lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Магомедов, Абдулла Юсупович. - Прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием в стадии предварительного расследования: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Омск, 1999 186 с. РГБ ОД, 61:99-12/472-2

Posted in:

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ОМСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

На правах рукописи

Магомедов Абдулла Юсупович

ПРЕКРАЩЕНИЕ УГОЛОВНОГО ДЕЛА В СВЯЗИ

С ДЕЯТЕЛЬНЫМ РАСКА)Й[ИЕМ В СТАДИИ

ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

Специальность 12.00.09- уголовный процесс; криминалистика; А теория оперативно-розыскной деятельности

Диссертация

на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Г

Научный руководитель: Заслуженный деятель науки Российской Федерации доктор юридических наук, ^ профессор В.В.Николюк

Омск 1999

2

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1. СУЩНОСТЬ ИНСТИТУТА ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА В СВЯЗИ С ДЕЯТЕЛЬНЫМ РАСКАЯНИЕМ 12

§ 1. Предпосылки введения в уголовный процесс института прекращения уголовного дела в связи с деятельным

раскаянием 12

§ 2. Понятие института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием и его соотношение

с иными видами прекращения уголовнбйуд л[а…”. 26

ГЛАВА 2. ОСНОВАНИЯ ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО

ДЕЛАВ СВЯЗИ С ДЕЯТЕЛЬНЫМ РАСКАЯНИЕМ 46

§ 1. Общие основания прекращения уголовного дела

в связи с деятельным раскаянием 47

§ 2. Специальные основания прекращения уголовного дела

в связи с деятельным раскаянием 93

ГЛАВА 3. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА В СВЯЗИ С ДЕЯТЕЛЬНЫМ

РАСКАЯНИЕМ 108

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 134

ПРИЛОЖЕНИЕ 137

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 171

3

ВВЕДЕНИЕ

Принятие нового уголовного законодательства в 1996 г. оказало существенное влияние на действующее уголовно-процессуальное законодательство, в котором произошли значительные изменения, призванные создать оптимальные процессуальные правила применения соответствующих уголовно-правовых институтов, в том числе института освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Предусмотренные ст. 75, примечаниями к ряду статей Особенной части Уголовного ко- декса Российской Федерации (далее УК) основания освобождения от уголовной ответ- ственности восприняты специалистами в качестве мер компромисса или альтернативных мер в борьбе с преступностью , позволяющих достигать целей уголовной ответственности вне традиционный схемы: уголовный процесс - приговор и наказание - исполнение приговора”.

Процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием и в соответствии с примечаниями к ст.ст. 126, 198, 204-206, 208, 222, 223, 228, 275, 291, 307 УК, установленная изложенной в принципиально иной редакции ст. 7 УПК РСФСР , обеспечила фактическую реализацию названных уголовно-правовых норм, которые стали популярными среди практических работников правоохранительных органов . За 1997-1998 гг. уголовные дела на основании ст. 7 УПК РСФСР прекращены в отношении свыше 12 тыс. граждан .

В теоретическом аспекте введение в уголовный процесс института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием вызвало необходимость исследования его сущности, особенностей, определения его места в системе других видов прекращения уголовных дел по нереабилитирующим основаниям, а также процессуальной формы прекращения уголовных дел по основаниям, специально предусмотренным Особенной

’ См.: Калина С.Г. Освобождение от уголовной ответственности как правовое последствие совершения преступления // Уголовное право: Новые идеи. - М., 1994. - С. 68; Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. - М., 1996. - С. 438.

2 См.. Головко Л.В. Новые основания освобождения от уголовной ответственности и проблемы их процессуального применения // Гос-во и право. - 1997. - № 8. - С. 77.

3 См.: Федеральный закон от 15 декабря 1996 г. (21 декабря 1996 г.) № 160-ФЗ «О внесении изменений и дополне ний в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996. - № 52. - Ст. 5881.

4 См.: Аналитическая справка Следственного комитета МВД России «О результатах работы органов предвари тельного следствия в 1998 году» от 22 февраля 1999 г. - М.. 1999. - С. 3.

4

частью УК1. В научных публикациях 1997-1999 гг. (А.Гуляев, В.Коломеец, В.Михайлов, В.Николюк, В.Савицкий, А.Чувилев и др.) были затронуты частные вопросы применения ст. 7 УПК РСФСР, в них главным образом комментировались соответствующие положения материального и процессуального уголовного права. Защищенная в 1994 г. во ВНИИ МВД России А.В.Савкиным кандидатская диссертация «Проблемы доказывания и правовой оценки деятельного раскаяния обвиняемого (подозреваемого) на предварительном следствии» подготовлена с учетом ранее действовавшего законодательства, которое лишь фрагментарно регламентировало деятельное раскаяние, и существовавшей практики начала 90-х годов.

В ходе фактического применения уголовно-процессуальных правил прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием выявились несовершенство отдельных из них и пробелы в законодательной регламентации данного правового института, снижающие его эффективность. Поскольку новый Уголовно-процессуальный кодекс еще не принят, имеется возможность усовершенствовать в нем конструкцию прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием.

Как показали первые обобщения следственной практики, должностные лица органов предварительного расследования, прокуратуры, непосредственно использующие правовые предписания о прекращении уголовных дел названной категории, в силу субъективных и объективных причин (нечеткости законодательства, отсутствия учебно-методических пособий) неоднозначно понимают и трактуют положения чч. 1 и 2 ст. 7 УПК РСФСР. Для многих прекращенных ими дел свойственны неполнота установления в действиях лица, совершившего преступление, деятельного раскаяния, процессуальное упрощенство, применение мнимых оснований прекращения дел. Становилось очевид- L, ным, что требуется принятие ряда организационных мер, разработка профессиональных методических, практических рекомендаций по оптиматизации применения уголовно-процессуального законодательства, регламентирующего прекращение уголовных дел в связи с деятельным раскаянием и примечаниями к соответствующим статьям Особенной части УК.

1 См.: Азаров В.А. Коррекция института прекращения уголовных дел в свете нового Уголовного кодекса Россий- ской Федерации // Научный вестник Омского юридического института МВД России. - 1997. - № 2(6). - С. 9.

5

Указанные обстоятельства обусловили актуальность, научную и практическую значимость темы настоящего диссертационного исследования.

Цели и задачи исследования. Цель исследования заключается в том, чтобы на основе комплексного анализа уголовного, оперативно-розыскного и уголовно-процессуального законодательства, а также практики расследования и прекращения уголовных дел выявить пробелы, неточности и другие недостатки процессуальных правил прекращения дел в связи с деятельным раскаянием и разработать теоретические положения, методические рекомендации по совершенствованию законодательства в этой части, а также практики прекращения уголовных дел этой категории.

Достижение указанных целей предполагает постановку и решение следующих теоретических и прикладных задач:

  • показать социально-юридические предпосылки введения в уголовный процесс института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием;
  • определить понятие названного института, его сущность, соотношение с иными сходными видами прекращения уголовных дел;
  • дать характеристику общих оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, выявить особенности их уголовно-процессуального доказывания;
  • установить специфику прекращения уголовных дел на основании примечаний к отдельным статьям УК России;
  • проанализировать уголовно-процессуальные правила прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием с точки зрения их оптимальности, достаточности, конкретности;
  • вскрыть типичные ошибки, недостатки, имеющие место в следственной практике при выполнении требований процессуального закона, регламентирующих порядок прекращения уголовных дел;
  • разработать научно обоснованные рекомендации по совершенствованию института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, организации ве- домственного процессуального контроля и прокурорского надзора за применением по- ложений ст. 7 УПК РСФСР.

6

Объект исследования -комплекс теоретических, правовых и практических проблем, касающихся института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием.

Предмет исследования - нормативно-правовая основа регулирования прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, входящие в нее конкретные правовые предписания и практика их применения.

Методологические основы и методика исследования, научная достоверность содержащихся в диссертации выводов, предложений и рекомендаций. Теоретическую базу исследования составляют научные труды в области уголовного процесса, прокурорского надзора, уголовного права, криминологии, теории оперативно-розыскной деятельности. Правовой основой работы служат Конституция Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс России, Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности». При написании диссертации значительное внимание уделено анализу соответствующих решений Конституционного Суда Российской Федерации, постановлений Пленумов Верховных судов России и СССР, ведомственных актов Генеральной прокуратуры и МВД России, проекта УПК, находящегося на рассмотрении в Государственной Думе.

Диссертантом применялись исторический, логико-теоретический, сравнительно-правовой, статистический и конкретно-социологический методы научного исследования. Для сопоставления действующего законодательства с его реальным правоприменением органами предварительного расследования, прокурорами по специально разработанной автором анкете, опросным листам в 1998-1999 гг. проведено анкетирование и интервьюирование 196 следователей ОВД и прокуратуры, изучено 261 уголовное дело, прекращенное на основании ст. 7 УПК РСФСР. Сбор эмпирического материала и со- циологические опросы респондентов осуществлялись в Республиках Дагестан и Хакас-сия, Красноярском крае, Кемеровской, Омской, Пермской областях. В диссертации ис- пользованы статистические данные Следственного комитета МВД России, результаты эмпирических исследований других ученых, юристов, а также семилетний опыт практи- ческой деятельности соискателя в следственном аппарате Прокуратуры Республики Да- гестан.

7

Научная новизна диссертационного исследования состоит в комплексном анализе социально-правовой обусловленности института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, его теоретических и практических проблем, оснований и процессуального порядка применения. В диссертации показываются причины введения в уголовный процесс нового вида прекращения уголовного дела, его служебная роль и назначение, выясняется соотношение данного уголовно-процессуального института с иными видами прекращения уголовных дел по нереабилитирующим основаниям.

С учетом теоретических разработок и развития оперативно-розыскного законодательства дана новая трактовка такой формы деятельного раскаяния, как способствование раскрытию преступления, включенное в число оснований освобождения от уголовной ответственности. Диссертант обосновывает иной, отличный от ранее изложенных в юридической литературе, взгляд на содержание основания принятия согласно ст. 7 УПК РСФСР решений о прекращении уголовных дел, подчеркивает иной, не относящийся к деятельному раскаянию, характер отдельных специальных оснований освобождения от уголовной ответственности.

На основе тщательно проведенного анализа нормативной базы, следственной практики, результатов интервьюирования следователей и высказанных в литературе предложений соискателем разработаны рекомендации по усовершенствованию процессуального порядка прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием, акцент сделан на необходимости дополнительной регламентации процессуальных действий по разъяснению лицу сущности и оснований прекращения дела, права возражать против него, ознакомлению обвиняемого с материалами дела, определения начального момента начисления срока на обжалование.

В диссертации выявлена специфика предмета и процесса доказывания оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, предложены способы процессуальной фиксации представления объектов, предметов, имеющих значение для дела, в рамках явки с повинной, способствования раскрытию преступления.

Изложенные в диссертации положения, выводы, предложения, фактические сведения могут быть использованы: в законотворческом процессе совершенствования регламентации прекращения уголовных дел по нереабилитирующим основаниям; в практической деятельности органов предварительного расследования, прокуроров; в научно-

8

исследовательской работе по данной проблематике; преподавании в юридических вузах страны курсов «Уголовное право», «Уголовный процесс», «Оперативно-розыскная дея- тельность», спецкурсов на следственных факультетах.

Основные положения, выносимые на защиту

  1. Введение в уголовный процесс института прекращения уголовного дела в связи

с деятельным раскаянием обусловлено реализацией в уголовном законодательстве идеи ‘ компромисса в борьбе с преступностью, поощрения, стимулирования позитивного по- * сткриминалъного поведения виновного в совершении преступления, выразившейся во включении в новый Уголовный кодекс России представительной группы норм, устанав- ливающих исходные положения, основания освобождения от уголовной ответственности деятельно раскаявшихся лиц (ст. 75 УК, примечания к соответствующим статьям Особенной части УК).

  1. Совокупность правовых норм (ст.ст. 7, 209, 210 УПК РСФСР), в которых уста новлена процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности лиц, про-

п явивших деятельное раскаяние, образует самостоятельный уголовно-процессуальный

институт прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Он имеет сходство с другими видами прекращения уголовного дела (вследствие изменения обстановки, в связи с примирением с потерпевшим), что обусловливает подмену, смешение на практике оснований прекращения уголовных дел в отношении лиц, впервые совершивших преступления небольшой тяжести. Для принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием доказыванию подлежит строго определенный законом круг фактических обстоятельств.

  1. В рамках института прекращения уголовного дела в связи с деятельным рас каянием законодатель предписывает принимать и решения об освобождении от уголов ной ответственности лиц, чье поведение не имеет ничего общего с деятельным раская нием, однако подпадает под условия примечаний к соответствующим статьям УК Рос сии (ст.ст. 291, 337, 338, случаи добровольного заявления о совершении преступлений или прекращения преступных действий по мотивам, не относящимся к деятельному раскаянию). Регламентацию процессуальной формы применения специальных видов ос вобождения от уголовной ответственности целесообразно осуществлять в отдельной статье Уголовно-процессуального кодекса.

9

  1. Термин «способствование раскрытию преступления», используемый в ст. 75 УК России в качестве одного из оснований освобождения от уголовной ответственно сти, означает содействие органу предварительного расследования в установлении об стоятельств, позволяющих привлечь виновных к уголовной ответственности, осудить их и назначить им наказание (пп. 1-4 ст. 68 УПК РСФСР). Общим для любых форм спо- собстования раскрытию преступления является то, что лицо сообщает органу предвари тельного расследования информацию, не известную (полностью или частично) послед нему, с помощью которой становится возможным установление обстоятельств, входя щих в предмет доказывания по уголовному делу. Способствование раскрытию преступ ления обязательно должно получить процессуальное закрепление в протоколах соответ ствующих следственных действий, протоколах (актах) принятия (получения) представ ленных предметов, документов, ценностей, протоколах (актах) добровольной сдачи нар котических средств, оружия.

Исходя из интересов борьбы с преступностью, целесообразно расширить спектр действия ст. 75 УК и термин «способствование раскрытию преступления» заменить в уголовном законе другим: «способствование выявлению, пресечению, раскрытию и предупреждению преступлений».

  1. Способствование оперативно-розыскному раскрытию преступления должно признаваться имеющим уголовно-правовое значение. Как один из видов деятельного раскаяния, способствование оперативно-розыскному раскрытию преступления юридически значимо в случаях, когда оно имело место как до, так и после возбуждения уголовного дела. В материалах уголовного дела должны содержаться оформленные по правилам ст. 11 Федерального закона об ОРД документальные сведения, подтверждающие фактическое содействие лица установлению обстоятельств совершения преступления, изобличению соучастников, выявлению новых преступлений.
  2. Правовое регулирование процессуального порядка прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием нуждается в совершенствовании. Ему свойствены неполнота, недостаточная конкретизированность. Уголовно-процессуальный закон целесообразно дополнить положениями, развивающими изложенную в ч. 3 ст. 7 УПК РСФСР норму и предусматривающими: возможность ознакомления с материалами уголовного дела лицом, в отношении которого решается вопрос о прекращении дела; обя-

10

занность органа предварительного расследования разъяснять обвиняемому не только основания прекращения дела и право возражать против него, но и сущность принимаемого решения, возможные последствия дальнейшего производства по уголовному делу; составление отдельного протокола о выполнении данных процессуальных действий.

  1. Уголовно-процессуальный закон (ст. 209 УПК РСФСР) не содержит правила, которое бы позволило четко определять начальный момент исчисления срока обжалования постановления о прекращении уголовного дела. Его необходимо дополнить таким правилом и предусмотреть, что уведомление заинтересованных лиц о прекращении и основаниях прекращения уголовного дела с разъяснением порядка обжалования поста- новления о прекращении дела вручается им под расписку.

Апробация результатов исследования. Результаты проведенного исследования, основанные на них выводы, предложения и рекомендации прошли обсуждение на ка-федре уголовного процесса и уголовного права Омского юридического института МВД России, использовались при подготовке научных публикаций.

Основные положения исследования докладывались диссертантом и обсуждались на научно- практических конференциях в Красноярской высшей школе МВД России. «Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе» (Красноярск, февраль 1999 г.), в Восточно-Сибирском институте МВД России «Перспективы совершенствования деятельности органов внутренних дел и государственной противопожарной службы» (Иркутск, апрель 1999 г.). Материалы диссертации отражены в опубликованных учебно- практическом пособии и ряде научных статей, тезисов, обзоре.

С участием диссертанта разработаны пакет рабочих образцов уголовно-процессуальных документов, сопровождающих применение ст. 7 УПК РСФСР, Памятка прокурору, начальнику следственного отделения, отдела, управления для осуществления надзора (контроля) за прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, Обзор практики прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием. Названные документы используются в практической деятельности Прокуратуры Республики Дагестан, Омской области, следственных подразделений ОВД Красноярского края, Кемеровской, Омской, Пермской и Томской областей, что подтверждено соответствующими актами внедрения.

11

Результаты исследования, нашедшие отражение в учебно-практическом пособии «Прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием в стадии предвари- тельного расследования» (Омск, 1999), используются в преподавании учебной дисциплины «Уголовный процесс» в Московском, Волгоградском, Красноярском, Омском, Тюменском, Челябинском юридических институтах МВД России.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, приложений и списка использованной литературы.

12

ГЛАВА 1. СУЩНОСТЬ ИНСТИТУТА ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА В СВЯЗИ С ДЕЯТЕЛЬНЫМ РАСКАЯНИЕМ

§ 1. Предпосылки введения в уголовный процесс института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

В Уголовном кодексе Российской Федерации, введенном в действие с 1 января 1997 г., существенно пересмотрен институт освобождения от уголовной ответственности. В отличие от УК РСФСР 1960 г., в нем посвященные освобождению от уголовной ответственности нормы выделены в самостоятельную, 11 главу, где предусмотрены принципиально новые для уголовного законодательства виды освобождения от уголовной ответственности - в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК) и примирением с потерпевшим (ст. 76 УК).

Включение в используемые уголовным законом меры воздействия на преступность института освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием объективно обусловлено рядом обстоятельств.

Сфера уголовно-правового регулирования охватывает как противоправное (преступное), так и правомерное, социально полезное постпреступное поведение лица. В рамках последнего выделяется деятельное раскаяние, т.е. активное добровольное поведение лица, совершившего преступное деяние, которое направлено на предотвращение, ликвидацию или уменьшение фактически вредных последствий содеянного либо на оказание помощи правоохранительным органам в раскрытии совершенного преступления1. В УК РСФСР таким формам деятельного раскаяния, как явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления и возмещение нанесенного ущерба, придавалось уголовно- правовое значение, и они признавались обстоятельствами, смягчающими ответственность (пп. 1, 9 ст. 38).

Деятельное раскаяние принималось во внимание и имело уголовно-правовые последствия в виде освобождения лица от уголовной ответственности в случаях совершения таких преступлений, как измена Родине, дача взятки, незаконное хранение оружия,

1 См.: Никулин СП. Деятельное раскаяние и его значение для органов внутренних дел в борьбе с преступностью. -М.. 1985. -С. 23.

13 боевых припасов или взрывчатых веществ, незаконные действия с наркотическими средствами (п. «б» ст. 64, примечание к ст. 174, 218, 224 УК РСФСР).

Включение в уголовный закон норм, стимулирующих социально полезное поведение преступника, преследовало цель устранить возможность совершения нового преступления, предотвратить наступление опасных последствий совершенного преступного деяния. Таким нормам присуща ярко выраженная предупредительная направленность.

В теории уголовного права нормы, стимулирующие позитивное, социально полезное поведение совершившего преступление лица, рассматривают как поощрительные. По мнению В.А. Елеонского, «поощрительные нормы уголовного права отличаются от других норм данной отрасли тем, что они одобряют, стимулируют социально полезное поведение путем устранения или смягчения реального или потенциального уголовно-правового обременения» . Эффективность поощрительного уголовно-правового стимулирования определяется: а) активным соотношением отрицательного и положительного стимулов: вероятность следования субъекта поощряемому варианту поведения будет более высокой при достаточно значительных размерах неблагоприятных последствий для этого же субъекта в данной ситуации; б) соразмерностью получаемых благ и затрагиваемых для этого усилий поощряемым субъектом’.

Поощрительные, стимулирующие полезное посткриминальное поведение лица уголовно- правовые нормы стали предметом обстоятельных научных исследований. Они анализировались применительно к проблемам уголовной политики, методам предупре- дительного воздействия на преступность, развития поощрительного (“наградного”) за- конодательства . Данные уголовно-правовые нормы также рассматривались как специ-

4

альные .

1 Нлеопский В.А. Поощрительные нормы уголовного права. - Хабаровск. 1984. - С. 15.

” См.: Звечаровскии Н.Э. Уголовно-правовые нормы, поощряющие посткриминальное поведение личности. - Иркутск. 1991. -С. 41.

’ См.: Баранок В.М. Поощрительные нормы советского социалистического права. - Саратов. 1978. - С. 20-23; Бачки?/ В.М. Система поощрений в советском уголовном праве // Сов. гос-во и право. - 1977. - № 2. - С. 91-96; Коробе-eeA.II. Советская уголовно-правовая политика. - Владивосток, 1987. - С. 33-36; Коробеее А.И., Усе А.В., Голик Ю.В. Уголовно-правовая политика. - Красноярск, 1991. - С. 41-44; Сабитов Р.А. Посткриминальное поведение (понятие, регулирование, последствия). - Томск, 1985. - С. 22-29; Звечаровскии Н.Э. Уголовно- правовые нормы, поощряющие посткриминальное поведение личности: Автореф. дис… на соиск. учен, степени канд. юрид. наук. -Иркутск, 1987. - С. 10-22; Устинов B.C. Методы предуттредитсльного воздействия на преступность. - Горький, 1989. - С. 58-63; Загородников Н.И., Сахаров А.Б. Демократизация советского общества и проблемы науки уголовного права // Сов. гос-во и право. - 1990. - № 12. - С. 54-55.

4 См.: Тснчов Э.С. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности. - Иваново. 1982. - С. 17; Барков А.В. Уголовный закон и раскрытие преступлений. - Минск. 1980. - С. 9-14.

14

Отмечая своеобразие норм уголовного права, которые стимулируют полезное, позитивное поведение лица после совершения преступления, Х.Д. Аликперов выделяет их в самостоятельную группу: «Под нормами уголовного законодательства, допускающими компромисс, - пишет Х.Д Аликперов, - следует понимать нормы, в которых лицу, со- вершившему преступление, гарантируется освобождение от уголовной ответственности или смягчение наказания в обмен на совершение таким лицом поступков, определенных в законе и обеспечивающих реализацию основных задач уголовно-правовой борьбы с преступностью» . Автор приводит аргументы против отождествления группы норм, до-

2

пускающих компромисс, с поощрительными или специальными .

Идея компромисса в уголовной политике и уголовном праве получила признание и дальнейшее развитие в уголовном законодательстве. В юридической литературе под- черкивалось, что любая отрасль права, участвуя в реализации внутренней политики страны, в принципе предусматривает возможность и процедуру разумного компромисса между интересами личности, группы и государства . Такой компромисс используется для «устранения (смягчения) вредных последствий преступления, обеспечения прав и законных интересов потерпевших и обвиняемых, склонения виновных к самообнаружению и сотрудничеству с правоохранительными органами, выявления латентных преступлений, повышения раскрываемости зарегистрированных преступлений, экономии уголовной репрессии, сил и средств правоохранительных органов и т.п.»4.

Нормы об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием являются реальным воплощением идеи компромисса в борьбе с преступностью в уголовном законодательстве. Такую же функциональную нагрузку выполняет и институт освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК). Оценивая нормы нового УК об освобождении от уголовной ответственности, А.В. Наумов пришел к следующему, как представляется, вполне обоснованному выводу: «Никто, конечно, не собирается осуществлять фактическую декриминализацию совершенного лицом деяния в случае освобождения от уголовной ответст-

1 Аликперов Х.Д. Преступность и компромисс. - Баку, 1992. - С. 65.

Там же. - С. 51-65.

3 См.: Карпец П.И. Уголовное право и этика. - М., 1985. - С. 56; его же. Международная преступность. - М., 1988. -

С. 8; Жачинский А.Э. Социально-правовое мышление: проблемы борьбы с преступностью. -М. 1989. -С. 41.

1 Аликперов Х.Д. Проблема допустимости компромисса в борьбе с преступностью: Автореф. дне… д-ра юрид. наук.

-М. 1992. -С. 7.

15

венности, но и традиционная «бескомпромиссная» борьба с преступностью, учитывая реальные возможности правоохранительных органов, на деле способна лишь привести к снижению уровня охраны прав и законных интересов потерпевших от преступления. Напротив, допустимый (в разумных пределах) компромисс между преступником и госу- дарством (в лице правоохранительных органов), между преступником и потерпевшим способен реально повысить как возможность уголовного закона в охране прав и интересов потерпевших от преступления, так и обеспечить достижение общепредупредительных задач. Во всяком случае, нормы УК об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 15 УК РФ) и в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ) полностью вписываются в идею указанного компромисса»1.

Анализ уголовного законодательства показывает, что развитие института освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием происходило путем включения в УК РСФСР норм - примечаний к соответствующим статьям. Причем УК РСФСР 1960 г. допускал освобождение лица от уголовной ответственности только в одном случае, на основании п. «б» ст. 64, который распространялся на граждан, завербованных иностранной разведкой для проведения враждебной деятельности против СССР2.

Статья 174 УК в 1962 г. дополнена примечанием, предусматривающим освобождение от уголовной ответственности взяткодателя, если в отношении него имело место вымогательство взятки или если это лицо после дачи взятки добровольно заявило о слу- чившемся . Данное примечание содержало два самостоятельных основания освобождения от уголовной ответственности. «Освобождение лица от уголовной ответственности за дачу взятки, если в отношении него имело место вымогательство взятки, уголовно-правовым поощрением не является, так как оно не одобряет положительного поведения субъекта, а учитывает особые обстоятельства совершения преступления, сопряженные с криминальным поведением взяткодателя. Напротив, в части, касающейся освобождения от уголовной ответственности на основании добровольного заявления о случившемся, примечание к статье 174 УК РСФСР обладает всеми признаками поощрительной нормы. Оно одобряет полезное для нашего общества поведение и предусматривает поощрение в

1 Наумов Л.В. Уголовное право: Общая часть. Курс лекций. - М, 1996. - С. 443.

См.: Лпашкин Г.З. Ответственность за измену Родине и шпионаж. - М.. 1964. - С. 112-118.

’ Закон РСФСР от 25 июля 1962 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1962. - № 29. - Ст.449.

16 виде освобождения от уголовной ответственности за дачу взятки»’. В целом норма об освобождении взяткодателей от ответственности воспринималась как поощрительная, стимулирующая, побуждающая виновного к деятельному раскаянию, к заглаживанию вреда, к разоблачению взяткополучателей2.

Примечание к ст. 174 УК РСФСР достаточно широко применялось на практике. Так, совместным изучением уголовных дел о взяточничестве Прокуратурой РСФСР и Институтом усовершенствования следственных работников было установлено, что взяткодатели освобождались от ответственности по 82 % уголовных дел”. Относительно интенсивная практика применения примечания к ст. 174 УК РСФСР обусловила появление ряда не только уголовно-правовых (квалификация различных вариантов взяточничества, назначение наказания за подобные деяния), но и уголовно-процессуальных вопросов.

Во-первых, при добровольном заявлении о даче взятки должностному лицу имеет место не только явка с повинной, но и заявление о совершении преступления конкретным лицом, что требует разъяснения заявителю ответственности за заведомо ложный донос с отметкой об этом в протоколе, удостоверенной подписью заявителя (ст. ПО УПК РСФСР).

Во-вторых, практика отказа в возбуждении уголовных дел в рассматриваемых случаях не опиралась на действовавшее в то время законодательство, что справедливо было подмечено Б.В. Волженкиным, В.Е. Квашисом, С.Ш. Цагикяном. «Нельзя согласиться, - писали в 1988 г. авторы, - с довольно распространенной практикой вынесения постановлений на основании ст. 113 УПК РСФСР об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении лица, добровольно заявившего о даче взятки. Уголовное дело возбуждается не в отношении конкретного лица, а по факту преступления при наличии соответствующего повода и основания. Добровольное заявление о даче взятки, представляющее собой и явку с повинной, и заявление о преступлении, служит поводом к возбуждению уголовного дела, поскольку в нем содержатся достаточные данные, указывающие на признаки взяточничества. В этом случае уголовное дело должно быть возбу-

’ Елеонский В.А. Указ. соч. - С. 78.

См.: Зубкова В.П. Пути повышения эффективности борьбы со взяточничеством и поборами // Сов. гос-во и право.

    1. -№4. -С. 80.

’ См.: Мдивани М.. Михайлова Г.. Вол.ж-енкин Б. Применение закона об ответственности за взяточничество // Соц.

законность. - 1986 -№ 9. - С. 84.

17

ждено по признакам ст.ст. 173 и 174 УК РСФСР. Установив в ходе расследования, что взятка действительно была дана должностному лицу и что заявление об этом сделано добровольно, следователь обязан вынести постановление о прекращении уголовного дела в отношении взяткодателя.

Лишь в случаях, когда добровольные заявления поступают от взяткодателей при уже возбужденном в отношении должностного лица уголовном деле о получении им взяток от других взяткодателей, следует, на наш взгляд, вынести постановление об отказе в возбуждении уголовного дела»1.

В-третьих, не было ясности и единообразия в выборе процессуального основания освобождения от уголовной ответственности добровольно сделавшего заявление взят- кодателя. Результаты проведенного Б.В. Волженкиным, В.Е. Квашисом, С.Ш. Цагикя-ном анкетирования следователей свидетельствовали о том, что многие из них (51 % оп- рошенных) в постановлении ссылаются только на материальный закон - примечание к ст. 174 УК РСФСР; очень часто делалась ссылка на отсутствие в действиях лица состава преступления - п. 2 ст. 5 УПК РСФСР (38,6 %); нередкими оказались случаи прекращения уголовного дела со ссылкой на изменение обстановки и утрату в связи с этим лицом общественной опасности - ст. 6 УПК РСФСР (3%)2.

Придя к выводу, что добровольное заявление взяткодателя о вымогательстве у него взятки является особым основанием освобождения от уголовной ответственности, Б.В. Волженкин, В.Е. Квашис, С.Ш. Цагикян констатировали: «Отсутствие в уголовно- процессуальном законе указания на прекращение уголовного дела по данным основаниям является определенным пробелом в законодательстве»”.

Следующим шагом законодателя по расширению сферы уголовно-правового регулирования деятельного раскаяния лиц, совершивших преступление, явился Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 июля 1974 г., которым в УК РСФСР введено примечание к ст. 218: «Лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие, боевые припасы или взрывчатые вещества, хранившиеся у него без соответствующего разрешения, освобождается от уголовной ответственности» .

1 Волженкин Б.В., Квашис В.Е., Цагикян С.Ш. Ответственность за взяточничество. - Ереван, 1988. - С. 160.

” Там же. - С 161.

’ Там же. - С. 162.

1 Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1974. - № 29. - Ст. 781.

18

Данное примечание к ст. 274 УК РСФСР преследовало цель стимулировать сдачу незаконно находящегося у населения оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и тем самым исключить использование их при совершении других преступлений. Вместе с тем законодателем опять же не было создано необходимых процессуальных условий для реализации этой уголовно-правовой нормы. Дополнительно к уже обсуждавшимся применительно к примечанию к ст. 174 УК РСФСР уголовно-процессуальным вопросам при освобождении от уголовной ответственности лиц, сдавших оружие, весьма важным оказалось выяснение таких обстоятельств, как: а) были ли имевшиеся оружие или взрывчатые вещества сданы добровольно; б) использовалось ли сданное оружие для со- вершения иного преступления; в) как процессуально должна быть оформлена сдача лицом оружия до возбуждения уголовного дела; г) каким образом должна быть определена судьба добровольно сданных предметов вооружения.

На страницах юридической печати в очередной раз было зафиксировано, что уголовно- процессуальный закон не регулирует порядка применения частных видов освобождения от уголовной ответственности, вследствие чего осложняется применение на практике примечания к ст. 218 УК РСФСР1.

В целях усиления борьбы с преступлениями в сфере незаконного оборота наркотических средств, повышения общепредупредительной роли уголовного закона в него Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 июня 1987 г. введено примечание к ст. 224 УК РСФСР, согласно которому лицо освобождалось от уголовной ответственности за незаконные приобретение, хранение, перевозку и пересылку наркотических средств при добровольной их сдаче либо добровольном обращении в медицинское учреждение за оказанием медицинской помощи в связи с потреблением наркотических средств в немедицинских целях . К сожалению, законодатель остался «верен себе», процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности лиц в соответствии с примечанием к ст. 224 УК РСФСР установлена не была. В ходе практического применения указанного примечания органам дознания, следователям, прокурорам приходилось сталкиваться с рядом чисто уголовно-процессуальных вопросов, ответы на которые в уголовно- процессуальном законодательстве найти не представлялось возможным .

1 См.: Тенчов Э. Добровольная сдача оружия и взрывчатых веществ // Сов. юстиция. - 1974. - № 15. - С. 22-23.

См.; Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1987. - № 27. - Ст. 961.

’ См.: Зубарев С. Ответственность за преступные действия с наркотиками // Сов. юстиция. - 1990. - № 18. - С. 23.

19

Таким образом, к концу 80-х годов уголовное законодательство включало четыре самостоятельных основания освобождения от уголовной ответственности , предусмот- ренных п. «б» ст. 64, примечаниями к ст.ст. 174, 218, 224 УК РСФСР. Последние три основания получили на практике достаточно широкое распространение, однако уголовно- процессуальная форма их реализации законодателем не регламентировалась. Органы предварительного расследования, прокуроры вынуждены были использовать предостав- ленные уголовно-процессуальным законом возможности и применять его положения по аналогии. В таких условиях не удавалось обеспечить единого подхода в выборе процес- суальных оснований, процессуального порядка освобождения от уголовной ответствен- ности лиц, чьи действия соответствовали сформулированным в примечаниях к ст.ст. 174, 218, 224 УК РСФСР условиям.

Не сняли остроты обозначенной проблемы и руководящие разъяснения Пленумов Верховного суда СССР и Верховного суда РСФСР, касающиеся применения уголовно- правовых норм об ответственности за взяточничество, незаконные действия, связанные с огнестрельным оружием, наркотическими средствами.

Так, Пленум Верховного суда СССР в постановлении от 23 сентября 1977 г. № 16 «О судебной практике по делам о взяточничестве» (с изменениями, внесенными поста- новлением Пленума Верховного суда СССР от 26 апреля 1984 г. № 7) обошел вниманием «уголовно-процессуальную сторону» применения примечания к ст. 174 УК РСФСР и ограничился лишь разъяснением понятия добровольного заявления о взятке . В поста- новлении Пленума Верховного суда СССР от 30 марта 1990 г. № 3 «О судебной практике по делам о взяточничестве» разъяснялось, что, во-первых, освобождение взяткодателя от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 174 УК РСФСР не означает отсутствия в действиях такого лица состава преступления и оно не может признаваться потерпевшим, не вправе претендовать на возвращение ему ценностей, переданных в виде взятки; во-вторых, добровольное заявление о даче взятки одновременно служит и заявлением о получении взятки должностным лицом, в связи с чем заявителю в соответствии со ст. 110 УПК РСФСР должна разъясняться ответственность за заведомо ложный донос .

1 См.: Бюллетень Верховного суда СССР. - 1977. - № 6. - С. 10-14; 1984. - № 4. - С. 14.

См.: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным

делам. -М.. 1995. -С. 367.

20

Постановление Пленума Верховного суда СССР от 20 сентября 1974 № 7 «О судебной практике по делам о хищении огнестрельного оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ, незаконном ношении, хранении, приобретении, изготовлении или сбыте оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ и небрежном хранении огнестрельного оружия» также не внесло ясности в анализируемую ситуацию1. В теории и на практике неодинаково решался вопрос о том, надо ли возбуждать уголовное дело и проводить расследование при добровольной сдаче оружия или можно отказать в возбуждении уголовного дела при очевидности обстоятельств, указанных в примечании к ст. 218 УК РСФСР.

По мнению Э.С. Тенчова, во всех случаях добровольной сдачи оружия необходимо возбудить уголовное дело, чтобы выяснить, является ли оно пригодным к стрельбе, не было ли похищено, не использовалось ли при совершении преступлений. Решение об освобождении от уголовной ответственности должно оформляться постановлением о прекращении уголовного дела в отношении лица, его сдавшего, если расследованием не установлено совершение им каких-либо других преступлений . Согласно другой точке зрения, при добровольной сдаче оружия надо отказывать в возбуждении уголовного де-

3

ла .

Компромиссный вариант решения этого вопроса предложил Н.В. Григорьев, полагающий, что «при отсутствии необходимости проведения следственных действий, когда факт добровольной сдачи оружия, источник его приобретения не вызывают сомнений, возможна уголовно-процессуальная проверка в установленные законодательством сроки, завершающаяся отказом в возбуждении уголовного дела. Если же пригодность к стрельбе или другие обстоятельства, имеющие важное значение (например, источник происхождения оружия), могут быть установлены только в процессе расследования, необходимо возбудить уголовное дело. Решение об освобождении от уголовной ответственности может найти отражение в постановлении о прекращении уголовного дела» .

1 См.: Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам.-С. 121-126.

2 См.; Тенчов Э.С. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности. - Иваново. 1982. - С. 44. ‘” См.: Варкое Л.В. Уголовный закон и раскрытие преступлений. - Минск. 1980. - С. 62.

1 Григорьев П. В. Процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности в случаях добровольной сдачи оружия // Роль органов внутренних дел в формировании правового государства. - М.. 1991. - С. 176.

21

Как видно из изложенного, для применения примечания к ст. 218 УК РСФСР уголовно- процессуальных условий создано не было и оставалось непонятным, кто, руководствуясь каким процессуальным основанием и в каком порядке может принимать решение об освобождении лица от уголовной ответственности.

В постановлениях Пленума Верховного суда СССР от 24 декабря 1987 г. № 12 «О судебной практике по делам о хищении наркотических средств, а также незаконном изготовлении, распространении и других противоправных действиях, связанных с наркотическими средствами, сильнодействующими и ядовитыми веществами», Пленума Верховного суда РСФСР от 27 апреля 1993 г. № 2 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, сильнодействующими и ядовитыми веществами» названные вопросы не стали предметом рассмотрения1.

Исследуя сложившееся положение, когда уголовный закон предусматривал освобождение от уголовной ответственности по специальным, частным основаниям (п. «б» ст. 64, примечания к ст. ст. 174, 218, 224 УК РСФСР), а уголовно-процессуальный закон не содержал правил их применения, многие ученые пришли к однозначному выводу о наличии в УПК РСФСР пробела, подлежащего устранению.

Так, еще в 1974 г. М.Н. Карпухин и В.И. Курляндский обратили внимание на то, что уголовно-процессуальное законодательство не содержит норм, непосредственно рассчитанных на регулирование процедуры прекращения уголовного дела в связи с ус- тановлением какого-либо из специальных оснований освобождения от уголовной ответ- ственности, считали возможным в таких случаях в постановлении (определении) о пре- кращении дела ссылаться только на уголовно-правовое основание . Для устранения данного законодательного пробела Э.С. Тенчовым было предложено дополнить ч. 1 ст. 208 УПК РСФСР пунктом третьим следующего содержания: «Уголовное дело прекращается…

3) вследствие освобождения лица от уголовной ответственности в случаях, специально предусмотренных в Особенной части Уголовного кодекса РСФСР» .

1 См.: Сборник постановлений пленумов Верховного суда СССР и Верховного суда РСФСР (Российской
Федерации) по уголовным делам. - С. 549-554.

См.: Карпухин М.П., Курляндский В.П. Уголовная ответственность и состав преступления. - М.. 1974. - С. 213. ‘ См.: Тенчов Э. С. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности. - С. 47.

22

Поддерживая предложения ученых о дополнении уголовно-процессуального закона нормой об обязанности вынести постановление (определение) суда о прекращении уголовного дела при установлении обстоятельств, перечисленных в примечаниях к соответствующим статьям УК, А.А. Чувилев справедливо отмечал, что в закон необходимо включить и нормы, определяющие процессуальные основания и порядок принятия подобного решения1.

По мнению Л.В. Лобановой, для того, чтобы процедура освобождения лица от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК РСФСР получила регламентацию в уголовно-процессуальном законодательстве, ст. 6 УПК РСФСР целесообразно дополнить частью второй следующего содержания: «Дело подлежит прекращению в случаях освобождения от уголовной ответственности, предусмотренных статьями Особенной части Уголовного кодекса РСФСР»”.

Своеобразием отличается вариант уголовно-процессуального регулирования применения специальных оснований освобождения от уголовной ответственности, разработанный Н.В. Григорьевым. Автор исходит из того, что, во-первых, нельзя исключать возможность отказа в возбуждении уголовного дела при установлении специального основания; и, во-вторых, для преодоления возникающих на практике трудностей ст. 5 УПК РСФСР надлежит дополнить нормой, предусматривающей обязательность прекращения уголовного дела при доказанности наличия обстоятельств, образующих специальное основание, указанное в Особенной части УК. «Установление этого основания, - пишет Н.В. Григорьев, - обязывает следователя согласно ст. 209 УПК РСФСР составить соответствующее постановление и выполнить другие процессуальные действия, связанные с этим актом: уведомить заявителя о прекращении, направить копию постановления и др. Выносимое в этих случаях постановление могло бы, соответственно, именоваться как «Постановление о прекращении уголовного дела по специальному ос-

См.: Чувилев А.А. Процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности по специальным
основаниям // Проблемы предварительного следствия и раскрытия преступлений в деятельности органов
внутренних дел. -Хабаровск. 1989. -С. 113.

Лобанова Л.В. Процессуальное обеспечение прав граждан, освобождаемых от уголовной ответственности // Совершенствование правовых основ уголовного судопроизводства. - Ярославль. 1988. - С. 52.

23 нованию, предусмотренному Особенной частью УК», что отвечало бы в полной мере действующему на нынешнем этапе уголовно-процессуальному законодательству»1.

Сходную с Н.В. Григорьевым позицию отстаивает В.Е. Новичков, считающий це- лесообразным дополнение ст. 5 УПК РСФСР пунктом, предусматривающим освобождение от уголовной ответственности в случаях деятельного раскаяния2.

Обстоятельные и аргументированные предложения об установлении в уголовно- процессуальном законодательстве процедуры освобождения от уголовной ответственности лиц, проявивших деятельное раскаяние, сделавших положительные посткриминальные поступки, сформулированы Х.Д. Аликперовым. Им разработаны и проекты со- ответствующих уголовно-процессуальных норм. Суть их заключается в следующем.

  1. Принципиально недопустимо включение процессуального основания освобождения от уголовной ответственности лица, выполнившего условия закона о компромиссе (о деятельном раскаянии), в ст. 5 УПК, поскольку это исключит возбуждение уголовного дела и виновность лица будет устанавливаться вне рамок предварительного расследования и судебного разбирательства.
  2. При введении в уголовно-процессуальное законодательство процедуры освобождения от уголовной ответственности на основании норм, допускающих компромисс, важным является вопрос о том, какой орган уголовной юстиции вправе применять эту процедуру. Оптимальным с точки зрения необходимости обеспечения процессуальной экономии, соблюдения интересов граждан, освобождаемых от уголовной ответственности с учетом позитивных посткриминальных поступков, представляется наделение правом освобождать от уголовной ответственности по данным основаниям суда, прокурора
  3. i

и органов предварительного расследования с согласия прокурора.

  1. По ряду преступлений, отнесенных законом к числу тяжких, особо тяжких либо повлекших тяжкие последствия, право освобождения от уголовной ответственности участника преступления, проявившего деятельное раскаяние, целесообразно оставить только за судом .

1 Григорьев Н.В. Проблемы совершенствования правовой регламентации специальных оснований освобождения от

уголовной ответственности и их процессуальной формы // Совершенствование деятельности органов вттренних

дел в условиях судебно-правовой реформы. - М, 1990. - С. 164.

См.: Новичков В.Е. Применение уголовно-правовых норм, поощряющих или обязывающих граждан оказывать

помощь правоохранительным органам (по материалам органов внутренних дел): Автореф. дис… канд. юрид. наук.

-М. 1991. -С. 9.

’ См.: Л:шкперовХ.Д. Преступность и компромисс. - С. 184-188.

24

Несмотря на многочисленные изменения и дополнения УПК в начале 90-х годов, процессуальные правила применения специальных оснований освобождения от уголовной ответственности в уголовно-процессуальном законодательстве закреплены не были. Более того, законодатель ввел в Уголовный кодекс РСФСР новые основания указанного свойства.

Федеральным законом от 1 июля 1994 г. УК РСФСР был дополнен ст. 2133 «Терроризм», сопровожденной следующим примечанием: «Лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным образом способствовало предотвращению акта терроризма» . Данная уголовно-правовая норма призвана способствовать предупреждению актов терроризма, исключить наступление тяжких последствий, характерных для такого рода преступлений. Ее включение в УК РСФСР явилось одной из мер, которые были предложены специалистами в качестве средств противодействия терроризму2.

Еще одно специальное основание освобождения от уголовной ответственности

применено в уголовном законодательстве в связи с дополнением УК РСФСР ст. 77 «Организация или участие в незаконных вооруженных формированиях», имеющей при- мечание об освобождении от уголовной ответственности при определенных условиях .

Линия на увеличение количества специальных оснований освобождения от уголовной ответственности была поддержана разработчиками проекта УК России. В опубликованном в 1995 г. для обсуждения проекте УК имелось уже пятнадцать таких оснований, соответствующие примечания распространялись на 34 состава преступлений. Кроме того, предполагалось введение самостоятельного вида освобождения от уголов-

4

нои ответственности в связи с деятельным раскаянием .

Обсуждение на страницах юридической печати проекта нового УК показало, что институт освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием был воспринят положительно, целесообразность пополнения им арсенала средств уго-

Российская газета. -1994. - 7 июня.

2 См. об этом: Терроризм: психологические корни и правовые оценки: «Круглый стол» журнала «Государство и право» // Гос-во и право. - 1995. - № 4. - С. 20-43.

3 См.: Собрание законодательства Российской Федерации. - 1995. - Ст. 1595.

1 См.: Проект УК России// Российская газета. - 1995. - 25 янв.. Коломеец В.К. Явка с повинной по российскому законодательству (1845-1995). - Екатеринбург. 1996. - С. 100.

25

ловно-правового воздействия не оспаривалась и даже была поддержана. Осознание вынужденности, неизбежности «реагирования» уголовно-процессуального законодатель-ства на уголовно-правовой институт деятельного раскаяния привело к тому, что разработчики проектов нового УПК предусмотрели в них положения, относящиеся к основаниям и порядку прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием. В проекте УПК (Общая часть), подготовленного рабочей группой Государственно-правового управления Президента России, деятельное раскаяние относилось к одному из обстоятельств, позволяющих не осуществлять уголовное преследование (ст. 58)1. Аналогичная норма была включена в Модельный Уголовно-процессуальный кодекс для государств- участников СНГ (ст. 38) . Другой проект УПК, разработанный в Министерстве юстиции

W России, содержал правила о порядке прекращения уголовного дела в связи с деятельным

раскаянием (ст. 29)”.

Принятый 24 мая 1996 г. новый Уголовный кодекс ввел институт освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК), расширил перечень специальных оснований освобождения от уголовной ответственности. Стало очевидным, что наряду с другими изменениями и дополнениями УПК РСФСР, которые должны были создать условия для реального действия нового УК, в уголовно-процессуальное законодательство необходимо ввести и нормы, устанавливающие процессуальную форму освобождения лиц от уголовной ответственности в связи с деятель-

^ ным раскаянием. Федеральным законом от 21 декабря 1996 г. ст. 7 УПК РСФСР изло-

жена в новой редакции, наполнена новым содержанием, в ней урегулированы основания и порядок прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием.

*.

1 См.: Рос, юстиция. - 1994. -№ 9. - С. 25. L : См.: Модельный Уголовно-процессуальный кодекс для государств-участников СНГ. Рекомендуемый законода-

Щ тельный акт. Принят на седьмом пленарном заседании Межпарламентской ассамблеи государств- участников Со-

Н дружества Независимых Государств 17 февраля 1996 г.

Щ 3 См.: Юридический вестник. - 1995. -№31.- С. 3-28.

26 § 2. Понятие института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием и его соотношение с иными видами прекращения уголовного дела

Современная редакция ст.ст. 7, 208, 209, 210 УПК, которые включают группу взаимосвязанных нормативных положений, образующих в своей совокупности уголовно- процессуальный институт прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Конструкция ст. 7 УПК обусловлена материально-правовым содержанием института деятельного раскаяния, получившего законодательное оформление в ст.ст. 61, 75, примечаниях к соответствующим статьям Особенной части УК. В статье 7 УПК можно выделить несколько относительно самостоятельных предписаний, раскрывающих суть анализируемого правового института, его назначение в уголовном процессе, среди других видов прекращения уголовного дела.

  1. Решение о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием уполномочены принимать суд, прокурор, следователь и орган дознания с согласия про- курора (ч. 1 ст. 7 УПК). Законодатель счел нецелесообразным лишать органы предвари- тельного расследования и прокурора права освобождать от уголовной ответственности деятельно раскаявшихся лиц, хотя в данном случае уголовное дело прекращается по не- реабилитирующему основанию , в отношении лица, виновного в совершении преступ- ления.

В теории уголовного процесса наделение органов расследования правом освобождать лицо от уголовной ответственности с констатацией в постановлении о прекращении уголовного дела его виновности в совершении преступления признавалось рядом ученых-юристов противоречащим конституционному требованию о том, что никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом”. Другая точка

О понятии и классификации реабилитирующих и нерсабилитирующих оснований см.: Лукашевич В.З. Гарантии прав обвиняемого в стадии предания суду. - Л., 1966. - С. 100-105; Степанов В.Г., Шимановский В.В. Прекращение уголовного дела в стадии предварительного расследования. - Л., 1979. - С. 5-6; Барабаш А.С, Володина Л.М. Прекращение уголовных дел по нереабилитирующим основаниям в стадии предварительного расследования. -Томск, 1986.-С. 40-41.

2 См.: Савицкий В.М. Новый этап в осуществлении социалистического правосудия // Сов. юстиция. - 1978. - № 5. -С. 9, Кокорев Л.Д. Конституция СССР и совершенствование правового статуса личности в уголовном судопроизводстве // Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка. - М.. 1979. - С. 149; Добро-тлъекая Т.Н. Об изменении порядка прекращения уголовных дел и некоторые? спорных проблемах правосудия // Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка. - С. 178. и др.

27

зрения исходит из того, что «предоставление законодателем права органам расследования прекращать уголовные дела по нереабилитирующим основаниям никак не ограничивает право суда решать вопрос о виновности и невиновности конкретного лица в совершении преступления и не ущемляет конституционные права гражданина, привлекаемого к уголовной ответственности, а, напротив, дает возможность, не запуская дорогостоящую машину судопроизводства, решать задачи, стоящие перед обществом в сфере борьбы с преступностью. Такой подход согласуется и с мировой практикой освобождения от уголовной ответственности лиц, совершивших преступления»1.

В последние годы вопрос о соответствии Конституции России уголовно-процессуальных норм, допускающих прекращение уголовных дел по нереабилитирующим основаниям органами расследования, прокурором, снова привлек к себе внимание в юридической литературе, поскольку стал предметом рассмотрения в Конституционном Суде Российской Федерации.

28 октября 1996 г. Конституционный Суд принял постановление по делу о проверке конституционности ст. 6 УПК в связи с жалобой гражданина Сушкова на нарушение его конституционных прав. В своем обращении в Конституционный Суд Сушков просил признать ст. 6 УПК не соответствующей Конституции России, поскольку эта статья, по его мнению, нарушает конституционный принцип презумпции невиновности.

Конституционный Суд указал в постановлении, что ст. 6 УПК следует рассматривать в тесной связи как с конституционными положениями, в частности, с презумпцией невиновности, так и с положениями других статей УПК, в том числе ст. 13, об осущест- влении правосудия только судом. С учетом этого Конституционный Суд постановил, что «принятое на основании оспариваемой нормы решение о прекращении уголовного дела не подменяет собой приговор суда и, следовательно, не является актом, которым устанавливается виновность обвиняемого в том смысле, как это предусмотрено ст. 49 Конституции Российской Федерации» .

1 Кириллова Н.П. Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям. - Санкт-Петербург, 1998. -С. 9. Аналогичного мнения придерживаются: Гуткин ИМ. Некоторые проблемы уголовного процесса в свете Конституции СССР // Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка. - С. 164; Чувилев А.А. Актуальные вопросы совершенствования уголовно-процессуального законодательства // Там же. - С. 168-169: Аликлеров Х.Д. Преступность и компромисс. - С. 168-169. “ См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1996. - № 5. - С. 14.

28

Анализируя данное постановление Конституционного Суда, Ю.Кореневский правильно обратил внимание на то, что оно «разрешает споры, давно уже ведущиеся между российскими юристами и имеет принципиальное значение, выходящее за пределы ст. 6 УПК. Оно касается, по существу, тех случаев, когда, согласно уголовно-процессуальному закону, возможно прекращение дела по так называемым нереабилити-рующим основаниям»1. По существу, Конституционный Суд сделал вьшод о том, что прекращение дела на предварительном следствии по нереабилитирующим основаниям нельзя считать противоречащим презумпции невиновности, может производиться с согласия лица, в отношении которого принимается соответствующее решение.

  1. По общему правилу, уголовное дело в связи с деятельным раскаянием лица может быть прекращено только в отношении лиц, совершивших впервые преступление небольшой тяжести (ч. 1 ст. 7 УПК). Данное правовое предписание перенесено из уго ловного (ч. 1 ст. 75 УК) в уголовно-процессуальный закон без изменений, оно не несет уголовно-процессуальной смысловой нагрузки. Вполне возможно и достаточно было в ч. 1 ст. 7 УПК записать: «Суд, прокурор, а также следователь и орган дознания, с согла сия прокурора, вправе прекратить уголовное дело в отношении лица в связи с его дея тельным раскаянием по основаниям, указанным в статье 75 Уголовного кодекса Россий ской Федерации».

Редакция ч. 1 ст. 7 УПК позволяет считать уголовно-процессуальным основанием прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием установление, доказывание перечисленных в ч. 1 ст. 75 УК обстоятельств (совершение лицом впервые преступления небольшой тяжести, его явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, возмещение причиненного ущерба, заглаживание причиненного вреда иным образом).

  1. В части 2 ст. 7 УПК включено положение, согласно которому прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием может иметь место и при совершении преступления иной категории в случаях, специально предусмотренных соответствую щими статьями Особенной части УК. Тем самым рамки рассматриваемого института прекращения уголовного дела значительно расширены. Формулировки отдельных при-

1 Кореневский Ю. Противоречит ли Конституции прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям’.’ // Рос. юстиция. - 1997. - № 1. - С. 19.

29 мечаний, образующих специальные основания освобождения от уголовной ответствен- ности, не свидетельствуют о деятельном раскаянии лица после совершения преступления, предусматривают обстоятельства иного рода.

Так, согласно примечанию к ст. 291 УК лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если имело место вымогательство взятки. Примечания к ст.ст. 337, 338 УК позволяют освободить от уголовной ответственности военнослужащего, самовольно оставившего часть или место службы, дезертировавшего вследствие стечения обстоятельств. В подобных случаях лицо нарушает уголовный закон в силу определенной вынужденности, хотя в его действиях отсутствуют признаки деятельного раскаяния.

Распространение правил ст. 7 УПК на указанные случаи весьма условно. По большому счету, процессуальный порядок прекращения уголовного дела в отношении деятельно раскаявшихся лиц, установленный ст. 7 УПК, «приспособлен» к анализируемым ситуациям искусственно. В правовой литературе Л.Лобановой правильно обращено внимание на то, что основанием специальных видов освобождения от уголовной ответственности может быть не только деятельное раскаяние но и, в частности, добровольное заявление о совершении преступления, продиктованное иными мотивами, поэтому «в Уголовно- процессуальном кодексе необходимо, видимо, в отдельной статье решить проблему регламентации процессуальной формы применения специальных видов освобождения от уголовной ответственности» .

  1. Порядок прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием рег- ламентируется чч. 3, 4 и 5 ст. 7 УПК, а также дополнительно ст. 209 УПК и предполагает осуществление органом расследования следующих процессуальных действий:

а) разъяснение лицу оснований прекращения дела и права возражать против пре кращения дела по этим основаниям;

б) составление мотивированного постановления о прекращении дела и получение согласия прокурором, направление копии постановления прокурору;

в) уведомление о прекращении уголовного дела обвиняемого, потерпевшего, лица или учреждения, по заявлениям которых дело было возбуждено, разъяснение им поряд-

Лобанова .7. Об освобождении от уголовной ответственности за заведомо ложные показания, заключения эксперта или неправильный перевод // Рос. юстиция. - 1997. - № 9. - С. 26.

30

ка обжалования.

Из текста ст. 7 УПК не следует, что обязательным условием прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием является привлечение совершившего преступление лица в качестве обвиняемого. По мнению А.П. Гуляева, для прекращения дела на основании ст.ст. 6-9 УПК «не требуется как обязательное условие предварительное предъявление обвинения лицу, в отношении которого прекращается дело, хотя не исключается прекращение уголовного дела и в отношении обвиняемого. Если прекращение дела имеет место до предъявления обвинения, то роль «обвинительного акта» выполняет постановление о прекращении уголовного дела . В нем констатируется факт совершения преступления, содержатся его квалификация, основания прекращения, доказательства, на которых основаны выводы» .

Применительно к прекращению уголовных дел в соответствии с ч. 2 ст. 75 УК, ч. 2 ст. 7 УПК А.Д Прошляков считает, что при «наличии специальных оснований для освобождения лица от уголовной ответственности не требуется выносить постановление о привлечении его в качестве обвиняемого. Достаточно вынести постановление о прекращении дела» .

Другую точку зрения по обсуждаемому вопросу занимает В.В.Николюк, полагающий, что «установление содержащихся в отдельных специальных основаниях признаков (вымогательство в отношении лица, совершившего коммерческий подкуп; способствование предотвращению осуществления акта терроризма; активное способствование раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ, и др.) предполагает обязательное получение подробных показаний совершившего преступление лица. Представляется, что такое лицо, при необходимости, надлежит допрашивать в качестве обвиняемого» .

Гуляев А. Новые нормы старого УПК //Рос. юстиция. - 1977. -№3.- С. 35. : Прошляков А.Д. Взаимосвязь материального и процессуального уголовного дела. - С. 175.

3 Николюк В. В. Специальные основания освобождения от уголовной ответственности // Правовые и организационно-тактические проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Сборник материалов научно-практической конференции. - Ч. 1. - Красноярск, 1998. - С. 14. Еще в 1972 г. А. Чувилев и Б.Безлепкин привели достаточно убедительные аргументы в пользу того, что до прекращения уголовного дела по нереабилитирующему основанию лицу, совершившему преступление, должно быть предъявлено обвинение, разъяснены права обвиняемого и обеспечено их осуществление. Эти процессуальные действия считаются авторами существенной гарантией от неправильного применения закона при прекращении дела. См. их. Прекращение уголовных дел по нереабилити-рующим основаниям // Соц. законность. - 1972. - №2. - С. 29.

31

С приведенным суждением В.В. Николюка трудно не согласиться. Сам характер форм деятельного раскаяния, содержание специальных оснований освобождения от уголовной ответственности предполагают получение от совершившего преступление лица подробных показаний, которые можно получить не иначе как при допросе его в качестве обвиняемого. Интересно отметить, что более половины опрошенных практических работников (57,3%) убеждены в необходимости предъявления обвинения по этой категории дел, 20,7% следователей решили, что уголовное дело на основании ст. 7 УПК допустимо прекращать и в отношении подозреваемых, примерно столько же респондентов (22,0%) не видят надобности предъявлять обвинение перед прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием лица. По изученным уголовным делам, прекращенным в порядке ст. 7 УПК, обвинение предъявлялось в 72,0% случаев.

С учетом изложенного, сущность уголовно-процессуального понятия прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием заключается в принятии управо- моченными на то законом органами и должностными лицами решения об окончании предварительного расследования при установлении обстоятельств, указывающих на со- вершение виновным действий по предотвращению, ликвидации или уменьшению вредных последствий содеянного либо оказанию помощи в раскрытии преступления. В ряде случаев такое решение о прекращении уголовного дела обусловливается наличием обстоятельств, объективно способствовавших совершению виновным преступления.

Служебная роль института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием сводится к обслуживанию соответствующего одноименного уголовно-правового института, который образует совокупность материальных норм, помещенных в ст. 75 УК, а также находящихся в примечаниях к соответствующим статьям Особенной части УК. Он представляет набор процессуальных правил, процессуальную форму освобождения от уголовной ответственности совершивших преступление и проявивших деятельное раскаяние лиц.

Введение в уголовный процесс нового вида прекращения уголовного дела - в связи с деятельным раскаянием детерминировано развитием в уголовном законодательстве идеи компромисса, более широкого использования в качестве уголовно-правовых средств воздействия на преступность возможности освобождения от уголовной ответственности виновных в обмен на позитивное послепреступное поведение. «Идея компро-

32

мисса, - пишет А.В. Наумов, - давно реализуется и в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве многих зарубежных государств»1. По мнению автора, это находит выражение в «сделках» с правосудием и «признании вины» (США)2, создании «конфликтных советов» для заключения соглашения о добровольном возмещении вреда между несовершеннолетним преступником и потерпевшим (Норвегия)3.

Отказ от уголовного преследования при деятельном раскаянии лица, совершившего государственное преступление, предусмотрен Уголовно-процессуальным кодексом ФРГ, в § 153 которого указано, что уголовное преследование не осуществляется, если лицо после совершения преступления, но прежде, чем ему стало известно о его раскрытии, способствовало предотвращению вредных последствий, касающихся безопасности Республики4.

Нельзя не отметить и того, что институт прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием способствует снижению материальных затрат на уголовное су- допроизводство, т.е. в какой-то мере понижает «цену правоохранительной деятельности», «удешевляет» уголовный процесс, чему в настоящее время придается важное значение5. На страницах юридической печати также указывается, что активное использование норм об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием позволит решить и задачи повышения раскрываемости некоторых категорий преступлений, освобождения аппаратов следствия и дознания от значительного объема работы, связанной с направлением в суд большого числа уголовных дел о преступлениях небольшой тяжести, обеспечения уголовно-процессуальными средствами вывода из разработки негласных участников оперативно-розыскных мероприятий по выявлению и пресечению организованной преступной деятельности .

1 Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. - М. 1996. - С. 443.

См.: Уайнреб JlrVJl. Отказ в правосудии: Уголовный процесс в США. - М.. 1985. - С. 95; Тейман С. Сделки о признании вины ИЛИ сокращенные формы судопроизводства: по какоьгу пути пойдет Россия? // Рос. юстиция. -1998. - № 10. - С. 35-37; № 11. - С. 35-37; Совет судей голосует за сделки о признании вины // Рос. юстиция. - 1998. - № 6. - С. 4; Махов В., Пешков М. Сделка о признании вины // Рос. юстиция. - 1998. - № 7. - С. 17-19. 3 См.: Корнилз К. Современные тенденции развития уголовной политики: советский и зарубежный опыт. - Красно- ярск, 1989. - С. 108.

1 См.: Кириллова Н.П. Указ. соч. - С. 29.

1 См.: Демидов В.Н. Уголовный процесс и материальные затраты. - М. 1995. - С. 60-85.

’’ См.: Калугин А.Г. Сущность деятельного раскаяния и его значение для следственной практики // Правовые и организационно-тактические проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Материалы научно- практической конференции. - Ч. 1. - Красноярск. 1998. - С. 173.

33

Институт прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием имеет определенное сходство с иными видами прекращения уголовных дел по нереабилити- рующим основаниям (ст.ст. 6, 8, 9 УПК). Это порождает на практике их смешение, кон- куренцию, подмену оснований при прекращении уголовных дел, что диктует необходи- мость их сравнительного исследования, сопоставления.

Наибольшее сходство характерно для институтов прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием и вследствие изменения обстановки.

Во-первых, в обоих случаях вопрос о прекращении уголовного дела решается в отношении лиц, впервые совершивших преступления небольшой тяжести1.

Во-вторых, основания прекращения уголовного дела вследствие изменения обстановки сформулированы в ст. 6 УПК (ст. 77 УК) неконкретно, расплывчато. В юридической литературе под изменением обстановки, означающим потерю лицом или деянием общественной опасности, понимается наступление таких условий в жизни общества, группы населения, данного лица, которые значительно изменяют представление об об- щественной опасности деяния или лица, его совершившего, и дают возможность не применять к данному лицу меры уголовного наказания . В качестве примеров изменения обстановки, образующих основание применения ст. 6 УПК, называются хорошее поведение лица, призванного на действительную военную службу после совершения хулиганства , спасение утопающих или имущества на пожаре, способствование задержанию преступника, честный и добросовестный труд, отказ от злоупотребления алкоголем4. По данным Р.Готлиба, наиболее часто встречающимися критериями оценки личности, положенными в основу применения ст. 6 УПК, были направление на принудительное лечение от алкоголизма - 18,5 %, призыв в армию - 11,6 %, осуждение за другое преступление - 23,2 %, перемена местожительства - 6,9%5.

Нередко уголовные дела на основании ст. 6 УПК прекращаются и тогда, когда лицо устраняет вредные последствия от преступления (возмещает ущерб, заглаживает

Вследствие изменения обстановки уголовное дело может быть также прекращено и при совершении лицом преступления средней тяжести.

2 См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - М.. 1997. - С. 27.

3 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред.д-р юрид. наук, проф. А.В.Наумов. - М.:Юристъ, 1996.-С.27.

4 См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальнот’ кодексу РСФСР. - С.27.

1 См.: Готлиб Р. Служит ли статья 6 УПК РСФСР делу борьбы с преступностью//Соц. законность. - 1990. - № 2. -С.60.

34

вред), хотя в подобных случаях речь должна идти о применении положений ст. 7 УПК . Следователи, однако, расценивают факт устранения лицом вредных последствий от пре- ступления как утрату им общественной опасности. Этому способствуют и рекомендации ученых, помещаемых в такие авторитетные для практических работников издания, как комментарии законов. Например, в последнем Комментарии к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР А.С. Александров прямо говорит о том, что лицо перестает быть общественно-опасным, когда оно совершило поступки, свидетельствующие о его деятельном раскаянии (загладило причиненный вред, помирилось с потерпевшим) .

В-третьих, уголовно-процессуальный закон предусматривает одинаковую процедуру прекращения уголовных дел вследствие изменения обстановки и в связи с деятельным раскаянием, что служит дополнительным фактором, обусловливающим смешение на практике анализируемых институтов прекращения уголовного дела.

Сходство рассматриваемых видов прекращения уголовных дел позволило Л.В. Лобановой признать целесообразным дополнение ст. 6 УПК частью второй следующего содержания: «Дело подлежит прекращению в случаях освобождения от уголовной ответственности, предусмотренных статьями Особенной части Уголовного кодекса РСФСР»2. По мнению Л.В. Лобановой, ст. 6 УПК следовало озаглавить «Прекращение уголовного дела вследствие изменения обстановки и освобождения лица от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК РСФСР», а регламентация «процедуры осуществления специальных видов освобождения от уголовной ответственности необходима именно в ст. 6 УПК РСФСР, поскольку между освобождением от уголовной ответственности вследствие изменения обстановки и специальными видами освобождения от уголовной ответственности имеется много общего, ибо примечание последних связано … со значительным снижением степени общественной опасности лица, обусловленным его деятельным раскаянием. Сходство оснований осуществления различных видов освобождения от уголовной ответственности должно определять и общность порядка реализации такого рода освобождения»”.

1 См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР/ Отв. ред. В.И. Радченко; под ред. В.Т. Томи-на- 2-е изд., перераб. и доп..- М. Юристь, 1999,- С. 25. ? Лобанова Л.В. Указ соч.- С.52. Там же.

35

На схожесть анализируемых видов освобождения от уголовной ответственности указывал и Н.В. Григорьев: «…допустимо рассматривать добровольную сдачу огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, наркотиков как изменение обстановки и свидетельство того, что лицо перестало быть общественно опасным. Факт сдачи, например, незаконно хранившегося огнестрельного оружия показывает, что обстановка изменилась. В распоряжении лица больше нет оружия. Причем это изменение обстановки произошло по его доброй воле, что позволяет сделать вывод, что лицо не может больше считаться общественно опасным»1.

Вместе с тем им правильно подмечено, что признание конкретного специального основания освобождения от уголовной ответственности частным случаем изменения об- становки весьма условно, а применительно к отдельным основаниям (заявление лица о связи с иностранной разведкой или даче им взятки) и вовсе несостоятельно, что обу- словливает необходимость дополнения уголовно-процессуального закона нормами, не- посредственно рассчитанными на регулирование процедуры прекращения уголовного дела в связи с установлением какого-либо из специальных оснований освобождения от

2

уголовной ответственности .

Действительно, применение ст.ст. 6 и 7 УПК предполагает установление разных фактических обстоятельств. Как уже отмечалось, деятельное раскаяние выражается в добровольных, активных действиях лица, направленных на раскрытие преступления, ликвидацию последствий противоправного деяния.

Изменение же обстановки подразумевает другое. В порядке ст. 6 УПК уголовное дело может быть прекращено безотносительно к тому, кто совершил деяние, виновно или невиновно в этом конкретное лицо. В подтверждение данного тезиса А. Ларин приводит дела о незаконных сделках с валютными ценностями. «Запрещающая эти дейст-вия под угрозой наказания ст. 162 УК РСФСР, введенная 7 июля 1994 г., не отменена и формально сохраняла силу по 31 декабря 1996 г. … Однако в новом УК РФ ответственность за сделки с валютными операциями не предусмотрена. Это косвенно, но вполне определенно отражает такое изменение обстановки, в силу которого указанное преступление потеряло характер общественно опасного и дело о нем еще до введения в дейст-

’ Григорьев Н. В., Сабитов Р. А. Освобождение от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК РФ.

-Хабаровск. 1993. - С. 48.

” См.: Григорьев Н.В., Сабитов Р.А. Указ. соч. - С 51.

36

вие нового УК подлежит прекращению, независимо от того, кому приписывается это деяние и доказана либо не доказана виновность в нем определенного лица»1.

Что касается утраты лицом общественной опасности после совершения им преступления, то ст. 6 УПК не требует от него таких действий, которые образуют основания прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием: явку с повинной, активное способствование раскрытию преступления, устранение вредных последствий от преступления. На утрату лицом общественной опасности могут указывать его общественно полезные поступки, хорошее поведение в течение значительного времени и др.

Институт прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием нуждается в сопоставлении и с прекращением уголовного дела за примирением потерпевшего с обвиняемым. Последнее допускалось уголовно-процессуальным законом только по делам частного обвинения, перечень которых определялся ст. 27 УПК и насчитывал четыре состава преступления, а п. 6 ст. 5 УПК содержал самостоятельное основание для пре- кращения уголовных дел - примирение потерпевшего с обвиняемым. Возможность мир- ного, без применения мер государственного принуждения урегулирования возникающих между гражданами уголовно-правовых конфликтов расширена в УК (ст. 86), а УПК (ст. 9 в редакции Федерального закона от 15 декабря 1996 г.) предусмотрел процессуальный порядок прекращения уголовных дел за примирением .

Одним из оснований прекращения уголовного дела в соответствии со ст. ст. 7,9 УПК является заглаживание (устранение) причиненного преступлением вреда, а условиями принятия такого решения выступают совершение лицом преступления небольшой тяжести впервые. Данное обстоятельство обусловливает конкуренцию институтов прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим. Принципиальные отличия между ними заключаются в следующем.

Прекращение уголовного дела на основании ст. 7 УПК предполагает установление (доказывание) в действиях лица, совершившего преступление, любого из видов дея- тельного раскаяния: явки с повинной, добровольного способствования раскрытию пре- ступления, возмещения причиненного ущерба или заглаживания в иной форме вреда, причиненного в результате преступления. Возмещение (заглаживание) причиненного

1 Ларин А. Прав ли суд, даже если он КонституционныйУ/Poc. юстиция. - 1997. - № 4. - С.53.

” Подробнее об институте прекращения уголовного дела за примирением см.: Савицкий В. Последние новеллы

УПК: прекращение уголовного дела, состав суда, подследственность // Рос. юстиция. - 1998. - № 4. - С. 15-16.

37 преступлением ущерба (вреда), таким образом, является лишь одним, но не единствен- ным основанием освобождения лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. В качестве оснований прекращения уголовного дела в соответствии со ст. 9 УПК выступают примирение с потерпевшим и заглаживание причиненного ему вреда. Поэтому совпадение, сходство рассматриваемых институтов прекращения уголовного дела имеет место лишь в части, касающейся возмещения (заглаживания) ущерба (вреда) от преступления.

Более широкий спектр применения ст. 7 УПК предопределен и тем, что уголовные дела подлежат прекращению в связи с деятельным раскаянием также по специальным основаниям, указанным в примечаниях к соответствующим статьям УК. Надлежит отметить, что положения ст. 76 УК, ст. 9 УПК распространяются только на случаи со- вершения преступлений в отношении физических лиц. Институт прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием применяется к лицам, впервые совершившим преступления небольшой тяжести, при этом не имеет значения, в отношении юридического или физического лица совершено преступление. При сопоставлении ст.ст. 7 и 9 УПК обнаруживаются и различия в процессуальном порядке прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим. Если в первом случае требуется выяснить мнение лица, в частности, возражает или согласен он с прекращением дела, то во втором сам факт примирения потерпевшего и обвиняемого означает, что они не возражают против прекращения уголовного дела. С другой стороны, прекращение уголовного дела на основании ст. 9 УПК предполагает наличие специального заявления потерпевшего, в котором должно быть подтверждено его примирение с лицом, совершившим преступление, и сформулирована просьба об освобождении лица от уголовной ответственности.

Таковы, в общих чертах, отличия институтов прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим. Вместе с тем возможна их конкуренция в случаях совершения преступлений небольшой тяжести в отношении фи- зических лиц. Данная ситуация требует специального рассмотрения. Изучение прекра- щенных в соответствии со ст. 7 УПК уголовных дел показало, что в 38,5% случаев орган предварительного расследования в обоснование принятого решения ссылался в поста- новлении о прекращении уголовного дела на возмещение лицом, совершившим престу-

38

пление, причиненного ущерба, а по 2,5% дел в качестве обстоятельства, подтверждающего деятельное раскаяние лица, указывалось заглаживание им вреда от преступления. Более тщательный анализ этой категории уголовных дел позволяет сделать вывод о том, что многие из них могли быть прекращены и на основании ст. 9 УПК за примирением при наличии о том заявления потерпевшего.

В отдельных случаях, как свидетельствует проведенное обобщение практики органов предварительного расследования в этой части, уголовные дела прекращались в связи с деятельным раскаянием (ст. 7 УПК), хотя имелись все фактические и юридические предпосылки прекращения уголовного дела за примирением (ст. 9 УПК).

Так, Черлакским РОВД Омской области расследовалось уголовное дело по обвинению М. в совершении хулиганских действий в отношении Е., признанной потерпевшей. Последняя написала заявление о том, что она примирилась с М., претензий к нему не имеет и просит не привлекать его к уголовной ответственности. Орган дознания в постановлении о прекращении уголовного дела с связи с деятельным раскаянием буквально указал следующее: «… В ходе расследования Е. написала заявление, что с М. примирилась, претензий к нему не имеет, привлекать его к уголовной ответственности не желает. Согласно ст. 76 УК лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный вред. М. ранее не судим, преступление -ч. 1 ст. 213 УК - небольшой тяжести, совершил впервые. Учитывая вышеизложенное и руководствуясь ст. 76 УК и ст. 7 УПК…» .

Итак, следователи, дознаватели допускают ошибки в применении ст.ст. 7 и 9 УПК в «пограничных» ситуациях, которые не всегда исправляются средствами ведомственного процессуального контроля и прокурорского надзора. Однако конкуренция оснований принятия решений о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим как бы запрограммирована самим законодателем, поскольку содержание ст. 76 УК и ст. 9 УПК, а также ст. 75 УК и ст. 7 УПК в соответствующей части фактически совпадают. Это неизбежно будет приводить к путанице на практике, что требует усовершенствования правового регулирования данных уголовно-правовых и уголовно-процессуальных институтов в направлении более четкого их раз-

’ Архив УВД Омской области. Уголовное дело № 547084 за 1997 г.

39

граничения. Пока же, как представляется, при применении ст.ст. 7 и 9 УПК надлежит руководствоваться следующими положениями.

Если в рамках конкретного уголовного дела возмещен причиненный преступлением ущерб (вред), а преступление относится к категории деяний небольшой тяжести и совершено впервые в отношении физического лица, возможно применение как ст. 7, так и ст. 9 УПК. При этом для того, чтобы прекратить уголовное дело на основании ст. 9 УПК, необходимо соответствующее заявление потерпевшего . При подаче такового вопрос о том, нормами каких статей уголовно-процессуального закона следует руководствоваться при освобождении лица от уголовной ответственности, не возникает. Здесь применению подлежат положения ст. 9 УПК.

Для прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием мнение потерпевшего не имеет юридического значения. Поэтому при возмещении ущерба или заглаживании в иной форме вреда от преступления, при наличии указанных в ч. 1 ст. 75 УК условий (преступление лицом совершено впервые, оно относится к категории небольшой тяжести) уголовное дело может быть прекращено на основании ст. 7 УПК без заявления потерпевшего об освобождении лица от уголовной ответственности.

Сходство самостоятельных видов прекращения уголовного дела - в связи с деятельным раскаянием и примирением с потерпевшим - объективно обусловлено и вряд ли его можно и нужно исключить. В уголовном процессе права и законные интересы потерпевшего должны быть защищены в первую очередь . Именно поэтому прекращение уголовного дела в отношении деятельно раскаявшегося лица поставлено в зависимость от того, заглажен, возмещен или нет причиненный потерпевшему преступлением вред. В юридической литературе не случайно говорится о том, что элементы юридического примирения содержатся в ряде правовых норм, в том числе - касающихся деятельного раскаяния, которые сегодня не рассматриваются нормами, относящимися к институту примирения . Однако несмотря на некоторое «пересечение», институты прекращения уголовного дела, предусмотренные ст.ст. 7 и 9 УПК, достаточно автономны,

1 См. об этом: Гуляев А.П. Принципы уголовного процесса - найдут ли они отражение в законе?//Российскос право. - 1997. -№3. -С. 109.

2 См.: Кашепов В.П. Концепция развития уголовно-процессуального законодательстваУ/Правовая реформа: Кон цепция развития российского законодательства. - М. 1995. - С. 206.

3 См.: Максудов Р., Флямер М, Грасенкова А. Институт примирения в уголовном процессе: необходимость и усло вия развития // Уголовное право. - 1998. - № 1. - С. 74.

40

их применение рассчитано на установление соответствующего круга фактических обстоятельств.

С проблемой выбора основания прекращения уголовного дела приходится стал- киваться и при совершении впервые преступления небольшой тяжести несовершеннолетним, если в его посткриминальном поведении усматриваются признаки деятельного раскаяния.

Прекращение уголовного дела в отношении несовершеннолетнего с применением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 8 УПК) связывается с признанием возможности его исправления путем применения таких мер. По данным выборочных социологических исследований при решении этого вопроса учитываются: положительное поведение несовершеннолетнего до совершения преступления (63 %), совершение преступления впервые (55%), чистосердечное раскаяние (38%), отсутствие судимости (84%), возмещение причиненного ущерба (18%), явка с повинной, признание вины, активное способствование раскрытию преступления (5%)’. Результаты другого исследования показали, что в постановлении о прекращении уголовных дел в отношении несовершеннолетних на основании ст. 8 УПК следователи приводили следующего рода обстоятельства: возмещение ущерба (21 %), раскаяние в содеянном (26, 3 %), признание вины (63, 2 %)2.

Приведенные данные свидетельствуют о том, что деятельное раскаяние несовер- шеннолетнего берется во внимание при принятии решения о прекращении уголовного дела с применением принудительных мер воспитательного воздействия. Часто оно доминирует среди других обстоятельств, установленных по делу, и последнее прекращается в связи с деятельным раскаянием. Анализ статистических показателей следственной работы за 1998 г. в Омской области показывает, что из 330 уголовных дел, прекращенных в отношении несовершеннолетних по нереабилитирующим обстоятельствам, только 47 (14,2 %) прекращены на основании ст. 8 УПК, по остальным 283 делам решения приняты в соответствии со ст.ст. 6, 7, 9 УПК.

1 См.: Наумов Л.В. Указ. соч. - С. 436.

2 См.: Косова С.А. О некоторых вопросах практики освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственно сти и наказания в связи с применением принудительных мер воспитательного воздействия // Законодательство и практика. - 1998. - № 1 - С. 59.

РОССИРНЖА» 4i чыйнХвт

Главным сдерживающим фактором более широкого применения ст. 8 УПК является все таки предусмотренная его судебная процедура применения принудительных мер воспитательного воздействия, воспринимаемая следователями в качестве формы судебного контроля за предварительным следствием.

Для того, чтобы провести разграничение оснований прекращения уголовного дела, предусмотренных статьями 7, 8 УПК, нужно исходить, как представляется, из следующего1.

Неустраненность причиненного вреда исключает прекращение уголовного дела в соответствии со ст. 7 УПК, в то время как прекращение дела на основании ст. 8 УПК с назначением несовершеннолетнему в качестве принудительной меры воспитательного воздействия обязанности загладить причиненный вред наоборот может оказаться целе- сообразным.

При установлении по делу обстоятельств, позволяющих принять альтернативное решение об освобождении несовершеннолетнего от уголовной ответственности, определяющим должно быть подкрепляемое доказательствами признание необходимости

А. оказани^на подростка воспитательного воздействия в рамках одной или нескольких -

принудительных мер, перечисляемых в ст. 90 УК.

В любом случае, при равенстве формальных юридических и фактических предпосылок освобождения несовершеннолетнего от уголовной ответственности предпочтение перед ст. 7 УПК имеет ст. 8 УПК как специальная норма, сориентированная на применение именно к несовершеннолетним.

На основании Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» возможно освобождение от уголовной ответственности членов преступных групп, оказывающих содействие в раскрытии преступлений. «Лицо из числа членов преступной группы, - говорится в ч. 4 ст. 18 названного закона, - совершившее противоправное деяние, не повлекшее тяжких последствий, и привлеченное к сотрудничеству с органом, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, активно способствовавшее рас- крытию преступлений, возместившее нанесенный ущерб или иным образом загладившее причиненный вред, освобождается от уголовной ответственности в соответствии с

1 Имеются в виду ситуации, когда несовершеннолетний совершил преступление небольшой тяжести, т.к. ст. 8 УПК охватывает и преступление средней тяжести.

42 законодательством Российской Федерации». Приведенная правовая норма призвана соз- дать дополнительные условия для раскрытия преступлений, совершаемых организован- ными преступными группами.

Учитывая, что основания освобождения от уголовной ответственности членов преступных групп и лиц, деятельно раскаявшихся, сформулированные в ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД и ст. 75 УК, во многом сходны, вполне закономерно возникает вопрос: охватываются или нет институтом прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием случаи прекращения уголовного преследования членов преступных групп, содействующих раскрытию преступлений?

Ответ на данный вопрос затруднен тем, что УК не предусмотрел соответствующего ч. 4 ст. 18 Федерального закона об ОРД основания освобождения от уголовной ответственности, хотя по времени он принимался позднее и имелась возможность согласовать в этой части оперативно-розыскное и уголовное законодательства. В УПК РСФСР также не были внесены дополнения, которые урегулировали бы процессуальную форму освобождения таких лиц от уголовной ответственности. Поэтому формально-юридические критерии отнесения содержащейся в ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД нормы к одному из известных действующему законодательству видов освобождения от уголовной ответственности (прекращения уголовных дел) отсутствуют.

Примером такого согласования норм является УК Республики Казахстан 1997 г., в котором в ч. 2 ст. 65 «Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием» прямо записано, что лицо, совершившее преступление, за исключением тяжкого или особо тяжкого преступления против личности, может быть освобождено судом от уголовной ответственности, если оно активно способствовало раскрытию или расследованию преступлений, совершенных организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией), изобличению других соучастников преступ- лений, совершенных организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией). УПК Республики Казахстан (ст. 38) установлены общие правила прекращения уголовных дел с освобождением лица от уголовной ответственности по нереабилитирующим обстоятельствам, предусмотренным в УК, которые распространяются и на прекращение уголовных дел в отношении членов преступных организаций (преступных сообществ) в связи с деятельным раскаянием.

43

Таким образом, освобождение от уголовной ответственности (прекращение уголовных дел) в случаях активного способствования раскрытию преступлений членом преступной группы по законодательству Республики Казахстан отнесено к институту освобождения от уголовной ответственности (прекращения уголовных дел) в связи с деятельным раскаянием.

В юридической литературе отмечалось, что ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД напрямую «корреспондирует с уголовно-правовым институтом деятельного раскаяния, который нашел развернутое закрепление в новом уголовном и уголовно-процессуальном законо- дательстве России» . Более осторожно, с рядом оговорок данную точку зрения разделяет Ю.Ф. Кваша. Он правильно подметил, что сфера деятельности ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД уже, она касается только лиц из числа членов преступных групп, предполагает отсутствие тяжких последствий, в ней не выдвигается требование о том, чтобы лицо впервые совершило преступление, т.е. между нормами, содержащимися в ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД и ст. 75 УК имеются расхождения, несовпадения’.

Отличную от изложенных позицию занял по обсуждаемой проблеме К.К.Горяинов, считающий необходимым предусмотреть в законе возможность компромисса с лицом, «располагающим исчерпывающей информацией, имеющей исключительно важное значение для разрешения дела, в обмен на оказание помощи в предотвращении или раскрытии преступления в тех случаях, когда те или иные противоправные деяния (тяжкие, особо тяжкие и вызвавшие большой общественный резонанс) не могут быть предотвращены или раскрыты, а правоохранительные органы не в состоянии обеспечить защиту конституционных прав граждан . Учитывая, что ст. 75 УК позволяет освободить в связи с деятельным раскаянием только лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, автор предлагает ввести в закон понятие предоставления иммунитета, для чего дополнить ст. 77 УК «Освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки» соответствующими нормами . Как видим, приве-

См.: Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности». - М.: Вердикт, 1997. -С. 168.

2 См.. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности»: Комментарий. - М: Новый юрист, 1997. - С. 517.

3 Горяинов К.К. О возможности предоставления иммунитета лицам, оказывающим содействие органам, осуществ ляющим ОРД // Организационное противодействие раскрытию и расследованию преступлений и меры по его ней трализации: Материалы научно-практической конференции (29-30 октября 1996 г.). - М.. 1997. - С. 85.

4 См.: Горяинов К.К. Указ. соч. - С. 86.

44

денная точка зрения относительно юридической природы положений, заключенных в ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД, ближе к тому, что они примыкают к институту прекращения уголовного дела вследствие изменения обстановки.

Ранее нами проведено разграничение ст. ст. 6 и 7 УПК, показаны их сходство и различие. Содержание ч. 4 ст. 18 Федерального закона об ОРД на сегодняшний день таково, что есть все предпосылки рассматривать ее в рамках комплексного правового института деятельного раскаяния, а на прекращение уголовных дел в отношении членов преступных групп, активно способствовавших раскрытию преступлений, возместивших нанесенный ущерб или иным образом загладивших причиненный вред, распространять процессуальные правила, закрепленные в ст. 7 УПК.

На наш взгляд, представляется бесспорным, что указанные в ч. 4 ст. 18 Федерального закона об ОРД действия, которые должен осуществлять член преступной группы для освобождения его от уголовной ответственности, являются разновидностью деятельного раскаяния, частично охватываются ч. 1 ст. 75 УК России. В тех случаях, когда факт сотрудничества в раскрытии преступления подпадает под действие ч. 1 ст. 75 УК, уголовное преследование в отношении члена преступной группы подлежит прекращению в порядке, установленном ст. 7 УПК. Однако при решении вопроса об освобождении от уголовной ответственности лиц-членов преступных групп , активно способствовавших раскрытию преступлений, применение предписаний ч. 1 ст. 75 УК ограничено, поскольку они рассчитаны на случаи совершения деяний небольшой тяжести, что не характерно для организованных преступных групп.

Использование при прекращении уголовных дел в рассматриваемых ситуациях в качестве основания непосредственно ч. 4 ст. 18 Федерального закона об ОРД не противоречит, по мнению В.В. Николтока и В.В. Кальницкого уголовному закону, так как он не предусматривает правила, согласно которому законы, содержащие основания освобождения от уголовной ответственности (в отличие от законов, предусматривающих уголовную ответственность), подлежат включению в УК. Вместе с тем прекращение уголовных дел в отношении членов преступных групп, оказавших содействие органу предварительного расследования, в порядке ст. 7 УПК будет означать ее расширительное толкование1.

См. Федеральный закон “Об оперативно-розыскной деятельности”: Научно-практический комментарий. - Омск. 1999-С. 156.

45

В случаях же фактического применения ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД остаются не урегулированными уголовно-процессуальным законом и другие вопросы. Прежде всего следует обратить внимание на то, что решение об освобождении члена преступной группы от уголовной ответственности в связи с активным способствованием раскрытию преступлений предполагает вынесение постановления о прекращении уголовного преследования такого лица, ибо производство по уголовному делу в отношении пре- ступной группы продолжается. Лицо, освобожденное от уголовной ответственности, может быть вызвано в судебное разбирательство для допроса, который должен производиться по особым правилам. Правильно отмечает С.Н. Кабельков, что если уголовное преследование члена преступной группировки прекращается, то лицо получает привилегию выступать в судебном заседании в качестве свидетеля .

Итак, положения ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД предусматривают освобождение от уголовной ответственности лиц из числа членов преступных групп, проявивших деятельное раскаяние: активно способствовавших раскрытию преступлений, возместивших нанесенный ущерб или иным образом загладивших причиненный вред. При совершении такими лицами преступлений небольшой тяжести уголовное дело в отношении них может быть прекращено на основании ч . I ст. 75 УК и в порядке ст. 7 УПК. В остальных случаях подлежат применению непосредственно предписания ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД и ст. 7 УПК с учетом ее расширительного толкования. Для того, чтобы сделать положения ч. 4 ст. 18 Закона об ОРД жизнеспособными (на практике в настоящее время она не применяется), в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве целесообразно урегулировать основания и процессуальный порядок освобождения от уголовной ответственности названной категории лиц2.

’ См.: Кабельков С.Н. Перспектива совершенствования института прекращения уголовных дел в стадии расследования // Актуальные вопросы предварительного расследования. - Волгоград. 1997. - С. 131.

2 Проблема правового регулирования освобождения от уголовной ответственности лиц, шдействующих оперативным аппаратам, относится к числу одной из актуальных в правовой науке. Различные ее аспекты получили освещение в ряде научных публикаций (См.: Практические меры борьбы с организованной преступностью:( Рекомендации международного семинара ООН в Суздале) // Вестник МВД РФ.-1992 г. - № 5. - с. 63 - 69; Драпкин Л.Я. ШЕОСЫ И минусы проектов утатовно-процессуальных кодексов Российской Федерации // Следователь: Теория и практика деятельности .- Екатеринбург. - 1995.-№4.- С.-32; Основы борьбы с организованной преступностью. - М., 1996. - С. 32—321; Иванов Э.А. Транснациональная преступность как фактор угрозы государственной безопасности// Право. - 1997.- №2 .-С. 17). Данная проблема требует специального исследования, в диссертации проводится лишь сравнительный анализ ст. 75 УК. ст. 7 УПК и ч.4 ст. 18 Федерального закона об ОРД.

46

ГЛАВА 2. ОСНОВАНИЯ ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА В СВЯЗИ С ДЕЯТЕЛЬНЫМ РАСКАЯНИЕМ

Основания освобождения лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием сформулированы в ст.75 Уголовного кодекса Российской Федерации. Ими являются: совершение лицом преступления небольшой тяжести впервые, явка с повинной, способствование раскрытию преступления; возмещение ущерба или заглаживание иным образом вреда, причиненного преступлением. В части 2 ст.75 УК предусмотрены специальные основания освобождения лица от уголовной ответственности в случае деятельного раскаяния - это обстоятельства, указанные в примечаниях к ст.ст. 126, 198, 204- 206, 208, 222, 223, 228, 275, 291, 307 УК. Процессуальным основанием принятия такого решения, т.е. прекращения уголовного дела в соответствии со ст. 7 УПК, надлежит считать установление (доказывание) обстоятельств, совокупность которых позволяет освободить лицо, совершившее преступление, от уголовной ответствен-

t ности .

Для того, чтобы решить вопрос о наличии или отсутствии оснований для прекращения уголовного дела согласно ст.7 УПК, надлежит также определиться в том, необходима ли для констатирования деятельного раскаяния совокупность действий лица, перечисленных в ч,1 ст.75 УК, либо достаточно совершения им одного из этих действий (например, явки с повинной и др.).

Таким образом, конструкция ст.75 УК и ст.7 УПК такова, что основания прекращения уголовного дела (освобождения от уголовной ответственности) в связи с деятельным раскаянием лица образуют разные по своему содержанию обстоятельства, одни из которых названы в ч. 1 ст.75 УК, другие - в примечаниях к соответствующим статьям УК.

См.: Чусилсв А. Деятельное раскаяние. - Рос. юстиция. - 1998. - № 6. - С. 10.

47

§ 1. Общие основания прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

Совершение преступления небольшой тяжести впервые. Вопрос о прекращении уголовного дела в порядке ст.7 УПК возникает лишь тогда, когда лицом совершено преступление небольшой тяжести. К ним, согласно ст. 15 УК, относятся умьпплеяные и неосторожные деяния, могущие повлечь наказание, не превышающее двух лет лишения свободы. В Уголовном кодексе такие преступления составляют примерно 54% от общего количества уголовно наказуемых деяний, что позволяет относительно широко использовать возможность освобождения лиц от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

На практике иногда не соблюдаются положения ст. 75 УК в части прекращения уголовных дел исключительно в отношении лиц, совершивших преступления небольшой тяжести. По изученным уголовным делам такие нарушения были допущены в 15% случаев.

Применение ст.7 УПК допускается только в случаях совершения лицом преступления небольшой тяжести впервые. Преступлением, совершенным впервые, признается деяние, которое лицо фактически совершает в первый раз, либо деяние, совершенное не в первый раз, но если за ранее совершенное преступление истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности (ст.78 УК), либо судимость за ранее совершенное преступление была погашена или снята (ст.87 УК) .

К материалам уголовных дел должны приобщаться документы (требования, справки о проверке судимости), подтверждающие совершение лицом преступления впервые. На практике это делается не всегда. В ходе проведенного нами исследования выявлено, что в каждом седьмом случае прекращения уголовного дела на основании ст.7 УПК орган предварительного расследования не устанавливал данные об отсутствии судимости у лица, а нередко сведения о судимости фиксируется в протоколах допросов обвиняемых с их слов.

Представляется, что решения о прекращении уголовных дел в соответствии со ст.7 УПК в отношении лиц, ранее совершавших преступления, судимость у которых по-

1 См.: Комментарии к УГОЛОВНОМУ кодексу Российской Федерации. - М: Юристь. 1996. - С. 195.

48

гашена, необходимо принимать особо осторожно, при реальной доказанности признаков деятельного раскаяния в посткриминальном поведении лица. К сожалению, как показывает обобщение практики, органы предварительного расследования, судьи занимают в таких ситуациях сугубо формальную позицию, не учитывают в полной мере личность обвиняемого, прекращают уголовные дела в связи с деятельным раскаянием вопреки смыслу закона.

Для иллюстрации приведем следующий пример.

Королев обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.213 УК. По делу установлено, что обвиняемый трижды судим: в 1990 г. - по п. «а» ст.247 УК РСФСР к 3 годам лишения свободы, в 1994 г. - по ч.2 ст. 144 УК РСФСР к 1 году исправительных работ с удержанием 20% заработка в доход государства и по ч.З ст. 144 УК РСФСР - к 2 годам 3 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком на 2 года. Дважды Королев был осужден Оконешниковским районным судом Омской области. Уголовное дело с обвинительным заключением было направлено в суд прокурором 27 июня 1997 г., а 14 августа 1997 г. - прекращено судьей Оконешниковского районного суда на основании ст. 7 УПК, так как подсудимый, по мнению судьи, совершил преступление небольшой тяжести, в содеянном раскаялся, частично возместил причиненный ущерб, при этом предыдущие судимости погашены .

Специального рассмотрения требуют вопросы о том, допустимо или нет применение ст.75 УК, ст.7 УПК тогда, когда лицо ранее освобождалось от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям (ст.ст.75-75, 90 УК, ст.ст.6-9 УПК).

Следует ли таких лиц считать ранее совершавшими преступление? Если да, то в течение какого времени? К сожалению, эти вопросы не привлекли внимания авторов комментариев к уголовному и уголовно-процессуальному законам, учебников по уголовному праву и процессу. Между тем они имеют важное практическое значение. По этому поводу А. Чувилев отмечает, что «уже имеются случаи, когда прокуроры отказывают в даче согласия на прекращение уголовного дела, хотя все условия, предусмотренные ч. 1 ст. 75 УК, были соблюдены. Происходит это обычно в случаях, когда обвиняе-

’ Архив Оконешниковского районного суда Омской области за 1997 г. - Дело К» 497837.

49

мый ранее был освобожден от уголовной ответственности по какому-либо нереабилитирую щему основанию»1.

По мнению большинства ученых-юристов, лица, освобожденные от уголовной ответственности по нереабилитирующим основаниям, юридически должны считаться совершившими преступление впервые2. Решение о прекращении уголовного дела в от- ношении таких лиц, проявивших деятельное раскаяние, надлежит принимать с учетом позиции потерпевшего, других данных о личности обвиняемого”.

Явка с повинной названа в ч. 1 ст.75 УК в качестве одного из действий лнца, совершившего преступление, свидетельствующих о деятельном раскаянии, что требует рассмотрения вопросов о понятии явки с повинной, ее отличия от сходных правовых институтов ( чистосердечного признания и дачи правдивых показаний), процессуального закрепления явки с повинной.

Категория “явка с повинной” используется в уголовном законодательстве как об- стоятельство: 1) смягчающее наказание (п. “и” ч. 1 ст.61 УК); 2) освобождающее от уго- ловной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ч.1 ст.75 УК); 3) влекущее возобновление течения сроков давности привлечения к уголовной ответственности (ч.З ст.78 УК) или обвинительного приговора (ч.2 ст.83 УК).

В Уголовном кодексе РСФСР это понятие употреблялось в таком же значении в п.9 ст.38, ч.З ст.48, но не считалось обстоятельством, влекущим возобновление течения сроков давности обвинительного приговора.

В Уголовно-процессуальном кодексе явка с повинной отнесена к одному из поводов возбуждения уголовного дела (п.5 ч. 1 ст. 108). С учетом новой редакции содержания ст. 7 УПК явку с повинной надлежит рассматривать в уголовном процессе в качестве одного из оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Поэтому исследование комплекса вопросов, раскрывающих понятие явки с повинной, конкретных форм (видов) ее проявления, доказывания факта явки с повинной имеет важное значение для принятия законных и обоснованных решений о прекращении уго-

1 ЧунилевА. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием // Уголовное право.
-1998. -№2. -С. 12.

См.: Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве: Часть Особенная. -Ярославль. 1979. -С. 9; Долиненко Л.Л. Смягчающие ответственность обстоятельства по действующему уголовному чаконодательству и в судебной практике. - Иркутск. 1980. - С. 27. ‘ См.: Чгснлев А. Ука:$. соч. - С. 13.

50

ловного дела в порядке ст.7 УПК. Сказанное особенно актуально еще и потому, что на практике явка с повинной трактуется чрезмерно широко и к ней часто относят действия лиц, не подпадающих под признаки явки с повинной.

Понятие явки с повинной содержалось еще в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1885 г. (п. 1 ст. 134) и определялось в нем как обстоятельство, уменьшающее вину и наказание, “… когда виновный добровольно и прежде, нежели на него пало какое- либо подозрение, явился в суд или же к местному или другому начальству и вполне чистосердечно с раскаянием сознался в учиненном преступлении”.

Специалистами в области уголовного права явка с повинной понимается как добровольная передача себя органам правосудия и правдивое сообщение о совершенном или подготавливаемом преступлении при наличии у преступника возможности скрыться от следствия и суда1. Выделяются три признака явки с повинной: 1) передача себя пре- ступником правоохранительным органам; 2) непосредственное, личное обращение лица в правоохранительные органы с сообщением о преступлении; 3) обращение добровольное при наличии у лица сознания возможности скрыться от следствия и суда2.

Отмечается также, что при явке лица с повинной не имеет значения, сколько времени прошло с момента совершения преступления, каковы мотивы такого постпреступного поведения виновного. Однако подчеркивается, что если лицо знает, догадывается об известности его местонахождения правоохранительным органам и возможном задержании, явка с повинной носит не добровольный, а вынужденный характер .

Так, суд обоснованно не признал в действиях осужденных явку с повинной (п. , «и» ч. 1 ст. 61 УК), которые во время предварительного следствия написали заявления о признании своей вины после того, как их задержали и следствию были известны обстоятельства совершения преступления. Кассационная жалоба осужденных на то, что суд без достаточных оснований не признал наличия явки с повинной, оставлена без удовлетворения .

1 См.: Курс советского уголовного права: (Часть общая). - Л., 1970. - Т.2.- С.334; Комментарии к УПК РСФСР. -

М, 1980. - С.79; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. д-р юрид. наук., проф.

А.В.Наумов. -М.: .Юристъ, 1996. -С.196.

См.: Сабитов Р.А. Квалификация поведения лица после совершения им преступления. - Омск. 1986. - С.17.

3 См.: Российское уголовное право. Общая часть: Учебник. - М: Спарк. 1997. - С.348.

1 См.: Бю.гчетенъ Верховного суда Российской Федерации. - 1998. - № 11. - С. 11.

51

Аналогичный подход к трактовке явки с повинной наблюдается и в уголовно- процессуальной, криминалистической литературе1, при этом выделяются особенности процессуального оформления (закрепления) явки с повинной, составления предусмот- ренного ст. 111 УПК протокола.

Специальное исследование явки с повинной осуществлено Е.К. Герасимовой, которая выделила шесть признаков явки с повинной: 1) явка с повинной есть действие самого лица, совершившего преступление; 2) заявитель имеет намерение передать себя в руки правосудия; 3) действия заявителя должны быть добровольными; 4) заявление гражданина должно содержать сведения о совершенном им преступлении; 5) заявление должно быть представлено путем личного непосредственного обращения гражданина (явки); 6) заявление должно адресоваться в суд, органы прокуратуры, следствия или дознания . Автор специально обращает внимание на такой, вытекающий из содержания ст. 111 УПК, признак явки с повинной как личное, непосредственное обращение заявителя в суд, прокуратуру, органы расследования и обоснованно возражает распространенному в юридической литературе мнению о том, что явка с повинной будет и тогда, когда заявление лица о совершенном преступлении прислано по почте . По этим причинам нельзя согласиться и с Ю. Кукушкиным, считающим явкой с повинной сообщение о совершенном правонарушении, переданное по телефону или через другое лицо .

Принципиально не отличается от рассмотренного определение понятия явки с повинной, данное Н.В. Яджиным, который понимает под ней добровольное, личное, непо- средственное обращение лица или группы лиц с заявлением о своем участии в преступ-

1 См.: Сердюков П.П. Доказательства в стадии возбуждения уголовного дела. - Иркутск. 1981. - С.55; Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в отдельных стадиях советского уголовного процесса // Вопросы борьбы с преступностью по советском}’ законодательству. - Иркутск, 1969. - С. 10; Строгович М.С. Курс советско го уголовного процесса. - Т.2.- М., 1970. - С. 14; Комментарий к Уголовно-процессуши>ному кодексу РСФСР. - М. 1985. - С. 148; Комментарий к Уголовно-процессуальном}’ кодексу РСФСР. - М: СПАРК. 1997. - С.214.

2 См.: Герасимова Е.К. Явка с повинной. - М., 1980. - С.3-11. Такой же точки зрения придерживается и Н.В. Гри горьев (См. его: Процессуальные аспекты освобождения от уголовной ответственности по специальным основани ям, предусмотренным Особенной частью УК РСФСР: Автореф. дне… канд. юрид. наук. - М., 1992. - С. 15).

3 См.: Афанасьев B.C., Сергеев Л.А. Рассмотрение сообщений и заявлений о преступлениях. - М., 1972. - С.15; Степанов В.В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлениях. - Саратов. 1972. - С.34; Михаи ле нко А.Р. Возбуждение уголовного дела в советском уголовном процессе. - Саратов. 1975. - С.50.

4 См.: Кукушкин 10. Явка с повинной // Человек и закон. - 1972. - № 1. - С. 23-24.

52

лении в органы расследования, суду и прокуратуру с намерением передать себя в руки правосудия .

Считается бесспорным, что явиться с повинной можно до возбуждения уголовного дела, во время производства дознания, предварительного следствия, судебного разбирательства по делу, в период обжалования приговора в кассационном порядке и отбытия наказания2.

Таким образом, явка с повинной как категория уголовно-правовая и уголовно-процессуальная представляет акт добровольного и непосредственного обращения лица в суд, правоохранительные органы с сообщением о совершенном им преступлении при наличии у него возможности скрыться от следствия и суда, порождающий указанные в законе правовые последствия.

Суть явки с повинной удачно, на наш взгляд, отражена в ст. 152 находящегося на рассмотрении в Государственной Думе Российской Федерации проекта УПК, именуемой “Заявление с повинной”. В ней, во-первых, указывается на добровольность сообщения лица о совершенном им преступлении, во- вторых, специально подчеркивается, что такое заявление считается явкой с повинной, если в отношении этого лица еще не выдвинуто подозрение или не предъявлено обвинения в совершении данного преступления, и в-третьих, формулируется требование об обязательности передачи заявления с повинной дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору.

Фактически ст. 152 проекта УПК восприняла положения ст. 196 Теоретической модели уголовно- процессуального законодательства . Отличия между ними заключаются в указании на добровольность сообщения о преступлении, сделанного заявителем. Вместе с тем в ней отмечается, что если устное заявление о повинной сделано в ходе судебного заседания, сведения о личности заявителя и содержание его заявления должны быть занесены в протокол судебного заседания и подписаны заявителем. Включено в ст. 196 Теоретической модели и предписание о том, что заявление о повинной оценива-

ем.: Яджин Н.В. Понятие явки с повинной // Криминалистические методы расследования преступлений: Сборник Щ научных трудов. - Вып. 1.- Тюмень, 1994. - С.44; его же. Психология явки с повинной и тактика проверки заявле-

ний явившегося: Автореф. дис… канд.юрид.наук. - М., 1998. - С. 11-12.

” См.: Савкин А.В. Методика и тактика доказывания деятельного раскаяния обвиняемого на предварительном следствии и дознании. - М., 1996. - СП; Щерба СП., Савкин А.В. Деятельное раскаяние в совершенном преступлении. -М. 1997. -С.18.

См.: Уго.-ютш-процессуалъное законодательство Союза ССР и РСФСР: Теоретическая модель. - М. 1989. -С. 132.

53

ется по правилам оценки признания обвиняемым, подозреваемым своей вины в совер- шении преступления.

На страницах юридической печати высказано мнение, что уголовный закон в примечаниях к ст.ст.126, 204-206, 208, 222, 223, 228, 275, 291, 307, 337, 338 УК предусматривает конкретные виды явки с повинной. Так, В. Коломеец считает, что в “Особенной части, в примечаниях к 13 статьям, к которым отсылает ч.2 ст.75, явка с повинной своим именем не называется, хотя именно это и имеется в виду. Явка с повинной в соответствующих примечаниях именуется по-разному: добровольным заявлением, сообщением, освобождением (захваченных людей), прекращением участия, сдачей оружия и пр. В связи с этим в ч.2 ст.75 УК целесообразно было бы разъяснить, что в примечаниях к соответствующим статьям под явкой с повинной следует понимать и конкретные действия, упомянутые в указанных нормах” .

Под явкой с повинной, как уже отмечалось, понимаются случаи добровольного, непосредственного обращения лица в суд, правоохранительные органы с сообщением о совершенном преступлении. Если проанализировать тексты примечаний к перечисленным статьям Уголовного кодекса, можно прийти к следующим выводам.

В ряде случаев (например, добровольное сообщение о даче взятки, о совершенном коммерческом подкупе, добровольное заявление о ложно данных показаниях, заключении или заведомо неправильном переводе) предусмотренные уголовным законом специальные основания освобождения от уголовной ответственности действительно сводятся к действиям лица, которые подпадают под все признаки явки с повинной. Вместе с тем вряд ли можно говорить о явке с повинной, когда лицо освобождает заложника, но само не “сдается” правоохранительным органам, скрывается от них (примечание к ст. 126 УК), или когда лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, способствует предотвращению осуществления акта терроризма путем своевременного предупреждения об этом органов власти или иным способом (приведение в негодность оружия, взрывных устройств; умышленное совершение действий в другое от планировавшегося время и заведомо исключающих гибель людей, причинение значительного существенного ущерба или иных общественно опасных последствий и др.), однако добровольно не

1 Коломеец В. Явка с повинной: новая трактовка // Рос. юстиция. - 1997. - № 10. - С.36. См. также его: Явка с по- винной по российскому законодательству (1845-1955 гг.). - Екатеринбург. 1996. - С. 15.

54

является в правоохранительные органы и не заявляет о преступлении (примечание к ст.205 УК).

Процессуальный порядок оформления явки с повинной предусмотрен ст. 111 УПК. Он заключается в составлении специального протокола, в котором подробно излагается сделанное заявление. При этом, исходя из сущности явки с повинной, в протоколе надлежит изложить не только фабулу совершенного преступления, но и отразить добровольный характер обращения лица в орган дознания, предварительного следствия, прокуратуру, суд1.

Составление протокола о явке с повинной требуется независимо от того, до возбуждения уголовного дела или в стадии предварительного расследования лицом сделано заявление о совершении им преступления.

Судебная практика исходит из того, что фактически имевшая место явка с повинной, не оформленная соответствующим протоколом, как того требует ст. 111 УПК, не может служить основанием для ее непризнания. Например, по делу М. судебная коллегия краевого суда, рассматривая дело в кассационном порядке, установила: в деле имеются сведения, что М., задержанный по подозрению в убийстве У., добровольно сообщил следственным органам о совершенном им убийстве. При этом М. подробно рассказал о мотивах и способе лишения жизни потерпевшего и указал местонахождение трупа. На протяжении предварительного и судебного следствия М. признал свою вину в этом убийстве. Хотя в материалах дела отсутствовал протокол, свидетельствующий о явке с повинной, кассационная инстанция сочла установленным, что М. добровольно сообщил о совершенном им убийстве У., т.е. признала явку с повинной и назначила ему наказание с учетом требований ст. 62 УК. Вышестоящие судебные инстанции, в том числе и Президиум Верховного суда Российской Федерации согласились с таким решением судебной коллегии краевого суда .

В юридической литературе высказано мнение, что протокол явки с повинной следует излагать кратко, с минимумом информации (сообщение о преступлении и добровольный характер явки), поскольку подробные сведения фигурируют позже, в других

1 См.: Давлетов А.Л. Возбуждение уголовного дела.: (Образцы процессуальных документов. Комментарии): Учебно-практическое пособие. - Екатеринбург. 1994. - С. 17. “ См.: Бю.гчетснь Верховного суда Российской Федерации. - 1998. - № 11. - С. 11.

55

процессуальных актах - объяснении или протоколе допроса1. Подобная точка зрения противоречит предписанию ст. 111 УПК о необходимости подробного изложения сде- ланного заявления в протоколе явки с повинной.

Явка с повинной, как один из поводов возбуждения уголовного дела, предусмотренных ст. 108 УПК, подлежит проверке в соответствии со ст.ст.109,178 УПК. При необходимости (сведения, зафиксированные в протоколе явки с повинной, не подтверждаются лицами, на которых заявитель ссылается как на очевидцев преступления; осмотр указанного заявителем места совершения преступления не дал результатов и др.) у заявителя могут быть получены объяснения. Составление повторного протокола явки с повинной иногда практикуется должностными лицами органов предварительного расследования, что не соответствует закону, противоречит сути явки с повинной2.

В практике органов предварительного расследования возникают вопросы: как процессуально оформить представление явившимся с повинной лицом различных мате- риальных объектов (предметов, ценностей, документов); достаточно ли их представление отразить в протоколе явки с повинной; нужно ли в этом случае приглашать граждан для удостоверения факта представления предметов; целесообразно ли в таких ситуациях составлять отдельный протокол…

Можно предложить два варианта решения обозначенной проблемы.

  1. Представление явившимся с повинной лицом предметов, документов, иных объектов отражается в составляемом в порядке ст. 111 УПК протоколе явки с повинной. В нем указываются сведения о самом факте представления предметов органу предварительного расследования, а также приводятся их индивидуальные признаки. По этому поводу Е.К. Герасимова пишет следующее: “Особого рассмотрения заслуживают случаи, когда лицо, явившееся с повинной, передает следователю предметы, могущие стать впоследствии вещественными доказательствами по делу, документы и ценности в подтверждение сделанного им заявления о совершенном преступлении… Законодатель не регламентировал правила процессуального оформления получения подобных предметов, документов и ценностей. Представляется, однако, что в подобных случаях факт передачи должен получить отражение в протоколе явки с повинной. Составление отдель-

См.: Даилетои Л.Л. Указ. соч. - С.17. “ См.: Герасимова К.К. Ук;п. соч. - С.40.

56

ного протокола, а также приглашение для цели удостоверения факта передачи понятых было бы неправильным. Как известно, участие понятых предусматривается лишь при производстве следственных действий, в случаях, предусмотренных Уголовно- процессуальным кодексом (ст. 135 УПК)»1.

В принципе соглашаясь с приведенной точкой зрения, обратим внимание на то, что при принятии у явившегося с повинной предметов, документов, ценностей приглашение незаинтересованных граждан для удостоверения факта передачи все-таки не исключено, а иногда и целесообразно, если для этого имеется реальная возможность. Тем самым предупреждаются случаи искажения (или упреки в нем) обстоятельств получения представленных объектов в ходе процессуального оформления явки с повинной2. Не обязательно в протоколе явки с повинной таких граждан называть понятыми, хотя они фактически ими и являются.

Протокол явки с повинной в рассматриваемых случаях необходимо составлять, по нашему мнению, в двух экземплярах, один из которых под расписку должен вручаться лицу, сделавшему заявление о совершении преступления.

  1. Представление явившимся с повинной предметов, документов, ценностей фиксируется в самостоятельном процессуальном документе - протоколе представления предмета (документа, ценностей) или протоколе принятия представленного предмета (документа, ценностей).

Составление такого протокола практикуется уже много лет, объективно обусловлено, не вызывает негативного отношения со стороны прокуроров, судей.

Представление предметов (документов, ценностей) различными участниками уголовного процесса (подозреваемым, обвиняемым, защитником, обвинителем, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком), любым гражданином, предприятием, учреждением, организацией предусмотрено ч.2 ст.70 УПК. Поэтому, как правильно отмечает A.M. Ларин, органы, ответственные за производство по делу, обязаны принять при наличии к тому оснований представленное доказательство”.

1 Герасимова Е.К. Указ. соч. - С. 50.

Правильные рекомендации по обсуждаемому вопросу высказаны, на наш взгляд, В.Н. Григорьевым, исследовавшим проблему фиксации сведений при обнаружении признаков преступлений (см. его. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел. - Ташкент. 1986. - С.80-81).

3 См.: Ларин A.M. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования // Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. - Ташкент. 1982. - С.64.

57 Представление органам расследования предметов и документов относится к иным способам собирания доказательств, которые занимают самостоятельное, промежуточное место между следственными действиями и непроцессуальными, не упоминаемыми в УПК средствами получения фактических данных, имеющих отношение к делу1. Закон не урегулировал процессуальный порядок принятия (получения) представленных объектов следователем, органом дознания. Поскольку по своему содержанию, сути принятие (получение) представленных объектов подпадает под признаки следственного действия, для закрепления его хода и результатов целесообразно составление отдельного протокола как универсального для уголовного судопроизводства документа. «О принятии веще- ственного объекта, - писал еще в 1973 г. А.Р. Ратинов, - составляется протокол в при- сутствии понятых и лица, представившего этот объект, со ссылкой на ч. 2 ст. 70 УПК РСФСР»2.

Аналогичного мнения придерживается и Н.П. Кузнецов. «В целях обеспечения возможности использования предметов и документов в качестве доказательств, - отмечает ученый, - необходимо закрепить в законе порядок представления этих объектов, согласно которому лицо, передавшее объект, должно быть допрошено об обстоятельствах его обнаружения (если предмет или документ представлен в стадии возбуждения уголовного дела, у этого лица следует получить объяснение); передача объекта должна происходить в присутствии понятых, о чем должен составляться протокол» . Привлечение понятых для достоверности фиксации признаков, свойств, состояний представленного объекта считает необходимым и Д.И. Бедняков .

По поводу порядка процессуального оформления представления предметов и документов A.M. Ларин высказался следующим образом: “Если предмет или документ может служить доказательством по делу (а также предмет, не имеющий значения для данного дела, но изъятый из обращения - например, оружие, наркотики, порнографические издания, незаполненные официальные бланки и т.п.), производится следственное действие, которое следовало бы назвать “принятие представленного предмета (документа)”. В нем участвует лицо, доставившее предмет или документ, и понятые.

’ См.: Рыжиков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. - М.,1997. - С.92.

Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М.. 1973. - С. 378-379.

’ Кузнецов 11.11. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. - Воронеж. 1983. - С. 81.

’ См.: Бедняков Д.П. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. - М. 1991. - С.63.

58

Следователь фиксирует в протоколе ходатайство о приобщении данного объекта к делу, обстоятельства его представления, общие и индивидуальные признаки представленного объекта, а также факт его принятия. Копию протокола получает под расписку лицо, представившее предмет или документ”1.

В Теоретической модели уголовно-процессуального законодательства Союза ССР и РСФСР вопросам представления доказательств органам, осуществляющим уголовный процесс, посвящена глава 35 “Представление предметов и документов”, в которой предложено урегулировать порядок принятия таких объектов, а в ст.290 Теоретической модели описано содержание протокола принятия представления предметов и документов. Приглашение граждан для удостоверения факта представления предметов и документов ею не предусмотрено”.

Обращает на себя внимание то, что обе принципиально отличающиеся друг от друга позиции о порядке процессуального оформления принятия представленных предметов и документов высказаны одним автором - A.M. Лариным. Корректировка им своих взглядов может быть объяснена, на наш взгляд, следующим. Представление следователю, органу дознания объектов нередко происходит “один на один”, без посторонних граждан, и сам факт, момент передачи предметов и документов ими не воспринимается. Поэтому приглашение понятых в таких случаях необходимо прежде всего для фиксации индивидуальных признаков представленного объекта, которые, если уголовное дело возбуждено, имеется возможность зафиксировать по правилам ст. 179 УПК, т.е. в протоколе осмотра предмета, документа. Таким образом, принятие представленных предметов и документов может осуществляться и без понятых. Участие последних определяется усмотрением органа расследования и зависит от конкретных обстоятельств принятия представленных объектов, этапа уголовного судопроизводства.

Присутствие понятых при принятии представленных доказательств считает обязательным В.И. Третьяков. Предлагая дополнить действующий УПК ст. 166 “Порядок принятия доказательств” и ст. 166 “Протокол принятия доказательств”, он отмечал, что

1 См.: Ларин A.M. Указ. соч. - С. 67. Мнения о том, что при принятии доставленных предметов понятые не
нужны. придерживается В.Т.Томин (см. его: Взаимодействие органов внутренних дел с населением в борьбе с
преступностью. - Омск. 1975. - С. 85).

См.: У’голоано-проц^ссуалыюе -законодательство Союза ССР и РСФСР: Теоретическая модель. - М.. 1989. -С. 169-170.

принятие доказательств должно производиться в присутствии понятых, а в необходимых случаях - и специалиста1.

В проекте УПК России предусматривается право органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, требовать от организаций, их объединений, должностных лиц и граждан представления предметов и документов, имеющих значение для дела (ст. 82). Правом представлять доказательства, по проекту УПК, наделены обвиняемый (ст.41), подозреваемый (ст.42), защитник (ст.48), потерпевший (ст.49), гражданский истец и его представитель (ст.ст.51 и 52), гражданский ответчик и его представитель (ст.ст.53 и 54). Вместе с тем, проектом УПК не регламентируется порядок принятия представленных предметов, документов, иных объектов, что надлежит отнести к его пробелам, неполноте.

Итак, представление лицом, сделавшим заявление о повинной, предметов, документов, ценностей может быть зафиксировано в рамках самостоятельного процессуального действия с составлением отдельного протокола принятия представленных предметов. Для удостоверения их фактической передачи, хода и результатов осмотра предметов следователем, дознавателем допустимо приглашение незаинтересованных граждан - понятых.

Преимущества подобного способа процессуального закрепления принятия представленных явившимся с повинной лицом предметов, документов, ценностей заключается в том, что, во-первых, подчеркивается самостоятельность такого процессуального действия, как принятие представленных доказательств; во-вторых, при принятии представляемых доказательств иногда оказывается целесообразным приглашение граждан для удостоверения соответствующих обстоятельств, что не предусмотрено ст. 111 УПК; в- третьих, процессуальное оформление явки с повинной и принятие представленных предметов явившимся с повинной иногда происходит разными должностными лицами правоохранительного органа, и составление отдельных протоколов в этих случаях объ- ективно обусловлено.

При добровольной сдаче явившимся с повинной оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (примечания к ст.ст. 222,223 УК), наркотических

’ См.: Третьяков В.II. Участие защитника в уголовном судопроизводстве. - Краснодар. 1988. - С.144-145: его же. Участие ‘защитника на предварительном следствии и в судебном производстве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. -Волгоград. 1998. - С.22.

60

средств и психотропных веществ (примечание к ст. 228 УК) целесообразно составление специального процессуального документа - протокола сдачи оружия (наркотических средств). В юридической литературе такие документы иногда именуются актами сдачи (например, наркотических веществ)1. По нашему мнению, более привычным и отвечающим общим положениям уголовного процесса о порядке оформления следственных и процессуальных действий будет использование термина “протокол”.

Удостоверение добровольности и фактической сдачи оружия, наркотиков органу расследования явившимся с повинной также может быть осуществлено в присутствии незаинтересованных граждан.

Способствование раскрытию преступления. В части 1 ст. 75 Уголовного кодекса Российской Федерации понятие “способствование раскрытию преступления” используется наряду с другими, такими, как «явка с повинной», «возмещение причиненного ущерба» или «заглаживание причиненного в результате преступления вреда иным образом». В статье 61 УК о способствовании раскрытию преступления как одном из обстоятельств, смягчающих наказание, также говорится о способствовании изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления.

В примечании к ст. 198 УК законодатель употребил выражение “способствование раскрытию преступления” в одном ряду с “ полным возмещением причиненного ущерба”.

Способствование раскрытию преступления не отождествляется с близкими или примыкающими к нему понятиями, в частности, с пресечением преступлений, изобли- чением лиц, их совершивших, обнаружением имущества, добытого преступным путем, и в примечании к ст. 228 УК.

Анализ указанных уголовно-правовых норм, их содержания, построения позволяет сделать вывод, что термину «способствование раскрытию преступлений» законодатель стремится придать самостоятельное содержание, вкладывает в него определенный смысл и отграничивает от схожих, смежных правовых категорий. Вместе с тем надлежит констатировать и то, что четкого и ясного представления о конкретном содержании понятия способствования раскрытию преступления в уголовном законе не дано. И в

1 См.: Михаилов В. Признаки деятельного раскаяния. - Рос. юстиция. - 1998. - № 4. - С.7.

61 теоретическом, и в практическом аспектах далеко неоднозначно решаются следующие вопросы: какие конкретные действия лица охватываются и укладываются в понятии “способствование раскрытию преступления”, каково соотношение таких используемых в законодательстве выражений, как «способствование раскрытию преступлений» и «изобличение соучастников преступления», «оказание помощи в отыскании добытого преступным путем имущества, т.е. вещественных доказательств», «способствование пресечению преступлении». f*‘_lL

Нельзя не обратить внимания и на то, что уяснение существа выражения чф’ “способствование раскрытию преступления” вряд ли возможно без анализа ключевого словосочетания “раскрытие преступления”. Раскрытие преступления признается уголовно-процессуальным законом (ст. 2 УПК) задачей уголовного процесса. О раскрытии преступления говорится и в ст.ст. 9, 127, 128, 211 УПК. Поэтому для того, чтобы выделить категорию способствования раскрытию преступления среди близких, “родственных” категорий, определить содержание этого понятия, его рамки, формы проявления, следует прежде всего правильно сориентироваться и в том, какой смысл вложен в термин “раскрытие преступлений” уголовно-процессуальным законом. Подробнее этот вопрос будет рассмотрен далее.

Уголовный закон (ст.ст. 61, 228 УК) , Федеральный закон об ОРД (ч.4 ст. 18) оперируют также термином “активное способствование раскрытию преступления”, но не проводят четких отличий между понятиями “способствование раскрытию преступления” и “активное способствование раскрытию преступления”, в связи с чем неочевидны обоснованность, целесообразность использования подобной дифференциации рассматриваемого вида деятельного раскаяния.

Изложенное требует уяснения содержания термина “способствование раскрытию преступления», разграничения со сходными понятиями, анализа форм его проявления, исследования особенностей доказывания, от чего напрямую зависят законность и обос- нованность принятия решений о прекращении уголовных дел в связи с деятельным рас- каянием.

В юридической литературе под способствованием раскрытию преступления понимаются указание на соучастников преступления, оказание помощи в их обнаружении, а в необходимых случаях - в задержании и доставлении в ОВД; правдивое изложение

62

обстоятельств совершенного деяния; помощь в отыскании вещественных доказательств; указание на места сокрытия похищенного имущества, каналов его приобретения и сбыта; установление причин и условий совершения преступного деяния1.

К формам способствования раскрытию преступления отдельные авторы относят и сообщение органам власти о совершенных деяниях, предусмотренных ст.ст. 205, 275, 276 и 278 УК, а также добровольное или вынужденное, явное или скрытое, инициативное или происходящее по заданию правоохранительных органов противодействие совершению преступления, введение в заблуждение членов преступной организации; создание условий для захвата правоохранительными органами членов преступной организации; оказание психического или физического воздействия на членов преступной организации; предотвращение дальнейшего ущерба2, предоставление информации, документов, других доказательств, ранее не известных органам расследования3.

Отмечается учеными и сходство способствования раскрытию преступления и чистосердечного раскаяния. К обязательным признакам последнего относят: а) информацию виновного об обстоятельствах содеянного; б) подлинное осуждение (порицание) им своего преступного прошлого; в) твердое решение и правдивое обещание не совершать преступлений в будущем . Вместе с тем подчеркивается самостоятельность этих понятий, поскольку способствование раскрытию преступления есть особый образ действий виновного, заключающийся в деятельном поведении, “оно тесно смыкается с пре- дотвращением виновным вредных последствий, возмещением и устранением вреда, от- личаясь от них по направленности поведения” .

Самостоятельность чистосердечного раскаяния и активного способствования раскрытию преступлений признается и другими учеными. В практическом пособии для следователей «Чистосердечное раскаяние на предварительном следствии» его авторы отмечают, что «чистосердечное раскаяние не поглощает собой таких смягчающих об-

1 См.: Никулин СИ. Деятельное раскаяние и его значение для органов внутренних дел в борьбе с
преступностью. -М. 1985.-С.22.

См.: Михайлов В. Признаки деятельного раскаяния // Рос. юстиция. -1998. - № 4. - С. 6; Калугин А.Г. О практике применения статьи 7 УПК РСФСР в органах внутренних дел Красноярского края // Информационный бюллетень Следственного комитета МВД России. - 1988. -№ 1(94), - С. 106.

3 См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. - М: Юристъ, 1996. - С. 196. А См.: Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве: Часть Особенная. - Ярославль. 1979. - С. 37; Джаядарбеков II.А. Предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления и его уголовно-правовое значение. - Караганда, 1994. - С. 41. ^ Кругликов Л.Л. Указ. соч. - С. 34.

63 стоятельств, как явка с повинной, добровольное возмещение ущерба или устранение причиненного вреда, активное способствование раскрытию преступления. Эти обстоя- тельства хотя и могут служить подтверждением чистосердечного раскаяния виновного, не утрачивают также и своего самостоятельного правового значения. Каждое из них, поскольку оно установлено по делу, должно быть оценено и учтено самостоятельно, наряду с чистосердечным раскаянием»1.

Категория “способствование раскрытию преступления” исследована и Л.А. Доли-ненко. Ею отмечено, что понятия «способствование» и «активное способствование» раскрытию преступлений трудноразличимы, в законе неконкретно выражен признак “активности”, он носит оценочный характер, его применение неизбежно встречает трудности. “Практически крайне трудно оценить, - пишет Л.А. Долиненко, - какие действия являются активными, а какие таковыми не являются, так как для одного лица определенные действия следует расценивать как активные, применительно к другой ситуации и к другому лицу эти же действия могут таковыми не признаваться. Кроме того, невозможно выявить какие-либо объективные критерии при оценке того, являются ли действия виновного лица по оказанию помощи в раскрытии преступления активными или не являются таковыми” .

Проведенный нами опрос следователей ОВД и прокуратуры (всего было опрошено 114 следователей) показал, что 28% из них не видят существенных различий в понятиях способствования и активного способствования раскрытию преступления, часть оп- рошенных (40%) под активным способствованием раскрытию преступления понимают следующие виды посткриминального поведения: указание на соучастников преступления, правдивое изложение обстоятельств совершенного деяния, активное участие в следственных действиях, оказание помощи в отыскании вещественных доказательств. Среди опрошенных 25 % следователей отметили в своих ответах, что на активность в способствовании раскрытию преступлений указывают добровольные, осуществленные по своей инициативе действия подозреваемого, обвиняемого, направленные на оказание содействия в установлении обстоятельств предмета доказывания, обнаружения и изъя-

1 Чистосердечное раскаяние на предварительном следствии. - М.. 1975. - С. 15.

’ До.шненко Л. А. Смягчающие ответственность обстоятельства по действующему уголовному чаконодательству и в

судебной практике. - Иркутск. 1980. - С. 57.

64

тия вещественных доказательств, выявление новых эпизодов преступлений и лиц, их совершивших.

Так, отвечая на вопрос “В чем Вы видите различие в понятиях “способствование раскрытию преступлений” и “активное способствование раскрытию преступлений”, отдельные следователи указали буквально следующее: “Активное способствование раскрытию преступления есть тогда, когда лицо само, по своей инициативе оказывает помощь в проведении следственных действий после возбуждения уголовного дела”; “Активность предполагает, что лицо с самого начала расследования уголовного дела заинтересовано в установлении истины, принимает по своей инициативе и по инициативе следователя меры для раскрытия преступления”; “Активным способствованием раскрытию преступлений следует считать случаи, когда лицо добровольно, по собственной воле, проявляя инициативу, помогает в раскрытии преступления, не требуя взамен какой-либо выгоды для себя. Также это лицо должно оказывать помощь в раскрытии иных преступлений”; “Просто способствование раскрытию преступления - это правдивое сообщение информации о совершенном преступлении”.

Таким образом, некоторые практические работники склонны улавливать разницу между способствованием и активным способствованием раскрытию преступления в том, что во втором случае подозреваемому, обвиняемому должна принадлежать инициатива в производстве следственных, процессуальных, розыскных действий по собиранию доказательств, направленных на раскрытие преступлений.

По мнению СП. Щербы и А.В. Савкина, “способствование раскрытию преступления должно выражаться не только в стремлении обвиняемого участвовать в производстве конкретных процессуальных действий, но и в том, что инициатива в проведении отдельных следственно-розыскных мероприятий по сбору и фиксации доказательственной информации, направленных на раскрытие преступления, должна исходить от самого подозреваемого, обвиняемого. Именно его инициатива и действия должны оказать су- щественную помощь следователю в раскрытии преступления, сократить время, затраты на выполнение процессуальных процедур, ускорить возмещение потерпевшему причиненного ущерба. Результатом этих действий, в основном, должно быть раскрытие преступления. Вместе с тем попытки подозреваемого, обвиняемого оказать помощь в раскрытии преступления, если они выражались в конкретных активных действиях, но не

65

смогли, вопреки их воле, дать положительного результата, также могут рассматриваться как способствование раскрытию преступления”’.

Обобщая приведенные суждения относительно содержания категории “способствование раскрытию преступления”, которая предусмотрена в ст. 75 УК в качестве одного из оснований освобождения лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, можно отметить принципиально следующее.

Во-первых, в законодательстве не названы действия лица, которые образуют понятие “способствование раскрытию преступления”. Под ними подразумевается такое поведение лица после совершенного преступления, когда оно оказывает содействие органу предварительного расследования в установлении обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу.

Во-вторых, способствование раскрытию преступлений ассоциируется главным образом с дачей подозреваемым, обвиняемым правдивых показаний по делу, участием в следственных действиях, указанием на соучастников преступления, местонахождение вещественных доказательств.

В-третьих, принципиальной разницы между понятиями «способствование» и «активное способствование раскрытию преступления» ни в законодательстве, ни в юридической литературе, ни на практике не проводится.

В-четвертых, указываются сходные черты таких понятий, как способствование раскрытию преступления и чистосердечное раскаяние, явка с повинной, возмещение причиненного преступлением вреда, но все же подчеркиваются самостоятельность, индивидуальность первого.

В-пятых, отдельные авторы способствование раскрытию преступления трактуют чрезмерно широко, в содержание понятия включаются действия лица, которые охватываются другими правовыми терминами (например, возмещение ущерба, причиненного преступлением), либо объективно не проявляются и не могут быть установлены, подтверждены, доказаны (например, оказание психического воздействия на соучастников).

В-шестых, интерпретация категории «способствование раскрытию преступления» часто не связана с ключевым понятием “раскрытие преступления», которое имеет определенные содержание и юридические рамки. Поэтому ее анализ может быть плодо-

1 IIlcpGa СП., Сапкин А.В. Деятельное раскаяние в совершенном преступлении. - М, 1997. - С.19-20.

66 творным, конструктивным лишь при условии, когда само понятие “раскрытие преступ- ления” будет истолковано в соответствии с вкладываемым в него законом смыслом. ?,/

Вопрос о понятии раскрытия преступления является дискуссионным в юридиче- \ ской литературе. Ранее он обсуждался преимущественно с позиции признания за терми- * ном “раскрытие преступления” уголовно-процессуального содержания, уголовно- процессуальной природы. В 1976 г. на заседании методического совета Прокуратуры СССР специально обсуждались теоретические и практические аспекты понятия раскрытия преступления, высказывались различные точки зрения, вносились предложения. Участники обсуждения признали необходимым обеспечить единый, а не узковедомственный подход к решению вопросов о понятии раскрытия преступления и связанной с ним организацией учета раскрываемости преступлений1.

К этому времени в правовой литературе преобладала точка зрения, согласно которой раскрытие преступления ограничивалось установлением факта преступного деяния и его совершения определенным лицом, а процессуальным моментом, фиксирующим это положение, считалось вынесение постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого . Данный подход к трактовке термина “раскрытие преступлений” получил поддержку и в более поздних научных работах.

Так, например, исследуя процессуальные функции следователя, Н.А. Якубович функцию раскрытия преступления определила как “регламентированную уголовно-процессуальным законом деятельность, осуществляемую с момента возбуждения уголовного дела и направленную на установление события преступления, выявление лиц, его совершивших, и сбор достаточных доказательств, дающих основание для предъявления обвинения”.

Отстаивалась в литературе и другая, максимально учитывающая конкретные положения уголовно-процессуального закона позиция относительно понятия раскрытия преступления. Поскольку в ст. 2 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, ст. 2 УПК сформулировано требование о полном раскрытии преступ-

1 См.: В методическом совете // Соц. законность. - 1976. - № 7. - С. 84.

2 См.: Михайлов А.И., Сергеев Л.А. Процессуальная сущность раскрытия преступлений // Сов. гос-во и право. - 1971. - № 4. - С. 111; Герасимов II. Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений. - Свердловск. 1975. - С. 50; Гавриков А.К. Раскрытие преступлений. - Волгоград, 1976. - С. 23; Сидоров В.Е. Раскрытие преступлений по горя чим следам. - М.. 1979. - С. 11-12.

4 Якубович Н.А. Процессуальные функции следователя // Проблемы предварительного следствия в уголовном судопроизводстве. -М.. 1980. -С. 15.

67

лений, делался вывод, что раскрытие преступления предполагает установление обстоя- тельств предмета доказывания по уголовному делу и завершается направлением последнего в суд прокурором с утвержденным обвинительным заключением, те преступления, дела о которых прекращены в отношении виновных лиц по нереабилитирующим основаниям, можно считать раскрытыми с момента вступления постановления о прекращении дела в законную силу1.

Самостоятельная концепция понимания раскрытия преступления сформировалась также в связи с тем, что уголовно-процессуальный закон сформулировал и задачу справедливого наказания виновных. Поэтому ряд юристов исходили и исходят из того, что в уголовно- процессуальном смысле раскрытие преступления достигается с выяснением всех обстоятельств, предусмотренных предметом доказывания по уголовному делу, и окончательно вопрос о раскрытии преступления решается судом при вынесении приговора .

«Процесс раскрытия преступлений, - пишет Б.^.Нагиленко, - продолжается на стадии судебного разбирательства ( с момента предания обвиняемого суду до вынесения обвинительного приговора и вступления его в законную силу), в ходе осуществления которого органы внутренних дел ведут розыск подсудимых в случае их уклонения от суда, оперативную разработку и оперативную проверку арестованных и наблюдение за подсудимыми с целью профилактики их уклонения от суда» .

Тезис о том, что суд не является субъектом раскрытия преступлений, достаточно убедительно обоснован в уголовно-процессуальной литературе. Тщательную разработку данный вопрос получил в специальной статье И.М. Гуткина “О понятии раскрытия пре- ступления”, опубликованной 15 лет назад, не потерявшей, однако, актуальности и к на- стоящему времени. Концептуальные положения автора по обсуждаемой проблеме сводятся к следующему:

1 См.: Остроумов С, Патент С. Критерии оценки раскрытия преступлений // Соц. законность. - 1976. - № 9. - С. 51.

2 См.: Звирбуль В.К. Прокурорский надзор в борьбе с прест>тшостью. - М, 1971. - С. 65-68; Танасевич В.Г. О пред мете советской криминалистики (в порддке обсуждения) // Вопросы борьбы с преступностью. - Вып. 24. - М., 1976. - С. 125; Спюткус В.Д. Становление, развитие, некоторые проблемы совершенствования предварительного рассле дования и повышение его роли в раскрытии преступлений. - М.. 1977. - С. 46.

’ Нагилепко В.Я. О понятии раскрытия преступлений // Совершенствование управления раскрытием и расследованием преступлений. - М. 1981. - С. 19.

68

  • из предписаний закона (ст. 3 Основ уголовного судопроизводства, ст. 3 УПК, озаглавленных как “Обязанность возбуждения уголовного дела и раскрытия преступления”) вытекает, что юридической предпосылкой деятельности по раскрытию преступления является возбуждение уголовного дела, а сама деятельность осуществляется в ходе уголовного судопроизводства, т.е. носит уголовно-процессуальный характер;
  • при раскрытии преступления речь идет об установлении фактических обстоятельств противоправного деяния: места, времени, способа, лица, виновного в его совершении, последствий преступления и др.; .:/ “у ?”’ - • >*;. л > ‘
  • раскрытие преступления происходит путем доказывания) а раскрытым оно признается тогда, когда обстоятельства его совершения доказаны, т.е. установлены с несомненностью;
  • раскрытие преступления начинается вслед за возбуждением уголовного дела, происходит в стадии предварительного расследования с помощью следственных действий;
  • содержание ст.ст. 127, 128, ст. 28 Закона о Прокуратуре СССР позволяет сделать вывод, что субъектами раскрытия преступления являются органы дознания и предварительного следствия, раскрытие преступления происходит до суда;
  • преступление должно признаваться раскрытым к моменту установления всех обстоятельств, составляющих предмет доказывания по уголовному делу. Таким моментом является окончание расследования, преступление можно считать раскрытым при утверждении обвинительного заключения прокурором или прекращении уголовного дела по нереабилитирующим основаниям . Сходную позицию в определении момента рас- крытия преступления заняли и другие ученые .

Предложенное понимание раскрытия преступления, базирующееся на действующем уголовно-процессуальном законодательстве и заключающееся в том, что о раскрытии преступления имеет смысл говорить только на завершающем этапе расследования,

1 См.: Гуткин И.М. О понятии раскрытия преступления // Совершенствование организации расследования преступ лений следственными аппаратами органов внутренних дел: Труды Академии МВД СССР. - М., 1984. - С. 13- 28.

2 См.: Жогин Н.В. Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. - М., 1965. - С. 88; Викторов Б.А. Общие условия предварительного расследования. - М, 1971. - С. 5-7; Воронин Э.И. Процес суальное положение следователя органов внутренних дел. - Караганда. 1975. - С. 26; Кальницкии В.В. О задачах органов следствия по Закону “О следственном Комитете Российской Федерации”, принятом в первом чтении” // Органы внутренних дел в условиях судебно-правовой реформы в России. - Омск. 1999. - С. 39-40: Деришев Ю.В. Органы предварительного расследования России: (Прошлое, настоящее, будущее). - Омск, 1998. - С. 8

69

когда выявлены все участники преступления, все эпизоды их преступной деятельности, а также причины и условия, способствующие совершению преступления, нашло поддержку и отражение в актах правоохранительных ведомств.

Так, согласно Инструкции Генеральной прокуратуры СССР и МВД СССР № 71/11-273-87
от 8 декабря 1987 г. преступление могло быть учтено как раскрытое только в случаях, когда
уголовное дело по обвинению лица, совершившего преступление, закончено производством; обвинительное заключение утверждено прокурором с направлением дела в порядке ст. 217 УПК в суд; уголовное дело в отношении лица, виновность которого доказана, прекращено по нереабилитирующим основаниям, предусмотренным УПК; в отношении лица, совершившего преступление, направлен в суд материал протокольной формы в порядке ст. 415 УПК. Эти же критерии отнесения преступлений к числу раскрытых включены в совместный приказ Прокуратуры и МВД России от 14 декабря 1994 г. № 66/418 “О введении в действие Инструкции о едином учете преступлений”.

Раскрытие преступлений отличается от близких, сходных, но все же автономных понятий, таких, как полное и всестороннее расследование, обнаружение, предупреждение, пресечение преступлений. Это принципиально важно, поскольку в ст. 75 УК возможность освобождения лица от уголовной ответственности связывается именно со способствованием раскрытию преступления.

Возражая против признания преступления раскрытым в момент окончания пред- варительного расследования, А.К. Гаврилов считает, что тем самым происходит подмена понятий: полного раскрытия преступлений - полным и всесторонним расследованием. По мнению И.М. Гуткина, никакой подмены здесь нет. “Понятия “полное раскрытие преступлений”, “полное и всестороннее расследование”, - отмечал И.М. Гуткин, - находятся в разных плоскостях, различны по существу. Понятие полного и всестороннего расследования указывает на метод деятельности органов расследования, в то время как понятие полного раскрытия преступления указывает на продукт этой деятельности”1. Требование полного и всестороннего расследования, исследования обстоятельств уго-

1 См.: Г\ткчн II.U. Указ. соч. - С. 19.

70

ловного дела обычно рассматривается в юридической литературе как метод деятельности органов уголовного судопроизводства или как его принцип1.

Нуждаются в рассмотрении, сопоставлении понятия раскрытия преступления и обнаружения, выявления преступлений. Термин «обнаружение преступлений» применяется в Уголовно-процессуальном кодексе, где в ч. 1 ст. 118 говорится о необходимости принятия мер в целях обнаружения преступлений и лиц, их совершивших, а п. 6 ч. 1 ст. 108 относит непосредственное обнаружение признаков преступления к поводам возбуждения уголовного дела.

В статье 119 “Деятельность органов дознания по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно” сформулировано правило, согласно которому об обнаруженном преступлении и начатом дознании орган дознания немедленно уведомляет прокурора.

В Федеральном законе об ОРД термин «обнаружение преступлений» не используется. В качестве одной из задач оперативно-розыскной деятельности в ст. 2 Закона об ОРД названо выявление преступлений. В соответствии со ст. 10 Закона Российской Федерации «О милиции» выявление и раскрытие преступлений считается обязанностью милиции, однако чем отличаются эти обязанности, каково их содержание, из текста закона уяснить непросто.

Понятия обнаружения преступлений и выявления преступлений можно рассматривать как тождественные. Не является случайностью то, что в комментариях к законодательству их авторы выявление преступлений связывают с обнаружением события преступления, установлением лиц, его совершивших, и ряда обстоятельств совершенно-

2

го преступления .

См.: Захожий Л.А. Осуществление принципа всесторонности, полноты и объективности исследования обстоя-
тельств дела на предварительном следствии: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М. 1967. - С. 23: Данилюк А.И.
Принцип всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела в стадии предварительного
расследования: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Томск, 1974. - С. 15; Добровольская Т.Н., Рагипский М.Ю.
Принцип законности в деятельности следователя органов внутренних дел. - Волгоград, 1976. - С. 64;
Зеленецкий B.C. Всесторонность исследования обстоятельств уголовного дела // Проблемы укрепления
социалистической законности в уголовном судопроизводстве. - Барнаул, 1985. - С. 31; Вахта А.С. Полнота
предварительного и судебного следствия. - Омск, 1997. - С. 7; Соловьев А. Д. Всесторонность, полнота и
объективность предварительного следствия. - Киев, 1969. - С. 14; Николайчик Н.М., Матвиненко Е.А.
Всесторонность, полнота и объективность предварительного расследования. - Минск, 1969. - С 37.

См.: Горяинов К.К., Кваша Ю.Ф., Сурков КВ. Федеральный закон “Об оперативно-розыскной деятельности” / Отв. ред. и рук. авт. кол-ва Шумилов А.Ю. - М.. 1997. - С. 19; Федеральный закон “Об оперативно-розыскной деятельности”: Научно-практический комментарий/ Под ред. проф. В.В. Николюка и доц. ВВ. Кальнлцкого. А.Е. Че-четина. -Омск. 1999. -С. 8.

71

Что касается соотношения терминов “раскрытие преступления” и “обнаружение преступления”, то разница между ними, несмотря на их сходство, безусловно, есть. Рас- крытие преступления предполагает доказывание обстоятельств преступления и виновности лица в совершении преступления, что находит юридическое выражение в определенных процессуальных решениях (актах) органа предварительного расследования - об- винительном заключении и постановлении о прекращении уголовного дела. Обнаружение преступлений происходит преимущественно в рамках оперативно-розыскных мер, другой непроцессуальной деятельности.

По мнению А.И. Михайлова и Л.А. Сергеева, органы дознания “…при проведении оперативно-розыскной деятельности обнаруживают преступления (в том числе устанав- ливают лиц, их совершивших) непроцессуальными приемами и средствами. Результаты их работы играют важную роль для раскрытия преступления при производстве предва- рительного следствия, в особенности, если полученная информация зафиксирована должным образом (или, как говорят, документирована), а также если она указывает на определенные следы преступления и источники доказательств. Но это еще не раскрытие преступления в процессуальном смысле. В сфере уголовного процесса раскрыть престу- пление - это доказать его с применением установленных законом средств доказывания»1. Соглашаясь с авторами, что обнаружение преступления не равнозначно его раскрытию, надлежит указать на возможность обнаружения, выявления преступления и с помощью административно-процессуальных и уголовно-процессуальных средств. В части 1 ст. 108 УПК недвусмысленно сказано, что признаки преступления обнаруживаются, наряду с органом дознания, непосредственно следователем, прокурором, судом. Более того, согласно ст. 255 УПК при установлении в судебном разбирательстве обстоятельств, указывающих на совершение подсудимым преступления, суд, не приостанавливая разбирательства, возбуждает дело по новому обвинению и направляет необходимые материалы для производства дознания и предварительного следствия в общем порядке. В данном случае фактически речь идет об обнаружении судом нового преступления.

1 Михайлов Л.П., Сергеев Л. А. Процессуальная сущность раскрытая преступлений// Сов. гос-во и право. - 1971. -№4. -С. 112.

72

Обнаружение преступлений и лиц, причастных к ним, часто имеет место при осуществлении деятельности милиции по охране общественного порядка. Признаки преступлений могут быть установлены и при производстве следственных действий, проводимых по расследуемому уголовному делу. Вместе с тем обнаружение преступлений означает только установление фактических и юридических предпосылок для начала уголовно-процессуальной деятельности, влечет возбуждение уголовного дела и проведение первоначальных, неотложных следственных действий.

В юридической литературе обнаружение преступлений обоснованно относится к начальному этапу установления преступления и преступника, “термин “обнаружение” характеризует лишь первоначальный этап раскрытия преступлений’‘1. Показывая взаи- мосвязь и самостоятельность анализируемых терминов, И.М. Гуткин отмечает:

i

“Раскрытие преступления означает, что обстоятельства преступления доказаны* в то время как обнаружение преступления и лица, его совершившего, означает, что эти обстоятельства еще предстоит доказать. Обнаружение преступления не всегда приводит к его раскрытию. Механизм этих процессов различен”2.

В отдельных литературных источниках обнаружение преступлений и раскрытие преступлений смешиваются, грань между ними не проводится .

Представляется, что сходство и взаимосвязь исследуемых понятий не дают оснований для их отождествления. Они имеют собственное содержание, влекут неодинаковые юридические последствия.

Термин «предупреждение преступлений» также носит самостоятельный характер. Он охватывает комплекс мер, направленных на недопущение совершения общественно опасных деяний или устранение причин и условий, способствующих их совершению. Некоторые ученые полагают, что раскрытие преступлений предполагает и установление причин и условий, способствовавших совершению преступления . Исходя из формули- ровок ст.ст. 2, 128 УПК, можно утверждать, что предупреждение преступлений имеет

1 Герасимов Н.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений. - Свердловск, 1975. - С. 50.

2 Гуткин IIМ. Указ. соч. - С. 27.

3 См.: Остроумов С, Нанченко С. Критерии оценки раскрытия преступления // Соц. законность. - 1976. - Я° 9. - С. 51; Комментарии к Федеральному закону “Об оперативно-розыскной деятельности” / Отв. ред. и рук. авт. кол лектива А.Ю. Шумилов. - М. . 1997. - С. 19; Сурков КВ., Кваша Ю.Ф. Оперативно-розыскная деятельность орга нов внутренних дел: Курс лекций. Общая часть. Введение в курс оперативно-розыскной деятельности. - Санкт- Петербург. 1998. -С. 59.

1 См.: Жогип П.В.. Фапна-лчин Ф.Н. Предварительное следствие. — С. 38.

73

иную направленность, осуществляется наряду с раскрытием преступлений, с учетом по- лученных при раскрытии преступлений результатов.

Предупреждение преступлений предполагает непосредственное воздействие на лиц, намеревающихся совершить преступление, предпринимающих для этого определенные действия, либо принятие мер к устранению причин и условий, позволяющих совершить преступление . Организационные меры по предупреждению преступлений осуществляются на практике в зависимости от получаемой при расследовании уголовных дел информации относительно причин, условий, способствующих совершению конкретного преступления или их соответствующих категорий, криминогенной обстановки. Меры по предупреждению преступлений могут приниматься и по нераскрытым преступлениям, когда несомненно установлены обстоятельства, облегчившие совершение преступления2.

Учитывая специфику деятельности по предупреждению преступлений, ее отличие от собственно раскрытия преступлений, следует ответить на вопрос: имеют ли уголовно- правовое значение и подпадают ли под признаки деятельного раскаяния действия подозреваемого, обвиняемого, способствовавших предупреждению конкретных общест- венно опасных деяний. Получая правдивые показания о намерениях отдельных лиц со- вершить преступление, орган дознания, следователь могут упредить их и предпринять меры для предотвращения, предупреждения преступления. Такие ситуации реальны и имеют место на практике. Думается, что подобные действия подозреваемого, обвиняемого надо расценивать как проявление деятельного раскаяния в форме оказания содействия правоохранительным органам, способствования предупреждению преступлений. И хотя в ст. 75 УК юридически значимым признается способствование раскрытию преступления, вряд ли есть веские доводы в пользу того, чтобы по формальным, терминологическим соображениям не принимать во внимание оказанное обвиняемым содействие органу расследования.

Различны по своему содержанию также понятия “раскрытие преступлений” и “пресечение преступлений”. Принятие мер к конкретному лицу или группе лиц с целью

1 См.: Комментарий к Федеральному закон}’ “Об оперативно-розыскной деятельности”. — С. 21.

2 Подробно об этом см.: Устинов B.C. Система предупредительного воздействия на преступность и уголовно- правовая профилактика. - М.. 1983. - С. 41-66; Зудин В.Ф. Социальная профилактика преступлений. - Саратов. 1983. - С. 14-20. Б.чутитейн Ю.Д. Зырин Sf.IL, Романов В.В. Профилактика преступлений. - Минск. 1986. -

С, 21-43: Сомин В.II. Социальное управление предупреждением преступности. - Иркутск. 1990. - С. 127-144.

74 создания условий, исключающих продолжение начатого преступления, доведение его до конца - в этом заключается суть понятия «пресечение преступления». В части 4 ст. 112 УПК от следователя, органа дознания требуется одновременно с возбуждением уголовного дела принимать меры к пресечению преступления. Таким образом, пресечение преступления возможно при установлении его признаков, обнаружении, т.е. когда преступление продолжается (задержание лица в момент совершения преступления). Оно предшествует, опережает по времени раскрытие данного преступления.

Снова возникает вопрос: каковы правовые последствия действий лица, совершившего преступление и привлекающегося к уголовной ответственности, если оно оказало помощь, способствовало пресечению другого преступления путем дачи показаний о месте, времени, способах совершаемого преступления, его исполнителях. Охватываются ли они (действия) понятием “способствование раскрытию преступления”, используемым в ст. 75 УК как основание для прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием?

С формально-юридической точки зрения на эти вопросы допустим отрицательный ответ. Однако общая направленность норм о деятельном раскаянии, поощряющих поведение лиц, совершивших преступление, оказывающих содействие правоохранительным органам в выполнении ими своих задач, указывает на то, что способствование обвиняемого (подозреваемого) пресечению преступлений свидетельствует о его деятельном раскаянии. Указанное обстоятельство подпадает под признаки ч.1 ст.75 УК и должно влиять на его судьбу по уголовному делу.

Изложенное позволяет сформулировать исходные позиции в понимании категории “способствование раскрытию преступления”.

Уголовно-процессуальное законодательство (ст.ст. 2,3,127,128,211 УПК) называет раскрытие преступлений задачей уголовного процесса, возлагает выполнение этой задачи на органы предварительного расследования путем производства следственных действий, доказывания и считает преступление раскрытым тогда, когда установлены обстоятельства, позволяющие привлечь лицо к уголовной ответственности, осудить и подвергнуть наказанию либо освободить его от уголовной ответственности по предусмотренным законом нереабилитирующим основаниям. Момент раскрытия преступле-

75 ния надлежит связывать с утверждением прокурором обвинительного заключения, пре- кращением уголовного дела на основании ст.ст. 6-9 УПК.

Деятельность по раскрытию преступлений начинается с возбуждением уголовного дела, продолжается на всем протяжении его расследования и завершается с окончанием предварительного расследования.

Способствование раскрытию преступления может состоять в действиях обвиняемого (подозреваемого), осуществляемых по своей или по инициативе органа расследования и направленных на содействие, помощь в установлении обстоятельств преступного события, доказывании виновности в нем его участников.

Конкретными формами способствования раскрытию преступления являются дача правдивых показаний, облегчающих установление обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу, в том числе - указание на соучастников, местонахождение объектов, могущих быть вещественными доказательствами, добровольная их выдача, представление доказательств. Подобные действия квалифицируются как деятельное раскаяние и образуют основание для освобождения лица от уголовной ответственности.

Законодатель не дает формального определения раскрытия преступления, и лишь совокупность соответствующих нормативных предписаний указывает его примерное, ориентировочное содержание. В то же время в законе используются сходные, близкие по смыслу, сущности термины, которые взаимосвязаны с понятием «раскрытие престу- пления». К ним относятся: обнаружение (выявление), пресечение, предупреждение пре- ступлений. Они трактуются в юридической литературе неоднозначно, иногда отождест- вляются с раскрытием преступления либо частично включаются в его содержание. Их объединяет то, что деятельность государственных органов по обнаружению, пресечению, раскрытию и предупреждению преступлений вызывается фактически совершаемыми или готовящимися преступлениями, необходимостью недопущения новых общественно опасных посягательств. Поэтому провести между названными понятиями отчетливую грань, черту затруднительно.

Исходя из интересов борьбы с преступностью, вряд ли конструктивным и оправданным представляется подход, когда поощрительные уголовно-правовые нормы, допускающие освобождение от уголовной ответственности обвиняемого в связи с его деятельным раскаянием, будут учитывать только способствование им раскрытию преступ-

76

ления в том понимании, как это следует из исчерпывающего набора положений уголовно- процессуального законодательства (ст.ст. 2, 3, 1271, 128, 211 УПК). Не менее ценным, значимым является и оказание лицами, привлекаемыми к уголовной ответственности, содействия, помощи в обнаружении (выявлении), пресечении, предупреждении преступлений.

Уголовный закон должен максимально стимулировать позитивное послепреступ-ное поведение лица. Поэтому вряд ли в рамках правового института деятельного раскаяния следует ограничиваться освобождением совершивших преступление лиц случаями их явки с повинной, способствования раскрытию преступления, устранения преступных последствий. В этом ряду логично было бы видеть и способствование обнаружению (выявлению), пресечению и предупреждению преступлений.

Буквальное толкование текста ч. 1 ст. 75 УК приводит к выводу: фактически в ней речь идет о способствовании раскрытию преступления, которое лицо совершило или в котором оно принимало участие. Вместе с тем такое лицо, располагая соответствующей информацией, может оказать содействие и в выявлении других уголовно наказуемых деяний, их пресечении, а возможно и предупреждении. На наш взгляд, подобное поведение обвиняемого (подозреваемого) необходимо прогнозировать и предусматривать в законе адекватные варианты реагирования на него. Конкретные шаги в этом направлении законодатель уже предпринял.

В примечании к ст.228 УК освобождение лица от уголовной ответственности связывается не только с добровольной сдачей наркотического средства, активным способствованием раскрытию, но и со способствованием пресечению преступлений. Таким образом, применительно к преступлениям в сфере незаконного оборота наркотиков закон стремится стимулировать посткриминальное поведение виновных и признает их действия, способствовавшие пресечению иных преступлений, юридически значимыми, влекущими прекращение уголовного преследования. Данный подход, на наш взгляд, целесообразно использовать при конструировании общей нормы об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Пока же ч. 1 ст. 75 УК о спо- собствовании раскрытию преступления можно толковать расширительно, имея в виду и поведение лица, оказавшего содействие в обнаружении (выявлении), пресечении и пре-

77 дупреждении других преступлений. Это будет соответствовать общей идее, сути инсти- тута освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Исследование содержания категории “способствование раскрытию преступления” предполагает также обсуждение проблемы юридической, правовой значимости после- преступного поведения лиц, способствовавших раскрытию преступления в оперативно- розыскном смысле, оперативно-розыскному раскрытию преступления.

В настоящее время вряд ли кто будет отрицать легитимность понятия “оперативно- розыскное раскрытие преступления”, поскольку Федеральным законом об ОРД (ст. 2) раскрытие преступлений отнесено к числу одной из основных задач оперативно-розыскной деятельности. Ранее о раскрытии преступлений в оперативно-розыскном смысле говорилось с учетом содержания ч.2 ст. 21 Основ уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик, ч. 1 ст. 118 УПК.

В части 2 ст.29 Основ на органы дознания была возложена обязанность принятия необходимых оперативно-розыскных мер в целях обнаружения признаков преступления и лиц, их совершивших. Аналогичное требование предъявлено к органам дознания и в ч. 1 ст. 118 УПК, с той лишь разницей, что в ней указывается и на оперативно-розыскные, и на уголовно-процессуальные меры. Это позволило многим ученым считать оперативно- розыскные меры средствами раскрытия преступлений, а само раскрытие преступлений - непосредственной задачей оперативно-розыскной деятельности .

В дальнейшем выражения “раскрытие преступлений оперативно-розыскными мерами”, “раскрытие преступлений в ходе оперативно-розыскной деятельности” стали ис-

•у

пользоваться в специальной юридической литературе . Понятие “раскрытие преступления” применяется в ведомственных нормативных актах, регламентирующих деятельность органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, а показатель рас-

1 См.: Жогин Н.В., Фаткултш Ф.Н. Указ. соч. - С.55; А.шмджанов Б. Раскрытие преступления - задача следствен ных органов. - Ташкент, 1975. - С. 9; Герасимов И.Ф. Указ. соч. - С. 41; и др.

2 Синилов I ‘.К. Основы оперативно-розыскной деятельности советской милиции. - М. 1975. - С. 10; Веселое Ю.И. Оперативно-розыскные меры в раскрытии преступлений. - Омск, 1976. —С.29; Гребелъский Д.В. Теоретические основы и организационно-правовые проблемы оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел. - М., 1977. - С.21; Лекарь А.Г. Основы организации и тактики раскрытия преступлений аппаратами утоловного розыска. - Киев, 1979. - С. 7; Лукашов В.А. Организация первоначальных оперативно-розыскных мер раскрытия преступле ний. - Киев, 1981. - С. 4; Бахин В.П., Богданов М.Я., Турсунов И.Х. Понятие и сущность раскрытия преступлений по горячим следам // Вопросы повышения эффективности деятельности аппаратов уголовного розыска. - Омск, 1984. - С. 158; Горяинов К.К. Оперативно-розыскная деятельность в контексте правовой реальности // Проблемы совершенствования правового регулирования оперативно-розыскной деятельности в современных условиях. — М., 1991. —С.6;идр.

78

крываемости преступлений приобрел статус основного критерия оценки эффективности работы оперативных служб.

С принятием 13 марта 1992 г. первого российского закона “Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации”, а 12 августа 1995 г. - Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” понятие «раскрытие преступления» в оперативно- розыскном смысле окончательно вошло в официальные документы, научную литературу, получило новое толкование. Основное отличие оперативно-розыскного от уголовно- процессуального раскрытия преступлений заключается в том, что в ходе оперативно- розыскной деятельности установление обстоятельств преступления происходит оперативно-розыскными мерами, непроцессуальными способами, осуществляется как до, так и после возбуждения уголовного дела.

Перед оперативно-розыскной деятельностью стоит задача раскрытия преступлений, совершаемых в условиях неочевидности, когда лицо к моменту обнаружения признаков преступления неизвестно, “очевидные” преступления в выявлении и раскрытии оперативно-розыскными способами не нуждаются1.

Действия, совершаемые в ходе оперативно-розыскного и уголовно-процессуального раскрытия преступлений взаимосвязаны, так как “…оперативные уполномоченные, выявляя лиц, причастных к преступлению, устанавливая обстоятельства преступления, получая фактические данные, свидетельствующие о происшедшем, добывая информацию, передают ее следователю для дальнейшего использования в ходе расследования” .

В процессе оперативно-розыскной деятельности лица, участвовавшие в совершении общественно опасного деяния или совершившие его, могут способствовать, оказывать содействие органам, проводящим оперативно-розыскные мероприятия в целях раскрытия преступления. Какое юридическое, правовое значение имеют подобные действия обвиняемого (подозреваемого)? Подпадают ли они под признаки ст.ст.61, 75, 198, 228 УК?

1 См.: Сидоров В.Е. Начальный этап расследования: организация, взаимодействие, тактика. - М., 1992. - С. 14;
За-жицкий В.И. Связь оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса // Гос-во и право. - 1995. -
№ 6. -С. 58.

Федеральный закон “Об оперативно-розыскной деятельности”: Научно-практический комментарий / Под ред. проф. В.В.Николюка и доц. В.В.Кальницкого, А.Е.Чечстина. -Омск. 1999. - С. 9.

79

Федеральный закон об ОРД (ст. 11) предусматривает использование результатов оперативно-розыскной деятельности при подготовке и проведении следственных действий, в доказывании по уголовным делам, в качестве повода и основания возбуждения уголовного дела. Результаты оперативно-розыскной деятельности представляются органу дознания, следователю, в суд, в производстве которых находится уголовное дело. Они способны устанавливать признаки преступления; лиц, их совершивших; возможные источники доказательств; лиц, которым известны обстоятельства и факты, имеющие значение для уголовного дела; местонахождение орудий и средств совершения преступ- ления, денег, ценностей, нажитых преступным путем, других значимых для расследования предметов и документов. Оперативно-розыскная информация позволяет определить объем и время проведения следственных действий, выбрать наиболее эффективную тактику их производства, выработать оптимальную методику расследования конкретного уголовного дела.

Таким образом, с помощью результатов оперативно-розыскной деятельности достигается выполнение задачи по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, розыску скрывающихся преступников. В случаях, когда оперативно- розыскную информацию получают с участием обвиняемого (подозреваемого) и она реально используется следователем, органом дознания в решении названных задач, вполне резонно считать наличие в действиях обвиняемого (подозреваемого) признаков деятельного раскаяния, которые должны быть приняты во внимание при решении вопросов об освобождении данного лица от уголовной ответственности в связи с деятельным рас- каянием.

Возражения против такого вывода могут состоять в следующем. Формы способствования оперативно-розыскному раскрытию преступлений специфичны в силу своеобразия самой оперативно-розыскной деятельности, проводимой как гласно, так и негласно. Ряд сведений в области оперативно-розыскной деятельности составляет, согласно ст. 12 Федерального закона об ОРД и ст.2 Закона “О государственной тайне”, государственную тайну. В соответствии с п.9 Инструкции о порядке представления результатов оперативно- розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд, объявленной совместным приказом ФСНП, ФСБ, ФСО, ФПС, ГТК, СВР России от 13 мая 1998 г., сведения, составляющие государственную тайну, в случае их

80

представления следователю, органу дознания, прокурору, в суд подлежат рассекречиванию на основании мотивированного постановления руководителя органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность. Поэтому не все передаваемые органу предварительного расследования оперативно-служебные документы способны подтвер- дить, доказать способствование обвиняемым - участником оперативно-розыскных меро- приятий раскрытию преступлений, их выявлению, предупреждению, пресечению. По- скольку постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием должно быть мотивированным, в нем приводятся основания прекращения дела (ч.1 ст.209 УПК), в указанных случаях, при отсутствии других обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст.75 УК, прекратить уголовное дело в порядке ст.7 УПК нельзя.

Действительно, необходимость соблюдения требований режима секретности ограничивает, сужает возможности освобождения от уголовной ответственности лиц, участвовавших в оперативно-розыскных мероприятиях и оказавших содействие в раскрытии преступлений, но принципиально ее не исключает. Если оперативно-служебные документы, подтверждающие способствование обвиняемым выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, могут быть представлены для использования органу предварительного расследования без нарушения режима секретности и не создают угрозу безопасности участников оперативно-розыскных мероприятий, ссылка на них в постановлении о прекращении уголовного дела в обоснование принятого решения до- пустима и обязательна.

Итак, указание в ч.1 ст.75 УК на то, что лицо может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления оно “способствовало раскрытию преступления”, следует понимать как действия виновного в оказании содействия органам предварительного расследования, другим органам, наделенным законом правом осуществления оперативно-розыскной деятельности (ст. 13 Федерального закона об ОРД), в раскрытии совершенного им или при его участии общественно опасного деяния, а также способствование выявлению, пресечению, предупреждению и раскрытию иных преступлений.

Способствование виновного раскрытию преступлений образует уголовно-процессуальное основание прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием при его доказанности, установлении соответствующими фактическими данными.

81

Как уже отмечалось, типичными действиями, которые свидетельствуют о том, что лицо оказывает содействие органу предварительного расследования в установлении обстоя- тельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу, являются дача правдивых показаний, указание на соучастников, очевидцев, местонахождение орудий и средств совершения преступления, денег и ценностей, нажитых преступным путем, их добровольная выдача. Эти действия виновного подлежат закреплению в соответствии с правилами уголовно-процессуального законодательства.

О даче виновным правдивых показаний можно судить по содержанию протоколов его допроса в качестве подозреваемого, обвиняемого, протоколов очной ставки с соуча- стниками преступления. Для того, чтобы сделать вывод о правдивости данных показаний, они подлежат оценке по правилам, сформулированным в ст. 71 УПК. Убедительным свидетельством правдивости таких показаний будет, например, фактическое обнаружение следователем в указанном обвиняемым месте объектов, имеющих значение для дела. Данные на допросе показания являются также правдивыми, когда они не опровергнуты, а получили подтверждение показаниями других лиц (потерпевших, свидетелей, соучастников), истребованными документами, произведенных для их проверки ре- зультатами следственных действий, таких, как освидетельствование, экспертиза, след- ственный эксперимент, предъявление для опознания.

Правдивость показаний обвиняемого может быть поставлена под сомнение или подтверждена также путем проведения по поручению органа дознания, следователя оперативно-розыскных мероприятий. Полученная оперативно-розыскная информация, нашедшая отражение в конкретных служебных документах (справках, рапортах), сопос- тавляется с установленными по делу обстоятельствами и принимается во внимание при оценке показаний обвиняемого.

В изученных нами постановлениях о прекращении уголовных дел в связи с деятельным раскаянием, где в качестве основания прекращения дела называлось способствование раскрытию преступления, ссылки на конкретные доказательства, подтверждающие соответствующие действия обвиняемого, в большинстве случаев не приводятся. В материалах дела нет и самих доказательств. Интерес в этом отношении представляет следующее уголовное дело.

82

Сотрудники милиции провели осмотр в частном доме, где проживала Жигалова, обнаружили и изъяли наркотическое средство - марихуану. Уголовное дело было возбу- ждено по признакам преступления, предусмотренного пп. «б», «в» ч.З ст.228 УК (незаконные приобретение, хранение в целях сбыта, сбыт наркотических средств, со- вершенные неоднократно). В постановлении о возбуждении уголовного дела, в протоколе осмотра жилого дома указывалось, что марихуана именно “обнаружена и изъята”. По окончании расследования дело направлялось в суд с обвинительным заключением, но возвращено на дополнительное расследование, так как судья посчитал, что нарушено право обвиняемой на защиту: Жигалова являлась инвалидом II группы и в силу физических недостатков сама не могла осуществить право на защиту. Возобновив предварительное следствие, следователь прекратил дело по ст. 7 УПК, указав в качестве основания его прекращения оказание Жигаловой помощи следствию в раскрытии иных преступлений. Однако материалы дела не содержат каких-либо сведений об этом. Кроме того, новые показания Жигаловой, данные ею при повторном допросе, полностью противоречат ранее полученным от нее показаниям и обстоятельствам, зафиксированным в протоколе осмотра. При таких противоречиях в показаниях обвиняемой, несоответствии их установленным по делу обстоятельствам о способствовании Жигаловой следствию правдивыми показаниями, которые, якобы, помогли раскрыть другие преступления, утверждать наличие оснований для прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием обвиняемой никак нельзя. Анализируемое решение о прекращении уголовного дела явно незаконно .

По уголовному делу в отношении Агафоновой, признанной виновной в совершении деяний, квалифицированных по ч. 1 ст. 165, ч.З ст.327 УК, Президиум Верховного суда Республики Мордовия освободил осужденную от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, указав в качестве основания такого решения то, что Агафонова имеет преклонный возраст, является пенсионером по старости, получает маленькую пенсию, совершенное ею впервые преступление - небольшой тяжести, в содеянном она раскаялась, оказывала помощь следствию в раскрытии преступления, возмес-

1 См.: Архив УВД Омской области за 1998 г. Уголовное дело № 553836.

83

тила причиненный ущерб. Однако в чем выразилась помощь следствию, из постановления суда неясно1.

Вместе с тем имеют место и случаи, когда надлежащая оценка поведению обвиняемого не дается и его действия, однозначно облегчившие раскрытие преступления, не учитываются при разрешении уголовного дела по существу. Например, суд определил одинаковую меру наказания Б. - инициатору кражи, ранее судимому за такие же преступления, отрицавшему на предварительном следствии свою причастность к краже, и М. -впервые совершившему преступление, чистосердечно раскаявшемуся в содеянном, активно способствовавшему раскрытию преступления (на первом допросе он дал правдивые показания об обстоятельствах совершения преступления, назвал соучастника, изобличал его на очной ставке)2.

В юридической литературе предлагается обращать внимание на следующие обстоятельства, которые влияют на оценку степени правдивости показаний допрашиваемых лиц: последовательность, достоверность и непротиворечивость показаний на протяжении всего хода расследования, начиная с объяснений; раскаяние в содеянном, искренние переживания, сожаления о наступивших последствиях; испытывание чувства тревоги за свою судьбу и судьбу своих близких; добровольное устранение причиненного потерпевшему вреда; подробное изложение всех обстоятельств дела”.

О стремлении способствовать раскрытию преступлений можно судить и по характеру участия виновного в следственных действиях. Если он инициировал их проведение (заявлял об этом ходатайство, выражал на допросах готовность принять активное участие в осмотре места происшествия, обыске, проверке и уточнении показаний на месте), добровольно участвовал при их производстве и оказывал содействие следователю в достижении целей, ради которых они проводились, то такое поведение обвиняемого, конечно, свидетельствует о его деятельном раскаянии. Все эти действия обвиняемого надлежит тщательно отражать в уголовно-процессуальных документах, сопровождающих проведение следственных действий. В дальнейшем для подтверждения реальности оказанной обвиняемым помощи в расследовании могут быть допрошены привлекавшиеся к проведению следственных действий лица (понятые, оперативные работники).

1 См.: Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. — 1999. — № 2. — С. 16.

” См.: Сов. юстиция. — 1991. — № 13. — С.6,

3 См.: Щерба СП. Савкин А.В. Деятельное раскаяние в совершенном преступлении. — М.. 1997. — С. 84-86.

84

При добровольной выдаче или представлении предметов, документов, которые могут стать вещественными доказательствами, следователем составляются соответствующие протоколы, где фиксируются факт добровольности представления, выдачи объекта, причины этого, индивидуальные признаки представленных (выданных) объектов. Подобные сведения также будут указывать на намерения обвиняемого облегчить раскрытие преступления.

Возмещение ущерба или заглаживание иным образом вреда, причиненного преступлением. Данное основание прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием наиболее часто используется на практике. По изученным уголовным делам, на него ссылались в 40,9% случаев. Законодатель в ч. 1 ст. 75 УК записал, что освобождение лица от уголовной ответственности допускается, если оно уже возместило ущерб или загладило вред, а не приступило к устранению вредных последствий от преступления.

В части 1 ст. 75 УК употреблены выражения «возмещение причиненного ущерба» и «заглаживание иным образом причиненного вреда». Ущерб и вред - понятия близкие, но не тождественные, хотя в научной литературе они иногда отождествляются1. В уголовном законодательстве им придается различное значение. Так, в п. «к» ст. 61 УК России говорится об имущественном ущербе, моральном вреде. Из этого следует, что термин «ущерб» предполагает наступление в результате совершенного противоправного деяния для юридического или физического лица неблагоприятных имущественных по-следствий. Именно такое толкование термина «ущерб» дается в теории уголовного права .

В статье 53 УПК «Потерпевший» употребляется термин «имущественный вред» наряду с физическим и моральным вредом, а в ст.ст. 29, 30 «Гражданский иск в уголовном деле» и в ст. 54 УПК «Гражданский истец» говорится уже о «материальном ущербе». Одно из обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, сформулировано в п. 4 ст. 68 УПК следующим образом: «характер и размер ущерба, причиненно-

1 См.: Иванова АЛ. Смягчающие ответственность обстоятельства в советском уголовном праве: Автореф. дис…
канд. юрид. наук. - М., 1972. - С. 14; Власенко Г.В. Вопросы теории и практики возмещения материального
ущерба. - Саратов, 1972.-С. 15.

См.. напр.: Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве: Часть Особенная. - Ярославль. 1979. - С. 32: Долинепко ЛА. Смягчающие ответственность обстоятельства по действующему законодательству и в судебной практике. - Иркутск. 1980. - С. 43.

85

го преступлением». Под ним понимаются моральный, физический и имущественный ущерб1.

В гражданском законодательстве (ст. 15 ГК России) предусмотрено возмещение причиненных лицу убытков, которые могут быть вызваны совершением преступления. К убыткам относятся: расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно было произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, законодатель оперирует категориями «имущественный ущерб», «материальный ущерб», «имущественный, физический, моральный вред», «вред», «убытки». Анализ соответствующих литературных источников приводит к выводу, что понятие материального ущерба шире понятия имущественного вреда. В понятие «материального ущерба, о возмещении которого в уголовном процессе может идти речь, включается, - полагает Н.И.Газетдинов, - причиненный преступлением физическому или юридическому лицу непосредственный вред в его имущественном и денежном выражении, а также переложенные на деньги расходы на лечение, протезирование, восстановление здоровья потерпевшего, а в случае его смерти - на погребение и выплаты по поддержанию материального благополучия и воспитанию нетрудоспособных членов се-

~ 2

мьи потерпевшего и его несовершеннолетних детей» .

Отстаивается также взгляд, что в уголовном процессе подлежит возмещению не один лишь ущерб, должны быть восстановлены все права, нарушенные преступлением . Применительно к предмету нашего исследования следует отметить, что в контексте ст. 75 УК под ущербом надо понимать материальный ущерб, т.е. имущественный ущерб и физический вред, а заглаживание иным образом вреда, причиненного преступлением, означает главным образом возмещение морального вреда, поскольку устранение мате- риальных вредных последствий преступления охватывается понятием «возмещение причиненного ущерба».

1 См.: Комментарий к УПК РСФСР. - М, 1997. - С. 133.

Газетдинов Н.И. Деятельность следователя по возмещению материального ущерба. - Казань, 1990. - С. 7; см. также: Зшштулчин 3.3. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. - Казань, 1974. - С. 7; Александров С.А. Разрешение гражданского иска в уголовном процессе. - Горький. 1978. - С. 12. 1 См.: РыжаковЛ.П. Возмещение вреда, причиненного преступлением. - М. 1999. - С. 5-6.

86

Поскольку возмещение причиненного ущерба и заглаживание вреда отнесены за- коном к основаниям прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, необходимо дать характеристику способам устранения данных вредных последствий преступления.

С учетом особенностей института прекращения уголовного дела, предусмотренного ст. 7 УПК, такими способами могут быть:

1) фактическое возвращение похищенного имущества его владельцу (уголовно- правовая реституция); 2) 3) добровольное возмещение материального ущерба и морального вреда или за- глаживание вреда виновным либо его родственниками иным образом. 4) Возможны ситуации, при которых «…часть похищенного возвращается гражданину в порядке уголовно-правовой реституции, другая часть - добровольно и в денежном выражении обвиняемым, причинившим ущерб, его родственниками или лицами, несущими по закону материальную ответственность за его действия. При таком по- ложении наблюдается сочетание различных способов восстановления нарушенных преступлением имущественных интересов собственника» .

Под уголовно-правовой реституцией понимается «восстановление материального положения потерпевшего путем возвращения ему вещей или иных материальных ценностей, непосредственно утраченных в результате преступления»2. Реституция осуществима при условии установления местонахождения имущества и получения его органом предварительного расследования. Если имущество, другие материальные ценности получены следователем, органом дознания при производстве следственных действий, то факт поступления названных объектов отражается в соответствующем протоколе. При добровольной выдаче незаконно отчужденного имущества необходимо составлять протокол добровольной выдачи (представления) предметов по правилам, изложенным выше.

Asapoc В.А. Проблемы теории и практики охраны имущественных интересов личности в уголовном судопроизводстве. - Омск. 1995. - С. 74. ; Зинатхлит 3.3. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. - Казань. 1974. - С. 29.

87

Возвращение собственнику (владельцу) его имущества, материальных ценностей целесообразно оформлять составлением протокола либо взятием у него расписки1. Принимая во внимание то, что в ч. 1 ст. 75 УК говорится о возмещении ущерба лицом, совершившим преступление, а реституция в уголовном процессе предполагает обнару- жение отчужденных ценностей и поступление их к органу, ведущему расследование,2 может быть выражено сомнение в пригодности этого способа возмещения ущерба по делам рассматриваемой категории. Думается, что такие опасения беспочвенны.

В ряде случаев лицо, совершившее преступление, добровольно выдает находящиеся у него материальные ценности при обыске, указывает их местонахождение, будучи допрошенным в качестве подозреваемого, обвиняемого. Получив эти объекты в свое распоряжение, орган расследования возвращает их собственнику (владельцу). Происходит возмещение материального ущерба от преступления в форме реституции, однако отрицать здесь позитивную роль виновного в преступлении у нас нет оснований.

Добровольное возмещение материального ущерба по уголовным делам, прекращенным производством на основании ст. 7 УПК, может достигаться путем вручения денег потерпевшему под расписку. Оно осуществимо как в присутствии следователя с приобщением расписки к уголовному делу, так и по рекомендации следователя само- стоятельно, при встрече обвиняемого (его родственников, друзей) с потерпевшим с по- следующим представлением расписки потерпевшего о возмещении ему ущерба для приобщения к уголовному делу.

Возмещение материального ущерба обвиняемым возможно по предложению следователя и посредством направления потерпевшему по почте причитающейся де-

1 См.: Зинатулпин 3.3. Указ. соч. - С. 47.

См.: Александров С.А. Правовые гарантии возмещения ущерба в уголовном процессе. - Горький, 1976. - С. 24. ? Добровольное возмещение причиненного преступлением материального ущерба в делах, прекращаемых производством, относительно широко распространено на практике. Так, по данным В.Г.Степанова, добровольное возмещение вреда имело место в 72,7% изученных прекращенных уголовных дел (см.: его. Прекращение производства по делу’ с передачей виновного на поруки в процессе предварительного расследования. - М., 1969. - С. 27); Л.В.Никитина установила, что по изученным ею 850 прекращенным уголовным делам материальный ущерб от преступления был возмещен в половине дел (см.: ее. Прекращение дела в стадии предварительного расследования с освобождением лица от уголовной ответственности: Автореф. дне… канд.юрид.наук. - Саратов, 1981. - С. 161. Данные приведены по: Азаров В.А. Проблемы теории и практики охраны имущественных интересов личности в уголовном судопроизводстве. - С. 105). Результаты исследования, проведенного В.А.Азаровым, показали следующее: по делам, прекращенным производством в 1982-1984 гг.. материальный ущерб полностью был возмещен по 64% из них. по 10% - частично: в уголовных делах, прекращенных в 1992-1993 гг.. соответственно - по 52% и 8% дел (см. его. Указ. соч. - С. 105).

88 нежной суммы с представлением выданной ему квитанции для приобщения к уголовно- му делу’.

Передача потерпевшему или иному лицу, которому причинен вред преступлением, равноценного имущества для возмещения ущерба также означает выполнение требований ч. 1 ст. 75 УК России. Факт возмещения ущерба в этом случае может быть подтвержден соответствующей распиской потерпевшего (иного лица)2.

Возмещение ущерба является разновидностью более общего понятия заглаживания причиненного вреда. «Добровольное возмещение нанесенного ущерба и устранение причиненного вреда, - отмечает А.С.Михлин, - имеют много общего между собой. В обоих случаях речь идет об устранении наступивших последствий. Однако между этими двумя смягчающими обстоятельствами есть и существенная разница. Возмещение ущерба заключается в предоставлении компенсации путем выплаты денежной стоимости ущерба, передаче своего имущества взамен похищенного или поврежденного, или в предоставлении иного эквивалента. Устранение причиненного вреда имеет в виду лик- видацию последствий преступления в натуре» .

Данный способ устранения вредных последствий преступления применяется, когда «совершенное преступление не представляет большой общественной опасности, не является корыстным и когда причиненный незначительный материальный ущерб поддается исчислению и реально может быть возмещен силами причинителя» .

До принятия нового уголовного законодательства заглаживание вреда, причиненного преступлением, являлось одним из видов дополнительных наказаний, оказывающих моральное воздействие на осужденного наряду с лишением воинского или специального звания и лишения родительских прав. Оно было предусмотрено уголовными кодексами РСФСР, УзССР, КазССР, ТаджССР и АрмССР. Основы уголовного законода-

1 См.: Адоян Ю.Р. Добровольное возмещение в уголовном процессе материального ущерба, причиненного государ ственным и общественным организациям // Вопросы применения уголовно-процессуального законодательства: Труды по правоведению. - Вып. 598. - Тарту, 1982. - - С. 11-12; Азаров В.А. Деятельность органов дознания, пред варительного следствия и суда по охране имущественных интересов граждан. - Омск, 1990. - С. 10.

2 На самостоятельность такой формы возмещения ущерба резонно указывает А.П.Гуляев (см.: его. Следователь в уголовном процессе. - М., 1981. - С. 136-137). По мнению Б.Т.Бсзлепкина, в этих случаях на материальные ценно сти должен быть наложен арест и их следует хранить до суда (см.: его. Имущественные правоотношения в стадии расследования. - Горький. 1976. - С. 28).

’ Михлип А.С. Последствия преступления. - М, 1969. - С 88-89.

’ Рыжакоа А.П. Возмещение вреда, причиненного преступлением. - М.. 1999. - С. 11.

89

тельства Союза ССР и союзных республик, УК остальных республик такого вида наказания не содержали.

По смыслу ст. 32 УК РСФСР, обязанность загладить причиненный вред состояла в непосредственном устранении осужденным причиненного вреда своими силами или в возмещении материального ущерба своими средствами либо в публичном извинении перед потерпевшим или членами коллектива в форме, устанавливаемой судом.

Непосредственное устранение причиненного вреда - это действия виновного, связанные с возможностью устранить этот вред своими силами (например, починить поврежденную мебель, вставить разбитое стекло и т.п.). Закон обязывает суд установить, может ли это сделать виновный.

Возмещение материачьного ущерба - это выплаты из своих средств потерпевшему за причиненный вред (например, за поврежденное имущество).

Публичное извинение - это гласное извинение виновного перед потерпевшим за причиненный ему моральный ущерб. Извинение может быть принесено как лично (чтобы об этом знали окружающие), так и публично, в присутствии членов коллектива .

Иной способ заглаживания вреда, причиненного преступлением, может состоять в принесении потерпевшему извинения, оказании какой-либо помощи (материальной, физической и т.п.), устранении причиненного вреда~.

Деятельное раскаяние лица, проявившееся в возмещении им причиненного ущерба или заглаживании вреда иным образом, должно найти отражение в материалах уголовного дела, т.е. должно быть доказанным, установленным. Об этом могут свидетельствовать фактические данные, содержащиеся в показаниях потерпевшего, в документах, приобщенных к уголовному делу: расписках потерпевшего, его близких родственников, иных лиц; квитанциях об уплате денег в возмещение ущерба; справках администрации, руководителей предприятий, учреждений, организаций о внесении в кассу определенной суммы денег в счет погашения ущерба; в уголовно-процессуальных документах (протоколах передачи денег, материальных ценностей потерпевшему; постановлениях следователя о передаче вещественных доказательств их владельцам).

1 См. об этом: Цветиштич А.Л. Дополнительные наказания. - Саратов. 1980. - С. 166. Гапьперин П.М., Мельникова IO.Б. Дополнительные наказания. - М. 1981. - С. 48-49. : См.: Комментарии к УК России. - М: Юристъ. 1996. - С. 196.

90

По изученным уголовным делам о преступлениях, которыми потерпевшему причинен материальный, физический или моральный вред (таких дел среди изученных оказалось 65), должностные лица, принимавшие решение о прекращении уголовного дела, в качестве вида деятельного раскаяния указывали в постановлениях возмещение обвиняемым причиненного ущерба или заглаживание вреда иным способом. Вместе с тем в материалах каждого четвертого такого дела реального отражения эти положения не находили.

В заключении анализа оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием представляется целесообразным обсудить возникший в теории и на практике вопрос: достаточно ли совершения одного из перечисленных в ч. 1 ст. 75 УК действий для констатации деятельного раскаяния или необходима их совокупность?

В ряде литературных источников позиция по данному вопросу четко не обозначена . Существует точка зрения, согласно которой для освобождения лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием необязательно «наличие всей сово- купности означенных в ч. 1 ст. 75 УК смягчающих ответственность обстоятельств… Ко- нечно, они желательны и на практике иногда встречаются (сочетаются), но было бы не- реальным и (и вредным) всегда возводить желаемое требование в абсолют»2.

Высказан и полярный, противоположный взгляд по обсуждаемой проблеме. По мнению Ю.М.Мухаметовой, только совокупность всех обстоятельств, перечисленных в ст. 75 УК, дает право уполномоченному субъекту освободить лицо от уголовной ответственности . Буквальное толкование ч. 1 ст. 75 УК также привело В. Михайлова к выводу, что лишь все перечисленные в ней действия свидетельствуют о деятельном раская-

4 НИИ .

Другой точки зрения придерживается В.А.Кушнарев, считающий, что не все условия, предусмотренные ч. 1 ст. 75 УК, являются элементами деятельного раскаяния как основания освобождения от уголовной ответственности. Им смоделированы ситуации,

’ См.: Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Общая часть / Под общ. ред. Ю.И.Скуратова и В.М.Лебедева. - М., 1996. - С. 209-211; Комментарий к Уголовном}’ кодексу РФ / Отв. ред. д-р юрид. наук, проф. А.В.Наумов. - М., 1996. - С. 195-196; Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник/ Отв. ред. Б.В.Здравомыслов. -М, 1996. С. 430-432.

2 Коломеец В. Явка с повинной: Новая трактовка // Рос. юстиция. - 1997. - № 10. - С. 35.

3 См.: Мухамепюва Ю.М. О понятии оснований и условий прекращения уголовного дела в связи с деятельным рас каянием // Подходы к решению проблем законотворчества и правоприменения: Межвуз.сб.науч.тр. адъюнктов. соискателей, слушателей. - Омск, 1997. - Вып. 2. - С. 139.

1 См.: Михайлов В. Признаки деятельного раскаяния // Рос.юстиция. - 1998. - № 4. - С. 5.

91

когда возможно принятие решения об освобождении лица от уголовной ответственности и при отсутствии явки с повинной, а также когда возмещения ущерба или заглаживания вреда не требуется, поскольку общественно опасные последствия не наступили1.

Представляется конструктивным в данном вопросе подход, предложенный А.Чувилевым. «Если обвиняемый, - пишет он, - имеет возможность осуществить все указанные в ч. 1 ст. 75 УК России позитивные послепреступные действия, свидетельствующие о деятельном раскаянии, то вопрос об освобождении его от уголовной ответственности следует решать положительно при явке с повинной, последующем содействии в раскрытии преступления и возмещении ущерба (иного вреда). Было бы ошибкой считать доказанным факт деятельного раскаяния, если обвиняемый добровольно явился с повинной, но не желает по каким-то соображениям (например, из-за боязни мести) назвать своих соучастников, изобличить их на очной ставке или возместить материальный ущерб, причиненный преступлением.

В случаях, когда совершение того или иного из указанных в ч. 1 ст. 75 УК действий не зависело от воли обвиняемого, а другие он осуществил, то вряд ли было бы верным не усматривать возможность прекращения уголовного дела в отношении его в связи с деятельным раскаянием. Например, обвиняемый оказал следователю содействие в раскрытии преступления, возместил ущерб, но не сумел явиться с повинной из-за бо-лезни, и дело было возбуждено по заявлению потерпевшего» .

Таким образом, о наличии или отсутствии в действиях лица деятельного раскаяния можно говорить, исходя из его конкретного поведения после совершения преступления. Оно может сводиться только к активному способствованию раскрытия совершенного им преступления, выявлению других антиобщественных деяний, их пресечению. Деятельное раскаяние имеет место и тогда, когда лицо полностью устраняет вредные последствия преступления. В итоге основанием прекращения уголовного дела является достаточная совокупность доказательств, указывающая на деятельное раскаяние обвиняемого, которое, чаще всего, заключается в способствовании раскрытию преступления, возмещении вреда от преступления.

1 См.: Кушнарев В.А. О юридическом содержании деятельного раскаяния // Подходы к решению проблем законотворчества и правоприменения: Мсжву:?.сб.науч.тр. адъюнктов, соискателей, слушателей. - Омск. 1997. - С. 20-23. “ Чуви.чев А. Освобождение от уголовной ответственности в свя ui с деятельным раскаянием // Уголовное право. -1998. -№2. -С. 13.

92

Что касается редакции ч. 1 ст. 75 УК, то дословное, буквальное ее толкование действительно приводит к выводу, что для освобождения лица от уголовной ответст- венности необходимо вьтолнение им всех перечисленных в законе действий. Однако требовать этого от него в принципе нереально. Как свидетельствуют результаты проведенного нами исследования, совокупность всех названных в ч. 1 ст. 75 УК обстоятельств имела место лишь в четырех изученных прекращенных уголовных делах. Иными словами, практика однозначно складывается в пользу признания наличия в действиях лица деятельного раскаяния тогда, когда оно оказало содействие в раскрытии преступлений либо возместило причиненный преступлением ущерб, устранило вред или эти действия обвиняемого дополняли друг друга, сочетались.

93

§ 2. Специальные основания прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

Уголовно-процессуальное законодательство (ч. 2 ст. 7 УПК) устанавливает криминальную возможность прекращения уголовного дела по специальным основаниям освобождения от уголовной ответственности, которые предусмотрены примечаниями к соответствующим статьям УК. В этих случаях применяются общие положения, определяющие процессуальный порядок прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием. Они сформулированы в ст. 7 УПК.

Прекращение уголовного дела по специальным основаниям освобождения от уголовной ответственности имеет специфику. Она состоит в том, что доказыванию подлежит строго определенный круг фактических обстоятельств, указанных в примечании к конкретной статье Особенной части УК. Отдельные специальные основания разъяснены в постановлениях Пленума Верховного Суда СССР и Пленума Верховного Суда Российской Федерации, что обусловливает необходимость учета таких разъяснений при решении вопроса о наличии или отсутствии оснований для освобождения лица от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Надлежит обратить внимание на то, что длительное время уголовно-процессуальный закон не имел норм, которые бы предусматривали процессуальные основания и порядок освобождения от уголовной ответственности лиц, чьи действия охватывались примечаниями к ряду статей УК РСФСР. До принятия и введения в действие УК в прежнем уголовном законе насчитывалось 6 самостоятельных специальных оснований освобождения от уголовной ответственности.

  1. Добровольное заявление органам власти о своей связи с иностранной разведкой (п. “б” ст. 64 УК РСФСР).

  2. Добровольный выход из незаконного вооруженного формирования и сдача оружия органам власти (примечание к ст. IT УК РСФСР).

  3. Добровольное заявление о даче взятки (примечание к ст. 174 УК РСФСР).

  4. Добровольная сдача лицом огнестрельного оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ, хранившихся у него без соответствующего разрешения (примечание к ч. 2 ст. 218 УК РСФСР).

94

  1. Своевременное предупреждение органов или иным образом способствование предотвращению акта терроризма (примечание к ст. 213 УК РСФСР).
  2. Добровольная сдача наркотического средства или добровольное обращение в медицинское учреждение за оказанием медицинской помощи в связи с потреблением наркотических средств в немедицинских целях (примечание к ст. 224 УК РСФСР).
  3. В момент принятия Уголовного кодекса РСФСР в 1960 г. в него был включен только одно специальное основание освобождения от уголовной ответственности: добровольное заявление органам власти о своей связи с иностранной разведкой (п. “б” ст. 64 УК РСФСР). В дальнейшем УК РСФСР был дополнен новыми нормами, в соответствии с которыми совершившие преступления лица могли быть освобождены от уголовной ответственности при определенных условиях.

Так, Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 25 июля 1962 г. ст. 174 УК РСФСР дополнена примечанием об освобождении от ответственности взяткодателя, если в отношении него имело место вымогательство взятки или он добровольно заявил о даче взятки1, Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 июля 1974 г. в УК РСФСР было введено примечание к ч. 1 ст. 2182, а Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 июня 1987 г. в УК РСФСР внесено дополнение в виде примечания к ст. 224, согласно которому лица, добровольно сдавшие наркотические средства, освобождаются от уголовной ответственности за приобретение сданных наркотических средств, а также за их хранение, перевозку и пересылку .

Федеральным законом от 1 июля 1994 г. УК РСФСР дополнен ст. 213 “Терроризм”, сопровожденной примечанием “Лицо, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным образом “способствовало предотвращению акта терроризма”4. Следующим шагом законодателя в расширении перечня специальных оснований освобождения от уголовной ответственности явился Федеральный закон от 28 апреля 1995 г., который включил в УК РСФСР ст. 77 “Организация или участие в незаконных вооруженных формированиях”, которая имеет примечание об освобождении

1 См.: Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1962. - № 29. - Ст. 449.

2 См.: Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1974. - № 29. - Ст. 781. 4 См.: Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1987. - № 27. - Ст. 961. 1 См.: Российская газета. - 1994. - 7 июля.

95

участника незаконного вооруженного формирования от уголовной ответственности при определенных условиях1.

Тенденция на увеличение числа специальных оснований освобождения от уголовной ответственности, которая стала характерной для развития уголовного законодательства, объяснялась стремлением законодателя свести к минимуму вред, причиняемый преступными деяниями интересам граждан, государства. Виновным в названных преступлениях лицам предоставлялась возможность переосмыслить свое поведение и добровольно принять деятельные меры к предотвращению вреда или его устранению, заглаживанию. Позитивное посткриминальное поведение таких лиц стимулировалось содержащимися в законе гарантиями освобождения их от уголовной ответственности и сопряженных с нею мер государственного принуждения2.

В литературе также отмечалось, что подобные изменения в уголовном законодательстве продиктованы и чисто процессуальными мотивами: необходимость раскрытия некоторых видов преступлений, получения доказательств обвинения, обнаружения по-

  • ~ 3

хищенного имущества, пресечения дальнейшей преступной деятельности .

Предусмотрев, а затем и расширив перечень специальных видов освобождения от уголовной ответственности, законодатель, вместе с тем, не установил процессуальной формы освобождения от уголовной ответственности лиц, чьи действия соответствовали условиям, указанным 6 п. “б” ст. 64, примечаниях к ст.ст. 77, 174, 218, 224, 213 УК РСФСР.

Линия на увеличение количества специальных оснований освобождения от уголовной ответственности была поддержана разработчиками проекта УК России. В опубликованном в 1995 г. для обсуждения проекте УК России имелось уже 15 таких оснований, соответствующие примечания распространялись на 34 состава преступлений4. Принятый в 1996 г. УК России содержал 11 специальных оснований освобождения от уголовной ответственности.

Собрание законодательства Российской Федерации. - 1995. - Ст. 1595. 2 См.: Тенчов Э.С Специальные виды освобождения от уголовной ответственности. - Иваново, 1992. - С. 9; Алик-перов Х.Д. Преступность и компромисс. - Баку, 1992. - С. 46.

См.: Происчякпв А.Д. Взаимосвязь материального и процессуального уголовного права. - Екатеринбург. 1997. - С. 168.

1 См.: Проект УК // Российская газета. - 1995. - 25 января; В.К. В.К.Ко.юмссц. Явка с повинной по российском}’ законодательству (1845-1995гг.). - Екатеринбург. 1996. - С. 100.

96

  1. Лицо, добровольно освободившее похищенного человека, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления (примечание к ст. 126 УК).
  2. Лицо, совершившее преступления, предусмотренные частями 1 и 2 ст. 204 УК (коммерческий подкуп), освобождается от уголовной ответственности, если в отношении его имело место вымогательство или если это лицо добровольно сообщило о подкупе органу, имеющему право возбудить уголовное дело (примечание к ст. 204 УК).
  3. Лицо, участвовавшее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным способом способствовало предотвращению осуществления акта терроризма и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления (примечание к ст. 205 УК).
  4. Лицо, добровольно или по требованию властей освободившее заложника, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления (примечание к ст. 206 УК).
  5. Лицо, добровольно прекратившее участие в незаконном вооруженном формировании и сдавшее оружие, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления (примечание к ст. 208 УК).
  6. Лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества или взрывные устройства, а также газовое и холодное оружие (в том числе ме тательное) освобождается от уголовной ответственности за их приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение, если в его действиях не содержится иного со става преступления (примечание к ст. 222 УК).

  7. Лицо, добровольно сдавшее изготовленное или отремонтированное огнестрельное оружие или комплектующие детали к нему, а равно сдавшее незаконно изготовленные боеприпасы, взрывчатые вещества и взрывные устройства, а также газовое и холодное оружие (в том числе метательное), освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления (примечание к ст. 223 УК).
  8. Лицо, добровольно сдавшее наркотические средства или психотропные вещества и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных

97 с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ, изобличе- нию лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем, ос- вобождается от уголовной ответственности по ст. 228 УК РФ (примечание к ст. 228 УК).

  1. Лицо, совершившее преступления, предусмотренные статьями 275 (государственная измена), 276 (шпионаж) и 278 (насильственный захват власти и на сильственное удержание власти) УК, освобождается от уголовной ответственности, ес ли оно добровольным и своевременным сообщением органам власти или иным образом способствовало предотвращению дальнейшего ущерба интересам Российской Федера ции и если в его действиях не содержится иного состава преступления (примечание к ст. 275 УК).

  2. Лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица или если лицо добровольно сообщило органу, имеющему право возбудить уголовное дело, о даче взятки (примечание кет. 291 УК).
  3. Свидетель, потерпевший, эксперт или переводчик освобождается от уголовной ответственности, если они добровольно в ходе дознания, предварительного следствия или судебного разбирательства до вынесения приговора суда или решения суда заявили о ложности данных ими показаний, заключения или заведомо неправильном переводе (примечание к ст. 307 УК).
  4. Федеральным законом от 25 июня 1998 г. УК дополнен примечанием к ст. 198: “Лицо, впервые совершившее преступления, предусмотренные настоящей статьей, а также статьями 194 и 199 настоящего Кодекса, освобождается от уголовной ответственности, если оно способствовало раскрытию преступления и полностью возместило причиненный ущерб” .

Таким образом, в уголовном законе в настоящее время имеется 12 специальных оснований освобождения от уголовной ответственности. Решение об освобождении лица от уголовной ответственности по специальным основаниям должно находить выражение в форме постановления о прекращении уголовного дела, что прямо предусмотрено ч. 2 ст. 7 УПК. Законодатель не принял во внимание предложения ряда ученых и практикующих юристов о предоставлении правоприменяющим органам право не только

1 См.: Российская газета. - 1998. - 29 июня.

98

прекращать уголовные дела при установлении специальных оснований, но и отказывать в возбуждении уголовных дел . Объяснение этому мы видим в том, что, во-первых, в стадии возбуждения уголовного дела средства установления специальных оснований ограничены, и, во-вторых, многие специальные основания сконструированы в УК так, что они предполагают вьиснение, доказывание участия в совершенном деянии иных лиц, их конкретной роли в преступлении, что затруднительно сделать в рамках стадии возбуждения уголовного дела.

Специальные основания освобождения от уголовной ответственности имеют определенные особенности по сравнению с другими основаниями освобождения от уголовной ответственности, что обусловливает и специфику предмета и процесса доказывания в рассматриваемых случаях.

Предмет доказывания по делам, по которым усматривается наличие специальных оснований освобождения от уголовной ответственности, помимо обстоятельств, указанных в ст. 68 УПК, дополнительно образуют обстоятельства (условия), которые перечислены в примечаниях к соответствующим статьям Особенной части УК.

Общим для всех специальных оснований освобождения от уголовной ответственности обстоятельством, подлежащим доказыванию, является добровольность действий лица, совершившего преступление. Добровольность в контексте примечаний к называвшимся статьям УК означает, что “лицо имело реальную возможность поступить иначе, а выбрало прекращение, признание и раскрытие своего участия в преступлении”2. Применительно к конкретным специальным основаниям термин “добровольность” наполняется собственным содержанием, имеет особенности.

Согласно п. 18 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 5 от 25 июня 1996 г. “О судебной практике по делам о хищении и незаконном обороте оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ” сдачу огнестрельного оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ надлежит считать добровольной и при сообщении об их местонахождении органам власти при реальной возможности их дальнейшего хране-

1 См.: Барков А. Освобождение от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК // Сов. юстиция. -1976. - № 3 - С. 28; Чувилев А.А. Процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности по специальным основаниям // Проблемы предварительного следствия и раскрытия преступлений в деятельности органов внутренних дел. - Хабаровск. 1989. - С. 109; Григорьев Н.В., Сабитов Р.А. Освобождение от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК Российской Федерации. - Хабаровск. 1993. - С. 42-43. “ Коломеец В.К. Указ. соч. - С. 101.

99 ния . Из контекста п. 10 постановления Пленума Верховного суда Российской Федера- ции № 9 от 27 мая 1998 г. “О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веще- ствами” также можно заключить, что о добровольности сдачи наркотиков свидетельствует указание на их местонахождение при реальной возможности распорядиться ими иным способом . В таких случаях оптимальным способом процессуального закрепления добровольности сдачи оружия или наркотиков в уголовном деле является: а) отражение добровольности и мотивов сообщения (указания) о местонахождении названных объектов в протоколе допроса подозреваемого, обвиняемого; б) приведение в постановлении о производстве выемки или обыска в качестве основания их производства указания лица на местонахождение оружия, наркотиков.

Если сделанное лицом сообщение о местонахождении оружия, наркотиков предполагает проведение не выемки или обыска в помещении либо у конкретного лица, а осмотр местности, зданий, тогда факт добровольный сдачи оружия, наркотиков фиксируется лишь в протоколе допроса подозреваемого, обвиняемого. При этом внимание должно быть обращено на установление действительно реальной возможности распорядиться лицом перечисленными объектами иным образом (они надежно спрятаны, укрыты, об их местонахождении известно узкому кругу доверенных лиц; к ним имеется доступ для их использования непосредственно у подозреваемого, обвиняемого или через других лиц).

В постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. разъяснено, что как “добровольную сдачу наркотических средств следует считать выдачу их лицом по предложению следователя перед началом производства в помещении выемки или обыска””. Подобное разъяснение, как представляется, нельзя признать соответствующим действующему законодательству. В юридической литературе правильно подмечено, что при производстве в помещении выемки или обыска у лица, который располагает оружием или наркотиками, вряд ли есть реальная возможность по своему усмотрению распорядиться ими.

’ См.: Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. - 1996. - № 8. - С. 7. : См.: Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. - 1998. -№7. • Сб. 1 Там же.

100

Нельзя не согласиться с В.В.Кальницким, что “если при производстве обыска, осуществляемого не с целью отыскания оружия или наркотических средств и психо- тропных веществ, лицо по предложению следователя выдает эти объекты, то имеет место добровольная сдача как условие освобождения от уголовной ответственности за хранение и использование этих средств. В том же случае, когда в уголовном деле имелись сведения о нахождении в помещении оружия или наркотиков и обыск производился для их обнаружения и изъятия, “добровольная” выдача объектов, регулируемая ч.З чт. 170 УПК, не может быть приравнена к добровольной сдаче в уголовно-правовом значении” . Справедливость данного суждения подтверждается следующим примером.

В постановлении по делу Луканина суд отметил, что перед началом обыска Л. предложено добровольно выдать ценности, наркотики и оружие. Сразу же после этого Л. передал работникам милиции деньги, револьвер и патроны, что подтверждается протоколом добровольной вьщачи. Таким образом, оружие и боеприпасы были выданы до начала обыска и обнаружения их представителями власти, т.е. добровольно. Действия Л. по выдаче оружия и патронов нельзя расценивать как вынужденные, поскольку работникам милиции не было известно о наличии у него оружия (обыск проводился с целью изъятия ценностей, полученных в качестве взятки). Приговор в части осуждения по ч. 1 ст. 222 УК отменен2.

При решении вопроса о наличии оснований для прекращения уголовного дела в отношении лиц, добровольно сдавших наркотические средства, необходимо учитывать то, что согласно примечания к ст.228 УК, в отличие от примечаний к ст.ст.222,223 УК, от лица дополнительно требуется активное способствование раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или пси- хотропных веществ, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, до- бытого преступным путем. В пункте 10 постановления Пленума Верховного суда Рос- сийской Федерации от 27 мая 1998 г. это специально подчеркнуто:”В силу закона (примечание к ст.228 УК РФ) освобождение лица от уголовной ответственности за со- вершение какого-либо из преступлений, предусмотренных ч.ч. 1-4 ст.228 УК, воз-

! Калышцкш В.В. Освобождение от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к ст.228 УК России (комментарий к постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации) // Законодательство и практика. - 1998.-№ 1. -С.30. 2 См.: Бю.’пстень Верховного суда Российской Федерации. - 1998. - № 9. - С. 17.

101

можно при наличии совокупности двух обязательных условий: добровольной сдачи лицом наркотических средств или психотропных веществ и его активного способствования раскрытию или пресечению преступления, в котором лицо принимало участие, и других заведомо ему известных преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ”1.

Из приведенного разъяснения высшего судебного органа страны следует, что прекращению уголовного дела на основании примечания к ст.228 УК, ч. 2 ст. 7 УПК РСФСР должно предшествовать доказывание обстоятельств, подтверждающих активное содействие лица, сдавшего представителям власти наркотические средства, раскрытию или пресечению преступлений названной категории, обнаружению имущества, добытого преступным путем. Такими обстоятельствами являются: указание на соучастников преступления; оказание помощи в их обнаружении, а в необходимых случаях - в задержании; правдивое изложение обстоятельств совершенного деяния; активное, инициативное участие в следственных действиях; помощь в отыскании вещественных доказательств; указание на места сокрытия имущества, добытого преступным путем; установление причин и условий совершения преступного деяния.

В некоторых примечаниях к статьям Особенной части УК названы обстоятельства, подлежащие обстоятельному доказыванию для того, чтобы принять решение о пре- кращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Например, примечания к ст.ст. 222, 223 УК сформулированы таким образом, что позволяют освобождать от уго- ловной ответственности лиц, добровольно сдавших оружие, без каких-либо дополни- тельных условий. В примечании к ст. 198 УК в качестве условия освобождения лица от уголовной ответственности выступает совершение преступления впервые, способство- вание раскрытию преступления, возмещение причиненного ущерба. Анализируя осо- бенности отдельных специальных оснований, Т.А. Лесниевски-Костарева правильно за- мечает, что в “одних случаях для освобождения от уголовной ответственности достаточно добровольно прекратить преступные действия, в других - активно способствовать предотвращению преступного результата, раскрытию преступления и т.п., т.е. можно говорить о целевой направленности рассматриваемых норм: они преследуют цель сти-

1 См.: Ию.гчетсиь Верховного суда Российской Федерации. - 1998. № 7, - Сб.

102 мулировать позитивное поведение субъекта преступления, направленное на предупреж- дение, устранение или уменьшение последствий совершенного им деяния”1.

Редакция некоторых специальных оснований освобождения от уголовной ответственности предполагает установление характерных только для них обстоятельств.

В предмет доказывания по делам, где усматривается наличие признаков, изложенных в примечании к ст. 275 УК, доказыванию подлежит не только добровольность, но и своевременность сообщения органам власти о действиях, образующих государственную измену, а также то, что такое сообщение способствовало предотвращению дальнейшего ущерба интересам страны.

Исходя из содержания примечания к ст. 291 УК требуется доказать факт вымогательства взятки со стороны должностного лица. В ситуациях, охватываемых примечанием к ст. 338 УК России, обязательно должно быть установлено, что дезертирство явилось следствием стечения тяжелых обстоятельств.

Поскольку в примечаниях к ст.ст. 126, 205, 206, 208, 222, 223,275 УК оговорено, что лицо освобождается от уголовной ответственности при условии, если в его действиях не содержится состава иного преступления, в предмет доказывания по этим делам входит установление и данного обстоятельства. Например, прекращение уголовного дела в отношении лица, незаконно изготовленного и добровольно сдавшего оружие (примечание к ст. 222 УК), может иметь место после установления того, что оно не совершило другого преступления, в частности не использовало его при грабеже, разбое. Для того, чтобы из материалов уголовного дела было видно, что причастность лица к совершению других преступлений проверялась следователем, последний, как показывает практика, обычно выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, в котором констатируется несовершение освобождаемым от уголовной ответственности соответствующих деяний. Если уголовное дело возбуждалось по признакам нескольких преступлений, то при доказанности наличия специального основания освобождения от уголовной ответственности непричастности лица к другим преступлениям уголовное преследование в отношении него по этим преступлениям должно быть прекращено.

’ Лесниевски-Костарева Т.А. Дифференциация уголовной ответственности. Теория и законодательная практика. -М.. 1998. -С. 135-136.

103

Доказывание наличия специальных оснований освобождения от уголовной ответ- ственности осуществляется в общем порядке, путем производства соответствующих следственных и процессуальных действий. Изложенное выше относительно доказывания таких видов деятельного раскаяния как способствование раскрытию преступления, возмещение ущерба от преступления, полностью распространяется и на случаи прекра- щения уголовного дела согласно ч. 2 ст. 7 УПК.

Что касается случаев добровольного заявления (сообщения) о совершенном преступлении (примечания к ст.ст. 204, 206, 208, 222, 223, 228, 275, 291, 307 УК), то они представляют собой фактическую явку с повинной, повод к возбуждению уголовного дела, что требует составления протокола явки с повинной (ст. 111 УПК)1.

При добровольной сдаче оружия, наркотиков важным является правильное процессуальное оформление их получения органом расследования. В зависимости от того, в какой момент до или после возбуждения уголовного дела) сдаются оружие, наркотики -используются и адекватные способы процессуального закрепления фактов добровольной сдачи названных объектов.

До возбуждения уголовного дела процессуальный порядок удостоверения факта выдачи оружия или наркотика законом не регламентирован, что обусловило многовариантность практики. Преимущественно должностные лица ОВД составляют в этих случаях протоколы или акты добровольной выдачи, характеризующиеся типичными недостатками (не указываются причины и мотивы выдачи доказательств; подробно не приводятся сведения, индивидуализирующие добровольно вьщанное лицом наркотическое средство, оружие; добровольность действий лица в части выданных объектов ставится под сомнение другими данными, содержащимися в протоколе (“на требование выдать…”, “по моему требованию…” и др.)2

В целях наиболее полного и правильного закрепления обстоятельств, имеющих уголовно- правовое значение, факты добровольной сдачи оружия, наркотика надлежит отражать в протоколах добровольной сдачи (а не выдачи), что в большей степени подчеркивает инициативу сдающего в передаче названных объектов.

См.: Григорьев U.B. Процессуальные аспекты освобождения от уголовной ответственности по специальным основаниям, предусмотренным Особенной частью УК РСФСР. - С. 15.

” Подробно об этом см.: Николюк В.В., Кальницкин В.В., Шалампв В.Г. Истребование предметов и документов в стадии возбуждения УГОЛОВНОГО дела. - Омск. 1990. - С.28-30.

104

Когда действия лица, добровольно сдающего оружие или наркотик, соответствуют предписаниям ст. 111 УПК РСФСР, надлежит составлять протокол явки с повинной с указанием и описанием в нем добровольности представления оружия, наркотиков, их индивидуальных признаков.

Добровольная сдача лицом оружия, наркотиков в ходе расследования уголовного дела может быть процессуально закреплена следующим образом.

При непосредственной передаче лицом находящихся в его владении оружия, наркотиков наиболее предпочтительным и “вписывающимся” в рамки уголовно-процессуального закона будет составление протокола представления со ссылкой на ч.2 ст.70, ст. 102 УПК РСФСР. Наряду со сведениями, общими для всех протоколов следственных действий, в протоколе представления оружия, наркотиков должны найти отражение: заявление о добровольной их передаче следователю, факт их передачи и обстоятельства принятия, происхождения данных объектов (если они известны), результаты осмотра, их индивидуальные признаки, а применительно к наркотическим средствам вес наркотика1.

Из текста ч. 2 ст. 75 УК, ч. 2 ст. 7 УПК можно сделать вывод, что условия освобождения лица от уголовной ответственности, сформулированные в примечаниях к со- ответствующим статьям Особенной части УК, должны дополняться совокупностью об- стоятельств, названных в ч. 1 ст. 75 УК. По данному поводу А.А. Чувилевым высказано следующее: “если исходить из буквы закона, то лицо, совершившее преступление, лишь тогда может рассчитывать на освобождение от уголовной ответственности по основанию, специально предусмотренному законом, если оно выполнило все зависящие от него действия, перечисленные в ч. 1 ст. 75 УК РФ” . В другой работе этим же автором от- мечается, что “в самих формулировках специальных оснований дается описание пози- тивного поведения лица, совершившего преступление, которое является достаточным для принятия решения об освобождении его от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела””.

1 О процессуальном оформлении представления предметов, документов см.: Ларин A.M. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования// Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. - Ташкент, 1982. - С.62-68; Пономаренков В.А. Проблемы представления и использования доказательств в уголовном процессе // Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Саратов, 1998. - С. 17-18. “ Чувилев А.А. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием // Уголовное право. -1998. -№2.-С. 14. ЧупилсвА.А. Деятельное раскаяние//Рос. юстиция. - 1998. -№6. -С. 10.

105

Исходя из общего смысла института деятельного раскаяния лицу, чтобы рассчитывать на освобождение от уголовной ответственности, необходимо предпринять определенные позитивные преступные действия, но который и можно судить о его деятельном раскаянии. Такие действия указаны как в ч. 1 ст. 75 УК, так и в примечаниях к соответствующим статьям Особенной части УК. Их совершение обусловливает возможность принятия решения об освобождении от уголовной ответственности. Если законодатель считает нужным предъявить к поведению лица дополнительные требования, он это особо оговаривает.

Так, в примечании к ст. 228 УК сказано, что лицо освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольно сдало наркотическое средство, а также активно способствовало раскрытию преступлений, изобличению лиц, их совершивших, обнару- жению имущества, добытого преступным путем. В примечании к ст. 198 УК оговорено, что лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное ст.ст. 194, 198 и 199 УК, освобождается от уголовной ответственности, если оно способствовало раскрытию преступления и полностью возместило причиненный ущерб.

Изложенное позволяет утверждать, что специальные основания освобождения от уголовной ответственности автономны и их установления самого по себе достаточно для принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием лица. В пользу данного вывода можно сослаться и на то, что действующее уголовное законодательство до 1 января 1997 г. не содержало нормы, подобной той, которая включена в ч. 1 ст. 75 УК, однако лицо освобождалось от уголовной ответственности по специальным основаниям, что подчеркивает его самостоятельность.

В юридической литературе по-разному интерпретируются правовые последствия установления специальных оснований освобождения от уголовной ответственности. По мнению А.Д. Прошлякова, все специальные основания, за исключением предусмотренных примечаниями к ст.ст. 337 и 338 УК, носят безусловный и категорический характер, т.е. при наличии указанных в них признаков лицо должно быть освобождено от уголовной ответственности1. “Во всех случаях предписания о специальных видах освобождения от ответственности, - замечает Т.А. Лесниевски-Костарева, - носят императивный характер, что следует признать правильным, несмотря на кажущееся противоречие с ч. 1

1 См.: ПпоиаяковЛ.Д. Указ. соч. - С. 169.

106

ст. 75 УК. Последняя содержит лишь возможность освобождения от уголовной ответст- венности за совершение преступления небольшой тяжести, а специальные виды осво- бождения предписьшают в обязательном порядке освобождать от уголовной ответст- венности за преступления значительной тяжести. Однако противоречие легко снимается, если вспомнить превентивную направленность норм о специальных видах освобождения: невозможно стимулировать позитивное послепреступное поведение лица, если не гарантировать ему на законодательном уровне обязательность, а не факультативность освобождения его от уголовной ответственности.

Лишь в примечаниях к ст.ст. 337 и 338 УК специальный вид освобождения от уголовной ответственности носит факультативный характер, военнослужащий может быть освобожден от уголовной ответственности, если он совершил преступление вследствие стечения тяжелых обстоятельств. Но это основание качественно отличается от деятельного раскаяния, к тому же оно сформулировано более абстрактно и расплывчато. Именно поэтому факультативный характер освобождения от уголовной ответственности “в данном случае является вполне оправданным” .

Обратив внимание на то, что сформулированное в ч. 2 ст. 75 УК общее правило допускает возможность освобождения лица от уголовной ответственности, а специальные нормы предусматривают обязанность принятия этого решения при совершении соответствующих позитивных действий, А.А. Чувилев рекомендует руководствоваться нормами Особенной части УК, поскольку они в большей степени соответствуют интересам лица2.

Не усматривает противоречия между обозначенными нормами В.В. Кальницкий. “Основанием принятия любого уголовно-процессуального решения, - считает он, - является достаточная совокупность доказательств, устанавливающая определенные обстоятельства. Она оценивается по внутреннему убеждению следователя или суда. В этих условиях предписание закона “лицо освобождается” выглядит императивным по форме, но не является им по существу. Категоричность этого предписания нейтрализуется достаточно широким кругом условий: а) активностью лица при его способствовании раскрытию преступлений; б) объемом имеющейся у него информации о других преступле-

’ Лесниевски-Костарева Т.А. Указ. соч. - С. 136. : См.: lIvnu:iee А.А. Деятельное раскаяние - С. 10

f

107

ниях; в) последовательностью его позиции в собственном деле; г) добровольностью сдачи, например, наркотических средств или психотропных веществ. Обладая процессу-

^ альной самостоятельностью, следователь и суд имеют право на принятие любого моти-

вированного решения. Как бы ни сформулировал законодатель предписание (“лицо может быть освобождено”, “лицо освобождается”), при правильном понимании норм права сущность принимаемого решения не изменится, главное, чтобы оно было мотивировано. Поэтому представляется не случайным, что Пленум Верховного суда, давая руководящие разъяснения по порядку применения примечания к ст. 228 УК вместо категорического “лицо освобождается” записал, что “в силу закона (примечание к ст. 228 УК) освобождение лица от уголовной ответственности за совершение какого-либо из преступ-

ф лений, предусмотренных чч. 1-4 ст. 228 УК РФ, возможно при наличии совокупности

двух обязательных условий…” . С позицией В.В. Кальницкого следует согласиться. Она находится в русле общего учения о решениях в уголовном процессе”. При доказанности достаточной совокупностью фактических данных обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 75 УК либо в примечаниях к соответствующим статьям Особенной части УК, единственно правильным, законным и обоснованным будет решение об освобождении лица от уголовной ответственности. В этом случае различия в формулировках “может быть освобождено”, “освобождается”, “не подлежит ответственности” не имеют принципиального значения.

1 Кальницкий В. В. Освобождение от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к ст. 228 УК России (комментарий к постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации) // Законодательство и практика. - 1998. -№ 1. -С. 28.

2 См.: Эйсман А.А. Вопросы структуры и языка уголовно-процессуального закона // Вопросы борьбы с преступно стью. - Вып. 15. - М. 1972. - С. 73-75: Путинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержа ние и формы. - М. 1976. - С. 120-136.

108

ГЛАВА 3. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ ПОРЯДОК ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА В СВЯЗИ С ДЕЯТЕЛЬНЫМ РАСКАЯНИЕМ

Уголовно-процессуальный закон (ст. ст. 7, 208-210 УПК) достаточно подробно регламентирует порядок прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием. Он представляет систему, набор процессуальных действий, которые обязаны осуществить суд, орган дознания, следователь, прокурор, для того, чтобы решение об освобождении от уголовной ответственности лица, деятельно раскаявшегося после совершения преступления, было законным и вступило в силу. К таким действиям относятся.

1) разъяснение лицу оснований прекращения уголовного дела, предусмотренных ст. 75, примечаниями к соответствующим статьям Особенной части УК России, и права возражать против прекращения дела по этим основаниям; 2) 3) составление мотивированного постановления о прекращении дела с изложением в нем существа дела и оснований прекращения; 4) 5) разрешение в постановлении о прекращении дела вопросов о вещественных доказательствах, об отмене меры пресечения и ареста на имущество; 6) 7) получение согласия прокурора на прекращение уголовного дела; 8) 9) уведомление о прекращении дела потерпевшего, обвиняемого, лица или учреждения, по заявлениям которых дело было возбуждено, разъяснение им порядка обжалования. 10) На практике прекращение уголовного дела согласовывается также с руководителем следственного подразделения.

Разъяснение лицу оснований прекращения уголовного дела и права возражать против него (ч. 3 ст. 7 УПК). Требование закона об обязательном разъяснении лицу оснований прекращения уголовного дела и возможности возражать против принятия такого решения рассматривается в качестве дополнительной гарантии законности и обоснованности прекращения дел и прав лиц, привлекаемых к уголовной ответственности1 . Аналогичное требование содержит и ч. 2 ст. 6 УПК, регламентирующая прекращение уголовных дел вследствие изменения обстановки. Причем о праве возражать против

1 См.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процсссуально.м> кодексу РСФСР. - Изд. 2-е. персраб. и доп. -М. 1997. -С. 29.

109

прекращения уголовного дела в последнем случае специально высказался Конституци- онный Суд Российской Федерации в постановлении от 28 октября 1996 г. по жалобе О.В.Сушкова, просившего признать неконституционной ст. 6 УПК, не позволявшую ему добиваться реабилитации по суду. Конституционный Суд признал, что “уголовное дело не может быть прекращено, если лицо против этого возражает и ходатайствует о продолжении производства по делу. В этом случае производство по делу должно продолжаться в обычном порядке”1. С учетом этого при формулировании ст. ст. 6 и 7 УПК Закон от 21 декабря 1996 г. включил в их тексты норму, согласно которой лицу обязательно разъясняются основания прекращения уголовного дела и право возражать против него.

В статье 7 УПК не конкретизируется, как и в какой момент производства по делу должно происходить разъяснение оснований прекращения дела и права возражать против прекращения дела по этим основаниям. Не ясно, в частности, каким образом удостоверяется факт разъяснения оснований прекращения уголовного дела, согласие лица на прекращение дела.

Изучение уголовных дел, прекращенных в порядке ст. 7 УПК, позволило выявить в интересующем нас аспекте следующее. Только по 10 % изученных уголовных дел доз- наватели, следователи разъясняли основания прекращения дела и право возражать против него. Обращает на себя внимание то, что названные процессуальные действия пре- имущественно имели место в рамках тех дел, по которым лицо привлекалось в качестве обвиняемого. Факт разъяснения содержания ст. 75 УК, ст. 7 УПК процессуально закре- плялся в протоколе допроса обвиняемого и подтверждался его подписью.

Анализ материалов уголовных дел, протоколов допросов обвиняемых, в которых содержались сведения (отметки) о разъяснении обвиняемому оснований прекращения дела в связи с деятельным раскаянием, показывает, что дознаватели, следователи используют примерно следующую “трафаретную” запись в протоколе допроса: “Сущность ст. 75 УК России мне разъяснена, с прекращением уголовного дела согласен” или “Сущность прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием разъяснена, против прекращения дела на основании ст. 7 УПК РСФСР не возражаю”.

1 См.: Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1996. - № 5. - С. 14.

по

Судя по полученной в ходе проведенного нами исследования информации, можно сделать вывод, что выполнение требований ч. 3 ст. 7 УПК на практике происходит эпизодически и формально. Достаточно сказать, что в 72 % случаев лица, в отношении которых уголовные дела прекращены в порядке ст. 7 УПК, привлекались в качестве обвиняемых, а основания прекращения дела и право возражать против него разъяснялись лишь каждому шестому из них. В чем же выражалось разъяснение самих оснований прекращения дела, сути права лица возражать против принятия такого решения, правовых последствий несогласия лица с прекращением дела, установить по материалам изученных дел не представилось возможным1.

Разъяснение оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием предполагает, на наш взгляд, доведение до сведения подозреваемого, обвиняемого определенного набора нормативных положений.

Во-первых, лицу должна быть предоставлена возможность лично или с помощью следователя ознакомиться с текстом ст. 75 , примечаний к соответствующим статьям Особенной части УК, ст. 7 УПК.

Во-вторых, необходимо разъяснить используемую в указанных статьях закона терминологию, в частности, что означают выражения “деятельное раскаяние”, “преступление небольшой тяжести”, “совершение преступления впервые”. При освобождении от уголовной ответственности на основании примечаний к конкретным статьям Особенной части УК лицу следует разъяснить употребляемые в них термины (например, “добровольная сдача”, “иной способ предотвращения осуществления акта терроризма”, “добровольное освобождение” и др.).

Принципиально отметить также следующее. Лицо должно четко сознавать, что, несмотря на прекращение дела, оно считается совершившим преступление, хотя и не признается в нем виновным, судимым, поскольку постановление органа расследования о прекращении уголовного дела не приравнивается к приговору и не является актом, которым, согласно ч. 1 ст. 49 Конституции Российской Федерации, устанавливается ви-

1 По данным А. М. Баранова, изучавшего уголовные дела, прекращенные в порядке ст. ст. 6 - 9 УПК, в 18, 1% случаях отсутствовало письменное согласие обвиняемого на прекращение уголовного дела (См. его. Процессуальные ошибки на этапе окончания предварительного следствия и способы их исправления: Дис… канд. юрид. наук. - М. 1992. - С. 45: его же. Процессуальные ошибки, совершаемые на этапе окончания предварительного следствия, и способы их устранения. - Омск. 1996. - С. 27).

Ill новность обвиняемого со всеми могущими наступить для него уголовно - правовыми последствиями.

Прекращение уголовных дел с освобождением от уголовной ответственности, правильно замечает А.П.Гуляев, допустимо лишь в отношении лица, совершившего преступление. Иными словами, при прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием лица ему необходимо разъяснить сущность данного решения, освобождающего его от уголовной ответственности. К сожалению, в законе указания обязанности разъяснить обвиняемому в данном случае сущность прекращения уголовного дела не содержится.

Выполнение предписания ч. 3 ст. 7 УПК о разъяснении лицу права возражать против прекращения уголовного дела означает извещение обвиняемого о том, что, во-первых, дело может быть прекращено только с его согласия ; во-вторых, он вправе настаивать на продолжении расследования и рассмотрении уголовного дела в суде, т.е. на реабилитации, если считает себя непричастным к совершению преступления ; в-третьих, при направлении дела в суд он может быть признан виновным в данном преступлении и осужден по приговору суда с назначением наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи УК; в-четвертых, на лицо, при признании его в суде виновным, могут быть возложены судебные издержки. В противном случае формальное уведомление обвиняемого о его праве возражать против прекращения уголовного дела, не сопровождаемое подробным разъяснением последствий как согласия на прекращение дела, так и возражения против такого решения органа расследования, не будет являться одной из существенных гарантий соблюдения законных прав обвиняемого.

Представляется резонным, что обоснованное, осознанное выражение лицом согласия на прекращение уголовного дела либо возражений против этого и настаивание на дальнейшем расследовании, судебном разбирательстве дела, предполагает знание им материалов дела, осведомленность о них. Поэтому вполне естественным в рассматриваемой ситуации было бы наделение обвиняемого (лица, в отношении которого принято решение о прекращении уголовного дела) правом на предварительное ознакомление с материалами дела. По данному вопросу нами был проведен опрос следователей: 67 % из них посчитали выполнение такого процессуального действия целесообразным. Причем

1 См.: Гуляев А. II. Следователь в УГОЛОВНОМ процессе. - С. 152.

112

многие из них в опросных листах указали, что фактически они знакомят подозреваемых, обвиняемых с материалами дела, разъясняя положения ч. 3 ст. 7 УПК о праве лица воз- ражать против прекращения уголовного дела.

В силу неконкретности предписаний ст. 7 УПК в части выяснения мнения лица о возможности прекращения в отношении него уголовного дела в связи с деятельным рас- каянием, факт получения его согласия (такое согласие, как показало изучение, давалось только в 16,2% дел) фиксируется следователем (дознавателем) по - разному. В отдельных случаях об этом составлялся протокол, в других - производилась отметка на постановлении о прекращении уголовного дела, удостоверяемая подписью обвиняемого. Некоторые следователи выясняли согласие обвиняемого, подозреваемого на прекращение уголовного дела при допросе этих лиц.

Полагаем, что порядок процессуального оформления, закрепления согласия лица на прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием должен быть универ- сальным.

Результаты логико-юридического анализа нормы, включенной в ч. 3 ст. 7 УПК, практики ее применения в ряде регионов России позволяют высказать следующие предложения.

Во-первых, уголовно-процессуальный закон целесообразно дополнить положениями, развивающими изложенную в ч. 3 ст. 7 УПК норму. В частности, надлежит четко регламентировать, что лицу, в отношении которого решается вопрос о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием, по его ходатайству должна быть пре- доставлена возможность ознакомиться с материалами дела; ему необходимо разъяснять не только основания прекращения дела и право возражать против него, но и сущность принимаемого решения, возможные последствия дальнейшего продолжения производства по уголовному делу. И наконец, следует формально-юридически закрепить обязанность органа расследования, прокурора, суда составлять отдельный протокол о выполнении перечисленных процессуальных действий.

Данная норма в целом могла бы быть сформулирована примерно так :

“До прекращения уголовного дела лицу разъясняются сущность и основания прекращения дела в соответствии с частями первой и второй настоящей статьи, право возражать против прекращения дела по этим основаниям и последствия дальнейшего про-

113

изводства по нему. По ходатайству лица его знакомят с материалами уголовного дела. О выполнении указанных действий составляется протокол”.

Во-вторых, в целях унификации практики применения сформулированной правовой нормы, и, что особенно важно, для обеспечения реального выполнения всего комплекса процессуальных действий, которые предполагаются, будет оправданным разработка примерного, типового образца протокола и внедрение его в деятельность органов предварительного расследования (см. Приложение).

Применительно к прекращению уголовных дел по нереабилитирующим основаниям к ранее действовавшему (до 1997 г.) уголовно-процессуальному законодательству сходное предложение высказывалось В.К.Коломейцем. Проанализировав процедуры, предусмотренные ст.ст.6 , 10 и 210 УПК РСФСР, В.К.Коломеец констатировал «довольно старое и повсеместно распространенное явление, связанное с существенным ограничением прав лица, в отношении которого прекращается производство по делу по нереабилитирующим основаниям. Суть нарушения прав и законных интересов в том, что сначала принимается решение о прекращении производства (по ^реабилитирующему основанию), и лишь затем, в лучшем случае, разъясняют лицу… его права, а также последствия такого решения, возможность возражать против прекращения дела по такому основанию. По букве и смыслу закона - ч. 111 и IV ст. б1 УПК РСФСР - следовало бы поступать как раз «наоборот», т.е. сначала разъяснить права, последствия, выяснить, нет ли возражений, оформить это отдельными протоколами, а затем только обращаться за согласием к прокурору»1. Им также была разработана, апробирована и предложена форма такого протокола о выполнении требований, предусмотренных ч. III, IV, ст. б1 и ч. II ст. 10 УПК РСФСР. И хотя ст.ст. б1 и 10 исключены из УПК Законом от 15 декабря 1996 г., сам подход, попытка повысить надежность процедуры прекращения уголовных дел по нереабилитирующим основаниям в целях охраны прав заинтересованных в этих делах лиц, осуществленные В.К.Коломейцем, заслуживают внимания, поддержки и развития в условиях изменившейся правовой регламентации прекращения уголовных дел.

Составление мотивированного постановления о прекращении дела с изложением в нем сущности дела и оснований прекращения (ч. 1 ст. 209 УПК).

’ Ко.-юмеец В.К. Явка с повинной по российскому законодательству (1845-1955 гг.). - С..51.

114

Требование закона о необходимости мотивировать постановление о прекращении уголовного дела относится ко всем случаям принятия подобных решений, в том числе и в рассматриваемом нами. Его значимость обусловлена рядом обстоятельств:

  • прекращение уголовного дела в порядке ст. 7 УПК означает завершение расследования, т.е. решение о нем является окончательным, исключающим в силу п. 10 ст. 5 УПК уголовно-процессуальную деятельность в отношении деятельно раскаявшегося лица;
  • анализируемый вид прекращения уголовного дела относится к числу нереабили- тирующих лицо, привлекавшееся в качестве обвиняемого за совершенное преступление, что значительно затрагивает его права, а также интересы других лиц, в частности, по- терпевшего, в силу чего решение о прекращении дела обязательно должно быть убеди- тельным;
  • одно из часто фигурирующих оснований прекращения уголовных дел данной категории •• способствование раскрытию преступлений. Этот оценочный термин1 неодинаково понимается правоприменителем, предполагает приведение в постановлении о прекращении уголовного дела конкретных мотивов, побудивших следователя принять решение об освобождении лица от уголовной ответственности.
  • Важно отметить, что в ст. 7 УПК употребляется выражение «вправе,прекратить уголовное дело», а в примечаниях к ряду статей Особенной части УК, предусматривающих специальные основания освобождения от уголовной ответственности, законодателем использованы выражения «лицо освобождается» либо «может быть освобождено». Таким образом, с одной стороны, следователю представляется определенное усмотрение в применении норм о деятельном раскаянии, с другой - во всех случаях предписания о специальных видах освобождения от уголовной ответственности носят императивный характер”.

С учетом изложенного мотивировке решения о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием должно быть уделено особое внимание. В юридической

Об оценочных терминах в уголовном праве см.: Питецкий В.В. Оценочные признаки уголовного закона: (сущность, функции, перспективы использования в законодательстве). - Красноярск, 1993. - С. 17-18. 2 На императивный характер предписаний относительно освобождения лиц от уголовной ответственности большинства примечаний к соответствующим статьям Особенной части УК указывают, например, А.А.Чувилев (см. его: Деятельное раскаяние. - С. 10); Т.А. Лесниевски-Костарева (см. ее: Дифференциация уголовной ответственности. Теория и законодательная практика. - М.. 1998. - С. 136).

115

литературе, посвященной уголовно-процессуальным решениям, специально отмечается, что значимость их мотивировки возрастает в ситуациях, когда решения завершают процесс доказывания в данной стадии; когда принимаются нормы, предусматривающие выбор «по усмотрению», «с учетом обстоятельств конкретного дела», т.е. требуется показать соответствие между этими обстоятельствами и условиями, выраженными законодателем в оценочных понятиях, а мотивировка убеждает, что «решение продиктовано не субъективным настроением, а требованиями закона»1.

Суть мотивировки уголовно-процессуального решения заключается в том, что она «призвана раскрыть ту логическую деятельность по оценке доказательств и определению значения обстоятельств дела, которые приводят к суждению о достоверности и достаточности доказательств, что, в свою очередь, влечет определенные правовые вы- воды» . Применительно к постановлению о прекращении уголовного дела требование его мотивированности понимается как «обоснование принимаемого следователем решения путем приведения доказательств и анализа, оценки их в свете положений материального и процессуального закона, приводящих к выводу о необходимости прекратить уголовное дело» .

Формулировка ч. 1 ст. 209 УПК позволяет сделать вывод, что в постановлении о прекращении уголовного дела должны быть приведены две группы доводов, аргументов фактического, логического и правового характера, относящихся: 1) к сущности дела; 2) к основаниям прекращения дела.

Изложение в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием сущности дела. Как уже отмечалось, в порядке ст. 7 УПК освобождаются от уголовной ответственности лица, чья причастность к совершению деяния, предусмотренного конкретной статьей УК, безоговорочно доказана. Поэтому в поста- новлении о прекращении дела должны быть приведены фактические обстоятельства ус- тановленного события преступления: время, место, способ и другие обстоятельства со- вершения преступления (п. 1 ч. 1 ст. 68 УПК).

1 См.: .Путинская ТТЛ. Указ. соч. - С. 159; см. об этом также: Грошевой IO.M. Сущность судебных решений в со ветском уголовном процессе. - Харьков, 1979. - С. 27.

2 Лупинская П.А. Указ. соч. - С. 158.

’ Научно-практический комментарий к уголовно-процессуальном) кодексу РСФСР. - Изд. 2-е, перераб. и доп. - М.: Спарк. 1997. -С. 365.

116

В части 2 ст. 205 УПК «Обвинительное заключение» дан перечень обстоятельств, которые образуют понятие сущности дела. К ним отнесены, наряду с перечисленными, также мотивы, последствия преступления (они, видимо, и подразумеваются в п. 1 ч. 1 ст. 68 УПК в рамках «других обстоятельств совершения преступления»).

В него также включены: сведения о потерпевшем; доказательства, которые подтверждают наличие преступления и виновность обвиняемого; обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность обвиняемого; доводы, приводимые обвиняемым в свою защиту, и результаты проверки этих доводов. Нет никаких препятствий для рас- пространения данных положений ст. 205 УПК и на случаи составления постановления о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием.

Однако необходимо сделать при этом некоторые оговорки. Обвинительное заключение как самостоятельный акт предварительного расследования несет в уголовном процессе другую, в сравнении с постановлением о прекращении уголовного дела, смысловую и правовую «нагрузку». Различна и архитектоника этих процессуальных документов. Поэтому вряд ли есть надобность в приведении в постановлении о прекращении уголовного дела всех поименованных в ч. 2 ст. 205 УПК обстоятельств и сведений. Например, если обвиняемый не возражает против освобождения его от уголовной ответственности или смягчающие наказание обстоятельства (явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления) охватываются основаниями к прекращению дела, то изложение в постановлении сущности прекращенного дела ограничится кругом обстоятельств и сведений, относящихся к объективной стороне преступления, его мотивам, а также подтверждающих наличие преступления и виновность обвиняемого.

Изучение прекращенных в порядке ст. 7 УПК уголовных дел показало, что требование ч. 1 ст. 209 УПК выполняется на практике неполностью. В частности, в постановлениях о прекращении уголовных дел далеко не всегда приводятся достаточные доказательства, подтверждающие наличие преступления, виновность в нем обвиняемого. Причем просматривается своего рода некая тенденция в расследовании уголовных дел с перспективой их прекращения в связи с деятельным раскаянием: при предварительной квалификации деяния по статье УК, относящей его к категории небольшой тяжести, ли-

117

бо при добровольной сдаче наркотических средств, оружия акцент в расследовании дела смещается в сторону получения, закрепления, процессуального оформления фактических данных, свидетельствующих о конкретных действиях лица, трактуемых как деятельное раскаяние. Доказывание же самого факта совершения преступления, его объективной стороны, мотивов как бы отодвигается на второй план.

Полученные результаты исследования позволяют утверждать, что более чем по 80% изученных уголовных дел в постановлениях о прекращении уголовных дел в связи с деятельным раскаянием вообще не приводится доказательств, указывающих на объек- тивные характеристики преступного события, его мотивы, виновность в нем обвиняемого, хотя в материалах большинства этих дел такие доказательства содержатся, имеются. Подобная практика составления анализируемого уголовно-процессуального документа, как убеждают в этом данные авторского интервьюирования следователей, считается вполне допустимой, не порицаемой начальниками следственных подразделений. Следователи поступают по принципу: «нас за это не ругают, поэтому мы так и делаем».

Для иллюстрации сказанного приведем примеры из практики.

  1. Следователь СО УВД Свердловского района г. Перми по уголовному делу по обвинению П. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК, в поста новлении о прекращении уголовного дела, описывая событие преступления, указал только дату и время совершения дорожно-транспортного происшествия, пункты Правил дорожного движения, требования которых нарушил П., и наступившие последствия в виде подробного описания телесных повреждений, причиненных К. Приведены также данные о том, что П. с места происшествия скрылся, не дождавшись приезда сотрудни ков милиции.

На основании изложенного уголовное дело следователем прекращено в связи с тем, что П. загладил вред, причиненный его действиями, и деятельно раскаялся в совершенном преступлении. Однако в постановлении о прекращении уголовного дела отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие надлежащее посткриминальное поведение обвиняемого и позволяющие сделать такой вывод .

  1. Уголовное дело по факту кражи продуктов из столовой сельскохозяйственного техникума Омского района прекращено следователем на основании того, что обвиняе-

1 См.: Архив ГУВД Пермской области за 1998 г. - Уголовное дело № 2937.

118

мый К. совершил преступление небольшой тяжести, ранее не судим, активно способствовал раскрытию преступления и возместил ущерб. Однако в постановлении о прекращении уголовного дела отсутствуют указания на фактические данные, подтверждающие такой вьшод. В качестве обстоятельств, говорящих о времени, месте, способе и мотивах совершения преступления указано, что несовершеннолетний К., проходя по улице, заметил открытое окно столовой техникума и проник в помещение якобы с целью « задержания общественно опасных лиц», решив, что в столовой совершена кража. Оказавшись в столовой и поддавшись внезапно возникшему умыслу, К. совершил кражу продуктов на сумму 900 рублей. На основании показаний К. следователь в постановлении сформулировал вывод о том, что в действиях К. нет признака незаконного проникновения в хранилище, умысел на кражу возник позже. Таким образом, К. совершил преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК. Однако и при этих обстоятельствах данное уголовное дело прекращению не подлежит, так как К. совершил преступление средней тяжести’.

Требование закона (ч. 1 ст. 209 УПК) о необходимости изложения в постановлении о прекращении уголовного дела его сущности применительно к делам о деятельном раскаянии означает, по нашему мнению, следующее. В постановлении должны быть приведены.

  • сведения об обстоятельствах, времени, месте, способе, последствиях, мотивах преступления;
  • доказательства, подтверждающие наличие преступления и виновность в нем обвиняемого;
  • сведения о потерпевшем и причиненном ему ущербе, вреде;
  • обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, если они установлены и не охватываются мотивами преступления, основаниями прекращения уголовного дела;
  • другие существенные обстоятельства, к которым можно отнести фактические данные о конкретных посткриминальных действиях лица ( например, добровольная сдача оружия, наркотиков, добровольное освобождение заложника).

Изложение в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием оснований прекращения. Сформулированные в ст. 75, примеча-

’ См.:. Inxim УВД Омской области sa 1998 г - Уголовное дело № 489929.

119

ниях к ст.ст. 126, 194, 198, 204-206, 208, 222, 223, 228, 275, 291, 307, 337, 338 УК основания освобождения лица от уголовной ответственности, будучи установленными, доказанными в ходе предварительного расследования, составляют уголовно-процессуальное основание принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Исходя из предложенного нами понимания оснований прекращения уголовного дела в порядке ст. 7 УПК, их описание, изложение в одноименном постановлении должно представлять приведение в нем фактических обстоятельств и сведений о них, которые: 1) раскрывают суть, содержание позитивных посткриминальных действий обвиняемого, т.е. собственно его деятельное раскаяние; 2) доказывают реальное совершение обвиняемым таких действий.

Кроме того, изложение в постановлении о прекращении уголовного дела оснований его прекращения предполагает юридическую, правовую оценку позитивных по- сткриминальных действий обвиняемого. В специальной литературе правильно подчер- кивается, что «конкретные фактические обстоятельства дела сами по себе еще не являются юридическим основанием уголовно-процессуальных решений»1.

Уголовный закон в ст. 75, в примечаниях к соответствующим статьям Особенной части УК называет те действия лица, которые охватываются уголовно-правовым понятием «деятельное раскаяние». В зависимости от того, какие конкретно фактические об- стоятельства установлены, доказаны по уголовному делу и положены в основу принятия решения о прекращении дела в связи с деятельным раскаянием лица, они должны быть подробно изложены в постановлении.

Применительно к такому обстоятельству, как явка с повинной, принципиально важно в постановлении отразить: во-первых, когда и в какой государственный орган явилось лицо с заявлением о совершенном им преступлении; во-вторых, добровольный характер действий лица; в-третьих, суть сделанного заявления. Наличие в деле протокола явки с повинной освобождает следователя от необходимости подробного изложения сделанного в свое время заявления лица о совершенном преступлении. Доказательствами, подтверждающими факт явки с повинной, будут сведения, получившие процессуальное закрепление в протоколах явки с повинной, допроса явившегося с повинной в

1 (“мирное Л.В. Достаточность фактических оснований уголовно-процессуальных решений // Правоведение. - 1983. -№5. -С. 16.

120 качестве подозреваемого, обвиняемого. В противном случае ссылка в постановлении на явку с повинной как на основание прекращения уголовного дела будет голословной, а само постановление - незаконным и необоснованным. В этом отношении показателен следующий пример.

Следователем Омского РОВД Омской области прекращено в порядке ст. 7 УПК уголовное дело по факту кражи М. двух колес от автомашины на общую сумму 550 руб. В качестве оснований прекращения уголовного дела в постановлении указано, что М. добровольно явился в милицию и полностью возместил ущерб. В материалах дела данных, свидетельствующих о том, что М. добровольно явился в милицию с повинной, нет. Фактически причастность М. к совершению кражи была установлена оперативно- розыскным путем, колеса у него изъяты в результате выемки. При таких обстоятельствах в действиях М. отсутствуют признаки деятельного раскаяния, а решение о прекращении уголовного дела нельзя признать законным .

Способствование или активное способствование раскрытию преступления как основание прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием обусловливает необходимость перечисления в постановлении конкретных действий обвиняемого, в результате чего было оказано содействие следователю в раскрытии преступления. Ими могут быть, как уже отмечалось, правдивое изложение обстоятельств совершенного деяния, указание на соучастников преступления, помощь в их обнаружении и задержании, активное участие в следственных действиях, указание на места сокрытия похищенного, каналов его приобретения, сбыта. Простого упоминания в постановлении о том, что лицо способствовало раскрытию преступления, без изложения тех или иных его действий, которые облегчили раскрытие преступления, без приведения доказательств фактического совершения обвиняемым таких действий, явно недостаточно, и это означает невыполнение предписаний ч. 1 ст. 205 УПК, ставит под сомнение законность и обоснованность принятого решения.

Так, по уголовному делу, возбужденному следователем Русско-Полянского РОВД Омской области по обвинению П. и Н. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 158 УК России, в качестве оснований прекращения уголовного дела указано, что обвиняемые активно способствовали раскрытию преступления, чистосердечно раская-

1 См.: Архив УВД Омской области за 1998 г. - Уголовное дело № 490156.

121

лись, преступление не создало общественной опасности. Однако доказательств, под- тверждающих активные действия обвиняемых, направленные на раскрытие преступления, не приводится. Кроме того, следователь при прекращении уголовного дела проиг- норировал тот факт, что П. и Н. ранее судимы, например, Н. привлекался к уголовной ответственности трижды, последний раз осужден в 1997 г. по ч. 2 ст. 158 УК к наказанию, не связанному с лишением свободы, судимость не погашена1.

По уголовному делу, возбужденному следственным отделом по расследованию преступлений, связанных с наркотиками, при УВД Омской области, Б. привлечен к уго- ловной ответственности за незаконное приобретение без цели сбыта наркотического средства (опия).

В постановлении о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием указано, что Б. совершил преступление небольшой тяжести, активно способствовал раскрытию преступления, добровольно выдал наркотическое средство. Однако здесь же, в постановлении, следователь излагает сведения о том, что наркотическое средство об- наружено и изъято работниками милиции.

Отсутствие в постановлении перечисления конкретных доказательств, подтверждающих активное способствование раскрытию преступления, документов, удостоверяющих факт добровольной выдачи наркотика, при каких обстоятельствах она состоялась, ставит под сомнение вывод следователя о возможности прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 7 УПК .

Отражение в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием другого основания прекращения дела - возмещения причиненного ущерба или заглаживания вреда от преступления достигается путем включения в него сведений о том, когда и каким способом обвиняемый возместил ущерб, загладил вред, какими имеющимися в деле фактическими данными это подтверждается. Целесообразна в подобных случаях ссылка на заявление, расписку потерпевшего, справку, письменное сообщение должностных лиц, руководителей организаций, подтверждающих возмещение им ущерба, заглаживание вреда. Игнорирование названных и вполне само собой разумеющихся и, кстати, предусмотренных законом предписаний относительно прекра-

1 См.: Архив УВД Омской области за 1998 г. - Уголовное дело № 518200. : См.: Архив УВД Омской области УЛ 1998 г. - Уголовное дело № 553952.

122

щения уголовных дел рассматриваемой категории влечет, как правило, обжалование по- становления о прекращении дела потерпевшим, его отмену.

Например, по уголовному делу, возбужденному по признакам преступления, пре- дусмотренного ч. 1 ст. 213 УК России, дознаватель формально отнесся к установлению и отражению в материалах уголовного дела признаков деятельного раскаяния в поведении Щ., совершившего хулиганские действия. В постановлении о прекращении уголовного дела не указано, в чем конкретно выразилось деятельное раскаяние обвиняемого Щ., дознаватель ограничился лишь констатацией совершения им преступления небольшой тяжести впервые. Данное решение было обжаловано потерпевшим прокурору, который отменил постановление о прекращении уголовного дела и направил его для до- полнительного расследования, поскольку в материалах дела отсутствовали сведения о том, что Щ. каким-либо образом деятельно раскаялся и загладил причиненный вред. В дальнейшем к делу приобщена расписка потерпевшего о получении им 400 тыс. руб. в возмещение ущерба, отсутствии претензий к Щ. и о согласии на прекращение уголовного дела1.

Если лицо освобождается от уголовной ответственности на основании примечаний к соответствующим статьям Особенной части УК, то изложение в постановлении о прекращении дела применяемого следователем в данном случае основания предполагает приведение фактических обстоятельств, образующих его содержание, а также доказа- тельств, которыми они установлены.

Так, примечания к ст. ст. 222, 223 УК требуют доказывания прежде всего факта добровольной сдачи лицом огнестрельного оружия, взрывчатых веществ, боеприпасов, взрывных устройств. Поэтому в постановлении при изложении оснований прекращения уголовного дела обязательно должно быть указано, что, во-первых, лицо добровольно выдало, сдало названные предметы, т.е. явилось для этой цели в милицию, другой пра- воохранительный орган либо заявило органам власти об их местонахождении при реальной возможности дальнейшего хранения оружия, боеприпасов или выдало последние до начала обыска и обнаружения их следователем, когда обыск проводился с другой целью; во- вторых, какими именно доказательствами подтверждены данные действия. Кроме того, надлежит констатировать, опираясь на материалы расследования, отсутст-

’ См.:. InxiKi УВД Омской области за 1998 г. - Уголовное дело № 44?247.

123

вие в действиях обвиняемого иного состава преступления. При соблюдении этих условий можно считать, что требования ч. 1 ст. 209 УПК выполнены и в постановлении изложены основания прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием.

При применении в качестве основания прекращения уголовного дела примечания к ст. 228 УК необходимо иметь в виду, что оно, наряду с добровольной сдачей наркотических средств, включает также активное способствование раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем. Поэтому в постановлении должно быть конкретно указано, какие из перечисленных действий со- вершил обвиняемый, к каким результатам они привели и чем это подтверждается в ма- териалах дела.

Имеются особенности при изложении в постановлении и иных оснований прекращения уголовного дела согласно примечаниям к другим статьям Особенной части УК.

Разрешение в постановлении о прекращении дела вопросов о вещественных доказательствах, об отмене меры пресечения и ареста на имущество. Разрешение данных вопросов в постановлении о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием является обязательным, если по делу определенные объекты фигурировали в качестве вещественных доказательств, в отношении обвиняемого избиралась мера пресечения, а на имущество накладывался арест. На практике предписания ст. 209 УПК в указанной части воспринимаются формально и не считаются в числе «важных» процессуальных действий. Достаточно сказать, что по изученным уголовным делам мера пресечения избиралась в 123 случаях, а отменена только в 45 (36,5%).

Не всегда, когда это необходимо, разрешается в постановлении о прекращении уголовного дела и судьба вещественных доказательств, а если и решается, то допускаются ошибки. Особенно это характерно для уголовных дел, прекращаемых на основании примечаний к ст. ст. 222, 223, 228 УК, где вещественным доказательством признавались наркотики, оружие, взрывчатые вещества, взрывные устройства.

Судьба приобщенных к делу наркотиков, оружия определяется в соответствии с Инструкцией о порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказа-

124 тельств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами от 18 октября 1989 г. № 34/15 (§§ 17, 18, 23 - 25, 82).

Получение согласия прокурора па прекращение уголовного дела. Обязательным требованием закона для прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием является согласие на это прокурора, без чего постановление следователя о прекращении дела не имеет юридической силы. Действующее уголовно-процессуальное законодательство, в том числе ст. 7 УПК, не регламентирует порядок дачи прокурором согласия на прекращение уголовного дела и проверки им материалов прекращения дела.

Согласование с прокурором принятого следователем решения о прекращении уголовного дела имеет назначением исключить случаи незаконного и необоснованного окончания предварительного расследования, призвано способствовать усилению эффективности прокурорского надзора в этой стадии уголовного процесса. Согласию прокурора с прекращением уголовного дела должна предшествовать, по смыслу закона, тщательная проверка материалов предварительного расследования с точки зрения их соответствия положениям ст. 75, примечаний к ст.ст. 126, 194, 198, 204-206, 208, 222, 223, 228, 275, 291, 307, 337, 338 УК, ст. 7 УПК. Иначе согласие прокурора на прекращение дела было бы простой формальностью.

Проведенное нами изучение уголовных дел, прекращенных в порядке ст. 7 УПК, позволяет сделать вывод, что дача прокурорами в указанных случаях согласия на прекращение уголовного дела происходит, как правило, формально, без серьезного анализа и оценки материалов дела, собранных по нему доказательств, принятых решений, их мотивировки. Убедительным подтверждением такого вывода служит то, что 15 % охваченных изучением уголовных дел прекращены, вопреки прямым предписаниям ч. 1 ст. 75 УК, в отношении лиц, совершивших преступления средней тяжести. Не стали предметом внимания прокуроров в изученных делах и другие нарушения закона (неправильное процессуальное оформление фактов добровольной сдачи оружия, наркотиков, явки с повинной; отсутствие в ряде дел достаточных доказательств виновности лица в совершении преступления, деятельного раскаяния обвиняемого; немотивированность многих решений о прекращении уголовного дела; оставление без разрешения в постановлении дела вопросов об отмене избиравшейся меры пресечения, наложения ареста на имущество, о судьбе вещественных доказательств). В подобных случаях про-

125

курор не вправе соглашаться с прекращением уголовного дела, обязан отказать следователю в этом, дать указания о дальнейшем расследовании дела и устранении допущенных нарушений закона.

Уголовно-процессуальный закон не предусматривает процессуальной формы отказа прокурора на прекращение дела. Изучение следственной практики показывает, что свое несогласие прокуроры отражают непосредственно на постановлении о прекращении дела в виде соответствующей резолюции. Однако такая форма выражения прокурором своего несогласия с прекращением дела, по нашему мнению, далека от совершенства. Несогласие прокурора с решением следователя прекратить дело означает, что материалы произведенного предварительного расследования не позволяют освободить от уголовной ответственности лицо в связи с деятельным раскаянием. Прокурор должен указать следователю, органу дознания на обнаруженные недостатки предварительного расследования, привести мотивы своего несогласия с прекращением дела. Этого путем наложения резолюции, без указания основания и мотивов, вызвавших такое решение, вряд ли достаточно для осуществления эффективного прокурорского надзора. Каждый случай несогласия прокурора с прекращением дела должен иметь воспитательное значение для следователя, органа дознания, профилактировать подобные нарушения с его стороны в будущем. Поэтому более предпочтительной представляется такая форма выражения прокурором несогласия с решением следователя о прекращении уголовного дела по ст. 7 УПК, когда он выносит мотивированное постановление, в котором приводится основание отказа в согласии на прекращение дела и даются конкретные указания о производстве предварительного следствия.

Приведенное положение целесообразно закрепить в законе, что способствовало бы, по нашему мнению, повышению качества предварительного расследования дел данной категории, а прокурорский надзор на этом этапе уголовного процесса стал бы более действенным, адресным. В свою очередь, отказ прокурора дать согласие на прекращение уголовного дела будет убедительнее, аргументированнее.

Проведенное нами исследование позволило установить, что в 14% случаев решения о прекращении уголовных дел в связи с деятельным раскаянием согласованы с начальниками следственных отделов (отделений), о чем свидетельствуют их визы на постановлениях.

126

Уголовно-процессуальный закон не требует согласования с начальником следственного отделения постановления о прекращении дела. Однако мы считаем данную практику правильной, не противоречащей закону. Предварительное согласование следователем с начальником следственного отделения решения прекратить дело можно рассматривать как важное условие правильности прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием. Правы В.Ф.Статкус и А.А.Чувилев, которые применительно к решениям следователя, нуждающимся в санкции или согласии прокурора, отмечают следующее: «Прокурор, прежде чем решить вопрос о санкции, должен быть убежден, что правильность решения проконтролирована начальником следственного отдела. Виза на постановлении, как и подпись прокурора, - одна из дополнительных гарантий обоснованности решения»1.

Предварительное согласование решения следователя о прекращении уголовного дела с начальником следственного отделения не снимает всей полноты ответственности за законность и обоснованность прекращения уголовного дела со следователя, который обладает процессуальной самостоятельностью.

Важно, чтобы согласие начальника следственного отделения на прекращение уголовных дел по ст. 7 УПК было неформальным, сопровождалось тщательной проверкой произведенного предварительного следствия и обоснованности принятого следователем решения. Только в этом случае согласие начальника следственного отделения на пре- кращение дела будет выступать дополнительной гарантией законности принятого решения. Материалы же исследования позволяют утверждать, что в деятельности начальников следственных отделений заметно примиренческое отношение к ошибкам, допускаемым при прекращении уголовного дела по ст. 7 УПК.

Совершенствованию ведомственного процессуального контроля и прокурорского надзора за прекращением уголовных дел в связи с деятельным раскаянием могли бы способствовать определенные организационные меры, принятие которых не сопровождается какими-либо значительными материальными и временными затратами. В частности, для осуществления контроля, надзора начальникам следственных подразделений, прокурорам предлагается использовать разработанную «памятку - программу», вклю-

1 Статкус В.Ф., Чуви.чев А.А. Прокурорский надзор и ведомственный контроль на предварительном следствии // Сов. гос-во и право. - 1975. - № 3. - С.77.

127

чающую все основные вопросы, подлежащие разрешению в уголовных делах, прекра- щаемых производством по ст. 7 УПК, а также рекомендации по составлению постанов- ления о прекращении уголовного дела. Руководствуясь ею, начальник следственного отдела (отделения), прокурор сможет проверить и оценить материалы прекращенного уголовного дела с точки зрения их соответствия закону, ведомственным нормативным актам. Такая памятка позволяет, с одной стороны, экономить время, поскольку проверка уголовного дела производится в режиме «алгоритма». С другой стороны, следование ей обеспечивает всесторонность и полноту изучения материалов прекращенного уголовного дела, не позволяет упустить из внимания наиболее важные, ключевые положения, относящиеся к законности, обоснованности, мотивированности решений о прекращении уголовных дел в связи с деятельным раскаянием.

Примерный вариант «Памятки» (см.: Приложение) составлен с участием диссертанта, апробирован практическими работниками, в целом положительно воспринят ими. Полагаем, что ознакомление с «Памяткой прокурору, начальнику следственного отделения, отдела, управления для осуществления надзора (контроля) за прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием» следователей, дознавателей также может оказать им полезную методическую помощь в правильном применении норм, регулирующих освобождение лиц от уголовной ответственности по рассматриваемым основаниям.

Уведомление о прекращении дела заинтересованных лиц, разъяснение им порядка обжалования. Устанавливая гарантии соблюдения прав участников процесса, закон требует, чтобы о прекращении уголовного дела, в том числе и в связи с деятельным раскаянием, были уведомлены заинтересованные лица, а также лицо или учреждение, по заявлениям которых дело возбуждено. Одновременно им должен быть разъяснен порядок обжалования решения следователя о прекращении дела. Уведомляя их о прекращении дела, следователь должен разъяснить им права и порядок обжалования, установленный ст. 209 УПК. Исчисление пятидневного срока обжалования надлежит производить не с момента вынесения постановления о прекращении дела или отправки письма заинтересованным лицам, а с момента получения ими этих документов. В противном случае заинтересованные участники процесса вряд ли получили бы полную возможность осуществить свои права.

128

При изучении прекращенных дел было установлено, что о прекращении дела за- интересованные участники процесса (лицо, в отношении которого прекращено дело, по- терпевший) уведомлялись лишь в 64% случаев. Естественно, что такая практика приводит к нарушению прав лиц, заинтересованных в исходе дела.

Различны и способы уведомления обвиняемых, потерпевших о прекращении уголовного дела. По общему правилу, эти лица ставятся в известность о состоявшемся решении путем направления им отдельного уведомления. Причем по делу бывает трудно установить дату направления такого уведомления названным лицам. Встречаются также случаи, когда от потерпевшего берется письменное заявление о том, что он ознакомлен с постановлением о прекращении уголовного дела.

Судя по лаконичным текстам уведомлений, направленных обвиняемым, потерпевшим, последним четко не разъясняется порядок обжалования постановления о прекращении дела, они лишь извещаются о возможности его обжалования прокурору или в суд. Между тем в ч. 3 ст. 209 УПК недвусмысленно сказано, что обвиняемый, потерпевший, лицо или учреждение, по заявлениям которых дело было возбуждено, письменно уведомляются о прекращении и основаниях прекращения уголовного дела и им разъясняется порядок обжалования, т.е. куда и в какие сроки может быть обжаловано постановление о прекращении уголовного дела.

Установленный ч. 5 ст. 209 УПК пятидневный срок на обжалование постановления исчисляется со дня получения уведомления тем, кому оно адресовано1. Учитывая, что срок на обжалование постановления о прекращении уголовного дела ограничен и с истечением данного срока связано вступление постановления в законную силу, необходима ясность в вопросе о том, в какой момент лицо считается уведомленным о прекращении дела. Этот момент в настоящее время вряд ли можно формально определить, поскольку следователь остается в неведении о том, получили или нет обвиняемый, потерпевший соответствующее уведомление. Данные лица, таким образом, могут «сдвигать» момент получения уведомления в выгодную для них сторону. Прав А.П.Гуляев, заметивший, что УПК по - прежнему не дает ответа на вопрос, с какого момента исчисляется пятисуточный срок обжалования решения о прекращении уголовного дела .

1 См. : Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - Изд. 2-е, перераб. и

доп. - М.: Спарк. 1997. - С. 366.

См.: Гу.’шевЛ.П. Новые нормы старого УПК // Рос.юстиция. - 1997. - № 3. - С. 35.

129

Принимая в внимание, что правильное исчисление сроков обжалования постановления о прекращении уголовного дела имеет важные юридические последствия, в законе надлежит более четко регламентировать порядок определения начального момента исчисления срока на обжалование, устранив субъективный фактор. Представляется целесообразным в ч. 3 ст. 209 УПК внести изменения и предусмотреть в ней, что уведомление заинтересованных лиц о прекращении и основаниях прекращения уголовного дела с разъяснением порядка обжалования постановления о прекращении дела вручается им под расписку. С этого момента надо исчислять и начало течения срока на обжалование. Подобная законодательная новелла позволит упорядочить определение, во-первых, временных границ, в рамках которых заинтересованные лица вправе обжаловать решение о прекращении уголовного дела, и, во-вторых, момент вступления его в законную силу.

Нуждается в разработке и внедрении в деятельность органов предварительного расследования типовой примерный бланк уведомления заинтересованных лиц о пре- кращении и основаниях прекращения уголовного дела. В него следует включить ряд по- зиций, отражающих содержание чч. 3 и 5 ст. 209 УПК, а именно: лицо ставится в из- вестность о факте прекращения уголовного дела; разъясняются право, сроки и порядок обжалования постановления о прекращении уголовного дела. Предлагаемая мера будет дополнительно гарантировать, по нашему мнению, охрану прав фаждан, чьи интересы затрагивались уголовным делом.

В результате внесенных в ст. 209 УПК дополнений Федеральным законом от 15 декабря 1996 г. постановление о прекращении уголовного дела теперь может быть обжаловано как прокурору, так и в суд . Право судебного обжалования постановления о прекращении уголовного дела, вынесенного органом предварительного расследования, было признано постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 1995 г. по делу о проверке конституционности ч. 5 ст. 209 УПК .

См.: Российская газета. - 1996. - 25 декабря. : См.: Российская газета. - 1995. - 28 ноября.

130

Уголовно-процессуальным законодательством не регламентирован порядок рассмотрения в суде жалоб на прекращение уголовного дела. Практика в этой части складывается следующим образом:

а) право обжаловать постановление о прекращении дела признается за участни ками процесса, лицами, которым преступлением причинен вред, но из-за упущений следствия им не придан процессуальный статус потерпевшего;

б) жалобы на постановления о прекращении уголовного дела рассматриваются городскими (районными) судами независимо от подсудности уголовного дела;

в) в судебном заседании представляется возможность участвовать подателю жа лобы, начальнику следственного подразделения, органа дознания, в котором вынесено соответствующее постановление, а при обжаловании постановления следователя проку ратуры - соответствующему прокурору;

г) судебная проверка жалоб на постановление о прекращении уголовного дела проводится по правилам, установленным УПК для разрешения подобных вопросов (ст. 2202УПК);

д) по результатам судебной проверки судья выносит одно из постановлений : об оставлении жалобы без удовлетворения либо об отмене постановления о прекращении дела1.

Перечисленные и другие вопросы, возникающие при обжаловании в суд постановлений о прекращении уголовных дел, безусловно, должны найти разрешение в УПК. В нем необходимо подробно урегулировать порядок судебной проверки таких жалоб, что будет способствовать фактической реализации на практике ст. 46 Конституции России, гарантирующей гражданину судебную защиту его прав и обеспечивающей право обжаловать в суд решения и действия (бездействие) органов государственной власти, должностных лиц.

Обратив внимание на то, что порядок рассмотрения жалоб на законность и обоснованность постановлений о прекращении дела в УПК не определен, Т.А. Левинова высказала предложение о внесении в него изменений и дополнений, касающихся регламентации оснований для судебного обжалования действий и решений органов дознания,

См.: Зеленин С. Рассмотрение жалоб на постановление о прекращении уголовного дела // Рос.юстиция. - 1996. - № 9. - С. 42.

131

следователя, прокурора, а также процедуры рассмотрения таких жалоб. При этом Т.А.Левинова поддерживает позицию разработчиков проекта УПК, в ст.ст. 124 и 136 ко- торого заложено правило: рассмотрению судом жалобы обязательно предшествует ее проверка прокурором, и лишь в случае, когда жалоба не удовлетворена или не разрешена в установленный законом срок, гражданин вправе обратиться в суд1.

Подобный подход к конструированию уголовно-процессуальных норм о судебном контроле за окончанием предварительного расследования в форме прекращения уголовного дела не может быть поддержан. Он противоречит сути и духу постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 13 ноября 1995 г., однозначно высказавшегося, что гражданин, чьи права и законные интересы затрагиваются прекращением производства по уголовному делу, может непосредственно обратиться в суд с жалобой на постановление о прекращении уголовного дела и требовать ее рассмотрения по существу. С данным решением Конституционного суда Российской Федерации приведена в соответствие ст. 209 УПК. Идея непосредственного судебного контроля за соблюдением конституционных прав граждан, затрагиваемых действиями органа предварительного расследования и прокурора в досудебных стадиях уголовного процесса, последовательно проводится и в других решениях Конституционного Суда Российской Федерации.

Так, постановлением Конституционного Суда от 29 апреля 1998 г. по делу о проверке конституционности ч. 4 ст. 113 УПК РСФСР в связи с запросом Костомукшского городского суда Республики Карелия за гражданином признано право судебного обжа- лования постановления прокурора, следователя или органа дознания об отказе в возбу-

2

ждении уголовного дела .

В соответствии с постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1999 г. гражданам, конституционные права которых нарушены, должно быть обеспечено судебное обжалование действий и решений органа дознания, следователя или прокурора, связанных с производством обыска, наложением ареста на имуще-

1 См.: Левинова ТА. Прекращение уголовных дел по реабилитирующим основаниям в механизме достижения цели уголовного процесса: Автореф. лис… канд. юрид. наук. - Н. Новгород. 1999. - С. 20-21.

2 См.: Российская газета. - 1998. - 7 мая.

132

ство, приостановлением уголовного дела и продлением срока предварительного рассле- дования1.

В УПК необходимо четко «прописать» право гражданина, заинтересованного в исходе дела, обжаловать непосредственно в суд постановление о его прекращении и порядок судебной проверки таких жалоб.

Направление постановления о прекращении уголовного дела прокурору. На основании ч. 3 ст. 209 УПК копия постановления о прекращении дела направляется прокурору. По смыслу и буквальному толкованию закона копия постановления о прекращении дела должна представляться прокурору сразу же после его вынесения, т.е. до вступления в законную силу. Данное правило вряд ли можно признать рациональным для случаев, когда прекращение уголовных дел допускается только с согласия прокурора.

Решение о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласовывается с прокурором, который проверяет материалы дела в полном объеме, оценивает принятое решение с позиций соответствия его требованиям уголовного и уголовно-процессуального законодательства, мотивированности. Поэтому он не остается в неведении о принятом следователем решении, и направление прокурору только что согласованного с ним, но еще не вступившего в законную силу постановления о прекращении уголовного дела, не вызывается необходимостью. Более того, в случае обжалования постановления в суд или прокурору возможна его отмена, что также ставит под сомнение целесообразность направления не вступившего в законную силу постановления прокурору. Оно, как представляется, должно направляться ему при окончательном разрешении дела, когда постановление приобрело законную силу и подлежит исполнению2.

Исполнение постановления о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Уголовно-процессуальный закон не содержит каких-либо нормативных предписаний, относящихся к срокам, порядку исполнения решения органа предва- рительного расследования о прекращении дела. Если в постановлении о прекращении уголовного дела отменены ранее избиравшаяся мера пресечения, наложенный арест на имущество, определена судьба вещественных доказательств, то в этой части решение о

1 См.: Российская газета. - 1999. - 15 апреля.

; Аналогичную позицию по обсуждаемому’ вопросу применительно к ст. 6 УПК. впоследствии исключенной из него, еще в 1978 г. занял А. А. Чувилев (см. его : Прекращение уголовного дела в связи с привлечением к административной ответственности // Соц. законность. - 1978. - № 6. - С. 53.)

133

прекращении дела подлежит исполнению, предполагает осуществление соответствующих процессуальных и организационных действий.

Что касается отмены меры пресечения, наложения ареста на имущество, обвиняемого целесообразно извещать об этом в направляемом ему письменном уведомлении о прекращении уголовного дела.

Постановление о прекращении дела в части принятых решений относительно судьбы вещественных доказательств исполняется по правилам, изложенным в Инструкции от 18 октября 1989 г. № 34/15. Если, например, наркотическое вещество подлежит уничтожению, то об этом составляется акт, который приобщается к материалам пре- кращенного уголовного дела. В случае передачи в ОВД на хранение огнестрельного оружия к материалам прекращенного уголовного дела приобщаются документы, под- тверждающие факт сдачи на хранение оружия.

134

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное исследование института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием позволяет сформулировать следующие основные выводы, рекомендации и предложения.

  1. Введение в уголовный процесс института прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием обусловлено реализацией в уголовном законодательстве идеи компромисса в борьбе с преступностью, поощрения, стимулирования позитивного по- сткриминального поведения виновного в совершении преступления, выразившейся во включении в новый Уголовный кодекс России представительной группы норм, устанав- ливающих исходные положения, основания освобождения от уголовной ответственности деятельно раскаявшихся лиц (ст. 75 УК, примечания к соответствующим статьям Особенной части УК).
  2. Совокупность правовых норм (ст.ст. 7, 209, 210 УПК РСФСР), в которых установлена процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности лиц, проявивших деятельное раскаяние, образует самостоятельный уголовно-процессуальный институт прекращения уголовного дела. Он имеет сходство с другими видами прекращения уголовного дела (вследствие изменения обстановки, в связи с примирением с потерпевшим), что обусловливает подмену, смешение на практике оснований прекращения уголовных дел в отношении лиц, впервые совершивших преступления небольшой тяжести. Для принятия решения о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием доказыванию подлежит строго определенный законом круг фактических обстоятельств.
  3. В рамках института прекращения уголовного дела в связи с деятельным рас каянием законодатель предписывает принимать и решения об освобождении от уголов ной ответственности лиц, чье поведение не имеет ничего общего с деятельным раская нием, однако подпадает под условия примечаний к соответствующим статьям УК Рос сии (ст.ст. 291, 337, 338, случаи добровольного заявления о совершении преступлений или прекращении преступных действий по мотивам, не относящимся к деятельному раскаянию). Регламентацию процессуальной формы применения специальных видов ос-

135

вобождения от уголовной ответственности целесообразно осуществлять в отдельной статье Уголовно-процессуального кодекса.

  1. Термин “способствование раскрытию преступления”, используемый в ст. 75 УК России в качестве одного из оснований освобождения от уголовной ответственно сти, означает содействие органу предварительного расследования в установлении об стоятельств, позволяющих привлечь виновных к уголовной ответственности, осудить их и назначить им наказание (пп. 1-4 ст. 68 УПК РСФСР). Общим для любых форм спо собствования раскрытию преступления является то, что лицо сообщает органу предва рительного расследования информацию, не известную (полностью или частично) по следнему, с помощью которой становится возможным установление обстоятельств, вхо дящих в предмет доказывания по уголовному делу. Способствование раскрытию пре ступления обязательно должно получить процессуальное закрепление в протоколах со ответствующих следственных действий, протоколах (актах) принятия (получения) пред ставленных предметов, документов, ценностей, протоколах (актах) добровольной сдачи наркотических средств, оружия.

Исходя из интересов борьбы с преступностью, целесообразно расширить спектр действия ст. 75 УК и термин “способствование раскрытию преступления” заменить в уголовном законе другим: “способствование выявлению, пресечению, раскрытию и предупреждению преступлений”.

  1. Способствование оперативно-розыскному раскрытию преступления должно при знаваться имеющим уголовно-правовое значение. Как один из видов деятельного раскаяния, способствование оперативно-розыскному раскрытию преступления юридически значимо в случаях, когда оно имело место как до, так и после возбуждения уголовного дела. В мате риалах уголовного дела должны содержаться оформленные по правилам ст. 11 Федерально го закона об ОРД документальные сведения, подтверждающие фактическое содействие ли ца установлению обстоятельств совершения преступления, изобличению соучастников, вы явлению новых преступлений.

  2. Правовое регулирование процессуального порядка прекращения уголовных дел в связи с деятельным раскаянием нуждается в совершенствовании. Ему свойственны неполнота, недостаточная конкретизированность. В уголовно-процессуальный закон це лесообразно внести следующие изменения и дополнения:

136

а) часть 3 статьи 7 УПК дополнить нормой:

“До прекращения уголовного дела липу разъясняются сущность и основания прекращения дела в соответствии с частями первой и второй настоящей статьи, право возражать против прекращения дела по этим основаниям и последствия дальнейшего производства по нему. По ходатайству лица его знакомят с материалами уголовного дела. О выполнении указанных действий составляется протокол”;

б) статью 7 УПК дополнить частью шестой:

“При несогласии с прекращением уголовного дела прокурор выносит мотивированное постановление и дает указания о производстве предварительного следствия по делу”;

в) в части 3 статьи 209 УПК предусмотреть, что уведомление заинтересованных лиц о прекращении и основаниях прекращения уголовного дела с разъяснением порядка обжалования постановления о прекращении дела вручается им под расписку;

г) в часть 3 статьи 209 УПК внести изменения и записать в ней: “После вступления в законную силу постановления о прекращении дела его копия направляется следователем прокурору”.

  1. Ведомственный процессуальный контроль и прокурорский надзор за прекращением уголовных дел в порядке ст. 7 УПК РСФСР неэффективен, осуществляется формально. Необходимо принятие организационных мер, направленных на совершенствование контрольно-надзорной деятельности в указанной части.

137

ПРИЛОЖЕНИЕ

Протокол добровольной сдачи наркотического средства

г. Омск 10 августа 1998 г.

Оперуполномоченный ОУР УВД Центрального административного округа г. Омска, лейтенант милиции Дорохов А.В. в служебном кабинете УВД в присутствии граждан:

  1. Батаева Евгения Ивановича, проживающего: г. Омск, ул. Победы, 34, кв. 54;
  2. Ушанова Леонида Петровича, проживающего: г. Омск, ул. Ткаченко, 89, кв. 12, на основании примечания к ст. 228 УК России в связи с добровольной сдачей наркотического средства принял от гражданина Харламова Игоря Витальевича, 1972 г. рождения, проживающего: г. Омск, ул. Масленникова, 179, кв. 33, наркотическое средство “марихуана”, о чем в порядке ст. 141 УПК РСФСР составил настоящий протокол.
  3. Сдаваемое наркотическое средство упаковано в пакет из алюминиевой фольги размером 10x8 см, занимает весь объем пакета и представляет собой измельченную растительную массу желто-зеленого цвета с семенами серого цвета.

Представленное вещество взвешено на лабораторных весах и имеет вес 27 грамм.

Как пояснил И.В.Харламов, наркотическое средство он приобрел в июле 1998 г. у неизвестного ему лица в г. Краснодаре. Марихуану хранил дома, употреблять боялся, так как опасался привыкания. В начале августа 1998 г. один из его знакомых, который знает о том, что у него есть марихуана, привлечен к уголовной ответственности за кражу. Опасаясь, что он расскажет о наркотике в милиции, Харламов решил сам принести и сдать его.

Протокол прочитан вслух.

Замечаний от присутствующих не поступило.

138

Подписи:

  1. Присутствующие граждане Батаев Е.И.

Ушанов Л.П.

  1. Лицо, сдающее наркотическое средство Харламов И.В.
  2. Оперуполномоченный Дорохов А.В. Копию протокола получил Харламов И.В.
  3. 10 августа 1998 г.

139

Протокол добровольной сдачи огнестрельного оружия и боеприпасов

г. Омск 12 октября 1998 г.

Оперуполномоченный ОУР УВД Советского административного округа г. Омска капитан милиции Чегулов Н.К. в служебном кабинете УВД в присутствии граждан:

  1. Грачева Олега Юрьевича, проживающего: г. Омск, ул. Соколова, 12, кв. 34;
  2. Тучкова Григория Ивановича, проживающего: г. Омск, ул. Белова, 62, кв. 18
  3. на основании примечания к ст. 222 УК России в связи с добровольной сдачей огне- стрельного оружия и боеприпасов принял от гражданина Аверьянова Геннадия Викто- ровича, 1970 г. рождения, проживающего: г. Омск, ул. Бульварная, 4 кв. 82, пистолет ПМ, 8 патронов к нему и 200 патронов к автомату АКМ, о чем в порядке ст. 141 УПК составил настоящий протокол.

Пистолет системы Макарова имеет заводской номер КЛ 6712, на момент сдачи Г.В.Аверьяновым завернут в плотную ткань серого цвета с масляными пятнами, имеет следы свежей смазки, вместе с пистолетом сдана обойма с находящимися в ней 8 боевыми патронами калибра 9 мм.

Патроны от автомата системы Калашникова в количестве 200 (двести) штук сданы в картонной коробке из-под обуви и сложены в ней в полиэтиленовый пакет белого цвета. Все патроны имеют калибр 7,62 мм.

Г.В.Аверьянов пояснил, что пистолет ПМ с патронами к патроны к автомату АКМ приобрел в 1995 г. у своего знакомого, который неоднократно принимал участие в боевых действиях против незаконных вооруженных формирований. Фамилию знакомого назвать отказался, так как он погиб в Чечне в 1996 г.

Протокол прочитан вслух.

Замечаний от присутствующих не поступило.

140

Подписи.

  1. Присутствующие: Грачев О.Ю.

Тучков Г.И.

  1. Лицо, сдающее оружие, боеприпасы Аверьянов Г.В.
  2. Оперуполномоченный Чегулов Н.К. Копию протокола получил Аверьянов Г.В. 12 октября 1998 г.

141

Протокол обыска

г. Омск 12 декабря 1998 г.

Обыск начат: 16.00 Окончен: 17.00

Старший следователь СО при УВД Октябрьского административного округа г. Омска капитан юстиции Исаков B.C. на основании постановления от 11 декабря 1998 г. по уголовному делу № 2391, по обвинению С.А.Семенова в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 142 УК России, с соблюдением требований ст.ст. 87, 168-171, 176, 177 УПК РСФСР произвел обыск у гр. Семенова Сергея Арнольдовича по адресу.” г. Омск, ул. Масленникова, 60, кв. 12.

При обыске присутствовали понятые:

  1. Белова Светлана Николаевна, проживающая: г. Омск, ул. Масленникова, 60, кв. 33,
  2. Гончаров Николай Петрович, проживающий: г. Омск, ул. Масленникова, 60, кв. 8. Обыск производился с участием обвиняемого С.А.Семенова.
  3. Указанным лицам в соответствии со ст. 169 УПК РСФСР разъяснено их право присутствовать при всех действиях следователя и делать заявления по поводу этих действий, подлежащие занесению в протокол.

Понятым, кроме того, на основании ст. 135 УПК РСФСР разъяснена их обязанность удостоверить факт, содержание и результаты обыска:

Понятые: Белова С.Н.

Гончарова Н.П.

Перед производством обыска С.А.Семенову предъявлено постановление следователя от 11 декабря 1998 г., и на основании ч. 3 ст. 170 УПК РСФСР ему предложено выдать имеющиеся у него бланки избирательных бюллетеней по выборам в Законодательное собрание Омской области, а также, на основании ч. 1 ст. 171 УПК РСФСР, — иные предметы, запрещенные к обращению и подлежащие изъятию.

После этого обвиняемый С.А.Семенов достал из нижнего отделения книжного шкафа, находящегося в гостиной, и передал следователю 560 неиспользованных блан-

142 ков избирательных бюллетеней по выборам в Законодательное собрание Омской облас- ти. На всех бланках имеется печать окружной избирательной комиссии.

Затем С.А.Семенов выдал следователю находящиеся в том же шкафу 2 пачки папирос “Казбек” по 20 (двадцать) штук в каждой. При этом С.А.Семенов заявил, что данные папиросы набиты марихуаной.

При дальнейшем производстве обыска ничего не обнаружено и не изъято.

Изъятые при обыске избирательные бюллетени упакованы в картонную коробку, которая заклеена скотчем; пачки с папиросами “Казбек” упакованы в полиэтиленовый пакет и заклеены скотчем. Коробка и пакет опечатаны печатью следователя за №901.

Заявлений и замечаний от присутствующих лиц по поводу произведенного обыска не поступило.

Протокол обыска оглашен, записано правильно.

Обвиняемый: Семенов С.А.

Понятые: Белова С.Н.

Гончаров Н.П.

Ст. следователь СО при УВД

Октябрьского АО г. Омска

капитан юстиции Исаков B.C.

Копию протокола обыска получил Семенов С.А.

12 декабря 1998 г.

143

Протокол принятия заявления о явке с повинной

г. Омск 14 января 1999 г.

Оперативный дежурный УВД Центрального административного округа г. Омска капитан милиции Евсеев К.Н. в соответствии со ст. 111 УПК РСФСР составил настоящий протокол о том, что 14 января 1999 г. в 10 часов 00 минут в дежурную часть УВД явился с повинной гражданин Сурков Вениамин Павлович, 1970 г. рождения, не работающий, проживает: г. Омск, ул. Сенная, 12, кв. 64.

В подтверждение данных о личности В.П.Сурков предъявил паспорт: серия XIX-МН, № 238641, выданный Куйбышевским РОВД г. Омска 12 октября 1986 г.

Явившийся с повинной В.П.Сурков заявил следующее:

“13 января 1999 г. около 23 часов я следовал на своей автомашине ВАЗ-2106 гос. номер А 429 УК по ул. Учебной в сторону ипподрома. Недалеко от бензозаправочной станции я не заметил идущего по проезжей части дороги мужчину и совершил на него наезд. Мужчина упал и откатился в сторону обочины. Я вышел из машины, подошел к мужчине. Он стонал, держался за правую ногу и сказал мне, что у него, кажется, сломана нога. Я побежал к телефону-автомату, вызвал “скорую помощь”, после чего с места происшествия уехал. О случившемся никому не говорил. Автомашина в настоящее время находится в моем гараже. Сегодня утром решил о случившемся заявить в милицию”.

Оперативный дежурный УВД

Центрального АО г. Омска

капитан милиции Евсеев К.Н.

Протокол мною прочитан, записано с моих слов правильно.

Сурков В.П.

144

Протокол принятия представленного предмета

г. Омск

10 февраля 1999 г.

Следователь СО при УВД Советского административного округа г. Омска капитан юстиции Петров Л.В. по имеющемуся в производстве уголовному делу № 443512 по факту совершения хулиганских действий в отношении Р.Н.Котова в присутствии понятых:

  1. Грачева Юрия Евгеньевича, проживающего: г. Омск, ул. Кутузова, 45, кв. 7, ф 2. Соколова Эдуарда Дмитриевича, проживающего: г. Омск, ул. 3-я линия, д.39,

принял в служебном кабинете от подозреваемого в совершении данного преступления Казанцева Сергея Петровича газовый револьвер “Айсберг”, представленный в порядке ст. 70 УПК РСФСР, о чем в соответствии со ст. 141 УПК РСФСР составил настоящий протокол.

Перед принятием представленного всем участвующим лицам разъяснено их право присутствовать при всех действиях следователя и делать замечания, подлежащие занесению в протокол.

Понятым, кроме того, на основании ст. 135 УПК РСФСР разъяснена их обязан- ^ ность удостоверить факт и обстоятельства принятия предмета.

Понятые. Грачев Ю.Е.

Соколов Э.Д.

Представлен газовый револьвер “Айсберг”, номер К-786, производства Ижевского завода, калибр 9мм, без патронов, изготовленный из металла черного цвета, рукоятка сделана из пластмассы коричневого цвета. Револьвер представлен без упаковки, повреждений не имеет.

С.П.Казанцев пояснил, что данный револьвер он купил у незнакомого ему гражданина в 1997 г., хранил дома, 9 февраля 1999 г. использовал этот револьвер при совершении хулиганских действий в отношении Р.Н.Котова.

145

Протокол оглашен, замечаний не поступило.

  1. Понятые:

  2. Подозреваемый:

Грачев Ю.Е. Соколов Э.Д. Казанцев СП.

  1. Следователь капитан юстиции

Петров Л.В.

146

“Утверждаю” “Согласен”

Начальник МОБ УВД Прокурор Советского

Советского административного административного

округа г. Омска округа г. Омска

майор милиции советник юстиции

В.Г.Сидоров М.В.Глебов

24 сентября 1998 г. 25 сентября 1998 г.

Постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г. Омск 24 сентября 1998 г.

Дознаватель отдела дознания МОБ УВД Советского административного округа

г. Омска лейтенант милиции Иванов С.Н., рассмотрев материалы уголовного дела № 23786 по обвинению С.А. Семенова в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.213 УК России,

установил:

5 сентября 1998 г. около 23 часов С.А.Семенов, находясь в состоянии алкогольного опьянения, на автобусной остановке по ул. Нефтезаводской, потребовал у продавца киоска А.В.Волковой продать ему бутылку водки. Получив отказ, Семенов стал оскорблять Волкову нецензурной бранью, угрожать расправой, пытался ударить ее через окно киоска, а затем разбил боковую витрину киоска, причинив ущерб на сумму 400 рублей, после чего с места происшествия скрылся.

9 сентября 1998 г. по данному факту возбуждено уголовное дело.

14 сентября 1998 г. С.А.Семевов пришел в дежурную часть УВД Советского ад- министративного округа с явкой о повинной в совершении им преступления(л.д…).

16 сентября 1998 г. Семенов возместил владельцу киоска, частному предпринимателю М.Г.Ибрагимову стоимость разбитой витрины, затраты на ремонт (л.д…) и извинился перед А.В.Волковой (л.д…).

147

22 сентября 1998 г. Семенову предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.213 УК России, избрана мера пресечения — подписка о невыезде (л.д…).

С.А.Семенов ранее не судим, вину в совершенном преступлении признал полностью.

Принимая во внимание, что С.А.Семенов впервые совершил преступление небольшой тяжести, добровольно явился с повинной, возместил ущерб от преступления, путем извинения загладил моральньш вред, причиненный своими действиями, что подтверждается материалами уголовного дела, вину в совершенном преступлении признал полностью, руководствуясь ст.ст.7,208,209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное дело № 23786 по обвинению С.А.Семенова в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.213 УК России, прекратить в связи с деятельным раскаянием.
  2. Меру пресечения — подписку о невыезде — С.А. Семенову отменить.
  3. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного дела письменно уведомить М.Г.Ибрагимова и А.В.Волкову, разъяснив им порядок обжалования.
  4. Копию постановления направить прокурору Советского административного округа г. Омска.

5.

Дознаватель отдела дознания

МОБ УВД Советского

административного округа г. Омска

лейтенант милиции Иванов С.Н.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласен. Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено:

Семенов С. А. 24 сентября 1998 г.

148

“Утверждаю” Начальник МОБ УВД Первомайского административного округа г. Омска майор милиции

“Согласен” Прокурор Первомайского административного округа г. Омска советник юстиции

11 июля 1998 г.

А.С.Петров

П.Т.Тимофееев

12 июля 1998 г.

Постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г. Омск

10 июля 1998 г.

Дознаватель отдела дознания МОБ УВД Первомайского административного округа г. Омска капитан милиции Богданов В.К., рассмотрев материалы уголовного дела № 26451 по обвинению О.Н.Горина в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК России,

установил:

5 июня 1998 г. около 2 часов ночи О.Н.Горин, находящийся в неприязненных отношениях с И.К.Патрушковым, с целью повреждения имущества прошел во двор его дома по адресу: г. Омск, ул. Тарская, 223, проник в гараж, где принесенным с собой молотком разбил стекла и повредил облицовку автомобиля ВАЗ-2106, принадлежавшего Патрушкову. Материальный ущерб, причиненный Патрушкову, составил 3500 рублей и является для него значительным. 6 7 июня 1998 г. по данному факту возбуждено уголовное дело. 8 20 июня 1998 г. Горину предъявлено обвинение в совершении преступления, пре- дусмотренного ч. 1 ст. 167 УК России, избрана мера пресечения — подписка о невыезде (л.д…).

149

2 июля 1998 г. Горин возместил Патрушкову ущерб, причиненный в результате преступления, о чем в деле имеется расписка Патрушкова о получении им денег от Горина в сумме 3500 рублей (л.д…).

О.Н.Горин ранее не судим, вину в совершенном преступлении признал полностью, способствовал раскрытию преступления, представив следователю орудие преступления — молоток, которым было уничтожено имущество Патрушкова (л.д…).

Принимая во внимание, что О.Н.Горин впервые совершил преступление небольшой тяжести, возместил ущерб от преступления, способствовал раскрытию преступления, что подтверждается материалами уголовного дела, вину в совершенном преступлении признал полностью, руководствуясь ст.ст. 7, 208, 209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное дело № 26451 по обвинению О.Н.Горина в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК России, прекратить в связи с деятельным раскаянием.
  2. Меру пресечения О.Н.Горину — подписку о невыезде — отменить.
  3. Вещественное доказательство — молоток — вернуть И.К.Патрушкову.
  4. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного дела письменно уведомить И.К.Патрушкова и О.Н.Горина, разъяснив им порядок обжалования.
  5. Копию постановления направить прокурору Первомайского административного округа г. Омска.
  6. Дознаватель отдела дознания МОБ

УВД Первомайского

административного округа г. Омска

капитан милиции Богданов В.К.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласен. Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено.

Горин О.Н. 10 июля 1998 г.

150

“Согласен”

Прокурор Центрального административного округа г. Омска советник юстиции

С.Н.Крайнов 19 января 1999 г.

Постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г. Омск 18 января 1999 г.

Следователь СО при УВД Центрального административного округа г. Омска капитан юстиции Борисов А.И., рассмотрев материалы уголовного дела № 5655 по обвинению С.С.Удодовой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.264 УК России,

установил:

27 декабря 1998 г. около 23 часов С.С.Удодова, управляя а/м ВАЗ-2103, гос. номер А 549 УТ, следовала по ул. Куйбышева со стороны ул. Лермонтова, не учла особенности транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, а также скорость, которая не обеспечила ей возможность постоянного контроля за движением автомашины, не справилась с управлением и выехала на полосу встречного движения, где допустила столкновение с а/м ВАЗ- 2104 под управлением П.Н.Захарова, тем самым нарушив требования п. 10.1. Правил дорожного движения.

В результате ДТП П.Н.Захарову причинен компрессионный перелом 3-го поясничного позвонка, что, по заключению судебно-медицинской экспертизы, повлекло причинение средней тяжести вреда здоровью П.Н.Захарова по признаку расстройства здоровья на срок свыше трех недель (л.д…).

В связи с полученными телесными повреждениями Захаров находился на стационарном лечении в травматологическом отделении областной клинической больницы 34 дня (л.д…).

151

Согласно справке Главного управления здравоохранения Омской области, на ста- ционарное лечение Захарова П.Н. затрачено 3000 рублей (л.д…).

Ущерб, причиненный в результате ДТП автомашине Захарова, согласно заключению бюро автотехнической экспертизы, составил 2870 рублей (л.д…).

11 января 1999 г. С.С.Удодовой предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.264 УК России, избрана мера пресечения — подписка о невыезде (л.д…). 12 13 января 1999 г. С.С.Удодова полностью возместила П.Н.Захарову ущерб за ремонт и восстановление автомобиля, о чем имеется расписка П.Н.Захарова (л.д…). 14 Кроме того, потерпевший П.Н.Захаров показал, что С.С.Удодова извинилась перед ним, неоднократно навещала его в больнице, оплатила стоимость лекарств, приобретенных на лечение родственниками Захарова (л.д…).

13 января 1999 г. С.С.Удодова внесла в кассу бухгалтерии Главного управления здравоохранения Омской области деньги в сумме 3000 рублей, что подтверждается имеющимися в деле кассовым приходным ордером (л.д…).

С.С.Удодова ранее не судима, вину в совершенном преступлении признала полностью (л.д…).

Принимая во внимание, что С.С.Удодова впервые совершила преступление небольшой тяжести, возместила ущерб от преступления непосредственно потерпевшему и медицинскому учреждению, затратившему средства на лечение, загладила вред, причи- ненный ее действиями, путем принесения извинения П.Н.Захарову и оказания ему мате- риальной помощи, что подтверждается материалами уголовного дела, вину в совершенном преступлении признала полностью, руководствуясь ст.ст. 7, 208, 209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное дело № 5655 по обвинению С.С.Удодовой в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК России, прекратить в связи с деятельным раскаянием.
  2. Меру пресечения — подписку о невыезде — С.С.Удодовой отменить.
  3. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного дела письменно уведомить П.Н.Захарова и С.С.Удодову, разъяснив им порядок обжалования.

152

  1. Копию постановления направить прокурору Центрального административного округа г. Омска.

Следователь СО при УВД Центрального

административного округа г. Омска

капитан юстиции Борисов А.И.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласна. Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено.

Удодова С.С.

18 января 1999 г.

153 “Согласен”

Прокурор Октябрьского административного округа г. Омска старший советник юстиции

С.Н.Крайнов 20 января 1999 г.

Постановление о прекращении уголовного преследования

г. Омск 19 января 1999 г.

Старший следователь СО при УВД Октябрьского административного округа г. Омска капитан юстиции Исаков B.C., рассмотрев материалы уголовного дела № 2391 по обвинению Семенова С.А. в совершении преступлений, предусмотренных ч.1 ст. 142 и ч. 1 ст. 228 УК России,

установил:

В начале декабря 1998 г. (дата точно не установлена) Семенов С. А. в районе кинотеатра “Мир” приобрел у незнакомого ему мужчины цыганской национальности две пачки папирос “Казбек” с марихуаной для личного потребления.

Папиросы с марихуаной Семенов С.А. хранил у себя дома по адресу: Омск, ул. Масленникова, 60, кв. 12, попыток их сбыта не предпринимал.

12 декабря 1998 г. Семенов С.А. выдал данные папиросы в количестве 40 штук следователю перед началом обыска, проводившегося у него в связи с уголовным делом по факту фальсификации избирательных документов, что зафиксировано соответствующим образом в протоколе обыска (л.д…).

Согласно заключению судебно-химической экспертизы в папиросах, изъятых у Семенова С.А., содержится наркотическое средство — марихуана (л.д…).

26 декабря 1998 г. Семенову предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 142 и ч. 1 ст. 228 УК России, избрана мера пресечения — под- писка о невыезде (л.д…).

Проведенными следственными и оперативно-розыскными мероприятиями других фактов приобретения или сбыта наркотических средств Семеновым С.А. не установлено (л.д…).

154

В процессе расследования Семенов С.А. активно способствовал раскрытию преступления: дал правдивые показания, указал подробные приметы лица, продавшего ему папиросы, участвовал в патрулировании совместно с сотрудниками УНОН в месте сбыта наркотического средства с целью обнаружения сбытчика (л.д…).

Материал по факту сбыта наркотического средства Семенову С.А. 6 января 1999 г. выделен из уголовного дела № 2391 и направлен в ОУР УВД Ленинского административного округа г. Омска для принятия решения в порядке ст. 109 УПК РСФСР (л.д…).

Принимая во внимание, что согласно примечанию к ст. 228 УК России лицо, добровольно сдавшее наркотическое средство и активно способствовавшее раскрытию преступления, освобождается от уголовной ответственности, руководствуясь ч. 2 ст. 7, ст.ст. 208, 209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное преследование Семенова СА. в части совершения им преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК России, прекратить в связи с деятельным раскаянием.

  2. Вещественное доказательство — папиросы с марихуаной — уничтожить в порядке, предусмотренном § 82 Инструкции “О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами” от 18 октября 1989 г. № 34/15.
  3. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного преследования письменно уведомить Семенова С.А., разъяснив ему порядок обжалования.
  4. Копию постановления направить прокурору Октябрьского административного округа г. Омска.

Старший следователь СО УВД Октябрьского

административного округа г. Омска

капитан юстиции Исаков B.C.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласен.

Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено.

Семенов СА. 19 января 1999 г.

1ээ

“Согласен”

Прокурор Омской области старший советник юстиции

И.Н.Крутов 2 марта 1999 г.

Постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г Омск 28 декабря 1998 г.

Следователь СУ при УВД Омской области майор юстиции Ковалев Р.В., рассмотрев материалы уголовного дела № 54098 по обвинению Н.Г. Жехова в совершении пре- ступления, предусмотренного пп. “а”, “г”, “д” ч.2 ст. 161 УК России,

установил:

В вечернее время 11 октября 1998 г. С.И.Кунев совместно с Т.И. Лянчевым на ул. Крупской у дома № 9, угрожая ножом, отобрали норковую шапку стоимостью 800 рублей у гр. А.П.Немцова. Они же 17 октября 1998 г. около 22 часов на ул. Федорова во дворе дома № 12, угрожая насилием, сняли кожаную куртку стоимостью 1200 рублей с гр. Д.К.Сенина.

23 октября 1998 г. Кунев и Лянчев аналогичным способом в вечернее время на ул. Потанина у дома № 22 похитили кожаное пальто у К.Н.Лосева стоимостью 3000 рублей и деньги в сумме 260 рублей.

По данным фактам возбуждены уголовные дела № 34561, 34865, 56231.

7 ноября 1998 г. Кунев и Лянчев вовлекли в свою преступную группу Р.В. Жехова и совместно с ним около 23 часов у дома № 7 по ул. Суворова г. Омска, угрожая применением насилия В.Д.Дубову, открыто похитили у него дубленку стоимостью 6000 рублей.

По данному факту 8 ноября 1998 г. возбуждено уголовное дело № 63482.

12 ноября 1998 г. в результате проведенных оперативно-розыскных мероприятий Жехов установлен и задержан в порядке ст. 122 УПК РСФСР (л. д.).

156

Допрошенный в качестве подозреваемого Жехов признался в совершении ограбления Дубова совместно с Куневым и Лянчевьш и дал правдивые показания (л.д…).

При проверке его показаний в ходе выемки обнаружена и изъята дубленка, похищенная у Дубова (л.д…).

14 ноября 1998 г. дубленка возвращена потерпевшему (л.д…). 15 16 ноября 1998 г. Жехову предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного пп. “а”, “г”, “д” ч.2 ст. 161 УК России, избрана мера пресечения — подписка о невыезде (л.д…). 17 В дальнейшем, активно сотрудничая с органами следствия и сотрудниками, осу- ществляющими оперативно-розыскную деятельность,Жехов способствовал раскрытию грабежей, совершенных Куневым и Лянчевым в октябре 1998 г.

25 ноября 1998 г. Кунев и Лянчев задержаны в порядке ст. 122 УПК РСФСР, у Кунева изъята норковая шапка, похищенная у Немцова (л.д…).

28 ноября 1998 г. Куневу и Лянчеву предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных пп. “а”, “г”, “д” ч.2 ст. 161 УК России, избрана мера пресечения — арест (л.д…).

30 ноября 1998 г. Жехов на очных ставках с Куневым и Лянчевым подтвердил совместное совершение ограбления Дубова (л.д…)

3 декабря 1998 г. уголовные дела по фактам ограблений Немцова, Сенина, Лосева и Дубова соединены в одном производстве; объединенному уголовному делу присвоен №34561 (л.д…). 4 5 декабря 1998 г. срок следствия по данному уголовному делу продлен прокурором Омской области до 25 января 1999 г. (л.д…). 6 В результате проведения следственных и оперативно-розыскных мероприятий установлена причастность Кунева и Лянчева к совершению ряда вымогательств у частных предпринимателей Центрального и Ленинского административных округов г. Омска (л.д…).

Учитывая, что по преступлению, совершенному Жеховым, установлены все обстоятельства, подлежащие доказыванию, и то, что это не отразится на всесторонности, полноте и объективности исследования и разрешения дела, по указанию прокурора Ом-

157

ской области уголовное дело по обвинению Жехова 22 декабря 1998 г. выделено в от- дельное производство для завершения расследования (л.д…).

Принимая во внимание, что преступление, совершенное Жеховым, не повлекло тяжких последствий, он активно способствовал раскрытию преступления путем выявления и изобличения лиц, его совершивших, обнаружению и изъятию похищенного, в результате его действий ущерб потерпевшему полностью возмещен, что доказано материалами дела, и то, что согласно ч. 4 ст. 18 Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” он может быть освобожден от уголовной ответственности в соответствии с законодательством Российской Федерации, руководствуясь ст.ст. 7, 208, 209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное дело № 54098 по обвинению Н.Г.Жехова в совершении преступления, предусмотренного пп. “а”, “г”, “д” ч. 2 ст. 161 УК России, прекратить.
  2. Меру пресечения — подписку о невыезде — отменить.
  3. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного дела письменно уведомить В.Д.Дубова, разъяснив ему порядок обжалования данного постановления.
  4. Копию постановления о прекращении уголовного дела направить прокурору Омской области.
  5. Следователь СУ при УВД

Омской области майор юстиции Ковалев Р.В.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласен. Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено.

Жехов Н.Г.

29 декабря 1998 г.

158

“Согласен”

Прокурор Центрального административного ^ округа г. Омска советник юстиции

С.Н.Крайнов

11 сентября 1998 г.

Постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г . Омск 10 сентября 1998 г.

Следователь СО при УВД Центрального административного округа г. Омска капитан юстиции Борисов А.И., рассмотрев материалы уголовного дела № 2378 по обвинению И.В.Харламова в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК России,

установил:

В июле 1998 г. (дата точно не выяснена) И.В.Харламов, находясь в отпуске в Краснодаре, на территории Центрального рынка у неизвестного ему лица приобрел нар-котическое средство марихуану с целью потребления.

Марихуану хранил у себя дома по адресу: г. Омск, ул. Масленникова, 179, кв. 33, не употреблял, так как опасался привыкания, попыток сбыта марихуаны не предпринимал.

10 августа 1998 г. Харламов данное наркотическое средство добровольно сдал оперуполномоченному ОУР УВД Центрального административного округа г. Омска, о чем составлен протокол добровольной сдачи (л.д…).

12 августа 1998 г. по факту приобретения и хранения Харламовым наркотическо го средства возбуждено уголовное дело.

to 15 августа 1998 г. Харламову предъявлено обвинение в совершении преступле-

ния, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК России, избрана мера пресечения — подписка о невыезде (л.д…).

159

Проведенными следственными и оперативно-розыскными мероприятиями других фактов приобретения или сбыта наркотических средств Харламовым не установлено

(л.д…).

В процессе расследования Харламов активно способствовал раскрытию преступления: дал правдивые показания, указал подробные приметы лица, продавшего марихуану, участвовал в составлении композиционного портрета сбытчика наркотического средства (л.д…).

Материал о продаже наркотического средства неизвестным лицом Харламову 1 сентября 1998 г. выделен из уголовного дела № 2378 и направлен следователем в адрес УУР УВД Краснодарского края для принятия решения в порядке ст. 109 УПК РСФСР (л.д…).

Харламов ранее не судим, вину в совершенном преступлении признал полностью (л.д…).

Принимая во внимание, что согласно примечанию к ст. 228 УК России лицо, добровольно сдавшее наркотическое средство и активно способствовавшее раскрытию преступления, освобождается от уголовной ответственности, руководствуясь ч.2 ст. 7, ст.ст. 208,209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное дело № 2378 по обвинению И.В.Харламова в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК России, прекратить в связи с деятельным раскаянием.
  2. Меру пресечения — подписку о невыезде — отменить.
  3. Вещественное доказательство — марихуану — уничтожить в порядке, предусмотренном § 82 Инструкции “О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами” от 18 октября 1989 г. № 34/15.
  4. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного дела письменно уведомить И.В.Харламова, разъяснив ему порядок обжалования.
  5. Копию постановления направить прокурору Центрального административного округа г. Омска.

160

Следователь СО при УВД Центрального

административного округа г. Омска

капитан юстиции Борисов А.И.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласен. Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено.

Харламов ИВ.

10 сентября 1998 г.

161 “Согласен”

Прокурор Советского административного округа г. Омска советник юстиции

В.Н.Глебов 15 декабря 1998 г.

Постановление о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г. Омск 14 декабря 1998 г.

Следователь СО при УВД Советского административного округа г Омска капитан юстиции Иванов С.Н., рассмотрев материалы уголовного дела № 8912 по обвинению Г.В.Аверьянова в совершении преступления, предусмотренного ч. I ст.222 УК России,

установил:

Г.В.Аверьянов, проживающий по адресу: г. Омск, ул. Бульварная, 4, кв. 82, в июле 1995 г. (дата точно не установлена) приобрел за 3 000 000 неденоминированных рублей у своего знакомого В.Ф.Лугатина пистолет системы Макарова с 8 боевыми патронами и 200 патронов к автомату системы Калашникова, которые хранил у себя дома.

12 октября 1998 г. Аверьянов пистолет ПМ с патронами и 200 патронов к автомату системы Калашникова добровольно выдал опер-уполномоченному ОУР УВД Советского административного округа г. Омска, о чем составлен протокол добровольной сдачи (л.д…).

14 октября 1998 г. по факту незаконного приобретения и хранения Аверьяновым огнестрельного оружия и боеприпасов возбуждено уголовное дело.

25 октября 1998 г. Аверьянову предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК России, избрана мера пресечения — подписка о невыезде(л.д…).

Допрошенный в качестве обвиняемого Аверьянов вину в совершенном преступлении признал полностью и показал, что в июле 1995 г. пистолет системы Макарова с

162

патронами и 200 патронов к автомату системы Калашникова купил с рук у своего зна- комого В.Ф.Лугатина за 3 000 000 рублей.

Лугатин являлся военнослужащим и несколько раз ездил в командировки в Чечню, видимо, пистолет и патроны к автомату он привез оттуда. Другого оружия Аверьянов у него не видел. В январе 1996 г. Лугатин, находясь в Чечне в командировке, погиб. Похоронен в г. Омске. По причине уважения к его памяти Аверьянов не назвал фамилию Лугатина при сдаче оружия и боеприпасов.

Оружие и боеприпасы постоянно находились у Аверьянова дома, попыток сбыть их он не предпринимал (л.д…).

Проведенными следственными и оперативно-розыскными мероприятиями иных фактов незаконного приобретения, хранения или сбыта огнестрельного оружия и боеприпасов Аверьяновым и Лугатиным не установлено (л.д…).

Выданный Аверьяновым пистолет системы Макарова № КЛ 6712 проверен следователем в установленном порядке по федеральной пулегильзотеке ЭКЦ МВД России, фактов преступного применения сданного пистолета не установлено (л.д…).

Кроме того, данный пистолет проверен по учетам утраченного и выявленного нарезного огнестрельного оружия. Информации о том, что он значится как утраченный, не получено (л.д…).

Уголовное дело в части незаконного приобретения и сбыта огнестрельного оружия В.Ф.Лугатиным прекращено по п. 8 ст. 5 УПК РСФСР в связи с его смертью (л.д…).

Принимая во внимание, что Г.В.Аверьянов ранее не судим, способствовал раскрытию преступления, и то, что, согласно примечанию к ст. 222 УК России, лицо, добровольно сдавшее огнестрельное оружие и боеприпасы, освобождается от уголовной от- ветственности, и руководствуясь ч. 2 ст. 7, ст.ст. 208, 209 УПК РСФСР,

постановил:

  1. Уголовное дело № 8912 по обвинению Г.В.Аверьянова в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК России, прекратить в связи с деятельным раскаянием.
  2. Меру пресечения — подписку о невыезде — Г.В.Аверьянову отменить.
  3. Вещественное доказательство — пистолет системы Макарова № КЛ 6712, 8 боевых патронов к нему, 200 патронов к автомату системы Калашникова — сдать по

163

принадлежности согласно § 17 Инструкции “О порядке изъятия, учета, хранения и пере- дачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами” от 18 октября 1989 г. № 34/15.

  1. О принятом решении и основаниях прекращения уголовного дела письменно уведомить Г.В.Аверьянова, разъяснив ему порядок обжалования.
  2. Копию постановления направить прокурору Советского административного округа г. Омска.
  3. Следователь СО при УВД Советского административного округа г. Омска капитан юстиции

Иванов С.Н.

С прекращением уголовного дела в связи с деятельным раскаянием согласен. Право возражать против прекращения уголовного дела мне разъяснено.

Аверьянов Г.В. 14 декабря 1998 г.

164

ПАМЯТКА

прокурору, начальнику следственного отделения,

отдела, управления для осуществления надзора

(контроля) за прекращением уголовного дела

в связи с деятельным раскаянием

  1. Прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием возможно только при совершении лицом преступления небольшой тяжести.

Преступлениями небольшой тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает двух лет лишения свободы (ч. 2 ст. 15 УК России).

  1. Уголовный закон ( ч. 1 ст. 75 УК России) предусматривает возможность осво бождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием только лиц, впервые совершивших преступления.

Преступлением, совершенным впервые, признается деяние, которое лицо фактически совершает впервые, либо деяние, совершенное не в первый раз, но если за ранее совершенное преступление истекли сроки давности привлечения к уголовной ответст- венности либо судимость за ранее совершенное преступление погашена или снята.

  1. Исходя из содержания ч. 3 ст. 209 УПК, лицу, в отношении которого прекращается уголовное дело по нереабилитирующим основаниям (к ним относится и ст. 7 УПК), необходимо предъявить обвинение и допросить в качестве обвиняемого.
  2. В мотивировочной части постановления о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием указываются конкретные, предусмотренные законом основания освобождения от уголовной ответственности:

— совершение лицом преступления небольшой тяжести; — — совершение такого преступления впервые; — — лицо способствовало раскрытию преступления; — — добровольно явилось с повинной; — — лицо возместило ущерб или иным образом загладило вред, причиненный пре- ступлением. —

165

  1. Факты способствования раскрытию преступления, возмещения ущерба, заглаживания вреда или совершения иных действий, свидетельствующих о деятельном раскаянии, должны быть подтверждены материалами уголовного дела.
  2. Согласно чч. 3 и 5 ст. 7 УПК до прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием лицу должны быть разъяснены основания прекращения уголовного дела и право возражать против этого решения. Такое разъяснение может быть сделано следователем устно, об этом также может быть составлен отдельный протокол, согласие лица на прекращение уголовного дела должно быть получено письменно.
  3. О прекращении уголовного дела уведомляется потерпевший, которому, кроме того, разъясняется порядок обжалования постановления прокурора, следователя, органа дознания.
  4. Уведомление потерпевшего должно быть сделано письменно после вынесения постановления о прекращении уголовного дела и получения согласия прокурора. В ма- териалах уголовного дела остается копия уведомления потерпевшего с указанием даты уведомления и исходящего номера.

  5. В резолютивной части постановления о прекращении уголовного дела указыва ется об окончательном разрешении вопроса о вещественных доказательствах, об отмене меры пресечения и ареста на имущество.

В отношении вещественных доказательств, запрещенных к обращению (оружие, боеприпасы, взрывчатые вещества, наркотики и т.п.), указывается на порядок их унич- тожения или передачи на хранение согласно Инструкции “О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами” от 18 октября 1989 г. № 34\15.

166

ПРОТОКОЛ

разъяснения обвиняемому сущности и оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г. Омск “ “ 1999 г.

Следователь по уголовному делу № по

обвинению в совершении преступления, предусмотренно го УК России, усмотрев в материалах уголовного дела признаки дея тельного раскаяния, в порядке ч. 3 ст. 7 УПК РСФСР разъяснил обвиняемому

, что он (она) согласно

ч. 1 ст. 75 УК России может быть освобожден от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, которое выразилось в том, что обвиняемый :

— добровольно явился с повинной; — — способствовал раскрытию преступления; — — возместил причиненный ущерб; — — иным образом загладил вред, причиненный преступлением; — (нужное подчеркнуть)

Обвиняемому , кроме того, предоставлена возмож ность лично ознакомиться с содержанием ст. 75 УК, разъяснено значение терминов “деятельное раскаяние”, “преступление небольшой тяжести”, “совершение преступле ния впервые”.

До сведения доведено, что, несмотря на прекраще ние уголовного дела, он (она) считается лицом, совершившим преступление, хотя и не признается судимым, поскольку решение органа расследования о прекращении уголов ного дела не приравнивается к приговору и не является актом, влекущим судимость об виняемого.

Обвиняемому разъяснено также, что уголовное дело

может быть прекращено только с его (ее) согласия, он (она) имеет право настаивать на продолжении расследования и рассмотрении уголовного дела в суде.

167

Кроме того, извещен о том, что в случае направления дела в

суд он (она) может быть как оправдан, так и признан виновным в совершении данного преступления и осужден по приговору суда с назначением одного из наказаний, преду смотренных статьей Уголовного кодекса России и при осуждении его (ее) су дом на него (нее) могут быть возложены судебные издержки.

До принятия решения о даче согласия на прекращение уголовного дела

предоставлена возможность ознакомиться с материалами  уголовного

дела, в том числе с помощью защитника.

Ознакомившись с данным протоколом и материалами уголовного дела

заявил:

Обвиняемый: ( )

Защитник: ( )

Следователь: ( )

168

ПРОТОКОЛ

разъяснения обвиняемому сущности и оснований прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием

г. Омск “ “ 199 г.

Следователь по уголовному делу

№ по обвинению в совершении преступления, предусмотрен ного УК России, усмотрев в материалах уголовного дела признаки дея тельного раскаяния, в соответствии с ч. 3 ст. 7 УПК РСФСР разъяснил обвиняемому

, что он (она) согласно ч. 2. ст. 75 УК России может быть освобожден от

уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, которое выразилось в том, что обвиняемый

(указать основания освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным рас- каянием, предусмотренные ч. 2 ст. 75 УК и примечаниями к соответствующим статьям Осо- бенной части УК России).

Обвиняемому , кроме того, предоставлена возможность лично озна комиться с содержанием ст. 75 УК, разъяснено значение терминов “деятельное раская ние”, “преступление иной категории”, “освобождение от уголовной ответственности в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части Уголовного кодекса”.

До сведения доведено, что несмотря на прекращение уголовного де ла, он (она) считается лицом, совершившим преступление, хотя и не признается суди мым, поскольку решение органа расследования о прекращении уголовного дела не при равнивается к приговору и не является актом, влекущим судимость обвиняемого.

Обвиняемому разъяснено также, что уголовное дело может быть пре кращено только с его (ее) согласия, он (она) имеет право настаивать на продолжении расследования и рассмотрении уголовного дела в суде.

Кроме того, извещен о том, что в случае направления дела в суд

он (она) может быть как оправдан, так и признан виновным в совершении данного пре-

169

ступления и осужден по приговору суда с назначением одного из наказаний, предусмот ренных статьей УК, при осуждении его в суде на него (нее) могут быть возло жены судебные издержки.

До принятия решения о даче согласия на прекращение уголовного дела

предоставлена возможность ознакомиться с материалами уголовного

дела, в том числе с помощью защитника.

Ознакомившись с данным протоколом и материалами уголовного дела

заявил:

Обвиняемый: ( )

Защитник: ( )

Следователь: ( )

170

Уведомление о прекращении уголовного дела

по уголовному делу №

В порядке статьи 209 УПК РСФСР сообщаю Вам, что уголовное дело №

по обвинению в совершении преступления, предусмотренного

УК России, прекращено производством “

199 г. по осно-

ваниям, указанным в статье 7 УПК РСФСР в связи с деятельным раскаянием.

Одновременно разъясняю Вам, что в соответствии с ч. 5 ст. 209 УПК РСФСР Вы имеете право в пятидневный срок с момента ознакомления с данным уведомлением об жаловать решение о прекращении уголовного дела прокурору или в суд

Следователь

(подпись)

199

С уведомлением о прекращении уголовного дела ознакомлен. Право и порядок обжалования мне разъяснены.

(подпись)

а, “

199
г.

171

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Нормативные и другие документы

  1. Аналитическая справка Следственного комитета МВД России «О результатах работы органов предварительного следствия в 1998 году» от 22 февраля 1999 г. - М., 1999.
  2. Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. - 1996. - № 8.
  3. Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. - 1998. - № 7.
  4. Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. - 1998. - № 11.
  5. Бюллетень Верховного суда Российской Федерации. - 1999. - № 2.
  6. Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. - 1996. - № 5.
  7. Закон РСФСР от 25 июля 1962 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. -1962.- №29. -Ст.449.
  8. Ко.чмептарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - М., 1985.
  9. Комментарий к УПК РСФСР. - М., 1980.
  10. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации / Отв. ред. д-р юрид. наук, проф. А.В.Наумов. - М.: Юристъ, 1996.
  11. Комментарий к Уголовному кодексу РФ. Общая часть / Под общ. ред. Ю.И.Скуратова и В.М.Лебедева. - М., 1996.
  12. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - М.: СПАРК, 1997.
  13. Комментарий к Федеральному закону “Об оперативно-розыскной деятельности” / Отв. ред. и рук. авт. коллектива А.Ю. Шумилов. - М. , 1997.
  14. Модельный Уголовно-процессуальный кодекс для государств-участников СНГ. Рекомендуемый законодательный акт. Принят на седьмом пленарном заседании Межпарламентской ассамблеи государств-участников Содружества Независимых Государств 17 февраля 1996 г.
  15. Постановление Пленума Верховного суда СССР от 20 сентября 1974 № 7 «О судебной практике по делам о хищении огнестрельного оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ, незаконном ношении, хранении, приобре-

172

тении, изготовлении или сбыте оружия, боевых припасов или взрывчатых веществ и небрежном хранении огнестрельного оружия» // Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам.

  1. Постановление от 23 сентября 1977 г. № 16 «О судебной практике по делам о взяточничестве» (с изменениями, внесенными постановлением Пленума Верховного суда СССР от 26 апреля 1984 г. № 7) // Бюллетень Верховного суда СССР. - 1977. - № 6. - С. 10-14; 1984. - № 4.
  2. Постановление Пленума Верховного суда СССР от 24 декабря 1987 г. № 12 «О судебной практике по делам о хищении наркотических средств, а также незаконном изготовлении, распространении и других противоправных действиях, связанных с наркотическими средствами, сильнодействующими и ядовитыми веществами» // Сборник постановлений пленумов Верховного суда СССР и Верховного суда РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам.
  3. Постановление Пленума Верховного суда СССР от 30 марта 1990 г. № 3 «О судебной практике по делам о взяточничестве» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М., 1995.
  4. Постановление Пленума Верховного суда РСФСР от 27 апреля 1993 г. № 2 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, сильнодействующими и ядовитыми веществами» // Сборник по- становлений пленумов Верховного суда СССР и Верховного суда РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам.
  5. Постановление Пленума Верховного суда Российской Федерации от 27 мая 1998 г. I/ Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1998. - № 9.
  6. Практические меры борьбы с организованной преступностью^ Рекомендации международного семинара ООН в Суздале) // Вестник МВД РФ .- 1992 г. - № 5.
  7. Проект УК // Российская газета. - 1995. - 25 января.
  8. Российская юстиция. - 1994. - № 9.
  9. Российская газета. - 1994. - 7 июля.
  10. Российская газета. - 1995. - 28 ноября.

173

  1. Российская газета. - 1996. - 25 декабря.
  2. Российская газета. - 1998. - 29 июня.
  3. Российская газета. - 1998. - 7 мая.
  4. Российская газета. - 1999. - 15 апреля.
  5. Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. -М, 1995.

  6. Собрание законодательства Российской Федерации. - 1995. - Ст. 1595.
  7. Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973.
  8. Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР: Теоретическая модель. - М., 1989.
  9. Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 25 июля 1962 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1962. - № 29. - Ст. 449.
  10. Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 июля 1974 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1974. - № 29. - Ст. 781.
  11. Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 29 июня 1987 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР. - 1987. - № 27. - Ст. 961.
  12. Федеральный закон от 1 июля 1994 г. // Российская газета. - 1994. - 7 июля.
  13. Федеральный закон от 15 декабря 1996 г. (21 декабря 1996 г.) № 160-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исправительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации. - 1996.
    • № 52. - Ст. 5881.
  14. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности»: Комментарий. - М.: Новый юрист, 1997.
  15. Федеральный закон “Об оперативно-розыскной деятельности1’: Научно- практический комментарий / Под ред. проф. В.В. Николюка и доц. В.В. Каль- ницкого, А.Е. Чечетина. - Омск, 1999.

174

Книги и монографии

  1. Азаров В.А. Проблемы теории и практики охраны имущественных интересов личности в уголовном судопроизводстве. - Омск, 1995.
  2. Александров С.А. Разрешение гражданского иска в уголовном процессе. -Горький, 1978.
  3. Аликперов Х.Д. Преступность и компромисс. - Баку, 1992.

  4. Алимдж’анов Б. Раскрытие преступления - задача следственных органов. - Ташкент, 1975.

  5. Анашкин Г.З. Ответственность за измену Родине и шпионаж. - М., 1964.
  6. Афанасьев B.C., Сергеев Л.А. Рассмотрение сообщений и заявлений о престу- плениях. - М., 1972.
  7. Барабаш А.С, Володина Л.М. Прекращение уголовных дел по нереабилити- рующим основаниям в стадии предварительного расследования. - Томск, 1986.
  8. Баранов В.М. Поощрительные нормы советского социалистического права. - Саратов, 1978.
  9. Барков А.В. Уголовный закон и раскрытие преступлений. - Минск, 1980. 50.Викторов Б.А. Общие условия предварительного расследования. - М., 1971.

  10. Власенко Г.В. Вопросы теории и практики возмещения материального ущерба. - Саратов, 1972.
  11. Волженкин Б.В., Квашне В.Е., Цагнкян C.U1. Ответственность за взяточничество. - Ереван, 1988.
  12. Воронин Э.И. Процессуальное положение следователя органов внутренних дел. - Караганда, 1975.
  13. Гавриков А.К. Раскрытие преступлений. - Волгоград, 1976.
  14. Газетдинов Н.И. Деятельность следователя по возмещению материального ущерба. - Казань, 1990.
  15. Гальперин И.М., Мельникова Ю.Б. Дополнительные наказания. - М, 1981.
  16. Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений. - Свердловск, 1975.
  17. Герасимова Е.К. Явка с повинной. - М., 1980.

175

  1. Горяинов К. К, Кваша Ю.Ф., Сурков КВ. Федеральный закон “Об оперативно- розыскной деятельности” / Отв. ред. и рук. авт. кол-ва А.Ю. Шумилов - М., 1977.
  2. Грошевой ЮМ. Сущность судебных решений в советском уголовном процессе. - Харьков, 1979.
  3. Демидов В.Н. Уголовный процесс и материальные затраты. - М., 1995.
  4. Джандарбеков И.А. Предотвращение виновным вредных последствий совер- шенного преступления и его уголовно-правовое значение. - Караганда, 1994.
  5. Добровольская Т.Н., Рагинский М.Ю. Принцип законности в деятельности следователя органов внутренних дел. - Волгоград, 1976.
  6. Долиненко Л.А. Смягчающие ответственность обстоятельства по действующему уголовному законодательству и в судебной практике. - Иркутск, 1980.
  7. Жалинский А.Э. Социально-правовое мышление: проблемы борьбы с преступ- ностью. - М., 1989.
  8. Жогип Н.В. Фаткуллип Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. - М., 1965.
  9. Звечаровский Н.Э. Уголовно-правовые нормы, поощряющие посткриминальное поведение личности. - Иркутск, 1991.
  10. Звирбуль В.К. Прокурорский надзор в борьбе с преступностью. - М., 1971.
  11. Зудин В.Ф. Социальная профилактика преступлений. - Саратов, 1983.
  12. Kapnetj И.И. Уголовное право и этика. - М, 1985.
  13. КарпецИ.И. Международная преступность. - М., 1988.
  14. Карпухин М.П., Курляндский В.И. Уголовная ответственность и состав пре- ступления. - М., 1974.
  15. Кириллова Н.П. Прекращение уголовного дела по нереабилитирующим осно- ваниям. - Санкт-Петербург, 1998.
  16. Коломеец В.К. Явка с повинной по российскому законодательству (1845-1995гг.).
    • Екатеринбург, 1996.
  17. ПЪКорнилз К. Современные тенденции развития уголовной политики: советский

и зарубежный опыт. - Красноярск, 1989. 76. Коробеев А.И. Советская уголовно- правовая политика. - Владивосток, 1987.

176

  1. Коробеев A.M., Усе А.В., Голик Ю.В. Уголовно-правовая политика. - Красноярск, 1991.
  2. Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве: Часть Особенная. - Ярославль, 1979.
  3. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. - Воронеж, 1983.
  4. Лесниевски-Костарева Т.А. Дифференциация уголовной ответственности: Теория и законодательная практика. - М., 1998.
  5. Лукашевич В.З. Гарантии прав обвиняемого в стадии предания суду. - Л., 1966.
  6. Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. - М., 1976.
  7. Михаиленко А.Р. Возбуждение уголовного дела в советском уголовном процессе. - Саратов, 1975.
  8. Михлин А.С. Последствия преступления. - М., 1969.
  9. Николайчик Н.И., Матвиненко Е.А. Всесторонность, полнота и объективность предварительного расследования. - Минск, 1969.
  10. Никулин СИ. Деятельное раскаяние и его значение для органов внутренних дел в борьбе с преступностью. - М., 1985.
  11. Основы борьбы с организованной преступностью. - М., 1996.
  12. Питецкий В.В. Оценочные признаки уголовного закона: (сущность, функции, перспективы использования в законодательстве). - Красноярск, 1993.
  13. Прошляков А.Д. Взаимосвязь материального и процессуального уголовного права.
    • Екатеринбург, 1997.
  14. Сабитов Р.А. Посткриминальное поведение (понятие, регулирование, послед- ствия). - Томск, 1985.
  15. Савкин А.В. Методика и тактика доказывания деятельного раскаяния обвиняемого на предварительном следствии и дознании. - М., 1996.
  16. Сердюков П. П. Доказательства в стадии возбуждения уголовного дела. - Иркутск, 1981.

177

  1. Сидоров В.Е. Начальный этап расследования: организация, взаимодействие, тактика.
    • М, 1992.
  2. Сидоров В.Е. Раскрытие преступлений по горячим следам. - М., 1979.
  3. Синилов Г. К. Основы оперативно-розыскной деятельности советской милиции. -М., 1975.
  4. Соловьев А. Д. i ^есторонность, полнота и объективность предварительного следствия. - Киев, * 9.
  5. Сомин В.Н. Социальное управление предупреждением преступности. - Иркутск, 1990.
  6. Статкус В.Д. Становление, развитие, некоторые проблемы совершенствования предварительного расследования и повышение его роли в раскрытии преступлений. - М., 1977.
  7. Степанов В.В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлениях. - Саратов, 1972.
  8. Степанов В.Г. Прекращение производства по делу с передачей виновного на поруки в процессе предварительного расследования. - М.„ 1969.
  9. Степанов В.Г., Шимановскии В.В. Прекращение уголовного дела в стадии предварительного расследования. - Л., 1979.
  10. Terteoe Э.С Специальные виды освобождения от уголовной ответственности. - и/аново, 1992.
  11. Третьяков В.И. Участие защитника в уголовном судопроизводстве. - Краснодар, 1988.
  12. Уайнреб Л/ГЛ. Отказ в правосудии: Уголовный процесс в США. - М., 1985. L/
  13. Устинов B.C. Система предупредительного воздействия на преступность и уголовно-правовая профилактика. - М., 1983.

106.Устинов B.C. Методы предупредительного воздействия на преступность. -Горький, 1989.

  1. Цветинович А.Л. Дополнительные наказания. - Саратов, 1980.
  2. Чистосердечное раскаяние на предварительном следствии. - М., 1975.
  3. Щерба СП., Савкин А.В. Деятельное раскаяние в совершенном преступлении. - М., 1997.

178 Статьи

ПО. Адоян Ю.Р. Добровольное возмещение в уголовном процессе материального ущерба, причиненного государственным и общественным организациям // Вопросы применения уголовно-процессуального законодательства: Труды по правоведению. - Вып. 598. - Тарту, 1982.

  1. Азаров В.А. Коррекция института прекращения уголовных дел в свете нового Уголовного кодекса Российской Федерации // Научный вестник Омского юридического института МВД России. - 1997. - № 2(6).
  2. Арсенъев В.Д. Доказьшание фактических обстоятельств дела в отдельных стадиях советского уголовного процесса // Вопросы борьбы с преступностью по советскому законодательству. - Иркутск, 1969.
  3. Барков А. Освобождение от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК // Сов. юстиция. - 1976. - № 3
  4. Бахни В.П., Богданов М.Я., Турсунов И.Х. Понятие и сущность раскрытия преступлений по горячим следам // Вопросы повышения эффективности деятельности аппаратов уголовного розыска. - Омск, 1984.
  5. В методическом совете // Соц. законность. - 1976. - № 7.
  6. Галкин В.М. Система поощрений в советском уголовном праве // Сов. гос-во и право. - 1977. - № 2.
  7. Головко Л.В. Новые основания освобождения от уголовной ответственности и проблемы их процессуального применения // Гос-во и право. - 1997. - № 8.
  8. Горяннов К. К. Оперативно-розыскная деятельность в контексте правовой ре- альности // Проблемы совершенствования правового регулирования оперативно- розыскной деятельности в современных условиях. - М., 1991.
  9. 119.Горяннов К. К. О возможности предоставления иммунитета лицам, оказывающим содействие органам, осуществляющим ОРД // Организационное противодействие раскрытию и расследованию преступлений и меры по его нейтрализации: Материалы научно-практической конференции (29-30 октября 1996 г.).-М., 1997.

179

  1. Готлиб Р. Служит ли статья 6 УПК РСФСР делу борьбы с преступно- стью//Соц. законность. - 1990. - № 2.

  2. Григорьев Н.В. Проблемы совершенствования правовой регламентации спе- циальных оснований освобождения от уголовной ответственности и их процес- суальной формы // Совершенствование деятельности органов внутренних дел в условиях судебно-правовой реформы. - М., 1990.
  3. Григорьев Н.В. Процессуальная форма освобождения от уголовной ответст- венности в случаях добровольной сдачи оружия // Роль органов внутренних дел в формировании правового государства. - М., 1991.
  4. Гуляев А. Новые нормы старого УПК // Рос. юстиция. - 1977. - № 3. - С. 35.
  5. Гуляев А.П. Принципы уголовного процесса - найдут ли они отражение в за- коне?// Российское право. - 1997. - № 3.
  6. Гуткин И.М. Некоторые проблемы уголовного процесса в свете Конституции СССР // Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка. - М, 1979.
  7. Гуткин И.М. О понятии раскрытия преступления // Совершенствование ор- ганизации расследования преступлений следственными аппаратами органов внутренних дел: Труды Академии МВД СССР. - М., 1984.
  8. Драпкин Л.Я. Плюсы и минусы проектов уголовно-процессуальных кодексов Российской Федерации // Следователь: Теория и практика деятельности .- Екате- ринбург. - 1995.-№4.
  9. Загородников Н.И., Сахаров А.Б. Демократизация советского общества и проблемы науки уголовного права // Сов. гос-во и право. - 1990. - № 12.
  10. Зажицкий В.И. Связь оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса // Гос-во и право. - 1995. - № 6.
  11. Зеленецкий B.C. Всесторонность исследования обстоятельств уголовного дела // Проблемы укрепления социалистической законности в уголовном судопроизводстве.
    • Барнаул, 1985.
  12. Зеленин С. Рассмотрение жалоб на постановление о прекращении уголовного дела // Рос. юстиция. - 1996. - № 9.

180

  1. Зубарев С. Ответственность за преступные действия с наркотиками // Сов. юстиция. - 1990. - № 18.
  2. Зуокова В.И. Пути повышения эффективности борьбы со взяточничеством и поборами // Сов. гос-во и право. - 1985. - № 4.
  3. Иванов Э.А. Транснациональная преступность как фактор угрозы государст- венной безопасности // Право. - 1997.- №2.
  4. Каоелъников С.Н. Перспектива совершенствования института прекращения уголовных дел в стадии расследования // Актуальные вопросы предварительного расследования. - Волгоград, 1997.
  5. Калугин А.Г. О практике применения статьи 7 УПК РСФСР в органах внут- ренних дел Красноярского края // Информационный бюллетень Следственного комитета МВД России. - 1988. -№ 1(94).
  6. Калугин А.Г. Сущность деятельного раскаяния и его значение для следственной практики // Правовые и организационно-тактические проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе: Материалы научно-практической конфе- ренции. - Ч. 1. - Красноярск, 1998.
  7. Кальницкий В.В. Освобождение от уголовной ответственности в соответствии с примечанием к ст.228 УК России (комментарий к постановлению Пленума Верховного суда Российской Федерации) // Законодательство и практика. -1998. -№ 1.
  8. Калътщкий В.В. О задачах органов следствия по Закону “О следственном Комитете Российской Федерации”, принятом в первом чтении” // Органы внутренних дел в условиях судебно-правовой реформы в России. - Омск, 1999.
  9. Кагиепов В.П. Концепция развития уголовно-процессуального законодатель- ства//Правовая реформа: Концепция развития российского законодательства. -М., 1995.
  10. Келина С. Г. Освобождение от уголовной ответственности как правовое по- следствие совершения преступления // Уголовное право: Новые идеи. - М., 1994.

181

  1. Кокорев Л.Д. Конституция СССР и совершенствование правового статуса личности в уголовном судопроизводстве // Конституция СССР и дальнейшее укрепление законности и правопорядка. - М., 1979.
  2. Копомеец В. Явка с повинной: Новая трактовка // Рос. юстиция. - 1997. -№ 10.
  3. Коренгвский Ю. Противоречит ли Конституции прекращение уголовного дела по нереабилитирующим основаниям? // Рос. юстиция. - 1997. - № 1.
  4. Косова С.А. О некоторых вопросах практики освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания в связи с применением принудительных мер воспитательного воздействия // Законодательство и практика.
    • 1998.-№ 1.
  5. Кукушкин Ю. Явка с повинной // Человек и закон. - 1972. - № 1.
  6. Кушнарев В.А. О юридическом содержании деятельного раскаяния // Подходы к решению проблем законотворчества и правоприменения: Меж-вуз.сб.науч.тр. адъюнктов, соискателей, слушателей. - Омск, 1997.
  7. Ларин A.M. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования// Актуальные проблемы совершенствования производства след- ственных действий. - Ташкент, 1982.
  8. Ларин А. Прав ли суд, даже если он Конституционный//Рос. юстиция. - 1997.
  • № 4.
  1. Лобанова Л.В. Процессуальное обеспечение прав граждан, освобождаемых от уголовной ответственности // Совершенствование правовых основ уголов ного судопроизводства. - Ярославль, 1988.

151.Лобанова Л. Об освобождении от уголовной ответственности за заведомо ложные показания, заключения эксперта или неправильный перевод // Рос. юстиция. - 1997. - № 9.

  1. Максудов Р., Флямер М., Грасенкова А. Институт примирения в уголовном процессе: необходимость и условия развития // Уголовное право. - 1998. - № 1.
  2. Махов В., Пешков М. Сделка о признании вины // Рос. юстиция. - 1998. -№7.

182

  1. Мдивани М., Михайлова Г., Волжепкин Б. Применение закона об ответственности за взяточничество // Соц. законность. - 1986. - № 9.
  2. Михайлов А.И., Сергеев Л.А. Процессуальная сущность раскрытия преступлений // Сов. гос-во и право. - 1971. - № 4.
  3. Михайлов В. Признаки деятельного раскаяния // Рос. юстиция. - 1998. - № 4.
  4. Мухаметова Ю.М. О понятии оснований и условий прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием // Подходы к решению проблем законо- творчества и правоприменения: Межвуз.сб.науч.тр. адъюнктов, соискателей, слушателей. - Омск, 1997. - Вып. 2.
  5. Нагиленко Б.Я. О понятии раскрытия преступлений // Совершенствование управления раскрытием и расследованием преступлений. - М., 1981.
  6. Николюк В. В. Специальные основания освобождения от уголовной ответст- венности // Правовые и организационно-тактические проблемы борьбы с пре- ступностью в Сибирском регионе: Сборник материалов научно-практической конференции. - Ч. 1. - Красноярск, 1998.
  7. Остроумов С, Панчеико С. Критерии оценки раскрытия преступлений // Соц. законность. - 1976. - № 9.
  8. Савицкий В.М. Новый этап в осуществлении социалистического правосудия // Сов. юстиция. - 1978. - № 5.
  9. 162.Савицкий В. Последние новеллы УПК: прекращение уголовного дела, состав суда, подследственность // Рос. юстиция. - 1998. - № 4.

  10. Смирнов А. В. Достаточность фактических оснований уголовно- процессуальных решений // Правоведение. - 1983. - № 5.

  11. Совет судей голосует за сделки о признании вины // Рос. юстиция. - 1998. -№6.
  12. Статкус В.Ф., Чувилев А.А. Прокурорский надзор и ведомственный контроль на предварительном следствии // Сов. гос-во и право. - 1975. - № 3.
  13. Танасевич В.Г. О пред-мете советской криминалистики (в порядке обсуждения) // Вопросы борьбы с преступностью. - Вып. 24. - М., 1976.
  14. Тейман С. Сделки о признании вины или сокращенные формы судопроизвод- ства: по какому пути пойдет Россия? // Рос. юстиция. - 1998. - № 10.

183

  1. Тенчов Э. Добровольная сдача оружия и взрывчатых веществ // Сов. юстиция. -
  2. -№ 15.
  3. Терроризм: психологические корни и правовые оценки: «Кругльш стол» журнала «Государство и право» // Гос-во и право. - 1995. - № 4.
  4. Чувияев А.А. Прекращение уголовного дела в связи с привлечением к адми- нистративной ответственности // Соц. законность. - 1978. - № 6.
  5. 17 .Чувияев А.А. Процессуальная форма освобождения от уголовной ответственности по специальным основаниям // Проблемы предварительного следствия и раскрытия преступлений в деятельности органов внутренних дел. - Хабаровск, 1989.

  6. Чувияев А. Деятельное раскаяние // Рос. юстиция. - 1998. - № 6.
  7. Чувияев А. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием // Уголовное право. - 1998. - № 2.
  8. Чувияев А., Безлепкин Б. Прекращение уголовных дел по нереабилитирую-щим основаниям // Соц. законность. - 1972. - №2.
  9. Чувияев А. А. Актуальные вопросы совершенствования уголовно- процессуального законодательства // Конституция СССР и дальнейшее укреп ление законности и правопорядка. - М., 1979.

  10. Эйсман А.А.. Вопросы структуры и языка уголовно-процессуального закона // Вопросы борьбы с преступностью. - Вып. 15. - М., 1972.
  11. Яджин Н.В. Понятие явки с повинной // Криминалистические методы рас- следования преступлений: Сборник научных трудов. - Вып. 1.- Тюмень, 1994.
  12. Якубович Н.А. Процессуальные функции следователя // Проблемы предвари- тельного следствия в уголовном судопроизводстве. - М., 1980.
  13. Авторефераты и диссертации

  14. Аяикперов Х.Д. Проблема допустимости компромисса в борьбе с преступностью: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М, 1992.
  15. Баранов A.M. Процессуальные ошибки на этапе окончания предварительного следствия и способы их исправления: Дис… канд. юрид. наук. - Москва, 1992.

184

  1. Григорьев Н.В. Процессуальные аспекты освобождения от уголовной ответ- ственности по специальным основаниям, предусмотренным Особенной частью УК РСФСР: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1992.
  2. Данилюк А.И. Принцип всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела в стадии предварительного расследования: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Томск, 1974.
  3. Захожий Л.А. Осуществление принципа всесторонности, полноты и объек- тивности исследования обстоятельств дела на предварительном следствии: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1967.
  4. Звечаровский Н.Э. Уголовно-правовые нормы, поощряющие посткриминальное поведение личности: Автореф. дис… на соиск. учен, степени канд. юрид. наук. - Иркутск, 1987.
  5. Иванова А. Т. Смягчающие ответственность обстоятельства в советском уго- ловном праве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1972.
  6. Левинова Т.А. Прекращение уголовных дел по реабилитирующим основаниям в механизме достижения цели уголовного процесса: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 1999.
  7. Никитина Л. В. Прекращение дела в стадии предварительного расследования с освобождением лица от уголовной ответственности: Автореф. дис… канд.юрид.наук. - Саратов, 1981.
  8. Новичков В.Е. Применение уголовно-правовых норм, поощряющих или обя- зывающих граждан оказывать помощь правоохранительным органам (по материалам органов внутренних дел): Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1991.
  9. Пономаренков В.А. Проблемы представления и использования доказательств в уголовном процессе: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Саратов, 1998.
  10. Третьяков В.И. Участие защитника на предварительном следствии и в судебном производстве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Волгоград, 1998.
  11. Яджин Н.В. Психология явки с повинной и тактика проверки заявлений явившегося: Автореф. дис… канд.юрид.наук. - М., 1998.

185 Учебная и справочная литература

  1. Азаров В.А. Деятельность органов дознания, предварительного следствия и суда по охране имущественных интересов граждан. - Омск, 1990.
  2. Александров С.А. Правовые гарантии возмещения ущерба в уголовном процессе. - Горький, 1976.
  3. Баранов A.M. Процессуальные ошибки, совершаемые на этапе окончания предварительного следствия, и способы их устранения. - Омск, 1996.
  4. БахтаА.С. Полнота предварительного и судебного следствия. - Омск, 1997.
  5. Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. -М., 1991.
  6. Безлешин Б.Т. Имущественные правоотношения в стадии расследования. - Горький, 1976.
  7. Блувштейн Ю.Д Зырин М.И., Романов В. В. Профилактика преступлений. -Минск, 1986.
  8. Веселое Ю.И. Оперативно-розыскные меры в раскрытии преступлений. -Омск, 1976.
  9. Гребельскгш Д.В. Теоретические основы и организационно-правовые проблемы оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел. - М., 1977.
  10. Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел. - Ташкент, 1986.
  11. Григорьев Н. В., Сабитов Р.А. Освобождение от уголовной ответственности по нормам Особенной части УК РФ. - Хабаровск, 1993.
  12. Давлетов А.А. Возбуждение уголовного дела.: (Образцы процессуальных до- кументов. Комментарии): Учебно-практическое пособие. - Екатеринбург, 1994.
  13. Дершиев Ю.В. Органы предварительного расследования России: (Прошлое, настоящее, будущее). - Омск, 1998.
  14. Елеонский В.А. Поощрительные нормы уголовного права. - Хабаровск, 1984.
  15. Зинатуллин 3.3. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. - Казань, 1974.

186

  1. Курс советского уголовного права: (Часть общая). - Л., 1970. - Т.2.
  2. Лекарь А. Г. Основы организации и тактики раскрытия преступлений аппара- тами уголовного розыска. - Киев, 1979.
  3. Лукашов В.А. Организация первоначальных оперативно-розыскных мер рас- крытия преступлений. - Киев, 1981.
  4. Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. - М., 1996.
  5. НиколюкВ.В., Кальницкий В.В., Шаламов В.Г. Истребование предметов и до- кументов в стадии возбуждения уголовного дела. - Омск, 1990.
  6. Российское уголовное право. Общая часть: Учебник. - М.: Спарк, 1997.
  7. Рыжаков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств.
    • М.,1997.
  8. Рыжаков А.П. Возмещение вреда, причиненного преступлением. - М., 1999.
  9. Сабитов Р.А. Квалификация поведения лица после совершения им преступ- ления. - Омск, 1986.
  10. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - Т.2.- М., 1970.
  11. Сурков КВ., КвашаЮ.Ф. Оперативно-розыскная деятельность органов внут- ренних дел: Курс лекций. Общая часть. Введение в курс оперативно-розыскной деятельности. - Санкт-Петербург, 1998.
  12. Томин В. Т. Взаимодействие органов внутренних дел с населением в борьбе с преступностью. - Омск, 1975.
  13. Уголовное право Российской Федерации. Общая часть: Учебник / Отв. ред. Б.В.Здравомыслов. - М., 1996.