lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Печников, Николай Петрович. - Тактические особенности обеспечения прав личности при производстве дознания: Дис. ... канд. юрид. наук :. - СПб., 1997 168 с. РГБ ОД, 61:98- 12/123-2

Posted in:

МВД РОССИИ САЩСТ-ПЕТЕРБУРГСКАЯ АКАДЕМИЯ

На правах рукописи

ПЕЧНИКОВ НИКОЛАЙ ПЕТРОВИЧ

ТАКТИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПРАВ ЛИЧНОСТИ ПРИ ПРОИЗВОДСТВЕ ДОЗНАНИЯ

Специальность: 12.00.09.

  • Уголовный процесс; криминалистика; теория оперативно-розыскной деятельности

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель доктор юридических наук, профессор В. С. Бурданова

Санкт-Петербург 1997

_2~ ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение.

Глава I. Правовые и нравственные основы соблюдения

прав личности И

§1. Правовые основы соблюдения прав личности И

§2. Нравственные критерии допустимости тактических

приемов 34

Глава П. Тактические особенности обеспечения прав личности

при производстве следственных действий 54

§1. Особенности криминалистической тактики на стадии

возбуждения уголовного дела 54

§2. Выбор тактических приемов и соблюдение прав личности при производстве отдельных следственных

действий 64

§3. Тактика подготовки и назначения экспертиз 107

Заключение , 135

Список литературы 141_

Приложение - 1_62

-3-

Введение

Производимое реформирование российского законодательства, от- крывающее широкие возможности для свободного бытия человека, проявления его активности в политической, экономической, социальной и иных сферах деятельности, свидетельствует о том, что Россия встала на путь серьезных намерений и действий в области прав человека.

Развитие демократии и становление правового государства требуют совершенствования законодательства, в частности уголовно- процессуального, в той его части, которая должна обеспечивать соблюдение прав личности при производстве дознания и следствия. К обеспечению прав личности должны быть направлены и рекомендации криминалистики, а именно следственной тактики, с помощью которой собираются и проверяются доказательства, решается вопрос о их допустимости.

Настоящая диссертация посвящена исследованию, уголовно- процессуальных, криминалистических и нравственных проблем, при раскрытии, расследовании и предупреждении преступлений, проведении отдельных следственных действий связанных с применением тактических приемов с точки зрения соблюдения прав личности, при производстве дознания.

Актуальность темы исследования.

Известно, что борьба с преступностью во многих случаях связана с преодолением различных уловок, ухищрений, прямого противодействия со стороны преступников и других заинтересованных в исходе дела лиц. Представляется, что понятие “криминалистическая тактика” связана не только с тем, что им сейчас охватываются криминалистические рекомендации по планированию, выявлению и обнаружению преступлений, но и тактическими особенности обеспечения прав личности.

Тактические особенности, связанные с обеспечением прав личности, соблюдение которых эффективно, особенно важны при производстве дознания, с которым большинство граждан сталкивается чаще, нежели с производством расследования. Благородные цели воспитания граждан в духе

справедливости во многом зависят от того, как закон и приемы дознания воспринимаются гражданами, столкнувшимися с дознанием впервые.

Во-первых, речь идет о наиболее рациональной линии поведения до- знавателя (судьи) в условиях конкретной следственной ситуации, сло- жившейся по делу.

Во-вторых, автор обращает внимание на умелое и эффективное про- ведение отдельных следственных действий при производстве дознания с учетом тактических особенностей.

Нельзя сводить тактику только к тем приемам и рекомендациям, ко- торые направлены на преодоление противодействия, сопротивления заинтересованной стороны (подозреваемый, обвиняемый, лжесвидетель и т. п.). Тактические особенности могут быть направлены на преодоление добросовестного заблуждения, на расширение и углубление исследования по делу. Иными словами, конечной главной задачей|всех тактических рекомендаций и положений (Является установление объективной истины по делу. Поэтому криминалистическая тактика имеет значение не только для изобличения виновного, но и для установления непричастности к преступлению лица, заподозренного или привлеченного к уголовной ответственности. Высказанные соображения легли в основу выбора темы диссертационного исследования.

Представляется весьма актуальным, что для современного российского уголовного процесса характерны:

  • неполное соответствие процессуальных прав, участвующих в деле лиц правам и свободам человека и гражданина, получившим закрепление в Конституции РФ;
  • многочисленные нарушения прав граждан со стороны государственных органов и должностных лиц, осуществляющих производство дознания по уголовному делу;
  • широкое и не всегда оправданное принуждение, а также возложение на граждан обязанностей, не предусмотренных законом.
  • Нарушения прав человека должностными лицами, ответственными за

-5-производство по уголовному делу, многочисленны1. Данное обстоятельство можно объяснить укоренившимся в практике правоохранительных и судебных органов стилем и методами, свойственными недавнему прошлому, проявляющимися, в частности, в игнорировании прав и интересов личности, как не имеющих приоритетного значения. Действие этой причины продолжается в силу того, что для значительной части российского общества характерна неразвитость представлений о правах человека как социальной ценности высшего порядка.

Кроме того, нарушения прав человека при производстве дознания как негативное социальное явление, сохраняется вследствие ограниченности имеющихся у государства и общества возможностей для обеспечения этих прав в полном объеме. Наконец, представляется недостаточной соответствующая правовая база. При этом тревожит тот факт, что принимаемые в рамках судебной реформы нормативные акты не всегда учитывают приоритет прав человека, в там числе в сфере уголовного судопроизводства.

Объект исследования. Объектом диссертационного исследования яв- ляется процесс доказывания по уголовному делу, процессуальная деятельность органов дознания по предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений в аспекте соблюдения прав личности.

Предмет исследования. Предмет исследования составляют закономерности, проявляющиеся с точки зрения соблюдения прав личности при про- изводстве дознания и проблемы, возникающие в этом виде деятельности.

Цель и задачи научного исследования. Цель научного исследования является определение особенностей раскрытия и расследования преступлений, с применением тактических приемов. Формулирование некоторых научных выводов и практических рекомендаций по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства. Разработка методических реко-

1 См.: Выписка из протокола № 4 заседания коллегии Генеральной прокуратуры Российской Федерации от 14 марта 1997г. “Об итогах работы за 1996 год и задачах органов прокуратуры по укреплению законности и усилению борьбы с преступностью”.

—о—

мендаций, направленных на повышение эффективности органов дознания.

Исходя из намеченной цели, автор ставит перед собой следующие за- дачи:

  • изучить и обобщить научные материалы, определить степень и уро вень теоретической разработки данной темы;

  • изучить практику производства дознания в аспекте соблюдения прав личности;
  • предложить практические рекомендации по применению закона и тактических приемов при производстве некоторых следственных действий, являющихся объектом исследования, с точки зрения соблюдения прав человека.
  • Методологическая основа исследования. Методологической базой ис- следования являлись диалектический метод познания социально- правовых явлений, а также системно-структурный и сравнительно- правовой методы изучения теоретических положений и практики.

При написании диссертации использовались Конституция Российской Федерации, федеральные законы и иные нормативные акты, литература по философии, теории права, уголовному праву, уголовному процессу, криминалистике и вопросам оперативно-розыскной деятельности.

В своей работе диссертант опирался на труды Аверьяновой Т.В., Алексеева Н.С., Бастрыкина А.И., Белкина Р.С., Бурдановой B.C., Быкова В.М., Вандера М.Б., Васильева А.Н., Величкина С.А., Винберга А.И., Владимирова В.Ю., Возгрина И.А., Волженкина Б.В., Даева В.Г., Закатова А.А., Крылова И.Ф., Лаврова В.П., Лукашевича В.З., Пинчука В.И., Плескачевского В.М., Рохлина В.И., Шимановского В.В., Эксархопуло А.А., Элькинд П.С, Российской Е.Р., Колдина В.Я., Устинова А.И., Кустановича С.Д., Червакова В.Ф. и других известных ученых.

В диссертации также использованы публицистические материалы, по- священные проблемам соблюдения гарантий прав личности в уголовном процессе и тактическим особенностям при производстве следственных действий, а также вопросы, связанные с использованием в доказывании по

-7-уголовным делам результатов оперативно-розыскной деятельности.

Эмпирической базой исследования явились результаты анализа тактики дознания, следственной, экспертной, судебной и оперативно-розыскной практики, в том числе данные, полученные в ходе изучения и обобщения 360 архивных дел, по которым производилось дознание и 89 постановлений и заключений экспертов в ЭКУ ГУВД СПб и Ленинградской области.

По ряду актуальных и спорных вопросов диссертант осуществил ан- кетирование и интервьюирование более 350 сотрудников органов дознания и следователей в ГУВД города Санкт-Петербурга, в УВД Тамбовской области, а также практических работников органов прокуратуры, проходивших переподготовку в Санкт-Петербургском институте повышения квалификации прокурорско-следственных работников Генеральной прокуратуры РФ. Автор использовал результаты исследований, проводимых в МВД РФ и ГУВД СПб и Ленинградской области2.

Кроме того, в диссертационном исследовании нашли отражение личный опыт работы автора в подразделениях органов внутренних дел (МВД СССР, МВД РСФСР, МВД Российской Федерации) и опыт научно- преподавательской деятельности диссертанта в Санкт-Петербургском юридическом институте МВД России.

Наиболее существенными научными результатами, содержащимися в диссертационном исследовании, характеризуемыми новизной и полез- ностью для практики уголовного судопроизводства, являются не только анализ процессуальных и иных прав подозреваемого и обвиняемого, о чем много написано в литературе, но, кроме того, прав заявителя, потер- певшего, свидетеля и других лиц, вовлекаемых в уголовно- процессуальную деятельность, внес предложения по осуществлению этих прав с учетом новых изменений закона. Автор настоящей работы исходит из того, что необходимое решение проблемы прав личности при производстве дознания

2 Главное управление внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Документ от 29. 04. 97 г. № 9 / 928).

возможно только на основе Конституции РФ 1993 года, которой должны соответствовать законы об уголовном судопроизводстве и криминалистические рекомендации.

Автором разработаны и обоснованы предложения по совершенство- ванию уголовно-процессуального законодательства, а также деятельности практических органов дознания и следствия, по тактике проведения отдельных следственных действий, тактики подготовки и проведения экспертиз.

Положения, выносимые на защиту. По результатам проведенного ис- следования на защиту выносятся следующие выводы и предложения, имеющие теоретическое и практическое значение:

  1. Тактические особенности - это система положений и рекомендаций, которые разработаны наукой криминалистикой, по организации и планированию расследования, определению линии поведения должностных лиц, разработке наиболее эффективных тактических приемов выполнения отдельных следственных действий с учетом конкретной следственной ситуации.
  2. Этические требования, являющиеся основой криминалистической тактики, и действующие в сфере уголовно-процессуального доказывания, могут быть подразделены на четыре группы: 1) Не закрепленные в официальных документах; 2) Получившие признание в документах, не имеющих нормативного характера; 3) Закрепленные в российском законодательстве; 4) Получившие признание и закрепление на международном уровне.
  3. Соотношение между нормами права и нормами морали можно рас- сматривать с нескольких позиций: а) единства; б) различия; в) взаимодействия и г) противодействия.
  4. Моральный ущерб, нанесенный чести и достоинству человека при производстве дознания должен быть возмещен в зависимости от окончательного решения по делу, от статуса лица в уголовном процессе.
  5. Проблема нравственной обоснованности государственного при нуждения, применяемого в процессе доказывания при дознании по уголов-

ному делу особенно важна по отношению к лицам, которые не занимают положения подозреваемого и обвиняемого. Мы считаем, что к ним может применяться принуждение в исключительных случаях.

  1. С точки зрения гарантий обеспечения прав личности в уголовном процессе важно определить субъектов в стадии возбуждения дела и разгра ничить понятия заявителя, которому причинен вред, и заявителя, чьи инте ресы нарушены не были. Важно также ввести термин “пострадавший”, что будет способствовать укреплению гарантий прав личности в стадии воз буждения уголовного дела.

  2. Необходим строгий баланс между защитой интересов пострадавшего и подозреваемого (обвиняемого) в уголовном процессе при дознании.
  3. В рассмотренных следственных действиях отмечены следующие особенности следственной тактики, связанные с соблюдением прав лич- ности:
  • при проведении следственного осмотра полезно участие в осмотре того лица, показания которого должны быть проверены. Этим достигаются две цели. С одной стороны участник осмотра помогает обнаружить доказательства, относимые к деду, а с другой - убеждается, что дознание ведется объективно, его права не нарушаются;
  • при освидетельствовании не рекомендуется оглашать интимные данные, необходимо предоставить освидетельствуемому право заявлять отвод любому лицу, участвующему в освидетельствовании, ходатайствовать о замене понятых, если они являются соседями, знакомыми, сослуживцами; дознавателю соответственно подбирать понятых, не применять научно-технические средства без особой надобности;
  • выбор тактики допроса производится с учетом позиции допраши- ваемого, в частности его личных психологических качеств, обеспечения свидетельского иммунитета и его защиты. Специальные тактические правила применяются при допросе свидетеля, являющегося супругом или близким родственником обвиняемого, если он дал согласие на допрос. Основ-

-10-

ное тактическое правило - не принуждать к даче показаний; переводчик должен участвовать не только в допросе лица, не владеющего языком на котором ведется судопроизводство, но в каждом следственном действии с участием такого лица.

Полагая, что с этической точки зрения разъяснение прав и обязанностей допрашиваемым, предусмотренные в законе, недостаточно, предлагается дополнение к УПК РСФСР в ст. 158 следующего содержания:

“Перед допросом следователь удостоверяется в личности свидетеля, разъясняет ему его обязанность дать правдивые показания о фактах, интересующих следствие, о лицах, в отношении которых задаются вопросы, за исключением супруга (супруги) и близких родственников, предупреждает об ответственности за отказ’ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, разъясняет ему право на возмещение понесенных расходов по явке и на сохранение среднего заработка по месту его работы за все время, затраченное им в связи с вызовом к лицу, производящему дознание, следователю’, прокурору или в суд, о чем делается отметка в протоколе, которая удостоверяется подписью свидетеля”.

Недопустимо с точки зрения этики демонстрация в средствах массовой информации результатов обыска с интимными подробностями; произ- водство личного обыска в присутствии знакомых лиц; изъятие биологических образцов для сравнительного исследования допускается только в необходимых случаях.

Теоретическое значение работы заключается в раскрытии объективно- определенного содержания и юридической оценки понятий отдельных действий, выявлении особенностей криминалистической тактики, связанной с соблюдением прав личности, в теоретическом обосновании некоторых положений, определяющих эффективную работу органов дознания, а также возможностей реализации гражданами Российской Федерации своих прав.

Практическая значимость работы заключается в том, что в результате исследования выработаны предложения по совершенствованию законодательно-нормативной базы в Российской Федерации предусматривающей

-11-

уголовную или административную ответственность за нарушение закона. Изложенный диссертантом подход к исследованию может использоваться:

1) в научно-исследовательской работе по проблемам оценки крими- налистически значимой информации, характеризующей отдельные след- ственные действия; 2) 3) в практической деятельности органов дознания и следствия при возбуждении и расследовании уголовных дел, при проведении оперативно-розыскной деятельности; 4) 5) при разработке законодательных и ведомственных нормативных актов по этим вопросам; • 6) 7) в преподавании таких юридических дисциплин, как уголовный процесс, криминалистика, административное право, теория оперативно- розыскной деятельности, а также судебная медицина. 8) Реализация и апробация научных исследований проводилась на заседаниях кафедры криминалистики и уголовного процесса Санкт-Петербургского юридического института МВД России, ряде международных, всероссийских и региональных научно-практических конференций в Санкт-Петербургском институте МВД РФ в 1994-1997 годах: “Безопасность человека и преступность” (Санкт-Петербург, 23 - 25 ноября

1994 г.); международном научно-практическом симпозиуме “Право, государство и безопасность человека в современном мире” (Санкт- Петербург, 24-26 апреля 1995 г.); международном научном конгрессе женщин-полицейских “Полиция. Женщина. Гуманизм”. (Санкт- Петербург, 21-24 марта 1995 1996 г.); Региональной научно-практической конференции “Законность, правопорядок и борьба с преступностью” (Санкт-Петербург, 1995 г.); научно-практической конференции преподавателей, адъюнктов и соискателей “Приоритеты и пути совершенствования научного сопровождения деятельности органов внутренних дел в свете современных требований МВД России” (Санкт-Петербург) 9 февраля 1996 г.); научной конференции докторантов, адъюнктов и соискателей “Проблемы теории и практики деятельности органов внутренних дел в условиях формирования правового госу- 1997

-12-

дарства” (Санкт-Петербург, 19 декабря 1996 г.); международной научно- практической конференции “Социально-правовые и психологические основы деятельности органов внутренних дел и внутренних войск МВД России: проблемы теории и практики” (Санкт-Петербург, 20-21 марта 1997г.); международной научно-практической конференции “Международное сотрудничество правоохранительных органов в борьбе с организованной преступностью и наркобизнесом (Санкт-Петербург, 25 июля 1997 г.). По теме диссертации опубликованы следующие работы;

  1. Специалист и права личности в уголовном процессе // Права человека и статус правоохранительных органов. Материалы международного симпозиума. Часть 2 / Под общ. ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт- Петербургский юридический институт МВД России, 1995. 0,3 п.л.
  2. Некоторые уголовно-процессуальные аспекты соблюдения гарантий прав личности // Общество, право, полиция. Материалы международной научно-практической конференции. Часть 3 / Под общ. ред. В.П. Саль- никова. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1996. 0,2 п.л.
  3. Нравственные ценности уголовно-процессуальных норм // Проблемы прокурорской и следственной деятельности в сфере борьбы с преступ- ностью в современных условиях. Материалы международной научно- практической конференции. Тезисы выступлений. СПб.: Санкт- Петербургский институт повышения квалификации прокурорско- следственных работников Генеральной прокуратуры Российской Федерации, 1996.0,1 п.л.
  4. Некоторые нравственные основы соблюдения гарантий прав личности // Человек и общество: правовые проблемы взаимодействия. Сборник трудов докторантов, адъюнктов и соискателей. Вып. 7 / Под общ. ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Летербургский юридический институт МВД России, 1996. 0,2 п.л.
  5. Нравственные проблемы оперативно-розыскной деятельности по обнаружению доказательств // Социально-правовые и психологические

-13-

основы деятельности органов внутренних дел и внутренних войск МВД России: проблемы теории и практики. Материалы международной научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 20-21 марта 1997 г. Часть 2 / Под ред. О.М. Латышева, В.П. Сальникова. СПб.: Санкт- Петербургская академия МВД России, 1997. 0,3 п.л.

Кроме того, основные предложения и выводы диссертанта о теоретико- правовых принципах нашли практическое использование в педагоги- ческом процессе, а также в работе сотрудников управления организации раскрытия и расследования преступлений милиции общественной безопасности ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области (документ от 29.04.97 г. № 9/ 928). Предложения по совершенствованию ст. 158 УПК РФ были направлены в подкомитет Государственной Думы по законодательству в сфере государственной безопасности и внешней разведки.

Структура диссертации. Структура диссертации обусловлена ее пред- метом, целью и задачами. Работа состоит из введения, двух глав, объеди- няющих пять параграфов„ заключения, списка использованной литературы и приложения.

-14-Глава I. Правовые и нравственные основы соблюдения

прав личности

§1. Правовые основы соблюдения прав личности

В основе тактических особенностей обеспечения прав личности лежат конституционные и другие гарантии этих прав. В связи с этим при написании данной главы было уделено определенное внимание правовым основам соблюдения гарантий прав личности. При этом, нам представляется, что тактика следственных действий должна обеспечивать соблюдение прав личности.

Существует общепринятое деление гарантий прав личности на общие и специальные. К общим относятся гарантии прав личности, вытекающие из социально-экономических, политических, идеологических условий жизни общества. К специальным - собственно юридические (правовые) гарантии.

При осуществлении судопроизводства, в конкретной ситуации, внешне может проявляться действие всего лишь одной гарантии. Например, право субъекта уголовного процесса на обжалование решения должностного лица. Но её реализация невозможна без взаимосвязи с другими гарантиями (принципами, обязанностями должностных лиц и др.).

В систему правовых “гарантий входят следующие: а) принципы правосудия, б) процессуальные нормы, закрепляющие права и обязанности участников судопроизводства, в) процессуальная форма правосудия по уголовным делам, г) деятельность участников судопроизводства, д) система проверки законности и обоснованности процессуальных действий и решений3.

См.: Кокорев Л.Д., Лукашевич В.З. Процессуальные гарантии прав и законных

-15-

Состав участников при производстве дознания может колебаться в зависимости от обстоятельств дела, характера собранных доказательств. Но всегда уголовно-процессуальная деятельность предполагает отноше- ния, одним из участников которых является индивид, человек, гражданин. Дознание - это не только деятельность, как полагают отдельные ученые, но и отношения между правоохранительными органами, между этими органами и отдельными лицами.

Правовой статус лиц, участвующих при производстве дознания далеко не одинаков. Он определяется прежде всего социальной связью того или иного участника с совершенным преступлением, правовой природой его участия в деле, содержанием его деятельности. Однако все участники уголовного судопроизводства попадают в орбиту действия норм уголовно-процессуального права, образующего самостоятельную отрасль права, которая характеризуется не только своеобразием предмета и метода, но и режима правового регулирования.

Известно, что ценность всякого субъективного права выражается в определенном социально, значимом интересе. Признание того или иного интереса участника при производстве дознания законным влечет предоставление этому лицу соответствующих прав и возложение на него соответствующих обязанностей. При всем разнообразии интересов, а следовательно прав и обязанностей лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве, закон не исключает, а, наоборот, предполагает равную для всех участников процесса защиту тех их интересов, которые признаются и поддерживаются уголовно-процессуальным правом.

Определенная общность характерна и для обязанностей участников уголовного судопроизводства. В частности, все участники уголовного про-

интересов личности в уголовном судопроизводстве // Вестник Ленинградского университета. 1977. № 11. С. 109-116.

-16-

цесса в равной мере обязаны являться по вызову лица производящего до- знание, следователя, прокурора и суда. Все лица, участвующие в уголов- ном деле, обязаны соблюдать регламентированный нормами уголовно- процессуального права порядок проведения следственных и иных дей- ствий, в которых они участвуют, и порядок судебного разбирательства. Решения, принимаемые должностными лицами, осуществляющими уго- ловно-процессуальную деятельность, обязательны для всех участников процесса которых они касаются.

Итак, для правового статуса участников уголовно-процессуальной деятельности характерны не только своя специфика, но и общность мно- гих элементов.

Оценивая процесс реформы уголовного судопроизводства в России, многие ученые и практические работники отмечают, что реформа осу- ществляется односторонне, без учета задач, стоящих перед органами до- знания и следствия. В определенной мере такие суждения не лишены оснований. Для уяснения ее сути прежде всего следует обратиться к Конституции Российской Федерации. С одной стороны, в целом ряде норм (см. например, статьи 19, 20, 22, 23, 25, 27, 28 и др.) основной закон провозглашает как государственную задачу защиту жизни, здоровья, личной свободы, чести, достоинства, имущественных прав граждан, а также неприкосновенность их жилища, переписи, личной жизни и др.4. С другой стороны, законодатель регламентирует гарантии правовой защиты личности от необоснованного обвинения, закрепляя конституционно принцип презумпции невиновности (ст. 49), правило о возмещении государством всякого вреда, причиненного незаконными действиями государственных органов и их должностных лиц (ст. 53) и т. д5.

  1. Конституция Российской Федерации. М.,1993.

  2. Там же.

-17-

Из анализа приведенных и некоторых других норм Конституции явствует вывод о том, что государство стремится в равной степени не только защитить конкретное лицо в случае преступного посягательства против жизни, здоровья, свободы и достоинства личности, но и оградить подозре- ваемого (обвиняемого) от необоснованного обвинения. Указанная консти- туционная цель воспроизведена законодателем при формировании задач уголовного судопроизводства (ст.2 УПК РСФСР)6.

На наш взгляд, следует согласится с авторами Курса Советского уголовного процесса, отождествляющими понятия задач и целей, вкладывающими в их содержание то, к чему надо стремиться, то, что требует разрешения, осуществления 7.

Изложенное позволяет резюмировать, что и Конституция, и отраслевой закон, регламентируя уголовное судопроизводство, исходят из необхо- димости равноценного отношения к обеспечению правовой защиты и от- :: стаивания интересов как пострадавшего от преступления (потерпевшего, 111! гражданского истца), так и виновного в нем (обвиняемого, подсудимого). Ш Известно что государство свои конституционные обязательства в сфере уголовного судопроизводства реализует посредством деятельности специально уполномоченных на то органов: органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Каким же образом в рамках действующего процессуального законо- дательства государство осуществляет правовую защиту лица, постра- давшего от преступления ?

Прежде всего такое лицо вправе заявлять о совершенном преступлении и рассчитывать на своевременное и действенное реагирование на него уполномоченных законом органов (ст. 109 УПК). Сам же процесс изобли-

  1. Далее УПК.

  2. Курс Советского уголовного процесса. Общая часть. Под редок. А.Д. Бойкова и М.И. Карпеца. М., 1989. С. 43.

-18-

чения лица, совершившего преступление, осуществляется в рамках установленной процессуальной формы - дознания или следствия. Напомним, что эта деятельность в своей основе имеет прежде всего работу с доказательствами: ( собирание, анализ, исследование, оценку и использование их ). Кроме того, потерпевший обладает строго определенной процессуальной право- и дееспособностью (ст. 53, 75 УПК).

Но как эта право- и дееспособность реализуется в уголовно- процессуальном законе? Например, по ходу дознания назначается экспертиза. Обвиняемый вправе заявлять отводы эксперту, ставить перед ним вопросы. Дознаватель обязан ознакомить обвиняемого с заключением и записать в протокол его возражения. В отношении потерпевшего таких правил не предусмотрено.

Закон предписывает суду обеспечить обвиняемого адвокатом, а если он не в состоянии нанять его, то сделать за счет государства. В отношении потерпевшего такого поло’жения нет.

Что же касается защиты прав лица, совершившего преступление, то она выглядит внушительно.

Во-первых, орган дознания, следователь, прокурор, суд обязаны выявить все оправдывающие и смягчающие ответственность обвиняемого об- стоятельства (ст. 20 УПК). Дознание стоит на переднем крае обеспечения прав участников. Оно более мобильно и во многих случаях предшествует предварительному следствию. Поэтому от качества дознания во многом зависят осуществление и соблюдение гарантий прав личности.

Во-вторых, в целях обнаружения обстоятельств, оправдывающих по- дозреваемого или обвиняемого, смягчающих их ответственность, оказания им необходимой юридической помощи, в судопроизводстве участвует защитник (ст. 51 УПК).

Казалось бы обе стороны - пострадавший, и обвиняемый - имеют на- дежные гарантии защиты своих интересов. Вместе с тем наивно было бы

-19-

предполагать, что в рамках уголовного судопроизводства достигнут на- дежный баланс гарантий защиты таких интересов. Представляется, что именно желание найти данный баланс заставило не только известных ученых-процессуалистов, но и криминалистов накануне активного изменения уголовно-процессуального законодательства вступить в принципиальную дискуссию.

На наш взгляд, основной недостаток уголовно-процессуального за- конодательства в том, что на протяжении последних лет органы дознания, суд главную свою задачу - защиту интересов личности - рассматривали как цель второстепенную.

Следует заметить, что значительное число практических работников органов дознания и следствия склонно рассматривать свою процессуаль- ную деятельность как деятельность, направленную прежде всего на защиту пострадавшего от преступления. Думается, что к приведенному факту нельзя относиться, как к случайному, ибо отсутствие правового баланса между гарантиями пострадавшей и виновной сторон заполняется субъективизмом работников дознания и следственных работников.

Уместно в этой связи привести высказывание А. Д. Бойкова: “Крайне безответственно призывать к гуманизации правосудия по отношению к обвиняемым за счет потерпевшего, не поинтересовавшись его мнением. Есть что-то инфантильное в позиции тех ученых-юристов и законодателей, которые под проблемой защиты прав личности в уголовном судопроизводстве видят обвиняемого, забывая о страдающей стороне - потерпевшем 8. Представляется, что при производстве дознания должен всегда выдерживаться строгий баланс между защитой интересов пострадавшей и виновной сторон. Причем любые изменения в этой равномерности приводят к нарушению и ущемлению прав и интересов одной из них. Заметим, что одно

  • Бойков А.Д. В дебрях судебно-правовой реформы /Законность. 1993, № 3. С. 9.

-20-дело- теоретическая дискуссия. И совершенно иначе выглядит судопроизводство, когда односторонние шаги в регулировании
уголовно-процессуальных правоотношений предпринимает законодатель.

Неизбежно напрашивается вопрос: чего же больше было в дорефор- менном законодательстве - положительного или отрицательного, нужна ли реформа? Ответ очевиден:, конечно же реформу нужно проводить, так как законодательство в значительной мере отстало от требований времени, но в обязательном порядке, соблюдая баланс интересов потерпевшей и виновной сторон при производстве дознания.

Что изменилось в упомянутом соотношении интересов в условиях по- этапной реформы?

Парламент России, озабоченный поиском гарантий прав личности, внес в последнее время рад изменений и дополнений в УПК РСФСР, на- правленных на обеспечение прав подозреваемого и обвиняемого, которые нередко превышая реальные возможности правоохранительной системы, вступают в противоречие с принципами процессуального регулирования и со здравым смыслом.

Ещё точнее создавшееся положение оценено А.Д. Бойковым: “Есть что- то ненормальное в позиции законодателя, видящего за проблемой за- щиты прав человека только того, кто преступил закон, кто бросил вызов обществу и государству, а не миллионы судеб, которые попираются пре- ступниками”9.

Рассмотрим конкретные этапы судебной реформы и их влияние на обеспечение процессуально-правовых гарантий при производстве дознания.

Представляется, что в этом плане могут быть выделены два основных рубежа, связанные с принятием законов России о внесении изменений и дополнений в процессуальное законодательство: это связано с принятием

9 Бойков А. Д. Указ. раб. С. ]].

-21-

Законов от 23 мая 1992 года 10, и от 29 мая 1992 года п .

Так что же изменилось с введением в действие указанных законов.

Во-первых, были существенно расширены и конкретизированы права и обязанности защитника на предварительном следствии, он был допущен к нему на максимально ранних стадиях.

Во-вторых, задержанный и обвиняемый, а также их представители получили право на обжалование в суде решения дознавателя или следователя об аресте или продлении срока заключения под стражей.

В-третьих, была существенно расширена сфера применения прото- кольного производства. Кроме того, законодатель предоставил судьям право единоличного рассмотрения большого числа уголовных дел.

Попробуем определить в чем, на наш взгляд, недостаток одностороннего изменения процессуального законодательства.

Так, например, затронем одностороннее расширение прав защитника, единственной обязанностью которого является выявление оправдывающих обстоятельств подзащитного и смягчающих его вину. Деятельность защитника носит двуединый характер: отстаивая права и интересы обвиняемого, защитник тем самым содействует вынесению законного, справедливого и обоснованного приговора. Он нужен правосудию как одна из гарантий от судебных ошибок. В этом выражается его общесоциальный публичный интерес.

Сравнительно новым для дознания является участие защитника в деле, введенное Законом РФ. от 23 мая 1992 года “О внесении изменений и до- полнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР”. Согласно назван- ному закону вне зависимости от процессуальной формы расследования

10 Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. J992, № 25, Ст. 1389.

11 Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992, № 27, Ст. 1560.

-22-(дознание приравнено к предварительному следствию), защитник участвует в судопроизводстве уже с момента процессуального задержания, ареста или предъявления обвинения, т.е. в плане обеспечения прав лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

Права защитника позволяют ему активно вмешиваться в ход рас- следования в процессе получения и проверки доказательств. И все это с единственной, упомянутой выше, целью. В рамках дознания защитник способен осуществлять связь между подзащитным и заинтересованными лицами, находящимися на свободе, что дает ему возможность влиять, а нередко, к сожалению, даже и разрушать доказательственную базу расследования, оказывая через посредство тех же заинтересованных лиц давление на очевидцев и потерпевших от преступления, вынуждая их к корректировке своей процессуальной позиции, к даче ложных показаний.

Наши оппоненты возразят, что тот же закон требует от защитника использования в своей работе средств исключительно указанных в законе, что защитник наравне с другими лицами может быть привлечен к уголовной ответственности за разглашение данных предварительного следствия и дознания. Однако совершенно не обязательно нарушать закон самому. Ему достаточно предоставить’самую общую информацию заинтересованным лицам, и они исполнят всю необходимую “черновую” работу. С учетом же того, что большинство активных участников процесса не имеют никакой гарантии личной безопасности со стороны государственных органов, добиться изменения их показаний на следствии в сторону необъективности не составляет особого труда. Что же касается ответственности защитника за разглашение данных предварительного расследования, то безусловно то, что адвокату гораздо проще предупредит утечку компрометирующей его информации хотя бы потому, что интересы защитника, исходя из его процессуальных обязанностей, переплетаются с устремлениями лиц, заинтересованных в судьбе подзащитного.

-23-

Таким образом, приобретают особое значение моральные качества адвоката, но в условиях “погони за гонорарами” опора на такие качества не всегда себя оправдывает.

Важное значение имеет использование в дознании переводчика, работе с которым не всегда уделяется должное внимание. От качества перевода12 в немалой степени зависит реализация законных прав и интересов лиц, привлекаемых к уголовной ответственности, и интересов потерпевших. Однако несоблюдение в процессе дознания установленного законом порядка обеспечения перевода приводит к тому, что результаты следственного действия, проведенного с участием переводчика, но в нарушении закона, не имеют доказательственного значения. Это на наш взгляд, является отрицательным моментом.

Представляется, что одно из основных требований, которым согласно закону, должно отвечать лицо, привлекаемое для перевода, связано с его компетенцией. Компететность переводчика предполагает владение языками, знание которых необходимо для перевода (как правило, это принятый в данном регионе язык судопроизводства и язык участвующего в деле лица, не владеющего им). Эти положения имеют значение и для лица, пони-

12 Правовой статус переводчика и вопросы его участия в судопроизводстве обстоятельно исследованы в литературе. Абдулове НА. Принцип национального языка судопроизводства по делу в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрнд. наук. Душанбе, 1970; Аширбекова М.Т. Принцип национального языка уголовного судопроизводства: Дис… канд. юрид. наук. Саратов, 1972; Джафаркулиев М.А. Национальный язык и право. Ганджлик, 1990; Джафаркулиев М.А. Язык уголовного судопроизводства в зарубежных странах. Баку, 1990; Саркисянц Г.П. Переводчик в современном уголовном процессе. Ташкент, 1974; Элькипд 77. С. Участники уголовного процесса. Их правовое положение. В кн.: Советский уголовный процесс. М., 1972. С. 96-97. Однако ряд авторов не считают переводчика участником процесса, относя его к “иным участвующим в деле лицам”. Не ставя целью подробный анализ точек зрения по этому вопросу, отметим, что более предпочтительной представляется позиция о более широкой трактовке участников процесса и включении в их число переводчика.

-24-мающего знаки немого или глухого, привлекаемого к участию в процессе, приравненного по своему статусу к переводчику (ч. 4 ст. 57 УПК).

Основанием для вступления переводчика в дело является, во-первых, незнание участвующими в деле лицам языка, на котором ведется расследование; во-вторых, назначение переводчика лицом, производящим дознание. Хотя законом достаточно четко форма такого назначения не определена, (но и не запрещена) она осуществляется вынесением соответствующего постановления13 но только после получения предварительного согласия гражданина на подобное участие в уголовном деле. Получение согласия необходимо в связи с тем, что прямо из закона обязанность для гражданина быть переводчиком в уголовном деле не вытекает. Он может отказаться от участия в процессе; в отличие от свидетеля его нельзя привлечь к ответственности за это.

Немаловажное значение имеет и возраст лица14, привлекаемого для перевода. В законе этот вопрос не решен. Правильнее в таких случаях воспользоваться услугами лица, достигшего совершеннолетия, хотя не будет нарушением закона использование в исключительных случаях и более молодого переводчика (но не моложе 16-ти летнего возраста, с которого наступает ответственность за заведомо неправильный перевод). Для выполнения перевода можно прежде всего использовать имеющихся в отдельных регионах штатных перево’дчиков МВД-УВД или следственных аппаратов. Закон не запрещает также приглашать переводчиков из появляющихся в настоящее время различных кооперативных, коммерческих структур, выполняющих в том числе и работы по переводу.

13 В литературе предлагались и другие варианты фиксации участия переводчика в деле, путем заполнения анкеты переводчика. См.: Романов А. Г., Степанов Е. А. Уча стие иностранных граждан в расследовании уголовных дел. М., 1980. С. 75.

14 На этот момент впервые обратил внимание Рахунов Р.Д. См.: Участники уго ловно-процессуальной деятельности. М., 1961. С. 268.

-25-

Представляется, что определенную помощь в этом плане могли бы оказать: - проживающие на территории, обслуживаемой органом внут- ренних дел, пенсионеры, студенты учебных заведений, сотрудники иных организаций и учреждений; - в случае приглашения переводчика самим заинтересованным лицом рекомендуется убедиться в его беспристраст- ности, а при наличии обстоятельств, позволяющих усомниться в объективности будущего переводчика из тактических соображений следует приглашать для этих целей иное лицо; - чтобы обеспечить в дальнейшем возможность проверить правильность перевода, допрос рекомендуется записать с помощью видео - аудио аппаратуры.

Совершенствование уголовно-процессуального законодательства в направлении демократизации уголовного судопроизводства определило усиление внимание к обеспечению прав и законных интересов лиц, ока- зывающих содействие правосудию посредством дачи правдивых, объек- тивных свидетельских показаний по уголовным делам. В связи с этим возникла настоятельная необходимость более тщательного изучения проблем, связанных с определением понятия и правового статуса свидетеля в науке уголовного процесса и в законодательстве. Не вдаваясь в обстоятельное рассмотрение, отметим, что нас прежде всего интересует место, которое отводится свидетелю среди других субъектов процессуальных отношений.

Ряд авторов, как и современный закон, не относят свидетельствующих по делу лиц к числу участников процесса. Так, М. С. Строгович полагал, что субъектами уголовно-процессуальной деятельности могут быть те государственные органы, должностные лица и граждане, которые выполняют одну из трех процессуальных функций: обвинение, защиту, разрешение дела15. М. А. Чельцова, Э.Ф. Куцова к участникам процесса относят только лиц, указанных в разделе “Участники процесса” Основ уголовного судо-

15 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. M.t 1968.T.L С. 204-206.

-26-производства16. Мы же солидарны с мнением Ю. А. Иванов а о том, что участниками процесса являются все участвующие в деле лица17. Подобный взгляд разделяет большинство авторов18. Как известно глава третья УПК РСФСР среди участников уголовного процесса не называет лиц, свидетель- ствующих по уголовному делам, не определяет их правового статуса. Дело в том, что в данной главе законодатель рассматривает только тех лиц, ин- тересы которых непосредственно затрагиваются в процессе всего расследо- вания или судебного разбирательства, а также лиц, представляющих инте- ресы определенных субъектов уголовно-процессуальных отношений. Ни полного перечня лиц, относимых к участникам уголовного процесса, ни разъяснения этого термина закон, к сожалению, не дает. Этим и обуслов- лены различные, а порой, и прямо противоположные суждения по этому вопросу и отсутствие защиты прав и интересов этих лиц.

Мы не ставим перед собой задачу рассмотрения многочисленных то- ^

чек зрения по проблеме участников процесса, а попытаемся выяснить, куда!;Щ

Ш включены свидетели в классификациях различных авторов. Так,
отдель- Щ

ные процессуалисты указывают данных участников процесса среди группы лиц, выполняющих вспомогательную функцию по делу19. По мнению других, свидетелей следует относить к лицам, содействующим государ-

16 См.: Чельцов М. А. Участники уголовного процесса/В кн.: Уголовный процесс. М., 1969. С. 69, 70; Куцова Э.Ф. Участники процесса, их права и обязанности /В кн.: Советский уголовный процесс. М., 1975. С. 78.

17 См.: Иванов Ю. А. Субъекты уголовно-процессуальной деятельности /В кн.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть. М., 1989. С. 446.

18 См.: Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса. Минск, 1970. С. 10-14; Зусь Л.Б. Правовое регулирование в сфере уголовного судопроизводства. Владивосток, 1984. С. 81-84; и др.

19 ЗусьЛ.Б. Указ. соч. С. 81-82; Даев В. Г. Участники уголовного процесса / В кн.: Советский уголовный процесс. Л., 1989. С. 110-111; и др.

ственным органам в осуществлении судопроизводства20. Формулировка последних авторов нам видится более удачной, так как вспомогательную функцию выполняют в большей степени участники процесса, привлекаемые для осуществления процессуальных действий. Это как правило лица, предъявляемые для опознания совместно с опознаваемыми, лица, выпол- няющие в ходе следственного эксперимента опытные действия и т.п.

Свидетели же, будучи носителями доказательственной информации по уголовному делу, сообщают ее в словесной или письменной форме в процессе производства процессуальных действий, тем самым содействуя судебно-следственным органам в осуществлении уголовно-процессуальной деятельности. Выполняя указанную функцию, свидетели имеют определен- ные права и обязанности, вступают в уголовно-процессуальные отношения, тем самым становятся полноценными участниками уголовного судо- производства.

Поэтому мы считаем ошибочными утверждения о том, что свидетель, if

. , l:!ii;if;j

хотя и привлекается к участию в деле, но не является участником процесса Щ 21, что он лишь субъект отдельных уголовно-процессуальных правоотношений, но не субъект процесса, не его участник22.

В этой связи примечательно, что разработанные в рамках осуществления правовой реформы законопроекты нового УПК прямо называют свидетеля в числе участников уголовного процесса23. Необходимо отметить, что от четкости формулировки определения понятия свидетеля зависит как установление элементов содержания его правового статуса, так и решение всех иных вопросов, возникающих в связи с участием данного

20 Шпилев В.Н. Указ. соч. С. 26-30; Иванов Ю. А. Указ. соч. С. 449.

21 Якуб М.Л. Показания свидетелей и потерпевших. М., 1968. С. 83-84.

22 Смыслов В.И. Свидетель в советском уголовном процессе. М.,1973. С. 41.

23 Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретиче ская модель //Под ред. Савицкого В.М. М., 1990. С.30,74.

-28-

субъекта при производстве дознания.

В процессуальной теории нет особых разногласий в определении по- нятия “свидетель”24. Однако сопоставление предложенных определений по- казывает, что авторы включают в понятие свидетеля такой обязательный признак, как дача показаний по требованию судебно-следственных орга- нов. Представляется, что это не совсем правильно, поскольку тогда круг свидетелей ограничивается только лицами, вызванными в установленном уголовно-процессуальным законом порядке для дачи показаний по делу. И если согласиться с предлагаемым признаком, то свидетелями не будут являться лица, которые по собственной инициативе пришли в правоохранительные органы по объявлениям о розыске преступника или очевидцев преступления, распространенным в газетах, листовках, по радио, телевидению, для дачи показаний об известных им обстоятельствах дела.

На наш взгляд, свидетелем является лицо, вызванное уполномоченными на то судебно-следственными органами или явившееся по собственной инициативе и допущенное уголовно-процессуальным законом к даче показаний об известных ему обстоятельствах, подлежащих установлению по конкретному уголовному делу, являющиеся субъектом уголовного процесса.

Изучение правоприменительной практики показывает, что свидетели зачастую связаны с обвиняемыми, потерпевшими и другими участниками процесса родственной, бытовой, служебной и иной связью, что порой затрудняет дачу правдивых показаний25. Нередко результатом дачи свидетельских показаний является смена жительства, работы, учебы, испорченные отношения на работе и в семье, угроза личной безопасности как самого

24 Якуб М.Л. Указ. соч. С. 82; Гуняев В.А. Добросовестное заблуждение в показаниях свидетеля: Дис… канд. юрид. наук. Л., 1973. С.20; Смыслов В.И. Указ. соч. С. 12.

25 Главное управление внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Документ от 29. 04. 97 г. № 9 / 928).

-29-

свидетеля, так и его родственников и близких.

Даже выборочный сбор информации в 30 регионах Российской Феде- рации позволил выявить 1800 случаев оказания противоправного воздей- ствия и посягательств на участников процесса, основная масса которых являлась свидетелями по уголовным делам и их близкими. Из общего числа указанных фактов 53 были связаны с насильственными действиями, половина из которых сопряжена с причинением тяжких телесных повреждений, изнасилованием, похищением детей, поджогами и даже убийством. В результате этого 181 свидетель отказался от дачи показаний, 30 человек стали уклоняться от явки в органы предварительного следствия и суда26.

В тоже время проблема законных интересов свидетеля касается не только заинтересованности в исходе дела. Так, законным интересом свидетеля может быть стремление свести к минимуму время, затрачиваемое на участие в уголовном деле, в течение которого он отрывается от работы, учебы, семьи или обычных занятий. Подобный интерес не закреплен ни в какой уголовно-процессуальной норме, но в то же время является законным, так как не противоречит закону и основан на нем. Поэтому следует согласиться с Л.Д. Кокоревым, который считает, что законными могут быть также интересы, которые хотя и не предусмотрены конкретной правовой нормой, но вытекают из закона, соответствуют ему27.

Все это свидетельствует о необходимости более глубокого и обстоя- тельного изучения законных интересов свидетеля, закрепления наиболее важных из них (с нашей точки зрения, о которых мы указали выше) в уголовно-процессуальном законодательстве, а также предоставления необхо-

26 Исследования проводились рабочей группой службы расследования преступ лений МВД РФ по подготовке проекта Закона “Об обеспечении безопасности участни ков уголовного судопроизводства”.

27 См.: Общественные и личные интересы в уголовном судопроизводстве /А.Д. Кокорев, Д.П. Котов, О.А. Баев и др. Воронеж, 1984. С. 21.

-30-димых дополнительных прав свидетелю и возложения вытекающих из этого обязанностей на должностных лиц судебно-следственных органов и других участников процесса.

В последние годы увеличилось количество случаев вызова в суд сле- дователей и лиц, производящих дознание, для допроса в качестве свидетелей по делам, по которым они производили производство дознания или следствие. Эту проблему нельзя назвать новой - ещё в процессуальной теории дореволюционной России велась дискуссия по поводу возможности допроса судебного следователя в качестве свидетеля, причем в то время среди ученых была более распространенной точка зрения о недопустимости такого допроса28.

Однако проблема допустимости получения свидетельских показаний в суде от должностных лиц, принимающих участие в производстве по делу, не нашла своего однозначного решения и продолжает волновать ученых. При этом высказываются прямо противоположные точки зрения.

Так, Г.Ф. Горский,. Л .Д. Кокорев, П.С. Элькинд и ряд других авторов считают29, что суд вправе прибегнуть к допросу лица, производящего процессуальные действия, и использовать полученные из допроса сведения при принятии решения по делу. Сторонники этой позиции свое мнение аргументируют тем, что действующее законодательство не содержит прямого запрета допроса указанных должностных лиц в качестве свидетелей об об-

28 См.: Новиков В. Допрос судебного следователя в качестве свидетеля //Вестник права и нотариата. 1911, № 5. С. 133-136; Пороховщиков П. С. Допрос судебного следователя в качестве свидетеля о сознании обвиняемого // Журнал министерства юс тиции. 1911, Mb 1.С. 167-179.

29 См.: Горский Г. Ф., Кокорев Л. Д., Элькинд П. С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. С. 135; Мещеряков Ю.В. Оценка допу стимости свидетельских показаний в процессуальном праве (исторический аспект) // Проблемы доказывания по уголовным делам. Красноярск, 1988. С. 30-31.

-31-

стоятельствах, ставших им известных в процессе проведенного расследования, и тем, что подобный допрос необходим в качестве тактического приема с целью повлиять на поведение подсудимого.

Иную позицию заняли В. Ф. Миронов, В. В. Шимановский и ряд других ученых, утверждающих, что допрашивать в суде в качестве свидетелей лиц, производящих расследование рассматриваемого дела, недопустимо, так как подобная практика искусственным путем создает доказательства по делу и препятствует суду восполнить в установленном законом порядке пробелы расследования и дать должную оценку доказательств 30.

Практикуемый судами в последние годы вызов и допрос в качестве свидетелей лиц, производящих дознание и следователей, в случае отказа подсудимых, потерпевших, свидетелей от данных ими ранее показаний ведет не только к систематическому отвлечению указанных лиц от исполнения своих основных должностных обязанностей, но и оставляет впечатление, что законом закреплена презумпция недобросовестности лиц, производивших расследование дела. Совершенно справедливо указывает А.С. Кобликов, что работник дознания и следователь не должен искусственно превращаться в свидетеля того, что он установил в процессе следственного действия, а также ставиться в положение, когда подсудимый, опровергая правильность составленных им протоколов, подвергает его допросу31.

Проведенный опрос практических работников следственных органов показал, что 78 % из числа опрошенных считают необоснованной сло- жившуюся практику допросов следователей и лиц, производящих дознание, в суде в качестве свидетелей по тем делам, по которым они производили

30 См.: Миронов В.Ф., Шимановский В.В. Указ. соч. С. 66-70; Дубинский А.Я. Свидетель на следствии и в суде // Основания и порядок реализации уголовной ответ ственности. Куйбышев, 1989. С. 104-111; Зажицкий В., Башкатов Л, Следователь- свидетель. // Сов. юстиция. 1990, № 6. С. 21-23.

31 См.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть. М., 1989. С.575.

-32-расследование. Полученные данные подтверждаются также выступлениями практических работников на страницах юридической печати, которые критикуют существующий вызов следователей в суд в качестве свидетелей32,

Мы согласны с этим, но полагаем, что такой допрос возможен, если лицо производящее дознание или следователь допустил нарушения закона и данное обстоятельство может иметь существенное значение для разрешения дела в суде. Нет необходимости внесения в действующее законодательство специальных дополнений по рассматриваемому вопросу; достаточно дать необходимые руководящие разъяснения в одном из постановлений Пленума Верховного суда России.

К числу узловых проблем, связанных с фигурой свидетеля, относится вопрос о возможности получения свидетельских показаний от лиц в отношении которых дела выделены в отдельное производство.

Изучение правоприменительной практики показывает, что указанных лиц, как и лиц, отбывающих наказание, в случае необходимости получения показаний в отношении их соучастников, как правило, допрашивают в качестве свидетелей, хотя предметом допроса данных лиц являются их собственные действия. Это обстоятельство вызвано прежде всего тем, что действующее законодательство не регламентирует процессуальный статус допрашиваемого в подобных ситуациях.

Сложившееся в судебно-следственной практике положение вряд ли можно признать нормальным, так как правовой статус обвиняемого коренным образом отличается от правового статуса свидетеля. В этой связи нам представляется, что обвиняемый (обвиняемые), подобно свидетелю (свидетелям), могут знать интересующие суд обстоятельства и давать о них показания, однако такие показания свидетельскими не будут, так как ни-

32 См.: Сенегин В. Наши болевые точки // Соц. законность. 1990, № 4. С. 46-47; Говорят следователи // Соц. законность. 1990, № 7. С. 21.

-33-

кто не может быть свидетелем в своем деле.

Независимо от того, по основному или выделенному делу привлечен к уголовной ответственности обвиняемый, он должен допрашиваться с со- блюдением правил, предусмотренных законом для допроса обвиняемого с применением других тактических рекомендаций, а не свидетеля. В этой связи В. Пантелеев правильно отмечает, что формальное разделение единого дела не может ставить привлеченных к ответственности или одного из них в иное процессуальное положение при их допросе по другому делу, кроме как в положение обвиняемого33. В поддержку подобной позиции высказывался также Пленум Верховного Суда РСФСР, который в одном из своих определений указывал о недопустимости привлечения к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний осужденных, допрашиваемых по выделенному делу в отношении соучастника преступления 34.

Следует отметить, что правовые системы ФРГ, США, Италии, Англии и ряда других стран при определенных условиях допускают возможность допроса обвиняемого в качестве свидетеля, что отражено в законо- дательстве этих стран. Однако в данном случае речь идет о так называемой фигуре “главный свидетель обвинения”, т. е. об участнике преступления, представляющем доказательства, изобличающие основных преступников, с целью сохранения для себя свободы или уменьшения меры наказания35. В судебно-следственной практике также имеет достаточно широкое распространение допрос в качестве свидетеля гражданского истца, гражданского ответчика, законного представителя, понятого, переводчика, специалиста и

33 См.: Пантелеев В. порядке допроса обвиняемого в связи с выделением дела // Сов. юстиция. 1970, № 18. С. 11.

34 См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1979. № 4. С. 8-9.

35 В этих странах предусмотрен особый механизм, известный в юридической ли тературе под названием “plea barnaining”, направленный в основном на борьбу против терроризма и преступлений, совершаемых с целью свержения государственного строя.

-34-

других участников уголовного процесса.

Процессуальный статус данных субъектов уголовно-процессуальной деятельности достаточно специфичен, поэтому вопрос о соответствии практики их допроса действующему законодательству требует отдельного рассмотрения.

§2. Нравственные критерии допустимости тактических приемов

Рассматривая основы обеспечения прав личности, нельзя обойти вни- манием нравственные нормы нашего общества.

Философская наука о нравственности - этика36 - одна из древнейших теоретических дисциплин, которую издавно было принято считать “практической философией”, поскольку основным ее предназначением было решение повседневных нравственных проблем, что является злом, что справедливым, а что нет и т.д.37. Объектом изучения данной науки является самая широкая область жизнедеятельности человека с позиции морали38, т. е. определенной формы общественного сознания, выработанных в про-

*

цессе многовековой практики человека норм и принципов, которыми люди руководствуются в своём поведении. На ее основе изучается и анализируется внутренняя природа многообразных нравственных связей, возникающих в процессе экономической, социальной, политической и культурной деятельности человека, ибо всякая конкретная общественно- практическая дея-

36 Слово “этика” произошло от греческого слова etika, ethos - обычай, нрав ственный характер (Краткая философская энциклопедия. М., 1994. С. 545.)

37 Словарь по этике // Под ред. И. С. Кона М., 1983. С. 423.

38 Термин мораль и нравственность являются синонимами. Подробно о понятии нравственности см.: Дробницкий О.Г. Понятие морали. Историко-критический очерк. М., Наука, 1974.- 388 с; Философская энциклопедия. Т. 5. М., 1970, С. 499; Словарь по этике. С. 224-225.

-35-тельность имеет нравственное содержание.

Особую научную и практическую ценность представляет решение во- просов морали в провоохранительной деятельности государства, поскольку этот вид государственной деятельности поддерживается им в качестве средства защиты нормативов равенства и справедливости.

В данной связи сформировалась специальная отрасль научных знаний - судебная этика, которая изучает моральные идеалы, принципы и нормы осуществления правосудия, нравственное содержание деятельности участников судопроизводства, а также правоотношений, складывающихся в процессе расследования и рассмотрения уголовного дела39. Возникновение ее в качестве самостоятельного направления в науке уголовного процесса закономерно и объясняется в первую очередь разнообразием возникающих при производстве дознания остротой моральных конфликтов, сопровождающих правоохранительную деятельность. Одним из направлений судебной этики является этика доказывания при производстве дознания, в частности построения тактических приемов на основе этических норм.

Уголовно-процессуальное доказывание, которое является стержнем любого уголовного дела, представляет собой регламентированную законом деятельность органов дознания, предварительного следствия, прокурора и суда при участии других субъектов уголовного процесса по собиранию, проверке и оценке доказательств с целью законного, обоснованного разрешения уголовных дел40. Отношения, возникающие в процесс этой дея-

39 Судебная этика и законность. Настольная книга судьи. М., 1972. С. 29-53. О понятии, содержании и системе судебной этики см. также: Горский Г.Ф., Кокорев Л. Д., Котов Д.П. Судебная этика. Некоторые проблемы нравственных начал советского уголовного процесса. Воронеж, 1973.- 271с; Проблемы судебной этики // Под ред. М.С. Строговича М., 1974; Курс советского уголовного процесса. Общая часть // Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца М., 1989. С. 191-206.

40 Определение этого понятия в различных научных и учебных источниках

-36-

тельности, выступают объектом анализа и оценки этики уголовно- процессуального доказывания, т. е. определенной области научных знаний о применении норм, принципов и требований нравственности в процессе собирания и оценки доказательств по уголовному делу.

В качестве предмета этики уголовно-процессуального доказывания при производстве дознания выступают явления, действия и закономерности нравственного характера, связанные с процессом доказывания по уго- ловному делу. В структуре предмета этики уголовно-процессуального доказывания можно выделить четыре составных части: 1) уголовно- процессуальные принципы; 2) уголовно-процессуальные нормы; 3) уголовно-процессуальная деятельность; 4) правосознание участников уголовного процесса.

  1. Практически все принципы уголовного судопроизводства основаны на нравственных началах, отражая этическую суть должного при произ- водстве дознания. К ним, в первую очередь, относятся: уважение чести и достоинства; охрана тайн частной жизни граждан; уважение их прав, свобод и законных интересов; презумпция невиновности; всесторонность, полнота и объективность расследования преступлений (ст. 20 УПК РСФСР)41; принцип законности, защиты и др.42.

несколько разнится в словесном выражении, однако одинаково по смыслу. См.: Стро-гович М.С. Курс советского уголовного процесса. В 2-х томах. Т.1. М., 1968. С. 295; Советский уголовный процесс. Учебник для вузов МВД СССР // Под ред. СВ. Бородина М., 1982.С.135; Курс советского уголовного процесса. Общая часть // Под ред. А.Д. Бойкова . и И.И. Карпеца М., 1989. С. 605; Уголовный процесс. Учебник для вузов // Под общ. ред. П.А. Лупинской М., 1995.С. 146.

41 Далее УПК.

42 О понятии, сущности и видах принципов уголовного процесса см., например: Добровольская Т.Н. Принципы советского уголовного процесса. М., Юрид. лит., 1971. - 192 с; Уголовный процесс. Учебник. М., 1992; Уголовный процесс: Учебник для вузов // Под ред. П.А. Лупинской. М., 1995. С. 88.

-37-

  1. Значение уголовно-процессуальных норм состоит в том, что они создают (должны создавать) правовые предпосылки справедливого, объек тивного, беспристрастного расследования и отправления правосудия по уголовным делам при производстве дознания. В них фиксируется (должна фиксироваться) обобщенная информация о наиболее типичных жизненных ситуациях и явлениях, связанных с процессом собирания (поиска, обнару жения), закрепления (фиксации), проверки и оценки доказательств по уго ловному делу.

  2. Уголовно-процессуальная деятельность, связанная с доказыванием по уголовному делу, заключается в собирании, закреплении, проверке и оценке доказательств, в применении тактических приемов соответствующих уголовно-процессуальной норме.
  3. Правосознание участников уголовного процесса отражает реальную действительность, связанную с уголовно-процессуальным доказывани- ем, в виде представлений, оценок, идей и других чувственных и умствен- ных образцов. Важными его аспектами являются отношение дознавателя, обвиняемого, потерпевшего и других участников уголовного процесса к правовым нормам, регулирующим процесс доказывания по уголовному делу.
  4. Самый нравственный закон не может достигнуть своей цели, если он реализуется безнравственными методами. Примечательны в этой связи высказывания известного русского юриста А.Ф. Кони о значении нрав- ственности при рассмотрении дела в суде, которые в полной мере могут быть отнесены и к производству уголовного дела на стадии предварительного расследования. “В каждом судебном действии, - писал он, - наряду с вопросом, “что” следует провести, возникает вопрос о том, “как” это произвести”43. Нужно настойчиво желать, подчеркивал А.Ф. Кони, чтобы “в вы-

Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе. Соч. в 8-ми томах. Т.4.

-38-

полнение форм обрядов, которыми сопровождается правосудие, вносили вкус, чувство меры и такт, ибо суд есть не только судилище, но и школа”44.

Представляется, что этика и выбор тактических приемов при произ- водстве дознания должны’: - способствовать оптимизации, повышению эффективности и культуры расследования уголовных дел; - сориентировать правосознание должностных лиц, осуществляющих уголовно-процессуальное доказывание; - определить нравственные приоритеты на формирование позитивных профессиональных качеств и установок у дознавателя, следователя, прокурора и судьи. К ним, в первую очередь, относятся чуткое, уважительное отношение к людям, вовлеченным в процесс доказывания, чувство профессионального долга, объективности и справедливости.

Как правильно подчеркивается в юридической литературе, мораль выполняет также роль дополнительной гарантии четкого, точного и не- уклонного выполнения правовых норм45. Авторитет, а следовательно, и регулирующее воздействие законодательных установлений значительно усиливается за счет их нравственной наполненности. Благодаря принципам и требованиям, выработанным в рамках этики уголовно- процессуального доказывания, формируется морально допустимые средства достижения целей при производстве дознания, определяются рамки морально оправданного поведения в сфере правоотношений, возникающих в связи с собиранием, проверкой и оценкой доказательств по уголовному делу.

На наш взгляд этические требования, которые действуют в сфере уго- ловно-процессуального доказывания, могут быть подразделены на четыре группы:

М., 1967. С. 50.

44 Кони А.Ф. Указ. соч. С.56.

45 См.: Курс советского уголовного процесса. Общая часть // Под ред. А.Д. Вой кова иН.И. Карпеца М., 1989. С. 186.

-39-

  1. Не закрепленные в официальных документах.

Моральные нормы этой группы вбирают в себя самый широкий пласт обычаев и нравов, действующих в сфере уголовно-процессуального дока- зывания. Они касаются неформальных, но нравственно выдержанных от- ношений между участниками уголовного процесса, а также возникающих в связи с осуществлением процессуальных действий на основе внутреннего убеждения и правосознания. Это то, что именуется чувством гражданского и профессионального долга, совести, внутренней культуры. Добровольное и глубоко осознанное выполнение моральных норм и принципов, основанных на представлениях о добре и зле, справедливости и гуманизме, долге и совести и т.п., которые объединяются в систему воззрений, является одним из главных критериев профессиональной пригодности дознавателя, следователя, прокурора и судьи.

  1. Получившие признание в документах, не имеющих нормативного характера.

Ярким примером такого свода морально-нравственных норм является Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка от 17 декабря 1979 г., принятый 34-ой сессией Генеральной Ассамблеи ООН, в котором объединены нормы, обязывающие работников правоохранительных органов, и в первую очередь осуществляющих расследование по уголовному делу, уважать и” защищать человеческое достоинство, поддерживать и защищать права человека (ст.2)46. В соответствии со ст.34 Положе-

46 См.: Международная защита прав и свобод человека // Сборник документов. М„ 1990. С.319-325. В ряде зарубежных стран действуют аналогичные кодексы. Напри- мер, во Франции декретом № 86.592 от 18 марта 1986 г. принят Деонтологический кодекс национальной полиции (Code annote de deontologie policire. - Pari, 1991). Подробный анализ деонтологических полицейский кодексов зарубежных стран см.: Кукушин В.М. Полицейская деонтология: Социологич. анализ зарубежных концепций / Ак. МВД. Россия. М., 1994. - 140 с.

-40-

ния о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, утвержденного постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 23 декабря 1992 г.47, в понятие служебной дисциплины входит соблюдение сотрудниками органов внутренних дел порядка и правил выполнения возложенных на них обязанностей и осуществление имеющихся у них правомочий, установленных не только законодательством, но и присягой. Поэтому профессиональная пригодность работника органа внутренних дел, в том числе осуществляющего преследование по уголовному делу, напрямую связывается с его личными качествами.

  1. Закрепленные в российском законодательстве.

Эту группу составляют нравственные ценности, получившие закреп- ление в российских нормативно-правовых актах, регулирующих сферу уголовно-процессуального доказывания. В ряде случаев законодатель устанавливает специальные нормы, направленные на предупреждение действий, унижающих человеческое, достоинство. В уголовно- процессуальном законодательстве нашли широкое закрепление нравственные положения о беспристрастности при производстве по уголовному делу. К примеру, ст. 20 УПК определяет, что при осуществлении доказывания по уголовному делу и отправлении правосудия лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и судья (суд) обязаны собрать доказательства как обвиняющие, так и оправдывающие подозреваемого, обвиняемого или подсудимого, как отягчающие, так и смягчающие их ответственность, и оценить их объек- тивно, непредвзято.

  1. Разновидностью заключительной группы являются нравственные нормы, получившие признание и закрепление на международном уровне. Такие нормы, закрепляющие примат справедливости, беспристрастности,

47 См.: Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1993. № 2. Ст.70. Далее - Положение о службе в органах внутренних дел.

совести и долга, содержатся в ст. 10 Всеобщей декларации прав человека48, ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах49, ст. 12 Конвенции против пыток и других жестоких бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания50, и в ряде других документов.

В процессе выполнения своих функций при производстве дознания в сфере уголовно-процессуального доказывания право и мораль поддерживают друг друга в достижении общих целей справедливого расследования и разрешения уголовных дел, используя при этом свойственные только им методы. Различные процессуальные действия получают в глазах окружающих людей и правовую, и нравственную оценку. Согласно теории права соотношение между нормами права и нормами морали можно рассматривать с позиций: а) единства; б) различия; в) взаимодействия и г) противодействия51.

Единство уголовно-процессуальных норм и норм морали выражается в том, что они имеют общую нормативную природу, входят в единую си- стему социальных норм и являются их разновидностью. Характерными чертами обоих видов норм является также их историческая, политическая, социальная, экономическая и культурная обусловленность. Нормы уголовно-процессуального права и нормы морали формируются в рамках одного и того же общества, в силу чего, как правило, не вступают в антагонизм друг с другом. Уголовно- процессуальные нормы и моральные регуляторы в

48 Международная защита прав и свобод человека. Сборник документов. М., Юрид. лит., 1990. С. 16.

49 Там же. С.38.

50 Там же. С. 109-125.

51 Международные соглашения и рекомендации Организации Объединенных На ций в области защиты прав человека и борьбы с преступностью. Сборник международ ных документов. ВыпЛ.М., 1989. С112-115-

-42-данной сфере общественных отношений преследуют одни и те же цели и задачи (создать условия, для расследования преступлений при производстве дознания на началах справедливости, уважения прав человека и гражданина, на защиту личности и общества от преступных посягательств).

Различия между уголовно-процессуальными нормами и моралью сводятся в основном к следующему. Нормы уголовно-процессуального права общеобязательны и императивны для участников доказывания, они устанавливаются (вырабатываются, принимаются, изменяются и дополняются) государством в лице специально созданных для данных целей органов законодательной власти. Они закреплены и систематизированы в специальном законе - Уголовно-процессуальном кодексе. Нормы же морали, регулирующие доказывание по уголовному делу, являются продуктом общественного сознания, они постоянно возникают и развиваются в процессе практической деятельности людей, их появление не связано с волей законодателей или других правотворящих лиц. Уголовно-процессуальные нормы едины для всех членов общества, в то время как нормы морали не являются однородными. Их содержание во многом зависит от политического, ре- лигиозного, социального и иных видов устройства общества.

Говоря об уголовно-процессуальных нормах, мы, как правило, апел- лируем к понятиям прав и обязанностей, правомерного - неправомерного, законного - незаконного, в то время как нормы морали, регулирующие ход расследования, в основном связаны с таким этическими категориями, как добро и зло, справедливость и несправедливость, честь и достоинство, совесть и долг.

Нравственность при производстве дознания выверяет поступки участников уголовного процесса категорией совести, повелевает блюсти не только закон, но и следовать чувству долга, внутреннего побуждения, считаться с мнением окружающих сограждан. Уголовно-процессуальное право не в состоянии заставить человека быть всегда в ходе процесса пре-

-43-

дельно честным, порядочным, не нарушать тайну следствия, не лжесвидетельствовать, не применять незаконных приёмов следствия и т.д.

С позиций взаимодействия - противодействия норм морали и уголовно- процессуальных норм надо отметить, что сферы их действия в главном своем объёме перекрывают друг друга. Это значит, что решающий круг как уголовно-процессуального права, так и морали совпадает. Причем положительная или отрицательная оценка тех или иных следственных действий, оперативно-розыскных мероприятий и других событий уголовно-процессуального доказывания в большинстве своем совпадает как с точки зрения права, так и морали. Нормы уголовно- процессуального права, как и права в целом, и нормы нравственности одинаково негативно относятся к унижению человеческого достоинства, даже если он подозреваемый (обвиняемый).

Вместе с тем в ряде случаев мораль и уголовно-процессуальное право по-разному подходят к оценке и ответственности за те или иные действия, совершенные в процессе дознания при доказывании по уголовному делу. При этом надо иметь в виду, что взаимодействие и противодействие этих разновидностей социальных норм не остаются статичными. Их соотношение меняется в ту или иную сторону в ходе исторического развития общества, происходящих в государстве перемен.

В контексте уголовно-процессуального права следует понимать, что морально-нравственные категории “уважение”, “честь” и “достоинство” в рамках уголовно-процессуальной науки, а соответственно и уголовно- процессуального доказывания, носят теоретико-прикладной характер. Однако, будучи опосредованны правом, эти нравственные категории приобретают качество юридически значимых. Поэтому уяснение их в контексте правовых норм имеет большое значение. От того, насколько верно понимается содержание данных категорий дознавателем, следователем, прокурором, судьей, во многом зависят законность и обоснованность примене-

? -44— ние тактических приемов при производства следственных и других процессуальных действий, установление благоприятного морального климата в ходе дознания. А, это, в свою очередь, ведет к успешным результатам в достижении целей уголовного судопроизводства, ограждает участников процесса от необоснованного причинения им морального ущерба.

В цивилизованном обществе человеческое достоинство (так же, как и человеческая жизнь) не принято ставить в зависимость от общественной значимости личности. Правовое государство при помощи самых строгих законов должно одинаково надежно защищать достоинство гения и достоинство человека с самыми посредственными способностями.

Категория “достоинство” теснейшим образом связана с категорией “честь”. На наш взгляд, не случайно в Декларации прав и свобод человека и гражданина 1991 г. (Ст.9)52, а также в российском отраслевом законодательстве обе они нередко упоминаются вместе, в очевидной смысловой связи. В таком контексте, в частности, применяются данные категории в ст.ст. 150 и 152 нового Гражданского кодекса РФ, которые предусматривают право граждан требовать по суду опровержения не соответствующих действительности порочащих сведений. Аналогичная картина наблюдается и в названии главы 17 УК-РФ, где в числе объектов преступлений против личности называется честь и достоинство. Рядом находятся эти понятия в тексте ст. 130 УК РФ53, которая содержит определение преступного оскорбления, и в ст. 183 УПК РСФСР, запрещающей производство следственного эксперимента, если при этом унижаются достоинство и честь участвующих в нем лиц, а также в других правовых нормах. Такой юридический подход к этим нравственным категориям обусловлен тем, что их правовая охра-

52 Принята Верховным советом РСФСР 22 ноября 1991 г. См.: Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991 г. № 17. Ст.89.

53 Далее - УК.

—45—

на основывается на единых моральных требованиях, предъявляемых об- ществом к личности.

В тоже время в ряде случаев законодатель говорит об уважении, защите или охране чести и достоинства, употребляя их отдельно друг от друга. Например, в чЛ ст.21. Конституции речь идет только о государственной защите достоинства человека. “Достоинство личности охраняется го- сударством”, - провозглашено в ней. А в чЛ ст.23 Конституции - только о защите чести: “Каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени”. Уголовно-процессуальное законодательство пользуется одним лишь термином “достоинство” в ст. 181 УПК, регламентирующей порядок освидетельствования, а также ст.4 Федерального закона от 15 июля 1995 г. “О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений54.

Это приводит к выводу, что категории “честь” и “достоинство” хотя и связаны тесным образом друг с другом, однако полного тождества между ними нет.

Сам по себе процесс доказывания и применение в этой связи мер уго- ловно-процессуального принуждения с унижением достоинства и чувства достоинства человека не связан, если , конечно, он не был сопряжен с открытым пренебрежением, оскорблением, глумлением или даже пыткой. Унижение достоинства человека в ходе дознания следует причинно связывать не с самим фактом осуществления этой деятельности, а с чисто поведенческим аспектом действий должностных лиц, ведущих уголовное дело.

Вопросы о нравственной допустимости причинения ущерба чести в связи с применением тактических приемов к участникам уголовно- процессуального доказывания и возможности возмещения морального ущерба распадаются на четыре части в зависимости от двух признаков:
1)

Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 29. Ст. 27-29.

-46-

кому причиняется такой ущерб: а) участникам процесса, которые подвергаются уголовному преследованию (обвиняемому, подозреваемому) или б) участникам уголовного процесса, которые такому преследованию не подвергаются (свидетелю, потерпевшему и др.); 2) соответствуют ли сведения, наносящий урон чести, действительности или нет.

  1. Если ущерб репутации подозреваемого или обвиняемого причиняется в силу того, что ему инкриминируется совершение преступления, и затем эта причастность будет подтверждена вступившим в законную силу приговором суда, нравственной проблемы не возникает вообще. Наступившее вследствие объявления человека преступником бесчестье понятно и обосновано как нравственной, так и с правовой точек зрения.
  2. Если ущерб причиняется чести подозреваемого или обвиняемого в силу тех же причин, но затем подозрение или обвинение не получает подтверждения в ходе дознания или судебного разбирательства и дело в отношении него прекращается по реабилитирующим основаниям или выносится оправдательный приговор, такой ущерб признается причинённым незаконно и должен быть устранён путём моральной реабилитации, в том числе опровержения обвинения или подозрения, оказавшегося несостоятельным, и оповещения об этой несостоятельности того же круга лиц, в чьих глазах пострадало доброе имя реабилитированного.
  3. Если страдает репутация участника уголовного процесса, кото рый не подвергается уголовному преследованию (свидетеля, потерпевшего) в результате распространения ложных порочащих сведений, то такой мо ральный ущерб может быть заглажен путём опровержения порочащих све дений по суду, а также с помощью других гражданско-правовых средств (публикация своего ответа на порочащую статью в том же органе печа ти, денежная компенсация и т.д.). Распространение клеветнической ин формации об указанных лицах может также повлечь уголовное наказание (ст.129УКРФ).

-47-

  1. Если репутация свидетеля, потерпевшего или другого участника уголовного процесса, который не подвергается уголовному преследова- нию, страдает в результате того, что предаются огласке соответствующие действительности порочащие сведения, выявленные в процессе уголовно-процессуального доказывания (в процессе обыска у свидетеля были выявлены и разглашены сведения о том, что его жена ранее лишалась родительских прав, ее ребёнок воспитывается в детском доме), то причинение такого морального ущерба надо признать аморальным и безнравственным. Однако сатисфакция такому пострадавшему законом не предусмотрена, за исключением случаев, когда незаконное распространение сведений о частной жизни лица, составляющих его личную или семейную тайны, без его согласия было совершено из корыстной или иной личной заинтересованности. Такие действия по новому УК составляют состав преступления, предусмотренный ст. 137.

Последние два случая на наш взгляд, порождают острую проблему о нравственной обоснованности государственного принуждения, применяемого в процессе доказывания при дознании по уголовному делу к лицам, которые не занимают положения подозреваемого и обвиняемого.

Следует отметить, что резкое расширение границ возможностей вме- шательства (тайного проникновения) органов расследования в личную жизнь граждан с принятием сначала первой редакции Закона Российской Федерации “Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации” от 11 марта 1992 г.55, а потом и второй его редакции на федеральном уровне от 12 августа 1995 г., которым целому ряду государственным органов, наделённых функциями дознания, в том числе и в первую очередь органам внутренних дел, государственной безопасности, налоговой поли-

55 Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 892.

—48—

ции, предоставлено право прослушивать телефонные и иные переговоры вне связи с уголовным процессом в порядке оперативно-розыскного мероприятия привело к более четкому соотношению нравственности и права. Данные действия могут производиться по разрешению суда (в первой редакции Закона - с санкции прокурора). Кроме прослушивания средств связи Федеральный закон от 12 августа 1995 г. предусматривает возможность проведения и ряда других оперативно-розыскных мероприятий, связанных с вторжением в частную жизнь граждан (обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; снятие информации с технических каналов связи и др.). Легализация этих, ранее секретных, мероприятий открывает новые возможности использования их результатов в уголовно-процессуальном доказывании и одновременно порождает теоретическую проблему, находящуюся на стыке права и этики.

По мере того как на новом витке демократии в России набирало силу правозащитное движение, этот вопрос привлекал к себе всё больше и больше внимания, пока, наконец, не нашёл законодательного разрешения. В декларации прав человека и гражданина от 22 ноября 1991 г., а затем в Конституции 1993 г. было сформулировано требование о вступлении закона в силу только после его официального опубликования. В декларации данное правило касалось лишь законов, предусматривающих наказание граждан или ограничения их прав и свобод (ст. 35). В конституции же оно было сформулировано уже иначе: “Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения” (ч.З ст. 15).

Таким образом, на основании данного конституционного установления, во-первых, не только законы, но и все другие нормативные правовые акты (постановления Правительства, указы Президента, приказы,

-49-

инструкции, наставления, положения министерств и ведомств) подлежат официальному опубликованию, если они затрагивают права, свободы и обязанности человека и гражданина. А во-вторых, содержание этих пра- вовых документов не связано только с установлением нормы, предусматривающих наказание, а равно ограничение на права и свободы гражданина. Все нормативные правовые акты, в какой-либо степени или какой-либо форме затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, должны быть опубликованы. Однако знать все правовые документы, регулирующие права, свободы и законные интересы граждан, а тем более уметь применять их на практике под силу в основном только профессиональному юристу.

Поэтому проблема дополнительных средств информационного обеспечения граждан о правах и обязанностях вообще и в сфере дознания приобретает особую актуальность.

Базовое положение, сформулированное в ст.58 УПК об обязанности прокурора, следователя и лица, производящего дознание, разъяснить участвующим в деле лицам их права конкретизируется в ряде других статей УПК, регулирующих отдельные процессуальные действия и правоотношения. Так, при прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям или при постановлении оправдатетельного приговора орган дознания, следователь, прокурор и суд в соответствии со ст.58 с значком один УПК обязаны разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав и принять предусмотренные законом меры к возмещению ущерба, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу. Согласно ч.2 той же статьи указанные органы и лица в случае издания Закона, устраняющего наказуемость деяния, обязаны разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав и принять необходимые меры к воз-

-50-

мещению ущерба, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения меры пресечения, незаконного продолжения исполнения назначенного наказания, если такой ущерб был причинен после вступления в силу указанного уголовного наказания.

Однако законодательство в этой части не совсем последовательно. Например, ничего не сказано о разъяснении прав участникам производства таких следственных действий, как осмотр, освидетельствование и следственный эксперимент (кроме внесения замечаний в протокол). В этом случае, видимо, необходимо руководствоваться ст.58 УПК РСФСР. Свидетелю разъясняются только его обязанности (ч.2 ст. 158 УПК РСФСР), в то время как он имеет и некоторые, связанные с его процессуальным статусом, права, например право на возмещение расходов, понесенных в связи с участием в уголовном деле в качестве свидетеля (ст.106 УПК РСФСР). Не во всех случаях достаточно четко определено, когда, в какой форме, при каких условиях и в каком объёме необходимо разъяснять участникам уго- ловного процесса их права. Так, из содержания ч. 4 ст. 170 УПК РСФСР следует, что лицам, у которых производится обыск, разъясняются только право присутствовать при данном следственном действии и делать по поводу его производства замечания, подлежащие занесению в протокол. Вместе с тем, если обыск производится у подозреваемого или обвиняемого, то при его производстве может присутствовать защитник (ч.2 ст.52 УПК РСФСР).

Невыполнение требований закона о разъяснении участникам уголовного процесса их прав и обязанностей влечет отрицательные юридические последствия. В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 8 от 31 октября 1995 г. “ о некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия” это положение четко сформулировано в отношении свидетельского

-51-

иммунитета, предусмотренного ст.51 Конституции. “Если подозреваемому, обвиняемому, его супругу и близким родственникам при дознании или на предварительном следствии не было разъяснено указанное конституционное положение, - говорится в п. 18 постановления56, - показания этих лиц должны признаваться судом полученными с нарушением закона и не могут являться доказательствами виновности обвиняемого (подозреваемого)”.

Весьма важное тактическое значение имеет форма разъяснения прав участников уголовного процесса: устная или письменная, с выдачей ин- формации “на руки” или без таковой. В законодательстве на этот счет нет никаких указаний. Практическое разрешение проблемы реализации прав человека, попавшего в сферу уголовного процесса, находится на стыке нравственности и права.

Как известно, зрительное восприятие информации и восприятие ее на слух для большинства людей неодинаково. Практика пошла по следую- щему пути. В некоторых случаях информация о правах или обязанностях участников процесса вписывается в те или иные процессуальные документы, которые даются им на ознакомление на определенном этапе расследования преступлений. Например, в постановлении о признании потерпевшим делается запись примерно такого содержания: “Постановление мне (т.е. потерпевшему) объявлено 4 ноября 1996 г. и разъяснено, что я как потерпевший в соответствии со ст.ст. 29 и 53 УПК РСФСР имею право…” и далее перечисляются права потерпевшего, закрепленные в указанных статьях. Копии этих документов участникам уголовного процесса не выдаются.

В других случаях о правах указывается в документах (письменных от- ветах на письма, заявления и жалобы, уведомлениях). Так, в уведомлении об отказе в возбуждении уголовного дела, как правило, указывается, что

Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. № 1.С. 3-6.

-52-гражданин, которому адресовано это уведомление, имеет право ознакомиться с данным постановлением там-то и в такое-то время и что он может обжаловать его такому-то прокурору.

И, наконец, должностное лицо, в производстве которого находится уголовное дело, знакомит участника уголовного судопроизводства с пра- вами устно.

Нередко дознаватель выполняет эту обязанность формально, быстро, почти скороговоркой, перечисляя подозреваемому, обвиняемому, потер- певшему или другому участнику процесса его права и обязанности, предлагая ему поставить свою подпись, удостоверяющую факт разъясне- ния ему прав и обязанностей, хотя это раъяснением в прямом смысле и назвать-то нельзя, ибо разъяснить - значит сделать ясным, понятным, т.е. раскрыть смысл, содержание, а в смысле юриспруденции объяснить ещё и правовые последствия осуществления своих прав и неисполнения своих обязанностей. Но с формальной юридической стороны, требования закона соблюдены. И только с этической позиции можно признать такие действия нравственно не пригодными. Для того, чтобы человек мог в спокойной обстановке ознакомиться со своими правами, нужно выдать ему “на руки” выписку из закона о его правах и обязанностях, применительно к его статусу, а также применительно к производству конкретных процессуальных действий, о чем должно быть сделано дополнение в текст закона. Например, п. 2 ст. 158 УПК РСФСР должен иметь следующий текст:

“Перед допросом дознаватель, следователь удостоверяется в личности свидетеля, разъясняет ему его обязанность дать правдивые показания о фактах, интересующих следствие, о лицах, в отношении которых задаются вопросы, за исключением супруга (супруги) и близких родственников, предупреждает об ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, разъясняет ему право на возмещение понесенных расходов по явке и на сохранение среднего заработка по

-53-месту его работы за все время, затраченное им в связи с вызовом к лицу, производящему дознание, следователю, прокурору или в суд, о чем делается отметка в протоколе, которая удостоверяется подписью свидетеля”.

В проекте нового УПК РФ57, разработанном рабочей группы Минюста Российской Федерации, совершенно верно, на наш взгляд, предлагается закрепить подобное правило. Согласно ст. 173 проекта УПК “подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу и гражданскому ответчику вручается в письменном виде перечень их прав и обязанностей”.

Законодатель далеко не всегда подробно предусматривает процедуру обеспечения прав участников уголовного процесса. В этих случаях дознаватель, следователь и прокурор руководствуются морально- нравственными нормами и принципами, этическими требованиями. В связи с этим положительной оценки заслуживает предусмотренное в упомянутом проекте УПК положение, согласно которому “суд, судья, прокурор, следователь, орган дознания обязаны охранять права и свободы граждан, участвующих в уголовном процессе, создавать условия для их осуществления, принимать своевременные меры к удовлетворению законных требований участников процесса” (ч. 1 ст. 12).

Подробное рассмотрение нравственных критериев о работе сотрудников правоохранительных органов, в том числе дознавателей, показывает, что тактические приемы, применяемые при производстве следственных дей- ствий зависят и должны быть основаны на нормах этики, нравственности.

57 Юридический Вестник. 1995. № 31.

-54-Глава 2. Тактические особенности обеспечения прав личности при производстве следственных действий

§1. Особенности криминалистической тактики на стадии возбуждения уголовного дела

Процессуальные гарантии в равной степени относятся ко всем стадиям уголовного процесса, включая возбуждение уголовного дела, которое как начальный этап уголовного судопроизводства обладает спецификой, что налагает отпечаток как на действие гарантий уголовного судопроизводства в целом, так и на гарантии прав и законных интересов личности.

Несмотря на кратковременный характер, стадия возбуждения уголовного дела, является на наш взгляд, важным этапом в уголовно-процессуальной деятельности органов дознания, следователя, прокурора и суда. Законные и обоснованные решения в стадии возбуждения уголовного

i ‘? f г

дела способствуют эффективному выполнению задач уголовного судопро-
I ||

’ f

изводства, помогают раскрытию преступлении, установлению лиц их со-
•: вершивших, обеспечению прав и законных интересов граждан. Таким образом, стадия возбуждения уголовного дела является существенной правовой гарантией от необоснованного вовлечения личности в уголовное судопроизводство.

Анализ действующего законодательства и практики рассмотрения со- общений о преступлениях позволяет сделать вывод о том, что на этом этапе к участию в уголовно-процессуальной деятельности привлекается широкий круг лиц, выполняющих различные функции и отстаивающих различные интересы.

Между тем, в теории уголовного процесса нет единого мнения о круге лиц, участвующих в стадии возбуждения уголовного дела. Проведенный нами опрос более 350 сотрудников органов дознания, следователей в

-55-ГУВД58 города Санкт-Петербурга, в УВД Тамбовской области, а также практических работников органов прокуратуры проходивших переподготовку в Санкт-Петербургском институте повышения квалификации проку-роско-следственных работников Генеральной прокуратуры РФ показал, что 15% из опрошенных не имеют четкого представления о круге лиц, участвующих на первоначальном этапе уголовного судопроизводства, а следовательно, затрудняются определить:

  • чьи права и законные интересы должны быть обеспечены на этом отрезке уголовно-процессуальной деятельности;
  • какие выбрать тактические приемы.
  • Особенно это касается тех субъектов, о правах и обязанностях которых в законе имеются лаконичные предписания, либо такие вообще отсут- ствуют. Это приводит к нарушениям прав и законных интересов личности сразу после вовлечения ее в сферу уголовного судопроизводства.

В зависимости от осуществления той или иной формы законодатель по- разному определяет и круг участвующих в ней лиц. В отдельных случаях лица, занимающие одинаковое положение в этой стадии, не только наде- ляются отличительными друг от друга правами и обязанностями, но и именуются законом по-разному. Между отдельными нормами рассматриваемого правового института на наш взгляд, отсутствует согласованность, а порой возникают и коллизии.

Используя термин “заявитель” и “потерпевший” законодатель не всегда имеет в виду физическое лицо. Равенство между этими двумя понятиями существует лишь в ч. ч.1 и 2 ст. ПО УПК РСФСР59, в которых речь идет о заявлениях граждан и разъяснении им ответственности за заведомо

58 Главное управление внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленинградской об ласти. Документ от 29. 04. 97 г. № 9/ 928.

59 Далее УПК.

-56-

ложный донос. В случаях, предусматривающих уведомление инициатора сообщения о принятии одного из предусмотренных законом решений и реализации права обжалования этого решения (ч. 4 ст. 109; ч. 4 ст. ИЗ УПК), значение термина “заявитель” становится гораздо шире и уже включает в себя не только физическое лицо, но и юридическое лицо: предприятие, учреждение или организацию, от которых поступило заявление или сообщение о преступлении. Иное толкование закона привело бы к отрицанию прав предприятий, учреждений, организаций и должностных лиц, сделавших сообщение о преступлении, знать о принятом решении.

Небезынтересным является то, что в нормах уголовно-процессуального закона, регламентирующих стадию возбуждения уголовного дела, наряду с “заявителем” используется термин “потерпевший”. Это имеет место в п. п. 6 и 7 ст. 5; ст. 27; ч. 5 ст. 109 УПК, в которых речь идет о возбуждении дел частного обвинения. Согласно ст. 53 УПК, потерпевший, как участник уголовного процесса, появляется на более поздних этапах расследования или рассмотрения уголовного дела и только после вынесения уполномоченными на то должностным лицом постановления (определения). Следовательно, при рассмотрении заявлений о преступлениях такой процессуальной фигуры быть не может.

Использование законодателем термина “потерпевший” в стадии воз- буждения уголовного дела не однозначно. Возможны две процессуальные ситуации: 1) когда лицо, выступающее в роли заявителя, имеет личный интерес и в дальнейшем может быть признано потерпевшим по возбужденному уголовному делу; 2) когда заявитель такого интереса не имеет. Во втором случае при возбуждении уголовного дела его заинтересованность в исходе дела существенно уступает интересам потерпевшего60. В первой ситуа-

60 См.: Демидов И.Ф. Заявитель в советском уголовном процессе // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 36. М., 1982. С. 85-90.

-57-ции права и законные интересы личности затрагиваются существенным образом и отстаивать их гражданин часто начинает еще до возбуждения уголовного дела и признания его потерпевшим. Фактическое положение такого заявителя аналогично положению потерпевшего. Это чаще всего проявляется по делам частного обвинения. Очевидно этим и объясняется смешение в законе двух различных процессуальных фигур - заявителя, отстаивающего личные интересы он же, потерпевшей и заявителя, который не отстаивает свои интересы. *

Представляется, что.для более детального нормативного регулирования, конкретизации юридических прав и обязанностей личности необходимо разграничить в уголовном судопроизводстве понятия заявителя, которому преступлением причинен вред, и заявителя чьи интересы нарушены не были. Первого можно назвать употребляющимся в юридической литерату- ре термином “пострадавший”. При этом специальная терминология позво- лит разграничить понятия “пострадавший” и “потерпевший”, имеющие Г схожее смысловое значение в русском языке.

Выделение как самостоятельного субъекта уголовного процесса по- страдавшего и наделение его более широким, чем у заявителя юридическим статусом, на наш взгляд будет способствовать укреплению гарантий прав личности в стадии возбуждения уголовного дела. Это необходимо сделать и потому, что фактическое участие пострадавшего в деятельности дознания (следствия) явление довольно распространенное. Без него затруднительно, а иногда и невозможно принять решение, например, по информации о причинении телесных повреждений, по материалам о правонарушениях, за которое уголовная ответственность наступает лишь при наличии определенных последствий: значительный ущерб (ст. 149 УК РФ) и существенный вред (ст. 200 УК РФ) и др.61.

См.: Белозеров Ю.Н., Чувилев А.А. Проблемы обеспечения законности и

-58-

Не просто также принять законное и обоснованное решение без участия пострадавшего в тех случаях, когда он не является инициатором заявления (сообщения) о преступлении. В таких ситуациях отношения, складывающиеся между пострадавшим и должностным лицом (или орга- ном), рассматривающим информацию о преступлении, гораздо шире, чем между этим же должностным лицом и заявителем, личные интересы которого нарушены не были. Во многих случаях эти отношения не имеют законодательной регламентации, то есть не относятся к разделу правовых.

Участником стадии возбуждения уголовного дела является также субъект, который в УПК именуется по-разному. В ч.5 ст. 109 он назван лицом, на которое подана жалоба; в ст. 256 - лицом, в отношении которого возбуждается уголовное дело; в ст. 415 устанавливает обстоятельства совершенного преступления и личность правонарушителя и ст. 418 - подсудимый. Во всех этих случаях речь идет о лице, в отношении которого имеются данные, указывающие на наличие в его действиях признаков преступления, и решается вопрос о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела. Этот признак, объединяющий указанных участников, на наш взгляд позволяет утверждать, что они должны быть одинаково названы в законе и иметь равные права62.

Следует отметить, что УПК не содержит упоминаний о субъективных правах и обязанностях лица, в отношении которого следователем или ор- ганом дознания решается вопрос о возбуждении уголовного дела. Между тем особенность отдельных составов правонарушений, предусмотренных УК РФ, не позволяет сделать вывод о наличии признаков преступления при

обоснованности возбуждения уголовного дела. М., 1973. С. 21.

62 Исключением является лицо, в отношении которого в соответствии со ст. 256 УПК судом возбуждено дело и избрана мера пресечения. Согласно ст. 52 УПК, оно яв- ляется подозреваемым. См., Ефанова В.А. Возбуждение уголовного дела судом. Воронеж, 1988. С.48.

-59-

отсутствии субъекта. То есть, вопрос о возбуждении уголовного дела может быть решен только в связи с конкретным лицом.

Кроме этого от таких субъектов иногда необходимо получить объяс- нения, истребовать необходимые материалы, привлечь их к участию в других действиях, осуществляемых в ходе предварительной проверки. Поэтому нельзя отрицать факт участия при рассмотрении и разрешении заявлений и сообщений о преступлениях лица, в отношении которого будет возбуждено уголовное дело, либо вынесен отказ.

При проверке заявлений (сообщений) о преступлениях в случаях, не терпящих отлагательств, закон разрешает проведение осмотра места происшествия (ч. 2 ст. 178 УПК). В этом следственном действии кроме обязательного участия понятых согласно ст. 135 УПК возможно и участие специалиста (ст. 133-1 УПК). Таким образом, эти лица также могут оказаться участниками стадии возбуждения уголовного дела.

Фактическое участие специалиста в стадии возбуждения уголовного дела можно наблюдать не только при осмотре места происшествия. При производстве предварительной проверки информации о преступлениях часто необходимо обратиться за помощью к лицу, обладающему специальными познаниями. Без специалиста иногда затруднительно принять законное и обоснованное решение (в соответствии с Федеральным законом “О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исполнительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации”, принятом 24 ноября 1996 года, по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 231 и ст. 233 УК РФ проводится дознание) по материалам:

  • незаконного изготовления наркотического средства;
  • незаконного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотическое вещества (в соответствии с Постановлением Совета Министров СССР от 12 июля 1987 г. № 695 “О запрещении посе-

-60-

ва и выращивания гражданами масленичного мака” запрещенными к воз- делыванию растениями являются масленичный мак и конопля. С учетом возможности извлечения из указанных растений наркотических средств (опий-сырец, маковая соломка, марихуана, гашиш и т. п.), их культивирование и использование для промышленных целей допускается только при наличии соответствующего разрешения и при условии соблюдения установленного порядка);

  • незаконной выдачи либо подделки рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ;
  • о причинении вреда здоровью;
  • о дорожно-транспортных происшествиях;
  • о фактах незаконного изготовления, хранения оружия и т.д.
  • Помощь специалиста требуется также при определении ущерба, при- чиненного деянием, проведении ревизии и др. Лицо, обладающее специ- альными познаниями, как.известно, в уголовном процессе может выступать в различных качествах: - эксперта, проводящего судебную экспертизу; -эксперта, осуществляющего ведомственную (несудебную) экспертизу (обследование, ревизию); - специалиста, приглашенного для оказания помощи при проведении следственного действия; - лица (или органа), представляющего справочную информацию63. В первоначальной стадии процесса такое лицо не может участвовать лишь как эксперт, проводящий судебную экспертизу, потому что проведение данного следственного действия возможно только после возбуждения уголовного дела. Привлечение к участию в предварительной проверке специалистов в ином качестве уголовно-процессуальным законодательством хотя и не регламентировано, но

63 См.: Орлов Ю. Лица, обладающие специальными познаниями, как субъекты уголовного процесса // Сов. Юстиция. 1988. № 8. С. 14-15.

–61-

и не запрещено.

С учетом анализа практики его применения сотрудниками подразде- лений дознания милиции общественной безопасности показывает, что64:

  • организация взаимодействия подразделений дознания с подразделе- ниями по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, а также с другими подразделениями органов внутренних дел при выявлении, пресечении и раскрытии данного вида преступлений и проведении дознания по указанной категории дел не всегда отвечает требованиям законодательства;
  • нет единых подходов по отношению к формам проведения и процес- суального оформления дознания по данной категории дел;
  • в научно-исследовательских и учебных заведениях МВД России не всегда используется изучение методических рекомендаций, а также публикаций об опыте, формах и тактике выявления, пресечения, раскрытия данного вида преступлений и проведения дознания по указанной категории дел.
  • По поступившим заявлениям и сообщениям о преступлениях закон предусматривает возможность получения объяснений (ч. 2 ст. 109 УПК). Но в этой правовой норме не указано, от кого могут быть получены объяснения. Иную регламентацию содержит ст. 415 УПК, согласно которой объяснения могут быть получены от “очевидцев и других лиц”. Однако при проведении предварительной проверки заявлений и сообщений о преступлениях может возникнуть необходимость получения объяснения от любого лица, в частности, заявителя, лица, в отношении которого решается вопрос о возбуждении или отказе в возбуждении уголовного дела, специалиста, понятого.

Нередко возникают’ситуации, когда лицо, совершившее преступле-

64 Главное управление внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Документ от 29. 04. 97 г. № 9/ 928

62

ние задерживается гражданами (в том числе пострадавшими), работниками предприятий торговли, которые зачастую самостоятельно изымают похищенное еще до приезда работников милиции либо доставляют задержанного в орган внутренних дел и передают обнаруженные при нем вещи, предметы1. Интересы и фактический статус лица, задержавшего подозреваемого на месте совершения преступления или с поличным» в уголовном процессе во многом совпадают с законными интересами заявителя. Такой участник стадии возбуждения уголовного дела является инициатором сообщения о преступлении, им предпринимаются активные действия по задержанию подозреваемого, поэтому он может претендовать на получение от правоохранительных органов уведомления о решении, принятом в связи с его участием в уголовно- процессуальной деятельности. Этот гражданин заинтересован также в принятии правильного и объективного решения, поэтому представляется, что для полного ;: удовлетворения своих интересов должен обладать и другими субъективными Правами (например. «» основан*, отказа в возбуждении уголовного дела, П обжаловать действия и решения должностных лиц и др.).

Как уже было сказано лицо, задержавшее подозреваемого, не всегда одновременно является заявителем. Так, работники предприятий торговли, задержав гражданина, совершившего кражу, как правило, сообщают об этом в правоохранительные органы по телефону. Такое сообщение, согласно уголовно- процессуальному законодательству, не является поводом к возбуждению уголовного дела, а может быть лишь основанием для начала непроцессуальной проверки. Поводом к возбуждению уголовного дела в дальнейшем становится либо письменное сообщение предприятия торговли, либо непосредственное обнаружение органом дознания или следователем признаков преступления.

См.: Николюк ВВ. Кальницкин В.В., Шаломов В.Г Истребование предметов и документов в стадии возбуждения уголовного дела. Омск, 1990. С.39.

-63-

лем-нризнаков: престу пленияг-

В такой ситуации лицо, задержавшее подозреваемого, может быть наделено лишь статусом субъекта, которому известны какие-либо обстоятельства, подлежащие выяснению, а в дальнейшем, при возбуждении уголовного дела - свидетеля. При этом не может обладать тем объемом прав, которые имеет заявитель.

Таким образом, лицами, фактически участвующими в стадии возбуж- дения уголовного дела, являются: 1) заявитель, 2) пострадавший, 3) лицо, в отношение которого решается вопрос о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела, 4) лицо, явившееся с повинной, 5) специалист, 6) представитель пострадавшего, 7) переводчик, 8) понятой, 9) лицо, задержавшее подозреваемого на месте совершения преступления или с поличным.

Круг лиц, участвующих в производстве предварительной проверки заявлений и сообщений о преступлениях, достаточно разнообразен. Далеко не одинаковы также влияние и роль каждого из них на ход и результаты процесса. С учетом назначения, характера процессуальной деятельности, особенностей процессуального положения и степени заинтересованности участвующих в первоначальной стадии процесса лиц можно разделить на:

  • заинтересованных в окончательном разрешении информации о пре- ступлении: заявитель; пострадавший и его представитель; лицо, задер- жавшее подозреваемого на месте совершения преступления или с полич- ным; лицо, явившееся с повинной; лицо, в отношении которого решается вопрос о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовного дела;
  • вовлекаемых в сферу судопроизводства в связи с процессом доказы- вания: которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, подле- жащие выяснению;
  • осуществляющих при производстве предварительной проверки заяв- лений и сообщений о преступлениях вспомогательные функции: понятой,

-64-

переводчик, специалист.

Правовые интересы заявителя в большинстве своем сходны с интересами лица, задержавшего подозреваемого на месте преступления или с по- личным. Вместе с тем, такой участник не только не имеет процессуальных прав, но даже не упоминается в уголовно- процессуальном законодательстве. Конечно, ситуация существенно меняется, если лицо, задержавшее подозреваемого, обращается с устным или письменным заявлением. Оно в этом случае становится заявителем и соответственно по закону приобретает его права. Но такое положение на практике наблюдается редко. Как показало проведенное нами исследование, лишь 17 % случаев лицо, задержавшее подозреваемого на месте совершения преступления или с поличным, одновременно явилось заявителем66. Лицо, задержавшее подозреваемого, обычно выступает очевидцем, не обладающим в стадии возбуждения уголовного дела правовым статусом. Однако, сходство заявителя и лица, задержавшего подозреваемого, должно предполагать и тождество их юридического статуса.

§2. Выбор тактических приемов и соблюдение прав участников при производстве отдельных следственных действий.

Анализируя выбор тактических приемов в аспекте соблюдения прав участников процесса при производстве отдельных следственных действий, автор руководствовался следующими соображениями: 1) оценить требование об относимости и допустимости доказательств; 2) высказать свою точку зрения о возможности психологического и физического воздействия на участников процесса; 3) рассмотреть в исследуемом аспекте отдельные

66 Главное управление внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Документ от 29. 04. 97 г. № 9/ 928.

—65— следственные действия, наиболее остро затрагивающие интересы различных лиц. С указанной точки зрения для исследования были выбраны осмотр, освидетельствование, допрос, обыск жилища, личный обыск, получение образцов для сравнительного исследования. Отдельно рассмотрены возможности использования в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности с точки зрения соблюдения прав граждан. Что касается тактики подготовки и назначения экспертиз, то ей посвящен отдельный параграф.

Доказательства по уголовному делу собираются, как известно, с по- мощью следующих разнообразных способов: производства следственных действий; производства ревизий и представления гражданами и юридическими лицами предметов и документов, с помощью которых можно установить необходимые по делу фактические данные, по требованию органов и лиц, осуществляющих уголовно-процессуальное доказывание; представления доказательств участниками процесса, а также предприятиями, учреждениями, организациями и гражданами по их инициативе.

Доказательство при производстве дознания (следствия) должно отвечать двум правовым требованиям, предъявляемым соответственно к его со- держанию и форме, - относимости и допустимости. Относимость - правовое требование, обращенное к содержанию доказательства. Она означает способность доказательства со стороны содержания служить средством установления истины по уголовному делу или, другими словами, установить связь содержания доказательства с обстоятельствами и фактами, имеющими значение для уголовного дела. Требование относимости доказательств сформулировано в ч. 1 ст. 69 УПК РСФСР67: “Доказательствами по уголовному делу являются любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке органы дознания, следователь и суд уста-

67 Далее УПК.

—66—

навливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела”.

Допустимость - правовое требование, предъявляемое к форме доказательства, законности его источника и способа собирания (формирования). Требование допустимости доказательства закреплено в ч. 2 ст. 69 УПК: “Эти (фактические) данные устанавливаются: показаниями свидетеля, показаниями потерпевшего, показаниями подозреваемого, показаниями обвиняемого, заключением эксперта, актами ревизий и документальных проверок, вещественными доказательствами, протоколами следственных и судебных действий и иными документами”. Если такие виды доказательств как показания свидетеля и потерпевшего, показания подозреваемого и обвиняемого, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы, перечисленные в ч. 2>.*л\ ст. 69 УПК, являются самостоятельными видами доказательств, каждому ищщ которых в Общей части УПК РСФСР посвящен целый ряд статей, регули– | рующих присущий соответственному виду способ собирания, то этого нельзя сказать о ревизиях и документальных проверках.

Дополнения, в соответствии с которыми ревизии и документальные проверки стали источниками получения сведений, имеющих доказательственное значение, были внесены в ч. 2 ст. 69 УПК сравнительно недавно -15 ноября 1995 года68.

После того как уголовное дело возбуждено и предполагаемый материал большой, то для выяснения обстоятельств предмета доказывания и побочных фактов, требующих специальных познаний, в том числе и в области финансов, бухгалтерского учета, необходимо назначать экспертизу, а

68 Закон Российской Федерации “О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации “О федеральных органах налоговой полиции” и уголовно- процессуальный кодекс РСФСР”, “Российская газета”, 27 декабря 1995 года.

-67-не ревизии и аудиторские проверки. Именно производство экспертизы обеспечивает надлежащие гарантии получения не только доброкачественного доказательства (заключения эксперта), но и соблюдение при его формировании, проверке, оценке прав и законных интересов обвиняемого. Причем их реализация обвиняемым начинается уже с момента ознакомления с постановлением о назначении экспертизы.

Это может выражаться в уточнении вопросов, поставленных перед экспертом, постановке перед ним дополнительных вопросов, заявлении ходатайств о предоставлении эксперту дополнительных материалов, относящихся к предмету экспертизы, о назначении эксперта из числа лиц, указанных обвиняемым, о присутствии при производстве экспертизы и даче объяснений эксперту, заявлении отводов эксперту (ст. 185 УПК). Возможность реализации перечисленных прав наряду с соблюдением предусмотренных законом четких оснований назначения экспертизы, порядка ее производства (включая гарантии связанные с правами и обязанностями эксперта, его ответственности за отказ или уклонение от дачи заключения или за дачу заведомо ложного заключения) способствует всесторонности, полноте и объективности исследования обстоятельств уголовного дела при производстве экспертизы.

Отсутствие надлежащих сведений у подозреваемого (обвиняемого) о проведении ревизий и документальных проверок у материально ответ- ственных и должностных лиц, отсутствие права в уточнении вопросов, поставленных перед ревизорами, затрудняет обеспечение гарантий этих лиц. Если в результате вероятных ожидаемых преимуществ, которые главным образом лежат в плоскости быстроты производства ревизии и документальных проверок, наступят вполне очевидные негативные последствия, выражающиеся в том числе и в удлинении сроков дознания и судебного разбирательства, то могут быть утрачены доказательства, связанные с интересами разных лиц. И это закономерно, поскольку на проверку и оценку

—68—

доказательств, сформированных в условиях отсутствия правовых гарантий, потребуется значительное время.

С нашей точки зрения, приведенные аргументы служат веским осно- ваниями в пользу производства по уголовным делам именно экспертизы, а не ревизий и документальных проверок, которые лишены гарантий, при- сущих экспертизе69.

Другое дело, когда ревизии и документальные проверки могут осу- ществляться по требованию органов расследования, но не в связи с уголов- ным делом, находящимся в их производстве, а в стадии его возбуждения, при проверке заявлений и сообщений о преступлении, выяснении наличия признаков преступления. Подобное решение уже содержится в действую- щем УПК, ч. 2 ст, 109 которого устанавливает возможность проведения проверочных действий по поступившим заявлениям и сообщениям о пре- ступлении, однако без производства следственных действий.

Соблюдение требований относимости и допустимости, предъявляе-Щ мых к содержанию и форме доказательств, с применением тактических при-: емов имеет важное практическое значение для формирования доброкаче- ственных доказательств, оптимизации процесса установления истины по уголовным делам, обеспечения прав участников уголовного процесса, над- лежащей защиты законных интересов личности, общества и государства, пострадавших в результате преступных посягательств.

При определении относимости доказательств, формулируемых в ходе производства следственных и судебных действий, соответствующий субъект уголовного процесса должен руководствоваться не только требованиями, зафиксированными в ч. 1 ст. 69 УПК, но и положениями ст. 68 УПК, уста-

69 В связи с этим вряд ли можно согласиться с идеей расширения способов собирания и проверки доказательств, в том числе и путем осуществления оперативно-розыскной и частной детективной деятельности. См.: Зинатулин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание: Учебное пособие. Ижевск, 1993. С. 141-142.

-69-

навливающей обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, другими статьями закона, определяющими тактические приемы до- проса обвиняемого, подозреваемого, свидетеля, потерпевшего, заключения эксперта, иных следственных и судебных действий, являющихся способами собирания доказательств. При этом рекомендуется учитывать не только диспозиции статей Уголовного кодекса, по которым возбуждено уголовное дело, но и особенности конкретного уголовного дела.

Допустимое доказательство формируется с учетом требований, предъявляемых Законом к его источнику (ч. 2 ст. 69 УПК) и способу соби- рания - соответствующему следственному или судебному действию (ст. 123, 141-142, 150-152, 155-194, 280-294 УПК). Именно при формировании доказательств особое значение приобретает соблюдение установленных в законе применительно к каждому виду доказательств требований допустимости, касающихся; правового положения участников следственных и судебных .:: действий; обязательности и пределов применения тактических приемов, |1 правовой упорядоченности,
последовательности действий дознавателя, т” следователя, судей и других участников процессуальных действий.

Обязательными условиями допустимости доказательств при производстве дознания является известность их происхождения, возможность проверки с применением тактических приемов и оценки в условиях гласного судопроизводства. Если доказательство не отвечает этим требованиям, оно не может быть признано допустимым и не должно использоваться в доказывании по уголовному делу. Необходимо твердое правило о призна- нии исключительной важности соблюдения требований допустимости для формирования доброкачественных судебных доказательств, соблюдения законности, обеспечения прав и законных интересов личности.

В соответствии со ст. 11 Федерального закона об оперативно-розыскной деятельности результаты оперативно-розыскных мер также могут использоваться в процессе доказывания по уголовному делу. Больший-

-70-ство из перечисленных способов собирания доказательств остро затрагивают права, свободы и интересы физических лиц, оказавшихся в сфере уголовно-процессуального доказывания, и связаны с применением или возможностью применения уголовно-процессуального принуждения, под которым понимается совокупность средств воздействия на участников судопроизводства. Это принуждение выражается: 1) в законном психологическом воздействии на участников уголовного процесса и в том числе на свидетеля, побуждающим их к соответствующему правомерному поведению под угрозой правовых санкций; 2) в законном физическом воздействии на участников уголовного процесса с целью добиться реализации возложенной на них процессуальной обязанности70.

Применение уголовно-процессуального принуждения в доказывании порождает актуальную теоретическую и практическую проблему об основаниях и пределах такого принуждения. Особую остроту она приобретает в тех случаях, когда меры уголовно-процессуального принуждения и тактические приемы применяются к лицам, заведомо не имеющим отношения к совершению преступления. Например, к свидетелям и потерпевшим, которые могут быть подвергнуты принудительному приводу на допрос ст. 73, 75 УПК, принудительному освидетельствованию, отобранию образцов для сравнительного исследования и т. д., а также к лицам, вовсе не имеющим отношения к расследованию уголовного дела (третьим лицам), которые, могут быть обысканы.

В каждом подобном случае возникает вопрос о соразмерности обще- ственного, государственного и личного блага, о том, насколько процессуальное принуждение отвечает смыслу достижения целей дознания (следствия) и выдержано с точки зрения общечеловеческих представлений о

70 См.: Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принужде^ ние. М., 1985. С. 52-53.

-71-

справедливости. С одной стороны, гражданин, который подвергается опре- деленному государственному принуждению в сфере уголовного судопроиз- водства, должен понимать, почему он обязан следовать установленному законом предписанию или принуждению и в какой мере оно соответствует принципам, требованиям. А с другой стороны, должностное лицо, на ко- торое государством возложена обязанность применения в определенных случаях меры процессуального принуждения, должно осознавать необхо- димость и обоснованность такого применения и, таким образом, не только юридическую, но и моральную правоту своих действий по отношению к другому человеку. Поэтому цель установления истины, да ещё в такой ост- роконфликтной области, как уголовно-процессуальное доказывание, на- полнена тактико-правовым содержанием, потому что от этого достижения напрямую зависит, восторжествует ли в данном конкретном случае спра- ведливость (будет ли виновный наказан и наказан именно в меру своей ви- щ ны; будут ли удовлетворены потерпевший и общество постигшим обидчика п|

, W!i l

возмездием). Представляется, что применительно к обвиняемому, чья ви- я новность впоследствии получила подтверждение вступившим в законную силу судебным приговором, тяготы и лишения, вызванные уголовно- процессуальным принуждением в процессе доказывания, имеют ещё и до- полнительное нравственное обоснование: совершив преступление, винов- ный сам спровоцировал уголовный процесс, сам навлек на себя уголовное преследование, сам своими противозаконными действиями вызвал необхо- димость в доказывании и изобличении, которое немыслимо без определен- ного принуждения.

Деятельность по раскрытию преступлений является если не единственной, то, пожалуй, одной из немногих видов деятельности, где возможно такое глубокое и порой насильственное проникновение в личную жизнь человека. Органы дознания наделены обширными властными полномочиями, в их руках находится мощный механизм. Поэтому помимо

-72-правовых положений, определяющих порядок и условия производства следственных действий, важную роль играют общие этические (нравственные) требования, предъявляемые к поведению должностных лиц, осуществляющих уголовно-процессуальное доказывание, но и выбор так- тических приемов. В связи с этим вопросы, должного поведения представи- телей государственной власти в сфере уголовного судопроизводства при- обретают особую актуальность. Более подробно проблема поведенческого аспекта уголовно-процессуального доказывания будет освещена по ходу рассмотрения отдельных следственных действий.

Осмотр

При собирании доказательств в стадии предварительного расследования лицо, производящее дознание, следователь и прокурор могут производить осмотры (ст. 70 УПК), которые называются следственными.

Осмотр - самостоятельное следственное действие, выполняемое в це- ;; лях обнаружения следов преступления и других вещественных доказа- || тельств, выяснения обстановки происшествия, а равно иных обстоятельств,
-f имеющих значение для дела (ст. 178 УПК)71. Вместе с тем осмотр (в качестве познавательного приема) может быть и составной частью других след- ственных действий: задержания, обыска, наложения ареста на имущество, следственного эксперимента, проверки показаний на месте.

Анализ следственной практики показывает, что многие упущения в расследовании преступлений являются результатом несвоевременности осмотра места происшествия, местности, помещений, трупа, недостаточной полноты, всесторонности и объективности этого следственного действия, ошибок при составлении протокола. На практике встречаются, к примеру, случаи, когда на месте происшествия изымаются те или иные предметы, а в

71 Подробнее см.: Ефимичев СП., Кулагин Н.И., Ямпольский А.Е. Следственный осмотр. Волгоград, 1983. С. 45.

-73-протоколе об этом не указывается. Такая небрежность в последующем создает много трудностей в отыскании не указанных в протоколе предметов и в установлении при осмотре доказательственного значения объектов.

Тактические особенности осмотра места происшествия72 позволяют установить ряд важных обстоятельств: природу исследуемого события, содержит ли оно признаки состава преступления; где совершено преступление - на месте осмотра или в каком-то ином месте; когда произошло расследуемое событие; кто принимал в нем участие, каковы отличительные признаки и в чем выразились действия каждого из участников; каковы цели и мотивы их действий; какие предметы, их части, вещества оставлены ими на месте происшествия или унесены (оказались, к примеру, на теле, одежде); как эти лица проникли на место происшествия и покинули его; как долго они находились на месте происшествия; какие технические (в частности, транспортные) средства использовались; кто мог наблюдать происшествие и откуда; какие действия предпринимались для сокрытия следов реального события или инсценировки иного события; что способствовало наступлению вред- ных последствий преступления и др.

Важной предпосылкой эффективности и качества производства до- знания в целом, и отдельных следственных действий в частности является организация правильного взаимодействия. Особенно ярко оно проявляется при осмотре места происшествия. По сути дела, правильно организованный осмотр представляет собой не какое-то обособленное действие дознавателя, следователя, а тактическую операцию, которую можно определить как единую по целям и подчиненную общим задачам скоординированную систему следственных, розыскных, оперативно- розыскных и иных действий,

72 Отдельные тактические особенности присущи производству и других видов следственного осмотра: осмотру предметов, трупа, помещений, местности и т.д. Однако мы обратимся, главным образом, к тактике осмотра места происшествия, поскольку каждый из названных объектов может быть частью его обстановки.

-74-направленных на достижение истины по делу. Параллельно с осмотром места происшествия в рамках единой тактической операции работники органов милиции проводят оперативно-розыскные мероприятия, которые могут вызвать необходимость незамедлительного производства обысков, выемок, задержаний, освидетельствований и других следственных действий.

Известно, что обнаружение следов, их фиксация, изъятие и упаковка относятся к компетенции лица, производящего дознание и следователя. Однако помощь специалиста, в частности криминалиста, владеющего передовой и сложной методикой работы со следами, техническими средствами, навыками экспертной, исследовательской деятельности, в ходе этого следственного действия бывает незаменима. По характеру происшествия в проведении следственного действия рекомендуется участие сотрудника, специализирующегося в определенной области знаний (баллистике, трасологии, физике, химии и др.).-Проведение осмотра с использованием криминалистической техники пом.огает обнаружить и зафиксировать наибольшие количество следов, что способствует всесторонности и полноте исследования обстоятельств дела, а следовательно обеспечивает права и интересы граждан при производстве дознания.

Важная роль в раскрытии преступлений принадлежит следственным версиям. Построение версий и действия по их проверке осуществляются до- знавателем как при осмотре места происшествия, так и после его завершения. Уже в ходе осмотра неподтвердившиеся версии отпадают и заменяются новыми, нуждающимися в незамедлительной проверке, в противовес каждой версии рекомендуется выдвигать и контрверсию, что поможет избежать односторонности действий по раскрытию преступления, опасности увлечения одним, кажущимся наиболее вероятным и в то же время ложным объяснением события.

Освидетельствование

Освидетельствование - одно из неотложных следственных действий.

-75-Всякое промедление с его проведением нередко вызывает утрату, значительное видоизменение имеющихся на теле освидетельствуемого следов преступления. Однако неотложность проведения освидетельствования не исключает необходимости его тщательной подготовки, то есть тактические особенности.

Фактические данные, как известно, могут быть получены в результате проведения ряда следственных действий (допросов, обыска, осмотра места происшествия, осмотра трупа и др.) и оперативно-розыскных мероприятий. Так, при осмотре места происшествия могут быть обнаружены следы (рук, ног, зубов, пятна крови и др.), особенности образования которых удается выявить при освидетельствовании подозреваемого.

Обнаружение на месте происшествия различных следов преступника, обусловленных его анатомическими, функциональными, биологическими особенностями, микрочастиц дает основание для проведения освидетельствования подозреваемого.

В настоящее время одной из самых острых проблем, связанных с освидетельствованием, является проблема допустимости применения принуждения, в первую очередь в форме физического воздействия, его пределов и оснований к участникам процесса, отказывающимся от его проведения. Не вызывает сомнений необходимость принудительного освидетельствования обвиняемого или подозреваемого, если на их теле можно обнаружить следы преступления или особые приметы. Собранными по делу доказательствами, как уже отмечалось в научной литературе, он в определенной мере изобличается в совершении преступления и проявляет понятную заинтересованность в сокрытии следов преступления, находящихся на теле, в полостях тела. Лишить дознавателя, следователя и суд возможности обнаружить эти следы, защищая чувство стыдливости обвиняемого, значит

-76-сделать невозможным установление истины по многим уголовным делам73.

Совершено в иной плоскости решается эта проблема применительно к свидетелям и потерпевшим. Не случайно вопросы допустимости и обоснованности процессуального принуждения названных участников уголовного процесса в значительной. степени обсуждались именно применительно к освидетельствованию. Представляется необходимым сказать, что вопрос о возможности применения физического воздействия для обеспечения освидетельствования данных участников процесса недопустимо обособлять от общей проблемы обоснованности такого воздействия при их сопротивлении выполнить постановление дознавателя или следователя, связанное с нарушением телесной неприкосновенности. В частности, если свидетель, потерпевший, а при определенных условиях и третьи лица отказываются добровольно выполнить постановление соответствующего должностного лица (органа) об освидетельствовании, об обыске, выемке, личном обыске, отобрании образцов для сравнительного исследования, о приводе на до- прос и очную ставку, с моей точки зрения допустимо принуждение.

Это положение нуждается в теоретическом, а, соответственно, и в за- конодательном решении: допустимо ли физическое воздействие, чтобы преодолеть сопротивление свидетеля и потерпевшего для реализации любого законного предписания, выраженного в постановлении о производстве соответствующего следственного действия, в чем бы это сопротивление ни выражалось и чем бы оно ни мотивировалось.

Весьма сомнительным представляется акцент на чувстве стыдливости, которое испытывает освидетельствуемый в связи с обнажением его тела74.

73 См.: Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принужде ние. М, 1985. С. 139.

74 См.: Ефимичев СП.,’ Зинатуллин 3.3. Освидетельствование в практике след ственных органов // Проблемы предварительного следствия. Волгоград, 1979. Вып. 9. С. 27.

-77-Во-первых, такое же чувство может испытывать и тот, кто подвергается, например, тщательному личному обыску или тот, у кого отбираются образцы спермы, мочи и т.д. Во-вторых, чувство стыдливости, как и любое другое человеческое чувство, субъективно; оно может быть истинным и ложным с точки зрения оснований. Стыдливость перед врачом, например, -явление, которое вряд ли можно оценивать и защищать настолько, чтобы ставить выше интересов раскрытия, например, серии убийств, изнасилований, грабежей, пресечения этих тяжких преступлений и вынесения справедливого наказания .

Стыд как субъективное чувство может быть эмоционально-психической реакцией на унижение, причем различным людям оно свойственно в различной, не поддающейся количественному измерению степени и по различным поводам/в том числе и по таким, которые, с точки зрения господствующих в данном обществе и в данный момент нравственных представлений, не являются постыдными.

Если признать правильной идею недопустимости физического при- нуждения при производстве дознания в отношении освидетельствуемого, следует автоматически признать такую же недопустимость физического воздействия в отношении обыскиваемого (или обыскиваемой), которые также могут стыдиться прикосновения чужих “казенных” рук, хотя оно и не связано с обнажением, в отношении лица, у которого необходимо изъять образец для сравнительного экспертного исследования и даже в отношении свидетеля.

С другой стороны, устанавливая повышенные меры защиты моральных интересов потерпевшего (свидетеля), принижаются роль и значение защиты интересов обвиняемого (подозреваемого). Таким образом нару- шается баланс прав сторон уголовно-процессуального доказывания, который является необходимым условием и гарантией справедливого расследования уголовного дела и разрешения его в суде.
Обвиняемый

-78-(подозреваемый) лишается возможности получить, к примеру, ценнейшее доказательство, подтверждающее его невиновность, а, стало быть, реализовать свое право на защиту. Не исключено, что потерпевший (потерпевшая) оговаривают, пусть даже неумышленно, обвиняемого (подозреваемого), утверждая, что именно он нанес побои, ограбил, изнасиловал, оставив при этом на теле жертвы преступления следы насилия. Рекомендуется учесть, что отсутствие свидетелей совершенного противоправного деяния, а также других веских доказательств, с помощью которых можно подтвердить или опровергнуть показания потерпевшего (потерпевшей) орган дознания (или следствие), может пойти по неверному пути, подвергая уголовному преследованию невиновного человека либо инкриминируя ему преступление более тяжкое, чем тот совершил на самом деле.

Нельзя, вместе с тем, признать за аргумент в пользу рассматриваемой концепции сравнение процессуального (физического) принуждения при освидетельствовании свидетеля или потерпевшего и силового воздействия, применяемого в отношении этих участников процесса на допросах. Преодоление физического сопротивления освидетельствуемого - законный способ увидеть и зафиксировать объективно существующее обстоятельство (следы, приметы), имеющие доказательственное значение по уголовному делу, тогда как физическое воздействие на допрашиваемого может влечь за собой уголовное наказание.

Представляется, что дознаватель при выборе тактического приема не может и не должен игнорировать то обстоятельство, что освидетельствование вопреки воле потерпевшего или свидетеля связано с причинением им серьезной моральной травмы. Поэтому физическое воздействие должно осуществляться только в том случае, если получить важные доказательства по делу другим путем невозможно, если нет других процессуальных возможностей разрешить сомнения дознавателя в той или иной следственной ситуации, подтвердить или опровергнуть показания свидетелей, обвиняе-

-79-

мых, других участников уголовного процесса, имеющие принципиально важное значение для установления истины по уголовному делу. При этом рекомендуется, чтобы дознаватель должен принять все меры и тактические приемы для того, чтобы убедить человека, который должен быть освидетельствован, добровольно подвергнуться этому действию, разъяснить ему значение такого следственного действия для установления истины и справедливого разрешения дела по существу, а также освидетельствуемому должны быть, кроме этого, разъяснены его права, закрепленные в ст. 21 Конституции и ст. 181 УПК.

Следующий вопрос, который хотелось бы затронуть в связи с рас- сматриваемым следственным действием, касается участия понятых. Со- гласно закону, освидетельствование проводится в присутствии понятых (ч. 3 ст. 181 УПК). Понятым могут стать известны обстоятельства, которые составляют личную тайну освидетельствуемого: физические недостатки, одновременная принадлежность к обоим полам (гермафродитизм), особые приметы, следы перенесенного заболевания или операции и т.п. Разглашение этих обстоятельств может нанести моральный ущерб освидетельствуемому, тем не менее, закон не содержит никаких гарантий, направленных на охрану личных тайн освидетельствуемого. Представляется, такими могут стать следующие: 1) закрепленная в законе обязанность лиц, участвующих в освидетельствовании, не разглашать личные тайны гражданина, ставшие известными во время этого следственного действия; установление соответствующего административного наказания за нарушение этого требования; 2) представление освидетельствуемому права заявлять отвод любому лицу, участвующему в производстве этого следственного действия, если есть основания опасаться возможности разглашения лицом тайн гражданина, связанных с нарушением его телесной неприкосновенности; 3) закрепление за ©свидетельствуемым права ходатайствовать о замене понятых, если они являются соседями, знакомыми, сослуживцами и т.п.

-80-

И наконец, последнее. При освидетельствовании иногда применяются научно-технические средства: фотосъемка, электронно-оптические преобразователи, лампы ультрафиолетового излучения и т.д. Из тактических соображений рекомендуется дознавателю:

  • разъяснить освидетельствуемому подлинную цель использования научно-технических средств, убедить его в том, что в результате не будет нанесен ущерб его чести, достоинству и здоровью;
  • применение фотосъемки для фиксации находящихся на открытых частях тела человека особых примет и следов, которые в течение времени должны исчезнуть (следы побоев, ушибы, ссадины и т.д.), возможно только с прямого согласия освидетельствуемого, а также, что недопустимо использование фотосъемки для фиксации примет или телесных повреждений, находящихся на частях тела обычно скрываемых одеждой.
  • Так, унижающими честь и достоинство личности были признаны дей- ствия следователя, приложившего к протоколу освидетельствования фотографию обнаженной потерпевшей. Поэтому, для фиксации данных полученных в результате освидетельствования, связанного с обнажением человека, достаточно описания их в протоколе.

Допрос

Допрос является одним из самых распространенных следственных действий по собиранию доказательств, сущность которого состоит в получении от допрашиваемого сведений о событии преступления, лицах, его совершивших, характере и размере ущерба, причинах и условиях, побудивших к преступлению и способствовавших его совершению, о других обстоятельствах, имеющих значение для дела75.

Выбор той или иной тактики допроса определяется особенностями

75 См.: Следственные действия (процессуальная характеристика, тактические и психологические особенности): Учебное пособие // Под ред. Б.П. Смагоринского. М., 1994. С. И 3-125.

8l

расследуемого дела, процессуальным статусом допрашиваемого, избранной им позиции содействия или противодействия установлению истины, объемом доказательств, которыми располагает дознаватель и другими условиями производства следственного действия.

До 1993 года свидетельский иммунитет не получал в нашей стране официального признания и законодательного закрепления, что порождало при производстве дознания большую проблему нравственного характера. Так например, близкие родственники обвиняемого, допрашиваемые в качестве свидетелей по его уголовному делу, на наш взгляд, оказывались перед лицом мучительного выбора: отказ от дачи показаний делал их в глазах закона преступниками, изобличающие показания противоречили неписаным нравственным нормам взаимоотношений между близкими людьми. Это подтверждается соответствующими исследованиями: 71 % свидетелей и потерпевших, осужденных за лжесвидетельство, были родственниками обвиняемого (подсудимого)7б.

На наш взгляд проблема самообвинения всегда рассматривалась в связи с несовершенством порядка привлечения к расследованию лиц в качестве подозреваемых. Как известно, подозреваемым признается лицо, за- держанное на основании ст. 122 УПК по подозрению в совершении пре- ступления, либо к которому до предъявления обвинения применена одна из мер пресечения (ч. 1 ст. 52 УПК). В этом случае подозреваемый согласно своему правовому статусу приобретает ряд прав, направленных на защиту его интересов. Однако на практике отмечены случаи, когда заподозренное в преступлении лицо, в отношении которого не применялось ни задержание, ни мера пресечения, допрашивалось формально в качестве свидетеля, а фактически как подозреваемый, то есть с постановкой уличающих вопро-

76 См.: Адамов Ю.П. Борьба с лжесвидетельством. Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 1974. С. 9-10.

——о2~~

сов, отвечая на которые он вынужден был давать показания против самого себя под страхом уголовной ответственности за отказ от дачи показаний или за дачу заведомо ложных показаний.

Следующей разновидностью свидетельского иммунитета является право свидетеля и потерпевшего, допрашиваемого при производстве дознания (и на предварительном следствии), не давать показания против супруга и близких родственников. Поэтому представляется, что конституционное положение об освобождении близких родственников обвиняемого и подозреваемого от обязанности свидетельствовать против него требует конкретизации по процедуре его реализации.

На наш взгляд, наиболее оптимальным в настоящих условиях предла- гается введение в уголовно-процессуальное законодательство нормы следующего содержания:

” Статья Допрос свидетеля, являющегося супругом или близким

родственником обвиняемого или подозреваемого

(1) Супруг и близкие родственники обвиняемого и подозреваемого подлежат допросу только с их согласия. (2) (3) Данное право разъясняется им перед допросом под расписку. (4) (5) В случае отказа воспользоваться этим правом близкие родственники обвиняемого допрашиваются на общих основаниях”. (6) Следует обратить внимание на то, что в решении вопроса о свиде- тельском иммунитете лиц; обладающих профессиональной тайной, в законодательстве наблюдается два разных подхода. В отношении защитника, адвоката, представителя профессионального союза и другой общественной организации закон содержит правило, запрещающее их допрашивать в качестве свидетеля. Императивный характер указанной нормы не просто дает им право отказаться от дачи показаний в качестве свидетеля, но и запрещает лицу или органу, в производстве которого находится уголовное дело, а также суду допрашивать их как свидетелей. Это положение действует да-

-83-

же в тех случаях, когда данные лица пожелали бы дать такие показания.

Представляется, что надо отчетливо из тактических соображений осо- знавать, что расширение перечня лиц, обладающих свидетельским иммунитетом, приведет к сужению доказательственной базы, а, стало быть, к снижению гарантий права на доступ к правосудию потерпевших, снизит эффективность защиты их поруганной чести и достоинства, возможности возмещения им морального и материального ущерба, а следовательно заставит лицо производящие дознание искать другие доказательства.

Допрос свидетелей и потерпевших существенно отличается от допроса подозреваемого и обвиняемого. Если для первых дать правдивые пока- зания - обязанность, невыполнение которой влечет уголовную ответственность (за исключением случаев, перечисленных выше), то для подозреваемых и обвиняемых давать показания по делу - право. Такое положение вытекает из конституционного права обвиняемого на защиту (ч. 2 ст. 48 и ч. 1. ст. 46 Конституции) и презумпции невиновности, одним из положений которой является то, что “обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность” (ч. 2 ст. 49 Конституции).

Изучение уголовных дел, то есть механизма производства допроса приводит к выводу, что ущерб чаще всего наступает при применении тактических приемов, не соответствующих нормам морали и требованиям федерального закона. Так например, в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 31 октября 1995 г. № 8 четко сформулировано положение в отношении свидетельского иммунитета, предусмотренного ст. 51 Конституции. “Если подозреваемому, обвиняемому, его супругу и близким родственникам при дознании или на предварительном следствии не было разъяснено указанное конституционное положение, - говорится в п. 18 постановления, - показания этих лиц должны признаваться судом по- лученными с нарушениями закона и не могут являться доказательствами

-84-

виновности обвиняемого (подозреваемого)”77.

Регламентируя основные правила допроса, закон, вместе с тем, не определяет, какие тактические приемы могут быть использованы при получении показаний. Понятно, что они постоянно варьируются в зависимости от обстоятельств дела, характера доказательств, личности допрашиваемого. Но с другой стороны, именно в силу того, что тактика допроса свободна от законодательных ограничений (за исключением требований, установленных ст. 20 и ст. 158 УПК), возможность причинения морального вреда вероятно значительно возрастает.

С нашей точки зрения применительно к психологическому воздействию на допрашиваемого правомерным считается любой тактический прием, если он не направлен на принуждение к даче показаний. Данное утверждение справедливо, постольку, поскольку применяемые при этом приемы являются безупречными не только с нравственных позиций, но и с точки зрения криминалистической тактики.

На практике, как известно часто применяются повторные допросы без достаточных для этого оснований. Учитывая сильную эмоциональную нагрузку, связанную с вызовом на допрос, и другие издержки морального и материального плана, которые несет допрашиваемый, а также и большую нагрузку на органы дознания к повторным допросам следует относиться с большой осторожностью. Поэтому неудивительно, что такие “серии”, нередко приводят к противоположному результату - озлобленности, враждебности к дознавателю.

Изучение и внедрение рекомендаций в отечественную практику опыта (с учетом, конечно, наших особенностей) позволят, с одной стороны, уси- лить гарантии прав допрашиваемых, а с другой - повысить результатив- ность этого следственного действия и будет способствовать воспитанию и

Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. № 1.

-85-перевоспитанию работников дознания в духе нравственности и профессиональной пригодности.

Обыск жилища

Тактика обыска заключается в правильном применении выработанных криминалистикой приемов обнаружения отыскиваемых объектов с учетом особенностей расследуемого события и условий обыска78.

Острота этого следственного действия усугубляется тем, что обыск может быть произведен не только у обвиняемого или подозреваемого, но и у любого лица в случаях и при наличии оснований, предусмотренных чЛ и 2 ст. 168 УПК. В свете общепризнанных положений теории доказательств в процессе обыска собираются также сведения, которые, хотя и не охватываются самим фактом инкриминируемого преступления, однако входят в предмет установленного законом доказывания (ст. 68 УПК) по уголовному делу вообще и по данному уголовному делу в частности. В результате обысков лицам, присутствующим при этом, становятся известны, например, данные, которые с отрицательной стороны характеризуют обыскиваемого, высвечивают также качества его личности, а может быть и пороки, которые обычно скрываются от окружающих.

В связи с этим нам представляется правильной рекомендация79, согласно которой при подборе понятых дознаватель должен “остановить свой выбор на лицах, присутствие которых при обыске не влекло бы раз- глашения каких-либо сведений. С нравственных позиций представляется оправданным приглашение в качестве понятых, как правило, тех граждан, которые обыскиваемого не знают и не проживают с ним по соседству”. В целях охраны чести и достоинства граждан, у которых производится обыск,

78 Подробно о тактике обыска см.: Закатов А.А., Ямпольский А.Е. Обыск. Вол гоград, 1983. С. 10-32.

79 См.: Любичев С.Г. Этические основы следственной тактики. М., 1980. С. 61.; Петрушин А. Всегда быть этичным. // Социалистическая законность. 1983. № 6. С. 63.

—86—

было бы оправданным предупреждать понятых о необходимости сохранить в тайне сам факт производства обыска.

При обыске дознаватель, понятые и другие присутствующие при этом лица имеют гораздо большую возможность, чем при производстве других следственных действий, стать свидетелями обстоятельств личной жизни владельца обыскиваемого жилого помещения или других лиц. Поэтому законодатель обязал дознавателя принимать меры к тому, чтобы такие обстоятельства не были оглашены. Следует обратить внимание, что если в ст. 139 УПК употребляется термин “разглашать” (данные предварительного следствия), то в отношении обстоятельств интимной жизни законодатель применяет термин “оглашать” ст. 170 УПК80. В этом различии заложен определенный смысл. Учитывая возможность наступления негативных моральных последствий от вторжения органом дознания (или следствия) в сферу интимной жизни граждан, законодатель запретил не только разглашать (сообщать другим ставшие известными в связи с расследованием дела сведения), но и оглашать, т.е. произносить вслух сведения об интимной жизни или демонстрировать присутствующим при обыске лицам предметы, относящиеся к интимной жизни обыскиваемых, если они не являются доказательствами по делу. Если же (например, личные письма) содержат доказательственное значение по делу подлежат изъятию, с процессуальным оформлением по правилам ст. 171 УПК, а из тактических соображений вероятно могут быть направлены как свободные образцы на экспертное исследование почерка,

Представляется, что с моральной точки зрения допустимо оглашение гражданам и описание этого следственного действия в печати, по радио

80 Разница этих терминов, по словарю СИ. Ожегова, заключается в следующем: огласить - значит прочесть вслух для всеобщего сведения, а разгласить - значит рассказать, сделать известным всем (Ожегов СИ. Словарь русского языка. М., 1991. С.383, 573).

-87-либо демонстрирование обыска по телевидению об обстоятельствах по материалам:

  • незаконного изготовления наркотического средства;
  • незаконного культивирования запрещенных к возделыванию растений, содержащих наркотическое вещества);
  • незаконной выдачи либо подделки рецептов или иных документов, дающих право на получение наркотических средств или психотропных веществ;
  • о фактах незаконного изготовления, хранения оружия и т.д.
  • Обыск нередко сопровождается применением такой меры процессу- ального принуждения, как наложение ареста на имущество, которое состоит в запрещении лицу, у которого описано имущество, распоряжаться им. Вместе с тем ст. 175 УПК, регулирующая порядок и условия наложения ареста на имущество, не предусматривает таких гарантий при производстве этого следственного действия, как упреждающий судебный или прокурорский контроль. Арест на имущество налагается на основании постановления лица производящего дознание или следователя без санкции прокурора или решения суда. Судебный контроль или прокурорский надзор вступают в действие только в случае жалобы лица, несогласного с арестом его имущества. Целесообразно восполнить этот пробел, дополнив ст. 175 УПК по- ложением о том, что наложение ареста на имущество осуществляется только с санкции прокурора или на основании судебного решения.

В уголовно-процессуальном законодательстве не урегулирована также проблема проникновения в жилище дознавателя (следователя) осу- ществляющего это процессуальное действие против воли проживающих в нем лиц, если оно осуществляется одновременно с обыском или выемкой. Авторы Научно-практического комментария к УПК РСФСР разъясняют, что в такой ситуации необходимо соблюдать требования ст. 25 Конституции. К этому следует добавить, что ст. 25 Конституции дает альтернатив-

-88-

ный вариант оснований проникновения в жилище против воли про- живающих в нем лиц “в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения”81. Поэтому единственным основанием производства рассматриваемого процессуального действия в жилом помещении, если отсутствует согласие проживающих в нем лиц, является решение суда.

Личный обыск

Процедура личного обыска, как правило, вызывает страдания, стыд, чувство унижения. При этом особую остроту эта проблема приобретает в тех случаях, когда меры уголовно-процессуального принуждения применяются к лицам, заведомо не имеющим отношения к совершению преступления. Как известно, обыску может быть подвергнуто любое лицо, если есть достаточные основания полагать, что оно скрывает при себе отыскиваемые предметы или документы, имеющие значение для дела. Нередко личные обыски проводятся у родственников, близких, друзей обвиняемого (подозреваемого). Поэтому при проведении личного обыска лицо производящие дознание (следователь) должен не только выбрать тактический прием но и создать условия, которые не усугубляли бы страдания обыскиваемого.

В следственной практике отмечались случаи, когда дознаватель (мужчина), будучи лицом другого пола с обыскиваемым, поручал обыск женщинам - понятым, а сам устранялся. В литературе тоже высказывалось мнение о возможности поручать производство поисковых действий понятым82. Думается, что такая рекомендация незаконна. Следственное действие

81 См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР // Под общ. ред. В.М. Лебедева и под ред. В.П. Божьева. М., 1995. С. 250.

82 См.: Слабуха А. Приглашается в качестве понятого. // Человек и закон. 1973. № 5. С. 67; Петрухин И.Л. Личный обыск и охрана прав граждан. // Социалистическая законность. 1984. № 6. С. 39.

-89-

вправе осуществлять только должностное лицо, уполномоченное на то законом.

Нам представляется, что не зная поисковых приемов и обстоятельств уголовного дела, понятой не сможет успешно произвести обыск, а, вклю- чившись в него, утрачивает те качества, в силу которых он выступает как понятой, - объективность лица, не заинтересованного в исходе дела. Из тактических особенностей понятой, непосредственно занятый поиском, не сможет следить за ходом обыска, важные обстоятельства могут выпасть из его поля зрения. Закон в таком случае нарушается дважды: во-первых, осуществление личного обыска понятым не предусмотрено нормами закона; во-вторых, при таком подходе следственное действие фактически проводится без понятых. Надо также иметь в виду, что личный обыск гражданина, произведенный посторонним лицом, не наделенным полномочиями дознавателя (следователя), может быть оскорбительным для обыскиваемого. Такой обыск надо признать проведенным в нарушение нравственных принципов, а с правовой точки зрения фактические данные, полученные в результате такого обыска, должны быть признаны не имеющими юридической силы в соответствии с ч. 3 ст. 69 УПК.

Получение образцов для сравнительного исследования

Необходимым условием эффективности и качества экспертных исследований является правильно организованная подготовка к назначению экспертизы. Однако прежде чем приступить к конкретным подготовительным действиям, дознаватель должен определить, какие обстоятельства требуется установить с помощью специальных познаний и какое значение для дела могут иметь факты, установленные при производстве экспертизы.

Моральный ущерб, причиняемый при получении образцов для срав- нительного исследования, связан с широко распространенными представлениями об унижении достоинства самим фактом изъятия образцов и свя-

-90-

занными с этим медицинскими манипуляциями83. Получение слепков зубов, образцов волос, соскобов из-под ногтей, отпечатков пальцев, а тем более изъятие для сравнительного исследования продуктов жизнедеятельности человеческого организма - слюны, секрета молочной железы, мазков либо получения семенной жидкости и т.п. - нередко воспринимается гражданами как нечто обидное и унизительное. И с этим нельзя не считаться.

В настоящее время производство рассматриваемого следственного действия возложено на лицо производящее дознание или следователя, в необходимых случаях оно может проводиться с участием специалиста (чч. 1-3 ст. 186 УПК). Однако в некоторых случаях присутствие дознавателя (следователя) при получении в качестве образцов для сравнительного исследования перечисленных продуктов жизнедеятельности, как правило хотя и вызывает чувство стыда, но эта ситуация в которой постановление лица производящего дознание или следователя должно быть исполнено в принудительном порядке, если лицо отказывается дать образцы добровольно.

Внимание авторами Научно-практического комментария к УПК РСФСР акцентируется на необходимость проявлять максимум осторожности в выборе средств и методов, направленных на получение образцов для сравнительного исследования. И, наконец, в Научно-практическом комментарии даются рекомендации разрешения сложнейшей морально- нравственной проблемы, связанной с возможным применением принуждения при отобрании образцов для сравнительного исследования84. Представляется, что лицу производящему дознание, из тактических соображений следует определить, являются ли эти образцы “незаменимыми и имеющими решающее значение для доказывания виновности или невинов-

83 См.: Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принужде ние. М., 1985. С. 186.

84 См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. М., 1995. С. 263-265.

-91-

ности лица”.

Лица, у которых могут быть получены образцы для сравнительного исследования, четко названы в законе. Это - обвиняемый, подозреваемый, свидетель и потерпевший. У двух последних образцы могут быть получены лишь при необходимости проверить, не оставлены ли ими следы на месте происшествия или на вещественных доказательствах (ст. 186 УПК). Такое ограничение подчеркивает различие в целях получения образцов у перечисленных участников процесса. Свидетелей и потерпевших не уличают в совершении преступления и не берут под сомнение их доброе имя. Поэтому получение образцов без достаточных оснований, наугад, у большого числа лиц, причастность которых к исследуемому событию не доказана, есть серьезное нарушение законности.

Собранные в ходе производства следственных действий доказательства, прежде чем лечь в основу промежуточных и конечных выводов при производстве дознания (следствия), должны быть проверены.

Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности.

В современной обстановке данная проблема приобретает особую ак- туальность, так как растущая и приобретающая качественно новые организованные и все более опасные формы, глубоко законспирированный, межрегиональный и даже международный характер преступность реально угрожает не только правопорядку, но и безопасности государства в целом. В российских официальных документах последних лет неоднократно говорилось о нарастании криминогенной обстановки в стране, для которой характерны возросшая вооруженность преступников, жестокость и цинизм их действий85. Это с неизбежностью поставило вопрос об изыскании концеп-

См.: Указ Президента Российской Федерации от 24 мая 1994 г. № 1016 “О не-

-92-

туально новых подходов, средств и методов борьбы с организованной преступностью, наркомафией, заказными убийствами, терроризмом, другими видами особо тяжких преступлений.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство создавалось в период, когда вопреки криминальным реалиям господствовали взгляды об отсутствии в стране организованной преступности. Оно действовало в расчете на преступления, которые совершаются отдельными лицами или в условиях простого соучастия. Поэтому преступные сообщества и преступные организации крайне тяжело поддаются разоблачению на основе действующего закона. Традиционные формы доказывания по делам, связанные с организованной преступностью, стали явно недостаточными.

Сложность формирования доказательственной базы по такой категории уголовных дел усугубляется ещё и тем, что в настоящее время: 1) значи- тельно расширен круг лиц, которые в силу установленного в отношении них иммунитета (депутаты, члены Совета Федерации, судьи, народные заседатели, прокуроры, помощники прокуроров, следователи, супруги и близкие родственники обвиняемого) при определенных условиях освобождены от обязанности свидетельствовать по уголовному делу; 2) ужесточены требования к допустимости доказательств (фактические данные теряют

отложных мерах по реализации Федеральной программы Российской Федерации по усилению борьбы с преступностью на 1994- 1995 гг. (Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 5. Ст. 403.); Указ Президента Российской Федерации от 4 апреля 1992 г. “О борьбе с коррупцией в системе государственной службы” (Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 923.); Постановление Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации “О парламентских слушаниях “Борьба с преступностью и укрепление правопорядка в Российской Федерации // Российская Газета от 19 апреля 1994 г.; Постановление Правительства Российской Федерации от 17 мая 1996 г. № 600 “О федеральной целевой программе по усилению борьбы с преступностью на 1996-1997 гг.”.

-93-

юридическую силу, если они получены с нарушением федерального закона, в том числе и по формальным признакам); 3) установлены новые формы судебного контроля за предварительным расследованием уголовных дел, в первую очередь выразившиеся в праве обвиняемых и подозреваемых обжаловать арест и продление сроков содержания под стражей, что позволяет им ознакомиться с рядом доказательств, собранных дознавателем на этом этапе, и скорректировать свою позицию; 4) защитник допускается к участию в деле на стадии предварительного расследования и т.п. Баланс между функцией обвинения и функцией защиты нарушен, акценты смешены в пользу охраны прав и интересов подозреваемого и обвиняемого.

13 марта 1992 г. Верховный Совет России принял Закон Российской Федерации “Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации”86, которым была приподнята завеса секретности, окутывавшая этот вид деятельности органов государства на протяжении всей истории их существования. Хотя, справедливости ради надо отметить, что степень реальной секретности всегда была достаточно относительна. В научной литературе на этот счет приводились интересные эмпирические данные, из которых следует, что большинству сотрудников органов внутренних дел известно об осведомленности преступников о силах, средствах и методах оперативно-розыскной деятельности, в 53% случаев об этом говорили сами преступники, в 48% - узнали об этом по реакции и поведению преступников, в 32% - из оперативных источников, в 21% случаев это вытекало из объяснений и показаний87. Практика применения Закона поставила вопрос о его совершенствовании: дополнении и изменении, устранении противоре- чий и пробелов. Взамен данного Закона был принят Федеральный Закон от

86 Ведомости Съезда народных депутатов Российской федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 892; № 33. Ст. 1912.

87 См.: Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступ лений. М., 1991. С. 73-74.

-94-

12 августа 1995г. “Об оперативно-розыскной деятельности”.

Законодательство об оперативно-розыскной деятельности 1992 и 1995 гг. впервые открыто признало и узаконило огромный арсенал негласных мероприятий государственных органов, проводимых в целях выявления, предупреждения и раскрытия преступлений, которые до сих пор оставались закрытыми от общества и о которых в уголовно- процессуальном законе лишь упоминалось (ст. 118 УПК РСФСР). Осуществление этих мероприятий открывает новые возможности использования их результатов в уголовно-процессуальном доказывании, а, стало быть, и в достижении целей уголовного судопроизводства, но одновременно порождает крупную теоретическую и практическую проблему, находящуюся на стыке этики и права.

В соответствии с действующим законодательством (ст. 6 Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности”) органам, осу- ществляющими оперативно-розысккную деятельность, в соответствии с правилами конспирации применяются: опрос граждан; наведение справок; сбор образцов для сравнительного исследования; проверочные закупки; исследование предметов и документов; наблюдение; отождествление личности; обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств; контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений; прослушивание телефонных переговоров; снятие информации с технических каналов связи? оперативное внедрение; контролируемая поставка; оперативный эксперимент.

Отдельные лица могут с их согласия привлекаться к подготовке или проведению оперативно-розыскных мероприятий с сохранением по их желанию конфиденциальности сотрудничества с органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность, в том числе по контракту. Эти лица обязаны сохранять в тайне сведения, ставшие им известными в ходе подготовки или проведения оперативно-розыскных мероприятий, и не предоставлять заведомо ложной информации указанным органам (ч. 1 ст. 17 Фе-

-95-

дерального закона об оперативно-розыскной деятельности).

Очевидно, что с точки зрения господствующих в любом обществе мо- ральных принципов и воззрений эти действия никак не могут выдержать испытания на нравственность в общеупотребляемом смысле этого понятия, так как если перевести их наименования на обыденный язык, то получится, что речь идет о тайном (конспиративном) подслушивании, подсматривании, прочтении чужих писем и доносительстве, в том числе и за определенную контрактом плату.

Однако уголовный сыск всегда и везде осуществлялся подобными средствами и методами - таким он сложился исторически. Более того, оперативно-розыскная деятельность в борьбе с уголовным миром производна от более масштабных, древнейших, органически присущих государству как таковому атрибутивных государственных институтов - от разведки, под которой в широком смысле слова (в отличие от чисто военного, боевого значения) понимается деятельность государственных спецслужб, являющихся частью сил обеспечения безопасности государства и сущностью деятельности которых является добывание и обработка информации конспиративными методами и средствами88.

Указанный признак-цель - конспиративное добывание и обработка информации без применения процессуальных средств роднит оперативно-розыскную деятельность как средство борьбы с преступностью ещё с двумя разновидностями специальной деятельности - контрразведкой89 и частной детективной деятельностью90, где в той или иной мере используются все те

88 См.: Федеральный закон “О внешней разведке” // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 3. Ст. 143.

89 См.: ст.9 Федерального закона об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 15. Ст. 1269.

90 Закон Российской Федерации от 11 марта 1992 г. “О частной детективной и

-96-

же самые выверенные веками тайные, конспиративные методы и средства, вся сила, значение и эффективность которых именно в их конспиративном характере, поскольку и организованной преступности присущи сугубо за-конспиративные формы и- методы. Соответственно, розыск преступника и его изобличение без использования аналогичных контрмер, одним только гласными средствами, порой представляются просто невозможными.

Даже некоторые международные акты содержат указания об исполь- зовании средств и методов, которые в отечественном праве называются оперативно-розыскными. Так, в Руководящих принципах для предупреж- дения организованной преступности и борьбы с ней, принятых на Восьмом конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями, говорится, что “… надежным и эффективным методом является перехват сообщений по телекоммуникационной связи и использование электронного наблюдения при условии соблюдения прав человека” (ст. 10)91.

Эта черновая работа, которую в обиходе обозначают обобщенным понятием деятельности спецслужб, крайне необходима обществу и госу- дарству для обеспечения их безопасности и борьбы с преступностью. Ничего другого взамен человечество пока придумать и создать не смогло.

Другой вопрос - тактические приемы, и профессиональная этика должностных лиц, осуществляющих данный вид государственной деятельности и обладающих в силу этого чужими личными тайнами.

Ещё один аспект тактико-правового характера заключается в том, что ни в процессе оперативно-розыскной деятельности (для обеспечения её

охранной деятельности в Российской Федерации // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 888.

91 Сборник стандартов и норм Организации Объединенных наций в области предупреждения преступности и уголовного правосудия. М.: 1990. С. 46.

-97-

успешности), ни на основе полученных в её результате сведений не может применятся государственное принуждение, если эти результаты не попали в официальную сферу уголовного процесса, где прошли определенную установленную законом процессуальную процедуру по собиранию, проверке и оценке доказательств. В противном случае данные, полученные по итогам оперативно-розыскной деятельности, не могут быть признаны юридически значимыми в том смысле, чтобы непосредственно на их основе принимать какие-то юридически значимые решения, связанные с ограничением прав и ущемлением законных интересов граждан.

В действующем Федеральном законе от 12 августа 1995 г. “Об опера- тивно-розыскной деятельности” аналогичное положение закреплено в иной редакции. В нем говориться, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут представляться в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которого находится уголовное дело, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положением уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующего собирание, проверку и оценку доказательств” (ч. 2 ст. 11).

Как можно заметить, последняя редакция является расплывчатой и неопределенной по сравнению с предыдущими. Понятие и сущность термина “доказывание” в настоящем УПК не раскрывается. Возникает вопрос, остался ли законодатель на прежних позициях относительно возможности использования материалов, полученных в ходе оперативно- розыскной деятельности в качестве доказательств, или же им по- прежнему отводится ориентирующая роль при подготовке и осуществлении следственных и других предусмотренных законом процессуальных действий. В связи с этим Пленум Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 31 октября 1995 г. № 8 разъяснил, что результаты оперативно-розыскных мероприятий, проведенных на основании решения суда, могут рассматриваться в суде в качестве доказательств по уголовному делу. Однако на практике это

-98-

право реализуется органами расследования крайне редко. Представляется, что если первоисточник данных известен и проверяем, эти данные обязательно будут либо иным документом, либо вещественным доказательством.

Такое положение в значительной степени объясняется тем, что в законе не регламентированы процедура процессуального закрепления результа- тов оперативно-розыскной деятельности, которая позволила бы решить вопрос об их достоверности и допустимости в качестве доказательств, а также порядок передачи их органу дознания, следователю и суду. Такая попытка предпринята в проекте УПК Российской Федерации, в соот- ветствии со ст. 78 (“Использование материалов, полученных в ходе оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств”) - “материалы, получаемые в ходе оперативно-розыскной деятельности, могут быть признаны в качестве доказательств по уголовному делу, если они получены в соответствии с Федеральным законом “Об оперативно- розыскной деятельности”, предоставлены и проверены по правилам, установленным настоящим Кодексом”. Введение в УПК такой бланкетной нормы может ли разрешить проблемы о допустимости доказательств? Мы думаем, что это вполне можно и нужно. Из текста вышеприведенной нормы видно, что результаты оперативно-розыскных мероприятий предполагается вписать в традиционные рамки источников доказательств и предусмотренную для них традиционную процедуру закрепления (оформление) и проверки.

Нельзя упускать из виду, что к материалам, полученным в результате оперативно-розыскных мероприятий, относятся также предметы и доку- менты, несущие определенную информацию. Очевидно, что решение во- проса о возможности их использования в уголовно-процессуальном доказывании требует подхода с иных юридических и тактических позиций, потому что “немые свидетели” - это, очевидно, нечто совершенно другое, нежели донесение конфиденциального сотрудника оперативному работнику.

Причем речь идет не о единичных или редких случаях. Документы и

-99-

предметы, несущие ценную информацию и способные сыграть решающую роль в уголовно-процессуальном доказывании, чаще всего оказываются как раз в распоряжении органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, прежде всего, конечно, милиции, которая как правило, первая соприкасается с преступлением и первая закрепляет его следы.

Вопрос об использовании предметов и документов, полученных до возбуждения уголовного дела оперативно-розыскным путем, в том числе и в первую очередь - фотографий, кинолент, аудио- и видеозаписей - приобретает особую актуальность в условиях борьбы с организованной преступностью. Успех этой борьбы немыслим без технического оперативно-розыскного проникновения в преступную среду и обеспечения уже на этой стадии возможности собирания будущих доказательств по уголовному делу. Именно в результате оперативно- розыскных мероприятий, которые на завершающей стадии пресечения преступлений все чаще носят характер боевых операций (досмотр, поиск, преследование, захват и разоружение, облава, засада, рейд, пресечение “разборок” между преступными формированиями и т.д.), в руках милиции в горячей обстановке оказываются, естественно, без надлежащего процессуального оформления: оружие, боеприпасы, орудия взлома, крупные суммы денег, импортная валюта, ценности, наркотики, различного рода документы и другие материальные объекты, которые (и это самое главное) в объективной реальности возникли и объективно существовали как носители и хранители важной информации вне связи с оперативно-розыскной деятельностью. Они лишь обнаружены и изъяты в процессе этой деятельности.

Особую сложность представляет вопрос о возможности использования в дознании (следствии) предметов и документов, полученных в результате проведения негласных, законспирированных оперативно-розыскных мероприятий с использованием конфиденциального сотрудничества на контрактной основе, и специальной техники, фиксирующей негласное визу-

-100-

альное или аудиовизуальное наблюдение.

Как свидетельствует практика, чаще всего в доказывании по уголовным делам при производстве дознания (следствия) используются результаты оперативно розыскной деятельности, полученные при проведении опе- ративно-розыскных мероприятий по прослушиванию телефонных переговоров92. В меньшей мере в доказывании используются результаты оперативно-розыскной деятельности, сформированные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий с применением видеозаписи93. Учитывая, что звукозапись телефонного переговора и видеозапись могут при определенных условиях быть использованы для формирования одних и тех же видов доказательств, рассмотрим ввод в дознание только видеозаписи.

Видеозапись с запечатленными на ней фактами и обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, отснятая при проведении оперативно-розыскного мероприятия, может при производстве дознания и в суде послужить основой для формирования вещественного доказательства при соблюдении следующих требований. Видеозапись должна быть официально представлена органом, уполномоченным на ведение оперативно-розыскной деятельности, с соответствующим препроводительным докумен-

92 Об этом свидетельствуют и многочисленные публикации на тему. См., напри мер: Данилюк С, Виноградов С, Щерба С. Как прослушивать телефонный разговор // Социалистическая законность, 1991. № 2. С. 32-33; Камлев В. О порядке прослушива ния телефонных переговоров, 1991. № 7. С. 54-55; Козусев А. Законность прослушива ния телефонных переговоров // Законность, 1993. № 2. С. 9-11; Козырев. Г. Документи рование прослушивания и звукозаписи телефонных и иных переговоров //Законность, 1993. № 4. С. 32-36; Стрелец С. Применение Закона “Об опертивно-розыскной деятель ности в Российской Федерации” // Законность, 1994. № 4. С. 28-29.

93 Об оперативной видео- и звукозаписи см.: Карнеева Л.М. Доказательственное значение материалов видео- и звукозаписи // Вестник Верховного Суда СССР, 1991. № 7. С. 31-31; Давлетов А., Семенцов В. Оперативная видео- и звукозапись // Социалисти ческая законность, 1991. № 11. С. 37-40.

-101-

том. В нем должны содержаться сведения о происхождении видеозаписи: времени, месте, условия и обстоятельствах ее получения, технических ха- рактеристиках примененной аппаратуры, лице, осуществившем видеоза- пись.

Отличительные характеристики видеозаписи, относимые к уголовному делу, ее свойства и состояния должны быть восприняты органами чувств дознавателя и понятых (судей, других участников уголовного процесса) в ходе ее просмотра с применением соответствующих технических средств, привлечением необходимых специалистов в условиях производства такого следственного (судебного) действия как осмотр, и надлежащим образом за- фиксированы в протоколе. О признании видеозаписи содержанием веще- ственного доказательства и его приобщении к уголовному делу необходимо вынести постановление (определение), в соответствии с которым в уголов- ном деле устанавливается .надлежащий правой режим обращения с данным доказательством (обеспечиваются условия сохранения видеозаписи в неиз- |] меняемом виде, она хранится при деле).

Указанные выше сведения о происхождении видеозаписи важны не только для ее правильного осмотра, а, следовательно, и формирования содержания вещественного доказательства, но и для последующей его проверки и оценки.

Результаты оперативно-розыскной деятельности, связанные с указанной видеозаписью, могут использоваться в доказывании по уголовному делу не напрямую, а лишь в соответствии с процессуальным режимом и так- тическими особенностями, предназначенным для формирования такого ви- да доказательств, как вещественные доказательства. При этом веществен- ным доказательством будут являться не результаты оперативно-розыскной деятельности (видео пленка, полученная в ходе проведения оперативно- розыскного мероприятия), а результаты уголовно-процессуальной деятель- ности, сформированные при осмотре и вынесении постановления.

-102-

Так, например, сделанная при проведении оперативно-розыскного мероприятия негласная аудиозапись разговора членов организованной преступной группы, в ходе которого было принято решение о подготовке к совершению убийства, представленная впоследствии дознавателю может быть использована в соответствующем уголовном деле не только для собирания вещественного доказательства. При соблюдении требований (известность места, времени, условий и обстоятельств ее получения, технических характеристик аппаратуры, примененной в ходе оперативно-розыскного мероприятия), она может послужить основой для формирования такого вида доказательств, как заключение эксперта, при соблюдении свойственному ему режима собирания и использования материалов дознания экспертом.

Для этого лицо производящее дознание, в производстве которого на- ходится уголовное дело по обвинению членов организованной преступной группы в приготовлении к совершению убийства, должен вынести мотивированное постановление о назначении акустической экспертизы на предмет идентификации голосов людей, зафиксированных в ходе негласной аудиозаписи. У обвиняемых в приготовлении к убийству с соблюдением соответствующих процедур (ст. 186 УПК) должны быть получены образцы голоса, необходимые для сравнительных исследований. Перед вынесением постановления дознавателю рекомендуется с экспертом или учреждением, в котором должна быть произведена экспертиза уточнить круг решаемых вопросов для сравнительного исследования. В постановлении о назначении экспертизы должны быть отражены основания назначения экспертизы, перечислены все материалы, представленные в распоряжение эксперта.

Данное постановление объявляется обвиняемым, при этом им разъяс- няются их права при назначении и производстве экспертизы о котором мы говорили выше.

Для признания предмета вещественным доказательством необходимо

-103-

установить его связь с преступлением, то есть относимость к уголовному делу. Наиболее распространенным способом приобщения различных милицейских материалов к следственному производству является допрос оперативных работников в качестве свидетелей и приобщение к протоколам таких допросов соответствующего предмета или документа, о котором даются показания. Если это из тактических соображений сделать без допроса оперативного работника (обнаружившего предмет в ходе производства оперативно-розысконого мероприятия) или допроса лица, оказывающего содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность (когда это лицо получило данный предмет в результате участия в оперативно-розыскных мероприятиях), то их допрос необходим.

Когда какие-то обстоятельства, связанные с получением данного до- кумента или предмета, носят негласный, секретный характер, они тщательно обходятся в показаниях. Представляется, что такие методы недопустимы ни с юридической, ни с нравственной стороны, какую бы доказательственную ценность не имел предмет или документ сам по себе, поэтому что малейший намек на неясность способа получения лишает его признака допустимости как доказательства, способен породить при рассмотрении дела в суде возмущение граждан, обвинение в фальсификации доказательств, ставит оперативного работника перед выбором или лжесвидетельствовать или же выдать государственную тайну, а в конечном счете, один государственный орган охраны правопорядка заведомо обманывает другой, причем орган правосудия.

Между тем в действующем законодательстве существует четкая и ясная норма - основа для решения данного вопроса. Согласно ч. 2 ст. 70 УПК доказательства по уголовному делу могут быть представлены подозре- ваемым, обвиняемым, защитником, обвинителем, а также потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями и любыми гражданами, предприятиями и организациями. По отношению к

-104-

следователю, прокурору, Суду, в производстве которого находится уголовное дело в данный момент, милиция, равно как и любой орган дознания, располагающий определенным материалом, имеющим доказательственное значение, - это тоже организация, которая вправе представлять доказательства.

В соответствии с положением УПК находится содержание чч. 2 и 3 ст. 11 Федерального закона об оперативно-розыскной деятельности, где прямо предусматривается, что одной из форм реализации результатов оперативно-розыскной деятельности является представление их в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которых находится уголовное дело. Такое представление производится на основании постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно- розыскную деятельность в порядке, предусмотренном ведомственными актами.

Несмотря на то, что вопрос о представлении материалов, добытых в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий, как это уже упоминалось, решен в Федеральном законе об оперативно-розыскной деятельности, указанные предложения не утратили своей актуальности.

В развитие вышеупомянутого предложения по совершенствованию ст. 70 УПК автор выдвигает и обосновывает также идею о том, что в опреде- ленных случаях в качестве судебного доказательства могут быть использованы добытые негласным оперативно-розыскным путем материалы, источник получения которых по соображениям конспирации не указан и не может быть указан. По мысли автора, такое возможно при одном непременном условии - когда источник и способ получения соответствующего предмета и документа не имеют значения для оценки доказательства, относи-мости и допустимости информации, которую он несет94.

94 См.: Безлепкин Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Сов. государство и право. 1991. № 8. С. 101.

-105-

Это предложение, на первый взгляд, представляется особенно острым не только с правовых, но и тактических позиций, поскольку входит в про- тиворечие с моральными постулатами вроде: “Суд должен знать все”, и не может принимать в качестве источник доказательств материалы, происхождение которых “затемнено” и уводит в недра негласной деятельности спецслужб. В действительности же здесь нет нравственной коллизии, суд не должен знать все, он должен знать только то и постольку, поскольку это необходимо для установления истины по делу, а объем этой истины предопределен строжайшими рамками предмета доказывания и интересами проверки достоверности отдельных доказательств в их совокупности.

Если же суд (а равно - орган дознания, следователь и прокурор) по уголовному делу, находящемуся в производстве, использует свои правомочия и средства, а также достаточно громоздкую процессуальную деятельность для исследования обстоятельств, не входящих в предмет доказывания, получается, что эта деятельность не только бесполезна, но и вредна, поскольку загромождает уголовное дело “информационным шумом”, а также безнравственна, поскольку усилия и средства затрачиваются впустую из-за юридической неграмотности или же из праздного любопытства.

Поэтому проблема, о которой идет речь, сводится, в сущности, к вопросу о том, возможны ли в принципе и существуют ли в реальности такие ситуации, когда источник материалов, полученных в результате не- гласной оперативно-розыскной деятельности, полностью безразличен с точки зрения достоверности информации, которую эти материалы в себе заключают. Практика положительно отвечает на этот вопрос. Фотоснимок, изображающий определенную сцену, действие и участников этого действия, в определенных случаях ценен сам по себе, независимо от того, кто и при каких обстоятельствах его сделал. В следственной практике встречался случай, когда обвиняемый и свидетель утверждали, что никогда не были знакомы. Однако оперативно-розыскными службами дознавателю были представлены фотоснимки, подтверждающие обратное, что впоследствии было

-106-подтверждено и другими фактическими данными. В этом отношении безразлично, обнаружен ли подобный снимок или представлен органом, осуществляющим законную оперативно- розыскную деятельность. Такой фотоснимок при необходимости может быть подвергнут осмотру, служить объектом опознания и экспертного исследования. Изображение, которое он несет, может не содержать ответов на многие вопросы, подлежащие доказыванию (например, самой сцены и ее участников имеет значение в общей фабуле уголовного дела, для использования такого материального объекта в качестве вещественного доказательства по уголовному делу нет ни юридической, ни нравственных препятствий.

Во всех иных случаях, как правильно отмечалось в научной литературе, необходимо, чтобы субъекту уголовно-процессуального доказывания было известно с помощью каких технических средств, когда, в каком по- рядке и при каких условиях были получены результаты оперативно- розыскной деятельности, используемые в процессе доказывания95. Такое утверждение основывалось на том, что известность характеристик технических средств, порядка и условий их использования в ходе оперативно-розыскных мероприятий становится одной из важных гарантий установления объективных связей фотоснимков, копий, слепков и т.д. с обстоятельствами и фактами, подлежащими доказыванию Отсутствие указанных данных не позволит проверить в процессе доказывания происхождение предметов, а следовательно, и установить относимость производных вещественных доказательств96.

95 См.: Доля Е.А. Использование результатов оперативно-розыскной деятель ности в доказывании по уголовным делам // Российская юстиция. 1995. № 5. С. 41-42; Божьев В.П., Доля Е.А. Процессуальные аспекты действия Закона об оперативно- розыскной деятельности при расследовании уголовных дел // Труды Академии МВД РФ. Актуальные проблемы расследования преступлений. М., 1995. С. 80-83.

96 Доля Е.А. Указ. соч. С. 41.

-107-§3. Тактика подготовки и назначения экспертиз.

Тактика назначения экспертиз, которая на первый взгляд не касается прав личности, в действительности содержит в себе правила, нарушение которых влияет на сроки дознания, а следовательно и на права обвиняемых и потерпевших, которым закон гарантирует определенный срок дознания, нарушение которого порой делает невозможным обеспечить полное возмещение ущерба и своевременное наказание виновного. Для исследования тактики подготовки и назначения экспертиз были выбраны те экспертизы, нарушение правил проведения которых наиболее показательно для рассматриваемой проблемы, а именно: почерковедческие, исследование бланков и экспертизы, связанные с исследованием наркотических средств и психотропных веществ. Всего изучено 89 постановлений о назначении экспертизы и заключений экспертов.

По результатам исследования были выработаны рекомендации, которые предложены дознавателям и приняты ими.

Категория назначаемой экспертизы определяется по кругу и характеру вопросов, подлежащих разрешению на основе специальных познаний. На каждый вид экспертиз следователь или лицо производящие дознание выносит отдельное постановление.

Лиц производящему дознание из тактических особенностей необходимо помнить, что экспертизы выполняются экспертами в порядке очеред- ности поступления материалов и в срок, не превышающий 15 суток. Срок производства экспертизы может быть продлен начальником криминалистического управления по предварительному согласованию с лицом или органом, назначившим экспертизу, но это согласование не должно повлиять на сроки дознания. Срок производства экспертизы исчисляется со дня поступления материала по день отправления заключения эксперта лицу или органу, назначившему экспертизу. В случае направления запроса дознавателю или следователю о предоставлении дополнительных материалов, необходимых для выработки заключения, течение срока производства экспертизы приостанавливается до их получения.

-108-

Рекомендации к назначению отдельных видов экспертиз.

Исследование почерка. Почерковедческая экспертиза не является для дознавателей основной и поэтому назначаются нечасто. Вероятно поэтому встречается много ошибок при назначении почерководческой экспертизы и подготовке материалов к ее проведению, а также отбора образцов почерка и постановки вопросов, что удлиняет сроки ее проведения.

Основные вопросы этой экспертизы таковы:

Вопросы: идентификационные

  1. Не выполнены ли рукописные тексты на … (представленном доку- менте) - N (Ивановым, Петровым и т. п.? (в случаях, когда исследуется рукописный текст в конкретной строке документа - указать номер строки, графы и т. д.) неидентификационные
  2. Одним или разными лицами выполнены исследуемые рукописные тексты на … (представленных документах)?
  3. Имеются ли в рукописном тексте на … (представленном документе) признаки, свидетельствующие об изменении почерка в связи с необычным состоянием исполнителя или необычными условиями выполнения текста и т.д.?
  4. Не выполнены ли рукописные тексты на … (представленном доку- менте) в состоянии алкогольного опьянения? (в том случае, если об этом имеются сведения в материалах дела)
  5. Мужчиной или женщиной выполнены исследуемые рукописные тексты? (в случае, если исследуемый объект исполнен скорописно и объем его не менее 1,5 листа)

С учетом возникающих при производстве дознания ситуаций и руко- водствуясь тактическими.соображениями при отборе сравнительных об- разцов необходимо разграничение понятий.

Свободные образцы - это материалы, которые не связаны с дознанием или расследованием уголовного дела, то есть выполнены до возбуждения

-109-

уголовного дела. Свободные образцы - это образцы, в которых должна исключаться всякая возможность какого бы ни было умышленного искажения признаков почерка. Это могут быть личные письма, “домашние” записи, конспекты, записные книжки: документы с рукописными текстами, выполненными в процессе трудовой деятельности, материалы из отдела кадров. Изъятие (с применением тактического приема) должно быть процессуально оформлено. Если в качестве свободного образца почерка представлены записные книжки, то перед приобщением их в качестве образцов почерка рекомендуется предъявить подозреваемому на предмет уточнения “ Все ли записи сделаны подозреваемым”, если нет то пометить какие его и соответственно указать в процессуальном документе с заверительными подписями подозреваемого и дознавателя. Если в качестве свободного образца почерка предполагается представить карточки формы 1 (из паспортного стола, которые находятся в единственном образце и как правило не выдаются), то дознавателю рекомендуется сделать их на отличном копировально-множительном аппарате. В целях избежание ошибочного представления образцов для исследования почерка не рекомендуется: - предоставлять переписанные газетные статьи, тексты на отвлеченную от конкретного уголовного дела тему( считая, что если тексты по содержанию отличаются от исследуемых - значит их можно называть “свободными”). Наилучшими свободными образцами почерка чаще всего служат рукописи, сопоставимые с исследуемым рукописным документом по назначению (например, служебные бумаги), по общему виду почерка, по словарному составу, фразеологии, орудиям или материалам письма (карандаш или перо, их качество, сорт и формат бумаги и пр.), а также по времени написания, близкому к моменту возникновения исследуемой рукописи.

Условно-свободные образцы - это материалы, которые получены при производстве дознания в процессе расследования уголовного дела. Это могут быть объяснения, протоколы допросов записанные собственноручно,

-110-

заявления и т. д. В определенной степени это облегчает применение тактических приемов по отношению к предоставлению свободных образцов. Даже, если по делу назначена Почерковедческая экспертиза, дознаватель может ограничиться таким объемом образцов. Последнее время условно-свободные образцы почерка нередко являются единственными образцами, которые могут быть представлены дознавателем (свободные не смог “найти” - человек не живет по месту прописки, не работает на предприятии, паспорт не терял и т. д., а экспериментальные писать - отказывается). В этих случаях мы рекомендуем дознавателю взять собственноручные показания, по возможности, включая в них фрагменты исследуемых текстов; дополнить образцы - автобиографией подозреваемого.

Экспериментальные образцы - это материалы, полученные при произ- водстве дознания или предварительного расследования специально в условиях максимально приближенных к условиям выполнения исследуемого текста по содержанию; строению почерка (скорописному, стилизованному или с подражанием печатному шрифту); топографии (размера документа); - материалам письма (пишущему прибору и подложке) повторенных не менее 4 раз.

С применением тактических приемов экспериментальные образцы почерка получают двумя путями: посредством диктовки или предложения составить какой-либо документ путем исключения возможности для подозреваемого одновременно думать как писать и что писать. Это могут быть автобиография, объяснение по определенному вопросу, собственноручные показания.

Для проведения почерководческих экспертиз в распоряжение эксперта должны быть направлены как свободные, так и экспериментальные образцы почерка аналогичного строения с исследуемыми материалами. Например, исследуемые тексты .выполнены с подражанием печатному шрифту, экспериментальные образцы - скорописно. Таким образом, теряется смысл

-Ill-отбора экспериментальных образцов. Выполнение в качестве экспериментальных образцов рукописных текстов, переписанных из газет - лишено смысла, так как зачастую не содержит сопоставимые по объему и составу предложений, слов. Отсутствие или плохое состояние свободных образцов почерка нередко затрудняют выполнение экспертизы, не гарантируют определенности выводов эксперта. Представление лишь экспериментальных образцов допускается в исключительных случаях при отсутствии свободных образцов, что обязательно отмечается в постановлении о назначении экспертизы.

Нередко возникает необходимость представить для экспертизы спе- циальные образцы, то есть те, которые выполняются определенным спосо- бом (рисовка, вычерчивание, печатные буквы), либо написанные в необыч- ных условиях (например, стоя, полулежа, на стене, в перчатках, при плохом освещении и т. п.).

Для экспертизы текстов, написанных левой рукой, необходимы спе-‘Ш циальные рукописные образцы, выполненные левой рукой подозреваемого. Отбираются они путем диктовки заранее подготовленного текста. Кроме этих образцов, эксперту должны быть направлены и свободные образцы почерка, выполненные правой рукой подозреваемого. Образцы должны быть получены в объеме позволяющем проанализировать все естественные варианты признаков исследуемых объектов, то есть в объеме не менее 1:5

Все представляемые образцы должны быть заверены и перечислены в постановлении, а дополнительные - в сопроводительном письме.

Исследование подписи. Для исследования подписи рекомендуется следующая постановка вопросов.

Вопросы: индентификационные

  1. Не выполнена ли подпись от имени “X” (Иванова) на (представленном документе) самим “X” (Ивановым)? (решается вопрос о подлинности исследуемой подписи)

-112-

  1. Не выполнена ли подпись от имени “X” на представленном документе самим “X” (Ивановым) или “У” (Петровым)? (решается вопрос о подлинности подписи и выполнении ее подозреваемым)
  2. Не выполнена ли подпись от имени вымышленного лица “X” (Иванова) на представленном документе “У” (Петровым)? (В данном случае вопрос о подлинности не решается. Возможно в том случае, когда подозреваемый не мог видеть подлинную подпись данного лица)
  3. неидентификационные

  4. Не выполнены ли подписи от имени “X” одним лицом? (вопрос ре- шается лишь при полной сопоставимости исследуемых подписей)
  5. Имеются ли признаки изменения почерка в исследуемых подписях (подражания подлинным подписям, необычного состояния исполнителя, автоподлог и т.д.)?
  6. С учетом возникших при производстве дознания или следствия ситуаций и руководствуясь перечисленными нами выше тактическими сооб- ражениями при отборе образцов необходимо и в этой ситуации разграничение понятий: свободные достоверные материалы; условно- свободные -материалы; экспериментальные - материалы.

Свободные достоверные материалы - те, которые не связаны с дознанием или расследованием уголовного дела, т. е. выполнены до возбуждения уголовного дела (подписи на личных документах - типа квитанций, приходных и расходных ордеров; на документах, связанных с трудовой деятельностью, материалы из отдела кадров, карточки формы 1)

Условно-свободные материалы, полученные при производстве дознания (подписи на объяснениях, протоколах допросов, очных ставок, заявле- ниях и т. д.)

Экспериментальные материалы, полученные при производстве дознания специально - в условиях, максимально приближенных к условиям вы- полнения исследуемой подписи по: содержанию - составу ;
топографии

-113-

(размешению на документе с учетом размера графы и строки); материалам письма (пишущему прибору и подложке).

Если имеются сведения о выполнении подписи в неудобной позе, ре- комендуется получить экспериментальные образцы, полученные также при выполнении их в необычных условиях. В случае, если решается вопрос о выполнении подписей подозреваемым - необходимы образцы почерка и личных подписей подозреваемого в полном объеме, а также экспериментальные образцы подписей от имени “X”, аналогичные по составу исследуемым подписям. Образцы должны быть получены в таком объеме, чтобы можно было проанализировать все естественные варианты признаков исследуемых объектов, т. е. в объеме не менее 1:10.

Все представленные образцы должны быть заверены и перечислены в постановлении, а дополнительные - в сопроводительном письме.

Лицу производящему дознание рекомендуется:

  • перед назначением многообъектой почерководческои экспертизы или проведения исследования проконсультироваться в почерководческои лаборатории ЭКУ;
  • при назначении экспертизы привозить в ЭКУ 2 экземпляра поста- новления;
  • дополнительные образцы почерка высылать с сопроводительным документом, датированным днем исполнения.
  • В целях качественного и современного выполнения экспертиз и исследований желательно, чтобы материалы - объекты и образцы - доставлялись в ЭКУ инициаторами заданий. Все документы (вещественные доказательства) и образцы для сравнения подробно описываются в постановлении о назначении экспертизы, упаковываются в разные пакеты, на которых должны быть сделаны пояснительные надписи. Пакеты опечатываются печатью.

-114-

Для анализа роли применения специальных познаний в правоприме- нительной практике в аспекте обеспечения соблюдения прав личности нам представляется целесообразным рассмотреть на примере расследования наиболее часто встречающихся в настоящее время видов преступлений: преступлений в сфере незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ.

Основанием для возбуждения уголовных дел о преступлениях, связанных с незаконными операциями с наркотиками служат, как правило, факты задержания лиц с наркотическими средствами или психотропными веществами во время их приобретения или сбыта, перевозки, таможенного досмотра, при личном обыске, досмотре вещей у административно задержанных лиц, а также факты обнаружения наркотиков в жилище в результате реализации оперативно-розыскных мероприятий или при получении ОВД иной информации. Кроме того, наркотические средства могут быть обнаружены в иных помещениях, а также в почтовых отправлениях. Обнаружение наркотического средства в крупном размере, независимо от того, преследовало ли лицо, у которого оно обнаружено цель сбыта, является основанием для возбуждения уголовного дела.

Отмечаются следующие типичные недостатки при производстве до- знания на первоначальном этапе следственных действий:

  • подчинение всех первоначальных следственных действий изъятию наркотического средства без принятия процессуальных мер к доказыванию факта его принадлежности подозреваемому и в ущерб получению доказательственной информации из других источников;
  • некачественное процессуальное закрепление данных, полученных при задержании подозреваемого или при проведении других следственных действий (в т. ч. - не описывается упаковка объектов, не указывается наличие на ней следов рук и т.д.).
  • При задержании лиц, которые могли на период задержания находится

-115-

в состоянии наркотического опьянения, целесообразно провести их медицинское освидетельствование с тем, чтобы в дальнейшем они не смогли отказаться от своих первоначальных показаний, сославшись на то, что показания были даны ими в состоянии наркотического опьянения или абстиненции.

Обнаруженные вещества или другие объекты непосредственно после изъятия направляются на экспресс-анализ в специализированное экспертное учреждение, а при отсутствии такового - в химическую лабораторию, имеющуюся в данной местности. Изъятый объект в опечатанном виде с отношением - документом, в котором указывается: что направляется на исследование, кратко - при каких обстоятельствах и у кого изъято, дата, данные инициатора задания. На разрешение специалиста ставится вопрос: “Является ли представленное вещество наркотическим средством, если да, то каким именно, какова его масса?” (вариант - “Содержатся ли на представленных объектах следы наркотических средств, если да, то каких именно ?”). Результаты проведенного исследования оформляются справкой эксперта.

Поскольку в дальнейшем, независимо от проведения предварительного исследования, изъятые объекты должны быть направлены на экспертизу, в случае изъятия малых количеств наркотического средства (например, 0.2 г маковой соломы или следовые количества синтетического наркотического средства, например, фенциклидина), на стадии предварительного исследования лицо производящее дознание, должно учитывать, что нередко для проведения анализа требуется полное расходование объекта. В таких случаях лицу, производящему дознание, необходимо знать возможности криминалистических подразделений при исследовании малых количеств наркотических средств и эффективно взаимодействовать с экспертом, проводящим предварительное исследование.

Так, у гр-на А. был изъят бумажный сверток, содержащий 0.005 г по-

-116-

рошкообразного вещества. В результате проведения химического анализа было установлено, что вещество содержит наркотическое средство - фенадон, однако, определение, точного содержания наркотического средства в веществе требует полного расходования представленного на исследование объекта. Дознаватель потребовал определения точного количества наркотика в изъятом порошке, мотивируя это тем, что для принятия решения о возбуждении уголовного дела ему необходимо знать точную массу изъятого у А. наркотического средства. Экспертом был проведен количественный анализ фенадона в представленном порошке, в результате которого было установлено, что изъятое у А. порошкообразное вещество массой 0.005 г содержит 0.003 г наркотического средства - фенадон. Вещество было израсходовано на исследование полностью, в результате чего провести экспертизу изъятого наркотического средства не представилось возможным.

Учитывая, что нижний предел крупных размеров для фенадона Пе- речнем крупных и особо крупных размеров количеств наркотических средств, обнаруживаемых в незаконном хранении или обороте не установлен (позиция 28 - “Метадон (фенадон) (основание и соли)” - устанавливает крупные размеры данного наркотика “до 1 г”), для принятия решения о возбуждении уголовного дела следователю было достаточно вывода предварительного исследования о том, что изъятое у А. порошкообразное вещество массой 0.005 г содержит наркотическое средство - фенадон, из чего следовало, что у гр-на А. изъят фенадон в количестве до 1 г. В этом случае было бы возможно проведение экспертизы, которая бы и установила точное содержание наркотического средства в изъятом порошке. Вывод экспертизы - содержание фенадона в изъятом у А. порошке составляет 0.003 г -не противоречил бы и результатам предварительного исследования.

При производстве дознания из тактических соображений следует знать, что в ряде случаев экспертно-криминалистическое подразделения не оснащены криминалистической техникой, необходимой для исследования

-117-

малых количеств ряда наркотических средств (например, идентификация ЛСД, нанесенного на кусочек бумаги, или идентификация ранее не встре- чавшихся синтетических наркотиков). В этих случаях объекты рекоменду- ется направлять для проведения экспертизы в региональные экспертно- криминалистические подразделения.

Изъятие после задержания является наиболее ответственным и насы- щенным доказательственной информацией, которую важно сохранить для ее оценки и, в частности, для проведения экспертизы. Указанное действие может быть осуществлено только при наличии оснований, перечисленных в законе:

  • лицо задерживается при изготовлении наркотических средств, передаче другому лицу наркотиков, склонении другого лица к употреблению наркотика или непосредственно после совершения данных преступных действий;

  • прямые указания очевидцев на конкретное лицо, занимающееся не- § законным изготовлением, приобретением, хранением, сбытом или хищени- I ем наркотиков;
  • на подозреваемом, на его одежде или при нем (в жилище, в салоне автомашины и т. д.) обнаружены явные следы преступления (наркотики, материалы и оборудование для их изготовления).
  • В местностях, где введен контроль за перевозкой наркотиков и нарко- тикосодержащих растений возможен досмотр транспортных средств и их грузов, личный досмотр водителей, пассажиров, пешеходов и их вещей.

Задержанию подозреваемого с поличным способствует использование оперативно-розыскных данных о месте, времени и способе изготовления, хранения или сбыта наркотических средств, месте хранения предметов и приспособлений для их получения, а также других, имеющих значение для дела обстоятельств. Задержание предусматривается и в том случае, если лицо, подозреваемое в совершении преступления покушается на побег, не

-118-

имеет постоянного места жительства, не установлена личность подозре- ваемого.

При расследовании групповых преступлений выбор тактических при- емов и очередности задержания членов группы зависит от того, какие доказательства могут быть получены в результате задержания того или иного подозреваемого. Необходимо исключать возможность утечки информации о задержании одного из членов группы с тем, чтобы другими членами группы не были уничтожены следы преступной деятельности (наркотики, материалы и оборудование для их изготовления).

Задержание сочетается с личным обыском или досмотром в зависимости от того, производится оно при расследовании уголовного дела или до его возбуждения. При задержании необходимо тщательно обследовать личные вещи задержанного: - на предмет обнаружения тайников; - на предмет обнаружения следов наркотически средств; - на предмет обнаружения веществ, материалов и оборудования, которые могли быть использованы для изготовления и употребления наркотика, а также приспособлений для его транспортировки или хранения.

В протоколе подробно описывается изъятое наркотическое средство: его вид, консистенция, наименование, упаковка, вес (с указанием на каких весах производилось взвешивание) или объем (с указанием с помощью чего производилось его измерение), а также вещества, материалы и оборудование, которые могли быть использованы при его изготовлении, средства, используемые для употребления наркотика, приспособления для транспортировки или хранения наркотика.

Для доказывания факта принадлежности изъятого наркотика задер- жанному важное значение имеет изъятие вытруски из карманов его одежды, а при невозможности сделать вытруску (например, если жидкое наркотическое средство пролилось в карман или на одежду) - изъятие одежды задержанного. Изъятые объекты упаковываются и опечатываются, на упаковках

-119-

делается соответствующая надпись. Необходимо отметить, что изъятые объекты рекомендуется упаковывать раздельно для того, чтобы частицы наркотического средства не могли попасть на иные объекты, в отношении которых впоследствии может потребоваться исследования на наличие следов наркотических средств. Эта рекомендация защищает интересы людей, которые втянуты в орбиту уголовного процесса.

Особо следует отметить использование экспресс-тестов на обнаружение наркотиков, имеющиеся в ОВД. Данные тесты могут лишь ориентиро- вать на наличие в исследуемом объекте наркотика, но не позволяют сделать категоричный вывод о том, что исследуемый образец является наркотическим средством.

Во избежание выдвижения версии задержанным о том, что наркотик был подсунут ему сотрудниками милиции, необходимо обеспечить активное участие в личном обыске или досмотре понятых. Если на месте за- держания невозможно провести личный обыск (досмотр), задержанный доставляется в отдел милиции, где и производится личный обыск (досмотр). В этом случае от работников милиции необходимо взять объяснение о причине непроведения личного обыска (досмотра) на месте задержания.

В протоколе личного обыска задержанного следует зафиксировать, как вел себя задержанный, как объяснил источник приобретения наркоти- ческого средства, какие заявления, протесты поступили от него.

Изъятие образцов для исследования. Для доказывания, что задержанное лицо производило операции с наркотическим средством важное значение имеет изъятие образцов для исследования. Поэтому рекомендуется делать смывы с рук при помощи спирта или водно- спиртовой смеси; -срезы ногтевых платин (для доказывания контакта задержанного с наркотическим средством); - смывы с губ и рта, образцы биологических жидкостей (крови, мочи, слюны) (для установления факта употребления наркотика).

-120-

Изъятые образцы упаковываются и опечатываются раздельно друг от друга. Отдельно упаковывается контрольный образец материала, с по- мощью которого производился смыв (например, марля, пропитанная водно-спиртовой смесью). Изъятие образцов крови, мочи и слюны производят медицинские работники в соответствии со специальной инструкцией, утвержденной заведующим облздравотделом и начальником УВД, об изъятии составляется протокол.

Наркологическое освидетельствование производится в обязательном порядке, который утвержден приказом местного управления здравоохранения по согласованию с ОВД. Освидетельствование производится в наркологическом учреждении и включает осмотр лица врачом-наркологом и исследование биологических сред организма (моча, кровь, слюна). Факт употребления наркотического средства окончательно устанавливается в результате исследования отобранных биологических сред организма. Лаборатории, проводящие исследование биологических сред на содержание в них наркотиков, могут быть организованы как непосредственно в наркологическом учреждении, где производится освидетельствование, так и в судебно-экспертной службе или в токсикологических центрах.

Необходимо учитывать, что эффективное исследование на установление факта употребления наркотиков может быть проведено примерно в те- чение суток с момента последнего употребления наркотического средства. В то же время для некоторых веществ этот период больше, для некоторых -меньше.

Время, в течение которого наркотическое средство может быть обна- ружено в биологических жидкостях зависит от количества употребленного наркотического средства, способа употребления, частоты употребления (эпизодическое или хроническое), от правильного с точки зрения сохранности, отбора образцов для исследования, правильного выбора биологических жидкостей, в которых предполагается присутствие наркотических

-121-

средств, технического оснащения лаборатории, квалификации персонала экспертного учреждения.

При производстве дознания из тактических соображений рекомендуется знать, что в настоящее время разработаны новые методики обнаружения наркотических средств в волосах и срезах ногтевых платин, однако, ис- следования эти проводятся не во всех лабораториях и требуют специального высокочувствительного оборудования.

К протоколу задержания следует приложить справку медицинских работников, составленную в соответствии со ст. 122 УПК, с результатами медицинского осмотра. Медицинский осмотр важен не только для установления состояния приема наркотиков (следы инъекций, общее состояние), но и для выбора оптимального режима содержания задержанного.

Тактика назначения экспертизы. Обнаруженные объекты подвергаются экспресс-анализу, после чего назначается криминалистическая экспер- тиза наркотических средств. Экспертизы проводят экспертно- криминалистические учреждения МВД, ФСБ, Министерства юстиции.

Важное значение при назначении экспертизы имеет правильная фор- мулировка вопросов, обнаружение и изъятие необходимых эксперту материала: самих наркотических средств, реактивов, растворителей, посуды, остатков растительного сырья, иного вспомогательного материала.

В литературе выделяют следующие виды экспертиз, назначаемых при расследовании уголовных дел, связанных с незаконным оборотом наркоти ков: криминалистическая* экспертиза наркотических средств криминали стическая экспертиза материалов, веществ и изделий; судебно- химическая экспертиза; судебно-фармакологическая экспертиза; судебно-

фармацевтическая экспертиза; судебно-ботаническая экспертиза; судебно-агротехническая экспертиза; судебно-технологическая экспертиза; судебно-биологическая экспертиза; наркологическая экспертиза; судебно-медицинская экспертиза; судебно- психиатрическая экспертиза; технико-

-122-

криминалистическая экспертиза документов; криминалистическая трасоло- гическая экспертиза97-.

При производстве дознания часто неверно понимают наименование экспертизы и решаемые ей вопросы. Так, например, в целях установления, является ли изъятое вещество наркотическим средством, дознаватель в по- становлении о назначении экспертизы указывает химическую, физико- химическую, ботаническую, биологическую и др. виды экспертиз, в то вре- мя как данный вопрос уже традиционно решается криминалистической экспертизой, в рамках которой проводится весь комплекс морфологиче- ских, химических и физических исследований.

В ряде случаев при назначении криминалистической экспертизы нар- котических средств дознаватель перед экспертами ставит вопросы о харак- тере воздействия наркотического средства на организм человека, о\ коли- честве наркотического средства, необходимого для достижения нарк<Ьтиче- ?!*

I ид

ского эффекта, о последствиях употребления наркотического средства и т. || д. Данные вопросы не входят в круг решаемых криминалистической экс- Л пертизой наркотических средств, а требуют назначения фармакологической экспертизы. В ряде случаев эксперты, обладая общей информацией о воздействии наркотических средств на человека, отвечают на такие вопросы. Однако, в данных случаях эксперт, имеющий, как правило, высшее химическое образование, выходит за пределы своей компетенции.

Другой распространенной ошибкой при назначении экспертиз нарко- тических средств является постановка перед экспертом вопроса об отнесе- нии количества наркотического средства к крупному или особо крупному размеру. Несмотря на то, что размеры наркотических средств официально опубликованы, решение данных вопросов входит в компетенцию следствия

97 Бурданова B.C., Владимиров В.Ю., Кузьминых К.С. Особенности расследования преступных действий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств: Лекция.- СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1997.

-123-

и суда, но не эксперта, поскольку, с одной стороны установленные Посто- янным комитетом по контролю наркотиков небольших, крупные и особо крупные размеры носят рекомендательный характер для органов дознания и суда, с другой стороны - размеры наркотических средств являются квали- фицирующим признаком преступлений в сфере незаконного оборота нар- котических средств и их оценка входит в компетенцию исключительно до- знания и суда.

Особенности назначения криминалистической экспертизы кустарно из- готовленных наркотиков. При назначении экспертизы по таким уголовным делам рекомендуется следующая постановка вопросов: - Является ли представленное вещество наркотическим, если да, то каким именно. Каково его количество ?; - Имеют ли изъятые вещества общий источник происхождения по месту произрастания? (данный вопрос решается в отношении маковой соломы, марихуаны, гашиша); - Имеются ли на представленных объек-J | тах следы наркотических средств, если да, то каких именно ?; - Могли лй|М быть использованы представленные растительные материалы, реактивы,!’!! посуда, оборудование для изготовления или переработки наркотических средств?; - Имеются ли в представленных записях, литературе указания о выращивании наркотикосодержащих растений, грибов Т98

В некоторых случаях при назначении экспертиз кустарно изготовленных наркотиков растительного происхождения возможно назначение поч- воведческой экспертизы. Так, например, если необходимо проверить пока- зания обвиняемого относительно места сбора псилоцибинсодержащих гри- бов, поскольку последние часто изымаются с остатками почвы на нижней части ножки.

Особенности назначения экспертизы синтетических наркотических

98 Бурданова B.C., Владимиров В.Ю., Кузьминых К.С. Особенности расследования преступных действий, связанных с незаконным оборотом наркотических средств: Лекция.- СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1997

-124-Ш^ДСТВа-ПОД^ченных в подпольных лабораториях или на подпольных произ* BjQacTBax. Основная задача при производстве дознания такого рода уголовных дел - это установление связи между изъятыми исходными химическими реактивами, оборудованием, химическими смесями и наркотическим средством, а также - между наркотиком, изъятым на подпольном производстве и у сбытчиков или потребителей. В связи с этим перед экспертами рекомендуется ставить следующие вопросы: - Имеются ли среди представленных объектов наркотические средства, если да, то какие именно, их количество ,?; - Имеются ли среди изъятых объектов необходимые для производства наркотического средства реагенты, растворители или прекурсоры ?; - Возможно ли изготовление наркотического средства при помощи изъятого оборудования ?; - Имеются ли на представленном оборудовании следы наркотических средств, реагентов или прекурсоров их синтеза ?; - Имеются -ли среди изъятых записей указания по получению наркотического средства .{i или его прекурсоров ?; - Сходны ли изъятые в подпольной лаборатории и у<1! “сбытчика” (“потребителя”) образцы наркотического средства по хими- ^!| ческому составу ?; - Какое наркотическое средство и в каком количестве можно изготовить из изъятого сырья ?”

Особенности назначения криминалистических экспертиз лекарственных и других легально изготовленных наркотических средств. При производстве дознания о преступлениях, предметом посягательства которых являются лекарственные наркотические средства или легально изготовленные наркотические средства могут сложиться различные ситуации, для каждой из которых имеются свои особенности подготовки и проведения экспертиз.

  1. Наркотики обнаружены в неизмененных стандартных упаковках с

99 См.: Бурданова B.C., Кузьминых К.С. Расследование преступлений о незаконных действиях с наркотическими средствами. Часть V. Особенности расследования, изготовления синтетических средств на подпольных производствах и их сбыта: Мето- дические рекомендации. СПб. - 20 с.

-125-

маркировкой. Рекомендуемые вопросы при назначении химической экспер- тизы: Является ли представленное вещество наркотическим средством, если да, то каким именно, каково его количество ?

  1. Наркотики обнаружены в стандартной упаковке, имеющей призна ки вскрытия или перепайки. Рекомендуемые вопросы при назначении хи мической экспертизы: - Является ли представленное вещество наркотиче ским средством, если да, то каким именно, каково его количество ?

Если установлено, что представленный объект не является наркотическим средством, то может, потребоваться установить: - Какое вещество со- держится в представленных объектах ? - Имеются ли в представленных объектах следы наркотических средств, если да, то каких именно ?

Кроме того, в подобном случаи может потребоваться назначение тра- сологической экспертизы, а также сравнение клеящих веществ и бумаги этикетки с клеящими веществами и бумагой стандартной для данного пре-;
:; парата этикетки. Рекомендуются также следующие вопросы: - Имеются ли! 1 на представленных объектах следы вскрытия или перепайки ?; - Идентич-“ Я ным ли способом наклеены этикетки на изъятые объекты и объекты, представленные для сравнения ?; - Идентичны ли бумага этикетки и клеящее вещество на изъятых объектах и объектах, представленных для сравнения?;

  1. Обнаружены стандартные упаковки наркотических средств, однако сами наркотические средства в них отсутствуют. В этом случае при назначении химической экспертизы необходимо выяснить содержат ли изъятые объекты следы наркотических средств ?;
  2. Обнаруженное наркотическое средство не имеет стандартной упаковки, однако имеется информация о том, что оно было произведено и хранилось легально.
  3. Поскольку легально производящиеся наркотические средства должны соответствовать по составу и свойствам стандартным требованиям, опи- санным в документации по их изготовлению, в данном случае требуется

-126-

назначение сравнительной химической экспертизы, для чего необходимо представить эксперту соответствующие образцы сравнения. Однако, проблема сравнительного исследования многих наркотических средств не достаточно разработана в экспертной практике, в связи с чем вопрос проведения сравнительной химической экспертизы наркотических средств промышленного или лабораторного изготовления в каждом конкретном случаи в настоящее время решается индивидуально100.

Традиционные криминалистические экспертизы - дактилоскопическая, трасологическая, баллистическая, экспертиза документов и другие назначаются как и при расследовании других категорий уголовных дел.

Особо следует подчеркнуть, что экспертизы наркотических средств нередко являются комплексными. В раде случаев дознаватель не может точно установить какие виды исследований необходимо провести для ответа на поставленные им вопросы.

В соответствии с требованиями при производстве дознания уголовных дел о наркотических средствах всегда назначается экспертиза наркоти- ческих средств. В то же время представляется необоснованным отказ дознавателя от назначения по объектам, в которые упакованы наркотические средства трасологической экспертизы. Так, при изъятии у двух разных лиц упаковок, содержащих наркотическое средство, лицо производящее дознание, назначило сравнительную экспертизу по содержащимся в упаковках наркотикам. Из тактических соображений не было учтено, что проведение такой экспертизы требует длительного времени, и не всегда приводит к категоричным выводам или не может быть осуществлено ввиду отсутствия

100См.: Кузьминых К.С. Тактика подготовки и назначения экспертиз при рассле- довании уголовных дел о незаконных операциях с наркотическими средствами / Под ред. B.C. Бурдановой, В.Ю. Владимирова, В.Ф. Федорова СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, Экспертно-криминалистическое управление ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области, 1997, - 27 с.

-127-необходимой для исследования аппаратурной базы и разработанных методик. Был упущен из внимания тот факт, что по делу изъяты не просто наркотические средства, а целостные объекты - упаковки. Результаты сравнительного исследования материала этих упаковок и способа упаковки может дать не менее важную информацию, чем установление общей групповой принадлежности находящегося в них наркотического средства.

Наркологическая экспертиза. Кроме криминалистической экспертизы, позволяющей установить наркотические средства, их следы, а также ве- щества, материалы, оборудования и записи, использованные для изготов- ления наркотиков, проводится также наркологическая экспертиза. Наркологическая экспертиза производится независимо от наркологического освидетельствования.

Лицу производящему дознание из тактических соображений рекомен- дуется поставить следующие решаемые вопросы: - Не находилось ли лицо в состоянии наркотического опьянения или абстиненции?; - Какое наркотическое средство употребляло представленное на экспертизу лицо?; - Является ли представленное лицо наркоманом, каким видом наркомании страдает?; - Отдавало ли отчет своим действиям лицо в момент совершения преступления?; - Нуждается ли лицо в принудительном лечении?; - Имеются ли противопоказания для принудительного лечения?; - Находился ли подозреваемый на момент употребления наркотических средств в состоянии алкогольного опьянения, если да, то какова стадия алкогольного опьянения.?

На практике встречаются следующие категории экспертных исследо- ваний, связанных с наркотическими средствами: - криминалистическая экспертиза наркотических средств, осуществляемая в целях установления родовой, групповой принадлежности или индивидуальной идентификации объектов (производится экспертно- криминалистическими подразделениями МВД, ФСБ, МЮ); - криминалистическая экспертиза материалов, веществ и

-128-

оборудования, используемых для изготовления наркотических средств (производится экспертно-криминалистическими подразделениями МВД, ФСБ, МЮ); - судебно-химическая экспертиза наркотических средств, осу- ществляемая в целях установления связи между объектом исследования и отравлением или смертью лица (производится экспертами судебно- медицинской службы); - судебно-химическая экспертиза биологических объектов, осуществляемая в целях установления факта употребления нар- котических средств производится экспертами судебно-медицинской службы и в ряде случаев (установление употребления лицом марихуаны, гашиша, кокаина, наркотиков, содержащих морфин и кодеин) - экспертами эксперт-но-криминалистических подразделений МВД и ФСБ).

Криминалистическая экспертиза наркотических средств, осу ществляемая в целях установления родовой принадлежности объектов яв ляется самой распространенной категорией экспертиз, производимых при
ц производстве дознания о расследовании уголовных дел, связанных с нар- J котиками. . |

При проведении таких экспертиз устанавливается, содержит ли пред- ставленный объект наркотические средства, если да, то какие именно и в каком количестве. При производстве дознания о расследовании уголовных дел, связанных с обнаружением наркотических средств данная категория экспертиз назначается в обязательном порядке, так как факт обнаружения наркотика может быть установлен только на основании заключения экс- перта.

Данное обстоятельство связано с тем, что методики проведения кри- миналистических экспертиз по установлению родовой принадлежности наркотических средств должны позволить эксперту в категоричной форме решить два вопроса: - К какому наименованию, из приведенных в списке Постоянного комитета по контролю наркотиков, относится представленное вещество?; - Каково количество представленного вещества?

-129-

Так, 17 июня 1997 г. л Санкт-Петербурге у гр-на Т. были обнаружен и изъят сверток с растительностью зеленого цвета. По внешнему признаку данное вещество было похоже на марихуану. В результате исследования было установлено, что вещество содержит тетрагидроканнабинол - основной наркотический компонент марихуаны. Таким образом наркотическое средство является - марихуаной.^7

Особо следует сказать о ситуациях, когда на исследование поступает увлажненное наркотическое средство, а эксперт должен указать в заключе нии массу “чистого” наркотического вещества. В соответствии с методиче скими рекомендациями, утвержденными Постоянным комитетом по кон тролю наркотиков702, растительная масса считается высушенной, если со держание влаги в ней не превышает 15-20 %. В отдельных случаях при про ведении экспертизы необходимо высушивание представленного объекта до постоянной массы. I

i i

Из тактических соображений лицо производящее дознание должно 1| понимать, что могут определенные трудности в определении количества I наркотических средств, изготовленных путем механической и термической обработки наркотикосодержащего растительного сырья, поступающих на исследование в смеси с другими компонентами. Наиболее типичным при- мером является смесь марихуаны с табаком. Разделить такую смесь, как правило, не представляется возможным ввиду соразмерности частиц мари- хуаны и табака. В этих случаях рекомендуется устанавливать количествен- ное содержание в смеси тетрагидроканнабинола - основного наркотическо- го компонента марихуаны7^,что представляется невполне обоснованным

101См.: УВД Приморского района СПб. Уголовное дело № 672932.

102 См.: Сорокин В.И., Савенко В.Г., Семкин Е.П., Воронков Ю.М., Зеленецкий B.C., Пучкова Т.М. Определение вида наркотических средств, получаемых из конопли и мака /Под ред. Э.А. Бабаяна. М.: ЭКЦ МВД РФ, РФЦСЭ МЮ РФ, 1995.

103 См.: Сорокин В.И., Савенко В.Г., Семкин Е.П., Воронков Ю.М., Зеленецкий

-130-

по мнению некоторых авторов104-

2 сентября 1996 г. в 10 часов 30 минут у здания лицея “Сервис” (пр. Луначарского, д.66/1 в Санкт-Петербурге) у гр-на А. было изъято три бу- мажных пакета, содержащие 1.1 г, 4.4 г и 4.9 г сухого измельченного растительного вещества зелено-коричневого цвета705- В результате проведения экспертного исследования данных объектов было установлено, что данные вещества являются смесью наркотического средства марихуаны с растительным веществом, не содержащим наркотических компонентов7^, содержание тетрагидроканнабинола в веществах, находящихся в трех бумажных пакетах составляет 0.010 г, 0.033 г и 0.037 т107- В связи с введением в действие Перечня крупных и особо крупных размеров количеств наркотических средств и психотропных веществ, обнаруживаемых в незаконном хранении или обороте, утвержденном на заседании Постоянного комитета по контролю наркотиков 17 декабря 1996 г. (Протокол № 53/9-96), с 1997 г. такой вывод заключения эксперта уже нельзя считать удовлетворительным, прежде всего в тех случаях, когда на исследование поступает малое количество смеси (менее 0.1 г). В соответствии с указанным Перечнем, крупным размером является количество марихуаны от 0.1 г до 500.0 г, для тетрагидроканнабинола нижний предел крупных размеров не установлен, т. е. в качестве крупного размера может рассматриваться любое минимальное коли-

В.С., Пучкова Т.М. Определение вида наркотических средств, получаемых из конопли и мака /Под ред. Э.А. Бабаяна. М.: ЭКЦ МВД РФ, РФЦСЭ МЮ РФ, 1995.

104 См.: Кузьминых К.С. Криминалистические проблемы измерения и проведения экспертиз наркотических средств. Канд. дисс. СПб. 1997. - 190 с.

105 См.: УВД Выборгского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 468158.

106 Идентификация вещества, не содержащего наркотических компонентов (обычно является частицами табака) в экспертизах наркотических средств, как правило, не проводится, если следователем не поставлен соответствующий вопрос.

107 См.: Заключение эксперта № 7114 от 22 сентября 1996 г.- отдел по исследова нию наркотических средств ЭКУ ГУВД СПб. и ЛО.

-131-

чество данного вещества, в связи с чем, если проводить исследование, на- пример, 0.08 г марихуаны в смеси с табаком, определяя содержание в смеси тетрагидроканнабинола, это приведет не только к неверному определению количества наркотического средства, но и, весьма вероятно, к принятию органом дознания ошибочного решения о возбуждении уголовного дела. Необходимо отметить, что с введением в действие в 1997 г. нового уголов- ного законодательства, данный вопрос приобретает все большую актуаль- ность: анализ поступивших на предварительное исследование в ЭКУ ГУВД 680 заданий на исследование наркотических средств за период с 17 марта 1997 г. по 26 марта 1997 г. показал, что доля малых количеств изъятых нар- котических средств (за малые количества были приняты количества нарко- тических средств, определявшиеся до 1997 г. как небольшие размеры) со- ставила 60 %ш- В связи этим, с 1997 г., как показал анализ заключений экс-
i пертов отдела по исследованию наркотических средств ЭКУ ГУВД Санкт- ц| Петербурга и Ленинградской области709- эксперты не определяют количЫЯ! ственное содержание наркотического компонента в растительной массе1|| (например, тетрагидроканнабинола в смеси марихуаны с табаком), а, в тех случаях, когда разделить смесь не представляется возможным, указывают примерное количество наркотического средства в смеси.

При исследовании наркотиков, представляющих собой чистые химические вещества (либо в смеси с наполнителями): морфин, кодеин, героин, кокаин, фенциклидин, фенадон, фенамин, метамфетамин (первитин) и другие, оценка количества наркотического средства производится обычно на основе результатов количественного определения содержания в веществе

108 См.: Справки эксперта №№ 31569 - 32395 17.03.97 г. - 27.03.97 г. (4-й отдел ЭКУ ГУВД СПб. И ЛО); справки эксперта №№ 303-341 (ЭКО Калининского РУВД); справки эксперта №№ 250-329 (ЭКО Невского РУВД).

109 См.: Заключения эксперта №№ 37001-39000 5.01.97 г. - 30.03.97 г.- отдел по ис следованию наркотических средств ЭКУ ГУВД СПб. и ЛО.

-132-

чистого наркотического средства. Исключение составляют героин и кокаин, для которых в Перечне небольших, крупных и особо крупных размеров количеств наркотических средств и психотропных веществ, обнаружи- ваемых в незаконном хранении или обороте дана уточняющая формули- ровка - независимо от наличия сопутствующих веществ.

Так, 14 августа 1997 г. В Санкт-Петербурге сотрудниками милиции у гр-на К., был изъят сверток из фольгированной бумаги, содержащий белое порошкообразное вещество общей массой 0.035 г//А При проведении экс- пертизы было установлено, что изъятое у гр-на К. вещество содержит 0.027 г наркотического средства - фенолин777.

Основной проблемой при определении количества синтетических наркотических средств в ряде случаев является невозможность установить точное количество чистого наркотического средства. В настоящее время насчитывается очень большое количество синтетических наркотических средств, далеко не для всех из них имеются утвержденные Постоянным ко- ,111 митетом по контролю наркотиков методики исследования, вследствие чего * I в ряде случаев эксперты проводят исследования, операясь только на собственные познания в аналитической химии, делая при этом определенные допущения, наиболее распространенным из которых является принятие коэффициента чувствительности прибора к исследуемому веществу по отношению к стандарту за единицу, в то время как истинные коэффициент чувствительности может быть иным, что неизбежно приводит к ошибочной оценке количества наркотического средства. Кроме того, даже при наличии утвержденной методики исследования тех или иных объектов с использованием приборных методов анализа результаты, полученные в разных лабо-

110 См.: УВД Центрального района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 360858.

111 См.: Заключение эксперта № 42200 от 27 сентября 1997 г. - отделение химиче ских исследований ЭКУ ГУВД СПб. и Л О.

-133–

раториях могут различаться между собой. Данный факт обусловлен не недобросовестным проведением исследований, а вкладом в результаты исследования совокупности неизбежных ошибок и неточностей, которые при проведении исследования по одной и той же схеме в различных лабораториях могут быть выражены в разной степени112. Такое положение нельзя признать нормальным, поскольку оно затрагивает интересы граждан.

При определении количества всех наркотических средств (размеры которых установлены в граммах), лицу производящему дознание из тактических соображений (в аспекте соблюдения прав подозреваемого (обвиняемого) рекомендуется требовать чтобы эксперт указал наименование и марку весоизмерительного прибора в заключении. Причем последний должен регулярно проходить проверку. Данное обстоятельство имеет особенно большое значение в связи с тем, что масса вещества, указываемая в справке эксперта и в заключении эксперта в ряде случаев не одинакова. На практике данную проблему дознаватели решают путем проведения допроса эксперта или специалиста, в ходе которого последний дает пояснения о причинах расхождения массы, указанной при проведении предварительного исследования и при производстве экспертизы.

При решении неидентификационных вопросов (могли ли быть ис- пользованы представленные вещества для изготовления наркотических средств; возможно ли изготовления наркотического средства по представленной методике; каким способом могло быть изготовлено наркотическое средство, сколько наркотического средства может помещаться в представленную емкость и т.д.) экспертами, как правило, не проводится какое либо исследование. В связи с этим постановка данных вопросов в постановлении о назначении экспертизы не всегда бывает оправданной. В большинстве случаев данные вопросы могут быть решены в результате получения дозна-

ем.: Кузьминых К.С. Указ. работ.

-134-

вателем (следователем) справочной информации, проведения следственного эксперимента и т.д.

Изложенные экспертные исследования показывают, что защита прав граждан требует, в том числе, совершенствования научных методов, приборов, с помощью которых применяются эти методы. Особенно, если это касается уголовного судопроизводства.

-135-Заключение

По проблемам, рассмотренным в настоящей работе, представляется возможным сформулировать следующие выводы и предложения.

  1. Движение России к гражданскому обществу и правовому госу дарству предполагает, кроме прочего, достаточное обеспечение прав чело века, не только в деятельности органа дознания, но и следствия в целом. Вплетаясь в ткань внутригосударственного права, “права человека” транс формируются в понятии “права и свободы человека и гражданина”. Это означает признание прав человека в полном объеме, рассмотрение их в ка честве объекта государственной, в том числе судебной защиты. Норма тивное выражение прав и свобод гражданина должно соответствовать международным стандартам о правах человека.

Права человека, как особый феномен, существуют самостоятельно и действуют непосредственцо в качестве исходных постулатов в свободе личности, первичных по отношению к закону, позитивному праву. Они образуют систему обязательных, необходимых условий, при которых только и возможно нормальное и достойное бытие человека. Их реализация достигается как с помощью юридических механизмов, так и непосредственно -через мораль, обычаи, религиозные постулаты и т.д.

  1. Для того, чтобы человек мог воспользоваться своими правами (тем более, если он не искушен в тонкостях юриспруденции), ему необходимо знать, что законодатель предоставил ему такие права, дал возможность понять их смысл, разъяснить содержание и правовые последствия.
  2. Значение прав и свобод человека и гражданина заключается также в том, что они определяют смысл, содержание и применение законов, дея- тельность законодательной и исполнительной власти (ст. 18 Конституции РФ). Именно в этом состоит суть новой методологии по сравнению с прежней, сердцевину которой составляло положение о безусловном приоритете публичного (государственного, классового) интереса над интересами лич-

-136-

ности.

Суд в необходимых случаях вправе поставить перед Конституционным Судом Российской Федерации вопрос о соответствии Конституции за- кона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле.

  1. Право, не подкрепленное свободой его реализации, оказывается урезанным, что не позволяет индивиду, человеку, гражданину в полной ме ре использовать его в своем противостоянии произволу власти. Человек должен быть независим в выборе правовых средств защиты.

Процессуальные права участвующих в деле лиц есть юридическое вы- ражение более широкого, естественного права каждого защищаться от любого произвольного посягательства, трансформация этого права в сфере уголовного судопроизводства. Закон преобразует данное право человека, придает ему юридические (процессуальные) формы и устанавливает процедуру его реализации. Процессуальные права представляются, таким образом, средством реализации прав человека в уголовном процессе.

В соответствии с Конституцией права человека являются непосред- ственно действующими при производстве дознания и обеспечиваются правосудием. Суд, рассмотрев жалобу гражданина о незаконности действия или решения лица производящего дознание либо следователя и констатировав нарушение прав человека, должен принять удовлетворяющее его решение и при отсутствии в УПК норм, регламентирующих порядок судебной проверки законности соответствующих процессуальных действий и решений.

  1. Не права человека должны подгоняться под нужды производства дознания и судопроизводства в целом, а, наоборот, уголовный процесс, его задачи, система, структура, формы и методы, процессуальный статус его участников должны максимально сообразоваться с правами человека. Это относится и к тактическим приемам, рекомендациям, тактическим опера циям и комбинациям.

-137-

Данное концептуальное положение представляется ключевым для решения проблемы прав человека в уголовном процессе. Только ориентированный на максимальное обеспечение прав и свобод человека уголовный процесс и криминалистика способны успешно решать другие свои изначальные и непосредственные задачи: раскрытие преступления и справедливое наказание лица, его совершившего.

  1. Доказывание при производство дознания осуществляется не только на основе правил, указанных в законе, но и с соблюдением тактических ре- комендаций, нравственных требований (т. е. общечеловеческих правил по- ведения, определяемых нормами морали, сложившимися на протяжении всей истории человеческой цивилизации и отражающими непреходящие, извечные идеалы человека).

Этика уголовно-процессуального доказывания - область научных знаний о применении норм, принципов и требований нравственности в: я

ijj#ffij..Sil

процессе собирания, проверки и оценки доказательств по уголовному делу - ;t у способствует оптимизации, повышению эффективности и культуры рассле* “ дования уголовных дел, позволяет сориентировать правосознание должностных лиц, осуществляющих уголовно-процессуальное доказывание, на системы моральных ценностей и идеалов, определить нравственные приоритеты. Она также оказывает непосредственное воздействие на формирование позитивных профессиональных качеств и установок у дознавателя, следователя и прокурора.

’ 7. Основными нравственными категориями, охраняемыми в процессе дознания, как и судопроизводства в целом, являются: честь и достоинство личности, частная жизнь, личная и семейная тайны. В соответствии с со- держанием каждого из указанных понятий определяются специфические средства их правовой защиты в уголовном процессе и тактические приемы. * 8. Существенную нравственную нагрузку несут нормы уголовно- процессуального права, охраняющие и защищающие честь и достоинство

к

-138-

участников уголовного процесса, под которыми понимается: нравственная оценка личности со стороны общества, общественное мнение о человеке, его репутация, реноме, престиж и объективно существующая совокупность положительных нравственных качеств личности и их самооценка (чувство личного достоинства).

Основной комплекс вопросов защиты чести при осуществлении дока- зывания при производстве дознания по уголовному делу, связан с подозрением и обвинением в преступлении, а также с применением на этом основании мер уголовно-процессуального принуждения, иначе говоря, с уголовным преследованием и категориями виновности и невиновности. Этот комплекс относится как к подозреваемому, так и к обвиняемому.

Уголовное преследование неизбежно подрывает положительную ре- путацию человека и гражданина, бесчестит его. Если такое бесчестье постигает виновного, оно правомерно. Если же обесчещен невиновный, то налицо явление, которое обладает всеми признаками понятия морального ущерба (объективно существующий, неправомерно причиненный минус, дефект личного морального блага). Этот ущерб может быть возмещен на основании восстановительных правоотношений путем опровержения оказавшихся не соответствующими действительности сведений о виновности данного лица в совершении преступления. Такое восстановление не исключает и другой - компенсационной формы возмещения, т. е. выплаты определенной денежной суммы за страдания и переживания по поводу бесчестья, стыд и позор, который сопровождает это бесчестье.

Существенно иным является правовой механизм защиты достоинства участников уголовного судопроизводства. Во-первых, унижение человеческого достоинства автоматически не проистекает из самого факта уголовного преследования. Такое унижение - это всегда результат незаконного, пренебрежительного отношения должностного лица, ведущего уголовное дело, к участникам уголовного процесса. Во-вторых, унижение замыкается

-139-

в нравственно-психологической сфере человека, подвергнутого этому унижению, оно не объективизировано и не образует понятия морального ущерба. Поэтому правовая защита достоинства не может решаться на основе восстановительных правоотношений; здесь пригодны лишь превентивные, а также компенсационные средства и, разумеется, меры ответственности должностных лиц за действия, унижающие человеческое достоинство.

  1. Большая область нравственных отношений, подвергаемых воздей ствию в связи с применением мер уголовно-процессуального принуждения (обыск, наложение ареста и выемка почтово-телеграфной корреспонден ции, освидетельствование, допросы свидетелей и потерпевших и очные ставки с участием этих субъектов, собирание образцов для сравнительного исследования и др.), связана с этическими категориями “частная жизнь”, “личная и семейная тайны”.

Эта сфера наиболее деликатных и уязвимых отношений, основанных на человеческом естестве и непосредственно связанных со свободой лич- ности, не может быть защищена на основе восстановительных правоотношений; основным средством такой защиты может служить лишь законодательная детализация процедуры применения уголовно- процессуального принуждения, связанного с вторжением в частную жизнь, личную и семейную тайны, и максимальные ограничения произвола властей в этом деле. Сказанное не исключает, возможности таких законодательных решений, при которых неправомерное вмешательство в частную жизнь, личную и семейную тайны порождало бы компенсационные имущественные правоотношения, т. е. предусматривалась бы денежная компенсация морального ущерба в его обыденном понимании (стыд, позор, душевная травма, обида).

  1. Применение уголовно-процессуального принуждения в доказыва нии порождает важную нравственно-теоретическую и
    тактико-

-140-

практическую проблему об основаниях и пределах такого принуждения, о шкале нравственных ценностей, которые как бы приносятся в жертву целям уголовного судопроизводства, о том, насколько тактические приемы, про- цессуальное принуждение отвечает нравственному смыслу достижения це- лей уголовного процесса и выдержано ли с точки зрения общечеловеческих представлений о справедливости.

  1. Что касается соотношения ОРД с нравственными нормами и так- тическими приемами, с правами и свободами человека, то по нашему мне- нию положения закона об ОРД ограничивающие права граждан, допустимы в условиях активной борьбы с преступностью, но работникам правоох- ранительных органов должны постоянно придерживаться правила: “не раз- глашать” и не “оглашать” сведения относящихся к личной жизни человека. Сведения, ставших известных правоохранительным органам в связи их дея- тельности. Это относится и к правилам криминалистической тактики. - *;
  2. Практические работники должны иметь четкое представление не Ц только о том, каким образом результаты оперативно-розыскной деятель- ;; ности могут войти при производстве дознания и при каких условиях их можно использовать в качестве основы для формирования доказательств в процессе доказывания, но и иметь в виду последствия такого использова- ния. Это поможет им не упустить еще в ходе осуществления оперативно- розыскной деятельности именно те обстоятельства и факты, которые при- обретут существенное значение в использовании результатов оперативно- розыскной деятельности при производстве дознания, в тактике производ- ства следственных действий.

-141-СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАНОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Действующие законодательные и подзаконные нормативные акты Российской Федерации

  1. Конституция Российской Федерации России. М.: Юрид. лит., 1993.- 64 с.
  2. Закон Российской Федерации от 11 марта 1992 г. “О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 888..
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (с постатейными материала- ми). М.: Юрид. лит., 1995. - 512 с.
  4. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, (с изменениями и дополне- ниями на 26 декабря 1996 г.) М.: Спарк , 1995. - 200 с.
  5. Уголовный кодекс Российской Федерации с официальными постатейными комментариями. Т. I. СПб.: Северо-Запад, 1994. - 510 с.
  6. Уголовный кодекс Российской Федерации с официальными постатейными комментариями. Т. II. СПб.: Северо-Запад , 1994. - 524 с.
  7. Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст. М.: ИНФРА М-Норма, 1996. -‘ 186 с.
  8. Уголовный кодекс Российской Федерации. М.: “Ось - 89”, 1996. - 176 с. (вводится в действие с 1 января 1997 г.)
  9. Кодекс об административных правонарушениях. М.: Спарк, 1995.- 183 с. 10.0 судоустройстве РСФСР. Закон РСФСР от 8 июля 1981 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. № 28. Ст. 976.
  10. 11.0 милиции. Закон РСФСР от 18 апреля 1991 г. // Ведомости Съезда на- родных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 18. Ст. 503.

12.0 прокуратуре Российской Федерации. Закон Российской Федерации от 17 января 1992 года // Ведомости Съезда народных депутатов Российской

-142-

Федерации. 1992. № 8. Ст. 366.

  1. Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации. Закон Российской Федерации от 13 марта 1992 г. // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 892:
  2. Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации. Закон Российской Федерации от 12 августа 1995 г. // Сборник законодательства Российской Федерации. 1995. № 29. 2759.
  3. 15.0 Конституционном Суде Российской Федерации. Федеральный кон- ституционный Закон Российской Федерации от 21 июля 1994 г. // Сборник законодательства Российской Федерации. 1994. № 13. Ст. 1447.
  4. Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федера- ции. Федеральный закон Российской Федерации от 3 апреля 1995 г. // Со- брание законодательства Российской Федерации. 1994. № 15. Ст. 1269. ‘
  5. Постановление Правительства Российской Федерации от 8 февраля 1996 г. № 116 “ О внесений изменений и дополнений в Правила оборота служебного и гражданского оружия и боеприпасов к нему в Российской Федерации, утвержденные Постановлением Совета Министров - Правительством Российской Федерации от 2 декабря 1993 г. № 1256 “ О мерах по реализации Закона Российской Федерации “ Об оружии”. // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. № 7. Ст. 683.

  6. Распоряжение Правительства Российской Федерации от 3 августа 1996 г. № 1207 // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. №. Ст. 4014.
  7. Российская милиция. Здконы, Указы, Постановления, положения по состоянию на 20 марта 1996 г. Ростов-на-Дону.: Молот, 1996. - 180 с.
  8. Соглашение между Правительством Российской Федерации и Прави- тельством Соединенных Штатов Америки о сотрудничестве по уголовно- правовым вопросам. М.: Главный штаб МВД РФ, 1996. - 7 с.

-143-

  1. Таможенный кодекс Российской Федерации // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1993. №31. Ст. 1224.
  2. Федеральный закон “О внешней разведке” // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 3. Ст. 143.
  3. Материалы следственной, экспертной и судебной практики, ведом- ственные документы правоохранительных органов

23.0 результатах работы следственного аппарата органов внутренних дел в 1995 г. М.: Следственный комитет МВД РФ, 1996.- 18 с. (Документ № 17/1-779 от 20.02. 96 г.).

  1. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 29 апреля 1996 г. “Российская газета” 22 мая 1996 года
  2. Постановление № 5 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от июня 1996 г. “О судебной практике по делам о хищений и незаконном обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. // Российская газета 1996. 15 августа. С. 6.
  3. Сборник законодательных актов и нормативных документов по лицен-зионно-разрешительной работе органов внутренних дел Российской Федерации. Ижевск.: МВД РФ, 1994. - 163 с.
  4. Наиболее характерные уголовные дела:

  5. УВД Калининского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 109120.
  6. УВД Калининского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 297675.
  7. УВД Калининского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 299024.
  8. УВД Калининского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 300476.
  9. УВД Калининского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 682255.
  10. УВД Красносельского района Санкт-Петербурга. Уголовное дело № 33166.
  11. Постановления о назначении почерководческой экспертизы и эксперти зы, связанной с наркотическими средствами и заключения экспертов ЭКУ

-144-

ГУВД СПб и ЛО.

  1. Приказ Генерального прокурора Российской Федерации от мая 1993 года № 15 “Об организации надзора за исполнением Законов Российской Федерации” // Сборник приказов и указаний Генерального прокурора Российской Федерации. Выпуск № 2. М.: Генеральная прокуратура Российской Федерации, 1993. С. 29-41.
  2. Приказ МВД России от 31 августа 1993 г. № 400 “О формировании и ведении централизованных оперативно-справочных, розыскных, криминалистических учетов, экспертно-криминалистических коллекций и картотек органов внутренних дел Российской Федерации.”
  3. Экспертно-криминалистическое управление ГУВД Санкт-Петербурга и Санкт-Петербургская НИЛСЭ. МЮ Российской Федерации. Документ № 5/1-955 от 19. 04. 96 г.
  4. Прокуратура г. Ленинграда, ГУВД Леноблгорисполкомов. Методиче- ские рекомендации по взаимодействию работников органов дознания и следователей прокуратуры, при выезде на места происшествий по сообщениям об обнаружении трупов с признаками насилия, со специалистами-криминалистами ЭТО СКМ ГУВД Леноблгорисполкомов. Документ № 1/146 от 3. 06. 91г.
  5. Главное управление внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Документ № 5/1-1388 от 13 июня 1996 г.
  6. Северо-Западное управление внутренних дел на транспорте МВД РФ. Документ № 94/11-1258 от 30 мая 1996 г.
  7. Юридическая и специальная литература

Учебники, монографии, методические пособия, авторефераты

  1. Алексеев Н.С. Закон и коммунистическая нравственность. (Право, мораль и правосудие). М.: Московский рабочий, 1995. -126 с.
  2. Алексеев С.С. Государство и право. Начальный курс. М.: Юрид. лит.,

-145-

1994.- 192 с.

  1. Алексеев С.С. Структура советского прав. М.: Юрид. лит., 1975. - 264 с.
  2. Андреев В.В., Бабаханян Р.В., Владимиров В.Ю, Катков И.Д. Газовое оружие самообороны (криминалистические и судебно-методические аспекты): Учебно-методическое пособие. / Под ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1996. - 55 с.
  3. Антонян Ю.М., Еникеев М.И., Эминов В.Е. Психология преступника и расследования преступлений. М., 1996. -130 с.
  4. Алексеев С.С. Теория права. М.: БЕК, 1993. - 224 с.
  5. Бабаев В.К. Советское право как логическая система: Учебное пособие. М.: Академия МВД СССР, 1978. - 212 с.
  6. Балашков Н.Н. Взаимодействие следователей и органов дознания при расследовании преступлений. М.: Юрид. лит., 1979. - 112 с.
  7. Басков В.И. Прокурорский надзор: Учебник для вузов. М.: БЕК, 1995. -546 с.
  8. Басков В.И. Прокурорский надзор в СССР. М.: Изд-во МГУ, 1991.- 304с.
  9. Баев О.Я. Тактика следственных действий. Воронеж: Изд-во ВГУ, 1995 . - 204 с.
  10. Бахрах Д.Н. Административное право: Учебник. Часть общая. М.: БЕК, 1993.-302 с.
  11. Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М.: Юрид. лит., 1991. - 208 с.
  12. Белкин Р.С. Эксперимент в следственной, судебной и экспертной практике. М.: Юрид. лит., 1964. - 223 с.
  13. Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М.: Наука, 1966. - 295с.
  14. Белкин Р.С, Винберг А.И. Криминалистика и доказывание (методологические проблемы). М.: Юрид. лит., 1969. - 216 с.
  15. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Об-

-146-

щая и частная теории. М.: Юрид. лит., 1987. - 272 с.

  1. Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. Волгоград: ВСШ МВД РФ, 1993. - 200 с.
  2. Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. Волгоград: Изд-во ВСШ МВД РФ. 1993.
  3. Белкин Р.С. Следственная тактика. 1997.
  4. Белозеров Ю.Н., Марфицин П.Г. Обеспечение прав и законных интересов личности в стадии возбуждения уголовного дела. Учебное пособие. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ, 1994. -76 с.
  5. Божьев В.П. Уголовно-процессуальные правонарушения. М.: Юрид. лит., 1975. - 176 с.
  6. Большая Советская Энциклопедия // Гл. ред. A.M. Прохоров Т. 18. М.: Сов. энциклопедия, 1974. - 632 с.
  7. Будников В.Л. Обжалование действий и решений следователя. Волго- град: ВСШ МВД СССР, 1990. - 64 с.
  8. Бурданова B.C., Быков В.М. Виктимологические аспекты криминали-: стики: Учебное пособие. Ташкент: НИ и РИО ТВШ МВД СССР, 1981. -79 с.
  9. Бурданова B.C. Криминалистическое обеспечение всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела. СПб.: ИПК ПСР Генпрокуратуры РФ, 1994. - 68 с.
  10. Бушуев Е.С., Бабахаян Р.В. Определение капсаицина растительного происхождения в вещественных доказательствах. (Методические рекомендации). СПб.: СМЭС, 1994. - 4 с.
  11. Бушуев Е.С., Бабахаян Р.В., Игнатьев Ю.А. Определение хлорацетофе- нона в вещественных доказательствах. (Методические рекомендации). СПб.: СМЭС, 1994. - 8 с.
  12. Быховский И.Е. Производство следственных действий (Ответы на во- просы следователей). Л.: Изд-во ИУСР, 1984. - 48 с.
  13. Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. № 1.

-147-

  1. Вандер МБ. Объективизация доказывания в уголовном процессе с применением научно-технических средств. СПб: ИПК ИСР Генпрокуратуры РФ, 1994. - 52 с.
  2. Вандышев В.В., Лиманский В.А. Протокольная форма досудебной подготовки материалов о преступлении: Учебное пособие. СПб.: СПб ВШ МВД России, 1993. - 78 с.
  3. Васильев А.Н. Следственная тактика. М.: Юрид. лит-ра, 1976. - 197 с.
  4. Васильев В.Л., Джандиери А.С., Рохлин В.И. Особенности расследования преступлений несовершеннолетних: Учебное пособие. Л.: Институт усовершенствования следственных работников Прокуратуры СССР, 1980. -82 с.
  5. Васильев А.Н. Тактика отдельных следственных действий. М.: Юрид. лит-ра, 1981.- 112 с.
  6. Величкин С.А. Общие положения следственной тактики. Криминали- стика. СПб.. 1995. С. 246 -250.
  7. Величкин С.А. Тактика организации расследования. Автореферат канд. дисс. Л., 1981.-20 с.
  8. Ведомости Съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1990. № 26. Ст. 495’.
  9. Ведомости Съезда народных депутатов Российской федерации и Вер- ховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 892; № 25, ст. 1389; №27, ст. 1560; № 33. Ст. 1912.
  10. Взаимодействие следователя и эксперта-криминалиста при производстве следственных действий: Учебное пособие / Под ред. И.Н. Кожевникова. М.: ЭКЦ МВД России, 1995. - 136 с.
  11. Владимиров В.Ю. Вопросы правоохранительных органов по раскрытию и расследованию серийных преступлений против личности и убийств по найму. Сборник материалов / Под ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1997. - 27 с.

-148-

  1. Возгрин И.А. Принципы методики расследования отдельных видов преступлений. Л.: ВПУ МВД СССР, 1977. - 80 с.
  2. Возгрин И.А. Взаимодействие следователя с работниками оперативных и иных служб органов внутренних дел // Криминалистика / Под ред. Ю.Г. Корухова и В.Г. Коломацкого. М.: Изд-во Академия МВД СССР, 1984. С. 369-372.
  3. Возгрин И.А. Общие положения криминалистической тактики. Л.: ВПУ МВД СССР, 1988. - 27 с.
  4. Возгрин И.А. Взаимодействие следователя с сотрудниками оперативных и иных служб ОВД при осуществлении розыска // Криминалистика / Под ред. B.C. Белкина, В.П. Лаврова, И.М. Лузгина. Изд-во Высш. юрид. заоч. шк. МВД СССР, 1988. Т. 2. С. 188-191.
  5. Возгрин И.А. Научные основы криминалистической методики рассле- дования преступлений. Часть I. СПб.: СПб юридического института МВД РФ, 1992.-100 с.
    • S6. Возгрин И.А. Научные основы криминалистической методики расследования преступлений. Часть 2. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1992. - 48 с.
  6. Возгрин И.А. Научные основы криминалистической методики рассле- дования преступлений. Часть 3. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1993. - 80 с.
  7. Возгрин И.А. Научные основы криминалистической методики рассле- дования преступлений. Часть 4. СПб.: юридический институт МВД России, 1993.-80 с.
  8. Волженкин Б.В., Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Квалификация, процессуальные особенности и методика расследования: Учебное пособие. Л.: Институт усовершенствования следственных работников Прокуратуры СССР, 1979.
    • 104 с.
  9. Волженкин Б.В. Вопросы квалификации краж, грабежей и разбоев, со-

-149-

вершенных с целью завладения имуществом граждан. Л.: ИУСР Прокура- туры СССР, 1981.-35 с.

  1. Вопросы теории криминалистики и экспертно-криминалистические проблемы: Сборник научных трудов. М: ВНИИ МВД СССР, 1990. - 88 с.
  2. Галкин Б.А. Советский Уголовно-процессуальный закон. М.: Госюриз- дат, 1962. - 256 с.
  3. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж: Изд-во Воронеж. Ун-та, 1978. - 298 с.
  4. Гранат Н.Л., Колесникова О.М., Тимофеев М.С. Толкование норм права в правоприминительной деятельности органов внутренних дел: Учебное пособие. М.: Академия МВД СССР, 1991. - 84 с.
  5. Глазырин Ф.В., Кругликов А.П. Следственный эксперимент. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1981. - 80 с.
  6. Гуляев А.П. Следователь в уголовном процессе. М.: Юрид. лит., 1981. - 192 с.
  7. Гуров А.И. Профессиональная преступность: прошлое и современность. М.: Юрид. лит., 1990. - 304 с.
  8. Гущев В.Е. Приостановление производства по уголовному делу. Н.Новгород: Нижегородская высшая школа МВД РФ, 1995. - 98 с.
  9. Даев В.Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. Л.: Изд-во Ле- нингр. Ун-та, 1982. - 112 с.
  10. Даев В.Г. Участники уголовного процесса / В кн.: Советский уголовный процесс. Л., 1989. С. 110-111.
  11. Демидов И.Ф. Проблема прав человека в Российском уголовном про- цессе. (Концептуальные положения). М.: 1995. - 96 с.
  12. Джафаркулиев М.А. Национальный язык и право. Ганджлик: 1990.-58с.
  13. Добровольская Т.Н. Принципы советского уголовного процесса. М.: Юрид. лит., 1971.- 199 с.

-150-

  1. Дробницкий О.Г. Понятие морали. Историко-критический очерк. М.: Наука, 1974. - 388 с.
  2. Дулов А.В., Нестеронко П.Д. Тактика следственных действий. Минск, Изд-воБГУ, 1979. - 171 с. .
  3. Закатов А.А. Психологические особенности тактики производства следственных действий с участием несовершеннолетних. Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1979.-96 с.
  4. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание: Учебное пособие. Ижевск, 1993. С. 141-142.
  5. Зусь Л.Б. Правовое регулирование в сфере уголовного судопроизвод- ства. Владивосток: 1984. С. 81-84.
  6. Карпец И.И. Преступность: Иллюзии и реальность. М.: Российское право, 1992.-432 с.
  7. Кваша Ю.Ф., Сурков К.В. Сущность, задачи, правовая основа и прин- ципы оперативно-розыскной деятельности: Лекция. ‘ СПб.: Санкт- Петербургский юридический институт МВД России, 1994. - 56 с.
  8. Козлихин И.Ю. Идея правового государства. История и современ- ность. СПб.: Изд-во СПб ГУ, 1993. - 152 с.
  9. Колдин В.Я. Идентификация при расследовании преступлений. М.: Юрид. лит., 1978. - 144 с.
  10. Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе. Т. 4. М.: 1967.
  11. Корнев Г.П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Н.Новгород: НВШ МВД, 1995. - 194 с.
  12. Коханов В.А., Сивачев А.В. Особенности расследования преступных действий с наркотическими средствами. М.: ВНИИ МВД СССР, 1989.- С. 32.
  13. Криминалистика / Под ред. И.Ф. Крылова. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976.-591 с.
  14. Криминалистика / Под ред. Р.С. Белкина. М.: Юрид. лит., 1986. - 544 с.
  15. Криминалистика. В 2 т. Т.2. Техника, тактика, организация и методика

-151-

расследования преступлений. Учебник для работников уголовного розыска. / Под ред. А.Г. Филиппова, А.А. Кузнецова. Омск: ОВШМ МВД РФ, 1993. - 558 с.

  1. Криминалистика. В 2 т. Т.2 Техника, тактика, организация и методика расследования преступлений: Учебник для вузов МВД России / Под ред. Б.П. Смагоринского. Волгоград: ВСШ МВД РФ, 1994. - 560 с.
  2. Криминалистика: Учебник для вузов / Под ред. И.Ф. Герасимова, Л.Я. Драпкина. М.: Высш. шк., 1994. - 528 с.
  3. Криминалистика / Под ред. В.А. Образцова. М.: Юрист, 1995. - 592 с.
  4. Крылов И.Ф. Быстрыкин А.И. Розыск, дознание, следствие. Л.: Изд- во ЛГУ, 1984. -217 с.
  5. Кузьмина С.С. Процессуальные проблемы расследования уголовных дел в отношении иностранцев в соответствии с международными догово- рами: Конспект лекции. СПб.: Институт повышения квалификации проку-рорско-следственных работников, 1994. - 19 с.
  6. Кукушкин В.М. Полицейская деонтология: Социология, анализ зару- бежных концепций / Ак. МВД. Россия. М.: 1994. - 140 с.
  7. Куцова Э.Ф. Участники процесса, их права и обязанности / В кн.: Советский уголовный процесс. М., 1975. С. 78.
  8. Курс советского уголовного процесса: Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И:И. Карпеца. М.: Юрид. лит., 1989. - 640 с.
  9. Лавров В.П. Предмет, история и методология криминалистики: Курс лекций по криминалистике для следственного факультета. М.: Юрид. ин-т МВД РФ, 1994.-49 с.
  10. Ларин A.M. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М.: Юрид. лит., 1986. - 160 с.
  11. Ларин A.M. Уголовный процесс: структура права и структура законодательства. М.: Наука, 1985. - 240 с.
  12. Лукашевич В.З. Установление уголовной ответственности в советском

-152-

уголовном процессе. Л.: Изд-во ЛГУ, 1985. - 192 с.

131.Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. М.:

Юрид.лит., 1981.-152 с.

  1. Любичев С.Г. Этические основы следственной тактики. М.: 1980.-145 с.
  2. Маркушин А.Г. Оперативно-розыскная деятельность - необходимость и законность. Нижний Новгород, 1995. С. 106.
  3. Международная защита прав и свобод человека. // Сборник документов. М.: Юрид. лит., 1990. - 672 с.
  4. Меретуков Г.М. Уголовно-правовые проблемы борьбы с наркобизне- сом. Ростов-на-Дону: Изд-во СКНЦ ВШ, 1994. -191 с. ГЗв^Мё^Зг^ткШ
    Г.М. Криминалистические проблемы борьбы с наркобизнесом организованных преступных групп. М.: Академия МВД РФ, Краснодарский юридический институт МВД РФ, 1995. С. 244.
  5. Москалькова Т.М. Этика уголовно-процессуального доказывания (стадия предварительного расследования). М.: Изд-во Спарк”, 1996. - 125 с.
    «;
  6. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному ко-
    u дексу РСФСР // Под общ. ред. В.М. Лебедева и под ред. В.П. Божьева. М., 1995.-250 с.
  7. Новик В.В. Криминалистические признаки личности виновного по делу о краже. Л.: ИУСР Прокуратуры СССР, 1987. - 16 с.
  8. Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. М.: Юрист, 1994. - 360 с.
  9. Организация и методика прокурорского надзора за соблюдением за- конности при проведении оперативно-розыскной деятельности: Методиче- ские рекомендации / Авт. - сост. В.И. Рохлин, А.Ф. Козусев, A.M. Дворян- ский. СПб.: Институт повышения квалификации прокуроско-следственных работников Генеральной прокуратуры Российской Федерации, 1994. - 30 с.
  10. Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуж- дение. М.: Изд-во “Наука”, 1985. - 200 с.

-153-

  1. Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М.: Изд-во “Наука”, 1989. - 256 с.
  2. Проблемы предварительного следствия и дознания: Сборник научных трудов. М: ВНИИ МВД РФ, 1994. - 104 с.
  3. Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. М., 1961.-130 с.
  4. Романов А. Г., Степанов Е. А. Участие иностранных граждан в рассле- довании уголовных дел. М, 1980. - 78 с.
  5. Российская газета. № 174. 1993. 9 сентября.
  6. Сальников В.П. Правовая культура сотрудников органов внутренних дел: Учебное пособие. Л.: ВПУ им. 60-летия ВЛКСМ МВД СССР, 1988.-48с.
  7. Следственные действия (процессуальная характеристика, тактические и психологические особенности): Учебное пособие // Под ред. Б.П. Смаго- ринского. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ, 1994. - 243 с. j
  8. Смыслов В.И. Свидетель в советском уголовном процессе. М.: 1973. - с. j
  9. Сорокин В.И., Савенко В.Г., Семкин Е.П., Воронков Ю.М., Зеленец- •’ кий B.C., Пучкова Т.М. “Определение вида наркотических средств, полу- чаемых из конопли и мака /Под ред. Э.А. Бабаяна. М.: ЭКЦ МВД РФ, РФЦСЭМЮРФ, 1995.
  10. Степанов В.Г., Шимановский В.В. Прекращение уголовного дела в стадии предварительного расследования: Учебное пособие. Л.: Институт усовершенствования следственных работников органов прокуратуры и МВД СССР, 1979.-60 с.
  11. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. T.l. M.: Наука, 1968.-470 с.
  12. Строгович М.С. Курд советского уголовного процесса. Т.2. М.: Наука,
    • 516 с.
  13. Судебная медицина: Учебник / Под ред. В.В. Томилина. М.: Юрид. лит.,
    • 350 с.

-154-

  1. Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель // Под ред. В. М. Савицкого. М., 1990. С.30,74.
  2. Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под ред. П.А. Лупинской. М.: Юристъ, 1995.-544 с.
  3. Философская энциклопедия. Т. 5. М.: 1970. - с.
  4. Шимановский В.В. Соблюдение законности при избрании мер пресечения на предварительном следствии: Конспект лекции. СПб.: Институт повышения квалификации прокуроско-следственных работников Прокуратуры Российской Федерации, 1992. - 48 с.
  5. Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса. Минск, 1970. - 120 с.
  6. Щерба СП., Зайцев О.А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. Пособие. М: Изд-во “Спарк”, 1996. - 123 с. 162.Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. Л.: Изд-во Ленингр. Ун-та, 1976. - 144 с.
  7. Якуб М.Л. Показания свидетелей и потерпевших. М, 1968. - 79 с.

Научные статьи

  1. Арапов М.В. Правило и исключение // Системные исследования: Ме- тодологические проблемы. Ежегодник 1984. М.: Наука, 1984. С. 351-368.
  2. Безлепкин Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Сов. государство и право. 1991. № 8. С. 100.
  3. Бойков А.Д., Демидов И. Концептуальные вопросы изменения законодательства об уголовном судопроизводстве / Соц. законность. 1990, № 1. С. 26.
  4. Бойков А.Д. В дебрях судебно-правовой реформы / Законность. 1993, № 3. С. 9.
  5. Бурданова B.C. Расследование преступлений о незаконных действиях с наркотическими средствами. Часть IV. Использование специальных познаний. СПб.: Инст. повышения квалификации прокурорско-следственных работников Ген. прокуратуры РФ, 1995. С. 10

-155-

  1. Быховский И.Е. Происхождение и развитие института следственных действий // Вопросы совершенствования предварительного следствия. Вып. Л.: Институт усовершенствования следственных работников Прокуратуры СССР, 1980. С. 172-182.
  2. Григорий Л.М. Допрос эксперта в суде // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 123-124.
  3. Гришин А.И. Использование материалов непроцессуальных исследований при производстве дознания и предварительного следствия // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследований преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 119-121.
  4. Демидов И.Ф. Допрос в системе уголовно-процессуального принуждения // Научные и практические проблемы уголовного судопроизводства в свете судебно-правовой реформы. Ижевск, 1989. - 87 с.
  5. Доля Б.А. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам // Советская юстиция.
  6. № 3. С. 6-7.
  7. Доля Е.А. Новая Конституция Российской Федерации и уголовно- процессуальная деятельность // Российская юстиция. 1994. № 4. С. 17-19.
  8. Дубинский А.Я. Свидетель на следствии и в суде // Основания и порядок реализации уголовной ответственности. Куйбышев, 1989.С. 104- 111.
  9. Ефимичев СП., Зинатуллин 3.3. Освидетельствование в практике следственных органов // Проблемы предварительного следствия. Волгоград, 1979. Вып. 9. С. 27.
  10. Зажицкий В.И., Башкатов Л. Следователь-свидетель? // Сов. юстиция. 1990, №6. С. 21-23.
  11. Зажицкий В.И. Связь оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса // Государство и право. 1995. № 6. С. 57-67.

-156-

  1. Кокорев Л.Д., Лукашевич В.З. Процессуальные гарантии прав и за- конных интересов личности в уголовном судопроизводстве // Вестник Ленинградского университета. 1977. № 11. С. 109-116.
  2. “Круглый стол”: Конституция Российской Федерации и совершенствование юридических механизмов защиты прав человека //Государство и право. 1994 г. №10. С. 18.
  3. 181.Ливщиц В., Прошкин Л. Процессуальный гуманизм и инквизиция / Соц. законность. 1990, № 1. С. 36-39.

  4. Лукашевич В.З., Шимановский В.В. О правомерности прекращения уголовного дела по нереабилитирующим лицо обстоятельствам на предварительном следствии // Вопросы совершенствования предварительного следствия / Под ред. С.К. Питерцева. Вып. 7. СПб.: Институт повышения квалификации прокуроско-следственных работников, 1991. С. 82-91.
  5. Лунев В.В. Тенденций преступности: Мировые, региональные, российские // Государство и право. 1993. № 5. С. 3-19.
  6. Марочкин Н.А. Некоторые вопросы алгоритмизации процесса расследования преступлений // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследования преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 18-22.
  7. Мещеряков Ю.В. Оценка допустимости свидетельских показаний в процессуальном праве (исторический аспект) // Проблемы доказывания по уголовным делам. Красноярск: 1988. С. 30-31.
  8. Павлов Н. Осторожно, вас подслушивают // Человек и закон. 1994. №
  9. С. 35-36.
  10. Пантелеев В. О порядке допроса обвиняемого в связи с выделением дела // Сов. юстиция. 1970, № 18. С. 11.
  11. Петрухин И.Л. Личный обыск и охрана прав граждан. // Социалисти- ческая законность. 1984. № 6. С. 39.
  12. Петрунев В.П., Котов И.А., Корнеева Л.С. О признании некоторых

-157-

оперативных данных в результате применения НТС в качестве доказа- тельств по зарубежному и советскому законодательству // Проблемы пред- варительного следствия и дознания. Сборник научных трудов. М.: 1991. С. 35-45.

  1. Пороховщиков П.С. Допрос судебного следователя в качестве свиде- теля о сознании обвиняемого // Журнал министерства юстиции. 1991, № 1. С. 167-179.
  2. Разгильдиев Б.Т., Николайченко В.В. Проблемы назначения Эксперти- зы // Использование достижений науки и техники в предупреждении, рас- крытии и расследовании преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 121-122.
  3. Родин А.Ф. Об обеспечении законности вызова и допроса свидетелей на предварительном следствии // Укрепление законности предварительного расследования в условиях перестройки. Волгоград, 1990. С. 120.
  4. Российская Е.Р. Общеэкспертные методы исследования вещественных;;” доказательств и проблемы совершенствования их использования и препо- •» давания // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. (II секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 7-11. •
  5. Савицкий В. Закон нужно совершенствовать, но не ухудшать / Соц. за- конность. 1990, № 1. С. 29-31.
  6. Слабуха А. Приглашается в качестве понятого. // Человек и закон. 1973. №5. С. 67
  7. Фирсов Е.П. Алгоритм взаимодействия следователя со специалистом- криминалистом в процессе подготовки и проведения проверки показаний на месте // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, С. 22-26.
  8. Центров Е.Е. Криминалистическое исследование связи “преступник-

-158-

жертва” // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 74-78.

  1. Шейфер С.А. Доказательственные аспекты Закона об оперативно- розыскной деятельности // Государство и право. 1994. № 1. С. 94-100.
  2. Щеглов М.Е. Эффективность взаимодействия следователя и эксперта при назначении экспертиз // Использование Достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 31-35.
  3. Юрин В.М. Оптимизация предварительной проверки заявлений и сообщений // Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений. (I секция). Саратов.: СВШ МВД РФ, 1994. С. 42-45.
  4. Диссертации и авторефераты

  5. Абдулаев Н. А. Принцип национального языка судопроизводства по делу в советском уголовном процессе: Дис… канд. юрид. наук. Душанбе, 1970.
  6. Аширбекова М. Т. Принцип национального языка уголовного судо- производства: Дис… канд. юрид. наук. Саратов, 1972.
  7. Быков А.Г. Первоначальный этап расследования вымогательства, со- вершенного группами лиц. Дис. … канд. юрид. наук. М.: Юрид. институт МВД РФ, 1994.- 185 с.
  8. Быховский И.Е. Процессуальные и тактические вопросы системы следственных действий. Автореферат дис. … д-ра юрид. наук. М.: Всесоюзн. ин-т по изучению причин и разработке мер предупреждения преступности Прокуратуры СССР, 1976.” - 32 с.
  9. Гуняев В.А. Добросовестное заблуждение в показаниях свидетеля: Дис. … канд. юрид. наук. Л., 1973.
  10. Донцов A.M. Проблема соотношения дознания и предварительного

-159-

следствия в советском уголовном процессе. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Л.: Изд-во ЛГУ, 1971. - 20 с.

  1. Корнуков В.М. Теоретические и правовые основы положения личности в уголовном судопроизводстве: Дис…. докт. юрид. наук. Саратов, 1987.

208.Кузьминых КС Криминалистические проблемы измерения и проведения экспертиз наркотических средств. Канд. дисс. СПб. 1997. -190 с.

Словари, справочники, программы

  1. Аверьянова Т.В., Лысов Н.Н. Советские криминалисты. Библиографи- ческий справочник. Н.Новгород: ВШ МВД СССР, 1991. - 180 с.
  2. Бабаев В.К., Баранов В.И. Словарь категорий и понятий общей теории права. Н.Новгород: Нижегородская высшая школа МВД России, 1992.-100с.
  3. Бурданова B.C., Владимиров В.Ю., Кузьминых К.С. Особенности рас- следования преступных действий, связанных с незаконным оборотом нар- котических средств: Лекция. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД i
  4. России, 1997.

щ

  1. Вандышев В.В., Уткин Н.И. Уголовный процесс: Программа учебного курса. СПб: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1994.-52 с.
  2. Виноградов И.В., Гладких А.С, Крюков В.Н., Кустанович С.Д., Томи- лин В.В. Судебно-медицинская экспертиза. Справочник для юристов. М.: Юрид. лит., 1980.-312 с.
  3. Волынский А.Ф., Коломацкий В.Г., Ворсовский А.Д., Соколов А.Л. Криминалистика: Программа для специальных средних учебных заведений МВД России. М.: УМЦ ГУК МВД РФ, 1992. - 28 с.
  4. Краткий этимологический словарь // Под ред. С.Г. Бархудова. М.: 1971.-460 с.
  5. Словарь по этике // Под ред. И.С. Кона. М.: 1983. - с.
  6. Справочники для заполнения документов первичного учета преступле-

-160-

ний и лиц, их совершивших (Ф.1, 1.1, 2, 4,). М.: ГИЦ МВД РФД994. - 31 с.

  1. Ожегов СИ. Словарь русского языка. М.: 1991. - 577 с.
  2. Цыганенко Г.П. Этимологический словарь русского языка. Киев, 1970.
  3. Шурухнов Н.Г., Пашков И.Д. Методические рекомендации по рассле- дованию преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств // Информ. бюллетень Следственного Комитета МВД РФ. 1992. №2 (73). С. 60.
  4. Юридический энциклопедический словарь. М.: Сов. энциклопедия, 1984.-415 с.
  5. Материалы конференций и симпозиумов

  6. Владимиров В.Ю. Международное сотрудничество правоохранитель- ных органов в борьбе с организованной преступностью и наркобизнесом. Материалы международной научно-практической конференции. Санкт- Петербург, 25 июля 1997 года. Часть 4 / Под ред. О.М. Латышева, В.П. Сальникова. СПб,: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1997. -95 c.V
  7. Гуткин И.М. О соотношении понятий “оперативно-розыскные меры” и* | “розыскные действия” в. советском уголовно-процессуальном законодательстве // 50 лет советской прокуратуры и проблемы совершенствования предварительного следствия: Краткие тезисы докладов к научной конференции. Л.: Институт усовершенствования следственных работников органов прокуратуры и МВД, 1972. С. 60-63.
  8. Лукин В.Н., Мусиенко Т.В. О некоторых тенденциях современной пре- ступности в России // Актуальные проблемы правоохранительной деятель- ности органов внутренних дел. Сб. науч. тр. Вып. 1. / Под ред. С.Ф. Зыби- на. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1993. С. 113-120.
  9. Морозова Л.А., Сальников В.П., Федоров А.Б. Права человека и статус правоохранительных” органов. (Материалы симпозиума в Санкт- Петербургском юридическом институте МВД России) // Государство и пра-

во. 1994. №11. С. 81- 119.

-161.

-162-

Приложение № 1.

Правоохранительная деятельность сотрудника органов

внутренних дел МВД России.

Уважаемый коллега. Предлагаем Вам принять участие в исследовании правоохранительной деятельности сотрудников ОВД. Для этого заполните данный опросный лист. Исследование анонимно и мы надеемся на Вашу искренность в ответах.. При заполнении листа просьба обводить (зачеркивать) номер ответа или оценку удовлетворяющую Вас. Будьте вни- мательны при заполнении.

  1. Укажите, пожалуйста, срок Вашей службы в органах внутренних дел.

1.1. до 1 года; 1.2. 1.3. до 3 лет; 1.4. 1.5. от 3 до 7 лет; 1.6. 1.7. от 7 девЮ.лет; 1.8. 1.9. более 10 лет. 1.10. 2. Укажите где Вы проходили профессиональную подготовку.

2.1. учебный центр УВД ; 2.2. 2.3. средняя школа милиции ; 2.4. 2.5. высшая школа милиции \ институт МВД\; 2.6. 2.7. техникум \ училище ; 2.8. 2.9. гражданский ВУЗ. §| 2.10. 3. Определите, какие условия в Вашей профессиональной деятельности “ Вы определяете как экстремальные. ||

3.1. требующие мобилизации резервов организма *”’’ 3.2. 3.3. условия неопределенности деятельности 3.4. 3.5. другое дописать 3.6. 4. Как часто условия экстремальности возникают в Вашей профессио нальной деятельности.

4.1. очень часто; 4.2. часто;

4.3. редко; 4.4. не возникают вообще.

  1. От чего на Ваш взгляд зависит эффек-ть професс-ной деятельности.

5.1. от возраста; 5.2. 5.3. от интуиции; 5.4. 5.5. от практического опыта; 5.6. 5.7. от уровня профессиональной подготовки; 5.8. 5.9. от указаний старших начальников; 5.10. 5.11. от сложности обстановки; 5.12. 5.13. иное написать: 5.14. 6. Какие из указанных личностных качеств оказывают наибольшее влия ние на профессиональную деятельность сотрудников ОВД.

6.1. эмоциональная устойчивость;

6.2. работоспособность; 6.3. 6.4. решительность; 6.5. 6.6. общительность; 6.7. 6.8. любовь к профессии; 6.9.

-163-

6.6. упорство; 6.7. 6.8. -самостоятельность; 6.9. 6.8. профессиональные способности;

6.9. “профессиональные знания;

6.10. удовлетворенность службой; 6.11. 6.12. иное написать 6.13. 7. Считаете ли Вы, что подготовлены к профессиональной деятельности.

7.1. ДА; 7.2. НЕТ; 7.3. Затрудняюсь ответить:

  1. Если ДА, то где по Вашему мнению Вы получили наибольшую подго товку. 8.1. в учебном заведении;

8.2. в процессе службы; 8.3. 8.4. в учебном центре; 8.5. 8.6. иное написать 8.7. 9. Какие факторы оказывают наибольшее влияние на результаты Вашей деятельности. 9.1. возможные правовые санкции;

9.2. внезапность; 9.3. 9.4. необходимость применения оружия; 9.5. 9.6. опасность для жизни; 9.7. 9.8. -неопределенность обстановки; 9.9. 9.10. дефицит времени; 9.11. 9.7.-применение оружия преступником;

9.8. новизна обстановки; 9.9. 9.10. необходимость увеличения темпа действия; ! 9.11.

9.10. избыток информации; ! 9.11. 9.12. ответственность за сослуживцев; 9.13. 9.14. ответственность за содеянное; 9.15. 9.16. воздействие средств масс, информации; 9.17. 9.18. сложность решаемых задач; 9.19. 9.20. население; 9.21. 9.22. неумение действовать; 9.23. 9.24. недостаточная правовая база; 9.25. 9.18. иное написать

  1. Как Ваше поведение влияет на следующие положения:

10.1. На необходимость выполнения поставленных задач;

10.1.1. положительно;10Л.2.отрицательно; ЮЛ.З.затрудняюсь ответить.

10.2. На сохранение своего авторитета.

10.2 .1. положительно; 10.2.2 отрицательно; 10.2.3.затрудняюсь ответить.

10.3. На необходимость защиты людей.

10.3.1. положительно; 10.3.2.отрицательно; Ю.З.З.затрудняюсь ответить.

10.4. На стремление отличиться.

10.4.1. положительно; 10.4.2. отрицательно;10.4.3.затрудняюсь ответить.

10.5. На профессиональные наставления.

10.5.1. положительно; 10.5.2.отрицательно; 10.5.3.затрудняюсь ответить.

10.6. Иное написать

  1. Какие эмоциональные состояния преобладают в Вашей профессио нальной деятельности. 11.1. уверенность и ясность мысли;

-164-

11.2. страх за жизнь близких и товарищей; 11.3. 11.4. растерянность и смятение; 11.5. 11.6. равнодушие к происходящему; 11.7. 11.8. сосредоточенность; 11.9. 11.10. отвращение к работе; 11.11. 11.12. спокойствие; 11.13. 11.14. апатия; 11.15. 11.16. опасение; 11.17. 11.10. чувство радости

11.11. ненужность в своей работе; 11.12. 11.13. иное написать 11.14. 12.Удовлетворяет ли Вас стиль руководства Вами в процессе профессио- нальной деятельности.

12.1. Да; 12.2. Нет; 12.3. Затрудняюсь ответить.

  1. Удовлетворены ли Вы выбором своей профессии. 13.1. Да; 13.2. Нет; 13.3. Затрудняюсь ответить.

  2. Оцените следующие условия повышения эффективности правоохрани тельной деятельности сотрудников ОВД.

14.1. усилить отбор в органы внутренних дел; 14.2. 14.3. повысить уровень профессиональной подготовки: 14.2.1. в учебных заведениях ; 14.2.2. в процессе службы 14.4. 14.5. повысить эмоционально-волевую устойчивости сотрудников; 14.6. 14.7. повысить сплоченность коллектива; 14.8. 14.9. стимулировать желание служить в ОВД; I; 14.10. 14.11. повысить уровень правовой защищенности; • 14.12. 14.13. повысить требования за результаты выполнения служ. задач. 14.14. 15. Оцените Вашу профессиональную подготовку.( по 5 бал. школе)

15.1. служебный опыт 1 2 3 4 5 15.2. 15.3. физическая подготовка 1 2 3 4 5 15.4. 15.5. здоровье 1 2 3 4 5 15.6. 15.7. правовая подготовка 1 2 3 4 5 15.8. 15.9. эмоционально-волевая устойчивость 1 2 3 4 5 15.10. 15.11. знание нормативных документов 1 2 3 4 5 15.12. Причины, вызывающие нарушение.

  1. Оцените причины влияющие на Вашу профессиональную подготовку.

16.1. большой объем проверочных действий; 16.2. 16.3. неумение правильно организовать работу; 16.4. 16.5. халатное отношение к своим служебным обязанностям; 16.6. 16.7. слабая подготовка лиц, которые осуществляют сбор первичных документов; 16.8. 16.9. отсутствие возможности быстро истребовать медицинскую до- кументацию из больницы либо бухгалтерские и иные документы из орга- низаций и предприятий. 16.10. 16.11. иное написать. 16.12. 17. Знаете ли Вы, что результаты оперативно-розыскных мероприятий, проведенных на основании решения суда, могут рассматриваться в суде в ка честве доказательств по уголовному делу.

-165-

17.1. ДА; 17.2. НЕТ

  1. Давались ли Вам поручения на проведение оперативно-розыскных ме роприятий по уголовным делам.

18.1. очень часто; 18.2. часто; 18.3. редко; 18.4. не возникают вообще:

  1. Как Вы относитесь к требованиям Закона о защите прав и гарантий участников уголовного процесса.

19.1. положительно; 19.2. негативно. - Если негативно то почему.

  1. Встречаются ли в Вашей практики трудности по применению закона о защите прав и гарантий граждан в уголовном процессе.

20.1. Да; 20.2. Нет.

Если Да по каким причинам:

20.1.1. несовершенство законодательства (назвать);

20.1.2. объективные причины (назвать)

20.1.3. субъективные причины (образование, эмоциональные черты)

20.1.4. иное дописать.

  1. Какие условия работы или личные качества помогают реализовать указанные требования закона.
  2. Что надо изменить, улучить для полного осуществления требований § закона. ; Щ
  3. Как часто задержанные лица просят пригласить адвоката.

23.1. очень часто; 23.2. часто; 23.3. редко; 23.4. не возникают вообще

  1. Имеется ли возможность сразу обеспечить защитником. 24.1. ДА; 24.2. НЕТ.

  2. Получали ли Вы замечания (взыскания) за несоблюдение закона по защите прав и гарантий кого-либо из участников процесса.

25.1. Если ДА то какие: 25.2. НЕТ. 25.1.1. от начальника;

25.1.2.от прокурора; 25.1.3. определением суда: Гарантии прав и законных интересов личности на стадии возбуждения уголовного дела.

  1. Сообщение, полученное по телефону:

26.1 - из медицинского учреждения о поступлении гражданина с телес ными повреждениями является ли поводом к возбуждению уголовного дела. 26.1.1. Да; 26.1.2. Нет.

26.2. - от работников’ предприятий торговли, задержав гражданина, со вершившего кражу.

26.2.1. Да; * 26.2.2. Нет.

Если НЕТ, может ли быть основанием для (подчеркните): процессуальной, непрпоцессуальной или иной проверки.

26.3. Лицо задержавшее подозреваемого на месте совершения преступления или с поличным, является ли одновременно заявителем.

-166-

26.3.1. ДА; 26.3.2. НЕТ.

  1. Были ли у Вас случаи нарушения законности.

27.1. часто; 27.2. редко; 27.3. не возникают во-

обще.

Из них:

  1. За укрытие преступлений от учета.

28.1. очень часто; 28.2. часто; 28.3. редко; 28.4. не возникают вообще.

  1. За фальсификацию материалов предвар. проверки, дознания, следствия или доказательств.

29.1. очень часто; 29.2. часто; 29.3. редко; 29.4. не возникают вообще.

  1. За искажение статистической отчетности о результатах борьбы с пре ступностью.

30.1. очень часто; 30.2. часто; 30.3. редко; 30.4. не возникают вообще.

  1. За незаконное административное задержание.

31.1. очень часто; 31.2. часто; 31.3. редко; 31.4. не возникают вообще.

  1. За незаконное привлечение к административной ответственности. 32.1. очень часто; 32.2. часто; 32.3. редко; 32.4. не возникают вообще.
  2. Были ли у Вас случаи нарушения норм УПК.
  3. 33.1.очень часто; 33.2. часто; 33.3. редко; 33.4. не возникают вообще. Из них:

  4. За незаконный арест.

34.1. очень часто; 34.-2. часто; 34.3. редко; 34.4. не возникают вообще. ; tji

  1. За незаконное привлечение к уголовной ответственности. щ 35.1.очень часто; 35.2. часто; 35.3. редко; 35.4. не возникают вообще. Щ;
  2. За незаконное задержание по подозрению в совершении преступления. г»   36.1.очень часто; 36.2. часто; 36.3. редко; 36.4. не возникают вообще.
  3. За незаконное производство обыска, выемки.
  4. 37.1.очень часто; 37.2. часто; 37.3. редко; 37.4. не возникают вообще.

  5. За незаконное приостановление предвар. следствия или дознания. 38.1. очень часто; 38.2. часто; 38.3. редко; 38.4. не возникают вообще.
  6. За незаконное прекращение уголовного дела.
  7. 39.1.очень часто; 39.2. часто; 39.3. редко; 39.4. не возникают вообще.

  8. За незаконные методы ведения следствия или дознания.

40.1. очень часто; 40.2. часто; 40.3. редко; 40.4. не возникают вообще.

  1. За необоснованный отказ в возбужд. уголовного дела.

41.1.очень часто; 41.2. часто; 41.3. редко; 41.4. не возникают вообще.

  1. За нарушение сроков производства дознания, предвар. следствия и со держания под стражей без продления соответствующим прокурором.

42.1. очень часто; 42*2. часто; 42.3. редко; 42.4. не возникают вообще.

  1. За ущемление прав подозреваемого, обвиняемого, гражданского истца, гражданского ответчика, их законных представителей или третьих лиц.

43.1. очень часто; 43.2. часто; 43.3. редко; 43.4. не возникают вообще.

  1. За злоупотребление властью или служебным положением.

44.1. очень часто; 44.2. часто; 44.3. редко; 44.4. не возникают вообще.

  1. За превышение власти или служебным положением.

45.1. очень часто; 45.2. часто; 45.3. редко; 45.4. не возникают вообще.

  1. За халатность.

-167-

46.1. очень часто; 46.2. часто; 46.3. редко; 46.4. не возникают вообще.

  1. За получение взятки. 47.1. ДА; 47.2. НЕТ.
  2. Дача взятки. 48.1. ДА; 48.2. НЕТ.
  3. Посредничество во взяточничестве. 49.1. ДА; 49.2. НЕТ.
  4. Должностной подлог.
  5. 50.1. очень часто; 50.2. часто; 50.3. редко; 50.4. не возникают вообще.

  6. Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности. 51.1. очень часто; 51.2. часто; 51.3. редко; 51.4. не возникают вообще.
  7. Заведомо незаконный арест или задержание.
  8. 52.1. очень часто; 52.2. часто; 52.3. редко; 52.4. не возникают вообще.

  9. Принуждение к даче показаний.

53.1. очень часто; 53.2. часто; 53.3. редко; 53.4. не возникают вообще.

  1. Заявления и сообщения о преступлениях рассматриваются Вами в срок свыше трех суток.

54.1. очень часто; 54.2. часто; 54.3. редко; 54.4. не возникают вообще.

  1. Имеете ли Вы четкое представление о круге лиц, участвующих на пер воначальном этапе уголовного судопроизводства.

55.1 ДА; 55.2. Затрудняюсь определить.

  1. Уведомление по факту отказа в возбуждении уголов. дела Вы направ- ляете. * * 56.1. ДА; 56.2. НЕТ. ;
  2. В возбужденных уголов. дел заявителю Вами сообщено о решении, принятом по его информации о преступлении. 57.1. ДА; 57.2. ,|
  3. НЕТ. :’.-: !
  4. Считаете ли Вы, что письменно уведомлять заявителя при возбуждении’Ш уголов. дела не обязательно, т.к. он может узнать о принятом решении впо- | следствии, в частности при признании его потерпевшим или допросе в ка- ? честве свидетеля. 58.1. ДА; 58.2. НЕТ.
  5. После проведения проверки о сообщении из медицинских учреждений уведомление о вобуждении уголов. дела направляется Вами пострадавшему или в мед. учрежд.
  6. Участвующие в предварит, проверке заявлений и сообщений о преступлениях, выражают ли желание обладать в стадии возбуждения уголов. дела следующими правами:
  7. 60.1. заявлять ходатайства;

60.2. пользоваться переводчиком;

60.3. знакомиться с материалами дела; 60.4.заявлять отводы следователю либо лицу, производящему дознание;

60.5. получать юридич. помощь.

  1. Выполняете ли Вы требование закона о разъяснении участникам уго- ловного процесса их прав и обязанностей в отношении свидетельского иммунитета, предусмотренного ст.51 Конституции. 61.1. ДА; 61.2. НЕТ.
  2. Делаете ли Вы поручения и запросы в СНГ. 62.1. ДА; 62.2. НЕТ.
  3. Получаете ли Вы ответы на такие поручения и запросы.
  4. 63.1. часто; 63.2. редко; 63.3. не возникают вообще.

  5. Допрашивали ли Вы в качестве свидетелей иностранных граждан (с СНГ). 64.1. ДА; 64.2. НЕТ.
  6. Какие причины, препятствуют при проведении следственных действий

-168-

с участием иностранцев:

65.1. Отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве норм, рег- ламентирующих порядок вызова и допроса свидетеля-иностранца; 65.2. 65.3. Несовершенство механизма возмещения понесенных расходов по явке свидетеля-иностранца из-за пределов страны; 65.4.

65.3. Неурегулированность порядка назначения переводчика иностранным гражданам, участвующим в качестве свидетелей по уголовным делам; 65.4. 65.5. Различие между российским уголовным процессом и уголовным процессом страны свидетеля по поводу его процессуального статуса. 65.6. 66. Вызывали ли ВАС в суд, для допроса в качестве свидетеля по делам, по которым производили расследование.

66.1. часто; 66.2. редко; 66.3. не возникают вообще.

  1. Допрашивали ли Вы в качестве свидетелей отбывающих наказание, для получения показаний в отношении их соучастников.

67.1. часто; 67.2. редко; 67.3. не возникают вообще.

  1. Встречаются ли в практике случаи отказа или уклонения лиц от осви детельствования.

68.1. часто; 68.2. редко; 68.3. не возникают вообще.

  1. Чем отличается лицо производящие дознание от следователя.

69.1. самостоятельность; 69.2. 69.3. подчинение; , 69.4. 69.5. полномочия; [ 69.6. 69.7. срок производства дознания; ;, | 69.8. 69.9. произво-тво следст-х действий после передачи дела следователю; { 69.10. 69.11. иное дописать: 69.12. 70. При вынесении постановления часто Почерковедческая экспертиза на зывается экспертиза исследования документов

70.1. часто; 70.2. редко; 70.3. не возникают вообще.

  1. При производстве дознания верно ли понимают наименование экспер тизы и решаемые ей вопросы.

71.1.часто; 71/2. редко

  1. Отвечает ли требованиям законодательства организация взаимодей ствия подразделений дознания с подразделениями по борьбе с незаконным оборотом наркотиков, а также с другими подразделениями органов внутрен них дел при выявлении, пресечении и раскрытии данного вида преступлений и проведении дознания по указанной категории дел.

72.1. ДА 72.2. НЕТ

  1. Имеются ли у Вас единые подходы по отношению к формам проведе ния и процессуального оформления дознания по данной категории дел;

73.1. ДА; 73.2. Затрудняюсь определить

  1. Используется ли Вами изучение методических рекомендаций, а также публикаций об опыте, формах и тактике выявления, пресечения, раскрытия данного вида преступлений и проведения дознания по указанной категории

74.1. часто; 74.2. редко; 74.3. не возникают вообще