lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Беспалько, Виктор Геннадиевич. - Доказывание по делам о контрабанде: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Москва, 2001 250 с. РГБ ОД, 61:02-12/247-3

Posted in:

Государственный таможенный комитет Российской Федерации Российская таможенная академия

На правах рукописи

Беспалько Виктор Геннадиевич

Доказывание по делам о контрабанде

Специальность 12.00.09 - “Уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность”

Москва - 2001

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель - кандидат юридических наук профессор А.Ф. Козыкин

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение З

Глава 1. Понятие и методологические основы доказывания в уголовном

процессе 15

1.1. Понятие доказывания в уголовном процессе 15 1.2. 1.3. Методологические основы доказывания в уголовном судопроизводстве 24 1.4. Глава 2. Предмет и пределы доказывания по делам о контрабанде

товаров и иных предметов 38

4.1. Предмет доказывания по делам о контрабанде 38 4.2. 4.3. Пределы доказывания по делам о контрабанде 100 4.4. Глава 3. Процесс доказывания по делам о контрабанде 125

3.1. Собирание доказательств по делам о контрабанде 125 3.2. 3.3. Проверка доказательств по делам о контрабанде 167 3.4. 3.5. Оценка доказательств по делам о контрабанде 187 3.6. Заключение 210

Библиографический список использованной литературы 215

«І

Приложения 239

Введение

Актуальность темы диссертационного исследования. Либерализация и связанная с нею активизация внешнеэкономической деятельности, рост интенсивности интернациональных миграционных процессов - явления, безусловно, позитивные. Но их оборотной стороной является стремительный рост правонарушений в сфере таможенной деятельности, в том числе и преступных посягательств на установленный государством порядок перемещения товаров и других предметов через таможенную границу. Обязанность борьбы с ними в соответствии с п. 9 ст. 10 Таможенного кодекса Российской Федерации (далее ТК) возложена на таможенные органы Российской Федерации и составляет содержание их правоохранительной функции. В соответствии с п. 9 ст. 117 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР (далее УПК) таможенные органы являются органами дознания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 “Контрабанда”, ст. 189 “Незаконный экспорт технологий, научно-технической информации и услуг, сырья, материалов и оборудования, используемых при создании оружия массового поражения, вооружения и военной техники”, ст. 190 “Невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран”, ст. 193 “Невозвращение из-за границы средств в иностранной валюте” и ст. 194 “Уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица” Уголовного кодекса Российской Федерации (далее УК). Перечисленные составы преступлений законодателем включены в число преступлений в сфере экономической деятельности (гл. 22 УК), а отдельными авторами объединяются в группу преступлений в сфере таможенной деятельности или преступлений В сфере таможенного дела . Статистика свидетельствует, что преступность в сфере таможенной деятельности имеет устойчивую тенденцию к росту. Так в 1997 г. таможенными органами было возбуждено 2897 уголовных дел (в том числе 2406 дел или 83 % - по контрабанде), в 1998 г. - 2911 дел (в том числе 2216 дел или 76 % - по контрабанде), в 1999 г. - 3753 дела (в том числе 2640 дел или 70 % - по контрабанде), а в 2000 г. - 3757 дел (в том числе 2644 дела или 66 % - по контрабанде).^ Указанные количественные показатели дают ясное представление о том, что «львиную» долю (более двух третей) преступлений в таможенной сфере составляет контрабанда, посягаюшая на установленный порядок осуществления внешнеэкономической деятельности, являющейся составной частью материальной основы функционирования государства - его экономики. Криминологические исследования контрабанды показывают, что она в значительной степени детерминирована интернациональной организованной преступностью и, как правило, связана с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, отравляющих, ядовитых веществ, оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и т.д. Поэтому раскрытие и расследование контрабанды сопряжено со значительными трудностями. Правильное и своевременное применение норм уголовного законодательства об ответственности за это преступление возможно только при оперативном и квалифицированном расследовании контрабанды, залогом которого является эффективная деятельность органов дознания и предварительного следствия по собиранию, проверке и оценке доказательств, составляющая процесс доказывания. Однако в процессуальной и криминалистической литературе проблемы доказывания по

Кочубей М-А. Уголовная ответственность за преступления в сфере таможенной деятельности. Дис. … канд. юрид. наук. - Ростов-н/Д, 1998; Козырин А.Н. Преступления в сфере таможенного дела // Ответственность за нарушения таможенных правил. - М., 1999.

^ Для большей наглядности и сопоставления сведения о количестве уголовных дел, возбужденных таможенными органами РФ по различным статьям УК за период 1997 - 2000 гг. представлены в виде таблицы в разделе “Приложения” настоящей диссертации.

делам о контрабанде не рассматривались. В этой связи научная разработка процессуальных и криминалистических аспектов доказывания по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, приобретает актуальное значение. Осмысление указанных вопросов актуально сегодня и в плане проводимой на уровне Федерального Собрания РФ и Правительства России работы по подготовке и принятию новых Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и Таможенного кодекса Российской Федерации.

Степень разработанности проблемы. Контрабанда была и остается в центре пристального внимания многих авторов. В период действия монополии на внешнюю торговлю и УК РСФСР исследованием уголовно-правовых вопросов ответственности за контрабанду занимались Ю.И. Сучков, В.И. Колосова, В.В. Лукьянов и другие авторы.’ В связи с введением в действие в 1997 г. нового УК, коренным образом изменившего юридическую конструкцию данного состава, преступления появились новые работы ученых, посвященные проблемам квалификации контрабанды, в том числе Ю.И. Сучкова, П.И. Самойленко, М.А. Кочубей, Л.Ю. Родиной, В.И. Михайлова, А.В. Федорова и других авторов.^ В историческо-криминологическом аспекте

’ См.: Сучков Ю.И. Контрабанда и ответственность. - Калининград, 1976; Лукьянов В.В. Уголовно- правовая характеристика контрабанды и ее предупреждение: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Л., 1982; Колосова В.И. Ответственность за контрабанду. Борьба аппаратов БХСС со спекуляцией контрабандными товарами. - Горький, 1987; и др.

^ Сучков Ю.И. Ответственность за контрабанду по уголовному кодексу Российской Федерации 1996г. // Юридическая практика. Информационный бюллетень Центра права специального юридического факультета СПбГУ, 1996, № 4 (7); Михайлов В.И., Федоров А.В. Уголовная ответственность за контрабанду. - СПб, 1997; Самойленко П.И. Ответственность за преступления, отнесенные к компетенции таможенных органов // Основы таможенного дела. / Под общ. ред. В.Г. Драганова; Рос. там. акад. ГТК РФ. - М., 1998; М,А. Кочубей. Указ. дис.; Родина Л.Ю. Ответственность за контрабанду: социально- экономический, криминологический и уголовно- правовой аспекты. Дис…. канд. юрид. наук. -М., 1998; и др.

контрабанда стала предметом научных исследований В.Н. Колдаева, Б.М. Угарова, Ю.Г. Кисловского.’

Вместе с тем, разработка в юридической литературе только вопросов уголовной ответственности за контрабанду не могла бы разрешить всех насущных проблем следственной и судебной практики. Поэтому стали появляться в свет ориентированные на удовлетворение потребностей следственной и судебной практики пособия, публикации и диссертационные исследования, посвященные как расследованию контрабанды^, так и специальным вопросам возбуждения уголовных дел по контрабанде валютных ценностей и наркотических средств.^ Однако комплексного исследования проблем доказывания по делам о контрабанде, связанного с определением предмета и пределов доказывания по рассматриваемой категории уголовных дел, разработкой процессуальных и криминалистических аспектов собирания, проверки и оценки доказательств применительно к контрабанде не проводилось.

Следует отметить, что теория доказательств, доказывание вообще являются одними из наиболее разработанных тем наук уголовного процесса и криминалистики. Значительный вклад в исследование проблем доказательственного права внесли В.Д. Арсеньев, Р.С. Белкин, С.И., Владимиров, В. Я. Дорохов, Н.В. Жогин, Ц.М. Каз, Л.М. Карнеева, A.M. Ларин, П.А. Лупинская, М.М. Михеенко, В.Д. Спасович, М.С. Строгович, М.К. Треушников, А.И. Трусов, Ф.Н. Фаткуллин и многие другие ученые. Вместе с

’ См.; Колдаев В.Н. История и совеременные способы борьбы с контрабандой в СССР. - Л., 1972; Угаров Б.М. У таможенного барьера. - М, 1975; Кисловский Ю.Г. Контрабанда: история и современность. - М., 1996.

^ Расследование контрабанды: Практическое пособие. - М., 1999; и др.

^ Козыкин А.Ф., Самойленко П.И. Законность и обоснованность возбуждения уголовных дел по фактам противоправного перемещения валютных ценностей через таможенную границу РФ. - М., 1996; Цопанова И.Г. Возбуждение уголовных дел по контрабанде наркотических средств (по материалам Государственного таможенного комитета Российской Федерации). Дне…. канд. юрид. наук. - М., 1999.

тем, разработке проблем доказывания применительно к конкретным составам преступления уделяется еще незначительное внимание. Только в 80-90-ых гг. появились диссертационные исследования, посвященные доказыванию по делам о преступлениях с административной преюдицией, нарушениях правил техники безопасности, изнасилованиях, дорожно-транспортных происшествиях.’ Проблемы доказывания по делам о еще многих преступлениях, в том числе в сфере таможенной деятельности остаются неисследованными.

Объектом диссертационного исследования является совокупность уголовно- правовых и уголовно-процессуальных правоотношений, возникающих в практике доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК.

Предмет исследования составляют нормы уголовно-процессуального, уголовного, таможенного, международного и иного законодательства, определяющие предмет, средства и порядок процессуальной деятельности по доказыванию по делам о контрабанде, специфические процессуальные и криминалистические особенности этой деятельности, материалы следственной и судебной практики.

Цель и задачи исследования. Цель настоящего диссертационного исследования заключается, во-первых, во всестороннем изучении и обобщении практики доказывания по делам о контрабанде на стадии предварительного расследования, во-вторых, в теоретическом осмыслении и в выработке практических рекомендаций по осуществлению и оптимизации доказательственной деятельности органов дознания и предварительного

См.: Бороданков А.П. Доказывание по уголовным делам о нарушении правил техники безопасности. Дис. … канд. юрид. наук. - Л., 1980; Виноградов С.В. Доказывание по делам об изнасилованиях. Дис. канд. … юрид. наук. - М., 1987; Зуев В.Л. Доказывание по делам о преступлениях с административной преюдицией. Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1991; Перлов С.Н. Доказывание при расследовании дел о дорожно-транспортных происшествиях (процессуальные и криминалистические аспекты). Дис…. канд. юрид. наук. - М., 1997.

следствия ПО рассматриваемой категории уголовных дел, в-третьих, в разработке предложений по дальнейшему совершенствованию уголовно- процессуального, уголовного и таможенного законодательства, реализация которых способствовала бы повышению оперативности, качества и эффективности доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК.

Цель и логика исследования предопределили необходимость решения следующих задач:

• рассмотреть выработанные наукой уголовного процесса основные категории теории доказательств: понятие доказывания в уголовном судопроизводстве, понятия предмета и пределов доказывания, сущность процесса доказывания; • • определить и проанализировать круг обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делам о контрабанде, с учетом специфики рассматриваемого преступления; • • определить и проанализировать совокупность средств, используемых в доказывании по делам о контрабанде; • • рассмотреть особенности собирания, проверки и оценки доказательств по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, и выработать соответствующие научно обоснованные методические рекомендации; • • выработать научно аргументированные и подкрепленные практикой предложения и рекомендации по дальнейшему совершенствованию уголовно- процессуального, уголовного и таможенного законодательства, применяемого в ходе доказывания по делам о контрабанде. • Методология и методика исследования. Методологическая основа исследования базируется на основополагающих категориях материалистической диалектики, в первую очередь - диалектических методах познания, позволяющих рассматривать преступление как определенное явление материального мира, обусловленное окружающей средой и

9

социальной действительностью. Важная роль в диссертации отводится использованию частно-научных и специальных методов исследования: сравнительно-правовому, формально-логическому, системно-структурному, конкретно-социологическому, статистическому, методу правового моделирования.

Теоретическую базу исследования составили работы В.Д. Арсеньева, В.А. Банина, Р.С. Белкина, В.П. Божьева, А.И. Винберга, С.И. Викторского, Л.Е. Владимирова, Н.А. Громова, B.C. Джатиева, Р.Г, Домбровского, В.Я. Дорохова, Н.В. Жогина, Ц.М. Каз, Л.М. Карнеевой, Н.М. Кипниса, Н.П. Кузнецова, С.В. Курылева, A.M. Ларина, П.А. Лупинской, Г.М. Миньковского, М.М. Михеенко, И.И. Мухина, Г.М. Резника, В.Д. Спасовича, М.С. Строговича, В.М. Тертышника, М.К. Треушникова, А.И. Трусова, Ф.Н. Фаткуллина, С.А. Шейфера и других авторов, посвященные теоретическим аспектам доказывания в уголовном судопроизводстве; работы Е.Ф. Галанжина, Ю.Г. Кисловского, А.Н. Козырина, В.Н. Колдаева, В.И. Колосовой, В.В. Лукьянова, М.А. Кочубей, В.И. Михайлова, В.М. Угарова, Л.Ю. Родиной, П.И. Самойленко, Ю.И. Сучкова, А.В. Федорова, посвященные уголовно-правовому, криминологическому и историческому исследованию контрабанды; а также работы Б.Н. Габричидзе, Т.А. Дикановой, В.А. Жбанкова, А.Н. Козырина, А.Ф. Козыкина, Н.В. Лысака, П.И. Самойленко, А.В. Федорова, посвященные различным аспектам таможенного законодательства, правоохранительной деятельности таможенных органов, расследования контрабанды.

В своих исследованиях автор использовал фундаментальные положения и теоретические основы общей теории права, уголовного, уголовно- процессуального и административного (включая таможенное законодательство) отраслей права, криминалистики и теории оперативно- розыскной деятельности. Выводы автора опираются на положения Конституции Российской Федерации, основаны на анализе федеральных законов РФ, постановлений и разъяснений Пленумов Верховного Суда СССР и

Верховного Суда РФ, ведомственных нормативных актов Генеральной прокуратуры РФ, МВД РФ и ГТК РФ.

Эмпирический материал диссертационного исследования включает:

• различные акты законодательства России, зарубежных стран, международного права; • • около 300 уголовных дел о контрабанде, рассмотренных судами общей юрисдикции городов Москвы, Санкт-Петербурга, Самары, Калининградской, Курганской, Ленинградской, Омской, Смоленской областей; • • около 200 уголовных дел о контрабанде, прекращенных производством, или производство предварительного следствия по которым приостановлено; • • более 150 материалов об отказе в возбуждении уголовного дела по контрабанде; • • ежемесячные и годовые отчеты о работе подразделений дознания таможенных органов, аналитические обзоры результатов работы по уголовным делам по преступлениям, отнесенным к компетенции таможенных органов, и другие различные статистические материалы; • • представления и протесты Генеральной прокуратуры РФ, региональных транспортных прокуроров, осуществляющих надзор за следствием и дознанием, соблюдением законности в таможенных органах РФ; • • монографии, учебные и практические пособия, научные статьи, публикации в прессе и периодических изданиях по избранной теме диссертации; • • данные других специалистов, работающих над смежными проблемами; • • собственные наблюдения автора, накопленные по теме диссертации, в процессе работы в следственных органах МВД РФ и в подразделениях дознания ГТК РФ; • • соответствующий социометрический инструментарий для обеспечения обоснованности выводов диссертационного исследования, включая специально

II

разработанные автором анкеты по интервьюированию должностных лиц таможенных органов и транспортных прокуратур’;

• результаты проведенных автором конкретно-социологических исследований с помощью интервьюирования дознавателей таможен Московского, Западного, Калининградского, Северо-Западного, Северо- Кавк^ского, Западно- Сибирского региональных таможенных управлений, работников (в том числе следователей) Западной, Калининградской, Московской авиатранспортной, Северо-Западной транспортных прокуратур; • • результаты сбора, описания, анализа и оценки собранного эмпирического материала, использованные в операционных понятиях (выводах), а также в количественных обобщениях в форме таблиц, схем, диаграмм. • Научная новизна диссертационной работы состоит в попытке комплексного исследования проблем доказывания применительно к конкретному составу преступления, предусмотренному ст. 188 УК. До настоящего времени были предприняты попытки изучения контрабанды с уголовно-правовой и криминологических точек зрения, а проблемы доказывания исследовались все больше вообще, без учета особенностей конкретных преступлений. Автор исследует процессуальные и криминалистические аспекты доказывания по уголовным делам о контрабанде с учетом действующего уголовно- процессуального, уголовного и таможенного законодательства, а также проекта Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, принятого Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении 6 июня 1997 года (далее Проекта УПК), и ведомственных нормативных актов. Автором проведен анализ обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делам о контрабанде, рассмотрены применяемые в доказывании по делам рассматриваемой

Образцы анкет помещены автором в раздел “Приложения” настоящего исследования.

12

категории процессуальные средства, исследованы уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты собирания, проверки и оценки доказательств по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК. При этом осуществлена попытка разработки тактических, методических и организационных вопросов по оптимизации доказывания по данной категории уголовных дел.

Автором на защиту выносятся следующие основные положения:

• обоснование особенностей доказывания по уголовным делам о контрабанде; • • определение и методика исследования обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делам о контрабанде, и пределов доказывания по делам о контрабанде; • • определение уголовно-процессуальных и криминалистических особенностей собирания, проверки и оценки доказательств по делам о контрабанде; • • предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства о доказательствах и доказывании, а также применяемого в доказывании по делам о контрабанде уголовного и таможенного законодательства. • Достоверность результатов исследования обеспечивается используемой методологией и методикой, а также репрезентативностью эмпирического материала, на котором базируются научные положения, предложения и выводы диссертации.

Теоретическая и практическая значимость исследования.

?

Содержащиеся в диссертации положения, выводы, определения ряда актуальных понятий и методические рекомендации, по мнению автора, окажутся полезными для дальнейших теоретических исследований в области теории доказательств и уголовно-процессуального доказывания, в области методики расследования отдельных видов преступлений и борьбы с контрабандой. Отдельные теоретические положения диссертационного

исследования, базирующиеся на анализе основных проблем, обусловленных его темой, могут быть использованы при дальнейшем совершенствовании уголовно- процессуального законодательства в части, касающейся доказательств и доказывания, уголовного и таможенного законодательства в части точного и единообразного определения юридических признаков, образуюш;их конструкцию состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК. Результаты и выводы, содержащиеся в диссертационном исследовании, могут быть использованы при проведении научных исследований, по проблемам выявления, предупреждения и раскрытия контрабанды и других преступлений в сфере таможенной деятельности. Автором разработан комплекс конкретных рекомендаций и предложений по собиранию, проверке и оценке доказательств по делам о контрабанде, решению проблем юридической квалификации действий контрабандистов, которые могут быть использованы дознавателями, следователями, работниками прокуратуры и суда в ходе расследования и рассмотрения этой категории уголовных дел. Высказанные автором предложения могут быть использованы в учебном процессе юридических вузов страны, в Российской таможенной академии, ее филиалах, таможенных учебных центрах по курсам “Уголовный процесс РФ” и “Криминалистика”.

Апробация и внедрение результатов исследования осуществлялись в различных организационных формах и обеспечены посредством:

• внедрения результатов диссертационного исследования в учебный процесс при проведении лекционных и практических занятий по курсам «Уголовный процесс РФ», «Прокурорский надзор» и «Криминалистика» в Российской таможенной академии; • • использования выводов и положений диссертационной работы при проведении диссертантом занятий по курсам «Уголовный процесс» и «Прокурорский надзор» со слушателями юридического факультета Российской таможенной академии; • • использования результатов диссертационного исследования в практической работе отделов дознания таможен Поволжского региона; • • публикации в течение 1998 - 2000 гг. ряда научных статей по различным аспектам темы диссертационного исследования. • Основные положения, выводы, рекомендации и предложения излагались соискателем также на международной научно-практической конференции “Роль таможенной службы в условиях переходного периода”, проводимой на базе Санкт- Петербургского филиала Российской таможенной академии (Санкт- Петербург, 1999), на научно-практической конференции “Проблемы совершенствования таможенного дела в Российской Федерации”, проводимой на базе Российской таможенной академии (Москва, 1999), научно- практическом семинаре “Актуальные проблемы борьбы органов внутренних дел с экономическими преступлениями”, проводимом на базе Академии управления МВД России (Москва, 1999).

Логика и структура диссертационного исследования обусловлены его целью и задачами. Диссертация включает введение, три главы, содержащих семь параграфов, заключение, библиографический список использованной литературы и приложения (в том числе сравнительная таблица, схемы, диаграммы, анкеты социологического исследования).

Глава 1. Понятие и методологические основы доказывания

в уголовном процессе

1.1. Понятие доказывания в уголовном процессе

В соответствии со ст. 2 УПК задачами уголовного судопроизводства являются быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и обеспечение правильного применения закона с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и не один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден. Выполнение этой задачи требует от органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда установить в ходе производства по уголовному делу, в действительности ли имело место уголовно-наказуемое деяние, и какое именно, кто совершил преступные действия и какова форма его вины, а также ряд других имеющих значение для дела обстоятельств, причем установить их в полном и точном соответствии с объективной реальностью, имевшей место в прошлом. Последнее исключает возможность непосредственного познания этих обстоятельств работниками правоохранительных органов. Вместе с тем “каждое преступление - это определенное явление материального мира, которое в силу всеобщего закона материалистической диалектики о взаимосвязи и взаимообусловленности всех предметов, фактов, явлений материального мира детерминировано окружающей средой, обусловлено ею, отражается в ней”.’ Поэтому мы имеем возможность познания обстоятельств происшедшего преступления с помощью его материальных и идеальных отражений. Эти отражения или следы происшедшего в прошлом события несут нам необходимую информацию.

’ Тертышник В.М. Доказательства и доказывание в советском уголовном процессе. - Харьков, 1992, с.З.

Несмотря на то, что познание в уголовно-процессуальной деятельности носит опосредованный характер, важнейшими гарантиями достоверности его результатов являются установленные законом процессуальные формы, процессуальный порядок познавательной деятельности, которые “не только не препятствуют достижению истины, не снижают достоверности выводов следствия и суда, а, наоборот, содействуют правильности расследования и разрешения дела по существу”’.

Таким образом, установление истины по уголовному делу осуществляется путем особой процессуальной деятельности - доказывания. Общепризнанно, что институт доказывания является сердцевиной, ядром уголовного процесса. Еще в XIX столетии профессор В.Д. Спасович писал, что теория доказательств “составляет центральный узел всей системы судопроизводства, душу всего уголовного процесса, начало движущее, образующее, статью процесса, самую существенную, которая обуславливает и устройство судов, и все главные формы судопроизводства”.^ Однако относительно самого понятия доказывания такого единства среди ученых нет. Одни ученые понимают под доказыванием только мыслительную деятельность, устанавливая границу между познанием и доказыванием. Другие, напротив, исключают мыслительные операции по оценке доказательств из содержания понятия доказывания. Третьи справедливо объединяют в понятии доказывания познавательную практическую деятельность с мыслительной деятельностью. Поскольку без определения понятия уголовно- процессуального доказывания мы не сможем решить стоящих перед настоящим исследованием задач, рассмотрим различные точки зрения ученых на этот вопрос.

В своей работе “Расследование как процесс познания” И.М. Лузгин, хотя и оговаривается, что в уголовном процессе “познание и доказывание

’ Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Том 1: Основные положения науки советского уголовного процесса. - М., 1968, с.298.

^ Спасович В.Д. О теории судебно-уголовных доказательств в связи с судоустройством и судопроизводством. - СПб, 1881, с.7.

17

обстоятельств преступления образуют органическое единство”, вместе с тем разделяет эти понятия, утверждая, что “доказывание заключается в обосновании установленных положений, в создании условий для познания тех же обстоятельств другими лицами, оно обеспечивает возможность проверить выводы следователя, обоснованность его решений”.’ По его мнению, “доказывание, являясь единством непосредственного и опосредованного в познании, в то же время представляет собой с формально-логической стороны установление истинности или неистинности определенного тезиса (суждения) посредством аргументов (доказательств). Этот процесс опирается на практическую деятельность следователя по собиранию и изучению доказательств, но его содержанием являются мысленные операции.”^

Другой ученый Р.Г. Домбровский также противопоставляет судебное познание и судебное доказывание, считает, что “исследование фактических обстоятельств уголовного дела при расследовании преступлений следует рассматривать как познание, а обоснование обстоятельств уголовного дела как доказывание”.^ На основании такого понимания доказывания Р.Г. Домбровский отмечает, что познание лежит в основе криминалистических отношений, а доказывание - в основе отношений уголовно-процессуальных, хотя и признает, что “познание и доказывание не только взаимосвязаны и предполагают друг друга, но и переходят друг в друга: познание переходит в доказывание, а доказывание - в познание, являя собою пример присуш;ей расследованию диалектики”.*^

’ Лузгин И.М. Расследование как процесс познания. - М., 1969, с.21. ^ Там же, с.86-87.

^ Домбровский Р.Г. Познание и доказывание в расследовании преступлений. Дне. … д-ра юрид. наук. - Рига, 1990, с.161.

Там же, с.7.

18

Взгляды Р.Г. Домбровского на понятие доказывания полностью разделяет и Э.М. Кергандберг.’

B.C. Джатиев также считает, что “познание и доказывание в уголовном процессе - разные по содержанию понятия”.^ По его мнению, “о доказывании правомерно говорить в случаях обоснования предварительных основных решений, констатирующих виновность лица в совершении преступления”, а адресатом такого доказывания является суд, обладающий “правом окончательного решения вопроса о виновности (невиновности) обвиняемого (подсудимого)”. ^ Исходя из сказанного, B.C. Джатиев определил понятие уголовно-процессуального доказывания как “обоснование собранными по делу доказательствами утверждения о виновности обвиняемого (подсудимого) в совершении преступления для суда и перед судом лицом, сформулировавшим обвинение или поддерживающим его”.’^

f

f-

с изложенными выше взглядами ученых можно было бы согласиться, если подходить к понятию доказывания исходя только из принципов формальной логики. Последняя понимает доказательство как рассуждение, в ходе которого из одних исходных суждений на основании определенных правил выводится другое суждение (доказываемое обстоятельство). На наш взгляд, неверно отождествлять понятие доказательства в формальной логике с понятием доказывания в уголовном процессе. Представляется, что первое относится ко второму как один из элементов сложной познавательной практической и мыслительной деятельности, направленной на получение достоверных знаний по уголовному делу с помощью доказательств. Как

Керганберг Э.М. К реформе института уголовно-процессуального доказывания (с учетом теоретической модели УПК, созданного институтом государства и права АН СССР) // Проблемы доказывания в условиях обновления основ уголовного судопроизводства/ Ученые записки Тарт. гос. ун-та. Вып. 849: Труды по правоведению. - Тарту, 1989, с.65.

Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств преступления. - Ростов-н/Д, 1990, с.23.

^ Там же, с.26-27.

4

<

fy.

Там же, с,38.

справедливо заметил М.М. Михеенко, при таком понимании доказывания в уголовном процессе, которое предлагается Р.Г. Домбровским и некоторыми другими учеными, “содержательная сторона его выхолащивается и остается только процессуальная форма; не процессуальная, а криминалистическая деятельность, неурегулированная нормами права, объявляется средством познания в судебном исследовании, хотя в действительности такое исследование уже не является судебным, уголовно-процессуальным”.’

В действующем уголовно-процессуальном законодательстве отсутствует четко сформулированное понятие доказывания. Находящийся на рассмотрении в Государственной Думе Федерального Собрания Российской Федерации Проект УПК РФ восполняет этот пробел. Ч. 1 ст. 81 Проекта УПК гласит: “Доказывание состоит в собирании, проверке, оценке доказательств с целью установления обстоятельств, имеющих значение для законного, обоснованного и справедливого разрешения дела.” Очевидно, что собирание, проверка и оценка доказательств, собственно и составляющие процесс доказывания, осуществляемые с целью установления фактических обстоятельств преступления, представляют собой не что иное, как процесс познания истины по уголовному делу на эмпирическом и рациональном уровнях.

Поэтому доказывание в уголовном процессе, будучи разновидностью познания, подчиняется объективным законам гносеологии и логическим правилам, роль которых в доказывании действительно очень велика. Но в отличие от других видов познания истины уголовно-процессуальное доказывание подчиняется и другим законам, а именно - нормам права, регламентирующим деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств. Именно уголовно-процессуальный закон определяет цель, средства, субъектов и порядок доказывания. Нормы права придают доказыванию удостоверительный характер. Поэтому “доказывание представляет собой познание и удостоверение тех явлений внешнего мира.

’ М.М. Михеенко. Доказывание в советском уголовном судопроизводстве. - Киев:, 1984, с.9.

которые имеют значения для правильного разрешения дела”.’ При этом, “познавательная и удостоверительная стороны доказывания - не чередующиеся, а взаимодействующие элементы деятельности по собиранию доказательств”.^ “Соотношения между отмеченными сторонами процесса познания могут меняться, но в конечном счете они всегда переплетаются и выступают в ходе уголовно- процессуального доказывания в виде единого целого”.^ Как пишет М.К. Треушников, “правовая регламентация судебного доказывания и существует для того, чтобы познающий субъект (суд) для достижения конечных целей правосудия по конкретному делу и обоснования решения получил в результате доказывания знания, адекватные действительности”/

Другой крайней точкой зрения, противоположной позиции ученых, разделяющих доказывание и практическую познавательную деятельность, является такой подход к понятию доказывания, который исключает из него мыслительную деятельность, оценку доказательств. Такого взгляда придерживается, например, С.В. Курылев, который считает, что “доказыванием называется имеющая своим назначением установление истины и происходящая в соответствии с предусмотренными законом правилами деятельность участников дела и суда по представлению (собиранию) и исследованию доказательств или самих предметов непосредственного познания в качестве искомых фактов”.^ Он разделяет процесс установления истины на два самостоятельных этапа: процессуальное доказывание и оценку доказательств, которые, по его мнению, существенно отличаются друг от друга “как по характеру, так и по юридическим последствиям”, и утверждает, что “это две

’ Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1976, с. 16. 2

Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993, с.28. ^ Там же, С.31.

^ Треушников М.К. Судебные доказательства. - М., 1997, с.27-28.

^ Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. - Минск, 1969, с.35.

21

различного рода деятельности, подчиняющиеся качественно различным законам и осуществляемые разными субъектами процессуального права”.’

Между тем, на нащ взгляд, оценка доказательств неразрывно связана с деятельностью по собиранию и проверке доказательств, пронизывает их, что признает и С.В. Курылев, а потому и неотделима от процесса доказывания, не может быть автономным, самостоятельным по отношению к доказыванию этапом познания истины в уголовном процессе.

Как справедливо возражает М.К. Треушников, исключение деятельности по оценке доказательств из понятия доказывания “обедняет все содержание судебного доказывания и как бы “обрывает” эту деятельность лиц, участвующих в деле, и суда на полпути к цели”.^ Поэтому изложенное С.В. Курылевым понимание доказывания лишь как практической деятельности субъектов уголовного процесса не нашло широкой поддержки в научном мире.

Таким образом, “процессуальное доказывание нельзя трактовать в качестве либо только мыслительного процесса, либо только практической работы”.’ Мы уже привели определение доказывания, сформулированное в Проекте УПК. Считаем полезным для раскрытия сущности исследуемого понятия обратиться еще к нескольким определениям, сформулированным советскими и российскими учеными в разное время, которые соответствуют нашим представлениям о доказывании в уголовном судопроизводстве.

Так М.С. Строгович отождествляет доказывание в уголовном судопроизводстве с познанием истины по уголовным делам, по его мнению, “понятие доказывания равнозначно, тождественно понятию исследования, которое производится на предварительном следствии и в судебном разбирательстве и которое состоит в собирании, проверке и оценке

’ Курылев С.В. Указ. соч., с.29. ^ Треушников М.К. Указ. соч., с.З I. ‘ Там же, с.46.

22

доказательств и в выяснении при помощи доказательств всех фактов и обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела”.’

Ф.Н. Фаткуллин считает, что доказывание - “это процессуальная деятельность указанных в законе органов и лиц, заключающаяся в определении возможных следственных версий, в собирании, проверке и оценке доказательств и их источников по этим версиям, а равно в обосновании достоверных выводов для установления объективной истины по делу”.^

П.А. Лупинская пишет, что “доказывание - это регулируемая законом деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств с целью установления обстоятельств, имеющих значение для законного, обоснованного и справедливого разрешения дел.”^

В.М. Тертышник понимает под доказыванием “осуществляемую в предусмотренном законом порядке деятельность органов дознания, следователя, прокурора и суда при участии иных субъектов процессуальных отношений по собиранию, исследованию, проверке и оценке фактических данных (доказательств), использованию их в установлении истины по делу, обосновании выводов и принимаемых решений”.*^

А.П, Рыжаковым понятие доказывания изложено следующим образом: “Под доказыванием в уголовном судопроизводстве понимается урегулированная уголовно-процессуальным законом деятельность компетентных на то органов и должностных лиц по собиранию, закреплению, проверке и оценке зафиксированных в процессуальном источнике фактических данных, имеющих отношение к делу, а равно по удостоверению наличия таковых от имени государства.”^

’ Строгович М.С. Указ. соч., с.295. [ ^ Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч., с.14.

^ ^ Уголовно-процессуальное право/ Под общей ред. П.А. Лупинской. - М., 1997, с. 152.

Тертышник В.М. Указ. соч., с.57. ^ Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. - М., 1997, с. 18.

23

В свою очередь Н.П. Кузнецов также отмечает, что “доказывание представляет собой неразрывное единство практической деятельности органов дознания, следствия, прокуратуры и суда по собиранию, проверке доказательств и мыслительной деятельности, заключающейся в оценке доказательств и в обосновании вытекающих из них выводов”.’

И по мнению Р.С. Белкина, “сущность доказывания заключается в собирании, проверке и оценке доказательств”.^ Очень важным нам представляется его замечание о том, что “собирание, исследование и оценка доказательств - не разновременные, сменяющие друг друга этапы, а различные стороны единого процесса - процесса доказывания”^, которое выразительно показывает присущую познанию в уголовном судопроизводстве диалектику.

Приведенные выше определения очень близки по своей сути, поскольку названные ученые единоііушньї в том, что “доказывание в уголовном процессе представляет собой органическое единство практической и мыслительной деятельности, направленной на установление фактических обстоятельств уголовного дела””^. Как единодушны они и в том, что “доказывание - единственный процессуальный способ установления и удостоверения обстоятельств, имеющих значение для дeлa”^ Существующие же различия между перечисленными выше определениями доказывания, на нащ взгляд, не влияют на его сущность.^

’ Ксщ^іаЛД,Кузнак»НІ1Угалсшьшіірсшх::доказще^^ ^ БелкинР.С.СЬ&фанщисследовашеишеикадс^^ 1966,с.8.

^ Арсеяьш В Д Джазывание факгаческих обсгояіешсів дела в советсксм ^головнем процессе: Авк^жф. дас. докг. к^вд. н^ - М, 1967, СІ.

^ Юма^іев ЛД, Кузнецов НЛ. Указ. соч., с. 10.

^ Таюэго подхода к пошпию уголовжкфоцеосуальноп) доказывания првддта<иваюгся многее ученые. Qvt, натр.: Каз ЦМ. Субъаоы доказывания в советскс»! уголовнсы процессе (пхуп^хпвенные q*aHbi). - Саратов, 1968, с5’у Михееж) ММ Указ. соч., с.9; Шейфер СА Собирание доказагешлв в советшлї уголовная проїщж: штошюгаческие и іфоюи>іе прсблемьь - С^за^ Эткауголовно-

прсшх:уш1ьн(хх5 доказывания (стаддащхяэ^жга^^ 1996,с.6;идр.

Подводя итог всему изложенному выше о понятии доказывания в уголовном судопроизводстве, считаем необходимым отметить следующее: -

во-первых, уголовно-процессуальное доказывание является разновидностью познания, осуществляемого как на эмпирическо- практическом, так и на рациональном уровнях в ходе собирания, проверки и оценки доказательств;

  • во-вторых, целью доказывания в уголовном судопроизводстве является установление фактических обстоятельств совершенного преступления, т.е. установление объективной истины по уголовному делу;
  • в-третьих, это такое познание истины по уголовному делу, которое осуществляется в особой процессуальной форме, предусмотренной уголовно- процессуальным законом, уполномоченными на то субъектами уголовного процесса, и которое носит ярко выраженный удостоверительный характер;
  • в-четвертых, уголовно-процессуальное доказывание включает в себя и логические операции по обоснованию истинности выводов и решений органов дознания, следователя, прокурора и суда.
  • РІЗ этих основных положений мы и будем исходить в настоящем диссертационном исследовании, посвященном доказыванию по делам о контрабанде, уголовная ответственность за которую установлена ст. 188 УК.

1.2. Методологические основы доказывания в уголовном судопроизводстве

Вопрос о методологических основах доказывания в уголовном судопроизводстве “есть вопрос о том, какие принципы, положения, теории, методы следует использовать для осуществления доказывания в уголовном процессе и для правильного решения тех методологических проблем, которые возникают при этом”’. Поскольку уголовно-процессуальное доказывание является разновидностью познания объективной действительности, методологические основы доказывания представляют собой положения и законы теории познания диалектического материализма, которая исследует наиболее общие закономерности, свойственные этому процессу. Поэтому кирпичиками в фундаменте теории доказывания являются учения о материи, сознании и их свойствах, о возможности познания человеком объективного мира и этапах этого познания, учение об истине, о роли в познании общественно-исторической практики, в силу всеобщего и объективного характера которых мы не сомневаемся в возможности полного и точного познания обстоятельств расследуемого преступления, можем быть уверенными в достоверности доказательств, а также полученных на их основе знаний и выводов, имеющих значение для правильного разрешения уголовного дела.

В силу того, что доказывание представляет собой процесс установления фактических обстоятельств преступления в соответствии с тем, как они имели место в объективной действительности, центральное место в теории доказывания занимает учение об истине. Установление объективной истины по уголовному делу является целью доказывания и “необходимой предпосылкой для реализации всех задач уголовного судопроизводства” . В философии объективная истина понимается как “независимое от человека и человечества содержание знания”^. Объективная истина в уголовном процессе есть “полное и точное соответствие объективной действительности выводов следствия и суда об обстоятельствах расследуемого и разрешаемого дела, о виновности или невиновности привлеченных к уголовной ответственности лиц”*^. Вывод о том.

^ Размадзе М.Н. Методологические основы доказывания в советском зтоловном процессе. Дис. … д-ра юрид. наук. - М., 1971, с. 101. 2

Михеенко М.М. Теоретические проблемы доказывания в советском уголовном процессе. Дис…. д-ра юрид. наук. - Киев, 1984, с.20.

3

Философский словарь/Под ред. И.Т. Фролова. - М., 1991, с.314. Строгович М.С. Указ. соч., с.308.

26

что no уголовному делу должна быть установлена именно объективная истина, вытекает из установленного уголовно-процессуальным законом (ст. 20 УПК) принципа всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, а также из содержания требований ст. 68 УПК об обстоятельствах, подлежащих установлению по каждому уголовному делу.

Объективная истина в уголовном процессе есть частный случай общефилософского понятия объективной истины. Это дает основания полагать, что установление объективной истины по делу субъектами уголовно- процессуального доказывания представляет собой переход от незнания или неизвестного к знанию объективному и достоверному, совершаемый в соответствии со всеобщими законами гносеологии. Но как и любой частный случай общего явления истина в уголовном судопроизводстве обладает специфическими чертами. Такими чертами, по мнению М.С. Строговича, являются: “1) объективная истина в уголовном процессе есть истина факта, ее содержание составляет конкретный факт преступления, совершенного определенным лицом в определенное время в определенном месте; 2) эта истина устанавливается только при помощи указанных в процессуальном законе средств, в определенном юридическом, процессуальном порядке”.’ Несколько другими словами П.А. Лупинская наряду с объективностью истины в судопроизводстве также отмечает, что “истина в уголовном процессе есть истина конкретная, практическая”.^ Но как справедливо заметил М.М.

Михеенко, “проблема истины в уголовном процессе является не только одной из наиболее важных, но и наиболее сложных”.^ Фундаментальному исследованию этой проблемы были посвящены многие научные труды и

^ Строгович М.С. Указ. соч., с.310. 2

Лупинская П.А. Объективная истина как цель доказывания И Уголовно-процессуальное право/ Под общ. ред. П.А. Лупинской. - М., 1997, с.134.

^ Михеенко М.М. Указ. дне., с.20.

публикации.’ Перед нами же стоят задачи другого рода, поэтому мы лишь обозначим основные положения современной теории доказательств об истине в уголовном процессе, изложение которых необходимо в качестве методологической предпосылки исследования интересующих нас проблем доказывания по делам о контрабанде.

Философия выделяет истину абсолютную и относ ительнзто. “Абсолютная истина - это полное, исчерпывающее знание о предмете (сложноорганизованной материальной системе или мире в целом); относительная же истина - это неполное знание о том же самом предмете”.^ В нашем случае предметом такого знания являются обстоятельства расследуемого или рассматриваемого преступления. На вопрос, какая же истина - абсолютная или относительная - должна быть установлена по уголовному делу, на наш взгляд, может быть дан такой ответ: устанавливаемая в ходе расследования преступления истина одновременно является и абсолютной, и относительной.’ Или, как сказал М.Н. Размадзе, “познание

’ Оа, шір^: Сіроттаич МС. Учгяие о штерішшсіі истине в угалсяном і^одєссе. - М - J1,1947; Сірсяпсжич МС. Материальная истина и cyzs&ibie доказательства в советсксм угогасвном ГЦХХІЄСОЄ. - М, 1955; Пкпкевич ПФ. Обьосгйвная истина в угалсвнсм судмдхшводлве. - М, 1961; К)р»ігет СВ. Усгансвлетие истины в ссветаа^ і^йвосуаин: Автореф. ДІЮ…. д^

coBeicMav! угаповн(»4 т^хадеск. - Пенза, 1969; Ссотсшкв АД І^хщх^шьньїевотчюсьіусгансйіеяия истины на предвгчяпвпыюм слгаствии: Автореф. дис…. дра кз^вд. нгук. -1969; Магсвииоа<ф Я.О. Устансшение исшны в сшеїсїсш угалсвнш гфсадеосе. - ^^юспавль, 1974; К>сісв КС. Заюэнсдакяьньк гаізакіии далижаш истины ш угогкжному делу.-Ашхабад, 1975; Теория и гфакшка>сіанс»ташя исшны в гфавсхфименшельнси деяіельносш:Сбчжикн^ттр.-И^іОТск^ 1985;АлжавдрсюАОзначеяюікснцешіииобьжіивнойисіиш>і// Российская юстиция, 1999,№ 1, с23-24; ицр.

^ Аікксее»ГШ.,ІТ2№н АВ.Фиіюссфет.-КІ, 1996, С.131.

^ Существуют и другж точки :^зения на рахматриваемый юпрос. Так, нащэ^ ИЛ Мухин считает, что обьекшвная истина в угапсшом тфоцессе есть истина абсапютшя (Мухин КИ. Обьааиваая истина и некогорле вопросы оцемки судебных доказательств при ос^шествлаши гфавосугщя. - J1,1971, с28-38). Автсї»>і ‘Теории доказательств”, нагфотив увдэены в шносигельносіи истины, устанавливаемся по угсикжнс»^ аелу (Теорш доказатш>ств в ссжетшм^ угшжш^і процесс©’OTR ред.

считает, что целью утшжнотх) npcejecca является устансжление истины “не абсогаотнсй, ибо достичь ее н^азможно, не сґітюсшшьной, ибо это П(Жіечег Hsq^^

гкх:шіеівия,аиспвдьіобьааивной^’(БалакшинВ.Исіинавуг^^ 1998,Х2

2,с.18).

28

истины здесь всегда носит абсолютно-относительный характер”.’ С точки зрения требований закона, задач, стоящих перед уголовным судопроизводством, установления обстоятельств, составляющих предмет доказыванию по уголовному делу, их всестороннего, полного и объективного исследования, истина как результат процесса доказывания является абсолютной. С точки же зрения других областей знания в силу неисчерпаемости любого предмета познания достигаемая в ходе уголовно- процессуального доказывания истина является относительной. Однако нельзя ни в коем случае путать такого рода относительность знания о преступлении с версиями, различными предположениями и догадками.

Современная теория доказательств, уголовно-процессуальное законодательство и практика расследования уголовных дел исходят из недопустимости применения вероятных знаний в качестве основания для признания лица виновным в совершении преступления. Достижение по уголовным делам объективной истины означает, что “суд своим приговором признает виновным того, кто в действительности совершил преступление, и вменяет ему в вину именно то преступление, которое этим лицом совершено” Поэтому вероятное знание может быть использовано в качестве основания ДJlя выполнения процессуальных действий по собиранию доказательств, принятию промежуточных решений по уголовному делу, но ни в коем случае, как это указано в ст. 309 УПК, обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, кроме того, вероятная истина как цель доказывания несовместима и со “здравым юридическим смыслом”^

Таким образом, законным основанием для выводов и решений по уголовным делам органов дознания, предварительного следствия и суда может

’ Размадзе М.Н. Указ. дис., с.367.

^ Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Том I; Основные положения науки советского уголовного процесса. - М., 1968, с.309.

^ Печников Г. Система “здравого юридического смысла” в уголовном процессе // Российская юстиция, 1998, №3,с.11.

быть только достоверное знание о виновности обвиняемого в совершении расследуемого преступления. “Достоверность же знания означает не само соответствие знания действительности, а факт доказанности, обоснованности того, что данное соответствие какого- либо знания действительности имеет место”.’ Мы согласны с тем, что “истина охватывает только отношение между высказыванием, убеждением и объективной действительностью, абстрагируясь при этом от субъекта - носителя знаний. Оперировать такими знаниями при принятии решения (например, при постановлении приговора) нельзя. Для этого требуется не просто знание, убеждение, соответствующее объективной действительности, но и знание, полученное законным способом, доказанное, то есть обоснованное, аргументированное знание.”^

Здесь мы вновь подошли к выводу о том, что истина по уголовному делу устанавливается в процессе доказывания как на эмпирическом уровне (в процессе практической познавательной деятельности по собиранию доказательств, направленной на получение знаний о фактических обстоятельствах преступления), так и на уровне рациональном (в результате оценки доказательств, мыслительных операций по обоснованию выводов и решений по уголовному делу, обеспечению удостоверительного характера полученных знаний и доказательств). В основе предметно-чувственных способов собирания и проверки доказательств (например, осмотр, следственный эксперимент, освидетельствование) лежат общие эмпирические методы познания: наблюдение, описание, сравнение, эксперимент. Рациональное или абстрактное мышление в процессе оперирования доказательствами подчиняется, определенным логическим правилам. Однако необходимо оговориться, что выделение эмпирического и рационального уровней познания в уголовно-процессуальном доказывании носит условный

’ Строгович М.С. Указ. соч., с.334.

2

Гришина Е-П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном процессе: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - М., 1996, сЛ2.

30

характер и использовано нами в исследовательских целях. В практической же деятельности по доказыванию виновности обвиняемого в совершении преступления эмпирическое и рациональное познание неразделимы, являют собой единое целое, в котором первое немыслимо и невозможно без второго и наоборот. “Следователь, лицо, производящее дознание, судья, устанавливая при помощи доказательств обстоятельства дела, точно так же, как и в любых других областях человеческой деятельности, переходят от чувственного восприятия отдельных фактов, признаков, свойств тех или иных объектов, играющих роль доказательств, к логическому осмыслению воспринятого, к рациональному мышлению”.’

Не отрицая роль непосредственного познания в ходе уголовно- процессуального доказывания (например, при собирании доказательств в ходе осмотра, освидетельствования и других следственных действий), мы все же исходим из того, что в целом доказывание в уголовном судопроизводстве представляет собой опосредованное познание обстоятельств преступления, имевшего место в прошлом. Дознаватель, следователь, прокурор и судья, в производстве которых находится уголовное дело, имеют возможность непосредственного познания лишь отдельных следов преступления - материальных отражений на предметах и в окружающей обстановке и идеальных отражений в сознании людей, а не непосредственно всю картину расследуемого преступления в целостности и взаимосвязи его элементов, совокупности действий, в противном случае эти лица не имели бы права расследовать или рассматривать уголовное дело о преступлении, очевидцем которого они стали, поскольку сами являются носителями доказательственной информации - свидетельских (или иных) показаний. Данное положение закреплено в ст. 59, 63 и 64 УГЖ, согласно которым судья, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, подлежат отводу, если являются

Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказывание (методологические проблемы). - М., 1969, С.9.

свидетелями no делу. По этому же основанию подлежат отводу секретарь судебного заседания, переводчик, специалист, эксперт (ст. 65-67 УПК), а также исключается участие защитника (ст. 67’ УПК).

Как справедливо заметил М.С. Строгович, чтобы достигнуть объективной истины по конкретному уголовному делу “необходимо тщательно, всесторонне исследовать обстоятельства дела, энергично и умело собрать все возможные по обстоятельствам дела доказательства и проверить их всеми законными способами, подтвердить все выводы по делу вполне достоверными фактами”, “необходимо использование накопленных следственной и судебной практикой опыта и знаний, выработанных специальными техническими и естественными науками”.’ Объективную же основу установления истины по уголовному делу образуют: 1) реально существующие закономерности возникновения доказательств (в криминалистическом аспекте), выявленные на основании теории отражения диалектического материализма; 2) реальная возможность познания этих доказательств, а на их основе обстоятельств преступления субъектом уголовного процесса, основанная на принципе познаваемости мира человеком.

Любое преступление является определенным явлением, процессом материального мира, которое находится в связи и взаимообусловленности с другими явлениями или процессами окружающей действительности. Поэтому, преступление, с одной стороны, обусловлено предшествующими событиями и окружающей средой (например, обстоятельствами, способствующими совершению преступления), а с другой, само влияет на окружающую обстановку, отражается в ней. В силу всеобщего закона взаимосвязи и взаимообусловленности отображения преступления во внешней среде возникают независимо от нашего сознания, воли субъекта преступления или субъекта доказывания. Поэтому, с точки зрения криминалистики, “процесс возникновения доказательств носит необходимый, повторяющийся.

’ Строгович М.С. Указ соч., с.309-310.

устойчивый и общий характер - является закономерностью”’. Конкретные взаимосвязи, зафиксированные во внешней среде в виде овеществленных следов либо “отпечатков” в сознании людей, создают ту реальную, объективную возможность установить как отдельные обстоятельства преступления, так и всю его картину, а также личность преступника. “Применительно к процессу доказывания изменения в среде как результат отражения в этой среде события и есть доказательства этого события, то есть фактические данные, с помощью которых только и можно судить о событии преступления”. Как отмечалось, следы преступления могут выступать в вещественной (материальной) форме, а также в виде образов (идеальных отражений в сознании человека). Обе формы отражения обстоятельств преступления в окружающей среде являются источниками доказательственной (с точки зрения уголовного процесса) информации. Материальная (предметная) форма отражения обстоятельств преступления присуща таким видам доказательств, как вещественные доказательства (предметы, которые служили орудиями преступления, сохранили на себе следы преступления, были объектами преступных действий и т.д.), документы. Идеальная форма отражения свойственна таким доказательствам, как показания свидетеля, потерпевшего, обвиняемого, подозреваемого. “Объем доказательственной информации, содержащейся в конкретном доказательстве, зависит от того, насколько значительны те изменения, следы, которые она выражает; эти изменения тем больше, чем теснее взаимосвязь с данным конкретным отражающим объектом отражаемого объекта - субъекта или действия”.^

Но указанные объективные предпосылки возникновения доказательств, а также связанные с ними объективные условия и закономерности собирания,

’ Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. - М., 1970, с.9.

Там же. Там же, с. 12.

проверки и оценки доказательств могут быть реализованы только через сознательную деятельность субъекта доказывания. Ибо “объективная возможность познания истины в уголовном деле не может сама по себе, автоматически, превратиться в действительность”.^ “Доказывание имеет целеустремленный характер, оно направлено к обнаружению по делу истины”.^ Целеустремленность этого процесса, возможность достижения объективной истины по уголовному делу определяются субъективными факторами, сознанием лица, ведущего процесс доказывания. “Без адекватного отображения доказательств сознанием субъекта, ведущего расследование, были бы невозможны процесс доказывания и обнаружение доказательств как его стадия”.^ Таким образом, доказывание как разновидность процесса познания возможно лишь потому, что сознание - “высшая, свойственная лишь человеку форма отражения объективной действительности, способ его отношения к миру и самому себе, опосредствованный всеобщими формами общественно- исторической деятельности людей”‘*, обладает способностями адекватно отражать действительность, познавать окружающий мир, определять направления и цели познавательной деятельности человека. То есть благодаря сознательной мыслительной и практической познавательной (процессуальной) деятельности лица, осуществляющего доказывание по уголовному делу, объективные предпосылки возникновения фактических данных как отражений преступления во внешней среде превращаются в реальный процесс собирания, исследования и оценки доказательств.

Законы порождения и функционирования психического отражения объективной реальности в деятельности человека изучает психология, без знания и использования достижений которых невозможно установление всех

^ Пашкевич П.Ф. Объективная истина в уголовном судопроизводстве. - М., 1961, с.32. ^ Строгович М.С. Указ соч., с.299. ‘ Белкин Р.С. Указ. соч., с. 18. Философский словарь, с.416.

обстоятельств преступления, то есть установление объективной истины по уголовному делу. “Несомненно, что использование данных психологии может существенно помочь в решении многих важных проблем процесса доказывания, например, при выяснении мотива действий преступника, условий, способствующих совершению преступлений, некоторых смягчающих и отягчающих обстоятельств, при определении многих тактических приемов, относящихся к допросу, обыску, при рациональной научной организации процесса доказывания и т.д. При этом необходимо учитывать особенности восприятия, запоминания и воспроизведения наблюдающихся фактов, психологии следователя, судьи, собирающего и оценивающего собранные доказательства и другие данные психологии”.’

Как уже не раз говорилось выше, уголовно-процессуальное доказывание, как и всякая познавательная, мыслительная деятельность подчиняется законам логики, протекает в строгих логических формах. Логика изучает общие формы мыслей - понятия, суждения, умозаключения, доказательства - со стороны их логической структуры, абстрагируясь от их предметного содержания, особенностей познаваемых предметов или явлений, и обращаясь лишь к анализу общего способа связи частей содержания мыслей. Соблюдение законов логики, ее принципов является необходимой предпосылкой достижения истинных умозаключений в процессе получения выводного знания в любой области познания, в том числе и в уголовно- процессуальном доказывании. А поскольку процесс доказывания по уголовному делу наряду с практической деятельностью включает в себя и мыслительную работу дознавателя, следователя, прокурора и судьи над собираемыми и используемыми доказательствами, постольку он является и логическим процессом. Поэтому не случайно логике доказывания в уголовном судопроизводстве посвящен ряд

’ Размадзе М.Н. Указ. дис., с.220-221, специальных работ. ^ В уголовно-процессуальном доказывании широко применяются методы рационального познания: индукции (переход от единичных фактов к общим выводам и положениям), дедукции (вывод от общего к частному), анализа (мысленное разложение целого на составные части), синтеза (мысленное воссоединение целого из частей) и другие. “Применение средств и методов логики в процессе доказывания возможно:

1) В ходе исследования и оценки совокупности собранных доказательств по законченному уголовному делу. 2) 3) В ходе расследования преступления, при собирании, исследовании и оценке доказательств и построении из них системы доказательств по конкретному делу.” 4) в процессе доказывания, перехода от неизвестного к известному, оперирования доказательствами важное значение имеют такие законы формальной логики, как закон тождества, закон непротиворечия, закон исключения третьего и закон достаточного основания. Из закона тождества вытекает требование определенности в употреблении понятий, “согласно которому каждое понятие должно мыслиться тождественным себе в течение всего процесса рассуждения”.^ Согласно закону непротиворечия нельзя одновременно об одном и том же объекте познания утверждать, что он имеет данный признак и не имеет его (например, лицо не может быть одновременно виновным и невиновным в совершении преступления), а нарушение этого закона формальной логики “приводит к бессмысленности, бессвязности рассуждения”.’* В силу закона исключения третьего, “если о предмете

^ См.: Старченко А.А. Логика в судебном исследовании. - М., 1958; Лузгин И.М. Логика следствия. - М., 1976; Домбровский Р.Г. Логика и теория судебных доказательств. - Иркутск, 1982; Овсянников И. Логика доказывания в уголовном процессе // Российская юстиция, 1998, № 9, с.5-6; и др. 2

Эйсман А.А. Логика доказывания. - М., 1971, с.7. ^ Там же, с.5-6. Там же, с.6.

высказаны два взаимоисключающих (противоречащих друг другу) утверждения, то одно из них непременно истинно, другое ложно и никакого третьего утверждения по тому же поводу высказать нельзя”.’ Исходя из требований закона достаточного основания, любой вывод, любое утверждение должны быть достаточно обоснованы другими достоверно установленными фактами, а потому “все то, что не закреплено в виде доказательств, не имеет определенного, поддающегося проверке источника, исключается из рассуждения и не может влиять на решение”.^

Таким образом, цель доказывания по уголовному делу может быть достигнута, а выводы следствия и суда об обстоятельствах совершенного преступления и виновности лица будут истинными в том случае, если они получены с соблюдением логических правил.

На обеспечение установления истины по уголовному делу направлены и принципы уголовного судопроизводства, и нормы уголовно-процессуального права, регламентирующие доказывание, образующие в совокупности систему правовых гарантий установления истины. Только руководствуясь этими правовыми основами и объективными законами установления истины, обстоятельства расследуемого или рассматриваемого преступления могут быть достоверно установлены в практической процессуальной деятельности дознавателя, следователя, прокурора, судьи. Вместе с тем следственная и судебная практика имеет и огромное самостоятельное научное значение в решении вопросов установления объективной истины в уголовном процессе.

Общеизвестно значение практики как мощного орудия воздействия на познание и формирование истины. “Практика и познание тесно связаны друг с другом: практика имеет познавательную сторону, а познание практическую.”^ Гносеологические функции практики кратко сводятся к утверждению, что

’ Эйсман А.А. Указ. соч., с.6.

^ Там же.

^ Алексеев П.В., Панин А.В. Указ. соч., с.263.

37

“практика есть a) основа, б) движущая сила, в) критерий истины и г) цель познания”’. Потребности следственной и судебной практики определяют направления научных исследований в области теории доказывания, разработки новых и совершенствования существующих методик обнаружения, собирания и проверки доказательств. Практика доказывания показывает, какие из этих методик являются жизнеспособными и служат достижению истины по делу, решению задач судопроизводства. Широкое применение в доказывании, наряду с достижениями юридических наук, находят и результаты практики из других сфер знания и деятельности, а именно достижения технических и естественных наук.

“Нет никаких оснований усматривать препятствия гносеологического порядка на пути достижения истины в уголовном судопроизводстве. Человеку доступно познание законов природы и общества, доступно ему и познание отдельных событий и явлений. Те трудности, которые встают при предварительном расследовании и рассмотрении дела в суде, относятся к трудностям практического свойства, и их преодоление зависит от следователей и судей, от их опыта, умения, организации работы и т.д.”^

Как бы то ни было, достижение объективной истины по уголовному делу - задача сложная, а показанная нами выше объективная возможность ее достижения - не автоматический процесс, превращающий ее в реальность. Поэтому далее мы и рассмотрим практические вопросы достижения объективной истины по делам о контрабанде на стадии предварительного расследования.

’ Алексеев П.В., Панин А.В. Указ. соч., с.264. ^ Теория доказательств с.47.

Глава 2. Предмет и пределы доказывания по делам о контрабанде

2.1. предмет доказывания по делам о контрабанде

Понятие предмета уголовно-процессуального доказывания Научные исследования предмета доказывания в уголовном процессе имеют давнюю историю. Еще в 1912 г. С.И. Викторский ставил вопрос: “А какие факты (thesis probanda) должны быть доказываемы?”, и писал, что “для того, чтобы судебное внимание не разбегалось, а могло сосредоточиться на нужном предмете, прежде всего необходимо установить границы судебного исследования”, полагая при этом, что фактами, подлежащими доказыванию, или, как их называет автор, “релевантными фактами” являются “лишь те, которые прямо относятся к спорному предмету или от существования коих можно сделать заключение относительно спорного факта; спорными фактами же называются все, что утверждается обвинением и отвергается защитой”.’

Другой ученый Л. Владимиров в 1910 г. определял содержание предмета доказывания как quid probantum (то, что подлежит доказыванию), в который “входят вопросы о том, совершилось ли событие преступления, было ли оно

л

деянием подсудимого и вменяем ли этот последний”.

Исследованию предмета доказывания и сегодня уделяется много внимания.^ Но несмотря на это, понятие предмета доказывания остается дискуссионным. Как правило, разногласия ученых возникают при определении

’ ВикгчхзсийСК Русский >тш)вньй продев ^ Владимире» ІІЕУчтиесбуготовш>іхдсжазшегіьсівах-(^^ 1910,с.І45.

^ См., нагф.: Гкюеяюшко ВА Угаловнснфсдксошьные и уголовно-провсшьЕ ашееты і^зеамега доказывания: Авгореф. дас. … канд. юрщ, наук. - М., 1984; Дашкіш АА Объект и предмет угаік®н(>іфСїкссуального гешания // Проблемы дэказательсгаенной дапельносш по уголовным дглам: Межвуз. сб. - ^засноіфск, 1985; Арсеяьев БД К вопросу о предмете и объекте доказывания по угсшсжным // Г^юблемы

дсжазательствешойдешжносшпоутотовньыжяа^ 1987;и;д).

круга обстоятельств, подлежащих установлению по каждому уголовному делу, собственно и составляющих предмет доказывания. Выражаясь словами В.А. Банина, научную полемику по этому вопросу можно охарактеризовать следующим образом: “Отвлекаясь от отдельных деталей, все взгляды ученых можно разделить на две группы: первая - ограничивающие содержание предмета доказывания обстоятельствами, предусмотренными ст. 68 УПК РСФСР…; вторая - значительно расширяющая эти обстоятельства за отмеченные пределы”’.

В связи с изменениями и дополнениями уголовно-процессуального законодательства, произошедшими со времени опубликования приведенного выше высказывания В.А. Банина, а также для удобства изложения материала, мы позволим себе отнести к первой группе тех ученых, которые связывают предмет доказывания лишь с теми обстоятельствами, которые указаны законодателем в УПК (в первую очередь в ст. 68, а также и в других, например, в ст. 5- 9, 208 п. 2, 303, 392, 404, 406 п. 1, 449) в качестве подлежащих обязательному установлению по каждому делу при помощи доказательств.

К ним, на наш взгляд, примыкает и сам В.А. Банин, справедливо полагающий, что “содержание предмета доказывания могут составлять лишь обстоятельства, указанные в законе и являющиеся основанием для принятия конечных решений по делу: обвинительного или оправдательного приговора, решения о прекращении дела”. Утверждая так, он исходит “из двуаспектности этого правового явления: законодательного определения круга обстоятельств, подлежащих установлению в уголовном процессе, и непосредственного установления группы этих обстоятельств при производстве по конкретному уголовному делу”.^

Банин В.А. Предмет доказывания в советском уголовном процессе (гносеологическая и правовая природа). - Саратов, 1981, с.13.

^ Там же, 0.14.

Взгляды этой группы ученых разделяют и М.М. Михеенко’, и В.Д. Арсеньев, по мнению которого “предмет доказывания состоит из двух частей: а) обстоятельств, необходимых для разрешения дела по существу (ст. 15 Основ, ч. 1 ст. 68 УПК РСФСР), б) обстоятельств, способствующих преступлению (ч. 2 ст. 68 УПК PCФCP)”^ и другие ученые.

Такая точка зрения процессуалистов на содержание предмета доказывания как на ограниченный нормами УПК перечень обстоятельств разделяется, например, и А.П. Рыжаковым, который понимает под предметом доказывания “полный перечень обстоятельств, в обязательном порядке подлежащих установлению и подтверждению (их наличия либо отсутствия) с использованием доказательств по каждому направляемому в суд уголовному делу”, который приведен в ст. 68 УПК.^ Автор верно указывает, что по делу могут быть доказаны и иные обстоятельства. Однако их установление, и здесь мы с ним полностью согласны, “не является обязательным для органов расследования, прокурора и суда”“*.

Согласно взглядам второй условно выделенной нами группы ученых, круг обстоятельств, составляющих предмет доказывания, понимается значительно щире того, который сформулирован законодателем. Так Ф.Н. Фатісуллин и солидарный с ним 3.3. Зинатуллин считают, что “предметом процессуального доказывания должны признаваться все - происшедшие и наличные, юридические и доказательственные - факты и обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела”^. Поэтому Ф.Н. Фаткуллин выделяет в предмете доказывания три группы обстоятельств: 1) “факты и обстоятельства, находящиеся в рамках конструктивных обязательных признаков того или иного состава преступления”; 2) “обстоятельства, имеющие

Михеенко М.М. Указ. соч., с.99. ^ Арсеньев В.Д. Указ. соч., с.6. ^ Рыжаков А.П. Указ. соч., с.29. Там же, С.31.

^ Фаткуллин Ф.Н. Указ соч., с.55; Зинатуллин 3.3. Указ. соч., с.62.

tocyp

иное юридическое значение по делу”; 3) “обстоятельства, установление которых имеет доказательственное значение”.’ Такой же позиции относительно классификации фактов и обстоятельств, составляющих предмет доказывания, придерживается и 3.3. Зинатуллин. Последние в предложенной ими классификации обстоятельства, самые разнообразные, будучи установленными по делу, становятся, по их мнению, “доказательственными фактами, необходимыми для выяснения юридически значимых обстоятельств в уголовном судопроизводстве”^.

По мнению М.С. Строговича, также “помимо главного факта в предмет доказывания входят доказательственные факты, т.е. факты, которые не имеют уголовно-правового значения, но которые служат основанием для установления главного факта””^. Т.е. помимо обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК, основную массу которых мы можем условно отождествлять с тем, что М.С. Строгович называет главным фактом, автор относит к предмету доказывания “факты, которые служат изобличению обвиняемого, и те факты, которые служат его оправданию”^, которые, с нашей точки зрения, являются ни чем иным, как фактическими данными - доказательствами по уголовному делу.

Схожие позиции занимает А.И. Трусов, согласно которому “предмет доказывания включает, прежде всего главный факт, т.е. факт, установление которого составляет сущность дела (само событие преступления со всеми его признаками: объективная сторона, объект, субъект, субъективная сторона преступления), а также все другие факты, на основе которых делается вывод о существовании или несуществовании преступления и виновности обвиняемого лица”^. Т.е. А.И. Трусов также включает в содержание предмета доказывания “факты двоякого рода: а) факты, подлежащие доказыванию, т.е. факты,

’ Фаткуллин Ф.Н. Указ соч., с.57-59. ^ Зинатуллин 3.3. Указ. соч., с.62-70. ‘ Там же, С.70. Строгович М.С. Указ. соч., с.366.

Там же, с.367.

«

Трусов А.И. Доказательства в советском уголовном процессе. - М., с. 10.

которые нужно доказать, чтобы правильно разрешить дело, и б) факты, с помощью которых доказывают, т.е. которые используют, для того, чтобы что- нибудь доказать”’.

Если мы обратимся к предложенной П.С. Элькиндом схеме, наглядно изображающей содержание предмета доказывания, то увидим, что автор тоже наряду с обстоятельствами, предусмотренными ст. 5-9, 30, 68, 79, 81, 149, 205, 303 и др. УПК, включает в предмет доказывания и “неурегулированные законом, в том числе промежуточные обстоятельства, имеющие значение для оценки доказательств”^. Выступая против разделения предмета доказывания на главный факт и доказательственные факты, П.С. Элькинд считает, что он “охватывает все факты и обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного рассмотрения и разрешения уголовного дела”.^

Подводя итог дискуссии о круге обстоятельств, подлежащих уголовно- процессуальному доказыванию, необходимо отметить следующее:

Во-первых, обозначенная проблема имеет важное как теоретическое, так и практическое значение. Хотя бы потому, что “назначение предмета доказывания состоит в том, чтобы определить круг фактов и обстоятельств, которые должны быть установлены как для разрешения уголовного дела, так и для принятия отдельных процессуальных решений”‘*. Как указала Л.М. Карнеева, “без такого предмета деятельность по доказыванию лишается целеустремленности, ее результативность резко снижается, могут остаться без проверки важные обстоятельства”^.

Во-вторых, предложенная нами классификация взглядов и мнений ученых по данному вопросу носит условный характер и не отражает всю глубину научной полемики по этой тематике. К тому же мы и не ставили перед

^ Трусов А.И. Указ. соч., с.10.

^ Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978, с.84. ^Там же,с.82-83.

Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Указ. соч., с.50. ^ Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе. - Волгоград, 1988, с. 11.

43

собой такой цели. Однако применительно к задачам, которые должны быть решены в настоящем исследовании, такой подход к анализу точек зрения различных авторов на понятие предмета доказывания оправдан, поскольку позволяет нам поставить перед собой конкретный вопрос: какие обстоятельства мы будем подразумевать, исследуя предмет доказывания по делам о контрабанде?

Полагаем, что, исходя из назначения предмета доказывания в уголовном процессе, положений действующего уголовно-процессуального закона, под предметом доказывания по делам о контрабанде необходимо понимать прежде всего обстоятельства, подлежащие обязательному доказыванию по каждому уголовному делу, указанные законодателем в ст. 68 УПК, которые конкретизированы им и в других номах УПК, т.е. те обстоятельства, которые определяют цели и направления доказывания. К таким обстоятельствам мы не относим доказательственные и иные промежуточные факты, которые, по нашему мнению, являются средствами доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК, а не его целью, хотя и не отрицаем необходимости их выяснения и проверки в процессе расследования.

Итак, в соответствии с требованиями ст. 68 УПК при производстве дознания, предварительного следствия и разбирательстве каждого уголовного дела в суде подлежат доказыванию:

1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) 3) виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления; 4) 5) обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, указанные в ст. 61 УК “Обстоятельства, смягчающие наказание” и ст. 63 УК “Обстоятельства, отягчающие наказание”, а также иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 6) 7) характер и размер ущерба, причиненного преступлением. 8) 44

Согласно Ч. 2 ст. 68 УПК подлежат выявлению также причины и условия, способствовавшие совершению преступления.

Находящийся на рассмотрении Государственной Думы Проект УПК содержит несколько иной перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Так в соответствии с ч. 1 ст. 72 этого документа по уголовному делу подлежат доказыванию;

1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления; 2) 3) кто совершил запрещенное уголовным законом действие (бездействие); 4) 5) виновность лица в совершении запрещенного уголовным законом действия (бездействия), форма его вины, мотивы совершенного деяния; характер причинения вреда, юридическая и фактическая ошибка; 6) 7) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; 8) 9) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 10) 11) размер ущерба, причиненного преступлением: 12) 13) обстоятельства, исключающие преступность деяния; 14) 15) обстоятельства, влекущие освобождение от уголовной ответственности и наказания. 16) В соответствии с ч. 2 ст. 72 Проекта УПК подлежат выяснению также обстоятельства, способствовавшие совершению преступления.

Как в дореволюционной уголовно-процессуальной науке’, так и в советском уголовном процессе^ не раз отмечалось определяющее влияние уголовного права на формирование круга фактических обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному уголовному делу. Между тем, исследованию предмета доказывания или отдельных его элементов по различным категориям уголовных дел, на наш взгляд, долгое время не

См., напр.: Владимиров Л.Е. Указ. соч., с.144. ^ См., напр.: Курылев С.В. Указ. соч., с.39.

уделялось должного внимания. Однако потребность практики в такого рода теоретических разработках породила появление в 80-ых и 90-ых годах целого ряда публикаций и научных исследований по данной тематике.’

Тем не менее вопросы, касающиеся предмета доказывания по делам о контрабанде, уголовная ответственность за совершение которой установлена в ст. 188 УК, остаются до сих пор недостаточно теоретически исследованными, несмотря на всю их актуальность.

Для достижения задач уголовного судопроизводства в ходе доказывания по делам о контрабанде первостепенное значение имеет правильное определение как всего круга обстоятельств, подлежащих установлению по данной категории уголовных дел, так и каждого из них.

Событие преступления Анализируя содержание ст. 68 УПК РСФСР и ст. 72 Проекта УПК РФ, нельзя не заметить, что среди всех элементов предмета доказывания на первое место законодатель ставит именно событие преступления (время^ место, способ и другие обстоятельства совершения преступления).

Полагаем, что, исходя из такой содержащейся в УПК формулировки, можно утверждать, что под событием преступления понимается не только сам факт совершения деяния, отнесенного законом к преступным (как, например, в п. 1 ст. 5 УПК), но и объективные признаки совершения такого деяния, позволяющие рассматривать и оценивать его, во-первых, как объективную реальность, во-вторых, как совокупность определенных взаимосвязанных и

’ OvL, наїр.: Бсроданюж АЛ Указ. дис.; Орлов Г.С. Доказывание далжносшсй халазжсш прт расследовании т^зеспуплажй // Тесртя и практика устанотления истины в х^нюх^жккнигельной деягепьносга: Сб. н^чн. тр. - Р^жутск, 1985, с.86-91; Аляаацщхэв ИВ. Дсжазывание вины і^ж расслвдсяании мшкиничества // Г^зоблемы дсжазывания вшювности в совеїшм уголовнсм процесге: Меж^ сб. - Краснофж, 1989, с.149-158; Ащ^зеева ЛА, №жик ВВ. Наоотої».іе вотросы доказывания >мы:ла, направлашого на лишаше жизни // Там ^ с.164- 165; С^чинникова ГВ., Нсжик ВВ. ЗЕїатаие и доказывание умысла виношмю грі ПОХИПБНИИ личного имущества, ^хмашо находяшетося в госуаарсівеяной с^хшшзацйи // Там же, с.159-164; 3>«е BJ1 Указ. дис.; Оп^ми НВ. Особенносш дкжазывания по делам о преступлшиях, совершаа^ак с^эгагасованной преступной группсж - М., 1992; Перлов СЛ. Указ. дне.; Козусев А Бандитизм: проблэлы доказывания // Российская юстиция, 1998, Xs 6, с. 4849; Щфба С., Гус^ Г. Особенносш предмета д оказывания ш делам о нет^ютяемых // Российская юспщия, 1999, № 2, с35-37; Виноградов СБ. Указ. дне.; и /р.

взаимообусловленных действий, как процесс, включающий в себя их возникновение, ход и последствия, а в-третьих, как конкретное преступление со всеми его признаками, ответственность за которое установлена нормами Особенной части УК. При таком понимании уголовно-процессуального понятия события преступления его доказывание может быть условно отождествлено нами с установлением объекта, предмета и объективной стороны состава преступления. В данном аспекте мы и рассмотрим событие преступления как первостепенный элемент предмета доказывания по делам о контрабанде, непосредственным объектом которой является установленный государством порядок перемещения товаров и других предметов через таможенную границу Российской Федерации.^

Можно выделить несколько видов данного преступления, которые отличаются друг от друга, во-первых, по предмету контрабанды (ч. 1 и ч. 2 ст. 188 УК), а во-вторых, особенностями способа и других обстоятельств совершения преступления (ч. 3 и ч. 4 ст. 188 УК).

Ч. 1 ст. 188 УК устанавливает уголовную ответственность за контрабанду в крупном размере товаров и иных предметов, помимо перечисленных в ч. 2 той же статьи (так называемая простая или экономическая контрабанда’). Предметом контрабанды здесь являются простые товары или иные предметы, стоимость которых превышает пятьсот минимальных размеров оплаты труда. Т.е. доказыванию по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 188 УК, подлежит как вид предмета контрабанды, так и такая его количественная характеристика как стоимость. В следственной и судебной практике почти не возникает трудностей с определением товаров как предмета контрабанды, что, на наш взгляд, связано с тем, что в п. I ст. 18 ТК законодателем четко сформулировано понятие товаров, широко применяемое и в уголовном

’ В качестве дополнительных объектов контрабанды можно назвать здоровье населения (при контрабанде наркотиков), обороноспособность государства и общественную безопасность (при контрабанде оружия, боеприпасов и т.д.), финансовую и кредитную систему (при контрабанде валютных ценностей) и др.

47

судопроизводстве. Это определение товаров универсально, т.к. включает в себя любое движимое имущество, в том числе валюту, валютные ценности, электрическую, тепловую иные виды энергии и транспортные средства, за исключением указанных в п. 4 ст. 18 ТК. Однако с понятием иных предметов контрабанды по ч. I ст. 188 УК существует некая неопределенность. На наш взгляд, под иными предметами контрабанды следует понимать движимое имущество, которое не является товаром, т.е. не подпадает под определение п. 1 ст. 18 ТК, и одновременно не относится к предметам контрабанды, ответственность за незаконное перемещение которых через таможенную границу установлена в ч. 2 ст. 188 УК. Таковыми, например, следует считать предусмотренные в п. 4 ст. 18 ТК транспортные средства, используемые для международных перевозок пассажиров и товаров, включая контейнеры и другое транспортное оборудование.

Для наглядности обратимся к возбужденному Мамоновской таможней по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 188 УК уголовному делу в отношении гражданина РФ X., который пытался незаконно переместить через таможенную границу РФ в Польшу используемый им для перевозки пассажиров автомобиль “Ауди-100” с обманным использованием предъявленных для таможенного контроля свидетельства о регистрации транспортного средства и средств таможенной идентификации - государственных регистрационных номерных знаков, относящихся к другому транспортному средству. На предварительном следствии, а также во вступившем в законную силу приговоре суда действия X., на наш взгляд, совершенно правильно были квалифицированы как покушение на перемещение в крупном размере через таможенную границу РФ иного предмета (транспортного средства), совершенное с обманным использованием документов и средств таможенной идентификации.’

Ответственность за контрабанду предметов, представляющих повышенную угрозу общественной и государственной безопасности, а также

Архив Багратионовского районного суда Калининградской области, 1998 г.

особую ценность, установлена в ч. 2 ст. 188 УК (так называемая особо опасная контрабанда). Поэтому доказыванию по делам об особо опасной контрабанде подлежит принадлежность предмета контрабанды именно к одной из указанных в диспозиции ч. 2 ст. 188 УК группе объектов, а именно к наркотическим средствам, психотропным, сильнодействующим, ядовитым, отравляющим, радиоактивным или взрывчатым веществам, вооружению, взрывным устройствам, огнестрельному оружию или боеприпасам, ядерному, химическому, биологическому и другим видам оружия массового поражения и в отнощении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу РФ, к стратегически важным сырьевым товарам и культурным ценностям, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу РФ. На практике для доказывания факта принадлежности предмета контрабанды к названным позициям привлекаются специалисты и эксперты, компетентные в соответствующих областях науки, техники и искусства, без заключений которых невозможно объективное установление обстоятельств преступления и справедливое разрешение дела.

Квалифицированные виды контрабанды предусмотрены ч. 3 (контрабанда, совершенная: а) неоднократно; б) должностным лицом с использованием своего служебного положения; в) с применением насилия к лицу, осуществляющему таможенный контроль) и ч. 4 (контрабанда, совершенная организованной группой) той же статьи УК. Указанные в них квалифицирующие признаки представляются нам особенностями способа и других обстоятельств совершения преступления, и подлежат доказыванию как такого рода составляющие события преступления по делам о контрабанде.

Несмотря на указанные различия между выделенными законодателем видами контрабанды, представленными в виде схемы на рис. 1,’ всем им присущи общие для данного преступления обстоятельства и действия, которые

^ Здесь и далее: все рисунки помещены автором в раздел “Приложения” диссертации.

собственно и образуют в своей совокупности событие преступления в нашем понимании. Независимо от вида контрабанды в основе этого преступления лежат действия, выражающиеся в перемещении через таможенную границу РФ указанных в законе предметов, совершенном либо помимо или с сокрытием от таможенного контроля, либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации, либо сопряженном с недекларированием или недостоверным декларированием.

В соответствии с п. 1 ст. 68 УПК одним из обстоятельств, характеризующих событие преступления, является место его совершения, в качестве такового диспозиция ст. 188 УК называет таможенную границу РФ. Понятие последней содержится в ч. 4 ст. 3 ТК, в соответствии с которой таможенная граница представляет собой пределы таможенной территории РФ, а также периметры свободных таможенных зон и свободных складов. Из содержания норм таможенного законодательства, регулирующего порядок создания свободных таможенных зон и учреждения свободных складов, а также их функционирования (гл. 12 ТК), прямо следует, что соответствующие таможенные режимы устанавливаются в определенных территориальных границах или помещениях (местах) на территории страны. Исходя из этого, многие авторы пришли к выводу, что контрабанда может быть совершена не только там, где таможенная граница страны совпадает с государственной границей, но и внутри территории государства, если там расположены свободные таможенные зоны либо свободные склады.’

Однако содержание гл. 12 “Свободная таможенная зона. Свободный склад”, а также ст. 3 “Таможенная территория и таможенная граница Российской Федерации” ТК - в части, касающейся свободных таможенных зон, свободных складов и понятия таможенной границы, отождествляемой с их периметрами, на наш взгляд, противоречит положениям ч. 1 ст. 8 Конституции РФ, согласно которым в российском государстве гарантируются единство

’ См., напр,: Михаилов В.И., Федоров А.В. Указ. соч., с.29; Родина Л.Ю. Указ. дис., с.79.

tl

экономического пространства, свободное перемещение товаров, услуг и финансовых средств, поддержка конкуренции, свобода экономической деятельности. Кроме того, в ч. 1 ст. 74 Конституции РФ прямо указано, что на территории Российской Федерации не допускается установление таможенных границ, пошлин, сборов и каких-либо иных препятствий для свободного перемещения товаров, услуг и финансовых средств. Таким образом, в силу требований п. 1 ст. 68 УПК, исходя из смысла ч. 4 ст. 3 ТК и руководствуясь ч. 1 ст. 74 Конституции РФ, полагаем, что в ходе предварительного расследования дел о контрабанде должен быть установлен конкретный участок таможенной границы РФ, являющейся внешними пределами таможенной территории государства, через который было совершено незаконное перемещение товаров или иных предметов.

Данная наша позиция расходится также и с мнением Н.В. Лысака, полагающего, что местом совершения преступления, предусмотренного ст. 188 УК, признаются: “1) таможенная территория; 2) таможенная граница; 3) свободные таможенные зоны; 4) свободные склады”.’ В связи с этим считаем необходимым еще раз отметить, что, на наш взгляд, местом совершения контрабанды является не таможенная территория государства, не территории свободных таможенных зон, свободных складов и периметры последних, а конкретно определенный участок внешних пределов таможенной территории РФ (т. е. таможенной границы в ее конституционном понимании), через который был осуществлен ввоз из-за рубежа или вывоз с таможенной территории РФ предметов контрабанды. Правильное определение понятия таможенной границы имеет важное теоретическое и практическое значение. Во-первых, место совершения преступления отнесено законодателем к числу обстоятельств, подлежащих доказыванию по каждому уголовному делу. Во- вторых, место совершения контрабанды является конструктивным признаком

’ Лысак Н.В. Расследование контрабанды // Руководство для следователей/ Под ред. Н.А. Селиванова, В.А. Снеткова- М., 1998, с.536.

состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК. В-третьих, точность и достоверность установления места пересечения таможенной границы теми или иными предметами приобретают еще большую значимость в том случае, если ввоз или вывоз товаров и других предметов был совершен помимо таможенного контроля, а именно вне установленных таможенными органами мест пересечения грузами и транспортными средствами таможенной фаницы.

Правильное понимание места совершения контрабанды имеет существенное значение и для определения момента окончания этого преступления, что более подробно будет раскрыто далее.

Таким образом, место совершения контрабанды - определенный участок внешней таможенной границы - подлежит обязательному выяснению как в силу требований материального (ст. 188 УК), так и процессуального (п. 1 ст. 68 УПК) уголовного права.

Время совершения контрабанды является одним из подлежащих установлению обстоятельств, которое включено законодателем в событие преступления. Доказыванию по делам о контрабанде подлежит конкретный период времени, в который фактически перемещался предмет контрабанды через таможенную границу, и который собственно является временем совершения преступления по таким делам. Точность доказываемого отрезка времени совершения контрабанды определяется (как в абсолютном, так и относительном выражении) в зависимости от конкретных обстоятельств дела. Особого внимания установление времени совершения контрабанды (даже с точностью до минут) требует при доказывании факта противоправного перемещения товаров и иных предметов через таможенную границу, совершенного помимо таможенного контроля. Поскольку в данном случае время совершения преступления может указывать, имело ли место незаконное (в частности, вне установленного времени таможенного оформления и работы таможенного органа) пересечение границы предметами контрабанды. Кроме того, установление времени совершения преступления необходимо для

52

определения подлежащего применению уголовного закона, устанавливающего ответственность за контрабанду, исчисления сроков давности привлечения к уголовной ответственности, применения актов амнистии, устранения сомнений в достижении песо вер щеннолет ним обвиняемым к моменту совершения преступления установленного в ст. 20 УК возраста.

“Установление времени связано с анализом временных отношений между фактами, имеющимися на момент расследования. К ним могут относиться: элементы состава преступления, следы преступника, … иная информация, отразившаяся при совершении преступления.”’ В некоторых ситуациях выявление времени совершения криминальных действий, а в ряде случаев и временной последовательности этих действий, появления отдельных элементов обстановки “служит своеобразным ключом к раскрытию преступления”’.

Установление конкретно определенных места и времени события преступления имеет важное значение и для защиты прав и интересов лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении контрабанды, поскольку в этом случае он может не только заявить о своем алиби, но и, например, представить доказательства его нахождения в обозначенное время в другом месте, опровергнуть необоснованное подозрение или обвинение.

Способ совершения контрабанды. Анализ содержания диспозиций ст. 188 УК позволяет нам кратко заключить, что контрабанда есть противоправное перемещение предмета преступления через таможенную границу государства.

На этом основании способ совершения контрабанды в общем виде можно определить как совокупность указанных в уголовном законе приемов, сознательно-волевых действий лица по подготовке, исполнению и сокрытию такого перемещения через границу различных грузов, транспортных средств.

’ Авсюк А.В. Установление обстоятельств времени в криминалистике и доказывании (на примере раскрытия и расследования умышленных убийств): Автореф. дне. … канд. юрид.

наук. -М., 1992, с.21.

tl

^ Меретуков Г.М. Криминалистические проблемы борьбы с наркобизнесом организованных преступных групп. - М., 1995, с.48.

иных ценностей и предметов. Законодателем сформулировано несколько ^ обязательных альтернативных способов контрабандного пересечения товарами

и другими предметами линии таможенной границы. Доказыванию подлежит наличие хотя бы одного из них, что достаточно для квалификации преступного деяния как контрабанды (если, конечно, имеют место и другие признаки этого состава). К способам совершения контрабанды закон относит перемещение товаров и иных предметов через таможенную границу, совершенное:

1) помимо таможенного контроля; 2) 3) с сокрытием от таможенного контроля; 4) 5) с обманным использованием документов; 6) 7) с обманным использованием средств таможенной идентификации; 8) 9) с не декларированием этих товаров и предметов; 10) 11) с недостоверным декларированием товаров и иных предметов. 12) Перечисленные способы совершения контрабанды являются

факультативными, уточняющими или конкретизирующими по отношению к основному или генеральному способу совершения этого деяния - перемещению предметов преступления через таможенную границу РФ, они определяют конкретный противоправный характер генерального способа совершения контрабанды, как это показано на рис. 2.

Таким образом, доказыванию по делам о контрабанде подлежит наличие в деянии, во-первых, генерального способа совершения данного преступления - фактического перемещения предмета контрабанды через таможенную границу страны, а во-вторых, одного из обязательных факультативных способов, перечисленных выше.

В таможенном законодательстве (п. 5 ст. 18 ТК) понятие перемещения через таможенную границу РФ сформулировано как совершение действий по ввозу на таможенную территорию РФ или вывозу с этой территории товаров и

транспортных средств любым способом, включая пересылку в международных почтовых отправлениях, использование трубопроводного транспорта и линий

электропередач. Содержание таких действий трактуется в ТК по разному в зависимости от того, имеет ли место ввоз или вывоз товаров и транспортных средств. Поэтому при ввозе товаров и транспортных средств на таможенную территорию РФ и при ввозе их с территории свободных таможенных зон и свободных складов на остальную часть таможенной территории (далее - при ввозе) к таким действиям относится фактическое пересечение таможенной границы. А при их вывозе с таможенной территории и ввозе с остальной части таможенной территории на территории свободных таможенных зон и на свободные склады (далее - при вывозе) - подача таможенной декларации или иное действие, непосредственно направленное на реализацию намерения соответственно вывезти либо ввезти товары или транспортные средства.

Существование такой нормы закона дало некоторым авторам основания утверждать, что при ввозе контрабанда должна признаваться оконченным преступлением при фактическом перемещении таможенной границы, а при вывозе - с момента подачи таможенной декларации или совершения иного действия, направленного на реализацию такого намерения.’ Позволим себе не согласиться с таким утверждением. На наш взгляд, контрабанда должна считаться оконченным преступлением с момента фактического пересечения товарами, транспортными средствами и другими предметами таможенной границы государства (как при их ввозе, так и при вывозе). А подача таможенной декларации и иные действия, направленные на реализацию намерения вывоза товаров и иных предметов контрабандным путем с таможенной территории РФ, не приведшие к достижению преступного результата по причинам, не зависящим от воли субъекта преступления (например, в результате обнаружения факта недостоверного декларирования при осуществлении таможенного контроля), в зависимости от конкретных

’ См., напр.: Шм^в И., Мельникова Ю., Устинова Т. Огаетстаетпюстъ за ионірабаці^у и шрушшие таможенного законодательства Россяйаоой Фед^хіции // Российская юсгация, 1995, № 1, сЗб; Ксммешїфий к Тамояетшшу кодао^ РФ/ Под ред. АН Козьрвда. - М., 19%, с372; Родина Л JO. Указ. zmc., с.80; Ко^^бей МА Указ. дис., с. 168; Лькак RB. Указ. соч., с.536; Козьзрин АЛ. Указ. соч., с29; и дцз.

55

обстоятельств дела подлежат квалификации как приготовление либо покушение на совершение контрабанды в соответствии со ст. 30 УК. Именно такого подхода к квалификации преступных деяний по делам о контрабанде придерживался Верховный Суд СССР.^ На таких позициях стоит и современная практика предварительного расследования и рассмотрения в суде уголовных дел о контрабанде. Изученные нами материалы уголовных дел, находившихся в производстве отделов дознания таможен, расположенных в различных регионах Российской Федерации, показывают, что такого рода действия правомерно квалифицируются таможенными органами при возбуждении уголовных дел, как преступления, предусмотренные ст. 30 и 188 УК. Первоначальная квалификация таких преступных действий, пресеченных инспекторами таможен, как покушение на контрабанду, данная таможенными органами при производстве дознания, затем находила свое подтверждение в решениях органов предварительного следствия, судов первой и второй инстанции. По указанным выше основаниям мы не можем согласиться и с мнением, что контрабанда считается оконченным преступлением с момента

’ Так считают и многие другие авторы. См., напр.: Основы таможенного дела. Выпуск Y: Правоохранительная деятельность таможенных органов/ Научн. ред. А.Ф. Козыкин. - М., 1995, C.11; Комментарий к Таможенному кодексу Российской Федерации/ Под общ. ред. В.А. Максимцева, Б.Н. Габричидзе. - М., 1997, с.249; Сучков Ю.И. Защита внешнеэкономической деятельности Российской Федерации по уголовному и таможенному законодательству (проблемные аспекты теории и законодательства). Дис. … д-ра. юрид. наук, - Калининград, 1997, C.224; Федоров А.В. О квалификации покушения на контрабанду // Роль таможенной службы в условиях переходного периода: Тезисы докладов международной научно- практической конференции, 18-19 марта 1999 г. - СПб, 1999, с.133-135; и др. См. также: Методическое письмо ГТК РФ № 01-13/12769 “О порядке применения Федерального закона Российской Федерации “О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР” от 10 ноября 1994 г. (Таможенный вестник, 1995, № 4, с.27-51), в котором, в частности, говорится: “Контрабанда признается оконченным преступлением с момента фактического противоправного перемещения предметов через таможенную границу Российской Федерации. Действия, направленные на обеспечение такого перемещения образуют приготовление или покушение на контрабанду.” (с.32).

^ См. п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 февраля 1978 г. № 2 “О судебной практике по делам о контрабанде” // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М., 1999, с. 130.

совершения таких общественно опасных действий, как использование тайников, перемещение вне зоны таможенного контроля.’

Нам представляется ошибочной попытка некоторых авторов безоговорочно распространить действие норм административного права (в частности положений Таможенного кодекса) на сферу уголовного права и процесса. Несомненно, что для уяснения сути ряда понятий, содержащихся в диспозициях ст. 188 УК, необходимо обратиться к другим законодательным и подзаконным актам. Однако исходить из принципа прямого применения по аналогии норм таможенного законодательства в уголовном судопроизводстве, на наш взгляд, нельзя. Во- первых, в ч. 1 ст. 18 ТК прямо указано, что здесь дается содержание понятий, используемых именно в настоящем Кодексе, а не в уголовном судопроизводстве. Во-вторых, изложенное в п. 5 ст. 18 ТК понятие перемещения через таможенную границу РФ применительно к вывозу товаров с таможенной территории, действительно может быть применимо, но только в случае привлечения лиц, перемещающих товары и другие предметы с нарушением таможенных правил, к административной ответственности, установленной соответствующими статьями ТК, поскольку административное право, в том числе и таможенное законодательство, не знает такого института как ответственность за приготовление и покушение на совершение правонарушения, который имеется в уголовном праве. Именно по этой, как нам представляется, причине положения п. 5 ст. 18 ТК противоречат нормам Общей части УК о стадиях преступления, а значит и не могут бьггь использованы в сфере применения уголовного закона и уголовно- процессуального доказывания. Применение по аналогии нормы п. 5 ст. 18 ТК в уголовном праве и процессе исключало бы даже теоретически возможность добровольного отказа от такого преступления, как контрабанда, что недопустимо с точки зрения законности, поскольку лицо не подлежит

’ Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации/ Под общ. ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. - М., 1997, с.425.

уголовной ответственности за преступление, если оно добровольно и окончательно отказалось от доведения этого преступления до конца (ст. 31 УК). Поэтому мы солидарны с теми авторами, которые считают, что квалификация незаконного перемещения предметов контрабанды через таможенную фаницу по ст. 188 УК как оконченного преступления “находится в прямой зависимости от факта пересечения таможенной границы РФ, а не от факта начала таможенного оформления” ^

Таким образом, по нашему мнению, под перемещением предметов контрабанды через таможенную границу РФ (как при их ввозе, так и при вывозе с таможенной территории государства) в ст. 188 УК следует понимать фактическое пересечение контрабандным грузом линии таможенной границы страны. Именно в этом значении перемещение товаров и других предметов через таможенную границу России представляет собой генеральный способ совершения контрабанды, подлежащий доказыванию по данной категории дел, как составляющая часть события данного преступления.

Отдельного исследования заслуживает и каждый из названных нами факультативными способов совершения контрабанды, поскольку доказыванию по делам о данной категории преступлений подлежит, как уже отмечалось, наличие хотя бы одного из них в действиях виновного лица.

Перемещение товаров и иных предметов контрабанды через таможенную границу РФ помимо таможенного контроля. В соответствии со ст. 27 ТК пересечение товарами и транспортными средствами таможенной границы РФ допускается в местах, определяемых таможенными органами РФ, и во время их работы. В иных местах и вне времени работы таможенных органов РФ товары и транспортные средства могут пересекать таможенную границу РФ по согласованию с таможенным органом РФ. Т.е. пересечение товарами и транспортными средствами таможенной границы государства допускается только под контролем его таможенных органов. В соответствии с

Козыкин А.Ф., Салюйленко П.И. Указ. соч., с.5.

«

П. 16 CT. 18 TK таможенный контроль представляет собой совокупность мер, осуществляемых таможенными органами РФ в целях обеспечения соблюдения законодательства РФ о таможенном деле, а также законодательства РФ и международных договоров РФ, контроль за исполнением которых возложен на таможенные органы РФ. Таможенный контроль проводится должностными лицами таможенных органов путем проверки документов и сведений, необходимых для таможенных целей, таможенного досмотра (досмотра товаров и транспортных средств, личного досмотра), учета товаров и транспортных средств, устного опроса физических и должностных лиц, проверки систем учета и отчетности, осмотра территорий, помещений и других мест, где могут находиться товары и иные объекты таможенного контроля, либо осуществляется деятельность, контроль за которой возложен на таможенные органы, и в других формах, установленных законодательными актами либо не противоречащих им (ст. 180 ТК). Процессуальное значение таможенного контроля состоит и в том, что именно с его проведением чаще всего связано выявление контрабанды. Перемещение же товаров и иных предметов через таможенную границу страны помимо таможенного контроля способно нанести существенный вред интересам государства и общества. Данный способ соверщения преступления очень распространен, особенно на границе со странами СНГ, в частности с Украиной. Там “контрабанда идет по объездным путям, которых насчитывается около 400: на брянском направлении - до 120, белгородском - 80, ростовском - 200”.’

Как указано в ст. 276 ТК, под перемещением товаров и транспортных средств через таможенную границу РФ помимо таможенного контроля понимается пересечение ими таможенной границы вне определенных таможенными органами РФ мест или вне установленного времени производства таможенного оформления. Данное определение нуждается, по нашему мнению в уточнении: указанные действия по перемещению товаров и

Кисловский Ю.Г. Указ. соч., с. 184.

ИНЫХ предметов через границу должны быть совершены без согласования с таможенным органом. Кроме того, сюда же, на наш взгляд, следует отнести и выделенное в ч. 2 ст. 219 ТК в качестве самостоятельного способа совершения контрабанды перемещение товаров и транспортных средств через таможенную границу РФ путем ее прорыва, выразившегося в их открытом перемещении через таможенную границу РФ вопреки прямому запрету присутствовавщего при этом должностного лица, осуществляющего таможенный контроль.

Таким образом, на наш взгляд, перемещение товаров и иных предметов через таможенную границу государства должно считаться совершенным помимо таможенного контроля, если оно состоялось:

1) вне места, определенного таможенным органом для пересечения товарами и транспортными средствами таможенной границы, и без согласования с таможенным органом; 2) 3) в месте, определенном таможенными органами для пересечения товарами и транспортными средствами таможенной границы, но не в установленное время производства таможенного оформления, и без согласования с таможенным органом; 4) 5) в месте и во время, определенные таможенным органом для пересечения товарами и транспортными средствами таможенной границы, но путем ее прорыва. 6) А для установления факта совершения контрабанды данным способом (помимо таможенного контроля) необходимо доказать наличие хотя бы одного из этих трех обстоятельств пересечения таможенной границы теми или иными предметами преступления.

В качестве примера такого способа совершения преступления может послужить уголовное дело группы контрабандистов, которые с начала 1993 г., минуя таможенные посты и используя подложные документы, поставляли на Украину различные нефтепродукты. Всего саратовским предприятием ТОО “Астат” было вывезено таким способом 170 цистерн с бензином, дизельным топливом и топочным мазутом.’

Перемещение товаров и иных предметов контрабанды через таможенную границу РФ с сокрытием от таможенного контроля. В действующем УК не раскрывается содержание действий, образующих сокрытие товаров и иных предметов от таможенного контроля. В соответствии же со ст. 277 ТК сокрытие от таможенного контроля товаров, перемещаемых через таможенную границу РФ есть использование тайников либо других способов, затрудняющих обнаружение товаров, или придание одним товарам вида других. Таким образом, суть данного способа совершения контрабанды состоит в использовании всевозможных средств, направленных на затруднение визуального обнаружения предметов преступления в процессе таможенного контроля, т.е. в ходе расследования необходимо доказать, что лицо скрывало от таможенного контроля ввозимые или вывозимые предметы. А для этого необходимо выяснить и конкретный способ их сокрытия.

Как отмечает Н.Б. Лысак, содержащаяся в ст. 277 ТК формулировка данного способа совершения контрабанды позволяет толковать его значительно шире использовавшегося в УК РСФСР 1960 г. термина “специальное хранилище”.^ Вместе с тем, как справедливо указывает Т.А. Диканова, “разъяснения Пленума Верховного Суда СССР по этому понятию (специальное хранилище - В.Б.) не потеряли значимости и в настоящее время и весьма полезны при рассмотрении вопроса о том, что именно понимать под тайниками и иными способами, затрудняющими обнаружение товаров”.^ В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда СССР “О судебной практике по делам о контрабанде” под незаконным перемещением товаров и иных ценностей через границу надлежит признавать, в частности, и перемещение предметов способами, затрудняющими их обозрение и

Гнали цистерны, угодили на нары // Российская газета, 1997,18 июня. ^ Лысак Н.В. Указ. соч., с.537. ^ Расследование контрабанды, с. 16.

обнаружение, a специальными хранилищами следует считать тайники, изготовленные в целях контрабанды, а также оборудованные и приспособленные в этих же целях на транспортных средствах конструктивные емкости и предметы, предварительно подвергавшиеся разборке, монтажу и т.п.* Поэтому для признания места сокрытия товара тайником необходимо доказать, что оно является специально изготовленным для незаконного перемещения товаров приспособлением, либо представляет собой специально с этой же целью оборудованные или приспособленные в результате конструктивных изменений, разборки, монтажа места (ниши, полости и т.д.)-

Как правило, такого рода тайники чаще всего оборудуются на транспортных средствах, используемых для международных перевозок грузов и пассажиров. В качестве примера такого способа сокрытия перемещаемых через таможенную фаницу товаров может быть использовано уголовное дело, возбужденное Багратионовской таможней в отношении российского гражданина П., который, следуя из РФ в Польшу, пытался незаконно переместить через таможенную границу страны янтарь - сырец в количестве 28,9 кг, сокрытый в им же изготовленной полости - тайнике, расположенном под сиденьем водителя в салоне автомобиля.^ А осужденная по ч. I ст. 188 УК гражданка Ш. в качестве тайника для перемещения через таможенную границу золотых изделий в количестве 282 товарных единицы общей массой 418,49 грамм на сумму 41849000 рублей использовала детскую куклу.^

Между тем, для сокрытия товаров от таможенного контроля контрабандистами часто используются полости и пустоты, обусловленные конструктивными особенностями транспортных средств, которые не претерпевают каких-либо специальных изменений, а потому не могут быть

’ См. п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 3 февраля 1978 г. № 2 “О судебной практике по делам о контрабанде” // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М., 1999, с. 130. ^ Архив Багратионовского районного суда Калининградской области, 1998 г. ^ Архив Красноглинского районного суда г. Самары, 1997 г.

признаны тайниками (в том числе и труднодоступные). Так обвиняемые П. и Л. пытались незаконно вывезти из РФ в Польшу через железнодорожный пункт пропуска Мамоновской таможни сигареты импортного производства в количестве 12260 пачек, которые были сокрыты ими от таможенного контроля в межпотолочном пространстве вагона.’

Другим распространенным способом сокрытия товаров и иных предметов от таможенного контроля является использование в этих целях естественных полостей и складок тела человека, его одежды, обуви и других носильных вещей. Так, например, Внуковской таможней было возбуждено уголовное дело о контрабанде в отношении гражданина Грузии Ц., который, следуя из РФ в Грузию рейсом “Москва - Батуми”, пытался незаконно переместить через нашу таможенную границу не заявленную при декларировании иностранную валюту, которая была им сокрыта: 3800 долларов США - в правом ботинке, одетом на контрабандисте, а 3613 долларов США - в его левом ботинке.^ Самарской таможней было возбуждено уголовное дело в отношении другого контрабандиста из Грузии Н., который, следуя авиарейсом “Самара- Стамбул” пытался вывезти из РФ 4350 долларов США, сокрытые от таможенного контроля в нижнем белье.^

А в качестве примера сокрытия одних товаров среди других могут быть использованы материалы уголовного дела, возбужденного Домодедовской таможней в отношении гражданина Узбекистана X., которАїй, следуя из РФ в Узбекистан рейсом “Москва - Ташкент”, пытался незаконно переместить через таможенную границу нашей страны не указанные им в процессе декларирования 3050 долларов США, сокрытые им в пакете среди конфет, находившемся в дорожной сумке.”^ За совершение контрабанды аналогичным способом была осуждена по ч. 1 ст. 188 УК российская гражданка С., которая

при ввозе в РФ из Турции партии тюля в рулонах сокрыла в них ювелирные изделия из золота: 160 цепочек, 35 пар серег, 1 кольцо и 12 подвесок, обнаруженные в ходе таможенного контроля ее багажа сотрудниками таможенного поста “Аэропорт Курумоч” Самарской таможни.’

Практике известны и многие другие способы сокрытия предметов контрабанды от таможенного контроля, которые продолжают совершенствоваться. Многие из них описаны в литературе и на страницах печати. Поэтому нет необходимости останавливаться более подробно на описании всевозможных ухищрений контрабандистов.

Важно то, что для доказывания такого способа совершения контрабанды, как перемещение товаров и иных предметов через таможенную границу РФ с сокрытием от таможенного контроля, достаточно установить что виновный действительно скрывал предметы преступления от таможенного контроля, независимо от того, какой из способов сокрытия предметов был им применен.

Перемещение товаров и иных предметов контрабанды через таможенную границу РФ с обманным использованием документов. Данный способ совершения контрабанды заключается в перемещении товаров и других предметов через таможенную границу с представлением таможенному органу в качестве документов, необходимых для таможенных целей:

1) поддельных документов; 2) 3) недействительных документов; 4) 5) документов, полученных незаконным путем; 6) «

7) документов, относящихся к другим товарам или транспортным средствам (ст. 278 ТК). 8) Для установления факта соверщения контрабанды именно этим способом (обманное использование документов) необходимо доказать не только принадлежность таких документов хотя бы к одной из четырех указанных выше групп, но и их значение в качестве необходимых для таможенных целей.

’ Архив Краеноглинского районного суда г. Самары, 1997 г.

Т.е. при таком способе совершения контрабанды, который еще называют интеллектуальным сокрытием товаров и иных предметов, “таможенному контролю предъявляются документы, по содержанию и форме отвечающие необходимым требованиям и якобы дающие лицу право на беспрепятственное перемещение товаров и транспортных средств через таможенную границу”.’ Перечень необходимых для таможенного контроля документов и сведений, порядок их представления определяет ГТК РФ в соответствии с ТК и иными актами законодательства РФ.

Поддельный документ может представлять собой как фальшивый документ в целом, так и измененный путем материального подлога первоначально подлинный документ. Недействительным является такой документ, который не обладает соответствующими необходимыми для такого рода документов реквизитами, либо утратил свою юридическую силу вследствие его просрочки, отмены и т.д. к документам, полученным незаконным путем, следует относить похищенные документы, а также документы, добытые посредством взятки, насилия или угроз его применения, обмана. Кроме того, к таким документам следует относить и такие, которые были выданы на основании заведомо ложных сведений или других поддельных документов. Документы, содержащие недостоверные сведения, являются подлинными по форме, но их содержание при этом не соответствует действительности, в качестве примера перемещения товаров и транспортных средств через таможенную границу страны с обманным использованием документов, относящихся к другим товарам и транспортным средствам, может вновь послужить уголовное дело российского гражданина X., который пытался незаконно вывезти автомобиль из РФ в Польшу через пункт пропуска

’ Комментарий к Таможенному кодексу Российской Федерации. Под общ. ред. В.А. Максимцева и Б.Н. Габричидзе. - М., 1997, с.298.

^ См., напр.: Письмо ГТК РФ № 01-13/144450 от 12 октября 1995 г. “О местах таможенного оформления и документах, используемых в таможенных целях”.

Мамоновской таможни, предъявив для таможенного контроля свидетельство о ^ регистрации транспортного средства, относящееся к другому автомобилю.’

Перемещение товаров и иных предметов контрабанды через таможенную границу РФ с обманным использованием средств таможенной идентификации. В соответствии с положениями таможенного законодательства (ст. 185 ТК) товары и транспортные средства, находящиеся под таможенным контролем, могут идентифицироваться таможенными органами. Такая идентификация производится путем наложения пломб, печатей, нанесения цифровой, буквенной и иной маркировки, идентификационных знаков, проставления штампов, взятия проб и образцов, описания товаров и транспортных средств, составления чертежей, изготовления масштабных изображений, фотографий, иллюстраций, использования товаросопроводительной и иной документации и других средств идентификации (ч. 2 ст. 185 ТК). Изменение или уничтожение средств идентификации может производиться только таможенными органами или с их ^ разрешения. Несоблюдение этого требования закона влечет за собой

наступление административной ответственности по ст. 261 ТК.

Здесь необходимо отметить, что в таможенном законодательстве (ст. 185, 261, 278 ТК) применяется понятие ‘‘средства идентификации’\ которое включает в себя как средства идентификации, выполненные непосредственно таможенными органами, так и другие (уже имеющиеся, существующие независимо от таможенных органов) средства идентификации, позволяющие отличать друг от друга находящиеся под таможенным контролем товары и транспортные средства. С этих позиций ст. 278 ТК признает перемещение товаров и транспортных средств через таможенную границу совершенным с обманным использованием средств идентификации, если при этом имело место использование поддельного средства идентификации или подлинного средства % идентификации, относящегося к другим товарам и транспортным средствам.

Архив Багратионовского районного суда Калининградской области, 1998 г.

В свою очередь уголовный закон (ст. 188 УК) использует термин ‘‘средства таможенной идентификации’’. На наш взгляд, если подходить к анализу понятий “средства идентификации” и “средства таможенной идентификации” с лингвистической точностью, то несложно обнаружить, что это не тождественные категории, и что первое понятие относится ко второму, как общее к частному. Представляется, что поэтому средства таможенной идентификации должны включать в себя лишь те средства идентификации товаров и транспортных средств, перечисленные в ч. 2 ст. 185 ТК, которые налагаются или создаются непосредственно должностными лицами таможенных органов при исполнении ими своих служебных обязанностей в процессе таможенного контроля (например, таможенные печати и штампы, пломбы и т.д.). Однако такое узкое понимание средств таможенной идентификации не соответствует смыслу как таможенного, так и уголовного законов. Поэтому полагаем, что законодателем термины “средства идентификации” и “средства таможенной идентификации” были использованы все-таки как однозначные, а средства таможенной идентификаций могут быть отождествлены со средствами идентификации, обозначенными в ТК.’ Но высказанное нами мнение по поводу толкования этих терминов отнюдь не снимает с повестки дня вопрос о необходимости устранения указанных недостатков, относящихся к области законодательной техники. Для этого необходимо привести нормы таможенного (ст. 185, 261, 278 ТК) и уголовного (ст. 188 УК) права в соответствие друг с другом.

Таким образом, для установления перемещения предметов контрабанды через таможенную границу РФ способом обманного использования средств таможенной идентификации, необходимо доказать либо факт использования с

’ В этой связи показательно уже упоминавшееся выше возбужденное Мамоновской таможней утоловное дело гражданина РФ X., по которому средствами таможенной идентификации были признаны на стадии предварительного расследования, а затем и в приговоре суда государственные регистрационные номерные знаки транспортного средства. (Архив Багратионовского районного суда Калининградской области, 1998 г.) этой целью поддельного средства идентификации, либо - подлинного средства идентификации, но относящегося к другому товару или предмету.

Перемещение товаров и иных предметов контрабанды через таможенную границу РФ с недекларированием этих товаров и предметов. В соответствии с требованиями ст. 168 ТК товары и транспортные средства, перемещаемые через таможенную фаницу РФ, подлежат декларированию таможенному органу РФ. Порядок декларирования регламентируется в ст. 169 - 179 ТК и определяется ГТК РФ. Декларирование производится путем заявления по установленной форме (письменной, устной, путем электронной передачи данных или иной) точных сведений о товарах и транспортных средствах, об их таможенном режиме и других сведений, необходимых для таможенных целей. Соответственно недекларирование товаров и иных предметов, перемещаемых через таможенную границу, представляет собой незаявление по установленной письменной, устной или иной форме достоверных сведений о них, их таможенном режиме и других сведений, необходимых для таможенных целей (ст. 277 ТК).

Таким образом, при доказывании факта совершения контрабанды таким способом, должно быть установлено, что при перемещении предметов контрабанды имело место декларирование по установленной форме, в процессе которого однако не были заявлены необходимые для таможенных целей сведения о перемещаемых товарах (предметах).

Перемеи^ение товаров и иных предметов контрабанды через таможенную границу РФ с недостоверным декларированием товаров и иных предметов. Недостоверное декларирование товаров и предметов, перемещаемых через таможенную границу, заключается в заявлении в процессе декларирования недостоверных сведений о таких товарах и предметах, необходимых для таможенных целей (ст. 279 ТК).

Таким образом, доказывая в процессе расследования по уголовному делу о контрабанде, что виновным лицом был использован именно этот способ противоправного перемещения товаров или других предметов через таможенную границу, необходимо установить, что при ее пересечении предметами контрабанды было проведено декларирование по установленной форме, и что в процессе этого декларирования были заявлены недостоверные сведения о них, необходимые для таможенных целей.

На основании изложенного о способах совершения контрабанды можно заключить, что если для установления противоправного перемещения предметов этого преступления через таможенную границу таким способом как пересечение границы помимо таможенного контроля, необходимо доказать, что виновное лицо уклонилось от прохождения таможенного контроля, то при установлении остальных обозначенных нами факультативных способов совершения этого преступления необходимо доказать, что в отношении данного лица напротив осуществлялся таможенный контроль, однако при этом оно либо сокрыло от таможенного контроля предметы контрабанды, либо обманным образом использовало для достижения преступных целей документы или средства таможенной идентификации, либо не задекларировало или недостоверно задекларировало эти предметы. В противном случае в этих действиях будет отсутствовать состав контрабанды.

Перечисленные в ч. 3 и ч. 4 ст. 188 УК признаки квалифицированной контрабанды, а именно преступление, совершенное: 1) неоднократно; 2) должностным лицом с использованием своего служебного положения; 3) организованной группой, детально регламентируются нормами уголовного закона.’ Данные квалифицирующие признаки включены законодателем в конструкцию многих составов преступлений. Исключение составляет лишь предусмотренный п. “в” ч. 3 ст. 188 УК признак применения насилия к лицу, осуществляющему таможенный контроль, который “будет рассматриваться как квалифицирующий при применении насилия на любом этапе контроля: при

’ См. о неоднократности преступлений - ст. 16, об организованной группе - п, 3 ст. 35, о понятии должностного лица - примечание к ст. 285 УК.

проверке документов, досмотре товаров, транспортных средств и др.”’ В данном случае доказыванию подлежат как непосредственно факт применения насилия к соответствующему должностному лицу таможенного органа, так и вид (физическое или психическое) и степень такого насилия (например, характер причиненного здоровью вреда). В этой связи представляется неверным утверждение отдельных авторов о том, что “законодатель в данном случае предусмотрел лишь так называемое физическое насилие”, и что “психическое насилие (в том числе и угроза применения оружия или предметов, используемых в качестве оружия) не может быть квалифицировано по ч. 3 ст. 188 УК”^. Квалифицирующие признаки ч. 3 и ч. 4 ст. 188 УК подлежат доказыванию, как уже говорилось выше, в качестве особенностей способа и других обстоятельств совершения данного преступления. Следует отметить, что несмотря на всю очевидность понятия неоднократности в уголовном праве, все еще имеют место следственные и судебные ошибки в юридической квалификации действий контрабандистов. Так Красноглинским районным судом г. Самары гражданка Б. была признана виновной в совершении шести эпизодов перемещения через таможенную границу РФ товара - иностранной валюты в крупном размере с обманным использованием документов - поддельных разрешений на вывоз за рубеж иностранной валюты, однако была осуждена по ч. 1 ст. 188 УК. Тем же судом гражданин С. был признан виновным в совершении трех эпизодов аналогичных преступных деяний, но также осужден по ч. 1 ст. 188 УК.^

Заканчивая исследование первого элемента предмета доказывания по делам о контрабанде, отметим, что в рассмотренном выше значении указанные обстоятельства (время, место, способ и другие обстоятельства совершения

Расследование контрабанды, с.40. ^ Огородникова Н.В. К вопросу об унификации законодательного описания насилия как способа совершения конкретных составов преступлений // Насилие в современной России: Материалы научно-практической конференции. - Ростов-н/Д, 1999, с.221. ^ Архив Красноглинского районного суда г. Самары, 1997 г.

контрабанды) в своей совокупности и образуют событие преступления, которое в силу требований ст. 68 УПК подлежит установлению при расследовании уголовных дел рассматриваемой категории в первую очередь.

Виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления В соответствии с п. 2 ст. 68 УПК при производстве дознания и предварительного следствия по уголовным делам о контрабанде доказыванию подлежат виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления. Термин “виновность”, традиционно используемый в уголовно- процессуальном законодательстве, имеет более широкое значение, нежели уголовно-правовой термин “вина”.’ Содержанию п. 2 ст. 68 УПК РСФСР соответствуют п. 2 и 3 ст. 72 Проекта УПК РФ, согласно которому по каждому уголовному делу подлежит доказыванию ряд обстоятельств, в том числе: а) кто совершил запрещенное уголовным законом действие (бездействие); б) виновность лица в совершении запрещенного уголовным законом действия (бездействия), форма его вины, мотивы совершенного деяния. Таким образом, виновность в совершении преступления является сложным по структуре элементом предмета уголовно-процессуального доказывания, “своеобразным объектом (или частью объекта) познания в уголовном деле, и в таковом качестве она представляет собой определенную совокупность элементов психического процесса, обеспечивающего регуляцию преступного поведения”^, которая находит свое проявление в совершенном преступном деянии. Если доказывание первого из элементов предмета доказывания - события преступления мы условно отождествляем с процессом установления его объекта и объективной стороны, то доказывание виновности в совершении

’ Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - М., 1996, с.103.

^ Заблоцкий В.Г. О подходе к определению предмета исследования при установлении виновности обвиняемого в совершении преступления // проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск, 1989, с.21.

71

контрабанды может быть представлено как уголовно-процессуальное познание признаков, характеризующих субъекта и субъективную сторону данного преступления, и обоснование выводов о них при помощи доказательств.

Исходя из изложенного и основных положений уголовного и уголовно- процессуального законов, представляется, что для доказывания виновности обвиняемого по делам о контрабандЄу необходимо установить с помощью доказательств:

1) что преступление совершено конкретным физическим лицом; 2) 3) что это лицо является вменяемым; 4) 5) что оно достигло возраста, с которого возможно привлечение к уголовной ответственности за совершение контрабанды; 6) 7) вину обвиняемого; 8) 9) что обвиняемый может быть отнесен к числу специальных субъектов (по контрабанде, предусмотренной п. “б” ч. 3 или ч. 4 ст. 188 УК). 10) Кроме того, подлежат доказыванию цель и мотивы контрабанды, которые наряду с виной образуют субъективную сторону преступления. Установление последней, доказывание виновности по любому уголовному делу, в том числе и о контрабанде, “является наиболее сложной и трудоемкой задачей доказывания”.’

В отличие от административных правонарушений, посягающих на установленный порядок перемещения товаров, транспортных средств и иных предметов через таможенную границу РФ, предусмотренных ТК, контрабанда представляет собой такое нарушение таможенного законодательства, которое влечет наступление уголовной ответственности. Поэтому, если согласно положениям таможенного законодательства (ст. 231 ТК) субъектами ответственности за нарушения таможенных правил могут быть физические лица, должностные лица, а также лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, предприятия, учреждения

Козыкин А.Ф., Самойленко П.И. Указ. соч. с.10.

72

И организации (т.е. юридические лица), то субъектами контрабанды, как и любого другого запрещенного уголовным законом общественно опасного деяния, могут быть только физические лица (ст. 19 УК), как граждане РФ, так и иностранные граждане или лица без гражданства. Однако это вовсе не означает, что если противоправное перемещение грузов через таможенную границу государства, содержащее признаки объективной стороны контрабанды, было совершено от имени юридического лица, то в этих действиях будет автоматически отсутствовать состав преступления.’ К тому же широко известны случаи использования для прикрытия контрабанды реквизитов несуществующих юридических лиц. к примеру, в феврале 1999 г. Северо-Западной оперативной таможней было возбуждено два уголовных дела по ч. 1 ст. 188 УК по фактам ввоза на таможенную территорию РФ из Финляндии партии электробытовой техники в крупном размере с обманным использованием товаросопроводительных документов, содержащих недостоверные сведения о наименовании, количестве и коде ТН ВЭД^ ввезенных товаров, в адрес несуществующего российского получателя - ООО “Велтас”, якобы расположенного в г. Люберцы Московской области. Почти одновременно той же таможней было возбуждено уголовное дело по ч. 2 ст. 188 УК по факту попытки вывоза из России в США партии пистолетных патронов калибра 11,43 мм в количестве 4644864 штук в адрес несуществующей американской фирмы “Industrial Technologies Development Enteфrese Inc.” ^

В соответствии со ст. 19 УК уголовной ответственности подлежит только вменяемое физическое лицо, достигшее возраста, установленного уголовным

’ Выше в качестве примера уже приводилось уголовное дело в отношении работников саратовского предприятия ТОО “Астат”, которым было вывезено контрабандньш путем 170 цистерн с нефтепродуктами. Так по этому делу к уголовной ответственности были привлечены и осуждены к различным срокам лишения свободы девять человек (Гнали цистерны, угодили на нары // Российская газета, 1997, 18 июня). ^ Здесь и далее: сокр. от “товарная номенклатура внешнеэкономической деятельности”. ^ Надзорное производство Северо-Западной транспортной прокуратуры, 1999 г.

73

законом. Поэтому при расследовании дел о контрабанде необходимо выяснить, во-первых, что привлекаемое к уголовной ответственности лицо находилось в состоянии вменяемости в момент совершения преступления, и, во-вторых, достигло ко времени его совершения установленного ч. 1 ст. 20 УК шестнадцатилетнего возраста. Однако при доказывании виновности несовершеннолетнего обвиняемого в совершении контрабанды, необходимо помнить, что в соответствии с ч. 3 ст. 20 УК он не подлежит уголовной ответственности, если и достиг шестнадцатилетнего возраста, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. Указанные в ч. 3 ст, 20 УК обстоятельства также должны быть установлены с помощью доказательств в процессе расследования.

Поскольку основанием уголовной ответственности является только совершение преступления (ст. 8 УК), должно быть достоверно установлено, что, во-первых, к ответственности за контрабанду привлекается именно то лицо, которое и совершило данное преступление, и, во- вторых, выявлены и изобличены все лица, причастные к его совершению. Исходя из содержания ст. 188 УК, исполнителем данного преступления является лицо, непосредственно перемещающее одним из указанных в уголовном законе способов товары или иные предметы контрабанды. Однако в ходе доказывания следует руководствоваться и положениями Главы 7 УК, устанавливающей ответственность за соучастие в преступлении. В соответствии с Постановлением № 2 Пленума Верховного Суда СССР “О судебной практике по делам о контрабанде” от 3 февраля 1978 г. (с изменениями, внесенными постановлениями Пленума № 7 от 5 сентября 1978 г. и № 7 от б декабря 1979 г.) лица, содействующие совершению контрабанды, подлежат уголовной ответственности за соучастие в данном преступлении, если их действия

74

подпадают хотя бы под один из признаков, указанных в законе.’ Т.е. наряду с исполнителем контрабанды к уголовной ответственности в качестве субъектов контрабанды могут быть привлечены и те лица, которые хотя и не совершали указанных в ст. 188 УК преступных действий, но являлись организаторами, подстрекателями или пособниками контрабанды. В данном случае доказыванию подлежит и вид соучастия в контрабанде, предусмотренный ст. 33 УК, а также должна быть выяснена роль каждого обвиняемого по делу.

Как уже говорилось выше, исполнителем контрабанды признается то лицо, которое непосредственно выполнило действия, содержащие признаки объективной стороны преступления, указанные в диспозиции ст. 188 УК, т.е. лицо, переместившее предметы контрабанды через таможенную фаницу государства одним из указанных в законе противоправных способов совершения данного деяния. Кроме того, исполнителем этого преступления согласно ч. 2 ст. 33 УК признается также лицо, совершившее контрабанду посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных уголовным законом. Мы согласны с мнением, что “аналогично следует решать вопрос об исполнителе преступления, когда используются лица, действовавшие в заблуждении, неосторожно или невиновно”^. Например, если наркотическое средство было подложено в багаж неведающего о том пассажира, следующего из-за рубежа, исполнителем преступления должно признаваться лицо, использовавшее этого пассажира для противоправного перемещения предмета преступления через таможенную границу. Кроме того, поскольку указанные в ст. 188 УК действия, составляющие способы совершения контрабанды, относятся прежде всего к предмету преступления, то соответственно не обязательно одновременное

’ Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М., 1999, с. 130.

^ Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации/ Под общ. ред. Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева. - М., 1997, с.62.

75

перемещение субъекта преступления вместе с его предметами. Т.е. исполнителем контрабанды следует признавать и лиц, использовавших для противоправного перемещения через таможенную границу предметов контрабанды так называемые безличные способы: международные почтовые отправления, отдельно следующий багаж, международные фузовые перевозки, трубопроводный транспорт, линии электропередач и т.д., “когда сам контрабандист непосредственно не участвует в перемещении предметов контрабанды через таможенную границу”’.

Организатор преступления является наиболее опасным участником совместно совершенной контрабанды. Им признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную преступную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими (ч. 3 ст. 33 УК). Для доказывания его виновности необходимо установить, что им совершены действия, выразившиеся “в разработке плана совершения преступления, привлечении к преступлению других соучастников, разделении между ними ролей, в руководстве действиями соучастников непосредственно при совершении преступления”^.

Подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом к совершению противоправного перемещения товаров и иных предметов через таможенную границу (ч. 4 ст. 33 УК). В соответствии с ч. 5 ст. 34 УК, если лицу по не зависящим от него обстоятельствам не удалось склонить других лиц к совершению контрабанды, оно несет уголовную ответственность за приготовление к этому преступлению. Если же лицо склонило к совершению контрабанды несовершеннолетнего, не достигшего возраста уголовной

^ Федоров А.В. Расследование контрабанды // Ученые записки Санкт-Петербургского им. В.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии, 1999, № 1 (8), с.92. ^ Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/ Отв. ред. А.В. Наумов. - М., 1997, C.I18.

76

ответственности, или невменяемого, то оно, как указано выше, признается уже не подстрекателем, а “посредственным исполнителем”’ контрабанды.

Лицо признается пособником, если оно содействовало совершению контрабанды советами, указаниями, предоставлением информации, средств или орудий совершения преступления (например, транспортных средств, оборудованных тайниками) либо устранением препятствий (например, со стороны должностных лиц таможенных органов), а также если оно заранее обещало скрыть преступника, средства и орудия совершения преступления, следы преступления либо предметы добытые преступным путем (например, поддельные документы, предоставляющие право ввоза или вывоза товаров), а равно если оно заранее обещало приобрести или сбыть такие предметы (в том числе и предметы контрабанды). Это означает, что для доказывания виновности пособника, необходимо установить, что с его стороны имело место указанное в ч. 5 ст. 33 УК интеллектуальное или физическое содействие совершению контрабанды.

Независимо от того, привлекается ли к уголовной ответственности за контрабанду одно лицо, либо преступление совершено в соучастии группой лиц, для установления виновности обвиняемого по ст. 188 УК надлежит доказать наличие в его действиях вины. Последняя представляет собой “психическое отношение лица в форме умысла или неосторожности к совершаемому им общественно опасному деянию, в котором проявляется антисоциальная, асоциальная либо недостаточно выраженная социальная установка этого лица относительно важнейших ценностей общества”^. Обязанность доказывания вины по каждому уголовному делу вытекает из требований действующего УПК об установлении виновности обвиняемого в совершении преступления и предусмотрена также в Проекте УПК.

’ Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации, с. И 8.

^ Уголовное право России. Особенная часть/ Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. - М., 1996, с.164.

77

Анализ уголовного закона показывает, что контрабанда может быть совершена, во-первых, только умышленно, а во-вторых, только с прямым умыслом, с данным утверждением согласно большинство авторов, и оно практически не подвергается сомнению, такого же правила придерживается практика предварительного расследования и рассмотрения в суде дел о контрабанде.’ Высказываемое же некоторыми учеными мнение о том, что “контрабанда совершается с прямым умыслом либо по неосторожности - в результате преступной небрежности”^ представляется нам в корне неправильным. Косвенный умысел, а равно и неосторожная форма вины при перемещении товаров или иных предметов через таможенную границу одним из указанных в ст. 188 УК способов не образуют предусмотренного уголовным законом состава контрабанды. Такого рода действия в зависимости от обстоятельств их совершения должны квалифицироваться, как административные правонарушения, ответственность за которые установлена в ст. 276, 277, 278 и 279 ТК. Форма вины является здесь одним из признаков, отграничивающих уголовно наказуемую контрабанду от нарушений таможенных правил, влекущих за собой наступление административно- правовой ответственности.

Поскольку прямой умысел включает в себя осознание субъектом общественно опасного характера своего деяния (действия или бездействия), предвидение его общественно опасных последствий и желание их наступления, постольку для установления виновности обвиняемого в совершении контрабанды необходимо доказать, что лицо: 1) сознает, что незаконно перемещает соответствующие товары или иные предметы через таможенную границу РФ помимо или с сокрытием от таможенного контроля, либо с

’ См., напр.: Родина Л.Ю. Указ. дис., с.101; Кочубей М.А. Указ. дне., с.72; Сучков Ю.И. Указ. дис., С.245; Расследование контрабанды, с-37; и др.

^ Габричидзе Б.Н., Чмель Г.Н. Контрабанда и иные преступления в сфере таможенного дела // Комментарий к Таможенному кодексу Российской Федерации/ Общ. ред. В.А. Максимцева, Б.Н. Габричидзе. - М., 1997, с.249.

обманным использованием документов или средств таможенной идентификации, либо перемещение этих товаров или иных предметов через границу сопряжено с их недекларированием или недостоверным декларированием; 2) желает совершить эти действия или одно из них.

Мы категорически не согласны с точкой зрения тех авторов, которые полагают, что “если лицо не знает уголовного закона, значит, оно не сознает противоправности деяния и не может нести уголовную ответственность за совершение умышленного преступления”’. На наш взгляд, не обязательно знание субъектом преступления юридической сущности способов совершения контрабанды, достаточно осознания их противоправного характера и фактического наличия. Также не обязательно для квалификации деяния по ч. 1 ст. 188 УК осознание виновным лицом крупного размера стоимости перевозимых через границу товаров или других предметов контрабанды. Для доказывания же вины лица, обвиняемого по ч. 2 ст. 188 УК, напротив представляется необходимым установить, что оно осознавало принадлежность предметов преступления к наркотическим средствам, психотропным, сильнодействующим, ядовитым, отравляющим, радиоактивным или взрывчатым веществам, вооружению, взрывным устройствам, огнестрельному оружию или боеприпасам, ядерному, химическому, биологическому и другим видам оружия массового поражения, к стратегически важным сырьевым товарам и культурным ценностям, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу.

В этой связи показательно одно из постановлений об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенное Мамоновской таможней в отношении гражданина РФ В., постоянно проживающего в ФРГ. При осуществлении таможенного контроля на въезде в РФ у него были обнаружены и изъяты наркотические средства - морфин и дигидрокодеин в таблетках

’ Язовских Ю.А. Проблемы вменения в российском уголовном праве: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 1998, с.16.

79

промышленной упаковки, не заявленные в ходе устного и письменного декларирования. В ходе проведенной в порядке ст. 109 УПК проверки было установлено, что В., находясь в ФРГ, получил травму - перелом лопатки, следовал в РФ для лечения, поскольку не имел возможности оплатить стоимость медицинских услуг за рубежом. Изъятые у него наркотические средства были приобретены в аптеке по рецепту лечащего врача в качестве обезболивающего средства на время пути из ФРГ в РФ. О том, что изъятые у него на таможне таблетки являются наркотическими средствами, гражданину В. не было известно. Изложенные обстоятельства нашли подтверждение в ходе проведенных опросов, изучения медицинских документов и рентгеновских снимков, криминалистического исследования наркотргческих средств. При таких фактических данных нам представляется правомерным решение Мамоновской таможни об отказе в возбуждении уголовного дела по данному случаю задержания наркотических средств, поскольку гражданином В. не осознавались принадлежность перемещенных через границу таблеток к данной группе особо опасных предметов контрабанды и противоправность своих действий, а следовательно в них отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 2 ст. 188 УК.’

Кроме того, при установлении прямого умысла по делам о контрабанде дознаватели таможенных органов, следователи должны иметь в виду, что “в предусмотренных законом случаях виновный должен также сознавать соответствующие отягчающие обстоятельства (ч. 3 и ч. 4 ст. 188 УК), стадию осуществления преступного намерения (ст. 30 УК), факт совершения преступления в соучастии с другим лицом (ст. 33 УК)” .

Цель и мотивы совершения контрабанды не включены законодателем в конструкцию ст. 188 УК и не имеют значения квалифицирующих признаков. Между тем, представляется, что и мотивы, и цель преступления подлежат

’ Архив отдела дознания Мамоновской таможни, 1998 г. ^ Самойленко П.И. Указ. соч., с,513.

доказыванию в обязательном порядке по каждому уголовному делу, поскольку, образуя вместе с виной субъективную сторону преступления, указывают вместе с другими обстоятельствами на виновность в совершении контрабанды, могут служить как смягчающими, так и отягчающими наказание обстоятельствами, характеризуют личность обвиняемого и степень общественной опасности деяния, а потому должны учитываться органами расследования, например, при избрании меры пресечения и принятии иных решений по делу, а также судом при назначении наказания. Взаимосвязь этих элементов субъективной стороны контрабанды выражается в том, что первоначально в сознании лица возникают мотивы преступления, которые определяют цель контрабанды, на базисе которых в конечном итоге формируется вина.

В действующем УПК закреплено требование об обязательном установлении мотивов преступления, которые включены законодателем в предмет доказывания. Аналогичное требование содержится и в Проекте УПК. Представляется, что мотивами контрабанды являются внутренние побуждения лица, определяемые его потребностями и интересами, которые вызывают у него решимость переместить через таможенную границу контрабандным способом какие-либо товары или иные предметы преступления. Т.е., это такие внутренние побуждения субъекта контрабанды, которыми он руководствовался при совершении данного преступления, или “идеальное основание преступления”’. Поскольку основные причины контрабанды кроются прежде всего в социально-экономической сфере, большинство преступлений, предусмотренных ст. 188 УК, совершается по корыстным мотивам. Н. Качев, например, отмечает, что данное преступление “совершается практически с однородной мотивацией: статистически на 97% контрабанда - корыстное преступление, рассчитанное на прибыль в несколько

’ Котов Д.П. Мотивы преступлений и их доказывание следователем: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Саратов, 1972, с.5.

COT и даже более тысячи процентов”’. Другой ученый - Ю.И. Сучков указывает, что по данным мотивам контрабанда совершается более чем в 90% случаев.^ Кроме того, как показывает следственная практика, мотивами совершения этого преступления могут быть: желание скрыть другое ранее совершенное преступление (например, хищение валютных ценностей) или обеспечить условия для совершения какого-либо преступления (например, сбыта наркотических средств), неверно истолкованные служебные обязанности, карьеристские соображения, побуждения, основанные на приятельских отношениях, желание владеть предметами, изъятыми из оборота или ограниченными в нем, а также иными, запрещенными к ввозу и вывозу с таможенной территории РФ, и др. В связи с ростом насильственной преступности, распространившимися случаями ограбления за рубежом выезжающих из РФ фаждан, многие из них при пересечении границы не указывают в таможенной декларации достоверные сведения о вывозимой иностранной валюте и других ценностях из-за боязни ограбления.

В качестве примера такой мотивации совершения контрабанды может быть приведено уголовное дело в отношении гражданина Литвы Ю. - менеджера одной из литовских тзфистических фирм. Следуя из Калининградской области в Польшу вместе с группой российских туристов из Москвы и Санкт-Петербурга, в ходе таможенного оформления на автомобильном пункте пропуска Мамоновской таможни Ю. указал в декларации, что вывозит 1100 долларов США, 370 французских франков, 1130 марок ФРГ, 1500 чешских крон, 120 польских злотых. Однако в ходе таможенного контроля его багажа в сумке была обнаружена папка для бумаг, в которой находились еще 4600 долларов США, не заявленных гражданином Ю. при декларировании и не предъявленных для таможенного контроля. На допросе в качестве обвиняемого по ст. 30, 188 ч. 1 УК Ю. признал свою вину в

’ Качев Н. Криминологическое исследование контрабанды // Социалистическая законность, 1990, № 1,с.59.

^ Сучков Ю.И. Указ. дне., с.240.

»

инкриминируемом ему преступлении полностью и показал, что решил не декларировать 4600 долларов США, чтобы не привлекать к себе внимания, т.к. незадолго до отъезда он слышал, что пассажиры туристических автобусов подвергаются ограблениям на территории Польши.’

Мотивы совершения преступления всегда конкретны, и их содержание в ходе расследования уголовных дел о контрабанде должно быть точно установлено с помощью доказательств. Невыяснение преступной мотивации по делам о данной категории преступлений влечет за собой нарушение законности, а именно, требований ст. 68 УПК о круге подлежащих обязательному доказыванию обстоятельств и положений ст. 20 УПК о всестороннем, полном и объективном исследовании материалов дела. Исходя из личного опыта следственной работы, анализа дел возбужденных различными таможенными органами по ст. 188 УК, мы можем отметить, что в практике расследования уголовных дел о контрабанде мотивы данной категории преступлений, как правило, выясняются, например, в ходе допросов подозреваемых, обвиняемых, и находят отражение в постановлениях следователей и обвинительных заключениях. Так по уголовному делу П. и Л., обвиняемых в попытке контрабандного вывоза в Польшу через железнодорожный пункт пропуска Мамоновской таможни табачных изделий с сокрытием от таможенного контроля в межпотолочном пространстве вагона, следователем было выяснено, что обвиняемые действовали из корыстных побуждений, рассчитывая на заранее обговоренное с заказчиками вознаграждение, что и было отражено в окончательном решении по делу.^ Однако доказыванию мотивов контрабанды, обоснованию выводов о них при помощи доказательств дознавателями и следователями уделяется еще недостаточно внимания. Такое положение дел объясняется недооценкой правового значения мотивов преступления и сложностью их установления как

Архив Багратионовского районного суда Калининградской области, 1998 г. ^ Архив Калининградской транспортной прокуратуры, 1998 г.

83

идеального объекта. Доказывание мотивов контрабанды возможно только посредством фактических данных, представляющих собой их объективное проявление, т.е. “решение вопроса о мотивах преступлений … невозможно без достоверного установления обстоятельств, характеризующих объект, объективную сторону и субъект преступления”’.

Цель преступления не включена законодателем в перечень обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию. Однако, как уже говорилось выше, ее установление позволяет выяснить мотивы преступления, доказать вину, а в конечном итоге и виновность лица в совершении контрабанды. По нашему мнению, цель контрабанды представляет собой мысленный образ будущего результата, к достижению которого стремится лицо, и который может быть достигнут лишь путем нарушения таможенного законодательства, регулирующего порядок перемещения товаров и иных предметов через таможенную границу.

Ю.И. Сучков отмечает своеобразие цели контрабанды, которое заключается, по его мнению в том, что “конечный преступный результат, которого стремится достичь контрабандист, не совпадает с моментом окончания этого преступления” Исходя из этой, как нам представляется, лишь отчасти верной посылки, автор приходит к выводу, что “действия лица, незаконно перемещающего или переместившего предметы контрабанды через таможенную границу РФ, могут квалифицироваться по статье 188 УК РФ лишь в том случае, если будет неопровержимо доказано, что виновный при этом преследовал цель не только незаконного перемещения товаров через таможенную границу РФ, но и обязательного вывоза контрабандных товаров и т.п. на территорию иностранного государства или наоборот для реализации их на внешнем или внутреннем рынке (продажи, передачи другим лицам или организациям безвозмездно и т.д.)”-^. С таким выводом мы

Котов Д.П. Указ. соч., с. 15. ^ Сучков Ю.И. Указ. дис., с.241. ^ Там же, с.243.

ё

согласиться не можем, поскольку, во-первых, пересечение грузом таможенной границы и его ввоз или вывоз (в зависимости от направления движения) - понятия тождественные, во-вторых, цель последующего использования каким- либо образом товаров или иных предметов, ввезенных или вывезенных контрабандным путем, не охватывается конструкцией ст. 188 УК, а в-третьих, и не может (а потому и не должна) быть охвачена диспозицией данной нормы в силу огромного числа способов корыстного или бескорыстного их использования, которые отнюдь не ограничиваются только реализацией предметов контрабанды. По этим же основаниям нам представляется неверным произведенное Ю.И. Сучковым разделение цели контрабанды на первичную - перемещение товаров или других предметов через таможенную границу РФ, и последующую - доставление их на территорию иностранного государства либо с территории иностранного государства на территорию России для реализации на внешнем или внутреннем рынках, без установления которых, по его мнению, ответственность за контрабанду по ст. 188 УК не может иметь места и должна наступать по ст. 276-279 ТК.’

На наш взгляд, уголовный закон указывает только на одну цель, на достижение которой направлен прямой умысел субъекта контрабанды, - это фактическое (оконченное) перемещение товаров и иных предметов преступления через таможенную границу РФ (т.е. их ввоз или вывоз с таможенной территории государства), которая может быть достигнута путем нарушения установленных таможенным законодательством правил и порядка. Только эта цель, по нашему мнению, является необходимым звеном субъективной стороны контрабанды, и только она нуждается в обязательном установлении при расследовании уголовных дел о данной категории преступлений. Выяснение намерений виновных лиц о последующем использовании предметов преступления после их контрабандного перемещения через границу, которые действительно объективно существуют в

Сучков Ю.И. Указ. дис., с.246-247.

ы

ИХ сознании, также важно для установления мотивов и обозначенной нами цели контрабанды, а также их вины, однако данные намерения не могут возводиться в ранг обязательных конструктивных признаков состава контрабанды и обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию, как это пытается сделать Ю.И. Сучков.

Возвращаясь к характеристике субъектов исследуемого преступления, добавим, что при расследовании квалифицированного вида контрабанды, предусмотренного п. “б” ч.З ст. 188 УК, для установления виновности субъекта преступления, необходимо доказать, что он действительно является

должностным лицом’, и его умыслом охватывалось использование своего служебного положения для противоправного перемещения товаров или иных предметов через таможенную границу РФ одним из перечисленных в ст. 188 УК способов. К таким субъектам контрабанды могут быть отнесены должностные лица таможенных органов и Федеральной пограничной службы, должностные лица, осуществляющие надзорные или контрольные функции по отношению к деятельности таможенных органов, должностные лица, освобожденные от определенных форм таможенного контроля (ст. 188, 203, 207, 208 ТК) и др. Обязательным и подлежащим доказыванию признаком субъекта контрабанды, привлекаемого к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 188 УК, является его принадлежность к организованной группе, под которой законодатель понимает устойчивую группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений (ч. 3 ст. 35 УК).^

Таким образом, выяснение в ходе расследования дел о контрабанде проанализированных выше признаков, характеризующих ее субъекта и субъективную сторону, является необходимым условием доказывания виновности в совершении преступления, предусмотренного ст. 188 УК. другими фактическими данными, на основании которых устанавливается

’ Понятие должностного лица раскрывается в примечании к ст. 285 УК. ^ См. об этом подробнее: Опарин Н.Б. Особенности доказывания по делам о преступлениях, совершаемых организованной преступной группой. - М., 1992.

86

виновность в совершении контрабанды являются также объективные признаки, характеризующие само событие преступления, и обстоятельства, характеризующие личность виновного лица. Поскольку его действия, образующие объективную сторону контрабанды, являются по сути внешними проявлениями умысла, мотивов и цели преступного деяния. А на формирование последних несомненно оказывают влияние личные интересы и потребности, индивидуальные качества субъекта контрабанды.

ы

Обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого В соответствии с п. 3 ст. 68 УПК доказыванию по уголовному делу подлежат также обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, указанные в ст. 61 и ст. 63 УК. Указанные нормы уголовного закона устанавливают перечень обстоятельств, соответственно смягчающих и отягчающих наказание. Несмотря на то, что эти обстоятельства являются составной частью предмета доказывания по делам о контрабанде на любой стадии расследования уголовного дела, полагаем, что их установление является прерогативой прежде всего органов предварительного следствия. При этом мы исходим из того, что задачи и возможности органов дознания и предварительного следствия на данном направлении доказывания различны. Тем не менее 75 % опрошенных нами дознавателей таможенных органов указали, что при производстве дознания по делам о контрабанде ими устанавливаются обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого (см. рис. 3). Обстоятельства, как смягчающие, так и отягчающие ответственность обвиняемого в совершении контрабанды характеризуют либо объективную, либо субъективную сторону данного преступления, а потому их доказывание осуществляется в процессе установления события преступления (времени, места, способа и других обстоятельств совершения преступления), виновности обвиняемого и мотивов совершения преступления, а также в ходе выяснения обстоятельств,

характеризующих личность контрабандиста. При этом в ходе расследования необходимо руководствоваться тем, что закон устанавливает исчерпывающий, не подлежащий расширительному толкованию перечень отягчающих наказание обстоятельств, в то время, как в качестве смягчающих могут учитываться и обстоятельства, не предусмотренные ч. 1 ст. 61 УК.

Кроме того, применительно к контрабанде следует учитывать, что неоднократность ее совершения является не обстоятельством, отягчающим ответственность виновного лица, а квалифицирующим признаком состава, предусмотренного п. “а” ч. 3 ст. 188 УК. Аналогично должен решаться вопрос и с совершением преступления в составе организованной группы (п. ‘V ч. 1 ст. 63 УК) - квалифицирующим признаком контрабанды, ответственность за которую установлена ч. 4 ст. 188 УК.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства законодателем предусмотрено также совершение преступления с использованием оружия^ боевых припасов, взрывчатых, ядовитых и радиоактивных веществ. Однако применительно к предмету доказывания по делам о контрабанде использование перечисленных предметов может быть признано отягчающим обстоятельством, если они не были предметами контрабанды, а применялись, например, в качестве орудия преступления, для устранения преград на пути контрабандистов, создания условий беспрепятственного пересечения контрабандными грузами таможенной границы и т.д. В противном случае оружие, боеприпасы и указанные вещества, будучи предметами контрабанды, являются квалифицирующими признаками состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 188 УК.

Не может учитываться в качестве отягчающего обстоятельства по делам о контрабанде совершение преступления с применением физического или психического принуждения, если насилие было применено в отношении лица, осуществляющего таможенный контроль, в данной ситуации следует доказывать наличие в действиях виновного квалифицированного состава контрабанды, предусмотренного п. “в” ч. 3 ст. 188 УК.

Если же преступное деяние будет квалифицировано как контрабанда, совершенная должностным лицом с использованием своего служебного положения (п. “б” ч. 3 ст. 188 УК), то, на наш взгляд, нельзя говорить о наличии в его действиях отягчающего обстоятельства, предусмотренного п. “м” ч. 1 ст. 63 УК - совершение преступления с использованием доверия, оказанного виновному в силу его служебного положения.

На основании изложенного и руководствуясь ч. 2 ст. 63 УК, можно заключить, что ряд обстоятельств, перечисленных в ч. 1 ст. 63 УК и одновременно предусмотренных ст. 188 УК не может учитываться в качестве отягчающих ответственность по делам о контрабанде. Такие обстоятельства подлежат установлению в качестве составляющих событие преступления и виновность обвиняемого в совершении контрабанды.

Таковы, на наш взгляд, особенности подлежащих доказыванию по делам о контрабанде обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность обвиняемого.

Обстоятельствйу характеризующие личность обвиняемого В соответствии с принципом индивидуализации наказания по каждому уголовному делу должны быть достоверно установлены обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, к изучению которой имеют отношение практически все обстоятельства предмета доказывания. Так “обстоятельства события преступления, виновность обвиняемого характеризуют общественную опасность личности обвиняемого, мотивы и цели, которые он ставил перед собой, помогут раскрыть нравственные качества его личности, без чего невозможно выявить причины совершенного преступления, психические и физические особенности могут определить формы посягательства, избираемые орудия и средства его достижения”’. Не случайно этому вопросу посвящен ряд научных трудов и публикаций.^

Во-первых, отдельные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, являются основаниями уголовной ответственности, к их числу мы относим возраст обвиняемого (точнее достижение возраста уголовной ответственности), вменяемость. Для наступления уголовной ответственности по п. “а” и “б” ч. 3 ст. 188 УК, кроме того, необходимо доказать наличие таких характеризующих обвиняемого обстоятельств, как соответственно совершение им ранее контрабанды (включая наличие непогашенной судимости по ст. 78, 169’ УК РСФСР, 188 УК РФ) и определенное законом служебное положение.

Данные, характеризующие личность обвиняемого (например, сведения о государственных наградах, его трудовой деятельности, семейном положении и др.) учитываются при избрании в отношении него меры пресечения, назначении наказания, поскольку некоторые из них могут выступать в роли обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность.

Сведения о личности обвиняемого учитываются и при оценке достоверности полученных от него доказательств. Кроме того, ряд обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, может послужить как прямыми, так и косвенными доказательствами его виновности, в том числе и при расследовании дел о контрабанде. Т.е. вопрос о виновности и невиновности обвиняемого всегда решается с учетом достоверно установленных обстоятельств, характеризующих его личность.

Важное доказательственное значение могут иметь такие обстоятельства, характеризующие обвиняемого, которые позволяют идентифицировать его как

’ Стовповой А.Г. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, как элемент предмета доказывания: Автореф. дне…. канд. юрид. наук. - Л., 1980, с.13. ^ См., напр.: Цветков П.П. Исследование личности обвиняемого. - Л., 1973; Ведерников Н.Т. Личность обвиняемого и подсудимого (понятие, предмет и метод изучения). - Томск, 1978; Стовповой А.Г. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, как элемент предмета доказывания. Дис. … канд. юрид. наук. - Л., 1980; Гуськова А.П. Теоретические и практические аспекты установления данных о личности обвиняемого в уголовном процессе. - Оренбург, 1995; и др.

лицо, совершившее преступление. Поэтому в первую очередь, в установлении при помощи доказательств нуждаются такие данные, как фамилия, имя, отчество обвиняемого, дата и место его рождения, другие сведения, индивидуализирующие его личность. Не должно быть никаких сомнений в том, что к уголовной ответственности привлекается надлежащее лицо, а не выдающее себя за кого-то другого. К фактическим данным о личности обвиняемого, позволяющим идентифицировать его как лицо, совершившее преступление относятся и его внешние отличительные признаки, индивидуальные особенности (например, особые приметы - при опознании и освидетельствовании, папиллярные узоры - при экспертном исследовании). Косвенным доказательством вины контрабандиста может быть и такая его характеристика, как совершение им ранее аналогичного преступления, особенно схожим способом. В роли косвенного доказательства вины обвиняемого в совершении контрабанды наркотиков могут выступать, например, такие характеризующие его обстоятельства, как наркотическая зависимость, совершение ранее преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ.

Установление обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, имеет важное значение и для доказывания преступной мотивации совершения контрабанды. В этой связи нуждаются в установлении материальное и служебное положение обвиняемого, его потребности, социальные характеристики и даже нравственные качества.

Специфика доказывания этих обстоятельств заключается в том, что “личность обвиняемого - это не только объект познания (доказывания), объект правоотношений, но и субъект уголовно- процессуальных отношений”^ который может активно влиять на этот процесс. В связи с чем не стоит переоценивать поведение обвиняемого на следствии, и уж тем более исходить

’ Гуськова А.П. Личность обвиняемого в уголовном процессе (проблемы теории и практики): Автореф. дис…. д-ра юрид. наук. - Екатеринбург, 1997, с.5.

только из личного впечатления следователя о личности контрабандиста. Необходимо исследовать поведение обвиняемого до и после совершения преступления. Отдельные характеристики личности обвиняемого выявляются и в ходе доказывания непосредственно события преступления (например, выбор способа противоправного перемещения предметов преступления через границу), и особенно - в процессе установления виновности обвиняемого в совершении контрабанды.

Сказанное выше позволяет заключить, что к доказыванию обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого в совершении контрабанды, следует относиться не менее серьезно, чем к собиранию, проверке и оценке доказательств, относящихся к событию преступления, виновности и иным обстоятельствам предмета доказывания по данной категории преступлений. Однако это требование не всегда в силу ряда субъективных и объективных причин удается исполнить на практике. Нередко в ходе расследования дел о контрабанде возникают трудности с получением объективных и достоверных данных о личности обвиняемых, особенно проживающих за рубежом. Как правило, такие сложности связаны с невозможностью оперативного сотрудничества правоохранительных органов России и зарубежных стран, различиями в национальных законодательствах, либо вообще отсутствием договоров о правовой помощи по уголовным делам с рядом государств.

Характер и размер ущербОу причиненного преступлением Уголовная ответственность за контрабанду наступает независимо от того, наступили ли общественно опасные последствия преступления. Причиненный контрабандой ущерб не является признаком этого состава преступления. Тем не менее в силу требований п. 3 ст. 68 УПК характер и размер причиненного контрабандой ущерба подлежат доказыванию наряду с другими обстоятельствами дела.

Характер и размер причиненного данным преступлением вреда зависят от вида предмета контрабанды, стадии ее совершения, а также от того, с какими иными преступлениями сопряжено противоправное перемещение товаров и других предметов через таможенную границу. Нередки случаи совершения контрабанды с целью уклонения от уплаты таможенных платежей. Часто контрабанда сопряжена с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ, оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, хищением культурных ценностей и т.д. Поэтому характер и размер причиненного контрабандой ущерба доказываются в процессе установления предмета контрабанды, других обстоятельств, характеризующих событие преступления, а также в ходе доказывания обстоятельств совершения сопряженных с контрабандой преступлений.

Причины и условия, способствовавшие совершению преступления

Поскольку контрабанда отнесена законодателем к преступлениям в сфере экономической деятельности, традиционно считается, что именно в этой области кроются основные причины, порождающие преступные посягательства на установленный государством порядок перемещения товаров и других предметов через его таможенную границу.

Такой подход представляется верным лишь в отношении так называемой экономической контрабанды, ответственность за которую предусмотрена ч. 1 ст. 188 УК. Несомненно, что объектом данного вида контрабанды являются экономические отношения, и в первую очередь, в сфере внешнеторгового оборота. Именно в этой области и следует искать основные причины, порождающие факты противоправного ввоза и вывоза товаров и иных предметов, предусмотренных ч. 1 ст. 188 УК, с таможенной территории государства. До тех пор, пока в нашей стране будут иметь место такие дестабилизирующие явления, как экономический кризис и связанные с ним неустойчивость национальной валюты и внутреннего рынка, неконкурентноспособность отечественных товаропроизводителей, существенная разница между уровнем цен на товары и услуги на отечественном, международном и зарубежных рынках, до тех пор будут существовать объективные предпосылки для роста преступности во внешнеторговом обороте, прежде всего - контрабанды. Поэтому искоренение контрабанды во внешнеторговом обороте невозможно без стабилизации в экономической и финансовой областях. Одно лишь ужесточение уголовно- репрессивных мер не может принести желаемых результатов в борьбе с криминальными деяниями такого рода.

Иначе, на наш взгляд, обстоит дело с особо опасными видами контрабанды, предметами которой являются наркотические средства, психотропные, сильнодействующие, ядовитые, отравляющие, радиоактивные и взрывчатые вещества, вооружение, взрывные устройства, огнестрельное оружие и боеприпасы, ядерное, химическое, биологическое и другие виды оружия массового поражения, стратегически важные сырьевые товары и культурные ценности, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу РФ. Представляется, что общественная опасность контрабанды таких предметов заключается отнюдь не только в посягательстве на экономические условия развития общества и государства. Пересечение такими опасными грузами таможенной границы создает непосредственную угрозу государственной и общественной безопасности, здоровью населения, национальному культурному достоянию. Конечно, многие такие преступления также совершаются с корыстными мотивами, и обусловливать их могут экономические факторы. Однако определяющее детерминирующее значение в совершении особо опасной контрабанды имеет, как правило, ее взаимосвязь с другими преступлениями. Контрабандный ввоз в Россию или вывоз из страны наркотических, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ, как правило, сопряжены с их незаконным оборотом. Основные причины таких видов контрабанды кроются в тех негативных социальных условиях, которые влекут за собой такие нездоровые явления в обществе, как наркомания, токсикомания и другие. В свою очередь, такие предметы контрабанды, как оружие и боеприпасы, перемещаются через фаницу с целью их последующего использования в криминальной деятельности, в том числе и для совершения насильственных преступлений. Как показывает опыт последних лет, контрабанда оружия и боеприпасов может быть спровоцирована и политическими факторами, в частности огромным спросом на вооружение в “горячих точках”. Незаконный вывоз из страны культурных ценностей зачастую детерминирован не только корыстными мотивами, но и стремлениями скрыть ранее совершенные преступления, связанные с их хищением. Полагаем, что именно в борьбе с этими особо опасными видами контрабанды ужесточение мер уголовной репрессии может быть эффективным орудием их искоренения. Представляется справедливым решение законодателя отнести преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 188 УК к категории тяжких, выделение в качестве самостоятельных еще более опасных составов преступлений контрабанды, совершенной неоднократно, должностным лицом с использованием своего служебного положения, с применением насилия к лицу, осуществляющему таможенный контроль (ч. 3 ст. 188 УК), контрабанды, совершенной организованной группой (ч. 4 ст. 188 УК). Последний, представляющий наибольшую общественную опасность вид данного преступления обосновано отнесен законодателем к категории особо тяжких.

Таким образом, преступность в сфере таможенной деятельности, и в частности контрабанда, обусловлены совокупностью целого ряда причин политического, экономического и социального характера, которая определяет ее динамику.

При этом необходимо отметить, что законодатель, установив требование обязательного выяснения причин и условий, способствовавших совершению любого преступления (ст. 21, 68 ч. 2 УПК), имел в виду, конечно, не только и не столько причины, порождающие преступность в целом, в том числе и уголовно-наказуемые деяния в сфере таможенного дела, а конкретные обстоятельства, вследствие которых было совершено именно расследуемое преступление, обстановку совершения определенного криминального посягательства, сложившиеся благоприятные для преступника условия.

При таком подходе под причинами и условиями, способствовавшими совершению контрабанды, следует, на наш взгляд, понимать соответственно объективные обстоятельства, внешне побудившие обвиняемого переместить предмет преступления через таможенную границу РФ контрабандным способом, и обстоятельства, вследствие которых такой ввоз либо вывоз товаров или других предметов стал возможным, в том числе создавшие благоприятную ситуацию для таких противоправных действий привлекаемого к ответственности лица.

Выяснение причин и условий, способствовавших совершению контрабанды, имеет важное профилактическое значение, т.е. является средством предупреждения возможных аналогичных общественно опасных деяний в будущем. Для этого уголовно-процессуальный закон наделил следователя, прокурора (ст. 21 ^ УПК) правом, установив причины и условия, способствовавшие совершению преступления, вносить в соответствующий государственный орган, общественную организацию или должностному лицу представление о принятии мер по устранению этих причин и условий.

Кроме того, установление причин и условий преступления может иметь и важное доказательственное значение как при выяснении его цели и мотивов, так и обстоятельств, характеризующих время, место и способ совершения контрабанды, в связи с их взаимосвязью и взаимообусловленностью. Наиболее четко такие системообразующие связи прослеживаются между причинами преступления, с одной стороны, и мотивами, которыми руководствовался обвиняемый, с другой стороны. Объективно существующие во внешней среде различные явления (причины) детерминируют появление у лица внутренних побуждений совершить преступление (мотивов преступления). Но как всегда конкретны мотивы преступления, так не могут быть абстрактными и породившие их обстоятельства окружающей обвиняемого действительности,

96

собственно и являющиеся причинами общественно опасного посягательства, в том числе и на установленный законодательством порядок перемещения товаров и других предметов через таможенную границу государства. Поэтому, установив в процессе доказывания по уголовному делу мотивы контрабанды, можно выяснить и конкретные причины данного деяния. И наоборот, выяснение причин преступления помогает установить мотивы, которыми руководствовались контрабандисты. Условия, способствовавшие совершению контрабанды, в свою очередь в значительной мере влияют на выбор обвиняемым как времени и места, так и способа незаконного перемещения разного рода предметов через таможенную границу, который “во многом определяется контрабандистом на основе оценки им факторов объективного и субъективного порядка, под воздействием и с учетом которых способ “складывается”, “применяется” и совершенствуется”^

к таким условиям относится, например, необустроенность таможенной границы на отдельных ее участках. Результаты проведенного нами социологического исследования показывают, что наибольшие трудности с доказыванием виновности по делам о контрабанде возникают у дознавателей тех таможенных органов, в зоне деятельности которых фаница между РФ и сопредельными государствами - бывшими республиками СССР не обозначена на местности надлежащим образом. Данное обстоятельство является детерминирующим фактором при выборе такого способа совершения контрабанды, как перемещение товаров и других предметов через таможенную границу РФ помимо таможенного контроля (вне мест, установленных таможенными органами для ввоза и вывоза грузов и транспортных средств). Контрабандисты используют для достижения преступных целей объездные пути, потайные тропы и так далее.

’ Колдаев В.М. История и современные способы борьбы с контрабандой в СССР: (Криминалистическое, уголовно- правовое и уголовно-процессуальное исследование): Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Л., 1972, с, 12.

Совершению контрабанды способствуют также несовершенство законодательства, отдельные недостатки в организации таможенного контроля ввозимых и вывозимых из страны товаров и транспортных средств, низкий профессиональный уровень некоторых сотрудников таможен. Наиболее же опасными, на наш взгляд, являются, к сожалению» пока еще имеющие место злоупотребления должностных лиц, осуществляющих таможенный контроль, вступающих в сговор с контрабандистами, обеспечивающих беспрепятственное пересечение границы контрабандными грузами и сокрытие следов преступления.

Так разжалованный начальник Рязанской таможни П., будучи уже ведущим инспектором таможенного поста на станции Лесок, злоупотребляя своим служебным положением, за взятку в размере пяти тысяч долларов США не только оказывал неоднократное содействие предпринимателю Б. в ввозе на таможенную территорию РФ контрабандной мебели из Румынии и уклонении от уплаты таможенных платежей, но и пытался скрыть следы совершенных преступлений путем составления фиктивных таможенных документов. ^

К условиям, способствующим контрабандному ввозу и вывозу различных предметов, можно отнести и предусмотренное законом и международными договорами РФ освобождение ряда российских и зарубежных лиц от различных форм таможенного контроля, иные разного рода преференции.

Наряду с уже обозначенными выше обстоятельствами, облегчающими возможность совершения контрабанды, можно назвать также и объективные свойства некоторых предметов преступления (например, синтетических наркотических средств), позволяющие их легко скрыть от таможенного контроля, всевозможные и постоянно совершенствующиеся ухищрения (в том числе и технические средства), применяемые контрабандистами, и др.

Причины, способствовавшие возникновению намерения совершить контрабанду, связаны и взаимодействуют с условиями, способствующими его

Челиканова И. Румынский след “Джоконды” // Приокская газета, 1999, 5 февраля.

реализации. Например, такие явления сегодняшней действительности, как теневая экономика и “черный рынок” являются обстоятельствами, не только способствующими возникновению преступного намерения, но и обстоятельствами, способствующими его реализации.’ Однако невозможно перечислить все обстоятельства, вследствие которых совершается противоправный ввоз на таможенную территорию или вывоз из страны предметов преступления, в силу их многообразия.

Таким образом, причины и условия, способствовавшие совершению контрабанды, являясь обязательными элементами предмета доказывания по каждому делу, объектом уголовно- процессуального познания, одновременно, будучи достоверно установленными с помощью предусмотренных законом доказательств, могут служить и средствами доказывания по делу, поскольку они во многом детерминируют как объективную, так и субъективную сторону этого общественно опасного деяния, а также средствами предупреждения преступности в сфере внешнеторгового оборота.

Подводя итог исследованию предмета доказывания по делам о контрабанде, необходимо отметить, что указанные выше обстоятельства, подлежащие установлению по данной категории уголовных дел, неразрывно связаны друг с другом. Их органическая взаимосвязь проявляется в том, что, при установлении одного из элементов предмета доказывания, мы одновременно выясняем другие обстоятельства, подлежащие обязательному доказыванию. Т.е. каждый из элементов предмета доказывание одновременно служит средством, позволяющим установить иные данные, характеризующие преступное деяние. Ни одно из обстоятельств, подлежащих доказыванию по делам о контрабанде, не может быть объективно установлено и исследовано в ходе следствия, если не будут выяснены и доказаны остальные обстоятельства, характеризующие данный состав преступления и его событие. Именно поэтому указанные выше обстоятельства и являются обязательными элементами

Лукьянов В.В. Указ. соч., с. 19.

предмета доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК. Предмет доказывания по делам о контрабанде, будучи одним из частных случаев предмета уголовно- процессуального доказывания, более детально конкретизируется по каждому уголовному делу данной категории с учетом его индивидуальных особенностей. И хотя все эти особенности невозможно предусмотреть заранее, представляется, что, установив при помощи доказательств и в порядке, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, обозначенную нами выше совокупность обстоятельств в указанных их значениях можно будет говорить, что объективная истина по уголовному делу о контрабанде установлена, а материалы дела исследованы всесторонне, полно и объективно.

А в завершение этой части нашего исследования, посвященной предмету доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК РФ, хотелось бы отметить тот факт, что в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона доказывание указанных выше обстоятельств должно осуществляться на всех стадиях уголовного процесса. Однако было бы несправедливо требовать от органов дознания, ограниченных десятидневным сроком расследования дел о контрабанде, объективного и полного установления обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, смягчающих и отягчающих его ответственность обстоятельств, мотивов преступления, способствовавщих его совершению причин и условий. Всеми необходимыми для достижений этих целей уголовно-процессуальными средствами и возможностями наделены органы предварительного следствия. Полагаем, что задачей органов дознания, в первую очередь таможенных органов, в осуществлении доказательственной деятельности по делам о контрабанде является установление при помощи указанных в законе доказательств таких элементов предмета доказывания по данной категории дел, как событие преступления и виновность обвиняемого в его совершении, практически так и складывается реальное положение дел с установлением различных элементов предмета доказывания по делам о контрабанде на разных этапах предварительного расследования этих преступлений. В процессе анкетирования должностных лиц отделов дознания таможенных органов нами задавался им вопрос о том, какие и перечисленных в ст. 68 УПК обстоятельств, подлежащих доказыванию, действительно устанавливаются ими в ходе практической деятельности при производстве дознания по делам о контрабанде. Соотношение ответов дознавателей на этот вопрос анкеты, представленное на рис. 3, еще раз показывает, что неоднородный подход практических работников дознания к оценке необходимости установления того или иного обстоятельства, подлежащего доказыванию при расследовании дел о контрабанде, на данном этапе судопроизводства действительно имеет место.

2.2. Пределы доказывания по делам о контрабанде

Понятие пределов уголовно-процессуального доказывания Для установления объективной истины по уголовному делу необходимо определить не только предмет доказывания, но и его границы или пределы доказывания. Оба эти понятия, как отмечают многие авторы, тесно связаны друг с другом.’ Если предмет доказывания отвечает на вопрос, что должно быть доказано по уголовному делу, то пределы доказывания указывают как, каким образом, при помощи каких уголовно-процессуальных средств можно достичь этой цели. т.е. понятие пределов доказывания “предопределено и обусловлено понятием предмета доказывания, соотносится с ним как средство с целью, но в то же время имеет и самостоятельное значение”^.

’ См., напр.: Танасевич В.Г. Пределы и предмет доказывания по уголовному делу // Практика применения нового уголовно-процессуального законодательства в стадии предварительного расследования: Тезисы докладов и сообщений на научной конференции. - М., 1962, с.37; Теория доказательств …, с.187; и др.

^ С.А. Шейфер. О понятии доказывания, его предмете и пределах И Правовые формы и эффективность доказывания по уголовным делам: Сборник. - Тольятти, 1994, с.20.

Это значение состоит в следующем. Во-первых, пределы доказывания определяют границы уголовно-процессуального познания как по уголовному делу в целом, так и “определенную степень конкретизации и детализации каждого обстоятельства предмета доказывания”’. Во- вторых, с пределами доказывания связано требование собрать по уголовному делу надежную совокупность необходимых и достаточных доказательств, которая обеспечивала бы достоверность результатов доказывания.

Таким образом, пределы уголовно-процессуального доказывания представляют собой, по нашему мнению, такую совокупность доказательств, которая, с точки зрения количественного критерия, должна быть полной, достаточной для установления всех и каждого из перечисленных в ст. 68 УПК обстоятельств, а с точки зрения качественного критерия, - обеспечивать достоверность их установления, истинность выводов о событии преступления, виновности обвиняемого и т.д.^

Уголовно-процессуальной наукой, исходя из требования ст. 20 УПК о всестороннем, полном и объективном исследовании материалов дела, выработаны следующие критерии, которым должен соответствовать такой круг доказательств: достаточность, непротиворечивость, однозначность и надежность. Совокупность собранных по делу доказательств считается полной (достаточной), если имеющиеся фактические данные устанавливают все без исключения обстоятельства предмета доказывания. “Непротиворечивость состоит в соответствии и логической взаимосвязи фактических данных, отражающих естественную взаимосвязь обстоятельств исследуемого события.”^ Однозначность круга фактических данных заключается в

’ Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч., с.64-65.

^ Существуют и другие точки зрения на исследуемое понятие. Одни авторы сужают его до границ, “в которых осуществляется собирание, исследование и оценка доказательств на различных стадиях процесса” (Каз Ц.М. Субъекты доказывания в советском уголовном процессе (государственные органы). - Саратов, 1968, с. 15), другие включают в это понятие также и следственные, судебные действия как способы получения доказательств (Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Указ. соч., с.93-94). ^ Ларин A.M. От следственной версии к истине. - М., 1976, с. 196.

определенном его свойстве, которое “обеспечивает определенный вывод о существовании в природе исследуемого события во всех его юридически значимых частях и исключает возможность любого иного логического объяснения”’. Совокупность собранных по уголовному делу доказательств считается надежной тогда, если она обеспечивает достоверность выводов о расследуемом преступлении таким образом, что они не могут быть опровергнуты или подвержены сомнению ни Б результате появления новых фактических данных, ни в результате исключения других из числа доказательств по делу, ни в результате действия каких-либо иных обстоятельств. Благодаря этим свойствам пределов доказывания во многом становится возможным установление объективной истины по каждому уголовному делу о любом преступлении.

По мнению Л,М. Карнеевой, “в отличие от предмета, пределы доказывания не зависят от особенностей конкретного дела и его квалификации”, а обусловлены “этапом, стадией производства и процессуальными последствиями того решения, которое принимается на основании вывода, завершающего определенный этап доказывания”.^ Такая точка зрения представляется спорной. Каждому виду преступлений, составу (в том числе и контрабанде) и даже конкретному событию преступления присущи свои индивидуальные признаки, характеризующие время, место, способ и другие обстоятельства его соверщения, а значит особый механизм следообразования, определяющий в свою очередь способы собирания и исследования доказательств, их процессуальные источники, криминалистическую технику и тактику. Исходя из изложенного, нам представляются вполне обоснованными теоретически и необходимыми с точки зрения практики научные исследования, посвященные анализу специфической или характерной для каждого состава преступления и особой для конкретного

’ Ларин A.M. Указ. соч., с. 196. ^ Карнеева Л.М. Указ. соч., с.19.

криминального посягательства совокупности доказательств, которая “позволяет сделать однозначный и неопровержимый вывод как по каждому из элементов предмета доказывания, так и по делу в целом”’.

Конечно, невозможно определить заранее, какие доказательства и в каком количестве будут необходимы для разрешения конкретного уголовного дела, в том числе и о контрабанде. Как и само преступление, индивидуальны и методы его расследования, и круг доказательств по делу.. Однако общий, описанный выше предмет доказывания по делам о контрабанде, аналогичные способы ее совершения, типичные материальные и идеальные следы этого преступления, существующие в практике работы органов дознания и предварительного следствия типичные следственные версии и ситуации образуют те объективные основы, в силу которых, проанализировав и обобщив практику расследования дел о контрабанде, можно сделать вывод о специфике пределов доказывания по данной категории преступлений. Пределы доказывания как границы уголовно-процессуального познания по делам о контрабанде характеризуются моментом установления всех указанных в предыдущем параграфе обстоятельств, составляющих предмет доказывания по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК. Именно в этом значении пределов доказывания наиболее ярко проявляется их взаимосвязь с предметом доказывания, производность первого понятия от второго. Степень детализации каждого из элементов предмета доказывания по данной категории дел определяется конкретными условиями расследования, имеющимися следственными версиями. Однако предмет доказывания по любому делу о контрабанде и каждое из составляющих его обстоятельств должны быть исследованы в той мере, которая позволяет выяснить все юридически значимые для установления истины по делу и его разрешения факты. В этой связи, поскольку обстоятельства, подлежащие доказыванию по

’ Тертышник В.М. Проблемы теории и практики доказывания на досудебных стадиях современного уголовного процесса. - Сумы, 1995, с.73.

делам о преступных посягательствах на установленный порядок перемещения товаров и других предметов через таможенную границу страны, уже подробно исследованы выше, представляется более значимым и актуальным в этой части работы выполнить анализ круга фактических данных, применяемых для их установления.

Доказательства^ применяемые при расследовании дел о контрабанде Совокупность доказательств по любому делу, в том числе и о преступлении, предусмотренном ст. 188 УК, представляет собой “особым образом организованное объединение всего множества относимых и допустимых к уголовному делу доказательств, образующих в своем единстве целостную и стабильную их структуру, обеспечивающую адекватное отражение всех элементов предмета доказывания, принятие обоснованных решений по уголовному делу”’.

в свою очередь, доказательствами в уголовном процессе в соответствии со ст. 69 УПК являются любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке орган дознания, следователь и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются: показаниями свидетеля, показаниями потерпевшего, показаниями подозреваемого, показаниями обвиняемого, заключением эксперта, актами ревизий и документальных проверок, вещественными доказательствами, протоколами следственных и судебных действий и иными документами.^

^ Зеленецкий B.C. Сущность совокупности доказательств в советском уголовном процессе // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. - Красноярск, 1985, с.69. ^ Мы не разделяем точку зрения тех авторов, которые при определении понятия уголовно- процессуальных доказательств придерживаются информационного подхода и ограничивают указанное понятие только содержательной стороной - сведениями о подлежащих установлению фактах (см., напр.: Громов Н.А. Понятие доказательств в уголовном судопроизводстве // Журнал российского права, 1998, № 3, с.48-52). Доказательство в уголовном процессе представляется нам в виде единого целого, объединяющего в себе содержание (фактические данные) и форму (указанные в законе процессуальные источники).

Каждое из названных в уголовно-процессуальном законе доказательств может быть использовано при установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию по делам о контрабанде. Тем не менее при ответе на вопрос нашей анкеты, какие из перечисленных в ст. 69 УПК доказательств являются самыми распространенными в практике доказывания по делам о контрабанде, лишь 9 % опрошенных дознавателей различных таможенных органов назвали все доказательства. Анализ ряда уголовных дел о контрабанде и результаты анкетирования указывают, что в практике расследования данной категории дел наиболее часто употребляются такие доказательства, как показания свидетеля (87 % опрошенных), заключение эксперта (87 %), вещественные доказательства (76 %), протоколы следственных действий (59 %), показания подозреваемого (54 %), иные документы (33 %).’ Это соотношение наглядно изображено на рис. 4. Полагаем необходимым рассмотреть, что представляет собой каждый из названных видов доказательств, дать им краткую характеристику через призму доказывания уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, и определить их роль в практике расследования контрабанды, не останавливаясь пока на аспектах их собирания, проверки и оценки.^

Показания свидетеля по результатам наших исследований являются наиболее распространенным видом доказательств, применяемых для установления обстоятельств, составляющих предмет доказывания по данной категории уголовных дел, и представляют собой устное сообщение гражданина о любых обстоятельствах, подлежащих установлению по данному делу (в том числе о личности обвиняемого и о своих взаимоотношениях с ним),

’ Такие доказательства, как показания потерпевшего и обвиняемого, не применяются дознавателями таможенных органов потому, что, во-первых, по делам о контрабанде практически отсутствует такой субъект уголовного процесса, как потерпевший, во-вторых, УПК не позволяет органам дознания предъявлять обвинение по данной категории дел. ^ Вопросам собирания, проверки и оценки доказательств по делам о контрабанде посвящена третья глава диссертации “Процесс доказывания по делам о контрабанде”. ^ Велика роль показаний свидетеля и в доказывании по делам о других категориях преступлений. По результатам исследований, следователи на получение этого вида доказательств затрачивают 25 % своего рабочего времени (Рыжаков А.П. Указ. соч., с.61).

полученные и оформленные в соответствии с требованиями ст. 72-74, 155-160 УПК. Свидетелем по делу о контрабанде может быть любое лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, подлежащие установлению по данной категории дел, указанные в предыдущей части настоящей работы.

Исходя из анализа следственной практики, можно заключить, что при расследовании контрабанды в качестве свидетелей допрашиваются:

1) инспектора таможен, осуществлявшие таможенный контроль и выявившие контрабанду, или присутствовавшие при этом; 2) 3) лица, следовавшие совместно с лицом, незаконно перемещающим предметы контрабанды через таможенную границу страны (водители транспортных средств, пассажиры, проводники вагонов поездов); 4) 5) иные лица, бывшие очевидцами выявления факта контрабанды (военнослужащие Федеральной пограничной службы, понятые и др.); 6) 7) руководители и другие работники юридических лиц - отправителей, получателей, перевозчиков грузов, в ходе таможенного контроля которых были обнаружены предметы контрабанды; 8) 9) лица, которым заранее было известно о преступных намерениях контрабандистов, бывшие очевидцами действий, связанных с приготовлением к совершению преступления и предшествующих преступлению обстоятельств; 10) 11) лица, осведомленные об имеющих значение для дела событиях, имевших место после совершения контрабанды. 12) К сожаленшо, следует отметить, что до сих пор не изжита порочная практика допроса дознавателями таможен в качестве свидетелей лиц, совершивших деяние, образующее объективную сторону состава преступления. К примеру, дознавателем Внуковской таможни в качестве свидетеля по уголовному делу была допрошена российская гражданка С., пытавшаяся переместить через таможенную границу страны из РФ на Украину 7398 долларов США и 8000 рублей, не заявленные при декларировании.’ В другой -

Надзорное производство Московской авиатранспортной прокуратуры, 1998 г.

Домодедовской таможне иностранная гражданка X., намеревавшаяся вывезти в Таджикистан сокрытые на теле под одеждой и не указанные в процессе декларирования 45705 рублей и 1000 долларов США, также была допрошена в качестве свидетеля.’ Очевидно, что признание указанных лиц свидетелями никак не соответствует требованиям закона и обстоятельствам дела. В отношении этих лиц органам дознания следовало бы избрать меру пресечения, и допросить их об обстоятельствах совершенного преступления в качестве подозреваемых. Однако это не было сделано, в результате указанные граждане беспрепятственно скрылись от дознания и следствия, не были привлечены к уголовной ответственности, а дела в отношении них были прекращены, как нам представляется, по надуманным основаниям - якобы в связи с изменением обстановки (ст. 6 УПК), вызванного тем, что виновные находятся по месту своего постоянного проживания.

Чаще всего показания свидетеля используются дознавателями таможенных органов и следователями для установления события преступления и виновности обвиняемого в совершении контрабанды, если в основе этих доказательств лежат идеальные отражения в их сознании обстоятельств совершения противоправного перемещения предметов преступления через таможенную границу.^ Однако данный вид доказательств может быть использован и для установления остальных элементов предмета доказывания по делам о контрабанде. В частности, обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, особенно если затруднено получение для этих целей других доказательств, например, иных документов. Неслучайно уголовно- процессуальный закон (ст. 72, 74 УПК) неразрывно связывает понятие данной разновидности доказательств с обстоятельствами, подлежащими установлению по делу, составляющими содержание показаний свидетеля.

Надзорное производство Московской авиатранспортной прокуратуры, 1998 г. ^ Сообщаемые свидетелем данные, о которых он узнал от других лиц, могут служить доказательствами при условии, что свидетель укажет источник своей осведомленности.

Важнейшую роль в доказывании по делам о контрабанде играют показания подозреваемого и обвиняемого, представляюшие собой данные, сообщаемые в ходе допроса этими субъектами уголовного судопроизводства об обстоятельствах совершения преступления, по поводу которого имеется подозрение или предъявлено обвинение, запротоколированные надлежащим образом в соответствии с требованиями ст. 76, 77, 123, 145-147, 150-152 УПК. Подозреваемым по делу о контрабанде признается либо лицо, задержанное по подозрению в совершении этого преступления в порядке ст. 122 УПК, либо лицо, в отношении которого избрана мера пресечения до предъявления обвинения. Обвиняемым по данной категории дел является лицо, в отношении которого в порядке, предусмотренном ст. 143, 144 УПК, вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого по ст. 188 УК. Важное доказательственное значение показаний подозреваемого и обвиняемого объясняется, прежде всего, тем, что эти участники судопроизводства являются наиболее осведомленными лицами о фактах, интересующих дознание и следствие. Однако показания подозреваемого и обвиняемого, будучи существенным средством доказывания, одновременно являются и средством защиты прав указанных субъектов, а потому могут содержать ложные сведения. В этой связи показания этих лиц принято классифицировать в зависимости от того, признают ли они свою вину в совершении контрабанды и в какой мере, насколько они соответствуют другим материалам дела. В частности выделяют показания обвиняемого, полностью признающего свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления, признающего свою вину частично, и отрицающего свою вину в совершении контрабанды. Характер показаний подозреваемого и обвиняемого несомненно оказывает влияние на процесс доказывания, т.к. эти показания, с одной стороны, могут указать на новые источники фактических данных по расследуемому делу, а с другой - ввести в заблуждение и помешать установлению искомой истины.

В ходе исследования уголовных дел о контрабанде, практически не приходилось встречаться с материалами, в которых в качестве доказательства не применялось бы заключение эксперта. Исключение, пожалуй, составляют только уголовные дела о контрабанде российской и иностранной валюты, где для определения вида и стоимости объекта преступления крайне редко требуются специальные познания. Заключение эксперта представляет собой письменный ответ эксперта на вопросы указанные в постановлении (определении) органа дознания, следователя, суда о назначении экспертизы, требующие для их разрешения специальных познаний в науке, технике, искусстве или ремесле’, составленный на основании и в соответствии с требованиями ст. 78-82, 184-194 УТЖ. Для участия в деле в качестве эксперта может быть привлечено любое лицо, обладающее необходимыми познаниями для дачи заключения.

В практике доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, наиболее распространены следующие виды заключений экспертов:

• заключение товароведческой экспертизы - для определения стоимости предмета контрабанды - товаров и иных предметов, указанных в ч. 1 ст. 188 УК, транспортных средств и других орудий преступления, использовавшихся для противоправного перемещения грузов через таможенную границу, подлежащих конфискации; • • заключение криминалистической экспертизы веществ и материалов - для определения вида, количества и других характеристик наркотических средств, психотропных, сильнодействующих, ядовитых, отравляющих веществ, уголовная ответственность за контрабанду которых установлена ч. 2 ст. 188 УК; • • заключения взрывотехнической, военнотехнической и судебно- баллистической экспертиз - для исследования таких предметов контрабанды, • ‘ В последнее время учеными высказываются мнения о возможности привлечения экспертов и к исследованию правовых вопросов в ходе расследования уголовных дел (см., напр.: Балакшин В. Заключение эксперта как средство доказывания по уголовному делу // Законность, 1999, № 1, с.37-40), что, на наш взгляд, недопустимо.

как взрывчатые вещества, вооружение, взрывные устройства, огнестрельное оружие и боеприпасы, различные виды оружия массового поражения, материалы и оборудование, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу Российской Федерации;

• заключение судебно-искусствоведческой экспертизы - для исследования культурных ценностей, перемещаемых контрабандным способом через границу страны; • • заключение технико-криминалистической экспертизы документов - для установления фактов подделки документов, средств таможенной идентифиьсации, использованных для перемещения товаров и других предметов через таможенную границу государства; • • заключение почерковедческой экспертизы - для идентификации личности, выполнившей рукописные записи в документах, использованных для перемещения предметов преступления через таможенную границу; • • заключение дактилоскопической экспертизы - для идентификации лица, следы рук которого обнаружены на предметах и орудиях контрабанды; • • заключение трасологической экспертизы - для идентификации личности или предмета, следы которого обнаружены на месте совершения контрабанды, предметах и орудиях преступления; • • заключение судебно-бухгалтерской экспертизы - в ходе расследования экономической контрабанды во внешнеторговом обороте. • В зависимости от конкретных обстоятельств совершения преступления для установления обстоятельств, образующих предмет доказывания по делам о контрабанде, несомненно, могут применяться и заключения других видов экспертиз (например, судебно-биологической, судебно-медицинской, и др.). Роль этого вида доказательств в практике установления истины по данной категории уголовных дел определяется тем, что с помощью заключения эксперта выясняются обстоятельства, как характеризующие предмет

in

контрабанды (его качественные и количественные характеристики), так и характеризующие способ противоправного перемещения товаров и других предметов через таможенную границу, орудия преступления и др.

Ни одно дело о контрабанде не обходится без такого вида доказательств, как вещественные доказательства. Последние представляют собой предметы материального мира, которые служили орудиями преступления, или сохранили на себе следы преступления, или были объектами преступных действий, а также деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, и все другие предметы, которые могут служить средствами к обнаружению преступления, установлению фактических обстоятельств дела, выявлению виновных, либо к опровержению обвинения или смягчению ответственности, если они были надлежащим образом получены, осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела на основании и в соответствии с требованиями ст. 83-85 УПК, а также с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих порядок производства отдельных следственных действий.

Вещественными доказательствами по делам о контрабанде признаются:

• предметы контрабанды; • • транспортные средства, перевозившие контрабандные грузы; • • тайники и иные специально оборудованные с целью совершения контрабанды предметы; • • таможенные декларации, в которых не были задекларированы или недостоверно задекларированы предметы преступления при пересечении таможенной границы; • • иные документы, необходимые в таможенных целях, относящиеся к противоправно перемещаемым через таможенную границу грузам, транспортным средствам, товарам и другим предметам; • • поддельные документы и средства таможенной идентификации; • • деньги и ценности, нажитые в результате контрабандной деятельности.

С учетом фактических обстоятельств отдельного посягательства на установленный порядок перемещения товаров, транспортных средств и других предметов через таможенную границу, вещественными доказательствами могут быть признаны и другие предметы (например, обнаруженные на месте происшествия предметы, сохранившие на себе следы преступления, в том числе позволяющие идентифицировать личность контрабандиста, бухгалтерская отчетность и документация, печати и штампы и др.).

Отличительной особенностью данного вида доказательств является их незаменимость другими даже однородными предметами, документами или их копиями. Именно этим свойством вещественных доказательств объясняется их значимость по делам о контрабанде. Поскольку вещественные доказательства по данной категории дел являются либо предметами контрабанды, либо материальными носителями доказательственной информации о времени, месте, способе ее совершении и личности виновного, постольку они незаменимы при установлении таких элементов предмета доказывания, как событие преступления и виновность обвиняемого в совершении преступления.

в этой связи полагаем уместным указать на недопустимость нарушений законодательства, регламентирующего порядок хранения вещественных доказательств по уголовным делам. Между тем в силу специфики действующего таможенного законодательства в практической деятельности органов дознания и предварительного следствия в связи с хранением и обращением с вещественными доказательствами по делам о контрабанде, и это отмечают многие авторы’, часто возникают спорные ситуации и различного

’ См., напр.: Митилинео А.А. О порядке обращения с вещественными доказательствами в ходе расследования уголовных дел о таможенных преступлениях // Таможенное законодательство и практика его применения: Материалы конференции. - Ростов-н/Д, 1997, с.92-99; Тимошенко И.В. К вопросу о порядке хранения и распоряжения вещественными доказательствами по делам о таможенных преступлениях и правонарушениях // Там же, с.99- 104; Осипов В.Е. Комментарий письма ГТК России от 16 января 1998 г. № 01-15/837 “О необходимости соблюдения таможенного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации при производстве процессуальных действий с вещественными доказательствами и документами” // Таможенные ведомости, 1998, № 4, сЛ35-138; и др.

рода проблемы, порожденные главным образом тем, что одни и те же предметы во многих случаях одновременно являются вещественными доказательствами как по уголовному делу о преступлении, предусмотренном ст. 188 УК, так и по делу о нарушении таможенных правил, административная ответственность за которое установлена ТК.

Правовая природа такого специфического положения вещественных доказательств по делам о контрабанде и другим преступлениям в сфере таможенной деятельности кроется в присущей на сегодняшний день только таможенному законодательству двусубъектности ответственности за одно и то же деяние, поскольку Б соответствии с ч. 8 ст. 231 ТК привлечение должностных лиц и иных работников к уголовной ответственности за контрабанду и совершение иных преступлений, производство дознания по которым отнесено к компетенции таможенных органов, не освобождает предприятие, учреждение и организацию, а также лицо, занимающееся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, от ответственности за нарушение таможенных правил.

Известны случаи как утраты доказательств по делам о контрабанде, хранящихся на складах таможен, в результате их реализации таможенным органом после обращения в федеральную собственность как объекта правонарушения по делу об административном правонарушении, так и возвращения предметов правонарушения привлекаемому к ответственности лицу следователями после прекращения уголовного дела без учета тех обстоятельств, что данные предметы подлежат конфискации таможенным органом в порядке административного производства. Такие негативные последствия порождаются как несогласованностью действий таможенных органов и органов предварительного следствия, низкой профессиональной квалификацией отдельных работников таможен и следственных органов, так и неурегулированностью данной проблемы нормами закона или подзаконными актами. Для решения указанных проблем, представляется необходимым усовершенствовать нормы ст. 84- 86 УПК и разработанную на их основе действующую межведомственную инструкцию “О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами” № 034/15 от 18 октября 1989 г., во исполнение которой ГТК РФ 16 января 1998 г. направил в таможенные органы письмо № 01-15/837 “О необходимости соблюдения таможенного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации при производстве процессуальных действий с вещественными доказательствами и документами”.

Протоколы следственных и судебных действий как вид доказательств представляют собой составленные в порядке, предусмотренном уголовно- процессуальным законом, протоколы, удостоверяющие обстоятельства и факты, установленные при производстве осмотра, освидетельствования, выемки, обыска, задержания, предъявления для опознания и следственного эксперимента (ст. 87 УПК). Познание истины по уголовному делу о любом преступлении, в том числе и о контрабанде, осуществляется только путем осуществления особой уголовно-процессуальной деятельности. Значение этого вида доказательств состоит как раз в том, что он позволяет закрепить и использовать в ходе доказывания фактические данные, полученные в результате этой деятельности, делает их доступными для познания не только субъектом доказывания на данном этапе расследования, но и другими лицами, дает возможность проверить и исследовать порядок и результаты производства следственных действий. Наиболее распространенными в практике доказывания по делам о контрабанде из данного вида доказательств являются протоколы осмотра места происшествия, предметов и документов. Реже применяются протоколы выемки, обыска, задержания, еще реже - освидетельствования, предъявления для опознания. К сожалению, исследуя материалы уголовных дел данной категории, мы не встретили протоколов такого следственного

115

действия, как следственный эксперимент, что не исключает возможность применения этого доказательства при расследовании контрабанды.

Напротив, такие доказательства, как предусмотренные ст. 88 УПК документы или иные документы, встречаются практически в каждом уголовном деле о контрабанде. Условием их относимости к уголовно- процессуальным доказательствам является удостоверение или изложение в них различными предприятиями, учреждениями, организациями, должностными лицами и гражданами обстоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела. Если же документы обладают признаками, указанными в ст. 83 УПК, они являются вещественными доказательствами (например, таможенная декларация, содержащая недостоверные сведения о предмете контрабанды). Документы широко используются дознавателями и следователями для установления обстоятельств, характеризующих событие преступления (например, справка о стоимости иностранных валют по курсу, установленному Центральным Банком РФ на момент совершения контрабанды), личность обвиняемого (например, характеристики с места работы и места проживания, сведения о прежних судимостях), причины и условия, способствовавшие совершению преступления (например, технологические схемы таможенного контроля и таможенного оформления товаров, акты служебного расследования). В отличие от вещественных доказательств доказательственное значение имеет прежде всего содержание документов, а не материальный носитель этой информации.

Характерной проблемой доказывания по делам о контрабанде, а также о некоторых других преступлениях, производство дознания по которым отнесено к компетенции таможенных органов, является вопрос об использовании для установления обстоятельств, составляющих предмет доказывания по таким делам, в качестве доказательств материалов административного производства, а именно дел о нарушении таможенных правил, ответственность за которые установлена таможенным законодательством. В большинстве случаев возбуждению уголовного дела по ст. 188 УК предшествует составление протокола о нарушении таможенных правил, означающее начало административного производства, и расследование дела о таможенном правонарушении. В этих документах, как правило, фиксируются место, время и другие обстоятельства выявления контрабанды, изъятие предмета преступления и другие фактические данные, имеющее важное значение для установления объективной истины по уголовному делу. Как отмечает В.М. Тертышник, протоколы досмотров и иных административно- процессуальных действий обладают всеми свойствами доказательств - документов, названных в ст. 88 УПК, а именно: “составляются управомоченными на то законом должностными лицами; приспособлены для официального обращения и реализации определенных правоотношений; носят юридический характер; содержат информацию в знаковой форме (кодированном виде) и выражают ее посредством письменной речи; могут служить средствами к установлению обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела”’. Анализ дел о контрабанде также показывает, что следователи ссылаются на материалы дел о нарушении таможенных правил как на доказательства при составлении обвинительных заключений, вынесении постановлений о прекращении дела, суды оперируют материалами дел о таможенных правонарушениях при вынесении приговоров по данной категории дел наряду с другими доказательствами, указанными в ст. 69 УПК. Т.е. сложившаяся практика расследования и рассмотрения в суде уголовных дел о контрабанде свидетельствует о том, что материалы административного производства по делам о нарушении таможенных правил, которое ведется соответствующими должностными лицами таможен, широко применяются в уголовном судопроизводстве в качестве доказательств - иных документов. Однако представляется, что норма ст. 88 УПК (а равно и ст. 80 Проекта УПК) не отличается необходимой четкостью и ясностью в решении обозначенной

Тертышник В.М. Указ. соч., с.122-123.

Проблемы, не определяет понятие этого вида доказательств и не дает, на наш взгляд, достаточных оснований как для категоричного утверждения о включении в совокупность доказательств по делу о контрабанде материалов административного производства, так и для противоположного суждения.

Полагаем, что было бы ошибкой игнорировать в процессе доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, материалы административного производства по делам о нарушениях таможенных правил, если они удостоверяют или содержат в себе фактические данные, имеющие значение для установления обстоятельств, подлежаш,их установлению по данной категории дел. Вместе с тем, хотя материалы административного производства традиционно относятся к документам, предусмотренным ст. 88 УПК, на наш взгляд, по форме они наиболее близки к категории таких доказательств, как протоколы следственных или судебных действий, многие из них (в частности, протоколы опросов, осмотров по делу о нарушении таможенных правил и уж тем более вещественные доказательства) не восполнимы. А порядок собирания доказательств по делам о нарушении таможенных правил, регламентируемый нормами таможенного законодательства, максимально приближен к уголовному процессу. В связи с чем достоверность одних таких материалов (протокол опроса свидетеля, протокол осмотра, протокол личного досмотра) обеспечивается административно-процессуальными мерами, а других (протокол о нарушении таможенных правил, протокол административного задержания) - нет. Проблема применения в доказывании по уголовным делам процессуальных документов и иных материалов административного производства актуальна не только для расследования дел о контрабанде и других преступлений в сфере таможенной деятельности. Так по уголовным делам о преступлениях с административной преюдицией такие материалы являются необходимыми,

исходя уже из юридической конструкции данных составов преступлений.^ Тем не менее действующее законодательство и ст. 71 “Доказательства” Проекта ^ УПК не указывают такого самостоятельного источника фактических данных

как процессуальные и иные документы административного производства, которые признавались бы доказательствами в уголовном судопроизводстве.

Руководствуясь конституционным принципом признания недопустимыми фактических данных, полученных с нарушением требований закона, полагаем необходимым либо предусмотреть в уголовно- процессуальном законодательстве возможность использования в качестве самостоятельного источника доказательств по уголовному делу относящихся к предмету доказывания процессуальных и других документов административного производства (что представляется наиболее верным решением), либо прямо указать на включение этих материалов в такую группу доказательств, как документы (ст. 88 УПК, ст. 80 Проекта УПК), при условии соблюдения требований соответствующего административного, и в частности ^ таможенного, а также и уголовно-процессуального законодательства.

Представляет интерес и проблема использования в качестве доказательств по уголовному делу материалов проверки, проводимой в порядке ст. 109 УПК, предшествующей его возбуждению. Мы не разделяем мнения Н.П. Кузнецова, утверждающего, что “процесс доказывания начинается уже в стадии возбуждения уголовного дела”, и что “фактические данные, которые были собраны в ходе проверки оснований к возбуждению уголовного дела с соблюдением указанного в законе порядка их получения, являются доказательствами”.^ Доказывание в уголовном судопроизводстве осуществляется только при помощи доказательств, указанных в процессуальном законе, собирание, исследование и оценка которых, возможны только после возбуждения уголовного дела. Исключение составляет только

’ См. об этом подробнее: Зуев В.Л. Особенности доказывания по делам о преступлениях с административной преюдицией. - М., 1995.

^ Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. - Воронеж:, 1983, с, 12,

такой способ собирания доказательств, как осмотр места происшествия, производство которого допускается и до вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, что не меняет принципиального подхода законодателя к этому вопросу.

На наш взгляд, исходя из положений действующего уголовно- процессуального законодательства, также нельзя однозначно утверждать как о допустимости материалов и результатов проверочных действий в качестве доказательств в уголовном судопроизводстве, так и об отрицании их роли в процессе доказывания вообще. Как отмечает В.Н. Григорьев, “уголовно- процессуальное законодательство действительно не содержит положений, прямо указывающих на возможность использования подобных материалов в

доказывании, однако оно и не запрещает такой возможности”.’ На наш взгляд те из них, что попадают под определение таких доказательств, как документы, и соответствуют условиям ст. 88 УПК и другим требованиям закона, после их приобщения к материалам дела могут быть вовлечены в процесс доказывания в данной процессуальной форме. Речь идет о разного рода справках, сведениях о судимости различных лиц, характеристиках и других документах.

Таким образом, мы согласны с таким мнением, что из материалов проверочных действий однозначно “на момент возбуждения уголовного дела доказательственное значение имеют … лишь протоколы осмотра места происшествия и подпадающие под определение ст. 88 УПК иные документы”^.

Сложнее обстоит дело с такими материалами проверки как непосредственно заявления или сообщения о преступлении, протокол явки с повинной, объяснения граждан и должностных лиц. Как полагает Л.Н. Масленникова, они, при условии соблюдения установленного для них порядка

’ Григорьев В.Н. Использование фактических данных, полученных до возбуждения уголовного дела, в системе доказывания // Проблемы доказывания по уголовным делам: Межвуз. сб. научн. тр. - Красноярск, 1988, с.87.

ф

^ Смирнов А.В. Процессуальное значение материалов, полученных на стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы доказывания по уголовным делам. - Красноярск, 1988, с.71.

составления, являются доказательствами в соответствии со ст. 88 “Документы” УПК.’ Мы же полагаем, что перечисленные виды материалов до следственной проверки, также как и процессуальные документы административного производства, хотя и традиционно следственной и судебной практикой отнесены к документам, указанным в ст. 88 УПК, близки по форме к процессуальным документам, в том числе и в связи с тем, что они также невосполнимы, но не являются таковыми. Тем более, что уголовно- процессуальный закон не регламентирует порядок получения названных материалов в достаточной мере, а значит и не обеспечивает их достоверность.

Однако, исходя из потребностей следственной практики исключение материалов проверочных действий из процесса доказывания по уголовному делу было бы необоснованным. Важное доказательственное значение зафиксированные в них фактические данные могут иметь и для установления истины по делам о контрабанде, особенно первоначальные объяснения лица, перемещающего предметы контрабанды через таможенную границу, его соучастников, очевидцев его преступных действий и других лиц. Конечно, правы те авторы, которые полагают, что “значительная часть этих материалов вообще не может иметь доказательственного значения…, либо приобретает его только после производства ряда проверочных и иных процессуальных действий” . Так объяснения лиц должны быть заменены их показаниями после производства допроса. Но тогда доказательством будут служить показания этого лица, а не данные им до возбуждения уголовного дела объяснения. Однако в практике расследования контрабанды имеют место случаи, когда на стадии возбуждения уголовного дела должностные лица таможен получают объяснения от лиц, пересекающих государственную границу РФ, проживающих постоянно за рубежом, которые после возбуждения уголовного дела по ст. 188 УК не могут быть вызваны и допрошены в качестве свидетелей,

’ Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовному делу: Автореф. дне…. канд. юрид. наук. - М., 1990, с. 15. ^ Смирнов А.В, Указ. соч., с72.

a изложенные ими в объяснении обстоятельства совершения преступления имеют важное значение для подтверждения виновности обвиняемого.

Поэтому для разрешения проблемы использования такого рода фактических данных в уголовно-процессуальном доказывании необходимо предусмотреть в законе возможность, условия и иные требования для признания материалов проверки, предшествующей возбуждению уголовного дела, доказательствами по этому делу. Только тогда можно будет однозначно утверждать о их доказательственном значении в расследовании преступлений.

Так, в частности, ст. 69 УПК указывает на такой источник доказательств, как акты ревизий и документальных проверок^ хотя их производство также не регламентируется уголовно- процессуальным законом. Эти доказательства как раз очень близки и по форме и по содержанию к группе иных документов’, но это не помешало законодателю специально выделить их в качестве самостоятельного вида доказательств. Наибольшее значение эти доказательства приобретают при расследовании экономической контрабанды во внешнеторговом обороте, когда для установления обстоятельств совершения преступления и виновности обвиняемого требуется исследование бухгалтерской отчетности и документации предприятий экспортеров и импортеров разного рода товаров. На наш взгляд, акты ревизий и документальных проверок должны признаваться доказательствами по уголовному делу независимо от сроков их производства - до или после возбуждения уголовного дела. А с точки зрения тактики расследования контрабанды и эффективности судопроизводства они даже должны предшествовать началу предварительного следствия.

На основании изложенного, можно заключить, что “юридически грамотное использование в системе доказывания фактических данных, полученных до возбуждения уголовного дела, является одним из путей

’ Многие авторы отмечают, что акты ревизий и документальных проверок представляют собой не что иное, как документы, предусмотренные в ст. 88 УПК (см., напр.: Научно- практический комментарий к Уголовно- процессуальному кодексу РСФСР. - М., 1996, с.145).

совершенствования деятельности правоохранительных органов, обеспечения неотвратимости ответственности за каждое совершенное преступление”’.

Несмотря на то, что таможенные органы отнесены законодателем к числу субъектов оперативно-розыскной деятельности, результаты последней еще мало используются в доказывании по делам о контрабанде. Из опрошенных нами дознавателей таможенных органов только 26 % сообш;или, что им при производстве дознания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, приходилось использовать в качестве доказательств результаты оперативно-розыскной деятельности. Вопросам их применения в уголовно- процессуальном доказывании в последнее время посвящается много исследований и публикаций ^ Актуальность данной тематики объясняется, во- первых, огромным “доказательственным” потенциалом этих данных, а во- вторых, тем, что после принятия в 1995 году Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” стало возможным использование ее результатов в доказывании по уголовным делам, как указано в ст. 11 этого закона, в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств. Данная формулировка как бы предполагает, по видимому, наличие в УПК специальных норм, регламентирующих признание результатов оперативно-розыскных мероприятий доказательствами в уголовном судопроизводстве, которых мы пока не имеем. Соответствующая норма предусмотрена в Проекте УПК (ст. 85 “Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности”), которая по сути дублирует содержание процитированного нами выше положения ст. И Федерального

’ Григорьев В.Н. Указ. соч., с.90-91.

^ См., напр.: Доля Е,А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. - М., 1996; Зайковский В.Н. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в ходе доказывания по уголовному делу: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - СПб, 1996; Земскова А.В. Правовые проблемы использования результатов оперативно- розыскных мероприятий в уголовно-процессуальном доказывании: Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1998; Попов Н.М. Оперативное обеспечение досудебной подготовки в уголовном судопроизводстве Российской Федерации: Дис…. канд. юрид. наук. - Н.Новгород, 1997; и др.

закона. Эта норма, принципиально допускающая использование результатов такой не процессуальной деятельности в процессуальном доказывании, несомненно важна. Однако не совсем отвечает потребностям следственной практики, поскольку, как нам представляется, не все результаты проведения различных предусмотренных названным законом оперативно- розыскных мероприятий могут быть легализованы и облечены в процессуальную форму доказательств путем производства следственных и иных процессуальных действий. Следовательно использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам должно быть более детально урегулировано уголовно- процессуальным законодательством.

««

До сих пор, мы говорили о круге фактических данных, которые применяются, могут или должны использоваться в доказывании по делам о контрабанде, предусмотренных российским национальным правом. Между тем по своей природе данный состав преступления предполагает наличие интернациональных криминальных связей контрабандистов, совершение ими действий, характеризующих объективную и субъективную стороны этого преступления по обе стороны границы между государствами. В этой связи существует объективная необходимость использования для установления обстоятельств предмета доказывания по делам о контрабанде фактических данных, полученных за рубежом, порядок которого, к сожалению не урегулирован действующим уголовно-процессуальным законодательством, и не достаточно урегулирован международными договорами РФ с другими государствами и международными организациями. Жизнь объективно диктует необходимость появления соответствующих новелл в российском уголовно- процессуальном праве, дальнейшего развития международного сотрудничества государств в борьбе с контрабандой и другими преступлениями, повышения его эффективности. Не случайно 30 % опрошенных нами должностных лиц отделов дознания таможенных органов на вопрос о том, какие трудности имеют место в доказывании по делам о преступлениях, предусмотренных ст.

188 УК, отметили проблемы, вытекающие из международного характера этого преступления, необходимости получения доказательств за рубежом.

Таким образом, мы дали краткую характеристику различным фактическим данным, применяемым в практике доказывания по делам о контрабанде, обозначили роль каждого из них в этом процессе. Однако следует оговориться, что каждое из обозначенных доказательств или источников доказательственной информации не применяется в ходе установления истины по уголовному делу обособленно. Доказательственное значение каждого из них тем выше, чем органичнее оно связано с другими доказательствами, чем полнее, надежнее и достовернее образующаяся в результате этих взаимосвязей совокупность всех доказательств по расследуемому уголовному делу, главным образом определяющая содержание пределов процессуального доказывания.

Глава 3. Процесс доказывания по делам о контрабанде

3.1. Собирание доказательств по делам о контрабанде

В процессе доказывания для решения как исследовательских, так и практических задач, в том числе и стоящих перед нами, традиционно выделяют три связанных воедино элемента: собирание, проверку и оценку доказательств.

Собирание доказательств представляет собой предусмотренную законом процессуальную деятельность лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда по обнаружению, закреплению и изъятию фактических данных, имеющих значение для разрешения дела по существу. Ст. 70 УПК предусматривает следующие способы собирания доказательств:

  1. Следственные действия: допрос свидетеля и потерпевшего, задержание и допрос подозреваемого, допрос обвиняемого, очная ставка, осмотр, освидетельствование, предъявление для опознания, выемка, обыск, назначение экспертизы, следственный эксперимент.
  2. Иные процессуальные действия: требование от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан представления необходимых предметов и документов и восстановления бухгалтерского учета за счет собственных средств; требование о проведении ревизий и документальных проверок; представление доказательств участниками процесса и иными лицами по своей инициативе.
  3. Рассмотрим названные способы собирания доказательств применительно к предварительному расследованию дел о контрабанде.

4h

Самым распространенным способом собирания доказательств по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, является допрос свидетеля} Если выше мы рассмотрели значение показаний свидетеля в доказывании по делам о контрабанде и обозначили круг лиц, которые могли бы выступить в этой роли по данной категории уголовных дел, то теперь обратимся непосредственно к производству допроса свидетеля как одного из процессуальных средств установления фактических данных об обстоятельствах совершения этого преступления.

Порядок вызова и допроса свидетеля детально регламентированы ст. 72- 74, 155- 160 УПК. Так перед началом допроса лицо, производящее дознание, или следователь обязаны удостовериться в личности свидетеля, данные о которой подлежат занесению в протокол, в том числе и адрес. Вместе с тем свидетелями по данной категории уголовных дел выступают должностные лица таможенных органов (в 100 % случаев), а в отдельных случаях военнослужащие Федеральной пограничной службы, сотрудники МВД и других правоохранительных органов, в том числе осуществляющие оперативно-розыскную деятельность. Сведения о месте жительства таких свидетелей в соответствии с действующим законодательством являются доступными для обвиняемого и его защитника, а потому могут быть использованы ими не только в целях помешать установлению истины по делу, но и воспрепятствовать исполнению ими своих служебных обязанностей либо вовлечь в свою преступную деятельность как путем насилия или угроз причинения вреда здоровью и имуществу свидетеля и его близких, так и путем подкупа. Реальность таких угроз особо велика в случае раскрытия и расследования контрабанды, совершенной организованной преступной группой, члены которой могут использовать сведения о месте проживания свидетелей для влияния на них с целью отказа от дачи показаний или дачи заведомо ложных показаний об обстоятельствах перемещения предметов преступления через таможенную границу страны. Обозначенная проблема, на

На это указали и 98 % опрошенных нами дознавателей таможен (см. рис. 5).

наш взгляд» актуальна не только для практики расследования контрабанды, но и многих других преступлений, и в первую очередь, связанных с организованной преступностью. В этой связи нам представляется интересной норма § 68 Уголовно- процессуального кодекса Федеративной Республики Германии, которая предусматривает, что в случае, если имеется повод опасаться, что в результате сообщения сведений о месте жительства создается угроза свидетелю или другому лицу, свидетелю может быть разрешено не называть свое место жительства в ходе судебного разбирательства.’ На наш взгляд, целесообразно, предусмотреть и в российском уголовно- процессуальном законе правило, согласно которому при допросе свидетелей - сотрудников правоохранительных органов, военнослужащих, иных должностных лиц, в протоколе допроса указывается не их место жительства, а юридический адрес органа (учреждения, организации, войсковой части), в которых они служат или работают, а вызов их для допроса осуществляется через администрацию этих учреждений, для остальных граждан - право не указывать в протоколе допроса место жительства в случае наличия угрозы свидетелю или проживающим с ним лицам. Данные о их месте жительства предлагаем указывать в специальном документе - справке, которая прилагается к материалам уголовного дела, но не подшивается к ним. Для этого в уголовно- процессуальном законе необходимо предусмотреть возможность признания таких сведений закрытой информацией, с которой не могут быть ознакомлены обвиняемые, их защитники и представители или иные лица, помимо лица, производящего дознание, следователя, прокурора и суда. Кроме того, как справедливо указывают С.П. Щерба и О.А. Зайцев, к таким сведениям можно в случае необходимости отнести и информацию о месте работы или учебы свидетеля, способах его вызова, номерах домашних и служебных телефонов.^

’ Федеративная Республика Германия. Уголовно-процессуальный кодекс. - М., 1994, с.33-34.

^ Щерба С.П., Зайцев О.А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. - М., 1996, с.44-45.

Процессуальный порядок и тактика допроса свидетеля стали предметом детального исследования многих авторов.’ Поэтому мы обратимся к анализу тех фактических данных, которые должны или могут быть получены в результате допроса тех или иных свидетелей по уголовному делу о контрабанде, а также вопросов, на которые следует обратить особое внимание дознавателю или следователю.

Так при допросе свидетеля - инспектора таможни, выявившего контрабанду, необходимо выяснить и детально отразить в протоколе следующие обстоятельства;

• место и время таможенного контроля в отношении товаров и транспортных средств, в ходе которого была обнаружена контрабанда (т.е. место и время выявления, а по возможности и совершения, преступления); • • порядок таможенного контроля товаров и транспортных средств, перемещаемых через границу, обстоятельства обнаружения контрабанды (включая процесс декларирования и проверки заявленных сведений, досмотра грузов, транспортных средств, багажа, личного досмотра и т.д.); • • порядок и результаты применения технических средств таможенного контроля, специальных тестов; • • действия и поведение подконтрольного лица, у которого были обнаружены предметы контрабанды, в процессе таможенного контроля, в момент обнаружения предметов преступления и после выявления контрабанды, а также иных присутствовавших при этом лиц; • • обстановка, при которой были обнаружены предметы контрабанды и их расположение (в том числе места и способы сокрытия), описание их внешнего вида и состояния, отличительных признаков; • ‘ См., напр.: Смолькова И.В. Процессуальный статус свидетеля в российском уголовном судопроизводстве. - Иркутск, 1997; Смыслов В.И. Свидетель в советском уголовном процессе. - М., 1973; и др.

• признаки, свойства, методы и технические средства, при помощи которых определены вид, количество, стоимость, другие качественные и количественные характеристики предмета контрабанды, иные обстоятельства, вызвавшие подозрение в законности его ввоза или вывоза;’ • • не были ли допущены инспектором нарушения таможенного и иного законодательства, должностных инструкций в ходе исполнения им служебных обязанностей, в чем они выразились;^ • • сведения о присутствующих при выявлении контрабанды очевидцах; • • порядок документального оформления фактов обнаружения, изъятия предметов контрабанды, иных предметов и документов, применения средств таможенного обеспечения, принятия мер к их сохранности; • • его отношения с подконтрольными лицами; • • объяснения подконтрольного лица по поводу обнаруженных товаров или предметов, в том числе о мотивах и целях его действий, полученные им непосредственно после обнаружения правонарушения; • • иные сведения в зависимости от конкретных обстоятельств дела. • Обстоятельства обнаружения контрабанды должны быть предметом

детального допроса и таких свидетелей, как сотрудники Федеральной пограничной службы и милиции, в случае выявления ими этого преступления, а также очевидцы. Последние (наряду с пассажирами, следовавшими совместно с владельцем задержанных товаров или предметов, такими свидетелями могут быть водители транспортных средств, проводники железнодорожных вагонов, а также специалисты и понятые, присутствовавшие, например, при личном досмотре подконтрольного лица),

’ Напр., признаки, указывающие на подделку документов или недостоверность указанных в них сведений, нарушение целостности пломб, и т.д.

^ Характер такого рода нарушений в зависимости от конкретных обстоятельств может повлиять на наличие или отсутствие в действиях подконтрольного лица состава преступления, а также повлечь недопустимость доказательств по делу.

кроме того, должны быть обстоятельно допрошены о действиях инспекторов таможни (или других должностных лиц) и поведении лиц, при которых были обнаружены предметы контрабанды, как во время следования до места пересечения границы, так и при прохождении таможенного контроля и после выявления правонарушения.

?

В случае обнаружения бесхозных предметов контрабанды в транспортных средствах, используемых для международных перевозок пассажиров, водители, члены экипажа и другие работники транспорта, пассажиры, а также сопровождающие их лица’ должны быть допрошены не только об обстоятельствах обнаружения сокрытых товаров или предметов, но и об известных им обстоятельствах подготовки транспортного средства к поездке (плаванию, полету), посадки пассажиров, движения в пути до места обнаружения предметов контрабанды, о возможных исполнителях преступления и имеющих доступ к месту сокрытия лицах, о его доступности для пассажиров и других граждан, о находившихся рядом с этим местом или подходивших к нему лицах, с описанием их внешности, багажа и ручной клади, поведения, иных вызвавших подозрение у допрашиваемых лиц обстоятельствах. В данном случае целью допроса является установление владельца сокрытых от таможенного контроля вложений. Однако в ходе расследования следует помнить, что при неочевидной контрабанде каждый из этой группы свидетелей может быть причастен к ее совершению.

Это обстоятельство следует учитывать и при расследовании “бесхозной” контрабанды, обнаруженной в транспортных средствах, используемых для международной перевозки грузов. В данной ситуации перевозчик и экспедитор таких грузов помимо обстоятельств обнаружения контрабанды должны быть допрошены об обстоятельствах подготовки транспортного средства к отправке за рубеж, местах и времени отправления и получения грузов, погрузки,

’ Напр., экскурсоводы, менеджеры туристических компаний, руководители делегаций.

перегрузки, разгрузки, маршруте следования, а также об их отправителях и получателях, возможных исполнителях преступления, документах, имеющихся на груз и транспортное средства, изготовивших и выдавших эти документы лицах, а также лицах, имеющих доступ к транспортному средству, грузу и документам на них.

Об обстоятельствах подготовки к преступлению и обстоятельствах совершения контрабанды, планах, мотивах и целях таких действий могут быть допрошены родственники виновного (в том числе и близкие - при условии соблюдения положений ст. 51 Конституции), его соседи или коллеги. Кроме того, указанные свидетели должны быть допрошены и об обстоятельствах, характеризующих личность обвиняемого, подлежащих обязательному установлению по каждому уголовному делу.

Лица, приобретавшие у контрабандистов товары, как справедливо указывает Т.А. Диканова, должны допрашиваться о том, известны ли им другие покупатели, способы ввоза и каналы сбыта обвиняемым товаров, незаконно

ввезенных на территорию страны.’

При расследовании “экономической” контрабанды, сопряженной с недостоверным декларированием перемещаемых через таможенную границу грузов, в качестве свидетелей по делу с целью установления организаторов и исполнителей преступления должны быть допрошены руководитель и бухгалтер внешнеторгового предприятия, а также лицо, отвечающее за таможенное оформление или представители таможенного брокера. В ходе допросов этих лиц необходимо установить обстоятельства перемещения через границу контрабандного груза, оформления документов на этот груз, представления товаров и документов таможенному органу, сведения о производителе, отправителе и получателе, перевозчике груза, сведения о том, кто и каким образом определил заявленные при декларировании наименование,

Расследование контрабанды, с.126.

количество мест, страну происхождения, код ТН ВЭД, таможенную стоимость ^ и другие сведения о товарах. Однако и в данной ситуации не исключается

возможность участия в совершении преступления любого из допрашиваемых по делу лиц.

в случае использования для противоправного перемещения грузов через таможенную границу государства поддельных лицензий, сертификатов и специальных разрешений в качестве свидетелей по делу подлежат допросу представители учреждений, ответственных за их выдачу с предоставлением им в ходе допроса изъятых документов. При этом следует установить:

• порядок выдачи такого рода документов; • • выдавался ли в действительности предъявленный документ, когда, кем, кому и при каких обстоятельствах; • • правомерна ли его выдача; • • не внесены ли в данный документ исправления после его выдачи; • • какие документы были представлены для его получения и ^ соответствуют ли они предъявляемым к ним требованиям; • • обладает ли представленный документ необходимыми реквизитами или признаками, указывающими на его недействительность. • Таким образом допрос свидетелей позволяет восстановить запечатлевшиеся в их памяти обстоятельства подготовки, совершения и обнаружения контрабанды, иные данные. В виду важности этого способа собирания доказательств допрос свидетеля отнесен законодателем к категории неотложных следственных действий. Поэтому установление и допрос свидетелей по делам о контрабанде должны производиться незамедлительно после возбуждения уголовного дела, в том числе и таможенными органами. Однако эффективность данного способа собирания необходимых фактических данных может быть сведена на нет в результате встречающейся еще, к ^ сожалению, практики поверхностных допросов свидетелей безотносительно к

конкретному событию преступления, особенно по делам о контрабанде.

которую принято называть “бесхозной”. Как справедливо отмечают некоторые авторы, по этой причине в большинстве случаев такие преступления остаются нераскрытыми.’ Представляется, что выполнение изложенных выше рекомендаций, относящихся к предмету допроса свидетелей по делам о контрабанде, позволит избежать таких негативных последствий, послужит росту раскрываемости преступлений в сфере таможенного дела, повышению эффективности и качества расследования данной категории уголовных дел.

Не менее распространенным способом собирания доказательств по делам о контрабанде, являются, как указывают наши респоденты, такие следственные действия как допрос подозреваемого и допрос обвиняемого^, порядок производства которых предусмотрен ст. 123Д 50 - 152 УПК.

Указанные нормы уголовно-процессуального закона были неоднократно проанализированы авторами различных учебников, монографий и публикаций.^ Мы же в свою очередь остановимся на тех имеющих значение для дела обстоятельствах, которые могут быть установлены посредством ^ применения данного способа собирания доказательств при расследовании дел о

контрабанде, и на выяснение которых должна быть нацелена деятельность следователя или лица, производящего дознание. Эти фактические обстоятельства дела могут быть различными, а их содержание и характер во многом определяются той ситуацией, которая складывается в ходе допроса лица, привлекаемого к уголовной ответственности за совершение контрабанды.

’ См., напр.: Агаглуев С.Д. Координирующая роль прокурора при осуществлении надзора за производством дознания в таможенных органах и расследования уголовных дел о таможенных преступлениях // Вопросы организации дознания и расследования дел о нарушениях таможенных правил: Материалы конференции. (Таможня: история, теория, практика. Ростовский филиал РТА; Вып. 11) - Ростов-н/Д, 1997, с.25.

^ См. рис. 5.

^ См., напр.: Чистякова B.C. Допрос подозреваемого // Уголовный процесс/ Под общ. ред. П.А. Лупинской. - М., 1995, с.244; Дьяченко М.С. Допрос обвиняемого // Там же, с.278-280; Шумилин С.Ф. Процессуальный порядок и тактика допроса подозреваемых и обвиняемых // Руководство для следователей/ Под ред. Н.А. Селиванова, В.А. Снеткова, М., 1998, с.ЗЮ- 316; и др.

Мы выделяем три таких наиболее типичных, на наш взгляд, ситуации:

I. Бесконфликтная ситуация, при которой допрашиваемое лицо дает правдивые показания об обстоятельствах совершенного им преступления.

П. Конфликтная ситуация, при которой подозреваемый (обвиняемый) отказывается давать показания по делу.

ІІЇ. Смешанная ситуация, при которой допрашиваемое лицо дает показания по делу, но их содержание частично или полностью не соответствует фактическим обстоятельствам совершения преступления.

Данный способ собирания доказательств, с одной стороны, позволяет получить такие сведения об обстоятельствах расследуемого преступления, которые известны только совершившему его лицу. Но с другой стороны, дать показания по делу - это право подозреваемого и обвиняемого, средство защиты их интересов, что несомненно влияет на характер и содержание показаний этих субъектов уголовного процесса, как никто заинтересованных в его исходе. Поэтому, конечно, первая ситуация позволяет органам расследования с наименьшими затратами уголовно-процессуальных средств достичь целей доказывания. При таких благоприятных условиях, применяя тактические приемы, поощряющие подозреваемого или обвиняемого к даче показаний, после выяснения их личности и анкетных данных, разъяснения процессуальных прав, а также объявления подозреваемому, в совершении какого преступления он подозревается, или разъяснения обвиняемому сущности предъявленного обвинения у допрашиваемого лица необходимо выяснить:

• понятно ли подозреваемому, в совершении какого преступления он подозревается, ясны ли ему основания и мотивы задержания, а обвиняемому - сущность предъявленного обвинения в совершении контрабанды; • • как часто он пересекает российскую таможенную фаницу или перемещает через нее товары и иные предметы, известны ли ему правила ввоза и вывоза товаров и транспортных средств; • • привлекался ли он ранее к уголовной ответственности, в том числе по ст. 188 УК, а также к административной ответственности за нарушения таможенных правил; • • маршрут следования лица, транспортного средства или груза; • • фактические или планируемые время и место пересечения линии таможенной границы исполнителем преступления, контрабандными товарами, транспортными средствами, иными предметами; • • известные виновному обстоятельства обнаружения контрабанды (порядок таможенного контроля, включая подробное описание процесса декларирования, проверки заявленных в документах сведений, досмотра груза, транспортного средства, ручной клади, багажа, личного досмотра); • • обстоятельства приготовления к совершению контрабанды (в том числе обстоятельства, повлиявшие на выбор способа перемещения предмета преступления через таможенную границу, включая обстоятельства приобретения или изготовления поддельных документов, оборудования тайников или применения других способов сокрытия товаров от таможенного контроля); • • цели и мотивы, которыми руководствовался контрабандист при совершении противоправных действий; • • сведения о соучастниках, распределении ролей между ними, действиях каждого из них; • • сведения об иных лицах, которым могут быть известны обстоятельства совершения преступления или его подготовки; • • сведения о предметах и документах, имеющих значение для дела, в том числе о предметах контрабанды и орудиях преступления; • • сведения об источниках приобретения и каналах сбыта предметов контрабанды; • • иные данные в зависимости от конкретных обстоятельствах дела. • Какие из этих обстоятельств должны быть выяснены в ходе допроса подозреваемого (обвиняемого) в первую очередь, зависит от конкретной следственной ситуации, имеющихся версий, в распространенных случаях обнаружения предметов преступления в ходе таможенного контроля при контрабандистах наиболее целесообразным, на наш взгляд, является незамедлительный после возбуждения уголовного дела допрос подозреваемого дознавателем таможни. Эффект неожиданности и неподготовленность контрабандиста к противодействию расследованию, которые, как правило, имеют место непосредственно после задержания подозреваемого, должны быть использованы для выяснения прежде всего обстоятельств, характеризующих событие данного преступления: время, место и способ совершения контрабанды, а также факт ее выявления.

Если складывается ситуация, при которой подозреваемый или обвиняемый отказываются давать показания, полагаем, что следователь (лицо, производящее дознание) должен исходить из того, что он обязан обеспечить их право дать показания, но не вправе принуждать их к даче показаний. В этом случае следует воспользоваться тактическими приемами склонения подозреваемого (обвиняемого) к даче показаний, в том числе: обращение к положительным качествам личности допрашиваемого, разъяснение позитивных последствий признания вины, чистосердечного раскаяния и помощи органам расследования, предъявление допрашиваемому убедительных и бесспорных доказательств его вины в совершении контрабанды.

Указанные приемы могут быть использованы и в ситуации, когда подозреваемый (обвиняемый) дает ложные показания. На наш взгляд, в этом случае важно зафиксировать все ложные объяснения допрашиваемого в протоколе, по возможности полно и дословно. Затем следует вновь допросить его, указав на противоречия в его показаниях или их несоответствие имеющимся доказательствам, поставив в необходимость изменить показания.

Для достижения этой цели первый и последующие допросы такого лица ^ следует производить как можно более подробно.

Однако даже добившись признания и полных, правдивых показаний об обстоятельствах совершения контрабанды от подозреваемого или обвиняемого в этом преступлении, не следует их переоценивать, поскольку в соответствии со ст. 77 УПК признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения лишь при его подтверждении совокупностью имеющихся доказательств по делу.

Одним из важнейших способов получения этих доказательств является осмотр, включающий в себя осмотр места происшествия, осмотр местности и помещений, осмотр предметов и документов, освидетельствование, и представляющий собой следственное действие, “направленное на собирание доказательств без применения принуждения (исключением является освидетельствование - В.Б.), в основном путем наблюдения и отражения его результатов в соответствующем протоколе”’. ^ Производство осмотра места происшествия регламентируется ст. 178-

179, 182 УПК. Н.В. Лысак полагает, что задачами осмотра места происшествия по делам о контрабанде являются “фиксация обстановки, выяснение способа перемещения контрабанды, применяющихся для этого приспособлений, устройств, тайников, анализ всей совокупности фактических данных о характере события, его участниках, построение необходимых версий и принятие решения о дальнейшем расследовании, получение данных для организации оперативно-розыскных мероприятий и проведение следственных

действий”. Однако, на наш взгляд, первоочередными задачами осмотра места происшествия по данной категории уголовных дел, учитывая неотложный характер этого следственного действия, являются 1) получение от окружающей

’ Рыжаков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. - М, 1997,

С.65.

^ Лысак Н.В. Указ. соч., с.544.

обстановки и материальных объектов первичных сведений о обстоятельствах, характеризующих событие преступления и отчасти субъекта контрабанды, и 2) их фиксация.

#

Исходя из анализа правоприменительной практики, полагаем, что представляющиеся в результате производства осмотра места происшествия возможности по собиранию доказательств используются далеко еще не в полной мере. Это объясняется рядом причин, нуждающихся в устранении путем четкой организации деятельности таможенных и других правоохранительных органов по выявлению, пресечению и раскрытию преступлений, связанных с незаконным оборотом товаров и других предметов через границу, в том числе - организации взаимодействия между ними. Если еще при обнаружении таких предметов контрабанды, как оружие, боеприпасы, наркотические средства дознаватели таможенных органов, как правило, немедленно вызываются на место происшествия и производят его осмотр, то при выявлении контрабанды простых товаров или транспортных средств инспектора таможен часто ограничиваются составлением протокола о нарушении таможенных правил и, в лучшем случае, протоколов опроса свидетелей и правонарушителей в рамках административного производства, самостоятельно и порою непрофессионально изымают предметы преступления, другие предметы и документы, имеющие значение вещественных доказательств, не составляя протокола осмотра места происшествия. В свою очередь дознаватель или следователь узнают о совершенном преступлении спустя несколько дней, когда производство осмотра места происшествия становится невозможным или лишается смысла. Все это приводит к тому, что, во-первых, осмотр места происшествия как способ собирания доказательств теряет свой неотложный характер, которым наделил его закон, предусмотрев его как единственно возможное следственное действие, производство которого допускается до возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 178 УПК), и, во-вторых, ряд важных доказательств может быть утрачен. Практика прокурорского

надзора показывает, что одним из самых распространенных нарушений требований ст. 119 УПК о полноте и своевременности проведения неотложных следственных действий, допущенных таможенными органами дознания, являются непроизводство или несвоевременное производство осмотра места происшествия.’

Как уже отмечалось выше, местом совершения контрабанды является определенный участок таможенной границы государства, который и подлежит осмотру в качестве места происшествия по данной категории дел при наличии следующих, как нам представляется, условий:

1) такой участок границы является конкретно определенным местом; 2) 3) на этом месте могли сохраниться или могут быть обнаружены следы преступления, либо в результате его осмотра могут быть установлены фактические данные, указывающие на обстоятельства совершения или возможность совершения здесь контрабанды. 4) В отсутствие хотя бы одного из этих условий производство такого следственного действия нецелесообразно, в ходе осмотра являющегося местом совершения контрабанды участка таможенной границы, совпадающей с государственной границей, необходимо, на наш взгляд, выявить и зафиксировать в установленном процессуальном порядке следующие обстоятельства:

?

• погодные условия, освещение, при которых производился осмотр; • • расположение данного участка таможенной границы на местности (относительно населенных пунктов, дорог, пограничных застав и переходов, таможенных постов, геодезических знаков на местности, линий электропередач и т.д.), его административно- территориальная принадлежность, и периметр; • ‘ Горюнов С.А. Организация прокурорского надзора за исполнением действующего законодательства в Московском транспортном регионе // Вопросы организации дознания и расследования дел о нарушениях таможенных правил: Материалы конференции. (Таможня: история, теория, практика. Ростовский филиал РТА; Вып. И) - Ростов-н/Д, 1997, с.42.

• расположение относительно ориентиров на местности и относительно друг друга обнаруженных следов преступления (например, следов обуви или транспортных средств на пограничной контрольной полосе, проезжей части или обочине дороги), предметов, описание их видовых, родовых и отличительных признаков; • • способы, позволившие выявить обнаруженные следы преступления или другие предметы (в том числе порядок и результаты применения специальных технических и других средств); • • способы их фиксации (например, фотографирование с масштабной линейкой, изготовление слепков следов обуви или транспортных средств), изъятия, описание упаковки; • • наличие или отсутствие объективных условий, указывающих на возможность перемещения предметов контрабанды через границу на данном ее участке и их описание (например, повреждение проволочного ограждения, наличие троп или проселочных дорог, пересекающих линию границы, минуя пограничные пункты пропуска и таможенные посты), а также условий, способствовавших совершению преступления. • Осмотр такого места происшествия, как нам представляется, полезно производить не только непосредственно после выявления контрабанды, но и в ходе ее расследования с участием подозреваемого (обвиняемого), если тот указывает на место совершения преступления.

Кроме того, полагаем, что эффективность такого осмотра будет гораздо выше, если для участия в нем привлечь в качестве специалистов военнослужащих Федеральной пограничной службы, которым хорошо знакома осматриваемая местность, и которые могут обратить внимание производящего осмотр лица на изменения окружающей обстановки, а в необходимых случаях - и кинолога со специально обученной собакой.

Необходимость участия в осмотре других специалистов определяется рядом факторов. Как отмечает Т.А. Диканова, “к участию в осмотре места происшествия, отдельных предметов и документов по делам о контрабанде целесообразно привлекать специалистов в зависимости от предмета и способов контрабанды и ее сокрытия: товароведов, искусствоведов, ювелиров, банковских служащих, работников таможенных органов и т.д.”’. Она же совершено верно указывает и на необходимость привлечения специалистов из числа инженеров транспорта при осмотре морских, речных и воздушных судов, железнодорожных вагонов, автотранспортных средств, которые могли бы указать возможные места сокрытия контрабанды, обусловленные конструктивными особенностями используемых для международных перевозок грузов и пассажиров транспортных средств, оказать необходимую техническую, консультационную и иную помощь.^

Самым распространенным местом происшествия по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, являются зоны таможенного контроля, как правило, расположенные в непосредственной близости от российской таможенной границы, где в большинстве случаев происходит обнаружение предметов данного преступления в ходе таможенного контроля ввозимых или вывозимых из страны товаров, транспортных средств и иных предметов, т.е. места обнаружения контрабанды или попыток ее совершения. Если при осмотре места происшествия - участка таможенной границы основным объектом осмотра являются сохранившиеся на местности следы преступления, то при осмотре места обнаружения контрабанды первостепенным объектом осмотра становятся сами предметы контрабанды, а также используемые для их перевозки транспортные средства и места сокрытия. Поэтому в ходе осмотра такого места происшествия необходимо установить и зафиксировать процессуальными и криминалистическими средствами следующие фактические данные:

Расследование контрабанды, с.92-93. Там же.

142

• погодные условия, освещение при производстве осмотра; • • расположение места обнаружения контрабанды относительно ориентиров на местности и его административно-территориальная принадлежность; • • вид, количество, описание внешнего вида и состояния, иные количественные и качественные признаки предмета контрабанды, его индивидуальные особенности;’ • • расположение предметов контрабанды на месте осмотра относительно ориентиров на местности, других предметов и друг друга; • • наличие на предметах контрабанды следов рук, обуви, инструментов, транспортных средств, микрочастиц, волокон и т.д., их локализация, описание их размера, формы, состояния и других признаков, способы фиксации, изъятия; • • расположение и описание транспортного средства, используемого для перевозки предмета контрабанды, в том числе марка, регистрационный и идентификационный номера, имеющиеся приспособления, технические повреждения и т.д.;^ • • расположение и описание места сокрытия предмета контрабанды, в том числе багажа, ручной клади, предметов одежды, полостей транспортных средств и т.д.; • • наличие внутри и снаружи места сокрытия предметов контрабанды иных предметов, следов рук, обуви, инструментов, транспортных средств, • ‘ При невозможности определить вид предмета преступления в ходе осмотра места происшествия необходимо ограничиться как можно более подробным его описанием.

^ Подробнее о тактике осмотра автотранспортных средств см.: Михайлов А.В. К вопросу о тактике следственного осмотра автотранспортных средств при производстве дознания таможенными органами // Исследование проблем таможенного дела: Сборник научных трудов адъюнктов и соискателей РТА. Вып. I. - М.,1998, с.474-484; о тактике осмотра железнодорожного транпорта см.: Михайлов А.В. Некоторые аспекты тактики следственного осмотра грузовых железнодорожных вагонов органами дознания ГТК // Роль таможенной службы в условиях переходного периода: Тезисы докладов международной научно- практической конференции, 18-19 марта 1999 г. - СПб, 1999, с.174-176.

143

микрочастиц, волокон и т.д., их локализация, описание их размера, формы, состояния и других признаков, способы фиксации и изъятия;

• последовательность действий следователя (дознавателя), специалиста и иных принимающих участие в осмотре лиц, в результате которых стало доступным место обнаружения предметов контрабанды, включая порядок и результаты применения технических средств, специальных тестов и т.д.; • • наличие или отсутствие при предметах контрабанды документов на них, их перечень и описание; • • место обнаружения и описание других предметов и следов преступления, описание способов их фиксации, изъятия; • • описание упаковки изъятых объектов и способов опечатывания. • Поскольку под местом происшествия принято понимать “фрагмент

пространства, в пределах которого произошло какое-либо юридически и криминалистически значимое событие”’, то наряду с местом совершения преступления или местом его обнаружения в качестве места происшествия по делам о контрабанде могут быть осмотрены места задержания транспортных средств с контрабандными товарами, проникнувших в глубь таможенной территории Российской Федерации, выявленные места хранения товаров и иных предметов, ввезенных на таможенную территорию страны контрабандным путем, или приготовленных к их контрабандному вывозу за границу, а также использованных или предназначенных для использования в этих целях транспортных средств, тайников, различных приспособлений, оружия и т.д. Однако и в этих случаях при производстве осмотра необходимо стремиться к достижению указанных выше целей.

Предметы и документы, которые не были детально и полно осмотрены и описаны в протоколе при их обнаружении и изъятии в ходе осмотра места

’ Следственные действия. Криминалистические рекомендации. Типовые образцы документов/ Под ред. В. А. Образцова. - М., 1999, с. 190.

происшествия либо другого следственного или иного процессуального действия, направленного на собирание и проверку доказательств, подлежат осмотру по месту производства предварительного следствия (дознания) либо по месту их хранения с составлением протокола осмотра предметов, документов. Такой осмотр также необходим, на наш взгляд, и в тех случаях, когда при изъятии предмета осмотра не были еще достоверно известны его предназначение, либо отсутствовали технические средства или специалист, без которых существенные признаки изъятых предметов и документов не могли быть обнаружены и зафиксированы.

При осмотре предметов, в зависимости от того, являются ли они предметами контрабанды, тайниками или приспособлениями (устройствами), предназначенными для ее сокрытия, или иными материальными носителями информации об обстоятельствах совершения данного преступления и его исполнителе, необходимо обратить внимание на те их соответствующие свойства и признаки, которые уже указаны выше.

При осмотре документов в протоколе следует зафиксировать:

• способ и состояние упаковки документа до начала осмотра; • • вид, материал, фактура, форма, размеры, цвет, состояние и другие признаки носителя документа; • • способ фиксации информации на носителе документа (типографский, машинописный, рукописный и т.д.), особенности шрифта или почерка (в том числе размер, вид и цвет красителя и др.); • • язык документа (русский, иностранный, и какой именно); • • содержание документа или его частей, имеющих значение для дела; • • наличие или отсутствие необходимых для данного вида документов реквизитов’ и их описание; • Напр., оттисков печатей и штампов, подписей, регистрационных номеров и т.д.

• наличие на документе повреждений, исправлений, линий сгиба, следов подчисток, подтирок, травлений, и т.д., их описание; • • последовательность действий следователя (дознавателя), специалиста, порядок и результаты применения технических и других специальных средств, в результате которых обнаружились имеющие значение для дела признаки документа и иные обстоятельства; • • иные сведения, имеющие значение для дела. • Чаще всего такими объектами осмотра по делам о контрабанде являются индивидуальные и грузовые таможенные декларации, товаросопроводительные и разрешительные документы, различные лицензии и сертификаты, а также документы на транспортные средства и др. Широкий перечень таких документов предложен Т.А. Дикановой и содержится в практическом пособии по расследованию контрабанды, изданном под ее руководством.’ Осматриваемые документы (равно как и предметы) признаются вещественными доказательствами по делу.

Особое значение данный способ собирания доказательств приобретает при расследовании контрабанды, сопряженной с недекларированием или недостоверным декларированием, и контрабанды, совершенной с обманным использованием документов и средств таможенной идентификации. В этих случаях установление обстоятельств, образующих предмет доказывания по таким делам, без осмотра соответствующих документов становится, на наш взгляд, невозможным.

Особой разновидностью осмотра является освидетельствование, заключающееся в осмотре тела живого человека с целью обнаружения на нем следов преступления или особых примет (ст. 181 УПК), производство которого, в отличие от указанных выше видов осмотра, осуществляется на основании мотивированного постановления следователя (органа дознания).

’ Расследование контрабанды, с.99-111.

Изучая уголовные дела о контрабанде, составившие эмпирическую базу нашего исследования, мы не встретили случаев применения работниками следствия и дознания данного способа собирания доказательств, что нисколько, по нашему мнению, не умаляет его достоинств. Тем более, что в ряде случаев отдельные доказательства могут быть получены только данным способом, не говоря уже о возможности обнаружения дополнительных фактических данных.’

На наш взгляд, применение освидетельствования в доказывании по делам о контрабанде будет целесообразным и эффективным в следующих ситуациях:

• освидетельствование задержанного по подозрению в совершении контрабанды наркотических средств с целью обнаружения; а) следов употребления наркотических средств (например, следов внутривенных инъекций); б) следов наркотических средств на коже, волосах, под ногтями; • • освидетельствование задержанного по подозрению в совершении контрабанды оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ с целью обнаружения на коже, прежде всего - на поверхностях ладоней, под ногтями следов пороха, других взрывчатых веществ, оружейной смазки и т.д.; • • освидетельствование ранее скрывшегося с места происшествия лица с целью обнаружения на его теле особых примет, по которым оно может быть идентифицировано как скрывшееся лицо, если эти приметы были известны до его задержания из показаний свидетелей, соучастников и т.д.. • Возможны и другие случаи, когда производство освидетельствования при расследовании контрабанды становится необходимым. Например, для обнаружения и изъятия с поверхностей ладоней задержанного следов краски, использовавшейся для закрашивания с целью маскировки места сокрытия предметов контрабанды, а также различных волокон, микрочастиц или других

’ Так Н.В. Лысак приводит пример установления личности контрабандистки, перевозившей через границу наркотическое средство - маковую соломку, отказывавшейся от багажа, по обнаруженным в результате освидетельствования у нее под ногтями частицам маковой соломки, идентичность которых с контрабандным грузом была установлена заключением экспертизы (Лысак Н.В. Указ. соч., с.546).

147

следов преступления. Кроме того, по делам о контрабанде могут быть ^ освидетельствованы в случае необходимости не только подозреваемый и

обвиняемый, но и свидетели. Ход и результаты освидетельствования должны быть подробно описаны в протоколе этого следственного действия.

Нам представляется важным отметить тот факт, что объектом осмотра при производстве освидетельствования может быть только тело человека. Поэтому осмотр одежды о свидетельствуемого контрабандиста с целью обнаружения на ней следов преступления должен производиться как самостоятельное следственное действие (личный обыск, осмотр предметов), а ее изъятие может произведено в ходе выемки или обыска.

До приведения уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Конституцией РФ согласно ст. 168 УПК обыск производится на основании мотивированного постановления следователя (органа дознания), санкционированного прокурором.’ По сути своей обыск заключается в принудительном отыскании и изъятии имеющих значение для дела предметов ^ и документов.

Специфика производства данного следственного действия в практике собирания доказательств по делам о контрабанде определяется характерными для данной категории уголовных дел предметами и объектами обыска. На наш взгляд, применение данного способа собирания доказательств по делам о контрабанде будет оправданным и результативным в следующих случаях:

• личный обыск подозреваемого с целью обнаружения на теле и одежде предметов контрабанды, документов и других следов преступления, а также их изъятия (тем более, если не производился его личный досмотр в ходе таможенного контроля); • • обыск по месту жительства подозреваемого (обвиняемого), в ^ принадлежащих ему или находящихся в его пользовании жилых и нежилых • За исключением случаев, не терпящих отлагательства {ч. 3 ст. 168 УПК).

помещениях, a также - транспортных средств с целью обнаружения и изъятия предметов контрабанды, однородных с ними предметов (особенно по делам о контрабанде наркотических средств, психотропных, сильнодействующих и ядовитых веществ, оружия, боеприпасов), их упаковки, приспособлений для их хранения и транспортировки, в том числе через границу с сокрытием от таможенного контроля, документов и орудий для их подделки, записей, других следов преступления;

• обыск в административных и производственных помещениях субъектов внешнеэкономической деятельности, являющихся отправителями, получателями, перевозчиками контрабандных грузов, а также таможенных брокеров, принимавших участие в их таможенном оформлении, с целью обнаружения и изъятия внешнеторговых контрактов, предметом которых являются обозначенные грузы и условия расчетов, грузовых таможенных деклараций, путевых листов, товаросопроводительных, бухгалтерских, складских и других документов, орудий их подделки, печатей и штампов, предметов, однородных с предметами контрабанды, приспособлений для сокрытия от таможенного контроля перемещаемых через границу предметов, других следов преступления.

Конкретная следственная ситуация может подсказать и другие места производства обыска по делам о контрабанде. Например - служебный кабинет должностного лица, оказывавшего содействие контрабандистам. Кроме того, обыск может быть произведен и в целях обнаружения разыскиваемых за совершение контрабанды лиц. Наряду с перечисленными выше предметами и документами подлежат изъятию в ходе обыска предметы и ценности, добытые преступным путем, предметы и документы, запрещенные к обращению.

Интересующие следствие (дознание) предметы и документы могут быть изъяты и в ходе выемки (ст. 167 УПК), если точно известно, где и у кого они находятся и что именно подлежит изъятию.’

Ранее мы отметили широкое распространение в практике доказывания по делам о контрабанде заключений экспертов и указали, какие виды экспертиз назначаются при расследовании данной категории преступлений. Примечательно, что и 87 % наших респондентов назвали назначение экспертизы в числе самых распространенных способов собирания доказательств по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК. Сущность данного способа собирания доказательств заключается в постановке перед экспертом интересующих следователя вопросов, требующих специальных познаний для своего разрешения, и представлении эксперту необходимых для дачи заключения по этим вопросам материалов.

Так при наличии оснований для назначения товароведческой экспертизы перед экспертом надлежит поставить, на наш взгляд, следующие вопросы:

• Какова рыночная стоимость предметов контрабанды^, транспортных средств или подлежащего конфискации имущества? • • Соответствуют ли представленные товары предусмотренным для них стандартам и техническим условиям, пригодны ли они для реализации? • • Каковы их сроки годности, хранения и реализации? • • Каково их место производства или место происхождения? • Выяснение последнего обстоятельства может указать на источники

контрабанды, место приготовления к совершению данного преступления.

’ См. также: Девяткина Е.Л. Производство обыска и выемки органами дознания ГТК России. Дис…. канд. юрид. наук. - М., 1999.

^ Особо важное значение выяснение данного обстоятельства имеет при расследовании контрабанды, предусмотренной ч. 1 ст. 188 УК, которая предусматривает крупный размер стоимости предметов преступления в качестве квалифицирующего признака.

Кроме того, в отдельных случаях товароведческая экспертиза может помочь и в установлении точного наименования и назначения отдельных видов товаров, если это не может быть установлено при их визуальном осмотре или из имеющихся документов, либо имеются сомнения в достоверности представленных таможенному органу сведений о наименовании товаров, а также норму выхода товара в режиме переработки. По мнению Т.А. Дикановой, эксперт-товаровед, кроме того, должен определить код ТН ВЭД оцениваемых товаров.’ Полагаем, что для получения компетентного заключения по этому вопросу не требуется проведения товароведческой экспертизы, поскольку в соответствии со ст. 217 ТК только таможенные органы классифицируют товары, т.е. относят конкретные товары к позициям, указанным в ТН ВЭД, и только их решения о классификации товаров являются обязательными, в то время как решения других органов и учреждений по этому вопросу не используются в таможенных целях. Поэтому считаем, что для достоверного определения кода ТН ВЭД предметов контрабанды следует обратиться именно в таможенные органы, в которых имеются соответствующие подразделения.

При расследовании контрабанды наркотических средств, психотропных, сильнодействующих, ядовитых и отравляющих веществ представляется обязательным назначение криминалистической экспертизы таких веществ. При этом перед экспертом должны быть поставлены вопросы о том:

• Является ли представленное вещество наркотическим средством (психотропным, сильнодействующим, ядовитым или отравляющим вещесівсм)? • • Если да, то к какому виду наркотических средств (психотропных, сильнодействующих, ядовитых или отравляющих веществ) оно относится? • Расследование контрабанды, с. И 8.

• Каково количество (чистый вес) наркотического средства (психотропного, сильнодействующего, ядовитого или отравляющего вещества) в представленном веществе?’ • • Каковы место производства (произрастания) представленного вещества и способ его изготовления? • В случае контрабанды взрывчатых веществ или взрывных устройств, необходимым условием всестороннего, полного и объективного исследования материалов дела является назначение взрывотехнической экспертизы. В данной ситуации представляется необходимым на разрешение экперта- взрывотехника поставить следующие вопросы:

• Является ли представленное вещество (предмет, устройство) взрывчатым веществом (взрывным устройством)? • • Если да, то к какому виду взрывчатых веществ (взрывных устройств) оно относится, и каковы его характеристики? • • Пригодно ли оно для производства взрыва? • • Где и каким способом оно изготовлено? • Собирание доказательств по делам о контрабанде оружия предполагает, по нащему мнению, обязательное назначение судебно-баллистической экспертизы. Полагаем, для этого эксперту должны быть заданы следующие вопросы:

• Является ли представленный предмет огнестрельным оружием? • • Если да, то к какому виду и образцу огнестрельного оружия он относится» и каков его калибр? • • Кустарным или промышленным способом и где оно изготовлено? • • Пригодно ли оно для производства выстрелов? • ‘ в случае необходимости следует выяснить и другие интересующие органы расследования количественные и качественные характеристики такого рода предметов контрабанды.

^ Напр., кустарный или промышленный способ изготовления.

152

• Производились ли из него выстрелы после последней чистки канала ствола и когда именно? • Соответственно при обнаружении контрабанды боеприпасов к огнестрельному оружию путем экспертного исследования необходимо определить:

• Являются ли данные объекты боеприпасами к огнестрельному оружию? • • Если да, то к какому виду и образцу боеприпасов они относятся? • • Пригодны ли они для производства выстрелов и из какого оружия? • • Каков их калибр?’ • • Кустарным или промышленным способом и где они изготовлены? • Необходимым, на наш взгляд, способом собирания доказательств по

делам о контрабанде, совершенной с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации, является назначение криминалистической экспертизы документов с целью получения ответов на следующие вопросы:

• Каким способом выполнены бланк и текст документа? • • Не подвергался ли документ каким-либо изменениям? • • Что выполнено раньше, текст (подпись) или оттиск печати (штампа)? • • Каким образом нанесены на документ изображения оттисков печати (штампа), и не выполнены ли они определенной печатью (штампом)? • • Не выполнен ли машинописный текст документа на определенной пишущей машинке? • Одновременно с криминалистической экспертизой документа или самостоятельно при наличии необходимости исследования рукописного текста следует назначить по делу и почерковед чес кую экспертизу. Полагаем, в этом случае требуется получить ответ эксперта на вопрос о том, выполнен ли

’ В случае необходимости можно поставить вопросы и о других характеристиках боеприпасов, напр., о наличии на них насечек от одновременно обнаруженного оружия.

рукописный текст (подпись) в представленном на экспертизу документе (отдельной графе или части документа) определенным лицом.

Кроме того, всякий раз, как по делам о контрабанде будут обнаружены отпечатки пальцев или ладоневых поверхностей человека, независимо от того, установлено ли на момент обнаружения таких следов подозреваемое лицо или имеет место так называемая “бесхозная” контрабанда обязательно, на наш взгляд, следует назначать дактилоскопическую экспертизу. Для этого в ходе осмотра следует принять все необходимые меры к обнаружению следов рук на поверхностях предметов контрабанды, их упаковке (особенно на упаковке наркотических средств, психотропных, сильнодействующих, ядовитых и отравляющих веществ), используемых для перемещения предметов преступления через границу транспортных средств, чемоданов, футляров, аппаратуре и т.д. В случае же обнаружения таких следов перед экспертом необходимо поставить следующие вопросы:

• Пригодны ли для идентификации личности представленные на 0 экспертизу следы рук (пальцев, ладоней)?

• Если да, то не оставлены ли они определенным лицом?’ • Если же в ходе осмотра места происшествия, транспортного средства, предметов и документов были обнаружены следы обуви, одежды, перчаток, инструментов и других орудий, то дополнительные доказательства об обстоятельствах совершения контрабанды можно получить, назначив трасологическую экспертизу. Для этого, представив эксперту либо сам предмет - носитель следа, либо его слепок, копию, необходимо получить от него заключение по следующим вопросам:

• Каким предметом оставлен представленный на экспертизу след?^ • ‘ В последующем следы рук необходимо проверить по соответствующим учетам МВД РФ.

^ в зависимости от характера следа экспертом могут быть установлены и отдельные характеристики предмета, отобразившегося в исследуемом следе, напр., пол человека, рост, размер его ноги - по следу обуви.

• Какова давность и механизм образования следа? • • Не оставлен ли данный след представленным предметом (орудием)? • В процессе расследования контрабанды, например, при осмотре места ее совершения или места обнаружения предметов преступления могут быть обнаружены следы биологического происхождения (волосы, ногти, кровь, слюна и т.д.), которые являются убедительным доказательством нахождения в месте их обнаружения определенных лиц. Полагаем, что в данной ситуации эффективным способом собирания доказательств по такому делу может стать назначение судебно-биологической экспертизы. Представив эксперту для исследования объекты биологргческого происхождения, можно в частности получить компетентное заключение по следующим вопросам:

• Является ли представленный на экспертизу предмет (вещество) волосом (слюной, кровью и т.д.) человека? • • Если да, то какова его групповая принадлежность? • • Какими характеристиками обладает лицо, которому принадлежит этот волос (вещество), и не принадлежит ли он (оно) определенному лицу? • В соответствии с п. 1 ст. 79 УПК необходимым способом собирания доказательств по делам о контрабанде, совершенной с применением физического насилия к лицу, осуществляющему таможенный контроль (п. “в” ч. 3 ст. 188 УК), является назначение судебно-медицинской экспертизы в отношении должностного лица таможенного органа, ставшего объектом такого насилия. В данном случае находим рациональным для достижения целей доказывания поставить на разрешение эксперта такие вопросы:

• Какие телесные повреждения имеются на теле гражданина? • • Каковы их характер, локализация, степень тяжести, механизм и давность образования? • • Могли ли данные телесные повреждения образоваться при определенных обстоятельствах?’

Кроме того, назначение судебно-медицинской экспертизы может стать необходимым и в других ситуациях, например, для определения наличия на теле контрабандиста следов внутривенного употребления наркотических средств (а также механизма и давности их образования), если производства освидетельствования для достижения этих целей будет недостаточно.

В виду ограниченного объема настоящего исследования и многообразия судебных экспертиз, применяемых в доказывании по делам о контрабанде, невозможно рассмотреть здесь все аспекты их подготовки и назначения. Тем не менее полагаем важным обратить внимание еще на такое обстоятельство как упаковка представляемых эксперту материалов. По нашему мнению, все предметы контрабанды и орудия преступления (за исключением громоздких), а также документы, должны направляться на экспертизу в тщательно упакованном и опечатанном виде и снабжаться пояснительными записками. При этом упаковка, способ опечатывания следователем объектов экспертного исследования должны быть подробно описаны в той части постановления о назначении экспертизы, в которой перечисляются представляемые эксперту предметы и документы. Там же следует отразить отличительные признаки таких объектов, например, имеющиеся буквенные и цифровые обозначения маркировки и т.д. Выполнение этих условий позволяет, на нащ взгляд, во- первых, обеспечить сохранность вещественных доказательств и следов преступления, во-вторых, обеспечить выполнение правил техники безопасности (что относится прежде всего к предметам контрабанды, представляющим повышенную опасность), в-третьих, исключить возможность подмены и фальсификации доказательств, и, в-четвертых, гарантировать

’ Полагаем, что для получения ответа на этот вопрос в описательной части постановления о назначении экспертизы необходимо указать обстоятельства, при которых, по материалам расследования, могли быть причинены данные телесные повреждения обследуемому лицу.

наибольшую достоверность полученных результатов. Кроме того, в случае необходимости эксперту следует предоставить и отдельные материалы уголовного дела, например, протокол осмотра места происшествия, в котором зафиксированы обстоятельства обнаружения взрывного устройства, показания отдельных лиц и т.д.

Для проведения некоторых экспертиз, в частности - судебно- биологической, почерковедческой, технико-криминалистической экспертизы документов, наряду с объектами исследования эксперту должны быть предоставлены свободные и экспериментальные образцы для сравнительного исследования, в отношении которых, на наш взгляд, также должны выполняться указанные выше условия упаковки представляемых на исследование материалов.

Свободные сравнительные образцы могут быть изъяты в ходе осмотра, места происшествия, обыска или выемки, а экспериментальные образцы - в порядке ст. 186 УПК, регламентирующей порядок производства такого следственного действия, как получение образцов для сравнительного исследования. Исходя из изложенного выше и анализа практики расследования дел о контрабанде, можно заключить, что данное следственное действие следует производить с целью получения таких образцом для сравнительного исследования, как:

• образцы оттисков таможенных печатей, штампов и пломбираторов; • • образцы оттисков печатей и штампов отправителей, получателей, перевозчиков контрабандных грузов, и принимавших участие в их таможенном оформлении таможенных брокеров; • • образцы почерка и подписей лица, подозреваемого в выполнении отдельных рукописных записей и подписей, и лица, от имени которого выполнены нуждающиеся в исследовании записи и подписи; • • отпечатки пальцев и поверхностей ладоней; • • образцы волос, ногтей и т.д. • Новые доказательства могут быть получены дознавателем или следователем и в результате проведения таких следственных действий, как очная ставка, предъявление для опознания, следственный эксперимент. Однако перечисленные следственные действия направлены прежде всего на достижение целей проверки и уточнения уже имеющихся в деле фактических данных, что позволяет нам рассмотреть специфику производства этих следственных действий по делам о контрабанде при исследовании уже следующего этапа процесса доказывания - проверки доказательств.

В соответствии с уголовно-процессуальным законом, собирание доказательств по уголовному делу не исчерпывается производством следственных действий. Поэтому и по делам о контрабанде доказательства могут быть истребованы следователем у предприятий, учреждений, организаций должностных лиц и граждан, либо представлены последними или участниками процесса по своей инициативе (ст. 70 УПК). При этом, на наш взгляд, такие способы собирания доказательств следует использовать с целью получения фактических данных справочного характера, которые в случае необходимости могут быть продублированы. Для изъятия же предметов и документов, имеющих значение вещественных доказательств по делу, следует все же прибегнуть к производству одного из следственных действий, которые гарантируют максимальную достоверность полученных доказательств и результатов. Поэтому полагаем, что истребование предметов и документов как способ собирания доказательств по делам о контрабанде целесообразнее использовать в следующих ситуациях, если отсутствует опасность уничтожения или изменения фактических данных:

• истребование в таможенных органах сведений о таможенном оформлении интересующих органы расследования товаров и транспортных средств, а также о пересечении ими таможенной границы; • • истребование в компетентных органах сведений о получении сертификатов и лицензий субъектами внешнеэкономической деятельности;

• • истребование в органах, ответственных за выдачу специальных разрешений на ввоз в страну и вывоз за рубеж отдельных видов товаров и иных предметов, сведений о получении таких разрешений отдельными физическими и юридическими лицами; • • истребование в банковских учреждениях сведений о расчетах по отдельным внешнеторговым контрактам, оформлении паспортов сделок; • • истребование в информационных центрах органов Министерства внутренних дел сведений о судимостях подозреваемого (обвиняемого); • • истребование в медицинских учреждениях справок о наличии у подозреваемого (обвиняемого) психического заболевания, алкогольной или наркотической зависимости; • • истребование характеристик по месту жительства и работы лица, привлекаемого к уголовной ответственности за контрабанду. • #

Действующее уголовно-процессуальное законодательство не допускает возможности использования непроцессуальных способов собирания доказательств. Между тем в последние годы, как указывалось выше, многие авторы обращаются к теме использования в уголовно- процессуальном доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. Исходя из содержания норм УПК и закона “Об оперативно-розыскной деятельности”, мы пришли к выводу, что отдельные ее данные могут быть использованы в доказывании по уголовному делу только после того, как они будут получены в результате одного из процессуальных способов собирания доказательств. Помимо этого, оперативные данные могут быть использованы для выявления: 1) лиц, совершивших преступление (особенно по делам о “бесхозной” контрабанде); 2) лиц, осведомленных в той или иной мере об обстоятельствах совершения контрабанды; 3) мест укрытия предметов контрабанды и орудий преступления. Так установленные в результате оперативно-розыскных мероприятий лица, совершившие контрабанду, могут быть вызваны и допрошены следователем. На основании оперативной информации о месте

нахождения скрываемых товаров, ввезенных на таможенную территорию страны контрабандным способом, и при наличии других законных оснований, там может быть произведен обыск, а предметы контрабанды изъяты, осмотрены и признаны вещественными доказательствами по делу. Однако эти возможности использования оперативных данных, на наш взгляд, еще не дают оснований присваивать оперативно-розыскной деятельности статус “системы добывания и собирания уголовно-процессуальных доказательств”’, и тем более “рассуждать о реальном тождестве отдельных результатов оперативно- розыскной деятельности и уголовно-процессуальных доказательств” , а лишь указывает на важное прикладное значение этого вида непроцессуальной деятельности для установления обстоятельств соверщения преступления.

Выше, исследуя пределы доказывания по делам о контрабанде, мы уже говорили о необходимости включения в совокупность доказательств по данной категории уголовных дел фактических данных полученных за рубежом, что продиктовано интернациональным характером преступности, связанной с противоправным ввозом в страну или вывозом из нее тех или иных предметов преступления. Между тем действующий уголовно-процессуальный закон, допуская возможность сношения судов, прокуроров, следователей и органов дознания с соответствующими учреждениями иностранных государств, не содержит норм, регламентирующих порядок собирания доказательств за пределами Российской Федерации. Сотрудничество российских и зарубежных следственных органов осуществляется на основании международных конвенций, международных договоров о правовой помощи по уголовным делам, межправительственных соглашений, а при их отсутствии - на началах доброй воли и взаимности. Собирание доказательств на территории иностранных государств осуществляется по поручению российской стороны

’ Зникни В.К. Использование оперативно-розыскной информации в уголовно- процессуальном доказывании: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Томск, 1998, с.6.

^ Там же, С.13.

национальными правоохранительными органами того государства и в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством того государства, где производится следственное действие, в соответствии со ст. 5 Минской конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам’ учреждения юстиции государств СНГ, к компетенции которых относятся уголовные дела, сносятся друг с другом через свои центральные органы, кроме случаев исполнения следственных поручений, затрагивающих права граждан и требующих санкций прокурора, когда такие сношения осуществляются только через генеральных прокуроров. По этому принципу строится и большинство договоров РФ о правовой помощи по уголовным делам с иностранными государствами^. Наряду с порядком сношений международные договора определяют требования к следственному поручению, и другие дополнительные условия для его исполнения. Несомненно, что такой порядок сношений правоохранительных органов через генерального прокурора или свои центральные органы затягивает процесс собирания доказательств, заставляет следователей продлевать сроки расследования уголовных дел в ожидании исполнения международных следственных поручений, в этой связи нам представляется позитивным решение этой проблемы в договоре о правовой помощи с Монголией, согласно которому по всем вопросам, за исключением исполнения решений и выдачи, возникающим на территории приграничных субъектов Российской Федерации и аймаков Монголии, их учреждения могут сноситься друг с другом непосредственно.^

янв^ 1993 г. // Организация и псрядіж угаловнсюэ судогроизвоцства; Сйсршк гфавовых акте®. - М., 1998, с.722- 735.

^ Перечень пхуЕ^хлв, с KOTOffoMH РФ имеет такие floroBq*.i солфжигся в Пиаліе ГТК РФ от 19 мая 1995 г. № 01-13/843 нот 16 шуст 1995 г. № 06-1(У11658 “О договорах о праювой помощи по гражаанским, семейным и >TOjroBHbM^JiaM,raarcKC«i«:«BeH№H 1961 года”.

^ Джюср между Союзом Ссветских Социалистических Рестіублик и Монгальоюй Ь^родаой Респ>6лшюй о взаимная оказании правсвсй пшощи по гражданским, семейным и угалсжньм делам от 23 сешяфя 1988 г. // Вешсмосш Съезда нфодньк депутатов СССР и BepxoBwxo Совета СССР, 1991, № 2, ст. 56.

*

Положительным примером международного сотрудничества российских следственных органов с правоохранительными службами иностранных государств на началах взаимности и доброй воли в условиях отсутствия международных соглашений о правовой помощи по уголовным делам может быть дело д. Якубовского о хищении из Российской национальной библиотеки в г. Санкт-Петербурге ценных восточных и западноевропейских рукописей YII - XIX веков для их вывоза за пределы России. В ходе предварительного следствия по этому делу компетентные органы Израиля, Швейцарии и Канады проводили следственные действия в порядке добровольного оказания правовой помощи на оснований официальных поручений Генеральной прокуратуры РФ,

направленных по дипломатическим каналам.’

Применительно к собиранию за рубежом доказательств по делам о контрабанде следует отдельно выделить такие международно-правовые документы, как Венская конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 20 декабря 1988 г. и Международная конвенция о взаимном административном содействии в предотвращении, расследовании и пресечении таможенных правонарушений (Найроби, 9 июня 1977 г.). В соответствии со ст. 7 первого документа стороны предоставляют друг другу самую широкую взаимную юридическую помощь в расследовании, уголовном преследовании и судебном разбирательстве, касающихся преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, которая может запрашиваться с целью: сбора доказательств или показаний; ознакомления с материалами судебного разбирательства; произведения обыска и арестов; обследования предметов и мест; предоставления информации и доказательственных предметов; предоставления оригиналов или заверенных копий соответствующих

’ Сидоренко Е. Допустимость доказательств, полученных на территории других государств (по материалам уголовного дела по обвинению Д. Якубовского) // Законность, 1998, № 2, с.25-29.

162

документов и материалов, включая банковские, финансовые, фирменные или коммерческие документы; определения и выявления доходов, собственности, средств или других вещей для доказательственных целей. Второй документ содержит Приложение X “Помощь в борьбе с контрабандой наркотических средств и психотропных веществ”, согласно п. 5 которого по запросу таможенной службы одной Договаривающейся Стороны, таможенная служба другой Договаривающейся Стороны при соблюдении законов и правил, действующих на территории последней, производит расследования, чтобы получить доказательства, касающиеся любой контрабанды наркотических средств и психотропных веществ, расследуемой на территории запрашивающей Договаривающейся Стороны, и берет показания у любых лиц, разыскиваемых в связи с этой контрабандой, или у свидетелей и экспертов и передает результаты расследования, а также любые документы или доказательства таможенной службе запрашивающей стороны. Значение этих актов международного права в борьбе с контрабандой наркотических и психотропных средств, а также в обеспечении условий для собирания доказательств об этих преступлениях за пределами ведущего расследование государства, на наш взгляд, очевидно.

В рамках настоящего исследования невозможно детально рассмотреть все процессуальные аспекты, криминалистические методы и тактические приемы производства предусмотренных законодательством следственных и иных процессуальных действий, направленных на собирание доказательств. Поэтому мы вынуждены были ограничиться анализом и изложением тех, как нам представляется, наиболее важных особенностей собирания доказательств в ходе расследования дел о контрабанде, специфика которых обусловлена юридическим составом данного преступления и присущим ему механизмом следообразован ия.

Однако хотелось бы еще отметить, что действующее уголовно- процессуальное законодательство не обеспечивает необходимых условий для своевременного и эффективного использования отдельных способов собирания доказательств по данной категории уголовных дел. Так в соответствии со ст. 126 УПК производство предварительного следствия по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, является обязательным и осуществляется следователями органов прокуратуры, внутренних дел и Федеральной службы безопасности. Это означает, что органы дознания, в том числе таможенные органы, при производстве дознания по делам о контрабанде лишаются возможности собирания отдельных доказательств путем производства таких следственных действий, как очная ставка и следственный эксперимент, не отнесенных законодателем к числу неотложных. Но производство очной ставки между подозреваемым в совершении контрабанды и свидетелем обнаружившим ее инспектором таможни, будет, на наш взгляд, результативным, если она проводится непосредственно после допроса подозреваемого, когда ему еще неизвестно об имеющихся по делу доказательствах и он не готов к оказанию противодействия органам расследования, т.е. на этапе дознания. А если от подозреваемого получены правдивые показания, например, об обстоятельствах подделки документов и средств таможенной идентификации, используемых для перемещения предметов преступления через таможенную границу, и он готов продемонстрировать свои действия, такие показания следует незамедлительно закрепить путем производства следственного эксперимента. Поскольку в будущем это лицо может отказаться от показаний или демонстрации таких действий, в результате чего важные доказательства об обстоятельствах подготовки и совершения контрабанды не смогут быть получены.

Кроме того, до сих пор действующий УПК не предусматривает возможности назначения органами дознания экспертиз по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно. Хотя еще в 1990 г. в

164

Основы уголовного судопроизводства СССР были внесены соответствующие изменения и дополнения.’

к сожалению, Проект УПК в части перечня неотложных следственных действий не отличается от действующего кодекса.

На наш взгляд, назрела необходимость не столько расширить перечень неотложных следственных действий за счет включения в него очной ставки, следственного эксперимента, назначения экспертизы и наложения ареста на имущество, сколько изменить в принципе подход законодателя к самому понятию неотложных следственных действий, и действующий УПК, и проект УПК понимают их как определенный в законе не подлежащий расширительному толкованию ограниченный список следственных действий по установлению и закреплению следов преступления, а именно - осмотр, обыск, выемка, освидетельствование, задержание и допрос подозреваемых, допрос потерпевших и свидетелей, которые могут и должны производиться органами дознания по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно. Анализируя же правоприменительную практику деятельности таможенных органов как органов дознания, материалы уголовных дел о контрабанде, а также исходя из собственного опыта следственной работы, мы можем утверждать, что в большинстве случае основная масса доказательств по любому уголовному делу собирается в первые несколько дней после его возбуждения. Затем, как правило, имеет место собирание доказательств, подтверждающих или опровергающих полученные ранее фактические данные, собирание доказательств, характеризующих личность обвиняемого. В связи с этим полагаем неоправданным лишение органов дознания возможности применять все предусмотренные в уголовно- процессуальном законе способы собирания доказательств. Действительно

’ О внесшии изменений и допошеиий в Основы упжшнсго сугютршсюдспва Ссмова (ХР и союзньк респ>6ііик. Заюн СССР от 12 гашя 1990 г. // Истсрвд закшодаїельсіва СССР и РСФСР го угшэвному процессу. 1955-1991 гг.;Сбі:ріикправовькаіаш/С>гаредРХІЬ<упов,сссг.ВНГ^^ принципиально важно обязать органы дознания по делам, по которым производство предварительного следствия является обязательным и, в частности, по делам о контрабанде - таможенные органы, при наличии признаков преступления возбудить уголовное дело и произвести по нему неотложные следственные действия по установлению и закреплению следов этого преступления, а затем передать дело следователю. И отсутствие такой нормы стало бы условием, способствующим утрате доказательств, которые могут быть обнаружены только непосредственно после совершения преступления либо его обнаружения, и не могут быть восполнены в процессе предварительного и тем более судебного следствия. Именно поэтому, на наш взгляд, под неотложными следственными действиями следует понимать не включенные законодателем в особый перечень способы собирания доказательств, а любые следственные действия, производство которых требуется для обнаружения, фиксации и изъятия имеющих значение для дела предметов, документов и других следов преступления и установления обстоятельств его совершения, т.е. неотложный характер того или иного следственного действия должен определяться только необходимостью его срочного производства для собирания доказательств по делу, которые в противном случае могут быть утрачены. Так, в частности, понимаются законодателем неотложные следственные действия, производимые следователем, в случае, предусмотренном ч. 2 ст. 132 УПК. Наличие необходимости скорейшего производства того или иного следственного действия может быть определено только исходя из конкретных обстоятельств совершения отдельного преступления, особенностей каждого дела и следственной ситуации, № предусмотренных в УПК следственных действий не могут быть неотложными не при каких обстоятельствах лишь предъявление обвинения и допрос обвиняемого, производство которых допускается лишь после того, как будут собраны достаточные доказательства.

166

Ha основании изложенного предлагаем внести соответствующие изменения в ч. 1 ст. 119 УТЖ, изложив ее в следующей редакции:

“При наличии признаков преступления^ по которому производство предварительного следствия обязательно, орган дознания возбуждает уголовное дело и, руководствуясь правшами уголовно-процессуального закона, производит неотложные следственные действия, необходимые для установления и закрепления следов преступления. При производстве дознания по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, орган дознания не вправе предъявлять обвинение и производить допрос обвиняемых. “

Кроме того, полагаем необходимым исключить из ТК главу 34, устанавливающую признаки контрабанды и иных преступлений в сфере таможенного дела, и главу 35, определяющую компетенцию таможенных органов как органов дознания и порядок производства дознания таможенными органами, т.к. включенные в них нормы отчасти дублируют положения соответственно уголовного и уголовно-процессуального законов, а отчасти противоречат им, и не нуждаются в специальном правовом закреплении посредством таможенного законодательства.’

Полагаем, что произведенное нами исследование уголовно- процессуальной деятельности по собиранию доказательств по делам о контрабанде и выработанные практические рекомендации по ее совершенствованию, позволят повысить эффективность дознания, а также оперативность и качество предварительного расследования по данной категории преступлений в целом.

’ Одновременно, на наш взгляд, из ТК должны бьп’ь исключены главы 36 и 37, определяющие компетенцию таможенных органов как органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность и порядок ее осуществления.

167

3.2. Проверка доказательств по делам о контрабанде

В соответствии с ч. 3 ст. 70 УТЖ все собранные по делу доказательства подлежат тщательной, всесторонней и объективной проверке со стороны яйца, производящего дознание, следователя, прокурора и суда. При этом действующий уголовно-процессуальный закон не определяет ни понятия, ни способов проверки доказательств. Авторы Проекта УПК РФ, восполняя эти пробелы, включили в него специальную статью “Проверка доказательств” (ст. 83), в соответствии с которой проверка состоит в анализе полученного доказательства, его сопоставлении с другими доказательствами, собирании новых доказательств, проверке источников получения доказательств.

На основании изложенного и положений теории доказывания мы бы определили npoeeptg; доказательств в уголовном судопроизводстве как один из этапов процесса доказывания, представляющий собой процессуальную деятельность уполномоченных лиц и органов, направленную на определение а) содержания собранных по делу доказательств, б) их достоверности и в) согласуемости, осуществляемую путем а) анализа каждого из собранных доказательств, б) сопоставления их друг с другом и в) собирания новых доказательств, подтверждающих или опровергающих ранее собранные доказательства. При этом мы исходим из тех принципов, что “проверка наряду с мыслительной деятельностью включает и совершение практических действий”’, и что “в законе понятия “исследование”, “проверка” и “рассмотрение” употребляются в одинаковом значении”^, и отвергаем точку зрения тех авторов, которые утверждают, что “проверка доказательств представляет собой сугубо мыслительную работу, направленную на выяснение

’ Карнеева Л.М. Указ. соч., с.46. ^ Каз Ц.М. Указ. соч., с.8-9.

168

юридических свойств доказательств”’, и тем самым подменяют проверку доказательств их оценкой.

Определившись с понятием этого этапа процесса доказывания, мы можем приступить непосредственно к исследованию каждого из названных способов проверки доказательств применительно к делам о контрабанде.

Реализация и конкретизация одного из центральных принципов уголовного процесса - принципа всесторонности, полноты и объективности исследования материалов дела “находится в прямой зависимости от проверки доказательств”.^ А анализ каждого из собранных доказательств как способ их проверки представляется нам не только важнейшим средством практического воплощения этого принципа в правоприменительной деятельности, но и объективной предпосылкой возможности его реализации. Кроме того, эффективность уголовно-процессуального доказывания по любому уголовному делу, в том числе и о контрабанде, на наш взгляд, тем выше, чем непосредственнее деятельность следователя по анализу проверяемых доказательств связана с процессуальной деятельностью по их собиранию. Постулат теории доказательств о том, что собирание, проверка и оценка доказательств являются неделимыми элементами единой деятельности - уголовно- процессуального доказывания, в практической деятельности проявляется, в частности, и в том, что следователь анализирует доказательства не только, после того, как они в должном порядке были обнаружены, зафиксированы и изъяты, а уже непосредственно в процессе их собирания. За счет этого фактическое внутреннее содержание каждого доказательства формируется таким образом, что, во-первых, оно максимально, насколько это возможно, широко охватывает круг подлежащих установлению по уголовному делу обстоятельств, во-вторых, строго ограничивается кругом этих

’ Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. - Свердловск, 1991, с.136.

«

^ Тетенькин Б.А. Проверка доказательств в структуре уголовно-процессуального доказьшания: Автореф. дис. … канд. юрид, наук. -М., 1985, с.1.

169

обстоятельств, a в-третьих, обеспечивает свою достоверность за счет внутренней непротиворечивости и объективности.

Так, в частности, анализ показаний свидетеля по делу о контрабанде непосредственно в ходе его допроса позволяет не только получить, но и проверить данные им показания на предмет их достоверности. Сказанное относится и к показаниям подозреваемого и обвиняемого. Для этого допрашиваемому лицу еще в ходе допроса могут быть заданы соответствующего содержания вопросы, которые М.С. Строговичем классифицированы на четыре вида: 1) дополняющие, 2) уточняющие 3) напоминающие и 4) контрольные.’

С помощью дополняющих вопросов одновременно решаются две задачи: формирование доказательства и уяснение его содержания. Так подозреваемые или обвиняемые в совершении контрабанды в своем свободном изложении, как правило, рассказывают об обстоятельствах обнаружения контрабанды и смягчающих, на их взгляд, ответственность обстоятельствах, не раскрывая без дополняющих вопросов обстоятельств подготовки преступления, мотивов и цели своих действий. Зачастую они не рассказывают самостоятельно о том, как часто пересекают таможенную границу государства или перемещают через нее товары и другие предметы, совершали ли ранее нарушения таможенных правил, привлекались ли к уголовной ответственности. Свидетели по делам о бесхозной контрабанде редко сами без дополняющих вопросов дают показания о том, кто мог совершить это преступление или имел доступ к месту обнаружения предмета преступления. При допросе же свидетелей - должностных лиц таможенных органов, выявивших контрабанду, возникает необходимость в постановке дополняющих вопросов о его отношениях с подконтрольным лицом, поведении последнего до обнаружения нарушения

’ Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Том II: Порядок производства по уголовным делам по советскому уголовно-процессуальному праву. - М., 1970, с. 102.

170

таможенных правил и обстоятельствах, вызвавших подозрение в законности его действий.

Т.е. дополняющие вопросы являются таким средством проверки показаний свидетеля, подозреваемого и обвиняемого, которое позволяет восполнить возникающие в процессе расследования пробелы в доказательственной информации, выяснить такие обстоятельства совершения контрабанды либо другие данные, имеющие значение для дела, о которых допрашиваемое лицо не сказало в своем свободном изложении, упустив их по тем или иным причинам, спектр которых может быть довольно широким: от неосведомленности о значении для дела тех или иных сведений либо непонимания этого значения до прямой заинтересованности в их утаении. В силу последнего обстоятельства нельзя обозначить и весь круг дополняющих вопросов, который определяется материалами конкретного уголовного дела и складывающейся следственной ситуацией.

В отличие от дополняющих уточняющие вопросы призваны конкретизировать полученные показания по какому-либо факту и позволяют не только уяснить содержание этого вида доказательств, но и проверить их достоверность, а также согласуемость с показаниями других лиц и иными фактическими данными. Почти всегда в уточнении нуждается время совершения тех или иных действий, о которых показывает допрашиваемое лицо. Как правило, возникает необходимость уточнить у свидетеля, по каким признакам он отнес предмет контрабанды к той или иной группе, например, к наркотическим средствам, или определил факт подделки таможенных, товаросопроводительных и иных документов, либо факт изменения номера кузова и двигателя автотранспортного средства. В случае необходимости могут быть заданы уточняющие вопросы и о точных месте и времени подготовки, совершения и обнаружения преступления, описания внешности подозреваемых лиц, отдельных признаков предмета контрабанды, его упаковки, транспортных средств и других предметов.

171

Напоминающие вопросы помогают допрашиваемому лицу вспомнить те или иные обстоятельства, о которых он забыл. Однако следует отличать напоминающие вопросы от наводящих, на недопустимость которых прямо указывает закон (ст. 158 УПК), поскольку грань между ними очень тонка.

Самыми же эффективными средствами проверки показаний свидетеля, подозреваемого и обвиняемого, на наш взгляд, являются контрольные вопросы, которые задаются дознавателем или следователем специально с целью проверки достоверности полученных показаний и их согласуемости с другими доказательствами. М.С. Строгович выделил несколько видов контрольных вопросов’, которые мы и рассмотрим применительно к проверке показаний по делам о контрабанде.

Прежде всего свидетелю либо подозреваемому (обвиняемому) в совершении этого преступления должны быть заданы контрольные вопросы об источниках их осведомленности о фактах, относительно которых они дали показания. Т.е. путем постановки такого вопроса необходимо определить и проверить, сам ли допрашиваемый был очевидцем событий, относящихся к предмету доказывания по делам о контрабанде, либо информация о них стала ему известна из других источников.

В первом случае у допрашиваемого с помощью контрольных вопросов надлежит выяснить обстоятельства восприятия им фактов подготовки, совершения или обнаружения преступления, либо других фактов, имеющих значение для дела. Для этого, например, у свидетеля - совместно следующего с контрабандистом пассажира, уточняется, какое именно место занимал он в транспортном средстве, на каком расстоянии и в каком направлении от него находились подозреваемые, их ручная кладь, иные места сокрытия предметов контрабанды, мог ли он их видеть со своего места или слышать разговоры контрабандистов, условия обзора и освещения, другие обстоятельства.

Строгович М.С. Указ. соч., с.103-104.

Аналогичного плана контрольные вопросы могут быть заданы и свидетелю, находившемуся в другом месте происшествия или поблизости от него. Такие контрольные вопросы позволяют проверить не только объективную возможность личного восприятия допрашиваемым лицом тех обстоятельств, о которых оно показывает, но и определить, насколько условия, в которых это лицо находилось, могли повлиять на содержание его показаний.

Во втором же случае обязательно должны быть поставлены контрольные вопросы о лицах, предметах и документах, из которых, во-первых, допрашиваемому стали известны обстоятельства, подлежащие установлению по делу о контрабанде, и которыми, во-вторых, могут быть подтверждены его показания. Получая ответы на такие вопросы, следователь создает условия для последующей проверки показаний путем собирания новых доказательств. Так мы уже указывали на необходимость получения от инспектора таможни, выявившего контрабанду, показаний о присутствовавших при этом очевидцах, от лиц, приобретавших у контрабандистов товары, - о других покупателях, от обвиняемого - о соучастниках и действиях каждого из них, и т.д.

В зависимости от конкретной следственной ситуации допрашиваемому лицу могут быть заданы контрольные вопросы по имеющимся в деле доказательствам, которые подтверждают или опровергают исследуемые показания. Представляется, что постановка таких вопросов наиболее эффективна тогда, когда она совмещается с предъявлением в ходе допроса, например, поддельных таможенных документов, заключений экспертов, показаний других лиц, и иных доказательств, о существовании которых допрашиваемому не было известно. Одновременно решается задача проверки согласуемости показаний с предъявленными доказательствами.

m

Таким образом, дополняющие, уточняющие, напоминающие и контрольные вопросы позволяют в рамках одного следственного действия - непосредственно в ходе допроса не только получить дополнительную доказательственную информацию, но и одновременно уяснить содержание

показаний, проверить их достоверность и согласуемость с другими доказательствами. Но даже самый тщательный анализ показаний свидетеля, подозреваемого и обвиняемого, осуществляемый наряду с их получением, не освобождает следователя от обязанности доскональной проверки каждого из этих доказательств по завершении допроса как путем того же анализа, так и путем сопоставления с другими доказательствами и получения новых доказательств. К примеру, детальный анализ ранее полученных показаний свидетеля может выявить в них внутренние противоречия, недосказанность или другие слабые места, которые могут быть устранены как в ходе дополнительного допроса свидетеля или очной ставки, так и путем производства других следственных действий.

Представляется важным отметить, что анализ показаний как способ проверки этого вида доказательств не сводится к постановке перед допрашиваемым лицом обозначенных дополнительных вопросов. Анализ как метод познания и исследования заключается в мысленном разложении полученных показаний на составные части, выделении их сущности, поиске внутренних взаимосвязей и противоречий в полученной информации. В таком понимании анализ как способ проверки собранных по делу фактических данных применим и к другим видам уголовно-процессуальных доказательств. Вместе с тем анализу содержания доказательств, проверке доказательств в целом особого внимания в ходе расследования уголовных дел, и не только о контрабанде, практически не уделяется, и зачастую, как отмечают отдельные авторы, “анализ доказательств в обвинительных заключениях … ограничивался лишь простым перечислением источников доказательств”’, хотя объективно является действенным орудием проверки любого вида фактических данных.

Так, несмотря на самостоятельность экспертного исследования и отсутствие у следователя специальных познаний, имеющихся у эксперта.

заключение эксперта - один из самых распространенных видов доказательств, применяемых в доказывании по делам о контрабанде, должно быть тщательно проанализировано следователем с целью проверки его достоверности по следующим предлагаемым нами направлениям:

1) проверка компетентности эксперта в вопросах, требующих его разрешения (наличие специального образования или навыков, стаж и т.д.); 2) 3) проверка тождества представленных эксперту на исследование объектов и сравнительных образцов указанным в заключении; 4) 5) проверка тождества и сохранности упаковки представленных эксперту предметов и документов указанным в заключении; 6) 7) проверка достаточности представленных эксперту для исследования материалов, с точки зрения их количества и качества, для дачи заключения; 8) 9) проверка соответствия выводов эксперта поставленным вопросам; 10) 11) проверка соответствия выводов эксперта результатам произведенного им исследования; 12) 13) проверка соответствия результатов экспертных исследований и выводов эксперта законам логики и естествознания. 14) Возникшие в ходе анализа заключения эксперта сомнения в его достоверности, а также выявленные пробелы и противоречия могут быть устранены, а выводы эксперта проверены с помощью предоставленных следователю законом уголовно-процессуальных средств: 1) допрос эксперта (ст. 192 УПК), 2) назначение дополнительной экспертизы (ч. 1 ст. 81 УПК), 3) назначение повторной экспертизы (ч. 2 ст. 81 УПК), каждое из которых, будучи орудием проверки заключения эксперта, ведет к появлению в деле новых доказательств, также нуждающихся в свою очередь в детальной проверке.

Применительно к вещественным доказательствам нам представляется оправданным подход Б.А. Тетенькина, считающего, что “для обозначения проверки вещественных доказательств … более точным является термин “исследование”, термин “проверка”, по-видимому, правильнее применять к

источникам доказательств, имеющим информационно-словесное выражение”’. Несомненно, что и в отношении исследования вещественных доказательств верен наш вывод о том, что анализ содержательной стороны доказательства должен осуществляться уже в процессе его юридического формирования. Круг предметов и документов, которые могут быть вещественными доказательствами по делам о контрабанде, а также их признаки, имеющие значение для дела, уже обозначены нами выше. Следует только отметить, что тот факт, что анализ содержательной стороны вещественных доказательств сопряжен с процессом их собирания, т.е. должен осуществляться уже в процессе их обнаружения и изъятия, например, при осмотре места происшествия, обыске или выемке, собственно и обеспечивает достоверность этого вида фактических данных, создает предпосылки для применения других способов исследования вещественных доказательств, а равно и документов после их приобщения к материалам дела - сопоставления с другими доказательствами и собирания новой доказательственной информации путем детального осмотра изъятых предметов и документов по месту производства следствия, в том числе с участием специалиста и применением технических средств и методов, производства экспертизы, следственного эксперимента, предъявления для опознания.

«

Таким образом, анализ каждого из собранных по уголовному делу о контрабанде доказательств позволяет не только уяснить их содержание и тем самым создать предпосылки для оценочного суждения об их относимости к предмету доказывания по делам о данной категории преступлений, но и при наличии благоприятных условий проверить их достоверность, либо обеспечить условия для ее определения посредством других способов проверки фактических данных. Кроме того, только проанализировав каждое доказательство, уяснив его содержание, можно приступать к проверке

согласуемости имеющихся фактических данных, т.е. анализ каждого доказательства является первой и необходимой ступенью на пути их сопоставления.

Последнее представляет собой способ проверки доказательств, заключающийся в исследовании посредством мыслительных операций всей совокупности собранных в процессе доказывания фактических данных со всеми присущими ей взаимосвязями и противоречиями для установления достоверности и согласуемости имеющихся в уголовном деле сведений об обстоятельствах совершения преступления, в отличие от анализа доказательств, когда происходит вычленение каждого из них из массы собранной по делу доказательственной информации и исследование его внутренней, содержательной стороны, сопоставление доказательств может быть представлено как разновидность общенаучного метода познания - синтеза, предметом которого являются: 1) полученная совокупность фактических данных как сложно организованная система, 2) образующие последнюю взаимосвязи между структурными элементами - отдельными доказательствами, 3) ослабляющие эти связи пробелы в установлении обстоятельств предмета доказывания и 4) разрушающие организованность системы противоречия между отдельными фактическими данными.

Помимо этого метод сопоставления позволяет обобщить содержание всех имеющихся доказательств, взятых в систематизированном единстве, благодаря чему обеспечивается возможность уяснения полной картины совершения преступления. Образно говоря, анализ доказательств можно сравнить с отдельными мазками кисти живописца, а их сопоставление - уже с появлением картины, а точнее с ее эскизом. Так в одной из довольно распространенных следственных ситуаций, только сопоставив все доказательства, а именно показания подозреваемого, показания свидетелей: инспекторов таможни, очевидцев и других лиц, вещественные доказательства и документы, в том числе таможенную декларацию, разрешительные документы, а также документы, указывающие на частоту пересечения подозреваемым таможенной фаницы, можно получить полное представление о том, имел ли место добровольный отказ от совершения контрабанды, либо правонарушитель вынужденно предъявил предметы преступления, будучи поставленным в ходе таможенного контроля в условия неизбежного разоблачения.

Поскольку одни доказательства могут подтверждать другие и наоборот, их сопоставление наряду с анализом является веским способом проверки достоверности их содержания. В частности для проверки объективности результатов осмотра места происшествия по делу о преступлении, предусмотренном ст. 188 УК, протокол данного следственного действия может быть сопоставлен с показаниями присутствовавших при этом понятых, специалиста, должностных лиц таможенных органов, обвиняемых, протоколами последующих осмотров изъятых с места происшествия предметов и документов, заключениями экспертов, исследовавших обнаруженные на месте происшествия предметы контрабанды, орудия и другие следы преступления. Показания одного лица, например, обвиняемого по ч. 4 ст. 188 УК о его роли в преступной группе и действиях соучастников всегда должны быть сопоставлены с показаниями других обвиняемых и иных лиц, располагающих соответствующими сведениями, независимо от того ссылался ли первый на вторых или нет. Если же показания касаются обстоятельств обнаружения предметов контрабанды, мест ее сокрытия или других предметов и документов, имеющих значение для дела, такие показания должны быть сопоставлены с протоколами соответствующих следственных действий: осмотра места происшествия, обыска, выемки, в которых зафиксированы обстоятельства обнаружения и изъятия данных предметов и документов, их отличительные и другие важные признаки. Кроме того, в случае отсутствия объективных данных, прямо подтверждающих или опровергающих исследуемое доказательство, его достоверность может быть проверена путем сопоставления с совокупностью косвенных доказательств.’

К примеру, в отсутствие подтверждающих доказательств показания свидетеля по делу о контрабанде могут быть признаны недостоверными при наличии отрицательно характеризующих его личность данных, доказательств, подтверждающих его близость с обвиняемым или иную заинтересованность в разрешении дела, сведений о судимости за дачу заведомо ложных показаний или заведомо ложный донос.

И все же основная задача, которую призваны решать следственные органы путем сопоставления доказательств - это проверка их согласуемости. Этот результат достигается посредством абстрактных операций по поиску наличия или отсутствия взаимосвязей в исследуемой совокупности фактических данных, пробелов и противоречий между ее составляющими и их анализу. По итогам этой деятельности следователь либо завершает процесс доказывания оценкой юридических свойств доказательств, либо принимает меры к устранению выявленных противоречий и иных слабых мест в доказательственной базе путем собирания дополнительных доказательств.

Наглядный пример выявления существенного противоречия между доказательствами в ходе их сопоставления являют собой материалы одного уголовного дела о контрабанде наркотического средства, возбужденного в Мамоновской таможне и расследованного в Калининградской транспортной прокуратуре. Исследуя и сопоставляя собранные при производстве дознания доказательства следователь установил, что согласно протоколу осмотра места происшествия в ходе таможенного контроля на автомобильном пункте пропуска таможни у гражданина К. было обнаружено и изъято наркотическое

’ Подробнее об использовании в доказывании косвенных доказательств см.: Хмыров А.А, Косвенные доказательства. -М., 1979.

m

средство - марихуана. Принадлежность предмета контрабанды к данной группе наркотических средств была определена в ходе осмотра места происшествия с помощью специального наркотеста, а его количество - с помощью электронных весов. Для подтверждения достоверности результатов осмотра места происшествия таможенным органом была назначена экспертиза, которая подтвердила, что изъятое у гр. К. вещество является наркотическим средством, но в количестве, превышающем установленное при изъятии дознавателем таможни. Для устранения этого имеющего существенное значение для дела противоречия о количестве контрабандного наркотического средства, содержащегося в заключении эксперта и в протоколе осмотра места происшествия, следователем прокуратуры был выполнен ряд действий, в том числе по изъятию в экспертной лаборатории и осмотру упаковки, в которой исследуемая марихуана находилась с момента ее изъятия до поступления на экспертизу. Результаты этих следственных действий показали, что вид упаковки, примененный дознавателем таможни, не исключал возможности ее вскрытия без повреждения до поступления на экспертное исследование. Исходя из этого, указанное противоречие между доказательствами было разрешено на основании конституционного принципа толкования неустранимых сомнений в пользу обвиняемого.’

Исследуя такие способы проверки доказательств, как анализ и сопоставление, мы пришли к выводам о том, что они позволяют определить, какие обстоятельства расследуемого преступления остались невыясненными, какие дополнительные доказательства следует собрать по делу, какие следственные действия должны быть для этого выполнены. Однако помимо эмпирических задач собирание новых доказательств может играть и другую важную роль - средства проверки ранее собранных доказательств, сочетая в себе и основные начала уже названных способов исследования фактических

Архив Калининградской транспортной прокуратуры, 1996 г.

данных. При этом такие следственные действия, как очная ставка, предъявление для опознания и следственный эксперимент изначально предназначены именно для проверки ранее полученных показаний и других фактических данных на предмет их достоверности, формируя при этом новые доказательства - показания, данные на очной ставке, протоколы предъявления для опознания и следственного эксперимента.

На наш взгляд, очная ставка представляет собой прекрасный пример сочетания в одном следственном действии всех трех способов проверки доказательств: анализа ранее полученных показаний, сопоставления содержащих противоречия как ранее полученных, так и вновь данных показаний и получения новых показаний. Она является важным средством устранения противоречий в показаниях подозреваемых (обвиняемых), а также противоречий в показаниях свидетелей, или между показаниями свидетелей и подозреваемых (обвиняемых). По делам о контрабанде, как правило, очные ставки проводятся между привлекаемыми за ее совершение лицами и свидетелями - обнаружившими ее должностными лицами таможенных органов. Как показывают материалы изученных уголовных дел, предметом таких очных ставок становятся обстоятельства выявления преступления, отдельные детали или этапы процесса таможенного контроля товаров, транспортных средств, перемещаемых через границу, особенно когда виновные ссылаются на якобы имевшие место их добровольные действия по выдаче предмета контрабанды, добровольный отказ от ее совершения. Следует отметить, что “результат очной ставки возможен троякий: 1) следователь уличит одного из допрашиваемых во лжи и таким образом устранит противоречие в показаниях; 2) одно из допрашиваемых лиц или они оба поймут ошибку, допущенную ими в прежних показаниях, и исправят ее; 3) оба допрашиваемых останутся при своих показаниях, но следователь либо убедится в чем причина разногласия, какие показания правильны и какие неправильны, либо же найдет путь для выяснения этого в процессе дальнейшего следствия посредством получения и исследования новых доказательств”’. Т.е., если следователь не отнесется к организации и проведению очной ставки формально, то она обязательно принесет какой-либо полезный результат, что подтверждают и положительные примеры из следственной практики. Большое количество результативных очных ставок как между обвиняемыми и свидетелями, так и между самими соучастниками преступных деяний было проведено следователем Омской транспортной прокуратуры по уголовному делу по обвинению граждан Л. и Ч. и ведущего инспектора Иртышского таможенного поста X. в совершении контрабанды подакцизного товара - вина “Советское шампанское” из Казахстана в РФ, а также ряда других преступлений, в результате чего была подтверждена достоверность одних показаний, опровергнуты другие, и устранен ряд противоречий.^

Эффективным способом проверки доказательств по делам о контрабанде может быть и такое следственное действие, как предъявление для опознания (ст. 164 УПК), к сожалению, еще редко применяемое дознавателями таможенных органов^ По делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, производство опознания, на наш взгляд, необходимо в случаях:

• опознания подозреваемого очевидцами как лица, скрывшегося с места происшествия; • • опознания подозреваемого лица очевидцами как владельца багажа, ручной клади, в которых обнаружены предметы контрабанды; • • опознания сумок, чемоданов, других мест ручной клади и багажа как принадлежащих подозреваемому (обвиняемому) членами его семьи, соседями и коллегами, совместно следующими пассажирами; • ‘ Строгович М,С. Указ. соч., с, 114.

^ Архив Нововаршавского районного суда Омской области, 1997 г.

^ Только 13 % опрошенных нами дознавателей таможенных органов указали, что проводили данное следственное действие при производстве дознания по делам о контрабанде (см.рж. 5).

182

• опознания предметов контрабанды как принадлежащих ^ подозреваемому (обвиняемому) или другому лицу их близкими и знакомыми; • • опознание инструментов, технических средств, орудий и других приспособлений, используемых для совершения контрабанды, как принадлежащих определенному лицу. • Не менее результативным следственным действием, позволяющим также тщательно проверить собранные доказательства, и прежде всего показания, и детально установить отдельные обстоятельства совершения контрабанды является следственный эксперимент, осуществляемый путем воспроизведения действий, обстановки или иных обстоятельств того события, к которым относится проверяемое доказательство, и совершения необходимых опытных действий. Ст. 183 УПК прямо указывает, что целями следственного эксперимента являются проверка и уточнение данных, имеющих значение для дела. Представляется, что достижению указанных целей и обеспечению достоверности результатов этого следственного действия в значительной мере ^ способствует предусмотренная в законе возможность приглашения

следователем для участия в следственном эксперименте специалиста, а также производства следователем и специалистом в необходимых случаях измерений, фотографирования, кино- и видеосъемки, составления планов и схем. А объективным условием чистоты результатов этого способа проверки доказательств является производство эксперимента в условиях, максимально приближенных к обстановке, существовавшей на момент совершения контрабанды или подготовительных действий к ней. На наш взгляд, в доказывании по уголовным делам о противоправном перемещении товаров и других предметов через таможенную границу государства производство следственного эксперимента представляется целесообразным для достижения ^ следующих задач;

• проверка наличия у подозреваемого (обвиняемого) тех или иных навыков, необходимых для совершения расследуемого преступления, а

именно: навыки подделки подписей, рукописных текстов, изображений отттисков печатей и штампов на таможенных, товаросопроводительных и других документах; умения изменять номер двигателя и идентификационный номер на кузове автотранспортных средств; умение проникнуть в труднодоступное место на транспортном средстве, используемом для международных перевозок грузов и пассажиров, в том числе технические пустоты, обусловленные конструктивными особенностями транспортного средства, для сокрытия в них предметов контрабанды; умение самостоятельно изготовить и использовать для сокрытия предметов контрабанды обнаруженный тайник (особенно, если такая возможность вызывает сомнение, а причастность к преступлению других лиц отрицается, либо напротив у обвиняемого изъяты чертежи и орудия их изготовления);

• проверка возможности перемещения товаров, транспортных средств и других предметов через таможенную границу государства в определенном месте и в определенное Бремя помимо таможенного контроля; • ? проверка возможности свидетеля видеть, слышать или иным образом воспринимать с помощью органов чувств те или иные факты при определенных условиях, о которых он показал на допросе. ? л

В первом случае в протоколе следственного действия помимо подробного изложения условий, хода и результатов произведенного эксперимента следует отразить используемые для опытных действий материалы, орудия, инструменты и приспособления, продолжительность каждого опытного действия и их последовательность. А во втором случае - подробный маршрут, описание дорог, потайных троп, условия видимости и совершаемые для ее проверки опытные действия, способ движения (пешим ходом, использование животных, на велосипеде, на мото-, авто- и других транспортных средствах), средства и способы, используемые для транспортировки и сокрытия предметов контрабанды, время в пути до зоны

таможенного контроля или таможенное границы, время затраченное на преодоление зоны таможенного контроля и пересечение границы.

В зависимости от обстоятельств конкретного дела следственный эксперимент может быть произведен и для решения других задач - для проверки механизма следообразования (например, на предмете контрабанды или месте ее сокрытия), возможности какого-либо явления (например, усушки товара в процессе хранения или транспортировки) или совершения какого-либо действия (например, вскрытия тех или иных грузовых мест либо проникновения в них для помещения или извлечения предметов контрабанды без нарушения пломб и замков). При этом следует помнить, что закон допускает производство следственного эксперимента только при условии, что при этом не унижается достоинство и честь участвующих в нем лиц и окружающих и не создается опасности для их здоровья. Кроме того, в соответствии с действующим законодательством ни следственный эксперимент, ни очная ставка не моїуг производиться по делам о контрабанде дознавателями таможен.

Важными процессуальными гарантиями объективности результатов предъявления для опознания и следственного эксперимента являются обязательное присутствие понятых, возможность участия подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, обязательность составления протокола следственного действия.

Другие следственные действия, в отличие от очной ставки, предъявления для опознания или следственного эксперимента напротив призванные решать прежде всего познавательные задачи, тем не менее одновременно с появлением новых доказательств обеспечивают возможность проверки ими ранее полученных доказательств. К примеру, изучая уголовные дела о контрабанде наркотических средств, мы, к удовлетворению, не встретили ни одного случая, когда следственные органы для определения родовой принадлежности предмета контрабанды ограничились бы применением в ходе осмотра места

185

происшествия наркотестов специалистами таможенных или других правоохранительных органов и последующим осмотром предметов - наркотических средств. Повсеместно органы дознания и следователи подтверждают достоверность результатов применения таких специальных технических средств, назначая криминалистическую экспертизу наркотических средств и получая новое убедительное доказательство - заключение эксперта. Кроме того по делам о контрабанде довольно распространено применение такого способа проверки содержания протоколов осмотра места происшествия, обыска, выемки и других следственных действий как допрос понятых и других присутствовавших при их производстве лиц. Выше мы уже писали о возможности и необходимости исследования вещественных доказательств путем их тщательного осмотра по месту производства следствия и назначения криминалистических экспертиз, о проверке показаний свидетеля, подозреваемого и обвиняемого путем собирания новых доказательств, как в ходе новых допросов, так и других следственных действий по обнаружению, изъятию и осмотру имеющих значение для дела предметов и документов, к примеру, в отдельных следственных ситуациях собирание новых доказательств может быть единственным средством подтверждения или опровержения алиби, о котором заявляет обвиняемый. Но достоверность показаний не может быть отделена и от обстоятельств, характеризующих личность допрашиваемого. А потому можно заключить, что и вместе с собиранием фактических данных, характеризующих личность обвиняемого, в соответствии с требованием п. 3 ст. 68 УПК создаются условия для всесторонней проверки его показаний.

Способом собирания новых доказательств могут быть проверены и сведения, представленные следствию органами, осуществляющими оперативно-розыскную деятельность. Одним из самых распространенных источников такого рода фактических данных являются результаты прослушивания телефонных и иных переговоров. Для проверки их достоверности следователь, убедившись в том, что им получены результаты

186

прослушивания именно тех лиц, в отношении которых имеются соответствующие судебные решения, должен допросить участников этих переговоров о ставших известными в результате прослушивания фаістах, назначить криминалистическую экспертизу голоса для отождествления личности, например, обвиняемого с личностью человека, речь которого была зафиксирована с помощью аудио- или видеозаписи в ходе данного оперативно- розыскного мероприятия. Те же результаты оперативно-розыскной деятельности, достоверность которых невозможно проверить уголовно- процессуальными средствами, не могут быть допущены для использования в доказывании по уголовному делу.

с другой стороны, сами оперативные данные могут послужить средством проверки собранных по делу доказательств прикладного характера (за рамками процессуальной деятельности), если результаты оперативно-розыскной деятельности используются в качестве направлений для поиска новых процессуальных способов проверки фактических данных.

Любое исследование проверки доказательств как этапа процесса доказывания по уголовным делам будет неполным, если за его границами останется проверка показаний на месте. Последняя широко и долгие годы использовалась органами дознания и предварительного следствия для проверки и уточнения показаний подозреваемого (обвиняемого) на месте совершения преступления или ином месте происшествия, а также их привязки к местности, несмотря на полное отсутствие правовой регламентации такого процессуального действия в УПК. Современная следственная и судебная практика в основном считает проверку показаний на месте недопустимым способом получения доказательственной информации, т.к. она не включена законодателем в перечень следственных действий. Тем не менее, изучая материалы уголовных дел о контрабанде мы встречали в них и протоколы проверки показаний на месте. По сути своей проверка показаний на месте представляет собой “конгломерат повторного допроса, осмотра, следственного

эксперимента, предъявления для опознания неподвижного объекта”’. Нам представляется позитивным стремление законодателя разрешить проблему допустимости фактических данных, полученных в результате проведения проверки показаний на месте, производство которой детально регламентировано в ст. 211 Проекта УПК.

?

Заканчивая исследование таких способов проверки доказательств по делам о контрабанде, как анализ и сопоставление уже собранных фактических данных, а также собирание новых, полагаем важным отметить, что автономное применение каждого из них в доказательственной деятельности мало оправдано, а выделение каждого из этих способов исследования доказательств, отграничение одного от другого имеют больше теоретическое, нежели практическое значение. Только при условии комплексного применения этих методов может быть выполнено требование уголовно-процессуального закона о тщательной, всесторонней и объективной проверке следователем всех имеющихся по делу доказательств.

3.3. Оценка доказательств по делам о контрабанде

Несмотря на то, что оценка доказательств на предварительном следствии носит предварительный характер, а окончательная оценка всех фактических данных, собранных в процессе расследования по уголовному делу, осуществляется только судом, нельзя недооценивать важности этого этапа уголовно-процессуального доказывания на досудебных стадиях процесса, и уж тем более недопустим формальный подход следственных органов к оценке каждого доказательства и их совокупности. Ведь по результатам оценки

’ Ларин A.M. О принципах уголовного процесса и гарантиях прав личности в проекте УПК - 1997 // Российская юстиция, 1997, № 9, с.9.

188

имеющихся фактических данных органом дознания, следователем, прокурором в ходе расследования принимаются такие важные, как с точки зрения движения уголовного дела, так и с точки зрения защиты прав человека, процессуальные решения, как задержание подозреваемого, привлечение лица в качестве обвиняемого, избрание в отношении подозреваемого или обвиняемого мер пресечения вплоть до заключения под стражу, отстранение обвиняемого от должности, признание потерпевшим, фажданским истцом и гражданским ответчиком, наложение ареста на имущество, приостановление предварительного расследования и т.д. А по окончании расследования - о направлении уголовного дела в суд с обвинительным заключением, о направлении дела в суд для рассмотрения вопроса о применении принудительных мер медицинского характера, либо о прекращении дела как по реабилитирующим, так и по нереабилитирующим лицо основаниям. При этом оценка доказательств осуществляется не только в связи с необходимостью принятия каких-либо процессуальных решений либо обоснования тех или иных выводов следственных органов, она неотделима от деятельности по собиранию и проверке фактических данных, осуществляется на протяжении всего хода дознания и предварительного следствия, пронизывая все стадии уголовного судопроизводства.

Ст. 71 УПК в числе субъектов оценки доказательств называет суд, прокурора, следователя и лицо, производящее дознание. При этом следует отметить, что применительно к предмету нашего исследования - процессу доказывания по делам о контрабанде, роль органов дознания - таможенных органов, в оценке доказательств по этой категории дел незначительна. Такое положение таможенных органов, несмотря на их первостепенную роль в выявлении контрабанды, возбуждении уголовных дел по ст. 188 УК и собирании доказательств, обусловлено отсутствием у них полномочий принимать такие решения, как предъявление обвинение в совершении этого преступления или прекращение такого рода уголовных дел, производство

189

предварительного следствия по которым в соответствии со ст. 126 УПК является обязательным. Однако это не означает, что дознаватели таможен при производстве дознания по делам о контрабанде вообще не должны заниматься оценкой доказательств. Во-первых, как уже неоднократно отмечалось, оценка юридических свойств доказательств неотделима от деятельности по их собиранию. В частности, оценка имеющихся объективных данных является обязательным условием определения наличия или отсутствия оснований для проведения, например, таких неотложных следственных действий, как обыск или выемка. Во-вторых, таможенные органы вправе по делам о контрабанде задерживать подозреваемых, избирать в отнощении них любые предусмотренные законом меры пресечения, чему в обязательном порядке предшествует тщательная проверка и оценка полученной при производстве дознания доказательственной информации. Но все-таки решающую роль в оценке доказательств, как, впрочем, и во всем процессе доказывания по уголовному делу о контрабанде на досудебных стадиях процесса играет следователь, поскольку именно с результатами его оценки фактических данных закон связывает наиболее важные правовые последствия.

Если мы обратимся к анализу мнений ученых о понятии оценки доказательств в уголовном судопроизводстве, то увидим, что практически все они едины в том, что это - мыслительная деятельность, логический процесс, выражающийся в оценочных суждениях.’ Практически отсутствует научная полемика и по вопросу содержания этой деятельности, в основном разногласия между авторами возникают по поводу расставления акцентов на те или другие элементы оценки доказательств. В частности, В.Д. Арсеньев, раскрывая понятие заключительного этапа процесса доказывания, больше акцентирует внимание на определении силы и значения каждого доказательства в

’ См., напр.: Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. - М., 1966, с.65; Карнеева Л.М. Указ. соч, с.46; и др.

190

отдельности и всех доказательств в совокупности’, Ц.М. Каз - на установлении достоверности и значении каждого доказательства, а также построении окончательных выводов^, И.И. Мухин - на установлении достоверности и достаточности доказательств^. При этом большинство ученых наряду с определением роли каждого доказательства и их совокупности включает в содержание деятельности по оценке доказательств определение относимости, допустимости, достоверности и достаточности собранных в процессе доказывания фактических данных/ Хотя существует и такое мнение, что “установление относимости, допустимости и достоверности доказательств - элементы их исследования, а не оценки”, под которой автор понимает “логический процесс установления наличия и характера связей между доказательствами, определения роли, значения, достаточности и путей использования доказательств для установления истины”.^ При этом автор - А.Р.Белкин отмечает, что “разделить исследование и оценку доказательств в процессе доказывания практически невозможно, рассмотрение их порознь преследует лишь методические цели”.^ Полностью разделяя последнее утверждение А.Р. Белкина, полагаем, что приписанное им оценке доказательств установление наличия или характера связей между фактическими данными все же является элементом проверки доказательств.

Следует заметить, что в действующем УПК не раскрывается содержание деятельности по оценке доказательств, а ст. 84 Проекта УПК предусматривает, что каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости,

Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1964, C.I6.

^ Каз Ц.М. Указ. соч., с. 10.

^ Мухин И.И. Важнейшие проблемы оценки судебных доказательств в уголовном и гражданском судопроизводстве. - Л., 1974, с.5.

^ См., напр.: Теория доказательств …, с.428; Михеенко М.М. Указ. соч., с. 18, и др. ‘ Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999, с.189-190. ^ Там же.

допустимости, достоверности, a все собранные доказательства в их совокупности - достаточности для разрешения дела. Российский уголовно- процессуальный закон (ст. 71 УПК) знает два правила оценки доказательств: 1) суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех материалов дела в их совокупности, руководствуясь законом и правосознанием; 2) никакие доказательства не имеют заранее установленной силы. Авторы Проекта УПК посчитали, что дознаватель, следователь, прокурор, судьи, народные и присяжные заседатели должны оценивать доказательства, руководствуясь законом и совестью (ч. 2 ст. 84 Проекта УПК).

На основании изложенного мы пришли к следующим заключениям. В ходе проверки доказательств устанавливается, познается наличие или отсутствие в каждом доказательстве таких свойств, как относимость, допустимость, достоверность и достаточность их совокупности, благодаря чему создаются объективные предпосылки для соответствующих умозаключений. Последние же логические операции, выражающиеся в выводах о соответствии доказательств требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности, о возможности обоснования ими процессуальных решений и итоговых выводов о наличии (отсутствии) в действиях конкретного лица определенного состава преступления и его виновности собственно и составляют, на наш взгляд, содержание оценки доказательств в уголовном судопроизводстве.

Первое требование, предъявляемое к доказательствам в ходе их оценки, - это относимость. и первым оно является не случайно, ибо, если доказательство не является относимым, нет никакой необходимости оценивать его с точки зрения допустимости или достоверности. Относимость доказательства есть его способность, пригодность своим содержанием устанавливать те или иные обстоятельства, имеющие значение для разрешения дела. Соответственно, оценивая собранные по уголовному делу о контрабанде доказательства с позиции их относимости, следователь путем умозаключения, предпосылки для которого были созданы в процессе собирания и проверки оцениваемых фактических данных, должен прийти к однозначному выводу о том, относится ли каждое из них по своему внутреннему содержанию хотя бы к одному из обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК. Круг этих обстоятельств довольно широк, а каждый из элементов предмета доказывания по делам о контрабанде уже был детально проанализирован нами во второй части настоящего исследования. Но помимо непосредственной связи с предметом доказывания существует неразрывная зависимость между относимостью доказательств и кругом имеющихся по делу версий, “которая выражается в том, что предположительно относящимися должны быть признаны все доказательства, которые подтверждают или опровергают построенные версии”’. Но если при производстве неотложных следственных действий, в ходе дальнейшего собирания доказательств об обстоятельствах совершения контрабанды возможна оценка собираемых сведений, как предположительно относящихся к делу, то при вынесении постановлении о привлечении в качестве обвиняемого по ст. 188 УК и тем более составлении обвинительного заключения по делу о контрабанде вывод следователя об относимости того или иного доказательства к предмету доказывания, а значит и возможности его использования для обоснования обвинения в суде, должен быть категоричным. В силу обозначенных обстоятельств возможно появление в деле таких материалов, которые представлялись относимыми на определенном этапе доказывания по одной версии, но после ее исключения оказались не имеющими отношения к расследуемому преступлению. Однако признание их неотносимыми тоже есть результат оценки следователем всех фактических данных.

Теория доказательств.,., с.253.

Для наглядности обратимся к примеру обнаружения бесхозной контрабанды в салоне пассажирского автобуса. В ходе расследования следователь должен будет допросить об обстоятельствах преступления водителя транспортного средства, всех пассажиров, следовавших данным рейсом, технический персонал предприятия, готовивший автобус к поездке, а если на предмете контрабанды сохранились отпечатки пальцев или другие следы - изъять у них соответствующие образцы для сравнительного исследования. Одновременно следователь должен собрать сведения, характеризующие личность водителя и тех из пассажиров, в отношении которых у него возникло подозрение, дабы выявить среди них лиц, склонных к противоправному поведению, а возможно и ранее совершавших аналогичное преступление. Теперь следует решить, какие из полученных доказательств будут признаны относимыми, а какие - нет, когда личность контрабандиста будет установлена. Показания перечисленных выше свидетелей являются относимыми, поскольку они либо указывают на возможность совершения преступления определенным лицом, либо исключают возможность перемещения предмета контрабанды через границу другими лицами. То же относится и к отпечаткам пальцев, другим следам преступления, заключениям экспертов об этих следах. В данной ситуации, на наш взгляд, следует считать неотносимыми фактическими данными полученные в ходе расследования сведения о личности лиц, не совершавших данное преступление.

Как бы то ни было, оценке доказательств с точки зрения их относимости всегда предшествует тщательный анализ их фактической стороны. И этот процесс также нами уже исследован в качестве первоначального этапа проверки доказательств.

На наш взгляд, в практике доказывания по делам о контрабанде особых сложностей при решении вопроса об относимости доказательств не возникает. Как правило, следователи правильно делают выводы о том, какие из собранных доказательств могут по своему содержанию использоваться для установления обстоятельств совершения расследуемого преступления. По крайней мере, исследуя обвинительные заключения и приговоры судов по предусмотренным ст. 188 УК преступлениям, мы не встретили случаев применения неотносимых доказательств для обоснования выводов о виновности контрабандистов.

Представляется, что гораздо сложнее определить, отвечают ли оцениваемые доказательства другому требованию, предъявляемому к их содержанию, - достоверности. Оценить доказательство с точки зрения его достоверности - значит сделать однозначный, не поддающийся сомнению вывод о том, что фактическое содержание доказательства объективно отражает обстоятельства, имевшие место в реальной действительности, являясь адекватным материальным или идеальным ее отражением.

Полагаем важным отметить, что российская уголовно-процессуальная наука исходит из принципа, что “достоверность означает истинность”’. И этот принцип выгодно отличает уровень развития отечественной правовой мысли и российского доказательственного права от положений теории доказательств, принятых в других, казалось бы, более развитых государствах. Так, в частности, “в германской процессуальной литературе признается, что судейское убеждение представляет лишь знание малой степени достоверности, выражает веру в истину, является субъективной, личной достоверностью”^, что в судебном исследовании достичь больше, чем субъективного убеждения в истине невозможно, “да этого и не требуется”^ Никакой речи об истине не идет и в английском и американском доказательственном праве, где “цель процесса доказывания - заставить суд, присяжных поверить в наличие каких- либо обстоятельств”‘*, т.е. “надо доказать наличие факта на балансе

’ Белкин Р.С. Указ. соч., с.59.

^ Филимонов Б.А. Основы теории доказательств в германском уголовном процессе. - М., 1994, с.42.

^ Там же, с.37.

^ Решетникова И.В. Локазательственное право Англии и США. - Екатеринбург, 1997, с.53-54.

вероятности - более вероятно, чем нет”’, с нашей же точки зрения, даже самая высокая вероятность означает наличие сомнения в истинности знания о фактах. А если эти сомнения не могут быть устранены в процессе доказывания, то они не могут быть положены в основу обвинения в силу требований ч. 3 ст. 49 Конституции РФ.

Каким образом устанавливается достоверность доказательств по делам о контрабанде, т.е. создаются условия для оценочного суждения о истинности их содержания, мы уже писали выше: путем анализа каждого из доказательств, их сопоставления друг с другом, а также путем собирания новых объективных данных. Т.е. оценка достоверности доказательств есть результат их тщательного, всестороннего и объективного исследования, которое показывает, что 5п:верждает одно доказательство, и что отрицает другое. Однако, если же предметом их утверждения и отрицания становится один и то же факт, то только одно из этих доказательств в соответствии с законом исключенного третьего может быть признано в результате оценки достоверным, поскольку третьего не дано. Однако выбрать из двух таких доказательств достоверное не всегда бывает просто. А залогом правильности этого выбора может быть только полное и объективное рассмотрение всех материалов уголовного дела в их совокупности как основание внутреннего убеждения следователя.

Тем не менее нельзя говорить об отсутствии у всех следователей предвзятости в отношении тех или иных доказательств, которая наиболее ярко проявляется в ходе оценки достоверности показаний таких свидетелей, как должностные лица таможенных органов. К примеру, на предварительном следствии за отсутствием состава преступления было прекращено уголовное дело о контрабанде валюты в отношении гражданина Германии М. Следователем были признаны недостоверными показания инспектора таможни Ш., показавшего, что М. указал в индивидуальной таможенной декларации

Решетникова И.В. Указ. соч., с.54.

недостоверные сведения о том, что перемещает через таможенную границу РФ только 1500 марок ФРГ, не включив в декларацию 12295 марок ФРГ, которые были обнаружены у него в процессе таможенного контроля в результате проверки сведений, заявленных при декларировании. Предпочтение было отдано сомнительным, на наш взгляд, показаниям подозреваемого М., который в ходе допроса показал следователю, что он добровольно, отвечая на вопрос инспектора таможни о наличии у него валюты, помимо указанной в декларации, устно “додекларировал” остальную валюту, предъявив при этом всю имевшуюся в наличии валюту. При этом, делая выводы о достоверности показаний М. и недостоверности показаний Ш., следователем не были учтены показания двух свидетелей - знакомых подозреваемого, которые при производстве дознания показали, что на дополнительно поставленные вопросы о наличии иной, помимо задекларированной валюты М. ответил отрицательно и только после требования инспектора таможни предъявить содержимое карманов брюк М. был вынужден извлечь из правого кармана носовой платок, в котором была завернута не указанная в таможенной декларации иностранная валюта. Не дана должная оценка и показаниям подозреваемого, которые он дал при производстве дознания в таможне непосредственно после обнаружения признаков преступления, когда он полностью признал свою вину в совершении преступления, пояснив, что не указал в декларации всю сумму иностранной валюты, перемещаемой им через таможенную границу РФ, по причине отсутствия необходимых разрешительных документов.’

Схожая ситуация сложилась и при производстве предварительного следствия по уголовному делу в отношении фажданина РФ К. Тогда показания инспектора таможни Д., выявившего контрабанду иностранной валюты в размере 4007 долларов США, показавшего, что К. заявил в индивидуальной таможенной декларации недостоверные сведения о количестве перемещаемой

Архив Западной транспортной прокуратуры, 1997 г.

через таможеннз-то границу РФ иностранной валюты, указав в ней только 500 долларов США, и что при проверке заявленных в декларации сведений в ходе таможенного контроля у него были обнаружены еще 4007 долларов США, не заявленных при декларировании, - также были признаны недостоверными. Следствие посчитало более убедительными показания подозреваемого К. о том, что он не внес в таможенную декларацию 4000 долларов США, т.к. не знал о их наличии в кармане его пиджака. При этом не была дана должная оценка показаниям инспектора таможни Д., пояснившего, что К. на его вопрос о том, почему тот не указал в своей декларации 4007 долларов США, ответил, что не имел разрешительных документов на их вывоз. Эти сведения подтвердил и К. в своих первоначальных объяснениях. Однако и этот факт остался без внимания. Как и тот, что при себе у К. действительно отсутствовали необходимые документы, разрешающие вывоз из РФ имевшейся при нем иностранной валюты, а представленные им в свое оправдание спустя несколько дней дознавателю таможни банковские справки формы № 0406007, датированные днем выявления таможенного правонарушения, подтверждающие законность приобретения им 4200 долларов США и одновременно являющиеся разрешениями на ее вывоз за рубеж, по результатам проверки оказались оформленными спустя несколько часов после обнаружения правонарушения. Допущенные при оценке достоверности доказательств ошибки стали одной из причин необоснованного, как нам представляется, прекращения уголовного дела и освобождения К. от ответственности.’

Причина таких ошибок, на наш взгляд, кроется в предвзятом отношении со стороны некоторых следователей, прокуроров и судей к показаниям должностных лиц таможенных органов, военнослужащих Федеральной пограничной службы, сотрудников милиции и других правоохранительных

’ В последствии решение следователя о прекращении этого уголовного дела было отменено Генеральной прокуратурой РФ, а гражданин К. осужден (Архив Багратионовского районного суда, 2000 г.).

органов. Мы ни в коей мере не ратуем за признание бесспорными показаний таких свидетелей. Переоценка значения показаний этих лиц также опасна, как и предвзятое, недоверчивое отношение к ним. По нашему мнению, правило оценки доказательств, в соответствии с которым никакие доказательства не имеют заранее установленной силы, подразумевает не только запрет признания за одними доказательствами исключительной силы, но и недопустимость предания другим значения “полудоказательств”. В противном случае и у нас может стать правилом, то, что узаконено в других государствах, например, в Нидерландах, где “судья может пользоваться показаниями, данными полицейским, только в том случае, если они подтверждены другими показаниями”’.

Приведенные примеры позволяют указать и на недопустимость переоценки показаний подозреваемого и обвиняемого по делам о контрабанде. По-видимому, если бы оба подозреваемых М. и К. на допросе у следователя признали свою вину и дали правдивые показания о том, как они пытались вывести из РФ контрабандным путем иностранную валюту в крупном размере, по другому были бы оценены и другие доказательства. А это означает, что жив еще закрепившийся с давних времен за признанием обвиняемым своей вины стереотип царицы доказательств.

Кроме того, материалы этих двух прекращенных уголовных дел о контрабанде являются наглядным примером того, как непосредственно в практике доказывания по данной категории уголовных дел обнажается проблема соотношения в оценке достоверности доказательств субъективного и объективного моментов. Мы солидарны с теми авторами, которые считают, что при оценке доказательств органы следствия должны исходить “из всестороннего и глубокого исследования дела, из единства объективного и субъективного моментов”, не допуская “случаев недооценки объективных

Осипкин В.Н., Рохлин В.И. Доказательства. - СПб, 1998, с.26.

199

обстоятельств совершения преступления и переоценки своего субъективного мнения”’. А в указанных случаях, на наш взгляд, выводы следствия о достоверности показаний одних лиц и недостоверности других основаны только на недоверии к личности свидетелей и доверии к личности подозреваемого, т.е. на основании чисто субъективных факторов, хотя уголовно- процессуальный закон требует, чтобы внутреннее убеждение следователя было основано на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех материалов дела в их совокупности. В этой связи трудно не согласиться с Г.М. Резником, что внутреннее убеждение является не только способом оценки доказательств, но и результатом их оценки.^

При всем том, что никаких заранее установленных правил, определяющих достоверность одних доказательств и недостоверность других быть не может, следует однозначно заключить, что правильные выводы о достоверности собранных фактических данных могут быть получены только в результате их тщательной, полной и объективной проверки, о которой применительно к делам о контрабанде писалось выше. Определенные условия получения достоверных фактических данных создает и соблюдение правил о допустимости доказательств, хотя и “не гарантирует эту достоверность в каждом отдельно взятом случае”^.

Исследуя вопросы проверки доказательств по делам о контрабанде мы сознательно опустили такой ее элемент, как проверка источников фактических данных. Термин “проверка источников доказательств” содержится в Проекте УПК и представляется нам не совсем верным. На наш взгляд, правильнее говорить о проверке допустимости доказательств. Последнее понятие более полно и конкретно отражает вкладываемый в него смысл и широко

’ Мухин И.И. Указ. соч., с.32.

^ Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. - М., 1977, с.23.

^ Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения: Автореф. дис, … канд. юрид. наук. - М., 1996, с.З.

применяется другими авторами’. Полагаем, что вопросы проверки и оценки допустимости доказательств по делам о контрабанде в силу их особой значимости и актуальности целесообразнее рассмотреть вместе в настоящей части нашего исследования, не разделяя их из методических соображений.

Общее правило допустимости доказательств сформулировано в ч. 3 ст. 69 УПК и гласит, что доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК. Принимая во внимание категоричность данной формулировки, можно заключить, что недопустимыми должны автоматически признаваться все доказательства, в процессе собирания которых были допущены любые нарушения УПК, независимо от их характера. И некоторые авторы уверены в правильности такой позиции законодателя и отрицают возможность дифференцированного подхода к нарушениям уголовно- процессуального закона при оценке допустимости доказательств.^ Как нам представляется, такая категоричность является излишней. Нам ближе позиция тех авторов, которые разделяют допущенные при собирании доказательств нарушения на преступные, существенные и несущественные^, и уже в зависимости от того, к какой группе относится конкретное нарушение закона, допущенное при получении конкретного доказательства, от характера такого нарушения, его последствий и возможности его устранения процессуальными средствами, принимают решение о допустимости этого доказательства.’^ В

’ См., напр.: Золотых В.В. Проверка допустимости доказательств в уголовном процессе. - Ростов-н/Д, 1999.

^ Савицкий В.М. Уголовный процесс России на новом витке демократии // Государство и право, 1994, №6, сЛОб.

^ Комлев Б. Нарушения закона, влекущие исключение показаний свидетеля, потерпевшего из процесса доказывания//Законность, 1997, № 12, с. 16.

Л

’’ Химичева А.В. Данилова Р.В. Допустимость доказательств в уголовном процессе (по материалам уголовных дел о преступлениях, совершенных организованными группами. - М., 1998, C.15.

201

частности, нам представляется оправданным предложение о возможности признания допустимыми доказательств, при получении которых были допущены несущественные нарушения закона (которые “не повлекли неустранимых сомнений в достоверности фактических данных и не привели к нарушению прав участников процесса”), если “такие нарушения могут быть устранены процессуальным путем, в результате чего будет установлена доброкачественность фактических данных” (например, отсутствие подписи обвиняемого на одной из страниц протокола допроса, неуказание места или продолжительности допроса свидетеля в протоколе этого следственного действия и т.п., причины которых могут быть устранены путем допроса этих лиц).’ Отрадно, что необходимость и возможность дифференцированного подхода к оценке допустимости доказательств, полученных с нарушением закона, нашли понимание и у авторов Проекта УПК, в котором, в частности, предусмотрено, что доказательство должно быть признано недопустимым, если оно получено в нарушением требований УПК, которые путем лишения или стеснения гарантированных законом прав участников процесса или нарушением иных правил уголовного процесса при расследовании или судебном разбирательстве дела, повлияли или могли повлиять на достоверность полученного доказательства (ч. 3 ст. 71 Проекта УПК).

Большинство авторов сходятся во мнении, что критериями допустимости доказательств являются:

1) надлежащий субъект доказывания; 2) 3) надлежащий источник фактических данных; 4) 5) надлежащий способ собирания доказательств; 6) 7) надлежащий порядок проведения и оформления процессуального действия по собиранию доказательств.^ 8) ‘ Химичева А.В. Данилова Р.В. Указ. соч., с. 17.

^ См.: Кипнис Н. М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995, с.27; Химичева О.В., Данилова Р.В. Указ. соч., с, 14; и др.

H.B. Сибелева помимо процессуальности в качестве критериев допустимости судебных доказательств указывает еще этичность и научность.’

По уголовному делу о контрабанде доказательства должны быть признаны недопустимыми, руководствуясь требованием о надлежащем субъекте доказывания, в следующих случаях:

• несоблюдение требований ст. 126 УПК об обязательности производства предварительного следствия по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК (если по окончании срока дознания уголовное дело не передано следователю и продолжает расследоваться органом дознания); • • несоблюдение требований ст. 126 УПК о подследственности уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК (предварительное следствие по делам о контрабанде проводится следователями прокуратуры, Федеральной службы безопасности, органов внутренних дел, и не может проводиться следователями налоговой полиции, за исключением случая, предусмотренного ч. 8ст. 126 УПК); • • получение доказательств таможенным органом (или другим органом дознания) после передачи дела следователю без соответствующего письменного поручения последнего; • • получение доказательства при производстве дознания путем производства следственного действия, не отнесенного к числу неотложных (в частности, имеют место случаи неправомерного проведения дознавателями таможен по делам о контрабанде очных ставок^); • • получение доказательств следователем, либо не принявшим дела к производству, либо не включенным в следственную группу (когда дело о контрабанде расследуется несколькими следователями), либо не имеющим • ‘ Сибелева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголовном процессе. -Кііев, 1990,с24.

^ Так 9 % опрошенных дознавателей таможенных органов указали, что проводили очные ставки при производстве дознания по делам о контрабанде (см. рис. 5).

соответствующего письменного указания прокурора или начальника следственного отдела о разовом выполнении следственного действия по не находящемуся в его производстве уголовному делу;

• получение доказательств дознавателем таможни или следователем, а также прокурором, подлежащими отводу на основаниях ст. 59, 63, 64 УПК; • • несоблюдение требований ст. 132 УПК о проведении предварительного следствия по делу следователем органа, расположенного либо по месту совершения (обнаружения) контрабанды, либо по месту нахождения подозреваемого (обвиняемого) или большинства свидетелей. • Собранные по делу о контрабанде доказательства будут считаться недопустимыми, как полученные из ненадлежащего источника, если, во- первых, он не содержится в предусмотренном в ч. 2 ст. 69 УПК исчерпывающем перечне источников фактических данных, и, во-вторых, если он хотя и включен в этот перечень, но не удовлетворяет предъявляемым к нему требованиям, примерами ненадлежащих источников фактических данных могут быть: 1) показания свидетеля полученные от лиц, которые в соответствии с п. 11 ст. 5, ч. 2 ст. 72 УПК не могут допрашиваться в качестве свидетелей; 2) показания свидетеля, являющегося супругом или близким родственником обвиняемого, которому перед началом допроса не было разъяснено содержание ст. 51 Конституции РФ; 3) показания допрошенного в качестве свидетеля лица при наличии достаточных оснований подозревать его в совершении преступления; 4) показания свидетеля, не указавшего своей осведомленности об обстоятельствах совершения контрабанды (в том числе показания сотрудника органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, не раскрывшего личность осведомителя, на которого он ссылается в показаниях); 5) заключение эксперта, подлежащего отводу по предусмотренным в ст. 67 УПК основаниям. В качестве позитивного начала хочется отметить получившую распространение во всех отделах дознания таможен практику обязательного разъяснения предусмотренного ст. 51

Конституции РФ права гражданина не свидетельствовать против самого себя, супруга и близких родственников, перед началом допроса каждого подозреваемого или свидетеля по делу о контрабанде. Однако, к сожалению, еще довольно распространены случаи допроса как дознавателями таможен, так и следователями в качестве свидетелей лиц, совершивших контрабанду.^ Современная следственная и судебная практика, как правило, признает допустимыми источниками доказательств (вещественными доказательствами, иными документами) по делам о контрабанде предметы и документы: 1) полученные таможенными органами, органами МВД, военнослужащими Федеральной пограничной службы при осуществлении своих административных функций (например, протокол личного досмотра и обнаруженные в ходе него предметы контрабанды - при условии соблюдения установленного порядка его проведения и оформления); 2) полученные таможенными и другими правоохранительными органами в ходе административного производства (протокол об административном правонарушении, протокол о нарушении таможенных правил, объяснения правонарушителей и очевидцев, протоколы опроса лица, привлекаемого к ответственности за нарушение таможенных правил, протоколы опроса свидетелей по делу о нарушении таможенных правил, протокол изъятия товаров, транспортных средств, документов и иных предметов, изъятые по делу о нарушении таможенных правил предметы и документы и т.д.) - при условии соблюдения установленного нормами административного (в том числе и таможенного) законодательства порядка проведения и оформления соответствующих действий; 3) полученные органами дознания, следователем в ходе доследственной проверки, предшествующей возбуждению уголовного дела (объяснения граждан и должностных лиц, истребованные предметы и документы и т.д.) - при условии установленного для проверочных действий

’ Выше приводились примеры таких нарушений уголовно-процессуального закона.

порядка проведения и оформления. Однако, на наш взгляд, ст. 70 и 88 УПК не дают достаточных оснований для однозначного вывода о том, что перечисленные документы признаны законодателем документами доказательствами. А потому вызывает сомнение (и не только у нас’) законность распространившейся практики признания допустимости материалов административного производства и доследственной проверки в уголовно- процессуальном доказывании по делам о контрабанде как доказательств - иных документов. Для устранения таких сомнений при решении вопроса о допустимости тех или иных документов в качестве доказательств законодателю следует более дифференцировано подойти к определению понятия иных документов как вида уголовно-процессуальных доказательств, прямо указав на возможность либо невозможность использования в доказывании документов, полученных и оформленных в ходе административного производства и доследственной проверки материалов по заявлениям или сообщениям о преступленріях, а также “определить требования к порядку приобщения их к делу”^. Полагаем, что такие меры позволили бы обеспечить единообразное толкование и правильное применение соответствующих процессуальных норм.

Представляется, что и результаты оперативно-розыскной деятельности (а именно - полученные оперативным путем предметы и документы), могут быть признаны допустимыми лишь постольку, “поскольку после их фактического обнаружения последовало их процессуальное собирание, в ходе которого к ним был полностью применен способ закрепления фактических данных”^ а сами

’ По результатам нашего социологического исследования 85 % опрошенных дознавателей таможенных органов находят возможным использование в качестве доказательств по уголовным делам о контрабанде материалов административного производства, 13 % придерживаются противоположного мнения, 2 % не смогли дать однозначный ответ на поставленный вопрос.

^ Кульчихин В.В. О понятии иного документа как доказательства // Первая Международная научно-практическая конференция “Проблемы регионального управления, экономики, права и инновационных процессов в образовании: Тезисы докладов. - Таганрог, 1999, с.73.

^ Костаков А.А. Допустимость и относимость доказательств. - Л., 1991, с.10.

результаты оперативно-розыскной деятельности были облачены в процессуальную форму вещественных доказательств или иных документов, и то только при наличии следующих условий: 1) были соблюдены требования Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” в ходе получения этих результатов, а также в процессе их представления следователю; 2) соблюдены требования уголовно-процессуального закона о представлении доказательств участниками процесса и другими лицами либо об истребовании следователем предметов и документов.

Руководствуясь критерием надлежащего способа получения доказательств, фактические данные по уголовному делу о контрабанде должны быть признаны недопустимыми, если они получены иным, нежели это указано в ст. 70 УПК, непроцессуальным способом. Каждый из способов собирания доказательств по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК, был детально проанализирован нами выше. Недопустимыми, на наш взгляд и с точки зрения действующего законодательства, должны признаваться фактические данные, полз^енные в результате “проверки показаний на месте”’, или закрепленные в “протоколе изъятия” или “протоколе добровольной выдачи” предметов и документов, т.к. такие следственные действия не существуют, к числу ненадлежащих способов получения доказательств в соответствии с действующим УПК также следует отнести следственные действия (за исключением осмотра места происшествия) произведенные до возбуждения уголовного дела, а равно проведение при производстве дознания следственных действий, не являющихся неотложными.

Оценивая же допустимость доказательств на основании критерия надлежащего порядка проведения и оформления процессуального действия по их получению, необходимо руководствоваться как общими правилами и условиями производства предварительного следствия и дознания, так и

Такое следственное действие предусмотрено в Проекте УПК.

установленными законом специальными требованиями к производству и оформлению конкретного процессуального действия, направленного на получение фактических данных. К числу первых, нарушение которых влечет безусловное признание полученных фактических данных недопустимыми относятся: “1) запрет домогаться показаний обвиняемого и других участвующих в деле лиц путем насилия, угроз и иных незаконных мер; 2) обеспечение конституционных прав граждан на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища; 3) обеспечение подозреваемому и обвиняемому права на защиту; 4) обеспечение права пользоваться родным языком; 5) обязанность разъяснения и обеспечения прав участвующим в деле лицам; 6) проведение предварительного расследования только после возбуждения уголовного дела; 7) надлежащее оформление процессуального действия”’. В силу интернационального характера состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК РФ, обеспечение права подозреваемого, обвиняемого и свидетелей, которые часто являются гражданами других государств и не владеют русским языком, пользоваться родным языком - в практике расследования дел о контрабанде приобретает особую актуальность и является дополнительной гарантией допустимости полученных с участием переводчика сведений. Однако нам приходилось сталкиваться со случаями, когда дознаватели таможен, обеспечив подозреваемому право пользоваться услугами переводчика, ограничивались заявлениями контрабандиста об отказе от услуг адвоката при производстве дознания, забыв о том, что в соответствии с п. 4 ст. 49 УПК по делам лиц, не владеющих языком, на котором ведется судопроизводство, участие защитника обязательно, а отказ такого подозреваемого от защитника является для органа дознания необязательным. В отношении же доказательств, полученных с нарушением порядка и процессуального оформления следственного действия.

Химичева О.В., Данилова Р.В. Указ. соч., с.57.

считаем необходимым еще раз отметить, что, на наш взгляд, каждое такое нарушение должно быть тщательно взвешено, что окончательные выводы о допустимости или недопустимости таких доказательств должны делаться с учетом того, повлияло ли это нарушение на достоверность фактических данных, были ли лишены возможности воспользоваться своими правами или ограничены в правах участники процесса, могут ли эти нарушения быть устранены процессуальными средствами.

Только после определения допустимости, достоверности и относимости доказательств по результатам их оценки можно сделать правильный вывод о достаточности совокупности собранных фактических данных. Если относимость доказательств напрямую зависит от предмета доказывания по уголовному делу, то достаточность собранных фактических данных непосредственно связана с пределами доказывания, границами уголовно- процессуального познания. В посвященной анализу пределов доказывания по делам о контрабанде части нашего исследования мы уже сделали вывод о том, что для определения достаточности совокупности собранных и исследованных доказательств необходимо прийти с заключению, что имеющиеся фактические данные позволяют в полной мере установить каждый из элементов предмета доказывания по данной категории уголовных дел. Роль отдельных видов доказательств в доказывании обстоятельств, подлежаїцих обязательному установлению по уголовному делу о контрабанде, также нами уже исследована. Следует лишь повториться, что невозможно определить заранее ни вид, ни количество доказательств, образующих именно достаточную их совокупность для разрешения дела по существу. Однако следует помнить, что и применительно к доказыванию по делам о контрабанде существуют такие виды доказательств, наличие которых в деле признается законодателем обязательным для признания совокупности всех собранных фактических данных достаточной. Речь идет о предусмотренных в ст. 79 УПК обстоятельствах, для установления которых обязательно производство

209

экспертизы (например, характер телесных повреждений, причиненных контрабандистом должностному лицу, осуществляющему таможенный контроль, и др.).

Как бы то ни было, “признание добытых доказательств достаточными для решения дела, по существу, означает убеждение в том, что осуществлено всестороннее, полное и объективное исследование всех обстоятельств дела”.’ На основании должным образом собранных, проверенных и оцененных доказательств могут быть сделаны окончательные и справедливые выводы о доказанности того или иного обстоятельства совершения контрабанды и детально установлена вся истинная картина преступления. Цель процесса доказывания можно считать достигнутой.

Белкин А.Р. Указ. соч., с.202.

210

Заюіючение

В рамках настоящего диссертационного исследования были поставлены задачи всестороннего изучения и обобщения практики доказывания по делам о контрабанде на стадии предварительного расследования, теоретического осмысления и выработки практических рекомендаций по осуществлению и оптимизации доказательственной деятельности органов дознания и предварительного следствия по рассматриваемой категории уголовных дел, разработки предложений по дальнейшему совершенствованию уголовно- процессуального, уголовного и таможенного законодательства, которые способствовали бы повышению оперативности, качества и эффективности доказывания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК. В ходе решения этих задач автором были разработаны следующие положения, выводы и предложения:

• о понятии доказывания: определены и обоснованы признаки, характеризующие понятие доказывания в уголовном судопроизводстве: 1) уголовно-процессуальное доказывание является разновидностью познания, осуществляемого как на эмпирическо-практическом, так и на рациональном уровнях в ходе собирания, проверки и оценки доказательств; 2) целью доказывания в уголовном судопроизводстве является установление фактических обстоятельств совершенного преступления, т.е. установление объективной истины по уголовному делу; 3) это такое познание истины по уголовному делу, которое осуществляется в особой процессуальной форме, предусмотренной уголовно-процессуальным законом, уполномоченными на то субъектами уголовного процесса, и которое носит ярко выраженный удостоверительный характер; 4) уголовно-процессуальное доказывание включает в себя и логические операции по обоснованию истинности выводов и решений органов дознания, следователя, прокурора и суда;

• о понятии предмета доказывания по делам о контрабанде: предмет доказывания по делам о контрабанде определен как совокупность обстоятельств, подлежащих обязательному доказыванию по каждому уголовному делу, указанных законодателем в ст. 68 УПК, конкретизированных им и в других нормах УПК, т.е. тех обстоятельств, которые определяют цели и направления доказывания, а их конкретное содержание обусловлено, во- первых, юридическими признаками состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК, во-вторых, особенностями каждого отдельного преступления; • • о предмете доказывания по делам о контрабанде: определены и исследованы в качестве обстоятельств, подлежащих доказыванию по рассматриваемой категории дел, место, время, способы и другие обстоятельства совершения контрабанды (составляющие событие данного преступления); проанализированы мотивы и цели совершения контрабанды, присущая данному составу форма вины; с учетом особенностей юридических признаков конструкции состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК, определена специфика установления по делам о контрабанде обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности контрабандиста; определено, какие именно обстоятельства, характеризующие личность контрабандиста, подлежат доказыванию по данной категории дел, и их значение; выполнен анализ причин и условий, способствующих совершению контрабанды; • • о понятии пределов доказывания: пределы уголовно-процессуального доказывания представляют собой такую совокупность доказательств, которая, с точки зрения количественного критерия, должна быть полной, достаточной для установления всех и каждого из перечисленных в ст. 68 УПК обстоятельств, а с точки зрения качественного критерия, - обеспечивать достоверность их установления, истинность выводов о событии преступления, виновности обвиняемого и т.д.; • • о пределах доказывания по делам о контрабанде: выполнен анализ каждого вида доказательств, применяемых в доказывании по делам о контрабанде, значение каждого из них для установления того или иного элемента предмета доказывания по делам о контрабанде; определены критерии полноты и достаточности совокупности доказательств по делам о контрабанде; • • о собирании доказательств по делам о контрабанде: выполнен научный анализ каждого из предусмотренных уголовно-процессуальным законом способов собирания фактических данных применительно к делам о контрабанде; выработаны соответствующие методические рекомендации по собиранию доказательств при расследовании дел о контрабанде, в том числе за рубежом; • • о проверке доказательств по делам о контрабанде: исследованы уголовно- процессуальные и криминалистические аспекты проверки фактических данных, собранных по делам о контрабанде; выработаны соответствующие методические рекомендации; • • об оценке доказательств по делам о контрабанде: определены критерии оценки доказательств по делам о контрабанде с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а их совокупности - с точки зрения достаточности; разработаны соответствующие методические рекомендации. • Кроме того, автором был выработан ряд научно аргументированных и подкрепленных практикой предложений и рекомендаций по дальнейшему совершенствованию уголовно- процессуального, уголовного и таможенного законодательства, применяемого в ходе доказывания по делам о контрабанде:

• о внесении в УПК дополнений, предусматривающих возможность, условия и порядок использования в качестве доказательств предметов и документов, полученных правоохранительными органами при осуществлении своих административных функций, административного производства и доследственной проверки материалов о преступлениях; • • о внесении в УПК дополнений, предусматривающих возможность, условия и порядок использования в качестве доказательств результатов о перативно-розы скной деятель н ости; • • о внесении в УПК дополнений, предусматривающих порядок собирания доказательств за рубежом и условия их допустимости; • • о внесении у УПК изменений о понятии и видах неотложных следственных действий, производимых органами дознания по делам о преступлениях, по которым производство предварительного следствия является обязательным; • • об исключении из ТК гл. 34, устанавливающей признаки контрабанды и иных преступлений в сфере таможенного дела, гл. 35, определяющей компетенцию таможенных органов как органов дознания и порядок производства дознания таможенными органами, гл. 36 и гл. 37, определяющих компетенцию таможенных органов как органов, осуществляющих оперативно- розыскную деятельность и порядок ее осуществления; • • о приведении в соответствие с Конституцией РФ нормы ст. 3 ТК, содержащей понятие таможенной границы Российской Федерации, являющейся конструктивным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК; • • о включении в диспозицию ст. 276 ТК действий по перемещению товаров и иных предметов через таможенную границу путем ее прорыва, выразившегося в их открытом перемещении через таможенную границу вопреки прямому запрету присутствовавшего при этом должностного лица, осуществляющего таможенный контроль, т.к. указанные действия наряду с другими образуют такой способ совершения контрабанды, как перемещение товаров и других предметов через таможенную границу помимо таможенного контроля, являющийся конструктивным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК; • • о приведении в соответствие норм уголовного законодательства (ст. 188 УК) и таможенного законодательства (ст. 185, 261, 278 ТК) в части использования терминов “средства таможенной идентификации” и “средства идентификации”, используемых в качестве конструктивного признака состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК. • Разработанные в результате диссертационного исследования основные положения, выводы, предложения и рекомендации, по мнению автора, должны способствовать повышению оперативности, качества и эффективности доказывания по уголовным делам о контрабанде.

Библиографический список использованной литературы

I. Нормативно-правовые акты:

  1. Конституция Российской Федерации. - М., 1993.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. - М., 2001.
  3. Уголовный кодекс Российской Федерации. - М., 2001.
  4. Проект Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, принятый Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации в первом чтении 6 июня 1997 г. // Справочно-правовая система “Гарант” 4.0.
  5. Таможенный кодекс Российской Федерации. - М., 2000.
  6. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик от 25 декабря 1958 г.//Ведомости ВС СССР, 1959, № 1, ст. 12.
  7. Закон СССР от 12 июня 1990 г. “О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик” // Ведомости СНД СССР, 1990, Хе 26, ст. 495.
  8. Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ “Об оперативно- розыскной деятельности” // СЗ РФ, 1995, № 33, ст. 3349.
  9. История законодательства СССР и РСФСР по уголовному процессу. 1955- 1991 гг.: Сборник правовых актов/ Отв. ред. Р.Х. Лкупов, сост. В.Н. Галузо. - М.: Спарк, 1997. - 800 с.
  10. Организация и порядок уголовного судопроизводства: Сборник правовых актов. - М.: Юрид. лит., 1998. - 816 с.
  11. Сборник нормативных актов, регулирующих деятельность таможенных органов и других правоохранительных органов России / Авторы составители А.Ф. Козыкин, П.И. Самойленко. - М.: РИО РТА, 1997.
  12. Международное публичное право: Сборник документов. Том 1. - М., Изд- во БЕК, 1996. - 570 с.
  13. Международное публичное право: Сборник документов. Том 2. - М., Изд- во БЕК, 1996.- 539 с.
  14. Конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г.// СЗ РФ, 1995, № 17, ст. 1472.
  15. Договор между Союзом Советский Социалистических Республик и Монгольской Народной Республикой о взаимном оказании правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам от 23 сентября 1988 г. И Ведомости СНД СССР, 1991, № 2, ст. 56.
  16. Конвенция Организации Объединенных Наций о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ от 20 декабря 1988 г. // Международное публичное право: Сборник документов. Том 2.-м., Изд-во БЕК, 1996, с.71-82.
  17. Международная конвенция о взаимном административном содействии в предотвращении, расследовании и пресечении таможенных правонарущений (Найроби, 9 июня 1977 г.)
  18. Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: Спарк, 1999. - 560 с.
  19. Уголовно-процессуальный кодекс Федеративной Республики Германии // Федеративная Республика Германия. Уголовно-процессуальный кодекс. - М.: Изд. фирма “Манускрипт”, 1994. - 204 с.
  20. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 3 февраля 1978 г. № 2 “О судебной практике по делам о контрабанде” // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: Спарк, 1999, с. 128-131.
  21. Межведомственная инструкция “О порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами дознания, предварительного следствия, дознания и судами” № 034/15 от 18 октября 1989 г.
  22. Приказ ФСБ РФ, ФСНП РФ, МВД РФ, ФСО РФ, ФПС РФ, ГТК РФ № 175/226/336/201/286/410/56 от 13 мая 1998 г. “Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд*’.
  23. Приказ Таможенного комитета СССР от 9 августа 1991 г. № 49 “О методических рекомендациях по организации дознания в таможенных органах СССР по делам о контрабанде”.
  24. Методическое письмо ГТК РФ от 10 ноября 1994 г. № 01-13/12769 “О порядке применения Федерального закона Российской Федерации “О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно- процессуальный кодекс РСФСР”.
  25. Письмо ГТК РФ от 12 октября 1995 г. № 01-13/144450 “О местах таможенного оформления и документах, используемых в таможенных целях”.
  26. Письмо ГТК РФ от 19 мая 1995 г. № ОМЗ/843 “О договорах о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, Гаагской конвенции 1961 года”.
  27. Письмо ГТК РФ от 16 авіуста 1995 г. № 01-10/11658 “О договорах о правовой помощи по гражданским, семейным и уголовным делам, Гаагской конвенции 1961 года”.
  28. Приказ ГТК РФ от 16 февраля 1996 г. № УБТП-11-13/429 “О необходимости строгого соблюдения таможенными органами требований уголовно-процессуального законодательства”.
  29. Письмо ГТК РФ от 12 мая 1997 г. № 11-01/2252 “О необходимости укрепления отделов дознания”.
  30. Письмо ГТК РФ от 18 февраля 1997 г. № 11-01/655 “Об организации исполнения федеральных законов о введении в действие нового Уголовного кодекса Российской Федерации и внесении изменений и дополнений в УПК РСФСР”.

218

  1. Письмо ГТК РФ от 16 января 1998 г. № 01-15/837 “О необходимости соблюдения таможенного и уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации при производстве процессуальных действий с вещественными доказательствами и документами”.
  2. II. Монографии, диссертационные исследования, ангореферагты диссертаций:

  3. Авсюк А.В. Установление обстоятельств времени в криминалистике и доказывании (на примере раскрытия и расследования умышленных убийств): Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - М., 1992. - 24 с.
  4. Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - М.: Юрид. лит., 1964.- 179 с.
  5. Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в советском уголовном процессе: Автореф. дис…. докг. ісрид. наук. - М, 1967. - 23 с.
  6. Аслаханов А.А. Проблемы борьбы с преступностью в сфере экономики (криминологический и уголовно-правовой аспекты: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. - М., 1997. - 49 с.
  7. Асмус В.Ф. Учение логики о доказательстве и опровержении. - М.: Госполитиздат, 1954. - 88 с.
  8. Банин В.А. Предмет доказывания в советском уголовном процессе (гносеологическая и правовая природа). - Саратов: Щд-юС^ш. ун-та, 1981.- 157 с.
  9. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методические проблемы советской криминалистики. - М.: НИиРИО ВШ МВД СССР, 1970. - 130 с.
  10. Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. - М.: Изд- во “Наука”, 1966. - 295 с.
  11. Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказывание. - М.: Юрид. лит., 1969.-216 с.
  12. Белов М.В. О методах установления истины в советском уголовном процессе. - Пенза: Изд-во Пенз. высш. артиллер. инж. училища, 1969. - 55 с.
  13. 219

  14. Бороданков А.П. Доказывание по уголовным делам о нарушении правил техники безопасности. Дис. … канд. юрид. наук. - Л., 1980. - 180с.
  15. Бороданков А.П. Доказывание по уголовным делам о нарушении правил техники безопасности: Автсреф. дис…. кацд. юрші наук - Д, 1980.-22 с.
  16. Виноградов С.В. Доказывание по делам об изнасилованиях: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - М., 1987. - 24 с.
  17. Владимиров JXE. Учение об утоловньк доказательствах.-СТб, 1910.-401 с.
  18. Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. - Тула: Автограф, 2000. - 464 с.
  19. Габричидзе Б.Н. Практика применения Таможенного кодекса Российской Федерации. - М.: Книжный мир, 1998. - 496 с.
  20. Галанжин Е.Ф. Предупреждение контрабанды (по материалам Государственного таможенного комитета Российской Федерации), Дис…. канд. юрид. наук. - М., 1995. - 172с.
  21. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж: №д-ю Вфонеж. ун-та, 1978.-304 с.
  22. Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - М., 1996. - 21 с.
  23. Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. - Свердловск: Изд-во Урал, ун-та, 1991. - 150 с.
  24. Дагель П.С., Котов Д.П. Субъективная сторона преступления и ее установление. - Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1974. - 243 с.
  25. Дворянский A.M., Травин А.В. Производство дознания таможенными органами Российской Федерации. - СПб, 1995. - 38 с.
  26. Девяткина Е.Л. Производство обыска и выемки органами дознания ГТК России: Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1999. - 150с.
  27. Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств преступления. - Ростов-н/Д: Изд-во Ростов, ун-та, 1991. - 152 с.
  28. 220

  29. Доля E.A. Использование в доказывании результатов оперативно- розыскной деятельности. - М.: Спарк, 1996. -80с.
  30. Домбровский Р.Г. Познание и доказывание в расследований преступлений. Дис. … докт. юрид. наук. - Рига, 1990. - 280 с.
  31. Жбанков В.А. Свойства личности и их использование для установления лиц, совершивших таможенные правонарушения. - М.: РИО РТА, 1999.- 192 с.
  32. Зайковский В.Н. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в ходе доказывания по уголовному делу: Автореф. дис. канд. … юрид. наук. - СПб, 1996. - 20 с.
  33. Зеленский Д.В. Проблемы допустимости доказательств в российском уголовном процессе: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Краснод^, 1995.- 19с.
  34. Земскова А.В. Правовые проблемы использования результатов оперативно-розыскных мероприятий в уголовно-процессуальном доказывании. Дис…. канд. юрид. наук. - М., 1998. - 175 с.
  35. Зникин В.К. Использование оперативно-розыскной информации в уголовно-процессуальном доказывании: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Томск, 1998.-23 с.
  36. Золотых В.В. Проверка допустимости доказательств в уголовном процессе. - Ростов-н/Д: Феникс, 1999. - 288 с.
  37. Зуев В. Л. Доказывание по делам о преступлениях с административной ітреюдицией. Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1991. - 170с.
  38. Зуев В.Л. Особенности доказывания по делам о преступлениях с административной преюдицией. - М.: УМЦ при ГУК МВД РФ, 1995. - 32 с.
  39. Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание при производстве расследования. - Горький: Горьк. ВШ МВД СССР, 1977. - 44 с.
  40. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М.: Юристъ, 1995. - 127 с.
  41. 221

  42. Кипнис H.M. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - М., 1996. - 26 с.
  43. Кисловский Ю.Г. Контрабанда: история и современность. - М.: ИПО “Автор”, 1996.-430 с.
  44. Кокорев Л.Д. Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж: Р1зд-во Воронеж, ун-та, 1995. - 272 с.
  45. Колдаев В.М. История и современные способы борьбы с контрабандой в СССР (криминалистическое, уголовно-правовое и уголовно- процессуальное исследование): Автореф. дис…. канд. юрид. наук - Я, 1972.- 18 с.
  46. Котов Д.П. Мотивы преступлений и их доказывание: (Вопросы теории и практики). - Воронеж: Изд-во Воронеж ун-та, 1975. - 152 с.
  47. Котов Д.П. Мотивы преступлений и их доказывание следователем: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Саратов, 1972. - 16 с.
  48. Кочубей М.А. Уголовная ответственность за преступления в сфере таможенной деятельности. Дис…. канд. юрид. наук. - Ростов-н/Д, 1998. - 203 с.
  49. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждений уголовного дела. - Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1983. - 116 с.
  50. Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. - Минск: Изд-во БГУ, 1969. - 203 с.
  51. Курылев С.В. Установление истины в советском правосудии: Автореф. дис…. докт. юрид. наук. - М., 1967. - 30 с.
  52. Кустов И.С. Законодательные гарантии достижения истины по уголовному делу. - Ашхабад: Туркменистан, 1975. - 195 с.
  53. Лфин AM Or следсівеннсй версии к истине. - М.: Юрид. лиг., 1976. -198 с.
  54. Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. - М.: Юрид. лит., 1966.- 156 с.
  55. Лукьянов В.В. Уголовно-правовая характеристика контрабанды и ее предупреждение: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Л., 1982. - 20 с.
  56. І^пинская ПА Доказывание в советском утхшовном процессе. - М., 1966.
  57. 222

  58. Маликов М.Ф. Оценка доказательств в правоприменительной деятельности. - Уфа: БГУ, 1984. - 73 с.
  59. Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовному делу: Автореф, дис. … канд. юрид. наук. - М., 1990. - 20 с.
  60. Меретуков Г.М. Криминалистические проблемы борьбы с наркобизнесом организованных преступных групп. - М.: Академия МВД РФ, Краснодар, юрид. ин-т МВД РФ, 1995. - 499 с.
  61. Миньковский Г.М. Пределы доказывания в советском уголовном процессе. - М.: Госюриздат, 1956. - 115 с.
  62. Михайлов В.И., Федоров А.В. Уголовная ответственность за контрабанду. - СПб: РИО СПб филиал РТА, 1997. - 54 с.
  63. Михеев Р.И. Установление субъективной стороны умышленных преступлений: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Иркутск, 1972. - 25 с.
  64. Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном судопроизводстве. - Киев: Вища школа. Изд-во при Киев, ун-те, 1984. - 133 с.
  65. Михеенко М.М. Теоретические проблемы доказывания в советском уголовном процессе. Дис. … докт. юрид. наук. - Киев, 1984. - 539 с.
  66. Москалькова Т.Н. Этика уголовно-процессуального доказывания (стадия предварительного расследования). - М.: Спарк, І996. - 125 с.
  67. Мотовиловкер Л.О. Установление истины в советском уголовном процессе. - Ярославль: Изд-во Яросл. ун-та, 1974. - 71 с.
  68. Мухин И.И. Важнейшие проблемы оценки доказательств в уголовном и гражданском судопроизводстве. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1974. - 108 с.
  69. Мухин И.И. Объективная истина и некоторые вопросы оценки судебных доказательств при осуществлении правосудия. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1971.- 183 с.
  70. Никитина Е.В. Проблемы совершенствования средств доказывания: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Екатеринбург, 1994. - 22 с.

  71. Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам. - М.іЮристь, 1995.-64 с.
  72. Осипкин В.Н., Рохлин В.И. Доказательства. - СПб: СПб юрид. ин-т Генер. прокуратуры РФ, 1998. - 31 с.
  73. Пашкевич П.Ф. Объективная истина в уголовном судопроизводстве. - М.: Госюриздат, 1961. - 171 с.
  74. Перлов С.Н. Доказывание при расследовании дел о дорожно- транспортных происшествиях (процессуальные и криминалистические аспекты): Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - М., 1997. - 24 с.
  75. Пономаренков В.А. Проблемы представления и использования доказательств в уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Саратов,
    • 20 с.
  76. Попелюшко В.А. Уголовно-процессуальные и уголовно-правовые аспекты предмета доказывания: Автореф. дис…. канд.юрцд.наук.-М, 1984.- 18 с.
  77. Попов Н.М. Оперативное обеспечение досудебной подготовки в уголовном судопроизводстве России. Дис. … канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 1997.- 167 с.
  78. Размадзе М.Н. Методологические основы доказывания в советском уголовном процессе: Автореф. дис…. докт. юрид. наук. - М., 1972. - 30 с.
  79. Размадзе М.Н. Методологические основы доказывания в советском уголовном процессе. Дис…. докт. юрид. наук. - М., 1972. - 570 с.
  80. Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. - М.: Юрид. лит., 1977. - 120 с.
  81. Ремизова Е.В. Предмет доказывания по делам несовершеннолетних в советском уголовном процессе: Авт^эеф.дис….канд.кфид.н^-М., 1968.-20с.
  82. Решетникова И.В. Доказательственное право Англии и США. - Екатеринбург: Изд-во УрГЮА, 1997. - 240 с.
  83. Родина Л.Ю. Ответственность за контрабанду: (Социально- экономические, криминологические и уголовно-правовые аспекты). Дис. … канд. юрид. наук. - М., 1998. - 178 с.
  84. Рыжаков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. - М.: ИИД “Филинъ”, І997. - 336 с.
  85. Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. - М.: ИИД “Филинъ”, 1997. - 416 с.
  86. Рыков А.Б. Установление события преступления на досудебных стадиях уголовного процесса: Авгореф. дис…. кавд. юрид. наук. - Всдюнеж, 1995. -17 с.
  87. Селиванов Н.А. Вещественные доказательства. - М.: Юрид. лит., 1971. - 200 с.
  88. Серов ВА. Использование научно-технических познаний и средств в доказывании по уголовным делам: Авгореф. дис. …кавд.юрвд.наук.-М, 1980.-17 с.
  89. Сибелева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголовном процессе. - Киев: УМКВО, 1990. - 66 с.
  90. Соловьев А.Д. Процессуальные вопросы установления истины на предварительном следствии: Автореф. дис…. д-ра юрид. наук. - Киев, 1969.
  91. Спасович В.Д. О теории судебно-уголовных доказательств в связи с судоустройством и судопроизводством. - СПб, 1881. - 116 с.
  92. Старченко А.А. Логика в судебном исследовании. - М.: Госюриздат, 1958.-235 с.
  93. Стовповой А.Г. Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, как элемент предмета доказывания: Автореф. дис. … канд. юрид. наук.-Л., 1980.-25 с.
  94. Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. - М.: АН СССР, 1955.
  95. Строгович М.С. Учение о материальной истине в уголовном процессе.
    • М. - Л.: АН СССР, 1947. - 276 с.
  96. Сучков Ю.И. Зашита внешнеэкономической деятельности Российской Федерации по уголовному и таможенному законодательству (проблемные аспекты теории и законодательства). Дис. … д-ра. юрид. наук. - Калининград, 1997. - 355 с.
  97. Сучков Ю.И. Контрабанда и ответственность. - Калининград; Кн. изд-во,
    • 62 с.
  98. Тертышник В.М. Проблемы теории и практики доказывания на досудебных стадиях современного уголовного процесса. - Суммы: ИПП “Мрия-І” ЛТД, 1995. - 196 с.
  99. Тетенькин Б.А. Проверка доказательств в структуре уголовно- процессуального доказывания: Автореф. дис…. канд. юрид. наук.-М., 1985.-22с.
  100. Тетерин Б.С., Трошкин Е.З. Возбуждение и расследование уголовных дел. - М.: Изд-во “Новый юрист”, 1997. - 224 с.
  101. Треушников М.К. Судебные доказательства. - М.: Юрид. бюро “Городец”, 1997.-320 с.
  102. Трусов А.И. Доказательства в советском уголовном процессе. - М.: Военно-политическая академия, 1958. - 40 с.
  103. Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. - М.: Госюриздат,
    • 176 с.
  104. Угаров Б.М. У таможенного барьера. - М.: Изд-во “Международные отношения”, 1975. - 212 с.
  105. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1976. - 206 с.
  106. Филимонов Б.А. Основы теории доказывания в германском уголовном процессе. - М.: Спарк, 1994. - 157 с.
  107. Хмыров А.А. Косвенные доказательства. М,:Юрвд.лит., 1979.-183с.
  108. Цопанова И.Г. Возбуждение уголовных дел по контрабанде наркотических средств (по материалам Государственного таможенного комитета). Дис…. канд. юрид. наук. - М., 1999. - 206 с.

  109. Шейфер С.A. Методологические и правовые проблемы собирания доказательств в советском уголовном процессе: Автореф. дис, … докт. юрид. наук. - М., 1981.-41 с.
  110. Шейфер С.А. Собирания доказательств в советском уголовном процессе: методологические и правовые проблемы. - Саратов: Изд-во Саратов, ун- та, 1986.- 170 с.
  111. Щерба С.П., Зайцев О.А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. - М.: Спарк, 1996. - 123 с.
  112. Эйсман А.А. Заключение эксперта. - М.: Юрид. лит., 1967. - 152 с.
  113. Эйсман А.А. Логика доказывания. - М.: Юрид. лит., 1971. -112 с.
  114. III. Специальная научная и научно-практическая литература:

  115. Агаглуев С.Д. Координирующая роль прокурора при осуществлении надзора за производством дознания в таможенных органах и расследования уголовных дел о таможенных преступлениях // Вопросы организации дознания и расследования дел о нарушениях таможенных правил: Материалы конференции / Гл. ред. В.М. Дедяев. - Ростов-н/Д: РИО Ростов, филиал РТА, 1997, с.24-26.
  116. Актуальные проблемы теории юридических доказательств: Сб. научи, тр. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1984. - 158 с.
  117. Александров И.В. Доказывание вины при расследовании мошенничества // Проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1989, с.149-158,
  118. Арсеньев В.Д. К вопросу о предмете и объекте доказывания по уголовным делам // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1987, с.23-27.
  119. т

  120. Арсеньев В.Д. О понятии и круге субъектов доказывания по уголовным делам // Теория и практика установления истины в

правоприменительной деятельности: Сб. научи, тр. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1985,с.27-31. 284. 285. Банин В.А. К вопросу о предмете и пределах доказывания в советском уголовном процессе // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1987, сЛ 7-23. 286. 287. Бастрыкин А.И. Применение процессуальных норм при оказании правовой помощи по международным делам // Проблемы доказывания в условиях обновления основ уголовного судопроизводства. - Тарту: Изд-во ТГУ, 1989, СЛ7-26. 288. 289. Белкин А.Р. Теория доказывания: Научно-методическое пособие. - М.: Изд-во НОРМА, 1999. 429 с. 290. 291. Вопросы организации дознания и расследования дел о нарушениях таможенных правил: Материалы конференции / Гл. ред. В.М. Дедяев. - Ростов- н/Д: РИО Ростов, филиал РТА, 1997. - 66 с. 292. 293. Горюнов С.А. Организация прокурорского надзора за исполнением действующего законодательства в Московском транспортном регионе // Вопросы организации дознания и расследования дел о нарушениях таможенных правил: Материалы конференции / Гл. ред. В.М. Дедяев. - Ростов- н/Д: РИО Ростов, филиал РТА, 1997, с.36-46. 294. 295. Гравина А.А., Терещенко Л.К., Шестакова М.П. Таможенное законодательство. Судебная практика. - М.: Статут, 1998. - 255 с. 296. 297. Григорьев В.Н. Использование фактических данных, полученных до возбуждения уголовного дела в системе доказывания // Проблемы доказывания по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1988, с.85-92. 298. 299. Давлетов А.А. Объект и предмет уголовно-процессуального познания И Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во ІСГУ, 1985, сЛ 5-23.

  1. Домбровский Р.Г. Познание и доказывание по уголовным делам // Актуальные проблемы теории юридических доказательств: Сб. научн. тр. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1984, с.43-51.
  2. Зеленецкий B.C. Сущность совокупности доказательств в советском уголовном процессе // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1985, с.63-70.
  3. Исследование проблем таможенного дела: Сб. научн. тр. адъюнктов и соискателей РТА. Вып. 1. - М., РИО РТА, 1998. - 492 с.
  4. Ищенко Е.П. О совокупности доказательств, необходимых для предъявления обвинения и Проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1989, с.80-89.
  5. Карнеева Л.М. Доказывание виновности на этапе, предшествующем предъявлению обвинения // Проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1989, с.72-79.
  6. Кергандберг Э.М. К реформе института уголовно-процессуального доказывания (с учетом теоретической модели УПК, созданного Институтом государства и права АН СССР) // Проблемы доказывания в условиях обновления основ уголовного судопроизводства. - Тфту: №д-во ТГУ, 1989, с.64-76.
  7. Комментарий к постановлениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по уголовным делам/ Под общ ред. В.М. Лебедева, Б.Н. Топорика. - М.: Юристъ, 1999. - 412 с.
  8. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть/ Под общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. - М.: Изд. группа ИНФРА-М-НОРМА, 1996. - 592 с.
  9. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/ Под общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. - М.: Изд. группа ИНФРА-М- НОРМА, 1996. - 832 с.
  10. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/ Отв. ред. А.В. Наумов. - М.: Юристъ, 1997. - 824 с.
  11. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР/ Отв. ред. В.И. Радченко; Под ред. В.Т. Томина. - М.: Юрайт, 1999. - 730 с.
  12. Контрабанда и нарушение таможенных правил по Таможенному кодексу РФ. - М.: Информсервис, 1994. - 88 с.
  13. Кульчихин В.В. О понятии иного документа как доказательства // Проблемы регионального управления, экономики, права и инновационных процессов в образовании: Тезисы докладов 1-ой Международной научно- практической конференции (9-11 сентября 1999 г.) - Таганрог, 1999, с.72-73.
  14. Лысак Н.В. Расследование контрабанды // Руководство для следователей/ Под ред. Н.А. Селиванова, В.А. Снеткова - М.: ИНФРА-М, 1998, с.535-547.
  15. Митилинео А.А. О порядке обращения с вещественными доказательствами в ходе расследования уголовных дел о таможенных преступлениях // Таможенное законодательство и практика его применения: Материалы конференции. -Росгов-н/Д:РИО Ростов, филиал РТА, 1997, с.92-98.
  16. Михайлов А.В. К вопросу о тактике следственного осмотра автотранспортных средств при производстве дознания таможенными органами // Исследование проблем таможенного дела: Сб. научн. тр. адъюнктов и соискателей РТА. Вып. І. - М., РИО РТА, 1998, с.474-484.
  17. Михайлов А.В. Некоторые аспекты тактики следственного осмотра грузовых железнодорожных вагонов органами дознания ГТК // Роль таможенной службы в условиях переходного периода: Тезисы докладов международной научно-практической конференции (18-19 марта 1999 г.) - СПб: РИО СПб филиал РТА, 1999, с.174-176.
  18. Михайлов А.В. О некоторых положениях тактики следственного осмотра (при производстве дознания по уголовным делам, отнесенным к компетенции таможенных органов) // Форум: Метод, сб. Вып. 5. - М.: РИО РТА, 1998,с.98-119.
  19. Михеев Р.И. Конституционные гарантии и методологические основы установления вины // Проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1989, с.5-20.
  20. Научно-практический комментарий к основам уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик/ Под ред. В.А. Болдырева. - М.: Госюриздат, 1960. - 280 с.
  21. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - М.: Спарк, 1996. - 624 с.
  22. Огородникова Н.В. К вопросу об унификации законодательного описания насилия как способа совершения конкретных составов преступлений // Насилие в современной России: Материалы научно-практической конференции. - Ростов-н/Д; Изд-во СК НЦ ВШ, 1999, с.218-222.
  23. Орлов Г.С. Доказывание должностной халатности при расследовании преступлений // Теория и практика установления истины в правоприменительной деятельности: Сб, научн. тр. - Иркутск: Р1зд-во Иркут. ун-та, 1985, с.86-91.
  24. Ответственность за нарушения таможенных правил/ Под ред. А.Н. Козырина. - М.: Изд-во “Ось-89”, 1999. - 368 с.
  25. Правовые формы и эффективность доказывания по уголовным делам: Сборник. -Тольятти, 1994.
  26. Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1985. - 166 с.
  27. Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1987.
  28. Проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1989. - 173 с.
  29. Проблемы доказывания в условиях обновления основ уголовного судопроизводства. - Тарту; Изд-во ТГУ, 1989. - 75 с.
  30. Проблемы доказывания по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1988. - 173 с.
  31. Проблемы совершенствования таможенного дела в Российской Федерации: Сб. материалов научно-практической конференции (18-19 марта 1999 г.) - М.: РИО РТА, 1999. - 460 с.
  32. Расследование контрабанды: Практическое пособие, - М.: Юристь, 1999.-208 с.
  33. Роль таможенной службы в условиях переходного периода: Тезисы докладов международной научно-практической конференции (18-19 марта 1999 г.)
    • СПб: РИО СПб филиал РТА, 1999. - 32 с.
  34. Руководство для следователей/ Под ред. Н.А. Селиванова, В.А. Снеткова. - М.: ИНФРА-М, 1998. - 732 с.
  35. Следственные действия. Криминалистические рекомендации. Типовые образцы документов/Под ред. В.А. Образцова. -М.: Юрист, 1999.-501 с.
  36. Смирнов А.В. Процессуальное значение материалов, полученных в стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы доказывания по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1988, с.60-76.
  37. Справочник следователя. Выпуск третий. (Практическая криминалистика: подготовка и назначение судебных экспертиз) - М.: Российское право, 1992. - 320 с.
  38. Стойко Н.Г. Объект и предмет уголовно-процессуального доказывания // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1985, с.23-30.
  39. Таможенное законодательство и практика его применения: Материалы конференции. - Ростов-н/Д: РИО Ростов, филиала РТА, 1997. - 106с.
  40. Теория доказательств в советском уголовном процессе/ Отв. ред. Н.В. Жогин. - М.: Юрид. лит., 1973. -736 с.
  41. Теория и практика установления истины в правоприменительной деятельности: Сб. научн. тр. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1985. - 124 с.
  42. Тимошенко И.В. К вопросу о порядке хранения и распоряжения вещественными доказательствами по делам о таможенных преступлениях и правонарушениях // Таможенное законодательство и практика его применения: Материалы конференции. -Ростов-н/Д:РИО Ростов, филиала РТА, 1997,с.98-104.
  43. Треушников М.К. Допустимость доказательств по уголовным и гражданским делам // Актуальные проблемы теории юридических доказательств: Сб. научн. тр. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1984, с.101-109.
  44. Уголовная юстиция: проблемы международного сотрудничества: Международный научно-исследовательский проект. -М.:Рїід-юБЕК, 1995.-296с.
  45. Федоров А.В. О квалификации покушения на контрабанду // Роль таможенной службы в условиях переходного периода: Тезисы докладов международной научно-практической конференции (18-19 марта 1999 г.) - СПб: РИО СПб филиал РТА, 1999, с.133-135.
  46. Хмыров А.А. Косвенные доказательства субъективной стороны преступления // Проблемы доказывания виновности в советском уголовном процессе: Межвуз. сб. - Красноярск: Изд-во КГУ, 1989, с.104-112.
  47. Шейфер С.А. О понятии доказывания, его предмете и пределах // Правовые формы и эффективность доказывания по уголовным делам: Сборник. - Тольятти, 1994, с.14-23.
  48. IY. Учебная литература:

  49. Арсеньев В .Д. Основы теории доказательств в советском уголовном процессе: Учеб пособ. - Иркутск: Изд-во Иркут. ун-та, 1970. - 145 с.
  50. Борисов К.Г. Международное таможенное право: Учеб. пособ. - М.: Изд-во РУДН, 1997. - 224 с.
  51. Викторский С.И. Русский уголовный процесс. - М.: Юрид. бюро “Городец”, 1997.-448 с.
  52. Вопросы доказательственного права и предварительного расследования уголовных дел (по материалам судебной практики): Учеб. пособ. - М.: ВЮЗИ, 1987. - 85 с.
  53. Дагель П.С., Михеев Р.И. Теоретические основы установления вины: Учеб. пособ. - Владивосток: ДВГУ, 1975. - 167 с.
  54. Дагель П.С., Михеев Р.И. Установление субъективной стороны преступления: Учеб. пособ. - Владивосток: ДВГУ, 1972. - 36 с.
  55. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание: Учеб. пособ. - Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1993. - 178 с.
  56. Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе: Учеб. пособ. - Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1988. - 68 с.
  57. Козыкин А.Ф., Самойленко П.И. Законность и обоснованность возбуждения уголовных дел по фактам противоправного перемещения валютных ценностей через таможенную границу РФ: Учеб.-практ. пособ. - М.: то РТА, 1996.- 16 с.
  58. Колосова В.И. Ответственность за контрабанду. Борьба аппаратов БХСС со спекуляцией контрабандными товарами: Учеб пособ. - Горький: ВШ МВД СССР, 1987.- 81 с.
  59. Корнев Т.П. Доказывание и доказательства в уголовном процессе: Учеб. пособ. - Н. Новгород, 1998. - 90 с.
  60. Костаков А.А. Допустимость и относимость доказательств: Конспект лекции из цикла “Работа с доказательствами на предварительном следствии”. - Л.: Ин-т усоверш. следств. работников при Прокуратуре СССР, 1991. - 16 с.
  61. Крылов И.Ф., Бастрыкин А.И. Розыск. Дознание. Следствие: Учеб. пособ.-Л.: ЛГУ, 1994.-216 с.
  62. Лузгин И.М. Расследование как процесс познания: Учеб. пособ. - М.: НИиРИО ВШ МВД СССР, 1969. - 176 с.
  63. Лузгин И.М. Логика следствия: Учеб.-метод. пособ. - М.: Академия МВД СССР, 1976.-65 с.
  64. Матюшин Б. Т. Общие вопросы оценки доказательств в судопроизводстве: Учеб. пособ. -Хабфовск:Хаб^вск.ВШМВДСССР, 1987.-68с.
  65. Опарин Н.Б. Особенности доказывания по делам о преступлениях, совершаемых организованной преступной группой: Лекция. - М.: Академия МВД РФ, 1992.-30 с.
  66. Основы таможенного дела: Учебник/ Под общ. ред. В.Г. Драганова; РТА. - М.: ОАО “Изд-во “Экономика”, 1998. - 687 с.
  67. Основы таможенного дела: Учеб. пособ. в Y1I выпусках. Вып. Y. Правоохранительная деятельность таможенных органов/ Научн. ред. А.Ф. Козыкин.
    • М.: РИО РТА, 1995. - 268 с.
  68. Очередин В.Т. Допустимость и недопустимость по уголовным делам доказательств: Учеб.-метод. пособ. - Волгоград: Волгогр. юрид. ин-т МВД РФ, 1998.-39 с.
  69. Смолькова И.В. Процессуальный статус свидетеля в российском уголовном судопроизводстве: Учеб. пособ. - Иркутск: Полигр. фирма “Братусь техцентр”, 1997. - 40 с.
  70. Смыслов В.И. Свидетель в советском уголовном процессе: Учеб. пособ.
    • М.: Высш. школа, 1973. - 160 с.
  71. 221- Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Том 1: Основные положения науки советского уголовного процесса. - М.: Изд-во “Наука”, 1968.-470 с.

  72. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Том П: Порядок производства по уголовным делам по советскому уголовно- процессуальному праву. - М.: Изд-во “Наука”, 1970. - 516 с.
  73. Тертышник В.М. Доказательства и доказывание в советском уголовном процессе: Фондовая лекция. - Харьков: Харьк. ин-т МВД, 1992. -80с.
  74. Тертышник В.М. Нетрадиционные способы получения и исследования доказательств при выявлении и расследовании преступлений: Учеб. пособ. - Харьков: Гриф, 1997. - 42 с.
  75. Уголовно-процессуальное право: Учебник/ Под ред. П. А. Лупинской.
    • М.: Юристь, 1997. - 591 с.
  76. Химичева О.В., Данилова Р.В. Допустимость доказательств в уголовном процессе: (По материалам уголовных дел о преступлениях, совершенных организованными фуппами): Учеб. пособ. - М.: Моск. ин-т МВД РФ, 1998.- 73 с.
  77. Чельцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права. Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. - СПб: Ранена, Альфа, 1995. - 846 с.
  78. Y. Периодическая литература:

  79. Александров А. О значении концепции объективной истины И Российская юстиция, 1999, № 1, с.23-24.
  80. Балакшин В. Заключение эксперта как средство доказывания по уголовному делу // Законность, 1999, № 1, с.37-40.
  81. Балакшин В. Истина в уголовном процессе // Российская юстиция, 1998, №2, с.18-19.
  82. Бушуева Т.А. Об унификации национального и международного законодательства о таможенных преступлениях // Таможенная политика России на Дальнем Востоке, 1999, № 2 (7), с.69-71.
  83. Георгица М., Гамза В. Дознание по делам о контрабанде // Социалистическая законность, 1990, № 4^ с.49-50.
  84. Громов Н.А. Понятие доказательств в уголовном судопроизводстве // Журнал российского права, 1998, № 3, с.48-52.
  85. Дистефано Карл Л. Способы получения доказательств из США для судопроизводства за границей // Российская юстиция, 1996, 10, с.29-30.
  86. Доля Е.А. Оценка доказательств в российском уголовном процессе // Государство и право, 1996, № 5, с.85-94.

  87. Зажицкий В. Таможенные органы - органы дознания // Российская юстиция, 1994, №11, с.22-24.
  88. V

  89. Итоги и перспективы развития правоохранительной работы в Западном регионе // Таможенные ведомости, 1997, Xs 2, с. 1390-144.
  90. Качев Н. Криминологическое исследование контрабанды // Социалистическая законность, 1990, № 1, с.58-59.
  91. Козусев А. Бандитизм: проблемы доказывания // Российская юстиция, 1998, № 6, с.48-49.
  92. Комлев Б. Исключение доказательств, полученных в других государствах, из процесса доказывания // Законность, 1998, № 3, с.21-24.
  93. Комлев Б. Нарушения закона, влекущие исключение показаний свидетеля, потерпевшего из процесса доказывания // Законность, 1997, № 12.
  94. Ларин A.M. О принципах уголовного процесса и гарантиях прав личности в проекте УПК - 1997 // Российская юстиция, 1997, № 9, с.9.
  95. Лупинская П.А. Допустимость доказательств: пора обеспечить единство судебной практики // Российская юстиция, 1998, №11, с.23-24.
  96. Маневская Е.И. Работа калининградских таможенников в условиях особой экономической зоны // Таможенные ведомости, 1998, № 12, с.97-102.
  97. Некрасов С. Допустимость доказательств: вопросы и решения // Российская юстиция, 1998, № 1, с.9.
  98. Овсянников И. Логика доказывания в уголовном процессе // Российская юстиция, 1998, № 9, с.5-6.
  99. Овсянников И. О допустимости вероятного заключения эксперта // Российская юстиция, 1998, № 6, с.29-30.
  100. О результатах оперативной деятельности таможен Московского региона // Таможенные ведомости, !997, № 5, с.77-78.
  101. Осипов В.Е. Комментарий письма ГТК России от 16 января 1998 г. № 01 -15/837 “О необходимости соблюдения таможенного и уголовно- процессуального законодательства Российской Федерации при производстве
  102. процессуальных действий с вещественными доказательствами и документами” // Таможенные ведомости, 1998, № 4, с.135-138.

  103. Печников Г. Система “Здравого смысла” в уголовном процессе // Российская юстиция, 1998, № 3, с.11.
  104. Правоохранительная деятельность российских таможенных органов // Таможенные ведомости, 1997, № 9, с.105-106.
  105. Родина Л. Обратная сила закона об ответственности за контрабанду //Законность, 1998, № 6, с.13-17.
  106. Савицкий В.М. Уголовный процесс России на новом витке демократии // Государство и право, 1994, № 6.
  107. Сазонов И.В. Археологические ценности Дальнего Востока как предмет контрабанды // Таможенная политика России на Дальнем Востоке, 1999, №2 (7), СЛ28-138.
  108. Селина Е. Процессуальные гарантии свободной оценки заключения эксперта и Российская юстиция, 1998, № 10, с.ЗО.
  109. Сидоренко Е. Допустимость доказательств, полученных на территории других государств (по материалам уголовного дела по обвинению Д. Якубовского) // Законность, 1998, № 2, с.25-29.
  110. Соболев В., Душкин С. Контрабанда: вопросы квалификации, специальной конфискации и хранения предметов преступления // Законность, 1999, №7, с.33-36.
  111. Сучков Ю.И. Ответственность за контрабанду по уголовному кодексу Российской Федерации 1996 г. // Юридическая практика. Информационный бюллетень Центра права специального юридического факультета СПбГУ, 1996, № 4 (7).
  112. Федоров А.В. Расследование контрабанды // Ученые записки Санкт- Петербургского им Б.Б. Бобкова филиала Российской таможенной академии, !999, № 1 (8), с.89-99.

238

  1. Челиканова И. Румынский след “Джоконды” // Приокская газета, 1999, 5 февраля.
  2. Чмель Г. О борьбе с организованной контрабандой // Международный таможенный контроль, 1990, №№ 1, 2.
  3. Чмель Г. Работа таможни по борьбе с организованной контрабандой // Социалистическая законность, 1990, № 2, с. 12-14.
  4. Чучаев А.И., Иванова С.Ю. Таможенные преступления в новом УК РФ // Государство и право, 1998, № 11, с.40-46.
  5. Шмарова И., Мельникова Ю., Устинова Т. Ответственность за контрабанду и нарушение таможенного законодательства Российской Федерации // Российская юстиция, 1995, № 1, с.35-37.
  6. Щерба е., Гусева Г. Особенности предмета доказывания по делам о невменяемых // Российская юстиция, 1999, № 2, с.35-37.

Приложения

Сведения о количестве уголовных дел, возбужденных таможенными органами Российской Федерации за период 1997 - 2000 гг. (по материалам ГТК РФ):

в том числе

Год Всего возбуждено уголовных дел таможенными органами Российской Федерации по ст.

188 УК РФ по ст.

189 УК РФ по ст.

190 УК РФ по ст.

193 УК РФ по ст.

194 УК РФ 1997 2897 2406 -0 1 17 472 1998 2911 2216 0 1 68 626 1999 3753 2640 6 0 144 963 2000 3757 2494 5 0 145 1113

КОНТРАБАНДА ст. 188 УК РФ

і

і

перемещение через таможенную границу Российской Федерации, совершенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряженное с недекларированием

і

Рис. 1. Виды контрабанды.

СПОСОБ СОВЕРШЕНИЯ КОНТРАБАНДЫ

U

ПЕРЕМЕЩЕНИЕ ПРЕДМЕТА КОНТРАБАНДЫ ЧЕРЕЗ ТАМОЖЕННУЮ ГРАНИЦУ

С ОБМАННЫМ ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ СРЕДСТВ ТАМОЖЕННОЙ ИДЕНТИФИКАЦИИ

С НЕДОСТОВЕРНЫМ ДЕКЛАРИРОВАНИЕМ ПРЕДМЕТОВ КОНТРАБАНДЫ

Рис. 2. Способы совершения контрабанды.

2 s:

X CO

76

CO

59

О

q:

78

m** CD Ш

GO I-

о g

J3

c;

0)

к a?

H

o

Ю

о

89

0

50

100

о s

cc

X

39

c; ct о

Показатели в процентах

Рис. 3. Соотношение элементов предмета доказывания по делам о контрабанде, устанавливаемых дознавателями таможенных органов (по результатам социологического опроса): 1 - событие преступления (время, место, способ и иные обстоятельства совершения преступления); 2 - виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления; S - обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, указанные в ст.ст. 61 и 63 УК РФ; 4 - характер и размер ущерба, причиненного преступлением; 5 - причины и условия, способствовавшие совершению преступления.

C Q h- O Л

с;

О) I- 03 со 03

О

Ct

З

Ct

3 3

5 9

7 6

8 7

5 4

8 7

s C D

0

50

100

Показатели в процентах

Рис. 4. Соотношение видов доказательств, применяемых дознавателями таможенных органов по делам о контрабанде (по результатам социологического опроса): 7 - показания свидетеля: 2 - показания подозреваемого; 3 - заключение эксперта: 4 - вещественные доказательства; 5 - протоколы следственных действий; 6 - иные документы; 7 - все доказательства.

2

13

9

20

41

/^г, „-Г/.,. 54

87

74 ^ -.л.—. “ ‘.гтіл ‘’ • ? • .

72 ^ , 78

  • ? ? ~ —’ —’~’Т 1 ? 11 ? 10

? 9 ? ? 8 ? ? 7 ? ? 5 ? oc: s

Ш h- o

<D Ct

0) SI X X 0) Ш b- о

CC 0)

о

98

0 50

? 2 1

100

[Ъ<азате™ в процентах

Рис. 5. Соотношение использовуемых дознавателями таможенных органов различных следственных действий для собирания доказательств по делам о контрабанде (по результатам социологического исследования): I - осмотр места происшествия, 2 - осмотр предметов и документов, 3 - допрос свидетеля, 4 - допрос подозреваемого, 5 - назначение экспертизы, 6 - выемка, 7 - обыск, 8 - освидетельствование, 9 - очная ставка, 10 - предъявление для опознания, 11- следственный эксперимент.

РОССИЙСКАЯ ТАМОЖЕННАЯ АКАДЕМИЯ КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА

АНКЕТА

для должностных лиц отделов дознания таможенных органов

Российская таможенная академия проводит плановое научное исследование по теме «Доказывание по делам о контрабанде». Просим Вас ответить на вопросы нашей анкеты. Материалы опроса будут обобщены и использованы в научных целях. Заранее благодарим Вас за помощь.

I. РІМЄЮТ ли место трудности в доказывании по делам о контрабанде (ст. 188 УК)?

а) если да, то какие

б) нет.

  1. Какие из элементов состава преступления, предусмотренного ст. 188 УК РФ, вызывают наибольшую сложность в доказывании?
  2. а) объективная сторона;

б) субъективная сторона.

  1. Укажите, какие из перечисленных в ст. 68 УПК обстоятельств устанавливаются Вами в практике производства дознания по делам о контрабанде, а какие нет. Обстоятельство, подлежащее доказыванию да нет Событие преступления (время, место, способ и иные обстоятельства совершения преступления)

Виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления

Обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, указанные в ст. 61 и 63 УК РФ

Характер и размер ущерба, причиненного преступлением

Причины и условия, способствовавшие совершению преступления

  1. Какие из перечисленных в ст. 69 УПК видов доказательств (показания свидетеля, показания потерпевшего, показания подозреваемого, показания обвиняемого, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий и иные документы) являются самыми распространенными в практике доказывания по делам о контрабанде?

  2. Какие из следственных действий (допрос свидетеля и потерпевшего, допрос подозреваемого и обвиняемого, очная ставка, предъявление для опознания, выемка, обыск, наложение ареста на имущество, осмотр места происшествия, осмотр предметов и документов, освидетельствование, следственный эксперимент, назначение экспертизы) являются самыми распространенными способами собирания доказательств в Вашей практике расследования дел о контрабанде?

  3. Считаете ли Вы необходимым расширить перечень неотложных следственных действий?

а) если да, то какими именно следственными действиями

б) нет.

  1. Каким образом Вы устанавливаете стоимость товаров и иных предметов, являющихся предметами контрабанды по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 188 УК РФ?

  2. Считаете ли Вы, что обязательное производство предварительного следствия по делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 188 УК РФ, действительно необходимо?
  3. а) да;

б) нет;

в) затрудняюсь ответить.

  1. Приходилось ли Вам при производстве дознания по делам о преступлениях, предусмотренных ст. 188 УК РФ, использовать в качестве доказательств результаты оперативно-розыскной деятельности?
  2. а) если да, то какие процессуальные действия производились Вами для использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств

б) нет.

  1. Считаете ли Вы возможным использование в качестве доказательств по уголовным делам о контрабанде материалов административного производства (например, дел о нарушении таможенных правил)?

а) да;

б) нет;

в) затрудняюсь ответить.

РОССИЙСКАЯ ТАМОЖЕННАЯ АКАДЕМИЯ КАФЕДРА УГОЛОВНОГО ПРАВА

АНКЕТА

для работников транспортных прокуратур

Кафедра уголовного права Российской таможенной академии проводит плановое научное исследование по теме “Доказывание по делам о контрабанде”. Просим Вас ответить на вопросы нашей анкеты. Материалы опроса будут обобщены и использованы в научных целях. Заранее благодарим Вас за помощь.

L Как Вы оцениваете деятельность таможенных органов как органов дознания по доказыванию по делам о контрабанде (ст. 188 УК РФ)?

а) положительно;

б) удовлетворительно;

в) неудовлетворительно.

  1. Считаете ли Вы, что обязательное производство предварительного следствия по делам о преступлениях, предусмотренных ч. I ст. 188 УК РФ, действительно необходимо?

а) да;

б) нет;

в) затрудняюсь ответить.

  1. Считаете ли Вы, что таможенные органы способны самостоятельно провести по делам о контрабанде товаров и иных предметов (ч. 1 ст. 188 УК РФ) расследование в полном объеме с составлением обвинительного заключения?
  2. а) да;

б) нет;

в) затрудняюсь ответить.

  1. Какие нарушения норм УПК РСФСР, регламентирующие деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств, наиболее часто допускаются дознавателями таможенных органов?

’ Архив Калининградской транспортной прокуратуры, 1998 г. ^ Надзорное производство Московской авиатранспортной прокуратуры, 1998 г. ^ Архив Красно ГЛИНСКОГО районного суда г. Самары, 1997 г.

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 32 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 32 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 3 3 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 53 <11 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г” Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г”

5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 5 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 173 Тетенькин Б.А. Указ. соч., с.19. 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r

184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version r 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ - 184 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version ^ -