству по уголовному делу, можно сделать следующие выводы:

1) жалоба является формальной предпосылкой начала уголовного процесса, условием возбуждения уголовного дела частного обвинения и документом, заменяющим обвинительное заключение; 2) 3) жалоба отличается от заявления наличием просьбы о привлечении лица к уголовной ответственности; 4) 5) следует принимать к производству лишь письменную жалобу о привлечении к уголовной ответственности, а устная форма жалобы исчерпала себя; 6) 7) в жалобе должны содержаться обязательные сведения, при 8)

118 -

отсутствии которых жалоба не может приниматься к производству, и необязательные, восполнение которых возможно в ходе ее проверки;

5) правоохранительные органы, при поступлении к ним жалоб по делам частного обвинения обязаны проверять их, устранять недостатки, требуя от их авторов отражения необходимых сведений,и направлять в суды; 6) 7) понятие потерпевшего следует рассматривать в материальном и процессуальном значении данного слова; 8) 9) потерпевшими в уголовном процессе по делам частного обвинения могут быть только физические, но не юридические лица; 10) 11) лицо, которому причинен вред, становится потерпевшим и пользуется всеми правами последнего лишь после признания его таковым в установленном порядке путем вынесения соответствующего процессуального документа; 12) 13) вопрос об уголовно-процессуальной правоспособности и де- еспособности требует своего решения в новом Уголовно-процессуальном кодексе РФ; 14)

10) полная такая дееспособность по делам частного обвинения у потерпевших должна наступать с 16-летнего возраста; 11) 12) законные представители недееспособных или ограниченно дееспособных потерпевших вправе обращаться в суд с жалобой о привлечении к уголовной ответственности в интересах потерпевших еще до вынесения решения о признании их законными представителями, это право их следует отразить в законе; 13) 14) в случае смерти потерпевшего по делам частного обвинения, возбужденным по его жалобе, дело подлежит рассмотрению по существу, но правопреемственности его прав другими лицами не допускается. 15)

  • 119 -

§ 2. Подготовительная деятельность судьи по жалобам потерпевших.

В отличие от судопроизводства по делам публичного и частно- публичного обвинения, по делам частного обвинения имеются некоторые особенности, обусловленные необходимостью учета воли потерпевшего на привлечение обидчика к суду.

В связи с этим в юридической литературе приводилась следующая градация этапов судопроизводства по делам частного обвинения:

  1. Подготовительная деятельности судьи:

а) прием жалобы,

б) определение подсудности дела,

в) первичные действия судьи по проверке фактических дан ных, изложенных в жалобе,

г) проверка жалобы по существу,

д) сбор материалов.

  1. Возбуждение уголовного дела и назначение его к рассмотрению в судебном заседании.
  2. Судебное заседание1.
  3. Подобная регламентация действий судьи при получении жалобы потерпевшего о привлечении лица к уголовной ответственности по делам частного обвинения и всех последующих его действий позволит упорядочить уголовное судопроизводство. Нам представляется, что деление судопроизводства на зтапы и такое подобное перечисление возложенных на судей обязанностей на первом его этапе при подго-

1 Учебник уголовного пооцесса / Под юедакцией Кобликова А.С. М. , 1995. С. 358.

  • 120 -

товке к возбуждению уголовного дела вполне оправданы. Тем более, что действующее уголовно-процессуальное законодательство не рег- ламентирует последовательность и процедуру выполнения вышеуказанных действий. Отсутствует и разъяснение Пленума Верховного Суда РФ по данному вопросу.

Следует также признать, что не все действия, которые судья должен выполнить в ходе подготовительного этапа, указаны выше. По нашему мнению, при поступлении жалобы в суд судья выполняет также важные действия, которые необходимо отразить:

  • разъяснение заявителю об ответственности за заведомо ложный донос и получение от того расписки о таком предупреждении;
  • принятие мер к примирению сторон.
  • Вполне возможна и более подробная расшифровка.понятия - проверка жалобы по существу, с указанием, что судья получает объяснения от пострадавшего и лица, на которое подана жалоба, знакомит последнего с содержанием жалобы. Кроме того, вызывает сомнение законность возбуждения уголовного дела частного обвинения судьей после того, как Конституционный суд РФ своим постановлением от 28 ноября 1996 года признал положения ст. 418 УПК РСФСР, наделяющие судью полномочиями возбуждать уголовное дело или отказать в его возбуждении, формулировать обвинение, - не соответствующими Конс- титуции РФ.

Вопрос о правах и обязанностях судьи на подготовительном этапе по делам частного обвинения, как нам представляется, в юридической литературе освещен недостаточно полно. Ранее в данном исследовании нами уже анализировались действия судьи при приеме жалобы, требования, предъявляемые к ней, вопросы определения подсудности дела, проверки жалобы. Поэтому мы полагаем, что требуют

  • 121 -

более детального рассмотрения и исследования такие действия судьи как: принятие мер к примирению сторон, разъяснение заявителю об1 ответственности за заведомо ложный донос и сбор необходимых мате- риалов и документов.

Действующий уголовно-процессуальный кодекс РСФСР лишь в ч. 4 ст. 109 содержит упоминание о принятии судьей мер к примирению потерпевшего с лицом, на которое подана жалоба. Какие это могут быть меры законодатель не уточнил. Вследствие этого в процессуальной литературе и в судебной практике допускается различное толкование процедуры примирения.

Одни процессуалисты, ссылаясь на порядок примирения, регла- ментированный в России еще “Уставом уголовного судопроизводства”, утвержденным в 1864 году, согласно которому возлагалась на мировых судей обязанность по склонению лиц к применению,1 а также на судебную практику, утверждали, что судьи должны не только разъяснять сторонам их право на примирение, но и принимать активные меры для достижения положительного результата. Такими мерами они считали вызов сторон в суд, склонение их к применению для предотвращения дальнейшего конфликта, разъяснение пагубности конфликтной ситуации2.

Аналогичные рекомендации приводятся в постановлении Пленума Верховного суда РСФСР от 25 сентября 1979 года “О практике расс- мотрения судами жалоб и дел о преступлениях, предусмотренных ст.112, ч.1 ст.130 и ст. 131 УК РСФСР”, хотя и не конкретизирова-

  • Имеется в виду ст.120 Устава уголовного судопроизводства.

2 См.: Божьев В.П. Процессуальный статус потерпевшего / Российская юстиция, 1994, %1, С. 47-49; Грабовская Н. П., Солодкин И.И., Элькинд П.С. К вопросу о делах частного обвинения / уч. зап. ЛГУ $ 202, 1956, С. 174; Мазалов А. Г. Рассмотрение дел частного обвинения (В настольной книге судьи). М., 1972. С. 645-646.

  • 122 -

но какие меры принимаются судьями для примирения сторон. Результаты опроса судей районных судов, проведенного при повышении ими квалификации в Российской Правовой академии, свидетельствуют о том, что фактически выполнение рекомендаций Пленума Верховного суда РСФСР на практике сводится к вызову сторон, или одного потерпевшего к судье и проведению с ними, или с одним из них, беседы, склоняя к примирению и ликвидации конфликта. По их мнению, эффективность таких бесед незначительна и подобные действия судей приносят ощутимый результат лишь при семейных конфликтах. В ходе обобщений судебной практики в отдельных регионах выявлено, что дела частного обвинения прекращались в ходе подготовительной деятельности судей и в ходе рассмотрения уголовных дел в суде довольно часто и их количество иногда достигало 30% от поступивших в суды1.

Ученые, не разделявшие вышеизложенной позиции, полагали, что судьи не должны неоднократно вызывать стороны для беседы, в ходе которых предпринимаются попытки склонить потерпевшего и лицо, в отношении которого подана жалоба, к примирению. Достаточно того, что судьи разъясняют сторонам их право на примирение и процессуальные последствия такового. В случае, если после выполнения указанных действий примирения не достигнуто, судья сразу же должен принять решение о возбуждении уголовного дела или отказать в этом, но по другим основаниям2.

Мы полностью солидарны с процессуалистами, возражающими на против принятия судьями активных мер к примирению сторон. Ведь

  • Справка о результатах обобщения судебной практики по делам частного обвинения, рассмотренным судами Брянской области в 1993 году. С. 1.

г См.: Катькало СИ., Лукашевич В. 3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ, 1972. С.87-88.

  • 123 -

практике чаще всего именно этим же судьям, которые участвовали в попытке примирения сторон, потом приходится рассматривать уголовное дело по существу. А ведь они в ходе примирения могут, допустить высказывания, свидетельствующие об отношении к делу, непроизвольно войти в оценку доказательств, либо иным образом дать повод для сомнения в их объективности.

Кстати, следует отметить, что варианты проектов УПК РФ также предусматривают возложение на судей обязанности лишь разъяснить сторонам возможности примирения, но в них не содержится указаний о принятии мер к достижению примирения1. Такая позиция соответствует концепции судебно-правовой реформы, в которой заложены принципы разграничения полномочий, освобождения судей от выполнения несвойственных им функций. Если же обратиться к опыту других государств при решении данной проблемы, то уголовно-процессуальное законодательство многих стран возлагало обязанность принятия мер к примирению сторон не на суды, а на другие органы. Так § 380 УПК ФРГ предусматривал, что попытку примирить .стороны по делам частного обвинения предпринимают посреднические органы, указанные земельным управлением юстиции2. Некоторые ученые отмечали как положительный опыт примирения сторон в Польше, где для выполнения этой функции председателем суда материал направляется общественному суду для достижения примирения, либо назначается один из народных заседателей, который в случае достижения примирения, направляет материалы о достижении примирения судье. Если же примирения не достигнуто, то он уже не принимает участие в

  • Проекты Уголовно-процессуального кодекса РФ (Министерства юстиции) М., С.171, (депутатов государственной Думы), С.181.

2 Уголовно-процессуальный кодекс ФРГ, М., 1994, С.156; Мор-щакова Т.Г. Уголовное судопроизводство ГДР, М., 1966, С.44.

V 124 -

рассмотрении данного дела1. Применительно к условиям России, на наш взгляд, подходят на роль лиц и органов, осуществляющих примирение, Комиссии по делам несовершеннолетних, если стороны являются несовершеннолетними, судебные исполнители, либо судебные рас- порядители (приставы) по назначению органов юстиции. Вполне подходили бы для выполнения такой функции товарищеские суды, но они ликвидированы Законом РФ “Об общественных объединениях” от 19 мая 1995 года.

Таким образом, на основании вышеизложенного можно сделать вывод, что принятие мер к примирению сторон не должно входить в функцию осуществления правосудия, а является деятельностью иных органов, скорее всего органов исполнительной власти или общественных организаций. Судья же должен лишь оформлять достигнутое примирение сторон, проверяя постановления об отказе в возбуждении ( уголовного дела за примирением сторон, либо прекращать уже возбужденное дело по этим основаниям. Недопустима, на наш взгляд, и передача полномочий по примирению сторон правоохранительным органам2.

Едва ли можно согласиться с предложениями о расширении полномочий прокурора по делам частного обвинения, передав в его компетенцию следующие вопросы:

  • фиксацию возбуждения уголовного преследования частными4 лицами;
  • возбуждение уголовных дел частного обвинения в публичном
  • 1 См.: Ларин A.M. Защита потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993, С. 207.

2 Предположение о передаче таких полномочий высказывалось Петуховым Ю. Е. в его диссертации (на соискание ученой степени кандидата юридических наук). Соотношение публичного и частного обвинения в уголовном процессе (автореферат дис. к.ю.н.), М., 1996, С. 8.

  • 125 -

порядке;

  • отказ в фиксации факта и в возбуждении уголовного преследования.

В том же научном исследовании Петухова Ю. Е. приводится количество дел частного обвинения, рассмотренных судами России в 1995 году - 90 тыс. дел. Органы же прокуратуры в силу малочисленности и загруженности другой работой, в том числе по расследованию сложных уголовных дел, на наш взгляд, не смогут решить вопросы о принятии мер по примирению сторон и возбуждению во всех случаях дел частного обвинения.

Кроме того, цели и задачи у правоохранительных органов несколько иные, чем у суда, либо органов исполнительной власти, а поэтому данное обстоятельство может повлиять на методы, используемые для примирения сторон.

Следует отметить, что в юридической литературе высказывалось мнение, согласно которому примирение является лучшим исходом лишь для тех дел, по которым виновный искренне раскаялся в содеянном, извинился перед потерпевшим, загладил конфликт, возникший по его вине, возместил причиненный им потерпевшему ущерб1. В случае же отсутствия вышеуказанных условий предлагалось даже предоставить суду право признавать дело частного обвинения имеющим особое общественное значение и подлежащим в необходимых случаях направлению для производства предварительного расследования. Особенно было неприемлемо примирение в связи с получением потерпевшим

  • См.: Грабовская Н.П., Солодкин И.И., Элькинд П. С. К вопросу о делах частного обвинения. / Уч.зап. ЛГУ, N 202, 1956, С.173; Калашникова Н.Я. Судебное разбирательство дел частного обвинения, С.44; Пуихванидзе Б.З. Охрана чести и достоинства личности в со- ветском уголовном праве (автореферат дис. доктора юр.наук), М., 1961, С.20; Даурова Т.Г. Уголовная ответственность за легкие те- лесные повоеждения, Саратов, 1980, С.106-107.

  • 126 -

от виновного материального вознаграждения1.

Однако, нам представляется, что норма уголовно-процессуального закона о примирении сторон по делам частного обвинения подразумевает не право суда на примирение и прекращение дела за примирением сторон, а обязанность принять меры к примирению и прекратить дело за примирением, независимо от того, каковы условия примирения2. Главное, чтобы было добровольное волеизъявление потерпевшего на это. Если же выяснится, что примирение достигнуто под воздействием угроз или иных противоправных насильственных мер, то такое дело может быть пересмотрено в порядке производства по вновь открывшимся обстоятельствам. Тем более, что после решения Конституционного суда о неконституционности п. 4 ст.384 УПК РСФСР перечень дел, подлежащих пересмотру по этим основаниям, значительно расширен. Если же факт незаконных действий по отношению к потерпевшему выяснится в процессе принятия судьей решения о прекращении дела за примирением сторон, то судье необходимо либо, как предлагали Катькало СИ. и Лукашевич В.З., предоставить право не принимать во внимание желание сторон примириться, а признавать дело имеющим особое общественное значение и продолжать рассматривать его по существу, усмотрев, тем самым в деле не частный, а публичный интерес,3 либо при выяснении насилия или угроз к потер-

1 См.: Фаткуллин Ф. Н. Соц. законность, 1964, №4, С.91; Чельцов-Бебутов М.А. Советский уголовный процесс, Харьков, 1929, С. 63.

2 Такой вывод не поотиворечит позиции ученых, высказанной в Комментарии УК РФ к ст. 76, где прямо говорится, что по делам частного” обвинения в случае примирения сторон прекращение дела за примирением - обязанность суда. Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть. Под ред. Скуратова Ю.И. и Ле бедева В.М., М., 1996, С. 212.

3 См.: Катькало СИ., Лукашевич В. 3. Судопроизводство по де лам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С.82-126. При этом высказыва лись поедложения изменить редакцию ст.27 УПК РСФСР, предоставив поаво судьям возбуждать дела имеющие особое общественное значе ние.

  • 127 -

певшему необходимо разрешить судьям не признавать факта достижения сторонами примирения, поскольку потерпевшей не выражает свою волю свободно, добровольно. Второй вариант представляется более удачным и соответствующим перспективам развития уголовного процесса в России в свете концепции судебно-правовой реформы, чтобы не возлагать на суд не свойственных ему, в том числе обвинительных функций. Такое решение судья может оформить соответствующим постановлением об отказе в прекращении дела за примирением сторон, которое обжалуется в вышестоящие судебные инстанции. Аналогичные полномочия следует предоставить судье не только в подготовительной стадии, но и при решении вопроса о примирении в судебном заседании. Кроме того, при выяснении в судебном заседании факта насилия к потерпевшему с целью склонения его к примирению, в дело на любой стадии вправе вступить прокурор в соответствии со ст. 27 УПК РСФСР. После чего такое дело уже не подлежит прекращению за примирением сторон. В публикациях некоторых ученых высказывались предложения о том, что действительное раскаяние виновного и действительно искреннее прощение его потерпевшим, не являются обязательным условием для прекращения дела за примирением1. Мы, как отмечено выше, полностью разделяем такую точку зрения. Обращалось также внимание на то, что примирение - двусторонний акт и обе стороны должны выразить свою долю к примирению2.

Несмотря на то, что в проектах УПК РФ предлагается передать дела частного обвинения на рассмотрение мировым судьям, на наш

1 См.: Савицкий В.М., Потеружа И. И. Потерпевший в советском уголовном процессе, М., 1963, С. 104; Сильчева Н.П. Особенности психологии показаний потеопевших по делам о правонарушениях, пре дусмотренных ст.ст.112,13Ъ ч.1 и 131 УК РСФСР. Государство, право и демократия в условиях оазвитэго социалистического общества, М., 1973, С.244.

2 См.: Божьев В. П. Применение норм уголовно-процессуального законодательства пои рассмотоении дел частного обвинения. Советс кая юстиция, 1992/1 15-16, С. 20-22.

  • 128 -

взгляд, процедура примирения сторон должна сохраниться в том виде, который выработан многолетней практикой, с учетом перспективных предложений по его совершенствованию. Поскольку и мировые судьи осуществляют функцию правосудия, они, по нашему мнению, подлежат освобождению от выполнения несвойственных им функций. Высказанные нами предложения по процедуре примирения сторон вполне приемлемы и для мировых судей. Основными действиями в ходе этой процедуры будут:

  • вызов сторон к лицу, уполномоченному на проведение такой процедуры (к судебному распорядителю или судебному исполнителю, в комиссию по делам несовершеннолетних, либо к мировому судье), вызов должен осуществляться повесткой, а в случае уклонения от явки стороны могут подвергаться приводу по поручению уполномоченных на это лиц;1
  • доклад лица, ведущего примирительное заседание, об обвиняемых, разъяснение прав и последствий примирения, призыв к примирению, выяснение мнения сторон;
  • оформление документа о результатах примирения (протокол о достижении примирения, или протокол о недостижении такового, под- писанный всеми участниками этого действия).
  • Кроме того, нам представляется правильным предложение Божь-ева В.П. о необходимости отграничения примирения от отказа потерпевшего от жалобы2. Ведь возможна ситуация, когда не будет достигнуто обоюдное примирение сторон, а лишь потерпевший откажется

1 Устав уголовного судопроизводства 1864г. содержал иные последствия, в случае неявки к примирительному разбирательству. Для обвинителя она подравнивалась к отказу от обвинения (ст. 135), а для обвиняемого - нежеланию мириться. Устав уголовного судопооизводетва. Издание 6, СПб, 1913.

2 См.: Божьев В.П. Приложение ноом уголовно-процессуального законодательства пои оассмотоении дел частного обвинения. Советс кая юстиция, 1992/ № 15-16, С. 20-22.

  • 129 -

от своей просьбы о привлечении лица к уголовной ответственности. Тогда прекращение такого дела за примирением не будет правильно отражать сущность происходящего. Поэтому вполне допустимо предус- мотрение в уголовно-процессуальном законодательстве еще одного основания для отказа в производстве по делу и прекращении такового - вследствие отказа пострадавшего от жалобы. В противном случае необходимость обоюдного согласия сторон на примирение сделает процесс громоздким и неоправданно дорогостоящим.

Весьма значительным действием в подготовительной деятельности судьи перед возбуждением уголовного дела либо назначением его к слушанию представляется разъяснение заявителю об ответственности за заведомо ложный донос. Необходимость выполнения данного действия обусловлена ч. 2 ст.110 УПК РСФСР. Судебная практика свидетельствует о том, что в правоохранительные органы и в суды могут поступать ложные заявления о совершении различных преступлений, в том числе и преследуемых в порядке частного обвинения. Уголовный кодекс РФ предусматривает уголовную ответственность за заведомо ложный донос по ст.306. При этом под заведомо ложным доносом понимается умышленно искаженная или неправильная информация как о событии преступления, так и о лицах, его совершивших. Необходимым условием уголовной ответственности за указанное преступление является направление такого доноса в органы дознания, предварительного следствия, прокуратуру или суд. Поскольку жалоба пострадавшего (потерпевшего) является поводом к возбуждению уголовного дела, в юридической литературе не высказывалось мнений о незаконности предупреждения заявителей об уголовной об ответственности за заведомо ложный донос. Однако, при определении момента такого предупреждения имеются различные позиции. Одни ученые полагают, что следует предупреждать заявителя об ответствен-

  • 130 -

ности за заведомо ложный донос после того, как тот подтвердит своё желание в действительности привлечь лицо к уголовной ответственности по указанной статье уголовного закона, как будет выяснено его мнение о возможности применения к обидчику мер дисциплинарного, административного или общественного воздействия. Лишь после твердого намерения привлечь лицо к ответственности, заявителю должны быть разъяснены основания ответственности за заведомо ложный донос, о чем делается отметка в протоколе, удостоверенная подписью заявителя1.

Иная точка зрения на указанную проблему, высказанная Гуценко К.Ф., заключается в том, что заявитель предупреждается об уголовной ответственности за заведомо ложный донос сразу же при обращении в органы дознания, следствия, прокуратуры и в суд с жалобой о привлечении лица к уголовной ответственности за - преступление, преследование за которое осуществляется в порядке частного обви- нения2. Такая позиция соответствует требованиям действующего уго- ловно-процессуального законодательства. Такое правило было уста- новлено и ранее еще дореволюционным российским уголовно-процессу- альным законодательством. Так в статье 307 Устава уголовного су- допроизводства, утвержденного 20 ноября 1864 года, прямо говорилось, что “при получении объявления или жалобы судебный следователь или полицейское должностное лицо немедленно расспрашивает обвинителя или жалобщика об обстоятельствах происшествия и … предупреждает его о наказании за лживые доносы”3.

Поскольку жалоба о привлечении к уголовной ответственности

г Учебник уголовного процесса под редакцией Кобликова А.С. М., 1995, С. 359.

2 См.: Гуценко К.Ф. Частное обвинение в советском уголовном процессе. Автореферат диссертации канд. юрид. наук. М., С.14.

3 Российское законодательство 10-20 веков. / Под юедакцией Виленского Б.В., Т.8, М., С.151.

  • 131 -

является чуть ли не единственным поводом к возбуждению уголовного преследования в порядке частного обвинения, ее автора следует сразу же предупреждать об ответственности за заведомо ложный донос, независимо от его дальнейшего желания или отказа привлечь лицо к ответственности. При этом, если заявитель достиг 16-летнего возраста, то он сам предупреждается об указанной ответственности, а если в интересах несовершеннолетнего потерпевшего с жалобой обращается иное лицо, в том числе его законный представитель, то последний должен быть предупрежден об ответственности1 за заведомо ложный донос. Отметка о разъяснении заявителю об ответственности может быть сделана как на самой жалобе, так и в виде специального протокола, в котором удостоверяется заявителем факт предупреждения его об уголовной ответственности.

На наш взгляд, сам по себе факт отсутствия в материалах дела частного обвинения отметки о разъяснении заявителю об ответствен- ности за заведомо ложный донос, не может служить основанием для отказа в дальнейшем производстве по делу или в принятии жалобы.

Весьма дискуссионным остаётся вопрос о необходимости предупреждения заявителей об ответственности за заведомо ложный донос не судьями, а работниками органов дознания. Он приобрел остроту после того как дела о преступлениях, предусмотренных (ст.ст. 115,116, ч.1 ст.ст. 129, 130 УК РФ), были отнесены в силу ст.414 УПК РСФСР к делам протокольной формы досудебной подготовки материалов.

В связи с тем, что действующее уголовно-процессуальное зако- нодательство прямо не возлагает на органы дознания обязанности принимать от пострадавших жалобы о привлечении к уголовной от- ветственности лиц, причинивших им умышленно легкие телесные пов-

  • 132 -

реждения или побои, оклеветавших или оскорбивших их, некоторые практические работники органов дознания, судя по результатам изу- чения конкретных уголовных дел,’ не предупреждают заявителей об ответственности за заведомо ложный донос. Материалы в суды поступали или же с протоколом в порядке ст.418 УПК РСФСР или же без протокола в порядке, предусмотренном ст.114 УПК РСФСР. По таким материалам, как свидетельствует судебная практика, и судьи не всегда восполняли этот пробел, забывая предупреждать заявителей о вышеуказанной ответственности1.

Анализ проектов УПК РФ позволяет убедиться в том, что все они содержат статьи, предусматривающие действия по предупреждению заявителей об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, в главах, посвященных поводам и основаниям возбуждения уголовных дел, но в то же время ничего не говорится о таком предупреждении в главах, посвященных особенностям судопроизводства по делам частного обвинения, возбуждаемым по жалобам пострадавших.

Отмеченный выше пробел в законопроектах, по нашему мнению, должен быть восполнен.

Последнее время приобретает остроту вопрос об освобождении суда от осуществления функции уголовного преследования. Все чаще в литературе появляются публикации о необходимости приведения уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Конс- титуцией Российской Федерации2. В этой связи подлежит переосмыслению давняя проблема принятия судьей мер по сбору необходимых

  • Справка о результатах обобщения тактики рассмотрения судами Иркутской области уголовных дел частного обвинения в 1995 году с.6

2 См.: Соколов А., Москалев И. Конституция России и проблемы судопиоизводства в уголовном процессе. Российская юстиция, 1996, Ш
2, С. 22-24.

  • 133 -

материалов для принятия решения по жалобе о привлечении к уголовной ответственности. В юридической литературе советского периода подчеркивалось, что судьи должны исходить из общих задач судопро- изводства, способствовать быстрому и полному раскрытию преступле- ний, в пределах своей компетенции возбуждать дела, принимать за- конные меры к установлению события преступления, лиц, виновных в совершении преступлений. Тем же.постановлением Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 года в п. 4 было рекомендовано судьям при поступлении жалобы потерпевшего истребовать объяснения у лица, на которое подана жалоба, иные материалы, подтверждающие факты, указанные в жалобе, в том числе, при необходимости, доку- менты медицинского освидетельствования потерпевшего. Признавалось нормальным явлением сбор судом материалов уголовного дела.

После появления в уголовно-процессуальном законодательстве РСФСР протокольной формы досудебной подготовки материалов, некоторыми учеными были высказаны пожелания о необходимости включения дел частного обвинения в перечень дел протокольной формы1.

При этом отдельные процессуалисты подчеркивали, что в какой бы форме не проводилась досудебная подготовка, дела частного обвинения не должны терять своего специфического характера, особенностей2.

После того, как в ст.414 УПК РСФСР были внесены изменения от 21 декабря 1996 года и преступления, уголовное преследование за совершение которых осуществлялось в порядке частного обвинения (ст.115, 116, ч.1 ст.129, ст.130 УК РФ), были отнесены к делам

1 См.: Симкин Л.С, Алексеева Л.Б. О повышении оперативности судебной процедуры. Советская юстиция. 1986, N 19, С.25.

2 См.: Еремян А.В. “Основания возбуждения уголовного дела” (диссеютация кандидата юридических наук”, М., 1993, С.172.

  • 134 -

протокольной формы досудебной подготовки материалов, перед учеными и практиками возникли проблемы совмещения особенностей судоп- роизводства, свойственных таким делам, приоритета тех или иных особенностей в случае их противоречивости.

Для того, чтобы разобраться в данной проблеме и найти правильное решение возникающих в судебной практике вопросов, необходимо, по нашему мнению, проанализировать сущность и значение протокольной формы досудебной подготовки материалов.

Как отмечалось многими процессуалистами, данная форма^подготовки материалов без возбуждения уголовного дела и производства дознания впервые введена Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1966 года “Об усилении ответственности за хулиганство”1. Затем, помимо преступлений, предусмотренных^. 1 ст.206 УК РСФСР, такой порядок судопроизводства распространился на ч.1 ст. 96 УК РСФСР, предусматривающую ответственность за мелкое хищение2. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 21 января 1985 года к делам протокольной формы досудебной подготовки материалов относилось уже 17 составов преступлений. В настоящее время их в ст.414 УПК РСФСР насчитывается уже 40 составов.

Само по себе постоянное увеличение составов преступлений, в отношении которых производится протокольная форма досудебной под- готовки материалов и отнесение к таковым всех составов преступле- ний, преследуемых в порядке частного обвинения,’ свидетельствует о живучести и объективной необходимости существования в настоящий исторический период развития уголовного процесса в России такой процедуры.

  • См.: Ведомости Верховного Совета СССР, 1966, № 30, ст.595 2 См.: Ведомости Верховного Совета СССР, 1977, № 51, ст.1217

  • 135 -

На протяжении всего существования протокольной формы досудебной подготовки материалов происходили острые дискуссии о целе- сообразности и обоснованности её применения в уголовном процессе.

Первоначально многие ученые - юристы возражали против протокольной формы, считая, что это сугубо административная деятельность, не способная обеспечить соблюдение правовых гарантий1.

Напротив, другие процессуалисты и многие практики увидели в ней весьма эффективное средство борьбы с преступностью, позволяющее достаточно оперативно и эффективно исследовать обстоятельства преступлений не представляющих повышенной общественной опасности и совершенных в условиях очевидности2.

Мы полностью разделяем мнение сторонников существования такой формы уголовного судопроизводства. Ведь действующее уголовное законодательство предусматривает большое количество составов преступлений, имеющих небольшую общественную опасность, совершаемых публично, не требующих больших усилий по его раскрытию и сбору доказательств виновности лиц их совершивших. Сложная процедура предварительного расследования по таким делам достаточно обреме- нительна и требует неоправданных затрат, задействования следова- телей и дознавателей, которые могли бы в это время расследовать более опасные преступления. Кроме того, в силу распространенности такого рода преступлений и стремления правоохранительных органов максимально приблизить ответственность правонарушителя к моменту совершения им преступления представляется вполне оправданным на-

Т~Ш7: Строгович М. С. Курс советского уголовного процесса. М., 1970, № 1, С. 501.

2 См.: Пашкевич П.Ф. О процессуальной экономии в досудебных стадиях советского уголовного судопроизводства. (Проблемы совер- шенствования советского законодательства. № 1. М., 1974, С. 160- 173.

  • 136 -

личие в уголовно-процессуальном законодательстве протокольной формы досудебной подготовки материалов. Единая сложная форма су- допроизводства по всем делам от самого запутанного о каком-либо тяжком преступлении до самого простого и малозначительного не способствует экономному и эффективному применению процессуальных средств.

На наш взгляд, необходимость существования одинаковой, единой процессуальной формы предварительного (досудебного) производства для всех дел нельзя считать доказанной ни теоретически, ни исторически, ки практически. По некоторым делам время и силы правоохранительных органов напрасно затрачиваются не на установ- ление преступного деяния, а на то, чтобы только соблюсти сложную форму расследования, связанную с выполнением многочисленных следственных действий и написанием груды бумаг. В сущности, пред- варительное расследование таких дел носило бы формальный характер.

Что касается дел частного обвинения, то первоначально процедура производства по ним в порядке протокольной формы не предус- матривалась.

Такое предложение было частично реализовано тогда, когда статья 414 УПК РСФСР была дополнена ст.112 УК РСФСР1, а затем “ и все дела частного обвинения о преступлениях, предусмотренных ст.115, 116 и ст.129, 130 УК РФ были включены в этот список. В результате, как нам представляется, и как показал опрос судей ра-

1 Имеется в виду Закон РФ от 29 мая 1992 г. Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Рос- сийской Федерации. 1992, № 27, ст. 1560, а также Федеральный закон от 12 декабря 1996 г. О внесении изменений и дополнений в уголовно- процессуальный кодекс РСФСР и исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием уголовного кодекса Российской Федерации. Российская газета за 25 декабоя 1996 года, С.3-6.

  • 137 -

ионных судов, рассматривавших уголовные дела, значительно сокра- тился объем работы у судей по сбору необходимых материалов для рассмотрения дел частного обвинения. Материалы о совершении прес- туплений, предусмотренных ст. 112 УК РСФСР, то есть об умышленном причинений потерпевшим легких телесных повреждений и побоев и иные дела частного обвинения стали поступать в суды более полными. В них содержались не только объяснения участников конфликтов, их очевидцев, но и сведения, характеризующие стороны, результаты медицинского освидетельствования пострадавших. На наш взгляд, эти меры позволили бы еще в большей степени освободить суды от выпол- нения несвойственных им функций по сбору материалов. Между тем, статистические данные указывают на то, что далеко не все материалы по делам частного обвинения направлялись в суды в соответствии со ст.415 УПК РСФСР. К сожалению, значительная их часть поступала от органов дознания в порядке, предусмотренном ст.114 УПК РСФСР, без необходимой проверки, по которым следовало истребовать харак- теристики, сведения о судимостях и иные документы. Такое положение стало возможным вследствие того, что не по всем сообщениям органы дознания успевали в 10-дневный срок установить обстоятельства совершенного преступления и личность нарушителя.

В связи с направлением органами дознания в суды заявлений об умышленном причинении заявителям легких телесных повреждений или побоев, по истечении 10-дневного срока со дня его поступления в орган дознания, перед практическими работниками возникла сложная проблема определения какими правовыми нормами пользоваться, нап- равляя заявление с материалами по делу частного обвинения в суд. Вопрос требовал тщательного рассмотрения и немедленного решения.

  • 138 -

Судебная практика по данной проблеме различна. В одном случае ор ганы дознания направляли заявление и материал в порядке ст.114 УПК РСФСР, при этом проверка заявления часто осуществлялась лишь в случае необходимости уточнения квалификации деяния. Как отмечал Чувилев А.А., “в законе не содержится указаний на процессуальную форму, в которую должно быть обличено решение о направление заяв ления в суд в порядке ст.114 УПК РСФСР, но на практике обычно составляется сопроводительное письмо, в котором мотивируется ре шение со ссылкой на статью УПК РСФСР, указывается дата поступле ния заявлений”1. ?•

В других случаях те же органы дознания эти заявления и материалы направляли в суды, делая ссылку на ст.ст.27 и 416 УПК РСФСР, мотивируя это тем, что в 10-дневный срок им не удавалось установить обстоятельства совершенного преступления и личность правонарушителя, собрать материалы, имеющие значение для рассмот- рения дела в суде, а дело частного обвинения начальники органов дознания возбуждать не вправе. При поступлении таких материалов в суд, судья мог либо, возбудив дело, рассмотреть его по существу, либо, после возбуждения частного обвинения, направить его для производства дознания, сославшись по п. 2 ст. 416 УПК РСФСР, или для производства предварительного следствия в соответствии со ст. 126 ч.2 и ст. 417 УПК РСФСР2.

Нам представляется более убедительной и верной первая точка зрения, в соответствии с которой материалы о преступлениях, пре-

1 Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. Под редакцией Лебедева В.М. и-Божьева В.П., М., 1995, С. 176.

2 Подобная судебная практика выявлена в Бежицком суде г.Брянска в связи с чем начальник Бежицкого РОВД г.Боянска обра щался в Верховный Суд РФ с запросом о разъяснении* соответствия такой практики УПК РСФСР.

  • 139 -

дусмотренных ст.ст.115,116 ч.1 ст.ст.129,130 УК РФ, по истечении 10-дневного срока проверки подлежат направлению в суды со ссылкой на ст.114 УПК РСФСР, поскольку по делам частного обвинения пре- дусмотрена сложная процедура примирения сторон, предъявляются по- вышенные требования к жалобе, которая приравнивается к постанов- лению о возбуждении дела или является поводом для возбуждения дела такой категории.

Право возбуждения дела предоставлено в исключительных случаях, перечисленных в ст.27 УПК РСФСР, прокурорам. Если же предоставить начальникам органа дознания право возбуждать дела частного обвинения, то они тогда получили бы возможность рассматривать и вопрос о возможности применения к правонарушителю мер общественного воздействия, согласно ч.4 ст.415 УПК РСФСР. Однако это было бы незаконно, поскольку органы дознания нарушат конституционный принцип - осуществление правосудия и признания виновным в совер- шении преступлений лишь судом. Приводились в данном споре аргументы против наделения органов дознания полномочиями по примирению сторон в делах частного обвинения. В случае освобождения суда от выполнения обязанности возбуждения уголовных дел, как предлагается в некоторых проектах УПК РФ, сам гражданин путем подачи в суд жалобы о привлечении лица к уголовной ответственности должен возбуждать уголовное дело частного обвинения.1 В этих же проектах предлагаются дела, преследуемые в порядке частного обвинения, не включать в состав тех дел, по которым производится,прото-

1 Проекты Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (Министерства юстиции РФ), С.170-171 (Депутатов) С.180-181. “Аналогичные предложения в юридической литературе высказывались ранее Пурхванидзе Г.З. “Охрана чести и достоинства личности в со- ветском уголовном праве”. Автореферат докторской диссертации. М., 1961, С.20; Очилов У. “Некоторые вопросы привлечения к уголовной ответственности по делам, возбужденным по жалобе потерпевшего”. Ташкент, 1967, С.170.

  • 140 -

кольная форма досудебной подготовки материалов. Не упоминается в проектах обязанность органа дознания помогать частным обвинителям в сборе доказательств. В отношении же судей сказано, что они оказывают частным обвинителям содействие в собирании доказательств по ходатайству последних. Таким образом, проекты УПК предусматривают перенос всей тяжести по сбору доказательств и материалов по делам частного обвинения на частных лиц, обращающихся в суды с жалобами. Нам такая позиция представляется не совсем верной, поскольку в силу социального неравенства лишь богатые люди смогут нанять частных детективов, адвокатов для того, чтобы собрать доказательства виновности или невиновности лица. Без помощи правоохранительных органов в сборе доказательств обвинения не обойтись1 .

Довольно давним остается спор о целесообразности проведения в стадии возведения уголовного дела судебно-медицинской экспер-тизы и о необходимости включения её в перечень неотложных следственных действий. Подобные предложения периодически появлялись в публикациях ученых, так и практических работников2. По делам частного обвинения этот вопрос приобретает особое значение, когда речь идет о причинении пострадавшему легких телесных повреждений. Ведь уголовное дело об умышленном причинении легких телесных повреждений, как
дело частного обвинения, в соответствии со

1 Ссылаясь на зарубежный опыт некоторые ученые считали воз можным осуществление уголовного преследования физическими лицами в досудебной стадии лично или посредством частного детектива, см. Ковалев В.А., Чаадаев С.Г. Органы расследования и судебная систе ма Великобритании, М., 1985, С.10.

2 См.: Сигалов Л.Е. О необходимости включения судебно-меди цинской экспертизы в перечень неотложных следственных действий. (Судебно-медицинская экспертиза, 1969, N 2; Мудьюгин Г., Посих П. Судебно-медицинскую экспертизу - в стадию возбуждения уголовного дела, Соц. закон., 1971, Ш 9.

  • 141 -

ст.ст.27, 109 УПК РСФСР может возбудить только; судья или в исклю- чительных, строго определенных законом случаях - прокурор.

Как свидетельствует статистика, именно дела о совершений вы- шеуказанного преступления, составляли значительную долю от всех дел частного обвинения. Результаты изучения конкретных уголовных дел показывают, что лица, которым были причинены телесные повреждения, как правило, в первый очередь обращались за помощью в органы милиции. Эти же лица до установления степени тяжести телесных повреждений не могли решить вопрос о возбуждении дела, поскольку при причинении потерпевшему легких телесных повреждений преступление преследуется в порядке частного обвинения, а органы дознания возбуждать такие дела не вправе.

Получается, что привлечение судебно-медицинского эксперта к участию в деле необходимо во всех случаях причинения телесных повреждений. Без его заключения очень сложно правильно определить квалификацию деяния или отнести дело к определенной категории. При изучении уголовных дел частного обвинения, рассмотренных судами Брянской области, нами было установлено, что почти по всем делам об умышленном причинении легких телесных повреждений проводились экспертизы еще до возбуждения уголовных дел.

При обращении пострадавших в органы милиции с заявлениями о причинении им телесных повреждений дознаватели выдавали им на руки постановления о назначении судебно-медицинских экспертиз, с которыми они обращались к судебно-медицинским экспертам, и’ те да- вали заключения о характере причиненных повреждений и их тяжести. Затем, эти заключения экспертов либо вместе с заявлением направ- лялись в суды в порядке ст.114 УПК РСФСР или приобщались к мате- шалам досудебной подготовки и затем с протоколом поступали в су-

  • 142 -

ды для решения вопроса о возбуждении уголовного дела в соответствии со ст. 415 УПК РСФСР. Такие акты судебно-медицинских экспертиз исследовались в судебном заседании и на них как на доказательство суды ссылались в своих решениях.

Таким образом, предложения о производстве судебно-медицинских экспертиз еще до возбуждения уголовных дел, вопреки действующему законодательству, активно реализуются в практической деятельности судов отдельных регионов.

Сторонники проведения судебно-медицинских экспертиз до возбуждения уголовного дела в обоснование своей позиции ссылались на то, что существующий порядок назначения и проведения экспертиз позволяет ускользнуть из поля зрения следственных органов таким преступлениям как покушение на умышленное причинение тяжких телесных повреждений или даже на убийство1.

Противники проведения экспертиз до возбуждения уголовных дел в качестве основных аргументов правильности своей позиции ссылались на то, что любые следственные действия должны проводиться только на основании мотивированных постановлений следователей, которые уполномочены их выносить после возбуждения уголовного дела, а также на возможность проведения до возбуждения дела медицинского освидетельствования лиц.2

Практика проведения медицинских освидетельствований, как показало изучение конкретных уголовных дел, широко распространена в Тульской области. Лица, которым причинены телесные повреждения обращались непосредственно в медицинские учреждения, где их осви-

а См.: Даурова Т.Г. Уголовная ответственность за легкие телесные повреждения. Саоатов, 1980, С.103.

2 См.: Цветков П*П. Исследование личности обвиняемого. Л., 1973, С.133. Лягушкин Н. Соблюдать законность при назначении и производстве экспертизы / Советская юстиция. 1968, № 22, С.15-Г6.

  • 143 -

детельствовали и выдавали справки о имеющихся у них на момент об- ращения телесных повреждениях с их подробным описанием. Эти справки затем приобщались к материалам, направляемым в суд и исследовались в судебном заседании в качестве доказательств как иных документов, предусмотренных ст.69 УПК РСФСР. В исключительных случаях, при оспаривании времени, локализации и характера причиненных повреждений, суды назначали и проводили судебно-медицинские экспертизы в судебном заседании.

Ученые, разделявшие взгляды противников проведения судебно- медицинских экспертиз до возбуждения уголовного дела, также обращали внимание на то, что освидетельствование, проведенное до возбуждения уголовного дела и вне процессуальной формы, нельзя приравнивать к освидетельствованию, предусмотренному ст.181 УПК РСФСР. Справка врача об обнаруженных им на теле-пострадавшего повреждениях, по их мнению, не может считаться ни протоколом ос- видетельствования (ст.87 УПК РСФСР), ни заключением эксперта (ст.80 УПК РСФСР). Они полагали, что наличие подобной справки не освобождает судью от обязанности назначения по делу судебно-меди- цинской экспертизы, как это предусмотрено ст.79 УПК РСФСР1.

В этой связи следует обратить внимание на проекты УПК РФ, подготовленные Министерством юстиции РФ и депутатами Государс- твенной Думы. В них, в отличие от действующего УПК РСФСР, предус- матривается возможность освидетельствования не только для уста- новления на теле следов преступления, но и для обнаружения телесных повреждений, выявления состояния опьянения и иных признаков, имеющих значение по делу2.

  • См.: Мазалов А.Г. Настольная книга судьи. Под редакцией Гоокина А.Ф. и других. М., 1972, С. 641.

2 Проекты УПК РФ (Министерство юстиции РФ) ст.177 (Депутатов-членов комитета Государственной Думы) ст. 185.

  • 144 -

Нам представляется более эффективным и не противоречащим основным принципам осуществления правосудия следующее решение проблемы проведения судебно-медицинских экспертиз по делам частного обвинения. Любой гражданин, которому причинены телесные повреждения, может обращаться в медицинские учреждения за медицинской помощью. Врач, фельдшер или другой медицинский работник, осматривающий пострадавшего, должен отражать в медицинских документах локализацию и характер телесного повреждения. Выписка из истории болезни пострадавшего должна выдаваться последнему медицинским учреждением по его просьбе, либо по требованию правоохранительных органов и суда. Такие документы в виде справки или выписки из истории болезни следует приобщать к материалам дела путём вынесения отдельного постановления об этом, или же отразить данный факт, в постановлении о возбуждении уголовного дела. После этого они должны рассматриваться в качестве доказательства по делу в соответствии со ст.ст. 69, 88 УПК РСФСР - как документы. В’случае сомнений в объективности такого документа, либо необходимости уточнения степени тяжести телесного повреждения, времени и характера его причинения, суд должен назначить судебно-медицинскую экспертизу. Проведение ее экспертизы по каждому факту причинения телесных повреждений не только не оправдано с материальной точки зрения, особенно когда за проведение экспертиз кто-то должен платить, но и практической, поскольку далеко не по каждому эпизоду пострадавшие обращаются в суды с жалобами о привлечении виновных к уголовной ответственности за умышленное причинение легких телесных повреждений.

Существует также еще один вариант решения данной проблемы.

Органы дознания должны по каждому факту причинения телесных

  • 145 -

повреждений возбуждать уголовные дела и назначать судебно-меди- цинские экспертизы. В тех случаях, если по заключению судебно-ме- дицинских экспертов пострадавшему причинены легкие телесные пов- реждения, отсутствуют хулиганские мотивы и в действиях виновного будет усмотрен состав преступления, предусмотренный СТ.115 УК РФ, следователь или дознаватель должны вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по иной статье и направить материалы с жалобой пострадавшего в суд для рассмотрения по существу в порядке частного обвинения, разъяснив предварительно пострадавшему порядок судопроизводства по делам такой категории1.

Следовательно, наиболее приемлема,на наш взгляд,позиция ученых и практических работников, допускавших в качестве доказательств по делу результаты медицинских освидетельствований, которые хотя и проводились до возбуждения уголовного дела, но приобщились к материалам дела в соответствии с правилами уголовного судопро- изводства и поэтому должны допускаться в качестве доказательств.

Выходом из сложившейся ситуации по проведению экспертиз до возбуждения уголовных дел может стать Федеральный закон “Об экс- пертизе”, над принятием которого работают в Государственной Думе Федерального Собрания РФ. В этом законе следует предусмотреть процедуру назначения и проведения любых экспертных исследований для любой отрасли права (уголовной, гражданской, арбитражной, ад- министративной), в том числе в связи с обращениями частных лиц, до возбуждения уголовных дел.

Кроме того в ходе изучения конкретных уголовных дел частного

J Подобное предложение высказывали Бородавко А., Катькало С. Процессуальные особенности возбуждения дел о преступлениях, пре- дусмотоенных ст.112, ч.1 ст.130 и ст.131 УК РСФСР, Советская юс- тиция/ 1972, № 11, С. 21.

  • 146 -

обвинения нами было установлено,что по делам данной категорий ни органами дознания, ни судом не проводились осмотры мест проис- шествия, не было приобщено ни одного протокола осмотра места происшествия по указанным делам. Между тем, осмотр места проис- шествия иногда является весьма важным доказательством при расс- мотрении конкретных дел и в соответствии с действующим уголовно- процессуальным законодательством может проводиться еще до возбуждения уголовного дела1. Именно при осмотре места происшествия закон допускает обнаружение и изъятие различных предметов, орудий совершения преступления, которые затем могут признаваться в качестве вещественных доказательств и приобщаться к материалам дела, служить доказательствами по делу.

Таким образом, подводя итоги анализу подготовительной деятельности судьи до рассмотрения дела частного обвинения по существу, можно сделать следующие выводы:

  1. Необходима подробная правовая регламентация деятельности судьи и других участников процесса на этапе подготовки к принятию решения о назначении дела частного обвинения к слушанию.
  2. Примирительное производство у судьи должно содержать строго определенную законом процедуру разъяснения сторонам о возможности примирения по делам частного обвинения и о его юридических последствиях, без принятия активных мер к склонению к примирению.
  3. Активную позицию по примирению сторон должны занимать ис- полнительные органы государства или общественные организации, но не суд.
    • На данное обстоятельство обращалось и ранее внимание в публикациях. См.: Казаченко И., Сухов В. Ответственность за пося- гательство на честь и достоинство граждан / Советская юстиция, 1976, Ш 7, СИ.
  • 147 -
  1. Дело, прекращенное производством в связи с примирением сторон, может быть пересмотрено в порядке, предусмотренном ст. 384 УПК РСФСР (по вновь открывшимся обстоятельствам), если выяснится, что пострадавший несвободно выразил свое волеизъявление, а под физическим или психическим насилием.
  2. Об ответственности за заведомо ложный донос по делам частного обвинения заявитель должен предупреждаться не только судьями при обращении в суд с жалобой о привлечении к уголовной ответственности, но и при обращении с заявлением о совершении преступления, преследуемого в порядке частного обвинения в любые пвавоохоанительные ооганы.
  3. A i. A

  4. Судебная практика свидетельствует, что дело частного обвинения возбуждает не судья, а пострадавший, путем подачи жалобы в суд, а судья лишь оформляет в процессуальном порядке это действие, принимая жалобу к производству, что не равнозначно выполнению обвинительной функции органов государства по возбуждению дел.
  5. Существование протокольной формы досудебной подготовки материалов по делам частного обвинения вполне оправдано, поскольку она не только освобождает судей от выполнения несвойственных им функций, но и помогает пострадавшим в сборе доказательств, не- зависимо от их материального состояния.
  6. Нет необходимости в проведении судебно-медицинской экспертизы до возбуждения уголовного дела частного обвинения, достаточно признания медицинских документов и иных результатов освиде- тельствования в качестве доказательств. Однако, возможно внесение изменений в УПК РФ и принятие закона “Об экспертизе”, предусмотрев в этих нормативных актах возможности проведения экспертиз до возбуждения уголовных дел.
  • 148 -

§ 3. Особенности возбуждения и судебного рассмотрения

дел частного обвинения.

Как нами уже отмечалось в предыдущих параграфах данного исс- ледования, помимо наличия подготовительной деятельности судьи в стадии возбуждения уголовного дела частного обвинения, имеется целый ряд иных особенностей возбуждения дел такой категории. В частности, в юридической литературе подчеркивался строго опреде- ленный круг субъектов, наделенных правом возбуждения уголовного преследования по жалобам потерпевших. Таковыми ранее признавались судья и в исключительных случаях, строго определенных процессу- альным законодательством, - прокурор.1

Стадия возбуждения уголовного дела всегда привлекала внимание процессуалистов в силу своей определенной противоречивости. С одной стороны, требовалось, чтобы возбуждение уголовных дел было обоснованным, а с другой - не разрешалось производить следственных действий, за исключением осмотра места происшествия. В силу этого некоторые процессуалисты предлагали расширить возможности проверки поступивших сообщений о совершении преступлений. Другие

1 См.: Катькало С. И., Лукашевич В. 3. Судопроизводство по делам частного обвинения, ЛГУ, 1972, С. 63; Гапанович Н.И. Отказ в возбуждении уголовного дела. Минск, 1967, С. 48; Мотовиловкер Я. 0. Вопросы дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства. Томск, 1966, С. 22 и доугие”. В связи с пшнятием постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28 ноября 1996 года положение ч.1 ст. 418 УПК РСФСР, наделяющее судью полномочиями возбуждать уголовное дело по подготовленным в протокольной форме материалам о преступлении или отказать в его возбуждении, а также ч. 2 этой же статьи, предусматривающей обязанность судьи изложить в постановлении о возбуждении уголовного дела формулировку обвинения, признаны не соответствующими Конституции РФ. Однако требования ст. ст. 27, 109, 114 УПК РСФСР не признаны противоречащими Конституции РФ и продолжают действовать.”

  • 149 -

процессуалисты категорически возражали против этого, полагая, что если пойти на расширение возможности производства следственных действий, то эта стадия потеряет свою специфику и превратится в суррогат предварительного расследования. Стадии возбуждения уго- ловного дела, и, соответственно, решению о возбуждении уголовного дела в науке и на практике придавалось большое, значение в силу того, что такое решение открывало законные возможности для произ- водства следственных действий правоограничительного характера, в том числе и следственных действий, ограничивающих конституционные права граждан (неприкосновенность личности, жилища, тайну переписки и другие). Несмотря на то, что ограничение конституционных прав происходило с санкции прокурора, который выполняет функцию надзора за законностью в стадии предварительного следствия, тем не менее нельзя закрывать глаза на то, что прокурор организует борьбу с преступностью, совмещает в своей деятельности функцию обвинения, которая при даче им санкций на производство следственных действий правоограничительного характера оказывает на него достаточно сильное влияние. Вот почему и требовалось, чтобы уголовные дела возбуждались только при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления (ст. 108 УПК РСФСР). Постановление о возбуждении уголовного дела служило определенным барьером, предохраняющим от произвола обвинительной власти.

Если же возбужденное уголовное дело впоследствии прекращалось за отсутствием события или состава преступления, то автоматически считалось, что оно было возбуждено незаконно, за что следовали определенные оргвыводы. Это толкало практических работников на получение многочисленных объяснений от граждан, медицинских справок и других действий, направленных на получение доказа-

  • 150 -

тельств, которые не имели практически надлежащего статуса доказа- тельств, поскольку были получены вне надлежащей процессуальной процедуры. Комплекс указанных обстоятельств заставлял научных и практических работников настойчиво искать выход из сложившейся ситуации.

В настоящее время появились основания по иному посмотреть на проблему возбуждения уголовных дел, в том числе и по делам частного обвинения. Согласно Конституции Российской Федерации и всем представленным проектам УПК РФ, правоограничительные меры в стадии предварительного следствия будут приниматься с санкции суда. Кроме того, практически любые действия и решения органа дознания, следствия и прокурора можно будет обжаловать в суд. Все это снимает опасность производства незаконных и необоснованных следственных действий, ущемляющих права граждан. Примечательно, что в тех правовых системах, где действуют судебный контроль за производством предварительного следствия такого акта, как постановление о возбуждении уголовного дела вообще не существует. Для того, чтобы органы, управомоченные на производство предварительного расследования, могли собирать доказательства в надлежащем процес- суальном порядке, они должны иметь право возбуждать уголовные дела как можно раньше, если из полученных сообщений о совершенном преступлении не усматривается законных оснований к отказу в воз- буждении уголовного дела.

Отдельного внимания заслуживает вопрос о необходимости возбуждения уголовного дела судом, когда к нему обращается с жалобой потерпевший по делам частного обвинения. На наш взгляд, если воз- буждение уголовного дела служит законным основанием для произ- водства предварительного расследования, то применительно к судеб-

  • 151 -

ному разбирательству аналогичную функцию выполняет постановление судьи о назначении судебного заседания. Поэтому, как нам предс- тавляется, выносить постановление о возбуждении уголовного дела по преступлениям, не требующим предварительного расследования, когда потерпевший имеет право обратиться с жалобой непосредственно в суд, вообще нет никакой необходимости. Такая позиция четко просматривается в Уставе уголовного судопроизводства 1864 года. И.Я. Фойницкий по этому поводу писал: “Каждое обвинение, предъяв- ленное уполномоченным на то обвинителем компетентному суду и удовлетворяющее необходимым для того юридическим условиям (мате- риальным и формальным), должно быть принято судом, и в результате такого принятия получается судебное определение о привлечении к суду данного лица в качестве обвиняемого.и1

Привлечение к суду равнозначно преданию суду. К сожалению, стадия предания суду и, соответственно, решение о предании суду исчезли из российского уголовно-процессуального законодательства после внесения изменений в УПК РСФСР.2 Ранее существовавшая стадия предания суду заменена стадией подготовительных действий к судебному заседанию. Однако, суть и значение этой стадии остались прежние. Это и дает нам основание считать, что решение о назначении судебного заседания есть ни что иное как решение о привлечении обвиняемого к суду. И.Я. Фойницкий предостерегал от смещения понятий возбуждения уголовного преследования и привлечения обви- няемого к суду. “Возбуждение преследования не следует смешивать с началом дела в судебном порядке; начатие дела (принятие обвинения

1 См.: И. Я. Фойницкий. Курс уголовного судопроизводства. СПб., 1910 т. 2. С. 8.

2 Закон РФ от 29 мая 1992 года (Ведомости Съезда Народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. Ш 27, ст. 1560).*

  • 152 -

судом и привлечение к суду) есть акт судебный, возбуждение преследования (подача жалобы потерпевшим) - акт обвинителя”.1

Поскольку возбуждение уголовного дела часто интерпретируется *’ как возбуждение уголовного преследования, особенно когда оно возбуждается не по факту, а против конкретного лица, что подтверждено и решением Конституционного суда от 28 ноября 1996 года, то такое решение не может принимать судья в состязательном процессе. Но в таком случае необходимо по-новому посмотреть на правовую сущность подачи потерпевшим жалобы по делам частного обвинения. Полезную информацию на этот счет можно почерпнуть из российского

? Устава уголовного судопроизводства 1864 года и пореформенной до революционной литературы. Актуальность этой информации состоит в том, что суть реформы 1864 года состояла в переходе,от инквизици онной к состязательной форме процесса, Предание суду осуществля лось судебной палатой, по обвинению лишь в тяжких преступлениях,

ф по остальным делам обвинительный акт и частная жалоба поступали

непосредственно в окружной суд, который обязан был назначить дело

ф к рассмотрению. В связи с этим жалоба потерпевшего рассматривалась, во- первых, как возбуждение уголовного преследования, во-вторых, не только как повод, но и как достаточное основание для производства дознания или предварительного следствия. Если принять во внимание, что предварительное расследование по Уставу уголовного судопроизводства осуществлялось судебным следователем, который принадлежал к судебной власти, то становится понятным, почему судебный следователь при получении жалобы потерпевшего,

? если она удовлетворяла предъявляемым к ней требованиям, ‘обязан ^ был начать расследование (приступить к следствию). Так статья 303

1 См.: Фойницкий И.Я. Указанная работа. С. 8-9.

  • 153 -

Устава уголовного судопроизводства гласила: “Жалоба почитается достаточным поводом к начатию следствия. Ни судебный следователь, ни прокурор не могут отказать в том лицу, потерпевшему от прес- тупления или проступка. “

Приступая к следствию по жалобе потерпевшего, судебный следователь не принимал решения о возбуждении уголовного дела. Такое решение судебный следователь и суд принимали только тогда, когда материалы поступали от должностных лиц или граждан, не имеющих право по закону на возбуждение уголовного преследования. Право на возбуждение уголовного преследования принадлежало прокурору и по- терпевшему, а посему требование прокурора, как представителя об- винительной власти, должно быть признаваемо, во всяком случае, достаточным поводом к начатию следствия. Равным обр’азом судебный следователь не мог отказать лицу, потерпевшему от преступления, в исследовании его жалобы, как имеющей свойство судебного иска.1 И далее И.Я. Фойницкий отмечал, что по делам, не требующим предва- рительного расследования освобождение суда от обязанности возбуж- дения уголовного дела представляется бесспорным. “Так, - пишет И.Я. Фойницкий, - мировой судья не может отказать в принятии обвинения, поданного компетентным обвинителем и удовлетворяющего юридическим условиям. Аналогично по делам общих судебных мест, не требующим особой процедуры предания суду, окружной суд по получении обвинительного акта или частной жалобы приступает непосредственно к производству (ст. 527 Устава), то есть не вправе отказать в рассмотрении таких обвинений по одной лишь бездоказатель-

1 См.: Фойницкий И. Я. Куос уголовного судопроизводства. СПб., 1910, т. 2, С. 3.

  • 154 -

ности их. Ml

Отказать в рассмотрении жалобы можно было только по юридическим основаниям, а именно: жалоба подана некомпетентным обвинителем или не соответствует предъявленным к ней требованиям. Обязанность судьи по делам частного обвинения склонять стороны к примирению заимствовано из дореволюционного законодательства. В то время это было оправдано особым статусом мировых судей, как “хранителей мира” во вверенном им участие. Мировые судьи не входили в общую судебную систему, их решения могли быть пересмотрены только съездами мировых судей.

В настоящее время дела частного обвинения рассматриваются, если так можно сказать, “обычными” судьями, не наделенными каким-то особым статусом. Несмотря на то, что институт мировых судей, к подведомственности которого, судя по проектам УПК РСФСР, могут быть отнесены дела частного обвинения, уже закреплен Законом о судебной системе2 , однако, их правовой статус не будет отличаться от статуса других судей. Это позволяет поставить на повестку дня вопрос о целесообразности такой процедуры как “склонение к примирению” сторон. Склонять к примирению можно только в том случае, если судья уверен, что преступление действительно совершено и совершил его тот, на кого указано в жалобе потерпевшего. Такая предварительная уверенность может в дальнейшем неблагоприятно сказаться на объективности судьи, не говоря уже о том, что она подрывает идею презумпции невиновности. Поэтому, на наш взгляд, даже мировые судьи должны не склонять потерпевшего и его обидчика к примирению, а лишь разъяснять им возможность такого примирения и его последствия.

  • См.: Указанная работа С. 4. „

2 См.: Закон РФ “О судебной системе^. М., 1997.

  • 155 -

Нам представляется, что таким правом не может быть наделен народный и присяжный заседатель, поскольку они выступают в качестве судьи только при участии в судебном заседании по конкретному делу, но не при выполнении судебных функций в силу своего должностного положения. Не может возбудить дело частного обвинения судья вышестоящего суда (областного, краевого, Верховного и т.д.) вследствие ст.41 УПК РСФСР о территориальной подсудности данного дела и требований статьи 47 Конституции Российской Федерации о невозможности изменения подсудности дела без согласия сторон. В связи с изложенным, по нашему мнению, дело частного обвинения могут возбудить: народный судья (соответственно председатель и заместитель председателя районного нарсуда), а также приравненный к ним военный судья.

Что касается понятия “прокурор”, данного в п.6 ст.34 УПК РСФСР, то оно аналогично подлежит анализу. В соответствии с Законом “О прокуратуре Российской Федерации” в компетенцию не только прокурора района, города, их заместителей, помощников, но и прокуроров отделов и управлений прокуратур, прокуроров автономных республик, краев, областей, автономных областей, автономных округов, военных, транспортных и других прокуроров, в том числе Генеральной Прокуратуры РФ входит возбуждение дел частного обвинения. Кроме того, следует отметить, что в Законах РФ отражена возможность возбуждения таких дел в отношении судей, депутатов Федерального Собрания, прокуроров, лишь Генеральному прокурору РФ.

При этом, как нам представляется, следует иметь ввиду, что возбудить дело частного обвинения прокурор может лишь при наличии обстоятельств, указанных в ч. 3 ст.27 УПК РСФСР, то есть тогда, когда дело имеет особое общественное значение или если потерпев-

  • 156 -

ший в силу беспомощного состояния, зависимости от обвиняемого или по иным причинам, не в состоянии защищать свои права и законные интересы. После возбуждения дела прокурором по этим основаниям дело не может быть прекращено за примирением сторон.

История существования прокуратуры в России вплоть до 90-х годов - это создание и совершенствование субъекта уголовного процесса, наделенного полномочиями по осуществлению высшего надзора. Эту особенность отмечали в своих научных исследованиях многие ученые. Кроме того, следует обратить внимание, что теоретическая дискуссия по проблеме процессуального положения прокурора ведется уже давно. Данная дискуссия, как нам представляется, вызвана тем, что для правильного понимания участия прокурора по делам частного обвинения, следует исходить их роли органов прокуратуры в госу- дарстве.

Длительное время в юридической литературе высказывалось мнение, что прокурор, выступающий в качестве обвинителя, является не только стороной в процессе, но и органом охраны законности.

Двойственность процессуального положения прокурора усматривалась в том, что он реализует надзор в двух формах: 1) поддержание обвинителя; 2) дача заключения1. При этом одни ученые, разделяющие взгляды на двойственность процессуального положения прокурора, пытались прокурора как государственного обвинителя поставить над судом, обосновывая свой вывод тем, что прокурор на всех стадиях уголовного процесса, в том числе в судебном заседании,

1 См.: Шйфман М.Л. Прокурор в уголовном процессе. М., 194’8, С.49; Тадевосян B.C. Прокурорский надзор в СССР. М., 1956, С.216; Полянский Н.Н. ВОПРОСЫ теории советского уголовного процесса. М., 1956, С. 102.

  • 157 -

сохраняет функции органа надзора за законностью1. Другая группа ученых, наоборот, брала за основу функцию государственного обви- нителя и противопоставляла ее надзору2. Сторонники такой позиции учитывали действовавшее в то время уголовно-процессуальное зако- нодательство, в соответствии с которым прокурор мог признать не- обходимым, осуществляя высший надзор, вступить в любое дело, в том числе частного обвинения, в целях охраны публичного интереса и поддерживать в этом случае обвинение. После вступления прокурора в дело, оно уже не подлежало прекращению за примирением сторон. При этом в комментарии к УПК РСФСР приводился следующий пример защиты прокурором публичного интереса “…потерпевшим является рабочий на предприятии, владелец которого подвергает его оскорблениям; рабочий же боясь потерять место, жалобы не подает. Прокурор же, узнав об этом преступлении, предусмотренном ст.172 УК, может возбудить дело и без жалобы потерпевшего, так как преступление это в данном случае посягает на интересы трудящихся”3.

Иную точку зрения на участие прокурора в судебном разбира тельстве высказал Строгович М.С., считая, что прокурор в процес се выступает только в качестве обвинителя, а поддержание госу дарственного обвинения в суде есть не что иное, как одна из функций надзора за законностью.4 . _

Эта концепция затем получила дальнейшее развитие в юридической литературе в публикациях других процессуалистов.5 В связи с

а См.: Тадевосян B.C. Указанная работа Гл.6.

2 См.: Петрухин И.П. Об эффективности прокурорского надзора в суде. Социалистическая законность, 1948, № 6.

3 Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. Текст и постатейный комментарий. Под редакцией Нехамкина Н. Я. М., 1925, С. 18.

4 См.: Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном процессе. М., 1951, С.163-166.

5 См.: Рахунов В.М. Участники уголовно-процессуальной дея тельности. М., 1961, С. 165; Савицкий В.М. Государственное обви нение в суде. М., 1971, С. 116-117.

  • 158 -

такой постановкой вопроса при вступлении прокурора в дело частного обвинения оно становится публичным и обвинение в суде осуществляет уже прокурор, а потерпевший в прениях не выступает. Основное содержание деятельности прокурора в суде сводилось, таким образом, к поддержанию или отказу от обвинения.

Затем, развивая мысль о выполнении прокурором в судебном заседании обвинительной функции, некоторые ученые отмечали, что в деятельности прокурора может иметь место и функция защиты, суть которой выражается в недопущении привлечения к уголовной ответс- твенности лиц невиновных и в надзорных полномочиях прокурора, позволяющих ему отказаться от обвинения и изложить свои мотивы. После этого обсуждался вопрос о возможности отказа прокурора от обвинения по делам частного обвинения, возбужденным им ошибочно, усмотрев особое общественное значение дела или невозможность по- терпевшим защищать свои права и законные интересы в силу беспо- мощного состояния, зависимости от обвиняемого или по иным причинам. 1

В последние годы после внесения изменений во многие законодательные акты, принятия нового Закона “О прокуратуре РФ”, Конституции РФ, роль прокуратуры в уголовном производстве значительно снизилась по сравнению с судами. В различных публикациях в юридической литературе получила дальнейшее развитие мысль, высказанная еще более 30 лет назад известным процессуалистом Мотовиловкером Я.О., что лишь суды вправе принимать окончательное решение о том

  • См.: Давыдов П.М. Обвинение в советском уголовном процессе. Свердловск, 1974, С.75-82; Фактуллин Ф. Н. Обвинение и судебный приговор. Казань, 1965, С.172-275; Тутышкин Н. П. Процессуальное положение и функции прокуюора в судебном разбирательстве, в межвузовском сбоонике: Актуальные проблемы советского уголовного процесса. Свердловск, 1987, С.Ш.

  • 159 -

имеет ли дело, возбужденное прокурором, особое общественное зна- чение и может ли потерпевший сам защищать свои интересы по делам частного обвинения1. Кроме того, как показали результаты опроса судей, проведенного в Российской Правовой Академии, такое предло- жение уже реализуется на практике в отдельных регионах России. При рассмотрении уголовных дел частного обвинения, возбужденных прокурорами в соответствии со статьей 27 ч.3 УПК РСФСР как предс- тавляющих особое общественное значение, судьи после рассмотрения дела по существу не соглашались с выводом прокурора об особом об- щественном значении дела и прекращали его производством за прими- рением сторон, ссылаясь на статью 46 Конституции РФ. Нам предс- тавляется такая судебная практика верной и соответствующей требо- ваниям закона. Противники такой позиции мотивировали свое несог- ласие тем, что при проверке законности и обоснованности возбуждения пюокурором дел частного обвинения суд не вправе изменить сам характер дела и применить к делу правила частного обвинения, если волею прокурора оно само стало публично-правовым2.

Мотовиловкер Я.О. свою позицию ранее обосновывал тем, что по смыслу ст.222 УПК РСФСР при разрешении судьей вопроса о назначении дела к слушанию в судебном заседании подлежит выяснению’ и вопрос о наличии обстоятельств, влекущих прекращение дела и соблюдение требований УПК РСФСР, в том числе и при возбуждении уголовного дела. Считая, что обстоятельства, перечисленные!в ч. 3 ст.27 УПК РСФСР, имеют объективный характер, он распространял судебный контроль на порядок возбуждения дела в соответствии со ст.27 УПК.

1 См.: Мотовиловкер Я.О. Некоторые вопросы теории советского уголовного процесса в свете нового уголовно-процессуального зако нодательства. Ч.2, Кемеоово, 1964, С.61-63.

2 См.: Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. (Дис- сеотация доктора юридических наук. М., 1972, С.354-363.

  • 160 -

Аргументация противников такой позиции, на наш взгляд, и в то время была недостаточная. Указывалось, что ст.222 УПК нельзя толковать расширительно без специального указания на проверку ст.27 УПК в законе, а также, что при вступлении прокурора в дело в порядке ч.4 ст.27 УПК суд не.может лишать прокурора этого права, даже если бы считал неправильньм его выводы при вступлении в дело.

Функция судебного контроля при возбуждении и предварительном расследовании уголовных дел существовала и ранее наряду с проку- рорским контролем. После принятия в 1993 году Конституции Рос- сийской Федерации, как отмечалось в научных исследованиях, появи- лась необходимость расширения сфер судебного контроля за закон- ностью и обоснованностью возбуждения и предварительного расследо- вания уголовных дел. Положение суда в уголовном процессе опреде- лялось тем, что он являлся единственным органом, призванным реа- лизовать одну из ветвей государственной власти - судебную. Одним из критериев, определяющих пределы судебного контроля, предлагалось считать понятие существенности нарушения уголовно-процессуального закона1. Нам представляется такое предложение правильным. Поскольку возбуждение прокурором дела или вступление его в дело в порядке ст.27 УПК РСФСР существенно затрагивает значимые права’ и интересы граждан, в том числе их право примириться и самим решать вопрос о привлечении своего обидчика к уголовной ответственности по делам частного обвинения, деятельность прокурора по возбуждению дела такой категории и вступление в него не в качестве государственного обвинителя, а в порядке ст.27 УПК, должна находиться

г См.: Изотова О.В. Проблемы судебного контроля при возбуждении и предварительном расследовании уголовных дел. Авторефеоат диссертации кандидата юридических наук, М., 1996, С.13.

  • 161 -

под судебным контролем.

Поэтому мы полагаем, что судьи при рассмотрении уголовных дел, возбужденных прокурором по правилам ст.27 УПК, вправе не согласиться с его выводом об особой общественной значимости дела или о невозможности потерпевшим защищать свои права и интересы в силу беспомощного состояния, зависимости от обвиняемого или по иным причинам и прекратить такое дело производством за примирением сторон.

Развитие судебной практики по такому пути, на наш взгляд, позволит выработать более определенные критерии таких понятий как особое общественное значение, беспомощное состояние потерпевшего, зависимость от обвиняемого и т.д. До сих пор ни судебная практика, ни научные исследования не,отразили сущность указанных терминов. 1 К сожалению, не нашла своего разрешения данная проблема в проектах нового УПК РФ, подготовленных различными авторскими коллективами.

Следует также отметить, что проблемам возбуждения уголовного дела в соответствии со ст.27 УПК прокурором в юридической литературе уделялось повышенное внимание. Петрухин И.Л. предложил внести изменения в уголовно-процессуальное законодательство, установив, что прокурор возбуждает дела в порядке ст.27 УПК или выступает в них лишь с согласия потерпевшего, если последний не страдает психической болезнью.2 При этом обращалось внимание1 на то, что оскорбление, клевета, побои, легкие телесные повреждения без расстройства здоровья - это преступления, которые не могут быть

1 Попытки анализа указанных терминов предпринимались ранее см. Катькало СИ., Лукашевич В.3. Судопроизводство по делам част ного обвинения. ЛГУ, 1972, С.73-84.

2 См.: Петоухин И.Л. Правосудие: время рефоом. М., 1991, С. 88. *

  • 162 -

установлены и учтены в статистике, если нет жалобы потерпевшего.

Нам представляется такое предложение не совсем правильным и обоснованным. Действительно, многие конфликты между людьми, в ходе которых допускаются оскорбление, причинение побоев, легких телесных повреждений без кратковременного расстройства здоровья, не становятся известны правоохранительным органам. Однако, в госу- дарстве должен быть предусмотрен механизм защиты прав и интересов потерпевших, которые в силу своего беспомощного состояния или за- висимого положения от обидчика не могут защитить себя сами. Пусть даже не все случаи, требовавшие своего вмешательства со стороны прокурора, стали известны правоохранительным органам, но даже в целях профилактики, предупреждения таких нарушений вполне оправдано существование возможности вмешательства прокурора в дело с целью защиты обиженного или в защиту публичных интересов общества. В противном случае, государство не будет выполнять одну из важных своих функций - защиты прав и интересов граждан. Законодательство других государств также содержит норму о возбуждении прокурором дел о преступлениях, преследуемых в порядке частного обвинения, в случае если они представляют публичный интерес1.

Как уже нами ранее отмечалось, вопрос об отсутствии у органов дознания и органов следствия права на возбуждение уголовного дела подробно анализировался в публикациях различных процессуалистов2. При этом ими был сделан однозначный вывод о том, что,

1 Уголовно-процессуальный кодекс Федеративной Республики Германии, перевод с немецкого Филимонова Б.А., М., 1994, С.154. § 376; Уголовный процесс зарубежных социалистических государств Ев ропы. Под редакцией Чугунова В.Е. М., 1967, С.90-91.

2 См.: Гапанович Н.И. Отказ в возбуждении уголовного дела. Минск, 1967, С.48; Катькало СИ., Лукашевич В.3. Судопроизводство по делам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С.61-70; Гуценко К.Ф. По рядок возбуждения и прекращения производства по делам частного обвинения. В сборнике вогоосы уголовного права и процесса. М., 1958, С. 166.

  • 163 -

исходя из требований ч.3 ст.109 УПК РСФСР, следователь или орган дознания, получив заявления (жалобу) потерпевшего и обнаружив в нем признаки преступления, указанного в ч.1 ст.27 УПК РСФСР, обязаны передать заявление (жалобу) потерпевшего и другие материалы в порядке ст.114 УПК РСФСР по подсудности в соответствующий суд для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, приняв одновременно в случае необходимости меры к предотвращению или пресечению преступления. О принятом решении следователь или орган дознания должны сразу же поставить в известность заявителя. Аналогично должен действовать и прокурор, если преступление, о котором сооб- щается в жалобе потерпевшего, не имеет особого общественного зна- чения и нет необходимости выступить в защиту интересов потерпевшего в порядке ч. 3 ст. 27 УПК РСФСР.

На наш взгляд, отнесение дел о преступлениях, предусмотренных ст. 115; ст. 116 ч. 1 ст. 129; ст. 130 УК РФ в силу ст. 414 УПК РСФСР к делам так называемой протокольной формы досудебной подготовки материалов не противоречит выводу ученых и практиков о не- допустимости возбуждения дел частного обвинения следователем или органом дознания. Полномочия, предоставленные начальнику органа дознания в соответствии с п.1 ст.416 УПК РСФСР по возбуждению уголовных дел о преступлениях, перечисленных в ст.414 УПК РСФСР, если в 10-дневный срок невозможно выяснить существенные обстоя- тельства совершения преступления, не могут распространяться на преступления, преследуемые в порядке частного обвинения. Ведь в самой статье 414 УПК РСФСР указывается на то, что общие правила производства, в том числе и особенности судопроизводства по делам частного обвинения, действуют и при рассмотрении дел в порядке протокольной формы досудебной подготовки материалов.

  • 164 -

Кроме того, при обсуждении данной проблемы по нашему мнению следует исходить из провозглашенных в Конституции РФ принципов приоритета прав и свобод человека над общественными и государс-

  • твенными. Из буквального смысла ст. 2 Конституции Российской Федерации, принятой в 1993 году, следует, что “человек, его права и свободы являются высшей ценностью1. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Поскольку в силу ст.15 Конституции РФ она имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории Российской Федерации, то должны применяться нормы, охраняющие част-

Ф ные интересы граждан от вмешательства государственных органов без

их согласия на это, в случае, если не затрагивается преступлением публичный интерес.

Нельзя не учитывать той особенности, свойственной делам частного обвинения, которая предусматривает специальную процедуру

щ примирения до возбуждения уголовного дела такой категории. Пере-

дача функции примирения правоохранительным органам неприемлема в

ф связи с тем, что последние выполняют обвинительную функцию и поэ-

тому не могут быть беспристрастной и не заинтересованной в ходе примирения стороной.

В качестве еще одного аргумента против возбуждения органами дознания таких дел можно привести требование закона о том, что возбуждается дело и осуществляется уголовное преследование лишь в пределах жалобы потерпевшего, которая адресуется лишь суду.

Поэтому факт включения преступлений, преследуемых в порядке

?** частного обвинения, в ст. 414 УПК РСФСР должен расцениваться лишь ^
как помощь сторонам и суду в сборе доказательств, как подтвержда-

1 Конституция Российской Федерации. М., 1993, С.4.

  • 165 -

ющих доводы пострадавшего, так и оправдывающие лицо, в отношении которого подана жалоба о привлечении его к уголовной ответствен- ности, а не как отнесение дел о преступлениях, предусмотренных ст.ст.115,116 ч.1 ст.129,130 УК РФ, к делам, уголовное преследо- вание которых осуществляется в публичном порядке.

Одной из особенностей судопроизводства по делам частного обвинения, как уже отмечалось, является предусмотренная ч.5 ст.109 УПК РСФСР возможность объединения судьей в одном производстве встречной жалобы с жалобой потерпевшего.

Однако, обращает на себя внимание распространенное в юридической литературе и в разъяснениях судебных инстанций употребление различных терминов при исследовании данной проблемы. В законе упоминается лишь термин “встречная жалоба”, а в юридической лите- ратуре можно помимо данного термина увидеть и такие как “встречное заявление”1, “встречное обвинение”2.

Нам представляется, что непозволительно допускать смешение таких совершенно разных понятий как жалоба, заявление, обвинение. Более подробный анализ этим понятиям нами дан в предыдущих параграфах нашего исследования.

Поэтому ограничимся лишь такими отличительными чертами указанных терминов, которые выражают их сущность. Так, в отличие от заявления, жалоба обязательно должна содержать просьбу о привле- чении лица к уголовной ответственности. Обвинение же представляет

  • Учебник уголовного процесса. Под редакцией Кобликова А.С., М., 1995, С.360; пп.1,11 Постановления Пленума Верховного Суда РСФСР от 25 сентября 1979 года “0 практике рассмотрения судами жалоб и дел о преступлениях, предусмотренных ст.112/ ч.1 ст.130 и ст.131 УК РСФСР\ Сборник постановлений Пленума ВС РСФСР, М., 1984, С. 330.

2 См.: Ларин A.M. Защита прав потерпевшего в уголовном поо-цессе. М., 1993, С.200; Мазалов А.Г. Настольная книга судьи. Под Бедакцией Гоокина А.Ф. и других М., 1972, С. 648; Смирнов Л. Судебная тактика оассмотрения дел частного обвинения. Советская юстиция, 1979, № 22, Сб.

  • 166 -

собой деятельность уполномоченных законом органов и лиц, заключа- ющаяся в доказывании виновности лица, привлекаемого к ответствен- ности.

В связи с различной терминологией употребляются и разные оп- ределения указанных понятий. Так, Катькало СИ. и Лукашевич В. 3. под встречным заявлением (жалобой) подразумевали обвинение потер- певшего в совершении против лица, на которое подана жалоба, прес- тупления. *

Было бы наиболее верным под встречной жалобой понимать официальное обращение лица, в отношении которого принесена или принята к производству судьей жалоба о привлечении к уголовной от- ветственности заявителя или потерпевшего за преступление, пресле- дование за которое осуществляется в порядке частного обвинения.

При этом все требования, которые предъявляются к “основной” жалобе, должны предъявляться к “встречной” жалобе. Если они не отвечают таким требованиям, то нет оснований для возбуждения дела и объединения их в одно производство.

Следует отметить, что в юридической литературе высказывались различные мнения о возможности и целесообразности объединения ос- новной и встречной жалобы в одно производство. За единство судеб- ного процесса по таким жалобам ратовали Калашникова Н.Я., Альперт С. А. и другие. 2

Против совместного рассмотрения дел частного обвинения со встречными жалобами возражал Строгович М.С., который в отличие от сторонников рассмотрения дела в одном производстве, из-за эконо-

1 См.: Катькало СИ., Лукашевич В. 3. Судопроизводство по де лам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С145.

2 См.: Калашников Н.Я. Судебное разбирательство дел частного обвинения. М., С.55; Альперт С.А. Потерпевший в советском уголов ном процессе (диссертация кандидата юЬидических наук). Харьков, 1951, С.109.

  • 167 -

мичности, всесторонности исследования конфликта, утверждал, что невозможно такое процессуальное положение, когда в одном и том же процессе обвиняемый является и потерпевшим, а потерпевший обвиня- емым. * В обоснование своей позиции, он также ссылался на то, что, хотя производство по делам частного обвинения и сходно с производством по гражданским делам, допускающим встречный иск, но процессуальное положение подсудимого и потерпевшего существенно отличаются от правового положения истца и ответчика. Существовала на данную проблему и еще одна точка зрения, высказанная Грабовс-кой Н.П., Солодкиным И.И., Элькинд П.С, которые хотя и не отрицали самой возможности объединения жалоб, но не считали, что подобное объединение будет применяться во всех случаях, полагая, что следует руководствоваться при этом целесообразностью.2 Мы разделяем последнюю точку зрения по данной проблеме, полагая, что такое объединение позволит глубже разобраться в сущности конфликта между сторонами, решить вопросы о их примирении одновременно, о правильной квалификации действий каждого из участников конфликта с учетом их эмоционального состояния и назначить справедливое наказание.

Что касается правового положения участников судебного разби- рательства, то при рассмотрении в одном производстве двух уголовных дел, вполне возможно совмещение в одном лице статуса и потерпевшего и подсудимого, поскольку порядок судебного следствия ус- танавливается до его начала. В ходе судебного следствия каждая из сторон, являющаяся одновременно и потерпевшим и подсудимым, доп-

1 См.: Стоогович М.С. Курс советского уголовного процесса. М. 1958 С. 1CV2.

2 См.: Гоабовская Н.П.; Солодкин И.И., Элькинд П.С. К вопоо-су о делах частного обвинения. Ученые записки ЛГУ, 1956,! Ж 202, С.183; Солодкин И.И., Филановский И.Г. Ответственность за оскорбление, клевету и побои. М., 1959, С.49.

-•168 -

рашивается одновременно по всем обстоятельствам, которые изложены в обеих жалобах.

Несмотря на то, что в УПК РСФСР предусмотрено объединение в одно производство лишь жалоб, в юридической литературе и в судебной практике допускается соединение не только жалоб, но и уже возбужденных дел по основной и встречной жалобам, поскольку пос- ледняя может быть принесена при рассмотрении в судебном заседании уголовного дела частного обвинения, рассматриваемого по основной жалобе. Ученые, разделяющие подобное мнение, исходят из того, что в уголовно-процессуальном законодательстве России не содержится запрета на объединение жалоб после начала судебного разбиратель- ства1. Вместе с тем,авторы проекта УПК РФ, подготовленного под руководством Министерства юстиции РФ, считают возможным соединение жалоб в одно производство до начала судебного следствия2. За- нимавшиеся изучением этой проблемы Альперт С.А., Катькало СИ., Лукашевич В.3. считали возможным объединение жалоб до окончания судебного следствия3.

Нам представляется необходимым устранить пробел в уголовно- процессуальном законодательстве, предоставив возможность судам объединять в одно производство не только жалобы по делам частного обвинения, но и уже возбужденные уголовные дела для их более пол- ного и всестороннего рассмотрения, подробного исследования обсто- ятельств совершенных преступлений. При этом следует учитывать разницу между объединением в одно производство дел частного обви- нения, о котором идет речь, и соединением уголовных дел в поряд-

  • См.: Мазалов А.Г. Настольная книга судьи. Под юедакцией Горкина А. Ф. и дюугих, М., 1972, С. 648.

2 Проекты Уголовно-процессуального кодекса Российской Феде- иации. Министерства юстиции РФ, ст.346, С.172.

3 См.: Альперт С. А. Указанная работа. С. 109; Катькало СИ., Лукашевич В.3. Указанная работа, С.150.

  • 169 -

ке, предусмотренном ст.26 УПК РСФСР. Соединение дел предусматри- вается в случае соучастия нескольких лиц в одном или нескольких преступлениях, либо если одно лицо принимало участие в нескольких преступлениях. Объединение уголовных дел частного обвинения, на наш взгляд, может иметь место когда эти дела касаются одних и тех же лиц, обвиняемых в совершении разных преступлений, которые касаются общего факта или разных фактов при условии их непосредственной взаимосвязи.

В юридической литературе подчеркивалось различное оформление объединения встречных жалоб с основными в одно производство. При этом анализировались различные ситуации, возникающие при объеди- нении жалоб в судебной практике1. Нами также в ходе изучения су- дебной практики рассмотрения уголовных дел частного обвинения в Брянской, Иркутской и Тульской областях выявлено небольшое коли- чество уголовных дел, по которым допускалось объединение встречных жалоб. При их более детальном изучении было установлено, что основная часть встречных жалоб поступала в суды после бесед с судьями, вызывавшими стороны для примирения (30%), а остальные (70%) поступили в судебном заседании при рассмотрении первона- чальной жалобы потерпевшего2. На такое соотношение, на наш взгляд, повлияло то обстоятельство, что большая часть дел частного обвинения поступала в суды с протоколом в порядке ст.415 УПК РСФСР. По таким материалам, как правило, отсутствовали данные о том, что стороны вызывались в суд на предварительную беседу для примирения. Особенно распространена такая практика в

г См.: Катька л о СИ., Лукашевич В. 3. Судопроизводство по де лам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С.155-156. !

2 См. архив Октябрьского районного народного суда г.Иркутска дела № 1-78; 1-112 и другие -‘за 1995 год; архив Советского районного народного суда г.Брянска дела Ш 1-59; 1-68; 1-134 и другие за 1993 год.

  • 170 -

Брянской области.

Судебное разбирательство дел частного обвинения происходит по общим правилам, установленным для этой стадии уголовного процесса, за исключением некоторых особенностей, свойственных только этой категории дел. В юридической литературе отмечались следующие особенности судопроизводства по делам частного обвинения:

  1. Основным субъектом уголовно-процессуальной деятельности является суд.
  2. Примирительная деятельность суда вплоть до ухода в совещательную комнату.
  3. Деятельность прокурора ставится в зависимость от того кем возбуждено уголовное дело.
  4. Потерпевший сам или через своего представителя поддерживает обвинение, выступает в прениях.
  5. При объединении встречных жалоб в одно производство каждая из сторон пользуется правами потерпевшего и подсудимого в зависимости от разбираемого в суде эпизода1.
  6. дела указанной категории рассматриваются судьей единолично.
  7. Допускается прекращение производства по делу в связи с неявкой потерпевшего в судебное заседание по неуважительной причине.
  8. Судебное следствие начинается оглашением жалобы и проводится в ее пределах2.
  9. Потерпевший формулирует и обосновывает свое обвинение, вправе изменить его в сторону не ухудшающую положение подсудимо-
  10. 1 См.: Катькало СИ., Лукашевич В.З. Судопроизводство по де лам частного обвинения. ЛГУ, 1972, С. 134-156.

2 Учебник уголовного процесса. Под редакцией Кобликова А.С., М., 1995, С. 360-362.

  • 171 -

го1.

Указанный перечень особенностей судопроизводства по делам частного обвинения в судебном заседании в целом представляется полным, за исключением отдельных особенностей, вызванных протокольной формой досудебной подготовки материалов по делам о таких преступлениях как умышленное причинение легких телесных повреждений и побоев. Имеются еще особенности судопроизводства по делам, которые вследствие ошибочной; квалификации действий подсудимых приобрели признаки дел частного обвинения лишь в судебном заседании.

Не подвергая анализу те особенности, которые были упомянуты в юридической литературе и подробно рассмотрены там, мы полагаем необходимым остановиться на тех моментах, которые возникали при рассмотрении уголовных дел частного обвинения, поступивших в суды с протоколами в порядке ст.415 УПК РСФСР и ставших такими после переквалификации действий подсудимых, поскольку они еще не нашли своего должного отражения ни в публикациях ученых, ни в судебной практике.

По делам протокольной формы о преступлениях, предусмотренных ст.115, ст.116 ч.1 ст.ст.129,130 УК РФ, в суды поступали два до- кумента, отражающие деяние, совершенное лицом, время и место его совершения, фактические данные, подтверждающие наличие преступления и виновность правонарушителя, квалификацию преступления по статье УК РФ и т.д., - это протокол, утвержденный начальником органа дознания и с санкции прокурора направленный в суд, а также жалоба потерпевшего, в которой выражена просьба о привлечении ви-

х См.: Лаоин A.M. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе. М., 1993*, С. 216

  • 172 -

новного к уголовной ответственности.

Возникают перед практическими работниками вопросы. Какой из этих документов оглашается в суде? В рамках какого документа производится судебное разбирательство? Действуют ли особенности судопроизводства по делам частного обвинения по таким делам?

Нам представляется, что несмотря на наличие в материалах проверки протокола, основным документом, заменяющим обвинительный акт, должна признаваться жалоба потерпевшего. При отсутствии таковой в материалах дела по делам о преступлениях, предусмотренных ст.ст.115,116 ч.1 ст.ст.129, 130 УК РФ нельзя не только проводить судебное разбирательство, но и возбуждать производство по делу. Проведение досудебной проверки органами дознания сообщений или иных поводов к возбуждению дела, не может служить основанием для отнесения таких дел к делам публичного обвинения. Таким правом наделен лишь прокурор в соответствии со ст.27 УПК РСФСР и то только в случаях, строго перечисленных в законе.

Следовательно, по смыслу закона, наряду с постановлением о возбуждении уголовного дела, вынесенным судьей, в судебном заседании ранее до постановления Конституционного Суда РФ от 28 ноября 1996 года должна оглашаться жалоба потерпевшего. Лучше если он сам огласил ее и выразил свою волю о привлечении подсудимого к уголовной ответственности. При этом в соответствии со ст.237 УПК РСФСР копия такой жалобы должна вручаться подсудимому не менее чем за трое суток до начала судебного разбирательства. Если же не прошло три дня с момента получения подсудимым копии жалобы, дело должно откладываться слушанием. Необходимость оглашения постановления судьи о возбуждении уголовного дела вызвана тем, что судья мог изменить объем выдвинутого потерпевшим обвинения, уменьшив его по сравнению с тем, который указан в жалобе. Кроме того воз-

  • 173 -

можно рассмотрение в одном производстве нескольких составов прес- туплений. В ходе изучения судебной практики по делам частного об- винения выявлено, что много дел протокольной формы поступали в суды с протоколами, в которых лицо обвинялось в совершении таких преступлений как умышленное причинение легких телесных повреждений и угроза убийством1.

В таких случаях закон наделил потерпевших правом поддерживать обвинение и выступать в прениях только в части преступлений, преследование за которые осуществляется в порядке частного обви- нения.

В части преступления, преследуемого в порядке частного обвинения, судья, в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, должен разъяснять потерпевшему его право на примирение, соблюдая требования ст.274 УПК РСФСР. Если примирение будет достигнуто, то, на наш взгляд, судья должен вынести постановление о прекращении производства по делу в части обвинения, по которому достигнуто примирение и продолжать рассмотрение дела в остальной части в порядке, который регламентирован ст.419 УПК РСФСР.

При рассмотрении в судебном заседании “дел частного обвинения с протокольной формой досудебной подготовки материалов”, если их так можно называть, на наш взгляд, необходимо руководствоваться и требованиями уголовно-процессуального закона, предъявляемыми к делам протокольной формы. Поэтому в случае, если органы дознания в ходе проверки допустили такие нарушения, как:

  • проведена досудебная подготовка по протокольной форме в отношении преступлений, не предусмотренных ст.414 УПК РСФСР, а

  • См.: Архив Иркутского областного суда, справка о результатах обобщения практики рассмотрения судами области уголовных дел частного обвинения в 1995 году.

  • 174 -

также когда правонарушитель являлся несовершеннолетним, либо в силу физических или психических недостатков не мог сам осуществлять свое право на защиту; такое дело подлежит направлению для производства дознания или предварительного следствия. Но если нарушены следующие требования, предъявляемые к протокольной форме;

  • протокол не утвержден начальником органа дознания или отсутствует санкция прокурора на направление материалов в суд;
  • материалы не предъявлялись правонарушителю для ознакомления;
  • орган дознания применил к правонарушителю меру пресечения;
  • в ходе досудебной подготовки были проведены не предусмотренные законом следственные действия;
  • то подобные нарушения не должны влечь направление материалов для производства предварительного расследования или дознания1. Проведение предварительного расследования может признать необхо- димым суд в соответствии со ст.126 УПК РСФСР. Такой вывод делается исходя из того, что судопроизводство по делам частного обвинения сохраняется и после досудебной подготовки материалов, призванной лишь помочь судьям в сборе материалов. Указанные нарушения, по нашему мнению, не оказывают существенного влияния на сущность процесса в порядке частного обвинения и не ущемляют при этом права потерпевших (частных обвинителей).

В юридической литературе не было научных исследований, полностью посвященных проблеме переквалификации действий подсудимых со статьи УК, предусматривающей состав преступления, преследуемого в публичном порядке,на преступление, преследование за которое осуществляется в порядке частного обвинения. Видимо, этим объяс-

1 Именно по такому пути шла судебная практика во многих регионах страны. См. архивы Брянского, Иркутского областных судов за 1996 годы.

  • 175 -

няется такое положение с несовершенством института частного обви- нения и сложившейся судебной практикой при переквалификации действий правонарушителей на деяния, содержащие признаки составов преступлений, преследование за которые осуществляется в порядке, предусмотренном для дел частного обвинения. Между тем, на наш взгляд, указанная проблема имеет важное значение для правоприме- нительной практики. Вопрос об отнесении таких уголовных дел к оп- ределенной категории может иметь немаловажное значение для пра- вильного применения норм материального и процессуального права. Так, например, в судебной практике при переквалификации действий подсудимых в суде, да и обвиняемого во время дознания или предва- рительного следствия, перед практическими работниками возникают вопросы о порядке дальнейшего производства по данному делу. При наличии обстоятельств, свидетельствующих, что действия подсудимых содержат признаки состава преступления, предусмотренного не ст.131 ч.2 УК РФ, как вменяло ему следствие, а ст.116 УК РФ, суд либо должен переквалифицировать действия виновного и вынести об- винительный приговор, выяснив у потерпевшего предварительно желает ли он привлекать к уголовной ответственности за содеянное виновного, либо суд обязан оправдать подсудимого по ч.2 ст.131 УК РФ за отсутствием в его действиях указанного состава преступления, а вопрос о причинении тому побоев рассмотреть в порядке су- допроизводства по делам частного обвинения, после того как пост- радавший обратится в суд с жалобой или прокурор возбудит данное дело в порядке, предусмотренном ст.27 УПК РСФСР.

Что касается уголовных дел, возбужденных в порядке публичного обвинения, вследствие неправильной квалификации действий виновного, то особенности судопроизводства, свойственные делам частного обвинения, применяются в зависимости от того, в какой

  • 176 -

стадии осуществлена переквалификация действий лица на преступление, преследуемое в порядке частного обвинения. В случае такой переквалификации в процессе производства по делу предварительного расследования, дело, при наличии или отсутствии жалобы потерпевшего, должно прекращаться, поскольку следователи и органы дознания не наделены правом возбуждения таких дел. Производство по делу в таких ситуациях прекращается только в части той квалификации, которая предъявлялась обвиняемому ошибочно. Например, уголовное дело прекращается производством по статье, предусматривающей ответственность за хулиганство или покушение на убийство и т.п., но дело в части причинения побоев или легких телесных повреждений должно направляться в суд в порядке ст.114 УПК РСФСР.

Если такая переквалификация произойдет при назначении судьей дела к слушанию, то при наличии жалобы потерпевшего- дело подлежит рассмотрению, с соблюдением в судебном заседании всех особенностей, свойственных делам частного обвинения. При отсутствии жалобы дело прекращается производством со ссылкой на п. 7 ст. 5 УПК РСФСР. Прекращение дела в связи с отсутствием жалобы потерпевшего не препятствует его дальнейшему рассмотрению при поступлении жалобы. Отменять такое постановление не следует, достаточно лишь в постановлении о возбуждении дела указать, что потерпевший обратился в суд с жалобой.

Аналогично должен поступать суд или судья, когда переквалифицированы действия виновного на статью уголовного закона о преступлении, преследуемом в порядке частного обвинения. При наличии жалобы потерпевшего или его просьбы о привлечении к уголовной от- ветственности виновного, высказанной в судебном заседании, суд может осудить лицо, совершившее преступление. В случае примирения сторон в судебном заседании, либо при отсутствии жалобы или

-.177 -

просьбы потерпевшего о привлечении лица к уголовной ответственности за содеянное, суд обязан прекратить дело производством по одному из этих оснований.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации “О судебном приговоре”, в случае переквалифи?:ации действий подсудимых на статью УК РФ, судопроизводство по которой осуществляется в порядке частного обвинения, суды и судьи должны выяснить у потерпевших желают ли они привлекать к уголовной ответственности виновных за содеянное. При отрицательном ответе на данный вопрос судьи выносят постановление о прекращении производства по делу за отсутствием жалобы потерпевшего или за примирением сторон. В результате на практике получается, что не все особенности судопроизводства, свойственные делам частного обвинения, применяются- в случае ошибочной квалификации действий виновных в совершении преступлений лиц.

Аналогичные проблемы возникают и перед органами предварительного расследования при изменении обвинения на статьи УК РФ, уголовное преследование по которым производится с особенностями, свойственными делам частного обвинения. На практике чаще всего следователи прекращают производство по делу о преступлении, преследуемом в публичном порядке, направляя материалы в суд в порядке, предусмотренном ст. 114 УПК РСФСР.

К сожалению, следует констатировать, что в проектах нового уголовно- процессуального кодекса не регламентирован порядок судопроизводства в случае неправильной квалификации действий виновных и неправильной подследственности и подсудности уголовных дел в связи с этим. Данная проблема приобретает особый интерес, поскольку в проектах уголовно- процессуального кодекса предусматрива-

  • 178 -

ется передача дел частного обвинения на рассмотрение мировым судьям1.

Ведь при изменении вида обвинения с публичного на частное из-за неправильной квалификации действий виновного, на практике не все особенности, свойственные частному обвинению, соблюдается в уголовном процессе.

В частности, не действуют следующие особенности частного обвинения:

1) не на всех этапах судебного разбирательства может быть прекращено такое дело, в том числе в подготовительной части, судебных прениях, вплоть до удаления суда в совещательную комнату; 2) 3) потерпевший лишается возможности участвовать в судебных прениях; 4) 5) подсудимому не вручается копия заявления потерпевшего с соблюдением требований ст.237 УПК РСФСР; 6) 7) право на примирение не всегда разъясняется потерпевшему и не выясняется при этом мнение подсудимого на такое примирение, а ведь примирение это акт двусторонний. 8) Невыполнение вышеперечисленных особенностей судопроизводства, свойственных делам частного обвинения, позволяет сделать вывод о том, что ошибки в квалификации действий подсудимых, а также обвиняемых, осужденных на стадиях предварительного расследования, кассационного или надзорного пересмотра, не должны ущемлять прав потерпевших, а дела подобного рода следует считать также делами частного обвинения.

Представляет определенную сложность вопрос отнесения к той или иной категории дел, возбужденных прокурорами в порядке ст.27

’ * Пооект уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, внесенный депутатами-членами Комитета Государственной Думы по законодательству и судебно-правовой реформе ст.385.

  • 179 -

УПК РСФСР, а также дел, по которым вступил в производство проку-k pop в порядке и 4 ст.27 УПК РСФСР. Ведь по действующему закойода-^ тельству прокурор, возбуждая дело, усматривает в нем публичный

• интерес. Но тем не менее, по таким делам требуется соблюдение не которых особенностей, присущих делам частного обвинения. Ведь в соответствии с ч.4 ст.46 Конституции РФ суд вправе не согласиться с выводом прокурора о наличии публичного интереса, хотя дело воз буждено в связи с тем, что преступление предоставляет особое об щественное значение, или потерпевший не может сам осуществлять свои права в силу беспомощного состояния.

После вступления прокурора в дело в порядке ст.27 УПК РСФСР, по нашему мнению, дело утрачивает признаки судопроизводства, свойственные частному обвинению и приобретает черты публичности.

Таким образом, подводя итог сказанному в данном параграфе, можно сделать следующие выводы ,и предложения:

  1. Не все судьи и прокуроры, указанные в п.п.5, 6 ст.34 УПК

• РСФСР, наделены правом возбуждения дел частного обвинения.

  1. Суды вправе проверять обоснованность возбуждения дела ф прокурором, в том числе в порядке ч. 3 ст.27 УПК, а также вступле ния его в дело частного обвинения в порядке, предусмотренном ч.4 ст.27 УПК РСФСР.

  2. Органы дознания и следствия не могут принимать решение о возбуждении уголовного дела частного обвинения, а должны осущест влять по ним проверку и передавать жалобы и материалы в суды в соответствии со ст.114 УПК РСФСР.

  3. Понятие “встречная жалоба” нуждается в толковании и отг- — раничении от таких терминов как “встречное заявление” или

“встречное обвинение”.

  1. В новом законодательстве следует решить проблему объеди-
  • 180 -

нения не только жалоб, но дел частного обвинения.

  1. По делам частного обвинения, в отношении которых производилась протокольная форма досудебной подготовки материалов, действуют все особенности, свойственные делам частного обвинения и они будут приоритетными по отношению к особенностям протокольной формы подготовки материалов.
  2. Нуждаются в законодательном решении или в толковании Пленумом Верховного Суда РФ вопросы, возникающие при переквалификации действий виновных с составов преступлений, преследуемых в публичном порядке,на преступления, преследуемые в порядке частного обвинения.
  • 181 -

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Рассмотренный в данном исследовании перечень проблем института частного обвинения не только в уголовно-процессуальном, но и уголовно-правовом аспектах позволяет сформулировать следующие выводы и рекомендации, к которым пришел его автор.

  1. Уголовно-процессуальная деятельность - это правоприменительный процесс, где, наряду с применением норм уголовно-процессуального закона, происходит применение норм уголовного закона. В связи с этим содержание уголовно-процессуальной деятельности неизбежно наполняется содержанием уголовного закона.- Поэтому в обвинении, в том числе и частном, как в процессуальной деятельности правомерно выделять ее процессуальный и материально-правовой аспект (как форму и содержание). Если формулировка обвинительного тезиса - материально-правовой компонент, то процесс доказывания обвинения - это уже компонент процессуальный.
  2. Следует отличать термины “обвинение” и “уголовное преследование”. Под последним понимается практически вся деятельность, осуществляемая стороной обвинения, в том числе и обвинение как таковое. Следовательно, понятие обвинение должно иметь самостоя- тельный научный и практический статус. Это важно по целому ряду причин. Во-первых, когда речь идет о содержании обвинения, его формулировке, изменении, уточнении, поддержании, это понятие никак нельзя заменять уголовным преследованием. Во-вторых, данное понятие эффективно “работает” при обсуждении проблем сторон в пооцессе и принципа состязательности.
  • 182 -
  1. Понятие любого процессуального института должно определяться сущностью и содержанием стоящих перед ним задач. В этой связи частное обвинение осуществляется с определенной целью -привлечение пострадавших от преступлений к выполнению функции обвинения. Кроме того, следует, разграничивать понимание терминов ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ и ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ в материально-Право-вом и процессуальном значении.
  2. Поддерживая в целом позицию некоторых ученых, признававших наличие оснований выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения, а дел частного обвинения в особую категорию уголовных дел, автор систематизировал, проанализировал и классифицировал их в зависимости от предмета разграничения, подразделив на материально- правовые и процессуальные основания. Кроме того, исходя из важности таких оснований как наличие частного интереса потерпевшего и малой общественной опасности деяния, автором высказано совершенно новое предложение о необходимости введения особого порядка привлечения виновных в совершении проступков к административной ответственности аналогичного судопроизводству по делам частного обвинения, то есть только при наличии просьбы пострадавшего и когда эти административные проступки не нарушают в большей степени публичный интерес.
  3. Проанализировав высказанные в юридической литературе точ ки зрения по вопросу расширения перечня преступлений, преследуе мых в порядке частного обвинения, автор предложил, чтобы этот пе речень определялся уголовным, а не уголовно-процессуальным кодек сом, поскольку материально-правовые основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения более значимы и весо мее, чем процессуальные, относятся непосредственно к преступле нию, сущность и пшзнаки которого отражены в УК РФ. Что касается
  • 183 -

увеличения количества преступлений, судопроизводство за совершение которых осуществлялось бы в частном порядке, то к такому предложению следует подходить очень осторожно, учитывая процессуальные основания выделения частного обвинения в самостоятельный вид обвинения такие как - возможность представления доказательств без проведения предварительного расследования или дознания, необходимость показаний потерпевшего для правильного рассмотрения дела и другие. В этой связи представляются неприемлемыми предложения о включении в такой перечень преступлений против собственности.

  1. Жалоба потерпевшего является формальной предпосылкой для начала уголовного процесса, условием возбуждения уголовного преследования, по делам частного обвинения, а также документом, заменяющим обвинительное заключение. Взгляд на жалобу-как на условие наказуемости, элемент состава преступления, то есть с позиции ма- териального права, следует признать ошибочным и объяснимым тем, что в дореволюционный период перечень преступлений, преследуемых в порядке частного обвинения, содержался в нормах материального, а не процессуального права. Кроме того, в тот период недостаточно были исследованы многие проблемы в области уголовного права, тесно связанные с уголовной ответственностью, преступлением и наказанием.
  2. Основное отличие жалобы от заявления состоит в том, что последнее, в отличие от жалобы не содержит просьбы о привлечении к уголовной ответственности определенного лица за совершение преступления, уголовное преследование за которое осуществляется в порядке частного обвинения. При отсутствии такой просьбы нельзя заявление рассматривать в качестве жалобы и оно не может служить поводом для возбуждения уголовного дела. Необходимо отказаться от
  • 184 -

устной формы жалобы как исчерпавшей себя, принимая к производству лишь письменные жалобы потерпевших. В жалобе должны содержаться обязательные сведения, при отсутствии которых она таковой не яв- ляется и не принимается к производству (подпись потерпевшего, просьба о привлечении обидчика к уголовной ответственности, место совершения преступления), а также необязательные сведения, вос- полнение которых возможно в ходе ее проверки.

  1. Понятие потерпевшего следует рассматривать в материальном и процессуальном значении данного слова. Лицо, которому причинен вред преступлением, становится потерпевшим, то есть субъектом уголовно- процессуальных отношений и наделяется всеми правами в процессе лишь после признания его таковым в установленном порядке путем вынесения соответствующего решения уполномоченного на то органа или лица. В материальном значении его следует считать “пострадавшим” или “жертвой преступления”.
  2. Полная уголовная дееспособность потерпевших по делам частного обвинения должна наступать с 16-летнего возраста. Жалобы потерпевших, не достигших указанного возраста, не могут рассмат- риваться в качестве самостоятельного повода к возбуждению уголовного дела частного обвинения, а могут лишь проверяться как сообщение о преступлении. Лицо, пострадавшее от преступления, уголовное преследование за которое осуществляется в порядке частного обвинения, не наделено правом требовать прекращения дела за при- мирением сторон без согласия своего законного представителя, если ему не исполнилось 16 лет или он не может давать отчета своим действиям и руководить ими в силу физических или психических не- достатков.
  3. Функция, осуществления правосудия не включает в себя склонение сторон к примирению. Это скорее обязанность органов ис-
  • 185 -

полнительной власти или общественных организаций. Судьи же должны ограничиваться разъяснением сторонам возможности примириться по делам частного обвинения и последствий такого примирения. В случае примирения они вправе выносить постановления об отказе в возбуждении уголовных дел за примирением или прекращать производство по делам частного обвинения по этим же основаниям. Нельзя передавать полномочия по примирению сторон и принятию соответствующих процессуальных решений правоохранительным органам в силу специфики выполняемых ими задач и уголовно-процессуальной функции.

  1. В случае выявления после принятия судом решения о прекращении дела частного обвинения за примирением сторон, а также после освобождения виновного в совершении преступления небольшой тяжести от уголовной ответственности в соответствии со ст. 76 УК РФ, факта достижения согласия потерпевшего на примирение под воздействием насилия или угроз, то есть не в результате добровольного волеизъявления, такое дело должно пересматриваться в порядке судопроизводства по вновь открывшимся обстоятельствам в соответствии со ст. 384 УПК РСФСР.
  2. Заявитель при обращении с жалобой о привлечении к уголовной ответственности лица, совершившего в отношении пострадавшего преступление, уголовное преследование за которое осуществляется в порядке частного обвинения, должен предупреждаться об уголовной ответственности за заведомо ложный донос не только судьями при обращении с жалобой в суд, но и работниками правоохранительных органов при обращении с такой жалобой к ним. Оформление процедуры предупреждения заявителя об ответственности за заведомо ложный донос может осуществляться как в форме протокола, так и путем отражения на самой жалобе отметки о предупреждении заявителя об этом.
  • 186 -
  1. Протокольная форма досудебной подготовки материалов по делам частного обвинения вполне оправдана, поскольку не только освобождает судей от выполнения несвойственных им функций, но и помогает пострадавшим в сборе доказательств независимо от их материального положения и социального статуса.
  2. С введением более широкого контроля со стороны суда за производством предварительного расследования снимается опасность производства незаконных и необоснованных следственных действий. Поэтому вполне допустимо возбуждение уголовного преследования по делам частного обвинения путем подачи жалобы потерпевшего непос- редственно в суд или в правоохранительные органы без вынесения постановлений о возбуждении уголовных дел, чтобы органы, управо- моченные на производство предварительного расследования, могли собирать доказательства в надлежащем процессуальном порядке как можно раньше. Например, для проверки сообщений о совершенном преступлении возникает необходимость в производстве различных экспертиз, без актов которых нельзя определить наличие в действиях лица состава преступления (заключение судебно-медицинского эксперта о тяжести причиненных телесных повреждений и т.д.). Постановления судьи о принятии жалобы потерпевшего по делу частного обвинения и назначении дела к слушанию в судебном заседании достаточно для назначения и проведения по делу различных следственных действий. Вынесения постановления о возбуждении уголовного дела в этих случаях не требуется. Возбуждение преследования (подача жалобы потерпевшим)
    • это акт обвинителя.
  3. Судьи при рассмотрении уголовных дел частного обвинения, возбужденных прокурором в соответствии со ст. 27 УПК РСФСР, либо при вступлении прокурора в возбужденное по жалобе потерпевшего уголовное дело частного обвинения в порядке ч. 4 ст. 27 УПК
  • 187 -

РСФСР, вправе не согласиться с ним об особой общественной значимости дела или о невозможности потерпевшим защищать свои права и интересы в силу беспомощного состояния, зависимости от обвиняемого или по иным причинам и руководствуясь ст. ст. 46, 120 Консти-туции РФ, прекратить такое дело производством за примирением’сторон или отказать прокурору во вступлении в дело в порядке ч. 4 ст. 27 УПК РСФСР.

  1. При судопроизводстве по уголовным делам, которые возбуждались в публичном порядке вследствие неправильной квалификации действий виновного, особенности, свойственные делам частного обвинения, применяются в зависимости от того, в какой стадии осуществлена переквалификация действий на преступление, преследуемое в порядке частного обвинения. Поэтому применяются не все особенности судопроизводства, свойственные таким делам. -

Указанные выше выводы, а также изложенное в диссертационном исследовании, позволяют высказать следующие предложения по усо- вершенствованию уголовно-процессуального законодательства.

  1. В УПК РСФСР необходимо дать разъяснение таким терминам как ОБВИНЕНИЕ, ЧАСТНОЕ ОБВИНЕНИЕ, ДЕЛА ЧАСТНОГО ОБВИНЕНИЯ (в ст. 34 УПК РСФСР).
  2. Следует решить проблему объединения в одно производство не только “встречных жалоб”, но и “встречных дел частного обвинения” (ч. 5 ст. 109 УПК РСФСР).
  3. Особенности судопроизводства по делам частного обвинения должны быть отражены в специальной главе, посвященной частному обвинению, а не регулироваться статьями, находящимися в различных главах УПК.
  4. Преступления, преследуемые в порядке частного обвинения, должны быть указаны в УК РФ, а не в УПК РФ, например, в ч. 6 ст.

-.188 -

15 УК РФ.

  1. В УПК РФ (ст. 53 ч. 3 и ст. 56, ст. 27) следует отразить возможность возбуждения дел частного обвинения по жалобам законных представителей потерпевших, если потерпевшие являются недеес- пособными в силу малолетнего возраста или психического заболевания.
  2. В главе, посвященной особенностям судопроизводства по делам частного обвинения, следует более подробнее регламентировать процедуру примирения сторон, предупреждения заявителя об ответс- твенности за заведомо ложный донос.
  3. Пределы данной работы не позволяют более подробно рассмотреть особенности целого ряда вопросов, так как они ограничены предметом диссертационного исследования и могут быть объектом ‘са- мостоятельного изучения. По мнению диссертанта, основные результаты и выводы проведенного исследования, положенные в основу научно разработанных рекомендаций и предложений по совершенствованию действующего не только уголовно-процессуального, но и уголовного законодательства, могут несомненно способствовать повышению эффективности судопроизводства по делам частного обвинения.
  • 189 -

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ I. ПРАВОВЫЕ ИСТОЧНИКИ.

  1. КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ.- М, 1993.

2.Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам стран СНГ.

3.Закон РФ “О внесении изменений и дополнений в Уголовно- процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР.”//Российская газета за 25 декабря 1996 г. С.3-6.

  1. Федеральный закон “О судебной системе Российской Федерации”. Российская газета. Декабрь, 1996.
  2. Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. “О Конституционном Суде РФ” // Собрание законодательства РФ. 1994. N
  3. ст.1447.
  4. Федеральный закон “О прокуратуре РФ” в редакции Федерального закона от 17 ноября 1995 г. “О внесении изменений и дополнений в Закон РФ “О прокуратуре РФ” // Собрание законодательства. 1995. N
  5. Ст.4472.
  6. Закон РСФСР от 18.04.91”О милиции”/Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР, 1991,N16. Ст.503.
  7. Закон РФ от 11.03.92 “О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации” /Российская газета, 30.04.92
  8. Закон РФ. Об оперативно-розыскной деятельности. -М., 1995.

  9. Уголовный кодекс РФ. М., 1997.

11.Постановление Верховного Совета РСФСР от 24.10.91 “О Концепции судебной реформы в РСФСР” /Ведомости Съезда Народных Депутатов и Верховного Совета РСФСР, 1991 N 44. Ст.1485.

12.Постановление N 8 Пленума Верховного Суда РФ от 31 октяб-

  • 190 -

ря 1995 г. “0 некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия” // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. N 1.

  1. Постановление Пленума Верховного суда РСФСР от 25 сентября 1979 г. “О практике рассмотрения судами дел и жалоб о преступлениях, предусмотренных ст.’ 112, ч. 1 ст. 130 и ст. 131 УК РСФСР”.

14.Постановление Конституционного Суда РФ от 13 ноября 1995 г. по делу о проверке конституционности ч.5 ст.209 УПК РСФСР в связи с жалобами граждан Р.Н.Самигуллиной и А.А.Апанасенко // Собрание законодательства РФ. 1995. N 47. Ст.4551.

15.Постановление Конституционного Суда РФ от 20 февраля 1996 г. по делу о проверке конституционности положений ч.1 и 2 ст.18, ст.19 и ч.2 ст.20 Федерального закона от 8 мая 1994 г. “О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации” // Рос.газета. 29 февраля 1996 г.

Книги:

  1. Алексеева Л. Б. Уголовно-процессуальные функции. -М., 1989. 2.Алексеева Л.Б.,Жуйков В.М..Лукашук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. - М.,1996.

З.Батищева Л.В. О признании лица потерпевшим при покушении на преступление. -М.,1982. 4.Белозеоов Ю.Н., Чувилев А.А. Проблема обеспечения законности и

  • 191 -

обоснованности возбуждения уголовного дела. -М., 1973. б.Божьев В.П. ‘ Уголовно-процессуальные правовые отношения.

-М. , 1976.

б.Гапанович Н.И. Отказ в возбуждении уголовного дела. -Минск, 1967.

7.Гауфман Л.Д.,Максимов СВ. Уголовный кодекс Российской Федерации. Общий комментарий. Сравнительная таблица. -М.-, 1996. 8.Гегель Философия права. М..1990.

9.Грабовская Н.П.,Солодкин И.И., Элькинд П. С. К вопросу о делах частного обвинения. -М.,1956. ,

Ю.Давыдов П.М., Левин Ю.Г. обвинение в советском уголовном процессе. -Свердловск, 1958.

И.Даев В.Г. Процессуальные функции и принцип состязательности в уголовном судопроизводстве. -М., 1993.

12.Даурова Т. Г. Уголовная ответственность за легкие телесные пов- реждения. -Саратов, 1980.

13.Демидов В.Ф. Проблема прав человека в российском уголовном процессе. -М., 1995.

14.Дурманов Н.Д. Понятие преступления.- М., 1958.

15.Жогин Н. В. Возбуждение уголовного дела. -М. ,1961.

  1. Злобин Г. А. .Никифоров Б. С. Умысел и его формы. -М., 1972.

17.Ильина Л.В. Участие потерпевшего и его представителя в доказы- вании по уголовному делу.-ЛГУ.,1975.

  1. Калашникова Н.Я. Общие условия судебного разбирательства в со- ветском уголовном процессе, -у.., 1963.

19.Карев Д. С. Советский уголовный процесс. -М., 1968.

20.Карев Д. С. Сущность и задачи советского уголовного процесса.

-М.,1968.

21.Катькало СИ., Лукашевич В. 3,’ Судопроизводство по делам частно-

-,192 -

го обвинения.-ЛГУ. , 1972.

  1. Ковалев М.И’. Советское уголовное право. -Свердловск, 1971.

23.Ковалев В.А.,Чаадаев С.Г. Органы расследования и судебная система Великобритании.-М., 1985.

24.Коротких М.Г. Судебная реформа 1864 года в России. -Воронеж,

1994.

25.Кокорев Л.Д. Потерпевший от преступления в советском уголовном

процессе. -Воронеж, 1964.

26.Кудрявцев В.Н. Что такое преступление? -М.,1959.

  1. Кузнецова Н.Ф. Преступление и преступность. -М.,1969.

28.Ларин A.M. Защита прав потерпевшего в уголовном процессе.

-М.,1993.

29.Ларин A.M. Наш инквизиционный процесс.//В сборнике Судебная

власть: надежды и реальность. -М., 1993.

30.Ларин A.M. Расследование по уголовному делу: процессуальные

функции. -М., 1986.

31.Лобанов А.П. Функции уголовного преследования и защиты в рос- сийском судопроизводстве. -Тверь, 1996.

32.Ляпунов Ю.И. Общественная опасность деяния как универсальная категория советского уголовного права. -М., 1989. ЗЗ.Мазалов А.Г. Рассмотрение дел частного обвинения.//Настольная книга судьи. -М.,
1972.

34.Морщакова Т.Г. Уголовное судопроизводство ГДР. -М., 1966. 35.Москалькова Т.Н. Гарантии неприкосновенности частной жизни граждан в уголовном процессе в свете судебной реформы.//Материалы конференции. -М.-Тюмень, 1995.

36.Мотовиловкер Я.О. Вопросы дальнейшего совершенствования уголовно- процессуального законодательства. -Томск, 1966. 37.Мотовиловкер Я.О. Некоторые вопросы теотаи советского уголов-

  • 193 -

ного процесса в свете нового уголовно-процессуального законода- тельства. -Кемерово, 1964.

  1. Мотовиловкер Я.0. Основные уголовно-процессуальные функции.- Ярославль,1976.

39.Муравьев Н.В. Прокурорский надзор в его устройстве и деятель- ности. -М., 1889.

  1. Неклюдов Н.А. Преступления 1 государственные и против личной свободы. -Спб., 1892.

41.Неклюдов Н.А. Руководство для мировых судей.Уставы о наказании.- Спб. ,1874.

42.Никулин СИ. Уголовный закон и частный интерес. -М.,’ 1994. 43.Очилов У. Некоторые вопросы привлечения к уголовной ответс- твенности по делам,возбуждаемым по жалобе потерпевшего. -Ташкент, 1967.

44.Пашкевич П.Ф. О процессуальной экономии в досудебных стадиях советского уголовного судопроизводства.//Проблемы совершенствования советского законодательства. -М.,1974, N 1. 45. Пашкевич П.Ф. Проблема процессуального обеспечения оперативности и быстроты судопроизводства. -М., 1971. 46.Петрухин И.А. Правосудие: Время реформ. -М., 1991. 47.Полянский Н.Н. Вопросы теории уголовного процесса. -МГУ, 1956. 48.Полянский Н.Н. К вопросу об участии частных лиц в публичном обвинении. -М., 1915.

49.Полянский Н.Н. Очерки общей теории уголовного процесса. -М., 1927.

50.Прохоров B.C. Преступление и уголовная ответственность. -Л., 1987.

51.Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. -М. , 1961.

  • 194 -

52.Резон А.К. О преступлениях,наказуемых только по жалобе потер- певшего по русскому праву. -Спб., 1883.

53.Савинов В.Н. Потерпевший в уголовном процессе. -Харьков, 1978. 54.Савицкий В. М., Потеружа И.И. Потерпевший в уголовном процессе. - М., 1963.

  1. Сильчева Н. П. Особенности психологии показаний потерпевших по делам о преступлениях, предусмотренных ст.112, ч.1 ст.130 и ст.131 УК РСФСР.//Сборник.Государство,право и демократия в условиях раз- витого социалистического общества. -М., 1973.
  2. Солодкин И.И.,Филановский И.Г. Ответственность за оскорбление, клевету и побои. -М., 1959.
  3. 57.Спасович В.Д. Учебник уголовного права. -Спб., 1863.

58.Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. -М., 1968.

59.Строгович М.С. О состязательности и процессуальных функциях в

советском уголовном судопроизводстве. -М., 1992.

60.Строгович М.С. Уголовное преследование в советском уголовном

процессе. -М., 1951.

  1. Строгович М. С. Уголовный процесс. -М., 1946.

62.Тадевосян B.C. Прокурорский надзор в СССР. -М., 1956.

бЗ.Таубер Л.Я. Жалоба потерпевшего при преступлениях неоффициаль-

ных. Харьков, 1909.

64.Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства//Сборник.

-М., 1991.

65.Тутышкин Н.П. Процессуальное положение и функции прокурора в

судебном разбирательстве//Сборник.Актуальные проблемы советского

уголовного процесса. -Свердловск, 1987.

бб.Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный процесс. -М., 1946.

67.Ф0ЙНИЩШЙ И.Я. Курс уголовного судопроизводства.// Издание 2,

2тома, Спб., 1896. Издание 3, 2 тома, -Спб., 1910.

  • 195 -

68.Цветков П.П. Исследование личности обвиняемого. -Л., 1973. 69.Чебышев-Дмитриев А.А. Русское уголовное судопроизводство. 4.2.- СПб., 1875.

70.Чельцов-Бебутов М. А. Курс уголовно-процессуального права. - Спб., 1995.

71.Чельцов-Бебутов М. А. Советский уголовный процесс.-Харьков, 1929.

72.Черепахин Б.Б. К вопросу о частном и публичном в праве. -М., 1994.

73.Шифман М.А. Прокурор в уголовном процессе. -М., 1948. 74.Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса. -Минск, 1970. 75.Шуберт Л. Об общественной опасности преступного деяния.-М., 1960.

76.Щегловитов И.Г. Влияние иностранных законодательств на состав- ление Судебных Уставов 20 ноября 1864 г.. -Спб., 1915. 77.Щегловитов И. Г. Главнейшие изменения уголовного процесса, вызываемые новым уголовным уложением. -Спб., 1903. 78.Щерба СП. .Химичева Г.П. Рассмотрение органами дознания заявлений и сообщений о преступленкях//Учебное пособие, -м., 1987. 79.Элькинд П.С. Сущность советского уголовного процессуального права. -ЛГУ., 1963.

Коллективные книги и сборники:

1.Комментарий Уголовного кодекса РФ.//под редакцией Скуратова Ю.И. и Лебедева В. М. -М., 1996.’

2.Комментарий УПК РСФСР.//под редакцией Рекункова A.M. .Орлова А. К. -М., 1985.

  1. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. -М.. 1992.
  • 196 -

4.Курс советского уголовного процесса.//под редакцией Бойкова А. Д. -М. , 1989.

  1. Международные нормы и правоприменительная практика в области прав и свобод человека.//Пособие под редакцией Шарафетдинова Н.Ф. -М. ,1993.

6.Научно-практический комментарий к УПК РСФСР.//под редакцией Лебедева В. М. и Божьева В. П. -М., 1995.

7.Основания уголовно-правового запрета. М., 1982.

  1. Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе.//под редакцией Чеканова В.Я. -Саратов, 1981.
  2. Российское законодательство 10-20-х веков//под редакцией Чистякова О.И. -М., 1991.
  3. 10.Уголовное процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР.Теоретическая модель.//под редакцией Савицкого В.М. -М., 1989.

11.Уголовный процесс зарубежных социалистических государств Европы, //под редакцией Чугунова В. Е. -М., 1967.

12.Уголовный процесс//учебник под редакцией Лупинской П.А. -М.,

1995.

  1. УПК РСФСР. Текст и постатейный комментарий, //под редакцией Нехамкина Н. Я. -М., 1925.

14.УПК ФРГ.//перевод Филимонова Б. А. -М., 1994.

15.Устав уголовного судопроизводства. Издание 6, Спб., 1913.

16.Энциклопедия мысли.//под редакцией Хоромина Н.Я. -М.,’ 1994.

Диссертации и авторефераты диссертаций:

1.Агутин А.В. “Правовые и тактические аспекты частной сыскной де-

  • 197 -

ятельности” (автореферат диссертации кандидата юрид. наук) Н.Нов- город, 1996.

2.Александров А.С. “Диспозитивность в уголовном процессе” (дис- сертация кандидата юрид. наук) Н.Новгород, 1995. З.Альперт С.А. “Потерпевший в советском уголовном процессе” (автореферат диссертации кандидата юрид. наук) Харьков,1951. 4.Бусырев С.Н. “Освобождение от” уголовной ответственности и наказания с передачей материалов уголовного дела в товарищеский суд” (автореферат диссертации кандидата юрид.наук) СвердловскЛ967. б.Гуценко К.Ф. “Частное обвинение в советском уголовном процессе” (диссертация кандидата юрид. наук) М.,1958.

6.Давыдов П.М. “Обвинение в советском уголовном процессе” (авто- реферат диссертации кандидата юрид. наук) М.,1973. 7.Джатиев B.C. “Общая методология и современные проблемы обвинения и защиты по уголовным делам” (диссертация доктора юрид. наук ) Владикавказ, 1995.

в.Еремян А.В. “Основания возбуждения уголовного дела” (диссертация кандидата юрид. наук) М.,1993.

9.Изотова О.В. “ Проблемы судебного контроля при возбуждении и предварительном расследовании уголовных дел” (автореферат диссер- тации кандидата юрид. наук ) М.,1996.

Ю.Калашникова Н.Я. “Судебное разбирательство дел частного обвинения” (диссертация кандидата юрид. наук) М.,1953. И.Мизулина Е.Б. “Уголовный процесс: концепция самоограничения государства”(автореферат диссертации кандидата юрид. наук) М. ,1993.

  1. Панкратов В. А. “Институт законного представительства в советском уголовном процессе” (автореферат диссертации кандидата юрид. наук) М.,1992.
  • 198 -

13.Петухов Ю.Е. “Соотношение публичного и частного обвинения в уголовном процессе” (автореферат диссертации кандидата юрид. наук)!! ,1996.

  1. Пурхванидзе Б.3. “Охрана чести и достоинства личности в со- ветском уголовном праве” (автореферат диссертации доктора юрид. наук) М.,1961.

15.Рогова О.И. “Пределы проявления диспозиционных признаков в уголовном судопроизводстве” (автореферат диссертации кандидата юрид. наук) Томск,1994.

16.Савицкий В.М. “Государственное обвинение в суде” (диссертация кандидата юрид. наук) М.,1972.

17.Фаткуллин Ф.Н. “Обвинение и судебный приговор” (диссертация доктора юрид. наук) Казань,1965.

18.Яни П.С. “Обеспечение прав потерпевшего в уголовном судопроиз- водстве” (автореферат диссертации кандидата юрид. наук) М.,1995.

Статьи из журналов:

1.Божьев В.П. Применение норм уголовно-процессуального законода- тельства при рассмотрении дел частного обвинения/УСоветская юсти- ция.- 1996.- N.15-16.

2.Божьев В.П. Процессуальный статус потерпевшего/УРоссийская юс- тиция. -1994. - N 1.

З.Бородавко А..Катькало С. Процессуальные особенности возбуждения дел о преступлениях, предусмотренных ст.112,ч.1ст.130 и ст.131 УК РСФСР//Советская юстиция. -1972.- N И. 4.Гальперин И.М. Об уголовном преследовании,осуществляемом потер-

  • 199 -

певшим в советском уголовном процессе/УСов.госуд. и право. -1957.- N 10. *

б.Гуценко К.Ф. К вопросу о частном обвинении в советском уголовном процессе// Правоведение.- 1959. - N 4.

б.Джатиев B.C. Обвинение и защита//Российская юстиция. -1995- N 4.

7.Замашкин Ю.А. Частная жизнь,частный интерес,частная собствен- ность//Вопросы философии. -1991.- N 1.

8.Казаченко И.,Сухов В. Ответственность за посягательство на честь и достоинство граждан//Советская юстиция. -1976.- N7. 9.Ларин A.M. Представители и правоприемники в уголовном процессе //Советская юстиция. -1981.- N 2.

Ю.Лягушкин Н. Соблюдать законность при назначении и производстве экспертизы//Советская юстиция. -1968.- N 22.

Н.Мудьюгин Г. ,Посих П. Судебно-медицинскую экспертизу в i стадию возбуждения уголовного дела//Соц. законность -1971.- N 9/ 12.Петрухин И.А. Об эффективности прокурорского надзора в суде. //Соц. законность.-1948.- N 6.

13.Полянский Н.Н. Вопросы уголовного процесса в связи с проектом УПК СССР//Соц. законность. -1954.- N 6.

14.Полянский Н.Н. К вопросу о юридической природе обвинения перед судом//Правоведение.-1960. - N 1.

15.Полянский Н.Н. Процессуальные права потерпевшего//Сов. госуд. и право.-1940.- N12.

16.Прянишников Е.А. Терминология уголовно-процессуального законо- дательства//Правоведение.-1968.- N 6.

17.Сигалов Л.Е. О необходимости включения судебно-медицинской экспертизы в перечень неотложных следственных действий//Судеб-но- медицинская экспертиза.-1969.- N 2.

  • 200 -

18.Симкин Л. С., Алексеева Л.Б. 0 повышении оперативности судебной процедуры//Советская юстиция.-1986. - N 19.

19.Соколов А.,Москалев И. Конституция России и проблемы судопро- изводства в уголовном процессе//Российская юстиция.-1996.- N 2. 20.Смирнов Л. Судебная практика рассмотрения дел частного обвине- ния//Советская юстиция.-1979.- N 22.

21.Тихонов А. Пострадавший: уголовно-процессуальный аспект//Рос- сийская юстиция. -1993.- N 19.]

22.Топильская Е.В. О правовом понятии беспомощного состояния по- терпевшего//Вестник ЛГУ.-1989.- N 27.

23.Файзулин М. Поводы к возбуждению уголовного дела: правовая природа//Советская юстиция.-1993.- N 23.

24.Финько В.Д. Процессуальное положение прокурора в кассационной инстанции//Вопросы госуд. и права. -1970.-

25.Хазалова А. Особенности производства по делам частного обвине- ния//Соц. законность. -1971.- N 10.