lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Крысин, Сергей Геннадьевич. - Теоретические основы оценки средств уголовно- процессуального доказывания: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Ижевск, 1999 145 с. РГБ ОД, 61:99- 12/308-4

Posted in:

МИНИСТЕРСТВО ОБЩЕГО И ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

УДМУРТСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

Крысий Сергей Геннадьевич

Теоретические основы оценки средств уголовно-процессуального доказывания

Экъ. А/1

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени

кандидата юридических наук по специальности:

12.00.09. - уголовный процесс; криминалистика;

теория оперативно-розыскной деятельности

Научный руководитель:

Заслуженный деятель науки УР,

доктор юридических наук,

профессор З.З.Зинатуллин

Ижевск 1999 f;rи г ^Ж-У/J ‘?

)Л &’ ~ Уж

S, ‘

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 3

Глава 1. Сущность, содержание и принципы оценки
средств уголовно-процессуального доказывания 14

1.1. Средства уголовно-процессуального доказывания, их виды и значение 14 1.2. 1.3. Понятие и содержание оценки средств
уголовно-процессуального доказывания 27 1.4. 1.5. Принципы оценки средств уголовно- процессуального 1.6. доказывания 53

Глава 2. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания в

,…. ч- 0, отдельных стадиях производства.; V- •п0 уголовному

делу …….: 73

2.1. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания
в досудебных стадиях производства по уголовному делу 73

2.2. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания в суде первой инстанции 91

2.3. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания
в стадиях проверки законности и обоснованности
судебных

приговоров и их исполнения 111

Заключение 129

Библиографический список 133

2

ВВЕДЕНИЕ

Определяя роль науки в современном обществе, немецкий философ М.Хайдеггер изложил ее в весьма лаконичном, но очень емком по содержанию тезисе: «Наука есть теория действительного»1. Именно познание фактов и обстоятельств реальной жизни образует предмет любых научных поисков. Успешное их проведение напрямую зависит от методологии исследования, тех методологических положений, которые кладутся в основу процесса познания естественных и социальных явлений.

Одним из последних и является уголовно-процессуальное доказывание, которое «есть не только стержень уголовного процесса, но и его движущая сила, т.е. то, что придает ему жизнь, делает предметно ощутимым явлением»2. Без уголовно- процессуального доказывания совершенно немыслима деятельность органов следствия, прокуратуры и суда по расследованию, рассмотрению и разрешению уголовных дел. Оно осуществляется на всех стадиях производства по уголовному делу, с ним так или иначе связана деятельность всех участников уголовного процесса. Отмеченными обстоятельствами объясняется и тот повышенный интерес, который имел и имеет место быть применительно к теории и практике уголовно- процессуального доказывания. При этом, если в трудах В.Д.Арсеньева, Н.С.Алексеева, Б.Т.Безлепкина, А.Я.Вышинского, Г.Ф.Горского, М.М.Гродзинского, А.А.Давлетова, В.Г.Даева, В.А.Дорохова, Ю.М.Зархина, В.И.Зажицского, З.З.Зинатуллина, Л.М.Карнеевой, Л.Д.Кокорева, Г.И.Кочарова, Г.М.Миньковского, Я.О.Мотовиловкера, П.Ф.Пашкевича, И.Л.Петрухина, А.Р.Ратинова,

1 Хайдеггер М. Время и бытие: статьи и выступления. Перевод с нем. М., 1993. С. 239.

3

М.С.Строговича, А.И.Трусова, Ф.Н.Фаткуллина,
П.С.Элькинда проблема уголовно-процессуального
доказывания исследовалась преимущественно в комплексном
плане, то такие ученые, как В.Б.Алексеев, В.А.Банин,
Р.С.Белкин, В.С.Джатиев, Е.А.Доля, В.Г.Заблоцкий,
М.Н.Кипнис, Н.П.Кузнецова, А.М.Ларин, Т.Н.Москалькова, И.И.Мухин, Г.М.Резник,
М.К.Свиридов, Н.Г.Стойко, Л.Т.Ульянова, В.И.Федоров,
Ц.М.Каз, А.А.Хмыров, Н.Ю.Черкасова, М.П.Шаламов,
С.А.Шейфер, А.А.Эйсман, Ю.К.Якимович, М.Л.Якуб и другие сосредоточили свое внимание на исследовании отдельных
проблемных вопросов уголовно-процессуального
доказывания, в том числе его структурных элементов.
Одним из них является оценка тех средств, которые используются
для установления по каждому уголовному делу объективной истины. Вместе с тем обращает на себя внимание тот факт, что такая оценка чаще всего сводится к оценке доказательств (см. исследования В.Б. Алексеева, И.И. Мухина, Г.М.
Резника, фундаментальную, дважды переизданную работу
«Теория доказательств в советском уголовном процессе» под редакцией проф. Н.В. Жогина, практически все учебники по уголовному процессу, включая и те, что увидели свет в последние годы, изданные, к примеру, под редакцией проф.
В.П.Божьева, К.Ф.Гуценко, П.А.Лупинской). Об оценке же
других средств уголовно-процессуального доказывания, в частности таких, как источники доказательств и способы собирания и использования доказательств, чаще просто умалчивается либо упоминается лишь всколзь, попутно. Доминирующая роль доказательств в уголовно- процессуальном доказывании нами нисколько не умаляется, тем более не отрицается. Собственно, все уголовно- процессуальное

2 Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 3.

4

доказывание связано с необходимостью выявления, собирания, исследования и оценки доказательств: на них, определенной их совокупности только и может основываться то или иное процессуально значимое решение по расследуемому или разрешаемому уголовному делу; только на их основе достигается цель уголовно-процессуального доказывания в виде установления по каждому конкретно взятому уголовному делу объективной истины. Но сами доказательства черпаются из определенных источников путем производства предусмотренных законом процессуальных действий. От их качества напрямую зависит и качество самих полученных фактических данных, возможность последних выступать в качестве доказательств по тому или иному уголовному делу, устанавливать те или иные его обстоятельства. Отсюда, оставлять без внимания качественные (ценностные) характеристики (параметры) таких средств уголовно- процессуального доказывания, не подвергать их самой тщательной оценке было бы непростительной ошибкой; без такой оценки просто нельзя в ходе расследования и разрешения уголовных дел обойтись. Причем оценивать такие средства следует с учетом проявления ими некоторых характерологических особенностей в отдельных стадиях российского уголовного процесса.

Вышеизложенным и объясняется выбор нами темы предлагаемого исследования, его структура и содержание.

Предметом диссертационного исследования являются соответствующие нормы Конституции Российской Федерации, действующего и проектируемого уголовно-процессуального законодательства России, а также следственно-судебная практика в части оценки средств уголовно-процессуального доказывания.

Цель исследования заключается в теоретическом обосновании правовой природы оценки средств уголовно- процессуального

5

доказывания как одного из его структурных элементов, определении ее места и роли в познании обстоятельств расследуемого или разрешаемого уголовного дела, обосновании и раскрытии содержания тех принципов, которые лежат в основе оценки средств уголовно-процессуального доказывания, в выявлении особенностей оценки таких средств в отдельных стадиях производства по уголовному делу, а также в выработке научно-обоснованных рекомендаций по совершенствованию соответствующей правоприменительной деятельности следственно-прокурорских и судебных органов в соответствии с современными тенденциями развития уголовно-процессуального законодательства и практики его применения.

С учетом изложенного диссертант и поставил перед собой необходимость решения задач: а)сформулировать круг вопросов, подлежащих разрешению в процессе исследования; б)обобщить и проанализировать теоретические воззрения как на само понятие и содержание оценки средств уголовно-процессуального доказывания, на отдельные его разновидности, так и его место в структуре уголовно-процессуального доказывания, а также социальном назначении; в)определить и раскрыть содержание лежащих в основе оценки средств уголовно-процессуального доказывания принципов; г)раскрыть особенности оценки отдельных средств уголовно-процессуального доказывания и показать специфику оценки таких средств в стадиях уголовного процесса; д)сформулировать предложения по улучшению законодательного урегулирования процесса оценки средств уголовно-процессуального доказывания и практического их осуществления участниками уголовного процесса.

6

Методологическую основу исследования составили принципы, законы и категории диалектического метода познания явлений социальной действительности.

Использованы также методы и приемы логического и системно- структурного анализа, конкретно-социологических исследований.

Нормативную базу исследования составили Конституция Российской Федерации, федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации», федеральные законы «О прокуратуре Российской Федерации», «Об оперативно-розыскной деятельности», «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации», «О милиции», «О статусе судей в Российской Федерации», «О судебных приставах», действующее уголовное и уголовно-процессуальное законодательство (УК РФ 1996 года и УПК РСФСР 1960 года с последующими изменениями и дополнениями). Использованы также «Концепция судебной реформы в РСФСР» и «Концепция уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации», «Уголовно-

процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель», разработанная авторским коллективом Института государства и права под редакцией проф. В.М.Савицкого, «Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств- участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт», принятый 17 февраля 1996 года на седьмом пленарном заседании Межпарламентской ассамблеи государств-участников СНГ, проекты уголовно-процессуального кодекса, подготовленные

Государственно-правовым управлением Президента РФ, Министерством юстиции РФ, Научно-исследовательским институтом проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральном

7

прокуроре РФ, согласованный с представителями различных ведомств и научных коллективов и ныне обсуждаемый в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации (Реформируемый проект).

В срезе избранной проблемы диссертантом проанализированы 80 уголовных дел, рассмотренных Первомайским, Ленинским и Индустриальным районными судами г. Ижевска, Якшур- Бодьинским, Малопургинским и Увинским районными судами Удмуртской Республики в 1996-1998 годах, опрошено 68 сотрудников правоохранительных органов, из которых 52 - дознаватели и следователи, 10 оперативных работников и 6 председателей районных судов, изучены аналитические справки указанных выше судов, отражающие процесс рассмотрения и разрешения ими уголовных дел.

В работе использованы также и материалы опубликованной следственно-прокурорской и судебной практики, отдельные Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации и в их числе «О судебном приговоре» от 29 апреля 1996 года.

В диссертации обобщаются наиболее значимые положения одной из центральных проблем уголовного процесса, какой является оценка средств уголовно-процессуального доказывания, и на ее основе формулируются выводы и предложения, имеющие как теоретическое, так и практическое значения, направленные в том числе на совершенствование соответствующей нормотворческой и правоприменительной деятельности.

На защиту выносятся следующие основные положения:

  1. Исходя из того, что уголовно-процессуальное доказывание представляет собой всегда и при любых ситуациях опосредствованное познание объективной действительности

8

частности, обстоятельства расследуемого и разрешаемого уголовного дела), оно осуществляется при помощи определенных средств. В качестве таких средств выступают сами доказательства в виде сведений о фактах реальной действительности и самих фактов реальной действительности, источников доказательств,

представляющих собой единство носителя доказательственной информации по уголовному делу и процессуальную форму ее вовлечения в сферу уголовно-процессуального доказывания, а также способов получения (собирания) и использования фактических данных, являющихся доказательствами по конкретному делу, в ходе осуществляемого по нему уголовно- процессуального доказывания.

  1. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания есть его структурный элемент и представляет собой мыслительную деятельность соответствующих субъектов доказывания по определению ценностных свойств доказательств, их источников, способов получения и использования доказательств и их источников в ходе расследования, рассмотрения и разрешения уголовных дел и направленная на установление по каждому из них объективной истины.

  2. Содержание оценки доказательств включает в себя определение таких ценностных свойств, как относимость к обстоятельствам предмета уголовно-процессуального доказывания по уголовному делу, их допустимость с позиции получения из содержащихся в уголовно-процессуальном законе источников доказательств и в предусмотренной уголовно-процессуальным законом форме, доброкачественность, достоверность и достаточность для установления отдельных обстоятельств дела, для формулирования определенных выводов и принятия процессуально значимых решений. При оценке доказательств следует учитывать

9

обоснованную и устоявшуюся в процессуальной литературе их классификацию. При этом совершенно неприемлемой является попытка классификации доказательств по так называемому «стандарту доказанности».

  1. Содержание оценки источников доказательств включает в себя определение их допустимости и доброкачественности с позиции их предусмотренности в уголовно-процессуальном источнике и соблюдения процессуальной формы своего выражения, а также достаточности источников доказательств для получения из них необходимой для формулирования определенных выводов и принятия тех или иных процессуальных решений совокупности доказательств. В существенном своем видоизменении перечень доказательств не нуждается, но его изложению должна быть посвящена отдельная норма уголовно-процессуального закона.
  2. Содержание оценки способов получения и использования доказательств включает в себя их доброкачественность с позиции урегулированности уголовно-процессуальным законодательством и качества соблюдения процессуального порядка их проведения и процессуального оформления. При условии соблюдения указанных требований, а также с учетом наличия специального закона, в качестве возможного способа собирания доказательств может выступать и оперативно-розыскная деятельность специальных служб правоохранительных органов России.
  3. Доказательства по своей правовой природе, процессуальной форме, способах актуализации могут носить только характер «надлежащих». По конкретному делу они или есть или их нет. В отличие от этого источники могут оказаться и ненадлежащими. В качестве возможных критериев отнесения двух последних средств доказывания к категории ненадлежащих выступают
    их
  4. ю

непредусмотренность в уголовно-процессуальном законе, нарушение процессуальной формы, запрет способа получения релевантных фактов уголовно-процессуальным законом.

  1. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания осуществляется на основе органически взаимосвязанных между собой, а потому образующих единую неразрывную систему принципов, включающую в себя внутреннее убеждение (психологическое состояние) лица, оценивающего указанные средства доказывания, всестороннюю, объективную и полную оценку всех ценностных свойств совокупности фигурируемых по конкретному уголовному делу средств доказывания, неуклонное руководство при этом требованиями уголовного и уголовно- процессуального законов и правового сознания. Диссертант выступает против того, чтобы при оценке средств уголовно- процессуального доказывания лица, оценивающие их, руководствовались не правосознанием, а такой идеологической категорией, какой является совесть, как это предлагается в отдельных проектах УПК РФ (в том числе в «Реформируемом проекте»).

  2. Соглашаясь с учеными, выделяющими в структуре Российского уголовного процесса по критерию направленности соответствующей уголовно-процессуальной деятельности на решение конкретных задач основные, дополнительные и особые производства, в работе приводятся аргументы в пользу наличия в каждой из них, на каждом этапе производства по уголовному делу оценки анализируемых средств уголовно-процессуального доказывания.

  3. Показывается специфика оценки средств доказывания на стадиях возбуждения уголовного дела, производства по нему предварительного расследования, предания обвиняемого суду
    и

п

назначении судебного заседания, судебного разбирательства, производства по делу в судах кассационной и надзорной инстанциях, в порядке возобновления уголовных дел по вновь открывшимся обстоятельствам исполнения судебного приговора. В исследовании приводятся доводы в пользу восстановления в российском уголовном процессе производства по уголовному делу в апелляционном порядке, в процессе которого также будет иметь место оценка всех средств уголовно-процессуального доказывания.

  1. Проиллюстрированы и особенности оценки отдельных средств уголовно-процессуального доказывания в особых (по делам о преступлениях несовершеннолетних; лиц, в отношении которых решается вопрос о применении к ним принудительных мер медицинского характера; протокольная форма) и дополнительных производствах (при решении вопросов об условно-досрочном освобождении осужденного от дальнейшего отбывания наказания в системе УИН МЮ РФ и др.)
  2. По работе сформулировано до двадцати предложений нормативного (в их числе и те, что должны быть в новом УПК РФ) и практического характера. В завершении приводится теоретическая модель предлагаемой в новый УПК РФ главы под названием -«Уголовно-процессуальное доказывание».
  3. Практическое значение результатов исследования состоит в том, что содержащиеся в нем выводы и рекомендации могут быть использованы в законотворческой и правоприменительной деятельности, в дальнейших теоретических разработках проблем уголовно-процессуального доказывания, в том числе с оценкой используемых при этом средств доказывания, а также в преподавании учебного курса «Уголовный процесс России» и специальных курсов, связанных с более углубленным изучением

12

отдельных аспектов уголовно-процессуального доказывания. Такие спецкурсы и спецпрактикумы имеют место в Воронежском, Казанском, Санкт-Петербургском, Удмуртском государственных университетах и других юридических вузах России.

Апробация работы. Основные теоретические положения, выводы и рекомендации получили отражение в трех научных сообщениях, опубликованных в «Вестнике Удмуртского государственного университета. Серия правоведение» (1998 и 1999г.) и сборнике аспирантов и соискателей Института права, социального управления и безопасности при УдГУ (1998г.).

Структура диссертации. Диссертационное исследование состоит из введения, двух глав, каждая из которых имеет по три параграфа, заключения и библиографии.

13

Глава 1. Сущность, содержание и принципы оценки средств

уголовно-процессуального доказывания.

1.1. Средства уголовно-процессуального доказывания, их виды и

значение.

Выполнение сформулированных в ст. 2 УПК РФ задач предполагает познание всех обстоятельств расследуемого или разрешаемого уголовного дела. «Познание, как отмечает проф. А.А. Давлетов, есть процесс приобретения человеком, человечеством (субъектом познания) нового знания о событиях, явлениях, вещах реального мира (объекте познания)»3. Приобретение таких знаний возможно лишь посредством определенной познавательной деятельности человека.

Специфика познавательной деятельности в сфере уголовного процесса такова, что она имеет дело с фактами и обстоятельствами, имевшими место в прошлом, во время совершения преступного деяния. Отсюда и все производство по уголовному делу ведется после совершения преступления. Ни лицо, расследующее уголовное дело, ни прокурор, ни судьи, разрешающие обвинение по существу, непосредственно не наблюдали и не воспринимали обстоятельства совершения преступления. Последние устанавливаются ими опосредствованным путем, при помощи определенных средств4.

Мы не можем согласиться с теми, кто считает возможным познание отдельных фактов, относящихся, в частности, к материальным последствиям совершенного преступления и криминогенным обстоятельствам, в том числе характеризующим

3 Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. Изд. 2-е, Екатеринбург, 1997. С. 17.

4 См.: ЗархинЮ.М. Доказывание в уголовном процессе. М, 1997. С. 20.

14

личность субъекта преступления, непосредственным путем . Такой подход, как нам представляется, приемлем к познанию существа явлений естественного мира. Что же касается социальных явлений, тем более связанных с решением человеческих судеб, то одна лишь ориентация на возможность познания каких-то обстоятельств исследуемого уголовного дела на основе только непосредственного познания чревата очень серьезными негативными последствиями, вплоть до осуждения невиновного. К тому же вынесение любого процессуального решения не на доказательствах, а лишь на основе чувственного восприятия исковых фактов, не согласуется ни с законом, требующем доказывания обстоятельств уголовного дела (ст. 68, 384 и др. УПК РФ), ни с следственно-прокурорской и судебной практикой. В Постановлении № 1 Пленум Верховного суда Российской Федерации от 29 апреля 1996 года «О судебном приговоре», в частности, указывается, что «приговор может быть основан лишь на тех доказательствах, которые в соответствии со ст. 240 УПК РФ были непосредственно исследованы в судебном заседании»6. Доказанность выдвигаемого положения предлагает его обоснованность, которое возможно только при помощи доказательств, являющихся одним из средств уголовно- процессуального доказывания. Никакое непосредственное чувственное восприятие какого-либо факта (обстоятельства) не может означать признание этого факта имевшим место в действительности до тех пор, пока он не будет доказан предусмотренными в законе средствами и способами.

«Уголовно-процессуальное познание - это познание процессом, то есть приобретение знания в процессуальной форме,

5 См.: Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. Саратов, 1986. С. 17.

6 Российская юстиция. 1996, № 7. С. 54.

15

при помощи тех средств и способов, которые допущены в уголовный процесс законом» . Чувственное восприятие неотделимо от мышления. Это практически синхронные явления. В силу того, что их предметом являются не любые факты вообще, а только те, что органически связаны с совершеннным преступлением, то и происходить они должны в рамках уголовного процесса с отражением их результатов в соответствующих процессуальных документах. Как правило отмечает проф. М.М. Михеенко, «с помощью непосредственного познания нельзя полностью установить ни одного из обстоятельств, входящих в предмет доказывания по делу. Каждое из таких обстоятельств и всю их совокупность и тем самым истину по делу можно установить только с помощью рационального познания, мышления, поэтому в целом уголовно-процессуальное доказывание является опосредствованным познанием»8, структуру которого можно выразить в виде следующей схемы: Схема 1. Структура уголовно-процессуального доказывания

Построение и динамическое

развитие следственных

версий

Принятие и обоснование выводов и решений по делу

  • ./ *. V

/ *

Оценка

исследованных

средств доказывания

Собирание средств

доказывания по каждой

версии

*./

?^^

/ •*

Исследование

выявленных средств

доказывания

7 Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. Изд. 2-е. Екатеринбург, 1997. С. 172.

8 Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном процессе. Киев, 1984. С. 8.

16

Указанная структура уголовно-процессуального доказывания является единой для всех уголовных^дел и для всех стадий их движения9.

Знания об обстоятельствах и фактах, подлежащих установлению по уголовному делу, приобретаются только путем уголовно- процессуального доказывания, при помощи определенных процессуальных средств, облеченных в предусмотренную законом уголовно-процессуальную форму, а именно посредством доказательств, полученных из указанных в ч. 2 ст. 69 УПК РФ источников, в результате производства предусмотренных ст. 70 УПК РФ процессуальных действий. Взятые вмесе они образуют такое многогранное понятие как “средства уголовно- процессуального доказывания”. В полном соответствии со своим смысловым значением “средствами уголовно-процессуального доказывания являются как фактические данные (доказательства), используемые в ходе такой деятельности, так и те формы, в которые они облечены (источники доказательств) и способы, при помощи которых такие данные становятся достоянием органов следствия, прокуратуры и суда”10.

Фактические данные имеют своим назначением быть доказательственной основой выводов и решений по уголовному делу, выступают в качестве информационной основы фактов и обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Их источники выступают в качестве носителей и соответствующей формы передачи доказательственной информации по уголовному делу (доказательств). Способы же собирания и использования доказательств и их источников предназначены, как видно из самого

9 Обоснование и характеристика структуры уголовно-процессуального доказывания. См.: Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 44-52.

17

их наименования, для выявления и констатации предыдущих средств уголовно-процессуального доказывания, т.е. доказательств и их источников. Свое непосредственное выражение они находят в предусмотренных уголовно-процессуальным законом действиях субеъктов доказывания в виде следственных действий, представления предметов и документов, могущих устанавливать необходимые фактические данные и восстановление бухгалтерского учета, производства ревизий и документальных проверок (ст. 70 УПК РФ).

Каждое из названных средств уголовно-процессуального доказывания имеет свое содержание, процессуальную форму и предназначение. Вместе с тем, они самым теснейшим образом связаны друг с другом. Так, например, доказательства как фактические данные не могут существовать без и вне определенных источников, а эти источники, равно как и содержащиеся в них фактические данные в свою очередь могут быть получены только при помощи указанных в законе способов. Подчеркивая данное обстоятельство законодатель в части 3 ст. 69 УПК РФ специально указывает на то, что “доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в статье 68 настоящего кодекса” (в названной статье перечислены обстоятельства, образующие основу предмета доказывания по каждому уголовному делу).

О том, в каком соотношении находятся между собой указанные средства уголовно-процессуального доказывания, на наш взгляд,

10 Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 133-134.

18

удачно и весьма наглядно показано проф. З.З.Зинатуллиным в виде следующей схемы11: Схема 2.

1 - доказательства
(фактические данные);

2 - источники доказательств; 3 4 - способы получения и использования доказательств. 5 Представляется необходимым раскрыть основное содержание каждого из названных средств уголовно-процессуального доказывания.

В качестве первого из средств уголовно-процессуального доказывания выступают доказательства, под которыми согласно ч. 1 ст. 69 УПК РФ понимаются “любые фактические данные, на основе которых в определенном законом пордке орган дознания, следователь и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятлеьства, имеющие значение для правильного разрешения дела”.

Из данного определения доказательств нетрудно сделать вывод о том, что отмеченное средство уголовно-процессуального доказывания имеет своим назначением быть доказательственной основой процессуальных выводов и решений по уголовному делу. Оно, по существу, представляет собой фактическую информацию об

11 Зинатуллин 3.3. Уголовный процесс (схемы и определения). Ижевск, 1993. С. 28.

19

установленных по каждому конкретному делу фактах и о бстоятельствах.

Обстоятельному исследованию доказательств как средств уголовно-процессуального доказывания посвящено значительное число трудов научного и учебного профиля. Срез предлагаемого исследования, как нам представляется, позволяет ограничиться только ссылкой на некоторые из них и сформулировать свое отношение относительно понятия и содержания отмеченного средства уголовно-процессуального доказывания. Заметим, что законодатель в ч. 1 ст. 69 УПК РФ ограничился указанием на то, что доказательствами являются “любые фактические данные”, при помощи которых устанавливаются обстоятельства, входящие в предмет доказывания. При этом содержание таких фактических данных законодатель не раскрывает. Нам представляется, что в этом плане наиболее удачно раскрыто содержание доказательств проф. Ф.Н.Фаткуллиным, считающем, что последние выступают в виде “конкретных сведений об исследуемых фактах и подтверждаемые ими или непосредственно воспринимаемые судьями (следователями) доказательственные факты, на основе которых в определенном законом порядке устанавливаются наличие или отсутствие преступного деяния, виновность лиц и иные обстоятельства, имеющие правовое значение по делу”13.

Доказательства, как видим, могут выступать, с одной стороны, в виде сведений о фактах реальной действительности, а, с другой стороны, в виде самих фактов реальной действительности.
В

12 См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе/Под ред. Н.В.Жогина. М, 1973; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978; Курс советского уголовного процесса. Общая часть/Под ред. А.Д.Бойкова и И.И.Карпеца. М, 1989. С. 550-604; Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 135-139; Уголовный процесс/Под ред. К.Ф.Гуценко. М., 1997. С.132-136;

13 Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1973. С. 114.

20

совокупности своей они и составляют то, что законодатель называет фактическими данными. Такое во многом устоявшееся положение доказательств удовлетворяет мыслительно- практическую

деятельность субъектов доказывания своей прямой связью и приземленностью к решению конкретных задач как на отдельном этапе производства по конкретному уголовному делу, так и в целом с позиции достижения по нему объективной истины.

Мы согласны с Н.Н.Ковтуном о том, что такое понимание доказательств не носит какого-то ограниченного характера14, а потому не может быть сведено только к возможности использования пусть даже применительно к уголовно-правовой квалификации и определению общественной опасности (аксиологическая характеристика) преступления знаний о соответствующих нормах уголовного права, включая и общие начала назначения, как это полагает В.С.Джатиев15.

Сведения о фактах и сами факты реальной действительности являются доказательствами постольку, поскольку, как отмечает проф. И.Я.Дюрягин, содержат информацию об обстоятельствах, подлежащих доказыванию и охватываются понятием “фактические данные”16.

Для того, чтобы фактические данные (доказательства) могли выступать по уголовному делу в качестве доказательств, они, помимо всего прочего, должны отвечать требованиям относимости и допустимости.

В первом случае речь идет о наличии между установленными по конкретному уголовному делу фактами и обстоятельствами и доказательствами существенной объективной связи; во-втором - то,

14 См.: Ковтун Н.Н. Спорные вопросы теории доказательств//Гос. и право. 1997. № 6. С. 73.

15 Джатиев B.C. Общая методология и современные проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Владикавказ, 1995. С. 6.

21

что доказательства должны быть получены только должностными лицами компетентных органов из перечисленных в части 2 ст. 69 УПК РФ источников и только определенным законом способом и с соблюдением соответствующей процессуальной формы. Малейшее отступление (нарушение) процессуальной формы приводит к утрате доказательственного значения той или иной информации об обстоятельствах, так или иначе связанные преступлением, ставшим предметом расследования или разрешения в суде. В Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 31 октября 1995 года “О применении судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия” перечислены конкретные случаи, когда фактические данные должны всегда признаваться как полученные с нарушением закона,а, следовательно, и не могущими выступать в качестве доказательств по уголовному делу. Таковыми, в частности, названы случаи, когда имеет место: а) нарушение гарантированных Конституцией Российской Федерации прав человека и гражданина при собирании и закреплении доказательств;

б) нарушение установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка собирания и закрепления доказательств;

в) собирание и закрепление доказательств ненадлежащим лицом или органом; г) получение доказательств в результате действий, не предусмотренных уголовно-процессуальными нормами.

Относительно понимания источника доказательств мы разделяем мнение тех, кто связывает ее трактовку с единством процессуальной формы вовлечения фактических данных, признаваемых доказательствами по конкретному уголовному делу, и носителями таких данных17. Сказанное можно выразить в схеме:

16 Уголовный процесс/Под ред. И.Я. Дюрягина и П.М. Давыдова. Екатеринбург, 1991. С. 68.

22

Схема 3.

^^ ^^\ 1. Носитель фактической

/ \ < информации.

^^——] -^^^ \ [2. Процессуальная форма

’^^ ~х-г1~Г^^\ / вовлечения этой фактической

\^^ -__^/^у информации в сферу уголовно-

<^Ц1 Щ^Х процессуального доказывания.

Так, к примеру, очевидцами автотранспортного происшествия могут быть десятки людей (потенциальные носители доказательственной информации); в качестве источника доказательств в данном случае будут фигурировать лишь показания тех из них, кто будет допрошен в качестве свидетеля по уголовному делу и чьи показания будут актуализированными посредством облечения доказательственной информации в форму свидетельских показаний в соответствующем документе - протоколе допроса свидетеля (ст. 160 УПК РФ).

Что касается возможных источников, то их перечень указан законодателем в ч. 2 ст. 69 УПК РФ. В последующих статьях УПК РФ (ст. 78-88) раскрываются их наиболее сущностные свойства. Особого труда они, на наш взгляд, не представляют. К тому же обстоятельной характеристике почти каждого их них посвящены специальные исследования18. Нам представляется, что при всей своей органической связи отождествлять доказательства и их источники,

См.: Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1973. С. 125. 18 См.: Рахунов Р.Д. Свидетельские показания в советском уголовном процессе. М., 1955; Каминская В.И. Показания обвиняемого в уголовном процессе. М, 1966; Якуб М.Л. Показания свидетелей и потерпевших. 1968; Петрухин И.Л. Экспертиза как средство доказывания в советском уголовном процессе. 1964; Селиванов Н.А. Вещественные доказательства. М., 1971.

23

как это иногда встречается в литературе19, нельзя. Источники доказательств, как отмечалось, являются лишь носителями фактических данных, которые при их относимости к обстоятельствам, образующим предмет уголовно- процессуального доказывания по делу, могут стать по нему доказательствами. Более того, сами источники доказательств должны отвечать требованию допустимости в том смысле, что они должны быть предусмотрены уголовно-процессуальным законом. Только законодатель может расширить или как-то видоизменить указанный в ч. 2 ст. 69 УПК РФ перечень источников доказательств. Относительно необходимости этого высказано немало предложений. В их числе о необходимости включения в число источников доказательств видео- и звуко- записи, материалов оперативно-розыскной деятельности,

парапсихологические (экстросенсорные) явления .

Не ставя перед собой задачу обстоятельного анализа подобных суждений и соглашаясь с тем, что наш законодатель при конструировании тех или иных законоположений несомненно должен учитывать современные достижения науки и техники, мы считаем, что все такие предложения полностью вписываются в перечень закрепленных в ч. 2 ст. 69 УПК РФ восьми разновидностей источников доказательств, неотъемлемое и необходимое качество которых заключается в возможности проверки содержащихся в таких источниках доказательственной информации, в оценке их достоверности с позиции наличия в реальной действительности21.

19 См.: Дорохов В.Я. Протоколы следственных и судебных действий как вид доказательств//Сов.гос. и право. 1973, № 3; Уголовный процесс/Под ред. Гуценко К.Ф.М., 1997. С. 134.

20 См.: Богданов В., Клемешов П. Следствию помог экстрасенс//Соц. законность, 1991. № 8. С. 29-30; Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М, 1995. С. 46- 59; Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. М., 1996.

21 См.: Заключение А. Ратинова и В. Волкова на указанную выше статью В. Богданова и П. Клемешова. Следователю помог экстрасенс//Соц. законность. 1991. №8. С. 31; Давлетов А.,

24

В качестве возможных способов собирания доказательств выступают предусмотренные в ст. 70 УПК РФ процессуальные действия. В их числе следственные действия (допросы, осмотры, обыски, опознания, очные ставки, экспертизы и т.д.), истребование от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан предметов и документов, могущих установить необходимые по уголовному делу фактические данные, производство ревизий и документальных проверок. Здесь также можно привести значительное число литературных источников, посвященных раскрытию существа и социального назначения каждого из способов получения и использования доказательств . При этом учеными высказываются заслуживающие внимание предложения по повышению эффективности производства процессуальных действий как во время производства по уголовному делу предварительного, так и судебного следствия23.

В качестве возможных способов получения и использования доказательств уголовно-процессуальный закон называет еще и истребование органами следствия, прокуратуры и суда значимых по делу предметов и документов от физических и юридических лиц, в распоряжении которых они находятся, поручение со стороны этих же органов производства ревизий и документальных проверок, представление в распоряжение таких органов доказательств участниками уголовного процесса
(подозреваемым, обвиняемым,

Семенцов В. Оперативная видео- и звукозапись//Соц. законность, 1991.№ 11. С. 37-40; Уголовно-процессуальное законодательство СССР и РСФСР. Теоретическая модель/Под ред. В.М. Савицкого. М., 1990. С. 118.

22 См.: Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие. М., 1965. С. 108-169; Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. Минск, 1973; Шейфер С.А. Следственные действия. М., 1981; Зинатуллин 3.3., Гордон Э.С, Глебов В.Г. Освиедетельствование на предварительном следствии. Ижевск, 1987.

2 См.: Ларин А.М. Расследование по уголовному делу. М., 1986; Казинян Г.С., Соловьев А.Б. Проблемы эффективности следственных действий. Ереван, 1987; Истина… и только Истина! М., 1990. С. 240-309; Шейфер С.А. Проблемы правовой регламентации доказывания в уголовно- процессуальном законодательстве Российской Федерации//Гос. и правуо. 1995. № 10. С. 97- 103; Зархин Ю.М. Тенденции развития уголовно-процессуального права России. Ижевск, 1996.

25

защитником и т.д.) и любыми иными гражданами, предприятиями и организациями (ст. 70 УПК РФ).

Из изложенного видно, что в качестве способов получения и использования доказательств в уголовном процессе России могут выступать довольно широкий круг следственных и иных процессуальных действий, которые в своей совокупности вполне достаточны для установления по каждому уголовному делу объективной истины, успешного выполнения стоящих перед уголовным процессом задач. Последовательность их проведения обуславливается особенностями каждого отдельного уголовного дела, теми непосредственными задачами, которые стоят перед лицом, расследующим уголовное дело, прокурором, судом на отдельно взятом этапе движения по делу.

Сегодня уже не представляется остро дискуссионным вопрос о том, может ли оперативно-розыскная деятельность выступать в качестве одного из возможных способов получения и использования доказательств.

Позитивно и с убедительной аргументацией решают данный вопрос Е.А.Доля, Н.М.Кипнис, С.А.Шейфер и др.24. Иного решения и быть не может. Правовая база этого уже давно была заложена в части 1 ст. 118 УПК РСФСР, которая усилилась Законами РФ «Об оперативно-розыскной деятельности в РФ» от 13 марта 1992 г. и «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г.

Средства уголовно-процессуального доказывания могут быть разделены по определенным признакам на отдельные, относительно самостоятельные группы. Благодаря такой классификации органы предварительного расследования,
прокуратуры и суда получают

24 Доля Е.А. Использование в доказывание результатов оперативно-розыскной деятельности. М., 1996; Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М., 1995;

26

возможность более эффективнее и целеустремленнее использовать те или иные средства уголовно-процессуального доказывания.

В зависимости от того, кто является носителем фактической информации доказательства и их источники могут быть подразделены на личные и предметные; исходя из их качественной характеристики - на доброкачественные и недоброкачественные; степени опосредствования содержащейся в доказательствах и их источниках информации об обстоятельствах уголовного дела - на первоначальные и производные. По отношению к виновности обвиняемого (подсудимого) в совершении преступления доказательства делятся на обвинительные и оправдательные, а по отношению к установленным по уголовному делу фактам прямые и косвенные.

Что же касается способов получения и использования доказательств, то они подразделяются обычно на следственные и иные процессуальные действия.

Такова краткая характеристика средств уголовно- процессуального доказывания, проблемам оценки которых и посвящается данное исследование.

1.2. Понятие и содержание оценки средств уголовно- процессуального доказывания.

В сложном дискуссионном вопросе о структурных элементах уголовно-процессуального доказывания оценке доказательств всегда находится место. В одних случаях ему отводится третье место25, в

Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий в доказывании по уголовному делу//Гос. и право. 1997. № 9. С. 57-63.

25 См.: Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М, 1966; Теория доказательств в советском уголовном процессе/Под ред. Н.В. Жогина. М., 1973. С. 298; Уголовный процесс/Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1997. С. 136-139. По мнению Ю.М. Зархина

27

других - четвертое . Нам представляется, что в любом варианте речь должна идти не только об оценке только доказательств, а вообще о всех разновидностях средств уголовно-процессуального доказывания, в том числе и об оценке источников доказательств, способах их собирания (получения) и использования.

Относительно правовой природы такой оценки в процессуальной литературе высказаны различные суждения (еще раз заметим, что суждения эти высказаны применительно только к оценке доказательств; мы же распространяем их на оценку всех средств уголовно-процессуального доказывания).

По мнению одних ученых такая оценка сводится лишь к сугубо логическим операциям, мыслительным актам. Известный ученый- процессуалист проф. И.Л. Петрухин еще в 1973 году писал, что «оценка доказательств представляет мыслительную деятельность следователя, прокурора, судей, осуществляемую в логических формах при соблюдении научной методологии познания, обеспечивающей достижение истины»27.

Представляется, однако, что оценку средств уголовно- процессуального доказывания нельзя рассматривать только как логическую операцию. Она (оценка) представляет собой составной элемент всего уголовно-процессуального доказывания, в определенной степени урегулированной нормами уголовно- процессуального права, а потому и «выступает как необходимая предпосылка для принятия (и обоснования) почти
любого

собирание, проверка и оценка доказательств являются основными элементами доказательственной деятельности/см.: Зархин Ю.М. Доказывание в уголовном процессе. М, 1997. С. 22. Отсюда, данный автор не исключает наличия в уголовно-процессуальном доказывании и других его структурных элементов.

26 См.: Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 47.

27 Теория доказательств в советском уголовном процессе/Под ред. проф. Н.В. Жогина. М, 1973. С. 427.;См. также: Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М., 1977. С. 3; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблема доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. С. 212; Уголовный процесс/Под ред. ЧельцоваМ.А. М, 1969. С. 123.

28

процессуального решения по делу». Действительно, без оценки немыслим весь процесс собирания, исследования средств уголовно-процессуального доказывания, формулирование выводов и принятие правильного процессуального решения по отдельным частным вопросам расследуемого или разрешаемого дела и в целом по делу. Если бы эта оценка сводилась только к актам мысли, к сугубо умственным операциям, то она не выходила бы за пределы сознания соответствующего субъекта уголовно-процессуального доказывания, была бы никому, кроме этого лица, неизвестна и лишалась бы всякого своего правого значения. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания, сводится лишь к умственным операциям, не могла бы быть урегулирована соответствующими правовыми нормами по той простой причине, что акты мысли, не нашедшие своего внешнего проявления, не подвластны законодателю (они остаются внутри сознания того, кто мыслит и подчинены общим законам мышления). Лишь при проявлении таких актов «во вне», акты мысли приобретают определенные контуры в конкретных действиях людей (в нашем случае - в процессуальных действиях, таких как в принятии решения о привлечении лица в качестве обвиняемого; в постановлении судом обвинительного или оправдательного приговора и т.д.). Благодаря таким процессуальным действиям оценка тех или иных средств уголовно-процессуального доказывания объективизируется, приобретает реальные очертания, становится достоянием участников уголовного процесса.

Из сказанного видно, что оценка средств уголовно- процессуального доказывания, выступая в качестве определенного мыслительного акта оценивающего их субъекта уголовно-процессуальной деятельности (участника
уголовного процесса),

29

подвергается еще и соответствующему правовому регулированию . Причем нормы права устанавливают не сам порядок мышления, который во многом зависит от сознания, умственных способностей лица, оценивающего средства уголовно- процессуального доказывания, а цель, принципы и условия оценки указанных выше средств (ст. 13-20 УПК РФ), а также внешнее выражение результатов их оценки, находящее, как правило, свое отражение в соответствующих процессуальных актах (ст. 92, 112-113, 129, 144 и др. УПК РФ).

Подчеркивая данное обстоятельство, проф. Треушников М.К. отмечал, что «нормы права устанавливают истинность логических выводов судей и других субъектов доказывания»29. Сказанное им применительно к гражданскому процессу в равной степени распространим и на любое иное производство (административный, уголовный процесс).

Что касается содержания оценки отдельных разновидностей средств уголовно-процессуального доказывания, то в процессуальной литературе оно определяется неоднозначно.

Так, относительно содержания оценки доказательств как одного из средств уголовно-процессуального доказывания ученые едины в том, что оценке со стороны участников уголовного процесса должны подвергаться все их ценностные свойства. Относительно же последних мнения расходятся. Если одни авторы считают, что оценке подлежат такие качества доказательств взятых в отдельности как их достоверность, а в совокупности - достаточность для принятия

Теория доказательств в советском уголовном процессе/Под ред. проф. Н.В. Жогина. М, 1973. С. 427.;См. также: Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М., 1977. С. 3; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблема доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. С. 212; Уголовный процесс/Под ред. Чельцова М.А. М., 1969. С. 123. 29 Треушников М.К. Доказательства и доказывание в советском гражданском процессе. М., 1982. С. 71.

30

процессуально значимого решения по делу , то другие указывают на необходимость оценки не только указанных ценностных свойств доказательств, но и их допустимость, относимость к обстоятельствам предмета уголовно-процессуального доказывания и значение как отдельно взятых доказательств, так и их совокупности31.

Представляется, что содержание оценки доказательств не может быть сведено к оценке лишь отдельных их качеств, а должно включать в себя оценку всех ценностных свойств их, от которых прямо или косвенно зависит установление по каждому расследуемому или разрешаемому уголовному делу объективной истины, прежде всего, того, что имело место в момент совершения преступления в реальной действительности.

Отсюда в содержание оценки доказательств должно входить определение всех их ценностных свойств, влияющих на достижение по делу объективной истины. В число этих свойств следует включить допустимость, относимость, достоверность, достаточность доказательств, а также взаимосвязь между ними». Свойство допустимости доказательств связано с решением вопроса о том, предусмотрен ли уголовно-процессуальным законом источник получения сведений о фактах (фактических данных), соблюдены ли правила их обнаружения и процессуального закрепления и как отразились на достоверности сведений процессуальные нарушения, если они были допущены. Допустимость доказательств - это, прежде всего, получение сведений из предусмотренных в ч. 2 ст. 69 УПК РФ источников. Исчерпывающий перечень источников фактических данных,
указанных в законе, и их подробная характеристика,

30 См.: Каз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Саратов, 1960. С. 47; Арсеньев В. Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. М, 1964. С. 130.

31 См.: Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. М, 1966. С. 36; Давлетов А.А. Оценочная деятельность в уголовно-процессуальном познании//Актуальные проблемы советского уголовного процесса. Свердловск, 1987. С. 76.

31

содержащаяся в ст. 72-88 УПК РФ означает безусловно недопустимость фактических данных в качестве доказательств, полученных из источников, не предусмотренных уголовно- процессуальным законом. Использование не предусмотренных законом источников приводит к тому, что полученные фактические данные не приобретают значения уголовно- процессуальных доказательств и не могут быть положены в основу выводов по уголовному делу. Так, в соответствии со ст. 74 УПК РСФСР не могут быть приняты в качестве доказательств фактические данные, содержащиеся в показаниях свидетелей и потерпевших, если эти лица не в состоянии указать источник своей осведомленности о сообщаемых ими фактах. Не могут быть допустимыми и доказательства, полученные у категории лиц, указанных в ст. 72 УПК части 2, а именно: защитник обвиняемого и подозреваемого, при свидетельствовании об обстоятельствах дела, которые стали ему известны в связи с выполнением обязанностей защитника (п. 1 ч. 2 ст. 72 УПК); лицо, которое в силу своих физических или психических недостатков не способно правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания (п. 2 ч. 2 ст. 72 УПК); адвокат, представитель профессионального союза и другой общественной организации при свидетельствовании об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с исполнением ими обязанностей представителя; священнослужитель при свидетельствовании об обстоятельствах, которые стали ему известны при исповеди граждан (ст. 13 Закона РСФСР от 25.10.90 «О свободе вероисповеданий»); сотрудники средств массовой информации (журналисты) в части сведений об источнике информации (ст. 41 Закона РФ от 27.12.91 «О средствах массовой информации»); должностные лица
органов,

32

осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, в части сведений об организации, о тактике, методах и средствах осуществления оперативно деятельности, а также сведений о лицах, внедренных в организованные преступные группы, о штатных негласных сотрудниках, о лицах, оказавшихся или оказывающих содействие этим органам на конфиденциальной основе (ст. 21 Федерального закона от 12.08.95 «Об оперативно- розыскной деятельности»).

Допустимость доказательства предполагает также определенную процессуальную форму и метод (способ) их получения. Недопустимо использовать в уголовном процессе доказательства, полученные с нарушением процессуального порядка обнаружения и их закрепления. Способ собирания доказательств определяется особенностью источников фактических данных. Каждому способу собирания доказательств соответствует определенный порядок обнаружения, получения и процессуального закрепления доказательств. Соблюдение установленного порядка проведения следственного действия служит гарантией достоверности полученных фактических данных (доказательств).

Процессуальная форма, как известно, обслуживает две тесно между собой связанные задачи: во-первых, обеспечить достоверность доказательств; во-вторых, оградить права и интересы граждан в уголовном процессе. Человеческое достоинство, права личности в обществе представляют собой самостоятельную и очень высокую социальную ценностью. Установление объективной истины по уголовному делу не должно осуществляться за счет их нарушения. Поэтому, безусловное признание доказательств не допустимым должно наступать не только в случае, когда оно получено из ненадлежащего источника, но и тогда, когда его получение было

33

сопряжено с существенным нарушением прав и интересов граждан. Правила получения доказательственной информации и порядка ее фиксации направлены на обеспечение достоверности доказательств, поэтому их оценка становится составной частью решения этой более общей задачи. Если допущенные нарушения удается восполнить путем проведения других процессуальных действий, то «они могут быть сочтены несущественными, т.е. не повлиявшими на всесторонность, полноту и объективность расследования, а доказательства - допущены к дальнейшему исследованию и оценке» . Большей частью это касается установленной законом процессуальной формы закрепления доказательств. Так, свидетель может удостоверить в суде правильность записи своих показаний, данных им в ходе следствия, хотя протокол его допроса им и не был подписан по недосмотру следователя: понятой - засвидетельствовать свое участие в проведении осмотра места происшествия, хотя подписи его в протоколе и нет. Сказанное, однако, не следует расценивать как некоторое послабление к требованию соблюдения процессуальной формы. Правовой нигилизм обходится для правосудия в конечном итоге очень дорого. Достаточно сказать, что несоблюдение процессуальной формы ведет к возвращению прокурором уголовного дела на дополнительное расследование (ст. 211 УПК РФ); суд кассационной инстанции может усмотреть в этом существенное нарушение уголовно-процессуального закона и на этом основании вернуть уголовное дело на доследование или новое судебное рассмотрение (ст. 345 УПК РФ).

Верховный суд Удмуртской республики, в частности в 1995 году давжды отменял приговор возвращал и со стадии кассационного производства в Ленинский районный суд г. Ижевска уголовное дело

32 Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М, 1977. С. 9.

34

по обвинению А. По части 3 ст. 144 УК РСФСР 1960 года на новое судебное рассмотрение по одной лишь той причине, что А., являющемуся киргизом по национальности, в суде первой инстанции не предоставляется переводчик.

Важные задачи следственных и судебных органов состоит в том, чтобы не загромождать уголовное дело не относящимися к его существу фактами и материалами, а исследовать только то, что имеет непосредственное значение для установления объективной истины, для правильного разрешения дела. Поэтому при оценке доказательств суду необходимо определить его относимость, под которой понимается «внутренне присущее им свойство, выражающее их существенную объективную связь с любым искомым фактом по

33

делу» .

Если свойство допустимости доказательств связано с их процессуальной формой, то их относимость определяется качеством содержания доказательств, т.е. наличием в доказательствах достаточной информации, способной подтвердить или опровергнуть интересующие следственно- прокурорские и судебные органы факты и, прежде всего, о наличии (отсутствии) исследуемого события и виновности (невиновности) обвиняемого (подсудимого) в его совершении.

Свойство относимости доказательств состоит в их объективной связи с исследуемыми обстоятельствами уголовного дела. Однако, эта связь к началу расследования уголовного дела или его судебного рассмотрения находится в прошлом и задача уголовно- процессуального доказывания состоит в том, чтобы их восстановить. Относимость к уголовному делу сведений о тех фактах, которые имеют прямое материально-правовое значение, всегда очевидна, и

33 Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1973.С. 118.

35

поэтому решение вопроса в этой части не встречает серьезных затруднений. Также легко определяется относимость
прямых доказательств, содержание которых совпадает с установливаемым событием преступления и виновностью
(невиновностью) обвиняемого (подсудимого). Остальные же доказательства по своему содержанию таковы, что наличие
и характер их связи с исследуемыми обстоятельствами дела менее определенные. Нередко эти связи бывают настолько сложными, что органами следствия и суда приходится выяснять
и обосновывать связь конкретных сведений, содержащихся в том или ином процессуальном источнике, и устанавливаемого
доказательственного факта, связь между отдельными доказательственными фактами. Решение вопроса об относимости такого рода доказательств выступает первоначально в форме предположительного суждения о их возможной
связи с подлежащими установлению по уголовному делу обстоятельствами. Орган предварительного расследования и
суд должен признать полученные им сведения о тех или иных явлениях, материальные следы и другие доказательственные факты относящимися к делу, если вероятна их существенная связь с содеянным и возможна их способность быть определенной
информацией о значимых по уголовному делу фактах и обстоятельствах. В процессе дальнейшего уголовно- процессуального доказывания наличие или отсутствие такой связи выясняется достоверно. Если обнаруживается, что в объективной действительности ее не было, то соответствующие фактические данные могут оказаться не относящимися к данному уголовному делу. В случаях, когда подтверждается
объективно существующая связь между доказательствами и обстоятельствами уголовного дела, эти фактические данные признаются относимыми,

36

оцениваются по существу и кладутся в основу соответствующих выводов и решений по расследуемому или разрешаемому делу.

Суть правила об относимости доказательств заключается в ограничении пределов доказывания кругом существенных для разрешения уголовного дела обстоятельств. Основу для решения этого вопроса дает уголовно-процессуальный закон, устанавливающий в общем виде предмет доказывания по уголовным делам (ст. 68 УПК РФ). Из всего круга относящихся к делу доказательств следует, в первую очередь, выделить фактические данные, указывающие на: а) наличие или отсутствие события преступления; б) виновность (невиновность) обвиняемого в его совершении. Эти доказательства позволяют ответить
на

центральный вопрос уголовно-процессуального доказывания - об умышленном, неосторожном или случайном совершении определенным лицом конкретных действий преступного либо, напротив, непреступного характера34. Важнейшим условием вынесения правильного процессуального решения является наличие по делу достоверных доказательств. Для установления достоверности доказательств надо не только познать и оценить их внешние признаки, а необходимо в каждом отдельном случае глубоко проникнуть в их сущность, познать их наиболее важные и существенные признаки, их особенности и значение для расследуемого или разрешаемого уголовного дела.

Ответить на вопрос о достоверности того или иного доказательства можно лишь в результате тщательного и всестороннего изучения в совокупности источника фактических данных и всего хода формирования доказательств: способности допрашиваемого лица (свидетеля, потерпевшего и т.д.)
к

37

восприятию, запоминанию, воспроизведению информации об обстоятельствах дела, факторов, могущих повлиять на эти процессы и т.д. Итоговое решение о достоверности отдельного доказательства может быть принято следователем, прокурором, судом лишь в результате сопоставления его содержания с информацией, полученной из других процессуальных источников. Сказанное относится ко всем без исключения доказательствам. Следует учитывать, что окончательно вопрос о достоверности отдельного доказательства устанавливается в результате оценки не всех фигурируемых по делу доказательств, а только тех, которые относятся к одному и тому факту. В связи со сказанным нельзя согласиться с теми, кто предлагает с помощью введения определенных стандартов доказанности придать одним доказательствам большую достоверность по отношению в другим . В истории цивилизации это уже было, когда достоверность сообщаемых вассалом фактов оценивались значительно выше аналогичных сведений раба. Достоверность доказательств не может оцениваться по каким-то формализованным признакам, а только «содержательно и лишь после того, как установлена допустимость доказательств»36

Окончательное решение вопроса о достоверности доказательства может быть принято только в результате сопоставления его содержания с информацией, полученной из других процессуальных источников.

В уголовно-процессуальном доказывании фактические данные приобретают доказательственное значение лишь в связи друг с

34 См.: Мотовиловкер Я.О. Основной вопрос уголовного дела и его компоненты. Воронеж, 1984. С. 7.

35 См.: Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Общая часть. Проект ГПУ Президента РФ. М., 1995. С. 150.

38

другом. Доказательство, вырванное из связи с другими фактами, не может служить основой выводов о наличии или отсутствии преступления, виновности лица в его совершении. Ни одно доказательство независимо от кажущейся своей убедительности не может считаться достаточным для принятия какого-либо процессуального решения, если оно не подтверждается другими доказательствами по уголовному делу.

Составной частью процесса оценки доказательств и установления их достоверности является оценка их источников с точки зрения доброкачественности последних. Оценка источников доказательств имеет исключительно важное значение во всей процессуальной деятельности органов предварительного расследования и суда по доказыванию обстоятельств, относящихся к событию преступления, так как все обстоятельства, входящие в предмет уголовно-процессуального доказывания по конкретному уголовному делу, устанавливаются при помощи предусмотренных в законе источников (ч. 2 ст. 69 УПК РФ). Поэтому, для того, чтобы установить тот или иной факт, имеющий значение для уголовного дела, необходимо прежде всего исследовать и правильно оценить источники доказательств, убедиться в его доброкачественности, в достоверности содержащихся в нем сведений об искомых фактах.

Но доброкачественность источника доказательств еще не означает достоверность полученных из него сведений об исследуемом (устанавливаемом) факте. Эти сведения могут соответствовать, а могут и не соответствовать обстоятельствам совершенного преступления. Так, при всем добросовестном отношении свидетеля рассказать правду об обстоятельствах, известных ему
по расследуемому уголовному делу, он может

36 Грушина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном

39

ошибаться, заблуждаться, передавать неточно те или иные важные обстоятельства. Следовательно, чтобы убедиться в достоверности сообщаемых сведений о том или ином факте (обстоятельстве) нужно тщательно исследовать эти сведения, проанализировать их фактическое содержание, сопоставить их с другими доказательствами, установить их взаимосвязь, выяснить причину выявившихся противоречий. Только такая оценка каждого источника доказательств позволит органам предварительного расследования, прокуратуры и суда сделать правильные выводы о достоверности или недостоверности полученных сведений о доказываемом факте (обстоятельстве).

Особые, повышенные требования должны предъявляться к оценке косвенных доказательств. Их оценка требует особенно тщательного всестороннего исследования и выяснения всех обстоятельств, всех штрихов и деталей, относящихся к событию преступления, глубокого анализа и проникновения в содержание каждого доказательства, установления его органической связи с другими доказательствами.

Очень ответственной задачей оценки доказательств является определение их достаточности для принятия того или иного решения по уголовному делу. Собранные доказательств могут быть относящимися к уголовному делу, допустимыми, достоверными по всему содержанию и тем не менее их может оказаться недостаточно для того, чтобы признать установленным наличие обвинения и виновности определенного лица в инкриминируемом преступлении. Может создаться и такое положение, когда доказательства будут признаны достаточными лишь в отношении некоторых входящих в предмет уголовно- процессуального доказывания обстоятельств и

процессе//Автореф. дис… канд. юрид. наук. М., 1996. С. 12.

40

РОССИЙСКАЯ

недостаточными, чтобы дать достоверное значение о наличии других устанавливаемых по делу обстоятельств.

Вывод о недостаточности доказательств для категорического суждения - такой же объективно возможный результат судебного познания, как, например, и твердое убеждение в виновности или невиновности обвиняемого. Связывать его во всех случаях с ошибками, допущенными при исследовании и оценке доказательств, было бы неправильно. Предварительное и судебное следствие по уголовному делу могут быть проведены с исчерпывающей полнотой и объективностью и тем не менее не завершиться достоверными выводами. Закон предусмотрел такие ситуации, регламентировав оправдание или прекращение уголовного дела за недоказанностью участия обвиняемого (подсудимого) в совершении преступления, если исчерпаны все возможные для собирания дополнительных доказательств (ч. 1 ст. 208, ч. 3 ст. 309 УПК РФ).

Уголовно-процессуальный закон не раскрывает понятия «достаточности доказательств». Понятие достаточности доказательств связывается с наличием такой совокупности доказательств по уголовному делу, которая образует взаимно согласованную и внутренне связанную систему доказательств, правильно отражающую действительную связь событий и фактов. Требование наличия совокупности доказательств для установления обстоятельств совершенного преступления закреплено в уголовно-процессуальном законе (ст. 71 УПК РФ).

Вопрос о том, какова должны быть совокупность доброкачественных доказательств для принятия того или иного процессуального решения практически всегда находится в центре внимания правоприменителя. Решение об избрании той или иной меры уголовно-процессуального пресечения (подписки о невыезде,

41

заключении под стражу и т.д.), например, может основываться на доказательствах, формирующих лишь вероятные знания о возможности ненадлежащего поведения обвиняемого во время производства по уголовному делу. Сформулировать же обвинение по уголовному делу следователь может лишь при наличии такой совокупности достоверных доказательств, которая дает однозначный положительный ответ на вопросы о наличии преступного деяния, всех конструктивных элементов конкретного состава преступления, включая и виновность определенного, точно известного следователю лица в совершении данного преступления.

Таково содержание оценки доказательств, занимающих среди средств уголовно-процессуального доказывания доминирующие положение.

Содержание оценки источников доказательств как средств уголовно-процессуального доказывания включает в себя, главным образом, оценку их допустимости и доброкачественности, а также полноту и достаточность источников доказательств для обеспечения в каждом конкретном случае требуемых пределов процессуального доказывания.

Допустимость источников доказательств предполагает их предусмотренность уголовно-процессуальным законом, в частности, ч. 2 ст. 69 УПК РФ. Таковыми являются показания свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, заключение эксперта, вещественные источники доказательств, протоколы следственных действий и документы. Никакие другие средства информации органов расследования, прокуратуры и суда о тех или иных фактических данных (материалы оперативно- розыскных действий, анонимные письма, слухи и т.д.) не могут выступать в качестве источников доказательств. Любое изменение перечня источников

42

доказательств, как отмечалось, возможно лишь по воле законодателя. Выше мы высказали мнение о том, что закрепленный в ст. 69 УПК РФ перечень источников доказательств с позиции требований сегодняшнего дня вполне достаточен для установления необходимых по расследуемому или разрешаемому уголовному делу обстоятельств.

Никакие фактические данные, если они окажутся полученными из непредусмотренных законом процессуальных источников, не могут выступать в качестве доказательств по уголовному делу.

Во всех случаях, когда лица, расследующие уголовное дело или разрешающие обвинение по существу имеют дело с тем или иным указанным в ст. 69 УПК РФ источником доказательств они должны проверить и оценить доброкачественность такого источника.

Доброкачественность источника доказательств предлагает качественную характеристику: а)самого носителя

доказательственной информации по уголовному делу; б)процессуальной формы вовлечения такой информации в сферу уголовно-процессуального доказывания.

Носителями доказательственной информации могут быть люди и предметы материального мира. В первом случае источники доказательств носят наименование личностные (личные); во втором -предметные (вещественные).

При оценке личных источников доказательств (показаний подозреваемых, обвиняемых, свидетелей, потерпевших, экспертов и их экспертных заключений) необходимо учитывать множество факторов объективного и субъективного свойства, влияющих на формирование показаний или заключения. Применительно к показаниям речь идет о необходимости учета факторов, оказавших то или иное влияние на процесс восприятия
обстоятельств дела

43

(исследуемого события), сохранения воспринятого в
памяти, воспроизводства его в обстановке, в частности, допроса.

В свою очередь в каждом конкретном случае и на отдельно взятом этапе формирования показаний необходимо учитывать наличие определенных назовем их, «внешних» и «внутренних» условий. В первом случае речь идет о естественных природных явлениях. Известно, к примеру, что состояние видимости ночью и днем совершенно разное, в ясную солнечную погоду очертания наблюдаемых предметов человек воспринимает четче, яснее, чем в условиях тумана или дождя; в чистом поле слышимость значительно лучше, чем в условиях города, да еще при наличии оживленного движения транспортных средств.

На процесс восприятия тех или иных обстоятельств влияет значительное число самых разнообразных факторов субъективного характера. Среди них психофизиологические особенности воспринимающего: - возраст, состояние здоровья, темперамент (сангвиник может совершенно не заметить происходящего явления, в то время как холерик вряд ли упустит возможность поинтересоваться им), специальность (водитель- профессионал более точно назовет скорость движения сбившего пешехода автомобиля, чем человек, никогда не управлявший таким транспортным средством) и т.д. Еще А.Ф. Кони указывал на необходимость при оценке носителя доказательственной информации обязательно учитывать воспринимает ли определенные обстоятельства мужчина или женщина. Опираясь на медицинские показатели, да и обычную повседневную житейскую практику, он, в частности, отмечал, что острота зрения в среднем у мужчин выше, чем у женщин; в равной мере это относится и к ощущению чувства боли; что же касается обоняния,
возбудимости - ситуация здесь совершенно

44

противоположная . Да и направленность интереса к запоминанию у представителей мужского и женского пола несколько различная. Мужчина может не обратить особого внимания на особенности одежды той эли иной женщины, но что она стройна и мила легко запомнит; показания же женщины об одежде, ее фасоне будут, как правило, полнее и точнее.

Самые различные факторы влияют на сохранение воспринятого в памяти человека. Среди них и общее развитие его умственных способностей, временные границы между моментом восприятия информации и ее воспроизводством самые разные, назовем их «житейские ситуации» (в семье случилось несчастье, загруженность по работе, увлеченность каким-то явлением и т.д.). Законодатель в определенной степени учитывает это, определяя, к примеру, временные границы производства расследования по делу исходя из специфики последнего, отдельных следственных действий (ст. 123 УПК РФ предписывает допрашивать лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления, немедленно, но не позднее двадцати четырех часов с момента задержания). Все, однако, учесть невозможно.

Полнота и качество показаний допрашиваемого лица зависит и от того, как, при какой обстановке они оказываются полученными. Практика свидетельствует о том, что если допрос, скажем, свидетеля ведется в привычной для него обстановке (не в служебном кабинете отдела милиции, в котором к тому же кроме следователя находится и другие сотрудника «в установленной форме одежды», а дома, когда свидетеля ничего не отвлекает), то и сообщаемая информация бывает воспроизведена им, как правило, полнее и точнее. Не случайно законодатель, к примеру, предписывает определенный порядок вызова и

См.: Кони А.Ф. Избранные произведения. Т. 1. М., 1959. С. 157.

45

допроса несовершеннолетнего свидетеля или потерпевшего (ст. 156,159-160 УПК РФ), обвиняемого и подсудимого (ст. 395,397- 401 УПК РФ). Что касается обстановки допроса, то она должна способствовать спокойному воспроизводству лицом, дающим показания, всего того, что сохранилось в его памяти относительно обстоятельств преступления. Доброжелательность, такт, высокая культура общения вне сомнения способствуют получению допрашиваемым качественных показаний. Лицу, дающему показания, необходимо создать все условия, чтобы он в ферме свободного рассказа мог сообщить все известное ему о преступлении и других обстоятельствах предмета уголовно- процессуального доказывания и лишь после этого, как предписывает ст. 158 УПК РФ, «следователь может задать ему вопросы», не носящие к тому же наводящий характер. Применительно к допросу обвиняемого, то его нельзя допрашивать в ночное время (этого нельзя, по нашему мнению, делать в отношении всех других лиц), «кроме, как указывается в ст. 150 УПК РФ, случаев, не терпящих отлагательства» (такую «лазейку» из закона следует исключить как допускающую возможность злоупотребления ею со стороны, скажем, тех же сотрудников правоохранительных органов); к тому же это есть ни что иное как психологическое воздействие на допрашиваемого, достоинства которого, неприкосновенность его частной жизни. здоровья гарантируются Конституцией РФ (ст. 21,23,41).

Оценивая показания отдельных участников уголовного процесса необходимо учитывать факторы, в силу наличия которых они могут неправильно или искаженно воспринять определенные обстоятельства, их возможную заинтересованность в исходе дела. Находясь в эпицентре преступления, носящего характер насилия, потерпевший, к примеру, может преувеличенно воспринимать все

46

происходящее по отношению к нему и утверждать, что на него наехала грузовая машина (следы протектора свидетельствуют о наезде легковым автомобилем), что нападающих было много и все они «громилы» (в действительности оказывается, что грабителями оказались два подростка) и т.д. В показаниях потерпевшего может проявиться чувство горечи за утраченное, причиненный вред, невосполнимую утрату, месть. Все подобные субъективные наслоения могут существенно исказить картину преступления, а потому должны учитываться при оценке показаний допрашиваемых и быть исключены.

Что касается показаний обвиняемого, то законодатель не случайно специально оговаривает то, что «признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при подтверждении признания совокупностью имеющихся доказательств ил делу» (ч. 2 ст. 77 УПК РФ). Такое признание может иметь место по самым различным мотивам - от того, чтобы «выручить попавшего в беду товарища», до выполнения специального заказа преступного формирования.

После принятия 12 декабря 1993 года ныне действующей Конституции РФ применительно к показанием допрашиваемых лиц вообще, но, прежде всего, обвиняемых и подсудимых появилась еще одна проблема. Дело в том, что в соответствии со ст. 51 Конституции РФ « никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом». Перед началом допроса содержание данной нормы разъясняется допрашиваемому. Появилась, скажем так, «право на молчание» со стороны лица, подвергаемого допросу. Причем, право такого лица воспользоваться указанным положением не влечет для допрашиваемого никаких, тем более негативного

47

характера последствий. Это обычное субъективное право человека. Но соответствующими должностными лицами наших правоохранительных органов воспринимается это, чаще всего, как негативное поведение допрашиваемого, а применительно к подозреваемым, обвиняемым, подсудимым как попытка, стремление избежать ответственности за содеянное. В конечном итоге такое отношение нередко приводит к осуждению подсудимого к более суровой мере уголовного наказания по сравнению с тем наказанием, которое применено к лицу, дававшему в судебном заседании показания, иногда даже ложные. Так, в Глазовском городском суде Удмуртской республики по делу Ш. И еще других пятерых подсудимых, обвинявшихся в ограблении квартир, рассмотренном летом 1996 года, двоим подсудимым, решимся воспользоваться ст. 51 Конституции РФ, назначенное по приговору суда наказание оказалось на два года больше, чем подсудимым, дававшим в суде показания, хотя роль этих двух подсудимых в преступлениях практически ничем не отличалась от степени участия в преступлениях других подсудимых (все соисполнители, все ранее не судимы, возрастные параметры также примерно одинаковы). Предстоит большая работа по искоренению такого отношения к конституционному праву допрашиваемого лица на молчание.

К числу личных источников доказательств относится и заключение эксперта (согласно ст. 192 УПК РФ он к тому же может быть допрошен и сообщенные при этом им сведения облекаются в форму показаний). Рассматриваемый источник доказательств основывается на произведенном экспертом исследовании в соответствии с его специальными познаниями. Данные обстоятельства предъявляют к оценке экспертного заключения повышенные требования. Лицо, оценивающее
то или иное

48

экспертное заключение, должно не просто руководствоваться общими принципами оценки средств уголовно-процессуального доказывания (об этом речь в следующем параграфе работы), но также как и применительно к оценке других личных источников доказательств (отчасти нами уже рассмотренных) учитывать ряд объективного и субъективного свойства факторов. В их числе условия производства экспертизы (проведена ли она в специальном экспертном учреждении, оборудованном современными научно-техническими средствами либо «кустарным» способом, «на глазок»), компетенция эксперта, в том числе владение (невладение) им передовой методологией исследования, качество и объем представленных на исследование материалов, четкость в формулировании экспертной задачи и т.д.

В конечном итоге все это должно находить отражение по тексту самого экспертного заключения, в его вводной, исследовательской и заключительной части. В качестве источника доказательств выступают не выводы эксперта, а все заключение в целом, со всеми его составными частями. Задача лица, расследующего уголовное дело, прокурора, суда (судьи) заключается в сценке всего (а не части) экспертного заключения, в противном случае при несогласии с таким заключением они не смогут свое несогласие мотивировать, как того требует закон (ч.З ст. 80 УПК РФ). Заключение эксперта не есть «научный приговор», как в свое время назвал его апологет сталинизма прокурор Союза ССР А.Я. Вышинский38, а источник доказательств, который необходимо оценивать наряду с другими, преимуществ над которыми оно не должно иметь. Мы не случайно написали здесь - «не должно иметь». На практике, к сожалению, экспертному заключению придается

38 Вышинский А.Я. Теория судебных доказательств в судебном праве. М., 1950. С. 264.

49

приоритетное значение, выводы эксперта почти всегда фигурируют в процессуальных решения, включая, естественно, и судебный приговор, причем с позиции, как правило, полного согласия с ним.

Предметные (вещественные) источники доказательств, а такими согласно ст. 83 УПК РФ являются «предметы, которые служили орудиями преступления, или сохранили на себе следы преступления, или были объектами преступных действий, а также деньги и иные ценности, нажитые преступном путем, и все другие предметы, которые могут служить средствами к обнаружению преступления, установлению фактических обстоятельств дела, выявлению виновных либо к опровержению обвинения или смягчению ответственности», подлежат тщательной оценке с позиции их доброкачественности, включающую в себя степень их взаимосвязи с обстоятельствами, входящими в предмет доказывания по конкретному уголовному делу, характер своей материализованности (следы четкие или напротив, расплывчатые, их носитель способен, скажем, на весь период производства по делу сохранить несущую им информацию, либо не способен к этому, и т.д.), четкое соблюдение процессуальной формы вовлечения таких доказательств в сферу уголовно- процессуального доказывания (предмет в установленном законом порядке осмотрен, описан в соответствующем протоколе и согласно ст. 84 УПК РФ приобщен к уголовному делу «особым постановлением лица, производящего дознание, следователя, прокурора или определением суда»).

Сказанное полностью относится и к документам, если они обладают свойствами вещественных источников доказательств. В случае же, когда документ выступает в качестве самостоятельного источника доказательств (ст. 88 УПК РФ) необходимо установить его подлинность с позиции того, кем, когда и кому он выдан, с какой

50

целью и какая информация в нем заложена.

Своеобразным, на наш взгляд, являются закрепленные в ст. 87 УПК РФ такие источники доказательств как
протоколы следственных и судебных действий. Их своеобразие видится нами в том, что они могут быть с одной стороны, носителями тех сведений, что содержатся в личных источниках доказательств (в показаниях свидетелей, потерпевших и др.), а с другой - того, что содержится в (или - на) предметах
материального мира - вещественных источниках доказательств (протоколы их осмотра). При их оценке внимание должно быть обращено не только на то, о чем они свидетельствуют, какая информация в них содержится, но и на их соответствие предъявляемым к такого рода процессуальным актам, требованиям. Применительно к последнему законодатель пошел по пути выделения как общих для всех таких источников доказательств требований, так и частных, относящихся к
процессуальному оформлению отдельных следственных действий. Общие требования получили свое нормативное закрепление в ст. 141 и 264 УПК РФ. Что касается частных, то они конкретизируют эти общие требования с позиции специфики их преломления к отдельным процессуальным действиям. Таковыми являются
протоколы допроса свидетеля и потерпевшего (ст. 160-161 УПК РФ), подозреваемого и обвиняемого (ст. 123,151-152 УПК РФ), протоколы осмотра и освидетельствования (ст. 182 УПК РФ), выемки, обыска, наложения ареста на имущество (ст. 176 УПК РФ), предъявления для опознания (ст. 166 УПК РФ) и

др.

Особое внимание нам хотелось бы обратить на качество составления протокола судебного заседания (ст. 264 УПК РФ). Дело в том, что такой протокол есть своеобразное лицо проведенного по уголовному делу судебного разбирательства. Все зафиксированное в

51

нем является кладезем принимаемого судом в совещательной комнате судебного решения. По такому протоколу судят о том, соблюден ли в ходе судебного следствия принцип всестороннего, полного и объективного исследования доказательств (ст. 20 УПК РФ), соблюдены ли другие принципы уголовного процесса, прежде всего, конституционные - осуществление правосудия только судом, открытость судебного заседания, состязательность и равноправие сторон, право подсудимого на защиту, презумпция невиновности и др. (ст. 118,123,48-49 Конституции РФ). Отступление от тех требований, которые предъявляются в соответствии со ст. 264 УПК РФ к протоколу судебного заседания, могут стать причиной отмены или изменения судебного приговора в проверочных стадиях уголовного процесса (в порядке кассационного и надзорного производства, а возможно и в порядке апелляции в случае введения законодателем такого производства) . Отсутствие же в уголовном деле протокола судебного заседания всегда влечет за собой отмену судебного приговора (п. 7 ч. 2 ст. 345 УПК РФ).

Способы выявления источников доказательств и получения, из последних доказательств также оцениваются с двух, тесно связанных между собой, позиций. Во-первых, необходимо установить, предусмотрен ли в законе тот или иной способ получения названных выше средств уголовно-процессуального доказывания; во-вторых, следует уточнить, насколько точно (правильно) при применении того или иного способа получения доказательств и, их источников были соблюдены требования уголовно-процессуального закона в части порядка установления и процессуальной формы. Для следователя, например, недостаточно только выяснение того факта, что используемый им способ получения, скажем, доказательства указан в

39 Предложение об этом смотрите: Уголовно-процессуальный кодекс РФ (проект)//Юрид.

52

законе. Необходимо, кроме того, проверить, правильно ли он использован, выполнены ли при этом соответствующие процедурные правила (в совокупности - соблюдена ли установленная законом процессуальная форма). Нарушение процессуальной формы производства по уголовному делу при использовании тех или иных способов собирания и закрепления доказательств и их источников не просто ставит под сомнение их доброкачественность, но начисто запрещает возможность какого- либо их использования. Прямое указание на это содержится в ч. 3 ст. 69 УПК РФ, согласно которого доказательства, полученные с нарушением закона признаются не имеющими юридической силы, а потому и не могут быть положены в основу обвинения и использоваться для доказывания любых из обстоятельств, входящих в предмет доказывания по расследуемому или разрешаемому уголовному делу. Это положение предписывается и в руководящем Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 29 апрелям 1996 года «О судебном приговоре»40.

В основе оценки средств уголовно-процессуального доказывания лежат определенные принципы. Рассмотрим их.

1.3. Принципы оценки средств уголовно-процессуального

доказывания.

Исходя из того, что оценка средств уголовно-процессуального доказывания есть структурный элемент последнего, являющегося своего рода стержнем всей уголовно- процессуальной деятельности, нетрудно сделать вывод о том, что и основывается такая оценка на всех тех принципах, на которых строится все здание Российского

вестник. Сентябрь, 1995. № 31 (122). С. 23.

53

уголовного процесса. Речь идет о принципах соблюдения требований законности, при производстве по уголовному делу, всесторонности, полноты и объективности исследования всех обстоятельств расследуемого или разрешаемого уголовного дела, других принципах уголовного процесса, получивших свое правовое закрепление не только в уголовно-процессуальном законодательстве (ст. 1,4,11-20 УПК РФ), но и в Основном законе России, ее Конституции (ст. 2,17-25,45-51 и др.). Нетрудно убедиться, в частности, в том, что принцип законности пронизывает весь уголовный процесс, он лежит в основе каждой отдельно взятой стадии уголовного процесса, каждого процессуального действуя, связанного в том числе и с оценкой средств уголовно-процессуального доказывания. Равным образом это можно проследить и применительно к принципам публичности, социальной справедливости, равенства сторон обвинения и защиты, соблюдения национального языка судопроизводства и др.

Вместе с тем каждый из таких принципов приобретает определенную специфику своего проявления применительно к решению конкретных практических задач.

Применительно к оценке средств уголовно-процессуального доказывания такая специфика заложена в содержании ст. 71 УПК РФ. Статья эта хотя и получила наименование как оценка доказательств, но ее положения в равной мере относятся к оценке всех средств уголовно-процессуального доказывания, включая источники доказательств, а также способы их получения и использования.

В данной норме закона общие принципы уголовного процесса как раз и проявляются в тех специфических принципах, на которых основывается процессуальная деятельность, связанная с оценкой средств уголовно-процессуального доказывания. В соответствии со

40 Российская юстиция. 1996. № 7.

54

ст. 71 УПК РФ «суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности, руководствуясь законом и социалистическим правосознанием». В части второй этой статьи подчеркивается, что «никакие доказательства для суда, прокурора, следователя и лица, производящего дознание, не имеют заранее установленной силы».

В литературе высказано мнение и о том, что в ст. 71 УПК РФ речь идет о едином требовании к оценке доказательств (средств доказывания - авт.), заключающемуся в том, что такая оценка должна осуществляться по внутреннему убеждению, основанному на: а) анализе совокупности доказательств; б)законе; в) правосознании41. Представляется, однако, что в ст. 71 УПК РФ четко выражены четыре взаимосвязанных между собой принципов оценки любых средств уголовно-процессуального доказывания, каждый из которых имеет специфический смысл и назначение, придающие ему относительную самостоятельность. Все средства уголовно-процессуального доказывания, прежде всего, оцениваются соответствующими лицами по их внутреннему убеждению. Относительно того, что понимается под внутренним убеждением необходимо, на наш взгляд, исходить из того, что это есть ничто иное, как убеждение лица, оценивающего средства доказывания, относительно обстоятельств расследуемого или разрешаемого конкретного уголовного дела, о доказанности или недоказанности его фактической стороны, о виновности или невиновности обвиняемого (подсудимого) и степени его ответственности. Внутреннее убеждение по М.С. Строговичу «есть субъективное выражение объективной

41 См.: Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. М, 1976. С. 88- 96.

55

истины» . Сказано хотя и очень кратко, но весьма метко и объемно.

В тех случаях, когда, к примеру, судья, не будучи связанным с мнением других участников уголовного процесса и не подчиняясь постороннему влиянию, сам лично оценивает доказательства, их источники и способы получения и использования доказательств он, как правило, делает меньше всего ошибок. В таких условиях следователь, прокурор, судья наилучшим образом способен видеть, к примеру, те или иные факты именно такими, каковы они есть на самом деле в реальной действительности.

Оценка средств уголовно-процессуального доказывания по внутреннему убеждению оценивающего означает, что никакие из таких средств не имеют для него заранее установленной силы. При оценке средств уголовно-процессуального доказывания никто заранее не связан какими либо формальными правилами, ограничивающими свободу суждения. Значимость, весомость каждого средства доказывания определяется не по каким-то внешним факторам, а по своему существу, внутреннему содержанию, качественным свойствам. Так, давая оценку фактическим данным, выступающим по уголовному делу в качестве доказательств, каждый субъект уголовно- процессуального доказывания действует вполне самостоятельно, не связан с мнением других участников уголовного процесса и не подчиняется постороннему влиянию. Единственной объективной основой вывода о доказанности или недоказанности устанавливаемого по уголовному делу обстоятельства могут служить лишь исследуемые по делу доказательства. В этом и заключена неразрывная связь ^ежду субъективным фактором в оценке средств доказывания каковым является внутреннее убеждение и его объективной основой - фактическими данными, их источниками,

42 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М, 1968. С. 339.

56

способами получения и использования доказательств.

В процессуальной литературе было высказано, на наш взгляд, совершенно правильное мнение о том, что внутреннее убеждение следует рассматривать как начало, принцип, метод оценки средств уголовно-процессуального доказывания и как результат такой оценки43. В случаях, когда внутреннее убеждение рассматривается как движение мысли, как путь формирования выводов, оно является методом оценки указанных средств. Эта оценка не должна противоречить объективным свойствам самих средств уголовно-процессуального доказывания. Роль любого средства доказывания по уголовному делу зависит именно от тех свойств, которыми они обладают. Внутреннее убеждение субъекта доказывания служит методом оценки средств доказывания как раз по реально присущим им свойствам, методом подхода к определению их характера и значения по расследуемому или разрешаемому делу.

Вместе с тем, внутреннее убеждение - это и результат оценки, выраженный в системе суждений о значимости доказательств, их источников и способов получения и использования. Внутреннее убеждение следователя прокурора, судьи как результат оценки средств доказывания выражает психическое отношение субъектов доказывания к достоверности (недостоверности) исследуемых обстоятельств и фактов, к их конкретным свойствам и значению по уголовному делу. Внутреннее убеждение формируется в ходе и в результате исследования средств уголовно-процессуального доказывания. Но это убеждение не сводится к чувству уверенности в правильности оценки указанных средств и сделанных на основании этого выводов об исследуемых по делу обстоятельствах. Уверенность

43 См.: Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М, 1977; Кузнецов Н.П. доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России//Автореф. дис… докт. юрид. наук Воронеж, 1998. С. 13.

57

еще не есть убеждение. Уверенность только тогда станет убеждением, когда оно из своеобразного психического состояния превратится в конкретные целенаправленные действия. Следовательно, внутреннее убеждение не может не охватывать и волевую сферу: уверенность следователей, прокуроров, судей в правильности произведенной ими оценки средств доказывания должна реализовываться «во вне», а именно, в постановлении, судебном приговоре, ином правоприменительном акте.

Внутреннее убеждение как результат, итог оценки - это такое состояние сознания человека, которое говорит о единственно возможном из имеющейся совокупности средств доказывания выводе. Решить тот или иной вопрос по делу по внутреннему убеждению - значит осознать единственную правильность утверждаемого или отрицаемого, иметь строго обоснованную уверенность в истинности своих суждений. Внутреннее убеждение как результат оценки средств уголовно-процессуального доказывания достигается в ходе объективного познания реальной действительности, основывается на всесторонне исследованных и оцененных доказательствах, их источниках как носителей доказательственной информации, способах получения и использования фактических данных в ходе уголовно- процессуального доказывания.

В 60-х годах в процессуальной литературе возникла своеобразная дискуссия о предмете внутреннего судейского убеждения. Так, по мнению проф. М.С. Строговича предметом внутреннего убеждения судьи следует считать искомые, т.е. устанавливаемые по уголовному делу факты (обстоятельства). Он, в частности, писал: «Наличие внутреннего убеждения у судей характеризуется отсутствием у них сомнения в истинности того

58

вывода, к которому судьи приходят относительно виновности привлеченных к уголовной ответственности лиц»; «внутреннее судейское убеждение есть разумная уверенность советских судей в

44

правильности их выводов по делу» .

Такая точка зрения, несмотря на свою внешнюю привлекательность, вызывает определенные возражения. Во- первых, по отношению к средствам доказывания и к устанавливаемым по делу обстоятельствам (искомым фактам) суд решает разные задачи. Суд (судья) устанавливает обстоятельства, входящие в предмет доказывания по конкретному делу с учетом характера источников доказательств и способов их получения и использования. При этом надо учитывать, что доказательства есть средства доказывания, а искомые факты (обстоятельства) - цель уголовно-процессуального доказывания. Средства же должны, как известно, использоваться до тех пор, пока не достигнута цель, не установлены обстоятельства предмета доказывания, а вместе с тем и объективная истина по уголовному делу. Оценивая, в частности, доказательства, судьи проверяют процесс их формирования, сопоставляют сведения, почерпнутые в результате их исследования, между собой и устанавливаемыми по делу обстоятельствами для того, чтобы решить вопросы о возможности считать эти доказательства достоверными и о возможности придти на их основе к выводу о доказанности наличия таких обстоятельств.

Таким образом, в отношении устанавливаемых фактов (обстоятельств) суд (судья) решает задачу о том, существовали ли эти факты или не существовали. Оценка же доказательств - это не решение вопроса о их наличии или отсутствии, а выяснение их

44 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М, 1968. С. 337; см. также: Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств в советском уголовном процессе. М, 1964. С. 153.

59

относимости, допустимости, достоверности, достаточности для доказанности виновности привлекаемого к уголовной ответственности лица, уяснение того, можно ли эти доказательства

t (их совокупность) положить в основу того или иного процессуально

значимого решения. Вывод, сделанный в результате оценки

  • доказательств и других средств доказывания представляет собой

логическое обоснование суждения о существовании (несуществовании) исследуемых фактов (обстоятельств) предмета уголовно-процессуального доказывания. Доказательства, их источники, способы получения и использования доказательств, отвечающие тем требованиям, которые были изложены выше (относимость, достоверность, доброкачественность, достаточность) уже логически приводят к выводу о доказанности существования (несуществования) искомого по делу факта (обстоятельства). Следовательно, нельзя подменять итоговый этап оценки средств уголовно-процессуального доказывания простыми выводами из такой оценки.

Во-вторых, если считать предметом внутреннего убеждения исследуемые по делу факты (обстоятельства) и процесс формирования внутреннего убеждения сводить только к пути перехода от сомнений к уверенности, то будет совершенно неясным, как же эти сомнения преодолеваются, ибо судьи не пассивные созерцатели, а активные искатели объективной истины по разрешаемому ими уголовному делу. Характеристика внутреннего убеждения судей как сомнения, неуверенности в существовании устанавливаемых (исследуемых) фактов (обстоятельств) охватывает только сферу сознания и поэтому является односторонней. Малейшая неуверенность в существовании устанавливаемых фактов означает уверенность в
том, что совокупность имеющихся средств

60

доказывания еще недостаточна для достоверного вывода о наличии таких фактов. А это психологическая основа для дальнейших поисков, собирания, исследования и оценки новых средств уголовно-процессуального доказывания.

В-третьих, указанная выше позиция приводит к тупику при решении вопроса о внутреннем убеждении, его содержании в тех случаях, когда суд, исчерпав все усилия по установлению фактов (обстоятельств) предмета доказывания, тем не менее не достигает результата, Уместен и вопрос о том, возможны ли случаи, когда судьи в результате рассмотрения уголовного дела, в результате оценки средств доказывания могут быть и не убеждены ни в наличии, ни в отсутствии обстоятельств, вводящих в предмет доказывания по тому или иному делу. Действительно, на практике могут встретиться ситуации, когда внутреннее убеждение судей не может быть охарактеризовано как уверенность в существовании устанавливаемых фактов. Но суд, как известно, не имеет права не принимать никакого решения по рассматриваемому уголовному делу. Он должен дать категорический ответ на вопрос о существовании или несуществовании таких фактов.

Законодатель не может не считаться с тем, что в отдельных случаях истина по рассматриваемому судом делу не достигается в силу отдельных объективных причин (смерть очевидцев преступления, утрата документов и т.д.). Суд (судья) не может выявить необходимые источники доказательств и получить из них фактические данные (доказательства) в силу того, что их просто уже нет в природе. И хотя в таких случаях судьи не достигают знания об исследуемых фактах, тем не менее они получают уверенность в том, что ими исчерпаны все возможности для установления объективной истины, что необходимая
совокупность доказательств, других

61

средств уголовно-процессуального доказывания не может быть ими никак восполнена, что они принимают то или иное решение в соответствии с законом (к примеру, выносят оправдательный приговор за недоказанностью участия подсудимого в совершении преступления - случай крайне редкий, но по закону все же возможный).

Таким образом, внутреннее убеждение как результат оценки средств уголовно-процессуального доказывания в той же мере обязателен по каждому расследуемому или разрешаемому уголовному делу, что и позволяет говорить о внутреннем убеждении как методе оценки средств доказывания. Между тем имеется тесная связь между методом оценки таких средств по внутреннему убеждению и результатом такой оценки. Внутреннее убеждение, рассматриваемое как результат применения данного метода, в действительности наличествует у каждого из следователей, судей в любой момент движения уголовного дела.

Принцип оценки средств уголовно-процессуального доказывания по внутреннему убеждению дополняется требованием закона о том, чтобы при их оценке все такие средства брались в совокупности, все обстоятельства дела исследовались всесторонне, полно и объективно (ст. 20,71 УПК РФ). В этом принципе находит свое выражение в области следственно-судебной деятельности одно из важнейших положений теории познания, суть которого в том, что в любой области знания предмет должен изучаться всесторонне, во всех сферах своего проявления. Такой подход требует исходить при оценке средств уголовно-процессуального доказывания из всей совокупности имеющихся по делу таких средств, рассматривать все факты, относящиеся к преступлению, источники доказательств и способы их получения и использования не изолировано друг от

62

друга, а в их взаимосвязи, взаимообусловленности, обосновывать свои выводы о доказанности или недоказанности обвинения, о виновности или невиновности обвиняемого только на объективных, достоверно установленных и бесспорных фактах, которые должны служить прочным фундаментом для выводов по уголовному делу.

Исходя из таких установок ни одно средство уголовно- процессуального доказывания не может быть правильно оценено, если брать их изолировано, в отрыве друг от друга. Поэтому принцип оценки средств доказывания в своей совокупности обязывает органы следствия, прокуратуры и суда в каждом конкретном случае исследовать все имеющие средства доказывания, оценивать все их ценностные свойства. При этом, с учетом внутреннего содержания и характера этих свойств должны однозначно определяться объективные достоинства и значение по делу как каждого доказательства, источника доказательств в отдельности, так и всех их в совокупности. Всякое отступление от объективности исследования при оценке средств уголовно- процессуального доказывания, переоценка одних из них и недооценка других может нанести лишь вред делу установления объективной истины, привести к нарушению законности, к вынесению необоснованных процессуальных решений.

Следственные и судебные органы обязаны объективно относиться к средствам уголовно-процессуального доказывания, уметь правильно пользоваться как (обвинительными, так и оправдательными доказательствами, каждым источником доказательств. Рассматриваемому принципу оценки средств уголовно-процессуального доказывания следственно-судебные органы всегда придавали исключительно важное значение. И такой подход вполне оправдан, ибо только оценка средств доказывания в своей совокупности, производимая с полным,
всесторонним и

63

объективным учетом всех обстоятельств конкретного уголовного дела, (способна привести к достоверным выводам, правильно отражающим реальную действительность.

Не менее важное значение в уголовном процессе имеет и требо- вание, чтобы органы предварительного расследования, прокуратуры и суда, а также другие участники уголовного процесса при оценке средств доказывания неуклонно руководствовались законом. Согласно этому принципу, все указанные органы и лица при определении характера и значения любых ценностных свойств средств доказывания должны класть в основу своих выводов и решений только фактические данные, которые обнаружены, закреплены, проверены и оценены в предусмотренном законом порядке и использовать их для подтверждения тех фактов и обстоятельств, которые очерчены в законе (в ст. 68,384 и др. УПК РФ). Действующее уголовно- процессуальное законодательство подробно регламентирует все существенные моменты доказывания по делу, направляя такую деятельность на достижение объективной истины по каждому расследуемому или разрешаемому уголовному делу.

Закон, во-первых, закрепляет и делает обязательными методологические правила оценки средств уголовно- процессуального доказывания, такие как оценка их по внутреннему убеждению, всесторонне, полно и объективно и в их совокупности. Закон, во-вторых, вводит специальные гарантии свободы и независимости внутреннего убеждения субъектов, оценивающих средства доказывания (наделение следователя согласно ст. 127 полной процессуальной самостоятельностью; тайна совещания судей; право судьи на особое мнение; право прокурора отказаться от обвинения и т.д. Закон, в-третьих,
устанавливает обязательные

64

реквизиты процессуальных документов, в которых подводятся итого доказывания на разных стадиях уголовного процесса, обязывает указывать в них конкретные основания, по который те или иные доказательства, источник или способ получения и использования их принят или отвергнут.

Для правильной оценки средств уголовно-процессуального доказывания очень важное значение имеет указание закона на то, что никакие доказательства для следователя, прокурора и суда не могут иметь заранее установленной силы (ч. 2 ст. 71 УПК РФ). Вне всякого сомнения указанное положение закона в полной мере относится и к источникам и способам получения и использования доказательств.

Трудно переоценить и указание закона о том, что приговор суда должен быть законным, обоснованным и мотивированным (ст. 301 УПК РФ). Согласно ч. 2 ст. 301 УПК РФ «суд основывает приговор лишь на тех доказательствах, которые были рассмотрены в судебном заседаний». Если же выводы суда не подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании, то постановленный судом приговор является незаконным.

Неуклонное соблюдение каждого предписания законодателя является важнейшим условием правильной оценки средств доказывания, достоверного познания всех обстоятельств конкретно взятого уголовного дела.

В процесса оценки средств уголовно-процессуального доказывания важным является требование закона о том, чтобы должностные лица органов следствия, прокуратуры и суда руководствовались при этом сложившимся в обществе правосознанием, как совокупности представлений, взглядов, чувств и убеждений людей относительно права и стоящих перед ним задач, их воззрения на то, что является правомерным
и, напротив,

65

неправомерным.

Правосознание играет очень значимую роль в обеспечении правильного восприятия оцениваюпщм субъектом фактических обстоятельств уголовного дела. Оно помогает глубже познать сущность тех или иных фактов, выяснить причины и условия, вызвавшие преступление, определить правомерность

процессуального действия и возможность использования полученных фактических данных и других средств доказывания по конкретному уголовному делу.

Правосознание является частью сложившейся в обществе идеологии имеющей поистине исключительное значение для любой познавательной деятельности, в том числе и для оценки средств уголовно-процессуального доказывания.

Для правосознания людей обычно характерно уважение к закону, убежденность в его справедливости и целесообразности. Правосознание исходит из того, что для признания лица виновным в преступлении и его наказании должны быть достоверно установлены обстоятельства совершенного преступления, а наказание для совершившего преступление лица должно быть справедливым, назначенным с учетом не только степени тяжести преступления, но и личности подсудимого. В процессуальной литературе не случайно оценке личности обвиняемого и подсудимого особенно в последние годы уделяется много внимания45.

Следователи, прокуроры и судьи должны уметь правильно применять нормы права к конкретным обстоятельствам. При применении этих норм перед ними стоит важная задача уяснения

45 См.: Ведерников Н.Т. Личность обвиняемого в советском уголовном судопроизводстве//Автореф. дис… док. юрид. наук. М., 1980; Азаров Ю.И. Доказывание следователя обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого/УАвтореф. дисс. канд. юрид. наук. Киев, 1987; Гуськова А.П. Личность обвиняемого в уголовном процессе. Диссертация на соискание ученой степени доктора юридических наук. Оренбург, 1997.

66

смысла правовой нормы, ибо без этого невозможно правильно применить ее. А этого нельзя достигнуть без того, чтобы не руководствоваться правосознанием.

Мы не можем согласиться с проф. М.М. Михеенко в том, что требованием ст. 71 УПК РФ о необходимости при оценке доказательств и других средств доказывания руководствоваться не только законом, но и правосознанием «объективно принижается роль закона, логики, мышления, теория познания в доказывании по делу, в установлении истины и принятии правильного решения»46, что в этом требовании усматривается порочная идея о возможности ссылкой на правосознание судьи скорректировать любое применение закона.

Не вдаваясь в глубокую полемику по данному вопросу, отметим лишь, что немалую роль здесь играет личность самого правоприменителя - что представляет собой следователь, прорурор, судья как социальная личность47.

Правосознание, как отмечалось, является идеологической категорией. Оно выступает в качестве своеобразного ориентира относительно того, каким должно быть право, отдельные правовые нормы, каково их социальное назначение, каким требованиям должен отвечать процесс правоприменения, да и само лицо, применяющее или использующее те или иные правовые предписания.

Авторы одного из проектов нового уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предлагают заменить требование при оценке средств уголовно-процессуального доказывания руководствоваться правосознанием на то, чтобы соответствующие

Михеенко ММ. Доказывание в советском уголовном процессе. Киев, 1984. С. 26. 47 См.: Грошевой Ю.М, Профессиональное правосознание судьи и социалистическое правосудие. Харьков, 1986; Карпец И.И. Дело, которому мы служим. М., 1989; Мещерякова Т.Ф. Правовая культура следственной деятельности.// Автореф.дис…канд.юрид.наук,Ижевск,1995.

67

участники процесса опирались при этом на совесть . И правосознание и совесть, этимология которого выражает «чувство нравственной ответственности за свое поведение перед окружающими людьми, обществом»49, есть мировоззренческие идеологические категории. При этом, однако, категория «совесть» более аморфное явление, практически не имеющее определенных параметров, границ, а потому и трудно оцениваемая субстанция. В отличие от этого, как видно из изложенного, правосознание есть все же более ощутимое (скажем так - материализованное) явление, имеющее свои определенные границы, очерченные социальным предназначением права как регулятора общественных отношений его социальной ценностью50. Вместе с тем заметим, что и для того, чтобы должным образом опираться на эту идеологическую категорию при оценке средств уголовно-процессуального доказывания необходимы соответствующие субъективные (высокая нравственность, правовая культура, профессионализм) и объективные предпосылки (материальное благополучие, совершенное законодательство и т.д.).

Изложенное приводит нас к выводу о необходимости сохранения нормы права об оценке средств уголовно-процессуального доказывания в своей прежней редакции, т.е. в редакции ст. 71 УПК РФ, только скорректировав содержащиеся в ней положения с позиции того, что речь идет об оценке не только доказательств, но и других средств доказывания, а также убрав из текста слово «социалистическое», использованное для характеристики правосознания.

Каждое из рассмотренных выше правовых принципов оценки

48 См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект/ЛОрид. вестник, 1995. №31(122). С. 20.

49 Ожегов СИ. Словарь русского языка. М, 1978. С. 681.

50 См.: Алексеев С.С. Социальная ценность права в советском обществе. М., 1971; Его же: Теория права. Идз. 2-е. М., 1995.

68

средств уголовно-процессуального доказывания имеет свое содержание и назначение и тем самым приобретает относительную самостоятельность. Поэтому они и должны рассматриваться как четыре взаимосвязанных между собой принципа. Выразить это, на наш взгляд, можно при помощи следующей схемы: схема 4. Принципы оценки средств уголовно- процессуального доказывания.

Внутреннее

убеждение

оценивающег о

лица

Всесторонняя,

полная и

объективная оценка

средств

доказывания в их

совокупности

Vk

Руководство

требованиями

материального и

процессуального

закона

Х\

Руководство провосознанием

Стрелками обозначена взаимосвязь отмеченных принципов.

69

Отметив роль и назначение каждого принципа в оценке средств уголовно-процессуального доказывания следует вместе с тем под- черкнуть неразрывную их связь с внутренним убеждением оценивающего субъекта. Каждый из указанных принципов участвует в формировании внутреннего убеждения соответствующего субъекта уголовно-процессуального доказывания - лица, производящего дознание, следователя, прокурора, судьи.

Как результат оценки доказательств внутреннее убеждение характеризуется неразрывной связью субъективного и объективного факторов оно должно вытекать из достаточной совокупности последовательных доказательств, основывается на них. При этом «для вывода о достаточности доказательств надо исходить из того, в какой момент производства по делу оценивается совокупность доказательств и решение, которое на основе этой совокупности доказателств, принимается, его цели, круг обстоятельств, которые должны быть установлены и служат фактическим основанием решения»51. Внутреннее убеждение, как видим, формируется в результате всестороннего и тщательного исследования всех обстоятельств уголовного дела, всех собранных и проверенных по делу средств доказывания. Это положение вытекает непосредственно и из текста уголовно- процессуального закона, в котором прямо указывается на то, что внутреннее убеждение субъекта уголовно-процессуального доказывания должно быть основано на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех Обстоятельств дела в их совокупности (ч. 1 ст. 71 УПК РФ).

Заметим, что Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств - участников СНГ, выступающий в качестве рекомендательного законодательного акта, предлагает наименовать

70

соответствующую правовую норму так: «Свободная оценка доказательств и других материалов» (ст. 30). При первом впечатлении можно предположить, что речь идет о введении нового принципа оценки доказательств и других средств уголовно-процессуального доказывания. Но обратившись к содержанию указанной статьи, в частности, к тому, что изложено в части 1 ст. 30 этого кодекса мы находим указание на то, что «судья, присяжный заседатель, а также дознаватель, следователь, прокурор оценивают доказательства и другие материалы по своему внутреннему убеждению»52. Таким указанием здесь практически ставится знак равенства между словами «свободная оценка» и оценка «по своему внутреннему убеждению». Ничего существенно нового в текст закона и не предлагается вносить. Отсюда и возникает сомнение в необходимости такой корректировки правовой нормы, посвященной оценке средств уголовно-процессуального доказывания. К тому же, при внимательном анализе содержания ч. 2 ст. 30 указанного рекомендательного законодательного акта не трудно усмотреть, что при оценке средств доказывания предлагается руководствоваться и тремя последующими принципами такой оценки: а)всесторонней, полной и объективной оценки средств доказывания в их совокупности; б)законом (в статье последнее записано так - «в рамках надлежащей правовой процедуры», что, на наш взгляд оставляет в стороне требование учитывать при оценке средств доказывания предписания материально-правовой нормы, что представляется неправильным хотя бы по той простой причине, что материально-правовая норма ориентирует на круг обстоятельств, образующих предмет уголовно-процессуального
доказывания по

51 Курс советского уголовного процесса. Общая часть/Под ред. АД.Бойкова, И.И. Капеца. М., 1989. С. 621.

52 См.: Модельный УПК для государств - участников СНГ. Санкт-Петербург, 1996. С. 22.

71

конкретному уголовному делу); в)правосознанием (на это, в частности указывает установка на то, чтобы лица, оценивающие средства доказывания, не подходили к ним «предвзято», не придавали «одним из них большее или меньшее значение по сравнению с другими»53.

Из всего изложенного видно, что оценка средств уголовно- процессуального доказывания является неотъемлемым структурным элементом уголовно-процессуального доказывания. Такая оценка всегда осуществляется ради того, чтобы сделать относительно исследуемых по конкретному уголовному делу фактов и обстоятельств какие-то выводы, а при необходимости и принять определенные, значимые в процессуальном отношении решения. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания пронизывает все этапы движения по уголовному делу, все стадии уголовного процесса, имея при этом некоторые свои особенности.

Там же. С. 22.

72

Глава 2. Оценка средств уголовно-процессуального

доказывания в отдельных стадиях производства

по уголовному делу.

2.1. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания в

досудебных стадиях производства

по уголовному делу.

В уголовно-процессуальной науке уже сравнительно давно устоялся взгляд на то, что возбуждение уголовного дела есть не первоначальный этап предварительного расследовании, а вполне самостоятельная стадия уголовного процесса с присущими ей специфическими задачами, определенными действиями и правоотношениями, их субъектами, процессуальным оформлением и другими свойственными для стадий уголовного процесса признаками . Взгляд этот неизбежно отстаивается и в учебной литературе вплоть до последнего времени55. Да и само действующее уголовно-процессуальное законодательство при всем своем несовершенстве не давало повода для сомнении в этом. Авторы проектов нового уголовно-процессуального кодекса РФ неизменно выделяют отдельные разделы, посвященные правовому регулированию стадии возбуждения уголовного дела 6. В качестве самостоятельной и причем первой стадии уголовного процесса возбуждение уголовного дела является и по Модельному уголовно-

СП

процессуальному кодексу для государств - участников СНГ . Вопреки этому отдельные авторы ставят под сомнение вопрос о

54 См.: Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961; Михайленко А.Р. Возбуждение уголовного дела в советском уголовном процессе. Саратов, 1975.

55 См.: Советский уголовный процесс/Под ред. Н.С. Алексеева и В.З. Лукашевича. Л., 1989. С. 195-208; Уголовный процесс/Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1977. С. 178-192.

56 См.: Уголовно-процессуальное законодательство СССР и РСФСР. Теоретическая модель/Под ред. В.М. Савицкого. М., 1990. С. 195-207; Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Проект/ЛОрид. вестник. Сентябрь-95. № 31(122). С. 10-11.

73

первичном характере стадий возбуждения уголовного дела, давая при этом повод к утверждению о том, что этой стадии предшествует

со

стадия рассмотрения заявлений и сообщений о преступлении .

Представляется, что в основе приведенного суждения лежит мнение о том, что собственный уголовный процесс (в смысле производства по уголовному делу) начинается с момента вынесения постановлений о возбуждении уголовного дела. Этому процессуальному акту придается своего рода магическая сила: только после него можно проводить по уголовному делу любые следственные действия и применять меры уголовно- процессуального принуждения. О том же, что совершаемые до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела действия во многом регламентируются уголовно-процессуальным законодательством часто и не упоминается.

Возбуждение уголовного дела не сводится только к одноактному действию - вынесению мотивированного постановления об этом. Последнее при условии его постановления есть лишь результат предшествующей ему сложной многогранной деятельности по принятию информации о преступлении, ее проверке и оценке и обоснованию итогового процессуального решения. Процесс принятия заявления, сообщения, иной информации о готовящемся или совершенном преступлении регламентируется уголовно- процессуальным законодательством (в частности, ст. 110-111). С этого момента существовавшие в реалии общественные отношения становятся правовыми отношениями. Отсюда, нетрудно видеть, что правовые отношения, в том числе и те, что носят характер уголовно-процессуальных, есть своеобразный синтез
фактического в

57 См.: Модельный УПК для государств-участников СНГ. Санкт-Петербург, 1996. С. 189-195.

58 См.: Балашов А. Действительно ли возбуждение уголовного дела - первоначальная стадия процесса?//Соц. законность. № 8. 1989. С. 53-54.

74

юридическом, их единство. С этих позиций представляется справедливым утверждение о том, что «некоторые из уголовно- процессуальных отношений появляются в самой стадии возбуждения уголовного дела, т.е. до возбуждения уголовного дела»59.

Из всего сказанного вытекает, что временные границы стадии возбуждения уголовного дела определяются между моментом принятия соответствующими должностными лицами

правоохранительных органов самой первой информации (заявления, сообщения и т.д.) о готовящемся или совершенном преступлении и принятием итогового процессуального решения по этим информативным материалам в виде вынесения постановления о возбуждении уголовного дела или об отказе в таковом. В этот временной промежуток (длительность) совершаются различные оперативно-розыскные, исполнительно- распределительные и уголовно-процессуальные действия, связанные между собой единым целым установлением наличия оснований для принятия решения о возбуждении уголовного дела, тех данных, которые указывают на наличие в исследуемом деянии признаков преступления (ст. 109 УПК РФ).

Уголовно-процессуальные действия, совершаемые в указанный временной промежуток (временную деятельность), и возникающие при этом уголовно-процессуальные отношения носят самый разнообразный характер. Поступившее заявление о преступлении заносится в протокол, реквизиты которого предусмотрены законом (ст. 110 УПК РФ); причем заявителю разъясняется ответственность за ложный донос по ст. 306 УК РФ, о чем в протоколе делается отметка. Если имеет место письменное заявление, то личность заявителя также должна быть удостоверена и ему разъяснена ответственность

59 Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М., 1979. С.

75

за заведомо ложный донос.

По поступившим заявлениям и сообщениям до принятия решения по ним следователь, орган дознания, прокурор и судья вправе в соответствии со ст. 109 УПК РФ «истребовать необходимые материалы и получить объяснения, не производя следственные действия предусмотренные настоящим Кодексом». В части последнего отметим сразу же, что оно не согласуется с более поздним дополнением УПК РФ, о допустимости в случаях, нетерпящих отлагательства, производства осмотра места происшествия до возбуждения дела (ч. 2 ст. 178 УПК РФ). Значит по действующему законодательству есть пока хотя и одно, но все же следственное действие, связанное с собиранием, исследованием и оценкой доказательств, которые в стадии возбуждения уголовного дела производится а, следовательно, в этой стадии уголовно-процессуальное доказывание имеет место.

О наличии уголовно-процессуального доказывания в рассматриваемой стадии уголовного процесса свидетельствует и возможность истребования в соответствии со ст. 109 УПК РФ от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан необходимых материалов. Если обратиться к ст. 70 УПК РФ, то видно, что такое «истребование» есть процессуальное действие и связано оно с представлением «предметов и документов, необходимых для установления фактических данных по делу». Фактические же данные - это и есть доказательства по уголовному долу (ч. 1 ст. 69 УПК РФ). Все это еще одно свидетельство наличия в стадии возбуждения уголовного дела уголовно-процессуального доказывания, что собственно уже сравнительно давно не отрицается

76

нашими процессуалистами .

«Материалы, полученные до возбуждения уголовного дела с соблюдением установленных для этой стадии процесса процессуальных требований, являются доказательствами и могут быть использованы в этом качестве в последующих стадиях уголовного судопроизводства», - отмечает проф. Н.П. Кузнецов61. С таким утверждением мы полностью согласны. Но прежде чем принять какое-либо процессуальное решение на основании этих материалов, они подлежат самой тщательной проверке и оценке. Как видим, все структурные элементы уголовно-процессуального доказывания в стадии возбуждения уголовного дела налицо, а потому оно и безусловно здесь имеет место. Другое дело, что специфика этой первой стадии уголовного процесса налагает определенный отпечаток на характер и содержание всего уголовно-процессуального доказывания, в том числе и на оценку средств доказывания. Дело в том, что основной задачей стадии возбуждения уголовного дела является проверка заявлений и сообщений о готовящихся или совершенных преступлениях с целью установления наличия или отсутствия достаточных фактических данных, т.е. доказательств, указывающих на наличие в поступившей информации признаков преступления. Отсюда, перед оценкой доказательств и других средств уголовно- процессуального доказывания стоят как бы ограниченные задачи. Так, оценивая такое ценностное свойство доказательства как его относимость, дознаватель, следователь, прокурор ограничиваются по существу лишь выяснением того, указывают ли они на наличие в определенном деянии признаков

60 См.: Карнеева Л.М. Доказывание при отказе в возбуждении уголовного делаЯСов. гос. и право. 1975, № 2; Григорьев В.Н. Доказывание в стадии возбуждения уголовного делаУ/Доказывание по уголовным делам. Красноярск, 1986. С. 156-161.

61 Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России//Автореф. дис… докт. юрид. наук. Воронеж, 1998. С. 26.

77

преступления или нет.

Фактические данные (доказательства) и в этой стадии процесса должны оцениваться с позиции своей достоверности. Достоверность, применительно к одному доказательству, как нам представляется, не должна иметь своих степеней - быть большей или меньшей. Факт может быть признан достоверным или недостоверным лишь в результате оценки, которая может быть и ошибочной. Для принятия же любого процессуального решения нужна, на наш взгляд, совокупность фактов, фактических данных (доказательств). Поэтому и надо вести речь об оценке такого свойства доказательств как их достаточность для принятия какого- либо процессуального решения. Рассматривая требования уголовно-процессуального закона (ст. 109 УПК РФ) с этих позиций, нетрудно сделать вывод о том, что для возбуждения уголовного дела оказывается вполне достаточно располагать сведениями (доказательствами) лишь «о самом преступном факте без раскрытия с их помощью всех существенных черт такого факта» Вывод о необходимости возбуждения уголовного дела основывается не на окончательных, а лишь на предположительном знании об обстоятельствах дела; правильность отдельного вывода проверяется в последующих стадиях уголовного процесса. Что же касается констатации факта отсутствия обстоятельств, препятствующих производству по уголовному делу, то ответ на данный вопрос должен быть всегда однозначным. Произведенная оценка совокупности имеющихся доказательств должна с несомненностью свидетельствовать об отсутствии в деянии признаков преступления или о наличии иных обстоятельств, исключающих производство по уг°ловномУ делу. В основе принимаемого решения об отказе в возбуждении уголовного дела

78

должны лежать не вероятные, а достоверные знания. Таковы на наш взгляд, некоторые особенности оценки средств уголовно- процессуального доказывания в стадии возбуждения уголовного дела.

В стадии предварительного расследования уголовного дела производится развернутое уголовно-процессуальное доказывание, в котором наиболее полно реализуются все его элементы, в том числе и оценка доказательств, источников, способов собирания и использования доказательств. Полное, всестороннее, объективное расследование уголовного дела прокладывает, как известно путь к установлению по уголовному делу объективной истины, задача достижения которой стоит не только перед судом, но и всеми правоохранительными, в том числе и следственными органами. Свою задачу такие органы могут считать выполненной при условии, что полученными ими в ходе проведенной уголовно-процессуальной деятельности доказательства привели их к отражающему реальную действительность достоверным выводам. При этом разница между выводами, сделанными органами предварительного расследования уголовных дел, и судом, как указывает проф. Ф.Н.Фаткуллин, «не в характере выраженной ими объективной истины, а в тех юридических последствиях, которые могут быть обусловлены установлением истины этими учреждениями. Если это служит органам предварительного следствия основанием для обвинения, привлечения к уголовной ответственности, то суду - для разрешения обвинения по существу, постановления приговора»63. Осуществляемое же органами расследования следствие называется предварительным потому, что какими бы достоверными ни были

62 Зинатуллин 3.3. Вероятное и достоверное в процессуальных решениях следователя/ЯТроблемы доказывания по уголовным делам. Красноярск, 1988. С. 11-12.

79

установленные следователем факты и как бы не соответствовали сделанные по ним выводы объективной действительности их недостаточно для осуждения человека. Необходимо провести еще новое, судебное следствие по тем же фактам. Только суду предоставлены полномочия разрешать по существу предъявленное человеку обвинение, признать его виновным или невиновным во вменяемом в вину преступлении с решением вопроса о назначении наказания.

Все получаемые в ходе предварительного расследования уголовного дела доказательства и их источники, каждое в отдельности и в своей совокупности, оцениваются лицами, производящими дознание, следователями, прокурорами по своему внутреннему убеждению, объективной основой формирования которого могут быть только установленные по уголовному делу фактические данные. Оцениваются, как отмечалось, и способы получения таких данных. Этим подчеркивается неразрывная связь между субъективным фактором в оценке средств уголовно-процессуального доказывания, каковым служит внутреннее убеждение оценивающего такие средства лица и объективной базой этой оценки - самими реально существующими фактическими данными, их источниками, способами получения указанных средств. Только такой подход ведет к достижению объективной истины по каждому расследуемому уголовному делу.

Опираясь на общие принципы оценки средств уголовно- процессуального доказывания, рассмотренные нами в предыдущей главе данной работы, лицо, расследующее уголовное дело, анализирует собранные им фактические данные с точки зрения того, свидетельствуют ли они о наличии обстоятельств,
входящих в

63 Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М.,

80

предмет уголовно-процессуального доказывания по данному делу, либо не подтверждают их как в целом, так и в части отдельных обстоятельств, а также достоверность доказательств для формирования процессуально значимого решения. В прямой зависимости от этого находится и принимаемое по уголовному делу соответствующее процессуальное решение. При этом более достоверными являются обычно те процессуальные решения, в основе которых лежат прямые доказательства, полученные из первоначальных источников (носителей доказательственной информации). В таких случаях достаточно бывает констатировать, что ими подтверждается, так называемый, главный факт - факт совершения или несовершения определенным лицом преступления и что они способствуют установлению этого в совокупности с другими фактическими данными. Отсюда видно, что содержание косвенных доказательств образуют как бы сведения о побочных, промежуточных фактах, которые в силу своей объективной связи с предметом уголовно-процессуального доказывания по конкретному делу дают основание для вывода о наличии или отсутствии обстоятельств исследуемого преступления.

Оценивая доказательства, лицо, расследующее уголовное дело, не может не оценивать и их источники с точки зрения их допустимости и доброкачественности, а также полноты и достаточности для достижения требуемых пределов уголовно- процессуального доказывания. Дело в том, что фактические данные оказываются достоверными, если только доброкачественен их источник. Недоброкачественность последнего лишает лица, проводящего расследование дела, возможности опираться на почерпнутые из него сведения о фактах (обстоятельствах). Перечень

  1. С. 169.

81

источников доказательств указан в ч.2 ст. 69 УПК РФ. Любое его изменение, дополнение возможно лишь по воле законодателя. О том, что особенно в последнее десятилетие усиленно дискутируется вопрос о возможной корректировке такого перечня источников доказательств мы в данной работе уже вели речь. Перечень этот может быть скорректирован за счет учета современных (надо полагать - передовых) достижений науки и техники, но при обязательном условии их проверяемости установленными уголовно-процессуальными законом способами (путем следственных и иных, указанных в ст. 70 УПК РФ процессуальных действий). Исходя из этого мы против того, чтобы в качестве самостоятельных источников доказательств рассматривать оперативно-розыскную деятельность. Оно вполне вписывается в существующий перечень источников доказательств. Может выступать, в частности, либо в виде вещественных доказательств либо документов. Добытая же в результате их производства доказательственная информация при условии их прямого отношения к обстоятельствам предмета уголовно- процессуального доказывания, могут, как нам представляется, выступать доказательствами по конкретному уголовному делу. Правовое основание производства оперативно-розыскных мероприятий заложено не только в уголовно-процессуальном законе (ст. 118 УПК РСФСР), но и в Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 года. Процесс же их проведения, конкретные способы и методы, используемые при этом определяются ведомственными актами по линии МВД, ФСБ, Департамента налоговой полиции Российской Федерации.

В пункте 4 ст. 142 Модельного УПК для государств- участников СНГ, в частности, указывается, что
«материалы,

82

полученные оперативно-розыскным путем или с использованием услуг частного детектива, допускаются в качестве доказательств лишь в том случае, если:

1) они получены в соответствии с законодательством, регулирующим осуществление оперативно-розыскной и частной детективной деятельности без ограничения прав человека и гражданина или с дозволенном судом их ограничением; 2) 3) допрошенный в установленном порядке свидетель подтвердил их подлинность и сообщил об их происхождении и обстоятельствах получения64. 4) Сказанное ни в коем случае не означает игнорирования оперативно-розыскных мер в раскрытии преступлений и изобличении совершивших их лиц. Напротив, сделать их надо более эффективными с тем, чтобы в тесном сочетании со следственными и иными процессуальными действиями содействовать успешному выполнению стоящих перед предварительным расследованием задач.

В ст. 143 указанного выше рекомендательного законодательного акта перечислены те материалы, которые запрещено использовать в качестве доказательств по уголовному делу, а именно, если они получены: «1) с применением насилия, угроз, обмана, с издевательством над личностью, нарушением прав и свобод человека и гражданина, а равно с применением незаконных действий; 2) с существенным нарушением прав участников процесса, в частности: права подозреваемого и обвиняемого на защиту; предусмотренных настоящим Кодексом дополнительных гарантий, прав лиц, не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство; 3) с использованием заблуждения лица, участвующего в уголовном судопроизводстве относительно своих

83

прав и обязанностей, возникшего в следствии неразъяснения процессуальных прав и обязанностей; 4) лицом, не имеющим право осуществлять уголовное судопроизводство по данному уголовному делу, проводить, следственные или иное процессуальное действие; 5) со значительным участием лица, подлежащего отводу, если оно знало или должно было знать о наличии обстоятельств, исключающих его участие в производстве по уголовному делу; 6) с существенным нарушением порядка в производстве следственного или другого процессуального действия; 7) от лица, не способного опознать документ или иной предмет, подтвердить его подлинность, сообщить об его происхождении и обстоятельствах получения; 8)не известного или не могущего устанавливаться в судебном заседании источника; 9) в результате применения методов, противоречащих современным научным представлениям»6 .

В редакционном отношении процитированная норма возможно и имеет некоторые погрешности, но, как нам представляется, именно такую норму необходимо включить в Реформируемый УПК РФ. В приведенной норме обращает внимание тот факт, что должное внимание в ней отдается охране прав и достоинства человека, тем этическим требованиям, которые неизменно должны соблюдаться в ходе всего уголовно-процессуального доказывания66.

В данном исследовании, как нам представляется, нет необходимости в подробном анализе процессуального порядка производства следственных и иных процессуальных действий в целях проверки выдвинутых по уголовному делу следственных

64 Модельный УПК для государств - участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт. Санкт-Петербург, 1996. С. 138.

65 Модельный УПК для государств - участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт. Санкт-Петербург, 1996. С. 138-139.

66 Подробно об этом см.: Кокорев Л.Д., Котов Д.П. Этика уголовного процесса. Воронеж, 1993; Москалькова Т.Н. Этика уголовно-процессуального доказывания (стадия предварительного расследования). М., 1996.

84

версий, собиранию, проверке и оценке каждой из них и в целом по делу доказательств и их источников, сформулированных обоснованных фактическими данными выводов и соответствующих процессуальных решений. Это все структурные элементы уголовно-процессуального доказывания. В процессуальной литературе эти вопросы получили свое обстоятельное разрешение . Мы считаем возможным ограничиться лишь указанием на то, что результатом данной оценки собранных и исследованных в ходе следственных действий доказательств их совокупности, а также их источников и способов получения является, как правило, принятие правильного, необходимого по делу процессуального решения.

При этом следует сказать, что в основе одних процессуальных решений могут лежать вероятные знания об искомых (устанавливаемых) обстоятельствах уголовного дела; другие же должны основываться только на достоверных знаниях о них.

Так, в стадии предварительного расследования уголовных дел довольно часто приходится прибегать к применению в отношении подозреваемых и обвиняемых мер уголовно-процессуального пресечения (подписка о невыезде, личное и общественное поручительство, заключение под стражу и др.). Превентивная природа таких мер обуславливает возможность их использования при наличии доказательств полагать о возможном ненадлежащем поведении обвиняемого (подозреваемого) во время производства по уголовному делу предварительного расследования.

На основе вероятных знаний о возможности ненадлежащего поведения отдельных участников процесса могут быть приняты процессуальные решения о кратковременном задержании
лица,

67 Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М., 1965; Ларин А.М. Работа следователя с доказательствами. М, 1966; Шейфер С.А. Следственые

85

подозреваемого в совершении преступлении, а также применении таких мер уголовно-процессуального принуждения как отстранение обвиняемого от должности и привод. Но и при этом доказательства, на которых строятся такие предположительные суждения, сами по себе должны быть достоверными, существующими в действительности (приобрел авиационный билет, уволился с работы и т.д.).

Вероятные знания лежат и в основе производства любых следственных действий (обыск, выемка, освидетельствование, допросы и т.д.). В результате их проведения доказательства могут быть обнаружены, интересующие следствие обстоятельства установлены, но всего этого может и не произойти. Но, как и в предыдущем случае, в основе принимаемых решений о проведении всех таких следственных действий должны лежать установленные следователем конкретные факты объективной действительности.

В то же время в основе многих процессуальных решений лица, расследующего уголовное дело, должны лежать достоверные знания об определенных фактах и обстоятельствах дела. Прежде всего это относится к решению следователя о привлечении определенного лица к уголовной ответственности в качестве обвиняемого.

В ст. 143 УПК РФ указывается на то, что такое может произойти лишь «при наличии достаточных доказательств, дающих основание для предъявления обвинения». Законодатель не раскрывает содержание такого основания. Здесь мы полностью согласны с авторами, утверждающими, что для формулирования обвинения следователю необходимо располагать такой совокупностью достоверных доказательств, из которых складывается

действия. М., 1981; Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 149-160.

86

соответствующий состав преступления . Речь идет о том, что имеющаяся совокупность доказательств должна, свидетельствовать о том, что расследуется действительно общеопасное и противоправное деяние, совершенное виновно и точно известным лицом. Если на квалификацию деяния по соответствующей уголовно-правовой норме влияют такие обстоятельства, как время, место и способ совершения преступления, его мотив и цель, вредные последствия содеянного, смягчающие и отягчающие вину обстоятельства, то следователь должен располагать достоверными и

доброкачественными доказательствами и о них. Без всего это формировать первоначальное обвинение и привлекать определенное лицо к уголовной ответственности в качестве обвиняемого лицо, расследующее уголовное дело, просто не имеет права.

При формулировании первоначального обвинения факты, входящие в конструктивные признаки данного конкретного состава преступления, должны быть достоверными. Следует решительно возразить против мнения процессуалистов, допускающих возможность привлечения к уголовной ответственности в качестве обвиняемого по вероятным фактам, чувству уверенности, предположительным суждениям о возможной причастности того или иного лица к преступлению69. Формулирование обвинения и предъявление его обвиняемому по приблизительным знаниям и по субъективной вере совершенно недопустимы. Строго разбираясь в собранных по делу доказательствах, всесторонне и объективно оценивая их, следователь должен твердо убедиться в том, что факты,

68 См.: Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М., 1965. С. 183-185; Зинатуллин 3.3. Вероятное и достоверное в процессуальных решениях следователя/ЯТроблемы доказывания по уголовным делам. Красноярск, 1988. С. 11- 12. Дубинская А.Я., Сербулов В. А. Привлечение в качестве обвиняемого. Киев, 1989. С. 14-15.

69 См.: Стремовский В.А. Предварительное расследование в советском уголовном процессе. М., 1958. С. 116; Карнеева Л.М. Привлечение к уголовной ответственности. Законность и обоснованность. М, 1971. С. 135; Ларин А.М. Презумпция невиновности. М., 1982. С. 34.

87

образующие основание уголовной ответственности и содержание формулированного им обвинения, установлены в соответствии с действительностью, что принимаемое по ним решение единственно правильное, строго законное и обоснованное. Только при этом условии он вправе сформулировать по делу первоначальное обвинение и привлечь человека к уголовной ответственности в качестве обвиняемого. Предъявление обвинения при наличии сомнений в совершении лицом преступления или при неполном доказательственном материале относительно существа состава преступления не может надлежащим образом обеспечивать интересы социальной справедливости и законности, не ограждает граждан от возможности необоснованного обвинения и не преграждает путь к иным нарушениям закона.

В этом плане весьма поучительными представляются данные, полученные отдельными исследователями. Так, на вопрос B.C. Джатиева о том, в какой момент необходимо выносить постановление о привлечении в качестве обвиняемого, 87,5% проанкетированных им следователей указали на то, что это нужно делать лишь «при убеждении в виновности и достаточности доказательств для его обоснования»70.

Из 52 опрошенных нами по данному вопросу следователей органов внутренних дел Удмуртии и дознавателей, 48 из них (92,3%) на такой вопрос ответили, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого можно выносить лишь тогда, когда собранная совокупность доказательств дает однозначный утвержденный ответ о наличии в деянии определенного лица всех конструктивных элементов конкретного состава преступления, включая факт его совершения именно привлекаемым к уголовной
ответственности

70 Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств преступления. Ростов-на-Дону, 1991. С.128.

88

лицом (обвиняемым).

Нельзя не имея однозначного твердого убеждения в наличии обстоятельств, препятствующих дальнейшему ведению уголовного процесса принимать решения о прекращении производства по уголовному даму по таким весьма распространенным на практике основаниям как за отсутствием события преступления и за отсутствием в деянии состава преступления (пункты 1 и 2 ст. 5 УПК РФ), да и по другим, указанным в данной норме закона основаниям. Доказательства, составляющие основу принимаемого в таких случаям решения, должны быть достоверно установленными и в своей совокупности исключать иное, помимо прекращения производства по уголовному делу решение.

В стадии предварительного расследования уголовного дела воз- никает иногда необходимость в приостановлении по нему производства. Основания для этого указаны в ст. 195 УПК РФ. Принять решение о приостановлении уголовного дела следователь может и на основе своих предположительных суждений, вероятных знаниях. Такое может, например, иметь место в случае, когда обвиняемый скрылся от следствия или по иным причинам не установлено его местопребывание (п. 1 ч. 1 ст. 195 УПК РФ). Решение о приостановлении производства предварительного следствия ввиду психического или иного тяжкого заболевания обвиняемого (п. 2 ч.1 ст. 195 УПК РФ) может быть принято лишь при наличии достоверных, точных знаний об этом (своеобразной гарантией здесь выступает констатация наличия такого заболевания врачом, работающим в медицинском учреждении).

Принять решение об окончании предварительного расследования по уголовному делу посредством составления обвинительного заключения следователь (дознаватель) вправе лишь

89

тогда, когда он приходит к выводу о том, что все необходимое по

делу процессуальные действия проведены в точном соответствии с

уголовно-процессуальным законодательством, все
обстоятельства

предмета уголовно-процессуального доказывания
установлены

достоверно и полно, а собранная совокупность доказательств дает

однозначный ответ о виновности обвиняемого в
совершении

преступления. Здесь надо заметить, что убеждение следователя, а

вслед за ним и утверждающего обвинительное заключение прокурора

в виновности обвиняемого в совершении преступления есть их, хотя

и основанное на определенной совокупности
достоверных

доказательств, но все же только их субъективное мнение. Оно ни в

коей мере не противоречит закрепленному в ст. 49 Конституции

Российской Федерации правовому положению о том, что «каждый

обвиняемый в совершении преступления считается невиновным,

пока его виновность не будет доказана в
предусмотренном

федеральным законом порядке и установлена вступившим
в

законную силу приговором суда». Положение это в процессуальной

науке и практике правоохранительных органов
получило

наименование как презумпция невиновности, которая «вовсе не

является выражением субъективного мнения того или
другого

субъекта уголовно-процессуальной деятельности, она
является

выраженным в законе объективным правовым
положением»71.

Презумпция невиновности совершенно не запрещает
лицам,

расследующим уголовное дело, формулировать
обвинение,

изобличать обвиняемого, доказывать его виновность при помощи

средств уголовно-процессуального доказнвания. В то же время она

запрещает обращаться с обвиняемым как с
преступником

(осужденными) до тех пор пока его вина не будет установлена

71 Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпцию невиновности. М., 1984. С. 66- 67;

90

вступившим в законную силу судебным приговором, в основе которого конечно же должны лежать только достоверные доказательства, дающие однозначный положительный ответ о виновности подсудимого в инкриминируемом преступлении. Но обстоятельное рассмотрение этого, а также ряда других вопросов, связанных с особенностями оценки средств уголовно- процессуального доказывания в суде первой инстанции, является предметом последующего анализа, чему и посвящается следующий раздел нашей работы.

2.2. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания

в суде первой инстанции.

По УПК РСФСР 1960 года производство по уголовному делу в суде первой инстанции включало в себя две стадии уголовного процесса - предание обвиняемого суду и судебное разбирательство.

Предание обвиняемого суду могло осуществляться судьей единолично или судом коллегиально в распорядительном заседании суда с обязательным участием прокурора и возможным участием обвиняемого, его защитника, других участников уголовного процесса (ст. 221 УПК РСФСР).

В соответствии с Законом РФ от 29 мая 1992 года глава о предании обвиняемого суду получила прямо скажем несколько несуразное свое наименование, а именно: «полномочия судьи, до судебного разбирательства и подготовительные действия к судебному заседанию» (ст. 221-239 УПК РФ). Такая корректировка уголовно-процессуального законодательства возможно, как мы полагаем, была вызвана желанием законодателя упростить и отчасти

см. также: Ларин А.М. Презумпция невиновности. М., 1982. С. 32.

91

удешевить процесс предания обвиняемого суду. Анализ всех перечисленных в ст. 222 УПК РФ вопросов, подлежащих выяснению судьей при назначении судебного заседания и принятие в результате их разрешения решений о назначении судебного заседания, о приостановлении дела или направлении его по подсудности, о возвращении дела для дополнительного расследования, о прекращении производства по делу (ст. 223 \ 228-234 УПК РФ), стало возлагаться на судью единолично, причем практически по всем категориям уголовных дел. Исключение составили здесь лишь уголовные дела, подсудные суду присяжных, которые, как известно, ныне действуют лишь в девяти регионах Российской Федерации, да и то лишь на уровне судов соответствующих субъектов РФ. Закон РФ «О судебной системе Российской Федерации» от 21 декабря 1996 года в части необходимости практически повсеместного создания судов присяжных для рассмотрения определенной категории уголовных дел сегодня не выполняется; практически «заморожен» и совершенно неясно на какой период времени.

Вместе с тем производство в суде присяжных, введенное Законом РФ от 16 июля 1993 года и регулируемое ныне ст. 420-466 УПК РФ, предусматривает наличие в нем двух этапов рассмотрения и разрешения уголовного дела - предварительное слушание и само судебное разбирательство. Предварительное слушание хотя и производится судьей единолично, но с обязательным участием прокурора, обвиняемого, заявившего ходатайство о рассмотрении дела судом присяжных, его защитника. В предварительном слушании дела могут принимать участие и другие обвиняемые и потерпевшие, неявка которых не препятствует слушанию дела (ст. 432 УПК РФ).

Изложенное приводит нас к выводу о том, что такая стадия производства по уголовному делу, как предание обвиняемого суду

92

при всех имевших место с ней метамарфозах существует. Отсюда и соответствующей главе УПК РФ надлежит вернуть ее прежнее наименование. Причем, вовсе необязательно, чтобы в этой стадии уголовного процесса принимали участие и народные заседатели. Они здесь не играют никакой роли; даже при осуществлении правосудия в суде первой инстанции, в главной стадии уголовного процесса, какой является судебное разбирательство, роль народных заседателей сегодня в большинстве своем просто ничтожна.

Сказанное, как нам думается, позволяет в процессе дальнейшего изложения вести речь не о каких-то подготовительных действиях судьи к судебному разбирательству, а именно о решении им вопроса о предании обвиняемого суду.

Рассматриваемая стадия уголовного процесса по отношению к стадии предварительного расследования носит контрольный характер. В ней проверяется законность, полнота, всесторонность и объективность проведенного по уголовному делу предварительного расследования.

Задачи, стоящие перед стадией предания обвиняемого суду и назначения судебного заседания обуславливают процессуальные средства их достижения, характер осуществляемого здесь уголовно-процессуального доказывания. Так, в частности, возможности судьи по собиранию, проверке и оценке средств уголовно-процессуального доказывания здесь ограничены. В большинстве случаев судьям в этой стадии уголовного процесса не приходится собирать доказательства в том объеме, в каком это имеет место на стадии предварительного расследования уголовного дела. Он может, например, истребовать дополнительные доказательства (требовать представления документов и предметов, могущих установить необходимые по делу фактические данные и восстановление бухгалтерского
учета,

93

требовать производства ревизии и документальных проверок). Но следственные действия производить в этой стадии уголовного процесса судья не имеет права.

В стадии предания обвиняемого суду осуществляется и проверка средств уголовно-процессуального доказывания, целью которой является установление того, что обвинение по делу обосновано совокупностью доказательств.

Ныне уже практически все согласны с тем, что в рассматриваемой стадии уголовного процесса имеет место оценка любых имеющихся по делу средств уголовно-процессуального доказывания. К примеру, оценка доказательств здесь имеет место в полном объеме при принятии решения о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование, о прекращении по нему производства, о направлении по подсудности, о приостановлении производства. Доказательства оцениваются здесь с точки зрения, прежде всего, их относимости к сформулированному в обвинительном заключении обвинению и их достаточности для принятия законного и обоснованного решения о предании обвиняемого суду и назначении судебного разбирательства. Когда судья придет к выводу о том, что обстоятельства, установленные органами предварительного расследования, имеют значение для дела, он решает вопрос о том, могут ли доказательства подтвердить или опровергнуть эти обстоятельства. В тех случаях, когда доказательства не устанавливают имеющие значение для дела обстоятельства судья ставит вопрос об относимости этих доказательств к делу, к предмету уголовно-процессуального доказывания решает отрицательно. Если же судья установит связь между содержанием доказательств и имеющими для уголовного дела обстоятельствами, он переходит к решению следующего вопроса

94

оценки доказательств - их допустимости.

Оценивая доказательства с этой точки зрения судья устанавливает, из какого источника и с соблюдением ли установленных законом правил получены фактические данные, является ли этот источник законным. Допустимость доказательств предполагает также определенную процессуальную форму их получения. Соблюдение процессуальной формы закрепления доказательств - необходимое требование их допустимости.

Сказанное во многом относится и к оценке источников доказательств, а также способов их собирания (получения) и использования. При этом судье, необходимо избегать случаев перегрузки средств уголовно-процессуального доказывания теми, что не имеют к рассматриваемому делу никакого отношения.

В рассматриваемой стадии уголовного процесса судья располагает на наш взгляд, ограниченными возможностями по оценке средств доказывания. Так, он не может оценивать доказательства с точки зрения их достоверности, так как это означало бы по существу определенное предрешение вопроса об оценке их достоверности в стадии судебного разбирательства. Судья не должен оценивать достоверность доказательств и при принятии решения о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование, ибо при этом обвинение не разрешаемся по своему существу (это прерогатива судебного разбирательства), но с точки зрения их доброкачественности, с позиции соблюдения процессуальной формы, да и достаточности, на наш взгляд, судья их должен оценивать. Вопрос об оценке доказательств стоит иначе при прекращении производства по уголовному делу, ибо исключает дальнейшее исследование доказательств в судебном заседании, а потому судья оценивает в
этом случае доказательства и с точки зрения их

95

достоверности. Нам представляется, что при прекращении уголовного дела по реабилитирующим или нереабилитирующим основаниям судья, хочет он этого или нет, так или иначе вынужден ответить и на вопрос о виновности (невиновности) обвиняемого в преступлении.

Представляется весьма противоречивой позиция проф. В.З.Лукашевича, который с одной стороны, отрицает правомерность выяснения достоверности доказательств при прекращении судьей производства по уголовному делу в рассматриваемой стадии уголовного процесса, а, с другой стороны, допускает возможность прекращения уголовного дела с признанием обвиняемого виновным при освобождении его от уголовной ответственности и наказания72. Но признать обвиняемого виновным, не оценив доказательства по существу, нельзя. Различие в оценке доказательств по вопросу их достоверности при принятии решения о предании обвиняемого суду и назначении судебного разбирательства, возвращении дела на дополнительное расследование и направлении его по подсудности, с одной стороны, и прекращении производства по делу, с другой, по нашему мнению, определяется не только условиями, в которых они принимаются, сколько неодинаковым процессуальным значением принимаемых решений. Любое из первых трех постановлений представляет собой промежуточное процессуальное решение, ибо ими производство по делу не заканчивается; в постановлении же о прекращении уголовного дела дается окончательный ответ на главный вопрос доказывания (всего уголовного процесса) - о виновности или невиновности обвиняемого. Однако, учитывая, что прекращение уголовного дела в стадии предания обвиняемого суду и в судебном
разбирательстве осуществляется в различных

96

процессуальных процессуальных условиях, вопрос о достоверности доказательств при прекращении дела в первой из этих стадий уголовного процесса можно решить лишь при наличии одновременно следующих условий: а) когда вывод о достоверности доказательств вытекает из имеющихся в деле письменных материалов; б) когда само содержание имеющихся доказательств очевидно и непротиворечиво; в) когда сделанный судьей вывод о достоверности доказательств не усугубляет положения обвиняемого.

В рассматриваемой стадии уголовного процесса решается, как отмечалось, и вопрос о достаточности доказательств для рассмотрения уголовного дела по своему существу в судебном разбирательстве. В законе нет указаний на то, что следует понимать под достаточностью доказательств для рассмотрения дела в таком судебном заседании. В литературе по данному вопросу также нет ясности. Вопрос о достаточности доказательств для рассмотрения дела в судебном разбирательстве иногда сводят к выводу о том, что при поддержании их в ходе судебного разбирательства суд вынес бы обвинительный приговор или на основе этих доказательств суд в судебном заседании смог бы решить вопрос о виновности обвиняемого либо принять какое-то иное определенное решение73.

Понятие достаточности доказательств имеет определенное содержание, которое связано с результатом познания по делу. Судья оценивает достаточность доказательств для предания обвиняемого суду и назначения судебного разбирательства с учетом места такого решения среди других решений, принимаемых в процессе установления обстоятельств, входящих в предмет уголовно-процессуального доказывания.

72 См.: Лукашевич В.З. Гарантии прав обвиняемого в стадии предварительного расследования и предания суду. Л., 1967. С. 104.

97

На наш взгляд, достаточность доказательств нельзя связывать с тем, что они подтверждают (не подтверждают) наличие (отсутствие) всех значимых для дела обстоятельств. Требование полноты исследования обстоятельств уголовного дела, как нам представляется, шире требования о достаточности доказательств для предания обвиняемого суду.

Что касается источников доказательств, то оценка их достаточ- ности и качественности органично связана в анализируемой стадии уголовного процесса с исследованием доказательств, их совокупности с позиции принятия судьей возможных процессуальных решений. Только на основе необходимого количества доказательств, полученных из качественных источников и в соответствии с установленным уголовно- процессуальным законодательством способами судья принимает решение о предании обвиняемого суду и назначает по делу судебное разбирательство, в ходе которого обвинение разрешается по существу, осуществляется правосудие.

Рассмотрение уголовного дела в судебном разбирательстве имеет исключительно важное значение в выполнении стоящих перед Российским уголовным процессом задач. Согласно ст. 118 Конституции Российской Федерации только суду предоставлено право на осуществление правосудия. В соответствии со ст. 13 УПК РФ, положения которого основываются на ст. 49 Конституции РФ, «никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а также подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и в соответствии с законом». Вина подсудимого должна быть доказана на основе исследованных в судебном заседании средств уголовно-процессуального доказывания (прежде

73 См.: Шумилин С.Ф. Законность и обоснованность судебных решений, принимаемых в стадии

98

всего - доказательств) и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Тот факт, что до наступления указанного момента осужденные по уголовному делу часто находятся в определенной изоляции не означает их виновности. Заключение их под стражу является здесь лишь превентивной мерой от возможного ненадлежащего поведения таких лиц (чтобы не избежали исполнения судебного приговора и т.д.). Осуществление правосудия составляет процессуальную функцию суда в уголовном процессе и определяет все содержание его деятельности, в том числе и по уголовно-процессуальному доказыванию, которое имеет здесь место в полном своем объеме.

Решающее значение имеет оценка средств уголовно- процессуального доказывания, производимая судом в ходе рассмотрения уголовного дела в судебном заседании, разрешения обвинения по существу и принятия соответствующего процессуального решения. Именно в судебном разбирательстве окончательно решается вопрос о виновности или невиновности обвиняемого (подсудимого), его ответственности за содеянное, виде и мере такой ответственности.

Следует иметь ввиду, что оценка средств уголовно- процессуального доказывания производится судом не только в совещательной комнате во время обсуждения указанных в ст. 303 УПК РФ вопросов и принятия по каждому из них в отдельности и в их совокупности процессуального решения, а в ходе их исследования в процессе всего судебного разбирательства уголовного дела. Суд обязан проверить правильность и обоснованность выводов, сделанных на более ранних стадиях уголовного процесса, соответствие оценки средств
уголовно- процессуального

предания суду//Автореф. дис… канд. юрид. наук Харьков, 1981. С. 7.

99

доказывания, сделанном в стадии предварительного расследования уголовного дела существующим по нему в реальной действительности обстоятельствам. При этом суд совершенно не связан с той оценкой, которая была дана в стадии предварительного расследования дела любому из средств уголовно-процессуального доказывания, а осуществляет ее самостоятельно.

Оценка средств уголовно-процессуального доказывания производиться судом и всеми другими субъектами доказывания в течение всего судебного следствия, где наиболее полно реализуются все принципы уголовного процесса и условия,
способствующие установлению по каждому уголовному делу объективной истины, в частности, такие как всесторонность,
полнота и объективность исследования обстоятельств дела, непосредственность, устность и непрерывность судебного заседания, состязательность и др. В ходе судебного следствия, где в основном и решается познавательная задача, выясняется
ценность, значимость доказательств, их источников и способов получения и использования в ходе уголовно- процессуального доказывания. Соглашаясь с тем, что в
ходе судебного следствия «стороны должны представить
суду доказательства» 4, мы вместе с тем полагаем, что и сами судьи должны в сборе доказательств проявлять активность.
Судьи, в частности, не пассивно выслушивают показания свидетелей, обвиняемых, заключения экспертов и других участников судебного разбирательства, ожидая момента удаления в совещательную комнату для разрешения указанных в ст.
303 УПК РФ вопросов и постановления приговора, а напротив, активно исследуют каждое средство доказывания по
делу путем сопоставления их с имеющимися
доказательствами, другими средствами доказвания

Якимович Ю.К. Избранные статьи (1985-1996г.г.). Томск, 1997. С. 40.

100

путем сбора, истребования дополнительных, новых доказательств по рассматриваемому уголовному делу75.

При этом оценка средств уголовно-процессуального доказывания ведется каждым судьей в отдельности. Активно участвуя в судебном заседании, судьи уже в ходе самого судебного заседания составляют себе определенное мнение о ценностных свойствах каждого из средств доказывания. Однако оценка таких средств в процессе судебного следствия является все же только предварительной. Окончательную оценку им суд может дать только на основе оценки всех средств уголовно-процессуального доказывания в их совокупности. Здесь мы полностью солидарны с теми, кто считает, что в гносеологическом аспекте как движение от незнания к знанию формирование внутреннего судейского убеждения происходит, как отмечалось, в ходе всего судебного разбирательства, а в психологическом аспекте, под которым подразумевается уверенность судьи в достоверности полученных знаний, только в совещательной комнате, но никак не раньше. В противном случае не было бы смысла проводить судебные прения и выслушивать последнее слово подсудимого .

Оценка судами всех средств уголовно-процессуального доказывания в их совокупности играет важную роль в формировании их судейского убеждения; оно не складывается само по себе, а вырабатывается в результате внимательного изучения и тщательной оценки всех материалов уголовного дела.

В процессе оценки средств доказывания в судебном заседании у судей появляются определенные суждения относительно фактов, подлежащих установлению по уголовному делу. Но эти суждения не

75 См.: Шейфер С.А., Черкасова Н.Ю. Непосредственность при исследовании доказательств- важная гарантия установления истины в суде первой инстанции.//Проблемы повышения качества уголовно-процессуальной деятельности в условиях перестройки. Ижевск, 1989. С. 144-152.

101

являются окончательными, так как они неоднократно могут изменяться под влиянием оценки других исследуемых судом средств уголовно-процессуального доказывания. Одни из них могут подтверждать ранее сформировавшиеся суждения об обстоятельствах уголовного дела, другие - ставить их под сомнение, третьи - вовсе отрицать. Все это, безусловно, оказывает определенное влияние на формирование внутреннего убеждения судей, заставляя их вновь и вновь проверить сделанные ими ранее выводы.

Формирование внутреннего судейского убеждения во многом способствуют процессуальные правила, регламентирующие порядок работы судей в совещательной комнате, которая проходит в последовательности, установленной в ст. 302-307 УПК РФ. Порядок обсуждения в совещательной комнате перечисленных в ст. 303 УПК РФ вопросов гарантирует всесторонний анализ всех доказательств и других средств доказывания, формированию твердого убеждения относительно фактов, подлежащих установлению по уголовному делу. Порядок совещания судей происходит в форме постановки председательствующим в судебном заседании судьей на решение суда вопросов и получения на них от других судей или народных заседателей утвердительного или отрицательного ответа. Целью совещания судей является выработка на основании исследования средств доказывания единого мнения об обстоятельствах уголовного дела.

Судьи приходят в совещательную комнату, уже имея определенное убеждение (представление) о таких обстоятельствах. Но в судебном приговоре должно находить отражение не убеждение каждого судьи в отдельности, а их общее мнение по делу.

В процессе совещания судей должны быть проанализированы

76 См.: Бозров В.М., Кобяков В.М. Судебное следствие. Екатеринбург, 1992. С. 7.

102

и подвергнуты обсуждению все без исключения имеющееся доказательства, говорящие как за, так и против подсудимого. Если в процессе совещания судей окажется невыясненым какое-либо обстоятельство уголовного дела, то суд может, не постановляя приговора, возобновить следствие и путем судебного действия выяснить это обстоятельство (ст. 308 УПК РФ). Это положение закона является существенной гарантией обоснованности внутреннего судейского убеждения. В подобных случаях суд не может заменить невыясненное обстоятельство своими предположениями, а обязан исследовать в судебном заседании дополнительные доказательства.

В процессе формирования коллективного внутреннего убеждения судей особая роль принадлежит председательствующему в судебном заседании судье как своеобразному «лидеру» судебной коллегии, который в результате высокого уровня специальных знаний и своего положения может оказывать положительное влияние на других судей, народных заседателей при формировании у них внутреннего убеждения. Поэтому при обсуждении вопросов, подлежащих разрешению в приговоре, от председательствующего в судебном заседании судьи требуется особый такт и строгое выполнение требовании закона как в отношении очередности постановки на обсуждение вопросов, так и в отношении порядка совещания судей. Отступление от этих требований может привести к тому, что приговор суда будет выражать лишь мнение самого председательствующего, а не коллективное мнение суда.

Исходя из изложенного, представляется совершенно неправильным мнение о том, что до вынесения приговора суд вообще

77

не участвует в уголовно-процессуальном доказывании . В судебном

77 См.: Рахунов Р. Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. М, 1961. С. 46.

103

разбирательстве суд не является пассивным созерцателем происходящего, а самым активным образом исследует все средства уголовно-процессуального деказывания, оценивает их, а при необходимости и принимает меры к собиранию доказательств, т.е. суд является активным участником уголовно-процессуального даказывания, посредством которого суд и устанавливает объективную истину по каждому конкретному уголовному делу.

Считаем необходимом высказать свое негативное отношение к имевшим место рекомендациям о том, чтобы суды критически относились к доказательствам и выводам органов предварительного расследования, да и, вообще, к имеющимся по делу средствам уголовно-процессуального доказывания8. Такая установка дала повод поддерживающим в суде обвинение прокурорам в своих речах, с которыми они выступают в судебных прениях, обращаться к суду с призывом критически подойти к оценке тех или иных средств доказывания (чаще - к показаниям подсудимых). Между тем такая установка не согласуется с принципами уголовного процесса, которыми должны руководствоваться, прежде всего, сами прокуроры и судьи в судебном заседании, в том числе и таким принципом, как всесторонность, полнота и объективность исследования всех обстоятельств уголовного дела (ст. 20 УПК РФ).

В достижении объективной истины по уголовному делу, в формировании правильного внутреннего судейского убеждения большое значение имеет процессуальная деятельность отдельных участников судебного разбирательства, в том числе самих подсудимых, прокуроров, защитников, потерпевших, других лиц. Прокурор, как известно, обязан «следить за установлением дей- ствительно единообразного понимания законности во
всей

78 См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. 1983. № 5. С. 15; 1986. № 6. С. 3.

104

республике, несмотря ни на какие местные различия и вопреки каким бы то ни было местным влияниям» .

Согласно ч. 3 ст. 1 Федерального Закона «О прокуратуре Российской Федерации» в редакции от 17 ноября 1995 года «прокуроры в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации участвуют в рассмотреннии дел судами, опротестовывают противоречащие Закону решения, приговоры, определения и постановления судов».

В судебном разбирательстве прокурор участвует в качестве государственного обвинителя.

В ходе судебного разбирательства прокурор обязан своим активным участием способствовать вынесению законного и обоснованного приговора. Для этого закон ему представляет широкие процессуальные права: право заявлять ходатайство, участвовать в исследовании доказательств, в обвинительной речи, давать заключения по возникающим в ходе судебного разбирательтва вопросам, выступать в судебных прениях с обвинительной речью и

др.

В протоколе судебного следствия прокурор непосредственно участвует в исследовании деказательств. Он выслушивает показания свидетелей, эксперта, потерпевших, обвиняемых, осматривает вещественные доказательства, выявляет факты, которые по его мнению, имеют значение по делу. На основе всестороннего исследования всех средств доказывания проведенного в судебном следствии прокурор, естественно, и оценивает их. На основе такой оценки он и формулирует свои выводы в обвинительной речи, в которой подвергает анализу
все собранные по делу средства

Ленин В.И. Поли. Собр. Соч. Т. 45. С. 138.

105

доказывания .

Если в результате судебного разбирательства прокурор придет к убеждению, что данные судебного следствия не подтверждают предъявленного подсудимому обвинения он обязан отказаться от обвинения, изложив при этом суду мотивы такого отказа (ст.248 УПК РФ).

При исследовании и оценке средств уголовно-процессуального доказывания в судебном заседании прокурор обязан всегда руководствоваться требованиями полноты, всесторонности и объективности. Он не может занимать предвзятую позицию. Прокурор приходит в суд убежденным в виновности обвиняемого, для поддержания обвинения. Основой для этого убеждения служат для него материалы предварительного следствия. Однако, в судебном заседании, где исследование доказательств протекает в иных процессуальных условиях, прокурор может изменить свое мнение по делу.

Согласно ст. 287 проекта УПК РФ, находящегося на обсуждении в государственной Думе Федерального Собрания РФ (Реформируемый УПК РФ), «в случае отказа прокурора от обвинения, если от обвинения отказался также и потерпевший, суд своим определением (постановлением) прекращает дело». Это, на наш взгляд, представляется совершенно правильным, ибо суд не относится к органам уголовного преследования, а осуществляет лишь правосудие по разрешаемому делу в условиях состязательности и равенства сторон.

К участникам стороны обвинения относятся потерпевший, гражданский истец и их представители. Эти лица также участвуют в

80 О содержании обвинительной речи прокурора см.: Судебные речи государственных обвинителей прокуратуры Удмуртской республики/Под ред. В.М. Походина и 3.3. Зинатуллина.

106

оценке средств уголовно-процессуального доказывания, поддерживают обвинение, свои исковые притязания (требования), корректируют или отказываются от них. По делам частного обвинения (дела об оскорблении, клевете, причинении побоев или легких телесных повреждений, о преступлениях против интересов службы в коммерческих и иных организациях) от волеизъявления потерпевших полностью зависит быть или не быть самому судебному разбирательству по уголовному делу.

Что касается гражданского иска по уголовному делу, то в случаях когда такой иск поддерживает прокурор или если суд признает необходимым разрешить иск, суд рассматривает его независимо от явки в суд гражданского истца или его представителя (ст. 252 УПК РФ). Аналогичную норму мы находим и в ст. 291 Реформируемого проекта УПК РФ. На необходимость такого разрешения рассматриваемого вопроса о гражданском иске нацеливает и ст. 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 апреля 1996 года «О судебном приговоре».

Сторону защиты в судебном разбирательстве уголовного дела представляют сами подсудимые, их защитники, гражданские ответчики и их представители.

Подсудимому предоставляются все права для самого активного участия в осуществляемом в ходе судебного разбирательства, на всех его этапах уголовно-процессуального доказывания, в оценке любых средств доказывания. Он защищается от обвинения, а зачастую и от предъявляемых к нему исковых требований (в случаях, когда то или иное лицо является одновременно и подсудимым и гражданским ответчиком по уголовному делу). Ему не безразлично, как будет

Ижевск, 1990; Зинатуллин 3.3., Зинатуллин Т.З. Общие проблемы обвинения и защиты по

107

разрешено обвинение, а также предъявляемые к нему исковые требования. В силу этого он наделяется значительным объемом про цессуальных прав (ст. 46,245,273 и др. УПК РФ), используя которые он может опровергнуть обвинение, доказывать свою невиновность или меньшую степень виновности в
инкриминируемом

преступлении, в том, что он никому не причинял ни материального, ни морального вреда, в корректировке их размера и т.д. В обосновании своих утверждений он может ссылаться на соответствующие оцененные им доказательства, их источники, подвергнуть сомнению их относимость к обстоятельствам предмета уголовно-процессуального доказывания, достоверность,

достаточность для сформулированных по уголовному делу, скажем, органами предварительного расследования и прокурором в обвинительном заключении выводов, допустимости и доброкачественности источников, включая их процессуальную форму и т.д.

Для полнокровной реализации своих процессуальных прав подсудимые могут обращаться к помощи лиц, обладающих правовыми познаниями, каковыми являются защитники. Согласно ст. 48 Конституции Российской Федерации «каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи», в том числе и с использованием помощи такого участника уголовного процесса, каким является защитник. О том, кто может выступать в качестве последнего, указывается в частях 4 и 5 ст. 47 УПК РФ.

Процессуальное положение защитника в судебном разбирательстве уголовного дела обусловлено тем, что он в соответствии со ст. 51 УПК РФ обязан «использовать все указанные в законе средства и способы защиты в целях выяснения обстоятельств,

уголовным делам. Ижевск, 1997. С. 34-38.

108

оправдывающих подозреваемого или обвиняемого, смягчающих их ответственность, оказывать им необходимую юридическую помощь». Как видим, закон обязывает защитника участвовать в уголовно-процессуальном доказывании и производить в пределах предоставленных ему прав действия, направленные на представление в пользу подзащитного доказательств, а также участие в исследовании и оценке всех средств уголовно- процессуального доказывания. В соответствии со ст. 249 УПК РФ защитник в судебном заседании «принимает участие в исследовании доказательств, высказывает свое мнение по возникающим во время судебного разбирательства вопросам, излагает суду соображения защиты по существу обвинения, относительно обстоятельств, смягчающих ответственность, о мере наказания и гражданско-правовых последствиях преступления». Именно этими рамками очерчены все действия защитника в подготовительной части судебного заседания, в судебном следствии и в судебных прениях, где он выступает с защитительной речью.81

Что касается участия гражданских истцов и их представителей в оценке средств уголовно-процессуального доказывания, то оно сводится к оценке таковых о позиции доказывания факта отсутствия самого преступного события, причинившего по мнению стороны обвинения потерпевшему или гражданскому истцу материальный или моральный вред, а в случае же доказанности обвинения и виновности подсудимого в причинении вреда - в доказывании меньшего их размера по сравнению с тем, что требуют представители стороны обвинения.

Таковы основные положения, связанные с оценкой средств

81 См.: Николаева Т.Н. Деятельность защитника на судебном следствии. Саратов, 1987; Кручинин Ю.С. Участие адвоката-защитника в уголовно-процессуальном доказывании.//Автореф. дис.

109

уголовно-процессуального доказывания в стадиях производства по уголовным делам в суде первой инстанции, при предании обвиняемого суду и в судебном разбирательстве.

Рассмотренные положения, на наш взгляд, существенно не зависят от установленных федеральным Конституционным Законом РФ «О судебной системе Российской Федерации» от 21 декабря 1996 года возможных форм судебного разбирательства - судьей единолично или коллегиально в виде рассмотрения уголовного дела в составе а) профессионального судьи и двух народных заседателей, б) трех профессиональных судей, в) судьей с участием двенадцати присяжных заседателей. Заметим, что названные формы судебного разбирательства уголовного дела получили свое должное урегулирование как в действующем УПК РФ (см., например, ст. 15, 35, 221-321, 420-466 УДК РФ), так и в Реформируемом проекте УПК РФ (ст. 16-18, 34-35, 262-401).

Постановленный судом первой инстанции судебный приговор может быть по жалобе или протесту отдельных участников судебного разбирательства пересмотрен с точки зрения его законности и обоснованности. Процесс такого пересмотра, вне зависимости от того, в каком порядке он будет осуществляться, так или иначе предполагает оценку средств уголовно- процессуального доказывания, в первую очередь тех доказательств, на которых основано конкретное пересматриваемое судебное решение (судебный приговор).

канд. юрид. наук. Ижевск, 1997; Зинатуллин 3.3.,Загуменнов Б.К., Серебренников СВ. Судебные

ПО

2.3. Оценка средств уголовно-процессуального доказывания в

стадиях проверки законности и обоснованности судебных

приговоров и их исполнения.

В соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством постановленный судом первой инстанции судебный приговор может быть пересмотрен с точки зрения его законности и обоснованности в кассационном (ст. 325-355 УПК РФ), надзорном порядке (ст.371-383 УПК РФ) и в порядке возобновления уголовных дел по вновь открывшимся обстоятельствам (ст. 384-390 УПК РФ).

Отдельные проекты УПК РФ82, в том числе и Реформируемой предусматривают еще и введение порядка пересмотра приговоров по апелляционным жалобам и протестам. Предполагается, что его предметом будет являться проверка правильности установления судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и применения уголовного закона, а также соблюдение при рассмотрении и разрешении дела в суде первой инстанции норм уголовно-процессуального закона.

Что касается порядка производства по уголовному делу в апелляционном суде, то в основном он должен проводиться по правилам производства в суде первой инстанции, причем с обязательным участием прокурора, частного обвинителя, подавшего жалобу, подсудимого, подавшего жалобу или в защиту интересов которого, жалоба подана защитником или законным представителем либо в отношении которого принесен протест прокурором не в пользу подсудимого (осужденного), а также защитника.

речи и деловые бумаги адвоката по уголовным делам. Ижевск, 1996. С.6-70.

См.: Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Проект. С. 398-424//Юрид. вестник. Сентябрь-95.

№31(122). С. 22-23.

111

Как видим, предполагаемый порядок рассмотрения дела в суде апелляционной инстанции, включающий в себя все части обычного судебного разбирательства (судебное следствие, судебные прения и др.) свидетельствуют о наличии в апелляционном производстве уголовно-процессуального доказывания в полном своем объеме, в том числе и оценку имеющихся по делу всех средств уголовно- процессуального доказывания.

Результатом рассмотрения дела в апелляционном порядке может стать: а) оставление приговора суда первой инстанции без изменения, а апелляционных жалоб или протеста - без удовлетворения; б) отмена обвинительного приговора суда первой инстанции и оправдание подсудимого или прекращение дела; в) отмена оправдательного приговора суда первой инстанции и вынесение обвинительного приговора; г) изменение приговора суда первой инстанции; д) отмена приговора и направление дела для дополнительного расследования.

Что касается оснований к отмене или изменению приговора суда первой инстанции в апелляционном порядке, то таковыми могут быть: а) несоответствие выводов суда о фактических обстоятельствах дела, изложенных в приговоре, исследованным апелляционной инстанцией доказательствам; б) неправильное применение уголовного закона; в) существенное нарушение уголовно-процессуального закона; г) несоответствие назначенного по приговору суда первой инстанции наказания тяжести совершенного преступления и личности подсудимого. Практически речь идет о тех же основаниях, что предусмотрены для отмены или изменения судебного приговора в кассационном или надзорном порядке (ст. 342 УПК РФ), за исключением такого основания, как односторонность или неполнота дознания, предварительного или судебного следствия

112

(п. 1 ст. 342 и 343 УПК РФ). Объясняется это, как нам думается, предметом апелляционного производства, предполагающего пересмотр, в частности, уже установленных судом первой инстанции фактических данных (доказательств), а не их отсутствие, которое можно было бы восполнить в суде апелляционной инстанции. Восполнение же пробелов ни предварительного, ни судебного следствия при производстве по делу в апелляционном порядке не предусматривается.

Занимая своеобразное промежуточное положение между производством по делу в суде первой инстанции и пересмотром судебных приговоров в кассационном порядке апелляционный порядок пересмотра, нам представляется, будет способствовать в целом более качественному осуществлению правосудия по уголовным делам. Введение апелляционного производства, естественно, приведет к некоторому удорожанию процесса осуществления правосудия по уголовным дедам, но такое удорожание не должно служить препятствием на пути более эффективной охране (защиты) конституционных прав и свобод человека и гражданина.

Вопрос о возможности оценки доказательств и других средств уголовно-процессуального доказывания в судах кассационной и надзорной инстанциях уже сравнительно давно перестал быть дискуссионным; его наличие в таких стадиях уголовного процесса ныне признается как в теории, так и практике
уголовного

83

судопроизводства .

Проверка законности и обоснованности приговоров

83 См.: Алексеев В.Б. Оценка доказательств в стадии надзорного производства. М., 1971; Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном процессе. Киев, 1984. С. 36-39; Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 171-177; Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России/ААвтореф. дис… докт. юрид. наук. Воронеж, 1989. С. 29-30.

113

вышестоящими судами немыслима без оценки доказательств, которые суд первой инстанции положил в основу приговора, без тщательной оценки всех средств уголовно-процессуального доказывания.

Так, перед судами кассационной и надзорной инстанций всегда стоит вопрос о достаточности и доброкачественности тех доказательств, на которых суд первой инстанции основал свой приговор, сделал вывод о виновности и степени ответственности обвиняемого.

Осуществляемая этими судами оценка доказательств существенно отличается от оценки доказательств, производимой судами первой инстанции. Если такие суды оценивают доказательства в обстановке устного, непосредственного и состязательного процесса, производя с участием сторон допросы подсудимых, свидетелей, экспертов, то суды кассационной и надзорной инстанции судебного следствия не производят и свое решение основывают преимущественно на оценке уже имеющихся в уголовном деле доказательствах. В качестве возможного способа собирания доказательств, да и то лишь применительно к производству в суде кассационной инстанции, закон называет представление новых (дополнительных) материалов «как до, так и во время рассмотрения дела, но до дачи заключения прокурором» (ст. 337 УПК РФ). Думается, что такое правило должно быть распространено и на случаи пересмотра судебных приговоров в порядке надзорного производства. Заметим, что Реформируемый проект УПК РФ предусматривает возможность в случае ходатайства сторон предоставить суду кассационной инстанции право: «а)назначить судебно-психиатрическую экспертизу; б) назначить иную судебную экспертизу, если ее проведение
возможно по

114

имеющимся в деле материалам; в) истребовать документы, связанные

с состоянием здоровья, семейным положением и данными о прошлых

судимостях осужденного» (ст. 434). Последнее
положение

укладывается в рамки ст. 337 действующего УПК РФ, а потому

никаких возражений не вызывает. Что же касается возможности

назначения и производства экспертизы в судах кассационной
и

надзорной инстанциях, то такое предложение, на наш взгляд, не

согласуется с правовой природой этих стадий
Российского

уголовного процесса84, с тем, что в них не предусмотрен сбор новых

средств доказывания (доказательств и их источников)
путем

производства следственных действий. Кроме того,
такое

предложение есть ничто иное как попытка внедрения некоторых

элементов аппеляции в указанные виды производств. Мы же, как

отмечалось, не против законодательного призвания аппеляции
в

качестве самостоятельного вида производства по уголовному делу,

возрождения того, что имело место в России по Уставу уголовного

судопроизводства 1864 года. В предложении о предоставлении суду

кассационной инстанции права назначать судебную
экспертизу

негатив нам видится еще и в том, что а) экспертиза как следственное

действие, заключение эксперта как источник доказательств

приобретают несколько повышенный статус по сравнению с другими

следственными действиями и источниками
доказательств

(переоценка значимости такого средства доказывания над другими,

как на это ориентировал в свое время А.Я. Вышинский);
б)

законодательное введение предлагаемого исключения
для

экспертизы может повлечь за собой своего рода цепную реакцию в

виде предложений о необходимости производства в
судах

кассационной и надзорной инстанции каких-либо еще и других

84 См., например: Мизулина Е.Б. Природа надзорного производства по уголовным делам//Авреф.

115

следственных действий. Подобные предложения растворят границы между стадиями судебного разбирательства, апелляционным, кассационным и надзорным производством, приведет к искажению содержания самого предмета кассационного и надзорного производства, каковым является пересмотр постановленного судом первой инстанции приговора с позиции его законности и обоснованности исследованными в таком суде доказательствами, их источниками, способами получения и использования.

Тот факт, что в соответствии со ст. 338 и 377 УПК РФ при рассмотрении дела в судах кассационной и надзорной инстанциях осужденный или оправданный, их защитники и законные представители, потерпевший и его представитель, гражданский истец и гражданские ответчик или их представители, если они участвуют в соответствующем заседании суда, дают объяснения не дает основания утверждать о возможности в рассматриваемых проверочных стадиях уголовного процесса каких-либо следственных действий, связанных с собиранием доказательств. Дача объяснений не следственное действие, да и по своему содержанию они связываются с порядком проведения предварительного расследования и судебного разбирательства по делу, пояснением иных вопросов, которые не связаны с доказыванием виновности подсудимого в инкриминированном преступлении (о состоянии здоровья, семейном положении и т.д.).

Суды кассационной и надзорной инстанции не вправе исследовать средства доказывания на основе их восприятия в процессе судебного следствия, как это имеет место в судах первой инстанции. Такие суды вправе только признать незаконными отдельные обстоятельства уголовного дела и исключить их
из

Дис. канд. юрид. наук. Казань, 1983.

116

судебного приговора, переквалифицировать на уголовно- правовую форму о менее тяжком преступлении, изменить, снизить меру наказания, но усилить наказание, а равно применить закон о более тяжком преступлении не могут (ст.340, 380 УПК РФ). Суды кассационной и надзорной инстанции вправе и прекратить производство по уголовному делу, если обвинение, бывшее предметом судебного разбирательства, оказывается не подтвержденным доказательствами, рассмотренными судом первой инстанции, и нет оснований для производства дополнительного расследования и нового судебного разбирательства. В то же время указанные суды «ни при каких обстоятельствах не могут устанавливать в результате оценки доказательств факты, не указанные в приговоре или ими отвергнутые».85 При возникающей к тому необходимости приговор суда первой инстанции должен быть отменен и дело направлено на новое рассмотрение за исключением случаев, когда факт, устанавливаемый дополнительно представленными материалами не требует своей проверки оценки (факт смерти, не достижение осужденным возраста, с которого согласно ст. 20 УК РФ наступает уголовная ответственность).

Сам процесс оценки средств уголовно-процессуального доказывания в судах кассационной и надзорной инстанциях как и в суде первой инстанции неразрывно связан с анализом (исследованием) указанных средств как каждого в отдельности, так и в их совокупности. Необходимо выделять следующие основные этапы оценки средств доказывания как а)сопоставление содержащихся в пересматриваемом судами приговоре положений с фигурирующими по уголовному делу доказательствами и их источниками; б) выяснение, того, в какой мере и как суд первой

85 Уголовный процесс/Под ред. Н.С. Алексеева, В.З. Лукашевича, П.С. Элькинд. М, 1972. С. 426.

117

инстанции исследовал средства доказывания и в в) осуществлении судами кассационной и надзорной инстанции своей собственной оценки средств уголовно-процессуального доказывания.

Сопоставляя содержащиеся в приговоре суда положения с имеющимися в деле доказательствами и их источниками суды кассационной и надзорной инстанции обязаны проверить, подтверждаются ли ими указанные в приговоре факты и обстоятельства собранными по делу доказательствами, нет ли в приговоре голословных утверждений, основанных на предположениях, догадках, слухах, а не на конкретных средствах доказывания. Выясняя вопрос о качестве исследования фигурируемых по делу средств доказывания суды кассационной и надзорной инстанции анализируют действия суда первой инстанции в отношении средств доказывания, а именно вызваны ли в судебное заседание все свидетели, допущенные на предварительное следствие, какие вопросы судом задавались им, подсудимым, другим участникам судебного разбирательства, какие документы оглашены в суде и какие объяснения по ним получены и т.д.

В результате оценки средств уголовно-процессуального доказывания суды кассационной и надзорной инстанции приходят к определенному выводу об обоснованности или необоснованности пересматриваемого судебного приговора. Своеобразие проводимой в таких судах оценки средств доказывания по сравнению с их оценкой в суде первой инстанции состоит в том, что такие суды не могут устанавливать новые факты, а лишь признать, что имеющиеся факты в приговоре отражены правильно (неправильно). Другая особенность оценки средств доказывания в судах кассационной и надзорной инстанции заключается в том, что, отменяя приговор и направляя дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, такие суды не

118

могут указывать последнему, как он должен оценить те или иные средства уголовно-процессуального доказывания при повторном рассмотрении дела, не могут предрешать новый судебный приговор.

Основания для отмены или изменения приговора в судах кассационной и надзорной инстанции одни и те же. Они указаны в СТ.342-347УПК РФ. Таковыми являются, а) односторонность или неполнота дознания, предварительного или судебного следствия; б) несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела; в) существенное нарушение уголовно-процессуального закона; г) неправильное применение уголовного закона; д) несоответствие назначенного судом наказания тяжести преступления и личности осужденного.

Односторонним считается такое исследование фактов и обстоя- тельств, при котором оказываются не установленными все факты и обстоятельства, входящие в предмет уголовно-процессуального доказывания по делу. Неполное же исследование обстоятельств дела имеет место в тех случаях., когда обстоятельства, входящие в предмет доказывания по конкретному уголовному делу выявлены поверхностно, отсутствует та необходимая глубина изучения, которая ведет к точному установлению наличия или отсутствия соответствующих уголовно-правовых отношений. Иначе говоря, отсутствует совокупность доказательств, как целостная доказательственная система, обеспечивающая адекватное отражение всех элементов предмета доказывания86. Такое может, к примеру, иметь место тогда, когда весьма поверхностно допрошен очевидец преступления, чьи показания имеют, конечно же, существенное значение по делу.

86 См.: Зеленецкий B.C. Сущность совокупности доказательств в советском уголовном процессе/ЯГроблемы доказательственной деятельности по уголовным делам в советском уголовном процессе. Красноярск, 1985. С. 69.

119

Такое основание для отмены или изменения приговора как несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела связано с недостатками в оценке средств уголовно-процессуального доказывания, вызванное, в частности, нарушением связей между элементами мыслительного процесса. Дефекты в оценке средств доказывания проявляются в наличии в приговоре суда противоречивых доказательств, в неправильном установлении доброкачественности средств доказывания, в противоречивости самих выводов суда и т.д. При этом перечисленные в ст. 344 УПК РФ обстоятельства должны признаваться существенными и влечь отмену или изменение приговора только тогда, когда несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела повлияло или могло повлиять на решение вопроса о виновности (невиновности) подсудимого, на правильность применения уголовного закона или на назначение меры уголовного наказания.

Существенное нарушение уголовно-процессуального закона как основание для отмены или изменения приговора рассчитано в основном на случаи нарушения процессуальной формы уголовного судопроизводства. Обратившись к законодателю, мы видим, что существенными процессуальными нарушениями признаются те, которые путем лишения иди стеснения гарантированных законом прав сторон при рассмотрении дела или иным путем помешали суду всесторонне исследовать дело, повлияли или могли повлиять на постановление законного и обоснованного судебного приговора (ч. 1 ст. 345 УПК РФ). Анализ данной нормы закона приводит к тому, что критериями ограничения существенных нарушений форм уголовного судопроизводства от тех, что не влекут отмену или изменение приговорам является их влияние на правосудность приговора. Если, к

120

примеру, уголовное дело рассмотрено в суде в отсутствие потерпевшего, который не был извещен о дне рассмотрения уголовного дела в суде, то налицо будет существенное нарушение уголовно-процессуального закона, связанное с ограничением прав участника уголовного процесса. Во второй части ст. 345 УПК РФ перечисляются безусловные основания для отмены приговора суда ввиду допущенных им нарушений уголовно-процессуального закона. Для этого судам кассационной или надзорной инстанции достаточно констатировать наличие одного из них.

Заметим, что если в части 2 ст. 345 УПК РФ констатируется семь таких оснований к отмене приговора, то по Модельному УПК для государств - участников СНГ их количество увеличено до двенадцати. Этот акт включает в себя еще и такие основания как: а)постановление приговора на материалах, полученных с нарушением принципов уголовного процесса и установленного законом порядка получения доказательств; б) непроведение по делу экспертизы, когда по закону она обязательна; в) обвиняемому или его защитнику не было реально обеспечено право на ознакомление со всеми материалами дела с учетом его объема и сложности и др.87

Содержание такого основания, как неправильное применение уголовного закона раскрывается как: а) неприменение судом закона, который подлежал применению; б) применение
закона, не подлежащего применению; в) неправильное истолкование закона, противоречащее его точному смыслу (ст. 346 УПК РФ).

Подмечая несовершенство указанной нормы закона, ученые предлагают сформулировать ее так: «нарушением уголовного закона является: а) неправильное применение статей Общей части Уголовного кодекса; б) квалификация преступления не по той статье

121

или части Уголовного колеса, которая подлежит применению; в)назначение осужденному наказания, вид и размер которого не предусмотрен данной статьей Уголовного кодекса»88. В реформируемом проекте УПК РФ последний пункт обозначается как назначение наказания более сурового, чем предусмотрено санкцией данной статьи УК РФ (ст. 441).

Перед уголовным судопроизводством, наряду с другими, стоит задача назначения виновному справедливого наказания. Невыполнение этой задачи, т.е. назначение несправедливого наказания рассматривается законом как основание к отмене или изменению приговора. Согласно ст. 347 УПК РФ приговор подлежит отмене или изменению, когда назначенное судом наказание не соответствует тяжести преступления и личности осужденного, оно по своему размеру является явно несправедливым как вследствие мягкости, так и вследствие суровости.

В литературе «справедливость» рассматривается как специфическое нормативное понятие морали, существующее для оценки нескольких явлений с точки зрения распределения блага и зла между людьми, для равномерного соизмеримого учета разных интересов в данной системе социальных отношений, как мера относительного соответствия разных явлений и поступков моральным ценностям, принятым в данном обществе89. Включение этой нравственной категории в норму закона применительно к оценке назначаемого наказания объясняется тем, что, предоставив суду право выбора меры наказания, законодатель в ст. 60 УК РФ определил только общие начала назначения
наказания,

87 См.: Модельный УПК для государств - участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт. Санкт-Петербург, 1996, С. 328-329.

88 Уголовно-процессуальное законодательство СССР и РСФСР. Теоретическая модель/Под ред. проф. В.М. Савицкого. М., 1990. С. 265.

См.: Алексеев С.С. Право и наша жизнь. М, 1978. С. 43.

122

руководствуясь которыми суд в установленном законом пределах избирает меру наказания. При применении данной нормы материального закона суд наделяется правом использовать нравственные нормы, в том числе и требование социальной справедливости.

Уголовно-процессуальный закон связывает справедливость назначенного судом наказания с его соответствием тяжести преступления и личности осужденного. Категория «тяжесть преступления» конкретизирована в уголовном законе с помощью таких понятий как характер и степень общественной опасности преступления. Что касается положения о том, чтобы назначенное наказание не выходило за пределы статьи уголовного закона, то речь идет здесь о пределах санкции конкретной уголовно- правовой нормы. По такому критерию согласно ст. 15 УК РФ все преступные деяния подразделяются на преступления небольшой, средней тяжести, тяжкие и особо тяжкие преступления90.

Раскрывая вопрос об особенностях оценки средств уголовно- процессуального доказывания при возобновлении уголовных дел по вновь открывшимся обстоятельствам следует сказать о том, что в этой стадии уголовного процесса оценке подвергаются одновременно и каждое из таких средств, и сам вступивший в законную силу и пересматриваемый приговор суда первой инстанции, а также выводы судов кассационной и надзорной инстанции, если таковые существуют по делу, и сами указанные в ст. 384 УПК РФ вновь открывшиеся по уголовному делу обстоятельства. В качестве объектов судебной оценки все они равны, хотя природа их источников неодинакова.

Средства уголовно-процессуального доказывания

123

воспринимаются лицом, их оценивающим, в основном по материалам уголовного дела, изложенным ими в письменном виде. При их оценке необходимо обращать внимание не только на содержание отдельных средств доказывания, но и процессуальную форму, на ее соответствие требованиям уголовно-процессуального закона (ч. 3 ст. 69 УПК РФ).

Что касается самого судебного приговора, то его оценка производится с позиции его соответствия предъявляемым к такому акту правосудия требованиям, как указанные в ст. 301 УПК РФ, так и вытекающим из содержания других правовых и иных социальных норм, а именно, является ли он законным, обоснованным, мотивированными справедливым, определенным и окончательным91.

При оценке вновь открывшихся обстоятельств (следует учитывать, что каждое из них выступает, прежде всего, как доказательство неправосудности постановленного судом первой инстанции судебного приговора. В силу этого такие обстоятельства и должны оцениваться с точки зрения их относимости к предмету доказывания по конкретному уголовному делу (в первую очередь, к обвинению), допустимости и достоверности таких обстоятельств. Это вызывает необходимость последовательного исследования (анализа) и оценки всего процесса уголовно-процессуального доказывания, получившего свое отражение в материалах уголовного дела, результатов проверки в ходе дополнительно проведенного расследования самих вновь открывшихся обстоятельств, сопоставляя их с выводами суда первой инстанции, сформулированными в пересматриваемом судебном приговоре.

Вступивший в законную силу приговор подлежит своему

90 Подробную характеристику рассмотренных оснований см.: Ласточкина Р.Н., Москвитина Т.А. Основания к отмене или изменению приговора. Ярославль, 1987.

124

безусловному исполнению. Стадия исполнения приговора представляет собой «совокупность уголовно-процессуальных действий, призванных обеспечить воздействие уголовного процесса на сферу реализации содержащихся в приговоре предписаний путем исполнения некоторых приговоров судами, обращения остальных приговоров к исполнению, а также внесения коррективов в решения приговора о наказании в связи с появлением обстоятельств, свидетельствующих о невозможности или нецелесообразности исполнения приговора этого решения в прежнем виде»92.

Особенности производимой в этой стадии уголовного процесса оценки средств доказывания обусловлены исполнительной направленностью ее предмета. Наряду с уголовно-процессуальной деятельностью, связанной с обращением приговора к исполнению, разрешением ряда вопросов, возникающих как при этом, так и в ходе фактического исполнения приговора, здесь широко имеет место деятельность, регламентируемая уголовно- исполнительным

законодательством. Да и сама уголовно-процессуальная деятельность по своей направленности не связана с исследованием вопросов о виновности (невиновности) лица в совершении преступления и о его уголовной ответственности (вопросы эти уже получили свое разрешение), а с тем, как эффективнее воплотить содержащиеся во вступившем в законную силу приговоре суда предписания, а при необходимости и разрешить возникающие при исполнении приговоров вопросы о возможности применения к осужденному условно-досрочного освобождения, об освобождении его от дальнейшего отбывания уголовного наказания по болезни и т.д.). Разрешение таких вопросов возможно в порядке ст. 369 УПК РСФСР

91 Подробно об этих и иных качественных свойствах приговора см.: Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный приговор. Казань, 1965. С. 151-171.

92 Свиридов М.К. Сущность и предмет стадии исполнения приговора. Томск, 1978. С. 108.

125

на суд (судью). Учет специфики подлежащих при этом разрешению задач и предмета позволили проф. Ю.К. Якимовичу отнести такие виды производств к числу дополнительных, тех, что обеспечивают правильное применение уголовного закона93.

Что касается конкретного содержания оценки средств уголовно- процессуального доказывания в таком дополнительном производстве, то оно сводится к оценке: а) сведений, которые содержаться в представленных в суд документах с позиции их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для принятия соответствующего решения; б) допустимости и других качественных параметров носителей сведений о подлежащих разрешению судом (судьей) обстоятельств; в) того, представлены ли необходимые документы теми, кто по закону наделен на это соответствующим правом (администрация учреждения по исполнению уголовных наказаний, прокурорами, самими осужденными или их защитниками94, врачебными комиссиями и т.д.). Вместе с судом (судьей), которому принадлежит решающая роль в исследовании и оценке средств доказывания, перечисленные выше лица или их представители выступают в названном производстве в качестве субъектов уголовно- процессуального доказывания.

Оценка средств уголовно-процессуального доказывания имеет место и в так называемых особых производствах по уголовному делу, таких как: а) производство по делам о преступлениях несовершеннолетних; б) производство по применению принудительных мер медицинского характера; в)производство
в

93 См.: Якимович Ю.К. Структура советского уголовного процесса: система стадий и система производств. Основные и дополнительные производства. Томск, 1991. С. 13-15, 116-137.

См.: Беседин А.В. Защита в стадии исполнения приговора//Автореф. дис. канд. юрид. наук. Воронеж, 1996; Зинатуллин T.3. Этические основы уголовно-процессуальной деятельности адвоката-защитника//Автореф. дис. канд. взрид. наук. Ижевск, 1998. С. 10,20.

126

протокольной форме.

Не ставя перед собой задачи подробного анализа особенностей оценки средств доказывания в указанных видах производств, считаем возможным ограничиться лишь указанием на то, что определяются они, прежде всего, спецификой предмета доказывания и теми конкретными задачами, которые стоят перед каждой из разновидностей особых производств. Отметим лишь, что все такие виды особых производств достаточно подробно урегулированы уголовно-процессуальным законодательством, имеет место в практической деятельности и право на свое существование оправдывает. Последнее относится и к протокольной форме производства по делу, имеющее как ярых своих противников95, так и сторонников96.

Профиль данного исследования позволяет нам не вдаваться в остро дискуссионный вопрос о природе протокольной формы производства по делу, ее содержании и праве на существование97. Ограничимся лишь констатацией того, что сегодня она имеет место, причем по значительному количеству весьма распространенных составов преступлений (ст. 44 УПК РСФСР). Производство по ним регламентировано уголовно- процессуальным законом (ст. 414-419 УПК РСФСР). По всем им имеет место уголовно-процессуальное доказывание, включающее в себя и оценку имеющихся по таким делам средств доказывания с учетом их специфики появлением (ряда

95 См.: Строгович М.С. Уголовно-процессуальная форма и обеспечение прав обвиняемого//Развигие и совершенствование уголовно-процессуальной нормы. Воронеж, 1979. С. 83-92.

96 См.: Пашкевич П.Ф. Процессуальные формы уголовного судопроизводства нужно дифференцировать//Соц. законность. 1974. № 9; Маршев С.А. О дифференциации форм уголовного судопроизводства//Развитие и совершенствование уголовно-процессуальной формы. Воронеж, 1979. С. 141-148; Басков В.И. Протокольная форма досудебной подготовки материалов. М., 1989.

97 Об этом см.: Якимович Ю.К. Структура советского уголовного процесса: Система статей и система производств. Основные и дополнительные производства. Томск, 1991. С. 59-115; Басков В.И. Протокльная форма досудебной подготовки материалов. М, 1989; Лонь С.Л. Протокольное производство//Автореф. дис… канд. юрид. наук. Томск, 1992.

127

из них еще до принятия решения о возбуждении уголовного дела; спецификой предмета доказывания, его направленности, участвующих в нем субъектов и др.).

Таковы, на наш взгляд некоторые особенности оценки средств уголовно-процессуального доказывания в отдельных стадиях производств российского уголовного процесса.

128

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Исходя из того, что «решение научной проблемы всегда выступает в форме системы знания, объясняющей интересующее нас явление или процесс»98, в данной работе мы провели системный анализ одного из наиболее важных структурных элементов уголовно-процессуального доказывания, каким является оценка применяемых при этом средств. Последние выступают в виде доказательств, их источников и способов получения (собирания) и использования фактических данных в целях установления по каждому расследуемому или разрешаемому уголовному делу объективной истины.

Каждое из указанных средств уголовно-процессуального доказывания имеет свое конкретное содержание в виде определенных ценностных свойств (качеств). Именно они и являются предметом осуществляемой участниками уголовного процесса, в первую очередь, должностными лицами органов предварительного расследования, прокуратуры и суда, оценки.

В основе оценки средств уголовно-процессуального доказывания лежат четыре органически взаимосвязанных между собой принципа, раскрытию содержания которых в диссертации уделено значительное внимание.

В отдельной главе проанализированы основные особенности оценки средств уголовно-процессуального доказывания в отдельных стадиях Российского уголовного процесса.

Проведенное исследование еще раз убедило нас в необходимости устранения в наиболее кратчайший срок существующего ныне нонсенса, вызванного тем, что уже два года действует новое уголовное законодательство Россини, а механизм

98 Логика научного исследования. М., 1964. С. 16.

129

применения его положений все еще базируется на
уголовно-процессуальном законодательстве сорокалетней давности.

Принятие нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации является актуальнейшей задачей сегодняшнего дня. Понятно стремление законодателей к тому, чтобы такой Кодекс во всех отношениях был наиболее качественным. Исходить, однако, как нам думается, необходимо из того, что есть, из тех социально- экономических условий, что сложились у нас, в нашей стране, сегодня. Жизнь так или иначе внесет свои коррективы, которые, естественно, должны будут учитываться в дальнейшем и получат свое определенное отражение в уголовно-процессуальном регулировании. Сфера социальных (да и экономических) отношении такова, что делать ставку на создание здесь своего рода «вечных» постулатов просто немыслимо, невозможно.

Вместе с тем, учитывая, что нового уголовно-процессуального законодательства еще нет, а в Государственной Думе Федерального Собрания России проводится большая работа по анализу многочисленных предложений ученых и практиков в части того, что хотели бы они видеть в Реформируемом УПК РФ, в дополнении к тем положениям, что указаны нами во введении к данной работе и выносятся на защиту, отмечая при этом, что все они несут определенную методологическую нагрузку, способствуют более углубленному познанию всего существа оценки средств уголовно-процессуального доказывания, ее социального назначения, полагали бы возможным в срезе нашего исследования высказать еще ряд предложений. Так, в новом УПК РФ необходимо, на наш взгляд выделить специальный раздел, в котором более шире, обстоятельнее, четче получили бы свое нормативное выражение все аспекты уголовно-процессуального доказывания. Такой раздел целесообразно

130

было бы начать со статьи, в которой раскрывалось бы понятие уголовно-процессуального доказывания и его содержание сквозь призму отражения в нем структурных элементов. Далее должны следовать нормы о предмете уголовно-процессуального доказывания с отражением подлежащих установлению общих для всех уголовных дел обстоятельств и дополнительных для отдельных категорий (несовершеннолетние т.д.). Затем полагали бы необходимым выделить группу норм о средствах уголовно- процессуального доказывания - о доказательствах, их источниках, способах собирания и использования фактических данных с указанием применительно к каждому отдельно взятому средству доказывания тех, содержащихся в них ценностных свойств (качеств), которые подлежали бы оценке. При этом следовало бы четко указать, что фактические данные, являющиеся доказательствами по делу могут выступать в виде сведений о подлежащих установлению фактах реальной действительности и самих таких фактов. За нормой о понятии источников доказательств и перечислении последних должны следовать статьи, в которых раскрывалось бы их содержание и процессуальный режим включения в сферу уголовно- процессуального доказывания (начинать надо с показания подозреваемых и обвиняемых, а затем потерпевших, свидетелей и

др)-

В статье о способах собирания доказательств необходимо оговорить возможность использования в качестве таковых данных, полученных в результате оперативно-розыскной и частной детективной деятельности, при условии проверяемости источника доказательственной информации и ее облечения в установленную законом процессуальную форму.

В отдельных нормах УПК РФ должны получить отражение

131

предъявляемые к оценке средств уголовно-процессуального доказывания, требований (принципов) содержание которой полагали бы возможным практически оставить в редакции ст. 71 действующего УПК РФ.

В завершении хотелось бы еще раз выразить надежду на то, что по крайней мере в предстоящее тысячелетие Россия войдет с новым уголовно-процессуальным законодательством. Тем самым органы предварительного расследования, прокуратуры, суда, адвокатуры получат комплексную нормативную базу как для более эффективной борьбы с преступностью, так и для полноценной реализации и охраны прав и свобод всех тех, кто в силу тех или иных обстоятельств оказался вовлеченным в сферу уголовно-процессуальной деятельности.

132

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК Законодательство и иные акты. Проекты.

  1. Конституция Российской Федерации 1993 г.
  2. Уголовный Кодекс Российской Федерации 1996 г.
  3. Уголовно-процессуальный Кодекс Российской Федерации 1960г.
  4. Федеральный Закон о прокуратуре РФ 1995 г.

  5. О судебной системе Российской Федерации: Федеральный Конституционный закон 1996 г.

  6. Об оперативно-розыскной деятельности: Федеральный закон 1995г.

  7. О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений организованной преступности: Указ Президента РФ от 14 июня 1994 г.
  8. Всеобщая Декларация прав человека 1948 г.
  9. Декларация прав и свобод человека и гражданина 1991г.
  10. История законодательства СССР И РСФСР по уголовному процессу и организации суда и прокуратуры. 1917-1954: Сб. документов. М., 1955.

11.0 судебном приговоре: Постановление Пленума Верховного Суда РФот29апр. 1996 г.

  1. Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель. М., 1990.
  2. УПК РФ (Общая часть). Проект ГПУ Президента РФ//Рос. юстиция. 1994. № 9.
  3. УПК РФ. Проект НИИ проблем укрепления и правопорядка при Генеральном прокуроре РФ. М., 1994.
  4. УПК РФ. Проект Министерства юстиции РФ. 1994.
  5. УПК РФ. Проект//Юрид. вести. Сент.-95. № 31 (122).
  6. Реформируемый УПК РФ (Проект, находящийся на обсуждении
  7. 133

Государственной думы Федерального Собрания РФ).

  1. Модельный уголово-процессуальный кодекс для государств- участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт от 17 февраля 1996 г.

  2. Концепция судебной реформы в РФ. М., 1992г.

  3. Концепция уголовно-процессуального законодательства//Гос. и право. 1992. №8.

  4. Алексеев В.Б. Оценка доказательств в стадии надзорного производства. М, 1971.
  5. Алексеев В.Б. Теоретические основы судебного надзора (по уголовным делам):Автореф. дис… докт. юрид. наук. М., 1978.
  6. Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980.
  7. Алексеев С.С. Социальная ценность права в советском обществе. М., 1971.
  8. Алексеев С.С. Проблемы теории права. Т.1. Свердловск, 1972; Т.2. Свердловск, 1973.
  9. Алексеев С.С. Теория права. М., 1995.
  10. Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. М., 1964.
  11. Балашов А. Действительно ли возбуждение уголовного дела - первоначальная стадия уголовного процесса?//Соц. законность.
  12. №8.

  13. Банин В.А. Предмет доказывания в советском уголовном процессе (гносеологическая и правовая природа). Саратов, 1981.
  14. Басков В.И. Протокольная форма досудебной подготовки материалов. М., 1989.
  15. Безлепкин Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания//Сов. гос. и право. 1991. № 8.

134

  1. Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М., 1966.
  2. Белкин Р.С, Винберг А.И. Криминалистика и доказывание. М, 1969.
  3. Божьев В.П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М, 1975.

  4. Божьев В.П. Уголовно-процессуальные правоотношения: Автореф. дис… докт. юрид. наук. М., 1994.

  5. Бозров В.М., Кобяков В.М. Судебное следствие. Екатеринбург, 1992.
  6. Бойков А.Д. Третья власть в России. М, 1997.
  7. Бойков А.Д. О перспективах развития уголовно- процессуального законодательства/ЯТроблемы правового регулирования в современных условиях. Ч. 3. Ижевск, 1997.
  8. Вышинский А.Я. Теория судебных доказательств в советском праве. М., 1950.

  9. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978.

  10. Григорьева Н.В. Принципы уголовного судопроизводства и доказывание//Рос. юстиция. 1995. №8.

  11. Григорьев В.Н. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела//Доказывание по уголовным делам. Красноярск, 1986.

  12. Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном процессе: Автореф. дис.. канд. юрид. наук. М., 1996.

  13. Громов Н.А. Теоретические и практические проблемы возобновления уголовных дел по вновь открывшимся обстоятельствам: Автореф. дис… докт. юрид. наук. М., 1993.

  14. Давлетов А., Семенцов В. Оперативная видео- и звукозапись//

135

Соц. законность. 1991. №11.

  1. Давлетов А. А. Оценочная деятельность в уголовно- процессуальном познании/ААктуальные проблемы советского уголовного процесса. Свердловск, 1987.

  2. Давлетов А. А. Основы уголовно-процессуального познания. Свердловск, 1991; Основы уголовно-процессуального познания. 2-е изд. Екатеринбург, 1997.

  3. Давлетов А. А. Нормативная модель общей части доказательственного права//Гос. и право. 1992. №10.

  4. Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств преступления. Ростов-на-Дону, 1991.

  5. Джатиев B.C. О некоторых вопросах теории доказательств, обвинения и защиты//Рос. юстиция. 1994. №8.
  6. Общая методология и современные проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Владикавказ, 1995.
  7. 52.Доля Е.А. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам//Рос. юстиция.
  8. №6.

  9. Доля Е.А. Соотношение гносеологической и правовой сторон доказывания в Российском уголовном процессе//Гос. и право.
  10. №10.
  11. Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. М., 1996.
  12. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела М., 1961.
  13. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие. М., 1965.

  14. Зажицкий В.И. Правовая регламентация доказывания по уголовным делам//Сов.юстиция. 1937. № 12.

136

  1. Зажицкий В.И. Использование доказательств в судебном заседании//Сов.юстиция. 1988. № 19.

59.Зажицкий В.И. Связь оперативно-розыскной деятельности и уголовного процесса//Гос. и право. 1995. № 6.

  1. Зархин Ю.М. Тенденции развития уголовно-процессуального права России. Ижевск, 1996.

  2. Зархин Ю.М. Доказывание в уголовном процессе. М., 1997. 2.39.

  3. Зеленецкий B.C. Сущность совокупности доказательств в советском уголовном процессе/Шроблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. Красноярск, 1985.

  4. Зинатуллин 3.3. Вероятное и достоверное в процессуальных решениях следователя/Шроблемы доказывания по уголовным делам. Красноярск, 1988.

  5. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993.

  6. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальные функции. Ижевск, 1994.

  7. Зинатуллин 3.3. «Пороги» на путях правосудияУ/Научная информация по вопросам борьбы с преступностью. М., 1993. № 144.

  8. Зинатуллин 3.3., Зинатуллин Т.З., Белоусов А.Е., Зайнуллин И.Т. В ногу со временем (Заметки по проекту УПК МЮ России)//Вестн. Удм. ун-та. 1995. №1.
  9. Зинатуллин 3.3., Загуменнов Б.К., Серебренников СВ. Судебные речи и деловые бумаги адвоката по уголовным делам. Ижевск, 1996.
  10. Зинатуллин 3.3., Зинатуллин Т.З. Общие проблемы обвинения и защиты по уголовным делам. Ижевск, 1997.
  11. Зинатуллин 3.3. Методологические основы уголовно- процессуального доказывания/УВеста. Удм. ун-та. 1993. № 1.

  12. Зинатуллин 3.3. Актуальные проблемы уголовно- процессуальной

137

науки и некоторые аспекты судебной реформы//Научные и практические проблемы уголовного судопроизводства в свете судебно-правовой реформы. Ижевск, 1989.

  1. Зинатуллин 3.3. Насущные проблемы уголовно- процессуальной науки//Вестн. Удм. ун-та. 1995. № 1.
  2. Зинатуллин 3.3., Милиции С.Д., Бозров В.М. Реформа уголовного судопроизводства в России: надежды и реальность//Вестн. Удм. унта. 1996. № 1.
  3. Зинатуллин 3.3., Зинатуллин Т.З. О средствах уголовно- процессуального доказывания и их оценке//Вестн. Удм. ун-та. 1996 №1.

  4. Зинатуллин 3.3. Совершенствование качества правового регулирования - архиважная проблема уголовно-процессуальной науки//Проблемы правового регулирования в современных условиях. Ч. 2. Ижевск, 1997.
  5. Зинатуллин 3.3., Крысин С.Г. Оценка средств уголовно- процессуального доказывания в условиях современного законотворчества//Вестн. Удм. ун-та. 1998. № 1.
  6. Каз Ц.М. Проблемы доказывания в суде первой инстанции. Саратов, 1978.

  7. Казизян Г.С, Соловьев А.Б. Проблемы эффективности следственных действий. Ереван, 1987.

  8. Карнеева Л.М. Доказывание в советском уголовном процессе. Волгоград, 1988.
  9. Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе. М., 1994.
  10. Ковтун Н.Н. Спорные вопросы в теории доказательств//Гос. и право. 1997. №6.
  11. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в
    уголовном

138

судопроизводстве. М., 1994.

  1. Кокорев Л.Д. Судебная реформа: идеи и реальность//Проблемы судебной реформы. Воронеж, 1994. Вып.1.

  2. Кореневский Ю.В. Проверка и оценка достоверности доказательству/Прокуратура и правосудие в условиях судебно- правовой реформы.

  3. Костаков А.А. Допустимость и относимость доказательств. Л., 1991.
  4. Кони А.Ф. Обвиняемые и свидетели//Избранные произведения. М., 1959. Т.1.
  5. Ковтун Н.Н. Спорные вопросы в теории доказательств (об устранении действительных и мнимых противоречий в уголовном процессе)// Гос. и право. 1997. № 6.
  6. Кротова Л.А. Процессуальные гарантии достижения задач уголовного судопроизводства: Автореф. дисс… канд. юрид. наук. Казань, 1982.

  7. Кротова Л.А., Зинатуллин 3.3. Демократия и ОГПУвщина рядом (заметки по проекту Общей части УПК РФ)//Вестн. Удм. ун-та.
  8. №1.

  9. Кручинин Ю.С. Участие адвоката-защитника в уголовно- процессуальном доказывании: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Ижевск, 1997.

  10. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дала. Воронеж, 1983.

  11. Кузнецов Н.П. Концепция судебной реформы и некоторые проблемы доказывания в уголовном процессе//Проблемы судебной реформы. Воронеж, 1994. Вып. 1.
  12. Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Автореф. дис. докт. юрид. наук.
  13. 139

Воронеж, 1998.

  1. Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском

правосудии. Минск, 1969.

95.Курс советского уголовного процесса. Общая часть/Под ред. А.Д.

Байкова и И.И. Карпеца. М., 1989.

  1. Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. М., 1966.
  2. Ларин A.M. Презумпция невиновности. М., 1982.
  3. Ларин A.M., Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание//Гос. и право. 1996. №5.
  4. Ласточкина Р.Н., Москвитина Т.А. Основания к отмене или изменению приговора. Ярославль, 1987.

  5. Левченко О.В. Общеизвестные, преюдициально установленные и законом презюмируемые факты и особенности их использования в уголовно-процессуальном доказывании: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Казань, 1994.
  6. Логика научного исследования. М., 1965.
  7. Лонь С.Л. Протокльное производство: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Томск, 1992.

  8. Лупинская ПА. Доказывание в советском уголовном процессе. М., 1966.

  9. Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и форма. М., 1976.

  10. Масленникова Л.Т. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовному делу: Автореф. дис… канд. юрид. наук. М., 1990.

  11. Маркушин А.Г. Оперативно-розыскная деятельность необходимость и законность. Н. Новгород, 1995.

  12. Мотовиловкер Я.О. Некоторые вопросы теории советского уголовного процесса в свете нового уголовно- процессуального

но

законодательства. Кемерово, 1962.

  1. Мотовиловкер Я.О. Уголовно-процессуальные функции. Ярославль, 1976.

  2. Мотовиловкер Я.О. Основной вопрос уголовного процесса и его компоненты. Воронеж, 1984.

ПО. Мотовиловкер Я.О. Некоторые аспекты вопроса о допустимости (недопустимости) источников доказательств в советском уголовном судопроизводстве//Доказывание по уголовным делам. Красноярск, 1986.

  1. Москалькова Т.Н. Этика уголовно-процессуального доказывания. М., 1996.

  2. Михайленко А.Р. Возбуждение уголовного дела. Саратов, 1975.

  3. Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном судопроизводстве. Киев, 1984.

  4. Мизулина Е.Б. Природа надзорного производства: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Казань, 1982.
  5. Мизулина Е.Б. Независимость суда еще не есть гарантия правосудия//Гос. и право. 1992. №4.
  6. Мухин И.И. Объективная истина и некоторые вопросы оценки судебных доказательств при осуществлении правосудия. Л., 1971.
  7. Николаева Т.Н. Деятельность защитника на судебном следствии. Саратов, 1987.
  8. Ожегов СИ. Словарь русского языка. М., 1978.
  9. Пашин С.А. Допустимость доказательств//Рос. юстиция. 1994. №7.
  10. Пашин С. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства//Рос. юстиция. 1995. № 5.

  11. Пашкевич П.Ф. Объективная истина в уголовном судопроизводстве. М., 1961.

141

  1. Пашкевич П.Ф. Процессуальный закон и эффективность уголовного судопроизводства. М., 1984.

  2. Петрухин И.Л. Правосудие: время реформ. М., 1991.
  3. Петрухин И.Л. Состязательность и правосудие//Гос. и право.
  4. №10.
  5. Рахунов Р.Д. Участники уголовно-процессуальной деятельности. М., 1961.
  6. Размадзе М.Н. Методологические основы доказывания в советском уголовном процессе: Автореф. дис… докт. юрид. наук. М., 1972.

  7. Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М., 1977.
  8. Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М., 1976.
  9. Савицкий В.М. Теоретическая модель нового уголовно- процессуального регулирования//Сов. гос. и право. 1990. № 2.
  10. Свиридов М.К. Сущность и предмет стадии исполнения приговора. Томск, 1978.
  11. Сибилева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголов ном процессе: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Харьков, 1986.

  12. Силагадзе М.Д. Доказывание в советском юридическом процессе его предмет и пределы: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Казань, 1986.
  13. Скуратов Ю.И. Конституция РФ и проблемы законности уголовного судопроизводства//Вопросы укрепления законности в уголовном судопроизводстве в свете правовой реформы. Тюмень, 1995.
  14. Советский уголовно-процессуальный закон и проблемы его эффективности. М.,1979.
  15. Советский уголовный процесс/Под ред. И.В. Тыричева. М., 1985.

142

  1. Советский уголовный процесс/Под ред. Н.С. Алексеева и В.З. Лукашевича. Л., 1989.
  2. Старченко А.А. Логика в судебном исследовании. М., 1958.
  3. Строгович М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. М., 1956

  4. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М.,
  5. Т.1.;М., 1970. Т.2.
  6. Строгович М.С. Признание обвиняемым своей вины в качестве судебного доказательства//Сов. гос. и право. 1982. №4.
  7. Стовповой А.Г. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого как элемент предмета доказывания: Автореф. дис… канд. юрид. наук. М., 1980.
  8. Стойко Н.Г. Объект и предмет уголовно-процессуального доказывания/ЛТроблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. Красноярск, 1985.
  9. Судебная реформа и проблемы уголовного судопроизводства. М., 1995.
  10. Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973.
  11. Томин В.Т. Уголовное судопроизводство: революция продолжается. Горький, 1969.

  12. Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991.

  13. Трусог> А.И. Основы теории судебных доказательств. М., 1960.
  14. Трусов А.И. О допустимости и относимости доказательств//Сов. юстиция. 1990. № 4.
  15. Уголовный процессЛПод ред. М.А. Чельцова. М., 1969.
  16. Уголовный процессЛ1од ред. Н.С. Алексеева, В.З. Лукашевича, П.С. Элькинда. М., 1972.
  17. Уголовный процессЛТод ред. П.А. Лупинской. М., 1995.
  18. 143

  19. Уголовный процесс/Под ред. В.П. Божьева. М., 1997. 2.139. Уголовный процесс/Под ред. проф. К.Ф. Гуценко М., 1997.
  20. Уголовно-процессуальное право/Под ред. П.А. Лупинской. М., 1997.
  21. Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. М., 1959.
  22. Фаткуллин Ф.Н. Обвинение и судебный приговор. Казань, 1965.
  23. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1973; 2-е. изд. Казань, 1976.

  24. Фаткуллин Ф.Н., Зинатуллин 3.3., Аврах Я.С. Обвинение и защита по уголовным делам. Казань, 1976.

  25. Федоров В.И. Значение истребования и представления доказательств для обоснования процессуальных решений по уголовному делу: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Саратов, 1990.

  26. Халиуллин А. Г. Феномен российской прокуратуры: прокурорский надзор и уголовное преследование/ЯТроблемы совершенствования прокурорского надзора. М., 1997.

  27. Характер, причины и способ устранения ошибок в стадии предварительного следствия. М., 1990

  28. Хмыров А.А. Косвенные доказательства. М., 1979.

  29. Черкасова Н.Ю. Исследование доказательств в суде первой инстанции: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Казань, 1993.
  30. Шадрин B.C. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Волгоград, 1997.
  31. Шейфер С.А. Следственные действия. М., 1981.
  32. Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе: методологические и правовые проблемы. Саратов, 1986.
  33. Шейфер С.А., Черкасова Н.Ю. Непосредственность при исследовании доказательств - важная гарантия установления истины в суде
  34. 144

первой инстанции/УПроблемы повышения качества уголовно- процессуальной деятельности в условиях перестройки. Ижевск, 1989.

  1. Шейфер С.А. Доказательственные аспекты Закона об оперативно-розыскной деятельности//Гос. и право. 1994. № 1.

  2. Шейфер Л.С. Формы закрепления доказательств в судебном заседании: Автореф. дне… канд. юрид. наук. М., 1989.

  3. Шумилин С.Ф. Законность и обоснованность судебных решений, принимаемых в стадии предания суду: Автореф. дис… канд. юрид. наук. Харьков, 1981.

  4. Шпилев В.Н. Содержание и формы уголовного судопроизводства. Минск, 1974.

  5. Эйсман А.А. Логика доказывания. М., 1971.

172.Элькинд П.С. Сущность советского уголовно- процессуального права. Л., 1963,

  1. Элькянд П.С. Толкование и применение норм уголовнопроцессуального права. М., 1967.

  2. Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. Л., 1976.
  3. Якуб М.Л. Процессуальная форма в советском уголовном судопроизводстве. М., 1981.
  4. Якимович Ю.К. Избранные статьи (1985-1996). Томск, 1997.

  5. Якимович Ю.К. Структура советского уголовного процесса: система стадий и система производств. Основные и дополнительные производила. Томск, L991.

145