lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Зернов, Станислав Иванович. - Теоретические и прикладные проблемы применения специальных познаний при выявлении и расследовании преступлений, сопряженных с пожарами: Дис. ... д-ра юрид. наук :. - Москва, 1997 517 с. РГБ ОД, 71:98-12/27-8

Posted in:

II ?? 92- IX 3L % - 9

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИИ ВСЕРОССИЙСКИЙ НАУЧНО- ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ ИНСТИТУТ

На правах рукописи ИД К 343.377

ЗЕРНОВ Станислав Иванович

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРИКЛАДНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ
СПЕЦИАЛЬНЫХ ПОЗНАНИЙ ПРИ ВЫЯВЛЕНИИ И РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОПРЯЖЕННЫХ С ПОЖАРАМИ

Президиум ВАК.России ^циальность 12.00.09 -

(решение от” JJO” ^ 19^2г., № М<3 /(^Уголовный процесс, кримина-

прису^лл ученую степень ДОКТЖ? Ш1СТИКа- ?юрия опеРативн°-

гп розыскной деятельности

Начальник упр^влф^ ВАК России Научный консультант

доктор юридических наук, крофессор Е.Р. Российская

Диссертация

на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Москва 1997

5^

t \Ш .

i-i ‘”? ?’

f/A-

$&

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

4

Глава 1. МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ И ПРАВОВЫЕ ОСНОВЫ ПРИМЕНЕНИЯ СПЕЦИ АЛЬНЫХ ПОЗНАНИЙ ПРИ РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ. СОПРЯЖЕННЫХ С ПОЖАРАМИ 19

1.1. Уголовно-правовая и криминалистическая характеристики преступлений, сопряженных с пожарами 19 1.2. 1.3. Система следов преступлений, сопряженных с пожарами, и 1.4. их классификация 53

1.3. Сущность и содержание специальных познаний при исследовании обстоятельств пожаров 75 1.4. 1.5. Моделирование при криминалистическом исследовании обсто- ятельств пожаров 100 1.6. Глава 2. ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ И МЕТОДИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ ПРИМЕНЕНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ ПОЗНАНИЙ ПРИ СОБИРАНИИ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ИНФОРМАЦИИ О ПРЕСТУПЛЕНИЯХ. СОПРЯЖЕННЫХ С ПОЖАРАМИ 138

2.1. Организация применения специальных познаний на этапах выявления и расследования преступлений, сопряженных с пожарами 138 2.2. 2.3. Системный характер технико-криминалистического обеспечения выявления и. расследования преступлений, сопряженных 2.4. с пожарами 164

2.3. Проблемы фиксации криминалистически значимой информации в ходе предварительной проверки и при производстве следственных действий 204

ГЛАВА 3. ТЕХНИКО-КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ СИТУАЦИИ НА СТАДИИ ПРЕД ВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ. СОПРЯЖЕННЫХ С ПОЖАРАМИ 229

3.1. Понятие и виды технико-криминалистических ситуаций 229

-.3 -

3.2. Технико-криминалистические ситуации при производстве следственного осмотра 244 3.3. 3.4. Технико-криминалистические ситуации при проведении других следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий 284 3.5. Глава 4. ПРОИЗВОДСТВО ЭКСПЕРТИЗ И ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ЗАКЛЮЧЕНИЙ ЭКСПЕРТОВ НА СТАДИИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ДЕЛ О ПОЖАРАХ 318

4.1. Судебные экспертизы по делам о пожарах 318 4.2. 4.3. Использование новых информационных технологий в экспертных исследованиях по делам о пожарах 359 4.4. 4.5. Особенности назначения и организации производства экспертиз по делам о пожарах 381 4.6. 4.7. Оценка и использование заключений экспертов на стадии предварительного расследования дел о пожарах 403 4.8. ЗАКЛЮЧЕНИЕ 436

ЛИТЕРАТУРА 447

  • 4 -ВВЕДЕНИЕ

Актуальность исследования. Статистические данные свидетельствуют о том. что в последние годы в России сохраняется тревожно высокий уровень пожарной опасности, что выражается в большом числе пожаров и обусловленных ими огромных людских и материальных потерях. Относительные показатели (число пожаров в расчете на численность населения) в 3.5 раза превышают аналогичные показатели в развитых странах, а показатели гибели людей в России в результате пожаров превосходят соответствующие данные в этих странах в 4-9 раз. Тяжесть последствий пожаров превышают последствия всех природных и техногенных катастроф, а также иных чрезвычайных ситуаций. в России, вместе взятых [3.275. с.149]. Например, в 1996 г. зарегистрировано почти 295 тыс. пожаров, при которых погибли 15877 человек (в 1995 г. - 14875 человек). В то же время по преступлениям, связанным с пожарами, за этот период возбуждено только 20716 уголовных дел, из них 14586 дел (70,4 %) по фактам поджога и 236 -по фактам нарушения правил пожарной безопасности. Сравнительно небольшое число подобных уголовных связано с высоким уровнем латент-ности преступлений, сопряженных с пожарами.

Традиционно в статистической отчетности для почти половины происшедших пожаров в качестве причины возникновения указывается неосторожное обращение с огнем, что, с одной стороны, не может не вызывать тревоги из-за людской беспечности, а с другой стороны - определенных сомнений в истинности выявления причин пожаров. На росте числа пожаров сказывается комплекс таких факторов, как, нап- ример, снижение уровня производственной и технологической дисцип- лины; физический износ механического, технологического и энергети- ческого оборудования, неизбежно влекущий повышение вероятности возникновения в нем аварийных явлений, в том числе и приводящих к пожару. Препятствовать влиянию таких факторов имеют возможность

  • 5 -далеко не все предприятия и организации в связи с отсутствием запасных частей, комплектующих, а также средств на их приобретение, монтаж и другие нужды.

Наряду с этим становление новых для России форм собственности, бурный рост числа частных и акционерных негосударственных предпри- ятий и фирм, усиление имущественного расслоения граждан, происхо- дящие изменения социально-политического характера повлекли рост преступности в целом и структурные изменения в ней. В частности, в этих условиях специально организованные и подготовленные поджоги и взрывы становятся достаточно распространенным средством психологи- ческого воздействия и нанесения ущерба с целью вымогательства или нарушения нормального режима работы предприятия, получения необос- нованного страхового возмещения и др. Можно предположить, что способ воздействия на людей, основанный на угрозе или совершении поджога, будет и в дальнейшем достаточно распространен на практике. В подобных случаях достижение истины в расследовании представляет собой весьма сложную задачу.

Для данного рода уголовных дел особенно актуальны вопросы ис- пользования в расследовании специальных познаний, научных и техни- ческих средств и методов. При этом одной из ключевых задач является выяснение обстоятельств возникновения и развития горения, которые, как правило, только следственным путем установить весьма сложно, поскольку практически всегда пожары возникают в условиях неочевидности, а развиваются в соответствии с закономерностями, относящимися к области специальных познаний. Для диагностирования механизма возникновения и развития пожара, установления причинно- следственных связей между этим механизмом и действиями (без- действием) людей или проявлениями сил природы необходимо применение весьма широкого круга специальных познаний. Однако результативность использования научно-технических средств и методов в процессе раскрытия и расследования уголовных дел, сопряженных с пожарами, в настоящее время все еще низка, несмотря на совершенствую-

  • 6 -

щееся ресурсное обеспечение предварительных и экспертных исследо- ваний. Наши исследования показали, что только при раскрытии одного из четырех преступлений данной категории применяются научные и технические средства и методы.

К причинам такого положения, прежде всего, относится отсутствие у следователей и лиц, осуществляющих дознание, сведений о современных возможностях использования специальных познаний для получения криминалистически значимой информации по обстоятельствам пожара и, как следствие этого, игнорирование важнейших аспектов организации и технико-криминалистического обеспечения следственных действий и иных мероприятий по делам данной категории. В частности, предварительная проверка сообщений о фактах пожаров в большинстве случаев проводится сотрудниками Государственной противопожарной службы, многие из которых не готовы к квалифицированному выполнению работы по выявлению признаков преступлений и собиранию доказательственной информации с применением специальных познаний, научных и технических средств и методов. В результате этого не все совершенные по неосторожности и умышленно преступления вскрываются, а лица, причастные к ним, остаются безнаказанными, что негативно отражается и на профилактике пожаров и поджогов.

В литературе имеется большое количество публикаций по проблемам привлечения специалистов для оказания помощи на стадии предва- рительного расследования (В. Д. Арсеньев, Р.С.Белкин, В. Г. Заблоцкий, Е.И.Зуев, З.И.Кирсанов, А.А.Леви, В.К.Лисиченко, И.М.Лузгин, В. Н. Махов, Н.А.Селиванов, З.М.Соколовский, И.. Сорокотягин и др.) и в рамках судебных экспертиз (Л.Е.Ароцкер, Р.С.Белкин, А.И.Винберг, Г.Л.Грановский, Ю.Г.Корухов, И.Ф.Крылов, В.Я.Колдин, С.П.Митричев, В. С.Митричев, М.Я.Сегай, Н.А.Селиванов, В. А. Снетков, А. Р. Шляхов, А.А.Эйсман и др.). Немалое число работ посвящено и рассмотрению особенностей применения специальных познаний при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами (О.Ю.Антонов, М. В.Безуглов, М.С.Брайнин, М.Грац, А.С.Григорян, В.Е.Егоров, Ю.В.Иванов,

  • 7 -И.М.Лузгин, Г.Н.Казаков, А.Я.Качанов, Е.И.Круглов, С.П.Митричев. Р.А.Миусская, А.В.Мишин, И.Ф.Пантелеев, В.Л.Попов, И.А.Попов, А. П. Рыжаков, В.Ф. Ханин, Н.П.Яблоков и др.), либо по конкретным экспертным методикам, которые используются для установления механизма возникновения и развития горения (Л.Б.Барон, Б. В.Мегорский. Ю.К.Пракшин, Т.Терликовски, Е. Р. Российская, А.А.Умаев, А.И.Федотов, З.Е.Шиманова, И.Д.Чешко и др.). Однако работы этих авторов посвящены рассмотрению отдельных методических аспектов расследования дел данной категории, производству лишь некоторых следственных действий и экспертиз. Методики расследования подобных дел почти не содержат конкретных рекомендаций по комплексной организации раскрытия и расследования преступлений, сопряженных с пожарами, и их предупреждению. Имеющаяся немногочисленная специальная литература устарела и не соответствует современным изменившимся социально-экономическим условиям. На практике это приводит к многочисленным недостаткам при производстве следственных действий и как результат - к нераскрытию таких преступлений.

Предпринятый анализ показывает, что в опубликованных работах не решены задачи оптимизации процесса расследования уголовных дел о пожарах с использованием специальных познаний. Большинство авторов при обсуждении вопросов раскрытия и расследования преступлений упускают из сферы внимания важнейший этап - их выявление. Этот этап, как правило, не выделяется и в учебниках по уголовному процессу и криминалистике, где речь идет обычно о расследовании преступлений. Отсутствует единая концепция технико-криминалистического обеспечения выявления, расследования и предупреждения преступлений, сопряженных с пожарами, которая должна включать методологические, правовые, организационные и методические аспекты. Без ее формирования невозможно эффективное использование научных и технических средств и методов. В настоящее время плодотворно развиваются учения о криминалистической характеристике преступлений, следственной ситуации, тактических операциях и др. По нашему мнению,

  • 8 -насущной потребностью практики является разработка ситуационно ориентированных рекомендаций, касающихся организационных и методи- ческих вопросов взаимодействия следователя и специалиста при про- ведении следственных действий и других необходимых мероприятий с выделением цели работы, целесообразных приемов, направленных на достижение этой цели, используемых научных и технических средств.

Такой акцент необходим потому, что эффективность криминалистических рекомендаций прямо связана со степенью конкретизации тех ситуаций, в которых их предлагается применять. Крайне необходимо искать средства повышения результативности осмотра места происшествия и других следственных действий по делам данной категории с целью расширения и объективизации доказательственной базы, поскольку без этого трудно рассчитывать на то, что эксперт, исследуя обстоятельства пожара в рамках пожарно-технической экспертизы, сможет восполнить каким-либо образом образовавшиеся пробелы. Немало проблем, требующих научного обоснования для своего разрешения, породила практика участия специалистов и экспертов в расследовании уголовных дел данной категории. Не во всех отношениях положительными для нее оказались последствия введения в действие новых законодательных актов и ведомственных нормативных документов. Комплексного целевого исследования многочисленных проблем, связанных с применением специальных познаний на всех стадиях выявления и расследования преступлений, сопряженных с пожарами, а также в их предупреждении, на диссертационном уровне не проводилось. Затронутые в диссертации проблемы находятся в контексте с содержанием п.п. 2.2.4 и 2.2.6 “Основных направлений научных исследований в системе МВД России до 2000 года” (приложение к приказу МВД России от 23 июня 1995 г. N 238), которые одобрены решением Коллегии МВД РФ от 23 мая 1995 г. N 4км/1.

Актуальность темы исследования обусловливается, таким образом, как ее научной неразработанностью, так и большой практической зна- чимостью для расследования и предотвращения преступлений.

  • 9 -

Предмет и объект исследования. Предметом диссертационного исс- ледования являются: закономерности возникновения и сохранения ин- формации об обстоятельствах преступлений, сопряженных с пожарами; природа и сущность носителей этой информации; методы и средства ее обнаружения, собирания и исследования с применением специальных познаний, а также использования полученных результатов для целей судебного исследования преступлений этой категории.

Объект диссертационного исследования - практика применения специальных познаний при выявлении, расследовании и предупреждении преступлений, сопряженных с пожарами.

Цели и задачи исследования. Общей целью исследования является разработка теоретических, методических и праксиологических основ совершенствования деятельности в области применения специальных познаний при выявлении, расследовании и предупреждении преступлений» сопряженных с пожарами. Для достижения этой цели решались следующие конкретные задачи:

  1. Анализ литературных источников, относящихся к правовым, криминалистическим и организационным вопросам производства дознания и предварительного следствия по преступлениям данной категории, а также соответствующей практики с целью выяснения проблем, встречающихся в деятельности органов следствия и дознания.
  2. Разработка концепции комплексного технико-криминалистического обеспечения выявления и расследования преступлений, сопряженных с пожарами.
  3. Обоснование целесообразности выделения комплекса общих данных о преступлениях, сопряженных с пожарами, в виде их технико- криминалистической характеристики как части соответствующей криминалистической характеристики.
  4. Разработка практических рекомендаций по применению специальных познаний при выявлении, расследовании и предупреждении преступлений, сопряженных с пожарами, а также специальных приемов и методов подготовки и производства отдельных следственных дейс-
  • 10 -твий и оперативно-розыскных мероприятий.
  1. Создание концепции и разработка методического обеспечения применения метода моделирования в следственной и экспертной практике по делам о преступлениях, сопряженных с пожарами.
  2. Разработка методических основ и расширение методической базы производства экспертных исследований по делам о преступлениях, сопряженных с пожарами.
  3. Разработка предложений по совершенствованию системы профес- сиональной подготовки сотрудников служб органов внутренних дел, участвующих в выявлении, расследовании и предотвращении преступле- ний, сопряженных с пожарами.
  4. Методология и методы исследования. Методологической основой исследования является система философских знаний, определяющая ос- новные требования к научным теориям, а также к сущности, структуре и сфере применения различных методов познания. Эту основу составили труды по философии, фундаментальные положения криминалистики и общей теории судебной экспертизы, литература по уголовному, уголовно- процессуальному и административному праву, ряду естественных и технических наук, охватывающих закономерности происходящих при пожарах процессов, результаты обобщения научных исследований, от- носящиеся к теме диссертации. При проведении сбора и обработки эм- пирического материала, решении других поставленных в исследовании задач автором использовался широкий круг методов научного исследо- вания: общенаучные методы (наблюдение, измерение, эксперимент, анализ, синтез, моделирование и т.д.), собственные методы кримина- листики, и специальные методы других наук (физико-химические, ма- тематические, статистические, кибернетические, теплофизические, электротехнические).

Специфика исследования обстоятельств преступлений, сопряженных с пожарами, потребовала разработки специального методологического, теоретического и методического научного аппарата. Такой аппарат разрабатывался автором в период 1980-97 гг. в рамках нескольких

  • 11 -плановых научно-исследовательских работ по тематическим планам ЭКЦ МВД РФ (до этого - ЦНИКЛ МВД СССР, НИЛ-6 ВНИИ МВД СССР, ВНКЦ МВД СССР): “Разработка методов оценки пожарной опасности наиболее распространенных объектов пожарно-технической экспертизы” (1980-81 гг.); “Разработка методов и устройств моделирования режимов и про- цессов, приводящих к возникновению пожароопасных ситуаций” (1982-85 гг.); “Анализ действующей в органах внутренних дел системы технико- криминалистического обеспечения расследования уголовных дел о пожарах и перспектив ее совершенствования” (1985-86 гг.): “ВНИИ, ЭКУ МВД СССР разработать и внедрить в практическую деятельность экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел методики исследования наиболее распространенных объектов пожарно- технической экспертизы” (1987-88 гг.); “Разработка методик определения причин разрушения в условиях пожара металлических из- делий электротехнического назначения” (1989-91 гг.); “Совершенс- твование методического, научно-технического и информационного обеспечения деятельности пожарно-технических лабораторий экспертно- криминалистических подразделений органов внутренних дел на базе электронно-вычислительной техники” (1992-93 гг.); “Создание компь- ютеризированного рабочего места пожарно-технического эксперта (1994- 95 гг.); “Экспертное исследование изымаемых с мест пожаров электротехнических изделий с трубчатыми электронагревательными элементами” (1994-95 гг.); “Процессуальные и методические проблемы составления заключения эксперта” (1994-95 гг.); “Оптимизация сос- тавления экспертных заключений на основе создания каталога типизи- рованных методик” (1995-96 гг.); “Особенности применения технико- криминалистических средств и методов при раскрытии и расследовании поджогов” (1995-97 гг.).

Проанализированы также действующие к настоящему времени зако- нодательные акты, нормативные и информационные документы МВД РФ, затрагивающие вопросы организации борьбы с преступностью в целом и с правонарушениями, связанными с пожарами и поджогами.

  • 12 -

Эмпирическая база и правовая основа работы. Эмпирическую базу диссертации составили результаты изучения практики экспертно-кри- миналистической службы органов внутренних дел за период 1980-1997 гг., включая производство пожарно-технических и иных экспертиз по делам о преступлениях, сопряженных с пожарами и поджогами, участие специалистов в следственных действиях, практику работы группы по- жарно-технических исследований и экспертиз ЭКЦ МВД РФ и пожарно- технических лабораторий экспертно-криминалистических подразделений МВД, ГУВД, УВД органов внутренних дел республик, краев и областей, практики работы следственных органов и подразделений Государственной противопожарной службы, осуществляющих дознание и предварительное расследование по преступлениям данной категории.

Использован личный более чем 20-летний опыт диссертанта в про- изводстве экспертиз и участии в качестве специалиста в следственных действиях при расследовании конкретных преступлений преступлений данной категории (в том числе в составе специализированной следственно-оперативной группы МВД России для координации деятель- ности служб министерства и органов внутренних дел по раскрытию и расследованию пожаров и поджогов). Кроме того, с помощью специально разработанных анкет изучены материалы 847 уголовных дел по поджогам и нарушениям правил пожарной безопасности, проинтервьюировано 68 судей, 165 экспертов, 487 следователей и 376 дознавателей по вопросам проведения предварительной проверки по фактам пожаров и судебного исследования преступлений, сопряженных с пожарами, о су- ществующих проблемах и взглядах на возможные пути их разрешения. Учтены выявленные при изучения более 4000 заключений пожарно-тех- нических и других экспертиз положительные и отрицательные стороны практики этого вида применения специальных познаний.

Таким образом, положения, выводы и рекомендации, содержащиеся в диссертации, базируются на обширном научно-теоретическом и конк- ретном, репрезентативном эмпирическом материале. Достоверность вы- водов обеспечивается комплексным подходом к рассмотрению имеющихся

  • 13 -проблем, применением методов логики, сравнительного анализа, опроса и др. Работа основана на сравнительном изучении положений действующего уголовно-процессуального законодательства РФ и ряда зарубежных стран, руководящих указаний Пленумов Верховного Суда РФ. ведомственных нормативных актов, относящихся к теме исследования.

В процессе исследования были учтены положения, содержащиеся в работах Т.В.Аверьяновой, А.Ф.Аубакирова, О.Я.Баева, Р.С.Белкина, А.Н.Васильева, А.Ф.Волынского, А. И. Винберга, Л. В. Виницкого, В.И.Гончаренко, Л. Я. Драпкина, А.В.Дулова, Г. Г.. Зуйкова, Е.П.Ищен-ко, Ю. Г. Корухова, З.И.Кирсанова, А.А.Леви, И.М.Лузгина, Н.П.Май-лис, В.Н. Махова, В. С. Митричева. В.А.Образцова, И.Ф.Пантелеева, Е. Р. Российской, М.В. Салтевского, Н.А.Селиванова, В. Н.. Сорокотяги-на, А.А.Эйсмана, А.Р.Шляхова, Н.П.Яблокова, Н.А.Якубович и многих других ученых.

Автором использованы результаты обобщения следственной, судебной и экспертной практики, многолетний опыт экспертной работы, а также опыт преподавания и руководства слушателями-дипломниками в Московском институте пожарной безопасности МВД РФ, на Высших ака- демических курсах (ВАК) Академии МВД РФ, и методической работы с экспертами, следователями и судьями.

Научная новизна диссертационного исследования определяется в первую очередь формированием целостной концепции применения специальных познаний, научных и технических средств и методов в процессе выявления, расследования и предупреждения преступлений, сопряженных с пожарами. Комплексный подход к исследуемой проблеме позволил выявить и разрешить многочисленные проблемы, представляющие как теоретический, так и практический интерес.

Основные положения, которые отвечают критерию научной новизны, могут быть сведены к следующим.

Разработана концепция технико-криминалистического обеспечения выявления, расследования и предупреждения преступлений, сопряженных с пожарами, отражающая различия и совпадения профессиональных

  • 14 -подходов различных участвующих в этой работе субъектов, их объективные взаимные связи, определяющие возможности эффективного взаимодействия в целях оптимального использования имеющихся ресурсов для выявления и расследования преступлений данной категории. Исс- ледована и классифицирована система материальных и идеальных следов, образующихся при совершении преступлений, сопряженных с пожарами, как источников криминалистически значимой информации о расследуемом событии. Показана сущность, охарактеризованы виды специальных познаний, необходимых для исследования обстоятельств пожаров.

Дано понятие и определено содержание новой категории криминалистики - технико-криминалистической характеристики преступлений как части соответствующей криминалистической характеристики, содержащей систему элементов описания преступления на основе использования специальных познаний. Для технико-криминалистической характеристики преступлений, сопряженных с пожарами, раскрыта ее специфическая структура и классификация по видам. Разработаны концептуальные положения и даны рекомендации по применению метода моделирования при исследовании обстоятельств возникновения и развития пожаров в рамках следственных действий и экспертиз.

Разработаны теоретические основы применения специальных познаний, научных и технических средств и методов в рамках технико-кри- миналистических ситуаций, складывающихся при производстве следс- твенных действий (следственный осмотр места происшествия, предметов и документов, допрос, следственный эксперимент, обыск), оперативно- розыскных мероприятий и исследований в ходе выявления и расследования преступлений, сопряженных с пожарами.

Сформулированы методические основы пожарно-технической экспертизы, предусматривающие для исследования обстоятельств пожара пре- доставление эксперту четко формулируемых исходных данных. Разработан комплекс рекомендаций по организационному, методическому, тех- ническому и информационному обеспечению производства пожарно-тех- нических экспертиз. Предложена концепция применения новых информа-

  • 15 -ционных технологий в планировании расследования дел данной категории, а также при назначении и проведении экспертиз по таким делам, учитывающая большой объем и разнородность информации, которая при этом собирается и исследуется.

Проведенное исследование качества применения специальных познаний при производстве по делам данной категории следственных действий, экспертиз и исследований позволило выявить положительный опыт и характерные ошибки. На этой основе сформулированы предложения по конкретизации алгоритма следственных действий с использованием специальных познаний, производства экспертных исследований в складывающейся технико-криминалистической ситуации таким образом, чтобы обеспечить максимально возможную эффективность извлечения криминалистически значимой информации о расследуемом преступлении.

На защиту выносятся следующие основные положения:

  1. Концепция комплексного технико-криминалистического обеспечения выявления, расследования и предупреждения преступлений, сопряженных с пожарами.
  2. Классификация следов, образующихся при совершении преступлений, сопряженных с пожарами.
  3. Понятие, структура и содержание технико-криминалистической характеристики преступлений, сопряженных с пожарами, как части со- ответствующей криминалистической характеристики.
  4. Система специальных познаний, необходимых для исследования обстоятельств пожаров.
  5. Особенности моделирования при исследовании обстоятельств пожаров и методические рекомендации по применению метода моделирования в рамках следственных действий и судебных экспертиз.
  6. Классификация технико-криминалистической ситуаций, в рамках которых собирается криминалистически значимая информация при выяв- лении и расследовании преступлений, сопряженных с пожарами.
  7. Положение о приоритете криминалистического исследования места происшествия со следами пожара в процессе расследования и
  • 16 -

методика собирания криминалистически значимой информации на подобных местах происшествий.

  1. Методологические основы пожарно-технической экспертизы. Комплекс рекомендаций по организационному, методическому, техническому и информационному обеспечению производства пожарно-техни-ческих экспертиз.
  2. Концепция применения новых информационных технологий в пла- нировании расследования преступлений, сопряженных с пожарами, и при производстве экспертиз по делам о пожарах.
  3. Комплекс тактических и методических рекомендаций по назначению судебных экспертиз, оценке и использованию заключений экспертов при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами.
  4. Организационные принципы системы подготовки сотрудников следствия, дознания, оперативных служб и экспертно-криминалисти- ческих подразделений, участвующих в выявлении, расследовании и предотвращении преступлений, сопряженных с пожарами.
  5. Предложения по совершенствованию процессуальной регламентации применения специальных познаний при выявлении и расследовании преступлений.
  6. Практическая значимость диссертации состоит в том, что сформу- лированные в ней выводы, рекомендации и предложения могут быть ис- пользованы: в процессе совершенствования уголовно-процессуального законодательства и ведомственных нормативных актов; практике орга- низации и технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, сопряженных с пожарами, включая этапы выявления признаков преступлений, собирания, исследования и оценки доказательственной информации; в планировании и проведении научных исследований, направленных на развитие и углубление знаний о научно- техническом обеспечении раскрытия, расследования и предупреждения преступлений, сопряженных с пожарами, представляющих повышенную общественную опасность; при чтении лекций и проведении практических занятий в средних и высших учебных заведениях системы МВД
  • 17 -России и других юридических ВУЗах.

Разработанный автором комплекс оригинальных экспертных методик. в том числе с использованием информационных технологий, уже внедренный в экспертную практику, существенно расширяет возможности судебной экспертизы, повышает надежность ее результатов.

Апробация и внедрение результатов исследования. Теоретические положения, выводы и рекомендации, разработанные и сформулированные в ходе диссертационного исследования, получили отражение в подго- товленных и опубликованных диссертантом самостоятельно и в соав- торстве 90 работах, в т. ч. монографии, справочные и учебные посо- бия, методические рекомендации (всего - 19 работ), научные статьи и тезисы докладов и выступлений, общий объем которых составляет более 140 авт. листов (личный вклад диссертанта более 82 печ. листов). Получен патент на изобретение.

Результаты диссертационного исследования реализованы в нормативных документах МВД РФ. Диссертант в составе бригад МВД РФ неоднократно принимал непосредственное участие в расследовании преступлений, сопряженных с пожарами и поджогами. Положения, которые легли в основу работы, являлись предметом обсуждения на теоретических и учебно-практических семинарах, заседаниях научно-методических советов, излагались в лекциях и на практических занятиях на региональных семинарах для экспертов, следователей и сотрудников Государственной противопожарной службы в период 1980-1997 гг.. на совещаниях и семинарах научно-методического совета по судебной по- жарно-технической экспертизе при РФЦСЭ при МЮ РФ.

Материалы и результаты диссертационного исследования используются в практической работе следственно-оперативных групп МВД РФ по раскрытию и расследованию преступлений, связанных с пожарами и поджогами; в практической и научно-исследовательской работе в ЭКЦ МВД РФ и территориальных экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел и в подразделениях Государственной противопожарной службы, занимающихся исследованием обстоятельств

  • 18 -пожаров; внедрены в учебный процесс высших учебных заведений МВД РФ юридического и пожарно-технического профиля.

Основные положения диссертации докладывались на республиканских и региональных конференциях, посвященных актуальным проблемам теории и практики судебной экспертизы, технико-криминалистическому обеспечению борьбы с преступностью и противопожарной защиты, в частности, на научно-практических конференциях во ВНИИСЭ при МЮ СССР в 1983 г., 1986 г., 1989 г., международной научной конференции (Вильнюс, НИИСЭ, октябрь 1991 г.); 13-й конференции Международной ассоциации судебных наук (Дюссельдорф, июль 1993 г.); конференциях научных и образовательных учреждений МВД РФ (ВНИИПО МВД СССР, июнь 1987 г.; Москва, ВИПТШ МВД РФ, ноябрь 1993 г.; Санкт-Петербург, ЮИ МВД РФ, июнь 1994 г.; Пермь, ЮИ МВД РФ. июнь 1994г.; Москва, ЮИ МВД РФ, декабрь 1994 г.; Краснодар, июнь 1995 г.; Москва, Академия МВД РФ, июль 1994 г. и июль 1995г.; апрель 1997 г., Саратов, СВШ МВД РФ; июнь 1997 г., Ростов-на-Дону, РВШ МВД РФ), были рассмотрены и одобрены на заседании Ученого совета ЭКЦ МВД РФ 17 апреля 1997 г.

Глава 1. Методические и правовые основы применения специальных познаний при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами

1.1. Уголовно-правовая и криминалистическая характеристики преступлений, сопряженных с пожарами

На протяжении всей истории развития цивилизаций пожары являются бедствием для человечества и преследуют его. Закон о пожарной безопасности в Российской Федерации определяет пожар как неконтро- лируемое горение, причиняющее материальный ущерб, вред жизни и здоровью граждан, интересам общества и государства [1.2]. Это го- рение возникает при наличии горючей среды (присутствующей постоянно или образовавшейся в результате нарушения конкретным лицом тре- бований правил пожарной безопасности) в результате воздействия оп- ределенного источника зажигания (энергетического импульса, который может возникнуть при умышленных действиях, неосторожном обращении с огнем и нарушении правил пожарной безопасности, а также в результате случайного стечения обстоятельств). Это воздействие должно происходить в определенных условиях, обеспечивающих возникновение горения и его развитие во времени и в пространстве, вызывая жертвы и материальный ущерб.

Горение веществ и материалов является главным признаком пожара. Как процесс, горение развивается во времени и пространстве в соответствии с объективными закономерностями, которые вполне опре- деленным образом проявляются в конкретных условиях. Закономерности, регулирующие механизм* пожара, его динамику и характерные для него опасные факторы (высокая температура, тепловое излучение, токсичный и оптически плотный дым и др.) изучаются, в основном. такими естественными науками, как теория тепломассопереноса и химия термоокислительных процессов. Именно благодаря закономерному характеру процессов, происходящих при возникновении и развитии по-

  • Механизм здесь - это последовательность состояний, процессов, определяющих собою какое-нибудь действие, явление [2.227, с.346].

  • 20 -жаров, формирования соответствующих следов на элементах окружающей материальной обстановки и информации в памяти людей оказывается возможным впоследствии исследовать обстоятельства пожара.

Составляющий сущность пожара процесс горения не может подвергаться правовой оценке, поскольку представляет собой явление, закономерно протекающее при наличии необходимых и достаточных условий. В Уголовном кодексе Российской Федерации нет статей, предусматривающих наказание за инициацию горения. Такие действия могут приобрести криминальный характер лишь в случае, если инициация горения повлекла происшествие, расцениваемое как преступление, предусмотренное Уголовным кодексом. В соответствии с УК РФ. вступившим в действие с 1 января 1997 г.. уголовная ответственность наступает за совершение преступлений умышленно (с прямым или косвенным умыслом, ст. 25 УК) и по неосторожности (по легкомыслию или небрежности, ст. 26 УК). К категории преступлений, которые могут быть сопряжены с пожарами (сопровождаться ими), относятся следующие (согласно статьям УК РФ):

убийство, совершенное общеопасным способом (ч. 2е ст. 105);

умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, а равно в отношении лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии (ч. 26 ст. 105) или общеопасным способом (ч. 2в ст. 105);

умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества путем поджога, взрыва или иным общеопасным способом либо повлекшие по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия (ч. 2 ст. 167);

уничтожение или повреждение чужого имущества, совершенные путем неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности либо повлекшие тяжкие последствия (ч. 2 ст. 168);

терроризм - совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущест-

  • 21 -венного ущерба либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях (ч. 1, 2 ст. 205);

организация массовых беспорядков, сопровождавшихся насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением огнест- рельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти (ч. 1. 2 ст. 212);

хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка. выражающее явное неуважение к обществу, сопровождающееся применением насилия к гражданам либо угрозой его применения, а равно уничтожением или повреждением чужого имущества (ч. 1, 2 ст. 213);

вандализм, то есть осквернение зданий или иных сооружений, порча имущества на общественном транспорте или в иных общественных местах (ст. 214);

нарушение правил безопасности при ведении горных, строительных или иных работ, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью человека (ч. 1 ст. 216), смерть человека или иные тяжкие последствия (ч. 2 ст. 216);

нарушение правил безопасности на взрывоопасных объектах или во взрывоопасных цехах, если это могло повлечь смерть человека или иные тяжкие последствия (ч.1 ст. 217), повлекшее по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия (ч. 2 ст. 217);

нарушение правил учета, хранения, перевозки и использования взрывчатых, легковоспламеняющихся веществ и пиротехнических изделий, а также незаконная пересылка этих веществ по почте или багажом, если эти деяния повлекли по неосторожности тяжкие последствия (ст. 218);

нарушение правил пожарной безопасности, совершенное лицом, на котором лежала обязанность по их соблюдению, если это повлекло по

  • 22 -неосторожности причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью человека (ч. 1 ст. 219), повлекшее по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия (ч. 2 ст. 219);

уничтожение или повреждение памятников истории и культуры. природных комплексов или объектов, взятых под охрану государства, а также предметов и документов, имеющих историческую или культурную ценность (ч. 1, 2 ст. 243);

уничтожение или повреждение лесов, а равно насаждений, не входящих в лесной фонд, в результате неосторожного обращения с огнем или иными источниками повышенной опасности (ч. 1 ст. 261), то же путем поджога, иным общеопасным способом либо в результате загрязнения вредными веществами, отходами, выбросами или отбросами (ч. 2 ст. 261);

нарушение лицом, управляющим автомобилем, трамваем либо другим механическим транспортным средством, правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью человека либо причинение крупного ущерба (ч. 1 ст. 264), повлекшее по неосто- рожности смерть человека (ч. 2 ст. 264) или двух и более человек (ч. 3 ст. 264);

диверсия, то есть совершение взрыва, поджога или иных действий, направленных на разрушение или повреждение предприятий, сооружений, путей и средств сообщения, средств связи, объектов жизнеобеспечения населения в целях подрыва экономической безопасности и обороноспособности РФ (ч. 1, 2 ст. 281);

халатность, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, повлекшее по неосторожности смерть человека или иные тяжкие последствия (ч. 2 ст. 293).

Как видно из приведенного перечня, он достаточно велик и мно- гообразен, охватывает деяния самого различного характера. В част- ности, законодатель отнес к числу особо опасных преступлений тер-

  • 23 -роризм (ч. 1,2 ст. 205), организацию массовых беспорядков (ч. 1, 2 ст. 212). диверсию (ч. 1,2 ст. 281), сопровождающиеся поджогами.

В отношении уголовно-правовой характеристики преступлений, связанных с пожарами, следует отметить, что явление пожара может выступать в событии происшествия в различных качествах: а) как способ совершения преступления (ст. ст. 105, 167, 205, 212, 213. 214. 261. 281 УК РФ); б) как способ сокрытия другого преступления (кражи, хищения, убийства и др); в) как последствия иных преступных деяний (ст.ст. 168, 216- 219. 243. 264, 293 УК РФ). При этом законодатель предусматривает наиболее жесткие меры наказания за совершение умышленных преступлений, сопровождающихся пожарами. Подробная уголовно-правовая характеристика указанных преступлений приводится в работах по уголовному праву [2.252; 5.24; 5.53; 5.68] и выходит за рамки настоящей работы.

Следует отметить, что закон суров к лицам, виновным в совершении столь общественно опасных преступлений, как поджоги, и в других странах. Так, в США умышленное уничтожение здания, автомобиля или другого имущества путем поджога, также как и с помощью взрывных устройств, наказывается заключением в тюрьму сроком до 10 лет и штрафом в размере до 10 тыс. долларов, а профилактика и расследование поджогов регламентированы федеральным законом 1982 г. [2.346, р. 6- 8].

Судебное исследование* преступления связано не только с его познанием, но и с доказыванием, которое представляет собой процесс установления истины в судопроизводстве. Ее познание как обоснование представлений о ее содержании “является единством непосредственного и опосредованного” [5.49, с.10]. С гносеологической точки зрения доказывание есть выяснение связей между данными явлениями, фактом и обосновывающими его другими явлениями, фактами. Эти связи

  • Под судебным исследованием следует понимать всю деятельность органов дознания, следствия, суда, экспертных учреждений, пресле- дующую цель установить истину по конкретному делу [2.33. с.10].

  • 24 -носят объективный характер: существуют независимо от того, познаны они или нет. независимо от воли лица, осуществляющего доказывание. Перед органами правосудия стоит задача правильно квалифицировать преступление, установить и юридически закрепить точное соответствие между фактическими признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного правовой нормой [2.167, с.8]. По справедливому замечанию Р.С.Белкина, “как при совершении преступления возникают, строго говоря, не доказательства, а информация о преступлении, которая может приобрести, а может и не приобрести в силу тех или иных причин значение доказательств, так и при собирании доказательств речь идет фактически о собирании информации о преступлении, которая, будучи исследована и оценена следователем, может получить статус доказательства” [2.19. с.72].

В процессе изучения происшедшего события устанавливается целый ряд разнородных обстоятельств, которые могут быть классифицированы в зависимости от их отношения к процессуальному предмету доказывания, от временной фазы, от связи с местом преступления, причинно- следственных связей, отношения к системам учетов и др. [2.62, с.139]. При этом субъекты расследования в своей деятельности руко- водствуются в первую очередь принципом целесообразности [3.41, с.108], и на выполнение “лишней”, не обоснованной целями своей де- ятельности работы не располагают, как правило, ни временем, ни ма- териальными и иными ресурсами. Они не просто собирают информацию. а ориентируются прежде всего на получение криминалистически значимой информации. К ней относятся фактические данные или сведения. имеющие причинно-следственную связь с событием преступления и ха- рактеризующие способ его совершения, лиц. его совершивших, предмет преступного посягательства, орудия преступления и другие обстоя- тельства [2.225, с. 32; 2.22, с. 84]. При этом, анализируя вопросы раскрытия и расследования преступления, многие криминалисты упускают из сферы внимания важнейший этап - выявление преступления по его признакам. По мнению И.Ф.Герасимова и В.В.Степанова, это -

  • 25 -первый этап раскрытия любого преступления [3.60, с.10; 2.304]. Этот этап, как правило, не выделяется [3.141, с.53] и в учебниках по уголовному процессу и криминалистике, где речь идет об этапе расследования преступлений. По нашему мнению, раскрытие закономер- ностей движения уголовно-релевантной информации на этапе выявления преступления заслуживает особого внимания и, возможно, создания частной криминалистической теории выявления преступлений.

Собирание и исследование криминалистически значимой информации осуществляются с использованием соответствующей частной методики расследования преступлений, при разработке которой основой служит соответствующая криминалистическая характеристика преступлений. По мнению Н.А.Селиванова [3.241, с.57], она раскрывает объективную сторону состава преступления в криминалистическом выражении способа, места и времени, обстоятельств и последствий его совершения, объекта преступного посягательства и личности преступника, соединяющиеся между собой закономерными связями.

Криминалистическая характеристика представляет собой результат научного анализа и обобщения типичных признаков и особенностей оп- ределенной категории преступлений. Она имеет главным образом поис- ковое, ориентирующее значение и включает наиболее существенные общие положения методик расследования преступлений данной категории, в частности: особенности способа совершения соответствующего вида преступлений, образования типичных материальных следов, объекта посягательства, а также обстоятельства, характеризующие участников преступления и их преступные связи, объективную сторону, время, место и обстановку совершения преступления и связи между указанными обстоятельствами, применяемые преступниками технические средства, могущие иметь значение вещественных доказательств, наиболее вероятные места их обнаружения, способы сокрытия следов преступления и других средства маскировки преступников, характеристику их преступных навыков, преступных связей, свойства личности субъекта преступления и личности потерпевших, особенности и источники фор-

  • 26 -мируемой информации, имеющей значение для решения задач уголовного судопроизводства путем применения соответствующих криминалистических средств и методов [2.162, с. 203; 5.32, с. 10-14; 3.267, с. 102; 3.205, с. 7-15; 2.51, с. 108; 5.67, с. 18; 3.149, с. 16; 3.8, с. 64; 3.76, с. 59; 3.86, с. 17; 2.60, с.274идр.].

По нашему мнению, неправомерно включать (например, И.Ф.Пантелеев и И.Ф.Герасимов [2.239, с. 9-10; 2.151, с. 333]) в содержание криминалистической характеристики преступлений признаки, присущие типичным следственным ситуациям данного вида преступлений, поскольку они отражают прежде всего внешние условия, в которых осуществляется расследование. Представляется ошибочной и позиция ряда криминалистов (В.К.Гавло, И.Ф.Крылов, Г.А.Густов, В.А. Образцов [3.54, с. 122; 3.161, с. 31-34; 3.77, с. 43-48; 2.161. с.18идр. ]). которые кроме общей, родовой и видовой криминалистической характеристики выделяют и криминалистическую характеристику конкретного преступления, полагая, что это “самая низкая степень абстракции”.

Такой подход неприемлем, поскольку криминалистическая характеристика выступает в качестве исходной абстрактной модели, которую следователь, образно говоря, рассматривает как образец, соответс- твующий выдвинутой следственной версии, при выявлении и проверке доказательств в процессе распознавания преступления определенного вида. Мы присоединяемся к мнению криминалистов, считающих, что “по конкретному делу следователь решает задачу не конструирования кри- миналистической характеристики данного преступления, а установления фактов, входящих в предмет доказывания” [3.21, с.56-58]. Кри- миналистическая характеристика на уровне единичного явления отож- дествляется с обстоятельствами конкретного преступления, поэтому “она не представляет интереса как объект научного анализа, поскольку наука занимается изучением и обобщением типичного, повторяющегося” [3.302, с. 100].

Таким образом, для большинства ученых-криминалистов кримина- листическая характеристика преступлений является абстрактным,

  • 27 -обобщенным научным понятием, информационным комплексом, представляющим собой эффективное средство в творческой поисковой деятельности следователя, в состав которого включается совокупность типичных криминалистически значимых данных о преступлении, которые способствуют его раскрытию и расследованию: характеристика типичной исходной информации; система данных о способах совершения и сокрытия преступлений данной категории и типичных последствиях их применения; характеристика обстоятельств, подлежащих выяснению и исследованию по данной категории дел, и типичных версий; указания на личность вероятного преступника, вероятные мотивы и цели преступления, личность вероятного потерпевшего и его характеристику; описание типичных для данной категории преступлений обстоятельств. способствующих его совершению [2.20. с.181; 2.156. с.39].

Фактически последним из приведенных определением охватываются все сколько-нибудь существенные основания для включения того или иного элемента в содержание криминалистической характеристики преступлений, что дает основания согласиться с ним как наиболее обобщенным. Подытоживая вышесказанное, можно утверждать, что это определение наиболее верно и полезно для практики расследования преступлений. Опубликованные в последнее время некоторыми учеными воззрения на понятие и структуру криминалистической характеристики преступлений лишь незначительно отличаются от данного определения.

Переходя от общего к частному - к преступлениям, сопряженным с пожарами, возникающими в результате умышленных и неосторожных действий, отметим разнообразие взглядов криминалистов на методику их расследования. В частности, Миусская Р.А., Казаков Г.Н., Берди- чевский Ф.Ю. по существу отстаивают самостоятельность методики расследования поджогов, концентрируя в своих работах основное вни- мание именно на поджоге как причине пожара [5.40; 5.28; 2.279]. Некоторые криминалисты считают целесообразным разрабатывать частные методики расследования дел о пожарах, исходя прежде всего из вида объекта пожара [3.178, с.72-74; 4.15, с.38]. Однако преступ-

  • 28 -ления рассматриваемой категории однородны в том смысле, что “их объединяет общее - явление пожара, повлекшее уничтожение или повреждение имущества или иные тяжкие последствия, независимо от то- го, возникает данное явление в результате целенаправленных, умыш- ленных или неосторожных действий виновного лица” [5.31, с.10].

Перед тем, как устанавливать признаки преступления, необходимо решить основные криминалистические задачи по делам этой категории: определить место и механизм возникновения и распространения горения, обстоятельства, которые способствовали его возникновению и развитию. В этой связи считаем необходимым отметить, что общность основных криминалистических задач расследования этой категории дел обусловливает необходимость единой методики расследования и, соот- ветственно, единой видовой криминалистической характеристики прес- туплений, сопряженных с пожарами. За объединение в рамках единой методики рекомендаций по расследованию преступлений этой группы независимо от причин возникновения горения и вида объектов пожара выступают М. В. Безуглов. С.П.Митричев. Н.П.Яблоков,’ А.Я.Качанов, А.В.Мишин, О.Ю.Антонов, И.А.Попов [5.5, с. 18; 2.208, с.48; 2.343, с. 168; 2.129; 2.212; 4.1; 2.252 и др.].

Все авторы, затрагивая проблему расследования преступлений, сопряженных с пожарами, отмечают, что центральное место в этой ра- боте занимает установление причины пожара, в которой, как правило. выделяют основную (правовую) и непосредственную (техническую), под которой понимается механизм первоначального возникновения горения [2.240, с. 86; 2.42, с. 19; 2.279, с. 421]. Здесь следует остановиться на толковании термина причинности и связанных с ним. Причинность представляет собой философскую категорию “для обозначения необходимой генетической связи явлений, из которых одно (называемое причиной) обусловливает другое (называемое следствием)” [2.320, с.383], и при этом дифференцируются понятия полной причины (то есть совокупности всех обстоятельств, при наличии которых необходимо наступает следствие) и специфической причины (то есть со-

  • 29 -вокупности ряда обстоятельств, появление которых, при наличии множества других, уже имевшихся в данной ситуации до наступления следствия и образующих собой условия действия причины) ведет к по- явлению следствия). Возникновение пожара не случайность, а результат цепи событий. По меткому выражению А.К.Микеева, “пожары - это не стихия природы, а стихия человеческого поведения” [3.191. с.7]. В уголовных делах по пожарам могут быть выделены “непосредственные причины пожара”, которые “устанавливаются специалистами пожарного дела, инженерами-электриками, химиками, технологами… Непосредственными причинами пожаров чаще всего бывают: в жилых по- мещениях - неправильная эксплуатация электробытовых приборов, печ- ного отопления, неосторожное обращение с огнем, поджог; на промыш- ленных и строительных объектах - неправильная эксплуатация машин и оборудования, электросварочные работы, замыкание электропроводов; на складах и базах - небрежное обращение с огнем, складирование легковоспламеняемых материалов вблизи приборов отопления, поджог” [3.178, с.73]. Эта позиция представляется ошибочной, поскольку фактически правовая квалификация события (например, разграничение небрежного обращения с огнем или поджога) отдаются на откуп специ- алистам, а не уполномоченным на то законом лицам. Предпочтительнее выглядит позиция Б.В.Мегорского [2.192, с.10], который отмечал, что формирование причины любого пожара составляет цепь определенных последовательно связанных между собой звеньев, и в каждом конкретном случае пожара такая закономерность проявляется в определенной причинной связи между фактом пожара и действиями (бездействием) людей. О том, что в данной категории уголовных дел отчетливо просматриваются две группы причинных связей указывал И.М.Лузгин [3.178, с.72-74]. К первой группе он относил причинные связи, характеризующие непосредственно загорание (явление горения): его механизм, причины возникновения, интенсивность, пути распространения огня и т.п. (фактическая основа дела). Во вторую группу он включал причинные связи между действиями людей и обстоя-

  • 30 -тельствами возникновения пожара.

С данными положениями солидарен А. А. Умаев, который отметил, что явление пожара начинается со сложной по природе реакции соединения вещества с окислителем, сопровождающаяся целым комплексом причинно обусловленных процессов. Эта - первая - группа причинных связей может быть раскрыта только с помощью специальных познаний в области естественных и технических наук. Причины второй группы ус- танавливаются следственным путем в результате всестороннего и пол- ного изучения обстоятельств, предшествовавших и сопутствовавших загоранию. Следовательно, разница между этими группами причинных связей заключается не только в сущности, но и в способах образования [3.276, с. 126-127]. Мнение о том, что “при расследовании дел о пожарах вопрос о причинной связи может возникнуть в двух аспектах: причинная связь между действием или бездействием человека и пожаром, возникшим в результате этого действия или бездействия; причинная связь как закономерная объективная связь между явлениями технического порядка пожарно-технический эксперт имеет право раз- решить только вторую причинную связь” [2.319, с.27], получило оп- ределенное распространение в литературе по проблемам исследования обстоятельств пожаров.

Указанные положения соответствуют понятиям, используемым в науке уголовного права, где причинная связь по уголовному делу между деяниями и преступными последствиями дифференцируется от причинной связи в том же уголовном деле, но устанавливаемой экспертами. Как резонно заметил Р.С.Белкин, “эксперт вправе давать заключение о наличии или отсутствии причинной связи, о причине или следствии в тех случаях, когда закономерности развития явлений, образующих проверяемую причинную цепь, полностью охватываются его специальными познаниями… Причинная связь выступает как виновная в результате ее правовой оценки, но до этого она должна быть установлена” [2.25, с.339-341].

В практике исследования обстоятельств пожаров широко использу-

  • 31 -ется приведенное в ГОСТ 12.1.033-81 определение причины пожара как явления или обстоятельства, непосредственно обусловливающего возникновение пожара, которое, по нашему мнению, неконкретно, пос- кольку не раскрывает природы этих явлений и обстоятельств. Кроме того, понятие “причины” не используется в уголовно-правовой и кри- миналистической науке (исключение составляет только понятие “причина смерти”, которая устанавливается судебно-медицинским экспертом, см. п.1 ст.79 УПК РСФСР). Термин “причина пожара” на практике понимается неоднозначно: с позиций правоведения причина воспринимается как правонарушение, а с позиций технического исследования -как неисправность прибора (устройства и т.д.) или отклонение от установленного порядка обращения с ним. При этом следует иметь в виду, что само по себе предшествование определенных действий (нап- ример, нарушение правил пожарной безопасности) или явлений (напри- мер, короткое замыкание в электросети) обнаружению пожара еще не является доказательством наличия между этими событиям причинной связи. Помимо временной последовательности, исследованию подлежат и иные стороны, свойства и отношения событий. Следует доказать, что такое действие или явление “создало реальную возможность наступления именно данного результата либо превратило в действительность уже имевшуюся возможность его наступления” [3.79, с.29].

Представляется правомерным утверждать, что состав преступления по делам рассматриваемой категории в значительной мере сформирован уже на момент возникновения горения в очаге пожара в результате тех или иных действий (бездействия) определенных лиц. К этому моменту уже существует криминальная ситуация, представляющая собой “объективно сложившуюся систему противоправных, общественно опасных действий (бездействий) человека и их последствий в конкретных условиях места и времени” [2.185, с.94], для которой характерна определенная связь обстоятельств, способствующих преступлению, психологических факторов, конкретных признаков, характеризующих деяние как преступление.

  • 32 -

По нашему мнению, прав Н.П.Яблоков. утверждая, что криминальная ситуация соответствует моменту происшествия, и что она является носителем криминалистически значимой информации, несет следы и иные последствия преступления [3.307. с.35]. Очевидно, что она же несет и информацию об обстоятельствах, сложившихся к моменту происшествия. Еще в начале XX века отмечали, что, например, поджог должен рассматриваться как совершенное преступление, а не покушение, так как “довершение его составляет уже простой естественный ход стихийной силы” [2.41. с.2]. Дифференциация умысла и случайности в отношении причины пожара при неочевидности обстоятельств его возникновения осуществляется на поздних стадиях расследования. а на его начальном этапе о правовой оценке говорить можно лишь в предположительной форме.

“Событие происходит и выражается в определенной ситуации - со- четании, системе условий и обстоятельств, создающих определенную обстановку. Криминальная ситуация как объект доказывания в инфор- мационном плане обладает следующими чертами: ретроспективностью - относимостью к прошлому, так как событие уже произошло; уникаль- ностью - неповторимостью, создаваемой совокупностью условий и обс- тоятельств; отображаемостью в материальной и идеальной формах - в вещной обстановке события и в сознании участников, потерпевших. очевидцев” [3.157, с.11]. На формирование мысленной модели этой исходной криминальной ситуации и направлена прежде всего деятель- ность правоохранительных органов в процессе раскрытия и расследо- вания преступления, сопряженного с пожаром.

Именно фактические данные, характеризующие эту криминальную ситуацию, образуют основу предмета доказывания и имеют уголовно- правовое значение, то есть характеризуют состав преступления.

Предварительный анализ общих положений учения о криминалистической характеристике преступлений позволяет нам перейти к раскрытию криминалистической характеристики преступлений, сопряженных с пожарами, определить, какие общие особенности и закономерности

  • 33 -данной группы преступлений относятся к наиболее значимым признакам в криминалистическом отношении. Понятие и структура криминалистической характеристики преступлений, сопряженных с пожарами, рассматривалась многими учеными-криминалистами. В. А.Гуняев относит к ней основные причины пожаров, перечень составов преступлений, особенности расследования и обстоятельства, подлежащие установлению [2.144, с.569-570]. Н.П.Яблоков включает в криминалистическую характеристику поджогов перечень составов преступлений и способов поджога, основную первоначальную задачу расследования и круг вопросов, подлежащих выяснению [2.145, с. 457]. В. Е. Коновалова охватывает этим понятием способы совершения преступлений, способы сокрытия, совокупность наиболее типичных следов, информацию о личности преступника и личности потерпевшего [3.149, с. 16]. И.Ф.Пантелеев в структуру криминалистической характеристики поджогов включает наиболее распространенные технические причины возникновения горения» типичные условия, вызывающие его развитие, типичные следы, типичные криминальные ситуации, совокупность сведений о признаках, указывающих на очаг пожара, а также на умышленные действия поджигателя (типичные признаки поджога) [2.153, с.545].

Как известно, возникновение пожаров нередко происходит вследствие неисправности или неправильной эксплуатации каких-либо технических устройств. В связи с этим интересно проанализировать не общие представления о криминалистической характеристике преступлений, а о той, которые связаны с эксплуатацией технических устройств. Основываясь на результатах исследования обстоятельств таких преступлений, Иванов Л.А. указывает, что “по техническим прес- туплениям криминалистическая характеристика в общем виде должна включать сведения: 1) о типичной исходной криминальной ситуации в производстве; 2) о технике, причастной к преступлению, ее принад- лежности предприятию, общественным организациям, частным лицам и т.д.; 3) о виде происшествия, правилах, регламентирующих эксплуа- тацию техники; 4) об операторах и лицах, находящихся в зоне дейс-

  • 34 -твия источника повышенной опасности; 5) о способе преступления; 6) о механизме происшествия; 7) о виктимных действиях лиц, причастных к преступлению; 8) об обстановке происшествия (место, время, следы, иные обстоятельства); 9) о личности потерпевших; 10) о последствиях происшедшего (травмы, гибель людей, разрушение строений и т.д.); 11) о вреде, нанесенном природной окружающей среде, ином ущербе; 12) о действиях владельцев источников повышенной опасности по обеспечению безопасной эксплуатации техники; 13) о причинах и условиях, способствовавших совершению преступления” [5.25, с.14]. Близкую к нему позицию в отношении структуры и содержания криминалистической характеристики преступлений, связанных с ненадлежащим исполнением профессиональных функций в сфере производства, и роли в ней специальных познаний занимает В.А.Образцов [2.226, с.16].

Емкое и точное определение криминалистической характеристики преступлений, сопряженных с пожарами, дает А. Я. Качанов, отнеся к ней “совокупность сведений о типичных механизмах возникновения по- жаров как преступных проявлений: о причинах их возникновения как результате действий определенного лица, включая способы поджогов и неосторожных действий и преступного бездействия, о последствиях действий виновных лиц и горения как разрушительного процесса, про- явившихся в материальных следах, об особенностях образования иде- альных следов и их местонахождении” [3.135, с.35-36; 2.129, с.8]. Таким образом, в центре внимания следователя должно находиться не явление пожара само по себе, а деяние и правовая оценка физических лиц. Этим и определяется разграничение пределов компетенции лиц, осуществляющих познание и доказывание.

А.А.Умаев в криминалистическую характеристику включает “признаки, характеризующие механизм преступления и связи между ними”, “информацию об элементах и фазах (механизме) развития пожара; ма- териально-фиксированную информацию о последствиях пожара; информацию о типичных связях между последствиями пожара и горением; информацию об очаге пожара; информацию об объекте пожара; информацию

  • 35 -о причине пожара; информацию о способе совершения преступления; информацию о способе сокрытия преступления” [4.20, с. 40]. Однако в его понимании криминалистическая характеристика относится к пожару, хотя говорить о расследовании пожара или даже дела о пожаре некорректно: уголовное дело возбуждается по признакам определенного состава преступления, а не по факту пожара.

Важным компонентом криминалистической характеристики является способ совершения преступления путем определенных действий (бездействия). При умышленном уничтожении чужого имущества путем поджога могут быть реализованы следующие способы: без специальной подготовки, при обычном для данных условий пожароопасном сосредоточении горючих или легковоспламеняющихся материалов; с применением вспомогательных горючих материалов, взятых на месте совершения поджога или принесенных извне для гарантированного воспламенения объекта; с использованием специальных технических средств или заранее приспособленных зажигательных приспособлений, обеспечивающих большую надежность и конспирацию при осуществлении преступных действий, гарантирующих заданное время воспламенения; намеренным созданием условий для возникновения пожара от причин, имитирующих случайное нарушение мер пожарной безопасности или неосторожность.

Способ совершения неумышленного преступления при неосторожном обращении с огнем, ведущем к пожарам, может быть связан с детской шалостью с огнем, курением, обращением с легковоспламеняющимися и горючими жидкостями, зажигательными зарядами и т.п.

Способы нарушения правил пожарной безопасности, ведущие к воз- никновению и распространению пожаров, весьма разнообразны и могут быть сведены к следующим группам: нарушения конкретных правил уст- ройства и эксплуатации электрооборудования и электробытовых прибо- ров, теплогенерирующих агрегатов, печей и дымоходов; нарушение правил эксплуатации бытовых газовых, керосиновых, бензиновых и других устройств; нарушение установленного порядка хранения, ис- пользования и перевозки пожароопасных веществ и материалов; нару-

  • 36 -шение требований специальных противопожарных режимов складов, помещений, объектов, установок или несоответствие этих режимов пра- вилам пожарной безопасности; строительство различного рода пристроек без разрешения местной администрации и госпожнадзора; отсутствие или неисправность производственного оборудования и нарушения технологического процесса; отсутствие или неисправность системы вентиляции во взрыво-пожароопасных помещениях; проведение работ, иных действий или эксплуатация техники в порядке и условиях, не соответствующих определенным нормам (правил пожарной безопасности при проведении сварочных и иных огневых работ, ремонтных и других работ, не соответствующих пожароопасное™ помещения или оборудования, применение технологии их производства, запрещенной правилами противопожарной безопасности; курение или пользование открытым огнем в местах хранения горючих материалов или других не предназначенных для этого помещениях; разведение костров и сжигание тары и упаковочных материалов на территории предприятий или организаций; эксплуатация неисправных транспортных средств и другой техники, нарушение порядка их размещения и обслуживания.

Также важны сведения об уловках, которые “используют преступники для маскировки поджога и сокрытия следов преступления. Такими уловками являются инсценировки случайного загорания, небрежного обращения с огнем, коротких замыканий в электроустановках и т.п. Другим видом уловок являются действия, маскирующие непосредственную причину пожара. К ним можно отнести использование пороховых шашек, взрывных устройств с часовым механизмом, резиновых мячей с горючей жидкостью и веревок для поджога. Установление и разоблачение этих уловок достигается посредством своевременного обнаружения вещественных доказательств при осмотре места происшествия, экспертными исследованиями и оперативным путем” [3.178, с.73-74].

Г.Н.Меглицкий приводит следующие способы сокрытия нарушений правил пожарной безопасности, повлекших загорания, взрывы и пожары: уничтожение или маскировка следов, уничтожение приборов или

  • 37 -

внесение фиктивных данных в регистрирующие устройства; изменение обстановки при ликвидации последствий пожара; подделка регистраци- онных сведений или документов, дача ложных показаний и др. При ха- рактеризации способов поджогов им указываются профессиональные на- выки преступника, складывающаяся обстановка и некоторые другие факторы: поджоги и взрывы с использованием специально заготовленных горючесмазочных материалов, легковоспламеняющихся материалов и веществ, а также взрывных устройств; создание благоприятных условий для самовозгорания, взрыва; умышленное оставление на длительное время включенными отопительных устройств, электронагревательных приборов; умышленное применение запрещенных технических прис- пособлений, рассчитанных на самовозгорание, замыкание и т.д.; ис- пользование при поджоге находившихся на месте легковоспламеняющихся веществ и материалов; создание специальных устройств и приспо- соблений для возникновения пожара, взрыва и т.д. При изложении основ методики расследования преступлений, сопряженных с пожарами, он указывает, что криминалистическая характеристика поджогов, помимо исходной информации об обстановке совершения преступления, типичных материальных следов, личности преступника, должна включать мотивы и цели совершения преступления, способ совершения и способ его сокрытия [2.152, с.467-468].

Действительно, учет мотивации действий лица, совершающего поджог, имеет исключительно важное значение для раскрытия преступления. Проведенное нами исследование показало, что мотивация определяет характер действий по подготовке и совершению преступления, сопряженного с пожаром, особенности следообразования в широком по- нимании этого термина, не ограничиваясь только следами горения. Например, при совершении поджога из хулиганских побуждений чаще используются подручные, наиболее доступные средства, тогда как при намерении отомстить конкретному лицу или совершить поджог с целью его устрашения, как правило, осуществляется тщательная подготовка, используются средства, позволяющие замаскировать способ совершения

  • 38 -

преступления, создать алиби и т.д.

Таким образом, для преступлений, сопряженных с пожарами, кри- миналистическая характеристика оказывается фактически соответству- ющей обобщенному ее определению [2.156, с.38] с дополнением, отра- жающим специфику процессов, происходящих при пожаре: горение, плавление, дымовыделение с образованием соответствующих следов и - главное - наложением таких следов на первичные следы, характеризу- ющие механизм совершения преступления, с возможностью видоизменения или даже уничтожения этих первичных следов. В этом - главное отличие криминалистической характеристики преступлений, сопряженных с пожарами, от криминалистических характеристик большинства других категорий преступлений, в которых указанные первичные следы не уничтожаются с такой интенсивностью, как это происходит при пожарах. В целом можно констатировать, что учеными-криминалистами достаточно подробно и обстоятельно исследованы структура и содержание криминалистической характеристики преступлений как в целом. так и применительно к преступлениям, сопряженным с пожарами. Последняя в определенной мере подытожена в диссертации О.Ю.Антонова, который в обобщенном виде определил их криминалистическую характеристику как систему взаимосвязанных данных о механизме возникновения и развития пожара как результате умышленных и неосторожных деяний, связанных с причиной пожара, причинами и условиями его возникновения и развития и размером ущерба от пожара [4.2, с.21].

По нашему мнению, криминалистическая характеристика преступлений, сопряженных с пожарами, может быть представлена как совокупность сведений о типичных механизмах (подготовки, совершения, сокрытия) этих преступлений: о типичных причинах возникновения горения в очаге пожара, типичных условиях развития пожаров как результате умышленных и неосторожных действий, а также бездействия определенных лиц, о материальных следах горения и действий причастных к пожару лиц на месте происшествия, об идеальных следах происшедшего и их местонахождении. Центральное место в ней занимают не яв-

  • 39 -ление пожара и происходящие при этом процессы, а деяние и правовая оценка действий физических лиц. Криминалистическая характеристика “является своего рода средством (инструментом) к раскрытию преступления; она ориентирует следователя на поиск криминалистически значимой информации по делу, а также помогает ему определить приоритеты и направленность производства следственных, оперативно-розыскных и иных действий” [2.212, с.З]. Это отвечает и общепринятому представлению о криминалистической характеристике преступлений, ядро которой составляют “личность преступника, его целевая установка, объект преступного посягательства, способ совершения преступления, способ сокрытия преступления и его следов” [5.67, с.133.

Криминалистическая характеристика преступлений отличается от уголовно-процессуального предмета доказывания конкретизацией перечня релевантных признаков, служит интерпретации этих понятий, причем состав признаков преступления и других обстоятельств, входящих в криминалистическую характеристику преступлений, не произволен, а соотносится с перечнем обстоятельств, подлежащих установлению по делу, причем “не только юридически релевантных, но и промежуточных доказательственных, с выделением среди них скрытых, неочевидных обстоятельств, характеризующих преступление” [3.302, с.99-100]. То есть в криминалистическую характеристику преступлений включаются не только юридические факты, но и те, которые требуют для своего разрешения использования специальных познаний.

Таким образом, наиболее существенными элементами криминалистической характеристики преступлений являются те, которые связаны с правовой квалификацией содеянного и требуют, соответственно, правовой оценки. В практической работе с этой характеристикой имеют дело главным образом следователь, лицо, осуществляющее дознание, или сотрудник оперативной службы. Многоплановость и относительная сложность структуры этой характеристики порождает основания рассматривать ее как систему с выделением в ней подсистем. Так, Е.И.Зуев предложил в качестве одной из таких подсистем выделить

  • 40 -криминалистическую характеристику места происшествия (на примере дорожно-транспортного происшествия), элементы которой “выражают типичные или обобщенные данные, ориентирующие следователя, специалиста и эксперта относительно того, что, с помощью чего, как и в какой последовательности подлежит изучению на месте любого обнару- женного дорожно-транспортного происшествия, и влияющие на построение методики и организации конкретного расследования” [3.119, с.93]. По нашему мнению, это не характеристика, а фактически лишь описание типичной системы следов на месте происшествия, природа и содержание которой определяются прежде всего характером события, а также условиями, в которых оно произошло. В.П.Зезянов считает, что поскольку специальные знания необходимы лицу, осуществляющему дея- тельность по поиску, обнаружению и анализу следов, отображающих личность преступника и его деятельность, сведения о специальных знаниях необходимо содержатся в отдельных элементах криминалисти- ческой характеристике преступлений [4.6, с.80-81].

Из сказанного следует в общем-то логичный вывод о том, что специальные познания обретают в рамках методики расследования преступлений определенной категории некоторую самостоятельность (разумеется, при сохранении направляющего и контролирующего воз- действия со стороны органа, ведущего расследование).

Специалист и эксперт как основные носители специальных познаний не имеют, как правило, представления о криминалистической ха- рактеристике преступлений, к участию в расследовании которых они привлекаются. Однако некоторые элементы этой характеристики отно- сятся к сфере их непосредственной деятельности. Для них как сведущих лиц необходима своя, определяемая пределами их профессиональной компетенции система сведений о виде и местонахождении потенциальных источников криминалистически значимой информации, которые могут быть обнаружены и исследованы с применением специальных познаний. Например, специфической областью их применения специалистом и экспертом может являться поиск и анализ данных об орудиях прес-

р ft )Л С \ (*.. ( ? \ ц ~-,

н><> .••????.•

  • 41 -тупления с целью установления отдельных свойств и признаков личности преступника, поскольку в этих орудиях могут отображаться некоторые социальные, биологические и психические свойства и призна- ки личности [3.265, с. 9-12].

Совокупность данных о преступлениях определенного вида, получаемых при собирании и исследовании с применением специальных познаний источников криминалистически значимой информации, не являющихся общедоступными и не относящихся к области права, может быть представлена в виде особой научной категории - технико-криминалис- тической характеристики преступлений. Впервые этот термин исполь- зован В. А. Снетковым [3.248, с.И] при анализе путей повышения действенности вклада сотрудников экспертно-криминалистической службы в борьбу с преступностью. По нашему мнению, элементами этой характеристики должны являться получаемые путем применения специ- альных знаний, средств и методов данные о технической стороне под- готовки, совершения и сокрытия преступлений определенной категории, о возникающих в ходе расследования типичных технико-кримина- листических ситуациях, о типичных материальных следах преступлений и вероятных местах их нахождения, о характере личности преступника, о типичной обстановке преступлений (место, время и др.).

По своей сущности технико-криминалистическая характеристика преступлений представляет собой результат научного анализа и обоб- щения типичных признаков и особенностей данной категории преступ- лений, получаемый в ходе целенаправленной деятельности лиц, обла- дающих специальными познаниями и применяющих в рамках расследования для решения конкретных задач технико-криминалистические знания, средства и методы. Эта характеристика имеет главным образом поисковое, ориентирующее значение. В этом качестве она соответствует общепринятому пониманию характеристики [2.227, с.848] как краткого и точного описания характерных, отличительных качеств характеризуемого объекта, отражающего существенные его свойства и особенности, его природу в целом или какие-либо определенные, при-

  • 42 -сущие ему свойства, которыми он отличается от других объектов.

Технико-криминалистическая характеристика преступлений может быть также представлена в виде обобщенной информационной (идеальной) модели данной категории преступлений, построенной на основе результатов применения специальных познаний. Она отражает на веро- ятностно-статистическом уровне событие преступления в тех его сто- ронах и проявлениях, изучение которых требует применения специальных познаний. При изучении следовой картины происшествия следователь. сотрудник оперативной службы, специалист или эксперт руководствуются этой моделью в качестве объекта сравнения с тем. что им удается (или они надеются) обнаружить в ходе проведения осмотров и исследований. Мы полагаем, что технико-криминалистическая характеристика преступлений имеет вполне определенное познавательное значение, тесно смыкается с другими элементами системы категорий криминалистики. Ее выделение в качестве самостоятельного элемента вполне оправданно и соответствует критерию, предложенному Р.С.Белкиным: “Привнесение в криминалистику новых понятий с их оп- ределениями может осуществляться лишь за счет действительного рас- ширения уже познанного ею, за счет реальных результатов научного знания” [2.19. с. 98].

Выделение в рамках криминалистической характеристики преступлений в качестве самостоятельной и в то же время тесно взаимосвязанной с ней части технико-криминалистической характеристики представляется целесообразным по следующим основаниям:

  1. Конкретизация сферы применения специальных познаний при производстве определенных следственных действий для типовых технико- криминалистических ситуаций в рамках технико-криминалистической характеристики преступлений позволяет разрабатывать целевые мето- дические материалы, раскрывающие оптимальные средства и методы, целесообразные для применения при решении определенных задач в ходе расследования преступлений данной категории, обучать специалистов правилам работы с соответствующими криминалистическими и науч-
  • 43 -но-техническими средствами.
  1. Отражение в технико-криминалистической характеристики прес- туплений возможностей получения розыскной и доказательственной ин- формации объективно способствует более эффективному использованию специальных познаний в раскрытии и расследовании преступлений.
  2. Ясность с содержанием технико-криминалистической характеристики при назначении экспертизы позволяет четче провести линию раздела пределов компетенции субъектов доказывания и эксперта в исследовании доказательств.
  3. Таким образом, назначение технико-криминалистической характеристики преступлений заключается в снабжении органа, ведущего расследование, обобщенной систематизированной криминалистически значимой информацией об обстоятельствах преступлений определенной категории, полученной на основе результатов исследований, проведенных на основе использования специальных познаний, учитывая имеющийся положительный опыт и типичные недостатки. Она также должна содержать следующие сведения:

перечень отраслей специальных познаний, которые целесообразно использовать при расследовании преступлений данной категории;

определение направлений и пределов использования специальных познаний в зависимости от ситуационных факторов, влияющих на это;

сведения о принципах оптимальной организации, формах использования и контроле порядка использования специальных познаний при обнаружении и исследовании следов преступления и преступников, о направлениях использования данных, полученных с помощью специальных познаний.

При этом типизация конкретных задач, решаемых с применением специальных познаний в зависимости от складывающихся условий, ре- комендации по выбору варианта использования получаемых данных в доказывании и т.п. тактические вопросы должны рассматриваться при- менительно к складывающейся следственной ситуации и - как ее эле- менту - к технико-криминалистической ситуации (см. главу 3).

  • 44 -

Технико-криминалистическая характеристика преступлений представляет наибольший практический интерес прежде всего при проведении осмотра места происшествия, следственного осмотра предметов и документов, следственного эксперимента, при анализе данных, собранных при проведении допросов свидетелей и потерпевших, а также при назначении судебных экспертиз. Структура и объем технико-криминалистической характеристики преступлений в значительной степени должны зависеть от категории расследуемого преступления. Так, для преступлений имущественных и совершаемых против личности технико- криминалистическая характеристика не является слишком сложной и объемной. В нее должны быть включены, в частности, следы пальцев рук, обуви, приспособлений для взлома или орудий нанесения телесных повреждений пострадавшему и т. п. в совокупности с обобщающими сведениями о механизме образования отдельных следов.

Например, обнаруженное орудие преступления позволяет несет следующую потенциальную информацию, имеющую значение для установления преступника [3.265, с. 9-12]: признаки, указывающие на возможного владельца (различные надписи, инициалы владельца, метки и т.п.); признаки, указывающие на принадлежность разыскиваемых к определенной этнической, социальной группе населения, профессию, возраст и т.п.; признаки, указывающие на источник происхождения орудия преступления; психофизиологические и функциональные признаки личности преступника. Если на месте происшествия обнаружено не само орудие преступления, а лишь образованные им следы, диагностическое исследование их также может привести к получению сведений и о разновидности и типе предмета, использовавшегося в качестве такого орудия, и о свойствах личности преступника. Исследование с применением специальных познаний позволяет выявить признаки способа сокрытия следов преступления, которые, по данным выборочного исследования [3.126, с.23-25], встречаются по более, чем половине преступлений, регистрируемых по линии уголовного розыска.

Базовым объемом знаний, включаемых в технико-криминалистичес-

  • 45 -кую характеристику преступлений, следователь обладает в силу своей профессиональной подготовки. Чтобы облегчить на практике оперирование такой характеристикой при сохранении ее полноты, представляется целесообразным разработать типовую структуру технико- криминалистической характеристики применительно к преступлениям определенной категории.

Руководствуясь технико-криминалистической характеристикой. специалист прослеживает (в пределах располагаемого объема информации по делу и используя свои специальные познания) всю цепочку следов и признаков, характеризующую обстановку на объекте перед началом пожара, особенности возникновения и развития горения в комплексе таким образом, чтобы составить целостную картину, в которой отсутствуют “белые пятна” и противоречивые факты. То есть с помощью технико-криминалистической характеристики как объективного, материально обоснованного источника ориентирующей и направляющей информации специалист может способствовать определению правильного направления в расследовании дела о пожаре.

Технико-криминалистическая характеристика необходима и полезна при расследовании не только для пожаров, возникших в результате умышленных действий, но и для тех, которые вызваны стечением слу- чайных обстоятельств. На основе этих данных может быть решен вопрос о направлениях поиска подозреваемых и проверке их на причастность к преступлению, а также о правовой и материальной ответственности конкретных лиц, о причинной связи между действиями (бездействием) их и наступившими в результате пожара вредными последствиями. Инструкция, разработанная на основе соответствующей типовой технико- криминалистической характеристики и указывающая, в каких направлениях следует работать подключенному к расследованию специалисту или эксперту, упростила бы и задачи следователя, кото- рый. как правило, испытывает трудности при постановке задания спе- циалисту, оказывающему ему помощь в проведении следственных действий по делу о пожаре, или при формулировании вопросов эксперту.

  • 46 -

Таким образом, применительно к преступлениям, которые сопряжены с пожарами, технико-криминалистическая характеристика представляет собой совокупность собираемых с помощью специальных познаний данных естественно-научного характера о технической стороне подготовки, способе совершения и сокрытия преступлений, сопровождавшихся возникновением пожаров, о типичных технико-криминалистических ситуациях (главным образом на начальном этапе расследования), о типичных материальных следах преступных действий и сопровождающих пожар процессов, вероятных местах их нахождения, характере личности преступников, типичной.обстановке преступлений (место, время и другие обстоятельства). В технико-криминалистическую характеристику могут входить и некоторые стороны, обстоятельства, которые не охватываются соответствующей криминалистической характеристикой преступлений. Например, А.В.Мишин отмечает, что криминалистическая характеристика способов поджогов охватывает и средства поджогов, но не сами по себе, а лишь приспособление и использование этих средств [2.212, с.120]. Сами же средства поджогов (устройства, материалы и др.), несомненно, будут отнесены к технико-криминалистической характеристике как объект, требующий для исследования применения специальных познаний.

Структурно технико-криминалистическая характеристика охватывает преимущественно те аспекты, которые относятся к объективной стороне преступления. Прежде всего с помощью специальных познаний диагностируются параметры и особенности развития в пространстве и во времени пожара как объективно и закономерно протекающего в данных условиях процесса. Устанавливается с применением специальных познаний также механизм возникновения горения в очаге пожара, то есть совокупность собственно причины пожара и условий, способство- вавших его возникновению и развитию. Формулируются данные о способе совершения преступления (понятие способа применимо не только в случае умышленного, но и неосторожного уничтожения имущества с по- мощью огня), способе подготовки к совершению преступления и о спо-

  • 47 -собе его сокрытия (например, путем маскировки причины пожара под случайную), ориентирующие данные о лицах, причастных к совершению преступления (например, по уровню технического исполнения использованного при поджоге устройства, по видам примененных в нем материалов и технических изделий, по знанию специфики устройства и функционирования объекта пожара). Поиск следов и признаков, харак- теризующих способ совершения и способ сокрытия, имеет важное зна- чение и в случае расследования по факту якобы случайно возникшего пожара, поскольку по мере добывания новых доказательств не исключена и возможность переквалификации преступления. В ходе расследования дела о пожаре устанавливается факт существования некоторой совокупности обстоятельств, в условиях конкретного происшествия необходимых и достаточных для возникновения горения.

Интегральный характер основных задач исследования обстоятельств пожара неизбежно должен выражаться в выделении на их основе целой группы частных задач, касающихся отдельных обстоятельств и направленных на уточнение и детализацию содержания общих задач. С учетом важности для достижения цели расследования перечисленные основные задачи являются в сущности криминалистическими задачами, поскольку возникают в процессе выявления преступлений, их раскрытия, расследования и предупреждения, и их решение обеспечивает ус- тановление истины по уголовному делу [3.176, с.62-64]. И.М.Лузгин предложил наиболее широкую и многоплановую систему классификации криминалистических задач: в зависимости от уровня общности задач (общие и частные); в зависимости от вида или сферы деятельности (при проведении следственных действий; при производстве оперативно- розыскных мероприятий и при их сочетании со следственными дейс- твиями; при проведении криминалистических экспертиз; в ходе судеб- ного разбирательства, прокурорского надзора, в деятельности защиты); по содержанию задач; по уровню сложности; по способу их воз- никновения; в зависимости от очередности их решения (первоочередные и последующие) [3.176, с.65-67]. Эта схема, с учетом высокого

  • 48 -уровня абстракции, представляет интерес, по нашему мнению, лишь в дидактическом плане, а также в качестве основы при разработке конкретных классификаций для определенного вида преступлений.

Применительно к стадии предварительного расследования преступлений, сопряженных с пожарами, О.Ю.Антонов предложил классифицировать криминалистические задачи по следующим основаниям: по субъектам, их разрешающим (следователь, сотрудник оперативной службы. специалист, эксперт); по организационным и процессуальным формам решения (следственное действие, экспертиза, предварительное исследование, участие специалиста в проведении следственных действий. консультация); по видам используемых для их разрешения научно-тех- нических средств и методов; по виду деятельности, в ходе которой они разрешаются (обнаружение, фиксация, изъятие материальных следов, получение, обработка и использование криминалистически значимой информации); по кругу решаемых вопросов [4.2, с.44-45].

Как представляется, такой подход к классификации криминалистических задач, хотя и правомерен, но без доработки малопригоден для использования на практике. Так, указание на возможность классифи- кации криминалистических задач “по кругу решаемых вопросов” выли- вается фактически в простое перечисление всех решаемых криминалис- тических задач, начиная от обнаружения и фиксации вещественных до- казательств и заканчивая определением виновности и ответственности соответствующих лиц, вызывает сомнение предложенное им обоснование необходимости разносить задач по очередности их решения, а также целесообразности выделять в общей классификации криминалистических задач те, которые решаются только экспертом [4.2, с.45-61].

Мы полагаем, что при разработке классификации криминалистических задач следует исходить из объективно необходимой многоуров-невости. В основе классификации должно лежать деление задач на общие и частные. Общими, по нашему мнению, являются задачи, которые пронизывают весь процесс расследования преступления - задачи, вхо- дящие в предмет доказывания в соответствии со ст. 68 УПК РСФСР:

  • 49 -событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); виновность обвиняемого в совершении преступления, цели и мотивы преступления; обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; подлежат выяснению также характер и размер ущерба, причиненного преступлением, а также причины и условия, способствовавшие совершению преступления. Более конкретно, применительно к преступлению, сопряженному с пожаром, должны быть установлены и доказаны, в частности, следующие обстоятельства: факт совершения действий, повлекших уничтожение или повреждение чужого имущества огнем, либо непринятие мер к предотвращению самовозгорания материальных ценностей; наличие причинной связи между действиями (бездействием) обвиняемого и наступившими вредными последствиями; средства и способы поджога.

Перечисленные положения и представляют собой общие криминалис- тические задачи, на решение которых направлены практически все следственные действия и иные мероприятия, осуществляемые в ходе расследования. Эти общие задачи нацелены на установление главных фактов, которые слагаются в свою очередь из некоторого количества фактов меньшего масштаба. Поэтому соответствующие им более узкие криминалистические задачи, которые решаются в ходе следственных действий и иных мероприятий, могут рассматриваться как частные. Среди них выделяются частные задачи первого уровня, связанные с содержательной стороной диагностирования механизма пожара, а именно с выяснением места первоначального возникновения горения и причины того, почему возникло горение; с отслеживанием динамики развития и распространения пожара; выявлением тех условий и обстоятельств, которые способствовали не только возникновению, но и развитию пожара до определенных масштабов. Их интегральный диагностический характер виден из приведенных в разделе 4.1 схем комплексного исследования, которое требуется провести для их решения.

Решение основных частных задач предполагает предварительное

  • 50 -получение ответов на ряд частных подзадач, некоторые из которых также носят диагностический характер (к ним относятся, например, следующие: Каков механизм аварийного явления, приведшего к возникновению горения в очаге пожара? Были ли закрыты окна (двери) комнаты в начальной стадии развития пожара? Имеются ли признаки со- вершения поджога? Среди частных подзадач встречаются не только ди- агностические, но и идентификационные, например, задачи установления марки электропровода или типа аппарата электрозащиты по результатам исследования их остатков, вида нефтепродукта в пробе грунта с места происшествия и т.п., помимо исследования в рамках традиционных криминалистических экспертиз тех объектов, которые могут содержать фактические данные о лицах, причастных к совершению преступления, сопряженного с конкретным пожаром.

Помимо содержания, для каждой криминалистической задачи характерна определенная форма ее решения. Поскольку “ни одна криминалистическая задача не решается без учета конкретной ситуации” [3.176, с.67], важным признаком классификации частных криминалистических задач должен являться вид следственного действия, непроцессуального или иного мероприятия, осуществляемого в связи с выявлением, расследованием и предупреждением преступления. В каждом из них могут принимать участие уполномоченные лица, для которых законодательством предусмотрена (следователь, судья, эксперт) или не предусмотрена (сотрудник оперативной службы, специалист) процессуальная самостоятельность. Поэтому в рамках каждого такого мероприятия (осмотра места пожара, осмотра предметов и документов, выемки документации объекта, допроса потерпевших и очевидцев, предварительных и экспертных исследований, розыска, обыска, допроса и освидетельствования подозреваемых и др.) могут быть сформулированы частные задачи, которые вправе решать названные лица самостоятельно или во взаимодействии с другими участниками мероприятий.

Наконец, принципиально важным основанием классификации крими- налистических задач, на наш взгляд, является необходимость в при-

  • 51 -менении для их решения специальных познаний. Более того, если в этом есть необходимость, то важно знать, какие конкретно нужны специальные познания, в какой форме (в рамках исследования или экспертизы, в консультативно-справочной форме и т.д.). в сочетании с использованием каких технико-криминалистических средств (средств оперативного поиска и выявления следов, средств их фиксации и упа- ковки и т.д.). в какой последовательности, с соблюдением каких ус- ловий, определяемых во многом особенностями складывающейся ситуации. Знать это необходимо и при подготовке специалистов, и для облегчения решения следователем задачи приглашения “соответствующего специалиста” (ст. 170, 174, 179 УПК РСФСР и др. ) с учетом конкре- тизации вида работы, которую предполагается выполнять в ходе следственного действия. Тем более, что перед началом следственного действия, в котором участвует специалист, следователь удостоверяется в его компентентности, как того требует ст. 1331 УПК РСФСР.

“Процесс возникновения информации о событии, как всякий процесс отражения, носит ситуационный характер, т.е. зависит от условий, в которых он протекает, от ситуации” [2.19. с.65]. Именно благодаря ситуационной обусловленности и создаются объективные предпосылки для получения информации, конкретно характеризующей происшедшее событие. Надлежащая правовая оценка обстоятельств происшествия. квалификация преступления, сопровождавшегося пожаром (при наличии соответствующих признаков преступного деяния), невозможна. если эти задачи не разрешены. Необходимые для получения ответов фактические данные познаются в процессе исследования обстоятельств происшествия. Познавательная деятельность характерна для любого исследования, в том числе и для исследования в рамках уголовного судопроизводства. Как справедливо подчеркивал И.М. Лузгин. только “полученное следователем и судьей в установленном законом порядке и зафиксированное в процессуальных актах знание относительно обстоятельств совершенного преступления используется для решения задач, стоящих перед следствием и судом, в связи с предва-

  • 52 -рительным расследованием и судебным рассмотрением уголовного дела” [2.186, с. 9].

По своей природе задачи, разрешаемые при криминалистическом исследовании обстоятельств происшествия, различаются на две большие группы: на диагностические и идентификационные. Их соотношение удачно определил Ю.Г.Корухов, указав, что “при наличии общей цели - установление фактов, свидетельствующих о происшедшем событии - идентификационные и диагностические исследования различаются более узкими, конкретными целями: в первом случае - установление индиви- дуальности объекта, во втором - установление наличия конкретного ситуационного условия и-или причины события.. . Круг такого рода условий очень широк, и в самой общей форме их можно подразделить на следующие наиболее типичные группы: внутренние: свойства и состояния объектов; внешние, обстановочные: время, место (локализация) функционирования объектов, протекания процессов, событий; механизм возникновения и протекания процессов, функционирования объектов, взаимодействия объектов между собой и с окружающей средой (возможность; последовательность, направление, количество опреде- ленных действий); причины состояний, процессов, последствий” [3.157, с.12]. Пользуясь приведенным толкованием, можно прийти к выводу, что основные задачи исследования обстоятельств пожара относятся к диагностическим. Для их решения, используя данные, полученные при осмотре места происшествия и изучении других доступных источников информации, требуется установить, что, когда, по какой причине и каким образом произошло. Отнесение этих задач к ситуационным* представляется не вполне корректным, поскольку речь идет о механизме возникновения и развития пожара как целостном процессе, состоящем из множества последовательно сменяющихся состояний объекта - “ситуаций”. Именно этот механизм в его динамике и является целью криминалистического исследования обстоятельств пожара.

  • 53 -

1.2. Система следов преступлений, сопряженных с пожарами,

и их классификация

Подготовка, совершение и сокрытие преступления, как определенного события, происходящего в материальном мире, всегда сопряжено с образованием следов. Значительный вклад в развитие учения о следах в криминалистике внесли Р.С.Белкин, А.И.Винберг, А.В.Дулов, И.М. Лузгин, Г.А.Самойлов. Н.Я.Якубович. Д.А.Турчин. Б. И. Шевченко и др. Используя положения теории отражения, они показали, каким образом и в каких формах событие преступления отображается и фиксируется в виде следов происшедшего, как осуществляются собирание и исследование этих следов. В криминалистике общепринято различать:

материальные следы преступления - изменения в элементах вещной обстановки, возникающие в результате механического, химического, биологического, термического и иного воздействия (характеризуются наибольшей объективностью своего информационного содержания о про- исшедшем, и потому им, как правило, отдается предпочтение при исс- ледовании обстоятельств преступления или иного события; могут рассматриваться в широком смысле как любое материальное изменение обстановки и в узком смысле - как следы-отображения);

идеальные следы преступления - отображения криминалистически значимой информации в сознании людей, сохраняющиеся в их памяти.

Систематизация следов (в первую очередь, материальных) на месте происшествия всегда привлекала внимание специалистов. Впервые научно обоснованная классификация материальных следов как отображений, образующихся в результате следового контакта и несущих информацию о механизме следообразования, была разработана Б.И.Шевченко [2.322]. Известны и подходы к систематизации совокупности образующихся следов на месте происшествия, например, применительно к месту подрыва взрывного устройства [3.82].

Проанализируем особенности процесса следообразования при про-

  • 54 -исшествиях, сопровождающихся пожарами. Явление пожара может выступать в различных ипостасях (как способ совершения преступления. способ сокрытия другого преступления и как последствие иных прес- тупных деяний), чем объективно обусловлено и многообразие соот- ветствующих материальных и идеальных следов. Начало пожара факти- чески соответствует моменту возникновения горения в очаге пожара, а не моменту обнаружения каких-либо признаков пожара (проблесков пламени, струй дыма и др.) очевидцем, что нередко отождествляется.

Подавляющее большинство материальных следов как источников ин- формации об исследуемых обстоятельствах сосредоточено, как правило, на месте происшествия. Это понятие в современном представлении означает участок местности, сооружение, помещение, где произошло событие или обнаружены его последствия в виде материальных следов, имеющих с происшедшим событием пространственную, временную и при- чинную связи. Объекты на месте происшествия образуют цепочки взаи- мосвязанных следов, отражающих характер процессов, протекавших в ходе обусловившего их появление события. В следах объективно отра- жаются характер действий преступника, свойства его личности и обс- тоятельства совершения преступления, изучение следов позволяет ре- конструировать механизм преступления и, в частности, способ его совершения и сокрытия, обстановку, мотивы и цели совершения прес- тупления, особенности личности преступника и др.

Происшествие по своему смысловому значению представляет собой событие, нарушившее обычный ход вещей [2.227, с.601]. Пожар сам по себе составляет суть такого события, суть происшествия, поскольку на начальной стадии расследования, как правило, признаки преступления неочевидны. Поэтому правомерно, по нашему мнению, осмотр места такого происшествия именовать осмотром места пожара. Местом происшествия, сопряженного с пожаром, может считаться площадь, в пределах которой наблюдаются следы горения, оплавления, разрушения конструкций и других повреждений, обусловленных пожаром. При уста- новлении обстоятельств преступлений, сопряженных с пожарами, ос-

  • 55 -новным объектом изучения является место пожара как совокупность следов, предметов, материалов и оборудования со следами, несущими информацию об этих обстоятельствах. Его обследование позволяет получить фактические данные о механизме возникновения и развития горения на пожаре, достоверные доказательства, отсутствие которых не восполнится результатами допросов и других следственных действий.

Первое, что бросается в глаза для наблюдающего процесс развития пожара или осматривающего пожарище послед ликвидации горения, составляют следы горения материалов и предметов. Следовая картина места происшествия, связанного с пожаром, характеризуется большим разнообразием компонентов по их видам и состоянию. Для несведущего лица место пожара представляет собой хаотичное нагромождение обго- ревших, обрушившихся и расплавленных материалов, поврежденных предметов мебели, оборудования и коммуникаций. В действительности же система материальных следов, наблюдаемых на пожарище, формируется вполне закономерно в соответствии с законами природы.

На их проявление в конкретных условиях влияют: конструктивные особенности объекта пожара, виды и масса горючих материалов и целый ряд других факторов, включая действия людей с целью как спо- собствовать возникновению и развитию пожара, так и направленных на его локализацию и ликвидацию, выполнение необходимых аварийно-спа- сательных работ и др. Наряду с ними присутствуют и могут быть об- наружены следы аварийных процессов в элементах оборудования, следы горения и термического воздействия на строительных конструкциях, предметах и материалах. Следы горения, как правило, не контролиру- ются и напрямую не обусловлены действиями лиц. виновных в возник- новении пожара, и поэтому не несут на себе характера волевого по- ведения. В этом их отличие от традиционных для криминалистики следов контактного взаимодействия объектов, несущие информацию о личности оставившего их человека и о следообразующих объектах.

Результаты “следообразующего воздействия тепловой природы” [2.25, с.50] являются специфическими объектами при проведении исс-

  • 56 -ледования обстоятельств пожара, в частности, при установлении местоположения очага пожара и механизма возникновения горения в этом очаге. Именно по их характеру, распределению, взаимосвязи удается в конечном счете получить информацию о причастности к возникновению пожара того или иного источника зажигания. Такие следы могут встретиться на месте происшествия как сами по себе (следы выгорания и термического разрушения строительных, конструкций, отдельных предметов и др.), так и в сочетаниях или наложениях с традиционными следами (например, окопчение или отжиг следов пальцев рук, следов взлома и т.д.). При .изучении таких следов, с одной стороны, используется знание закономерностей, относящихся к криминалистике (криминалистической технике), а с другой стороны - принципы, известные в технических и естественных науках. Изучение же механизма формирования следа позволяет интерпретировать причинно-следственную связь между его происхождением и условиями, возникновения и существования исследуемого объекта [5.9, с.16]. По меткому определению Р.С.Белкина, “причинно-следственную связь, уже “сработавшую” при совершении преступления, впоследствии ни уничтожить, ни изменить невозможно именно в силу того, что она не существует как ма- териальный объект, а лишь проявляется в материальных объектах, состоящих в такой связи” [2.25, с.334].

Обратимся к механизму возникновения и развития горения как главного и основного процесса, характерного для пожара, анализ и характеризация специфических следов которого получили слабое осве- щение в криминалистической литературе. Место, в котором первона- чально возникает горение на пожаре, в практике исследования обсто- ятельств таких происшествий принято называть очагом пожара [2.192, 2.129 и др.], хотя известны и иные мнения. Так, М.Грац предложил еще две разновидности очага пожара: пожарный очаг (как место обна- ружения наиболее интенсивного горения пожарными подразделениями, занятыми на тушении пожара) и свидетельский очаг (как место, в ко- тором обнаружены начальные признаки пожара по показаниям свидете-

  • 57 -лей-очевидцев) [5.17, с.8]. Иногда очаг рассматривают как место наиболее интенсивного горения.

По нашему мнению, такое многообразие подходов к понятию очага пожара ведет лишь к путанице, поскольку очаг пожара этимологически как место первоначального возникновения горения может быть лишь одним. Наличие локальных участков с интенсивным горением бывает легко объяснимо сосредоточением на них большого количества горючих материалов или наличием лучших условий воздухообмена, благоприятс- твующих горению. Говорить об очаге пожара лишь на основе свиде- тельских показаний нерационально, поскольку в силу динамичности развития пожара очаг пожара в данном понимании далеко не всегда совпадает пространственно с местом обнаружения признаков пожара. И в том, и в другом случае выявляются не очаги, а лишь очаговые признаки, составляющие предмет исследования с применением специ- альных познаний.

Итак, пожар начинается с образования первоначального горения в его очаге, где горение продолжается наиболее долго и во многих случаях приводит к формированию специфической следовой картины. Ее исследование позволяет выяснить место, в котором начался пожар, а затем и механизм возникновения горения. Для того, чтобы горение возникло, необходимо наличие трех неотъемлемых элементов так назы- ваемого треугольника пожара - горючего вещества, окислителя (при пожарах в большинстве случаев - это кислород воздуха) и источника зажигания при благоприятствующих условиях их взаимодействия. Следует иметь в виду, что закономерности, регулирующие возникновение и развитие горения, проявляют себя как тенденции, а сами эти процессы носят ситуационный характер. Соответственно, устанавливаемый в ходе исследования обстоятельств пожара механизм возникновения горения в очаге пожара должен содержать полную информацию о всех элементах этого треугольника, включая, помимо самого источника зажигания, также фактические данные о первично возгоревшемся материале и условиях, в которых осуществилось их взаимодействие.

  • 58 -

Как правило, наиболее активную роль при возникновении пожаров играют источники зажигания, которые могут образоваться как в результате намеренных действий людей по их неосторожности или умыслу, а также могут присутствовать в качестве неких потенциальных источников, реализующих свой потенциал в определенный момент в связи со стечением некоторых условий. Благодаря такой активной роли источников зажигания именно их называют в качестве так называемой причины пожара, что некорректно. Физико-химические аспекты взаимодействия источника зажигания с горючим материалом обусловлены только их природой и никак не связаны с тем, явилось возгорание результатом случайности или прямого умысла, хотя эти аспекты в со- четании с другими обстоятельствами конкретного случая могут нести определенную информацию о способе совершения преступления и лицах, причастных к этому. Источники зажигания разнообразны по природе и мощности, начиная от искровых разрядов статического электричества и до открытых факелов пламени или экзотермических эффектов химических реакций. Небольшую группу составляют источники зажигания, связанные с проявлениями природных процессов. Для пожаров, вызванных поджогами, механизм первоначального возгорания также может быть сведен к действию типичных элементарных источников зажигания. и основная сложность исследования заключается в установлении “нес- лучайного” характера возгорания.

Важно, что далеко не каждый потенциальный источник зажигания способен вызвать горение заданного вещества. Если, например, тлеющая сигарета может инициировать тление хлопчатобумажной ткани, то на ткани из синтетического волокна сигарета лишь оставит след оп- лавления или обугливания. Искровой разряд вызывает вспышку взве- шенной в воздухе массы мелкодисперсных частиц горючего вещества, но, как правило, не вызывает каких-либо последствий при воздействии на слой отложений таких же частиц. Однако для каждого источника зажигания характерен определенный набор признаков и следов. воспринимаемых очевидцами и обнаруживаемых при осмотре пожарища.

  • 59 -После того, как горение в очаге пожара возникло, фронт пламени (или фронт тления) распространяется по непрерывно или дискретно распределенным горючим материалам (пожарной нагрузке). Этот процесс сопровождается ростом температуры и плотности задымления помещения со скоростью, которая зависит от тепловой мощности первичного очага горения, свойств и распределения материалов пожарной нагрузки, условий воздухообмена. При этом начинается формирование очаговых признаков на предметах окружающей обстановки, что явно выражено на материальной обстановке места происшествия бывает обычно на небольших (неразвившихся) пожарах.

На развитие пожара в значительной степени влияют условия воз- духообмена. Поэтому при закрытых дверях и окнах, крышках столов, при накрывании очага горения плотной кошмой процесс горения замедляется, сопровождается сильным сажеобразованием - типичным признаком неполного сгорания горючих компонентов - и может даже полностью прекратиться. В таком случае при наличии в очаге пожара материала, способного к тлению (например, слоя древесных опилок), может образоваться очаг тления, который разрастается с небольшой скоростью вдоль слоя материала. Его истлевание может продолжаться по несколько часов и даже суток, выходя затем в форме пламенного горения в совершенно неожиданное место, удаленное от исходного очага на десятки метров. Фронт горения в подобных ситуациях уходит из исходного очага, поэтому очаговые признаки глубокого истлевания могут сохраниться и быть обнаружены при осмотре места пожара.

. К числу факторов, определяющих степень благоприятности условий взаимодействия источника зажигания и горючего вещества при возник- новении и развитии пожара, помимо надлежащего агрегатного состояния и пространственного расположения вещества, относятся наличие окислителя и условия тепломассообмена. Окислитель может содержаться в самом веществе (например, в порохах) или в окружающей среде (как правило, кислород воздуха). Условия тепломассообмена чаще всего связаны с естественной или принудительной вентиляцией горя-

  • 60 -щего помещения. Вентиляция, с одной стороны, интенсифицирует горение. обеспечивая поступление в зону горения воздуха, а, с другой стороны, способствует удалению из нее избытка тепла и дыма с ухо- дящими газовыми потоками.

Остановимся подробнее на результатах обобщения данных об образовании очаговых макропризнаков. Ставшая классической схема действий по установлению очага пожара, предложенная Б.В. Мегорским и не утратившая своих достоинств до настоящего времени, предусматривает анализ термических поражений и следов горения, обнаружения так называемого очагового конуса, признаков направленности горения (с учетом последовательно затухающих поражений и следов, одиночных и групповых произвольно расположенных поражений и следов) в сопос- тавлении с показаниями очевидцев пожара. Но у него основной акцент сделан на следах, характеризующих собственно пожар, практически без отражения того, что может быть обусловлено действиями людей. причастных пожару [2.192, с.10].

Под очаговыми признаками понимаются специфические признаки термических поражений (выгорание, оплавление, деформирование и т. д.) предметов и материалов, свидетельствующие об особенностях развития горения, в частности, о его продолжительности и интенсив- ности. Их выявление проводится в процессе осмотра места пожара, исследования состояния конструктивных элементов и содержимого объ- екта пожара. Очаговые признаки формируются на начальной стадии развития пожара, отражая ее динамику и, соответственно, характер проявления источника зажигания во взаимодействии с горючими мате- риалами. Основным отличительным свойством очаговых признаков явля- ется их локальность, обусловленная более глубокими термическими поражениями прежде всего за счет более продолжительного горения в очаге, чем на других участках. Например, при возгорании от мало- размерных источников зажигания (частиц металла, тлеющих табачных изделий и т.п.) очаговые признаки, как правило, более резко выражены благодаря медленному развитию горения. С другой стороны оча-

  • 61 -

говые признаки могут не отличаться локальностью при воспламенении горючей жидкости на большой площади.

Более интенсивные прогары могут быть обусловлены повышенной интенсивностью притока воздуха за счет действия системы приточной вентиляции или естественного воздухообмена через проемы, строи- тельные пустоты или места обрушения конструкций в условиях пожара. При хорошем воздухообмене следы, характеризующие динамично разви- вающееся горение, формируются над очагом под действием конвективных потоков раскаленных газов над очагом. Нагревая на своем пути строительные конструкции. . конвективные потоки приводят к их прог- реву, деформированию и разрушению, воспламенению сгораемых матери- алов. Именно поэтому в зоне восходящей и расширяющейся конвективной струи от очага образуются часто имеющие ярко выраженный локальный характер термические поражения материалов и конструкций в виде своеобразных отпечатков, в совокупности .своей составляющие так называемый очаговый конус с вершиной, направленной к очагу.

Классический очаговый конус формируется далеко не на каждом пожаре и не всегда сохраняется в ходе его развития. Отпечатки конуса могут отклоняться от вертикали под влиянием воздушных потоков в проемах и пустотах, близости потолочного перекрытия. Особенно быстро и неожиданно пожар распространяется, скрываясь в вертикальных и горизонтальных пустотах строительных конструкций, прорываясь сквозь щели и другие отверстия в стенах и междуэтажных перекрытиях в местах прокладки труб и электрических кабелей.

Проявление закономерностей формирования очаговых признаков во многом зависит от особенностей конкретного объекта пожара. Так, для транспортных средств (автомобили, железнодорожные вагоны, суда) характерен сравнительно быстрый прогрев металлической обшивки. что сопровождается обгоранием краски и образованию на поверхности обшивки следов неравномерного прогрева в виде зон с различным цве- товым оттенком, что позволяет уже при наружном осмотре дифференци- ровать зоны по степени нагрева и, соответственно, сориентироваться

  • 62 -в расположении предполагаемого очага пожара, решить вопрос о необходимости и целесообразности инструментальных исследований.

Таким образом выявляются причинно-следственные и пространственные связи следов с условиями их возникновения следов происшедшего, которые характеризуют взаиморасположение и состояние предметов, предметов, объектов, следов на месте происшествия. Благодаря этому могут быть выделены, в частности, его границы и расположение отдельных зон (на пожарище принято выделять зоны горения, теплового воздействия и задымления, в пределах которых обнаруживаются со- ответствующие следы, обусловленные прямым и непрямым тепломассопе- реносом, обусловленным динамично развивающимся пожаром [2.1, с.32- 38; 2.319, с.76-81]. Рассмотрим подходы криминалистов к проблеме классификации следов происшествия, сопровождающегося пожаром. И.М. Лузгин к числу элементов специфической следовой картины пожара относил “продукты горения, следы воздействия орудий и инструментов, следы рук, ног и обуви, образованные на продуктах горения; телесные повреждения: медико-биологические следы, связанные с выделениями человеческого организма и животных, с продуктами распада органических веществ” [3.178, с.73].

Более широкий перечень типичных конкретных материальных следов при расследовании дел о поджогах, преступных нарушениях правил пожарной безопасности и взрывах (имеется в виду, что при пожарах нередко происходит взрывообразное сгорание в виде хлопка газообразных продуктов термического разложения в отсутствие взрывчатых веществ и материалов) представлен у Г.Н.Меглицкого: очаг пожара, эпицентр взрыва со специфическими признаками обгорания, деформации предметов и приспособлений; пожарный мусор, обгоревшие предметы, на которых могут остаться использованные для поджога вещества, обгоревшие части приборов; обгоревшие трупы людей, их одежда, обувь и трупы животных; следы пальцев рук, обуви, ног, транспортных средств, ведущие к месту пожара, взрыва и от него; следы поджога, взрыва на месте происшествия, технические устройства со следами

  • 63 -выведения их из строя; следы поджога или взрыва на самом преступнике, его теле, одежде, волосяном покрове и т.д.; запаховые следы горючих жидкостей и взрывоопасных материалов; специальные регистрирующие и контрольно-измерительные устройства; следы стоянок туристов, заготовителей, грибников, рыбаков; поврежденные измери- тельные и регистрирующие технологические приборы и приспособления; различные документы, указывающие на умышленные действия или прес- тупную небрежность [2.152, с.469]. Приведенный перечень, по нашему мнению, не содержит системных признаков и представляет собой как бы реестр того, на что следовало бы обращать внимание при осмотре некоего абстрактного места происшествия, сопряженного с пожаром.

По мнению А.Я.Качанова, помимо группы следов, отражающих пребывание определенного лица на месте пожара и его действия, пожарище характеризуется также наличием специфических материальных следов, указывающих на: применение горючих и легковоспламеняющихся жидкостей (характерный запах, потеки или несгоревшие остатки, характер обгорания предметов и конструкций, емкости с остатками или с запахом таких жидкостей, находящиеся вблизи места пожара); использование средств поджога (фитили, факелы, зажигательные шнуры, технические устройства); характер горящих веществ (цвет дыма, окраска и интенсивность пламени, специфический запах); неисправность отопительных приборов, технологического и электрического оборудо- вания (щели и трещины печей, следы короткого замыкания); место очага (очагов) пожара (степень и характер обгорания конструкций и предметов, обрушения, цвета побежалости на металле, очаговый конус); пути распространения огня (поврежденные огнем участки, различная степень обгорания и повреждения конструкций из однородных материалов, копоть; действие грозового разряда; продолжительность горения (степень обгорания предметов, деформация и разрушение конструкций); предмет преступного посягательства и мотивы поджога (сожженные документы, находившиеся не в том месте, где они обычно хранятся); размер причиненного ущерба (количество поврежденных

  • 64 -предметов, участков здания и помещения, степень повреждения) [2.129, с.33]. О.Ю.Антонов предлагает сходную схему, выделяя в ка- честве самостоятельной отсутствующую у А.Я.Качанова детализированную группу следов, указывающих на возможные причины пожара (неисправные отопительные и другие бытовые приборы, технологическое и электрооборудование в очаге пожара; локальные оплавления электроп- риборов и контактов электрооборудования; наличие в аппаратах электрозащиты изменений, переделок в узлах и деталях устройства электрозащиты, его соответствие требованиям правил устройства электроустановок, неисправности автоматической системы противопо- жарной безопасности и сигнализации и т.п.; им обозначены группы следов, указывающих на условия, способствующие возникновению, раз- витию и распространению пожара, наступлению тяжких последствий, на пребывание определенного лица на месте пожара [4.2. с.39-40].

В целом такой подход можно охарактеризовать как достаточно продуктивный. Однако не во всем с ним можно согласиться. В част- ности, конкретизированные позиции (например, касающиеся следов го- рючих жидкостей или геометрических характеристик пожарища) некор- ректно перемежаются со столь неопределенными “следами”, как, нап- ример, “условия, способствующие возникновению, развитию и расп- ространению пожара, наступлению тяжких последствий” или “наличие обстоятельств, свидетельствующих об удалении из жилого помещения перед возникновением пожара мебели, одежды, других предметов вещной обстановки или ценностей” [4.2, с.39-40]. Информационная нап- равленность на определенные обстоятельства происшествия при клас- сификации следов на пожарище у А.Я.Качанова и О.Ю.Антонова в целом может быть признана правильной, хотя она и страдает определенной односторонностью. Так, перечень оказывается одинаковым для любого объекта пожара, будь это многоэтажный административный корпус или стог сена. То же замечание может быть отнесено и к перечню следов, приведенному И.А.Поповым и А.С.Прохоровым [2.253, с. 78-83].

При классификации материальных следов на местах происшествий,

  • 65 -связанных с пожарами, важно иметь в виду, что все присутствующие и обнаруженные на них следы прежде всего становятся объектами трасо-логического исследования с целью определения механизма следообразования, после чего решается вопрос о необходимости продолжения исследований с привлечением других специалистов. Особенности образования следов на местах таких происшествий обусловливается не только результатами непосредственных действий людей, но влиянием тех или иных объективных факторов, которые характерны для сопровождающих собственно пожар процессов тепломассопереноса, горения, химического взаимодействия, и др.

Поэтому в основе классификации следов на пожарище должно быть положено разделение их на две большие группы, выражающие прежде всего их информационную направленность, свидетельствующую о при- надлежности их к определенному следообразующему объекту (фактору, процессу), или, точнее, к определенному механизму следообразования:

1) следы, являющиеся результатами прямых действий людей в период, предшествовавший возникновению пожара, при его обнаружении, тушении и проведении аварийно-спасательных работ, и несущие информацию о лице, находившемся на месте происшествия и вероятно причастном к происшедшему (следы рук и обуви, предметы, оброненные преступником, следы проникновения на объект); о способе преступления. (включая подготовку, совершение и сокрытие (следы проникновения на место происшествия, следы действий по отношению к объекту преступного посягательства и др.); об инсценировке (маскировке) возникновения горения в результате умышленных действий под результат случайного стечения обстоятельств; 2) 3) следы, образовавшиеся до начала пожара, во время его развития вследствие протекания определенных физических, химических и иных процессов, непосредственно не связанных с действиями людей или связанных с ними опосредованно, и несущие информацию, в частности, о местоположении очага (очагов) пожара; о механизме возникновения горения в очаге (очагах) пожара и последующего его разви- 4)

  • 66 -

тия; об аварийных режимах работы оборудования и др.

Основы методического подхода к исследованию обстоятельств про- исшествий, связанных с пожарами, не отличаются от того, как это осуществляется в отношении происшествий других видов. Поэтому для классификации следов на пожарище нет необходимости изобретать принципиально новую систему, отличную от принятой в криминалистике. Необходимо только учитывать возможную взаимосвязь следов пожара и следов совершенного преступления (отражение двойственности механизма следообразования на пожаре), и поэтому при изъятии чего- либо из следов собственно пожара могут быть утеряна информация о следах преступления, повлекшего пожар или предшествовавшего воз- никновению последнего как способу сокрытия следов содеянного.

Для обеих названных выше групп следов на пожарище в качестве отправной базы при классификации следует, по нашему мнению, ис- пользовать общепринятую в криминалистическом следоведении систему, которая по характеру изменений, вносимых в вещную обстановку, пре- дусматривает деление следов на:

следы-предметы (объекты с устойчивой формой, в которых содержится информация о способе и механизме их образования или изменения и средствах, использованных для этого);

следы-вещества (жидкие, пастообразные или сыпучие вещества или их следы, образование которых находится в причинно-следственной связи с событием происшествия - следы биологического происхождения, горюче-смазочных материалов, лакокрасочных покрытий, химических реактивов, цемента и т.п.);

следы-отображения, образующиеся при контактном взаимодействии двух объектов, имеющих устойчивые пространственные границы, в результате внешнее строение одного объекта (следообразующего, признаки внешнего строения поверхности которого отображаются в следе) отображается на другом - следовоспринимающем [2.152, с.45-49].

Данная система охватывает на общем уровне практически все следы, которые могут встретиться при исследовании обстоятельств пожа-

  • 67 -pa.. Однако для каждой из позиций этой схемы требуется конкретизация применительно к специфике следов и необходимости их исследования не только как объектов криминалистического следоведения, но и как объектов дополнительных специальных исследований. Как было показано выше, такая конкретизация не может быть выполнена для общего случая, и поэтому нуждается в привязке к определенным типичным ситуациям, складывающимся на местах происшествий, связанных с пожарами. Подробно данный подход изложен в разделах 3.2 и 3.3, посвященных вопросам участия специалиста в следственном осмотре и проведения исследований (по объекту пожара, следственным версиям о механизме возникновения горения в очаге пожара, характеру следооб-разования на определенных материалах и др.). Здесь же представляется необходимым перечислить наиболее типичные для пожарищ следы и отразить их информационную значимость. В данной работе не ставилась задача разработки новых методов и средств обнаружения и исследования традиционных для криминалистики следов, оставляемых человеком и типичными орудиями преступлений (эти вопросы достаточно плодотворно ‘исследованы и продолжают разрабатываться соотвествую-щими специалистами), за исключением случаев, когда указанные следы подвергаются дополнительному воздействию факторов, характерных для условий пожара: контактному и бесконтактному нагреванию, окопчению. Как известно, по мерности отображения объекта в следе или по характеру (степени) изменения следовоспринимающего объекта следы-отображения делятся на две группы:

а) объемные следы (следы деформации, формования, разрушения скольжения);

б) поверхностные следы (следы наслоения и отслоения).

К последней группе Г.Н.Меглицким причислены также следы термического изменения следовоспринимающего объекта, в качестве примера чему указано обгорание или обугливание поверхности объекта при пожаре [2.152, с. 49]. Это замечание представляется нам неверным, поскольку такой поверхностный эффект может быть достигнут лишь при

  • 68 -кратковременном или малоинтенсивном термическом воздействии. Но это практически невозможно в условиях пожара, когда процесс термического разложения и переугливания, как правило, затяжной и вызывает прогорание материалов на большую глубину с образованием сквозных отверстий. Термические изменения не ограничиваются выго- ранием: в зависимости от природы материала термическое воздействие может вызвать в нем плавление, рекристаллизацию, полимеризацию, разложение с побочными эффектами (например, выпаривание химически связанной в бетонах воды с образованием пара, вызывающего растрес- кивание бетона) и т.д. Поэтому следы термического изменения следо- воспринимающих объектов следует относить не к поверхностным, а к объемным. На местах происшествий, связанных с пожарами, к числу объемных следов могут быть также отнесены следы легковоспламеняю- щихся и горючих жидкостей, которые просачиваются на достаточно большую глубину в грунт, древесину и другие пористые материалы.

Вид объекта-носителя следа также является важным основанием для классификации следов на пожарище. Отсутствие такого основания в общепринятой классификации может рассматриваться в определенной степени как ее недостаток: вид следообразующего объекта в ней учи- тывается, а вид следовоспринимающего объекта - нет. Восполнить указанный недостаток важно с практической точки зрения, поскольку от того, что из себя представляет следовоспринимающий объект, во многом зависят свойства образующегося на нем следа, в частности, его сохраняемость во времени, возможности обнаружения, копирования, исследования и т. д.

Применительно к происшествиям, связанным с пожарами, следы по объекту-носителю делятся на имеющиеся на: веществах и материалах, не имеющих определенной формы; строительных конструкциях; предметах интерьера; технологическом оборудовании промышленного, бытового и иного назначения; электропроводке; электрооборудовании; био- логических объектах растительного и животного происхождения (включая тело человека); одежде лиц-участников события происшествия.

  • 69 -

Для пожарищ несколько иное содержание, чем традиционное в криминалистике, приобретает деление следов в зависимости от разме- щения на следовоспринимающем объекте на группы локальных и перифе- рических. К локальным следам на пожарище относятся признаки очага пожара (оплавления металлических электропроводников, характерные обгорания деревянных и деформации металлических конструкций и предметов, прогорания деревянной опоры под нагретой часть включен- ного электроприбора и т.п.), специфические следы (например, ло- кальное отложение сажи или, напротив, ее локальное выгорание).

Некоторые из локальных следов, обнаруживаемых на пожарищах, по своей природе и информационной значимости не являются простыми, односложными. Например, к такой группе относятся следы химических интенсификаторов горения, признаки создания условий активного распространения горения за пределами очаговой зоны (в частности, сосредоточение вблизи нее легковоспламеняющихся веществ и горючих материалов, устранение препятствий для доступа воздуха и др.), признаки аварийных режимов работы оборудования (например, токовая перегрузка в электроприборах, выброс топлива в теплогенерирующих устройствах, нарушения в механических системах) и др. Каждый из таких признаков является одним из элементов цепочки, которую необ- ходимо проследить для того, чтобы правильно интерпретировать обна- руженное в рамках исследования обстоятельств пожара.

К группе периферических следов на местах происшествий, связанных с пожарами, могут быть отнесены расположенные вне очага пожара следы горения и термического воздействия (включая деформированные и обрушившиеся части), которые в силу своей неоднородности указывают на местоположение очага пожара и направление распространения горения. Вне зоны собственно пожара могут быть обнаружены самые разнообразные периферические следы, несущие информацию и нарушениях обстановки, вызванные действиями участников ликвидации пожара: следы пожарных автомобилей, обуви (например, бойцов пожарных под- разделений), орудий взлома, использовавшихся для проникновения в

  • 70 -зону горения с целью ликвидации пожара и др.; повреждения запирающих устройств, обрыв электрических проводов с целью обесточивания объекта пожара и др.; предметы, удаленные с горевшего объекта при тушении (например, тлеющие постельные принадлежности) или использованные для проникновения на него; следы, оставленные причастными к происшествию лицами на путях подхода к месту происшествия и последующего отхода, в местах нахождения сообщников; брошенные или утерянные орудия преступления, личные вещи преступников и т.д.

Следы-предметы на местах происшествий, связанных с пожарами, также характеризуются большим разнообразием. Среди них - технические средства поджога (самодельные и заводского изготовления зажи- гательные устройства, электронагревательные приборы и др.), емкости из-под горючих жидкостей и газов, кабельные изделия, аппараты электрозащиты и коммутации, электропотребители и другие электро- технические устройства, остатки технологического оборудования, уп- равляющих и контрольно-измерительных приборов, поврежденные огнем и неповрежденные документы, деньги и ценные бумаги, орудия и объекты взлома,’ патроны, пули и стреляные гильзы, элементы холодного оружия, вскрытые сейфы и другие нетипичные для осматриваемого места происшествия. Таким образом, следы людей и признаки их действий (следы рук, орудий взлома и др., следы применения огнестрельного и холодного оружия, средств поджога) несут информацию о характере происшествия и действиях вовлеченных в него людей, что важно для выяснения всех обстоятельств происшествия и их правовой оценки.

А те следы, которые образовались до начала пожара, во время его развития и распространения вследствие протекания определенных физических, химических и иных процессов, регулируемых объективными закономерностями природы и непосредственно не связанных с действиями людей или связанных с ними опосредованно, несут информацию об обстоятельствах возникновения и развития пожара, результаты анализа и обобщения которой могут быть использованы в сочетании с другими данными при правовой оценке обстоятельств происшествия.

  • 71 -

В этой связи следует отметить, что в совокупности следов на месте происшествия, различают три группы, различающиеся по времени возникновения: следы, характеризующие состояние объекта до события происшествия; следы, образовавшиеся при подготовке, совершении и сокрытии преступления (во время или в связи с событием); следы. образовавшиеся после события преступления. Выделение таких групп особенно характерно и обоснованно для преступлений, сопряженных с пожарами, поскольку из-за происходящих при пожаре существенных из- менениях вещной обстановки при изучении следов весьма непросто бы- вает дифференцировать обнаруживаемые следы по их относимости к той или иной стадии процесса следообразования. Без этого, в свою оче- редь. невозможно интерпретировать причинно-следственную связь между происхождением следов и условиями возникновения и существования исследуемого объекта, выявить тем самым обстоятельства, при которых эти следы возникли. Например, типичным случаем для осмотра пожарища является обнаружение отрезка электропровода с оплавленной дугой короткого замыкания жилой. В подобной ситуации сразу же выдвигается предположение о том, что причиной пожара послужило короткое замыкание в электропроводке. Однако спешить с этим не следует, поскольку необходимо установить целый ряд обстоятельств, среди ко- торых. в частности, принадлежность отрезка провода определенному участку электросети объекта: иногда бывает так, что на месте про- исшествия обнаруживается провод, который взят с другого объекта (или с этого же после происшествия с коротким замыканием» не повлекшем пожара) и хранился с какой-либо целью, а в момент исследуемого пожара не был куда-нибудь подключен. При анализе следовой картины, таким образом, можно различить реальную временную связь, которая отражает объективную реальность, и мнимую.

Закономерный характер процесса возникновения и обнаружения следов, могущих приобрести статус доказательств, обеспечивает, как подчеркивает Р.С.Белкин [2.31, с.60], принципиальную возможность раскрытия всякого преступления, которая как всякая объективная за-

  • 72 -кономерность проявляется как тенденция. Она действует в условиях случайного сочетания внешних факторов, когда наряду с закономерностью возникновения криминалистически значимой информации действует закономерность ее исчезновения, рассеивания. Информация может исчезнуть полностью или исказиться, исчезнув частично. Эти из- менения определяются как собственными свойствами, внутренне прису- щими их материальной основе, так и вследствие внешних воздействий объективного и субъективного характера.

Обстановка места происшествия при пожаре претерпевает особенно существенные изменения в течение всего периода времени, пока пожар не ликвидирован. Это объективно связано не только с прямыми дейс- твиями людей (с умыслом или вынужденно, с целью спасания жизни людей и материальных ценностей), но и со свойствами материальной основы материала-носителя следа, а также с внешними воздействиями объективного характера. К этой группе относятся воздействия, свя- занные с выгоранием веществ и материалов, разрушением термически поврежденных строительных конструкций и оборудования, воздействием огнетушащих ‘ средств и другими обстоятельствами, неизбежно сопро- вождающими развитие и тушение пожара.

Особенно интенсивно следы содеянного виновными в возникновении пожара лицами на предметах вещной обстановки могут уничтожаться или видоизменяться под тепловым и огневым воздействием развивающегося пожара, утрачивая свои первоначальные свойства и характеристики. Кроме того, путем взаимного наложения могут трансформироваться и образующиеся без непосредственной связи с действиями человека следы естественных тепловых, химических и механических процессов, происходящих в ходе пожара. К этим изменениям относятся: высыхание следов горючих жидкостей и других жидких компонентов, ослабление строительных конструкций вследствие деформации при остывании, разрушение потерявших прочность прогоревших деталей, ускоренные окислительные процессы в веществах и материалах после термического воздействия на них и т.п. Эти изменения довольно ин-

  • 73 -тенсивно продолжаются и после ликвидации пожара, в особенности, под влиянием ветра и атмосферных осадков. Интенсивность таких естественных процессов обычно значительно выше, чем на местах происшествий, не сопровождавшихся пожарами. По указанным причинам следы представляется целесообразным классифицировать еще и по стабильности во времени, что непосредственно связано и с возможностью их исследования. Например, прогиб стальной балки как результат ее термической деформации при пожаре может наблюдаться измеряться и через несколько лет.

Наиболее объективная информация об обстоятельствах происшедшего пожара, которую содержат материальные следы, быстро и безвозвратно теряется вследствие влияния ряда объективных и субъективных факторов. В итоге оказывается, что ориентироваться в этих следах еще сложнее, чем, например, в следах происшествий, связанных со столкновением транспортных средств или взрывом (без пожара). Поэтому фактические данные о всех стадиях развития пожара и непосредственно перед его возникновением, невозможно установить только путем изучения’ следов, имеющихся на месте происшествия. Необходимо еще располагать собранными и проанализированными сведениями от очевидцев и других свидетелей. Этим объясняется тот факт, что идеальные следы при исследовании обстоятельств пожаров играют исключительно важную роль, позволяя дополнять и частично восполнять информацию, утраченную по указанным выше причинам, а также корректировать возникающие информационные искажения.

Таким образом, для преступлений, сопряженных с пожарами вполне характерна такая ситуация, при которой доказательственная информа- ция, связанная со свойствами материальных следов, может не сохра- няться в таком качестве, чтобы быть обнаруженной с помощью совре- менных средств и методов. Это может явиться результатом объективных процессов, не зависящих от качества деятельности по выявлению и расследованию преступления, но может быть обусловлена недостатками в этой деятельности.

  • 74 -Наряду с материальными следами, по делам о пожарах важное зна- чение имеют и так называемые идеальные следы, к которым относятся сведения об обстоятельствах, воспринятые человеком непосредственно или опосредованно, отобразившиеся в его сознании:

а) обстоятельства, характеризующие явление пожара: время его начала и обнаружения, признаки, по которым пожар был обнаружен. место очага, продолжительность и интенсивность горения на разных участках объекта пожара, наиболее существенные явления во время пожара (обрушения строительных конструкций, вспышки, взрывы и др.), метеорологические условия, в которых происходил пожар;

б) сведения, характеризующие объект пожара: его назначение и характер фактического использования, вид производственной деятель ности, виды, количества и свойства содержавшихся на нем предметов и материалов, наличие товарно-материальных ценностей, противопо жарный режим, соблюдение правил пожарной безопасности (некоторые позиции могут быть подтверждены документально);

в) сведения о виновном или подозреваемом лице, о намерении ко го-то совершить поджог, высказанных угрозах или о признательных показаниях кого-то о совершении поджога или о неосторожном обраще нии с огнем до начала пожара;

г) сведения, характеризующие лиц, имеющих отношение к объекту пожара: проживающих, работающих здесь - в зависимости от вида объ екта (жилой дом, промышленное, торговое, иное предприятие), посе щающих его, их образ жизни, поведение, специальные навыки и т.д.;

д) сведения о возможном мотиве совершения на этом объекте под жога (месть, желание владельца данного жилого дома получить стра ховое возмещение, способ сокрытия материально ответственным лицом хищения и др.).

Такие следы характеризуются определенной долей субъективизма при восприятии и оценке даже самых очевидных обстоятельств, что обусловливается особенностями восприятия информации и ее сохранения в памяти у разных людей. Поэтому при анализе и оценке информа-

  • 75 -ционной значимости идеальных следов при исследовании обстоятельств происшествия, связанного с пожаром, необходимо прежде всего исходить из того, что удалось установить на основе материальных следов происшествия - наиболее объективных источников информации об обстоятельствах происшедшего. Тем не менее без идеальных следов как ценнейшего и невосполнимого во многих отношениях источника информации при исследовании обстоятельств происшедшего пожара обойтись практически невозможно.

Описанная система материальных и идеальных следов преступлений, сопряженных с пожарами, составляет тот потенциал, актуализация которого создает объективные предпосылки для достижения результата расследования реальных преступлений данной категории.

1.3. Сущность и содержание специальных,познаний при исследовании обстоятельств пожаров

Пожар мбжет являться объектом познания как и любое другое про- исшествие, о свойствах, характеристиках и параметрах которого мы можем судить по наличию или отсутствию тех или иных признаков, со- ответствующих определенной материальной системе, совокупности гео- метрических, физических и иных характеристик. Все изменения, свя- занные с происшествием, неизбежно отражаются в различных матери- альных источниках в виде определенной потенциальной информации. И от исследователя требуется найти эти источники и извлечь эту по- тенциальную информации, актуализировав ее для использования в своих целях. Установление искомой информации об обстоятельствах пожара осуществляется опосредованно, через различные доступные источники информации, прежде всего - путем исследования места происшествия. Следы события возникают вполне закономерно, но их характер, полнота отражения обстоятельств происшедшего, стабильность во времени определяются спецификой конкретной ситуации. Закономерное-

  • 76 -ти следообразования определяют лишь предрасположенность, необходимые черты таких следов. По замечанию Р.С.Белкина, касающемуся как материальных, так и идеальных следов происшествия, “обнаружены могут быть только те доказательства, которые содержат поддающуюся смысловой интерпретации информацию, то есть смысл которых может быть понят, расшифрован на данном уровне знаний” [2.19,с.74].

Однако эти источники информации существуют объективно, в то время как их поиски и исследование носят субъективный характер. Поэтому результативное исследование и интерпретация информации, которую несут в себе материальные и идеальные следы, невозможно без использования субъектом такого исследования естественно-научных, технических и других специальных познаний. Проблемам применения специальных познаний в расследовании преступлений в той или иной мере уделяли внимание многие процессуалисты и криминалисты, в числе которых В.Д.Арсеньев, Р.С.Белкин, С.В.Бородин, А. И.Винберг, В.И.Гончаренко, Г.И.Грамович, А.В.Дулов, В. Г. Заблоцкий, Е.И.Зуев, П.П.Ищенко, Ю. Г.Корухов, И.Ф.Крылов, А.А.Леви, В. К. Лисиченко, И.М.Лузгин, ‘ В. Н. Махов, В.А.Образцов, Ю.К.Орлов, И.Ф.Пантелеев, И. Л. Петрухин, Н.А.Селиванов, З.М.Соколовский, И.Н. Сорокотягин, С. А.Шейфер, В.И.Шиканов, А. Р. Шляхов, А. А. Эйсман, Н. П.Яблоков и др.

Как известно, закон не дает определения понятия “специальные познания”. Лишь применительно к судебной экспертизе в ст. 78 УПК РСФСР указано, что для ее производства необходимы специальные поз- нания в науке, технике, искусстве или ремесле, а вопросы, постав- ленные перед экспертом, и его заключение не могут выходить за пре- делы специальных познаний эксперта. Формулировки же, встречающиеся в литературе, характеризуются различиями, порой весьма существенными, в подходах авторов к определению сущности специальных познаний. Так, по мнению А.А.Эйсмана это “знания не общеизвестные, не общедоступные, не имеющие массового распространения, это знания, которыми располагает ограниченный круг специалистов” [2.340,с.91].

У Е.Р.Российской лаконично отмечено, что “в криминалистической

  • 77 -литературе и на практике под этим термином обычно понимают знания, приобретенные при получении специального образования или в процессе практической работы по конкретной специальности. Не относятся к специальным общеизвестные, а также юридические познания” [2.278, с. 6]. Некоторые ученые предпочитают пользоваться несколько иным термином - специальные знания, а не познания, мотивируя это тем, например, что познание - это процесс творческой деятельности людей, формирующий их знания, которые представляют собой продукт об- щественной, материальной и духовной деятельности людей [2.320, с. 146, 348]. Так, по мнению В.Н.Махова, специальные знания - это “знания, присущие различным видам профессиональной деятельности, за исключением знаний, являющихся профессиональными для следователя и судьи, используемые ими при расследовании преступлений и рассмотрении уголовных дел в суде в целях содействия установлению’ истины по делу в случаях и порядке, определенных уголовно-процес- суальным законодательством” [4.11, с. 57].

, Подобные попытки, по нашему мнению, могут внести только путаницу в устоявшуюся среди большинства ученых и практиков систему понятий. Ведь термин “познание” означает не только приобретение знания, постижение закономерностей объективного мира, но и совокупность знаний в какой-нибудь области как результатов познания [2.227, с.538]. А для целей криминалистики возникает необходимо использовать именно такую “совокупность знаний” в соответствующей области, иными словами - познания в этой области. “Знание - это проверенный практикой и удостоверенный логикой результат процесса познания действительности, адекватное отражение в сознании человека в виде представлений, суждений, понятий, теорий [3.143, с.14]. Специальные знания в уголовном процессе представляют собой информацию, приобретаемую в результате научно-практической деятельности и зафиксированную в каких-либо источниках, а “специальные познания - как знания, полученные соответствующими лицами в результате тео- ретического и практического обучения определенному виду деятель-

  • 78 -ности, при котором они приобрели также необходимые навыки для ее осуществления” [2.13, с. 4].

Представляется, что термин “познания” более емкий, так как ох- ватывает не только накопленные знания, но и те достижения, которые появляются в результате активной познавательной деятельности, в частности, профессиональный опыт, навыки, умения. И хотя специаль- ные знания в конкретной области на данном этапе в обобщенном пони- мании могут рассматриваться как имеющие один определенный уровень [2.74, с.33], конкретные специалисты могут владеть этими знаниями неодинаково, а именно от конкретного специалиста следователь получает помощь при проведении следственных действий. И от того, какими познаниями он обладает, зависит результат действий.

Таким образом, в нашем представлении специалист в уголовном процессе - это не заинтересованное в исходе дела лицо, обладающее специальными познаниями в определенной области науки, техники, ис- кусства или ремесла, оказывающее субъектам доказывания по их пору- чению научную, техническую и иную помощь в обнаружении, закреплении и изъятии доказательств в ходе предварительного расследования и судебного рассмотрения уголовного дела.

По мнению Г.Г.Зуйкова, “применительно к процессу расследования специальные познания - это прежде всего основанные на теории и закрепленные практикой глубокие и разносторонние знания приемов и средств криминалистической техники, обеспечивающих обнаружение, фиксацию и исследование доказательств. К специальным познаниям в том же смысле относят познания в судебной медицине, судебной пси- хиатрии, судебной химии, физике, пожарном деле, автоделе, а также любые иные познания (педагогические, лингвистические, математичес- кие и др.), использование которых необходимо для полного, всесто- роннего и объективного расследования преступления” [2.113, с.114].

Эта позиция, отражающая направленность использования специальных познаний в уголовном процессе и криминалистике, заслуживает принципиальной поддержки, по крайней мере, по двум причинам.

  • 79 -Во-первых, в этом определении отражается надежность, выверенность практикой тех знаний, которые используются при получении судебных доказательств. Специальные знания должны быть достоверно установлены, а не находиться в стадии изучения; лицо, производящее исследования, должно использовать апробированные методики, оборудование и материалы, гарантирующие высокую точность результатов [2.139, с.141,149,322]. Таким образом, научная достоверность специальных знаний, используемых в расследовании преступлений, есть критерий их допустимости. Во-вторых, в нем снято какое-либо ограничение на пути расширения специальных познаний за счет включения в них любых познаний, использование которых необходимо для полного, всестороннего и объективного расследования преступления. Мерилом широты специальных познаний может быть лишь сама практика борьбы с преступностью с привлечением лиц, обладающих такими познаниями.

Многие ученые и практики воспринимают специальные познания как “профессиональные знания в области науки, техники, искусства или ремесла, используемые соответствующими сведущими лицами, действую- щими в уголовном или гражданском процессе в качестве специалистов или экспертов, а также производящими специальные исследования или ведомственные проверки по поручениям государственных органов” [2.289]. Близким к этому является данное Р.С.Белкиным определение их как профессиональных знаний “в области науки, техники, искусства или ремесла, необходимые для решения вопросов, возникших при расследовании и рассмотрении в суде конкретных дел” [2.21]. В. А. Серов предлагает в структуре специальных познаний выделять три са- мостоятельных блока: криминалистические (относящиеся главным образом к криминалистической технике и криминалистической экспертизе); иные, ориентированные на обслуживание правоохранительной деятельности (судебная медицина, судебная токсикология и др.); имеющие более общее назначение и на обслуживание правоохранительной деятельности не рассчитанные [5.52, с.8]. Ю.Т.Шуматов специальные по-нания в уголовном процессе понимает, напротив, менее конкретизиро-

  • 80 -ванно как “познания, используемые разными видами профессиональной деятельности при расследовании преступлений и рассмотрении уголовных дел в суде, кроме профессиональных познаний следователя и судьи, в целях содействия быстрому и полному раскрытию и расследованию преступлений” [4.23, с. 253.

Удачно, по нашему мнению, отражает сущность и цель использования специальных познаний в судопроизводстве определение, данное Е.И.Зуевым: “Специальными являются профессиональные, соответствующие современному уровню развития познания (исключая области про- цессуального и материального права) в науке, технике, искусстве или ремесле, использование которых в целях решения задач судопро- изводства содействует выявлению доказательственной и ориентирующей информации, приобретающей значение при установлении истины по уго- ловным и гражданским делам” [3.122, с.8]. Близка к нему формули- ровка, данная И.Н. Сорокотягиным [5.55, с. 15]. Имеются и другие, незначительно отличающиеся от упомянутых толкования данного термина, например [3.204, с. 171-175].

Знания, приобретенные в результате специальной подготовки или профессионального опыта, широко применяются для получения доказа- тельственной, оперативно-розыскной и иной информации, необходимой для раскрытия и расследования преступлений. По мнению И.Н.Сороко- тягина, “использование специальных познаний при изучении следов преступных действий должно осуществляться по следующим направлениям: собирание информации об изменениях в вещественной обстановке места события преступления (например, нарушение первоначального положения, местонахождения, состояния различных объектов, составляющих вещественную среду, в которой совершено преступление); исследование следов рук, ног, инструментов и других следоотображений; изучение конкретных объектов, выступающих в качестве вещественных доказательств (например, документы, вещества, микрочастицы; изучение документов, выступающих в качестве письменных доказательств; получение сведений от лиц, могущих быть допрошенными в качестве

  • 81 -свидетелей [4.18, с.178].

Следственная практика свидетельствует, что без применения спе- циальных познаний, как правило, бывает трудно осмыслить механизм и способ преступления, повлекшего пожар, определить круг лиц участ- ников преступной деятельности, размеры причиненного ущерба и т.д. Именно в доказательном выявлении подобных обстоятельств и заключа- ется главным образом криминалистическая направленность применения специальных познаний при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами. Но поскольку априори нельзя исключать возможность воз- никновения происшедшего пожара в связи с какими-либо умышленными действиями даже в очевидных, на первый взгляд, ситуациях, то кри- миналистическая направленность должна быть присуща исследованию. обстоятельств пожара всегда. При этом даже если выявленные с помощью специальных познаний обстоятельства не имеют самостоятельного юридического значения, они могут оказаться полезными при констатации доказательственных юридических фактов по делу, находящихся с выявленными обстоятельствами в тех или иных связях.

Говоря о применении специальных познаний в выявлении и расследовании преступлений, нельзя забывать о том, что специалист, как правило, не работает голыми руками, а вооружен различными научными и техническими средствами. По меткому определению А.А.Леви, “выступая как средства познания, приборы, инструменты и приспособления выполняют функцию преобразования полностью или частично не воспри- нимаемых человеком воздействий на объект в форму, доступную чувс- твенному восприятию, позволяют точно и полно зафиксировать наблю- даемые свойства, провести их исследование… Научные и технические средства, применяемые органами борьбы с преступностью, это такие приборы, инструменты и приспособления, которые на основе специально разработанных методов используются в целях обнаружения, фиксации, исследования, проверки и демонстрации доказательств, наиболее полного отражения хода и результатов следственных и судебных дейс- твий, а также предупреждения преступлений” [5.35, с.6-7].

  • 82 -

До сих пор не разрешен спор о том, как оговорить в законе ис- пользование научных и технических средств. С одной стороны, выска- зывается мнение о том, что законно то, что предусмотрено (перечис- лено) законом (в основном процессуалисты, указывающие на необеспе- чение всей полноты гарантий вплоть до возможности нарушения прав личности в уголовном процессе). С другой стороны (в основном кри- миналисты) выдвигают тезис о законности как непротиворечии закону, поскольку любая попытка указать в законе исчерпывающий перечень научных и технических средств нереальна, поскольку число их разно- видностей весьма велико, . и любой перечень такого рода стал бы сдерживающим фактором на пути использования результатов научно- технического прогресса в уголовном судопроизводстве.

Промежуточной позиции придерживается В. И. Гончаренко, который предлагает допустить работу следователя с такими приборами и прис- пособлениями, которые расширяют возможности человека и его органов чувств (лупы, щупы, тралы, металлоискатели, светофильтры, ультра- фиолетовые облучатели, электронно-оптические преобразователи и т.п.), а другие, более сложные приборы и средства оговаривались бы законом [2.74, с.33]. Поэтому правильнее, на наш взгляд, руководс- твоваться некоторыми критериальными условиями допустимости приме- нения научных и технических средств, в качестве которых, по мнению А.М.Макарова можно использовать научность, этичность и эффективность [3.181, с.5]. Если два первых критерия в достаточной степени известны на практике, то понятие эффективности здесь наиболее сложно для обоснования. Предложение считать научные и технические средства эффективными, если они способствуют достижению целей уголовного судопроизводства [3.254, с.47], выглядит неубедительно.

Неразработанность конкретных критериев эффективности научных и технических средств на практике приводит к тому, что в качестве таких критериев берутся количественные показатели (например, число случаев использования научных и технических средств), что, безус- ловно не отражают истинной картины эффективности их использования.

  • 83 -Например, число случаев применения фотоаппарата не говорит о том, что в каждом таком случае получены удачные, информативные фотографии, содержащие отражение доказательственных фактов, которые были должным образом использованы в ходе дальнейшего расследования, то же касается и случаев применения технических средств при обнаружении и изъятии предметов и веществ, которые могут, как предполагается на момент следственного осмотра, нести определенную информацию об обстоятельствах происшедшего. С другой стороны, как подчеркивает В.Н.Кудрявцев, экономичность не может выступать в качестве основного показателя эффективности системы уголовного судопроизводства, так как “решающее значение в данной сфере общественной жизни имеет не объем различных затрат, а социально- политический аспект ее деятельности” [2.168, с.5].

Проблема не столь проста, как это представляется на первый взгляд. Так, Л.В.Виницкий утверждает, что доказательственное значение будут иметь и те следы, которые выявлены следователем или оказывающим ему помощь специалистом с помощью совершенного технического средства, не предусмотренного законом [4.3, с.197]. Однако сразу же встанет вопрос о достоверности информации, которую несет этот след: насколько надежно работает использованное техническое средство, верно ли оно отражает и передает информацию об изучаемом объекте, осуществляется ли его периодическая поверка, высока ли воспроизводимость результатов измерений и т.д.

В содержательной стороне понятия специальных познаний наиболее важна, по нашему мнению, практическая направленность деятельности сведущих лиц, способных их применять при решении практических задач. Сама возможность обнаружения и исследования чего-либо с применением специальных познаний, реализуемая на практике сведущими лицами, обусловлена наличием у них соответствующих знаний. Их способность различить, выделить из всей совокупности информационного массива существенные, специфические для конкретного криминального происшествия при этом определяется не только наличием у этих лиц

  • 84 -определенных базовых знаний, но и специальной криминалистической подготовки. В основе этого - ситуационная повторяемость процессов возникновения, существования и исчезновения информации о событии происшествия определенного вида. Однако для того, чтобы применять научные и технические средства, криминалистическую технику, достижения науки и техники, недостаточно лишь иметь представление о возможностях названных средств, методов и достижениях науки и техники: надо владеть навыками их практического применения.

Таким образом, понятие специальных познаний неразрывно связано с умением его субъектов грамотно и эффективно применять при обна- ружении, закреплении и исследовании носителей криминалистически значимой информации соответствующие научные и технические средства и методы в целях выявления, расследования или предотвращения прес- туплений. Мы полностью поддерживаем позицию Ю. Г.Корухова [3.154. с. 7] и других криминалистов, которые разделяют средства, используемые в криминалистических целях, на две взаимосвязанные, но все же самостоятельные группы научные и технические, учитывая, что далеко не все такие средства могут быть отнесены к научно-техническим.

Кроме того, сведущему лицу, занимающемуся исследованием обсто- ятельств происшествия для решения задач судопроизводства, необходимо иметь подготовку в криминалистике - области “научных знаний о механизме преступления, закономерностях возникновения информации о преступлении и его участниках, закономерностях собирания, исследо- вания, оценки и использования доказательств и основанных на познании этих закономерностей специальных средствах и методах раскрытия, расследования и предотвращения преступлений” [2.21].

Как известно, криминалистика характеризуется двойственностью своей природы. С одной стороны, общепризнано, что она является специальной юридической наукой, относящейся к группе криминально-правовых наук, изучающих преступность и меры борьбы с ней, в которую также входят как отраслевые, так и специальные юридические науки: уголовное право, уголовный процесс, исправительно-трудовое

  • 85 -право, криминология, теория оперативно-розыскной деятельности. уголовная статистика [2.19, с. 87]. С другой стороны, к предмету криминалистики относятся не правовые нормы и структура процесса доказывания, его формы и средства, а закономерности возникновения информации, ее сохранения, обнаружения, получения, исследования, оценки и использования в доказывании. Вполне очевидно, что вклю- ченные в криминалистическую науку знаний об этих закономерностях являются не общедоступными, а специальными, профессиональными. Правильно, по нашему мнению, замечание Г.М. Надгорного о том, что не относятся к специальным общеизвестные, а также юридические познания, за исключением тех знаний из области юридических наук, которые касаются обнаружения, закрепления, изъятия и исследования доказательств [3.203, с. 183.

К числу дискуссионных относится вопрос о том, что подразумевается под определением специальных познаний как “соответствующих современному уровню развития”. Значит ли, что на современном уровне развития общества эти познания должны быть исключительно сложными и реализуемыми лишь с помощью высокотехнологичных видов приборов и оборудования? Представляется, что это не так. Современный уровень знаний в определенной предметной области, как правило, обеспечивает оптимальное сочетание простых и сложных знаний, простых и более сложных технических средств и методов. Именно оптимизация этого соотношения, позволяющая добиваться максимальной эффективности деятельности при рациональных затратах сил и средств, и является одной из целей развития отдельных научных отраслей, в том числе и в разработке методик расследования преступлений с использованием специальных познаний. Рациональный подход к планированию и организации этой работы позволяет ускорить, упростить и удешевить достижение поставленной цели, что немаловажно, в особенности, в условиях нынешнего социально-экономического положения.

Представляется, что в применении специальных познаний, например, при производстве следственных действий необходимо идти от

  • 86 -

простого к сложному, начиная с наиболее доступных средств и методов получения доказательств и. по мере необходимости, переходя к более сложным в организационном и техническом оснащении. При этом. разумеется, необходимо учитывать опасность безвозвратной потери источников доказательств. Наряду с этим использование “передовых достижений” требует, как правило, больших материальных затрат, применения дорогостоящей аппаратуры, привлечения высококвалифици- рованных специалистов для ее обслуживания, а результат может ока- заться несопоставимо малым или вовсе отсутствовать.

Основным компонентом, специальных познаний, используемых в су- допроизводстве, являются криминалистические знания - то есть те. которые относятся к криминалистической технике, наряду с методикой и тактикой раскрытия преступлений являющейся неотъемлемой частью науки криминалистики. Криминалистические знания представляют собой наиболее разработанную область специальных познаний, которая может рассматриваться в качестве основы привлечения иного рода специальных познаний и разработки методологии их использования для решения задач, возникающих при выявлении, расследовании и предотвращении преступлений. Она постоянно расширяется за счет привлечения и пе- реработки информации из тех областей знаний, сведения из которых могут иметь значение специальных.

При решении задач, которые возникают при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, неизбежно сочетаются компоненты, требующие правовой оценки (мотивы совершения преступления, психологическое состояние в момент совершения преступления и др.) и относящиеся к специальным познаниям (проявления закономерностей горения. газообмена, теплопередачи; способ совершения преступления; следы, индивидуализирующие личность преступника, и т.д.). Поэтому лицу, выполняющему эту работу, необходимо хорошо разбираться не только в традиционных для криминалистики следах, характеризующих личность человека, характер его действий, поведение и т. п., но и в следах, обусловленных процессами, происходящими в ходе возникнове-

  • 87 -ния и развития пожара. При исследовании обстоятельств пожаров специальные познания могут и должны применяться для того, чтобы объ- яснить последовательность взаимосвязанных состояний объекта пожара (до начала пожара, в процессе его развития и тушения, после пожара)
  • весь механизм возникновения и последующего развития пожара. Необходимо анализировать во взаимосвязи все процессы, происходящие при пожаре, и уметь проследить закономерность последовательного трансформирования состояния объекта пожара из исходного (до начала пожара) в конечное (на момент полной ликвидации горения). Примеров того, что следы пожара могут накладываться на традиционные для криминалистики следы, жизнь предоставляет множество.

Специальные познания необходимы как обязательная составляющая при исследовании обстоятельств пожаров, которые нередко связаны с умышленными действиями людей (например, при поджоге с целью сокрытия следов кражи, убийства или другого преступления), а не только с их неосторожностью или непредусмотрительностью. Применение специальных познаний для решения возникающих в этой работе задач приводит к появлению той или иной информации - ориентирующей, консультационной при работе специалиста или доказательственной о фактических данных при производстве экспертизы. И даже если установленные с помощью специальных познаний обстоятельства не имеют самостоятельного юридического значения, они могут быть полезными для констатации доказательственных юридических фактов по делу, находящихся с этими обстоятельствами в различных связях.

Проанализируем ту сторону специальных познаний в комплексе ес- тественных и технических наук, охватывающих закономерности возник- новения, развития и прекращения горения в условиях, характерных для пожаров, которая необходима для обнаружения и исследования проявлений этих закономерностей, а также для оценки влияния таких закономерностей на сохранность следов и признаков, характеризующих обстоятельства происшествия. Учтем, что в условиях пожара формиру- ются объективные предпосылки для ухудшения информативности этих

  • 88 -следов и признаков как объектов криминалистического исследования под влиянием высокой температуры, теплового излучения, специфического состава газовой среды и других факторов.

Только качественной характеристики состояния элементов вещной обстановки на месте пожара, как правило, недостаточно для катего- рического утверждения о местоположении очага пожара, механизме возникновения горения, динамики развития пожара во времени и пространстве. Наиболее объективные количественные данные об этом можно получить при исследовании состояния и свойств предметов и материалов, составляющих его вещную обстановку. И это будет лишь одним из начальных этапов в комплексе работ по исследованию обсто- ятельств пожара в целом. Его ключевой задачей является определение причины того, почему в установленном очаге возникло горение: в ре- зультате каких случайным образом протекавших процессов или вследс- твие каких действий людей. Не менее важно проанализировать динамику развития и распространения пожара, что позволит выявить те условия и обстоятельства, которые способствовали не только возникновению, но”и развитию пожара до определенных масштабов, которыми обусловливаются материальные и иные потери от пожара, что важно для установления состава преступления, его квалификации и решения других задач, предусмотренных законом.

Специальные познания при исследовании обстоятельств пожара не- обходимы, чтобы разбираться в следующих фактических данных:

а) по обстановке, предшествовавшей возникновению пожара: пределы огнестойкости строительных конструкций и материалов при статической и динамической нагрузке фактически и согласно проектной документации; архитектурно-планировочные решения для объекта защиты; параметры технологического процесса, реализуемого на объекте пожара, и степень его пожарной опасности; пожароопасные свойства веществ и материалов, обращающихся в производстве; оснащенность объекта техническими средствами обнаружения и тушения пожара, аварийного оповещения; оснащенность объекта системами естест-

  • 89 -венной и механической вентиляции, отопления, газоснабжения, освещения; особенности функционирования объекта защиты до возникновения пожара; характер действий людей в зоне очага пожара в период до его обнаружения;

б) по периоду возникновения и обнаружения пожара: особенности обстановки на объекте защиты от момента возникновения (или другого характерного момента времени, например, закрывания дверей и сдачи объекта под охрану) до обнаружения пожара; особенности функциони рования технических средств обнаружения и тушения пожара, аварий ного оповещения для заданных моментов времени; сведения о метеоро логической обстановке; особенности функционирования технологичес ких установок, систем отопления, вентиляции, газоснабжения, опове щения и других систем для заданных моментов времени; характер действий людей в период до обнаружения признаков пожара; специфи ческие признаки проявления непосредственных технических причин возникновения пожара;

в) по периоду развития, распространения и тушения пожара: ос новные закономерности развития пожара после его возникновения; признаки направленности распространения горения на вертикальных и горизонтальных конструктивных элементах зданий и сооружений, тех нологическом оборудовании готовой продукции; поведение строитель ных конструкций и материалов в условиях теплового воздействия по жара; признаки возникновения пожара и непосредственной причины его возникновения, признаки воздействия огнетушащих средств и действий личного состава пожарных подразделений и других участников тушения пожара на зоны развития пожара; особенности влияния различных фак торов на развитие и тушение пожара; особенности влияния техничес ких средств тушения на развитие пожара и следообразование харак терных признаков очага пожара, границ его распространения, непос редственной (технической) причины пожара.

г) по состоянию объекта после ликвидации пожара: границы, фор ма, размеры зон развития пожара; степень и характер повреждения

  • 90 -при горении, тепловом воздействии и задымлении конструктивных элементов зданий и сооружений, технологического и иного оборудования. сырья, другого содержимого; следы присутствия и действий людей (в том числе скрытые и поврежденные во время пожара), которые могли иметь отношение к возникновению пожара и его развитию; экономические, экологические и социальные последствия пожара.

Изложенное выше позволяет сделать вывод о том, что использование специальных познаний позволяет в процессе исследования обстоятельств происшествия, связанного с пожаром, устранить искажения и неполноту отражений обстоятельств происшедшего в следовой картине, учитывая негативное воздействие на нее процессов, происходящих при пожаре, а также обнаружить ложные отражения, возникающие при различных инсценировках

Таким образом, круг исследуемых следов и других объектов при выяснении обстоятельств происшествий, сопровождающихся пожарами, чрезвычайно широк и разнообразен, и поэтому методическая база этих исследований должна основываться не на одной, а на целом ряде ба- зовых наук; включая криминалистику, теорию горения и тепломассопе- реноса, химию, электротехнику, металловедение, строительное дело, пожарную технику, технику безопасности и др. Очевидно, использование указанных наук в полном объеме для названных целей лишено смысла, так как ими охватывается значительно более широкий круг вопросов, чем это необходимо при исследовании обстоятельств происшедшего пожара. Возвращаясь к проблеме отграничения специальных познаний, которые необходимо использовать при исследовании обстоятельств пожаров, можно, по нашему мнению, утверждать о целесообразности формирования научно-практического отраслевого комплекса знаний - технико-криминалистического исследования обстоятельств пожаров, в рамках которого:

изучаются закономерности возникновения, существования, изменения и преобразования следов и признаков на объектах, составляющих материальную обстановку места происшествия - вещественных доказа-

  • 91 -тельств, служащих средством установления доказательственных фактов о преступлениях и других правонарушениях, связанных с пожарами;

разрабатываются методы и методики экспертных исследований ве- щественных доказательств в целях решения специфических задач, свя- занных с расследованием и предупреждением преступлений указанной категории, судебным разбирательством уголовных дел.

Названный научно-практический комплекс должен отличаться прежде всего прикладным характером - разработанностью методических основ исследования обстоятельств этих происшествий по тем остаткам и проявлениям, о которых .стало известно в результате проведенного исследования. В существующей системе научных знаний в области исс- ледования закономерностей горения веществ и материалов, развития и тушения пожаров вопросы, затрагиваемые при исследовании обстоя^ тельств происшедшего пожара, практически не изучаются. Например, при изучении процессов в электрооборудовании и электропроводке1. происходящих при аварийных явлениях, стремятся изыскать наиболее эффективные средства и способы предотвращения и неконтролируемого развития таких явлений, но не интересуются тем. какие стадии - от начальной до конечной - происходят в элементах в процессе развития этого аварийного явления, какие образуются изменения в изделиях и материалах и насколько информативны эти изменения для того, чтобы, опираясь на результаты исследования их, выяснить механизм первичного явления, их вызвавшего.

В то же время каждая из упомянутых выше наук включает в себя определенную совокупность знаний, которые необходимы для установ- ления механизма образования следов и признаков на вещественных до- казательствах, различных процессов и явлений во время пожара. Так, при установлении местоположения очага пожара могут быть использованы физико-химические методы определения продолжительности и ин- тенсивности термического воздействия на строительные конструкции. При установлении обстоятельств возникновения горения могут приме- няться методы моделирования условий тепломассообмена в системе,

  • 92 -включающей в себя источник термического воздействия и горючий материал. Определенные особенности обнаружения и исследования харак- терны и для традиционно изучаемых криминалистикой следов. Эти и им подобные, разнородные по своей природе знания, которые представля- ется правильным назвать технико-криминалистическими (не подразумевая под этим термином знания в области только криминалистической техники*), используются не изолированно, а в комплексе, так как только исследование, проведенное на стыке наук, позволяет проана- лизировать объективные источники информации о происшедшем и уста- новить в конечном итоге механизм возникновения и развития пожара.

Подробно данная проблема исследована в разделе 4.1.

Субъектами применения специальных познаний в рамках уголовного судопроизводства могут быть: лицо, производящее дознание, следова- тель, судья, специалист, эксперт. Это право Ю.Г.Корухов предлагает закрепить в уголовно-процессуальном законодательстве [3.154, с.8]. Каждое из перечисленных лиц может достаточно профессионально владеть определенными специальными познаниями, которые приобрел в ходе обучения, специальной подготовки и в практической деятельности. По мнению И.Н.Сорокотягина, наличие у следователя специальных познаний помогает оперативно изучить обстановку места происшествия, квалифицированно подготовить материалы для экспертного исследования, качественно выполнить разнообразные процессуальные действия [3.256, с.135]. В.И.Шиканов с учетом правовых норм различает три уровня применения специальных познаний в уголовном судопроизводстве: применение специальных познаний следователем, прокурором, составом суда, специалистом; использование информации справочного характера (получаемой от лиц, организаций и учреждений); использование специальных познаний в форме экспертизы [5.67, с.12].

Однако, несмотря на потенциально достаточно широкий круг субъектов применения специальных познаний, на стадии предварительного расследования эти познания применяются главным образом в форме участия специалиста в следственных действиях при поиске доказа-

  • 94 -исшествия, местности и помещения, предметов и документов). 180 (осмотр трупа). 183 (производство следственного эксперимента). 186 (получение образцов для сравнительного исследования) УПК РСФСР.

Экспертиза может быть назначена в соответствии со ст. 78 УПК РСФСР при возникновении необходимости в проведении исследований с применением специальных познаний или обязательно назначена в слу- чаях, оговоренных ст. 79 УПК РСФСР. При этом п. За статьи 67 УПК РСФСР содержит запрещение для специалиста выступать по тому же делу в качестве эксперта (за исключением врача - специалиста в области судебной медицины). Ограничения подобного рода для участия специалиста-криминалиста в оперативно-розыскных мероприятиях от- сутствуют. Его роль при этом сводится к получению информации отно- сительно возможных путей получения данных, которые в дальнейшем могут иметь значение доказательств по уголовному делу. Так, он может принимать участие в каком-либо мероприятии по делу оперативного учета, а затем по тому же делу проводить исследование, что позволяет наиболее эффективно использовать его помощь.

Проблемами повышения эффективности использования специалиста в следственных действиях и ее правового обеспечения занимались многие ученые, в частности, Л.Е.Ароцкер, А.И.Винберг, Е.И.Зуев. Г.Г.Зуйков, П.П.Ищенко. В.Н.Махов, Э.Б.Мельникова, Г.Е.Морозов. П.К.Пошюнас, Н.А.Селиванов, В.А.Снетков, И.Н.Сорокотягин и др.

Ю.Г.Корухов правильно, по нашему мнению, обращает внимание на необходимость определения в уголовно-процессуальном законодательстве субъектов применения научных и технических средств. Однако мы не может согласиться с предложенным им перечнем таких субъектов (дознаватель, следователь, судья, специалист, эксперт, защитник) без оговаривания их иерархии, поскольку в процессуальном плане нельзя ставить на один уровень, например, следователя и специалиста: предложение Ю.Г.Корухова придать “фактическим данным, полученным в результате применения научных и технических средств, статус источника доказательств” [3.154, с. 8] означает, что “автономные”

  • 93 -тельств и эксперта - при производстве экспертиз. Фактически вся работа по получению и систематизации сведений о преступлении, созданию на их основе целостной информационной модели преступления связана с решением диагностических криминалистических задач, в ко- торых предполагается сопоставление собранных данных с типичными ситуациями, составляющими механизм возникновения и развития пожара, начиная с исходной криминальной ситуации. В диагностировании важную роль играет криминалистическая интуиция, которой обладают не только работники следственного аппарата, но и опытные эксперты- криминалисты, повседневно имеющие дело с такими следами. Важное значение при этом имеет знание ими закономерностей образования этих следов, которые нередко несут уникальную криминалистическую информацию, не передаваемую какими-либо иными путями. Специалист- криминалист обращает внимание следователя на имеющие значение для дела обстоятельства, выявленные им при изучении следов, предметов. а также тех технических средств, орудий и приспособлений, которые могли использоваться при совершении преступления. Участвуя в составлении по результатам осмотра перечня розыскной информации, он сообщает необходимые справочные данные; отмечает обстоятельства. которые способствовали, по его мнению, совершению преступления; высказывает соображения о возможностях проверки собранных данных по коллекциям, картотекам, информационно-поисковым системам, автоматизированному банку данных.

В уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует формулировка понятия “специалист”. Таковым можно считать, очевидно, лицо. обладающее специальными познаниями в определенной области науки, техники, искусства и ремесла и приглашенное органом дознания, следователем, прокурором или судом для участия в расследовании и рассмотрении дела с целью оказания указанным органам помощи в об- наружении, закреплении и изъятии доказательств. Участие специалиста в следственных действиях регламентируется ст.ст. 170 (производство обыска), 174 (производство выемки), 179 (осмотр места про-

  • 95 -действия специалиста приводили бы к получению доказательств.

Функции специалиста по обнаружению, закреплению и изъятию до- казательств в ходе следственных действий могут в принципе быть вы- полнены следователем самостоятельно, в том числе с использованием специальных средств и методов, разработанных криминалистикой. Закон предоставляет право следователю прибегнуть к помощи специалиста, но не запрещает выполнять необходимые действия самостоятельно. Следователь в состоянии, например, используя разработанные крими- налистикой приемы сравнения, устанавливать явное сходство или раз- личие в общих характерных признаках объектов, фотографировать место происшествия и отдельные предметы и документы, применять при этом имеющиеся в его распоряжении (например, комплектующие следственный чемодан) научные и технические средства при осмотре, изъятии и упаковке вещественных доказательств, получении образцов для сравнительных исследований. Однако важно иметь в виду недопустимость выполнения таких действий, не обладая соответствующей подготовкой или применяя те специальные познания, которыми следователь владеет недостаточно хорошо: это может привести к невосполнимой утрате или повреждению объектов, представляющих интерес как потенциальные источники доказательственной информации. Мы поддерживаемым мнение о том, что специальные знания могут применяться следователем, прокурором, судьей, как субъектами доказывания, и применяет их непосредственно, не подменяя тем самым специалиста, т.е. когда методы просты и результаты очевидны [2.24, с. 53-54; 2.302, с. 7-14; 2.74. с. 27].

Нельзя при этом согласиться с высказываемыми в литературе мнениями о том, что “поскольку следователь не обладает специальными познаниями для определения специфических признаков пожаров и взрывов, указывающих на особый характер связей между фактами, характе- ризующими эти события, а также на происхождение этих факторов, он не может выдвинуть версии о причине их возникновения, особенностях их развития и последствиях, а следовательно не может самостоятель-

  • 96 -но, без помощи экспертов спланировать расследование этих собы- тий” [3.271. с.78]. Для того, чтобы выдвинуть версии, следователю как профессионалу в своем деле достаточно знаний о типовых версиях, характерных для преступлений данного вида, а также собранных по делу данных, в том числе и полученных с помощью сведущих лиц.

Однако даже по таким “массовым” преступлениям, каковыми являются, например, преступления имущественные и совершаемые против личности, следователь зачастую в состоянии выполнить лишь простейшие действия с применением специальных познаний, например, работая со следами рук или обуви. Объективно это вполне понятно и объяснимо. При той большой нагрузке по нескольким делам, как правило, разных категорий, находящихся одновременно в производстве, следователь не в состоянии поддерживать на хорошем уровне у себя навыки обнаружения, фиксации и изъятия следов, находясь при этом в курсе новых технологических и методических разработок в области криминалистики. Необходимо при этом иметь в виду и ту огромную распорядительную, организаторскую и аналитическую работу следователя по нескольким делам одновременно, проведение многочисленных допросов и других следственных действий. Помощником следователя в решении возникающих задач должен быть специалист, участвующий в следственных действиях или выполняющий по его заданию экспертизу.

Следователь может иметь, например, самое общее представление о том, что по следам взлома можно определить, с какой стороны произведен данный взлом, но не в состоянии выявить соответствующие признаки в следах и решить этот вопрос. Специалист-криминалист же, выявив соответствующие признаки, может определить направление взлома, что позволит уточнить тактику проведения необходимых следственных и иных действий. Тем более нет оснований требовать от следователя досконального знания закономерностей следообразования при пожарах. Для следователя, по нашему мнению, вполне достаточно, если, он имеет полноценное представление о современных достижениях в области обнаружения, фиксации, изъятия и исследования следов оп-

  • 97 -ределенного рода с тем, чтобы он мог при необходимости оптимальным образом использовать эти возможности при помощи специалиста и эксперта. Следователь не подменяет специалиста, и наоборот, специалист не вправе выходить за пределы своей компетенции и контроля со стороны следователя как руководителя выполняемых следственных действий. Специалист в уголовном процессе призван на основе своих специальных познаний делать очевидными факты, которые существуют объективно, отражают реальную действительность. Иначе определенные законом участники процесса не смогут надлежащим образом оценить эти факты и использовать их в доказывании по уголовному делу.

По мнению А.А.Эйсмана, следователь не может использовать специальные познания с целью получения доказательств не потому, что он ими не располагает, а в силу одного из основных принципов уголовного процесса, согласно которому одно и то же лицо не может сообщать сведения о фактах и их же оценивать [2.340, с.91]. Действительно, любое другое решение нарушит статус указанных участников процесса и приведет к смешению их функций. Н.А.Селиванов верно подметил, что процессуальная форма использования научно-технических и криминалистических средств связана с вопросами допустимости и пределами использования этих средств и зависит от процессуального положения лица, применяющего названые средства (следователь, специалист, судья, эксперт, сотрудник оперативной службы), от цели применения (обнаружение, фиксация, изъятие, исследование), от про- цессуального значения полученных результатов (непосредственный ис- точник доказательств, опосредованный экспертом, не имеющий доказа- тельственного значения) [5.52, с. 7]. При использовании своих спе- циальных познаний лицо, производящее дознание, следователь, судья и специалист должны иметь в виду, что если это “ведет к результатам потенциально имеющим по делу значение доказательств, но не могущими стать ими потому, что исходят не от эксперта, по делу назначается экспертиза” [3.121, с. 69].

В ходе выявления и расследования преступлений, сопряженных с

  • 98 -пожарами, специальные познания применяются в той или иной форме в зависимости от того, кем и какие конкретные задачи решаются. Различают процессуальные и непроцессуальные формы применения спе- циальных познаний, которые реализуются разными субъектами уровень их подготовки. К числу процессуальных форм должны относиться, по определению, те, которые прямо указаны в УПК и предусматривают со- ответствующее отражение результатов применения специальных познаний в соответствующих процессуальных формах либо надлежащего про- цессуального оформления приобщаемых к материалам дела документов.

Весьма разнообразны формы непроцессуального применения специальных познаний. Примерный перечень форм помощи сотрудников экс-пертно- криминалистических подразделений органов внутренних дел следователям приводится Е.И.Зуевым: участие в подготовке назначения экспертиз; консультации; привлечение внимания следователя к обстоятельствам, важным для дела; сообщение справочных сведений; организационно- техническое содействие; участие в разработке профилактических предложений; внедрение в следствие новых научно-технических средств и криминалистических приемов; обучение следователей основам применения специальных познаний; рекомендации по поводу допроса определенных лиц, о назначении непроведенной экспертизы” [3.121, с.69]. К этому перечню можно добавить этапы подготовки к проведению следственного осмотра, эксперимента и других следственных действий, а также обсуждения их результатов с консультированием по вопросам возможного использования в целях установления истины по делу, что не охватывается прямо процессуальной регламентацией. Весьма распространена также консультационная деятельность, которая “объясняет сущность предметов, явлений и показывает эффективные направления применения достижений научно-технического прогресса” [4.18, с.104]. При исследовании обстоятельств пожаров кон- сультирование следователя широко распространено на* практике. Неп- роцессуальной также является деятельность специалиста, связанная с проведением так называемых предварительных (точнее - доэкспертных)

  • 99 -исследований и оказанием помощи в рамках оперативно-розыскных мероприятий (непосредственное применение криминалистической техники с целью обнаружения, выявления и фиксации следов, участие в выдвижении версий о событии происшествия, составление розыскной информации о приметах предполагаемого преступника, орудиях преступления, проверка объектов по криминалистическим учетам и др.).

Дискуссионным, по нашему мнению, является также вопрос о том, как расценивать требование уголовно-процессуального законодательства о том, что специалист, реализующий специальные познания, не может выходить за области области знания, которую он представляет. В ст.78 УПК РСФСР требования к компетенции специалиста определены неконкретно. Поэтому в практике привлечения сведущих лиц в качестве специалиста для участия в следственных действиях или в качестве эксперта нередко область специальных познаний трактуется по-разному, а это создает условия для высказывания недоверия к специалисту и- что более существенно - эксперту в связи с выходом его за пределы компетенции. Как показано выше, следовая картина на пожарище настолько сложна и многопланова, что без специальной подготовки квалифицированно обследовать его невозможно, поскольку иначе будут упущены и безвозвратно потеряны многие потенциальные доказательства. Поэтому для специалистов и экспертов, задействованных при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, необходима, по нашему мнению, специальная подготовка с выдачей соответствующих документов, подтверждающих квалификацию названных лиц.

С проблемами обучения и подготовки специалистов как субъектов применения специальных познаний тесно связана и такая существенная для практики проблема, как определение пределов их компетенции. Иногда для того, чтобы полноценно провести исследование, специалист (криминалист общего профиля или специализирующийся в исследовании обстоятельств пожаров) нуждается в пополнении и расширении своих знаний. Возникает вопрос о том, правомерно ли использование им в этом случае новых знаний, приобретенных для решения конкрет-

  • 100 -ной задачи? По нашему мнению, ответ на этот вопрос может быть положительным при условии получения этим специалистом соответствую- щей подготовки. Сотрудники экспертно-криминалистического подразде- ления как лица, профессионально осуществляющие помощь сотрудникам следственных и оперативных служб в исследовании обстоятельств дела, по объективной необходимости систематически расширяют свои познания, совершенствуют их, сами разрабатывают и берут на вооружение новые методики исследования. Накопление знаний благотворно сказывается на практической стороне их деятельности, ведет к расширению круга вопросов, которые он может разрешить, повышает результативность их работы.

1.4. Моделирование при криминалистическом исследовании

обстоятельств пожаров

Пожар относится к событиям прошлого, и поэтому как объект познания недоступен для непосредственного восприятия и исследования.

В гносеологическом плане, по утверждению В.Н. Кудрявцева, все наши представления о преступлении - это модели [3.163, с. 65]. Чтобы познать объект - преступление, необходимо построить его мысленную модель, в определенной мере упрощенный его образ, обладающий совокупностью признаков преступления, которой было бы достаточно для решения задач уголовного судопроизводства. Указанная модель строится на основе имеющихся о нем сведений и исследуется путем сопоставления с ними: “По мере накопления информации модель реконструируется, освобождается от излишних образований, обрастает жесткими узлами (достоверно установленными фактами), количество вариантов в различных частях ее сокращается, покуда она сама не станет единой однозначной системой достоверного знания об исследуемом событии” [2.33, с. 201].

При построении модели, соответствующей криминалистическим це-

  • 101 -лям, используются принципы моделирования, основанные на распознавании определенных типичных моделей или их элементов по собранным данным. Отличительной чертой происшествия, сопряженного с пожаром, является то. что при выяснении комплекса обстоятельств возникновения и развития пожара требуется провести мысленное (описательное) моделирование всей внутренне непротиворечивой цепочки событий, начиная с момента, непосредственно предшествовавшего возникновению пожара, и до конечной ситуации, сложившейся на момент осмотра места происшествия. Только после того, как будет проанализирована вся взаимосвязанная последовательность процессов
    следообразования, можно дать обоснованные ответы для отдельных криминалистических задач. Только объяснив, в пределах возможностей, обусловленных результатами исследования, особенности протекания этих процессов, можно обнаружить признаки явлений, не укладывающихся в рамки реализуемых естественным путем закономерностей явления, и дать им криминалистическую оценку.

В современном понимании моделирование представляет собой исследование каких-либо явлений, процессов или систем объектов путем построения и изучения их моделей. Под моделью как средством познания человеком окружающей действительности понимается “устройство, воспроизводящее, имитирующее строение и действие какого-либо другого (моделируемого) устройства, а в широком смысле - любой используемый в качестве заместителя образ (мысленный или условный: изображение, описание, схема, чертеж, график, план, карта и т.п.) какого-либо объекта, процесса или явления (оригинала модели)” [2.297, с. 819].

К моделированию как методу исследования прибегают в тех случаях, когда изучение самого объекта, явления, процесса (объекта-оригинала) необходимо, но по тем или иным причинам невозможно или не- целесообразно. Например, если изучаемое явление представляет собой сложную совокупность одновременно протекающих процессов, фиксация и контроль параметров которых технически не осуществимы, или если

  • 102 -требуется последовательно изучить раздельное влияние на ход исследуемого процесса ряда определяющих факторов и т.д. Что касается пожара, то невозможность и нецелесообразность натурного исследования обстоятельств его возникновения и развития достаточно очевидны, поскольку к моменту, когда реально можно было бы приступить к такому исследованию, пожар, как правило, уже ликвидирован: время и место, где произойдет пожар, не прогнозируется с требуемой точностью, и поэтому “подготовиться” к исследованию обстоятельств происходящего пожара практически всегда не удается. Моделирование как метод познания занимает исключительно важное место в криминалистическом исследовании обстоятельств происшедших пожаров и потому, что далеко не все следы, исследование которых могло бы принести необходимую информацию об этих обстоятельствах, доступны для исследователя из-за разрушающего теплового и огневого воздействия. Модели принято классифицировать на материальные, подобные оригиналу пространственно (геометрически), физически, математически, и на так называемые идеальные (мысленные, информационные) модели, в том числе образные (иконические, знаковые (символические) и смешанные образно- знаковые). Цель такого деления - определить природу модели, с которой имеем дело, и обусловленные этой природой познавательные возможности модели. Деление моделей на материальные и идеальные в достаточной мере условно. Их внутренняя связь заключается в том, что человек, прежде чем построить материальную модель из каких-либо материалов и деталей, мысленно представляет, прорабатывает, теоретически обосновывает ее. После воплощения модели в материализованном виде получается результат, который еще в начальный момент имелся в представлении человека в идеальной форме - как образ этой действительности. Но не всякий раз, хотя это не исключается, идеальные модели находят свою материализацию. Например, бессмысленно и даже недопустимо материализовывать полученную в ходе расследования преступления полную информационную (идеальную) модель преступления, в том числе сопряженного с пожаром. Во всяком

  • 103 -случае в процессе познания (в том числе и в рамках криминалистического исследования) не только допустим, но нередко целесообразен взаимный переход от идеальных моделей к материальным и наоборот.

В процессе носящего ретроспективный характер исследования обс- тоятельств пожара собирается и обрабатывается информация, на основе которой строится и постоянно проверяется информационная модель происшествия. “Ретроспективная модель - это обобщенная информаци- онная и образная конструкция, воспроизводящая событие в его главных, существенных чертах и именно поэтому выполняющая в познании и доказывании свою инструментальную роль” [2.185. с.82]. Построение модели осуществляется на основе анализа располагаемой информации и выдвигаемых версий относительно обстоятельств происшествия. Проверка адекватности модели, ее соответствие собранным по данному происшествию фактическим данным представляет собой ее исследование, которое может осуществляться самыми различными методами, ис- пользуемыми в познании. Привлечение специалистов и экспертов к ре- шению возникающих криминалистических задач позволяет получить оп- ределенную доказательственную информацию о фактах, относящихся к расследуемому событию в качестве фрагментов его общей информационной модели и для объяснения которых необходимы специальные познания. В частности, по делу о пожаре существенную часть такой модели составляет диагностируемая с привлечением специальных познаний со- вокупность процессов и явлений, составляющих механизм возникновения и развития пожара.

Поскольку пожар представляет собой не одномоментное, а развивающееся во времени и пространстве событие,, при выяснении всех обстоятельств, необходимых для установления истины по делу, требу- ется предварительно провести мысленное моделирование всей цепочки событий, начиная с момента, непосредственно предшествовавшего воз- никновению пожара, и до конечной ситуации, сложившейся на момент осмотра места происшествия. При этом следует учитывать, что инфор- мация, поступающая из различных источников, как правило, является

  • 104 -дискретной, разрозненной, и сформировать из информационных фрагментов связную, целостную систему, как правило, бывает крайне сложно. И только когда будет диагностирована вся взаимосвязанная последовательность процессов постадийной трансформации объекта по- жара и соответствующего следообразования, можно дать обоснованные ответы по отдельным, частным вопросам. Диагностирование означает “установление и изучение признаков, характеризующих состояние машин, приборов, технических систем для предсказания возможных отклонений и предотвращения нарушений нормального режима работы” [2.287, с.160]. Диагностика как вид познавательного процесса, как метод исследования нашла широкое применение в различных отраслях техники, фундаментальных естественных и прикладных науках. экономике, социальных науках. Сформировались диагностические подходы для рационального решения задач в различных областях практической деятельности человеческого общества. Так, техническая диагностика ставит своей целью распознавание состояния технических систем для повышения их надежности. При практическом применении диагностика, позволяя распознавать сущность изучаемого явления, “не открывает его заново, а использует уже утвердившиеся в научном знании представления” [5.57, с. 6].

Как метод научного познания диагностика предполагает разработку новых способов и методик распознавания, качественных и коли- чественных методов исследования состояния объектов. Все это требует изучения и систематизации признаков, характеризующих нормальное состояние объектов и отклонения от него, изучение диагностической значимости таких признаков и методических подходов к использованию собранной информации для распознавания состояния объекта на основе той или иной совокупности установленных признаков. По мнению В. А. Снеткова, в криминалистике диагностический процесс заключается в определении сущности конкретного, взятого для изучения объекта по его признакам путем их соотнесения с признаками явления опреде- ленного класса, установленного наукой, опытом и т. д. Необходимым

  • 105 -условием любого диагностического процесса является наличие абстрактных классифицированных знаний об изучаемых объектах, накоп- ленных научным или опытным путем и не связанных общим происхождением с данным конкретным объектом диагностики. Эти данные могут накапливаться в памяти субъекта диагностического процесса в в ус- ловиях обучения или профессиональной деятельности, в банках инфор- мации. описаниях, классификациях, пособиях, учебниках, альбомах. таблицах, коллекциях объектов в натуре, их отображений [2.295].

Смысл диагностирования заключается в распознавании, различении. что свойственно для большинства криминалистических задач. Уже выявленные и познанные (отображенные в сознании человека и в других материальных носителях информации) свойства явления становятся его отличительными признаками, по наличию или отсутствию которых можно распознавать данное явление. Закономерные связи между исследуемым явлением и его свойствами, законы и соотношения, описывающие эти связи, и являются тем объективным основанием, на котором базируется метод диагностики. Фактически весь процесс расследования преступления представляет собой решение глобальной диагностической задачи распознавания мест локализации следов, механизма совершения преступления, установления виновных лиц и собирании фактических данных как доказательств посредством следственных действий. По данным Н.П.Майлис. например, в судебной экспертизе доля диагностических задач составляет 70-80% [3.180, с.5].

Изучение возможностей диагностики как особого подхода в познании ведется российскими криминалистами с начала 70-х годов, когда были сформулированы основные черты криминалистической диагностики- определены понятия криминалистической диагностики и ее аспектов (правового, логического, научно-технического, семиотического), представлены содержание криминалистического диагностирования и его этапов, его цели, система методов, средств, субъектов, объектов и их признаков, видов и форм, выявлены его особенности в сопоставлении с некоторыми другими видами познания и т.д. [3.250].

  • 106 -

В исследовании проблем криминалистической диагностики активное приняли Р.С.Белкин, А.И.Винберг, Г.Л.Грановский, С.М.Вул, С.В.Дуб- ровин, И.А.Журавлева, З.И.Кирсанов, Ю. Г.Корухов, Н.П.Майлис, И.Т.Малаховская, В.А.Образцов, В.Ф.Орлова, В.М.Палий, Н.С.Романов, Е. Р. Российская, А. И. Рудиченко, Н.А.Селиванов, В. А. Снетков, М.И. Шахриманьян, А.Р.Шляхов, В.В.Яровенко и др.

Среди криминалистов не имеется единства в определении содержательной части понятия диагностического процесса в криминалистике, отсутствует терминологическая точность даже в самом наименовании, которое понимается в криминалистике по-разному. Мы присоединяемся к точке зрения тех из них, которые считают целесообразной разработку методологии (теории, учения) криминалистической диагностики как особого вида диагностического процесса познания [2.95; 3.152; 3.157; 5.37 и др.]. Криминалистическая диагностика формируется под воздействием специфической среды своего применения - судебно-дока- зательственного процесса, его целей, условий и правил диагностиро- вания, уголовно-процессуальных и криминалистических характеристик изучаемых объектов [2.295, с.19].

Ценность криминалистической диагностики заключается в том, что предметом диагностического исследования могут являться не только природа изучаемого объекта (например, диагностика орудий взлома по их признакам в следах), но и ситуативные условия, влияющие на динамику события и отражающиеся в его вещной обстановке в соответствии с определенными закономерностями, отражающими способность материальной обстановки (окружающей среды в широком смысле слова) реагировать на воздействия на нее в результате определенных действий человека, протекания технологически обусловленных и спонтанных процессов, включая и такие, как рассеивание в окружающей среде тепла и газов, вымывание и выветривание компонентов из грунта и др.

При диагностировании явлений, событий, действий изучаются как материальные следы их, так и отображения самого механизма взаимо- действия объектов в целом и отдельных составляющих элементов. Обя-

  • 107 -зательным элементом методики исследования является сопоставление изучаемого с подобными, типичными ситуациями, имевшими место в прошлом и подробно изученными. В общем случае для диагностических исследований характерно решение возникающих задач в их наиболее абстрактной формулировке, когда может быть охарактеризована лишь определенная типичная ситуация. Однако, это будет действительно так либо в начальной, либо на промежуточных стадиях исследования (соответственно, при выдвижении версий или при осмысливании существенных промежуточных выводов исследования). Как отмечает Ю. Г. Корухов, “по мере увеличение информации об элементах, входящих в структуру преступления, возрастает и конкретность результатов диагностического криминалистического исследования” [3.155, с. 101].

При исследовании обстоятельств происшедшего пожара решаются по сути диагностические задачи, или согласно утвердившемуся в практике условному названию - обратные (направленные не на прогнозирование конечного результата исследуемого процесса, а на отыскание первопричины известного результата). Исследуемые конкретные следы и другие объекты, как правило, настолько специфичны (например, об- горевшие фрагменты древесины и пластмасс, отожженные в огне пожара металлические предметы и строительные конструкции, локально оплав- ленные электропроводники, зола), что мало интересуют соответствующие области “большой” науки, где обычно изучают чистые вещества, материалы и изделия, а также “правильные”, специально организованные процессы. Для решения диагностических криминалистических задач, как правило, необходимо создание специфических методик, позволяющих получать полезную криминалистически значимую информацию.

В диагностическом характере названных основных задач, возникающих при исследовании обстоятельств пожаров, заключается их коренное отличие от прямых задач исследования процессов, происходящих при пожаре, которые решаются при реализации отраслевых программ обеспечения пожарной безопасности объектов защиты различного наз- начения в рамках условно называемого классического комплекса наук,

  • 108 -охватывающего вопросы противопожарной защиты и призванного разрешать проблемы, связанные главным образом с профилактикой пожаров, включая и предотвращение преступлений и других происшествий, связанных с пожарами. Разработка технических нормативов и правил противопожарной защиты при строительстве, оснащении и эксплуатации объектов различного назначения немыслима без предварительного решения так называемых прямых задач: исследования изменений в свойствах материалов при нагревании до высокой температуры, как будет развиваться пожар в помещении при отсутствии установки пожаротушения, как поведут себя при этом строительные конструкции и т.д.

Однако решение подобных прямых задач является необходимым, позволяет накапливать и обобщать важный и полезный фактический материал, используемый в последующих диагностических исследованиях, когда применительно к исследуемому объекту осуществляется сравнение по аналогии, сопоставление исследуемой ситуации с аналогичными типичными ситуациями, известными из опыта. Ю.Г.Корухов обоснованно утверждает: “Для создания научных основ криминалистической диаг- ностики необходимо выявление и изучение закономерностей механизма воздействия типичных ситуативных условий события на материальную среду и избирательного отражения ею этого воздействия… Речь идет об определенной реактивности объектов материальной обстановки на определенные воздействия в целях их установления” [3.157, с.20]. Для решения многообразных диагностических задач, которые могут возникнуть в процессе исследования обстоятельств пожаров, требуются предварительное накопление и классификация обширного массива данных о том, какими закономерностями регулируется следообразова-ние при пожарах. Для диагностических исследований обстоятельств происшедших пожаров необходимы надежные объективные данные об изменении состояния материалов и предметов при воздействии опасных факторов пожара. Имеются основания для того, чтобы не только проводить специально организованные огневые эксперименты, но и исследовать реальные пожары, в частности, возникающие в результате под-

  • 109 -жогов, осуществляемых с применением различных технических средств.

Совершенствование противопожарных норм строительного проектирования и правил пожаробезопасной эксплуатации объектов требуют опытных специалистов, а также обобщенных знаний, разрабатываемых на основе изучения причин возникновения и динамики развития реальных пожаров. Источники зажигания, динамика развития пожаров, природа и величина ущерба от пожаров, недостатки применяемых средств противопожарной защиты, поведение людей в условиях пожара и т.п. являются основными направлениями отраслевых исследований.

Например, основной целью исследования начальной стадии развития пожара является разработка методов испытаний для облицовочных материалов, мебели и других предметов, из которых может быть предсказано поведение испытываемых материалов и изделий в условиях реальных пожаров. Для достижения этой цели необходимо развивать и методы теоретического анализа происходящих при пожаре процессов. При этом должны использоваться как результаты испытаний и опытов, так и аналитические выражения, получаемые из описаний движения газовых потоков и процессов теплопереноса. Такой анализ позволит получить объективное обоснование требований и критерии оценки поведения материалов в условиях пожара. К числу наиболее близких и актуальных целей “прямых” исследований могут быть отнесены разработки методов аналитического прогнозирования динамики пожара вплоть до наступления общей вспышки, а также разработка физических и математических моделей для наиболее важных с практической точки зрения “сценариев” пожаров для того, чтобы с их помощью иметь возможность оценить уровень пожарной безопасности для жизни людей на объектах различного назначения при возникновении пожара.

К числу наиболее важных проблем в этой области, над разрешением которых работал диссертант, относятся оценка способности веществ и материалов к воспламенению при воздействии источников зажигания [3.104 и др.], прогнозирование влияния различных конструктивных и внешних факторов на динамику развития пожаров в зданиях и

  • 110 -уровень противопожарной защиты [4.7; 3.103; 3.112; 3.113; 3.159; 3.200 и др.], оценка опасности обстановки при возникновении пожара на людей [3.105; 3.106 и др.], специфические проблемы профилактики пожаров и прогнозирования их динамики на разных объектах.

“Прямые” задачи также исследуются с применением метода моделирования при разработке экспертных методик (см. раздел 4.1).

В рамках процесса исследования определенного объекта с применением метода моделирования принято выделять следующие последовательные стадии: постановка задачи; создание модели; переход к ней от исследуемого объекта; исследование модели; обратный переход от модели к объекту, перенос результатов исследования модели на основной объект. Процесс моделирования начинается с главного - постановки задачи, решение которой предполагается получить посредством использования модели. Поскольку любой объект познания, в том числе и пожар, неисчерпаем в своих свойствах и отношениях, исследователь не может изучить сразу все бесконечное содержание объекта, да в этом и нет практической нужды. Как правило, в каждом конкретном случае задачи, стоящие перед исследователем, достаточно узки. Так, может потребоваться выяснить наличие на предметах вещной обстановки места происшествия следов, характерных для очага пожара и механизма возникновения первоначального горения. После определения предмета изучения исследователь актуализирует предыдущий опыт изучения данного объекта, накопленную информацию о нем.

Результаты, полученные при предварительном изучении объекта-оригинала на этой стадии, могут обнаружить невозможность или затруднительность решения поставленной задачи. С учетом выявленных обстоятельств создается опосредствующее звено - модель. Выбор вида модели зависит от уровня развития науки, особенностей конкретной задачи исследования, специфики объекта. В качестве таких объектов могут выступать следующие модели: графическая (план-схема или эскиз, отображающие обстановку места происшествия, отдельные предметы и следы), физическая (воспроизводящая состояние совокупности

  • Ill -

предметов и следов как фрагмента места происшествия, условия тер- мического и иного воздействия на них) или математическая (описыва- ющая в виде математических выражений, соотношений и уравнений па- раметры, отражающие состояние объекта пожара и динамику его изме- нения во времени и пространстве, состояние отдельных предметов и материалов в условиях пожара). Например, Р.С.Белкин рассматривает производное вещественное доказательства в качестве модели первона- чального вещественного доказательства, которая отражает его су- щественные с точки зрения расследования свойства [2.30, с.22].

На следующем этапе созданная модель становится объектом иссле- дования, в котором все действия производятся над моделью и направ- лены непосредственно на получение знаний о нем, на установление законов его развития, изменения состояния, его свойств и отношений. Сама по себе модель в гносеологическом плане является самос- тоятельным объектом (в работе следователя чаще всего идеальным, в экспертной практике, как правило, материальным). Модель в зависи- мости от ее природы (графическая, физическая, математическая) изу- чается с применением соответствующих методов, как эмпирических, так и теоретических, аналитических. Различия в свойствах, природе модели и оригинала делают возможным применение при исследовании модели таких методов и такой аппаратуры, которые не могли быть ранее использованы в отношении объекта-оригинала (например, экспери- ментальное физическое воздействие). Кроме того, при модельных исс- ледованиях имеется возможность многократного повторения анализа или испытаний при одинаковых и варьируемых условиях. В особенности это важно для уяснения влияния тех или иных факторов на механизм события, явления. Изучение модели важно для исследователя потому, что в конечном счете оно способно дать сведения о другом объекте - оригинале, поскольку изучение модели является опосредованным изу- чением моделируемого объекта. В частности, при модельном исследо- вании пожара могут быть получены новые сведения о параметрах сос- тояния элементов обстановки места происшествия и их динамике, о

  • 112 -возможности реализации определенного процесса, о соответствии или несоответствии следов друг другу или закономерностям определенного процесса, в котором они должны были участвовать, о механизме возникновения и развития определенного аварийного пожароопасного явления, процесса с переходом в горение веществ и материалов и с возможностью последующего развития и т. д.

Данные, полученные в ходе исследования модели, относятся не- посредственно лишь к этому объекту, и лишь его непосредственно ха- рактеризуют. В связи с этим возникает необходимость трансформиро- вания (интерпретации) .знаний, полученных о модели, в знания об объекте-оригинале. Этот вопрос является наиболее сложным и ответс- твенным для практики исследования с применением метода моделирова- ния. Обязательным условием для этого является известное исследова- телю соответствие элементов и отношений модели элементам и отноше- ниям оригинала. Без обоснования этого соответствия моделирование как метод исследования теряет свое специфическое познавательное значение и не может служить средством получения информации об исследуемом объекте. Точность моделирования подвержена влиянию изменения качественных и количественных характеристик моделируемых явлений и состояний в связи с изменением отдельных параметров в модели по сравнению с оригиналом, и поэтому должна быть выполнена оценка влияния каждого из этих параметров на конечный результат.

Моделирование как общенаучный метод может применяться в исследовании разнопланово: “на эмпирическом уровне метод моделирования используется для выполнения измерительной, описательной и других функций, на теоретическом уровне - для выполнения объяснительной, интерпретаторской, предсказательной и других функций” [2.14,с.50].

Моделирование в настоящее время находит все более широкое применение при производстве следственных действий для получения дока- зательственной информации, в экспертной практике, в оперативно-ро- зыскных мероприятиях, в организационно-управленческой деятельности при расследовании преступлений благодаря активизации исследований

  • 113 -в области ее методологии и по прикладным вопросам. Различные аспекты моделирования в криминалистике (в частности, особенности мысленного и материального моделирования в расследовании преступлений и при производстве криминалистических и других экспертиз, правовые основы и условия реализации этого метода) разрабатывались А. Ф. Аубакировым, Р.С.Белкиным, М.Б.Вандером. Т.С.Волчецкой, Г.Л.Грановским, Г.А.Густовым. Л.Я.Драпкиным, И. М. Лузгиным, А.Р.Ра- тиновым, М.Н.Хлынцовым, Л.Г.Эджубовым и др.

Общепринятым в настоящее время является тезис о допустимости моделирования как метода, позволяющего получать и проверять дока- зательства в уголовном процессе и (при должной организации) удов- летворяющего условиям объективности, научности, простоты, доступ- ности, эффективности, а также (при соблюдении соответствующих условий в процессе моделирования) безопасности применения, этичности, законности. Правовыми основами применения моделирования служат предусмотренные уголовно-процессуальным кодексом условия собирания, исследования, оценки и использования доказательств: моделирование осуществляется в рамках предусмотренных законом действий: источники сведений для моделирования и сами сведения указываются для возможности проверки результатов; круг участников действий с применением моделирования определен и указывается в протоколе; приемы моделирования и порядок исследования подробно описываются в протоколе согласно ст. 141 УПК РСФСР; должны быть приняты меры, обеспечивающие полноту и достоверность доказательственной информации. получаемой при моделировании; при изготовлении модели в ходе предварительной проверки материалов согласно ст. 109 УПК РСФСР должны быть указаны основание, место, время изготовления и другие данные в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством [2.185, с.24]. Поскольку процесс доказывания формально состоит в собирании, проверке, исследовании, оценке и использовании информации, основным видом моделирования, получившим распространение в криминалистике, является информационное моделирование. По мнению

  • 114 -Р.С.Белкина и А.И.Винберга “информационная модель потому и являет^ ся моделью, что она отражает объективные связи между источниками доказательственной информации” [2.33, с.201]..

Особенности применения моделирования в криминалистике проанализировал Р.С.Белкин, указав, что при формировании в процессе исследования обстоятельств происшествия его информационной модели “даже чисто теоретически отражение не может быть равным модели: информация на входе не может быть количественно равна информации на выходе. Еще более неполная по сравнению с моделью доказательственная информация, ставшая известной следователю, ибо объем этой информации обусловлен не только полнотой отражения, но и теми возможностями выявления возникших доказательств, которыми он обладает, и ограниченностью источников, допускаемых законом”[2.19,с.65].

Одним из принципиальных вопросов является понятие модели, применяемой в криминалистике. И.М.Лузгин рассматривал разновидности моделей и моделирования в зависимости от сферы применения (при производстве следственных действий, в экспертной практике, в оперативно-розыскной деятельности и др.), но при этом не дал определения метода криминалистического моделирования, понимая моделирование как общенаучный метод, применяемый в криминалистике [2.185].

Другими авторами предпринимались попытки отразить в более жесткой форме специфику так называемого криминалистического моделирования. Г.Л.Грановским криминалистическая модель определена “как материальный аналог, изображение или математическое описание признаков следа, проверяемого объекта, механизма следообразования либо иного объекта криминалистического исследования, являющегося средством его фиксации, способные заменить объект в процессе исследования и открывающие возможности для получения новой доказательственной информации, ее оценки и использования в процессе доказывания или оперативно- розыскной деятельности” [3.71, с.8].

В понимании Г.А.Густова “криминалистическая модель - это ис- кусственная система, воспроизводящая с той или иной степенью

  • 115 -сходства исследуемый в сфере уголовного судопроизводства объект (оригинал), изучение которого позволяет получить новые знания об оригинале, необходимые для решения задач правосудия и управления профессиональной деятельностью участников процесса” [2.85, с.16). Для А.Ф.Аубакирова “криминалистическая модель - это реализованная субъектом доказывания система, достаточно адекватно воспроизводящая существенные для целей криминалистического исследования стороны изучаемого объекта и находящаяся с ним в таком отношении замещения и соответствия, что изучение ее является опосредствованным способом получения доказательственной информации и использования ее в процессе доказывания или оперативно-розыскной деятельности” [2.14, с.59]. В.А.Образцов предлагает еще более общее определение: “криминалистическая модель - это заменитель, аналог (мысленный или материальный) какого-либо не наблюдаемого непосредственно субъектом поисково-познавательной деятельности объекта-оригинала (лица, предмета, документа, события, процесса, явления, действия в целом либо его определенного элемента и группы элементов) [2.225, с.24]. Как видно из приведенных определений, их отличие от общего оп- ределения модели состоит лишь в указании сферы применения (сфера уголовного судопроизводства) и цели (решение задач правосудия и т.д.). Остальные же аспекты (прежде всего две разновидности модели - идеальная и материальная) остаются теми же, что лишает смысла введения понятия криминалистической модели. К верному выводу о не- целесообразности формулирования понятия криминалистической модели приходит М.Н. Хлынцов, понимая модель как “средство познания чело- веком окружающей действительности” [2.322, с.6-7]. В частности, на начальном этапе расследования преступления имеется обычно некоторый случайностный, несистематизированный набор следов и признаков, несущих ту или иную информацию об обстоятельствах происшествия. Вначале, как правило, неясно, какие из них имеют определяющее зна- чение для установления истины по делу. Моделирование события про- исшествия по определенным, типовым для данного вида преступлений

  • 116 -версиям позволяет систематизировать, привести в относительный порядок выявленные следы и признаки, проследить их взаимосвязи.

Т.С.Волчецкая верно, по нашему мнению, рассматривает используемое в криминалистике моделирование как метод, состоящий в создании мысленной или материальной модели (обладающей необходимым для исследования сходством с находящимся в сфере уголовного судопроиз- водства оригиналом) и последующем использовании данной модели в качестве средства получения криминалистически значимой информации, требуемой для раскрытия, расследования и предупреждения преступлений. Соответственно, под моделью, используемой в криминалистике, она понимает искусственно созданную материальную или идеальную систему, воспроизводящую и замещающую исследуемое криминальное событие или отдельные ситуации и обстоятельства его совершения, а также ситуации и обстоятельства его расследования, с тем. чтобы ее изучение позволило получить об оригинале информацию, необходимую для решения криминалистических задач [3.48, с.29-30]. Такой подход, как представляется, отражает и общность научного метода моделирования, и специфику его применения в криминалистике.

Применительно к задачам практики расследования преступлений И.М.Лузгин указал, наряду с мысленным моделированием, ряд разно- видностей материального моделирования: вещественное (подбор и из- готовление объектов-аналогов, слепков, макетов, реконструкция от- дельных предметов); математическое моделирование признаков и ситу- аций, поддающихся формализации и количественному выражению; инс- трументальное моделирование с применением специальных приборов, позволяющих моделировать внешние признаки объекта и получать фо- тографии и голограммы; кибернетическое моделирование, обеспечивающее исследование сложных систем, их поведения, функций, свойств, отношений, структуры признаков [2.185, с.113]. В целом такая клас- сификация соответствует основным задачам, разрешаемым при исследо- вании обстоятельств пожаров. С учетом их специфики целесообразно подробнее остановиться на отдельных разновидностях материального

  • 117 -моделирования, прежде всего графическом, физическом (по смыслу охватывающим инструментальное и вещественное) и математическом.

Графическое моделирование может использоваться в качестве средства восстановления в памяти человека частично утраченных сведений, проигрывания вариантов развития динамики происшествия при различающихся исходных данных, решения некоторых поисковых или по- верочных задач. Этот вид материального моделирования реализуется путем воспроизведения обстановки на объекте пожара в виде схемати- ческого изображения, рисунка или эскиза, отражающего взаимное рас- положение и пространственную ориентацию предметов вещной обстановки места происшествия, формы и размеров тепловыделяющих устройств, которые были, возможно, причастны к возникновению пожара, и т.д.

С помощью средств графики может быть фрагментарно воспроизведена обстановка, сложившаяся на объекте к моменту возникновения пожара, на момент обнаружения признаков начавшегося пожара, в процессе развития горения во времени и в пространстве, при восстановлении формы выгоревших строительных конструкций или отдельных предметов. ‘ В сочетании с математическими выкладками графическое моделирование может использоваться при оценке динамики нестационарного прогрева материалов [2.273]. При исследовании электроустановок графическая модель в виде схемы электросети предваряет проверку правильности схемного решения и соответствия его воплощения натуре, выполнение расчета токовых нагрузок кабельных изделий, при сопоставлении тепловой характеристики кабельного изделия и время-токовой характеристики аппарата электрозащиты и решения других подобных задач [2.190]. Графическое моделирование, как правило, не является полностью самостоятельной разновидностью материального моделирования и выполняет вспомогательную, подчиненную роль и может использоваться при подготовке и анализе результатов инструментального и математического моделирования.

Физическое моделирование предусматривает преобразование недоступных для непосредственного восприятия (наблюдения, измерения)

  • 118 -свойств и признаков в таком виде и и в такой форме, чтобы их исследование и фиксация могли быть осуществимы доступными средствами. Учитывая специфику криминалистических задач, возникающих при этом, можно выделить две принципиально различающихся группы объектов-оригиналов физического моделирования:

отдельные предметы (индивидуально конкретные объекты), материалы и вещества со следами термического и иного воздействия;

процессы, связанные преимущественно с термическим взаимодействием предметов (источников зажигания) с веществами и материалами.

Исследование объектов первой из указанных групп проводится с целью диагностирования природы и механизма образования тех или иных признаков, обусловленных преимущественно изменениями вследствие нагревания. К ней относятся обнаруживаемые при осмотре места происшествия фрагменты термически поврежденных бетонных, металли- ческих, каменных, деревянных строительных конструкций, изделий. деталей, остатков материалов и веществ. При наличии такого объекта- оригинала решается диагностическая задача (например, чем обусловлено состояние данного объекта, может ли такое состояние быть вызвано термическим воздействием заданной интенсивности и длительности в известных условиях). Фактически этот вид моделирования во многом смыкается с косвенным измерением и в наибольшей степени подходит для использования при решении криминалистической задачи установления местоположения очага пожара, который осуществляется путем анализа степени термического поражения обстановки места происшествия. Следы теплового воздействия, как показано выше, проявляются в виде оплавления, растрескивания, изменения рельефа поверхности и других изменений состояния материалов.

Помимо визуальной оценки изменений, которая необходима, но. как правило, недостаточно информативна, имеются и методы исследования свойств материалов, подвергшихся термическому воздействию. Из наиболее известных в этой области и получивших распространение на практике можно отметить методики [3.108; 2.293] исследования

  • 119 -ряда материалов по косвенным признакам состояния которых могут быть диагностированы длительность и усредненный температурный режим при термическом воздействии на исследованные материалы в усло- виях пожара. Результаты исследований характеризуют состояние мате- риалов в точках отбора исследованных проб с места происшествия: каждый такой результат представляет собой модель состояния иссле- дованного фрагмента материала (объекта-оригинала). По совокупности полученных при этом результатов на основе данных о местах отбора проб может быть построена пространственная графическая модель тем- пературного поля при пожаре, необходимая при анализе его динамики.

При всех достоинствах такого подхода ему, однако, присущ и ряд существенных недостатков. Так, диагностирование условий термического воздействия на исследуемые вещества и материалы производится на основе принципа аналогии, согласно которому исследуемый объект по своему составу, строению и состоянию (в частности, по влажности. сроку эксплуатации и связанным с этим естественным изменениям), полностью соответствует тому образцу вещества или материала, который использовался при проведении модельных испытаний в рамках исследовательской работы, по результатам которой создана соответс- твующая методика. Очевидно, что такого соответствия в полной мере обеспечить практически невозможно, и поэтому результатам диагнос- тирования будет сопутствовать определенная методическая ошибка.

Другой источник методической ошибки связан с тем, что в модельных исследованиях при разработке данной методики осуществлялся строгий контроль за факторами, обусловливающими конечное состояние и свойства испытанного образца, в то время как объект, представляемый на исследование, до этого в реальных условиях подвергался совместному влиянию не только теплового потока, но других факторов. эффект от влияния которых методики не позволяют учесть. Кроме того, в модельных исследованиях разработчики методик подвергали испытывавшиеся образцы стабильному по интенсивности термическому воздействию, тогда как в условиях пожара такая стабильность не мо-

  • 120 -жет быть обеспечена, и в отношении нее в методиках указывается лишь среднеинтегральный температурный уровень, что достаточно ус- ловно, учитывая сильную зависимость динамики термического разложения и термоокислительных реакций от температуры. Поэтому результаты диагностирования длительности и усредненного температурного режима при термическом воздействии на исследуемые пробы веществ и материалов, изъятых с места пожара, правильнее оценивать лишь на качественном уровне и использовать их при сравнительных исследова- ниях, устанавливая зоны наиболее сильно и длительно термически разрушенных материалов вещной обстановки места происшествия.

Физическое моделирование в рамках эксперимента при исследовании процессов взаимодействия источников зажигания с веществами и материалами, характеризуется определенными преимуществами перед другими разновидностями материального моделирования, главным образом, благодаря наглядности восприятия, позволяющей непосредственно убедиться в возможности (реальности достижения) или невозможности определенного факта. Анализ экспертной и следственной практики [2.103; 2.1/06; 3.218] объективно доказал необходимость при крими- налистическом исследовании обстоятельств пожаров больше внимания уделять экспериментированию с целью определения параметров, харак- теризующих горючесть веществ и материалов в конкретных условиях. Дело в том, что справочные сведения о горючести веществ и материалов [2.249] практически не учитывают того, что способность веществ и материалов к возгоранию зависит не только от вида источника за- жигания, но и от их взаимного положения, от условий, в которых они подвергаются его воздействию. К последним относятся, например, пространственная ориентация, состояние поверхности (шероховатость, окрашенность и вид краски и др.), наличие движения воздуха, его температура и состав. О двояком применении экспериментального метода при расследовании пожаров говорил еще И.М.Лузгин: как составная часть следственных действий (осмотра, обыска, предъявления для опознания) и как основной метод при производстве судебной экспер-

  • 121 -ТИЗЫ [3.178. с. 76].

Справочные данные о горючести получены на основе результатов испытаний веществ и материалов по стандартным методикам [2.249], а в реальности условия термического и иного воздействия на них, как правило, не соответствуют условиям, регламентированным названными методиками. Немаловажна также степень чистоты вещества или матери- ала, поскольку справочные данные относятся только к чистым, не имеющим посторонних (в особенности, случайных) примесей. Реальные же вещества и материалы могут иметь на поверхности или в своей толще дополнительные ингредиенты, как способствующие более легкому возгоранию (например, следы бензина или другой подобной жидкости), так и затрудняющие возгорание (например, антипирирующие пропитки. эффективность действия которых со временем снижается). Совокупное влияние столь большого числа разнородных факторов оценить, опираясь только на опубликованные справочные данные о свойствах веществ и материалов, на практике оказывается крайне сложно или даже не- возможно. Поэтому эксперименты с использованием реального предста- вительного образца вещества или материала дают наиболее надежный и объективный результат. В таких экспериментах, как правило, не ис- пользуются масштабное преобразование, а условия протекания процесса поддерживаются максимально соответствующими тем реальным условиям, которые установлены в ходе осмотра места происшествия и опроса лиц, причастных к происшествию.

При таком подходе к моделированию создаваемая исследователем модель фактически однозначно повторяет оригинал, отражая уровень наших знаний о последнем. Построение модели и перенос на оригинал полученных с помощью модели данных в этом случае упрощается. Пос- леднее обстоятельство при решении задач чисто технического характера заметно облегчает получение прямого результата исследования при заданных исходных данных ( в том числе и данных о возможном диапазоне параметров, характеризующих исходную ситуацию). Но нельзя забывать, что при исследовании обстоятельств пожара решается,

  • 122 -как правило, обратная задача. В частности, если факт возгорания имел место и привел к пожару, то что за источник вызвал это возгорание и при каких условиях? - То есть именно исходную ситуацию и необходимо в итоге исследования охарактеризовать так, чтобы орган, назначивший экспертизу, получил бы достаточно объективную информацию об обстоятельствах происшествия. Поэтому при моделировании недостаточно просто установить, загорится ли данное вещество (материал) при такой-то плотности теплового потока, но приходится варьировать условия термического воздействия на испытываемые образцы, а также состояние и вещества (материала) самого образца.

Учитывая это и результаты анализа практики исследования обстоятельств пожаров, разработан, изготовлен и находится в многолетней эксплуатации используемый при производстве экспертных исследований стенд для проведения испытаний веществ и материалов на способность к возгоранию при криминалистическом исследовании обстоятельств пожаров. Стенд имеет блочную структуру. Подробно состав блоков и возможности использования стенда для проведения испытаний веществ и материалов на способность к возгоранию при криминалистическом исследовании обстоятельств пожаров описаны в работе [2.107]. Реализованный в стенде комплекс блоков и вспомогательного оборудования является примерным и составляет тот минимум, который позволяет с помощью экспериментального моделирования решать задачи относительно механизма возникновения горения, наиболее часто встречающиеся при криминалистическом исследовании обстоятельств пожаров. Поэтому при необходимости он может быть видоизменен и расширен. Например, очевидна необходимость оснащения такого стенда устройствами, позволяющими подключать и исследовать пожароопасные характеристики электронагревательных устройств: электроплиток, трубчатых электронагревателей, теплоэлектровентиляторов, конвекторов. Ес- тественно, исследователю может понадобиться огневой бокс для изучения процесса горения образцов предметов и материалов [2.107].

Другим важным для практики исследования обстоятельств возник-

  • 123 -новения пожаров направлением является оценка теплового состояния и работоспособности кабельных изделий (электрических кабелей, проводов и шнуров) и аппаратов электрозащиты в нештатных ситуациях при исследовании причастности аварийных режимов их работы к возникновению пожаров. Для того, чтобы судить о том, что же происходит с конкретным кабельным изделием в режиме токовой перегрузки, проводятся испытания образца кабельного изделия на экспериментальной установке, позволяющей создавать требуемую силу тока. Установка представляет собой реостатно-трансформаторный преобразователь переменного тока, обеспечивающий на подключаемом к нему кабельном изделии плавно изменяемую силу тока для проведения испытаний в соответствии с результатом ее предварительного расчета [2.116]. С ее помощью в лабораторных условиях создается ток силой в испытываемом кабельном изделии до 1000 А, чего, как правило, достаточно для исследования параметров аварийных явлений в электроустановках потребителей с напряжением питания до 1000 В.

В процессе пропускания тока кабельное изделие может перегреваться вплоть до плавления, дымления и даже воспламенения изоляционной оболочки либо даже до переплавления токоведущей жилы. Вместо кабельного изделия к установке может быть подключен аппарат элект- розащиты (автоматический выключатель или плавкий предохранитель) для снятия его защитной время-токовой характеристики и сопоставления ее с типовой. Для автоматической фиксации момента разрыва электрической цепи в ходе испытаний при переплавлении токоведущей жилы кабельного изделия или отключении аппарата электрозащиты разработано специальное устройство с электросекундомером, включаемое одновременно с подачей испытательного тока [2.116].

Разновидностью физического моделирования как метода исследования является реконструкция. Как разновидность моделирования, ре- конструкция осуществляется также в четыре стадии. Впервые примени- тельно к задачам криминалистики данный термин применил Р.С.Белкин, назвав реконструкцией тактический прием воссоздания первона-

  • 124 -чального состояния обстановки места происшествия и отдельных обстоятельств расследуемого события при проведении следственного экс- перимента и других следственных действий [2.32. с.24]. И.М.Лузгин рассматривал реконструкцию в двух аспектах: как способ моделирования и как результат формирования материальных моделей [2.187, с.21]. Этими проблемами занимались И.Е.Быховский. М.Б.Вандер, В. В.Куванов. Я.Г.Цыпарский и др.

Так. В.В.Куванов под криминалистической реконструкцией подразумевает процесс воссоздания существенных с точки зрения задач расследования признаков отсутствующего или изменившегося объекта-оригинала, связанного с изучаемым событием, по описаниям, изображениям, вещественным остаткам; при этом результатом криминалистической реконструкции является чувственно воспринимаемый объект, сходный с оригиналом по избранным признакам, заменяющий его при производстве следственного действия или судебной экспертизы, и служащий источником доказательственной информации, либо способствующий получению таковой. По его мнению, объектами криминалистической реконструкции могут являются какая-либо ситуация, связанная с положением предметов в пространстве, отдельные предметы, документы, внешний облик человека; при этом к сведениям об оригинале, необходимым в реконструкции, относятся: следы, отображающие признаки; вещественные остатки; фото-, киноизображение, схемы, планы, чертежи; письменные документальные описания; сообщения людей. ранее воспринимавших оригинал [5.34, с.5- 7]. Как представляется, под реконструкцией должно пониматься воспроизведение или восстановление лишь того самого объекта, свойства и отношения которого подлежат изучению и от которого имеются какие- либо остатки. Например, обнаруженные в очаге пожара электронагревательный прибор, зажигательное устройство, печь на твердом, жидком или газообразном топливе могут быть исследованы как источники зажигания в целях решения вопроса о механизме возникновения горения в очаге пожара. Также по совокупности поврежденных пожаром строительных

  • 125 -конструкций и предметов интерьера может быть реконструирован фрагмент вещной обстановки места происшествия. Именно в этом смысле воспринимал реконструкцию И.М.Лузгин - как разновидностью матери- ального моделирования, “восстановление, воссоздание объектов, си- туаций по сохранившимся остаткам, описаниям, фотоснимкам” [2.187. с. 5]. Так, реконструкция вещной обстановки места происшествия поз- воляет установить первоначальное положение объектов, объяснить ме- ханизм развития события или образования отдельных следов, вскрыть связи между действиями преступника и наступившими последствиями. Реконструкция фрагментов.обстановки места происшествия и отдельных деталей, как правило, производится в рамках следственного или экс- пертного эксперимента.

По нашему мнению, ситуации можно лишь смоделировать на основе имеющихся данных, а не “реконструировать”. Процессы и явления ре- конструкции не подлежат, поскольку такой важный комплексный фактор, как условия взаимодействия источников зажигания с горючим материалом в процессе восприятия ими тепла и возгорания, как правило, не могут быть достаточно строго указаны. По нашему мнению, процессы и явления при исследовании обстоятельств пожаров могут только моделироваться. Расцениваемое некоторыми авторами как реконструкция взаимодействие источника зажигания (такого же, как и находившийся в источнике зажигания) с такими же, как и уничтоженные огнем, горючими материалами, есть не что иное, как моделирование, поскольку и источник зажигания, и горючие материалы суть объекты новые, заменяющие в процессе исследования объекты-оригиналы.

Математическое моделирование позволяет исследовать только те параметры, которые имеют математическое описание и связаны матема- тическим соотношением в уравнениях, относящихся и к оригиналу, и к модели. Это в полной мере применимо к процессам, происходящим при пожарах. Цепочка фактов, диагностируемых при криминалистическом исследовании обстоятельств пожара, включает целый ряд разнородных по своей природе явлений и процессов, разнесенных во времени и

  • 126 -пространстве. Чтобы определиться в этом многообразии, сформировать методическое обеспечение математического моделирования, обоснованно и эффективно использовать его. необходимо прежде всего выяснить виды задач, которые могут быть решены с помощью математического моделирования. Один из принципов классификации таких задач - из дифференциация по трем основным фазам происшествия:

период времени, когда формировалась аварийная пожароопасная ситуация с возникновением источника зажигания, образованием горючей среды и сопутствующих благоприятных условий их взаимодействия;

возникновение горения как результат воздействия источника зажигания на горючее вещество по истечении некоторого времени;

развитие пожара с распространением фронта пламени по материалам пожарной нагрузки, повышением температуры среды, интенсификацией дымовыделения и газообмена во времени и в пространстве.

Для каждой из выделенных фаз характерен целый ряд процессов, происходящих в веществах, материалах, технических устройствах, строительных конструкциях и т.д. При исследовании механизма воз- никновения и развития пожара наибольший интерес представляют про- цессы. связанные с выделением и перераспределением тепловой энергии. В этой связи важным основанием для классификации задач мате- матического моделирования, определяющим область специальных знаний, применяемых в методическом обеспечении их решения, является физическая природа процессов:

стационарный теплообмен (теплопроводность, конвективный теплообмен, лучистый теплообмен, сложный теплообмен);

нестационарный теплообмен (теплопроводность в твердых телах, процессы теплообмена на границах фаз);

термодинамика (изменение состояния газов и жидкостей в замкнутых и незамкнутых сосудах технологических аппаратов и установок при тепловом воздействии);

конвективный массоперенос (в газовых, жидких средах и пористых твердых телах, движение посторонних включений в газовых средах);

  • 127 -

химические превращения с экзотермическим эффектом (биологические процессы, химическое взаимодействие, термическое и термоокислительное разложение);

физические процессы в веществах и материалах при прохождении электрического тока (тепловыделение в проводниках кабельных изделий и в контактных соединениях, образование электрической дуги, раскаленных частиц металла, пламени горящей изоляции).

Применительно к исследованию механизма возникновения и развития пожара в группу параметров, информация о которых описывается математически, могут быть включены разнообразные физико-химические, механические, геометрические и другие характеристики материалов пожарной нагрузки, строительных конструкций, технологического и электрического оборудования, газовой среды в горящем помещении и др. Среди математических моделей в практике исследования обстоятельств пожаров наибольшее распространение получили модели, описывающие изменение размеров площади пожара во времени и термическое воздействие на горючие материалы и строительные конструкции. Другие модели, описывающие развитие аварийных явлений в электросетях и электроустановках, начальную и развитую стадию пожара в помещении, динамику тепломеханического состояния несущих конструкций в условиях пожара, газообменные процессы при пожарах и т.д., хотя иногда и используются на практике, но не приобрели пока широкого признания и распространения прежде всего из-за недостатка информированности экспертов о существовании и возможностях таких разработок, а также из-за трудностей с их реализацией, рассчитанной на применение современных ЭВМ.

К преимуществам математического моделирования по сравнению с другими его разновидностями относится прежде всего возможность проведения расчетного исследования в тех случаях, когда при пожаре полностью уничтожены вещественные объекты, и эксперту могут быть представлены лишь технические сведения о них. Кроме того, исследования с помощью математического моделирования не требуют специаль-

  • 128 -ного оборудования и приборов, больших затрат времени и средств, что необходимо для проведения экспериментов с материальными объектами. Благодаря этому появляется возможность быстро и сравнительно легко проанализировать различные ситуации с варьированием в принятой математической модели значений исходных параметров. С другой стороны, математическое моделирование не всегда позволяет получить искомый результат. Целесообразно проводить экспериментальные исследования тогда, когда: невозможно создать высококачественную математическую модель совокупности многофакторных процессов, сопровождавших исследуемое происшествие; отсутствуют какие-либо данные о свойствах веществ и сред, необходимые для использования в расчетах; расчетные соотношения, получаемые при разработке математических моделей, имеют сложную структуру, представляющую неудобства и увеличивающую трудоемкость при практическом использовании.

К числу занимающих центральное место задач при криминалистическом исследовании обстоятельств пожара относится задача диагностирования механизма первичного возникновения горения в очаге пожара. При исследовании процесса возгорания вещества или материала (в ходе формирования очага пожара) наиболее часто на практике используются известные из теории теплообмена соотношения для расчета прогрева тел и справочные данные о температуре воспламенения или самовоспламенения вещества или материала, либо установленные для некоторых из них эмпирические связи между плотностью воспламеняющего их теплового потока и длительностью его воздействия. При этом зачастую допускаются ошибки, когда, например, достижения на по- верхности материала значения температуры самовоспламенения считается достаточно для его возгорания. Однако известно, что вследствие характерной для каждого вещества или материала тепловой инерции для этого эффекта необходим прогрев материала на определенную глубину при одновременном создании некоторого критического температурного перепада в прогретом слое. Исследование возгорания в предположении, что горючее вещество в математической модели расе-

  • 129 -матривается как инертное тело, нагреваемое извне до порогового значения температуры, некорректно, поскольку механизм возникновения горения веществ и материалов существенно отличается от прогрева, который составляет лишь одну из стадий этого процесса.

Указанные отличия обусловлены главным образом протеканием в поверхностном слое вещества физико-химических процессов: термического разложения (пиролиза) с постепенным перемещением его фронта вглубь вещества в направлении термического воздействия, проявлением при этом собственных тепловых эффектов пиролиза (экзо- и эндотермических) , смешением . горючих газообразных продуктов пиролиза с воздухом и нагревом смеси до температуры ее воспламенения или самовоспламенения, возникновением беспламенного горения (тления) некоторых способных к этому материалов с постепенным его развитием во времени и пространстве и ряда других. Только учитывая совокупность сопровождающих прогрев материала физико-химических процессов, можно получить строгую научно обоснованную математическую модель процесса возгорания веществ. Этот подход использован нами при разработке ‘методик расчета характеристик процесса воспламенения горючего вещества для ряда наиболее типичных случаев:

тлеющего материала, оказывающего контактное воздействие на по- верхность слоя вещества;

внешнего теплового потока, оказывающего бесконтактное воздействие на поверхность слоя вещества через газовую среду;

прогрев вещества (материала), из которого состоит изделие, за счет выделения тепла во внутренних слоях (например, при токовой перегрузке электрического кабеля, когда за счет нагревания токове-дущих жил прогревается вещество его изоляционной оболочки);

прогрев способного к тлению материала, находящегося в контакте с поверхностью изделия, температура которой повышается за счет вы- деления тепла во внутренних слоях (например, при токовой перегрузке электрического кабеля, когда за счет нагревания токоведущих жил прогревается его изоляционная оболочка) [3.112, с.75-86; 2.116].

  • 130 -

Выбор именно этих ситуаций в качестве типичных случаев взаимо- действия источника зажигания с горючим веществом (материалом) сделан с учетом частоты встречаемости в практике проведения исследований механизма возгорания материалов, как первом этапе процесса возникновения пожара, и того факта, что в подавляющем большинстве случаев пожары начинаются с возгорания твердых материалов. В основу методик положены соответствующие геометрические, физико-химические и математические модели, разработанные с применением концепции газофазного воспламенения твердого горючего вещества и применены положения, сформулированные в теории квазистационарного воспламенения веществ. Методики включают, в частности, сформулиро- ванные в результате исследования названных моделей критические ус- ловия воспламенения в зависимости от свойств взаимодействующих ве- ществ. интенсивности термического воздействия и условий окружающей среды. С их помощью могут быть рассчитаны, например, такие харак- теристики, как минимальная требуемая для воспламенения продолжи- тельность воздействия (контактного или бесконтактного), минимально необходимые геометрические характеристики (толщина, диаметр) слоев греющих и прогреваемых веществ (материалов). Если хотя бы одно из условий, указанных в методиках, не выполняется, то можно утверждать о невозможности воспламенения вещества в заданных условиях.

Более простой путь к решению перечисленных задач - расчет теплового состояния веществ (материалов), рассматриваемых в качестве инертных тел. Имеются разработки диссертанта в этой области применительно к оценке параметров ситуации при исследовании обстоятельств пожаров [2.102 и др.]. В их основе - положение о том, что для возникновения горения вещество следует нагреть до определенной температуры, при которой начинается самоускорение реакции взаимодействия горючего вещества и окислителя. Расчет сводится к определению времени достижения требуемой температуры слоем вещества, подвергающегося конвективному, лучистому или контактному нагреванию. Расчетные соотношения, основанные на законах термодинамики и

  • 131 -теплопередачи, получаются при этом наиболее простыми, в большинстве своем имеют форму алгебраических выражений, и их использование не представляет сложности.

Как показано выше, экспериментально часто можно быстрее получить объективный и надежный результат оценки способности веществ и материалов к возгоранию. Однако если лабораторный эксперимент для определения способности вещества к воспламенению провести и повторить можно, то для характеризации динамики пожара после того, как сформировался его очаг, то эксперимент неприемлем, поскольку дорог и опасен, а также наносит вред окружающей среде. Более предпочтительно в этих целях использовать именно математические модели пожара в неограниченном пространстве или - что происходит на практике значительно чаще - в помещении (комнате, цехе и т.д.) [2.108].

Достижения последних лет в развитии пожарной науки и технологии привели к получению достаточно точных и надежных аналитических средств, позволяющих создавать математические модели пожаров, реа- лизуемые в виде компьютерных программ. Аналитическое реконструиро- вание является мощным дополнительным средством анализа динамики пожара, в частности, с учетом предполагаемого местоположения очага пожара и его тепловой мощности (в особенности, на начальном этапе развития горения) в отдельных помещениях и в зданиях на детерми- нистском и вероятностном уровнях [2.213, с.65-97].

Однако использование компьютерных моделей пожаров предусматривает применение мощных ЭВМ и высокого уровня подготовки пользователей для понимания существа описываемых процессов и правильности интерпретации результатов расчетов. Во всяком случае, в стандарте США [2.348], регламентирующем порядок проведения исследования обстоятельств пожаров и взрывов, компьютерное моделирование пожаров рассматривается в качестве средства получения фактических данных об исследуемом пожаре с большой осторожностью.

В последние годы разработана серия более дружественных для пользователя, упрощенных программных средств с различным уровнем

  • 132 -требований к подготовке пользователя. Для их реализации нужен как минимум персональный компьютер. Многие математические модели доведены до уровня, позволяющего неподготовленному пользователю достаточно свободно выполнять вариантные расчеты параметров пожаров при решения практических задач. Например, программный продукт с названием CALFIRE [3.319] (аббревиатура - расчет пожара в комнате и в ограждениях) написан на алгоритмическом языке Fortran=77 и пред- назначен для расчета параметров свободно развивающегося пожара внутри помещения или иного ограниченного пространства с заданной геометрией. Программа выполнена в интерактивном варианте, поддер- живается обширной базой данных о физических, химических и теплофи- зических свойствах большого числа горючих и негорючих материалов, имеет развитую иерархическую систему меню, с помощью которой поль- зователь может задавать те или иные параметры и параметрические функции. Интенсивность тепловыделения в очаге пожара определяется как функция высоты пламени, размеров вентиляционных проемов, наличия средств принудительной вентиляции, температуры воздуха. С помощью данной программы рассчитываются также момент наступления общей вспышки в помещении и требуемое время эвакуации. Предусмотрен автоматический контроль входных параметров с тем, чтобы исключить обусловленную этим ошибку результатов.

Наряду с полевыми, получили распространение и зонные модели пожаров. Так модель CFAST [2.350] (аббревиатура словосочетания консолидированная модель развития пожара и движения дыма) разрабо- тана специалистами лаборатории строительных и пожарных исследований национального института стандартов и испытаний США. Модель позволяет прогнозировать динамику пожара в многокомнатных структурах при задании скорости потери массы горючего материала или тепловыделения при его горении. Для каждого из взаимосвязанных помещений рассчитываются текущие значения толщины слоя дыма и его температуры, температура “холодного” слоя воздуха, параметры воздухообмена и теплообмена. Система уравнений, составляющая модель,

  • 133 -включает уравнения сохранения’энергии, массы и момента. В этой модели развиты идеи, заложенные в моделях FAST и CCFM.VENTS.

Получают развитие также комбинированные математические модели пожара, развивающегося внутри помещения, сочетающие в себе свойства полевой (дифференциальной) и зонной (интегральной) моделей. Одна из таких моделей [3.323] представляет собой систему уравнений, привязанную к двухкоординатной пространственной сетке. Принципиальным отличием данной модели от аналогов является то, что в ней полевая модель применяется в отношении помещения очага пожара (где двухслойное зонное приближение неадекватно описывает реально происходящие процессы), и зонная модель применяется для остальных пространств, сопряженных с помещением очага пожара. Разработанные на основе этой математической модели алгоритм и компьютерная программа для расчета параметров развивающегося пожара использованы для анализа данных маломасштабных огневых экспериментов. Упрощение модели за счет введение в нее закономерностей зонной модели позволило сократить время счета на ЭВМ.

Вероятностные, также как и комбинированные вероятностно-детер- министские подходы к моделированию динамики развития пожара в по- мещении неприемлемы, по нашему мнению, для исследования обстоятельств происшедших пожаров. Вероятностный подход имеет практический интерес для оценки потенциальной опасности для людей пожара, развивающегося в помещении, поскольку предусматривает введение в модели определенных условий (например, что при температуре припо-толочного слоя дыма на высоте 1,5 м от пола пожар переходит в развитую стадию, характеризующуюся опасностью для жизни людей). Вероятностный блок в таких моделях учитывает несколько вариантов механизма возникновения пожара и интенсивности очага пожара, а также случайный характер распределения горючих материалов в помещении.

Но не все благополучно в области практического использования математических моделей пожаров. Так, в обзорной работе [2. 213] от- мечается интенсивное развитие детерминистского подхода в компь-

  • 134 -ютерном моделировании пожаров в помещениях, но при этом мало внимания уделяется анализу надежности таких моделей, поиску источни- ков и величин тех ошибок, с которыми связано этот вид моделирования. Предпринята попытка характеризации природы таких ошибок с тем, чтобы последующие работы позволили бы избавиться от них или, по крайней мере, иметь возможность учитывать их величины. К типичным ошибкам такого рода относятся, например, необъективность использованных в теоретических моделях и численных методах допущений, погрешности численного приближенного решения, погрешности, обусловленные неточностями в программном обеспечении расчетов, сбоями в работе ЭВМ и ошибками оператора [3.312]. Эти положения являются вполне объективными и поэтому могут быть отнесены не только к области моделирования пожаров. Их необходимо принимать во внимание, в частности, потому, что в некоторых странах к моделированию процессов, происходящих при пожарах, иногда прибегают при расследовании и судебном разбирательстве обстоятельств их возник- новения и развития. Так, полевая модель FL0W3D [2.347] была разра- ботана специально с целью моделирования динамики пожара, происшед- шего в 1987 г. в наклонном эскалаторном туннеле станции лондонского метрополитена Кинг Кросс. С помощью данной модели удалось успешно спрогнозировать обусловленный тягой массоперенос, обусловивший быстрое самопроизвольное развитие пожара, начавшегося в моторном помещении под эскалатором и повлекшего многочисленных жертвы.

Вопрос адекватности описания реальных процессов при пожарах с помощью моделей весьма щепетилен при использовании этих моделей для обоснования судебных решений, поскольку вследствие некоторой неопределенности исходных данных и граничных условий эксперт, ис- пользующий математическую модель, может в общем случае довольно существенно скорректироватть результаты своей работы путем выбора того или иного вида расчетных зависимостей, значений физических параметров и коэффициентов. Поэтому в качестве одного из важнейших требований к эксперту, помимо компетентности, должна являться его

  • 135 -безусловная честность [3.311]. Как подчеркивается в этой связи в стандарте NFPA-921, “Модель пожара может рассматриваться в качестве приемлемого средства при условии, что входные данные верны, а результаты расчетов правильно интерпретированы. Применять бездумно их нельзя” [2.348, с. 80].

Рассмотренные вопросы применения различных видов моделирования при исследовании обстоятельств пожаров показывают, что при исследовании возникновения и развития горения материалов получаемые результаты позволяют исследователю убедиться в возможности существования определенных фактов. Цель моделирования - служить подтверждением, что искомое доказательство существует или, по крайней мере, существовало в прошлом, и поэтому информация, которая извлекается из модели, и оценочные суждения, сделанные относительно нее, имеют объективное основание” [3.71, с. 20]. Сами следы на конкретных объектах, получаемые в экспериментах, не, могут рассматриваться как доказательства, поскольку возникли не в процессе изучаемого события, а в связи с его расследованием и в ходе проведения исследования. Нельзя забывать, что результаты модельного исследования прямо и непосредственно справедливы только для самой модели: вещественной, математической и т.д. Повысить надежность модельных экспериментов можно путем их многократного повторения, но для обеспечения достоверности результата исследования для объекта-оригинала этого недостаточно. “Достоверный ответ может быть дан только на те вопросы, по которым имеется достоверная информация, отраженная в модели. Другие вопросы либо вообще не решаются моделированием, либо решаются на уровне предположений” [2.185, с.140]. А для исследования обстоятельств происшедших пожаров, как известно из практики, как раз характерен в большинстве случаев дефицит полноты и точности исходных данных, которыми располагает исследователь. Именно вид и объем исходной информации об обстоятельствах конкретного происшествия и могут быть положены в основу классификации задач криминалистического исследования обстоятельств пожа-

  • 136 -ров, в зависимости от чего могут возникнуть три вида ситуаций:

а) полный набор исходных данных, когда расчет может быть вы полнен в с рогом соответствии с имеющейся методикой;

б) исходные данные для расчета имеются, но их недостаточно и нет возможности получения дополнительных сведений; в таком случае с применением специальных знаний необходимо проанализировать зада чу. выделить такие ситуативные факторы, значения которых неизвест но. и на уровне экспертной оценки обосновать для них возможный на практике диапазон их изменения, исходя из справочных данных специ альной литературы применительно к обстоятельствам конкретного про исшествия. После этого расчеты проводятся с использованием выбран ных (в том числе предельных) значений этих величин в выбранных ди апазонах из изменения. При формулировании выводов и их использова нии следует учитывать, насколько существенно изменяются результаты расчетов при варьировании указанных параметров;

в) приемлемые исходные данные для расчета отсутствуют пол ностью, имеется лишь приближенное описание ситуации. В этом случае для расчета по всем факторам, учитываемым в соответствующих форму лах, используются справочные данные с оговоренным диапазоном варь ирования их значений. Результаты расчетов в таком случае не могут рассматриваться как надежные и могут использоваться лишь в качест ве ориентирующей информации.

В связи с изложенным представляется, что одним из первых шагов в исследовании механизма возгорания материалов в очаге пожара должно являться установление принципиальной возможности факта возгорания в заданных условиях, что и дает математическое моделирование. При этом возникает потребность в определении критериев, разграничивающих возможность и невозможность данного факта. Если будет доказано, что в рассматриваемом случае возгорание не могло произойти в принципе, то это само по себе представляет ценную информацию для следствия, так как позволяет обоснованно отбросить соответствующую версию о причине пожара. Для категорического вывода о

  • 137 -невозможности такого факта в заданных условиях достаточно выявить в исходных данных или в промежуточных результатах исследования какое-либо доказанное несоответствие естественно- научным и техническим закономерностям, описывающим процесс возгорания. Сложнее дать категорический вывод о том, что возгорание в данном конкретном случае расследуемого происшествия имело место. Одно только то, что при моделировании получены подтверждающие это данные, вовсе не означает, что так однозначно и было в действительности, во время и на месте происшедшего пожара. Для обоснования такого вывода необходимо внутреннее убеждение исследователя, основанное на результатах проведенного им исследования располагаемых сведений о пожаре. Существенно, что “по мере накопления информации модель реконструируется, освобождается от излишних образований, обрастает жесткими узлами (достоверно установленными фактами), число вариантов в различных частях ее сокращается, покуда сама она не станет единой однозначной системой достоверного знания об исследуемом событии” [2.270, с.125]. Поскольку окончательный вывод может быть дан после сопоставления результатов модельных исследований с другими данными, составляющими информационную модель события, дать универсальные рекомендации невозможно. Общие принципы такого синтезирующего исследования известны. Но они нуждаются в конкретизации применительно к выбранными на основе анализа практики криминалистического исследования обстоятельств пожаров типичным ситуациям. Ряд наиболее типичных ситуаций такого рода охарактеризован выше.

Глава 2. Организационные и методические проблемы применения

специальных познаний при собирании криминалистически значимой информации о преступлениях, сопряженных с пожарами

2.1. Практика применения специальных познаний на этапах выявления и расследования преступлений, сопряженных с пожарами

В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством по каждому сопровождающемуся пожаром происшествию, в котором могут предполагаться признаки преступного деяния, предусматривается про- ведение предварительной (доследственной) проверки с целью установ- ления оснований для возбуждения уголовного дела или отказа в этом. Кроме того, обнаружение признаков преступления (кроме правовой оценки сведений в заявлении и сообщении, получения объяснений, истребования документов, назначения специальных исследований или ревизии) осуществляется в ходе оперативно-розыскной деятельности (личный сыск, контрольные проверки, экономический анализ) и в административной деятельности (непосредственное наблюдение обстоятельств. указывающих на причастность лица к преступлению, анализ материалов в отношении поднадзорных лиц, анализ и проверка материалов об административных правонарушениях, проверка информации в ходе расследования уголовного дела). Согласно теории уголовного права, к ним относятся: общественная опасность деяния, его уголовная противоправность, виновность и наказуемость [2.313. с.70]].

Предварительное расследование имеет две формы: дознание и предварительное следствие. Реализация обеих этих форм осуществляется как процессуальная деятельность [2.339, с.72; 4.12. с.78]. З.И.Кирсанов, ориентируясь на основные задачи уголовного судопро- изводства. сформулированные в ст. 2 УПК РСФСР, рассматривает выяс- нение обстоятельств, относящихся ко всем признакам состава прес- тупления, и установление виновных в нем лиц как раскрытие преступ- ления. выделяя при этом три уровня раскрытия: оперативно-розыскной (не имеет уголовно-правовых последствий и требует проверки в про-

  • 139 -цессе уголовного судопроизводства), уровень следственный (предполагает, что все существенные для установления истины по делу обстоятельства преступления и виновное в нем лицо установлены средс- твами уголовно-процессуального доказывания) и уровень судебный (обстоятельства совершения преступления и виновность подсудимого проверяются в процессе судебного следствия и разрешаются судом) 3.141, С.43-46], причем правовая регламентация перечисленных уровней раскрытия преступлений различна, но общим для них является познавательный аспект. Первоначальным этапом в раскрытии будет этап выявления преступления, под которым понимается обнаружение признаков преступления в проверяемых событиях или в действиях конкретных лиц [2.80, с. 40-41]. Хотя событие преступления и находится в прошлом к моменту расследования, но “ряд фактов,- входящих помимо события преступления в состав предмета доказывания, доступен для непосредственного восприятия их .следователем и судом. К ним могут относиться: последствия преступления; признаки совершения преступления данным лицом; орудия и средства, при помощи которых было совершено преступление; обстоятельства, способствовавшие совершению преступления; обстоятельства, относящиеся к личности субъекта преступления и др.” [2.33, с. 12-13].

На начальном этапе расследования обычно еще не известно, имеет ли данный пожар криминальную природу, в частности имел ли место поджог. Следователю* необходимо разобрать и распутать нагромождение разнородных следов и признаков, которые заключают в себе по- тенциальную информацию о преступнике, о механизме совершения прес- тупления, об объективных закономерностях развития пожара в конк- ретном случае, прежде, чем природные воздействия (ветер, дождь, вибрации от проходящего транспорта и др.) и вмешательство людей (непреднамеренно или с умыслом) приведут к такому нарушению обста- новки места происшествия, которое будет в дальнейшем трудно объяс-

  • Здесь и далее, если это специально не оговорено, понятие “сле- дователь” охватывает и лицо, проводящее дознание по пожару.

  • 140 -нить при установлении полной картины случившегося. Поэтому в первую очередь именно на этом этапе следователю необходима помощь ли- ца, обладающего специальными познаниями. Из практики известно, что упущения, в особенности, при проведении обследования места проис- шествия, как правило, ведут к невосполнимой утрате информации, ко- торая в ходе дальнейшего расследования необходима для установления всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания.

Расследование преступления, сопряженного с пожаром, как никакого другого, должно осуществляться по горячим следам, то есть в кратчайшие сроки с момента обнаружения преступления. При этом наи- более ответственным этапом является именно обнаружение, констатация фактов, свидетельствующих об обстоятельствах происшедшего, о совершенном противоправном деянии. Для организации расследования по горячим следам характерны следующие черты: максимальное сокращение времени для прибытия следователя на место происшествия; широкое сочетание типового программирования с индивидуальностью и конкретностью расследования; безотлагательное включение всех необ- ходимых сил и средств в работу по раскрытию преступления; временное ограничение круга выясняемых вопросов; высокая интенсивность, оперативность следственных действий; широкое использование техни- ческих средств для достижения максимальной полноты фиксации инфор- мации при минимальной затрате времени [2.175, с.214].

При ограниченных ресурсах времени, сил и средств и необходимости одновременной проверки нескольких версий об обстоятельствах происшедшего руководствуются принципом целесообразности, в соот- ветствии с которым отрабатываются в первую очередь наиболее вероятные (типичные) направления, известные из криминалистической ха- рактеристики. При этом “множественность версий является важным ме- тодологическим фактором расследования, обеспечивающим его всесто- ронность, объективность и полноту, одновременный поиск доказательств в разных направлениях” [2.184, с.140].

При исследовании обстоятельств пожаров получил распространение

  • 141 -метод исключения последовательно каждой из не подтверждающихся выявляемыми фактическими данными версий [2.192, с.292; 2.346]. В частности, для обоснования версии о поджоге как причине пожара (при отсутствии очевидных доводов) должны быть обоснованно исключены версии о каких-либо случайных причинах пожара. Неправа, по нашему мнению, Р.А.Миусская, утверждая, что “расследование поджогов начинается с того момента, когда все версии о причине пожара в результате всестороннего анализа будут исключены, кроме версии о поджоге” [5.40, с.8]. Этот тезис в определенной мере ошибочен, поскольку собирание доказательств факта поджога нельзя откладывать на более поздний период, когда будут обоснованно отметены все другие версии о механизме возникновения пожара.

Наряду с методом исключения представляется интересным иной метод - метод отрицательных обстоятельств [3.320]. Согласно ему применительно к исследованию обстоятельств пожара, учитывая имеющиеся объективные данные, выдвигаются предположения о том, из какого места и по какой причине возникновение и распространение пожара не могло происходить. Одновременно анализируются сведения о том, какие работы и кем не производились, где не было ремонта, внедрения новых технологий и т.п., кто из персонала не мог находиться в данный момент на определенном месте. Этот метод как дополнение метода исключения особенно эффективен при сильных разрушениях объекта пожара. Ответы на вопрос о невозможности возникновения очага пожара в определенном месте, как правило, более обоснованны, чем утвердительные, и позволяют, в частности, исключить некоторые зоны, откуда пожар не мог развиваться.

Очевидно, что сами по себе специальные познания, не будучи организованными должным образом, не смогут быть эффективно исполь- зованы в борьбе с преступностью. Должны быть созданы благоприятные условия, в которых специальные познания могли бы раскрыться в полную силу, наиболее эффективным образом. Рассмотрим, каким образом в настоящее время осуществляется применение специальных познаний

  • 142 -при расследовании преступлений данной категории.

Прежде, чем приступить к расследованию происшествия, сопряженного с пожаром, необходимо его выявить, то есть установить, имеются ли признаки преступления. Организация этой работы обеспечивается преимущественно сотрудниками органов внутренних дел. В этой работе, как правило, участвуют следственные, экспертно-криминалисти-ческие подразделения, служба криминальной милиции, органы управления и подразделения Государственной противопожарной службы (ГПС), участковые инспектора милиции, подразделения вневедомственной ох- раны. При регистрации сообщения выясняются данные о виде объекта, времени возникновения и обнаружения пожара, площади пожара и ин- тенсивности горения, предшествовавших и сопутствовавших пожару взрывах и других необычных явлениях, о наличии очевидных и предпо- лагаемых жертв и пострадавших, о предполагаемых причинах проис- шествия. Исключительно важными для выяснения в дальнейшем всех обстоятельств происшествия время поступления и содержание этого сообщения. С учетом указанных данных к месту пожара направляются, помимо подразделений службы пожаротушения, следователь, работники оперативных служб и специалисты, бригады скорой медицинской помощи. аварийные службы энергонадзора и газового хозяйства, привлекаются необходимые силы и средства для охраны и обеспечения общественного порядка на месте происшествия.

В начальный период еще неясно, как правило, имело ли место правонарушение, повлекшее пожар, и каковой может быть квалификация этого правонарушения. В ходе предварительной проверки сообщения устанавливаются время обнаружения пожара, место, принадлежность объекта, предполагаемая причина пожара, масштабы последствий, по- терпевшая сторона и материальный ущерб, предпринимаются первона- чальные следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия с целью установления виновного лица, выявляются исключающие произ- водство по делу обстоятельства, выясняются признаки преступления для его квалификации, принимается одно из процессуальных решений,

  • 143 -перечисленных в ст.109 УПК РСФСР [2.129; 2.252]. В.Ф.Ханинэти действия обобщенно называет тактической операцией “сбор информации” [4.16, с.30]. Эта работа не всегда проста, в частности, в силу ряда недостатков действующего законодательства. Например, в сфере обеспечения пожарной безопасности правонарушением является нарушение или невыполнение утвержденных правил, норм и стандартов, направленных на предотвращение пожаров, обеспечение безопасности людей в случае пожара, а также обеспечение объектов и населенных пунктов средствами противопожарной защиты и пожарной техникой. Так, вопросам обеспечения пожарной безопасности в действующем КоАП РСФСР посвящены 3 статьи: ст.76. Нарушение требований пожарной безопасности в лесах (гл. 7.); ст.113. Нарушение правил пожарной безопасности на железнодорожном, морском, речном и воздушном транспорте (гл.10); ст. 169. Нарушение или невыполнение правил пожарной безопасности (гл. 14). Их общий правовой, объект - пожарная безопасность. При этом ныне действующая статья 76 КоАП вступает в противоречие с уголовным законодательством. Ею предусматривается административная ответственность за уничтожение или повреждение леса в результате поджога, в то время как в УК РФ (ч. 2 ст. 261) за поджог предусматривается уголовная ответственность в виде лишения свободы. То есть одно и то же деяние (поджог) рассматривается и как административный проступок, и как преступление, что недопустимо для системы законодательных актов.

Из-за большого числа пожаров только силами следователей невозможно в принципе выполнить всю работу, связанную с проверочными действиями и расследованием по ним. Следователи направляются, как правило, на места крупных пожаров, для которых характерен большой общественный резонанс, а также на те пожары, где вероятной причиной явился поджог как наиболее общественно опасное деяние. Закон Российской Федерации “0 пожарной безопасности” ([1.2], ст.6) наделил должностных лиц органов управления и подразделений ГПС при осуществлении Государственного пожарного надзора производить в со-

  • 144 -ответствии с действующим законодательством дознание и протокольную форму досудебной подготовки материалов о преступлениях, связанных с пожарами и с нарушениями правил пожарной безопасности. Расширение функций Госпожнадзора потребовало специализации сотрудников на этом сложном и ответственном участке работы. На местах за счет перераспределения штатной численности начали вводиться должности дознавателей и даже специализированные подразделения дознания, в первую очередь в районах города и области с наиболее неблагополучной обстановкой.

Исследование организации расследования преступлений, сопряженных с пожарами, показало, что на практике на подавляющее число пожаров выезжают (84 % изученных 930 уголовных дел данной категории). в первую очередь инспектора ГПС, на которых в соответствии с Нас- тавлением по работе Госпожнадзора (утверждено приказом по ГУ ГПС МВД России N 10 от 25.05.95 г.) возложена .обязанность проведения проверки по факту пожара и вынесения соответствующего процессуального решения. При этом инспектор ГПС осуществляет функции лица, производящего дознание, и одновременно использует имеющиеся у него специальные познания. Участвуя же в осмотре места происшествия под руководством следователя, он выступает лишь как специалист. Н.А.Селиванов справедливо заметил, что “специалистами в процессу- альном смысле слова не являются технические инспекторы, производящие техническое обслуживание и дающие заключения по делам о нарушениях правил техники безопасности, пожарам и транспортным происшествиям. В силу своего должностного положения они обязаны осуществлять систематический контроль за состоянием техники безопасности на выделенных участках, за проведением профилактических мероприятий. Расследуя аварии и крушения, они на основе своих специальных знаний, посредством научно-технических средств и методов исследования устанавливают причины происшествий, условия, которые им способствовали, констатируют нарушения правил техники безопасности или правил движения на транспорте” [4.17, с.148]. В этой

  • 145 -связи возникает вопрос относительно объективности таких заключений, в особенности, для случаев, когда авария или иное происшествие вызваны упущениями в профилактической работе, фактическим недосмотром со стороны такого инспектора. По нашему мнению, более правильно при следственном осмотре прибегать к помощи специалиста, не имеющего отношения к осматриваемому объекту, не закрепленного за ним по основной деятельности, что будет более весомой гарантией отсутствия у него “заинтересованности в исходе дела”.

Как показано выше, следовая картина на пожарище настолько сложна и многоплановая что без специальной подготовки квалифицированно обследовать его невозможно, иначе будут упущены и безвозвратно потеряны многие потенциальные доказательства.

Изучение практики показало, что для многих должностных лиц ГПС свойственно работать преимущественно по типовым версиям о причине пожара (по данным В. Ф.Ханина более 2/3 проанкетированных лиц при- держиваются типовых версий [4.21, с.49]), а также нежелание воз- буждать уголовные дела по поджогам, отдавая “предпочтение” неосто- рожности ‘при обращении с огнем как причине пожара, что объясняется прежде всего их нерешительностью или неподготовленностью к резуль- тативному, с применением технико-криминалистических средств иссле- дованию места происшествия как основного источника объективной ин- формации о происшедшем. Для этого дознаватели и другие должностные лица ГПС, занимающиеся расследованием происшествий, связанных с пожарами, должны иметь криминалистическую подготовку (в частности, знать хотя бы основы методики и техники) с выдачей соответствующих документов, подтверждающих квалификацию названных лиц.

Изучение более 500 отказных материалов предварительной проверки по фактам пожаров показало, что при пожарах с незначительными последствиями и в случаях, когда из первоначальной информации не усматриваются признаки уголовно наказуемого деяния (серьезных на- рушений правил пожарной безопасности, существенного материального ущерба и пострадавших от огня лиц), проверки обстоятельств их воз-

  • 146 -никновения осуществляются не всегда качественно. Во многих случаях работники органов государственного пожарного надзора без установления истинных причин пожаров преждевременно делают категорические выводы о якобы имевшей место неисправности электрооборудования, детской шалости с огнем, неосторожности обращения с огнем неизвестных (!) лиц, что фиксируют в актах о пожаре. Сотрудники ГПС проводят проверочные действия по факту пожара, как правило, обособленно от других служб в силу специфики своей службы, недостаточно тесного контакта с другими правоохранительными органами. Крайне редко органами дознания возбуждаются уголовные дела с целью проведения неотложных следственных действий и закрепления доказательств, свидетельствующих о причине пожара. В целях уменьшения значимости происшествия не всегда выясняются фактические материальные потери. Просматривается стремление избегать возбуждения уголовного дела в связи с причинением крупного материального ущерба [3.310, с.10-12]*. Немало недоработок и в действующей “Инструкции по учету пожаров и последствий от них в Российской Федерации” [1.25]**, не позволяющих своевременно и точно определить размер вызванного пожаром материального ущерба [3.133, с.23].

На местах пожаров нередко дело ограничивается поиском и изъятием наиболее доступных, очевидных “доказательств”. Особенно это характерно для мест преступлений со сложной структурой деяний, на непосредственные следы которых наложились следы естественных про- цессов; в частности, на пожарищах преимущественно фиксируются следы горения, в то время как традиционные криминалистические следы (отпечатки пальцев рук, обуви, следы применения орудий взлома и др.) остаются невостребованными и безвозвратно пропадают как ис-

  • В настоящее время крупным считается материальный ущерб, превы- шающий 3420 минимальных размеров оплаты труда - см. приказ МВД РФ N 65 от 25.02.94 г. “О внесении изменений в перечень представляемой в МВД РФ оперативной информации и порядок ее сбора и представления, утвержденный приказом МВД РФ N 170 от 09.04.93 г.

** Утверждена приказом МВД РФ от 30.06.94 г. N 332.

  • 147 -точники криминалистически значимой информации. Например. А. П. Рыжа^ ков отмечает, что в 68.1 % от изученных им протоколов осмотра мест пожаров, проведенных сотрудниками ГПС. объем записей “включает в себя всего-навсего несколько строк” [4.16. с.153].

Не разрешенной пока еще остается проблема, связанная с тем. что нередко проверку по факту пожара поручается проводить тому инспектору Госпожнадзора. в служебные обязанности которого входит контроль за выполнением правил пожарной безопасности на подведомс- твенной территории. Получается, что такое лицо может быть заинте- ресовано в исходе дела, (например, в случае, если пожар произошел по его недосмотру или при прямом попустительстве с его стороны лицам, проживающим или работающим на объекте, где произошел пожар. Этих оснований согласно ст.661 УПК РСФСР достаточно для отвода его как специалиста и тем более как лица, наделенного правом осуществлять доследственную проверку и выносить процессуальные решения. В связи с этим представляется целесообразным в ведомственные нормативные документы, регламентирующие состав и функции следственно-оперативных групп, внести указание, предусматривающее привлечение в качестве специалиста к участию в следственных действиях по факту пожара сотрудника ГПС, который не имеет отношения к объекту пожара. На это ранее обращал внимание Г.Н.Казаков [5.28, с.9].

При пожарах на предприятиях, в коммерческих и иных организациях нередко проводятся служебные проверки, результаты которых ис- пользуются или хотя бы принимаются во внимание следователем. По нашему мнению, к актам таких проверок необходимо относиться пре- дельно внимательно и осторожно, перепроверяя содержащуюся в них информацию. Как правило, в ходе ведомственных проверок упор делается на сбор объяснений, а материальную обстановку не исследуют [2.226, с.49-51]. Из практики известны многочисленные случаи невыявления преступлений, волокита и ошибки, допускаемые нередко при проведении ведомственных проверок. В итоге часть преступлений оказывается латентными, а преступники остаются безнаказанными.

  • 148 -, Начальный - самый важный и ответственный этап, когда могут быть обнаружены и закреплены фактические данные о происшедшем. Именно на этом этапе решается вопрос, было ли совершено преступление. имеются ли основания для возбуждения уголовного дела. Оплошность. небрежность лица, осуществляющего доследственную проверку или отсутствие у него желания копаться в пожарном мусоре и обусловливают латентность преступлений, сопряженных с пожарами. На этом этапе не всегда уполномоченные проводить предварительную проверку лица соблюдают установленные законом требования надлежащего процессуального закрепления обнаруживаемых данных. “Обнаружение доказательств следует отличать от обнаружения объектов-носителей доказательственной информации: лиц и вещей. Если обнаружить дока- зательства можно только процессуальным путем, то указанные объекты могут быть обнаружены и непроцессуальным путем” [2.30. с.41-42].

По нашему мнению, уже на начальном этапе для выявления и надлежащего закрепления доказательственной информации должны применяться специальные познания и соответствующая криминалистическая техника. ‘Они создадут объективные предпосылки для обнаружения и исследования информации об обстоятельствах пожара, на основании которой строится система доказательств по делу. При этом не должно иметь значения, проводится ли предварительная проверка или уже начато следствие по возбужденному уголовному делу. Каждая крупица обнаруженных доказательств может в дальнейшем пригодиться, и наоборот, незакрепленные фактические данные могут бесследно исчезнуть. Типичный пример: на месте поджога при осмотре обнаружены характерные дискретные следы разбрызгивания и выгорания горючей жидкости. но в спешке предметы-носители, на которых могли остаться следы жидкости, не изъяты и в дальнейшем выветрились, восстановить информацию об этой жидкости уже невозможно с помощью самых современных приборов и методов. Последующий этап расследования дела о пожаре, в отличие от первоначального, не носит, как правило, поискового характера. Его задачи в создании системы доказательств на

  • 149 -базе углубленного познания механизма пожара, исследовании иных обстоятельств, входящих в предмет доказывания (в том числе мотивов и целей совершения преступления, причин и условий, способствовавших его совершению и принятия мер по их устранению, принятие мер по обеспечению возмещения материального ущерба) [4.8, с.69].

Изучение же практики применения специальных познаний на перво- начальном этапе предварительной проверки показало обилие недостат- ков, которые влекут безвозвратную утрату потенциальных доказатель- ств, крайне слабую доказательственную базу для обоснования прини- маемых процессуальных решений. По нашему мнению, без участия спе- циалиста по делам о пожарах, возникших в условиях неочевидности, проводить доследственную проверку и тем более предварительное расследование недопустимо. Помощь специалистов на стадиях выявления (доследственной проверки сообщений) и расследования преступлений, сопряженных с пожарами, должна быть, нацелена на доказывание (формально-логическое и процессуальное) каждого результата, полу- ченного в результате предпринятых действий и используемого в даль- нейшем в обосновании принимаемых процессуальных решений. Ставить в качестве цели лишь познание происшедшего (как первую фазу в процессе расследования) неправильно, поскольку при этом заведомо снижается требовательность к закреплению должной доказательственной базы. Необходимо, чтобы не только расследование, но и доследствен-ная проверка сообщений о пожарах осуществлялась с использованием всех допускаемых уголовно-процессуальным законодательством технических и методических разработок и рекомендаций криминалистики.

Регламентный перечень действий и мероприятий начального этапа проверки по сообщению о пожаре должен выполняться во всех случаях независимо от того, просматриваются сразу или неочевидны основания для возбуждения уголовного дела. Даже при обосновании отказа в возбуждении уголовного дела по каждому пожару необходимо установить время, место, конкретную причину и другие обстоятельства пожара, виновность в нарушении требовании правил пожарной безопасно-

  • 150 -сти, норм и т.д., обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, а также иные обстоятельства, характеризующие личность правонарушителя; характер и размер ущерба, причиненного пожаром. Подлежат выяснению также обстоятельства, спо- собствовавшие возникновению и развитию пожара. Это необходимо для установления потерпевшей и виновной сторон и, соответственно, оп- ределения мер административной и материальной ответственности за возникновение и последствия пожара, что предусмотрено Наставлением по работе Государственного пожарного надзора.

Однако, по нашему .мнению, нельзя считать эту работу выполненной, если после проведения проверки по факту пожара сотрудником ГПС выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором причина пожара указывается как вероятная (такая форма обоснования процессуального решения довольно распространена на практике, по результатам изучения 500 материалов об отказе в воз- буждении уголовных дел по фактам пожаров их доля составила 36,4%). Если проверка была проведена некачественно, не в полном объеме, причина пожара должным образом не обоснована собранными материалами, то истина по делу не будет установлена, и в дальнейшем к органу, проводившему проверку, могут быть предъявлены серьезные претензии за такие упущения. Имеется большое число примеров, когда решение вопроса о правовой ответственности сторон в рамках гражданского судопроизводства после того, как по факту пожара выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, крайне сложно или вообще невозможно из-за отсутствия необходимых доказательств, не обнаруженных и не зафиксированных надлежащим образом на стадии предварительной проверки по факту пожара. В результате права граждан на защиту их интересов оказываются нарушенными.

Очевидными последствиями недостатков в осуществлении доследс-твенной проверки по факту пожара могут являться необоснованный отказ в возбуждении уголовного дела и, соответственно, уход от справедливого наказания лиц, по вине которых возник пожар. Неверное

  • 151 -истолкование причин пожаров не позволяет также вскрыть важные в профилактическом плане обстоятельства, которые действительно спо- собствовали возникновению пожаров. Негативным следствием таких ошибок является и определенное искажение статистических данных о причинам пожаров, которые берутся за основу при разработке наиболее актуальных проблем в обеспечении пожарной безопасности. Не исключено, что перечисленные выше недостатки обусловливают положение, когда при почти 295 тыс. зарегистрированных в России в 1996 г. пожаров число уголовных лет по таким фактам составило всего 20716. а для почти половины пожаров в качестве официальной причины в статистической отчетности фигурирует неосторожность при обращении с огнем, иногда - даже “допущенная неустановленными лицами”.

По нашему мнению, для всех случаев, когда в ходе доследствен-ной проверки причину пожара установить не удается, предусмотреть в ведомственных нормативных актах, регламентирующих действия сотруд- ников следственного аппарата, оперативных, экспертно-криминалисти- ческой и других служб при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, обязательное назначение пожарно-технической экспертизы. В этом вопросе мы солидарны с В.Ф.Ханиным [4.21, с. 66]. В рамках действующего УПК назначению экспертизы, естественно, должно предшествовать возбуждение уголовного дела. Однако предпочтительнее в этой связи выглядит законодательное нововведение, предусматривающего назначение такой экспертизы до возбуждения уголовного дела с тем, чтобы в результате ее проведения получить фактические данные как основание для вынесения процессуального решения: возбуждать или не возбуждать уголовное дело. Представляется правомерным подобный подход при исследовании взрывов, транспортных и других технически сложных происшествий, анализ обстановки на местах которых требует применения специальных познаний.

Главной причиной ошибок и других недостатков в выявлении обс- тоятельств возникновения и развития пожаров является неиспользование или неэффективное использование специальных познаний, по наше-

  • 152 -му мнению, является методическая и техническая неподготовленность лиц. уполномоченных проводить всестороннюю и качественную проверку обстоятельств возникновения и развития пожаров. Практика свидетельствует о том, что пренебрежение привлечением специалиста для участия в следственном действии по делу о пожаре следователю и лицу, проводящему дознание, обходится, как правило, весьма дорого: упущения и недочеты, обусловленные недостаточным уровнем применения специальных познаний, часто в дальнейшем уже не позволяют решить задачи расследования, несмотря на все предпринимаемые усилия.

Серьезной проблемой является также скудность специальных методик, научных и технических средств, которые могли бы быть использованы при выявлении и анализе информации об обстоятельствах пожара. Такое положение объясняется прежде всего тем. что исследование следовой картины пожаров в течение многих десятилетий не интересовало криминалистов, поскольку они считали это областью изучения специалистов пожарной охраны. В то же время последним это не было нужно, так как их основная задача заключается в разработке мер по предотвращении пожаров. Число специальных методических разработок следов и других вещественных доказательств, обнаруживаемых на местах пожаров, сравнительно невелико, причем для их реализации требуется довольно сложное, специфическое оборудование, для приобретения которого, как правило, нет средств.

Результативность расследования преступлений во многом зависит от того, насколько верно избрано направление работы, насколько эф- фективно и оперативно организовано использование собираемой крими- налистически значимой информации в целях розыска преступника. При освещении в специальной литературе вопросов взаимодействия следо- вателя и специалиста обычно имеется в виду их совместная работа при осмотре места происшествия. Однако, круг следственных действий по делам рассматриваемой категории, в которых для достижения успеха целесообразно участвовать специалисту, может быть значительно расширен по сравнению с принятым на практике, что показано в гл.З.

  • 153 -

Представляется также необходимым высказать ряд соображений о влиянии человеческого фактора на результативность использования специальных познаний при выявлении и расследовании преступлений и других правонарушений, сопряженных с пожарами. Специалист, который участвует в проведении следственных действий, в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством (ст. 1331 УПК РСФСР) может быть подвергнут мерам общественного воздействия или денежному взысканию, причем только в случае его отказа или уклонения от выполнения обязанностей. Но законом не предусматривается какая-либо мера ответственности за ошибки специалиста в исследовании или его неполноту. Результат работы специалиста зависит не только от его квалификации, наличия необходимых научных и технических средств, но и от его добросовестности, от отношения к делу. Тем более, что работа на пожарище, как правило, связана с возможностью испачкаться, надышаться вредных испарений и газов, а нередко сопряжена с опасностью травмирования.

Проблема достаточно остра и актуальна: специалист участвует в осмотре места происшествия, но не несет ответственности за его результаты. Часто его не интересует, будет преступление в дальнейшем раскрыто или нет, поскольку он не задействуется в сопровождении расследования дела. В частности, производство экспертизы по данному делу ему не может быть поручено в соответствии с ограничением, содержащимся в п.За статьи 67 УПК РСФСР. Отсутствие у привлеченного в качестве специалиста лица желания добросовестно проводить раскопки и расчистки на пожарище с целью отыскания вещественных доказательств, допущение им сознательно или по неосведомленности методических ошибок могут завести расследование в тупик. Ведь результаты действий с участием специалиста служат основой при подготовке процессуальных документов, содержащих сведения о причине пожара и виновной стороне, без чего не может быть решен вопрос о правовой ответственности, о возмещении материального ущерба. Как возможно будет впоследствии исправить допущенные ошибки при пос-

  • 154 -туплении жалобы и судебного решения, в особенности, если горевший объект будет подвергнут восстановительному ремонту или сносу?

Сходные последствия может иметь использование помощи специалиста не только при осмотре места происшествия, но и в других следственных действиях. Подобная проблемная ситуация возникает нередко и в следственных подразделениях: на осмотр места пожара выезжает дежурный следователь, который, проведя первоначальные следственные действия, передает материалы другому следователю - по территориальности, в соответствии со специализацией, в связи с уходом в отпуск или по другим уважительным причинам. В результате информативные объекты, следы и признаки, которые можно было бы отыскать на месте пожара, остаются невостребованными и рассеиваются, как правило, бесследно ко времени повторного осмотра места происшествия, а расследование дела становится бесперспективным.

Положительно повлиять на сложившуюся практику можно, например, путем закрепления следователя, эксперта-криминалиста, других сотрудников и специалистов, которые первыми выезжали на осмотр места пожара, “за этим происшествием до тех пор, пока по нему не вынесут процессуальное решение. Реализация данного предложения создаст объективные предпосылки для того, чтобы сотрудники, выезжающие на осмотр места пожара, стремились к большей результативности своей работы во всех случаях, предпринимая для этого необходимые меры.

Необходимо при выявлении и расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, центр тяжести переместить на работу непосредственно на месте происшествия. Оно - главный источник наиболее объективной информации об обстоятельствах пожара, и большинство фактических данных можно установить уже непосредственно при его осмотре, а также путем производства других следственных действий (в первую очередь неотложных). Неверной является распространенная практика, когда после поверхностно проведенного, нерезультативного осмотра места пожара задачи определения очага и причины пожара перекладываются в дальнейшем на эксперта, который не побывал на са-

  • 155 -

мом пожарище, но которому поручат производство пожарно-технической экспертизы на основе тех скудных данных, которые удастся собрать.

Основная цель работы на месте происшествия со следами пожара заключается в том, чтобы, за минимальное время собрать и сохранить максимум полезной информации, предотвратив возможность ее утраты по объективным и субъективным причинам, и на основе собранного ма- териала выдвинуть подлежащие отработке следственные версии об обс- тоятельствах происшествия. Активизация использования специальных познаний в следственных действиях (при выявлении следов и признаков на предметах вещной обстановки, проведении предварительных исследований, оказании помощи следователю при проведении допросов и др.) создает предпосылки для ускорения установления обстоятельств, важных для разрешения дела.

В подтверждение правильности данного подхода представляет интерес опыт США, где сотрудники группы исследования пожаров начинают работу на объекте непосредственно после того, как передано сообщение о ликвидации пожара. В дальнейшем они работают на объекте пожара непрерывно до тех пор, пока им удастся установить причину пожара или, по крайней мере, будут обнаружены все те материальные носители информации, исследование которых в дальнейшем в криминалистической лаборатории позволит сделать вывод о причине пожара [3.315; 3.18]. Из этого видно, что работе специалистов на начальном этапе расследования придается важнейшее значение. Изменения организационного характера позволили добиться заметного повышения результативности работы, в особенности, по фактам поджогов. Этой работой занимаются специальные подразделения, составленные из ра- ботников пожарной охраны и полиции. В их функции входит полный комплекс мер вплоть до передачи материалов по факту пожара в суд, причем они не отвлекаются на расследование преступлений каких-либо других видов. Более того, в руководстве для работников пожарной охраны [2.345] содержатся рекомендации по тому, какую и каким об- разом следует собирать информацию о пожаре, начиная еще со времени

  • 156 -следования пожарных подразделений к месту вызова.

Выше была обоснована необходимость участия специалиста при проведении осмотра места происшествия и в других следственных дей- ствиях в ходе выявления и расследования преступления, сопряженного с пожаром. Проанализируем, кто же может оказать такую помощь органам дознания и следствия.

Прежде всего в сборе и анализе указанной информации по делу о пожаре оказывает помощь в соответствии со своими служебными обязанностями эксперт-криминалист или техник-криминалист общего профиля горрайотдела органа внутренних дел. Анализ практики показывает, что их участие в следственных действиях приводит к существенному, как правило, увеличению количества изымаемых в качестве вещественных доказательств предметов и следов по сравнению с ситуациями. когда такие же следственные действия проводятся только следователем. С помощью эксперта-криминалиста оказывается возможным значительно быстрее и квалифицированнее (с учетом практического опыта и навыков, присущих ему) провести результативный осмотр, более точно сформулировать описания следов и признаков для внесения в протокол, подсказать вероятный механизм образования следов в связи с событием происшествия, в отношении которого проводится расследование. Их знания, приобретенные в результате специальной подготовки или профессионального опыта, широко применяются для получения доказательственной, оперативно-розыскной и иной информации, необходимой для раскрытия и расследования преступлений. Следственная практика свидетельствует, что без применения специальных познаний, как правило, бывает трудно осмыслить механизм и способ преступления, повлекшего пожар, определить круг лиц участников преступной деятельности, размеры причиненного ущерба и т.д.

Помимо них, к осмотру мест пожаров и производству экспертных исследований привлекаются эксперты пожарно-технических лабораторий (ПТЛ) ЭКУ, ЭКО МВД, ГУВД, УВД. Такие лаборатории в органах внут- ренних дел начали создаваться с 1978 г., ив настоящее время в

  • 157 -России имеются в большинстве регионов на республиканском, краевом и областном уровнях. Их деятельность регламентируется Положением о производстве экспертиз и Наставлением по работе экспертно-кримина-листических подразделений, которые утверждены приказом МВД России 261 от 1 июня 1993 г. Данные о работе экспертов ПТЛ свидетельствуют, что их силами удовлетворяется значительная доля потребности практики в применении специальных познаний для установления комплекса обстоятельств возникновения и развития пожаров. С их помощью существенно возрастает результативность осмотров мест пожаров как определяющих этапов для достижения успеха в расследовании дел указанной категории. Их работа при этом отличается более высоким качеством, чем иной категории сотрудников, занимающихся исследованием причин пожаров. Однако поскольку штат ПТЛ невелик (от 1 до 4 человек), эксперты ПТЛ имеют физическую возможность выезжать на осмотр лишь сравнительно небольшого числа мест пожаров (всего в 7 % случаев по изученному массиву дел). Как свидетельствуют результаты исследования, в ряде МВД, ГУВД, УВД руководители ЭКП не принимают дблжных мер к укомплектованию имеющейся штатной численности экспертов пожарно-технического профиля хотя бы одним или двумя экспертами. В результате на места происшествий эксперты выезжают редко, по большинству уголовных дел пожарно-технические экспертизы не проводятся, нарушаются сроки их производства, предусмотренные приказом МВД России от 1.06.1993 г. В ряде случаев, как показали результаты социологического исследования, низкий процент их участия в осмотре мест происшествий обусловлен тем обстоятельством, что в соответствии с п. За ст.67 УПК РСФСР этот сотрудник ПТЛ. который нередко представляет данное подразделение единолично, неправомочен проводить да данному делу пожарно- техническую экспертизу. В этой связи следователи иногда привлекая их к осмотру мест происшествий, не включают их в протокол данного следственного действия. что влечет за собой нарушение уголовно- процессуального законодательства и в соответствии с ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР полученные при

  • 158 -этом доказательства не имеют юридической силы. Правильно, на наш взгляд, поступают сотрудники органов предварительного расследования, которые при получении первичных данных, свидетельствующих о наличии признаков преступления, возбуждают уголовное дело, назначают пожарно-техническую экспертизу и привлекают специалиста ПТЛ ЭКП к осмотру места пожара уже в качестве эксперта, который в рамках поставленных перед ним в постановлении о назначении экспертизы вопросов производит исследование объекта пожара.

В этой связи многие ученые, в том числе и практические работники, ранее уже вносили обоснованные предложения об отмене в зако- нодательном порядке указанного выше обстоятельства, как основания для отвода эксперта, указанного в п. За ст. 67 УПК РСФСР. Так, Г.Г.Зуйков практически сразу за введением этого ограничения пред- лагал в процессе дальнейшего совершенствования законодательства исключение, сделанное для специалиста в о.бласти медицины (в отно- шении участия в наружном осмотре трупа), распространить и на спе- циалиста в области криминалистики [3.124, С.7]. В этом уже давно назрела объективная необходимость, о чем свидетельствуют потребности практики. По мнению Жуковского Н. П. и Потудинского В.П. ог- раничение, предусмотренное п. За ч. 1 ст. 67УПК РСФСР “не только не способствует успешному раскрытию преступлений, но зачастую пре- пятствует этому. Так, при пожарах, катастрофах на железнодорожном, воздушном, водном транспорте, дорожно-транспортных происшествиях, когда сохранение первоначальной обстановки места происшествия не- возможно, часть информации может быть утрачена безвозвратно, что в свою очередь затруднит ход экспертного исследования” [3.98,с.126]. Мы также поддерживаем предложение внести в УПК РСФСР изменения, разрешающие лицу, участвовавшему в деле в качестве специалиста,- выступать в качестве эксперта, по всем видам преступлений или, по крайней мере, распространить установленное в Законе допущение такого рода для врача - специалиста в области судебной медицины, на специалистов и экспертов, исследующих обстоятельства пожаров,

  • 159 -взрывов, транспортных и т.п. происшествий [3.36, с. 27; 3.261, с.52; 5.16, с.36 и др.]. Для врача-специалиста в области медицины в случае проведения им осмотра трупа почему-то не оговаривается возможная заинтересованность его как эксперта в исходе дела, что фактически является единственным основанием для запрета, установленного для других специалистов в п. За ст. 67 УПК РСФСР. Представляется, что при соблюдении иных процессуальных гарантий нет оснований в общем случае не доверять специалисту, который оказывал следователю помощь при осмотре места происшествия и изъятии ве- щественных доказательств в случае, если этот специалист в дальнейшем выполняет функции эксперта.

Разделение функций специалиста и эксперта - лиц, содействующих установлению истины по делу исключительно в пределах своих специ- альных познаний, искусственно. Предоставление специалисту, произ- водившему осмотр места происшествия, права, последующего производс- тва экспертизы объективно будет способствовать повышению качества его работы при осмотре, так как. зная об этом, он будет “для себя”. более добросовестно относясь к работе. Пункт За ст. 67 УПК РСФСР, запрещающий эксперту принимать участие в производстве по делу, если он участвовал в нем в качеств специалиста, входит в противоречие с п.1 ст. 661 УПК РСФСР, допускающим возможность неоднократного участия сведущего лица в качестве специалиста по одному и тому же делу, а также с положением п. 1 ст. 67 УПК РСФСР. согласно которому допустимо неоднократное участие одного и того же лица в качестве эксперта по делу. Установленный законом запрет не только не предупреждает нарушений законности, к чему стремился законодатель, но и провоцирует следователей и работников дознания на обход закона. Поскольку сотрудников экспертно-криминалистических подразделений мало, нередко специалист приглашается для участия в осмотре места происшествия, но это не указывается в протоколе, чтобы впоследствии он мог быть приглашен в качестве эксперта по данному делу. Эта практика весьма характерна как для экспер-

  • 160 -тов-криминалистов, так и для пожарно-технических экспертов, в которых следователи испытывают острый недостаток.

В системе государственной противопожарной службы МВД РФ имеется сеть испытательных пожарных лабораторий (ИПЛ), в соответствии с Наставлением по организации работы (введено в действие приказом МВД РФ 298 от 04.08.95 г.. [1.18]) которых одной из основных их функций является исследование пожаров, проводящееся с целью: установления места возникновения (очага) пожара и источника зажигания; изучения обстоятельств, способствующих возникновению горения, развитию пожаров; оценки состояния строительных конструкций объекта после пожара; определения эффективности, работоспособности автоматических средств обнаружения, извещения, тушения пожара, работы пожарной техники. Пунктом 3.2. Наставления определено, что при выезде на пожар представителей органов следствия и (или) дознания сотрудник ИПЛ поступает в их распоряжение и оказывает им помощь как специалист в области пожарной безопасности в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, принимает участие в изъятии образцов (предметов), используемых в дальнейшем в качестве вещественных доказательств, и в составлении протокола осмотра места пожара. И задача следователя заключается в том, чтобы организовать использование этих возможностей, специальных познаний и технических средств с наибольшей эффективностью как на начальном этапе расследования, так и в дальнейшем. Так. в ряде случаев (по 37% изученных дел, по которым были проведены ПТЭ) следователи поручали производство экспертиз специалистам ИПЛ.

В качестве специалистов и экспертов могут также задействовать-ся сотрудники сети судебно-экспертных учреждений системы Министерства юстиции России, имеющие соответствующую подготовку. Наряду с ними, функции специалистов и экспертов нередко возлагаются на работников предприятий и организаций различного профиля в соответствии со спецификой возникших в ходе расследования задач. Однако наряду с чисто организационными трудностями привлечения их к

  • 161 -

участию в расследовании, проблемой, часто недооцениваемой на прак- тике, является обеспечение достаточного уровня квалификации прив- лекаемых лиц. Ведь даже если лицо, привлекаемое к участию в расс- ледовании в качестве специалиста, имеет опыт работы в соответству- ющей области знаний, умеет решать “прямые” задачи, то это само по себе еще не гарантирует, что осмотр будет тщательным и результа- тивным, поскольку для этого участник осмотра должен иметь специ- альную подготовку. Для того, чтобы обеспечить приемлемый уровень использования специальных познаний в работе следственного подраз- деления, в этих условиях, целесообразно, во-первых, подобрать оп- ределенный круг наиболее квалифицированных специалистов определен- ного профиля для постоянного рабочего контакта с ними и, во-вторых, организовать для привлекаемых таким образом лиц обучение и стажировки, периодический контроль качества их работы силами экс- пертно-криминалистических подразделений.

Интересная схема привлечения специалистов к исследованию обс- тоятельств пожаров практикуется в США [3.318, с.6-7]. где при вы- яснении обстоятельств пожара совместно работают сотрудники право- охранительных органов и специалистов той страховой компании, которая должна выплачивать страховое возмещение за ущерб, связанный с этим пожаром. Основная задача этих специалистов заключается в сборе достаточной информации для заключения о том, есть ли основания для того, чтобы страховая компания производила выплату. В особенности это важно в тех случаях, когда прорабатывается версия о совершении поджога, мотивированного мошенническими соображениями. Участие указанных специалистов, несомненно, способствует повышению уровня объективности при обнаружении и процессуальном закреплении доказательств, на основе которых в дальнейшем будет устанавливаться истинная причина пожара. По такому пути может пойти и практика расследования пожаров в нашей стране, в особенности, в случаях вы- яснения ответственности сторон в гражданском процессе.

Изучение практики расследования преступлений показывает, что

  • 162 -привлечение следователями специалистов к расследованию преступлений все еще не стало правилом. Так, по данным, полученным в ходе опроса следователей В.В.Степановым и Е.П.Фирсовым [3.263, с.46], только 16,9 % из опрошенных приглашают специалистов-криминалистов для участия в следственном осмотре различных объектов, изъятых с мест происшествий, и при производствен обысков; 58,4 % следователей совместно с экспертами планируют расследование уголовных дел. в решении вопросов о наиболее эффективном использовании изъятых с мест происшествий объектов при расследовании. Сходные данные приведены в других источниках [3.137, с. 101-104; 3.218, с. 75-85; 2.7. с.24-27 и др.], а также получены нами в результате анализа практики расследования преступлений, сопряженных с поджогами. Эффективность ность применения специальных познаний пари выявлении и расследовании преступлений» сопряженных с пожарами, недопустимо низка. Несмотря на наличие достаточно большого отряда специалистов, обладающих необходимыми при исследовании обстоятельств пожаров знаниями., далеко не все еще благополучно в этой области.

Одной из принципиально важных позиций, по нашему мнению, является необходимость внесения в уголовно-процессуальное законодательство (ст. 117 УПК РСФСР) изменений с целью выведения из перечня органов дознания Государственного пожарного надзора (ГПН), где последний именуется наравне с милицией. Практика показывает, что оставление за ГПН функций органа дознания нецелесообразно и себя не оправдывает. В общем случае из положений уголовно-процессуального законодательства вытекают следующие основные правовые формы действий органов дознания:

выявление органами дознания преступлений, по которым производство предварительного следствия обязательно, возбуждение ими уголовных дел в таких случаях и проведение по ним неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий для выявления лиц, которые совершили преступления, и их задержания;

выполнение органами дознания по своей инициативе оператив-

  • 163 -но-розыскных мероприятий для установления преступника по делам, по которым они вели неотложные следственные действия, но преступление не раскрыли, с уведомлением органов следствия о результатах;

выполнение органами дознания розыскных и следственных действий в соответствии с поручениями и указаниями органов следствия по делам, находящимся в производстве следователей.

Вполне очевидно, что в полном объеме эти и многие другие функции органов дознания сотрудники ГПС не в состоянии выполнить [4.16, с.176], хотя на это возлагают надежды, в первую очередь, потерпевшие при пожарах. Основные задачи противопожарной службы иные, и заключаются прежде всего в обеспечении профилактики пожаров, в контроле противопожарного состояния объектов. Несмотря на все усилия, дать им должного уровня правовую подготовку не удается, о чем свидетельствует практика. В результате, проводя предварительную проверку по факту пожара, инспектор ГПН не дорабатывает в правовом отношении, что несомненно отражается на достоверности результатов такой проверки. Кроме того, ГПН не имеет тех оперативных возмбжностей, которыми располагают аппараты уголовного розыска и борьбы с экономической преступностью, и поэтому он не в состоянии проводить необходимые оперативно-розыскные мероприятия. Естественно, при таких условиях роль и значение ГПН как органа дознания оказываются весьма ограниченными. Фактически ГПН может лишь решить вопрос о возбуждении уголовного дела и провести неотложные следственные действия, перечисленные в ст. 119 УПК РСФСР, но и эта работа сотрудниками ГПН не всегда выполняют надлежащим образом.

В то же время основным органом дознания по делам любых категорий (в том числе и по делам о пожарах) в системе МВД России является милиция, наделенная правом проведения оперативно-розыскных мероприятий и без поручения следователя, если преступник не уста- новлен, уведомляя следователя о результатах этой работы (сотрудники ГПН как орган дознания действует только по поручению следователя независимо от того, установлено или нет лицо, совершившее прес-

  • 164 -

тупление). Поэтому представляется целесообразным передать ей орга- низацию предварительной проверки по фактам пожаров с привлечением соответствующего инспекторского и иного состава ГПС в качестве специалистов, умеющих применять в следственных действия научные и технические средства, обладающих необходимыми для этого специальными познаниями. Основные действия (в первую очередь при работе с гражданами) выполняли бы дознаватели органов милиции, которые спе- циализируются на дознании по различным видам происшествий.

В результате этого были бы созданы объективные предпосылки для того, чтобы процессуальные документы, которыми оканчивается предварительная проверка, были бы более обоснованными и содержали бы доказательства, а не предположения о причине пожара, как это широко практикуется в настоящее время. Такая взаимопомощь позволит, с одной стороны, четко соблюдать все требования законодательства и ведомственных нормативных актов, и. с другой стороны, обеспечить отработку всех вопросов, требующих применения специальных познаний, с документальным отражением ее результатов: Данную точку зрения поддерживают ученые и практические работники ГПС [4.21. с.72; 3.220; 3.221 и др. ].

Таким образом, сложившаяся практика применения специальных познаний при выявлении и расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, не может быть признана удовлетворительной. Необходим целый ряд изменений в законодательстве и ведомственной нормативной базе, в организационном и техническом обеспечении эффективной деятельности служб органов внутренних дел в этой работе.

2.2. Системный характер технико-криминалистического обеспечения выявления и расследования преступлений, сопряженных с пожарами

Раскрытые выше положения, касающиеся помощи специалиста в процессе выявления криминалистически значимой информации о преступле-

  • 165 -ниях. сопряженных с пожарами, определяют необходимость создания определенной системы использования специальных познаний в этой работе. Дискретное, эпизодическое их использование оказывается недостаточным. не может удовлетворить потребности практики борьбы с преступностью. Неэффективность этой борьбы является следствием от- сутствия налаженной и четко организованной системы комплексного использования специальных познаний, научных и технических средств и методов в деятельности следователей, лиц, осуществляющих дознание, сотрудников оперативно-розыскных подразделений, недостаточным уровнем их технико-криминалистической подготовки. В качестве меры организационного характера, позволяющей добиться положительных из- менений. в МВД. ГУВД, УВД создаются следственно-оперативные группы (СОГ), специализирующиеся на расследовании преступлений определенных групп и видов. К основным характеризующим СОГ признакам относятся: общность целей проводимых процессуальных и оперативно-розыскных действий, согласованность планирования этих мероприятий; самостоятельность деятельности каждой из взаимодействующих сторон, быстрота использования следователем полученной оперативным путем информации и постановка новых розыскных задач, использование при проведении поисковой и оперативно-розыскной работы данных, полу- ченных в процессе расследования дела [2.245. с. 5].

Эти достоинства в полной мере относятся и к СОГ, специализирующихся на раскрытии и расследовании преступлений, сопровождающихся пожарами и поджогами. Создание таких СОГ впервые было предусмотрено. наряду со специализацией следователей по делам этой категории. приказом МВД СССР N272 (1982 г.) “О мерах по улучшению расследования крупных пожаров”. В последующие годы работа по созданию СОГ согласно этому приказу велась не повсеместно, а в зависимости от того, насколько серьезно подходило к решению данной задачи руководство местных органов внутренних дел. Так, в середине 80-х гг. хороших успехов в этой работе добились в МВД Якутской АССР, Горь-ковской и ряде других областей.

  • 166 -

В то же время наметился ряд факторов, которые препятствовали совершенствованию работы СОГ по делам данной категории. Прежде всего, это - относительно небольшое число уголовных дел и малая значимость этой категории дел: на величину материального ущерба, как правило, не обращали внимания, поскольку он практически всегда покрывался из средств бюджета, и поэтому не было особо рвения в поиске лиц, действительно виновных в пожарах. В состав СОГ направ- ляли часто молодых, не имеющих опыта практической работы следова- телей, в то время как дела по пожарам отличаются от других дел на- ибольшей сложностью. .Определенное противодействие развитию пожар- но-технических лабораторий в составе ЭКП, в особенности, при не- достатке штатных должностей, ощущалось и со стороны руководителей подразделений на местах. Велась на разных уровнях полемика о том, кто же должен взять на себя груз оказания помощи в качестве специ- алистов при расследовании преступлений, связанных с пожарами: по- жарная охрана или экспертно-криминалистическая службы. Кроме того, далеко не во всех регионах такие СОГ были сформированы.

По нашему мнению, СОГ является основной формой организации раскрытия и расследования преступлений данной категории, способной эффективно обеспечить взаимодействие сотрудников различных служб при осуществлении указанной деятельности. Состав СОГ зависит от конкретных обстоятельств и последствий происшествия. Основанием для направления дежурными частями штабов органов внутренних дел СОГ на место происшествия является сообщение о крупном пожаре либо пожаре, повлекшем гибель или причинение телесных повреждений гражданам и иные тяжкие последствия, а также иных пожарах, содержащих признаки преступления. СОГ должна состоять из следователя, сотрудника подразделения Государственной противопожарной службы, оперу- полномоченного уголовного розыска, эксперта - криминалиста, а при необходимости по запросу следователя, усиливается судебно-меди- цинским и пожарно-техническим эксперт, оперуполномоченным подраз- деления по экономическим преступлениям, специалистом испытательной

  • 167 -пожарной лаборатории ГПС, инспектор-кинолог. Также могут быть привлечены сотрудники Государственной автомобильной инспекции (ГАИ), дежурные подразделения специализированных служб и ведомств. а также аварийные службы. При этом деятельностью членов СОГ, участвующих в осмотре места происшествия и проведении иных следственных и оперативных мероприятий, руководит следователь, указания которого для них подлежат обязательному выполнению.

Помимо региональных целевых следственно-оперативных групп, приказом МВД РФ N224 от 12.05.93 г. [1.24] образована СОГ МВД России для координации деятельности служб министерства и ОВД по раскрытию и расследованию пожаров и поджогов (ее членом является и соискатель). В ее функции входят: выезды на места пожаров, повлекших тяжкие последствия, для организации работы соответствующих служб ОВД по расследованию данных преступлений; оказание помощи в технико- криминалистическом сопровождении их расследования и проведении неотложных следственно-оперативных мероприятий по установлению причин пожаров и виновных лиц; анализ обстановки, складывающейся на территории России по раскрытию пожаров и поджогов, эффективности деятельности служб органов внутренних дел в этой области; разработка предложений по улучшению качества дознания, предварительного следствия по делам этой категории; разработка информационно- методических материалов (учебные пособия, методические рекомендации, обзоры и др.) по вопросам раскрытия и расследования пожаров и поджогов, распространения положительного опыта в организации расследования пожаров, внедрения в практику органов внутренних дел новейших достижений науки и техники; проведение учебно-практических занятий, сборов, семинаров следователей, дознавателей, оперативных работников, экспертов, специализирующихся на раскрытии и расследовании дел этой категории. Работа СОГ Министерства позволила в определенной мере оживить и организовать на местах работу по раскрытию и расследованию преступлений, сопряженных с пожарами, способствовала повышению профессиональной квалификации задейство-

  • 168 -ванных в этой работе сотрудников органов внутренних дел [2.252, с.18-20]. Немало проблем существовало при этом и в практике применения специальных познаний. Систематически проводившиеся изучение практики участия специалистов в следственных действиях по делам о пожарах и производства пожарно-технических экспертиз, анализ её организационных, технических и методических аспектов отражался в аналитических материалах, ряде публикаций [2.7; 3.2; 3.109; 3.110; 3.111; 3.114; 3.218], нормативных документах МВД России.

И только в начале 90-х гг. положение начало изменяться. В силу происходящих изменений в социально-экономической жизни страны, структуре преступности, корректировке функций и системы взаимо- действия правоохранительных органов стрелка равновесия качнулась все же в сторону экспертно-криминалистической службы: ее подразделениям была отведена самостоятельная роль в борьбе с преступлениями данного вида. Это нашло отражение в приказе МВД РФ от 1.06.93 г. N261 [1.15], где впервые ПТЛ получили признание как лаборатории специальных исследований экспертно-криминалистических подразделений. Но создание и признание роли таких лабораторий еще не означает полного решения вопроса о создании системы, обеспечивающей пот- ребности практики в применении специальных познаний при расследо- вании преступлений, сопряженных с пожарами.

Еще в 80-е годы возросшие потребности практики борьбы с прес- тупностью в применении специальных познаний потребовали поиска новых подходов, обеспечивающих более эффективное использование помощи специалистов и экспертов, научных и технических средств и методов, соответствующего совершенствования организационно-правовых и методических форм их применения. Ряд ученых-криминалистов активно занялся теоретическим разработками в этой области, например. Л.А.Винберг, Г.А.Грамович, А.Ф.Волынский, Г.А.Голубенке Е.И.Зуев и др. В это время в специальной литературе и некоторых ведомственных нормативных документах появились такие термины, как технико- криминалистическое сопровождение, технико-криминалистическое

  • 169 -обеспечение, научно-техническое обеспечение” и др. Правильно, по нашему мнению, отмечает В.П.Коломацкий то, что в нынешних услови- ях, при увеличении количества, совершенствовании и специализации технико-криминалистических и иных средств и технологий, используемых при расследовании преступлений, количественном и качественном расширении их возможностей в работе с доказательствами возникает потребность в создании “организационной структуры пользования тех- нико-криминалистическими и иными средствами всеми субъектами расс- ледования преступлений” [2.136, с. 71].

Из понятий, составляющих указанную группу, наибольшее распространение и устойчивость получило понятие “технико-криминалистическое обеспечение” (в отношении раскрытия и расследования преступлений). Методологическое осмысление содержания понятия технико- криминалистического обеспечения раскрытия и расследования прес- туплений приводит к представлению о нем как о единой информационной. организационно-правовой и функциональной системе, через посредство которой реализуются закономерности получения, обобщения и систематизации криминалистически значимой информации, ее использо- вания в целях доказывания. Любая техника, в том числе и кримина- листическая, предусматривает соответствующую ее сложности и воз- можностям систему организации производства [2.64, с.6]. Эта система должна обеспечить объективные условия для эффективного применения техники. Очевидна и потребность в решении тесно комплекса вза- имосвязанных в этой системе организационных, правовых, научно-тех- нических, учебно-методических, профессионально-психологических и социологических проблем. Они находятся на стыке криминалистики и ряда других отраслей знания, но от этого не перестают быть крими- налистическими по своему содержанию и направленности, поскольку аккумуляция современных научно-технических достижений и их внедрение в практику борьбы с преступностью была и остается одной из основных задач криминалистики.

Дискуссионный вопрос о соотношении понятий “научно-техничес-

  • 170 -кое” и “технико-криминалистическое” обеспечение, правильно, как нам представляется, рассматривается В.А.Волынским в контексте общих и частных задач отдельных направлений деятельности органов внутренних дел (обеспечение охраны общественного порядка, безопас- ности дорожного движения, раскрытие преступлений и т.д.) [2.64. с.12]. В частности, применительно к их деятельности в целом право

мерно говорить о ее научно-техническом обеспечении, о применении всего комплекса научно-технических средств (специальной, оператив- ной, криминалистической техники, средств связи и т.п.). Что же ка- сается процессуально определенных, а также некоторых непроцессу- альных форм деятельности, осуществляемой в целях раскрытия и расс- ледования преступлений, то именно для них характерно применение криминалистических средств и методов.

Понятие технико-криминалистического обеспечения (ТКО) неоднозначно понимается в криминалистической теории и на практике. Так. В. Л. Лохов в системе ТКО видит перечень субъектов этого направления деятельности и применяемые ими технико-криминалистические средства, предлагая в качестве элементов системы эксперта, инженера по специальной технике, технико-криминалистические средства и методы, фактически исключая из него “обеспечение лиц, органов, ведущих расследование, специальными криминалистическими познаниями” [4.10, с.29-40]. Для других авторов ТКО - это повседневная деятельность экспертно-криминалистических подразделений [3.207, с.16-18], их система и организационная структура [3.144, с.З], совокупность способов и путей наиболее рационального и эффективного использования в практике раскрытия и расследования преступлений научно-технических достижений криминалистики, а также специальных познаний [5.13, с.4]. В некоторых публикациях ТКО рассматривается применительно к отдельным следственных действиям [3.52, с.6; 5.71, с.13], например, к осмотру места происшествия, причем даже разделяя организационные вопросы их производства от собственно технико-криминалистического обеспечения.

  • 171 -

К элементам, составляющим комплекс, объединяемых понятием “криминалистическое обеспечение деятельности по раскрытию, рассле- дованию и предупреждению преступлений”, Е.И. Зуев относит: органи- зованную систему информации, облегчающую своевременное, целенап- равленное и эффективное привлечение данных криминалистики (о тех- нических, тактических и методических рекомендациях) для раскрытия преступлений; достаточную оснащенность следователей, работников дознания и судей научно-техническими средствами, наличие у названных субъектов соответствующих знаний, умений и навыков по обращению с имеющимися средствами; организацию производства криминалистических экспертиз и участия в следственных действиях экспертов-криминалистов; продуманную систему внедрения достижений криминалистики в практическую деятельность [3.120, с.10-11].

Попытку уточнения содержания понятия ТКО с организационно-уп- равленческих позиций предпринял Л.А.Винберг. Систему элементов ТКО он представил следующим образом: экспертные учреждения, специальные познания в области криминалистики, научно-технические средства и методы; с помощью которых субъекты правоохранительной деятельности реализуют свои специальные полномочия” [2.148, с. 140]. Согласно же позиции, Г.И.Грамовича, ТКО представляет собой регламентированную “нормативными актами деятельность научно-исследовательских, судебно- экспертных и других учреждений, а также соответствующих должностных лиц, на которых возложена обязанность по разработке и реализации комплекса взаимосвязанных мер с целью создания оптимальных условий эффективного применения специальных знаний и научно-технических средств в борьбе с преступностью” [5.16, с.37].

Как нам представляется, к недостаткам этого определения можно отнести то, что в нем не указаны субъекты использования возможностей данной обеспечивающей организационно-функциональной системы, и ее основную задачу нельзя ограничивать лишь созданием оптимальных условий эффективного применения специальных знаний и научно-технических средств в борьбе с преступностью. При этом не менее важной

  • 172 -является задача обеспечить их эффективное использование на протяжении всей стадии предварительного расследования, при проведении необходимых оперативно-розыскных мероприятий и следственных действий (в тех случаях, когда возможно) сотрудниками органов внутренних дел, и, в первую очередь органами предварительного расследования (следствия и дознания), службой криминальной милиции, эксперт-но- криминалистическими подразделениями. Кроме того, говоря о средствах, включенных в понятие ТКО, следует отметить, что эти средства должны применяться для решения конкретных криминалистических задач, и основу их применения должны составлять приемы и методы (тактические, технические), разработанной криминалистикой.

Технико-криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений включает и положения, характеризующие его системный характер и наличие комплекса взаимосвязанных правовых, органи- зационных, научных, технических и методических сторон. Учитывая это, В.А.Волынский определил ТКО как организационнофункциональную систему, направленную на создание условий постоянной готовности служб и подразделений органов внутренних дел к быстрому и эффективному решению технико-криминалистических задач, на практическую реализацию этих условий в целях получения, накопления, обработки криминалистически значимой информации и ее использования в процессе раскрытия и расследования преступлений. Постоянная готовность им рассматривается как “состояние служб и подразделений органов внутренних дел (их оснащение криминалистическими средствами и ме- тодами, уровня технико-криминалистической подготовки сотрудников, организации их деятельности), которое отвечает требованиям быстрого и эффективного применения достижений криминалистической науки в раскрытии и расследовании преступлений” [2.64, с. 14-16].

Таким образом, представляется правомерным рассматривать технико- криминалистическое обеспечение (ТКО) раскрытия и расследования преступлений прежде всего как единую организационно-функциональную по содержанию и правовую по форме систему, благодаря которой соз-

  • 173 -даются условия постоянной готовности следственных аппаратов и органов дознания к применению технико-криминалистических и специаль- ных методов и средств для получения, обработки, систематизации и использования криминалистически значимой информации в целях раскрытия и расследования преступлений. В этом определении подчеркивается определенная объективность такой системы, которую можно рассматривать в качестве генератора своеобразной среды, в которой создаются необходимые условия для решения конкретных задач, связанных с применением научных и технических знаний, средств и методов в раскрытии и расследовании преступлений.

Наряду с этим ТКО - это собственно деятельность его субъектов (следователей, сотрудников оперативных служб, экспертов и других) с использованием технико-криминалистических средств и методов в выявлении и расследовании преступлений в соответствии с действующей системой законодательной регламентации, этой деятельности. Следует согласиться с Л.Е.Чистовой, относящей к субъектам ТКО также тех специалистов, которые занимаются разработкой и внедрением кри- миналистических средств и методов для повышения эффективности ука- занной деятельности правоохранительных органов [5.71, с. 14]. Такая двойственная природа ТКО в полной мере отражает и общепризнанное значение слова “обеспечить” - сделать вполне возможным, действи- тельным, реально выполнимым [2.227, с.418] - может быть отнесено и к выполнению действий с использованием специальных познаний, и к основной задаче - к раскрытию и расследованию преступлений.

В.Н.Хрусталев, анализируя вопросы ТКО раскрытия и расследования преступлений, к традиционным видам помощи, которые оказывает следователю специалист (обнаружение и фиксация следов, методическая, консультативная и техническая помощь) обоснованно, по нашему мнению, предлагает добавить организационно-методическую помощь со стороны экспертно-криминалистического подразделения в лице эксперта- методиста, закрепленного за следственно-оперативной группой с момента совершения особо опасного преступления [3.282, с. 6].

  • 174 -

В целом соглашаясь с такой позицией, полагаем необходимым под- черкнуть, что, по нашему мнению, понятие ТКО значительно шире и содержательнее, чем устоявшееся понятие использования специальных познаний в раскрытии и расследовании преступлений. В частности, ТКО предусматривает необходимость заблаговременной подготовки нужного числа специалистов определенного профиля, соответствующих стационарных и мобильных научных и технических средств, планомерного обучения кадров, организацию их работы, исходя из возможности возникновения потребности в их помощи в любое время и в любых ус- ловиях и т.д. Кроме того, создание условий “постоянной готовности” невозможно без слежения за криминогенной обстановкой, сезонными или обусловленными более глубокими социальными процессами тенденциями в структуре преступности, разработки новых и совершенствования существующих технико-криминалистических средств “на опережение”, с учетом прогнозируемой структуры преступности.

Проблемами ТКО занимались в основном специалисты в области расследования преступлений, которые не проникали достаточно глубоко в суть работы специалиста и эксперта. И наоборот: лица, выполняющие исследования и экспертизы, как правило, ограничиваются созданием отдельных методик исследования с применением специальных познаний конкретных объектов, не касаясь разработки вопросов поиска путей повышения эффективности использования специальных познаний за счет более активной работы сведущих лиц.

По нашему мнению, раскрывая сущность ТКО, необходимо конкрети- зировать и перечислить элементы ее системы, что позволило бы сделать ее более определенной, перевести из области научных категорий в реальную плоскость. Учитывая указанное обстоятельство, под технико- криминалистическим обеспечением раскрытия и расследования преступлений мы понимает систему необходимых для оптимизации дея- тельности органов предварительного расследования и оперативно-ро- зыскных подразделений мер, направленных на решение задач уголовного судопроизводства, включающую в себя:

  • 175 -

а) формирование системы законодательных и ведомственных норма тивных актов, регламентирующих деятельность лиц. обладающих специ альными познаниями;

б) создание в системе экспертно-криминалистических подразделе ний органов внутренних дел сети специализированных подразделений для исследования обстоятельств пожаров;

в) разработка новых и совершенствования существующих техни ко-криминалистических средств, методов и методик;

г) приобретение необходимых технико-криминалистических средств, их поддержание в готовности (рабочем состоянии);

д) организация технико-криминалистической подготовки участни ков раскрытия и расследования преступлений;

е) применение новых компьютерных технологий при организации работы с использованием специальных познаний;

ж) непосредственное участие специалистов (экспертов) в прове дении следственных действий;

з) ведение и использование криминалистических учетов.

Эффективность перечисленных выше элементов системы технико- криминалистического обеспечения раскрытия преступлений, связанных с пожарами, достигается лишь в том случае, когда они используются комплексно, на протяжении всей стадии предварительного расследования, при производстве основных следственных действий. Рассмотрим характеристику каждого из этих элементов системы ТКО.

Формирование системы законодательных и ведомственных нормативных актов, регламентирующих деятельность лиц, обладающих специальными познаниями

Данная мера является ключевой, поскольку эти документы регламентируют весь порядок применения специальных познаний на стадиях выявления преступления и его предварительного расследования. По нашему мнению, основу системы борьбы с преступлениями, сопряженными с пожарами, должны представлять собой региональные специализированные следственно-оперативные группы (СОГ).наличие которых пре-

  • 176 -дусмотрено рядом нормативных документов последних лет, в частности [1.13; 1.28]. Основными принципами взаимодействия и организации работы подразделений органов внутренних дел Российской Федерации по раскрытию и расследованию преступлений, сопряженных с пожарами, должны быть:

соответствие деятельности по раскрытию и расследованию преступлений законодательству Российской Федерации, соблюдении конституционных прав и свобод граждан;

комплексное использование сил и средств органов внутренних дел;

согласованное планирование следственных действий и оперативно- розыскных мероприятий, привлечение к участию в них специалистов и экспертов при активном использовании научно-технических средств;

ответственность лиц, участвующих в расследовании за его своев- ременность и качество;

самостоятельность органа дознания в выборе, в рамках действующего законодательства РФ, средств и методов оперативно-розыскной деятельности;

непрерывность взаимодействия служб на плановой основе и раскрытии преступлений данной категории с момента возникновения повода к возбуждению уголовного дела до принятия окончательного решения.

Главным организационным звеном при этом является СОГ, задача которой заключается в своевременном выезде на места возникновения крупных и сопровождающихся тяжкими последствиями пожаров, проведение по ним тщательных осмотров мест происшествий и неотложных следственно- розыскных мероприятий с целью раскрытия преступлений по горячим следам. Достоинством СОГ как стабильных формирований является четко налаженное взаимодействие между их членами, которыми. как правило, являются опытные работники служб следствия, уголовного розыска, подразделений по борьбе с экономическими преступлениями, ГПС и экспертно-криминалистических подразделений. Систематические выезды на места происшествий одних и тех же сотрудников

  • 177 -позволяют накопить определенный опыт работы, квалифицированно и ответственно выполнять свои обязанности.

Важное место в работе СОГ должно занимать согласованное планирование следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, привлечение к участию в них специалистов и экспертов при активном использовании научно-технических средств. При этом необходимо обеспечивать ответственность лиц, участвующих в расследовании за его своевременность и качество; самостоятельность органа дознания в выборе, в рамках действующего законодательства Российской Федерации. средств и методов оперативно-розыскной деятельности; непрерывность взаимодействия служб на плановой основе и раскрытии преступлений данной категории с момента возникновения повода к возбуждению уголовного дела до принятия по нему окончательного решения.

Представляется целесообразным четко определять в нормативных документах функции сравнительно нового участника СОГ - сотрудника пожарно-технической лаборатории экспертно-криминалистического под- разделения. Он привлекается в качестве специалиста при производстве следственных действий в случаях, требующих применения кримина- листических средств и методов для обнаружения, закрепления и изъятия следов и иных вещественных доказательств, в пределах своих специальных познаний оказывает помощь следователю на всех этапах расследования.

Отсутствие в определенной степени унифицированного подхода к проведению осмотра, по нашему мнению, можно объяснить тем, что нет возможности создать эффективную систему контроля за качеством и результативностью осмотра. Существующие подходы к оценке этой ре- зультативности по количественным показателям (о применении техни- ческих средств, количестве изъятых следов и т.п.) не дают адекват- ного представления о влиянии применения научных и технических средств и методов на результаты осмотра. Для того, чтобы облегчить в определенной мере работу следователя и специалиста при осмотре места пожара, создать объективные предпосылки для обеспечения пол-

  • 178 -ноты осмотра и его результативности, для практики нужны развернутые образцы бланков осмотра места происшествия со следами пожара, детализированные для ряда наиболее распространенных объектов (см. выше, раздел 1.1, о технико-криминалистической характеристике преступлений, сопряженных с пожарами). Использование таких бланков на практике ориентирует в определенной мере лицо, осуществляющее следственный осмотр, в поиске и фиксации необходимой информа-‘ ции, способствует тому, чтобы она была возможно более полной.

В настоящее время правовая база для исследований с применением специальных познаний содержит много неоправданных, по нашему мнению ограничений, которые негативно отражаются на результатах расс- ледования. Применительно к делам о пожарах значительный вред делу наносит известное положение о недопустимости производства экспертизы лицом, которое ранее по этому же делу принимало участие в следственном действии в качестве специалиста (п. За ст. 67 УПК)

Многие ученые и практические работники ранее уже вносили обосно- ванные предложения об отмене в законодательном порядке указанного выше обстоятельства, как основания для отвода эксперта, указанного в данной правовой норме. В этом уже давно назрела объективная не- обходимость. Мы также поддерживаем предложение внести в УПК РСФСР изменения, разрешающие лицу, участвовавшему в деле в качестве спе- циалиста, выступать в качестве эксперта по всем видам преступлений или, по крайней мере, распространить установленное в Законе допу- щение такого рода для врача - специалиста в области судебной меди- цины, на специалистов и экспертов, исследующих обстоятельства по- жаров, взрывов, транспортных и т. п. происшествий.

По нашему мнению, в УПК также необходимо на законодательном уровне регламентировать сложившуюся практику расследования преступлений, участия в нем экспертов-криминалистов органов внутренних дел в качестве специалистов. Например, еще в 1972 г. это было учтено в УПК Украины (ст.1281), где в отличие от законодательства России закреплены положения о привлечении специалиста к любому

  • 179 -следственному действию, когда это необходимо, а также его праве обращаться (с разрешения следователя) с вопросами к лицами, участвующими в следственном действии, и каких-либо серьезных негативных последствий это не повлекло. Следует отметить, что проект УПК Российской Федерации, дорабатываемый Межведомственной рабочей группой Комитета по законодательству и судебно-правовой реформе Государственной Думы Российской Федерации, регламентируя участие специалиста в следственных действиях, не содержит подобных ограничений.

К числу наиболее актуальных проблем также может быть отнесено довольно неожиданное положение о передаче предварительного рассле- дования уголовных дел по преступлениям, предусмотренным ч.2 ст. 167 (умышленное уничтожение чужого имущества) следователям органов прокуратуры, согласно ст. 126 принятого Государственной Думой РФ 15.12.96 г. Федеральному закону и0 внесении изменений и дополнений в УПК РСФСР и ИТК РСФСР в связи с принятием УК РФ:” [1.5]. Исполнение этого закона приведет, по нашему мнению, к снижению результативности раскрытия и расследования преступлений этого вида: на местах следователи органов внутренних дел уже начинают меньше внимания уделять преступлениям, сопряженным с пожарами, а следователи органов прокуратуры пока в должной мере не готовы к столь сложному и специфичному участку работы, им необходимо еще пройти соответс- твующую подготовку по расследованию столь сложных дел.

Фактически может произойти постепенный развал создававшейся в течение многих лет системы взаимодействия ГПС, следственных и опе- ративных служб, сети экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел в борьбе с преступлениями данного вида. Ос- ложняются условия для исполнения приказа МВД РФ N 487 от 31.08.96 г. [1.13], который был нацелен именно на концентрацию и координацию усилий служб органов внутренних дел в борьбе с преступлениями данной категории. В связи со сказанным представляется необходимым внесение изменения в УПК РСФСР ст. 126 “Обязательность предварительного следствия и подследственность” о передаче подследствен-

  • 180 -ности уголовных дел, возбужденных по ч. 2 ст. 167 УК РФ, следователям органов внутренних дел.

Создание в системе экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел сети специализированных подразделений для исследования обстоятельств пожаров

Одним из приоритетных направлений технико-криминалистического обеспечения расследования преступлений, связанных с пожарами, в настоящее время является расширение и использование возможностей экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел. иных учреждений, привлекаемых для производства экспертиз.

Система экспертно-криминалистических подразделений (ЭКП) МВД России обеспечивает выполнение важнейшей работы по применению экспертно- криминалистических средств и методов для раскрытия и расследования преступлений. От уровня и качества этой работы в значительной мере зависят результаты борьбы с преступностью: сотрудники ЭКП выполняют более 3/4 производимых в стране криминалистических экспертиз и исследований; они выступают в качестве специалистов-криминалистов при осмотрах практически всех мест происшествий и в подавляющем большинстве других следственных действий [3.109].

В соответствии с п. 1.2. Положения об ЭКЦ МВД РФ [1.293, Центр является головной организацией органов внутренних дел Российской Федерации по научно-практическим проблемам экспертно-криминалисти- ческой деятельности, направленной на борьбу с преступностью. В своем составе наряду с другими он имеет отдел взрыво- и пожар-но- технических экспертиз. Центр проводит повторные, особо сложные экспертизы, а также экспертизы и исследования по заданию централь-, ного аппарата МВД России. На него также возложено методическое обеспечение деятельности сети пожарно-технических лабораторий (ПТЛ) экспертно-криминалистической службы МВД России, включая разработку экспертных методик и технических средств для криминалистических исследований, стажировки экспертов для получения ими допуска на право самостоятельного производства экспертиз соответствую-

  • 181 -щего вида, а также в целях повышения квалификации в дальнейшем.

Поскольку, как показало исследование, результаты судебных экспертиз занимают все более значительное место в системе доказательств по уголовным делам о пожарах, обострилась проблема недостаточности возможностей экспертных учреждений, не справляющихся о возрастающей нагрузкой. Возник вопрос о расширении возможностей экс-пертно- криминалистических подразделений МВД. В этой связи предпринимаются активные усилия по укреплению основного звена, обеспечивающего применение специальных познаний при исследовании обстоятельств пожаров - сотрудников пожарно-технических лабораторий (ПТЛ). Среди мер в этом направлении - поддержка (с участием следственных управлений и УГПС) введения в штат ЭКП пожарно-технических экспертов, проведение их стажировок, оснащение специальными техни- ческими средствами и др. В настоящее время ПТЛ созданы в 62 экс- пертно-криминалистических подразделениях, их штатная численность варьируется от 1 до 4 человек.

Интересные данные получены при анализе результатов работы ПТЛ. В тех лабораториях, где число сотрудников больше, выше оказывается и число выполненных экспертиз в расчете на 1 сотрудника. Этот факт не является неожиданным, а говорит о более тщательно отслеживаемой обстановке с пожарами в регионе, о наличии у них возможности выез- жать на большее число пожаров, проводить больше исследований, ока- зывать при этом друг другу содействие и помощь. Такая группа видна по результатам своей работы в органе внутренних дел, ее функциони- рованию придается должное внимание со стороны других служб, за- действованных в борьбе с преступлениями этого вида. Однако в нас- тоящее время число таких боеспособных групп невелико. За 1996 г. сотрудниками ПТЭ выполнено в общей сложности 3337 пожарно-техни- ческих экспертиз против 2675 в предыдущем году (рост 24,7 %). Это, однако, не слишком радует, если сопоставить число ПТЭ с числом за- регистрированных за тот же период преступлений, сопряженных с по- жарами - 20716. Объективно существующие потребности в расширен

  • 182 -штатов ПТЛ ограничиваются возможностями увеличения штатной численности экспертно-криминалистических подразделений.

Следует также отметить, что во многих случаях пожарно-техни-ческие экспертизы поручаются специалистам, не входящим в систему экспертных учреждений (например, испытательных пожарных лаборато-. рий Государственной противопожарной службы, различных научно-исс- ледовательских учреждений и иных организаций), привлекаемых в ка- честве внештатных экспертов. В данном случае возникает проблема в оценке их компетентности. Указанное обстоятельство обусловливает необходимость в принятии законодательного акта, предусматривающего определенные профессиональные квалификационные требования, предъ- являемых к эксперту, а также порядок выдачи квалификационого до- пуска, свидетельствующего о соответствии конкретного лица установ- ленным требованиям. Только при наличии полученного в установленном порядке документа на право выполнять судебные экспертизы и участ- вовать в слоедственных действиях и в судебном разбирательстве дел в качестве специалиста должен, по нашему мнению, осуществляться допуск соответствующего лица к выполнению указанной работы. Простого разрешительного лицензирования этой вида деятельности, по нашему мнению, недостаточно.

Разработка новых и совершенствования существующих технико-кри- миналистических средств, методов и методик

В современном понимании криминалистическая техника означает, с одной стороны, совокупность приборов, аппаратуры, оборудования, инструментов, приспособлений, материалов, а также методов и приемов их применения в процессе раскрытия и расследования преступлений, а с другой стороны - один из разделов криминалистической науки, в рамках которого накапливаются и систематизируются технико- криминалистические знания, разрабатываются соответствующие методы, средства, рекомендации по их применению в целях раскрытия и расследования преступлений.

Г. И. Грамович подразделяет научно-технические средства, исполь-

  • 183 -.зуемые в борьбе с преступностью, на 4 группы: 1) приборы, инструменты, приспособления, взятые без изменений из различных технических и естественных наук, причем приемы их использования ничем не отличаются от приемов их использования в других областях человеческой деятельности; 2) то же, но с выработкой специальных криминалистических приемов их использования; 3) научно-технические средства, используемые и в других науки и техники, но для решения задач, стоящих перед криминалистикой, подвергшиеся определенным видоизменениям; 4) специально разработанные для целей криминалистики технические средства и методы [5.15, с.11-13]. Условность и зыбкость границ, разделяющих эти группы, видна не вооруженным “техническими средствами” глазом. Например. Р.С.Белкин к специально приспособленным для целей криминалистики средствам относит лупу с подсветкой [2.28, с.43]. Но очевидно же, что такая лупа может использоваться достаточно широко: и ювелиром, и часовщиком, и дру- гими специалистами, для которых требуется концентрированная осве- щенность на небольшой площади. С другой стороны, “общетехническая” принадлежность средства не означает, что оно обязательно применяется во всех областях техники, является неким всеобщим средством.

Результативность участия специалистов и экспертов в раскрытии и расследовании преступлений, непосредственно связана с тем, какие методы и методики применяются ими в работе, какими научными и тех- ническими средствами они располагают. Поэтому система ТКО рассле- дования преступлений определенного вида должна быть нацелена на совершенствование соответствующей методической и технической базы.

Особую значимость при выявлении и расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, имеет использование специальных поисковых приборов, химических веществ, приспособлений, приборов и средств, без которых практически невозможно провести в полевых и лабораторных условиях качественные инструментальные исследования кримина- листически значимых объектов, результаты которых в большинстве случаев составляют основные источники доказательств по делу. Поэ-

  • 184 -тому мы относим их к технико-криминалистическим средствам, которые входят в систему технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, сопряженных с пожарами.

Помимо общекриминалистической техники, при расследовании прес- туплений, сопряженных с пожарами, должны применяться такие средства и методы, которые позволяют исследовать вещества и материалы, подвергшиеся термическому разложению и горению, с целью диагности- рования условий теплового воздействия на них, исследовать различные изделия и аппараты с целью выявления на них признаков, указывающих на предшествовавший пожару аварийный режим и т.д. (подробнее см. раздел 1.2). Функция разработки таких средств и методик возложена прежде всего на ЭКЦ МВД России как головное научно-практическое учреждение в системе экспертно-криминалистической службы.

Одной из главных целей системы технического обеспечения раскрытия и расследования преступлений является, модернизация технического оснащения участников следственного осмотра в соответствии с современными требованиями практики. В этой связи необходимы: пе- ресмотр тактико-технических данных научных и технических средств с учетом их физического износа и морального старения, учитывая рас- ширяющийся круг задач, повышенные требования к качеству их решения; подготовка технических заданий, поиск организаций-разработчиков, предприятий-изготовителей, фирм-поставщиков, испытания опытных образцов и т.п. Наряду с этим важна и разработка технических приемов и методики применения этих средств обнаружения, фиксации, экспресс- исследований, изъятия следов и других вещественных доказательств, в том числе и с применением новых технических средств.

Сотрудники ЭКЦ МВД РФ активно работают над совершенствованием методического оснащения сотрудников ПТЛ, осуществляющим функции специалистов в рамках следственных действий и выполняющим пожарно- технические экспертизы. Ими разработан и внедрен в практическую деятельность территориальных лабораторий целый ряд методических материалов по собиранию информативных следов и других вещественных

  • 185 -доказательств на местах пожаров, по лабораторным методам исследования объектов, изымаемых с мест пожаров, по расчетному анализу процессов, происходящих при возникновении и развитии пожаров. Следует отметить особую значимость использования при осмотре мест происшествий поисковых приборов, химических веществ, различных приспособлений и средств, используемых при осмотре мест пожаров и выявлении соответствующих следов, проведении экспресс- исследований. Без них практически невозможно провести в лабораторных условиях качественные инструментальные исследования криминалистически значимых объектов, результаты которых в большинстве случаев составляют основные источники доказательств по делу. Поэтому мы полагаем допустимым отнесение используемых при этом научных и технических средств к технико-криминалистическим средствам, которые входят в систему технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, сопряженных с.пожарами.

Таким образом, научно-методическое обеспечение имеет своей целью информирование участников расследования преступления о типичных особенностях события преступления, места его совершения, использовании специальных познаний. Для этого необходимо уточнение технико-криминалистической характеристики преступлений определенного вида (способа и механизма совершения, типичной обстановки и др.); классификация системы следов и механизмов следообразования по объему информации и профилю необходимых для ее получения специальных познаний; систематизация технико-криминалистических ситуаций с указанием оптимальных действий их участников в рамках типи-зированых схем и условий осуществления следственных действий и иных мероприятий, связанных с применением специальных познаний.

Приобретение необходимых технико-криминалистических средств

их поддержание в готовности (рабочем состоянии)

Такой элемент системы ТКО, как технико-криминалистические средства, всегда находящиеся в готовности (рабочем состоянии), имеет исключительно важное значение для качественного осмотра мес-

  • 186 -та происшествия и производства других следственных действий. К сожалению, в настоящее время экспертно-криминалистические подразделения испытывают существенные трудности с финансированием приобретения приборов, оборудования и расходных материалов. Для ПТЛ это в особенности ощутимо, поскольку направление проходит пока стадию своего становления, и требуемое для ПТЛ оборудование является нетиповым, требует разработки проектов и мелкосерийного изготовле- ния. Для реализации намеченного требуются целевые выделения средств с последующей централизованной поставкой. Таким образом постепенно осуществляются поставки в регионы специально разработанного рентгеновского дифрактометра РАД-ПТЭ для исследования оплавленных электропроводников, обнаруживаемых на местах пожаров, комплектов инструментов и приспособлений для фиксации обстановки и обнаружения вещественных доказательств при следственном осмотре места пожара, переносного газоанализатора КОЛИОН с фотолюминесцентным датчиком для обнаружения следов горючих жидкостей при осмотре мест предполагаемых поджогов и др.

Другая сторона медали - поддержание научных и технических средств в рабочем состоянии - также важна, поскольку работать приходится в условиях повышенного загрязнения, при наличии опасности травмирования и т.д. Требуется более тщательная очистка, промывка с тем, чтобы сохранить работоспособность используемых средств и одновременно исключения возможности привнесения в число вещественных доказательств посторонних следов и предметов, не связанных с расследуемым событием. С этим связаны дополнительные проблемы: не- обходимы шкафы для хранения научных и технических средств, вытяжные шкафы и стенды для их испытаний и наладки и т.д.

Эффективная работа на месте пожара, особенно в период производимых раскопок его остатков невозможно без надлежащей экипировки лица, производящего данное следственное действие, обеспечивающей его безопасную работу. Участников СОГ, которым предстоит произвести осмотр места происшествия, проверку показаний с выходом на мес-

  • 187 -то, следственный эксперимент и другие действия, связанный с опасностью травмирования, получения ожогов и др., следует снабдить касками и защитной одеждой для защиты от травм при падении каких- либо предметов и частей строительных конструкций. Основные конструкции, прочность которых нарушена, при необходимости во из- бежание травмирования участников осмотра такие конструкции намеренно обрушают, сделав соответствующие пометки для внесения в протокол осмотра. Также выясняется наличие проемов и провалов в полах и перекрытиях с устранением связанной с ними опасности. Опасные места необходимо снабдить плакатами, информирующими об опасности. При проведении осмотра пожарища необходимы резиновые сапоги или другая упрочненная обувь, защищающая ноги от порезов и проколов при продвижении через скопления пожарного мусора. При сильной за- газованности места пожара (например, при осмотре подвальных или других плохо вентилируемых помещений, при. проведении работ на складе горевших химикатов и т.п.) могут понадобиться и противогазы или фильтрующие респираторы. При извлечении предметов и материалов, представляющих интерес как источников информации об обстоятельствах пожара, следует пользоваться защитными очками, рукавицами и резиновыми перчатками во избежание механических повреждений, термических и химических ожогов.

В настоящее время члены постоянно действующих следственно опе- ративных групп МВД, ГУВД, УВД по раскрытию и расследованию крупных пожаров должны обеспечиваться спецодеждой и обувью (зимним и летним костюмами ОМОН, ботинками с высокими берцами) в соответствии с нормами положенности, утвержденными приказом МВД России от 18 марта 1993 г. N 193, приложение 7. Однако эта спецодежда еще далека от совершенства, так как она громоздка и не защищена от влаги, грязи и пыли во время работы на месте происшествия. Экипировка же членов СОГ, предусмотренная приказом МВД России от 2 августа 1994 г. N 372 (норма 11) также нуждается в усовершенствовании. К тому же, как показало изучение деятельности указанных СОГ, ее члены на

  • 188 -местах обеспечены спецодеждой всего на 20%: в условиях недостатка финансирования органов внутренних дел заметно сократились поставки такой дорогостоящей одежды на места.

Следует поддержать высказанные Р.С.Белкиным предложения о создании при дежурной части органа внутренних дел своеобразного спе- циализированного “депо” средств “полевой криминалистики” для ис- пользования при выездах на места происшествий [2.20, с. 49] общего характера. Однако подобное депо применительно к происшествиям, сопряженным с пожарами, неоправданно в силу специфичности состава и характеристик необходимых научных и технических средств, обяза- тельности наличия специальных навыков их эффективного использования. а также сравнительно малой частоте использования. Представляется предпочтительным идти по пути сочетания обеспечения регионального криминалистического сервиса [2.136, с. 71]. поскольку наиболее сложными и дорогостоящими средствами в настоящее время возможно оснастить лишь подразделения на уровне МВД, ГУВД, УВД республик, краев и областей. Такая техника нужна далеко не всегда. В то же время минимально необходимый комплект технических средств. который позволил бы дежурному эксперту-криминалисту результативно поработать при осмотре места происшествия, сопряженного с пожаром. Целесообразно иметь полный комплект научных и технических средств в региональном административном центре, а на уровне районных органов внутренних дел научиться при исследовании места пожара пользоваться простейшими средствами обнаружения, закрепления и изъятия материальных следов и других вещественных доказательств.

С 1984 г. в США создана сеть передвижных лабораторий [3.321]. предназначенных для оперативного выезда на пожары, возникшие в ре- зультате поджога или при других подозрительных обстоятельствах. Размещенные на борту автофургона лаборатории со специальным техни- ческим оснащением для проведения исследований непосредственно на месте пожара круглосуточно готовы к выезду и рассредоточены по территории страны таким образом, чтобы минимизировать время следо-

  • 189 -вания до любого пункта в зоне обслуживания и максимально ускорить установление причин пожаров и лиц, виновных в их возникновении. Следует подчеркнуть, что на необходимость иметь специальный автомобиль, оборудованный “для осмотра места происшествия по делам о пожарах и производства экспресс-анализов, разработать специальный следственный чемодан, изучить зарубежную методику производства экспресс-анализов” обращал внимание И.М.Лузгин [3.178. с.73] еще в 1969 г. К сожалению, такие полностью оборудованные для выполнения поисковых и исследовательских работ на местах происшествий со следами пожаров. Рекомендации по подбору необходимых научных и технических средств для использования на местах происшествий со следами пожаров приведены в литературе [2.104; 2.256].

Организация технико-криминалистической подготовки участников раскрытия и расследования преступлений

В условиях недостатка опытных, высококвалифицированных сотрудников следственных и экспертно-криминалистических подразделений, возрастания количественной нагрузки на следственный аппарат органов внутренних дел со всей остротой встала проблема технико-крими- налистической подготовки участников раскрытия и расследования преступлений, связанных с пожарами. Для того, чтобы добиться эф- фективного технико-криминалистическое обеспечения работы по раск- рытию и расследованию преступлений, сопряженных с пожарами, все ее участники, в том числе специалисты и эксперты, должны четко предс- тавлять виды и особенности совершения таких преступлений, а также задачи, решаемые органами предварительного расследования. Поэтому для всех них столь важна криминалистическая подготовка.

Обязательным условием повышения эффективности применения спе- циальных и научно-технических средств является, во-первых, совер- шенствование технико-криминалистической подготовки слушателей юри- дических вузов, создание в них специального учебного курса, в ко- тором рассматривались бы вопросы применения специальных знаний и технико-криминалистическом обеспечении деятельности органов внут-

  • 190 -ренних дел. Он должен читаться не только студентам юридических вузов, но и сотрудникам правоохранительных органов во время их переподготовки. Во-вторых, технико-криминалистическая подготовка сотрудников (в частности, экспертно-криминалистических подразделений) в настоящее время проводится в виде стажировок в Экспертно-крими-налистическом центре МВД России, учебных сборов, взаимных стажировок по обмену опытом в МВД, ГУВД, УВД. Кроме того, стала внедряться и такая прогрессивная форма подготовки, как проведение кустовых семинаров-совещаний членов постоянно действующих региональных следственно-оперативных групп МВД. ГУВД, УВД по раскрытию и расследованию крупных пожаров.

Указанная подготовка осуществляется путем участия названных лиц в стажировках, прослушивании лекций в рамках семинаров и других мероприятий по обмену опытом. В настоящее время принято проводить такие занятия по отдельным службам, например, для экспертов. следователей, дознавателей, инженерного состава ИПЛ и т.д. По нашему мнению, наиболее целесообразно проводить семинары одновременно для представителей разных служб, задействуемых в данном регионе в расследовании преступлений, сопряженных с пожарами: следователей, экспертов-криминалистов, сотрудников ГПС и оперативных служб. В таких условиях во время занятий происходит тесное сближение, не- обходимое для налаживания психологического контакта, что крайне важно для создания объективных предпосылок для скоординированной совместной результативной их работы в дальнейшем. Представляется наиболее удобным и объективно обусловленным принцип комплектования таких учебных групп в составе региональных следственно-оперативных групп (СОГ), созданных для расследования дел этой категории.

Лица, наделенные законом правом осуществлять осмотр места про- исшествия и другие следственные действия, по нашему мнению, должны обладать определенным минимумом специальных познаний для того, чтобы уметь ориентироваться в обстановке происшествия. Не следует всегда полагаться только на помощь специалиста. Например, задержка

  • 191 -с его прибытием на место происшествия по какой-либо причине или слишком большой объем работы могут отрицательно сказаться на сро- ках расследования дела и даже возможности его доведения до конца.

Важное значение для повышения квалификации участников СОГ имеет обобщение и изучение опыта практической работы между регионами. Эта работа пока не носит планомерного и целеустремленного характера. Обобщение опыта использования специальных познаний при выявлении и расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, представляется в основном эпизодическими материалами, публикуемыми в Информационном бюллетене СК МВД РФ, сборнике “Экспертная практика”, издающемся ЭКЦ МВД РФ, журнале “Пожарное дело”. Эти обобщения не всегда отличаются научной глубиной, несут скорее иллюстративную нагрузку. По нашему мнению, нельзя изучение и анализ практики сводить лишь к описанию случаев. Надо вырабатывать рекомендации, имеющие значение для практики, а не только для данной конкретной ситуации. Необходимо разъяснять соображения, по которым принято решение о применении в определенных условиях криминалистической техники с указанием субъекта ее применения и того, какие результаты при этом получены, каков порядок оформления результатов применения специальных познаний с оценкой их значимости.

Представляется необходимым разработать учебные планы и программы, в основу которых была бы положена современная концепция механизма следообразования при совершении преступлений, сопряженных с пожарами, их общей и видовых частных криминалистических характеристик, система технико-криминалистических ситуаций, возникающих при необходимости применения специальных познаний при следственном осмотре и производстве других следственных действий, а также в рамках оперативно-розыскных мероприятий, применительно к функциональным обязанностям всех их участников в рамках типизированных для указанных ситуаций условий. Целесообразно также подготовить наставление по осмотру места, конкретизированные методики осмотра по видам объектов, информационные листовки (формализованные блан-

  • 192 -ки) для фиксации результатов следственных действий и исследований, памятки, учебные материалы, включая программы профессиональной подготовки и самоподготовки.

Среди лиц, являющихся очевидцами пожара, особо ценные сведения могут, как правило, дать пожарные, участвовавшие в тушении пожара и проведении аварийно-спасательных работ. Это объясняется наличием у них определенного уровня специальных познаний и опыта практической работы на пожарах. Однако для них главными задачами в их про- фессиональной деятельности являются спасание людей и имущества от пожара, на что и обращена преимущественно их специальная подготовка. Поэтому на особенности динамики процессов, происходящих при пожаре, наличие специфических следов и других примечательных обстоятельств они. как правило, не обращают пристального внимания. Кроме того, в силу большой повседневной загруженности по роду своей профессиональной деятельности они могут .сравнительно быстро забывать то, что даже и отложилось в их памяти, путая затем обстоятельства разных пожаров. В этой связи, по нашему мнению, является актуальной задача подготовки методических рекомендаций по организации обучения личного состава подразделений службы пожаротушения в вопросах сохранения при тушении пожара обстановки, исходя из необходимости последующего ее криминалистического исследования, и запоминания данных об этой обстановке с тем, чтобы иметь возможность изложить их при даче объяснений или проведении допросов.

При этом важно иметь в виду определенное различие функций и задач рядового и начальствующего состава: если первые находятся на “переднем крае”, внутри помещений объекта пожара, воспринимая обс- тановку и одновременно воздействуя на нее, то вторые, как правило, руководят действиями подчиненных и организуют их, оценивая обстановку в целом и получая детализирующую информацию об обстановке на отдельных участках, обобщая их для соответствующей корректировки боевых действий. Руководитель тушения пожара по “Боевому уставу государственной противопожарной службы” (утвержден приказом МВД РФ

  • 193 -от 5.07.95 г. N 257. [1.22]) должен принимать меры к установлению причины пожара (см. п.60 Устава), к сохранению обнаруженных на месте происшествия возможных вещественных доказательств, имеющих отношение к пожару (см. п. 68 Устава). Основное - не допустить необоснованного уничтожения потенциальных источников информации об обстоятельствах пожара. В США, например, такая мера предусмотрена стандартами Национальной ассоциации противопожарной защиты: пожарные должны обеспечивать максимальную сохранность места происшествия с первых же шагов, фиксировать и осматривать все предметы, в особенности, удаляемые с места происшествия; все действия по отключению электрооборудования проводятся в сопровождении пожарных, документирующих эти действия [2.348; 2.349J.

В России для рядового состава такая обязанность не предусмотрена, но тем не менее, представляется необходимым в рамках профессионального обучения вырабатывать у пожарных умение обращать внимание как на основные обстоятельства (например, состояние стен, перекрытий, дверей и окон, наличие следов взлома и т.п.). так и на’ нетипичные, нехарактерные, экстремальные обстоятельства (например. вспышки, внезапные обрушения, локальный высокотемпературный нагрев и др.) при тушении, представлять, как это должно происходить согласно закономерностям развития пожаров в нормальных условиях и в чем разница, уметь запомнить эти данные и сообщить (письменно. устно) руководителю подразделения или дознавателю, а в дальнейшем - и следователю. При этом совсем не лишне, если наблюдавшееся на пожаре было бы изображено в виде эскиза по памяти.

Активное, вдумчивое поведение пожарных может существенно помощь следствию. Так, например, в одном из случаев пожарный, вбежав в комнату, заполненную дымом, машинально выдернул из электророзетки вилку шнура электронагревательного прибора, не сообщив поначалу об этом при даче объяснения. Следствие зашло в тупик, поскольку в локальном очаге пожара был обнаружен прибор без признаков, ха- рактеризующих его как включенный в электросеть. И только по исте-

  • 194 -чении некоторого времени, при дополнительном допросе этот пожарный, вспомнив, рассказал об этом факте. Этим подтвердилось предположение о том, что от указанного прибора и начался пожар.

Особенно важно подмечать признаки, которые характеризуют определенный способ поджога. Во всяком случае, обнаруженное (в особенности, мелкие детали и следы) необходимо по возможности защитить от возможного повреждения, утраты. Представляется целесообразным перечисленные положения учитывать при разработке программ обучения личного состава ГПС сохранению информации, характеризующей причину и обстоятельства развития пожара.

Программа должна включать следующие темы занятий:

  1. Организация работы по раскрытию и расследованию преступлений, связанных с пожарами и поджогами (статистика преступности, органы, которые занимаются расследованием, решаемые в расследовании задачи, задействованные службы и их взаимодействие, регламентирующие его нормативные акты МВД РФ).
  2. Понятие специальных познаний и порядок их применения при собираний и исследовании информации об обстоятельствах возникновения пожара при осмотре места происшествия, экспрессных и лабораторных исследованиях, методики и методические рекомендации).
  3. Анализ практики участия подразделений ГПС в расследовании преступлений, связанных с пожарами и поджогами (роль ИПЛ в соот- ветствии с “Наставлением…” по ее работе, роль сотрудников ГПН как специалистов, роль личного состава службы пожаротушения, на- чальствующего состава включая штаб).
  4. Меры по совершенствованию практики применения специальных познаний личного состава службы пожаротушения ГПС при раскрытии и расследовании преступлений, связанных с пожарами и поджогами.
  5. Для сотрудников региональных подразделений ГПС, в особенности, не включенных в состав специализированных СОГ, занятых на производстве доследственной проверки по фактам пожаров и на проведении исследований с целью установления обстоятельств возникновения и
  • 195 -развития пожаров, представляется целесообразной регламентация обязательного систематизированного обучения Обучение должно быть построено на основании новейших методических разработок и обобщения передового опыта изучения мест происшествий, связанных с пожарами, обоснованного выдвижения и проверки версий о причине и других обстоятельствах возникновения и развития пожара, выявления и исследования следов и признаков, характеризующих механизм возник- новения горения в очаге пожара. Особое внимание при этом необходимо уделять вопросам составления и оформления протокола осмотра места происшествия, схем и фототаблиц к нему, и подготовке основанного на результатах проведенного исследования мотивированных, всесторонних и полных технических заключений, в том числе и в тех случаях, когда в результате проверки выносится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, но доказательства тем не менее необходимы для разрешения исков о возмещении ущерба.

Применение новых компьютерных технологий при организации работы с использованием специальных познаний

Новые’ компьютерные технологии позволяют повысить эффективность использования специальных познаний при собирании, исследовании, оценке и использовании криминалистически значимой информации. Сферы применения компьютерных технологий: автоматизация учебного процесса с помощью компьютерных программ, учет уголовных дел, контроль за расследованием, использование при раскрытии преступлений автоматизированных банков данных (АБД), автоматизированных инфор- мационно-поисковых систем (АИПС) различного рода автоматизированных учетов (оперативных, справочных и др.) Решение этих задач на всех уровнях системы МВД невозможно без использования автоматизированных систем управления (АСУ), базирующихся ка основе общегосударственных территориально-распределенных вычислительных сетей.

С 1992 г. функционирует информационно-вычислительная сеть органов внутренних дел Российской Федерации (ИВС МВД РФ), составной частью которой является специализированная территориально-распре-

  • 196 -деленная автоматизированная система в интересах следственных подразделений органов внутренних дел (СТРАС-СК) [3.300,с.84-102]. При расследовании дел о пожарах, по нашему мнению, можно использовать следующие ее функциональные подсистемы: подсистема расследования уголовного дела (функции: составление процессуальных документов; систематизация материалов уголовного дела; пользование справочной информацией по делу (о лицах, эпизодах, доказательствах и т.д.); подсистема обработки сопутствующей информации (рабочий материал следователя, оформленный в процессуальных документах); подсистема учебно-контрольной и организационно-вспомогательной деятельности (функции: учет уголовных дел, контроль за расследованием; обработка и выдача информации о выполнении плановых мероприятий и о проделанной работе; электронная записная книжка); подсистема формирования и анализа статистических данных (формирование в виде таблиц и графиков данных статистической отчетности по формам 1-Е и др.); подсистема правовой и справочно-методической информации (АБД действующего законодательства и судебной практики); образцы процессуальных документов; информация о возможностях различных видов экспертиз; рекомендации по методике и тактике расследования отдельных видов преступлений; подсистема информационного обеспечения учет-но- криминалистической информацией через ИВС ОВД РФ (по всем видам учетов ГИЦ МВД России); информационно-коммунитивный центр СТРАС-СК узел электронной связи со следственными подразделениями на местах.

Анализ материалов уголовного дела может быть проведен с ис- пользованием программного модуля АНАМАТ [3.283, с.38-46], разрабо- танного соискателем совместно с СПВПТШ МВД России и предназначенного для автоматизированной обработки и систематизации указанных выше данных как автономно, так и в составе программного комплекса. Модуль работает в режиме интерактивного диалога, меню которого включает рубрики: перечень пожаров; протоколы осмотра; протоколы допроса; дополнительные документы; систематизированные данные.

В режимах “Перечень пожаров”, “Протоколы осмотра”, “Протоколы

  • 197 -.допроса” и “Дополнительные документы” производится заполнение экранных форм. Систематизации подлежат данные по какому-либо признаку (например, признак очага пожара, причины пожара, связанной с самовозгоранием и т.д.) из всех просмотренных экспертом документов (протоколов осмотра места происшествия и вещественных доказательств, протоколов допросов, следственных экспериментов, заключений других экспертиз по данному делу, технической документации и др.). Систематизация осуществляется по любому из полей, по которым ин- формация предварительно разложена в однотипные по структуре формы. В результате такой.систематизации пользователь получает в текущем окне целевую подборку информации по интересующему его параметру (например, по причине возникновения пожара в результате самовозгорания) из всех просмотренных им документов, причем для каждого фрагмента информации указывается его источник (вид документа, имя допрошенного лица, лист дела и т.д.). Полученная информация. может редактироваться, распечатываться или копироваться на магнитные носители. С помощью буферного блока ее можно целиком или по частям копировать в качестве вставки в текст обвинительного заключения, справки или заключения о причине и обстоятельствах происшедшего пожара, других документов.

Программный модуль АНАМАТ в настоящем виде предназначен для обработки материалов уголовного дела о пожаре и может использоваться следователем, лицом, производящим дознание, а также экспертом при выполнении пожарно-технической экспертизы. Материалы дела о пожаре, как правило, имеют большой объем. При этом из всего массива информации только то, что относится к специальным знаниям или требует применения этих знаний при оценке значения сведений для информационной модели пожара. Традиционно эксперты также ведут вы- писки из представляющих для них интерес материалов с тем, чтобы результаты их обработки использовать при планировании экспертного исследования, выдвижении экспертных гипотез в отношении местополо- жения очага пожара, причины пожара, условий и обстоятельств, спо-

  • 198 -собствовавших возникновению и развитию пожара и др.

Возможности использования компьютерных технологий при производстве экспертных исследований рассмотрены в разделе 4.3.

Непосредственное участие специалистов (экспертов) в проведении следственных действий

Основная отдача от системы ТКО для раскрытия и расследования преступлений - это непосредственное участие специалистов и экспертов в проведении следственных действий и производстве экспертиз. Для этого необходимо выполнить целый ряд мероприятий (обеспечить наличие сотрудников, распределить их по графику дежурств, предоставить в их распоряжение необходимые технические средства и материалы. создать условия для работы, обеспечить транспортом для мобильности и возможности быстрого реагирования, спецодеждой, средствами индивидуальной защиты и др.). Только после этого можно ожидать результатов их деятельности. Организационное обеспечение имеет целью внедрение в практическую деятельность СОГ средств и методов. обеспечивающих достижение максимально возможной результативности работы специалистов при их участии в следственных действиях. ориентируясь на определенные технико-криминалистические ситуации, которые могут при этом возникнуть. Возникающие при этом задачи связаны с решением следующих вопросов:

научное обоснование технического оснащения участников СОГ, со- вершенствование нормативной базы следственных действий, подбора. профессиональной подготовки и аттестации кадров;

разработка критериев и расчетно-аналитического аппарата для. оценки эффективности научных и технических средств и методов, качества осмотра, результативности работы при участии в следственных действия, нормирования оптимальной нагрузки, штатной численности, рациональной материально-технической оснащенности.

Согласно положениям ныне действующего УПК РСФСР нельзя привлекать специалиста для участия в допросе, очной ставке, предъявлении для опознания, следственном эксперименте, что существенно затруд-

  • 199 -няет расследование преступления. Такое ограничение ничем не обосновано. Особенно актуален вопрос об участии специалистов при проведении следственных действий по столь специфичной категории дел. какими являются дела о пожарах. Их расследование сопряжено с необ- ходимостью исследования самых различных технических вопросов в об- ласти пожарного дела, использованием специальной терминологии и документации. Сам следователь, как правило, в одиночку не сможет качественно провести такое, например, важное следственное действие, как допрос в качестве подозреваемого лица, на котором лежала обязанность по соблюдению правил пожарной безопасности, нарушение которых повлекло возникновение пожара. Участие в следственном действии (с предварительной совместной проработкой тактики допроса, перечня задаваемых вопросов, в том числе с демонстрацией ве- щественных доказательств, или ознакомлением с заключением пожар-но- технической экспертизы) специалиста пожарного дела (например, сотрудника ГПС, обслуживавшего объект пожара) обеспечит его полноту, всесторонность и в конечном счете - результативность. Не следует забывать о создании для специалиста необходимых условий, создающих определенный психологический настрой. Следователь руководит его действиями, но при этом не сковывает его инициативы. Он постоянно поддерживает контакт со специалистом, определяя направление и содержание его работы. Взаимоотношения должны строиться на благо- желательной этической основе. Специалист должен иметь возможность высказаться, ощутить внимание к его мнению и результатам работы.

Практика свидетельствует о том, что пренебрежение привлечением специалиста для участия в следственном действии по делу о пожаре следователю и лицу, проводящему дознание, обходится, как правило, весьма дорого: упущения и недочеты, обусловленные недостаточным уровнем применения специальных познаний, часто в дальнейшем уже не позволяют решить задачи расследования, несмотря на все предприни- маемые усилия. Результативность расследования преступлений во многом зависит от того, насколько верно избрано направление работы,

  • 200 -насколько эффективно и оперативно организовано использование собираемой криминалистической информации в целях розыска преступника. Ведение и использование криминалистических учетов Не менее важное место в системе научно-технического обеспечения раскрытия и расследования преступлений, связанных с пожарами, занимают криминалистические учеты, как виды криминалистической ре- гистрации, которые различаются по объему и характеру учитываемых данных и по процедуре учета. Согласно Приказа МВД РФ N 400 от 31.08.93 г. [1.16] в целях совершенствования процесса формирования и ведения централизованных оперативно-справочных, розыскных, кри- миналистических учетов, экспертно-криминалистических коллекций и картотек органов внутренних дел, повышения эффективности их ис- пользования в борьбе с преступностью и упорядочения действующей нормативной базы вводятся в действие, согласованные с Генеральной прокуратурой, Верховным Судом, Министерством юстиции, Министерством обороны и Министерством безопасности Российской Федерации Наставление по формированию и ведению централизованных оперативно- справочных, розыскных, криминалистических учетов, экспертно- криминалистических коллекций и картотек органов внутренних дел Российской Федерации и единый классификатор оперативно-справочной, розыскной и криминалистической информации автоматизированных поис- ковых систем федерального учета. В Наставлении описывается унифи- цированная система учетов различных объектов, на основе единой концепции их автоматизации с перспективами разработки отдельных блоков, которая наконец позволит соединить разрозненные учеты и наполнить их криминалистическим содержанием. Классификатор дает единый терминологический аппарат для описании объектов в учетах. В рамках этой концепции в ГИЦ и ЭКЦ МВД РФ уже создан и эксплуатиру- ется ряд автоматизированных систем.

Согласно п. 2.2. решения коллегии МВД России от 30 сентября 1992 г. N 4 км/21 [1.28] предусмотрено создание в МВД, ГУВД. УВД специализированных банков данных о лицах, склонных к совершению

  • 201 -поджогов. Практика подтверждает необходимость формирования названных учетов. В ходе расследования по делам о происшедших пожарах отрабатываются различные версии, в числе которых причастность к ним лиц. страдающих психическим заболеванием - пироманов. При проверке имеющихся в ИЦ данных выявляются подозреваемые, из числа которых в ряде случаев, при наличии других веских доказательств, установлены виновные в поджогах. В последние годы в автоматизированном банке данных (АБД) МВД, ГУВД. УВД по делам о пожарах получила распространение информационно-поисковая карта (ИПК) “на лицо”. Ее массив позволяет сделать определенный анализ и оценку признаков вида преступной деятельности и определить круг лиц. представляющих оперативный интерес по делам о поджогах.

Такие карточки заполняются на лиц, ранее судимых, проходящим по уголовным делам за совершение различных преступлений, в частности. связанных с поджогами, а также иных, на которых имеются сведения, дающие основание полагать о их склонности к уничтожению имущества общеопасным способом (например, хулиганы). В целях совершенствования организации и повышения эффективности использования специального банка данных лиц, склонных к совершению поджогов. представляется целесообразным его пополнение за счет использования возможностей имеющихся в информационных центрах учетов в системе АБД. При этом необходимо организовать систематическое его пополнение информационно-поисковыми картами, заполнение которых будут вести сотрудники органов внутренних дел, выявившие такую категорию лиц в процессе осуществления оперативно-служебной деятельности и ведения банка данных о раскрытии преступлений данной категории.

Сотрудники службы криминальной милиции и подразделений по борьбе с организованной преступностью в рамках своей компетенции должны осуществлять сбор, анализ и учет оперативной и иной информации о преступных группировках и лицах, склонных к совершению поджогов, а также объектах с наибольшей степенью вероятности их уничтожения общеопасным способом с целью организации и проведения

  • 202 -мероприятий по их пресечению и предупреждению. К группе таких объектов относятся: застрахованные объекты хранения товарно-матери- альных ценностей, в отношении владельцев которых имеются данные о намерении совершить поджог с целью сокрытия кражи имущества, иных злоупотреблений и нарушений; конкурирующие криминальные коммерческие структуры; подлежащие акционированию, приватизации объекты, на которых возникли конфликтные ситуации в связи с конкуренцией пре- тендентов на их владение; длительное время не расселенные подлежащие сносу жилые дома и т.д.

Однако система учета сведений, необходимых для использования при исследовании причин пожаров, раскрытии и расследовании связанных с ними преступлений, не может в полной мере обеспечить потребности следственной и экспертной практики и нуждается в дальнейшем совершенствовании. В этих целях целесообразно, по нашему мнению, вести карту учета собираемой по факту пожара информации по резуль- татам следственных действий, экспертиз и исследований с применением специальных знаний, получаемой из других источников, с отражением обоснования и результатов проверки выдвигаемых версий о причине пожара и других его обстоятельствах (о лицах, причастных к поджогам, о способах подготовки, проникновения, совершения, сокрытия поджога и др.).

Системный сбор достоверной информации по причинам возникновения пожара возможен только при централизованной организации сбора данных. Работа по предотвращению поджогов, как и рекомендации по методике их раскрытия и расследования, должна строиться в первую очередь в зависимости от мотивов их совершения, поскольку во многих случаях мотивом определяется и выбор способа совершения поджога. Анализ практики показывает, что введение в действие указанных выше банков данных требует глубокой научной и методической проработки. а также соответствующего ресурсного обеспечения. Необходимо создать единую систему учета и обработки информации, содержащейся в уголовных делах, заключениях экспертов и иных материалах, а так-

  • 203 -же технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования поджогов. Эффективность работы системы может быть обеспечена только при системном подходе и координации деятельности всех заинтересованных служб МВД. При этом система должна иметь несколько уровней (район, край (область), центр). Разработка и введение указанной информационной системы позволит иметь сведения о характерных для настоящего времени средствах и способах совершения поджогов. Это важно не только для подготовки учебных материалов для занятий по вопросам проведения осмотров мест происшествий и методи- кам экспертных исследований со следователями и экспертами, сотруд- никами уголовного розыска и других оперативных служб, но и для ис- пользования их по конкретным уголовным делам через целенаправленный поиск следов и признаков в зависимости от следственных версий относительно причины пожара.

Анализ существующей в настоящее время системы статистики учета пожаров в ГИЦ, ГУГПС, ВНИИПО МВД РФ не позволяет с необходимой точностью и полнотой вести учет по причинам возникновения пожаров (которые расходятся с данными уголовных дел), а также вести целе- направленную совместную работу заинтересованных служб МВД России по накоплению, анализу, систематизации данных о выявленных по конкретным делам средствах и способах поджогов, их маскировки. Для этого целесообразно организовать ведение автоматизированной системы по фактам поджогов. В ее основу должен входить банк данных, ос- нованный на единой информационной карточке учета “Поджог и пожар-но- техническая экспертиза по его факту”, заполняемая органом пред- варительного расследования по материалам уголовного дела и пожар-но- техническим экспертом на основании его заключения. Преимуществом применения такой карты является возможность контроля качества работы по сбору и анализу информации о пожаре на всех этапах расследования (в том числе с применением специальных познаний), чего не имеется в настоящее время. Предлагаемая система не требует изменения существующего порядка учета, но развивает его.

  • 204 -

2.3. Проблемы фиксации криминалистически значимой

информации в ходе предварительной проверки и

при производстве следственных действий

Фиксация собираемой по уголовному делу информации представляет собой систему действий, направленных на процессуальное, криминалистическое и оперативное запечатление в установленных законом и подзаконными (ведомственными) актами формах информации, имеющей значение для правильного разрешения уголовного дела. Должны фиксироваться характер, объем и содержание этой информации, а также условия, средства и методы ее обнаружения и закрепления. При этом не имеется в виду фиксация только в памяти каких-либо лиц (хотя бы и субъектов доказывания).

С фиксацией взаимосвязан процесс удостоверения информации. Вы- полняемые с этой целью действия отражают две стороны единого про- цесса закрепления информации: криминалистическую (фиксация) и про- цессуальную (удостоверение и документирование собранных данных. При фиксации предусматриваются меры по обеспечению достоверности и адекватности отображения воспроизводимых сведений, обеспечение их сохранности, накопления, доступа для обработки и использования. Фиксация доказательств - это закрепление их в установленном законом порядке [2.30, с.29]. Только после фиксации доказательства фактически и становятся доказательствами, а “от качества работы с доказательствами зависит успех расследования” [5.46, с.8]. По форме различают фиксацию словесную (вербальную), графическую, предметную, наглядно-образную и их комбинации [2.161, с.48]. При фиксации применяют методы измерения, описания, мысленного моделирования, звукозапись, систематическое и масштабное составление планов, составление чертежей и рисунков, эскизирование портретов людей, предметов, изъятие предметов в натуре и их консервация, изготовление материальных моделей (копирование, получение слепков и оттис-

  • 205 -ков, фотографирование, киносъемка, видеозапись), протоколирование.

В.Н.Григорьев подчеркивает, что фиксация сведений при обнаружении признаков преступления обеспечивает не только учет проделанной работы, но и документальное обоснование принимаемых решений, использование информации другими должностными лицами в целях конт- роля, а также доказывания по уголовным делам [2.80, с.64]. Последнее предусматривает собирание, фиксацию, проверку, исследование и оценку доказательств при обеспечении законных прав и интересов участников процесса. Содержание и результаты этой деятельности оформляются в соответствии с предусмотренным уголовно-процессуальным законодательством порядке, преимущественно в письменной форме. Процессуальное документирование - это “осуществляемый уполномочен- ными должностными лицами и органами (участниками процесса), осно- ванный на положениях уголовно-процессуального права комплекс взаи- мосвязанных действий и решений, направленных на достоверное отра- жение в уголовно-процессуальных актах порядка и результатов как отдельных процессуальных действий и решений, так и всего хода и результатов расследования по уголовному делу и решения задач пра- восудия [5.20, с. 7].

В криминалистике применительно к работе с доказательствами термины “фиксация” или “документальная фиксация” применяются для обозначения одного из этапов собирания доказательств. Между доказыванием и документированием, предусмотренным в оперативно-розыскной деятельности, имеется определенное сходство в использовании одинаковых познавательных методов в рамках единого информационного процесса [2.16, с.76-83]. В действительности это сходство заключа- ется не только в этом, но и в ряде других существенных признаков, а именно “в общности целей, в соблюдении критерия относимости ин- формации. обеспечении ее достоверности” [2.27, с.154]. В настоящее время значение процессуального документирования возрастает в связи с повышением требований как к отдельным процессуальным актам (согласно ч. 2 ст. 9 Конституции РФ не допускается использование дока-

  • 206 -зательств, полученных с нарушением федерального закона), так и в их совокупности, с помощью которой обосновывается необходимость принятия того или иного решения следователя, обеспечивается судебный контроль за его законностью и обоснованностью. Термин “доку- ментирование” используется в теории оперативно-розыскной деятель- ности, где под ним обычно понимается совокупность оперативно-ро- зыскных мероприятий, направленных на получение информации об обс- тоятельствах преступления, лицах, его совершивших, и т.п. Хотя по смыслу слова этот термин должен обозначать лишь какую-то стадию процесса - фиксацию добытой оперативной информации, ее закрепление в определенных формах, обосновывание документами [2.227, с.168].

Согласно ст.6 Закона РФ об оперативно-розыскной деятельности непосредственно оперативным работником информация может быть полу- чена путем исследования предметов и документов, обследования поме- щений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств и снятия информации с технических каналов связи. Проблема использования этой оперативной информации в доказывании сводится к проблеме ‘придания процессуального статуса источникам информации. Для документов, отражающих результаты, приобщение может быть осу- ществлено в порядке, предусмотренном ст. 88 УПК РСФСР. Ст. 10 Закона РФ об оперативно-розыскной деятельности [1.4] определяет, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут быть использованы для подготовки и осуществления следственных действий и проведения оперативно-розыскных мероприятий по предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, а также в качестве доказательств по уголовным делам после их проверки в соответствии с уголовно-про- цессуальным законодательством.

Проблемами теории и практики процессуального документирования при производстве дознания и предварительного следствия занимались видные специалисты в области криминалистики и уголовного процесса: Арсеньев В.Д., Белкин Р.С, Белозеров Ю.Н.. Божьев В.П., Бородин СВ.. Быховский И. Е., Винберг А. И., Григорьев В.Н., Гулкевич З.Т.,

  • 207 -Гуляев А. П., Ефимичев СП., Зуев Е.И.. Карнеева Л.М., Кирсанов З.И., Ларин A.M., Леви А.А., Лисиченко В.И., Миньковский Г.М., Михайлов А.И., Муратова Н.Г., Подголин Е.Е., Порубов Н.И., Селиванов Н.А., Строгович М. С. Томин В. Т., Фаткуллин Ф. Н. и др.

Согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству факты и результаты применения при производстве следственных действий специальных познаний независимо от субъекта, их применявшего, должны полно, четко и в доступной для восприятия форме фиксироваться в соответствующих процессуальных документах (протоколах следственных действий),, иначе эти результаты не смогут рассматриваться в качестве доказательств. Следственный осмотр - основное следственное действие, которое осуществляется по подавляющему большинству уголовных дел, как правило, неоднократно. Главными его целями являются выявление и фиксация доказательств - фактических данных, “на основе которых в определенном .законом порядке органы дознания, следователь и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние. и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела” (ст. 69 УПК РСФСР). Поэтому каждое такое доказательство должно быть прежде всего зафиксировано в материалах следственного осмотра путем описания, зарисовки, фото- или видеосъемки, если доказательственная информация свободно воспринимается участниками осмотра непосредственно или с применением отмеченных в протоколе осмотра технико-криминалистических средств. Доказательст-венность результатов этих наблюдений оценивается следователем совместно с оказывающим ему помощь специалистом “в рабочем порядке”, поскольку, как известно, никаких выводов в протоколе осмотра содержаться не должно. Такие выводные знания могут появляться лишь в результате оценки доказательств субъектом доказывания или в результате исследования с применением специальных познаний, и для них предусматриваются иные процессуальные документы.

Закон (ст. 179 УПК РСФСР) указывает на протокол как основной

  • 208 -документ следственного действия и дополнительные, как бы второстепенные источники информации - приложения к протоколу. В этой связи представляется верным предложение Р.С.Белкина различать способы фиксации результатов следственного действия обязательные (протоколирование) и необязательные, которые применяются в зависимости от необходимости и возможности в конкретных условиях [2.25. с.105].

В том случае, если при проведении исследований не выявлены какие- либо из предполагавшихся фактов, то это тоже будет доказательством - доказательством того, что данная версия проверена и не нашла подтверждений. . То же относится, по нашему мнению, к отражению в протоколе факта необнаружения определенных признаков и следов, характерных для некоторой версии об обстоятельствах происшедшего. Подобное заключение можно сделать лишь, опираясь на специальные познания, не имеющиеся у всех участников осмотра. Деятельность специалиста в уголовном процессе носит вспомогательный характер (обнаружение, закрепление, изъятие и упаковка доказательств). В то же время он обладает процессуальным правом требовать отражения его заявления в протоколе следственного действия.

В последние годы проникновение достижений научно-технического прогресса в теорию и практику раскрытия и расследования преступлений привело к обострению дискуссии о формах и методах фиксации ре- зультатов применения при этом научных и технических средств. Так, Ю. Г.Корухов правильно, по нашему мнению, обосновывает необходимость определения в уголовно-процессуальном законодательстве субъектов применения научных и технических средств, но мы не можем согласиться с предложенным им перечнем таких субъектов (дознаватель, следователь, судья, специалист, эксперт, защитник) [3.154, с.8] без оговаривания необходимой иерархии, поскольку в процессуальном плане нельзя ставить на один уровень, например, следователя и специалиста. В целом предложение Ю.Г.Корухова придать фактическим данным, полученным в результате применения научных и технических средств, статус источника доказательств привело бы к тому, что

  • 209 -“автономные” действия специалиста приводили бы к получению доказательств. Такие исследования, которые проводятся в рамках следственных и иных действий и не носят процессуального характера, получили наименование предварительных [2.309, с.4,9].

Сам по себе термин “предварительное” по отношению к кримина- листическому исследованию какого-либо объекта настольно условен и неопределенен, что, по нашему мнению, создает только путаницу для использования на практике. Например, у В.Г.Коломацкого находим, что технико-криминалистические средства применяются: в оперативно- розыскной деятельности - в целях “предварительного криминалис- тического исследования следов и иных вещественных доказательств”; в сфере дознания и предварительного следствия - в целях “выявления, собирания, исследования следов и иных вещественных доказательств” [2.176, с.72-73]. В чем же здесь разница и что, с точки зрения объективности, надежности и доказательственности, представляют результаты их применения?

При рассмотрении вопроса о том, как и кем “проводятся предва- рительные (доэкспертные) исследования”. В.П.Лавров вместе с тем не говорит о том, как быть с отражением этого в материалах дела: в протоколе об этом писать вроде бы нельзя, а специальная справка о проведенных исследованиях не приобщается к делу [2.175, с.215]. В результате остается неизвестным, было или не было проведено иссле- дование. и тогда может возникнуть вопрос, надо ли его проводить. По нашему мнению, все действия, в том числе исследования, должны находить место (кроме оперативно-розыскных мероприятий) в процес- суальных документах, в первую очередь - в протоколе следственного действия. Для фиксации факта и тем более результатов применения научных и технических средств и методов недостаточно только отра- жения этих данных в краткой форме в журнале учета выездов экспертов- криминалистов на места происшествий, как это предписывается в п. 2.2.7 “Наставления по работе экспертно-криминалистических под- разделений органов внутренних дел” (приказ МВД РФ N 261 от 1.06.93

  • 210 -г., [1.15]). Справки по результатам исследований предусматривается готовить в ответ на письма, поступающие из органов, которые осуществляют дознание, и от следователей. В таких справках лишь указываются объект исследования, поставленный вопрос, краткий вывод.

В литературе встречаются предложения о том, чтобы “при необходимости в ходе следственного действия установления природы каких-либо объектов, распознавания и удостоверения факта или явления. специалист имел право проводить исследование этих объектов, краткие выводы которого заносятся в протокол следственного действия; ход, способы и результаты исследования излагаются в письменной форме в приложении к протоколу следственного действия” [3.201, с.142]. Однако такой подход все равно не дает процессуальных гарантий достоверности результатов исследования. К тому же действующее уголовно-процессуальное законодательство не требует от специалиста, участвующего в следственном действии, составления какого-либо письменного документа.

Ю.Г.Корухов предлагает придать результатам применения научных и технических средств самостоятельное доказательственное значение, отсоединив их о протокола следственного действия, и приобщать к делу непосредственно, самостоятельным протоколом, придав ему статус источника доказательств, указывая в нем: кто, где, когда, в связи с чем, для какой цели и какие средства использовал [3.153, с.10-15]. Ю.Т.Шуматов предлагает формулировку ч. 2 ст. 109 УПК РСФСР, включив в нее следующую фразу: “В процессе собирания необходимых материалов орган дознания, следователь, прокурор вправе назначить научно- техническое исследование, справка о результатах которого подшивается к материалам проверки заявления или сообщения о преступлении” [4.23, с.162]. При всей внешней привлекательности такого пути он все же не ведет к оптимальному выходу с точки зрения уголовного процесса и, более того, создает дополнительные трудности. Так, по обоснованному мнению И.Н.Сорокотягина, в случае появления нового документа (например, справки специалиста как при-

  • 211 -ложения к протоколу следственного действия с отражением в нем результатов применения научных и технических средств) “наличие в де- ле двух источников сведений об одной и той же операции может внести лишь недоразумения. Справку специалиста нельзя рассматривать как заключение эксперта, поэтому она не может быть доказательством по делу. Но . отсутствие в протоколе данных, о которых упоминает специалист в своей справке, ставит под сомнение объективность и качество проделанной следователем работы” [3.255, с.121].

Правильнее, мы считаем, в составляемом протоколе следственного действия как можно подробнее должны получить отражение любое факты использования специальных познаний и тем более - вся помощь специ- алиста. в том числе и с применением научных и технических средств (как, впрочем, это и предусмотрено действующим уголовно-процессу- альным законодательством). Ведь результаты, полученные при этом и зафиксированные в протоколе следственного действия, могут исполь- зоваться в качестве доказательств по делу. Необходимость в тща- тельной фиксации объясняется большим значением данных, полученных на основе применения специальных познаний. Изложение способа или методики применения при этом специальных познаний позволяет прове- рить и оценить объективность полученных результатов или, напротив, причины отрицательных результатов. По тем же основаниям любое ис- пользование специальных познаний следует отражать в оперативно-по- исковых делах, поскольку пренебрежение составлением соответствующих документов отрицательно сказывается на результатах документирования, оценке и использовании собранных данных. Представляется приемлемым также предложение Ю.Т.Шуматова о дополнении УПК нормой, предусматривающей возможность допроса специалиста, участвовавшего в следственном действии, на общих правах (с предупреждением об уголовной ответственности за сообщение заведомо ложных сведений) для фиксации мнения специалиста по вопросам, имеющим специальный характер (разъяснение терминологии, сущности технологического про- цесса, оценка возможности дальнейшего использования уже установ-

  • 212 -

ленных фактов и др.), при этом протокол допроса специалиста может служить источником доказательств [4.23, с.67].

Среди экспертов-криминалистов распространено мнение (по данным проведенного В.В.Степановым и Е.П.Фирсовым опроса 36,9 %) о том, что полученная в результате предварительных исследований информация должна быть отражена в протоколе осмотра места происшествия [3.263, с.45]. Не возникнет, по нашему мнению, противоречий принципу объективности осмотра, закрепленному в ст. 182 УПК РСФСР, если средства проведения и результаты таких исследований были проде- монстрированы и разъяснены всем участникам осмотра.

Но если необходимо проанализировать совокупность выявленных с помощью специалиста в рамках следственного действия следов и приз- наков. представляется целесообразным назначить экспертизу, соот- ветствующим образом сформулировав задачу. Заключение эксперта будет иметь иной, чем справка специалиста, .статус, и не повлечет дискуссии о приоритетности различных источников доказательств друг перед другом. По действующему законодательству до возбуждения уго- ловного ‘дела не допускается исследований материальных объектов с помощью специальных познаний, результаты которых приобретали бы доказательственное значение. Между тем обоснование решения о воз- буждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении нередко требует применения специальных познаний как раз для выявления признаков преступления. Именно этими обстоятельствами объясняется получившая широкое распространение в оперативно-розыскной деятель- ности и при производстве доследственных проверок так называемых предварительных (непроцессуальных) исследований. Следователь несет ответственность за все, что осуществляется во время осмотра места происшествия или другого следственного действия, и исследования могут проводиться только по поручению следователя или, по крайней мере, с его согласия. Нередко по содержанию и примененным методам они отличаются от соответствующих экспертиз лишь статусом лица, производившего исследование, и формой итогового документа.

  • 213 -“Проведение предварительных исследований - вынужденная мера, необходимость в которой исчезнет с разрешением производства экспертиз в стадии возбуждения уголовного дела” [2.27, с.158]. В Наставлении по работе экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел (приложение к приказу МВД РФ от 1.06.93 г., N 261 [1.15]) ряд статей касается проведения на месте происшествия предварительного исследования следов в целях раскрытия преступлений и розыска преступников. Однако ни в приказе, ни в Инструкции нет определения, что же подразумевается под термином “предварительное исследование”. Нет его и в УПК РСФСР. В литературе предлагается в предварительных исследованиях “выводы делать категорическими” [4.18, с.138] с тем, чтобы их в дальнейшем можно было бы использовать в качестве доказательств. Но, по нашему мнению, вывод должен быть прежде всего обоснованным, объективным и истинным, а

стремление к обязательной категоричности вывода на этом этапе может иногда и навредить делу.

Представляется необходимым проанализировать объективно обусловленные различия в деятельности специалиста и эксперта в целях, содержании работы и доказательственном значении получаемых результатов. Эксперт - процессуально самостоятельная фигура, даваемое им заключение представляет собой источник доказательств. В его распоряжение при назначении экспертизы предоставляются предметы, следы, вещества, как изъятые с места происшествия, так и полученные из других источников. Цель экспертизы - определение требуемых характеристик этих объектов, установление отдельных фактов, признаков, механизма следообразования и т. п.

Специалист же приглашается для участия в судебном разбирательстве и в следственных действиях в тех случаях, когда суду либо участникам судебного разбирательства при исследовании доказательств могут потребоваться специальные знания и навыки. Специалист вправе выступать с подлежащими занесению в протокол заявлениями,

  • 214 -касающимися обнаружения, фиксации и изъятия доказательств. Однако при этом не подлежат занесению в протокол другие заявления, в которых каким-либо образом истолковываются элементы механизма проис- шествия. причинно-следственная связь между отдельными фактами и т.п. выводы на основе применения специальных познаний. Такие сведения могут использоваться в качестве ориентирующей, оперативно-справочной информации при обосновании следственных версий, корректировки направлений поисковой работы и т. п. При участии специалиста в осмотре места происшествия оно в целом или в виде отдельных фрагментов и является объектом исследования. При этом в качестве основной цели выступают обнаружение, фиксация и изъятие предметов, следов и веществ, которые могут иметь отношение к преступлению и нести соответствующую информацию о механизме совершенного преступления и о лице, его совершившем.

Поскольку исследования, не носящие процессуального характера, не должны вести к уничтожению или существенному видоизменению исс- ледуемого объекта, соответствующие оговорки приняты в нормативных документах. П.3.2.4 “Наставления по работе экспертно-криминалисти- ческих подразделений органов внутренних дел” [1.153 предусматривает. что работник экспертно-криминалистического подразделения при выполнении исследования применяет только те методы, которые не вы- зывают изменения вида и свойств объектов исследования, не влекут их утраты и не исключают возможности последующего экспертного исс- ледования; если же проведение исследования невозможно без изменения внешнего вида объекта или частичного его расходования, оно может выполняться только после согласования с лицом, поручившим исс- ледование, о чем указывается в справке о результатах исследования.

В практике возможны ситуации, когда возникает вопрос о непос- редственном использовании в процессуальном доказывании результатов предварительных исследований, например, при утрате объекта иссле- дования или его существенном повреждении, делающим невозможным требуемое экспертное исследование этого объекта. Р.С.Белкин пола-

  • 215 -тает, что в подобных случаях “документ, содержащий описание хода и результатов предварительных исследований (справка или заключение специалиста), должен быть представлен следователю при рапорте оперативного работника” [2.27, с.158]. Однако все же справку, для которой не обеспечены процессуальные гарантии достоверности выводов, нельзя в полной мере рассматривать в качестве эквивалента уже не существующему объекту исследования. Использование такого документа как доказательства в дальнейшем будет исключительно сложным. Из содержания ст. 88 УПК РСФСР следует, что к документам как средствами процессуального доказывания, можно отнести справку специалиста, поскольку она представляет собой изложение обстоятельств и фактов, имеющих значение для дела.

Если возникает вопрос о приобщении к уголовному делу справки по результатам исследования, то на основе всесторонней оценки суд. прокурор, следователь или лицо, производящее дознание, вправе при- нять или отклонить ее в качестве доказательства по делу. Это сог- ласуется с содержанием ст.71 УПК РСФСР: “Никакие доказательства для суда.’ прокурора, следователя и лица, производящего дознание, не имеют заранее установленной силы”. Однако чтобы выполнить роль судебного доказательства, содержание и достоверность справки должны быть обеспечены процессуальными средствами. В этих целях на практике обращаются к назначению экспертизы по тем же материалам. которые подвергались исследованию в стадии доследственной проверки. В итоге как минимум затрачиваются повторно время и ресурсы для проведения одного и того же исследования, или же в экспертизе исследованию подвергается объект в состоянии, уже в той или иной мере измененный (не говоря уже о том, что этот объект в ранее выполненном исследовании может быть существенно поврежден или уничтожен). Проведение же экспертизы позволило бы снять указанные объективно не обоснованные проблемы и сразу получить заключение эксперта, удовлетворяющее в полной мере требованиям закона.

Т.В.Аверьянова обращает внимание на то, что закон ничего не

  • 216 -говорит об исследовании специалистом обнаруженных при осмотре места происшествия объектов, которые могут стать в установленном по- рядке вещественными доказательствами. Соглашаясь в принципе с це- лесообразностью проведения предварительных исследований, она обращает внимание на недопустимость при этом подмены ими судебной экспертизы [4.1. с.369]. Л.Е.Чистова, касаясь этой проблемы, также подчеркивает, что о предварительных исследованиях нет и намека в ст. 1331 и других статьях УПК РСФСР. По ее мнению, “прямое указание на это в одной из статей УПК РСФСР способствовало бы широкому применению специальных познаний на местах происшествий, реализуемых в такой форме, как предварительные исследования на месте происшествия. .. Предоставление права производства предварительного исследования на месте происшествия потребует также уточнения порядка назначения, производства и процессуального закрепления его результатов” [4.22, с.124].

В.А.Образцов, касаясь вопросов, связанных с исследованиями. проводимыми вне рамок экспертизы, предлагает для слова “предвари- тельное” в’ отношении такого исследования синоним “следственное” [2.161, с.50], подчеркивая отсутствие у результатов такого иссле- дования доказательственной силы, которой обладает заключение экс- перта. Как нам представляется, данный термин, хотя и не снимает всех неопределенностей, но все же более предпочтителен по сравнению с “предварительным исследованием”: за ним далеко не всегда следует “окончательное” исследование. Добытая при проведении таких исследований информация доказательственного значения не имеет, за исключением тех случаев, когда эти исследования проводятся в ходе следственного действия (например, следственного осмотра), и в сос- тавляемом при этом протоколе отражаются примененные средства и ре- зультаты наблюдений, которые воспринимались понятыми непосредственно. За проведение предварительных исследований высказывается В.Н.Григорьев, которые, однако, подчеркивает, что проведение спе- циальных исследований на основании писем работников органов внут-

  • 217 -ренних дел не заменяет производства экспертизы, а справка - заключения эксперта [2.80. с.39].

Нам представляется, что само определение “предварительное” для таких исследований является совершенно лишним и неуместным, создающим почву для заблуждения. Верное замечание на этот счет сделал Р.С.Белкин, указав, что “нет и не может быть предварительных и окончательных доказательств или источников доказательств: предва- рительной и окончательной может быть лишь их оценка” [2.25.с.340].

Если к таким источникам доказательств относиться как к предва- рительным, неосновным,. второстепенным, исследование которых не регламентировано, то возникают объективные предпосылки к тому. чтобы упустить их. а вместе с ними - и истину. Мы считаем, что ценность результатов применения специальных познаний, научных и технических средств не должна зависеть от того, в рамках какого процессуального действия оно происходит. Представляется необходимым в законодательном порядке исключить условия для противопоставления между собой справки специалиста по результатам исследования и заключения эксперта по такому формальному основанию, как процес- суальная гарантия достоверности данных, изложенных в этих докумен- тах. Субъект применения специальных познаний (мы не рассматриваем в данном случае в качестве такового субъект доказывания, обладающего специальными познаниями) должен нести не только моральную, но и правовую ответственность за правильность их применения и за дос- товерность сформулированных им выводов. Недопустимо и недостаточно ограничиваться только тем, что при осуществлении сведущими лицами деятельности по неэкспертному исследованию “гарантией ее объектив- ности в настоящее время служат не нормы уголовно-процессуального закона, а нормы профессиональной этики специалиста” [2.74, с.35]. Жизнь показывает, что одних этических норм может оказаться недос- таточно для объективного подтверждения истины по делу. В этой связи представляется необоснованным предложение С.П.Митричева [3.198, с.15] и его последователей приравнять результаты исследований,

  • 218 -осуществляемых сотрудниками криминалистических подразделений органов внутренних дел, к заключениям экспертов, исходя из нецелесообразности проводить одну и ту же работу повторно. Необходимо иным образом решать проблему.

Представляется целесообразным предусмотреть два варианта применения научных и технических средств и методов в рамках следственных действий и процессуального закрепления результатов этого:

1) в случае, если решение об их применении принято, но предпо- лагается, что результаты будут представлять интерес лишь в позна- вательном плане, будут служить в качестве источника ориентирующей информации, то все ограничивается занесением в протокол следственного действия сведений об этом и о полученных результатах, непосредственно наблюдавшихся участниками следственного действия; 2) 3) в том случае, если в результате применения научных и технических средств предполагается получение существенных для установления истины по делу фактических данных, то назначается экспертиза, в рамках которой эксперт, основываясь на собранных к этому моменту данных и на своих специальных познаниях, дает их оценку в совокупности ( по делам о пожарах это будет практически всегда касаться вопросов о местоположении очага пожара и признаков, характеризующих причину пожара, что необходимо для обоснованного, мотивированного выдвижения следственных версий). При этом решаются, наряду с другими, следующие вопросы: Какие факты устанавливаются на основе полученных результатов применения специальных познаний; как их можно использовать в дальнейшем расследовании. 4) Фактически об этом говорил В.М.Галкин, отмечая, что если речь идет о восприятии, выявлении таких признаков объекта, которые очевидны для лица, осуществляющего судопроизводство, так и иных участников процесса, достаточно следственного (судебного) осмотра; если же необходимо не только выявить, но и анализировать и оценивать признаки объекта с применением специальных познаний, то следует назначать экспертизу [2.69, с.25]. Во всяком случае, несмотря

  • 219 -

на самые разнообразные формы использования специальных познаний в уголовном процессе, их результаты должны находить свое выражение через процессуально узаконенные формы, которые лишь и могут расс- матриваться в качестве доказательств.

При оценке результатов применения специальных познаний должны браться не отдельные фактические данные, а вся совокупность отно- сящихся к рассматриваемому факту, иначе получится, что они выбраны с определенным умыслом или произвольно. Наиболее предпочтительно назначать производство этой экспертизы тому лицу, которое участво- вало в этом следственном действии (при снятии ограничений на сов- мещение функций специалиста и эксперта согласно п.За ст. 67 УПК РСФСР). В качестве специалиста он получает знания только о выяв- ленных материальных следах, при этом его наблюдения фиксируются в источнике доказательств - протоколе следственного действия. Угроза для объективного расследования, заключающаяся в том. что одно и то же лицо влияет на формирование основного, первичного доказательства (протокола осмотра места происшествия) и доказательства, произ- водного of него (выводов эксперта), потенциально существует. Однако существенных негативных последствий этого не наблюдается.

Существенно, что если в ходе осмотра места происшествия не об- наружены признаки, характерные для определенной версии, но так как такой факт недопустимо отражать в протоколе следственного действия, представляется целесообразным назначать экспертизу для оценки совокупности положительных и отрицательных признаков с тем, чтобы это прозвучало в процессуальных документах и не подвергалось бы (при отсутствии такового) обструкции в дальнейшем как не исследованные в ходе расследования дела факты.

В том случае, если исследование вне рамок следственного действия или экспертизы проведено, то следует оценить возможность их процессуальной проверки и подтверждения с целью документальной фиксации источников происхождения исследуемых объектов и достовер- ности результатов исследования. Прав В.И.Гончаренко, указав, что

  • 220 -“не так называемое “предварительное” (доэкспертное, самостоятельное) исследование, которое не имеет никакого доказательственного значения, является уделом следственного работника, а квалифицированный, с использованием научно-технических средств следственный осмотр, результаты которого имеют предусмотренное законом процессуальное значение, представляет собой главный путь познания и доказывания при расследовании уголовных дел” [2.74, с.27].

Подытоживая рассмотрение вопросов, относящихся к применению специальных познаний в рамках следственных действий, следует еще раз подчеркнуть, что главной его целью являются выявление и фиксация доказательств - фактических данных, “на основе которых в опре- деленном законом порядке органы дознания, следователь и суд уста- навливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, ви- новность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела” (ст. 69 УПК РСФСР). Поэтому каждое такое доказательство должно быть прежде всего зафиксировано в материалах следственного осмотра путем описания, зарисовки, фото- или видеосъемки, если доказательственная информация свободно воспринимается участниками осмотра непосредственно или с применением указанных в протоколе осмотра технико-криминалистических средств. При этом необходимо помнить о том, что доказательственность результатов этих наблюдений оценивается следователем совместно с оказывающим ему помощь специалистом “в рабочем порядке”, поскольку, как известно, никаких выводов в протоколе осмотра содержаться не должно. Такие выводные знания могут появляться лишь в результате оценки доказательств субъектом доказывания или в результате исследования с применением специальных познаний, для них предусматриваются иные процессуальные документы.

В том случае, если при проведении исследований не выявлены какие- либо из предполагавшихся фактов (с учетом типовой технико-кри- миналистической характеристики данного вида преступлений), то это тоже будет доказательством - доказательством того, что данная вер-

  • 221 -сия проверена и не нашла подтверждений. То же относится, по нашему мнению, к отражению в протоколе факта необнаружения определенных признаков и следов, характерных для некоторой версии об обстотель-ствах происшедшего. Такое заключение можно сделать лишь, опираясь на специальные познания, не очевидные для всех участников осмотра.

По нашему мнению, нецелесообразно сохранение понятия “предва- рительных исследований” как формы применения специальных познаний. Содержание работы в рамках следственного осмотра заключается в по- иске и надлежащем процессуальном закреплении доказательств, что не выполняется в предварительных исследованиях. Основной проблемой в этом является отсутствие процессуального оформления их результатов. Если это “исследования” с применением простейших технических средств, и результаты их применения очевидны для всех участников осмотра, то для их документирования достаточно соответствующей за- писи в протоколе следственного осмотра. . Если же действия более сложные, и результаты неочевидны, то нам представляется, что в со- ответствии с ныне действующим уголовно-процессуальным законода- тельством’ необходимо назначить экспертизу, выполняемую непосредс- твенно на месте проведения осмотра или же в стационарных условиях. В обоих рассмотренных типичных ситуациях места предварительным исследованиям не остается.

Возможность выбора пути, по которому следует идти в конкретном случае, должна быть предоставлена следователю. Наша позиция в этом близка к высказыванию В.Н.Григорьева о том, что “фиксация сведения при обнаружении признаков преступления обеспечивает не только учет проделанной работы, но и документальное обоснование принимаемых решений, использование информации другими должностными лицами в целях контроля, а также доказывания по уголовным делам[2.80,с.64].

Необходимо исходить из того, что фигурировать в расследовании дела, в том числе и представляться на исследование эксперту, может лишь то, что обнаружено и надлежащим образом, с соблюдением всех норм уголовно-процессуального закона зафиксировано в материалах

  • 222 -дела. Это касается всего, в том числе и макропризнаков, м микроследов. Прав Л.В.Виницкий, выступая с критикой Т.М.Волковой, М.В.Галкина, П.П.Ищенко, А.Н.Копьевой и других, считающих, что при поиске микрочастиц в задачу следователя входит только отыскание предмета - вероятного их носителя, а отыскание на этом предмете микрочастиц и их исследование относятся на счет эксперта [3.42, с.20]. Конечно же, следователю нужен специалист, оказывающий ему с использованием соответствующих научных и технических средств помощь в обнаружении, закреплении и изъятии возможных доказательств.

Мы присоединяемся к неоднократно высказывавшемуся в литературе мнению о целесообразности эксперту иметь доступ к месту происшествия со следами пожара. Однако необходимо четко отграничить права эксперта и специалиста, оказывающего помощь следователю, и определиться с формами фиксации результатов их действий на месте происшествия. Например. И.С.Таубкин предлагает, .что “после обязательного участия в осмотре места происшествия и связанных с этим процессуальным закреплением его вещной обстановки и изъятием вещественных доказательств эксперты могут переходить к его экспертному осмотру. По делам о пожарах и взрывах он является начальной стадией экспертного исследования” [3.271, с.80]. Однако, из сказанного неясно, какие основания принимаются во внимание для решения вопроса о целесообразности окончания следственного осмотра, а также для разграничения пределов исследования обстановки места происшествия в рамках следственного и экспертного осмотра. Ведь экспертный осмотр всего места происшествия как начальная стадия его экспертного исследования означает также не контролируемую следователем и по содержанию аналогичную его деятельности работу эксперта. Иными словами, за экспертом закрепляется возможность самостоятельного сбора на месте осмотра материалов, необходимых для экспертизы. Но такой подход противоречит закону, который не наделил эксперта правом сбора исследуемого материала [3.89, с.41].

В этой связи представляется необходимым коснуться одной из

  • 223 -

разновидностей фиксации, касающейся осмотра изъятия и приобщения к делу следов и предметов в качестве вещественных доказательств. К ним относятся различные вещи, ценности, бывшие объектом преступной деятельности, орудия преступления, одежда подозреваемого, обвиняе- мого или потерпевшего, части одежды или принадлежности и другие предметы, осмотр которых позволит получить необходимую информацию для установления истины по делу. Документы также могут являться доказательствами, если обстоятельства и факты, удостоверенные или изложенные учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами, имеют значение для уголовного дела.

При определении круга объектов, подлежащих осмотру, следователем решается важная, нередко весьма сложная задача, заключающаяся в установлении их относимости к событию преступления. Предметы, их состояние, характерные особенности, места и условия их обнаружения несут самую разнообразную информацию. Исследованию и фиксации в принципе должны подвергаться только те из них, в отношении которых есть основания выдвинуть версии об их связи с событием преступления. Следователь с помощью специалиста должен решить, какие объекты и обстоятельства могут иметь значение для дела, а какие не представляют интереса. При выяснении обстоятельств пожаров эта стадия имеет особенно большое значение, учитывая сложность ориен- тирования в том, на первый взгляд, бессистемном нагромождении на пожарище следов и предметов, обгоревших и обрушенных строительных конструкций, информативность которых далеко не очевидна. Сам факт описания и даже приобщения к материалам дела большого количества следов и предметов с места пожара еще не гарантирует того, что с их помощью могут быть получены доказательства по механизму возник- новения пожара и другим обстоятельствам происшедшего.

По делам о пожараУвещественные доказательства, как и используемые специальные познания, можно подразделить на два вида: 1) ве- щественные доказательства в традиционном понимании, характеризующие личность преступника и способ преступления; 2) следы и предме-

  • 224 -ты, характеризующие динамику возникновения и развития горения.

Осмотренные предметы, как правило, изымаются и приобщаются к уголовному делу, хотя обоснование этого в соответствующем поста- новлении следователя часто носит формальный характер с указанием, например, на то, что эти предметы якобы имеют информационную зна- чимость вещественных доказательств по данному делу. Таким образом они и приобретают статус вещественных доказательств, с которым фи- гурируют в процессе расследования дела. Однако, само понятие ве- щественного доказательства в законе сформулировано в самой общей форме, чем определяется различная интерпретация его на практике.

Сущность вещественного доказательства составляет способность доказывать (пояснять, подкреплять) определенный факт по конкретному уголовному делу, то есть обладать свойством относимости к нему. Это характерно далеко не для всякого объекта, попадающего в сферу внимания следователя в связи с расследованием данного дела. Нередко для удостоверения в том, что предмет или документ имеет инфор- мативную ценность как вещественное доказательство, недостаточно подвергнуть его следственному осмотру, а необходимо провести экс- пертизу, и только после этого уже следует выносить соответствующее постановление о приобщении его к делу в качестве вещественного до- казательства. В решении этого вопроса важную роль играет специалист, участвующий в производстве следственного осмотра.

На практике нередко пренебрегают соблюдением указаний процес- суального закона, требующихся для придания статуса вещественных доказательств определенным объектам. Как установлено в ходе иссле- дования, нередко следы и предметы начинают рассматриваться в ка- честве вещественных доказательств лишь на основании упоминания о них в протоколе осмотра места происшествия: обнаружены в таком-то месте, имели такое-то состояние, и затем изъяты, упакованы и приобщены к материалам дела. Такой порядок не соответствует положениям ст. 84 УПК РСФСР, которые требуют вынесения специального постановления следователя о приобщении определенных предметов к уголов-

  • 225 -

ному делу в качестве вещественных доказательств. В таком постанов- лении должны быть указаны существенные свойства, качества, харак- теристики объекта. Так, если по делу о краже сумки или куртки дос- таточно отразить их размеры, цвет, вид материала, состояние, то для предмета, предположительно имеющего отношение к возникновению пожара - например, кусок электропровода с оплавленной токоведущей жилой - необходимо отразить его длину, цвет, диаметр и вид материала жилы и изоляции, наличие маркировки, следов механического и термического повреждения, форму и характер оплавления согласно имеющимся на этот счет методическим рекомендациям. Без точного и полного описания объектов могут возникнуть сомнения в их относи-мости к делу.

Мы полагаем, что в отношении тех получивших статус вещественных доказательств объектов, которые в ходе дальнейшего расследования дела не подтвердили свою информативность и не использованы в качестве источников доказательств в обвинительном заключении, следует выносить постановление о лишении этих объектов статуса вещественных доказательств. Это должно быть предусмотрено соответствующей правовой нормой, что позволит в дальнейшем исключить возможность каких-либо споров об их доказательственном значении.

При расследовании преступлений, связанных с пожарами, широко используются материалы подразделений Государственной противопожарной службы (например, предписания об устранении выявленных нарушений правил пожарной безопасности, акты о пожарах), составленные сведущими лицами по результатам своей работы, которые могут приобщаться к уголовному делу в качестве документов, так как содержат документально зафиксированные фактические данные.

В соответствии с пунктом 2.9.7. “Инструкции по организации вза

имодействия подразделений и служб органов внутренних дел в раскрытии и расследовании преступлений, утвержденной приказом МВД России от 20 июня 1996 г. N 334” [1.16], сотрудник Государственной противопожарной службы по результатам работы на месте происшествия,

  • 226 -связанного с пожаром, составляет акт о пожаре. Этот документ, как и.протокол осмотра места происшествия, имеет важное значение для выдвижения следственных версий и выбора направления расследования. Включение в него непроверенной, не соответствующей объективной действительности информации может затруднить расследование.

Изучение структуры и содержания данного документа (образец бланка акта о пожаре приведен в приложении 9 к Боевому уставу пожарной охраны, утвержденному приказом МВД России от 5 июля 1995 г. N 257) показало, что при его составлении в определенной мере используются специальные . познания (при оценке обстановки, описании задействованных сил и средств и др.). Кроме того, помимо общих данных, акт включает ряд позиций, которые носят правовой характер (например, “Причина пожара”, “Лица, виновные в возникновении пожа- ра”). Выяснение этих вопросов входит в компетенцию органов предва- рительного расследования и их решение непосредственно на месте происшествия не относится к компетенции специалиста пожарного дела (как правило, акт о пожаре составляет выехавший на тушение пожара начальник ‘караула пожарной части, который в большинстве случаев не имеет юридического образования). Из числа изученных 930 уголовных дел о пожарах в 67% случаев в актах о пожарах были указаны конкретные причины пожаров и лица, виновные в их возникновении. Наличие этих данных послужило основанием для возбуждения следователями уголовных дел по соответствующим статьям УК РФ. В то же время, после проведения пожарно-технических экспертиз и других следственных действий в каждом пятом случае указанная в акте причина пожара не подтверждалась. Это в свою очередь приводило к тому, что результаты проведенного расследования, в том числе выводы пожар-Но-технической экспертизы, адвокаты и суд ставили под сомнение, и следствие неоправданно затягивалось в связи с необходимостью назначения повторных, в том числе комиссионных экспертиз. Учитывая сказанное, представляется необходимым внести изменения в форму акта о пожаре, исключив из него позиции о причине пожара и лице, ви-

  • 227 -новном в его возникновении. Вместо них предлагается в отдельной графе “наличие признаков, характеризующих место возникновения пожара и механизм его возникновения” описывать все выявленные при тушении пожара и его осмотре важные его обстоятельства, которые могут нести информацию о месте и причине возникновения пожара.

Полезная информация об обстоятельствах происшедшего пожара может быть получена также из материалов, которые собираются в ИПЛ УГПС. Согласно п.3.7 “Наставления по работе ИПЛ” [1.18] судам, органам следствия, дознания на основании письменного запроса в УГПС представляются материалы, имеющиеся в ИПЛ по конкретному пожару, а именно: выписка из карточки учета выезда на пожар; техническое заключение по причине пожара; заключение по результатам исследования образцов, изъятых с места пожара; видео-, аудио- и фотодокументы с места пожара. Иным организациям и лицам информация о пожаре предоставляется с разрешения руководства УГПС. Например, А.Я.Качанов [3.137, с.103] придает большое значение для достижения результата в расследовании заключению о причине пожара, и поэтому предлагает использовать такое заключение в качестве документа как источника доказательств. Однако следует учитывать при использовании заключения ИПЛ о причине пожара, что оно не является тем документом, для которого соблюдены процессуальные гарантии достоверности, и оно может рассматриваться лишь в качестве источника ориентирующей информации, которая должна быть перепроверена.

Следует несколько слов сказать о ведомственном расследовании, к которому относятся в первую очередь служебные расследования обс- тоятельств происшедшего пожара комиссиями из числа сотрудников го- ревшего объекта или вышестоящей организации (например, отраслевого министерства). Сюда же может быть отнесено и расследование, осу- ществляемое по фактам пожаров органами Госпожнадзора. Для такого расследования характерны низкое качество выявления преступлений, волокита и ошибки, допускаемые нередко при проведении ведомственных проверок, что прямо способствует тому, что некоторая часть

  • 228 -преступлений оказывается латентными, а преступники остаются безнаказанными. В таких исследованиях акцент делается, как правило, ,на сбор объяснений от людей, а материальная обстановка не исследуется. Следует поддержать высказанное В.А.Образцовым мнение о необходимости глубокой криминалистической проработки проблем предварительных проверок в целях выработки целесообразных методов их подготовки и проведения, взаимодействия при этом следователей и органа дознания [2.226, с. 51].

Только квалифицированное, проведенное с начального этапа с применением самых современных научных и технических средств при соблюдении правовых гарантий исследование обстоятельств возникно- вения и развития пожара поможет установить истину и виновную сто- рону, даже при отсутствии уголовно наказуемых деяний.

ГЛАВА 3. ТЕХНИКО-КРИМИНАЛИСТИЧЕСКИЕ СИТУАЦИИ НА СТАДИИ ПРЕДВА- РИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СОПРЯЖЕННЫХ С ПОЖАРАМИ

3.1. Понятие и виды технико-криминалистических ситуаций

Расследование преступления, сопряженного с пожаром, осуществляется в соответствии с версиями о его причине и других обстоятельствах, определяемыми типовой криминалистической характеристикой с учетом конкретизирующих данных, собранных в ходе производства следственных действий. В раскрытии и расследовании преступлений одним из аксиоматических положений является “ситуационная повторяемость возникновения, существования и исчезновения информации о преступлении - основание для их типизации” [2.19, с.71]. Ныне общепризнано, что процесс возникновения, существования, исчезновения следов преступлений носит ситуационный характер. От того, каковы специфические условия протекания этого многостадийного и мно- гофакторного процесса, зависит не только потенциальная возможность собирания этих следов как источников криминалистически значимой информации, но также и выбор технических средств и методик обнару- жения, фиксация, изъятия и исследования этих следов. И к задачам науки криминалистики как раз и должны быть отнесены анализ таких типичных ситуаций, оценка возможности их расчленения на элементарные .(стандартные) ситуации, поиск типичных потенциальных источников информации о событии, разработка применительно к их особенностям специальных средств и способов обнаружения, извлечения, исследования. оценки и использования информации о преступлении.

Расследование преступления осуществляется в несколько этапов, из которых особое положение занимает первоначальный - “основополагающий для получения следователем объективной информации период выяснения важных обстоятельств происшедшего, когда полностью реализуются рекомендуемые наукой алгоритмические методы в целях быстрого установления и предварительного изобличения виновного лица на основе доказательств, добытых посредством комплексных криминалис-

  • 230 -тических мероприятий” [5.27, с.16]. Каждый этап осуществляемого в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством расследования преступления происходит в определенной ситуации, получившей наименование следственной. Последняя представляет собой “совокупность условий, в которых в данный момент осуществляется расследование, т.е. та обстановка, в которой протекает процесс доказывания…, совокупность следующих групп компонентов: 1) психологического характера… 2) информационного характера… 3) процессуального и тактического характера… 4) материального и организационно-технического характера… “ [2. 28, с. 46].

Следственная ситуация формируется под влиянием различных объективных (имеющаяся и отсутствующая на данный момент доказательственная и ориентирующая информация; способность вещественных доказательств и иных носителей к сохранению заложенной в них информации; возможность использования в расследовании технико-криминалистических средств, тактических приемов и методик; уровень взаимодействия следователя и органа дознания) и субъективных (психологическое состояние следователя и органа дознания, их жизненный и профессиональный опыт, умение анализировать многообразие фактических данных; поведение лиц, проходящих по делу) факторов. Складывающейся следственной ситуацией определяется выбор первоначальных следственных действий, оперативно- розыскных и организационных мероприятий, последовательность их проведения.

Анализ и оценка сложившейся следственной ситуации имеют для следователя чрезвычайно важное значение, так как позволяют: сори- ентироваться во всем многообразии фактов и явлений, характеризующих преступление; выдвинуть версии о местонахождении и виде следов, содержащих криминалистически значимую информацию о событии преступления или отдельных его элементах; выбрать наиболее эффек- тивные технико-криминалистические средства и тактические приемы проведения следственных действий; использовать наиболее действенные формы применения специальных познаний и взаимодействия с орга-

  • 231 -нами дознания; оптимизировать процесс расследования в целом. Известно, что продуктивность мышления при оценке складывающейся ситуации и подходов к решению задачи, а, соответственно, и эффектив- ность последующих действий зависят от познаний субъекта, наличия в его памяти выработанных умений и навыков, опыта работы в подобных, ранее встречавшихся ему ситуаций. То есть речь в данном случае идет о том, насколько эффективно могут быть применены “стандартные” операции, приемы действий, охватываемые познаниями субъекта.

В силу многокомпонентное™ и многофакторности следственных ситуаций выделять из них типичные и, исходя из этого, классифицировать их, по мнению Р.С.Белкина, весьма сложно и вряд ли целесообразно, в связи с чем к практически значимым им отнесены классификации следственных ситуаций по времени возникновения (начальные, промежуточные, конечные), по отношениям между участниками ( конфликтные и бесконфликтные), по отношению к возможности достижения цели (благоприятные и неблагоприятные для расследования) [2.29, с.73-74]. Между тем при классификации следственных ситуаций ни слова не говорится о каких-либо проблемах, которые могли бы быть разрешены с применением специальных познаний. То же замечание может быть высказано и в отношении Л.Я.Драпкина [3.85, с.26-44], классификация следственных ситуаций для которого была одним из основных предметов исследования.

По нашему мнению, наибольшее своеобразие при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, имеют исходные следственные ситуации. Именно их удобнее всего и типизировать. В литературе вы- деляются следующие их разновидности: информация о причинах возник- новения пожара, способе его совершения и личности преступника от- сутствует; имеются сведения о причинах возникновения пожара, способе его совершения, но нет сведений о личности правонарушителя; известны причины пожара, способы его совершения и сокрытия, личность правонарушителя и другие обстоятельства [5.31, с.16; 2.152, с.472]. Для каждой из этих ситуаций характерен определенный набор

  • 232 -мероприятий, планируемых и подлежащих выполнению с целью получения информации, необходимой для установления истины по делу. Поскольку в ходе расследования необходимо осуществить квалификацию преступления и выявить причастных к его совершению лиц, выдвигаются соответствующие следственные версии. Общие версии должны отражать правовые аспекты (умышленные или неосторожные действия, повлекшие по- жар, нарушение правил пожарной безопасности, проявление неконтро- лируемых сил природы), а частные версии - конкретный предполагаемый следователем механизм возникновения горения и его последующего развития. К последним относятся, в частности, типовые версии о возникновении пожара от определенного вида источника открытого пламени, тлеющего табачного изделия, источников зажигания, обус- ловленных природными явлениями или определенными видами аварийных процессов в технологическом оборудовании и электроустановках, а также самовозгоранием материалов.

Некоторые авторы [2.319. с.125-135] перечисленные частные версии именуют не следственными, а экспертными, перепоручая их обоснование эксперту, выполняющему пожарно-техническую экспертизу. Это принципиально неверный подход, который ведет к снижению результа- тивности расследования дел данной категории. Именно следователь должен уже на начальном этапе расследования активно и целенаправленно вести поиск и исследование доказательств, подтверждающих выявленными следами и признаками тот или иной механизм возникновения горения. В этом поиске важна роль специалиста, способного обнаружить и закрепить названные полноценные доказательства.

Известно, что доказательственная информация по делу собирается исключительно с помощью следственных действий. Применение при этом специальных познаний позволяет собирать такую информацию, которая может быть сопоставлена с типовой для преступления данной категории технико-криминалистической характеристикой, в результате чего проверяется правильность выбранного направления в расследовании. Следователю, полагающемуся только на свои собственные познания,

  • 233 -

почерпнутые из справочной и методической литературы, необходимо помнить, что объем выявленной при производстве следственных действий и криминалистически грамотно интерпретированной информации зависит при прочих равных условиях в первую очередь от профессиональной подготовки лица, выполняющего эту работу. Этим и обусловливается целесообразность привлечения специалиста, обладающего такими познаниями, участию в следственных действиях. Для практики актуальнейшей проблемой является обеспечение возможности расширения объема доказательственной и ориентирующей информации, собираемой при участии специалиста-криминалиста, имеющего подготовку в области пожарно-технических исследований, в следственных действиях и в рамках непроцессуальных форм применения своих специальных -технико- криминалистических - познаний.

Применение технико-криминалистических знаний, средств и методов в практике раскрытия, расследования и предупреждения преступлений носит, как правило, ситуационный характер, что обусловлено прежде всего разнообразием решаемых в ходе расследования преступления криминалистических задач, а также широтой спектра современных научных и технических средств, методов, методик, приемов работы с различными объектами, разнообразием решаемых задач, спецификой правового регулирования, особенностями организационно-технического, тактического и методического обеспечения этой деятельности. Большинство разработок методического характера для специалистов и экспертов, учитывая сказанное, исходит именно из того, что названная в них криминалистическая задача будет решаться в определенных, оговоренных условиях, с применением конкретных научных и технических знаний, средств и методов. Мы полностью поддерживаем высказывание З.И.Кирсанова о том, что одной из центральных задач криминалистики должна быть разработка “системы предписаний об оптимальной организации информационно-познавательной деятельности и особенностях применения технико-криминалистических, тактических и структурно- криминалистических методов, приемов и средств собира-

  • 234 -ния, исследования и использования информации для эффективного выявления и раскрытия отдельных видов преступлений” [3.141, с. 53].

Когда говорят о программировании расследования, то обычно имеют в виду “стремление создать немногословные, точные и логически упорядоченные рекомендации, обеспечивающие быстрое и эффективное раскрытие и расследование уголовных дел определенного вида. В сос- таве программы, рассчитанной на реализацию человеком, должны “со- держаться как минимум следующие элементы: 1. Формулировка задачи либо системы конечных и промежуточных задач применительно к исходным данным. 2. Выбор средств и методов решения задачи. 3. Оптимальная последовательность действий о решению задачи. 4. Вспомогательная информация, способствующая решению задачи” [3.303, с.85].

Ситуационный подход в криминалистике разрабатывается преимущественно для того, чтобы оценить, в каких условиях осуществляется в данный момент расследование, какова сложившаяся следственная ситуация. Даже при анализе вопроса об использовании специальных познаний при производстве следственных следственные ситуации классифицируются, как правило по критерию формальности их использования: акцент делается не на существо применяемых специальных познаний, не на характер выясняемых с их помощью фактических данных, а на то, в процессуальной или непроцессуальной форме они применяются и на то, носит ли применение специальных познаний обязательный характер [4.6, с.114]. Даже в подробных схемах классификации следственных ситуаций не отражаются какие-либо проблемы, которые могли бы быть разрешены с применением специальных познаний [3.85, с. 28].

Учитывая комплексный характер условий и специфики применения при расследовании преступлений специальных познаний, В. А. Снетковым и И.С.Юрковым было предложено понятие технико-криминалистической ситуации как ситуации, связанной с применением в ходе и в целях раскрытия, расследования и предупреждения преступлений технико- криминалистических знаний, средств и методов [3.251, с.12-14]. По их мнению, технико-криминалистические ситуации различаются по

  • 235 -цели (собирание, исследование, оценка и использование информации о преступлении), объекту (с видом которого связан выбор применяемых технико-криминалистических знаний, средств и методов), условиям (правовые формы, воздействие внешних факторов). Представляется, что данная категория имеет большое значение не только для теоретических основ криминалистики, но и для криминалистической практики, определяя потребности в соответствующих специалистах, технико-криминалистических и иных средствах содержание и последовательность действий, операций, процедур для решения поставленной задачи. И если раскрытию содержания, динамичности и другим вопросам, относящимся к следственной ситуации, посвящено немало исследований, в том числе и диссертационных, то категория технико-криминалистической ситуации незаслуженно, по нашему мнению, осталась в забвении.

Целевая установка в рамках технико-криминалистической ситуации предполагает наличие определенного объекта осмотра или изучения для выявления определенных (заранее известных или предполагаемых) свойств и характеристик, от чего зависит в свою очередь выбор необходимых знаний, средств и методов, необходимость разбиения процесса осмотра или изучения объекта на несколько стадий и т.д. Си-туационность применения технико-криминалистических знаний, методов и средств должна учитываться уже на стадии их разработки, прогнозировании условий и особенностей их применения в конкретной обстановке с учетом анализа практики расследовании преступлений. Эти условия и особенности нередко характеризуются неблагоприятностью обстановки, дефицитом времени, неудовлетворительным освещением, психологическим стрессом и т.п. Поэтому далеко не идентичными будут условия работы с применением специальных познаний в стационарной лаборатории и непосредственно на месте происшествия. Если эти вопросы найдут отражение в соответствующих методических и инструктивных материалах, то будут созданы объективные предпосылки для повышения эффективности применения специальных познаний в расследовании преступлений, большей результативности работы по поиску и

  • 236 -исследованию источников криминалистически значимой информации.

Следственные действия имеют наибольший удельный вес среди всех выполняемых в ходе предварительного расследования мероприятий, требующих применения специальных познаний. В рамках складывающихся при этом технико-криминалистических ситуаций осуществляются обна- ружение, фиксация и предварительное исследование информативных следов, признаков и предметов. Поэтому применительно к следственным действиям в первую очередь представляется целесообразным расс- матривать вопросы, касающиеся сущности и классификации технико- криминалистических ситуаций, а также связанные с организационным, техническим, методическим и иным обеспечения их реализации. Особенности применения технико-криминалистических знаний, средств и методов в экспертной деятельности, рассмотрены в главе 4.

По нашему мнению, классификация технико-криминалистических ситуаций должна строиться, исходя из имеющейся классификации крими- налистических задач, поскольку каждая такая задача содержит цель, в направлении которой выполняются необходимые действия. В частности, выше было показано, что необходимость в применения специальных познаний является одним из классификационных оснований при расс- мотрении криминалистических задач.

В рамках следственных действий субъектом применения специальных познаний в общем случае могут быть следователь, лицо, осуществляющее дознание, специалист, эксперт (как участник следственного действия), сотрудник оперативной службы, судья. В связи с этим представляется нецелесообразным в качестве одного из оснований классификации (систематизации) технико-криминалистических ситуаций использовать субъекта применения технико-криминалистических знаний, средств и методов, поскольку в оговоренной области (следственные действия и оперативно-розыскные мероприятия) они “равноправны”: их действия не ведут к получению доказательственной информации. В то же время главными основаниями практически полезной классификации следует, по нашему мнению, считать вид мероприятия

  • 237 -(определенное следственное действие или оперативно-розыскное мероприятие), в рамках которого применяются технико-криминалистичес- кие знания, средства и методы, а также конкретную цель их применения в рамках решаемой криминалистической задачи.

Логическим следствием такого подхода, опирающегося на повторяемость ситуаций осмотра мест происшествий и других следственных действий, является алгоритмизация действий субъектов каждой такой технико- криминалистической ситуации, возможность их расчленения на элементарные (стандартные) ситуации. Алгоритмизация действий в оп- ределенных ситуациях объективно способствует повышению результа- тивности этих действий: субъект, руководствующийся таким алгоритмом. заранее знает, что, где и каким образом он может обнаружить и с помощью чего, и поэтому наиболее рационально использует время, силы и средства. Для таких “частных” алгоритмов свойственна достаточно высокая жесткость, тогда как в целом технико-криминалистическая ситуация может характеризоваться эвристическим поиском. Подобные наработки уже появляются применительно к действиям следователя и специалиста. Так, известен алгоритм действий специалиста- криминалиста, участвующего в осмотре места происшествия по таким распространенным преступлениям, как кража из помещений зданий: с учетом типовых конструктивных данных объекта осмотра перечислены рекомендуемые действия специалиста на подготовительной, основной и заключительной стадиях осмотра, конкретизированы элементы вещной обстановки, на которых наиболее целесообразно искать следы прес- тупления и преступника внутри и вне объекта [3.213, с.53-57].

“Разработка программ (алгоритмов) применения криминалистических средств с учетом типовых технико-криминалистических ситуаций на различных стадиях выявления и расследования определенных категорий преступлений” [3.118, с.42] признается в качестве одного из наиболее актуальных направлений совершенствования использования специальных познаний. Из сказанного видна тесная связь криминалистических задач и технико-криминалистических ситуаций, возникающих

  • 238 -в процессе выявления, расследования и предупреждения преступлений. В полной мере это может быть отнесено и к преступлениям, сопряженным с пожарами. Выделение таких ситуаций и алгоритмизация действий лиц, уполномоченных действовать в этих ситуациях с целью выявления криминалистически значимой информации - объективное следствие повторяемости ситуаций осмотра мест пожаров, возможности их расчленения на элементарные (стандартные) ситуации. Последовательное упорядоченное исследование каждого компонента создает объективные предпосылки получения результата исследования ситуации в целом.

По нашему мнению, актуальной является разработка для каждого вида преступлений разработать типовые программированные перечни сведений о том, какая информация, относящаяся к области специальных знаний, может стать необходимой по конкретному виду преступлений (т.е. содержание их технико-криминалистической характеристики), какие признаки и каким способом подлежат фиксации и исследования для получения конкретного вида информации, систему тактических приемов применения полученной доказательственной и ориентирующей информации. Последнему обстоятельству, как правило, не придается должного внимания в существующих методических рекомендациях и пособиях по применения технико-криминалистических знаний, средств и методов. Представляется важным в такие материалы включать и вопросы оценки и возможности использования результатов применения специальных познаний в следственных действиях, а также нежесткие. эвристические вкрапления в алгоритмические блок-схемы [5.27,с.22].

Названные типовые перечни могут составить основу практических пособий и соответствующих учебных материалов, предназначенных для использования при подготовке сотрудников правоохранительных органов с различным профилем деятельности в рамках расследования преступлений. В то же время указанная алгоритмизация действий не должна превращать человека - специалиста - в придаток научных и технических средств, в своего рода робота, не должна сковывать его инициативу и творческий подход, который, как известно, может привести

  • 239 -к разработке новых, более совершенных и эффективных решений. Алгоритм должен отражать современный уровень методических и тактических разработок, который объективно корректируется со временем, по мере появления новых разработок.

По обоснованному мнению И.М. Лузгина криминалистические средства и методы, обеспечивающие собирание, исследование, оценку и ис- пользование для доказывания информации о преступлении и преступнике, разрабатываются под конкретные криминалистические задачи для правильного и полного их решения [3.176, с.62-64]. Поэтому предс- тавляется целесообразным рассматривать вопросы организации и мето- дического обеспечения применения научно-технических знаний, средств и методов в сочетании с криминалистическими задачами, которые возникают в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений и решение которой обеспечивает установление истины по уголовному делу. По нашему мнению, к первоначальному этапу расследования преступления, сопряженного с пожаром, должно отно- ситься решение следующих криминалистических задач:

обнаружение признаков преступления, фиксация, изъятие и обеспечение сохранности следов и других вещественных доказательств;

выявление признаков очага пожара и путей распространения огня;

установление данных об обстановке возникновения, развития, об- наружения и тушения пожара;

установление признаков, характеризующих источник зажигания;

выдвижение версий о причине пожара;

установление фактов пребывания подозреваемых лиц на месте про- исшествия до начала пожара, в ходе его тушения и проведения ава- рийно-спасательных работ;

предварительное выяснение размера ущерба;

установление пожарно-технической характеристики объекта пожара (назначение и особенности использования, характер производства; вид и количество хранящихся материальных ценностей и пожароопасных веществ, их размещение; противопожарный режим и его соблюдение;

  • 240 -характер работ, проводимых до пожара, причины и особенности их проведения; пожароопасные проявления неисправностей оборудования).

Для решения этих задач проводятся первоначальные следственные действия: осмотр места пожара с участием специалиста, а также выемки и осмотра вещественных доказательств и документации объекта. допроса потерпевших и очевидцев, проведения предварительных и экспертных исследований, розыска, задержания, обыска, допроса и, по необходимости, освидетельствования подозреваемых.

С позиций практической целесообразности складывающиеся при этом соответствующие технико-криминалистические ситуации могут быть классифицированы по содержанию деятельности (обнаружение, фиксация, изъятие материальных следов, получение, обработка и использование криминалистически значимой информации) с учетом вида используемых при их разрешении технико-криминалистических знаний, средств и методов, а также организационных и процессуальных форм (следственное действие, экспертиза, предварительное исследование, другие непроцессуальные формы применения специальных познаний). Привязка применения научно- технических знаний, средств и методов к рамкам конкретных следственных действий, и - в особенности - к решению определенных криминалистических задач позволяет более глубоко и полно раскрыть особенности их применения, чем то, как это, как правило, отражается в методических рекомендациях по использованию соответствующих научных и технических средств.

В рамках следственного осмотра места происшествия осуществляются поиск, фиксация различными средствами и способами, а также изъятие информативных объектов для приобщения к делу в качестве вещественных доказательств, в том числе и подлежащих экспертному исследованию. Осмотру подлежат строительные конструкции из различных материалов, несущие следы горения, термического и механического воздействия, следы присутствия людей и совершенных ими действий, вещества и предметы, которые могли использоваться при инициации пожара и др. Выявляются очаговые признаки, следы, характери-

  • 241 -зующие механизм возникновения и развития горения, а также обстоятельства, которые могли этому способствовать. Одновременно осу- ществляется поиск следов и предметов, которые могут нести информацию о лицах, причастных к пожару, и их действиях.

Следственный осмотр предметов и документов, обнаруженных на месте происшествия, позволяет уточнить обстоятельства происшествия, обнаружить существенные для выяснения истины по делу фактические данные и предшествует решению о приобщении осмотренных объектов к материалам дела. Для стадии следственного осмотра могут быть выделены технико-криминалистические ситуации выявления и осмотра следов определенного вида, а также проведения их исследования и анализа результатов осмотра с составлением плана дальнейших действий. Эта стадия собирания доказательств является наиболее ответственной. Прав В.В.Кузнецов, подчеркивая необходимость четкого определения очередности решения задач выявления и фиксации доказательств в зависимости от складывающейся при осмотре ситуации: в условиях осмотра места пожара под дождем в первую очередь следует принять меры по обнаружению и сохранению следов рук и обуви (которые могут быть смыты атмосферными осадками) и затем уже вести поиск оплавленных при коротком замыкании фрагментов электропроводки [3.164, с.140]. Применительно к допросу подозреваемых, обвиняемых, потерпевших, свидетелей и других лиц использование специальных познаний позволяет получить более полную и глубокую информацию о тех неординарных событиях и фактах, описание которых без этого привело бы к утрате этих данных, исключило бы их из процесса расследования. В этом направлении могут быть выделены технико-криминалистические ситуации подготовки к допросу, собственно допроса (в том числе с предъявлением доказательств) и подведения его итогов.

Следственный эксперимент занимает особое место среди следственных действий, проводимых с применением специальных познаний в рамках расследования преступлений, сопряженных с пожарами. Складывающиеся в этой части технико-криминалистические ситуации различа-

  • 242 -ются на подготовительную, относящуюся к проведению опытных действий (с учетом возможного их разнообразия по направленности) и заключительную, в ходе которой анализируются полученные результаты и определяются пути и направления их использования в доказывании.

Кроме того, представляют практический интерес по делам данной категории технико-криминалистические ситуации, складывающиеся при производстве обыска, освидетельствования подозреваемых в совершении поджога лиц и некоторых других действий, в том числе непроцес- суальных. Подробно технико-криминалистические ситуации, возникающие при производстве следственных действий и иных мероприятий, и способы их разрешения охарактеризованы в последующих разделах.

Отметим также, что при исследовании обстоятельств происшествия в рамках следственных действий нередко возникает необходимость в получении информации о нем опосредованно - через модель. Так, в ходе следственного осмотра места происшествия и при анализе его результатов для объяснения механизма образования следов и их связей формируется информационная модель происшествия в целом, его отдельных фрагментов и стадий, поскольку объект познания существовал в прошлом и его уже нет на момент исследования. Сходные проблемы характерны и для следственного эксперимента, в ходе которого осуществляется уже не информационное, а реальное моделирование от- дельных фрагментов и этапов происшествия с целью выяснения его де- талей. Применяется моделирование и в тех случаях, когда объект познания, возможно, может быть в будущем, но его еще нет на момент исследования (например, возможная ситуация при обыске или допросе, моделируемая в ходе подготовки к проведению этих следственных действий). Особенности моделирования в рамках технико-криминалис- тических ситуаций, возникающие при производстве следственных дейс- твий и иных мероприятий, также описаны ниже.

Выявление определенных следов, признаков и предметов, несущих как раздельно, так и в их взаимосвязях, важную информацию об обс- тоятельствах происшедшего события, особенно характерно для работы

  • 243 -на местах пожаров. С учетом особенностей применения специальных познаний при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, представляется целесообразным классифицировать складывающиеся технико-криминалистических ситуации следующим образом:

технико-криминалистические ситуации обнаружения и исследования традиционных криминалистических следов личности и действий прес- тупника;

технико-криминалистические ситуации обнаружения и исследования веществ и материалов с целью диагностирования природы и механизма воздействия, повлекшего изменение их свойств и состояния;

технико-криминалистические ситуации обнаружения и исследования технических средств, предметов и материалов, предположительно ис- пользовавшихся при совершении поджога;

технико-криминалистические ситуации выявления и обобщенного анализа информации об обстановке места происшествия при определении очага (места возникновения) пожара;

технико-криминалистические ситуации выявления и обобщенного анализа комплекса следов и признаков, характеризующих определенные версии причины возникновения горения в очаге пожара;

технико-криминалистические ситуации обнаружения и исследования следов и признаков работы технических устройств в аварийном состоянии;

технико-криминалистические ситуации проведения допроса;

технико-криминалистические ситуации проведения следственного эксперимента;

технико-криминалистические ситуации назначения экспертизы;

технико-криминалистические ситуации проведения обыска.

Перечисленные технико-криминалистические ситуации различаются не только по цели, определяемой криминалистической задачей, но также по условиям и используемым специальным знаниям, техническим средствам и методам. Наряду с этим, одна и та же технико-криминалистическая ситуация может возникнуть в разных следственных дейс-

  • 244 -твиях. например, при осмотре места происшествия, при обыске или в следственном эксперименте. Сведения о типичных для расследования криминальных пожаров технико-криминалистических ситуациях приведены ниже, по мере изложения материала, связанного с организацией и методикой применения специальных познаний в рамках конкретных следственных действий.

3.2. Технико-криминалистические ситуации при производстве

следственного осмотра

В законе (ст. 178 УПК РСФСР) подчеркивается, что осмотр места происшествия, предметов и документов проводится в целях обнаружения следов преступления и других вещественных доказательств, выявления обстановки происшествия, а равно иных обстоятельств, имеющих значение для дела. Общим и специальным вопросам подготовки и про- ведения следственного осмотра посвящено множество исследований и публикаций известных криминалистов, среди которых В.Д. Арсеньев, Р.С.Белкин, И.Е.Быховский, А.Н.Васильев, А.И.Винберг, С.А.Голунс- кий, В. А. Колмаков, Б. М. Комаринец, А.А.Леви, Н.И.Порубов, А. Р. Ратинов, Н.А.Селиванов, М.П.Шаламов, Б.И.Шевченко, И.Н.Якимов и др. Этому же посвящены две докторские диссертации [4.3; 5.75].

В настоящем разделе рассматриваются преимущественно специфические вопросы организационно-технического и информационно-методического обеспечения следственного осмотра, которые, как свидетельствует практика, часто упускаются из вида, что негативно отражается на результатах расследования преступлений, в частности, сопряженных с пожарами. По нашему мнению, актуальность подготовки новых пособий по осмотру места происшествия, тем более для конкретного вида преступлений, непреходяща, поскольку предполагает отражение в них анализа практики исследования мест таких происшествий и реко- мендаций по применению вновь разрабатываемых научных и технических

  • 245 -средств. Место происшествия является главным источником наиболее объективной информации о преступлении. Как справедливо отметил Н.А.Селиванов, “обстановка места происшествия, как правило, содержит достаточное количество признаков, необходимых для получения ответов на вопросы: что произошло - преступление или случайное со- бытие; если преступление, то каков его механизм; при каких обстоя- тельствах совершено” [2.281, с. 89].

Происшествие по своему смысловому значению представляет собой событие, нарушившее обычный ход вещей [2.227, с.601]. Пожар сам по себе составляет суть такого события, суть происшествия, поскольку на начальной стадии расследования, как правило, признаки преступления неочевидны. Поэтому правомерно, по нашему мнению, осмотр места такого происшествия именовать осмотром места пожара. Местом происшествия, сопряженного с пожаром, может считаться площадь, в пределах которой наблюдаются следы горения, оплавления, разрушения конструкций и других повреждений, обусловленных пожаром. При установлении обстоятельств преступлений, сопряженных с пожарами, основным объектом изучения является собственно место пожара как совокупность следов, предметов, материалов и оборудования со следами, несущими информацию об этих обстоятельствах. К общим принципам проведения следственного осмотра А.И.Винбергом отнесены “непосредственность восприятия, сосредоточенность и внимательность лица, производящего осмотр, наблюдение, описание признаков и другие способы фиксации, последовательность осмотра, статическая и динамическая стадии, планомерность осмотра, правила сохранения следов, имеющихся на вещественных доказательствах, применение научно-технических приемов и средств при осмотре и т.п.” [2.54, с.23-24]. Заметим, что эти же принципы отнесены им и к экспертному осмотру.

С гносеологической точки зрения осмотр места происшествия представляет собой сложную целенаправленную познавательную дея- тельность человека, в ходе которой реализуется единство чувственного познания с абстрактно-логическим мышлением. С учетом ситуаци-

  • 246 -онности, многовариантности обстоятельств, складывающихся при осмотре, важна и необходима разработка теоретических и методических вопросов его проведения и использования полученных результатов.

В современном понимании следственный осмотр представляет собой не только процесс восприятия и фиксации обстановки места происшествия, но и первый этап его криминалистического исследования [5.10, с.12]. “В познавательном плане установление данных о вине как элементе предмета доказывания по делу должно происходить с самого начала расследования и составлять одну из задач осмотра” [3.225, с.35]. В материальных следах на предметах вещной обстановки места пожара запечатлевается потенциальная информация о связанных с ним обстоятельствах, для установления сведений о которых ее необходимо извлечь. Именно в этих целях проводятся изучение топографии места пожара, обнаружение и изучение в пределах возможного непосредственно на месте различного рода следов, их фиксация и в необходимых случаях изъятие. Криминалистическое исследование места происшествия не заканчивается следственным осмотром, а продолжается при следственном осмотре предметов и следов, проверке показаний на месте, следственном эксперименте и при других следственных действиях. В результате появляется возможность быстро получить дополнительную криминалистически значимую информацию, что создает объективные предпосылки для более четкого обоснования следственных версий, для исключения утраты вещественных доказательств и в целом для сокращения срока вынесения законного решения по делу.

В литературе ведется полемика о том, может ли являться место происшествия объектом экспертного исследования по уже назначенной пожарно-технической экспертизе. Мы придерживаемся мнения, что изу- чение места происшествия экспертом должно проводиться исключительно в рамках первичного или дополнительного следственного осмотра с составлением соответствующего протокола и соблюдением всех предусмотренных законом процедур. При этом все новые, ранее не за- фиксированные в материалах дела фактические данные, которые экс-

  • 247 -перт обнаружит во время своей работы, должны быть отражены в протоколе дополнительного осмотра места происшествия с участием экс- перта, поскольку иначе производство такой экспертизы не будет со- ответствовать нормам уголовно-процессуального законодательства.

Таким образом, если говорят о месте происшествия как объекте экспертизы, то это означает, что место происшествия не было должным образом осмотрено и исследовано в рамках следственного осмотра следователем самостоятельно или с участием специалиста, и при этом не были обнаружены те самые объекты, которые в дальнейшем могли бы играть роль вещественных доказательств непосредственно или пройдя стадию их экспертного исследования. Именно опасение подобных не- достатков в работе следователя и объясняет, на наш взгляд, стрем- ление придать месту происшествия статус объекта экспертного иссле- дования. Так, Т.М.Самарина в такой попытке отмечает: “При экспертном исследовании вещественных доказательств во многих случаях у эксперта возникает необходимость выяснить, где и при каких обстоятельствах эти вещественные доказательства обнаружены и изъяты, каков был их первоначальный вид и расположение по месту обнаружения и что представляет собой место происшествия” [3.236, с. 66].

Перечисленные сведения о состоянии и местонахождении вещественных доказательств должны были бы быть указаны в протоколе следственного осмотра места происшествия, и тогда отпала бы необходимость в уточнениях. По мнению И.С.Таубкина, “после обязательного участия в осмотре места происшествия и связанных с этим процессуальным закреплением его вещной обстановки и изъятием вещественных доказательств эксперты могут переходить к его экспертному осмотру. По делам о пожарах и взрывах он является начальной стадией экспертного исследования, завершающегося затем в лабораторных условиях” [3.271, с.80]. Однако, из сказанного неясно, какие осно- вания принимаются во внимание для решения вопроса о целесообразности окончания следственного осмотра, а также для разграничения пределов исследования обстановки места происшествия в рамках

  • 248 -следственного и экспертного осмотра.

Место происшествия - главный источник наиболее объективной ин- формации об обстоятельствах пожара, и большинство фактических данных можно установить уже непосредственно при его осмотре, а также путем производства других следственных действий (в первую очередь неотложных). Неверной является распространенная практика, когда после поверхностно проведенного осмотра места пожара задачи опре- деления очага и причины пожара перекладываются на эксперта, который не побывал на самом пожарище, но получил постановление о назначении пожарно-технической экспертизы. Эксперт исследует только те объекты, которые в установленном порядке собраны при проведении следственных действий и представлены в его распоряжение следователем, и поэтому не сможет исследовать те объекты, которые остались не обнаруженными на месте происшествия, не описанными надлежащим образом в протоколе следственного осмотра и не изъятыми для приобщения к материалам дела в установленном порядке. И поэтому экспертный осмотр не может заменить собой осмотр следственный.

В соответствии с положениями уголовно-процессуального законо- дательства при осмотре места пожара преследуются следующие цели:

фиксация всех наблюдаемых и обнаруженных следов, предметов, материалов и оборудования, имеющих значение для дела, в том состо- янии, какое они имеют на момент осмотра;

обнаружение следов преступления и других вещественных доказательств, имеющих отношение к преступлению, возможному преступнику;

выяснение сведений об обстановке происшествия в предшествовавший пожару период и во время пожара, а также об иных обстоятельствах, имеющих значение для дела.

Если информативные предметы и следы не были обнаружены и за- фиксированы своевременно и должным образом, то эти упущения могут затруднить расследование либо вообще сделать невозможным достижения его результата. Как показало проведенное исследование, нередки случаи, когда протокол осмотра места пожара настолько поверхнос-

  • 249 -тен. что не несет практически никакой информации о пожаре. Иногда в протоколе объемом всего в пол-листа называется адрес сгоревшего жилого дома и указывается, что “дом сгорел примерно наполовину. Место пожара представляет собой груду обгоревших бревен. Вещественных доказательств не обнаружено” [2.103, с.26]. Какова перспектива установления причины пожара и виновных лиц при таких обстоятельствах. нетрудно догадаться. Следует полностью согласиться с высказыванием Л.В.Виницкого о том, что “при описании вещественных доказательств нужно стремиться к их индивидуализации, то есть за- печатлению, по возможности, определенного комплекса общих и частных признаков, разработанных криминалистической наукой. Это должно исключить возможность их подмены или даже появления такого предпо- ложения” [4.3, с.134]. И наоборот, бывает, что в протокол осмотра места происшествия вносятся выводные сведения о местоположении очага пожара и направлениях распространения горения.

Наблюдаемое при следственном осмотре оценивается не только как источник информации о том или ином факте, но и как возможное дока- зательство, имеющее значение для установления истины по делу. Поэ- тому А.А.Эйсман выделял в этом процессе две стороны: информационную и логическую [2.340, с.95]. То есть, результат наблюдения во многом зависит от того, как субъект наблюдения истолкует воспринимаемое органами чувств. Следы пожара, которые могли бы быть исследованы с помощью специалистов и экспертов, невозможно заменить показаниями свидетелей или другими доказательствами.

Для следственного осмотра характерно использование метода мысленного моделирования исходной криминальной ситуации, которое затем находит отображение в виде схематических планов места происшествия, зарисовок узлов и деталей [2.195, с.19].

В зависимости от непосредственной цели и объекта следственного осмотра могут быть выделены следующие технико-криминалистические ситуации, когда необходимо использование специальных познаний:

обнаружения традиционных криминалистических следов личности и

  • 250 -действий преступника (преимущественно трасологических следов, наслоений веществ, предметов);

обнаружения технических средств, предметов и материалов, пред- положительно использовавшихся при совершении поджога;

выявления признаков очага (места возникновения) пожара;

выявления следов и признаков, характеризующих определенные версии причины возникновения горения в очаге пожара;

обнаружения следов и признаков работы технических устройств в аварийном состоянии.

Подробное описание “технологии” выполнения указанных действий при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, в зависимости от поставленной цели приведено в литературе [2.104; 2.256].

От того, насколько полно и точно отражена обстановка места пожара в протоколе осмотра места происшествия и приложениях к нему, во многом зависит перспектива объективного доказывания и вьиесения правильного правового решения по делу. Квалифицированное обнаружение и описание следовой картины на месте пожара - задача, в значительной мере ложащаяся на специалиста, участвующего в этом следственном действии. На основании результатов осмотра устанавливаются причинные связи между явлениями, вызвавшими образование соответствующих следов, и составляется предварительное мнение о значении тех или иных объектов и явлений для решения задачи установления причины пожара. Правильно, по нашему мнению, подчеркивает В.М.Тер-тышник ту существенную роль, которую выполняет в следственном осмотре специалист [3.272, с.82-84]. Нельзя также не учитывать стремление специалиста к активизации своей позиции, проявлении инициативы. Интересный результат выборочного опроса экспертов-криминалистов и следователей приведен В.В.Степановым и Е.П.Фирсовым: 99 % из опрошенных считают свою роль основной в обнаружении материальных следов расследуемого события, причем эту точку зрения поддерживают 52,3 % следователей [3.263, с.42]. На это в некоторой степени подталкивает экспертов-криминалистов “Наставление по рабо-

  • 251 -те экспертно-криминалистических подразделений…”.

Взаимодействие участников СОГ, и в первую очередь следователя и лица, выполняющего функции специалиста, при осмотре места проис- шествия подразумевает прежде всего самостоятельность действий каждой из сторон в пределах своей компетенции с учетом неравенства их в организационном плане: в соответствии со ст. 127 УПК РСФСР сле- дователь является руководящим и ответственным лицом за порядок, соблюдение законности при производстве следственных действий и опосредованно - за их результативность. Однако если в практической работе специалист будет неуклонно исходить из данного тезиса, то требуемой результативности далеко не всегда удастся достичь.

Анализ практики показывает, что далеко не каждый участник СОГ имеет необходимую специальную подготовку, соответствующий практический опыт и навыки для результативной поисковой работы на пожарище. Недостаточно иметь только общие представления о том, что такое пожар и от каких источников может возникнуть горение. В ходе расследования предстоит выяснить, имеет ли данный пожар криминальную природу, в частности, имел ли место поджог, для подтверждения версии о котором еще предстоит выявить и исследовать следы взлома преград, отпечатки обуви и пальцев рук, следы локального выгорания веществ, предполагаемые остатки средств поджога или признаки инсценировки причины пожара под случайную, не связанную с умышленными действиями. Такого рода следы могут встретиться при осмотре наряду с “пожарными” следами при осмотре места происшествия, но специалист, хотя и хорошо разбирающийся в технически обусловленных причинах пожаров, но не имеющий криминалистической подготовки, может не обратить на них внимания. Следует прислушаться также к замечанию И.И.Шашурина о том, что в качестве специалистов при осмотре места происшествия не следует привлекать работников предприятия, на котором произошел пожар, ибо если они по характеру своих служебных обязанностей должна обеспечивать соблюдение действующих правил пожарной безопасности [3.285, с. 58].

  • 252 -По нашему мнению, при подготовке, проведении и подведении итогов следственного осмотра места происшествия со следами пожара должны соблюдаться следующие принципы.

1) Осмотр места пожара должен быть проведен как можно раньше. Недопустимо откладывать проведение осмотра по каким-либо основаниям (например, из-за отсутствия специалиста, вследствие неудобных условий работы и др.). Ссылки на так называемые объективные обсто- ятельства. обусловившие якобы невозможность безотлагательно провести следственный осмотр, не могут приниматься во внимание в качестве оправдания того, что следствие зашло в тупик или затянулось по времени. Подобные трудности, не преодоленные своевременно, в дальнейшем влекут значительно большие затраты сил и времени на поиск истины непрямым путем. Если пожар произошел или ликвидирован в темное время суток, то первичный осмотр в той степени, насколько это возможно технически и организационно, должен быть проведен сразу же с обеспечением искусственного освещения. На следующей же день следует провести повторный осмотр, тщательно сопоставив результаты наблюдений с данными первичного осмотра, учитывая, что что-то может измениться на месте происшествия самопроизвольно или в результате действий заинтересованных лиц. Необходимо стремиться к тому, чтобы на месте происшествия собрать и сохранить максимум полезной информации, предотвратив возможность ее утраты по объективным и субъективным причинам, и на основе собранного материала выдвинуть подлежащие отработке следственные версии об обстоятельствах происшествия. Эффективное использование специальных познаний при этом создает предпосылки для ускорения установления обстоятельств, важных для правильного разрешения дела. 2) 3) Обеспечение сохранности следов и других вещественных дока- зательств является обязанностью следователя и оказывающего ему по- мощь эксперта-криминалиста. Они совместно должны оптимальным образом решать возникающие вопросы в отношении того, следует ли изымать сам объект-носитель следа целиком, либо ограничиться изъятием 4)

  • 253 -только части такого объекта, собственно на которой расположен след. или же скопировать след. В частности, если применение того или иного способа изъятия или копирования следа либо объекта-носителя следа может привести к повреждению самого следа, то эксперт- криминалист обязан предупредить об этом следователя. Еще Г. Гросс отмечал, что при осмотре места происшествия прежде, чем дотронуться до чего-либо, надо его описать и сфотографировать, и, кроме того, в протоколе осмотра надо упоминать не только о том. что найдено, но и о наиболее важных отрицательных обстоятельствах для того, чтобы было ясно, что ничего не упущено [2.83. с.21].

На начальном этапе расследования бывает затруднительным решить вопрос о роли некоторых следов, предметов и документов, которые могут приобрести значение вещественных доказательств на более поздней стадии расследования, например, в связи со выяснением новых обстоятельств. Поэтому не следует спешить с отбрасыванием ненужных, казалось бы, на данный момент объектов, поскольку без про- цессуального закрепления и сохранения они будут безвозвратно утра- чены как источники доказательственной информации. Многое на этой стадии зависит от опыта и интуиции следователя, от помощи ему в построении и проверке версий в отношении личности преступника и обстоятельств совершения преступления со стороны эксперта-кримина- листа и сотрудников оперативных служб. Необходимо учитывать воз- можную взаимосвязь следов пожара и следов преступника и преступле- ния, их наложение, ретуширование (например, наслоение копоти на следы обуви или пальцев рук). Как показало исследование, последнему обстоятельству, к сожалению, на практике часто не придают должного внимания, полагая, как правило, что пожар возник по случайной причине, в особенности, при отсутствии явных следов насилия. В ре- зультате при изъятии чего-либо из следов пожара (например, обго- ревших досок) могут быть утеряны следы преступления.

Важно, чтобы при работе со следами и иными объектами не происходило уничтожение или нарушение их состояния, а также изменение

  • 254 -свойств других, менее заметных и броских следов. Для этого при обнаружении и фиксации следов следует пользоваться прежде всего теми методами и способами, которые в минимальной степени искажают, нап- ример. состояние поверхности строительных конструкций и предметов интерьера, прежде всего, в тех местах, где наиболее вероятно наличие следов, оставленных преступником или орудиями преступления. К таким методам и способам, характеризующимся меньшим разрушающим воздействием на следы, являются прежде всего оптические, для реа- лизации которых применяются лупы и микроскопы, усиленное местное освещение, подсветка косопадающими лучами и т.д.

3) Обеспечение безопасности участников следственного осмотра. Поиск информативных следов и других вещественных доказательств при осмотре пожарища отличается от работы на местах происшествий, не связанных с пожарами, большей трудоемкостью, тяжелыми, а порой и опасными условиями для участников осмотра. Он обычно сопряжен с разборкой и расчисткой остатков обгоревших и разрушенных строительных конструкций, оборудования и предметов вещной обстановки, с тщательным просмотром и просеиванием так называемого пожарного мусора, с промывкой полов и поверхностей других ограждений с целью поиска специфических следов обгорания, с отбором проб веществ и материалов для последующего лабораторного исследования в условиях, когда площадь осматриваемого пожарища загазована раздражающими и токсичными веществами, строительные конструкции и оборудование могут рухнуть или провалиться под ногами. Поэтому при консультативной помощи специалиста руководитель осмотра должен принять меры обеспечения безопасности членов следственно-оперативной группы, приступающей к осмотру сгоревшего объекта. Необходимые меры безопасности описаны в литературе [2.104]. 4) 5) Наличие у группы осмотра комплекта инструментов, снаряжения и оборудования для проведения раскопок и расчисток, выполнения не- которых измерений при фиксации обстановки на месте пожара, обнару- жения и изъятия вещественных доказательств, отбора и упаковки проб 6)

  • 255 -различных объектов и образцов для сравнительных исследований, является также важным условием, без которого результативность осмотра места пожара не будет обеспечена. Инструмент может понадобиться также при прокладывании путей сквозь завалы и при ликвидации аварийных ситуаций, которые могут возникнуть в ходе осмотра.

Частично названные потребности учтены приказом МВД РФ N 359 от 29.07.93 г. [1.17] “Об утверждении типовых норм положенности тех- нических средств для постоянно действующих следственно-оперативных групп по расследованию крупных пожаров”, в соответствии с которым каждый член СОГ должен иметь чемодан для осмотра места происшествия, фотоаппарат, фотовспышка, фотоэкспонометр, репортерская сумка. малогабаритный магнитофон, спасательный пояс, карабин пожарный, электрический фонарь, аптечку автомобильную, перчатки резиновые. Кроме того, на СОГ в целом предусматривается предоставить автомобиль УАЗ АЛП-5. видеокомплект Панасоник. 20 видеокассет. 100 аудиокассет. ПЭВМ PC AT, ультразвуковой дефектоскоп УК-10 ПМ. измерительный мост постоянного тока, мегомметр Е-6-16. клещи токоиз-мерительные Ц-92, универсальный газоанализатор УГ-2 с набором индикаторных порошков “углеводороды нефти”, “ацетон”, “этиловый спирт”, “бензин”, комплект для тонкослойной хроматографии, измеритель дозы радиоактивного излучения ИД-1, универсальный набор слесарных инструментов, фонарь электрический пожарный групповой ФЭП-Г, ультрафиолетовый осветитель, набор электрозащитных средств для перерезания проводов (резиновые перчатки и галоши), рукавицы брезентовые, селективный металлоискатель, лопаты (штыковая, совковая) и лом. пилы-ножовки по металлу и дереву. Рекомендации по дополнительному оснащению приведены в литературе [2.104]. Его наличие позволяет собрать существенный объем информации о пожаре, чем окупаются сторицей дополнительные затраты сил и средств и сил.

5) Порядок проведения осмотра связан прежде всего с видом и назначением объекта, подлежащего осмотру, его состоянием после по- жара, то есть степенью его разрушенности, а также выдвинутыми вер-

  • 256 -сиями о причине пожара. Как в расследовании в целом, так и при осмотре места происшествия, в частности, руководствуются принципом целесообразности действий. Во всех случаях вначале проводится только визуальное обследование объекта, а затем, при необходимости, используются простые и сложные научно-технические средства и методы для проведения измерений геометрических характеристик и более сложных свойств предметов и материалов, для отбора проб на экспертное исследование. При осмотре места пожара, характеризующихся, как правило, разрушениями и беспорядочным расположением содержимого, ориентирующая привязка для отражения в протоколе осмотра осуществляется по постоянным ориентирам (стена, дверь, окно, печь и т.п. Поскольку горение развивается преимущественно в восходящем направлении, при поиске очага пожара во всех случаях следует стремиться обнаружить самую нижнюю точку, самый нижний уровень, где имеются следы горения в виде обгораний, сквозных прогаров и т. п. Для этого требуется расчистка пожарного мусора с удалением и просеиванием его, а также с промывкой пола, которая позволяет наиболее контрастно выделить участки со следами термических повреждений. По сравнению с содержимым помещения, его стенами и тем более потолком в ходе пожара пол, как правило, повреждается в меньшей степени, что объясняется меньшей интенсивностью термического воздействия на него. В отсутствии горючей жидкости доски пола загораются не с верхней плоскости, а с кромок, которые быстрее прогреваются от внешнего термического воздействия. Под предметами интерьера пол может остаться неповрежденным, на нем могут сохраниться паркет, ковровое или линолеумное покрытие. Наряду с этим следует напомнить, что наиболее общая закономерность восходящего развития горения из очага пожара проявляется не всегда. При изучении состояния строительных конструкций особое внимание должно уделяться пустотелым конструкциям, по которым огонь и дым способны весьма быстро распространяться. Они подлежат тщательному обследованию для выяснения характера их обгораний при пожаре. Все данные такого ха-

  • 257 -рактера должны наноситься на поэтажные планы здания, что необходимо для установления очага пожара. В соответствии с классификацией объектов пожара применительно к задачам осмотра рекомендации, уточняющие общие положения осмотра, приведены в литературе[2.104]. Технико-криминалистические ситуации при осмотре места происшествия могут варьироваться в зависимости от состояния объекта:

  • при частичном повреждении пожаром объекта, признаках локального выгорания и термического повреждения обстановки местоположение его очага, как правило, достаточно очевидно, и обычно не требуется применения специальных поисковых средств, а проведение осмотра не представляет больших сложностей;.
  • при полном выгорании содержимого и сохранении целостности ограждений (стен здания, каркаса сооружения или автомобиля) работа существенно осложняется, и такой объект пожара подлежит тщательному обследованию, в котором важна роль специалиста, которому необходимо сориентироваться в следах и признаках, характеризующих динамику пожара и местоположение его очага. Осмотр проводится последовательно в пределах каждого помещения с перемещением по радиусу или по спирали, постепенно продвигаясь к месту предполагаемого очага пожара. Пожарный мусор извлекается на свободное пространство и тщательно осматривают, извлекая из него по мере обнаружения все то, что может иметь отношение к причине пожара;
  • при полностью сгоревшем и разрушенном в процессе пожара объекте для того, чтобы доискаться до очага пожара, необходимо особенно осторожно проводить послойную разборку пожарного мусора и остатков конструкций, стараясь избежать путаницы с принадлежностью обнаруживаемых предметов тому или иному этажу, агрегату и т.д. При этом следует учитывать, что бессистемная разборка пожарного мусора и расчистка при сильном пожаре, как правило, не имеет смысла, пос- кольку может занять слишком много времени и затянуть начальный этап расследования. Прежде всего необходимо проанализировать уже имеющиеся сведения по пожару и определиться с местом, где может
  • 258 -находиться очаг пожара с тем, чтобы именно с этой зоны и начинать расчистку. Осмотр должен охватывать всю площадь пожара и осуществляться путем методичного обследования каждого участка без пропусков. перемещаясь от периферии, с мало поврежденных пожаром мест к центру (месту наиболее сильных разрушений) или наоборот. Движение в противоположном направлении на пожарах, как правило, неосуществимо, поскольку сразу определиться с местоположением наиболее поврежденной зоны сложно, а нередко и опасно. Некоторые специалисты предпочитают последовательно осмотреть состояние уцелевших строительных конструкций, после чего переключиться на электро- и технологическое оборудование. Главное при осмотре - не пропустить какого-либо участка, который может оказаться самым информативным).

6) Версионный характер осмотра. Порядок осмотра места происшествия определяется в соответствии с избранной исходной криминалистической характеристикой расследуемого преступления и - в первую очередь - типовыми версиями об очаге и механизме возникновения пожара, других его обстоятельствах. Основанием для их выдвижения являются сообщение о пожаре и сведения, полученные на месте пожара от очевидцев и других лиц, данные о планировке, назначении, характере эксплуатации объекта и сведения, полученные от личного состава пожарных подразделений, участвовавших в аварийно-спасательных работах и тушении пожара. Порядок осмотра места происшествия при этом условно может быть назван версионным: имея ряд обоснованно выдвинутых версий и зная, какие в соответствии с ними с технико-криминалистической характеристикой следы и признаки свойственны каждой из них, участники осмотра исследуют прежде всего те участки, где наиболее вероятно обнаружение соответствующих следов и признаков. Это приводит к возникновению у участников осмотра “своеобразного психологического состояния - эффекта ожидания” [5.33, с. 10]. Как подчеркнул А.А.Эйсман, “при случайном поиске легко не заметить того, что позднее окажется важным. Значительно более эффективен целенаправленный поиск доказательств, основанный на опре-

  • 259 -деленной внутренней программе, вытекающей из существа расследуемого дела” [2.341, с. 97].

Фиксируются и обнаруженные при осмотре не ожидавшиеся первоначально следы, которые могут подкрепить уже выдвинутую или иную версию. Это создает объективные предпосылки для того, чтобы поиск и изъятие одних следов не приводили к уничтожению или порче других. Целенаправленность действий при осмотре способствует повышению его результативности и сокращению сроков, чем с избытком компенсируются затраты времени и сил на подготовительном этапе осмотра.

Так. при обнаружении в сгоревшем помещении трупа могут быть выдвинуты следующие типовые версии: сокрытие с помощью поджога ранее совершенного убийства; убийство, совершенное путем поджога; неосторожное обращение потерпевшего с огнем при курении; нарушение правил пожарной безопасности при эксплуатации электроприборов. Версии об убийстве могут быть уточнены при наличии следов насилия на трупе (колотые и резаные раны, связанные конечности и др.). Используя знание закономерностей образования различных материальных следов и полученные сведения об обстоятельствах совершенного преступления, учитывая особенности конкретного места происшествия, следователь и специалист выдвигают наиболее вероятные версии о способе совершения преступления, путях передвижения преступников и потерпевших, пространственно-временную последовательность их действий; определяют объекты, возможно находившиеся в контакте с преступником, наиболее вероятные места расположения следов, разделяют место происшествия на участки в соответствии с предполагаемой локализацией следов, определяют последовательность исследования. Далее в ходе осмотра, постепенно накапливая информацию, следует постоянно конкретизировать действия, корректируя по необходимости последовательность и методику осмотра места происшествия. В то же время нельзя не учитывать, что гибель человека может быть связана со случайным стечением обстоятельств, в частности, с его собственными умышленными или неосторожными действиями.

  • 260 -

Наряду с изучением состояния крупноразмерных строительных конструкций и оборудования и участков местности в ходе осмотра места пожара проводится и осмотр отдельных предметов и документов позволяет выявить такие сведения, которые могут характеризовать как сами эти предметы, так и их связь между собой, а также с механизмом совершения и способом сокрытия преступления. При раскопках и расчистках пожарного мусора могут быть обнаружены предметы, которые подвергаются осмотру в целях обнаружения следов преступления и других вещественных доказательств: различные вещи, ценности, бывшие объектом преступной деятельности, орудия преступления, одежда подозреваемого, обвиняемого или потерпевшего, части одежды или принадлежности и другие предметы. Ими могут являться не только те предметы, которые обнаружены и изъяты с места происшествия, но также и поступившие иным образом, например, путем добровольной выдачи, обнаружения при обыске и т.д.

7) Выяснение относимости к событию следов и предметов, несущих криминалистически значимую информацию. Изъятие следов и предметов на месте происшествия следует дополнять их исследованием как элементов, составляющих целостную вещную обстановку места происшествия. Они должны тщательно изучаться еще в ходе следственного осмотра места происшествия с отражением при этом в составляемом протоколе наиболее общих, очевидных признаков (габаритные размеры, цвет, характер повреждений, маркировочные данные и т.п.). Такие сведения могут быть внесены в соответствующее постановление о приобщении осмотренных объектов к делу в качестве вещественных доказательств. Этим, естественно, не исключается, что в дальнейшем отдельный осмотр предметов и документов будет осуществлен в более подходящей, удобной обстановке, при наличии требуемых приборов, материалов и других технических средств. Применяемые при этом технические средства и приборы должны быть представлены участникам осмотра, описаны должным образом в протоколе осмотра. Но при необходимости и наличии при первоначальном осмотре соответствующих

  • 261 -возможностей не следует ограничиваться фиксацией только очевидных, хорошо различимых следов. Необходимо принять меры к обнаружению малозаметных следов, выявляемых в ходе предварительных исследований с помощью специальных средств и способов (при проведении расчистки так называемого пожарного мусора, вскрытия стен, полов и других строительных конструкций, применения источников ультрафиолетового излучения, магнитометрических приборов, тепловизоров, переносных газоанализаторов и др.). Нередко именно такие следы могут иметь большую идентификационную и доказательственную значимость.

Относимость обнаруженных следов и предметов к расследуемому происшествию является важнейшей характеристикой, поскольку без ус- тановления ее можно направить следствие по ложному пути. Уже на первых шагах расследования возможно и необходимо дифференцировать следы, оставленные преступником и характеризующие его личность (а также орудия преступления, способ совершения преступления), от следов, оставленных потерпевшим или совместно с ним проживающими лицами, или вообще посторонними, не имеющими отношения к данному преступлению. То же касается таких объектов, как найденные на месте происшествия остатки проводов и кабелей, электронагревательные и другие предметы, приборы и материалы. Их изучение позволит зна- чительно сократить затраты времени на организацию целенаправленного поиска преступника и избежать неоправданного назначения экспертизы указанных следов и предметов. В полной мере решение вопроса об относимости вещественных доказательств, однако, может потребовать собирания дополнительных сведений и документации, и даже проведения экспертных исследований.

По общим правилам следственный осмотр места пожара разбивается на следующие стадии: подготовительная стадия (включающая общий осмотр); детальный (динамический) осмотр; заключительная стадия. Мы поддерживаем мнение Л.В.Виницкого [5.10, с.27] о нецелесообразности выделения статического осмотра в отдельную стадию осмотра места происшествия, поскольку она во многом охватывает подготовительные

  • 262 -мероприятия, а основной объем криминалистически значимой информации добывается в ходе динамического осмотра, когда на месте пожара проводятся расчистки, разборки завалов и другие действия, необходимые для получения доступа ко всем следам и предметам, которые могут нести информацию о происшествии. На подготовительной стадии содержание и объем работ во многом зависят от квалификации специалиста, принимающего участие в данном следственном действии. Опираясь на свои специальные познания, специалист визуально по внешним признакам оценивает планировку объекта пожара (например, наличие в здании вентиляционных и кабельных каналов, технологических проемов, пустот в конструкциях) и степень его повреждения, определяет те участки, на которые следовало бы в дальнейшем обратить более пристальное внимание, оценить возможность внесения каких-либо изменений в первоначальную обстановку в процессе тушения пожара и проведения спасательных работ. К подготовительной стадии относится и работа специалиста на месте пожара в процессе его тушения, когда он имеет возможность наблюдать и оценивать динамику пожара, интен- сивность горения и дымовыделения в разных зонах пожарища.

При наличии возможности проводится ознакомление с технической и служебной документацией объекта пожара: генеральным планом, строительными чертежами, схемой технологического процесса, снабжения водой, теплом и электроэнергией. Также изучаются эксплуатационные журналы по оборудованию, журналы учета огнеопасных работ, регистрации принятия объекта под охрану по окончании работы.

В протоколе осмотра места пожара на этом этапе отражаются наиболее общие данные: вид и назначение объекта пожара, его адрес и местонахождение (с привязкой к элементам окружающей обстановки: улицам, реке, горе или холму, воздушной линии электропередачи и т.д.), ориентацию по сторонам света. Для объекта пожара указываются: этажность, материалы ограждений и несущих строительных конструкций, вид системы отопления, трассировка линий питания осветительной и силовой сетей, другие особенности объекта пожара.

  • 263 -

С участием специалиста следователь проводит опросы очевидцев и других свидетелей по самым общим данным о пожаре с целью решения вопроса о необходимости проведения оперативно-розыскных мероприятий, о возможных опасных факторах, могущих встретиться при проникновении следственно-оперативной группы внутрь объекта. Может возникнуть вопрос о необходимости подключения к осмотру других специалистов: энергетиков, химиков, токсикологов, технологов и т.д. Выясняются обстоятельства обнаружения пожара, первых действиях обнаруживших его лиц, использования первичных средств пожаротушения, а также особенности развития пожара, то, какие изменения были внесены в обстановку после тушения и кем (в дальнейшем эти вопросы могут проработаны на предмет выяснения мотивов и соразмерности таких действий обстановке). Готовятся план-схема участков и помещений, подлежащих осмотру, план проведения и последовательность осмотра места пожара, определяется перечень необходимых при осмотре технических средств, проверяет их наличие и готовность к работе, по поручению следователя выполняет ориентирующую (для отображения объекта осмотра в окружающей обстановке) и обзорную (с целью фиксация состояния отдельных участков зоны осмотра). Уточняются необходимые меры безопасности участников осмотра.

На осуществляемом на подготовительной стадии общем (статическом) осмотре места происшествия фиксируются внешне воспринимаемое состояние конструкций и оборудования (по видимым очаговым признакам и следам направленного распространения горения), взаимное расположение предметов и оборудования, а также их остатков. На этой стадии осмотр могут быть обнаружены следы пребывания или действий лиц, которые могут иметь отношение к возникновению пожара, Общий осмотр позволяет выявить и документально зафиксировать в протоколе осмотра и приложениях к нему те фактические данные, которые после разборки и расчистки места пожара могут не сохраниться. Это особенно важно при осмотре сгоревших складов, магазинов и других объектов сосредоточения материальных ценностей. Необходимо учитывать,

  • 264 -что перемещение содержимого таких объектов в процессе спасательных работ и тушения вносит существенные изменения в исходную обстановку на момент начала пожара и, в частности, может привести к уничтожению характерных очаговых признаков. Поэтому перед тем, как давать разрешение на подобное перемещение содержимого объекта его следует осмотреть непосредственно на месте.

На стадии детального (динамического) осмотра, наиболее важной в процессе собирания доказательств, к выбранным местам освобождается доступ путем вскрытия и разборки строительных конструкций, удаляется с тщательным просмотром и просеиванием пожарный мусор, проводится расчистка с помощью щеток и промывка полов и поверхностей для обнаружения признаков локализации очага пожара. Полученные сведения дополняют и уточняют собранные на предыдущей стадии. При этом специалист:

рекомендует следователю последовательность проведения работ, применение научных и технических средств для обнаружения и фиксации следов во избежание их уничтожения или видоизменения;

консультирует следователя по применению специальной терминологии, характеристикам объектов осмотра, техническим и технологическими особенностям, отражаемым в протоколе осмотра;

помогает следователю устанавливать принадлежность обнаруженного предмета к определенному устройству, прибору, конструкции;

обращает внимание участников осмотра на обнаруженные им характерные признаки и следы, с согласия следователя проводит предварительные исследования с дачей пояснений следователю и другим участникам осмотра для занесения в протокол;

выполняет по указанию следователя фотосъемку;

уточняет и дополняет планы, схемы и эскизы к протоколу осмотра места происшествия (с отражением на них обнаруженных и зафиксированных следов термического воздействия на материалах строительных конструкций, оборудования и отделки);

высказывает рекомендации следователю по изъятию образцов мате-

  • 265 -риалов и веществ для сравнительного исследования.

Исходную информацию для установления местоположения очага и оценки динамики пожара получают путем сравнительного исследования степени термических повреждений строительных конструкций, оборудования. коммуникаций, предметов интерьера и др. Их состояние фиксируется в протоколах осмотров мест происшествий и вещественных доказательств, в схемах и фототаблицах, прилагаемых к ним. Удобны и наглядны в таких случаях развертки ограждений помещения (стен, пола, потолка) с нанесенными на них данными о термических и иного рода повреждениях. Зона предполагаемого очага пожара разбивается на прямоугольные площадки, в пределах каждой из которых проводится тщательный поиск следов и предметов, несущих информацию о причине пожара. Как правило, нет необходимости в чрезмерно подробном описании строительных конструкций (полов, стен, дверей и т.д.). если их состояние не нарушено и на них отсутствуют следы проникновения или иных действий преступника.

При осмотре места происшествия фиксируются обнаруженные бутыли, канистры, фляги и другие емкости с остатками горючих жидкостей, осколки бутылок сомнительного происхождения, несгоревшие части фитиля, пакли, остатки зажигалок, наплывы парафина или стеарина от свечей, обгоревшие спичечные коробки и рассыпанные сгоревшие спички, непонятные по своему устройству и назначению на первый взгляд технические средства, в особенности, снабженные электропроводами и элементами автономного электропитания. Такие предметы могут являться вещественными доказательствами совершения поджога и требуют изъятия с приобщением к материалам дела. При описании мест обнаружения предметов и документов, подлежащих следственному осмотру, необходимо привязываться к ближайшим устойчивым точкам, например, к стойке рамы входной двери, указывая направление от этой точки к предмету и расстояние, измеренное в этом направлении.

На заключительной стадии в составляемом по результатам проведенного осмотра протоколе наряду с типовыми общими данными, требу-

  • 266 -емыми для любого протокола следственного действия, указываются и обнаруженные при его производстве существенные для дела обстоятельства: метеорологические условия осмотра, сопровождавшие его неожиданные явления (например, появление электрического напряжения в элементах отключенной электроустановки, вытекание жидкости или газа из трубопровода или резервуара). Изымаются, описываются и упаковываются надлежащим образом (рекомендации см. в литературе [2.104; 2.256; 2.286]) следы и предметы, которые могут служить вещественными доказательствами по делу. При этом, если специалист в ходе осмотра места происшествия выявляет следы и предметы, представляющие, по его мнению, интерес для следствия, он не имеет права самостоятельно изымать их. а должен обратить внимание на такие объекты лица, проводящего осмотр, и оказать ему при необходимость техническую или консультативную помощь в их фиксации и изъятии.

На практике нередко нарушается такое простое и ясное требование к оформлению результатов следственного осмотра, как обязательность раздельной упаковки разнородных следов и предметов. По этой причине резко снижается, а зачастую и полностью утрачивается их значение как источников доказательств, поскольку возникают поводы усомниться в относимости этих следов и предметов как к отдельным фрагментам события происшествия, так и к происшествию в целом. Процессуальная дифференциация объектов, обладающих непосредственно воспринимаемыми выраженными индивидуализирующими признаками или совокупностями признаков, должна осуществляться прежде всего путем описания этих специфических свойств в протоколе следственного осмотра, а также путем фотографирования (включая и фотографирование непосредственно на месте их обнаружения), составления планов, схем, чертежей, эскизов. Для тех объектов, которые не обладают указанными выраженными, непосредственно воспринимаемыми индивидуализирующими признаками (например, для однотипных изделий, однородных материалов), возникает необходимость в дополнительных мерах по их индивидуализации путем их маркирования.

  • 267 -Специалист призван помочь следователю при составлении протокола осмотра, в котором, наряду с общими данными по объекту (местонахождение, планировка помещений, расположение производственного оборудования, складированных материалов и др.), обязательно должны быть отражены полученные в ходе осмотра и при проведении предварительных исследований следующие данные:
  1. Состояние строительных конструкций, отопительных, технологических установок и т.п., подвергшихся термическому воздействию (глубина выгорания, степень деформации или обрушения и др.).
  2. Признаки неравномерности термического воздействия пожара для характеризации местоположения очага и динамики пожара.
  3. Сведения об обнаруженных при осмотре предположительно связанных с возникновением пожара технических устройствах и их деталях. остатках веществ и материалов.
  4. Сведения об электроустановке: тип электроподстанции, с которой запитан объект, и характеристика устройств электрозащиты на трассе от нее до объекта, марка, сечение жил и способ прокладки кабельных изделий в этой линии и во внутренней разводке объекта с указанием типа и номинального тока аппаратов электрозащиты на вводе и на каждой линии по направлению к участку, где предполагается возникновение пожара от аварийного режима работы электроустановки; виды и технические характеристики электропотребителей с указанием их местоположения.
  5. Наличие на элементах электроустановки (электродвигатели, нагревательные устройства, провода и кабели, коммутационная аппа- ратура и т.д.) после пожара оплавлений, прожогов корпусов и оболо- чек, локальных участков с выгоранием краски или измененным цветовым оттенком и т.п.
  6. Расположение и состояние оборудования, мебели, скоплений предметов и материалов.
  7. Положение, общее состояние предохранительных, отключающих и запорных устройств, показания контрольно-измерительных приборов
  • 268 -технологического и электрического оборудования, газопроводов и др.
  1. Специфические обстоятельства и следы (запах горючих и разд- ражающих органы дыхания веществ, признаки насильственного вскрытия и разрушения ограждений и проемов, предметы и приспособления, которые могли явиться орудиями взлома или средствами поджога.

Приведенный перечень является обобщенным, и в зависимости от вида конкретного объекта может быть, по мнению специалиста, конк- ретизирован. дополнен или сокращен без ущерба для его информатив- ности. В него включаются данные, на которые можно будет опираться в дальнейшем при установлении очага и причины пожара. Так. некоторую особенность составляют запаховые следы, цвет дыма и пламени, которые представляют собой не сам материальный объект, а его свойства. Любую вещь воспринимает через ее свойства, но и они могут быть зафиксированы в протоколе осмотра, иногда с изъятием или иной фиксацией их носителей: например, запах путем отбора проб воздуха, цвет и интенсивность пламени и дыма - применением цветной фотографии и киносъемки. Отдельную группу составляют следы на человеке. указывающие на его присутствие на месте пожара и на связь с пожаром: телесные повреждения и ожоги, повреждения пламенем его одежды и обуви. Такие следы выявляются освидетельствованием данного лица, осмотром его одежды и обуви.

Для того, чтобы помочь лицу, составляющему протокол осмотра места происшествия со следами пожара, создать предпосылки к возможно более полному отражению в нем фактических данных, необходимых для установления истины по делу, с участием соискателя разработаны типовые форму протокола осмотра такого места происшествия* для нескольких типовых видов объектов осмотра (жилого строения, многоэтажного здания, торгово-складского объекта, участка леса, транспортного средства, наружного осмотра трупа на месте пожара). В этих формах предусмотрены соответствующие графы для внесения в

  • Приведены в приложении к приказу МВД РФ N 487 от 31.08.96 г.

  • 269 -них информации определенного характера, что облегчает работу лицу, составляющему протокол осмотра. Одновременно с этим наличие таких граф позволяет достаточно просто проводить проверку полноты таких протоколов, что немаловажно для обеспечения контроля качества работы следователей и дознавателей, анализировать обстоятельства де- ла при поиске сходных эпизодов, особенностей совершения преступлений и других обстоятельств.

Протокол следственного осмотра в дальнейшем используется в сочетании с другими документами, собранными по делу, в качестве источников доказательств. Однако откладывание анализа протокола осмотра на последующий период, по нашему мнению, неоправданно, тем более что к этому все равно придется возвращаться. Помимо затяжки времени расследования, утрачивается определенная часть информации об объекте осмотра, которая была воспринята сознанием и сохраняется в памяти участников осмотра. По нашему мнению, незамедлительно по окончании осмотра участникам следственно-оперативной группы (как минимум, следователю с оказывавшим ему помощь специалистом) необходимо обсудить результаты проведенного осмотра, оценить значимость их для решения задач последующих этапов расследования. Например, по результатам осмотра места происшествия и отдельных предметов следователь совместно специалистом мысленно моделирует механизм происшествия: с чего началось и как развивалось событие; каковы его этапы и последовательность этих этапов; какие материальные объекты (материалы, предметы, документы) попали в сферу действий преступника; какая роль принадлежала каждому объекту в данном событии; каким путем двигался преступник к месту происшествия, что мешало ему на этом пути, каким образом он преодолел данное препятствие и что использовал для этого; какие следы, образованные материалами и веществами, он оставил на месте происшествия; какие следы от обстановки места происшествия должны были остаться на его теле, одежде и обуви, и др. Наряду с этим, естественно, подвергаются предварительному анализу и следы, характеризующие ме-

  • 270 -стоположение очага пожара и механизм его возникновения, обстоятельства, способствовавшие этому. Существенным вопросом является также изучение строительной, технологической и электротехнической документации объекта с целью определения соответствия ее тому, что наблюдается в действительности.

Специалист оказывает помощь следователю в полной и технически правильной фиксации обстановки на месте происшествия не только путем описания в протоколе осмотра, но и через наглядно-образные способы фиксации: выполняет чертежи и схемы, эскизы узлов и деталей, осуществляет фото-, кино- и видеосъемка. Результаты этой работы имеют неоценимое значение при расследовании преступлений, сопряженных с пожарами, поскольку лишь на основе текстового описания представить картину места пожара и состояния его отдельных фрагментов крайне затруднительно. Эту работу могут выполнить и следователь, и сотрудник оперативной службы, но, как правило, наи- более качественно с этой задачей справляется сотрудник эксперт-но- криминалистического подразделения или иной специалист. Классификация возникающих при этом технико-криминалистических ситуаций базируется прежде всего на виде объекта осмотра (см. классификацию объектов пожара, раздел 1.1), а также на используемом способе наглядно- образной фиксации. Рекомендации по выбору средств и методике ее осуществления приведены в литературе [2.104; 2.129].

Наиболее распространенным способом визуальной фиксации традиционно является фотографирование. На практике следователями фотог- рафирование на местах пожаров производится в большинстве случаев. Однако, этот формальный признак не гарантирует требуемой информа- тивности получаемых фотографий. Более половины фотоснимков по ка- честву, количеству и содержательности изображения, по данным ВНИИ МВД [2.7, с.18], не отвечает требованиям судебной фотографии, нес- мотря на известность и доступность этого способа фиксации обстановки места происшествия и отдельных следов и предметов. В методическом плане здесь достаточно полно и подробно все отработано.

  • 271 -

Сложнее с видеосъемкой мест происшествий, которая начинает приобретать все большую популярность. Она оказывается исключительно полезной на местах пожаров прежде всего из-за того, что дает возможность не дискретно, а непрерывно фиксировать наблюдаемое, причем в цвете и с возможностью быстрого изменения масштаба съемки. Видеокамера позволяет последовательно проследить весь процесс разборки, расчистки, а также действий специалиста при проведении им предварительных исследований строительных конструкций, предметов, следов, которые обнаруживаются на месте происшествия.

Разумеется, непосредственно на объекте осмотра сразу отснять хороший, логично построенный и отрежиссированный видеофильм прак- тически невозможно. Для того, чтобы в максимальной степени прибли- зиться к этому, необходимо на основании собранной на подготови- тельном этапе информации продумать последовательность осмотра и съемки по зонам и фрагментам места происшествия и далее его при- держиваться, иначе видеофильм будет бессистемным и плохо восприни- маемым. Целесообразно предварительно, на основе анализа собранных сведений и результатов подготовительного этапа осмотра, составить своеобразный рабочий “сценарий”, предусматривающий выполнение оп- ределенных работ по расчистке и разборке места пожара, проведении других действий. В целом можно отметить, что работа с видеокамерой на месте происшествия требует определенных навыков, которые необ- ходимо отрабатывать практически. Одновременно с видеосъемкой необ- ходимо наговаривать сопроводительный текст, поясняющий увиденное, не полагаясь на то, что потом, по окончании осмотра можно будет воспроизвести текст по памяти. В крайнем случае можно параллельно со съемкой вести запись текста на диктофон с тем, чтобы использовать эту запись при отработке звукового сопровождения видеофильма.

Наиболее значительной на этой стадии является помощь специалиста при проведении исследований, получивших наименование “предварительных”. По мнению С.М.Сыркова и А.В.Фефилатьева, основное назначение предварительных исследований - в оперативном представ-

  • 272 -лении сведений, позволяющих понять сущность информации, содержащейся в признаках и свойствах обнаруженных на месте происшествия следов, судить о возможности установления новых фактов, собрать данные о признаках преступника для организации поиска по горячим следам; при этом предварительным исследованиям могут подвергаться любые следы, вещества, предметы, обнаруженные при осмотре места происшествия, для исследования которых в условиях осмотра можно применять соответствующие специальные познания, а сами исследования необходимо отличать от оценки доказательств, свойств найденных предметов вещной обстановки места происшествия, в результате которой вырабатываются представления о версии об обстоятельствах совершенного преступления и личности преступника [2.309, с.4-9].

Более широко понимает эти исследования Н. А. Селиванов [2.281, с.88], который применительно к исследованиям предметов вещной обстановки на месте происшествия различает два направления:

1) исследования, проводимые для индивидуальной идентификации и установления групповой принадлежности объектов; 2) 3) анализ обстановки на месте происшествия, сопоставление ве- щественных улик с другими материалами уголовного дела с целью сос- тавления наиболее полного и точного представления об обстоятельствах, входящих в предмет расследования”. 4) Данный подход представляется более правильным, поскольку отражает необходимость комплексного анализа обстановки места происшествия как единого целого, создает объективные предпосылки для выявления взаимосвязей элементов места происшествия как потенциальных носителей криминалистически значимой информации.

Публикаций по исследованию следов и предметов непосредственно на местах пожаров в массиве литературы по криминалистике немного. В известных рекомендациях по проведению исследований при осмотре места происшествия [2.309] упоминаются такие традиционные объекты исследований, как следы рук, ног (обуви), орудий взлома, следы выстрела, различные микрообъекты, документы. При этом специфичес-

  • 273 -ким следам теплового воздействия, встречающимся на практике не так уж редко (такие следы могут образоваться не только в условиях по- жара) не уделено должно внимания. Этот недостаток восполнен в оп- ределенной степени в справочном издании [2.286], рассчитанном на широкий круг следователей и экспертов-криминалистов и описывающем нетрадиционные предметы и следы, которые могут быть обнаружены и изъяты на пожарище. Для тех экспертов, которые специализируются на их исследовании и проведении пожарно-технических экспертиз, нужны более глубокие знания, в частности, о возможности проведения пред- варительных исследований.

Как правило, исследования в ходе осмотра места пожара выполняет специалист, хотя их может провести и сам следователь при условии, что он обладает соответствующими познаниями и навыками, а также имеет необходимые научные и технические средства. В целях более квалифицированного проведения таких исследований целесообразно все же поручать их сотруднику экспертно-криминалистического подразделения, участвующему в осмотре места происшествия в качестве специалиста. При производстве непроцессуальных исследований должны использоваться такие научно-технические средства и методы, которые отвечают требованиям научности, безопасности, этичности и обеспечивают достоверность получаемых с их помощью результатов, а также сохранность исследуемых объектов и их информативности для последующего использования в целях расследования как объективного условия установления истины по делу. Поэтому на данной стадии при выборе методов исследования, как и в любых других подобных иссле- дованиях, предпочтение должно отдаваться тем, которые не влекут уничтожения объекта или существенного изменения его свойств.

Вместе с тем, если от обнаруженных материальных объектов без ущерба для последующего исследования (например, при направлении на экспертизу) или иного использования в процессе доказывания возможно отделить некоторую часть вещества или материала, то исследование этой части может производиться любыми методами, включая и та-

  • 274 -кие, в ходе которых она может быть повреждена, изменена или даже уничтожена, с отражением сведений об этом в журнале учета выездов на осмотры мест происшествий, в специальной информационно- поисковой карте или же в справке, составляемой по результатам исследования по требованию следователя. Это прежде всего относится к остаткам веществ, представляющих собой материальные образования сыпу- чих, вязких, жидких или газообразных веществ, не имеющих устойчивой пространственно-определенной физической формы и устойчивых границ (например, грунта, напылениям, остаткам горюче-смазочных материалов и др.). При любых условиях сказанное выполняется после фиксации исходного состояния объекта в протоколе осмотра места происшествия. С учетом сказанного при проведении предварительных исследований на месте пожара используются прежде всего простейшие технические средства - линейки, молотки, штангенциркули, лупы. Этим, разумеется не исключает применения доступных и удовлетворяющих перечисленным требованиям более сложных приборов и устройств.

В ходе расследования преступления, сопряженного с пожаром, по результатам осмотра места происшествия, анализа собранной иными способами информации диагностируется, руководствуясь принятой типовой технико-криминалистической характеристикой, исходное состояние объекта, а также процесс возникновения и последовательного развития пожара. Поэтому при осмотре основное внимание обращается на такие следы, которые характерны для высокотемпературного воздействия и, вероятнее всего, связаны с происшедшим пожаром: обго-рания, прогары, оплавления и слитки металлов, металлизация поверхностей, изменение окраски, наслоение сажи, вспучивание и отслоение покрытий и др. При описании деталей, частей и фрагментов с такими следами указываются их размеры, конфигурацию, специфику изломов, расслоения, оплавления, плотность и степень равномерности.

Ниже рассмотрены некоторые частные технико-криминалистические ситуации с проведением исследований на месте происшествия.

Для этапа исследований (в рамках следственного осмотра или в

  • 275 -экспертно-криминалистическом подразделении и в ином учреждении по письменному поручению следователя, лица, проводящего дознание, или сотрудника оперативной службы) в зависимости от его непосредственной цели и объекта могут возникнуть следующие технико- криминалистические ситуации:

исследования традиционных криминалистических следов личности и действий преступника (преимущественно трасологических следов, нас- лоений веществ, предметов);

исследования материалов и веществ с целью диагностирования природы и механизма воздействия, повлекшего изменение их свойств и состояния;

исследования технических средств, предметов и материалов, которые могли использоваться при совершении поджога;

обобщенного анализа информации об обстановке места происшествия при определении очага (места возникновения) пожара;

обобщенного анализа комплекса следов и