lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Жога, Елена Юрьевна. - Арест как мера пресечения в уголовном процессе и судебная проверка его законности и обоснованности: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Саратов, 2001 205 с. РГБ ОД, 61:02-12/250-3

Posted in:

Министерство внутренних дел Российской Федерации Саратовский юридический институт

На правах рукописи

ЖОГА Елена Юрьевна

Арест как мера пресечения в уголовном процессе и судебная проверка его законности и обоснованности

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Специальность 12. 00. 09 - уголовный процесс; криминалистика и судебная экспертиза; оператиенр-розыскная деятельность

Научный руководитель - заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук, Тірофессор Н.А. ГРОМОВ

Саратов 2001

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Введение 3-13

Глава 1. Понятие, сущность, значение и цели заключения

под стражу 14-44

1.1 Понятие, сущность, значение и цели заключения под стражу …. 14-36 1.2.Арест как мера пресечения в свете

презз^пции невиновности 37-44

Глава 2. Основания и условия предварительного заключения

под стражу 45-122

2.1. Основания применения предварительного заключения 2.2. под стражу 45-76

2.3. Условия предварительного заключения под стражу 77-88 2.4. 2.5. Процессуальный порядок избрания и применения меры пресечения в виде заключения под стражу 89-98 2.6. 2.7. Сроки содержания под стражей и процессуальный 2.8. порядок их продления 99-117

2.9. Меры попечения о детях и охраны имущества 2.10. заключенного под стражу 118-122

Глава 3. Судебная проверка законности и обоснованности

ареста или продления срока содержания под стражей 123-183

3.1. Обжалование в суд ареста или продления срока 3.2. содержания под стражей 123-151

3.3. Судебная проверка законности и обоснованности ареста 3.4. или продления срока содержания под стражей 152-182

Заключение 18S -188

A

Библиографический список 1S9-205

Введение

Аістуальность исследования. Проблема применения заключения под стражу, ограничивающего неприкосновенность и свободу человека и гражданина, всегда стоявшая достаточно остро, в последнее время приобретает особенную актуальность, ибо в российских условиях становление гражданского общества и демократического государства сопровождается повышением степени организованности преступности, ее профессионализма, ростом активности противодействия правоохранительным органам.

Обострение криминальной обстановки в стране в 90-е годы объективно обусловливает необходимость применения за совершение тяжких и особо тяжких преступлений наиболее строгой меры пресечения - заключения под стражу.

Значимость исследования проблем предварительного заключения под стражу обусловлена положениями Международного пакта о гражданских и политических правах от 23 марта 1976 года. В частности «никто не может быть подвергнут произвольному аресту иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом (ст. 9). Это требование нашло свое развитие в ст. 22 Конституции Российской Федерации, которая предусматривает: «1. Каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. 2. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускается только по судебному решению. До судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов».

/

Однако право на свободу не является абсолютным. Согласно п. 3 ст, 17 Конституции Российской Федерации, осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Более того, ряд неправомерных деяний закон относит к разряду преступных и, соответственно, запрещает их совершение под угрозой наказания. Поэтому, «в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, права и свободы челове

ка и гражданина могут быть ограничены федеральным законом» (п. 3 ст. 55 Конституции РФ).

Не случайно Конституционным судом России неоднократно рассматривался вопрос конституционности положении ст. 97 УПК РСФСР\ регламентирующей сроки содержания под стражей^.

Защищенность общества и государства от преступлений, составляющая одну из задач уголовного судопроизводства, разумеется, является той социальной ценностью, ради которой целесообразно офаничить права и свободу лица, обви- няемого в соверщении преступления. Важно, чтобы это офаничение осуществлялось на основании и в рамках закона, а так же в соответствии с процедурой, установленной законом^. Поэтому с целью проверки законности и обоснованности применения данной меры пресечения активно используется институт судебной проверки законности и обоснованности ареста, функционирование которого в правоприменительной практике привело к тому, что столкнулись устаревпше и современные подходы законодателя к судопроизводству. Так, конституционность положений уголовно-процессуального закона была проверена Конституционным Судом РФ. В постановлении от 3 мая 1995 года по делу о проверке конституционности статей 220’ и 220^ Уголовно-процессуального кодекса в связи с жалобой фажданинаВ.А. Аветяна Конституционный Суд признал, что «положения ст. 220’ УПК, офаничивающие круг лиц, имеющих право на судебное обжалование постановления о применении к ним в качестве меры пресечения заключение под стражу, только лицами, содержапщмися под стражей, и связанное с ним положение ст. 220 УПК о проверке законности и обоснованности применения заключения под стражу судом только по месту содержания лица под

’ в дальнейшем просто УПК,

/

^ Собрание законодательства РФ. 1996. № 26. Ст. 3185; Собрание законодательства РФ. 1999.

№ 1. Ст. 230; Вестник Конституционного Суда РФ. 1998. №4. С. 2-10. ^ Громов Н. А_ Уголовный процесс России. М, 1998. С. 193-199; Капину чения в российском уголовном процессе. Следователь. 1998. № 8. С. 36.

стражей не соответствующими Конституции РФ, ее ст. 46 (ч. 1 и 2), а так же ст., ст. 19 (ч. 1), 21(4. 1), 22 (ч. 1), 55 (ч. 3)»^

В этой связи исследование проблем теории и практики судебного контроля за законностью и обоснованностью ареста представляет большой научный интерес в аспекте использования в последующем законодательстве опыта регулирования общественных отношении, связанных с обжалованием в суд решения о применении заключении под стражу или продления его срока. Процессуальный порядок обращения в суд для получения судебного решения на арест или на продление его срока, сама процедура принятия судом этого решения, освобождения арестованного под залог, не должны содержать тех недостатков, которые появились при применении норм, регламентирующих подачу в суд жалобы на незаконный и необоснованный арест и ее рассмотрение.

Попытки реформирования существующего уголовно-процессуального за- конодательства с помощью постановлений Конституционного Суда оказывает некоторое положительное влияние на унаследованные от былых времен положения правоприменительной практики, но чаще всего умаляются и сводятся на нет, как противоречащие направленности основной массы уголовно- процессуальных норм. Как при этом не вспомнить ставшее хрестоматийным, высказывание Ф. Энгельса: «право должно не только соответствовать общему экономическому положению, не только быть его выражением, которое не опровергало бы само себя вы силу внутренних противоречий»^.

к тому же, по мнению некоторых процессуалистов решения Конституционного Суда РФ, ориентирующие практиков на прямое применение Конституции РФ, не во всех случаях играют положительную роль. Так, по мнению профессора В. Божьева, высокий суд приписывает применение не конституционных правовых норм, а декларативных конституционных положений или настолько общих установлений, которые без норм отраслевого законодательства

Собрание законодательства РФ. 1995. № 19. Ст. 1764. Маркс К., Энгельс Ф. Соч., Т. 1. С 7.

не способны к регулятивным функциям^. А обжаловать или опротестовать такие решения согласно действующему законодательству нельзя. ^ Однако принятие уголовно- процессуального кодекса Российской Федера

ции и некоторых иных федеральных законов, регулирующих или связанных с судопроизводством и судоустройством, затянулось. Но без принятия нового УПК Российской Федерации, основанного на конституционных принципах, не известных законодательству 60-х годов, невозможно обеспечить прямое действие российской Конституции и успешное продолжение судебной реформы, в том числе решение проблем законности и обоснованности применения предварительного заключения под стражу. Важная роль в осуществлении реформы принадлежит юридической науке, которая, основываясь на историческом ас- ^ пекте законодательства России о предварительном заключении под стражу, на

действующих уголовно-процессуальных нормах, регламентирующих применение ареста, а также обжалование и судебную проверку законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, на исследованиях отечественных процессуалистов, на эмпирических данных, а так же на требованиях международно-правовых актов, должна высказать предложения о совершенствовании обоих процессуальных институтов так, чтобы механизм их применения лишь в исключительных случаях ограничивал права и свободы че- ловека и гражданина и одновременно обеспечивал бы неотвратимость назначе- А ния справедливого наказания.

Актуальность темы диссертационного исследования еще раз подтверждает факт принятия Государственной Думой РФ Федерального Закона РФ от 9 марта 2001 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно- процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно- исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации»^. Данный закон^, вводит в Уголовно- процессуальный

^ Божьев В. «Тихая революция» Конституционного Суда в уголовном процессе Российской Федерации. // Российская Юстиция. 2000, № 10, С.9. ^ Собрание законодательства РФ. Х» И, 2001, Ст. 1002.

кодекс РСФСР нормы, регламентирующие исчисление сроков содержания подсудимого под стражей во время рассмотрения дела в суде; сокращающие количество преступлений, подозрение или обвинение в совершении которых, может повлечь продление срока содержания под стражей свыше шести месяцев; офа- ничивающие возможность применения заключения под стражу подозрением или обвинением в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет; вводящие перечень исключительных случаев, наличие которых разрешает применение ареста к лицам, подозреваемым или обвиняемым в совершении преступлений, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет; ограничивающие возможность применения ареста к несовершеннолетнему лицу, подозрением или обвинением в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, а в исключительных случаях — в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет. Согласно рассматриваемому закону, нормы действующего УПК теперь не будут содержать возможности применения заключения под стражу по мотиву одной лишь опасности преступления.

Среди практических работников и процессуалистов-теоретиков до сих пор нет единого подхода к вопросу о том, кому должна принадлежать прерогатива давать разрешение на применение ареста - прокурору или суду, что так же характеризует актуальность выбранной темы.

Актуальность избранного направления работы определяет так же тот факт, что диссертационное исследование проводится в период разработки нового Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации.

Степень разработанности темы. В отечественной юридической науке данной теме всегда уделялось определенное внимание. Отдельные аспекты этой темы рассматривались в работах современных процессуалистов: А.Н. Ах- панова, Д.М. Бакаева, Б.Б. Булатова, Н.А. Громова, А.П. Гуляева, В.А. Давыдо-

Далее просто Федеральный закон от 9 марта 2001 года.

ва, Л.И. Даньшиной, З.Д. Еникеева, 3.3. Зинатуллина. З.Ф Ковриги, Г.Н. Козырева. Н А. Колоколова, В.М. Корнукова, Ф М. Кудина, Э.К. Кутуева, Ю.В Ма- наева, В.А. Михайлова, И.Л. Петрухина, А.П. Рыжакова, В.В. Смирнова, О.И. Цоколовой, А.А. Чувилева и многих других. Однако в своих работах указанные ученые рассматривали вопросы, связанные с арестом, как мерой пресечения и судебным контролем за ним, в общем плане, фрагментарно, главным образом, посвящая им отдельные статьи или параграфы работ.

Одно из последних наиболее крупных диссертационных исследований на соискание ученой степени кандидата юридических наук на тему: «Заключение под стражу и содержание под стражей: состояние, проблемы, перспективы», было проведено Э.К. Кутуевым в 1999 году. Однако заключение под стражу рассматривается в нем наряду с содержанием под стражей, а потому раскрыто далеко не в полной мере.

Таким образом, надо признать, что проблемы применения ареста как меры пресечения и судебного контроля за его применением до настоящего времени не подвергались комплексному, всестороннему анализу, в том числе с учетом зарубежного законодательства и правоприменительной практики. Это явилось причиной попытки разрешить спорные вопросы, возникающие в указанной сфере.

Объект и предмет диссертационного исследования. Объектом исследования являются общественные отношения, возникающие в сфере применения меры пресечения в виде заключения под стражу и судебного контроля за ее применением. Предмет исследования составляют нормы уголовно- процессуального законодательства, регламентируюшле применение ареста, как меры пресечения и составляюш^іе институт обжалования в суд ареста и продления срока содержания под стражей.

Цели и задачи исследования. Основной целью диссертационного исследования является комплексный теоретический анализ проблем ареста и судебного контроля за его применением. Выработка на основе этого анализа предло-

ЖЄНИЙ, совершенствующих законодательство в плане ограничения применения заключения под стражу, усиления гарантий права каждого человека на свободу, личную неприкосновенность и зашиту. В этой связи предпринята попытка, раз- репшть следующие задачи;

  • выявить и проанализировать различные подходы к понятию заключения под стражу;
  • раскрыть цели, основания и условия заключения под стражу;
  • изучить практику избрания меры пресечения в виде заключения под стражу;
  • проанализировать сущность, понятие и значение судебного контроля за законностью и обоснованностью заключения под стражу подозреваемых и обвиняемых на стадии предварительного расследования;
  • определить оптимальность правового регулирования отношений в сфере применения ареста и судебного контроля за ним;
  • разработать рекомендации по совершенствованию правоприменительной практики и правового регулирования деятельности, связанной с применением ареста и судебной проверкой законности и обоснованности его применения.
  • Методологической базой исследования является диалектический метод познания, логический, историко-правовой, сравнительно-правовой, формально- юридический, статистический, социологический и другие частные методы научно-исследовательской работы.

Теоретической основой диссертации выступают труды отечественных ученых по философии, теории государства и права, судоустройству, прокурорскому надзору, уголовному и уголовно-исполнительному праву, уголовному процессу.

Нормативную базу исследования составляют нормы Конституции РФ, международного права, действующего законодательства РФ и проекта УПК РФ, правовые положения постановлений Конституционного Суда РФ, поста-

НОВЛЄНИЙ Пленумов Верховного Суда РФ, нормы подзаконных актов министерств и ведомств. Исследовано уголовно-процессуальное законодательство зарубежных государств. Устав уголовного судопроизводства России 1864 г.

Эмпирическую базу исследования составляют результаты исследования 250 уголовных дел, в которых к обвиняемым (подозреваемым) была применена мера пресечения в виде заключения под стражу, 600 жалоб на незаконные и необоснованные аресты или продление срока содержания под стражей, результаты интерьвьюирования свыше 100 следователей следственных отделов и управлений г. Саратова, анализ статистических данных за период с 1996 по 2000 год о состоянии практики заключения под стражу и проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. Применялись методы интегративного, сравнительного анализа результатов исследований, проведенных другими авторами по вопросам, близким к разрабатываемой теме.

Научная новизна диссертации заключается, прежде всего, в том, что она представляет собой первое современное монографическое исследование теории и практики применения заключения под стражу и судебной проверки его законности и обоснованности. Эги вопросы до сих пор не служили предметом специального монографического исследования в качестве самостоятельной темы кандидатской диссертации.

В этой связи предпринята попытка, сформулировать ряд новых теоретических положений, предложить новые подходы к совершенствованию уголовно- процессуального закона и практике его применения.

Основные положения, выносимые на защиту:

  1. На основе обобщения юридической литературы уточнены сущность, понятие и цели заключения под стражу в уголовном судопрюизводетве.
  2. Определение понятия оснований применения заключения под стражу в качестве меры пресечения. Основаниями применения заключения под стражу являются установленные в ходе доказывания из источников определенных за- КОНОМ (ч. 2 СТ. 69 УТЖ) фактические данные, указывающие на высокую степень вероятности того, что обвиняемый (подозреваемый), оставаясь на свободе, скроется от дознания, предварительного следствия или суда, воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, продолжит преступную деятель- ность или уклонится от исполнения приговора.
  3. предложение разрешить потерпевшему по делу участвовать в судебном заседании по проверке законности и обоснованности ареста, в целях наиболее полного исследования всех обстоятельств, свидетельствующих о необходимости содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей или, наоборот, об отсутствии такой необходимости, и как следствие этого, объективности принимаемого судьей решения по жалобе.
  4. Предложение внести изменения в УПК с целью сокращения сроков судебной проверки законности и обоснованности ареста, а значит, обеспечения скорейшей реализации права обвиняемого (подозреваемого) на незамедлительное рассмотрение жалобы на его арест. К ним относятся: предложение разрешить подачу жалобы на незаконность и необоснованность ареста родственниками и близкими арестованного непосредственно в суд; требование не «направить», а «представить» материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста или продления срока данной меры пресечения и объяснения в суд в срок не позднее 3-х суток с момента подачи жалобы; предложение производить судебную проверку законности и обоснованности применения заключения под стражу в качестве меры пресечения судьей по месту производства предварительного следствия или дознания по делу.
  5. На основе обобщения практики применения судебной проверки законности и обоснованности ареста, а равно продления срока содержания под стражей уточнена классификация причин освобождения и отказа в освобождении из-под стражи лиц, обжаловавших в суд законность и обоснованность ареста.
  6. Предложения по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства, в частности по сокращению предельного срока содержания под стражей; о внесении изменений в ст. 90 УПК; об установлении порядка рассмотрения судьей ходатайства о продлении срока содержания под стражей, который бы предусматривал участие в судебном заседании обвиняемого; по предоставлению арестованному, его защитнику или законному представителю права представлять в суд данные, свидетельствующие об отсутствии необходи- мости содержания лица под стражей; об установлении порядка и сроков замены защитника обвиняемого (подозреваемого) при обжаловании и судебной проверке законности и обоснованности аі>еста.
  7. Правило об обязательном вызове подозреваемого (обвиняемого) в судебное заседание по рассмотрению ходатайства о применении ареста или жалобы на такое применение, с ИСКЛЮЧЄБПІЄМ только для лиц, по собственной инициативе отказывающихся от участия в заседании, а так же право подозреваемого (обвиняемого) знакомиться с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста.

Теоретическая значимость диссертации - комплексное исследование заключения под стражу и судебного контроля за его применением. Предложения, положения и выводы, сформулированные в работе, пополняют потенциал науки уголовно-процессуального права.

Результаты работы могут бьггь использованы в качестве теоретической основы для исследования сущности, понятия, целей, оснований и условий заключения под стражу, и института судебной проверки законностью и обоснованностью заключения под стражу, а так же для дальнейшей разработки указанных теоретических проблем уголовного процесса.

Практическая значимость работы определяется наличием в ней предложений и рекомендаций по совершенствованию законодательства и практики его применения. Теоретические положения диссертации и выводы автора могут быть использованы в практической деятельности органов расследования и суда.

при подготовке учебной, методической и научной литературы, а так же в учебном процессе.

Апробация и внедрение результатов исследования. По теме работы автором опубликовано одиннадцать статей. Результаты проведенного исследования диссертантом докладывались на научно-практических конференциях, проводившихся в 1998-2000 г.г. в г. Саратове и на заседаниях кафедры уголовного процесса Саратовского юридического института МВД РФ.

Основные идеи и положения диссертаїіионного исследования внедрены в учебный процесс СЮИ МВД России и практическую деятельность Следственного управления УВД г. Саратова. Подготовлен и внесен в Комитет по законодательству судебно-правовой реформе Государственной Думы Федерального Собрания проект новой редакции статей 89, 90, 91, 96, 97, 98, 220^ УПК.

Структура и объем работы. Диссертация выполнена в объеме, предусмотренном ВАК РФ, и состоит из введения, трех глав, объединяющих восемь параграфов, заключения, списка использованной литературы, приложения.

14

Глава 1

Понятие, сущность, значение и цели заключения под стражу 1. 1. Понятие, сущность, значение и цели заключения под стражу

Заключение под стражу (ст. ст. 96-98) является самой строгой мерой пресечения, которая в наибольшей степени, по сравнению со всеми иными мерами пресечения, ограничивает конституционные права и свободы человека и гражданина, ибо он до обвинительного приговора, в силу презумпции невиновности, считается невиновным. Поэтому для ее применения требуются особо надежные гарантии против возможных ошибок и злоупотреблений^. «Говоря иными словами, неприкосновенность личности означает физическую безопасность, то есть свободу от ареста или лишения свободы».”^

В юридической литературе и зтголовно-процессуальном законодательстве данная мера пресечения называется не одинаково: «содержание под стражей», «арест», «предварительное заключение под стражу», «заключение под стражу». Профессор И.Л. Петрухин считает, что наиболее удачным наименованием этой меры пресечения является «заключение под стражу», поскольку именно оно употребляется в законе. «Содержание под стражей» - это, скорее всего, процесс реализации данной меры пресечения. Термин «арест» отсутствует в главе 6 УПК («Меры пресечения»), видимо, по причине его неоднозначности (арест известен также и административному, и уголовному праву в качестве вида наказания’^ Однако ст. 34 УПК, разъясняя некоторые наименования, содержашіїеся данном кодексе, в п. 16 указывает; «Арест» - заключение под стражу в качестве меры пресечения. Статья 220’ УПК называется «Обжалование в суд ареста или

^ Трусов А. И. Меры уголовно-процессуального принуждения // Уголовный процесс / под . К.Ф. Гуценко. М. 1999. С. 171. Путеводитель по Европейской конвенции о защите прав человека и основньпс свобод. Совет Европы. 1994. С.21.

Петрухин И.Л. Заключение под стражу / Уголовный процесс. Учебник / под редакцией И.Л. Петрухина. - М, 2001. С 126

продления срока содержания под стражей». Таким образом, законодатель зшот- ребляет в одном предложении два различных названия одной и той же меры пресечения. Поэтому в дальнейшем понятия «арест», «предварительное заключение под стражу», «заключение под стражу» мы будем употреблять как синонимы, подразумевая одну и ту же меру пресечения.

Никто не должен быть лишен свободы иначе как на том основании и в соответствии с такой процедурой, которая установлена законом.

Отмечая различные значения, придаваемые слову «свобода» Монтескье в работе «О духе законов» писал: «Нет слова, которое получило бы столько разнообразных значений и производило бы столь различное впечатление на умы, как слово «свобода». Одни называют свободой легкую возможность низлагать того, кого наделили тиранической властью; другие - право избирать того, кому

они должны повиноваться; третьи - право носить оружие и совершать насилие;

«

четвертые видят ее в привилегий состоять под управлением человека своей на- циональности или подчиняться своим собственным законам. Некий народ долгое время принимал свободу за обычай носить длиниз^ю бороду. Иные соединяют это название с известной формой правления, исключая все прочие»^^.

Свободу и личную неприкосновенность как наиболее значительные права человека, которые он приобретает от рождения, устанавливают и международные документы обязательного характера, и национальное законодательство.

Так, в соответствии со статьей 3 Всеобщей декларации прав человека каждый человек имеет право на жизнь, свободу и личную неприкосновенность. Статья 9 Международного пакта о гражданских и политических правах гласит, что каждый человек имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Никто не может быть подвергнут произвольному аресту или содержанию под стражей. Никто не должен быть лишен свободы иначе, как на таких основаниях и в соответствии с такой процедурой, которые установлены законом.

Монтескье Ш. Избранные произведения М. 1959 с. 288

Согласно ст. 22 Конституции РФ каждый имеет право на свободу или личную неприкосновенность, а арест, заключение под стражу и содержание под vif стражей допускается только по судебному решению. До судебного решения

лицо не может быть задержано на срок более 48 часов^^.

Слова «свобода» и «неприкосновенность» личности в правовых актах обычно появляются тогда, когда возникает необходимость определить допустимые пределы ограничения этих благ’*^.

Арест - это вынужденная реакция органов предварительного расследования на совершенное лицом преступление и неправильное поведение обвиняемого (подозреваемого), препятствующее решению задач уголовного судопроизводства.

^ В юридической литературе отмечается, что сущность меры пресечения в

виде заключения под стражу во всех государствах одна - при заключении под стражу гражданин лишается свободы до окончательного решения вопроса судом о его виновности при условии, что эта мера пресечения не будет изменена или отменена’^.

Однако данное определение сушлости такой меры пресечения как заключение под стражу нуждается, как мы полагаем, в уточнении и дополнении. Для того, чтобы названное определение стало пригодным для теории уголовного процесса, необходимо внести в него дополнительные элементы. Такими

Конституция РФ (ч.2 ст.22) предусматривает, что арест, заіслючение под стражу и содержание допускается только по судебному решению. Поскольку судебная власть еще не готова принять на себя избрание в отношении обвиняемого (подозреваемого) такой меры пресечения как арест, то парламент страны с согласия президента РФ временно сохранил санкциа- нирование арестов прокуратурой. В ч.2 ст.6 раздел2 «Заключительные и переходные положения» Конституции РФ отмечается, что до приведения уголовно- процессуального законодательства РФ в соответствие с положением Конституции РФ сохраняется прежний порядок ареста, содержания под стражей и задержания. Таким образом, применение в настоящее время ст. 96 УПК действующая Конституция РФ не ограничивает.

Алексеева Л,Б, Практика международных контрольных органов в области защиты гражданских и политических прав человека и гражданина// Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лука- щук И.И, Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации // под общ. ред. В.М. Жуйкова. М., 1996. С. 136-137.

элементами, no мнению авторов, вполне может служить указание на то, что арест как мера пресечения применяется с соблюдением требований ст. 11 УПК по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет, только по судебному решению (с санкшш прокурора)^^.

До 2001 года ч. 1 ст. 96 УПК допускала возможность применения заключения под стражу в качестве меры пресечения в отношении лиц, обвиняемых (подозреваемых) в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года. Однако, как уже говорилось выше, 9 марта 2001 года президентом нашей страны был подписан

11

Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в УПК…» , представивший ч. 1 ст. 96 УПК в следующей редакции: «Заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется с соблюдением требований статьи 11 настоящего Кодекса в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет. В исключительных случаях по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет, указанная мера пресечение может быть применена к подозреваемому или обвиняемому, если он нарушил ранее избранную ему меру пресечения либо не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации или личность его не установлена».

До того, как был принят рассматриваемый закон, в юридической литературе неодноіфатно высказывались предложения применять арест только в случаях, когда лицо обвиняется (подозревается) в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более двух

Михайлов В. А. Меры пресечения в российском уголовном процессе. М. 1996. С. 116, Капинус Н.И, Меры пресечения в российском уголовном процессе и Следователь. 1998.№8.

С.ЗЗ.

Наз^енко А.Б. Уголовный процесс в зарубежных государствах // Уголовный процесс Учебник для ВУЗов // Под обшей редакцией А.С, Кобликова М., 1999 Гл.24 с.341-373. Собрание законодателыггва РФ № 11. 2001, Ст. 1002.

18

.18

ИЛИ трех лет , которые поддерживали и мы. Изменения, внесенные в Ч.1 ст. 96 УПК, мы считаем шагом на пути к наиболее полной реализации права кавдого лица на свободу и неприкосновенность личности. Ведь чем меньше санкция за совершенное преступление, тем меньше общественная опасность этого деяния, тем меньше вероятность того, что лицо подозреваемое или обвиняемое в совершении данного преступления будет пытаться скрыться, препятствовать установлению истины или совершить новое преступление, а значит, в этом случае можно ограничиться применением меры пресечения, не связанной с лишением свободы, к тому же, чем выше санкция за совершенное преступление, тем меньше вероятность назначения судом наказания условно, а значит, меньше будет подозреваемых, обвиняемых и подсудимых, которые, по сути, отбывают наказание за совершенное преступление в стенах следственного изолятора.

К осени 1999 года из 1 млн. 36 тыс. осужденных, находящихся в местах лишения свободы, например, лиц со сроком наказания до 3-х лет было 180 тыс. Мы согласны с мнением В.В. Коряковцева, что эти данные лишний раз подтверждают необходимость более широкого применения имущественных и иных мер пресечения, которые не связаны с ограничением свободы, в первую очередь залога’

Положительным мы считаем так же тот факт, что новая редакция ч. 1 ст. 96 УПК указывает, какие случаи относятся к исключительным и дающим возможность применить заключение под стражу к лицам, обвиняемым или подозреваемым в совершении преступлений, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет. Рассмотрим эти случаи.

  1. Если лицо нарушило ранее избранную еліу меру пресечения. Несмотря на то, что такие меры пресечения как подписка о невыезде и залог применяются, в основном, с целью предотвратить возможность обвиняемого (подозревае-

18

См.: например, Руднев В. И. О судебном аресте. // Российская юстиция. 1995. № 5; Козлов В. Мера пресечения не может быть тяжелее наказания. // Российская юстиция. 1998. Xs 3. С.

48 и т. д.

^^ Коряковцев В.В. Залог как мера пресечения в уголовном процессе Российской Федерации. И Правоведение 2000. № 4. С. 120.

мого) скрыться от дознаЕшя предварительного следствия и суда, нарушением любой меры пресечения следует считать не только попытку этого лица скрыться, но и воспрепятствование им установлению истины по делу, и попытку совершения нового преступления, поскольку предотвращение всех перечисленных действий является целью применения любой меры пресечения. Таким образом, нарушением ранее избранной меры пресечения можно считать любые факты ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого), то есть уклонение от явки по вызову следователя или лица, производящего дознание, уничтожение и фальсификация доказательств, подкуп, запугивание свидетелей, потерпевших, экспертов, продолжение преступной деятельности.

  1. Eaiu лицо не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации. Статья 2 закона РФ «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» ^^ вводит такие понятия как место пребывания и место жительства. Место пребывания ~ гостиница, санаторий, дом отдыха, пансионат, кемпинг, туристическая база, больница, а так же жилое помещение, не являющееся местом жительства гражданина, в которых он проживает временно. Место жительства - жилой дом, квартира, жилое служебное помещение, специализированные дома (общежитие, дом для одиноких престарелых и т.д.), а так же иное жилое помещение, в котором гражданин постоянно или преимущественно проживает в качестве собственника по договору найма, договору аренды либо на иных основаниях, предусмотренных законодательством РФ.
  2. Тот факт, что лицо на момент совершения преступления находится в месте пребывания, не свидетельствует об отсутствии у него постоянного места жительства.

  3. Если не установлена личность подозреваемого (обвиняемого). Б.Б. Булатов считает, что личность подозреваемого считается не установленной, когда
  4. Ведомости Верховного Суда РФ 1993 г. № 32, Ст. 1227.

отсутствуют соответствующие документы, a проверить, уточнить сообщенные сведения не представляется возможным; когда в представленных документах обнаружены признаки подчисток, исправлений, подделки, повреждения^’.

Арест как мера пресечения известен уголовному процессу США, Германии и Франции. В этих госуд^твах прерогатива давать разрешение на арест принадлежит суду. Так, например, в уголовном процессе США основной фигурой, правомочной осуществить такую меру принудительного характера как арест, является магистрат, ^о судья низшей инстанции, имеюпщй право единолично выдать ордер на арест сотрудникам правоохранительных органов^^. По УПК ФРГ предварительное заключение подозреваемого под стражу возможно липгь по письменному ордеру, выданному судьей; его срок не может превышать шести месяцев. Для продления срока необходимо получить постановле- ние высшего земельного суда с мотивированным обоснованием . По УПК Франции следственный судья вправе в случае необходимости применить к обвиняемому разного рода меры принуждения. Это, с одной стороньї, предписание о явке и постановление о приводе, а с другой - постановление о задержании и ордер на арест^”*.

Николайчик В. М. Уголовный процесс США. М. 1981. С. 100-103. “м.: Там же С, 10 тия, М., 1989. С. 68.

Филимонов Б. А. // Вест. Моск. ун-та. Сер. 2. Право 1982 № 4.

Нам представляется, что сущность заключения под стражу не только в Российском государстве, но и в большинстве правовых государств мира одна - по решению суда (с санкции прокурора) гражданин лишается свободы при условии, что он обвиняется в преступлений, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет и эта мера пресечения не будет изменена или отменена ими до окончательного решения вопроса о виновности обвиняемого в судебном приговоре.

Б.Б. Булатов Задержание подозреваемого в совершении преступления И Комментарий к Уголовно- процессуальному кодексу. М. 1999. С. 226.

23

См.: Там же С. 104.; Боботов С. В. Буржуазная юстиция. Состояние и перспективы разви- Филимонов Б. А. Сущность и характер заключения по стражу в уголовном процессе ФРГ

Когда мы говорим об аресте, применяемом в качестве меры пресечения, встает вопрос: допустимо и целесообразно ли ущемлять одно из важнейших прав человека - право на личную свободу и неприкосновенность? Прав в данном случае Н.И. Капинус, который отвечает на этот вопрос положительно, но добавляя при этом: «Это ущемление может быть оправдано лишь целями зашиты еще более важных социальных ценностей. Защищенность общества и госу- дарства от преступлений, составляющая одну из задач уголовного процесса, разумеется, является той социальной ценностью, ради которой целесообразно ограничить права лица, обвиняемого в совершении преступления. Важно, чтобы это ограничение осуществлялось на основании и в рамках закона, а так же в соответствии с процедурой, установленной законом»^’’.

Лшпение человека его права на личную свободу и неприкосновенность является средством гарантировать уголовное судопроизводство от неправомерного противодействия со стороны обвиняемого или подозреваемого. А поскольку это средство, является крайней мерой, вторгающейся в социальный статус человека, но носит вынужденный характер, заключение под стражу в качестве меры пресечения должно иметь исключительный характер, применяться лишь в тех случаях, когда иными мерами пресечения невозможно предотвратить неправомерное противодействие обвиняемого, осуществлению задач уголовного судопроизводства.

Это означает, что обвиняемый должен лишаться свободы лишь в тех случаях, когда с помощью других мер пресечения не могут быть решены поставленные законом цели. Выполняется ли это требование в практике расследования и судебного рассмотрения уголовных дел? Нет, не выполняется.

В большинстве случаев заключение под стражу применяют как рядовую, ординарную, но не как исключительную меру пресечения. По данным 3.3. Зи- натуллина, арест как мера пресечения в семидесятые годы избирался как мера

^^ Капинус Н.И. Меры пресечения в Российском уголовном процессе. // Следователь. № 8, 1998. С. 36

Пресечения no каждому второму уголовному делу, ТфОИЗВОДСТВО по которому вели следователи^^.

Раньше стремление полз^ить “признательные” показания толкало органы расследования и работников оперативно-розыскных служб заключить как можно больше обвиняемых (подозреваемых) под стражу, поскольку в условиях следственных изоляторов получить такие показания гораздо проще, чем когда обвиняемые на свободе. В условиях формирования правового государства, в обстановке гласности и широкого действия приншша презумпции невиновности показания, в особенности показания обвиняемых и подозреваемых, не под- крепленные другими объективными данными, перестали иметь то значение, которое им придавалось ранее в процессе осуществления правосудия. Практика показывает, что в последнее время суды стали реже выносить обвинительные приговоры, основанные только на показаниях обвиняемых, стали требовать доказательства, полученные и из других объективных источников. Обвиняемые стали изменять свои показания в судах даже в ситуациях, когда в процессе расследования показания были у них получены в строгом соответствии с зако- ном^^.

В настоящее время вербальная информация подозреваемых и обвиняемых уже не имеет такого доказательственного значения, поэтому органы расследования и оперативно-розыскных служб не стремятся, во что бы то ни стало поместить подозреваемого и обвиняемого в изолятор временного содержания или в следственный изолятор. Суды, прокуроры, общественность выдвигают все более жесткие требования к каждому факту незаконного и необоснованного ареста обвиняемых. Как отмечает В.А. Михаилов, все большую популярность среди практических работников приобретает такой принцип: «заключать до су-

Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. (Вопросы теории и практики). Казань. 1981. С. 76.

^^ См.: Михайлов В.А. Меры пресечения в Российском Уголовном процессе. М. 1996. С. 119.

да под стражу не тогда, когда это можно сделать, а тогда, когда этого не сделать нельзя. Это правильный, основанный на законе, подход»^’^.

Согласно ст. 4 «Принципы содержания под стражей» Федерального закона РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений содержащимся под стражей. В этом аспекте конституционное право каждого на свободу и личную неприкосновенность остается незыблемым (ст. 22 Конституции РФ).

Заключение под стражу носит предварительный характер, так как по своей юридической природе оно, как мера пресечения, не является уголовным наказанием обвиняемого, ибо не имеет карательного назначения, не предопределяет вид наказания, а преследует специальные цели до вступления приговора в законную силу, носит исключительно предупредительный характер, применяется не к виновному, а к обвиняемому (в исключительных случаях к подозреваемому), ведь не исключена возможность вынесения судом оправдательного приго- вора. По данным прокуратуры Саратовской области, 246 обвиняемых (3,8 %) из 6422 арестованных в 1999 году в Саратовской области, были освобождены в связи с прекращением производства по уголовному делу (ч.1,2 ст. 5; ст. 208 УПК). 822 человека (12,7 %) были освобождены судом на основании ст. 73 УК РФ (условное осуждение) и по причине вынесения оправдательного приговора. Таким образом, 16,5 % обвиняемых были заключены под стражу напрасно и, по сути, отбывали в следственном изоляторе наказание за соверщенное преступ-

Михайлов В.А. Указ. соч. С. 120.

ление (и за несовершенное тоже), что недопустимо. Ежегодно из следственных изоляторов освобождается до 125 тысяч человек, содержание которых не вызы- валось необходимостью^^. По данным Министерства Юстиции РФ, ежегодно в нашей стране арестовывается 600 тысяч человек. Спустя 4-6 месяцев освобождается каждый четвертый либо в силу назначения наказания не связанного с • лишением свободы, либо вследствие замены ареста на более мягкую меру пре

сечения^^.

Заключение под стражу наиболее тесно соприкасается с задержанием подозреваемого (в соответствии со ст. 122 УТЖ), порядок применения которого так же регулируется Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления». Задержание - это мера ^ уголовно-процессуального принуждения, преследующая в основном те же це

ли, что и арест, применяемая по подозрению в совершении преступления, за которое может быть назначено наказание в виде лишения свободы. Но задержание - не мера пресечения, и применяться оно может на срок не более 72 часов и только к подозреваемому в совершении преступления, в то же время обе эти меры уголовно-процессуального принуждения имеют много общего, в действующем УПК о задержании подозреваемого упоминается наряду с аре- стом (ст. ст. 52, 123). Если по истечении 72 часов лицо подвергается аресту, то задержание входит как бы составной частью в эту меру пресечения. А при на- значении срока лишения свободы судом время, в течение которого лицо было задержано в порядке ст. 122 УПК включается в срок наказания наряду со сроком заключения его под стражу в качестве меры пресечения.

Как уже говорилось выше, согласно ст. 90 УПК, в исключительных случаях мера пресечения может быть применена в отношении лица, подозреваемого

^^ Сокращение применения досудебного лишения свободьг. Международная тюремная система. 2000, С.З.

Коряковцев В.В. Залог как мера пресечения в уголовном процессе Российской Федерации. // Правоведение. 2000, № 4, С. 120.

^^ После приведения уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Основным законом государства эта мера принуждения будет применяться на срок не более 48 часов (ч. 2 ст 22 Конституции РФ).

В совершении преступления, и до предъявления ему обвинения. Согласно п. 2 ст. 52 УПК, подозреваемым признается лицо, к которому применена мера пресечения до прегсьявления обвинения. При анализе данных статей УПК появляется замкнутый круг:

1, «в исключительных случаях мера пресечения может быть применена в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления…»; 2, 2. «подозреваемым признается… лицо, к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения». 3. Но в законе не указано, какие именно случаи относятся к исключительным. Исключительность применения меры пресечения к подозреваемому состоит в том, что фактических данных для предъявления обвинения еще нет. Хотя к подозреваемому может применяться любая мера пресечения, на практике чаще ставится вопрос об его аресте, поскольку одной из целей задержания, по мнению Б.Б. Булатова, является разрешение вопроса о применении к задер

жанному меры пресечения в виде заключения под стражу^^. Мы считаем, что отсутствие в УПК определения исключительного случая на пракгике может приводить к разночтению закона и даже к злоупотреблению рассматриваемой нормой. Поэтому мы предлагаем представить ст. 90 УПК в следующей редакции: «Мера пресечения может быть применена в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления при наличии доказательств, дающих основание полагать, что данное лицо скроется от дознания или предварительного следствия или воспрепятствует установлению истины по делу, или будет заниматься престушіой деятельностью, и одновременном отсутствии возможности предъявить ему обвинение в совершении преступления, в этом случае обвинение должно быть предъявлено не позднее десяти суток с момента применения меры пресечения. Если в этот срок обвинение не будет предъявлено, мера пресечения отменяется».

32

V

Булатов Б.Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР/ под ред. В.Т. Токшна. М- 1999, С. 171.

В теории, и особенно на практике весьма распространенным является суждение о том, что заключение под стражу призвано обеспечить раскрытие преступлений и изобличение преступников^^. Данное суждение на законе не основано, таких целей нормы УПК не устанавливают. Цель заключения под стражу та же, что и иных мер пресечения: пресечь обвиняемому возможность скрыться от дознания, следствия и суда; воспрепятствовать ему заниматься преступной деятельностью и мешать в установлении по делу истины, в обеспечении исполнения приговора (ст.89 УПК).

Несмотря на то, что решение о заключении под стражу обвиняемого или подозреваемого принимает следователь или лицо, производящее дознание, оно реализуется только с санкции прокурора (а в скором времени - только на основании решения суда). Ответственность за законность и обоснованность такого решения лежит в первую очередь на том, кто его применяет. Это же относится и к случаям необоснованного отказа от применения заключения под стражу.

Заключение под стражу как процессуальное действие не направлено на собирание, проверку и оценку доказательств. Оно исполняет роль принудительного акта по устранению неправомерных действий обвиняемого (подозреваемого), представляющих угрозу правосудию, и, таким образом, выступает как средство пресечения.

Уголовно - процессуальному законодательству и уголовно - процессуальной практике известны разнообразные виды заключения под стражу. Наиболее распространенными являются: предварительное заключение под стражу, домашний арест, превентивный арест, кратковременное задержание, задержание и арест за противодействие органам расследования. Но не все эти виды заключения под стражу являются мерами пресечения.

Предварительное заключение под стражу как мера пресечения в законодательствах различных государств имеет различные наименования. В Уставе уголовного судопроизводства 1864 г. эта мера пресечения именовалась взятием

^^ Уголовный процесс. / под ред. в.п. Божьева. М. 1989. С. 129.

ПОД стражу (ст. 416, 416’, 430, 431). В отдельных статьях эта мера пресечения именовалась содержанием под стражей (ст. 419 Устава уголовного судопроизводства). УПК РСФСР 1923 г. именует рассматриваемую меру пресечения заключением под стражу (п. 5 ст. 144, ст. 158-160). Содержавшем под стражей именовалась мера пресечения в УТЖ УССР 1927 г. (п. 6 ст. 142, ст. 156-158). В остальных союзных республиках бывшего СССР мера пресечения именовалась так же, как и в УПК РСФСР 1923 г. Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1924 г. именовали меру пресечения лишением свободы и арестом (ст.9-11).

Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и принятые в соответствии с ними УПК союзных республик меру пресечения именуют заключением под стражу (ст.33,34; ст.89.96 УПК). В то же время в указанных законодательных актах и Конституции СССР 1977 г. рассматриваемая мера пресечения называлась и арестом. Указанные наименования употреблялись и в Законе о Прокуратуре СССР, Положении о Военной проку- ратуре. В настоящее время в законодательный оборот введено наименование - предварительное заключение под стражу (Положение о предварительном заключении под стражу, 1969 г.).

В Конституции РФ (ст,22) эта мера пресечение именуется: арест, заключение под стражу и содержание под стражей. Аналогичные названия данной меры пресечения даны в действующем УПК (ст.,ст. И, 89, 96). Однако в проекте Уголовно-процессуального кодекса РФ^ (ст.,ст. 11, 104, 105), принятого Государственной Думой Российской Федерации 6 июня 1997 года в первом чтении, речь идет лишь о заключении под стражу и содержании под стражей^^.

Значение заключения под стражу как меры пресечения в уголовном процессе состоит в том, что лицо, взятое под стражу, физически изолируется от

Далее просто проект УТЖ.

Постановление Государственной Думы Федеральнотх) Собрания РФ 6.06. 97 г. № 1448-11 ГД «О проекте Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации». Собрание законодательства РФ. 1997. № 25, Ст. 2895,

общества и содержится под охраной в условиях режима, который лишает его возможности продолжать свою преступную деятельность, помешать установлю лению истины, скрыться от следствия и суда, уклониться от исполнения приговора.

Если при избрании меры пресечения, не связанной с лишением свободы, имеет значение, прежде всего психологический характер ее воздействия на поведение обвиняемого (подозреваемого), то при заключении под стражу на первый план выступает физическая невозможность скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать осуществлению задач уголовного судопроизводства и продолжить преступную деятельность.

Изоляция от общества обвиняемого или подозреваемого путем заключе- ^ ния его под стражу позволяет наиболее эффективно обеспечить те цели, кото

рые достигаются применением мер пресечения. Однако данная мера связана с существенным ограничением личной свободы граждан и потому ее применение допустимо лишь в случаях действительной необходимости.

в УТЖ (ст.ст. 11, 96-98, 393, 404), а так же и в проекте Уголовно- процессуального Кодекса РФ (ст. ст. 11, 93, 104, 485, 498) отсутствует определение понятия заключения под стражу.

В литературе большинством процессуалистов дается лишь определение понятию мер пресечения в уголовном судопроизводстве. 0 Каждый из авторов предлагает свое определение в качестве универсально

го для всех мер пресечения, в том числе и для ареста.

Так, по мнению В.А. Михайлова « ..мерами пресечения в …уголовном судопроизводстве называются установленные законом меры государственного (процессуального) принуждения, с помощью которых путем ограничения личных прав и личной свободы обвиняемого, получения имущественных гарантий, личного или общественного поручительства, а так же наблюдения (надзора, присмотра) за обвиняемым устраняется для последнего возможность скрыться от дознания, предварительного следствия, суда, отлучаться без соответствую- ЩЄГО разрешения с места жительства или временного нахождения, предупреждается, пресекается, нейтрализуется и устраняется неправомерное противодействие со стороны обвиняемого установлению по делу истины, обеспечивается его надлежащее поведение, исключающее совершение новых преступлений, своевременная явка по вызовам органов расследования, прокурора, суда, а так же исполнение приговора»^’^.

Под мерами пресечения, считает В С. Чистякова, понимаются меры уго- ловно- процессуального принуждения, применяемые при наличии оснований и в порядке, установленном законом, уполномоченными на то должностными лицами к обвиняемому, а в исключительных случаях - к подозреваемому с целью помешать им скрыться от дознания, следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины по делу, продолжать преступную деятельность, а так же для обеспечения исполнения приговора^^.

Более полное определение понятию мер пресечения по сравнению с предыдущими дается А.П. Рыжаковым. По его мнению «меры пресечения - это применяемые органами дознания, следователями, начальниками следственных отделов, прокурорами, судьей, судом меры уголовно-процессуального принуждения, оказывающие на обвиняемого определенное психологическое воздействие или ограничивающие его личную свободу, с целью лишения возможности уклониться обвиняемому (подозреваемому) от дознания, предварительного следствия или суда, помешать установлению истины по делу или заниматься преступной деятельностью, а так же для обеспечения исполнения приговора»

Определение, сходное сформулированному А. П. Рыжаковым предложено Н.И. Капинус, который пишет: «меры пресечения - это предусмотренные уголовно-процессуальным законом меры процессуального принуждения, которые применяются по установленным законом основаниям и в регламентированном зако-

^^ Михайлов В.А. Меры пресечения в советском уголовном судопроизводстве. М. 1991. С. 15

^^ Чистякова B.C. Понятие мер пресечения, основания и порядок их применения // Уголов- но- процессуальное право Российской Федерации / под ред. П.А, Лупинской. М. 1997. С 212. ^^ Рыжаков А.П, Меры пресечения. М. 1997. С. 7-8.

HOM порядке управомоченными на то государственными органами к обвиняемому, а в исключительных случаях - к подозреваемому с целью помешать им скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу, продолжать загшматъся преступной деятельностью, а так же для обеспечения исполнения приговора и которые заключаются в лишении либо ограничении личных, имущественных или иных прав в пределах,

39

установленных нормами уголовно-процессуального закона» .

Нетрудно заметить, что в данных определениях понятия мер пресечения понятие заключения под стражу не конкретизируется.

Иначе этот вопрос решен Э.К. Кутуевым, который полагает, что заключение под стражу представляет собой меру пресечения, заключающуюся в ограничении свободы обвиняемого, а в исключительных случаях подозреваемого, то есть лиц, виновность которых не установлена вступившим в законную силу приговором суда, в предусмотренном законом порядке с тем, чтобы они не скрылись от дознания, предварительного следствия и суда, не воспрепятствовали установлению истины по уголовному делу, не продолжали заниматься преступной деятельностью, а твк же для обеспечения исполнения приговора’*^.

Однако это определение понятия заключения под стражу не лишено определенных недостатков, ибо в нем отсутствует указание на то, что арест может быть избран и применен по той категории преступлений, наказание за совершение которых может быть назначено свыше двух лет лишения свободы и не указывается, кем арест может быть избран или применен. С учетом изложенного мы полагаем, что заключение под стражу это наиболее строгая, по сравнению с другими, мера пресечения, существенным образом ограничивающая свободу обвиняемого, а в исключительных случаях подозреваемого, применяемая органом дознания, следователем, прокурором, судом по делам о престушеииях, за совершение которых законолі предуслютрено наказание в виде лишения сво-

^^ Капинус Н И. Меры пресечения в российском уголовном прюцессе // Следователь. 1998. № 8. С. 27.

Сюды сроком свыше двух лет, при иачичии оснований и в порядке установлен- ном уголовио- процессуальнілм законом с тем, чтобы данное лицо не скрьиось от дознания, предварительного спедствия и суда, не воспрепятствоваю установлению истины по уголовному делу, не продолжаю заниматься преступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора.

А теперь рассмотрим вопрос о том, для чего же существует в уголовном процессе институт мер пресечения или какие цели преследуют лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд, применяя в отношении обвиняемого (подозреваемого, подсудимого, осужденного) меры пресечения, в том числе, заключение под стражу. В уголовно-процессуальном законодательстве цели применения мер пресечения прямо не называются, недостаточно они ос- вещены и в юридической литературе.

Цель - это то, к чему стремятся, что надо осуществить, иначе говоря, ожидаемые результаты, на достижение которых направлены действия. А под задачей понимается цель, достижение которой желательно к определенному моменту времени. Исходя из принятого в философии деления целей на ближайшие и перспективные, можно сказать так: задача — это ближайшая цель, а цель — это отдаленная задача””.

В юридической литературе даются различные определения целей заключения под стражу в качестве меры пресечения. Так, П.М. Давыдов и П.П. Якимов в качестве целей заключения под стражу назвали: устранение возмущения общественного мнения, обеспечение спокойствия граждан, обеспечение чести и достоинства граждан’*^. Выдающийся профессор М.С. Строгович целью заключения под стражу считал обеспечение раскрытия преступления и изоблїічение престушшков’’^. По мнению В.Н. Шпилева заключение под стражу может при-

Кугуев Э.К. Заключение под стражу и содержание под стражей: состояние, проблемы, перспективы. Автореф. канд. дисс СПб 1999 С 9.

Безлепкин Б.Т. Понятие, сущность и задачи советского уголовного процесса // Советский уголовный процесс. М., 1990. С. 12,

Давь^дов П.М., Жимов П.П. Применение мер процессуального принуждения по Основам уголовного судопроизводства союза СССР и союзных республик. Свердловск. 1961. С.40.

43

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса Т 1. 1968. С.280.

меняться для пресечения злоупотребления обвиняемым своими правами’”. И.Ф. Герасимов полагал, что заключение под стражу может применяться из таети- ческих соображений”^^. Прав Н.И. Капинус, который отмечает, что сформулированные названными авторами цели «не вытекают из закона, а скорее выражают субъективное понимание ими социального назначения этой меры пресечения, чем юридическую характеристику ее целей в соответствии с уголовно- процессуальным законодательством»’^^.

По мнению О.И. Цоколовой, в формулировке ст. 89 УПК произошло смешение оснований и целей применения мер пресечения. Существование перечисленных в указанной статье обстоятельств как целей применения мер пресечения, несомненно. Однако выдвижение тех же обстоятельств как оснований применения мер пресечения представляется явно проблематичным, так как требует от следователя обоснованных фактами конкретных предположений о том, что еще не произошло. Правильным, было бы представить данные обстоятельства именно как цели применения мер пресечения, а основания их применения разработать и сформулировать иные, указав их более конкретно, чтобы не соз-

^47

давать почвы для нарушении законности и разной трактовки правовой нормы .

Следует заметить, что это предложение было бы более убедительным и конструктивным, если бы О.И. Цоколова предложила новую редакцию, например, статьи 89 УПК, указав в ней как цели, так и сформулированные ею конкретные основания применения мер пресечения. Но этого сделано не было. Тем не менее, в ст. 93 проекта УПК указываются «Основания для применения мер пресечения», правда о целях применения мер пресечения в этой стать^ не говорится. Таїсим образом, название этой статьи и ее содержание исключает смешение основании и целей применения мер пресечения.

Шпилев в н. Участники уголовного процесса. Минск. 1970. С. 73. ^^ Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступления. Свердловск. 1975, С. 78. Капинус Н.И, Меры пресечения в Российском уголовном процессе. // Следователь. 1998.

№ 8. С. 36.

Цоколова О Н, Основания применения мер пресечения необходимо пересмотреть // Проблемы предварительного следствия и дознания ВНИИ МВД РФ, М. 1995. С.43.

По определению Ю.Д. Лившица, меры пресечения применяются в целях предупреждения уклонения подозреваемых, обвиняемых, подсудимых или осужденных от следствия и суда и от отбывания наказания, а так же в целях устранения препятствий раскрытию истины и общественной опасности нахождения этих лиц на свободе”*^.

По мнению Б.Б. Булатова, целями применения мер пресечения являются: предотвращение возможности обвиняемого (подозреваемого) скрыться от дознания, предварительного следствия и суда; воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу; продолжать преступную деятельность, а так же для обеспечения исполнения приговора^^^.

В. А. Михайлов указывает, что применение мер пресечения, а значит, и применение ареста направлено на предупреждение, прекращение неугодных уголовному судопроизводству действий, а так же на принуждение их к выполнению угодных, необходимых для уголовного процесса действий и щюступков’°.

А.П. Рыжаков считает, что целями применения мер пресечения является: 1) Воспрепятствование обвиняемому, во-первых, скрыться от дознания, предварительного следствия и суда; во-вторых, помешать установлению истины по уголовному делу; в-третъих, заниматься преступной деятельностью. 2) Обеспечение исполнения приговора. Он считает так же, что избрание меры пресечения в других целях - грубейшее нарушение законности^ \

З.Ф. Коврига полагает: «Целью применения мер пресечения является воспрепятствование обвиняемому или подозреваемому скрыться от дознания, предварительного следствия и суда, помешать установлению истины по делу, продолжать преступную деятельность или уклоняться от отбывания наказания»^^. Ведь главная цель заключения под стражу действительно состоит в

^^ Лившиц Ю.Д. Меры процессуального принуждения в советском уголовном процессе. Ав- тореф. дисс. канд. юр. наук. М. 1958. С, 5-6.

Булатов Б.Б. Применение мер прюсечения. // Комментарий к Уголовно-процессуальному Кодексу РСФСР. / под ред. В Т. Томина М 1999. С. 169

51

Михайлов В.А. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М. 1991. С. 17-18. Рыжаков А.П. Меры пресечения. М. 1997. С. 36.

Коврига З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж. 1975. С. 84.

Предотвращении действий обвиняемого или подозреваемого, возможность совершения которых является основанием для применения этой меры пресечения. Такого же мнения придерживаются и многие другие авторы^^. Преследуемая любой мерой пресечения цель может быть достигнута только принуждением обвиняемого (подозреваемого) к должному поведению и это принуждение носит государственно-властный характер^”*. Таїсим образом, цель использования мер пресечения соотносится с основаниями их применения, сформулированными в ст. 89 УПК. Что вполне правомерно, поскольку средства достижения целей ими же и определяются, к. Маркс писал: «Цель как закон определяет способ и характер действий человека»^^.

Целями применения мер пресечения, включая и заключение под стражу, являются так же обеспечение нормального хода и исхода производства предварительного расследования и судебного разбирательства, предупреждение противодействия обвиняемого (подозреваемого) нормальному производству по уголовному делу, обеспечение участия обвиняемого в производстве процессуальных действий.

Поскольку цели применения мер пресечения не указаны в законе, то определяться они должны исходя из анализа системы норм уголовно- процессуального права, включая и нормы, содержащие основания применения этих мер, применяемых государственными органами для осуществления задач уголовного судопроизводства.

Абсолютно очевидна предупредительная цель мер пресечения, потому как они призваны именно предупредить сокрытие обвиняемого от следствия и суда, его попытки воспрепятствовать установлению истины по делу, совершение им новых преступлений.

^^ Рыжаков А.П. Уголовный процесс. Учебник для ВУЗов. М. 1999. С. 385. Булатов Б.Б. Меры пресечения//Коммеетарий к УПК РСФСР / под ред. В.Т.ТоминаМ. 1999. С. 179.

Капинус Н.И Указ. соч С 26 “ Маркс К , Энгельс Ф. Соч Т. 23 С 189

Применение заключения под стражу в качестве меры пресечения ни в коем случае не должно преследовать цель наказания обвиняемого (подозреваемого) за совершенное преступление, за ненадлежащее поведение в процессе расследования. Такого же мнения придерживается О.И. Цоколова: «Попытки сделать меры пресечения мерами процессуальной ответственности за ненадлежащее поведение в процессе расследования явно абсурдіш. Цель применения мер пресечения предотвратить возможные нарушения со стороны обвиняемого, а не наказать за них. Несомненно, что в основании предположений о возможном поведении обвиняемого в процессе следствия лежат фактические данные об обстоятельствах дела и личности обвиняемого»^^.

Уяснение целей мер пресечения, в том числе и предварительного заключения под стражу, имеет большое теоретическое и практическое значение, так как связано с ответом на вопросы: ради чего эти меры используются, на что они направлены и каким образом достигается цель.

Любая цель (задача) в сфере уголовного процесса^^, представляет собой продукт сознательного творчества компетентных должностных лиц, целенаправленной деятельности, результаты которой обеспечивают эффективность уголовного судопроизводства. Это высказывание в полной мере относится и к целям заключения под стражу.

Средства оправдывают цели, если они законны, согласовываются с ними, обусловлены ими. Если же применяются незаконные или неадекватные средства, то цели мер пресечения, по существу, стираются, лишаются подлинного содержания, а право следователя, прокурора, суда на применение мер пресечения не может пользоваться защитой государства. Более того, применение мер пресечения, например, в целях прин>ткдения к даче показаний является грубым нарушением законности и при соответствующих условиях может повлечь уголовную ответственность (ст. 302 УК РФ), как и в случае незаконного ареста (ст.

^^ См.; Цоколова О.И. Указ. соч С. 41.

301 УК РФ). Приведем пример. Тихо без публичного шума, присутствия журналистов прошло заседание в Волжском районном суде г Саратова 20 марта этого года по иску бывшего оперуполномоченного ОБЭП Фрунзенского РОВД г. Саратова Сергея Л. к областной прокуратуре. Областная прокуратура нарушила Закон. Суд признал незаконность ареста и удовлетворил его иск областной прокуратуре о возмещении морального ущерба. Ему заплатят за страдания 10 тысяч рублей; 62 дня Сергей провел в камере Саратовского следственного изолятора. Иногда его запускали, нарушая закон, в камеру к уголовникам. А один раз «бросили» туда, где сидел преступник, которого …задерживал сам Л. С прекращением уголовного дела страдания Сергея не кончились. Он вспоминает: «Я вернулся на службу, но все было по-другому. Некоторые, конечно, искренне сочувствовали. Но болью в сердце отзывались смешки за спиной, многозначительные улыбки. Дали команду «сверху» выжить меня из ОБЭП. Начались унизительньїе намеки, уговоры, угрозы». Перешел на службу участковым. А потом не выдержал. И ушел…В конце искового заявления в суд он написал: «Если виновные в моей «маленькой» никому не нужной жизненной трагедии не будут наказаны, не успокоюсь». Виновные известны^®.

С учетом изложенного, мы полагаем, что целями применения мер пресечения, а, следовательно, и заключения под стражу, является предотвращение противоправных действий обвиняемого (подозреваемого), препятствующих реализации задач уголовного судопроизводства (ст. 2 УПК).

Нужно лишь заметить, что достижение указанных целей должно производиться в рамках закона и при недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением федерального закона (п. 2 ст. 50 Конституции РФ, ч. 3 ст. 69 УПК).

О соотношении понятий «цели» и «задача» в уголовном процессе см. : Томин В Т. Понятие и цели советского уголовного процесса И Правоведение. 1969. № 4. ; Поляков М.П. Уголовный процесс: новые задачи в старой упаковке. // Следователь. 1999. №7. С. 3. Газета «Репортер» 2000 г. 30 марта-6 апреля. № 10.

1.2. Арест как мера пресечения в свете презумпции невиновности

Конституция РФ (ст. 22) закрепила право каждого на свободу и личную неприкосновенность и предусмотрела арест, заключение под стражу и содержание под стражей только по судебному решению.

Однако в П.6 раздела второго российского Основного закона говорится, что до приведения уголовно-процессуального законодательства РФ в соответствии с положением настоящей Конституции сохраняется прежний порядок ареста, содержания под стражей лиц, подозреваемых в совершении преступления, то есть на основании судебного решения или с санкции прокурора — ст. 11 УТЖ.

Международно-правовая регламентация исполнения заключения под стражу в качестве меры пресечения содержится в материалах сессий ООН, в международно-правовых актах по борьбе с международными преступлениями, в конвенциях, соглашениях, договорах. В их числе: Всеобщая декларация прав человека. Международный пакт о гражданских и политических правах человека. Декларация о защите всех лиц от пыток и других жестоких видов обращения и наказания. Конвенция против пыток и других бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания. Кодекс поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка. Минимальные стандартные правила обращения с заключенными. Типовой договор о выдаче^^ и др.

Никто не должен быть лишен свободы иначе как на том основании и в соответствии с такой процедурой, которая установлена законом.

Порядок и условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых определяются Федеральным законом РФ от 15 июля 1995г.

59

См.: Капинус Н.И. Меры пресечения в Российском уголовном процессе // Следователь 1998. Ш 8. с. 22.

«0 содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении пре-

  • 60

ступлении» .

Заключение под стражу в качестве меры пресечения допустимо применять для достижения одной или сразу нескольких целей, лишить обвиняемого (подозреваемого) возможности скрыться от расследования или суда, помешать ему

I

воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу, предупредить продолжение им преступной деятельности, обеспечить исполнение приговора. Такое прогнозирование возможного поведения обвиняемого (подозреваемого) должно опираться на конкретные сведения о фактах, которыми должен располагать следователь.

Заключение под стражу возможно лишь по делам о преступлениях, за ко- ^ торые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свы

ше двух лет. Лишь в исключительных случаях эта мера пресечения может быть применена по делам о преступлениях, за которые закон предусматривает наказание виде лишения свободы и на срок до двух лет. Закон указывает, какие случаи следует относить к исключительным:

  • нарушение ранее избранной меры пресечения;
  • отсутствие постоянного места жительства на территории РФ;
  • не установлена личность подозреваемого.
  • Но обвиняемый — это пока еще не виновный. Следователь, при предъявле- НИИ обвинения и применении к обвиняемому меры пресечения в виде заключения под стражу, может быть, и убежден в том, что обвиняемый совершил преступление. Однако, это еще не официальное признание факта совершения преступления от имени государства. Согласно презумпции невиновности каждый ‘ обвиняемый в совершении преступления считается невиновным до тех пор, по

ка его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговора суда (п. 1 ст. 49 ‘ Конституции РФ).

^ Собрание Законодательства РФ 1995 г. № 25, Ст. 2964.

Этот основополагающий принцип впервые появился в законодательстве нашей страны в 1977 году^\ спустя почти 30 лет после того, как Генеральная Ассамблея ООН приняла Всеобщую декларацию прав человека, в ст. 11 которой и было впервые сформулировано положение, названное в последствие презумпцией невиновности, в проекте УПК принцип презумпции невиновности сформулирован так:

  1. Обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном настоящим кодексом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда.
  2. Он не обязан доказывать свою невиновность, не обязан свидетельствовать против себя самого, своих близких родственников и супруга, круг которых установлен настояищм кодексом.
  3. Вывод о виновности лица в совершении преступления не может быть основан на предположениях.
  4. Неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого. В пользу обвиняемого должны разрешаться и сомнения, возішкающие при применении уголовно-процессуального закона.
  5. Последний пункт означает, что «если, например, при квалификации преступления или применении меры уголовно-процессуального пресечения возникают сомнения, какую норму (статью) применить, то применяется та, которая Ш не отягчает, а смягчает или устраняет уголовную ответственность»^^. Другими

словами, если у следователя имеется хоть самая незначительная доля сомнения в правильности избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде заключения под стражу, то он должен применить не арест, а меру пресечения, не связанную с лишением свободы.

Согласно ст. 160 Конституции РСФСР, «никто не может быть признан виновным в совершении преступления, а так же подвергнут уголовному наказанию иначе, как по приговору

суда».

Лукичев Ю.А. Презумпция невиновности — понятие и содержание. // Ученые записки юридического факультета. С.П.б. гуманитарный институгпрофсоюзов. С.П.б. 1997. С.86.

40

Мы полностью разделяем мнение В.М. Савицкого по рассматриваемому вопросу: «…всякий, кого следователь или прокурор обвиняют в преступлении, кого они привлекают к участию в деле в качестве обвиняемого, автоматически попадает в разряд виновных. Что же тогда делать суду? А ничего. Он вообще тогда не нужен, - в пору хоть упразднять его. Решение вопроса о виновности фактически перейдет к обвинителю. А на долю суда останется пустая формальность: проштамповать в приговоре, скрепить своим авторитетом вывод о виновности обвиняемого, сформулированный следователем и прокурором^^.

Презумпщія невиновности выражает собой не личное мнение того или иного лица, ведущего производство по делу, а объективное правовое положение. Следователь, который формулирует обвинение, предъявляет его обвиняемому, избирает заключение под стражу как одну из мер пресечения, составляет обвинительное заключение, и прокурор, который утверждает это заключение и приходит в суд поддерживать обвинение, разумеется, считают обвиняемого ви- новным. Они убеждены в этом, иначе они не должны были бы поступать таким образом. Обвиняемого невиновным считает закон, который возможность признания его виновным связывает с таким порядком судопроизводства, при котором происходит полное и всестороннее судебное исследование всех обстоятельств дела на основе гласности, устности, состязательности и других демократических принципов процесса, то есть с обязательным проведением судебного разбирательства - стадии, где сосредоточены максимальные гарантии прав и законных їштересов обвиняемого и проверки доказанности обвинения.

Только тогда, когда по делу состоялось судебное разбирательство и обвинительный приговор, вынесенный судом, вступил в законную силу, государство принимает на себя ответственность за правильность признания подсудимого виновным и последующего затем его осуждения. Именно в этом, на наш взгляд, и заключается сущность принципа презумпции невиновности как объективного

^^ Савицкий В.М. О презумпции невиновности и других принципах уголовного процесса // Ларин А.М., Мельникова Э.В., Савицкий В.М. Уголовный процесс России. Лекции-очерки / под ред. п. А. Лупинской. М. 1997. С. 219-220.

4.

  • і

Правового положения, обязательного для всех лиц, ведущих судопроизводство, а также и для всех иных учреждений, организаций, должностных лиц и граждан, которые не имеют права поступать с обвиняемым как с виновным.

Из презумпции невиновности вытекает обязанность доказывания намерения обвиняемого (подозреваемого) скрыться от органов дознания, предварительного следствия, прокурора, суда (судьи), воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу, заниматься преступной деятельностью, уклониться от исполнения приговора, которая возлагается на лицо, производящее дознание, следователя, прокурора, суд, судью. Именно поэтому, исходя из ст. 49 Конституции Российской Федерации обвиняемый (подозреваемый) не обязан доказывать свое нежелание совершать вышеперечисленные действия.

Принцип презумпции невиновности определяет правовой статус обвиняемого не только в уголовном процессе, но и во всех общественных отношениях, в которых он выступает в качестве одного из субъектов. До вступления приговора в законную силу, за обвиняемым, содержащимся под стражей, сохраняется право на участие в выборах, право на пользование жилым помещением, его никто не может уволить с работы или отчислить из учебного заведения ввиду его виновности в совершении престуїшения. Так как признание лица виновным в совершении преступления составляет исключительную прерогативу суда, привлечение к делу в качестве обвиняемого не порождает реализацию уголовной ответственности.

В ходе следствия и судебного разбирательства, как известно, к обвиняемому могут применяться меры пресечения, в том числе заключение под стражу. Причем арестованные обвиняемые содержатся в том же следственном изоляторе, что и осужденные, ожидающие отправки в исправительные учреждения. Не означает ли это, что с обвиняемым обращаются как с преступником? Совместимо ли это с презумпцией невиновности? Как отмечает А.М. Ларин, привлечение к уголовной ответственности само по себе не обуславливает отстранение от должности, а так же заключения под стражу или других мер пресечения. Для

Применения этих мер требуются особые основания^, в соответствии с Пактом о гражданских и политических правах, «Все лица, лишенные свободы имеют право на гуманное обращение и уважение достоинства, присущего человеческой личности». В развитие этого общего положения, Первый конгресс Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с заключенными, кроме общих правил, указал и следующие специальные правила, предусмотренные для лиц, находящихся под арестом или ожидающих суда: 1-Подследственные заключенные считаются невиновными, и с ними следует поступать соответственно. 2. Подследственных заключенных следует содержать отдельно от осужденных^^ На обвиняемых, содержащихся в СИЗО, не распространяются правила режима, установленные для осужденных. Рассуждая о совместимости применения мер пресечения с принципом презумпции невиновности, A.M. Ларин указывает, что меры пресечения отличает от уголовного наказания их условный, временный характер. Решение о мере пресечения ис- полняется лишь постольку, поскольку существуют обстоятельства, которыми оно вызвано. И если данные обстоятельства миновали, следователь (суд) еще до разрешения дела по существу обязан это решение отменить^. При постановлении обвинительного приговора время пребывания под стражей засчитывается в срок наказания, назначенного осужденному. Если обвиняемый реабилитирован постановлением следователя о прекращении дела, оправдательным приговором или определением (постановлением) суда о прекращении дела, то ему возмещаются заработок и другие трудовые доходы, которых он лишился из-за заключения под стражу; не выплаченные в связи с лишением свободы пенсия или пособие; штрафы и удержания из зарплаты, а так же судебные издержки, взысканные во исполнение приговора. Принимаются меры к восстановлению его

^ Ларин А.М. Презумпция невиновности. - М.: Наука, 1982. С.37.

См.: Алексеева Л.Б. Практика международных контрольных органов в области защиты граждансюїх и политических прав человека н гражданина // Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукащук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. 1996. С. 155. ^ См.: Ларин A.M. Указ соч. С.38.

Трудовых и жилищных прав, к возмещению морально-психологического ушер-

ба^’.

Вышеперечисленное может свидетельствовать о том, что «возможность

применения к обвиняемому предусмотренных законом принудительных мер ни

68

в коей мере не колеблет пришшпа презумшши невиновности» .

Законность заключения под стражу, применяемого к обвиняемому, будет определяться не вынесенным судом впоследствии обвинительным приговором, а обоснованностью и мотивированностью процессуального решения об аресте. Заключение под стражу, как в прочем и другие меры пресечения, преследуют, прежде всего, цель предотвратить нарушение уголовно- процессуального закона, создать условия для быстрого проведения расследования по делу. В мерах пресечения, и, в частности, в заключении под стражу, не содержится государственного осуждения совершенного преступления, что всегда свойственно мерам ответстБенности за нарушение закона и, в частности, наказанию.

Ни по основанию, ни по целям применения ставить в один ряд заключение под стражу и наказание нельзя. При применении ареста реализуются процессуальные права и обязанности субъектов уголовно-процессуальных отношений. Наказание - это реализация прав и обязанностей субъектов уголовно-правового отношения. Только реализация уголовно-правовых отношений может образовать уголовную ответственность, которая означает признание государством лица виновным в совершении преступления, то есть преступником. Уголовно- процессуальные отношения складываются между государственным органом и субъектом уголовного судопроизводства. Реализация уголовно-процессуальных отношений означает осуществление процессуальньїх прав и обязанностей субъектов уголовного судопроизводства. Через уголовно-процессуальные отноше-

67

Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Ст. 1-10. ^^ Ларин А.М. Указ. соч. С. 39.

НИЯ не выражается отношение к обвиняемому как к преступнику, а устанавли-

69

вается истина по уголовному делу .

При предъявлении обвинения лицо еше не отвечает за преступление. Если бы этот процессуальный аісг означал возложение обязанности отвечать за преступление, то теряло бы всякий смысл отвечать обвиняемому за преступление. Лишь при наступлении уголовной ответственности, то есть с момента вступления в силу обвинительного приговора, лицо обязано претерпеть применяемое к нему наказание, и имеет право требовать применения справедливых мер ответственности в рамках закона.

69

Принцип презумпции невиновности определяет правовой статус обвиняемого не только в уголовном процессе, но и во всех общественных отношениях. До вступления приговора в законную силу, за обвиняемым, содержащимся под стражей, сохраняется право на участие в выборах, право на пользование жилым помещением, его никто не может уволить с работы или отчислить из учебного заведения ввиду его виновности в совершении преступления. Так как признание лица виновным в совершении преступления составляет исключительную прерогативу суда.

См.; Ветрова Г.Н. Уголовно процессуальная ответственность. М. 1987. С. 92-93.

45

Глава 2 Основания и условия предварительного заключения под стражу

2.1. Основания применения предварительного заіслючения под стражу

Вопрос об основаниях применения заключения под стражу в качестве меры пресечения является одним из сложных в теории и на практике. Уголовно- процессуальный кодекс не содержит понятия оснований, нет единого понятия и в юридической литературе.

Несмотря на то, что заключение под стражу в отличие от других мер пресечения является исключительной по своей строгости, ибо она предельно стесняет права и свободу личности, тем не менее, основания применения мер пресечения законодатель предусмотрел одинаковые. Поэтому далее, говоря об основаниях мер пресечения, мы будем подразумевать основания заключения под стражу.

Что же представляют собой основания^^ для заключения обвиняемого (подозреваемого) под стражу и каков должен быть их качественный и количественный состав для того, чтобы применение этой строгой меры пресечения было законным и обоснованным?

Статья 89 УПК предусматривает, возможность применения одной из мер пресечения при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда или воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, а так же для обеспечения исполнения приговора. Указанные основания действуют в равной степени для

^^ Основанья - то, на чем что-либо основащ), опора, начало, причина. В. Даль. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 2., М. 1955. С. 701.

применения всех мер пресечения. Но ведь заключение под стражу - наиболее строгая мера пресечения, значит, и основания для ее применения должны быть особенные. Тем не менее, и действующий УПК и проект УПК РФ предлагают правоприменителю самому решать вопрос о том, когда достаточно оснований для применения ареста, а когда можно ограничиться мерой пресечения не связанной с лишением обвиняемого свободы.

в юридической литературе существует целый ряд понятий оснований применения мер пресечения и, в частности, ареста, так или иначе отличающихся друг от друга.

По мнению Э.К. Кутуева, основаниями заключения под стражу могут быть только достаточные данные, указывающие на обстоятельства, изложенные в ст. 89 УПК^’. Мы не согласны с таким определением, поскольку согласно ч.2 ст. 108 УПК, достаточные данные, указывающие на признаки преступления, могут быть основанием для возбуждения уголовного дела. Принятие решения об аресте обвиняемого (подозреваемого) имеет исключительную важность по сравнению с принятием решения о возбуждении уголовного дела, поэтому здесь нужно говорить не о достаточных, а о фактических данных.

Л. Д. Кудинов считает, что основанием заключения под стражу является содержание комплекса фактических данных, указывающих на высокую степень вероятаости совершения обвиняемым действий, способных нарушить интересы общества и затруднить ход уголовного процесса. Поэтому пресечение их с учетом данных о личности должно быть произведено путем предварительного заключения под стражу

Как фактические данные, свидетельствующие о том, что обвиняемый может скрыться от следствия, суда, воспрепятствовать установлению истины, или

Кутуев Э.К. Заключение под стражу и содержание под стражей: состояние, проблемы, перспективы. . Автореф, канд. дисс. СПб, 1999. С.П.

^ Кудинов л. Д. Предварительное заключение под стражу в советском уголовном процессе. Автореф. канд. дисс. М., 1985. С, 11-12.

ВНОВЬ заниматься тфестуїтной деятельностью, или уклониться от исполнения приговора, определяют основания В.Г. Асташенков и В.М. Корнуков^^.

По мнению В В. Смирнова данные, необходимые для установления оснований, позволяющих избрать ту или иную меру пресечения, могут быть получены в порядке, установленном законом (ст. 70 УТЖ)^^. Это, конечно, правильно, но следует заметить, что ч. 2 ст. 69 УТЖ содержит более широкий перечень источников, из которых могут быть получены фактические данные, чем ст. 70 УПК.

Все остальные вышеназванные авторы (кроме В.В. Смирнова) в своих определениях понятия оснований для применения заключения под стражу, указывают на фактические или достаточные данные, но умалчивают, что установление оснований для ареста невозможно без уголовно- процессуального доказывания. Они не сделали попытки признать, что без фактических данных, полученных в ходе доказывания из источников, определенных законом (ч. 2 ст. 69 УПК) нельзя придти к выводу о наличии обстоятельств, изложенных в ст. 89 УПК.

В.В. Смирнов считал, что понятие оснований применения заключения под стражу не будет полным, если в нем не указать на совершение обвиняемым преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года. По его мнению, в противном случае, это будет определение оснований, позволяющих избрать любую меру пресечения^^.

Позволим себе не согласиться с данным высказыванием. Ведь тот факт, что лицо обвиняется в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы теперь на срок свыше двух нельзя признать основанием применения ареста, это лишь необходимое усло-

^^ Асташенков В.Г., Корнуков В.М.

^^ Смирнов В.В. Арест как мера пресечения, прішеняемая следователем органов внутренних

дел. Хабаровск. 1987. С. 23.

^^ См : Смирнов В.В. Указ. соч. С. 23

76

Федеральный закон РФ от 9 марта 2001 г. // Собрание законодательства РФ. № 11. 2001, Ст. 1002.

ВИЄ для применения указанной меры пресечения. А что касается отличия понятия оснований применения ареста от аналогичного понятия применения всех мер пресечения, то им, на наш взгляд, может выступать высокая степень вероятности совершения обвиняемым действий, указанных в ст. 89 УПК РСФСР. Поскольку, как правильно отмечает В.М. Корнуков, чем выше степень вероятности совершения обвиняемым этих действий, тем очевиднее необходимость в применении более строгой, более ограничивающей его свободу меры пресече-

77

ния .

Мы считаем, что в данном случае высокая степень вероятности - это совокупность обстоятельств, негативно характеризующих обвиняемого (подоз- реваемого), наличие которых дает следователю (лицу, производящему дознание) большую уверенность в том, что обвиняемый (подозреваемый), оставшись на свободе, может скрыться, препятствовать установлению истины по делу и т.д. К числу таких обстоятельств можно отнести прежнюю судимость, умышленное совершение преступления, отсутствие работы, семьи, связь с преступ- ной средой и т.д. Совокупность, о которой мы ведем речь, находится в прямой зависимости от выбора конкретного вида мер пресечения - чем больше обстоятельств, негативно характеризующих обвиняемого, тем выше степень вероятности совершения им действий, предусмотренных ч. 1 ст. 89 УПК, тем строже должна быть мера пресечения, применяемая к этому обвиняемому (подозреваемому).

В качестве доказательств, наличие которых позволяет следователю полагать, что обвиняемый может скрыться, препятствовать ходу расследования либо продолжать преступную деятельность, по мнению В.Н. Батюк, также могут выступать любые фактические данные. Но в отличие от вышеуказанных авторов, он добавляет, что эти данные должны быть получены в определенном законом порядке, и что сведения, полученные иным путем (например, в результа-

^ Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов. 1978. €.68.

те оперативно розыскных мероприятий), не могут быть основанием для приня-

78

тия решения о предварительном заключении под стражу . I ^ Но юридической литературе высказано мнение, что данные, являющиеся

основанием для избрания мер пресечения, могут устанавливаться оперативно- I розыскным путем. Авторы, высказавшие эту точку зрения полагают, что требо

вание мотивировки применения меры пресечения не предполагает указания на конкретные источники доказательств, а значит, основанием для применения заключения под стражу могут быть сведения, полученные в результате оператив-

79

но-розыскнои деятельности .

Противником такого понимание закона является не только В.Н. Батюк, но и Г.Е. Омельченко: «Отсутствие в ст. 89 УТЖ требования указывать в поста- ^ новлении о применении данной меры пресечения доказательства, составляю

щие основания решения, еще не позволяет делать вывод, что этими основаниями могут быть и оперативно-розыскные данные. Если бы законодатель признавал, что избрание меры пресечения возможно на основе оперативно-розыскных данных, то это положение было бы исключением из общего правила, в соответствии с которым, любое процессуальное решение принималось бы только на основе доказательств, имеющихся в деле. Фактические данные в уголовном процессе могут иметь доказательственное значение при условии, что они относятся к делу и получены в определенном законом порядке (процессуальной форме), что прямо указано в ч.2 ст.69 УПК. … Поэтому применение мер пресечения как к обвиняемым, так и к подозреваемым на основе данных оперативно- розыскного характера является незаконным» . Но ведь результаты оперативно-розыскных мероприятий могут быть использованы в качестве доказательств по делу. «Фактические данные (сведения), полученные путем производства

7S

Батюк В.Н. Задержание и заключение под стражу в стадии предварительного расследования. Киев. 1990. С. 37.

^ Манаев Ю.В., Посник B.C., Смирнов В.В. Применение мер пресечения следователем. Волгоград. 1976. С. 12.

Омельченко Г.Е. Применение следователем органов внутренних дел мер пр«?ечения к несовершеннолетним. Киев. 1988. С. 31-32.

оперативно-розыскных мероприятий могут быть признаны доказательствами если они: а) относятся к существенным обстоятельствам дела; б) собраны, проверены и оценены по правилам ст., ст. 69, 71 УПК, а равно статей, регламентирующих собирание, проверку, оценку доказательств того вида, к которому в KOHiq)eTHOM случае предлагается отнести результаты оперативно-розыскных мероприятий»^’. Значит основаниями применения заключения под стражу могут являться данные, полученные оперативным путем, если они признаны до- казательствами по делу и свидетельствуют о возможном ненадлежащем поведении обвиняемого.

Существует мнение, что основанием применения превентивного принуждения служат презумпши, т. е. юридические предположения о возможности общественно вредного поведения определенных субъектов^^, с которым нельзя согласиться. Это утверждение не имеет под собой достаточной правовой основы. Л.Б. Алексеева правильно указывает: «презумпции - это предположения, не требующие доказательства, в то время как для применения любой из мер превентивного принуждения необходимо доказать наличие фактов, свидетельствующих о возможности уклонения лица от выполнения процессуальных обязанностей и стремления избежать уголовной ответственности»^^.

с учетом изложенного, мы полагаем, что основаниями пргшенения заключения под стражу являются установленные в ходе доказывания из источников определенных законом (ч. 2 ст. 69 УПК) фактические данные, указывающие на высокую степень вероятности того, что обвиняемый (подозреваемый), оставаясь на свободе, скроется от дознания, предварительного следствия или суда, воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, продолжит преступную деятельность ши уклонится от исполнения приговора.

’’’ Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / под общ. ред. В.М. Лебедева, под науч. ред. В.П. Божьева. М. 1996. С. 111.

82

Ардашкин В.Д. О принуждении по советскому праву // Сов. гос-во и право. 1970 Xs 7. С.

36.

^ Алексеева Л,Б. Принуждение и ответственность в механизме уголовно-процессуального регулирования // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 30. М. 1970. С. 76.

В юридической литературе обращалось внимание на то, что привлечение лица в качестве обвиняемого и избрание меры пресечения, хотя и тесно связаны ^ между собой, но являются двумя различными процессуальными актами. Как

I

правильно отмечает В.М. Корнуков: «…при самой тесной связи между при- ‘ влечением лица в качестве обвиняемого и избранием меры пресечения факт об

винения нельзя признать основанием применения меры пресечения. Предъявление обвинения и наличие достаточных обвинительных доказательств, считает он, следует рассматривать не как основание для избрания меры пресечения, а как необходимое условие, порождающее право на ее применение. … для привлечения лица в качестве обвиняемого необходимо установить его причастность к совершенному преступлению, а для избрания меры пресечения - распо- ^ латать сведениями, что определенное поведение обвиняемого может помешать

84

нормальному ходу следствия» . Признание лица обвиняемым (подозреваемым) всегда предшествует применению мер пресечения, но это создает лишь внешнюю видимость того, что первое решение является основанием для принятия второго. Что может привести к ошибке, когда избрание меры пресечения становится в зависимость от доказанности предъявленного обвинения.

Прав в этом вопросе так же Ф.М. Кудин: «Если признать обвинение (подозрение) основанием меры пресечения, произойдет смешение оснований про- ^ изводства различных процессуальных действий, сотрется четкая грань между

привлечением лица в качестве обвиняемого и применением меры пресечения, которые по общему правилу, хотя и следует одно за другим, однако по своему характеру и назначению в системе уголовного судопроизводства не равнознач-

85

НЫ» .

Мы полностью согласны и с мнением Ю.Д. Лившица по этому вопросу; «Доказательства, положенные в основу привлечения лица в качестве обвиняемого, сами по себе еще не являются основаниями к избранию мер пресечения.

См.: Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов. 1978. С. 64- 66.

Помимо этих доказательств следователь должен располагать дашшми, позволяющими судить, что обвиняемый будет препятствовать установлению истины.

…Иное решение этого вопроса будет способствовать неправильному и неза-

86

конному применению заключения под стражу» .

Таким образом, основаниями применения мер пресечения не могут являться доказательства, положенные в основу обвинения в совершении преступления. Поскольку статьи 89 УПК позволяет применить меру пресечения лишь при наличии оснований, в ней же указанных. Значит то, что лицу предъявлено обвинение в совершении преступления еше не означает, что оно будет обязательно арестовано, или к нему вообще будет применяться какая-либо мера пре- сечения, но является обязательным условием для ее применения.

По мнению Г.В. Дроздова, основания данных мер, в том числе и заключения под стражу разделяются на общие и спещ1альные. К общим относятся фактические данные, позволяющие обвинить определенное лицо в совершении преступления, при наличии достаточных изобличающих доказательств лицо может быть привлечено в качестве обвиняемого, о чем выносится постановление. Как правило, после этого допустимо применение меры пресечения, в том числе и заключения под стражу. Специальными основаниями применения мер пресечения он считает достаточные фактические данные, свидетельствующие о том, что обвиняемый (подозреваемый) может: скрыться от дознания, предварительного следствия, судебного разбирательства или от приведения приговора в исполнение; воспрепятствовать установлению истины по делу; продолжить преступную деятельность (при этом достаточно хотя бы одного из указанных оснований). Такие данные позволяют обоснованно предположить вероятность

87

поведения обвиняемого (подозреваемого) . С таким делением оснований вряд ли можно согласиться, потому, как уже говорилось выше, привлечение лица в качестве обвиняемого является не основанием, а обязательным условием при-

Кудин Ф.М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск. 1985. С. 106. ^^ Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М. 1964. С. 31.

менения мер пресечения, к тому же ни в действующем УПК, ни в проекте УПК, деления оснований применения мер пресечения на общие и специальные нет. А Г.В. Дроздов, назвав содержащиеся в ст. 89 УПК основания применения мер пресечения к обвиняемому (подозреваемому) специальными, не привел каких-либо веских аргументов в подтверждение своего мнения.

Тот факт, что доказательства, положенные в основу обвинения в совершении преступления нельзя использовать в качестве оснований для заключения под стражу еще раз подтверждают слова В.А. Давыдова: «Для предъявления обвинения в совершении преступления необходимо наличие достаточных доказательств того, что событие преступления действительно имело место, что преступление совершено именно этим лицом, что оно совершено им умышленно или неосторожно, что нет никаких обстоятельств, устраняющих уголовную ответственность за содеянное. Привлеченный в качестве обвиняемого приобретает возможность активно защищаться от предъявленного обвинения. Доводы, сообщенные им при допросе в качестве обвиняемого, следователь обязан проверить и тем самым еще раз убедиться в истинности (или, напротив, ошибочности) принятого решения». Тогда как «для заключения под стражу нужно лишь обоснованное предположение, что обвиняемый будет препятствовать установ-

go

лению истины, будет заниматься преступной деятельностью и т.д.» .

Уголовно-процессуальный кодекс не определяет ни характер, ни объем тех данных, которые давали бы возможность сделать достоверный вывод о будущем ненадлежащем поведении обвиняемого. Конечно, это не означает, что решение о применении ареста не нужно обосновывать. Такое решение необходимо обосновывать, но отнюдь не степенью доказанности обвинения, как это часто бывает, а фактическими данными, свидетельствующими о вероятности ненадлежащего поведения обвиняемого. Мы полностью согласны с высказыванием Л.И. Даньшиной по этому поводу: «Вывод о возможности того или иного

Дроздов Г.В. Меры пресечения в уголовном процессе и Уголовный процесс. Учебник для ВУЗов / Под ред. А.С. Кобликова. М. 1999, С. ПО-11L

ненадлежащего поведения лица, в отношении которого принимается решение о заключении под стражу, должен базироваться на полученных в ходе расследования доказательствах. Более того, доказательства должны прямо указывать на возможно ненадлежащее поведение лица, в отношении которого решается вопрос об аресте»^^.

90

Изучение 230 уголовных дел , в которых к обвиняемым (подозреваемым) в качестве меры пресечения был применен арест, показало, что в 192 постановлениях о заключении под стражу следователи, хотя и ссылались в качестве оснований на обстоятельства, указанные в ст. 89 УПК, но каких либо конкретных фактов, подтверждающих намерения обвиняемого, не приводили. В 21 из таких постановлений вообще отсутствовала ссылка на обстоятельства, перечисленные в ст. 89 УПК. И только в 17 случаях такая ссылка была сделана и при этом указывались конкретные обстоятельства, подтверждающие намерения обвиняемого, в частности, факты воздействия на свидетелей и потерпевших, угрозы обвиняемого совершить новое преступление, отсутствие постоянного места жительства и т. д.^’. Думаем, что такое положение имеет место не потому, что следователи иногда небрежно относятся к выполнению своих обязанностей, а пото- му, что довольно сложно получить сведения о том, что обвиняемый (подозреваемый) скроется, будет препятствовать установлению истины или намерен совершать преступления. О.И. Цоколова пишет: «Опрос следователей показал, что они, как правило, хотя формально в своих постановлениях и ссылаются на обстоятельства, перечисленные в ст. 89 УПК, но при этом не располагают конкретными фактическими данными, подтверждающими намерения обвиняемого, а решение свое основывают на совершенно иных обстоятельствах дела: прежде всего на характере преступления, тяжести его, а также данных о личности об-

Давыдов В.А. Заключение под стражу как мера пресечения. Дисс. канд. юр. наук. М. 1978. С. 48.

^^ Даньшина Л.И. Меры пресечения при производстве по уголовному делу. М. 1991. С.19.

Данные уголовные дела изучались в 1999-2000 г,г. в архивах Кировского и Волжского районных судов г. Саратова.

^ Уголовные дела изучались в архивах Волжского и Кировского районных судов г. Саратова в 2000 г.

ВИНЯЄМОГО, его прошлых судимостяхПо данным З.Д. Еникеева, в 62 % постановлений об арестах по делам о хулиганстве (1981 г.) не были указаны ни основания, ни мотивы заключения под стражу^^. В.В. Смирнов писал: «Сложность решения вопроса об основаниях для избрания в качестве меры пресечения предварительного заключения под стражу в том и состоит, что следователь может располагать фактическими данными о совершении пі>еступлений, о лице, его совершившем; что же касается будущего поведения обвиняемого или подозреваемого, то его предвидеть следователю чрезвычайно трудно, а нередко и невозможно. Можно получить данные о намерении обвиняемого скрыться, о приготовлениях его к новому преступлению и т. п., на самом же деле обвиняемый не осуществляет ни того, ни другого по личным соображениям»’^’^.

Понятия «скроется», «воспрепятствует», «будет заниматься престушіой деятельностью» использованы законодателем в форме будущего времени. Следовательно, перед лїщом, решающим вопрос о том, какую меру пресечения применить к обвиняемому (и нужно ли вообще ее применять) ставится очень трудная задача: безошибочно определить, что обвиняемый (подозреваемый) в будущем скроется или воспрепятствует установлению истины или будет заниматься преступной деятельностью, и предотвратить наступление этих вредных последствий.

Следователь или лицо, производящее дознание, расследуя преступление, исследует обстоятельства его совершения, имевшие место в прошлом. А при решении вопроса о выборе меры пресечения ему приходится оценивать так же будущее поведение лица, обвиняемого (подозреваемого) в совершении этого преступления. «Необходимость делать предположение не о том, что имеется в действительности, а о том, что еще только может произойти, а может и не про-

^^ Цоколова О.И. Указ. соч. С. 42-43.

Еникеев З.Д. Проблемы эффеет-ивности мер уголовно-процессуального принуждения. Казань, 1982, С. 70.

Смирнов В.В. Арест как мера пресечения, применяемая следователем органов внутренних дел. Хабаровск 1987, С. 25.

ИЗОЙТИ, составляет значительную трудность при праісгическом избрании мер пресечения»^^.

Поскольку будущее поведение лица, обвиняемого (подозреваемого) в совершении преступления точно предугадать очень трудно, то, как правильно указывает А.П. Рыжаков, вывод о таком поведении должен базироваться не на интуитивных предположениях, а на объективно установленных фактах, на реальных доказательствах, свидетельствующих о том, что обвиняемый, (подозреваемый) может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины, заниматься преступной деятельностью, уклониться от исполнения при- говора. Причем для решения вопроса об избрании меры пресечения достаточно одного из названных предположений^^. Такого же мнения придерживаются и

97

многие другие процессуалисты .

Некоторые авторы считают, что основанием для применения меры пресечения может выступать лишь само ненадлежащее поведение обвиняемого, то есть действительное нарушение им своих процессуальных обязанностей, а не предположение об этом, что, на наш взгляд, не соответствует формулировке закона. Так, А.С. Коблнков полагает, что при избрании меры пресечения в деле должны быть доказательства того, что лицо предпринимает реальные шаги, мешающие установлению истины по делу, то есть склоняет свидетелей к даче выгодных ему показаний, уничтожает или пьггается уничтожить следы, орудия

Ой

преступления и т. п. В.В. Смирнов писал; «Какой бы высокой не была степень вероятности того или иного факта, его нельзя абсолютизировать. Даже самая высокая степень вероятности не может исключить возможность ошибок. К моменту принятия решения об избрании меры пресечения должна быть уста-

Цоколова О.И. Основания применения мер пресечения необходимо пересмотреть. // Проблемы предварительного следствия и дознания. М.: ВНИИ МВД РФ, 1995. С-41. ^^ Рыжаков А.П. Указ. соч. С. 10- 11.

^^ См.: например, Чистякова B.C. Понятие мер пресечения, основания и порядок их применения //Уголовно процессуальное право / под ред. П.А. Лупинской. М. 1997. 212-213,; Цоколова О.И. Указ. раб. С. 41. и многие другие.

^^ Кобликов А.С. Меры пресечения//Комментарий к УПК РСФСР. / под ред. В.П. Божьева М. 1985. С. 154.

новлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о ненадлежащем поведении в процессе расследования. Если в основу решения об избрании мер пресечения будут положены достоверные фактические данные ненадлежащего поведения, а не субъективное мнение о его вер05ГШ0М поведении, то и само решение будет достоверным. …арест обвиняемого (подозреваемого) становится возможным только за уже совершенные им действия, препятствующие разрешению задач уголовного судопроизводства в процессе расследования преступ- ления»^^. Мы совершенно не согласны с мнением указанных авторов. Если бы их высказывания соответствовали закону, то в ст. 89 УПК было бы сказано так: «Если обвиняемый скрылся…, препятствует…занимается преступной деятельностью…». Однако в указанной статье написано: «При наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется…». Заключение под стражу как мера пресечения часто применяется к лицам, задержанным в порядке ст. 122 УПК РСФСР по подозрению в совершении преступления. Находясь в изоляторе временного содержания очень трудно, а, скорее всего, невозможно, скрыться от следствия и суда, препятствовать установлению истины по делу, заниматься преступной деятельностью. Получается, что если мы будем следовать указаниям В В. Смирнова, подозреваемого (обвиняемого) через трое суток следует освободить и очень внимательно наблюдать за его поведением (ждать, когда он начнет вести себя ненадлежапщм образом), и уже потом решать вопрос о применении к нему меры пресечения, о последствиях такого порядка применения мер пресечения можно только догадываться.

99

Абсолютно прав в данном случае В.М. Корнуков, который считает, что предварительное заключение под стражу как мера пресечения может быть избрана не только тогда, когда обвиняемый уже скрылся или препятствует установлению истины, но и при наличии данных, позволяющих предположить по- добные действия со стороны обвиняемого, хотя они еще не совершены, что и в этих случаях следователь, применяя меру пресечения, всегда убежден, что об-

Смирнов В.А. Арест как мера пресечения, применяемая следователем органов внугрен-

виняемый скроется или воспрепятствует установлению истины по делу, что его вывод может быть предположительным, вероятным’^.

Об этом же пишет и Ю.Д. Лившиц: «…в абсолютном большинстве случаев будет поздно решать вопрос о мере пресечения, если ждать того момента, когда обвиняемый или подозреваемый скроются от органов расследования или суда или даже предпримут в этом направлении весьма реальные шаги»’^^’.

При разрешении вопроса о необходимости применить меру пресечения и об избрарши той или иной из ЕШХ, необходимо также учитывать тяжесть предъявленного обвинения, личность подозреваемого или обвиняемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение и другие обстоятельства, на что прямо указывается в ст. 91 УПК РСФСР. Хотя указанные обстоятельства и не являются основаниями применения мер пресечения, но имеют большое значение при решении вопроса о том, какую именно меру пресечения целесообразно применить в данном конкретном случае и существует ли вообще необходимость в применении меры пресечения. Основания применения мер пресечения в совокупности с обстоятельствами, указанными в ст. 91 УПК позволяют сделать обоснованный вывод о том, будет ли обвиняемый (подозреваемый) пытаться уклониться от предварительного расследования или судебного разбирательства, препятствовать установлению истины по делу или продолжать преступную деятельность. «Если материалы дела не позволяют сделать вывод о возможном ненадлежащем поведении обвиняемого (подозреваемого), то применение к нему меры пресечения будет необоснованным»^*^^.

Прав в данном случае В.А. Давыдов: «У липа, применяющего меру пресечения, должно возникнуть внутреннее убеждение в том, что все эти обстоятельства изучены полно и правильно, они достоверны и получили правильную праних дел. Хабаровск 1987. С. 24-25.

Корнуков В.М- Проверка прокурором оснований для применения мер процессуального принуждения и Вопросы теории и практики npoitypopCKoro над:юра. Саратов. 1974. С. 65.

Лившиц Ю.Д. Указ. соч. С. 20,

Дроздов Г.В. Меры пресечения в уголовном процессе// Уголовный процесс. Учебник для ВУЗов / под ред. А.С. Кобликова. М. 1999. С. 110-111.

вовую оценку. Только после формирования такого убеждения, которое представляет собой сознательную, обоснованную фактами и достигнутую путем строгого логического анализа уверенность, можно приступить к решающей стадии применения права - вынесению решения об избрании давшой меры пре-

103

сечения»

Рассуждая о значении исследования обстоятельств, перечисленных в ст. 91 УПК, Ю.Д. Лившиц писал; «Не являясь основаниями к применению мер пресечения, они в той или иной степени объективно снижают или, наоборот, усиливают вероятность того, что обвиняемый может скрыться от следствия и суда. Каждое из них должно быть всесторонне оценено лицом, производящим дознание, или следователем при расследовании любого дела на основе своего внутреннего убеждения и всей совокупности доказательств, имеющихся в де-

104

ле» .

Приведем пример, когда следователь необоснованно применила меру пресечения в виде заключения под стражу к обвиняемому, не учтя, при этом обстоятельства, предусмотренные ст. 91 УПК РСФСР. С. был задержан при попытке кражи, следователь в постановлении о заключении под стражу указала, что обвиняемый пытался совершить тяжкое преступление, может продолжить преступную деятельность, помешать установлению истины по делу, скрыться от суда и следствия. Адвокат обвиняемого подал жалобу в Кировский районный суд г. Саратова на необоснованное применение ареста. Судья, рассмотрев материалы уголовного дела, установил, что данные, указанные следователем в постановлении о заключении под стражу ничем не подтверждены и голословны. С. ранее не судим, женат, ожидает рождения ребенка (арест С. отрицательно сказался на самочувствии его жены), зарегистрирован и проживает в г. Сара-

Давыдов В.А. Меры уголовно-процессуального принуждения. //Уголовно- процессуальное право Российской Федерации / под ред. П. А. Лупинской. М. 1997. С. 219-

220.

Лившиц Ю.Д. Указ. соч С, 25.

ТОВЄ, положительно характеризуется, дает правдивые показания, чем способствует установлению истины по делу, и постановил освободить С. в зале суда’^^.

Этот пример подтверждает, что еще не во всех случаях достаточно внимателен подход к избранию самой строгой меры пресечения. Обстоятельства, которые в соответствии с законом должны приниматься во внимание при определении меры пресечения, еще не всегда в необходимых пределах анализируются и оцениваются следователем. Подтверждение тому увеличивающиеся факты освобождения из следственных изоляторов в связи с прекращением уголовного дела органами дознания, предварительного следствия и суда, а так же осуждение к наказаниям, не связанным с лишением свободы (условное осуждение и т.д.), а в отдельных случаях вынесение оправдательных приговоров. Видимо, в отношении лиц, причастных к совершению преступления, в таких случаях могла быть избрана мера пресечения, не связанная с лишением свободы’^. Вот еще один пример из практики: Щ., К. и Ж. совершили преступление, предусмотренное ст. 158 ч. 3 п. «б» УК РФ (кражу). В отношении Ж. был избран залог - 10 ООО руб. К К. была применена мера пресечения в виде подписки о невыезде, т. к. он на иждивении имеет малолетнюю дочь. Щ. был арестован. В постановлении о применении меры пресечения в виде заключения под стражу следователь указал следующие основания:

  • совершение тяжкого преступления, причинение ущерба потерпевшему в крупном размере, а так же с целью пресечения преступления и возможности скрыться от следствия и суда.

105

Суд, учтя обстоятельства, смягчающие ответственность: добровольное, полное возмещение причиненного ущерба, явка с повинной, активное способствование розыску похищенного имущества, полное признание вины, чистосердечное раскаяние в содеянном, положительная характеристика, отсутствие прежних судимостей, назначил всем троим наказание (на основании ст. 73 УК

Производство по жалобе № 301/ 98. Архив Кировского районного суда г.Саратова. 1998 г.

РФ) 3 года условно, и освободил Щ. из-под стражи в зале суда. Получается, что обвиняемый, находясь в следственном изоляторе, фактически отбывал наказание за совершенное преступление, что никоим образом не согласуется с целями применения этой меры пресечения^^^.

Мы считаем, что помимо обстоятельств, перечисленных в ст. 91 УТЖ, при решении вопроса об аресте обвиняемого (подозреваемого) должны учитываться такие обстоятельства, как обвинение (подозрение) в совершении преступления по неосторожности, обстоятельства, смягчающие наказание, предусмотренные п.п. г, д, е, ж, 3, и, к 4.1 ст. 61 УК РФ.

Суд в любой момент судебного разбирательства может изменить примененную к подсудимому меру пресечеьшя на арест, при наличии к тому оснований. А поскольку, согласно ст. 260 и 331 УПК РСФСР, обжалованию и опротестованию в кассационном порядке такое решение не подлежит, относиться к его принятию нужно с особым вниманием.

Правильное избрание меры пресечения - одна из гарантий правосудия. Мы считаем, что в целях повышения эффективности применения мер пресечения, необходимо внести изменение в редакцию ст. 89 УПК: вместо слов: «При наличии достаточных оснований полагать», - указать: «При наличии достаточных фактических данных, являющихся основанием предположения о том, что обвиняемый…».

Уголовное дело № 10047, Архив Волжского районного суда г. Саратова. 2000 г. Корнуков В.М. Проверка прокурором оснований для применения мер процессуального

Фактические данные должны быть добыты и тщательно проверены органами дознания и предварительного следствия, а также прокурором до того, как будет решен вопрос об избрании меры пресечения

Евграфов А.П., Марков А-Я. Заключение под стражу и практика его применения. // Проблемы заключения под стражу и исполнения наказания. Сбор, научных трудов. - М.: ВНИИ

МВД 1984. С. 65 Уголовное дел

КорнуковВ.М

принуждения у/ Вопросы теории и практики прокурорского надзора. Саратов. 1974. С. 201.

  1. Доказательства, свидетельствующие о том, что обвиняемый может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда.

Опасной для правосудия является возможность обвиняемого (подозреваемого) скрыться от дознания, предварительного следствия и суда. Поскольку при этом обвиняемый одновременно может начать чинить препятствия к установлению истины по уголовному делу, продолжить преступную деятельность, уклониться от исполнения тфиговора. Все это может помешать достижению задач уголовного судопроизводства. «Сложность определения возможности или вероятности уклонения обвиняемого от следствия и суда состоит в том, что для правильного решения вопроса о выборе конкретной меры пресечения необходимо установить так же и степень этой вероятности, ибо воспрепятствование сокрытию обвиняемого от следствия и суда достигается путем применения любой из означенных в законе мер пресечения»’*^^ Действительно, пресечь возможность обвиняемого (подозреваемого) скрыться можно путем применения к нему таких мер пресечения как подписка о невыезде, залог и т.д. Залог, как мера пресечения, применяемая для предупреждения возможности обвиняемого уклониться от следствия и суда, несомненно, более эффективен, чем подписка о невыезде. Но порой и этих мер бывает недостаточно, тогда возникает необходимость в применении более строгой меры пресечения, каковой и является арест.

Для того, чтобы обоснованно применить заключение под стражу, следователь или лицо, производящее дознание должны располагать фактическими данными, указывающими на высокую степень вероятности того, что обвиняемый (подозреваемый) может скрыться от следствия и суда. Эти данные должны быть проверены при допросе после привлечения лица в качестве обвиняемого. «Если обвиняемый заключен под стражу при наличии оснований, подтвержденных соответствующими доказательствами, это не освобождает следователя от обязанности проверять их достоверность и в дальнейшем, так же как он

Лившиц Ю.Д. Указ. соч. С. 21.

обязан наряду с одной, наиболее вероятной, версией совершения преступления проверять и все другие версии по мере возникновения их в процессе предварительного следствия»””. Это справедливое высказывание, так как в ходе расследования, уже после применения заключения под стражу, действительно могут появиться данные, свидетельствующие о том, что эта мера избрана необоснованно или необходимость в ней отпала. «Всякая вероятность в ходе следствия означает лишь определенное предположение, которое будет проверяться и в случае не подтверждения будет опровергнуто»^ Думаем, что приведенное положение, высказанное М.С. Строговичем, имеет прямое отношение и к вопросу о вероятности уклонения. Мы согласны и с высказыванием Ю.Д. Лившица по этому поводу: «Установив вероятность возможного уклонения обвиняемого от следствия и суда и избрав в отношении его меру пресечения, следователь в ходе дальнейшего расследования обязан интересоваться, не исчезла ли эта веро- ятность. Меры пресечения имеют строго целевой характер и достижение цели принятой меры пресечения влечет ее отмену или изменение»”^. Таким образом, если в ходе расследования следователь будет убежден, что вероятность уклонения обвиняемого исчезла или степень ее снизилась, он должен изменить арест на менее строгую меру пресечения.

Если обвиняемый, в отношении которого применена мера пресечения не связанная с лишением свободы, не является по вызовам лица, производящего дознания или следователя и его местонахождение не известно, это еще не означает, что он умышлено скрывается. Этот факт необходимо доказать прежде, чем выносить постановление о заключении обвиняемого под стражу. Ведь причины нарушения подписки о невыезде могут быть и уважительными. «Вынесе- ние постановления об избрании в качестве меры пресечения заключения под

Давыдов В.А. Заключение пол стражу как мера пресечения. Дисс. канд. юр. наук. М. 1978. С. 50

Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном

процессе. М. 1955. С. 87.

Лившиц Ю.Д. Указ. соч. С. 22.

стражу всегда ущемляет право на свободу и личную неприкосновенность независимо от того, исполнено или не исполнено это решение»’’^.

Возможность обвиняемого скрыться от следствия и суда является самым распространенным основанием для применения меры пресечения в виде заключения под стражу. Это обстоятельство явилось основанием при решении вопроса о применении ареста в 70 % изученных материалов.

Данными, свидетельствующими о том, что обвиняемый (подозреваемый) может скрыться от следствия, могут быть сведения о том, что у него нет постоянного места жительства или работы, сведения, полученные из показаний свидетелей и потерпевших, которым обвиняемый мог говорить о своих намерениях. Тот факт, что лицо скрылось сразу же после совершения преступления, не предприняв никаких действий для ликвидашш вредных последствий происше- ствия, не оказав помощи пострадавшим так же, на наш взгляд, не исключает возможность уклонения его от следствия и суда, если в последствии этому лицу будет предъявлено обвинение в совершении этого преступления. Напротив, отсутствие умысла в совершении преступления, а равно совершение преступления с превышением пределов необходимой обороны или крайней необходимости, или в состоянии сильного дзтпевного волнения, явка с повинной могут свидетельствовать об отсутствии намерения обвиняемого скрыться от органов дознания, предв^ительного следствия и суда. Считаем целесообразным, запретить применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ЛИД, обвиняемых в совершении преступления по неосторожности.

Данными, свидетельств>1ощими о намерении обвиняемого (подозреваемого) скрыться могут служить: приготовление к отъезду, увольнение с работы, изучение маршрутов движения, покупка билетов и т. п. Б.Б. Булатов к таким данным относит еще и снятие с регистрационного учета, снятие с военного уче-

^^^остановление Конституционного Суда РФ от 3. 05. 95 г. по делу о проверке конституци- ОННОСТ1Ї ст. 220’ и 220 ^ УПК РСФСР в связи с жалобой В.А. Аветяна. Собрание законодательства РФ, 1995 год. № 19, ст. 1764.

та, распродажу имущества’ Следует только отметить, что указанные фактические данные не могут иметь место, если подозреваемый задержан в порядке ст. 122 УПК РСФСР, а это бывает нередко.

Следователь, лицо, производящее дознание, принимающие рещение об аресте в целях воспрепятствования обвиняемому (подозреваемому) возможности скрыться, должны учитывать такие обстоятельства как личность обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение. «Положительная характеристика обвиняемого на производстве и в быту, наличие у него малолетних детей или престарелых родителей, его болезненное состояние могут свидетельствовать о меньшей степени возможности скрыться от следствия, в этом случае способами воспрепятствования возможности обвиняемого скрыться могут быть и меры пресечения, не связанные с лишением свободы»”^.

  1. Доказательства, свидетельствующие о том, что обвиняемый воспрепятствует установлению истиньї по уголовному делу. Как правильно отмечается в юридической литературе, «препятствование обвиняемым раскрытию истины» предполагает только такие действия с его стороны, которые являются незаконными и только они пресекаются путем применения меры пресечения”^. М.С. Строгович писал: «Использование же обвиняемым своих законных прав для защиты от обвинения, для оспаривания обвинения, не может рассматриваться как препятствование раскрытию истины и влечь применение заключения под стражу»”^. Такого же мнения придержива-

I IS

к

ются и многие другие авторы

Применение заключения под стражу в целях пресечения попыток обвиняемого воспрепятствовать установлению истины по делу, тесно связано с его

Булатов Б.Б. Указ. соч. С. 169. ‘‘^БатюкВ.Н Указ. соч. С. 37-38

Гуткин. И.М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М. 1963. с. 23-24. СтроговичМ.С- Курс Советского уголовного процесса, т. 1. М. 1968. С.280. См.: Лившиц Ю.Д. Указ. соч. С. 23-24.; Фомин М. Оценка адюкатом обоснованности ареста // Российская юстиция 2000. № 4. С. 38-39.

правом на защиту, обязанность обеспечения которого лежит на органах, применяющих меры пресечения.

Как правильно отмечает Ю.Д. Лившиц, - «Используя предоставленные законом средства для зашиты против предъявленного обвинешія, обвиняемый нередко пытается направить расследование на ложный путь с тем, чтобы избежать ответственности или нести ее в меньшей мере, в этих случаях так же можно говорить о том, что он препятствует установлению истины. Однако оснований для заключения обвиняемого под стражу здесь не будет, так как он действует в пределах закона»’‘*^.

Процессуальная литература содержит различные перечни фактических данных, которые могут служить основаниями применения меры пресечения, с целью пресечь действия обвиняемого (подозреваемого), направленные на воспрепятствование установлению истины по уголовному делу. Но все эти перечни схожи по смысловому содержанию.

Воспрепятствование обвиняемым (подозреваемым) установлению истины по делу - это возможность воздействия его на потерпевших, свидетелей, других лиц с помощью физического или психического насилия, с целью склонить их к даче ложных показаний в свою пользу, фальсификация документов и т. п.

В коммент^ии к уголовно-процессуальному кодексу РСФСР в числе оснований для опасения, что обвиняемый может воспрепятствовать установлению истины по делу - угрозы, подкуп, уговоры свидетелей и потерпевших, попытки хищения, уничтожения, фальсификации вещественных доказательств, воздействие на специалистов и экспертов^^”.

119 120 Доісазательства, указывающие на то, что обвиняемый может воспрепятствовать установлению истины по уголовному, используются в качестве основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу намного реже - всего лишь в 8 % изученных материалов.

Лившиц Ю.Д. Указ. раб. С. 23. Булатов Б.Б. Указ. соч, С. 169.

Нужно согласиться с В.A. Давыдовым, предлагающим условно разделить на две группы действия обвиняемого (подозреваемого), направленные на воспрепятствование установлению истины по делу. Он считает, что к первой группе относятся такие действия, которые не влекут уголовной ответственности (встреча со свидетелем с целью оказать на него влияние, уничтожение вещественных доказательств или документов, изобличающих в совершении преступления, и т.д.). Эти действия связаны лишь с расследуемым преступлением. Вторая группа - действия, не только препятствующие установлению истины по расследуемому преступлению, но и образующие самостоятельный состав преступления (угроза убийством или уничтожением имущества лицу, производящему следствие, свидетелю, потерпевшему, эксперту, дача взятки лицу, от которого зависит исход дела, подделка документов, уничтожение имущества с целью сокрытия следов преступления и т. д.’^^.

Должностные лица, решающие вопрос о применении к обвиняемому меры пресечения, должны обращать внимание на обстоятельства, относящиеся как к первой группе, так и ко второй. Следует только учитывать, что действия (или их попытка, угроза) обвиняемого (подозреваемого), условно отнесенные ко второй группе, нередко представляют собой преступление, гораздо более опасное, чем то, в котором он обвиняется (подозревается). Это, на наш взгляд, должно иметь значение при выборе конкретного вида меры пресечения.

Отказ от дачи показаний или дача заведомо ложных показаний не являются незаконными действиями обвиняемого (подозреваемого), поэтому их нельзя рассматривать в качестве основания для применения ареста. Давать показания об обстоятельствах, связанных с подозрением или обвинением в совершении преступления это право, а не обязанность подозреваемого (обвиняемого), которое он может использовать по своему усмотрению. Хотя использование обвиняемым (подозреваемым) таких средств защиты в определенной мере действительно создает трудности в достижении объективной истины.

Давыдов в А. Указ соч. С. 59.

Нельзя применять рассматриваемую меру пресечения к лицу, совершающему действия, не препятствующие установлению истины и обусловленные необходимостью воспользоваться правом на защиту. Однако некоторые следователи ошибочно считают эти действия незаконными, обосновывающими необходимость заключения под стражу. М. Фомин приводит такой пример из своей адвокатской практики: «В процессе обжалования ареста П. судом было установлено, что его действия по распространению в СМИ сведений об обстоятельствах возбужденного в отношении него уголовного дела не препятствовали установлению истины и укладывались в рамки должного поведения при осуществлении им защиты

Фактические данные, создающие достаточные основания полагать, что обвиняемый (подозреваемый) воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, во всех случаях должны быть совершены именно обвиняемым (подозреваемым, подсудимым), а не другими лицами (его родственниками, друзьями и т.д.). Что так же необходимо учитывать при решении вопроса об избрагаи меры пресечения.

Особенно осторожно следует подходить к вопросу об избрании меры пресечения в отношении несовершеннолетних. По наблюдениям Э.Б. Мельниковой случаи, когда несовершеннолетние обвиняемьЕе серьезно мешают раскрытию преступлений, крайне редки. Как правило, они - следствие отрицательного влияния со стороны взрослых, и для изоляции подростка от такого влияния не-

123

зачем прибегать к заключению его под стражу

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 1990 г. № 5 «О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность» (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 де-

122

Фомин М. Оценка адвокатом обоснованности ареста // Российская юстиция 2000. № 4. С.

39.

123

Мельникова Э.Б. Уголовный процесс по делам несовершеннолетних. // Ларин А.М., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России / под ред. Савицкого В.М. М. 1997. Гл. 5, 6.

кабря 1993 г. № И) «при назначении судебного заседания следует обращать особое внимание на соблюдение органами предварительного следствия уголовно-процессуальных норм, гарантирующих несовершеннолетнему обвиняемому право на защиту, и тщательно проверять обоснованность заключения его под стражу, имея при этом в виду, что в силу ст. 393 УПК такая мера пресечения может быть избрана несовершеннолетнему лишь в исключительных случа- ях.Поэтому если к несовершеннолетнему нецелесообразно применять такую исключительную меру пресечения как арест, то правильным будет отдать его под присмотр родителей или законных представителей. Которые вполне могут обеспечить надлежащее поведение и принять меры к тому, чтобы несовершеннолетний обвиняемый (подозреваемый, подсудивлый) не только не продолжал преступной деятельности, не уклонялся от следствия и суда, и исполнения приговора, но и не препятствовал установлению истины по уголовному де-

лу

Федеральным законом РФ от 9 марта 2001 г.^^^ в статью 96 УПК внесена часть вторая следующего содержания: «К несовершеннолетнему подозреваемому или обвиняемому заключение под стражу в качестве меры пресечения может быть применено в случае совершения им тяжкого или особо тяжкого преступления, в исключительных случаях эта мера пресечения может быть применена в отношении несовершеннолетнего, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет». Теперь необходимым условием для заключения под стражу несовершеннолетнего лица будет выступать подозрение или обвинение в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет (п.п.4,5 ст. 15 УК РФ). Рассматриваемое изменение действующего уголовно- процессуального законодательства мы считаем прогрессивным, поскольку оно позволит сократить количество арестов лиц, психика которых еще не полно-

^^^ Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда РФ. М., 1994, с. 286.

стью сформирована и может быть травмирована в результате применения данной меры пресечения в большей степени, чем в аналогичной ситуации у взрослого подозреваемого или обвиняемого. К тому же условия наших следственных изоляторов не всегда позволяют содержать несовершеннолетних подозреваемых и обвиняемых отдельно от взрослых, что может привести к тому, что несовершеннолетние будут подвергаться влиянию взрослых, возможно, неоднократно судимых лиц. «Содержание под стражей особенно пагубно отражается на несовершеннолетних, которые подвергаются криминальному воздействию, приобретая навыки и привычки преступного мира»^^^. Однако следует отметить и недостаток новой части второй ст. 96 УПК. Так, рассматриваемые нормы не содержат указание на то, какие случаи следует относить к исключительным и позволяющим применить заключение под стражу к несовершеннолетнему, подозреваемому (обвиняемому) в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до пяти лет. Мы считаем, что к таким случаям следует относить, по аналогии с новой частью первой ст. 96 УПК, нарушение ранее избранной меры пресечения, отсутствие постоянного места жительства на территории РФ, а так же отсутствие возможности установить личность несовершеннолетнего подозреваемого (обвиняемого).

  1. Доказательства, свидетельствующие о том» что обвиняемый будет продолжать заниматься преступной деятельностью.

^^^ Сокращение применения досудебного лишения свободы. Результаты исследования и ре-

Самым действенным средством в предотврашении обвиняемому возможности продолжать преступную деятельность, несомненно, является заключение его под стражу. «Разумеется, нельзя полностью исключить возможность совершения арестованным преступлений, он их вполне может совершить и в

Собрание законодательства РФ. № 11. 2001, Ст. 1002. Сокращение применения досуі комендации. -М.: PRI, 2000 С. 5.

следственном изоляторе. Тем не менее, не совершив побега, он не в состоянии заниматься преступной деятельностью»’^^.

Несомненно, что в этом случае следователь должен иметь в наличии фактические данные, подтверждающие высокую степень вероятности совершения обвиняемым новых преступлений, если воспрепятствовать ему в этом можно только заключением его под стражу, а не применением иной меры пресечения, к таким данным, по мнению В.А. Давыдова, можно отнести: совершение обвиняемым преступления в период проведения следствия; его высказывания, свидетельствующие о намерении совершить новое преступление; отсутствие раскаяния в содеянном, бравада своим поведением и т.п.; систематическое хулиганство, совершение подряд нескольких преступлений, не полностью достигнутый преступный результат; отрицательная характеристика личности обвиняемого, если она связана с особенностью совершенного им преступления, наличие у него связи с преступной средой и др.^^^. Б.Б. Булатов к данным, свидетельствующим о намерении обвиняемого заниматься преступной деятельностью относит приобретение оружия и приискание иных приспособлений для совершения преступления, наличие преступных связей, отсутствие работы

Заключение под стражу как предотвращение возможности продолжать преступную деятельность применялось в 17 % изученных материалов.

Как правильно отмечает М. Фомин, заключение под стражу в целях пресечения дальнейшей преступной деятельности чаще всего целесообразно, когда обвиняемый совершил только одно из задуманных преступлений или у него остались прежние преступные связи, а не мотивировать арест лишь прошлой су-

130

димостью

в процессуальной литературе высказано мнение, *гго помешать обвиняемому совершать новые преступления может только одна мера пресечения - за-

Рыжаков А.П. Меры пресечения. М. 1997. С. 24. Давыдов В.А. Указ. соч. С. 62. Булаюв Б.Б. Указ. соч. С 169. ^^^ Фомин М, Оценка адвокатом обоснованности ареста // Российская юстиция 2000. № 4. С.38.

ключение под стражу’^\ На наш взгляд, нельзя подходить к решению этого вопроса так категорично. Бывают случаи, когда для предотвращения возможности обвиняемого продолжать преступную деятельность достаточно применения таких мер пресечения как личное поручительство, поручительство общественной организации, а в отношении несовершеннолетних - отдача под присмотр роди-

^ 132 ^

телеи и других родственников , опекунов, попечителей, а так же под надзор администрации детских учреждений. Но если решается вопрос о применении меры пресечения к обвиняемым, ранее неоішократно судимым за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, имеющим связь с преступной средой, то оставление таїсих лиц на свободе в период расследования и судебного разбирательства опасно.

  1. Доказательства, свидетельствующие о том, что обвиняемый может уклониться от исполнения приговора.

Исполнение приговора - завершающая стадия уголовного процесса. Каждый судебный приговор должен быть законным, справедливым и обоснованным, но это не все показатели, определяющие его значение. Эффективность приговора зависит еще и от того, насколько своевременно и правильно он обращен к исполнению. Поэтому еще в стадии расследования необходимо принимать меры к тому, чтобы пресечь обвиняемому возможность уклониться не только от органов расследования, но и от исполнения будущего приговора. Для того чтобы достичь этой цели и существуют меры пресечения.

Когда оконченное расследованием уголовное дело поступает в суд, необходимость обеспечить исполнение приговора проявляется более четко, в соответствии с п. 5 ст. 222 УПК при разрешении судьей вопроса о назначении судебного заседания выясняется, подлежит ли изменению или отмене избранная обвиняемому мера пресечения. В этой стадии судья имеет полномочия не толь-

Кочетков В Т. Задержание и заключение пол стражу несовершеннолетнего // Борьба с преступностью несовершеннолетних. М. 1965. с. 64.

КО изменить меру пресечения на более строгую или более мягкую, или вообще отменить ее, но и избрать любую меру пресечения, если она не была избрана при производстве дознания или предварительного следствия. Вопрос о том, насколько избранная мера пресечения гарантирует не уклонение подсудимого от исполнения приговора, присутствует не только в стадии назначения судебного заседания, но и в стадии судебного разбирательства (ст. 260 УПК), и при составлении резолютивной части приговора (п. 7 ст. 315 УПК).

Назначая наказание в виде лишения свободы, суд, как правило, оставляет меру пресечения прежней, если подсудимый содержится под стражей, а если к нему была применена мера пресечения не связанная с лишением свободы, то указывает в приговоре о взятии его под стражу в зале суда. Об этом свидетель- ствукут и исследования, проведенные В.А. Давыдовым: «По изученным нами делам приговоры к лишению свободы вынесены в отношении 314 осужденных. 12,4 % из них до вынесения приговора были под подпиской о невыезде. После вынесения приговора мера пресечения в отношении 10, 2 % осужденных была изменена на заключение под стражу, а 2,2 % осужденных оставались под подпиской о невыезде до вступления приговора в законную силу»^^^.

Тем не менее» известны факгы, когда суд, назначив наказание в виде лишения свободы, без достаточных оснований оставляет в отношении осужденного прежнюю, не связанную с заключением под стражу, меру пресечения. В результате осужденные иногда уклоняются от исполнения приговора.

Статья 361 УПК устанавливает, что исполнение приговора об осуждении лица к лишению свободы или некоторым другим видам наказания может быть отсрочено из-за тяжелой болезни осужденного, препятствующей отбыванию наказания - до его выздоровления; беременности осужденной или наличия у нее детей - на срок до достижения младшим ребенком восьмилетнего возрас-

^^^ В редакции Федерального закона РФ от 9 марта 2001 г. // Собрание законодательства РФ. № 11. 2001, Ст. 1002.

ДавьщовВ.А. Указ. соч. С. 71.

74

.134.

та ; когда немедленное отбывание наказания может повлечь за собой тяжкие последствия для осужденного или его семьи ввиду пожара или иных стихийных бедствий, тяжелой болезни, смерти единственного трудоспособного члена семьи или других исключительных обстоятельств - на срок не более трех месяцев. Если исполнение приговора отсрочено лицу, находящемуся под стражей, то суд на основании ст. 319 УПК освобождает его из-под стражи немедленно в зале судебного заседания после провозглашения приговора’^^ Поэтому, решая вопрос об отсрочке, суд каждый раз должен выяснить, есть ли законные основания для этого и каковы реальные гарантии исполнении приговора по окончании отсрочки.

На основании ст. 359 УПК РФ суд обязан немедленно направить копию приговора и распоряжение об его исполнении органам, на которые возложена обязанность приведения приговора в исполнение. Органы, приводящие приговор в исполнение, обязаны немедленно извещать об этом соответствующий суд.

Однако есть немало случаев, когда в материалах дел, по которым в качестве меры пресечения до вступления приговора в законную силу была избрана подписка о невыезде, отсутствуют данные о заключении осужденных под стражу и месте наказания. Это свидетельствует об отсутствии надлежащего контроля со стороны суда, постановившего приговор, за его исполнением, не контролируется и соблюдение осужденными избранной в отношении их меры пресечения

Согласно изменениям и дополнениям, внесенным в действующий уголов- но-процессуальный кодекс Федеральным законом РФ от 9 марта 2001 в статье 96 УПК теперь отсутствует возможность применения заключения под стражу как меры пресечения по мотивам одной лишь опасности преступления. Теперь для того, чтобы арестовать лицо, обвиняемое в совершении тяжкого

Такая отсрочка приговора допустима только в отношении осужденной к лишению свободы на срок не более пяти лет (п.2 ст. 361 УПК)

П. 7 постановления Пленума Верховного Суда СССР № 8 от 21.10. 85 г. Басков В.И. Исполнение приговора. // Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М. 1997, С. 394.

Собрание законодательства РФ. № 11. 2001, Ст. 1002.

Преступления, следователю необходимо установить фактические данные, свидетельствующие о высокой степени вероятности ненадлежащего поведения этого лица, а так же учесть обстоятельства, указанные в ст. 91 УТЖ. На протяжении долгого времени действия ч. 2 ст. 96 УПК в прежней редакции и до того момента, когда вступил в законную силу закон, отменивший данную норму, в юридической литературе неоднократно высказывались предложения исключить рассматриваемую норму из законодательства по той причине, что арест должен применяться не за совершенное преступление, а для предотвращения ненадлежащего поведения обвиняемого, подозреваемого, препятствующего решению задач уголовного судопроизводства’^^. Такую точку зрения разделяли и мы.

Данное изменение, внесенное в УПК поможет сократить количество таких арестов, при применении которых не учитывались не только основания, предусмотренные ст. 89 УПК, но нередко и обстоятельства, указанные в ст. 91 УПК. Это, на наш взгляд, должно помочь хоть немного уменьшить численность «населения» наших следственных изоляторов. «Содержание под стражей в условиях российских СИЗО и иве признано экспертами Совета Европы пыткой, так как подавляющая их часть не отвечает ни международному, ни национальному законодательству, ни элементарным санитарно-гигиеническим требованиям»’^^.

Право на свободу и личную неприкосновенность - одно из важнейших прав человека. Государство, которое хочет считаться поистине правовым, должно приложить все усилия, чтобы его гражданин мог в полной мере реализовать это право. Возможность применения такой меры пресечения как арест ставит безопасность общества выше права отдельного человека на свободу и

См.: Смирнов В В. Арест как мера пресечения при производстве предварительного расследования: Автореф. канд. дис. М. 1978. С. 13.; Стецовский Ю.И., Ларин А.М. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М. 1988. С. 62.; Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. - Казань. 1981. С. 79.; Кудин Ф.М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. Красноярск. 1985. С.20-21.; Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. Саратов. 1978, С. 69.; Батюк В.Н. Применение следователем мер процессуального принуждения, связанных с лишением свободы. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. Киев. 1986. С.16-17.

Сокращение применения досудебного лишения свободы. Результаты исследования и рекомендации. -М.: PRI, 2000. С. 5.

личную неприкосновенность, и это правильно. Нужно лишь сделать арест исключительной мерой, применяемой только по судебному решению и свести к гЩ минимуму незаконные и необоснованные аресты путем недопущения приме

нения заключения под стражу при реально существующей возможности замены его другой мерой пресечения, не связанной с лишением свободы.

2.2. Условия предварительного заключения под стражу

I Наличие в уголовном деле фактических данных, свидетельствующих о

^ том, что имеются основания для ареста обвиняемого (подозреваемого) делает

’ возможным применение этой меры пресечения лишь при соблюдении ряда

правовых условий. В.В. Смирнов, рассматривая понятие условий применения заключения под стражу, писал: «В уголовном процессе, применительно к аресту, условия положительно или отрицательно сопутствуют конкретному основанию для заключения под стражу обвиняемого (подозреваемого), обеспечивают правильность и целесообразность избрания этой меры пресечения, Игнорирование, умаление роли этих факторов на практике нередко приводит к аресту лиц, необходимость изоляции от общества которых далеко не всегда оправда- ^ на». Он считал, что избрание и применение предварительного заключения под

стражу в качестве меры пресечения возможно в случаях, если:

а) лицо привлечено в качестве обвиняемого;

б) совершено преступление, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года;

в) учтены данные, характеризующие личность обвиняемого (подозреваемого), указанные в ст. 91 УПК;

г) решение следователя о заключении обвиняемого (подозреваемого) под стражу санкционировано прокурором;

I

д) постановление об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу соответствует требованиям, предъявляемым УГЖ’”^.

В литературе, однако, высказана иная, более содержательная точка зрения о понятии условий, обеспечивающих законность и обоснованность применения заключения под стражу.

і

Так, Э.К. Кутуев считает, что под условиями применения заключения под стражу следует понимать установленные законом обстоятельства, отсутствие которых исключает возможность избрания этой меры пресечения.

Мы считаем, что это понятие условий применения заключения под стражу, нуждается в уточнении, поскольку установленные законом обстоятельства, отсутствие которых исключает возможность избрания этой меры пресечения должны быть получены в установленном законом порядке, из источников, перечисленных в ч. 2 ст. 69 УПК. В этой связи, под условиями применения заключения под стражу следует понимать установленные с помощью фактических данных обстоятельства, отсутствие которых исключает возможность из- брания этой меры пресечения.

Э.К. Кутуевым предложена так же система условий, состоящая из общих и специальных (особенных) условий применения меры пресечения в виде заключения под стражу. По его мнению, к общим условиям относятся: а) наличие возбужденного уголовного дела с указанием на уголовно-правовую квалифика- щ«о преступления; б) наличие у государственных органов и должностных лиц правомочий на принятие решения о заключении под стражу; в) наличие в материалах дела постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого; г) наличие в санкции статьи УК, предусматривающей ответственность, наказания в виде лишения свободы на срок свыше одного года; д) наличие в деле доказательств виновности обвиняемого, при причастности подозреваемого к совершению преступления; е) наличие в деле постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, санкционированного прокурором. Среди специальных присутствуют следующие условия: а) обязательное предъявление обвинения подозреваемому для его содержания под стражей свыше десяти суток; б) обязательное преодоление для заключения под стражу отдельных категорий граждан их депутатского, судейского и иного иммунитета; в) сохраняющаяся обоснованность обвинения; г) действие установленных законом либо

-І41

продленных надлежащими прокурорами сроков содержания под стражей

Смирнов В.В Арест как мера пресечения, применяемая органами внутренних дел. Хабаровск. 1987. С. 34.

і

^^^ Кутуев Э- К. Заключение под стражу и содержание под стражей: состояние, проблемы, перспективы. Автореф. канд. дисс. СПб. 1999. С. 10.

В целом мы поддерживаем предложенную данным автором систему условий, но считаем целесообразным внести в нее некоторые изменения и дополнения. Во-первых, мы не считаем необходимым условием применения ареста наличие в деле доказательств виновности обвиняемого, при причастности подозреваемого к совершению преступления. Если в уголовном деле есть постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, значит, существуют и доказательства его виновности в совершении прест)шления.

Во-вторых, разделив условия, необходимые для применения заключения под стражу, на общие и специальные, Э.К. Кутуев не указал, по какому критерию он произвел такое разделение. Мы полагаем, что к специальным условиям относятся такие, которые необходимы не для того, чтобы применить меру пресечения в виде заключения под стражу, а для того, чтобы продолжать содержать под стражей лицо. К таковым, по нашему мнению относятся: а) обязательное предъявление обвинения подозреваемому для его содержания под стражей свыше десяти суток; б) сохраняющаяся обоснованность обвинения; в) действие установленных законом либо продленных надлежащими прокурорами сроков содержания под стражей. К специальным условиям мы добавляем так же г) отсутствие изменеЕпш в основаниях и мотивах ареста. В связи с этим, специальные условия, необходимые для продолжения содержания лица под стражей, мы определяем как установленные с помощью фактических данных обстоятельства, отсутствие которых исключает возможность дальнейшего содержания лица под страж’ей.

В-третьих, поскольку возможность применения меры пресечения в виде заключения под стражу к лицу, подозреваемому в совершении преступления, является исключением из общего правила, то имеет смысл отделить условия, необходимые для ареста такого лица от условий, которые нужны для применения этой меры пресечения к обвиняемому в совершении преступления.

На наш взгляд нуждается в уточнении такое общее условие применения заключения под стражу как наличие в деле постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, санкционированного проьсурором. При избрании этой строгой меры пресечения должны соблюдаться требования ст. 11 УТЖ о том, что никто не может быть подвергнут аресту иначе как на основании судебного решения или с санкции прокурора. Следовательно, содержание этого общего условия должно быть изложено в следующей редакщіи; «наличие в деле судебного решения об аресте или постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, санкционированного прокурором».

Еще три условия применения анализируемой меры пресечения следует включить в перечень условий - наличие исключительного случая для применения ареста к лицу, обвиняемому в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее двух лет; наличие в санкции статьи УК, предусматривающей ответственность, наказания в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет при применении ареста к несовершеннолетнему; наличие исключительного случая для применеьдая ареста к несовершеннолетнему, обвиняемому в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее пяти

Учитывая вышеизложенное, полагаем, что к общим условиям, необходимым для применения меры пресечения в виде заключения под стражу к лицу, подозреваемому в совершении преступления, относятся:

а) наличие возбужденного уголовного дела с указанием на уголовно- правовую кваїификацию преступления. Это важная гарантия неприкосновенности личности, направленная на зашиту от необоснованного ареста.

Никакие меры пресечения, в том числе и заключение под стражу, не могут быть применены, если не возбуждено уголовное дело, правом возбуждать уголовные дела обладают: прокурор, орган дознания, следователь, судья (ст., ст. 3,

Такие требования при применении заключения стражу к несовершеннолетнему содержит теперь Ч.2 ст. 96 УПК. Федеральный закон от 9 марта 2001г. // Российская газета от 14 марта 2001 г. С. 7.

109, 112 УПК), причем каждый в пределах своей компетенции. Никакие другие органы государства таким правом не обладают; их обращение о привлечении лица к уголовной ответственности может рассматриваться только как повод к возбуждению уголовного дела.

б) иаіичие у государственных органов и должностных лиц правомочий на принятие решения о закчюнении под стражу. Согласно ст. 89 УПК лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд вправе применить в отношении обвиняемого заключение под стражу.

Право санкционировать арест принадлежит прокурорам, перечисленным в ч. 4 ст. 96 УПК. К ним относятся прокуроры, возглавляющие прокуратуры, начиная от генерального прокурора РФ до районных и городских прокуроров и заместителя прокуроров, действующие на правах прокуроров областей.

Грубым нарушением закона признается как необоснованный арест, так и оставление обвиняемого на свободе, когда заключение под стражу является необходимой мерой, обеспечивающей выполнение требований ст. 89 УПК. Ответственность за это несуг как прокурор, решивший вопрос о санкции, так и

143

должностные лица, производящие расследование

в) наличие в санкции статьи УК, предусматривающей ответственность, наказания в виде лишенгія свободы на срок свыше двух лет^^’*. Значит, условием применения данной меры пресечения является возможность назначения лицу за совершение инкриминируемого преступления лишения свободы на срок свыше двух лет и лишь в исключительных случаях - лишение свободы на меньший срок. УК 1996 года, в отличие от ранее действовавшего, предусмотрел новые виды наказания. Поэтому сейчас возникает вопрос, вправе ли следователь (орган дознания) заключить лицо под стражу гфи совершении последним преступления, наказанием за которое предусмотрено ограничение свободы (например, по ч. І ст. 274 УК), арест (к примеру, по ст. 116, ч. 1 ст. 118 УК) или содержа-

Давыдов В. А. Заключение под стражу // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / под. ред. П.А. Лупинской. М. 1997. С. 219-220. ^^ В редакции Федерального закона от 9 марта 2001 года.

НИЄ в дисциплинарной воинской части (по части 1 ст. 349 УК). Несмотря на то, что ограничение свободы заключается в помещение осужденного в специальное учреждение, арест предполагает содержание обвиняемого (подозреваемого) в условиях строгой изоляции от общества, а при замене лшнения свободы содержанием в дисциплинарной воинской части срок наказания остается тем же. Эти виды наказаЕшя похожи на лишение свободы, но ими не являются. Арест как мера пресечения к таким обвиняемым в настоящее время применен быть не

145

может

г) наличие исключительного случая для применения ареста к лицу, подозреваемому в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее двух лет. Как уже отмечалось в предыдущих параграфах, к исключительным случаям законодатель относит нарушение подозреваемым (обвиняемым) ранее избранной ему меры пресечения, отсутствие у него постоянного места жительства на территории РФ и невозможность установления его личности.

д) наличие в санкции статьи УК, предусматривающей ответственность, наказания в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет при применении ареста к несовершеннолетнему. Теперь ч. 2 ст. 96 УТЖ разрешает применять арест к несовершеннолетнему подозреваемому или обвиняемому, только если он совершил тяжкое или особо тяжкое преступление. Согласно п. 4 ст. 15 УК РФ, тяжкими преступлениями признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает десяти лет лишения свободы. А минимальное наказание в данном случае должно бьггь не менее пяти лет лишения свободы, поскольку в п. 3 ст. 15 УК РФ указано, что преступлением средней тяжести признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает пяти лет лишения свободы.

Рыжаков А.П. Меры пресечения. М. 1997. С. 25,

e) нашчые исключительного случая для применения ареста к несовершеннолетнему, подозреваемому в совершении преступления, за которое законом ИІ предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее пяти лет. Как

уже отмечалось в предыдущем параграфе, новая редакция ст. 96 УПК не содержит указания на то, какие случаи относятся к исключительным и позволяющим применить заключение под стражу к несовершеннолетнему, обвиняемому (подозреваемому) в совершении преступления средней тяжести. Думаем, что такими случаями могут явиться по аналогии с ч. 1 ст. 96 УТЖ, нарзшіение несовершеннолетним ранее избранной меры пресечения, отсутствие у него по- стоянного места жительства на территории РФ и отсутствие возможности установить его личность.

^ ж) начичие в деле судебного решения об аресте или постановления об из

брании меры пресечения в виде заключения под стражу, санкционированного прокурором. Согласно ст. 11 УПК никто не может быть подвергнут аресту иначе как на основании судебного решения шт с санкции прокурора. Более того, Конституция РФ (ст. 22) закрепила право каждого на свободу и личную неприкосновенность и предусмотрела арест, заключение под стражу и содержание под стражу только по судебному решению. В Федеральном Законе «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» № 103 от 15 июля 1995 года, в ст. 5 основанием содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, так же является судебное решение’”^. С приведением действующего уголовно-процессуального законодательства в соответствие с конституцией РФ арест, заключение под стражу и содержание под стражей будут допускаться только по судебному решению (см. ст. 22 и ч.2 п. 6 Раздела второго Конституции РФ).

з) обязательное преодоление до заключения под стражу отдельных категории граждан их депутатского, судейского и иного иммунитета. Государ-

CTBO устанавливает через систему законодательных актов исключения из общих правил применения заключения под стражу. Депутат Совета Федерации и депу- М тат Государственной Думы обладают неприкосновенностью в течение всего

срока их полномочий. Они не могут быть задержаны, арестованы, подвергнуты обыску, кроме случаев задержания на месте преступления, а так же подвергнуты личному досмотру, за исключением случаев, когда это предусмотрено Федеральным законом для обеспечения безопасности других людей (ч. 1 ст. 98 Конституции РФ). Вопрос о лишении неприкосновенности депутатов Совета Федерации и Государственной Думы решается по представлению Генерального прокурора РФ соответствующей палатой Федерального Собрания (ч. 2 ст. 98 Конституции РФ). Более подробные положения о неприкосновенности данных

представителен государственной власти и механизме лишения их неприкосно-

147

венности регламентированы в других законодательных актах

Судьи судов общей юрисдикции и арбитражных судов неприкосновенны. Уголовное дело в отношении судьи может быть возбуждено только Генеральным прокурором РФ или лицом, исполняющим его обязанности, при наличии на то согласия квалификационной коллегии судей. Судья не может быть привлечен к уголовной ответственности, заключен под стражу, подвергнут приводу без согласия соответствующей квалификационной коллегии судей. Заключение судьи под стражу допускается не иначе как с санкции Генерального прокурора РФ или лица, исполняющего его обязанности, либо по решению суда. Уголовное дело в отношении судьи по его требованию, заявленному до начала судебного разбирательства, должно быть рассмотрено только Верховным Судом Российской Федерации’”’^. Приведенные положения в полной мере распро-

Булатов Б.Б. Меры пресечения // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / под ред. В Т Томина. М 1999 С. 188.

О статусе депутата Совета Федерации и статусе депугета Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации : Федеральный закон от 8 мая 1994 г, (ст. 98) Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. № 2. Ст. 74.

’ О статусе судей в Российской Федерации: Закон Российской Федерации от 26 июня 1992 г (ст 16) И Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Со-

страняются не только на постоянных судей, но так же на народных и присяжных заседателей при выполнении ими функций правосудия в судах первой ин-

149

станции

Любая проверка сообщения о факте правонарушения, совершенного прокурором или следователем органа прокуратуры, возбуждения против них уголовного дела (за исключением случаев, когда прокурор или следователь застиг- Еіут при совершении Ефеступления), производства расследования является исключительной компетенцией органов прокуратуры. Мы согласны с предложением А.В. Федорова, отказаться от специального порядка возбуждения уголовных дел, установив вместо него специальный (разрешительный) порядок только для ареста прокурорских работников и предъявления им обвинения, поскольку возбуждение уголовного дела не нарушает неприкосновенность прокурорского работника’^”^. На период расследования возбужденного в отношении прокурора и следователя уголовного дела они отстраняются от должности. Не допускается задержание, привод, досмотр прокурора и следователя, досмотр их вещей и используемого ими транспорта за исключением случаев, когда это предусмотрено Федеральным Законом для обеспечения безопасности других лиц, а так же задержания при совершении пpecтз^^лeш^я’^^

При исполнении сотрудником органов Федеральной службы безопасности служебных обязанностей не допускается его привод, задержание, личный досмотр и досмотр его вещей, а так же досмотр личного и используемого им

вета Российской Федерации. 1992г.№30. ст. 1792; 1993. № 17. Ст. 606//Собрание законодательства РФ. 1996. Ш 26 Ст. 2399.

Михайлов В. А. Меры пресечения в уголовном процессе. М. 1996. С. 140.

Федоров А.В. Уголовно-процессуальный институт неприкосновенности прокурорских работников и реализация гарантий прокурорской неприкосновенности, Автореф. лис. канд. юрид. наук. СПб. 1995 СЛЗ

»

О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О прокуратуре Российской Федерации»: Федеральный закон от 17 ноября 1995 года, // Собрание законодательства РФ. 1995 г, № 47. Ст. 4472.

транспорта без официального представителя органов Федеральной службы безопасности или решения суда’^^. ‘Л к специальным условиям применения заключения под стражу к лицу, по

дозреваемому в совершении преступления, относится:

а) обязательное предъявление обвинения подозреваемому для его содержания под стражей свыше десяти суток. В ст. 90 УПК прямо указано, что в исключительных случаях мера пресечения может быть применена не только к обвиняемому, но и в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления. В этом случае обвинение должно быть предъявлено не позднее десяти суток с момента применения меры пресечения. Если в этот срок обвинение не . будет предъявлено, мера пресечения отменяется. Однако, как уже говорилось

^ выше, законодатель не пояснил, что такое «исключительный случай». Кстати,

это же понятие им используется в ст. ст. 96, 97, 393 УПК применительно к заключению под стражу. Таким образом, правоприменитель сам признает (или нет) те или иные обстоятельства как исключительные^^^.

К общим условиям, необходимым для применения меры пресечения в виде заключения под стражу к лицу, обвиняемому в совершении преступления, относятся:

а) начичие возбужденного уголовного дела с указанием на уголовно- правовую квалификацию преступления; ^ б) натчие у государственных органов и должностных лиц правомочий на

принятие решения о закчючении под стражу.

в) наличие в материалах дела постановления о привлечении лица в качестве обвиняелюго. Согласно ст. 143 УПК при наличии достаточных доказательств, дающих основание для предъявления обвинения в совершении преступления, следователь выносит мотивированное постановление, о привлечении лица в ica- честве обвиняемого. Состоит это постановление из трех частей: вводной, опи-

Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации: Федеральный закон от 3 апреля 1995 г. (Ст. 17) // Собрание законодательства Российской Федерации № 15 . 1995. Ст. 1269.

сательной и резолютивной. В первой указывается где, когда, кто, кому, и по какому уголовному делу предъявляет обвинение, в описательной части дается ^ формулировка обвинения, которая состоит из: 1) изложения фактической сто

роны преступного деяния; 2) перечня обстоятельств, определяющих квалифи- , кацию инкриминируемого преступления. В резолютивной части формулирует

ся решение привлечь конкретное лицо к уголовной ответственности по обвине-

I

I нию в совершении преступления и определяется квалификация совершенно-

154.

го ;

г) начичие в санкции статьи УК, предусматривающей ответственность, наказания в виде лишения свободы на срок свыше двух лет;

д) начичие исключительного случая для применения ареста к лицу, обей- ^ няемому в совериіении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее двух лет;

е) наличие в санкции статьи УК, предусматривающей ответственность, наказания в виде лишения свободы на срок свыше пяти лет при применении ареста к несовершеннолетнему;

ж) напичие исключительного случая для применения ареста к несовер- шеннолетнему, обвиняемому в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок менее пяти лет;

з) начичие в деле судебного решения об аресте или постановления об из- ^ браный меры пресечения в виде закчючения под стражу, санкционированного

прокурором;

и) обязательное преодоление до заключения под стражу отдельных кате- гории граждан их депутатского, судейского и иного иммунитета;

Чувилев А. А Постановление о привлечении в качестве обвиняемого // Комментарий к

К специальным условиям, необходимым для продолжения содержания под стражей лица, обвиняемого в совершении преступления, относятся:

Рыжаков А.П. Указ. раб. С. 7. Чувилев А. А. Постановлена Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. / под ред. В .Т. Томина. М. 1999. С. 270-271.

а) сохраняющаяся обоснованность обвинения. Это условие применения заключения под стражу означает, что в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого ошибки в квалификации совершенного преступления допущено не было. В ходе расследования уголовного дела новых обстоятельств, меняющих первоначальную квалификацию или существенно отличающуюся от указанной в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого, добыто не было;

б) действие устано&чеиных законом либо продленных надлежаїцим прокурором сроков содержания под стражей так же является специальным условием применения заключения под стражу;

г

J

в) отсутствие изменении в основаниях и мотивах ареста. В процессе следствия (дознания) лицо, заключенное под стражу может активно способствовать установлению истины по делу: давать правдивые показания, возмещать причиненный ущерб и т. д.; данное лицо может внезапно заболеть, что помещает ему с1фыться от следствия и суда и т. п.;

89

    1. Процессуальный порядок избрания и применения меры пресечения в

виде включения под стражу

процессуальный порядок избрания и применения меры пресечения в виде заключения под стражу - это строго определенная законом последовательность действрш суда, прокуратуры, следователя и лица, производящего дознание, направленная на принятие решения о заключении под стражу обвиняемого (подозреваемого) и его реализацию.

Процессуальный порядок, как правильно пишет В.А. Давыдов, определяет не только круг должностных лиц, правомочных заключить обвиняемого (подозреваемого) под стражу, но и характер преступлений, в связи с совершением которых может быть применена эта мера пресечения, содерткит перечень обстоятельств, которые следует учитывать при ее избрании, и т.д.^^^

Процессуальный порядок заключения под стражу регулируется нормами Уголовно- процессуального кодекса (ст., ст. 11, 39, 89, 91, 96, 9б\ 96^, 97, 98, 393), Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений». Конституцией Российской Федерации (ст. 22; Ч.2 ст. 6 разд. 2). Существует также ряд законодательных актов, устанавливающих особый порядок заключения под стражу совершивших преступление депутатов, судей, народных и присяжных заседателей, кандидатов в депутаты и судьи, работников прокуратуры и других должностных лиц, иностранцев.

В соответствии со ст. 92 УПК, о применении меры пресечения лицо, производящее дознание, следователь, прокурор выносят мотивированное постановление, суд - мотивированное определение. Постановление (определение) о заключении под стражу должно содержать основания для ареста, а также отвечать тем условиям, без наличия которых невозможно применить меру пресечения.

Если постановление (определение) о заключении под стражу выносит прокурор или суд (судья), то оно сразу же приобретает юридическую силу и, следовательно, порождает определенные процессуальные правоотношения. А вот аналогичное постановление, вынесенное следователем или лицом, производящим дознание обретает такую силу лишь после санкционирования его прокурором.

«Установленный законом порядок ареста является гарантией личной свободы и неприкосновенности граждан, исключает какой-либо произвол в применении столь строгой меры пресечения»^^^.

Постановление или определение объявляется лицу, в отношении которого оно вынесено, одновременно ему разъясняется порядок обжалования данной меры пресечения. То, что обвиняемому (подозреваемому) объявл ло постановление (определение), разъяснены права и обязанности и вручена копия, должна подтверждать его подпись на экземпляре, находящемся в деле. В случае отказа от подписи, в постановлении делается отметка об этом, заверяемая подписью следователя (лица, производящего дознание), при этом обвиняемому (подозре- ваемому) предоставляется возможность дать объяснение о причинах отказа (ст. 142 УТЖ).

Статья 92 УПК обязывает ліщо, производящее дознание, следователя, прокурора вынести о применении меры пресечения мотивированное постановление (суд - мотивированное определение), не разъясняя при этом значения слова «мотивированное». По мнению В.А. Давыдова, «…это требует приведения в постановлении мотивов, подтверждающих необходимость заключения подозреваемого под стражу. Такими мотивами могут быть только фактические данные, подтверждающие решение об аресте, т.е. доказательства»Часто мотивированность отождествляется с обоснованностью, с целью. Как известно, мотив - это внутрен-

Давыдов В.А. Заключение под стражу как мера пр«::ечения. Дисс. канд. юр. наук. М. 197S. С 81.

Смирнов В.В. Заключение под стражу как мера пресечения, применяемая следователем органов внутренних дел. Хабаровск. 1987. С.53.

Давыдов В А, Указ. раб. С. 82.

нее побуждение, повод, вызывающие намерение лица совершить те или иные действия. В.В. Смирнов считал, что мотивировать решение - это, значит, доказать, убедить кого-либо в необходимости принятия именно такого, а не иного решения в данный момент. Мотивы следователя проявляются в постановлении посредством приведения фактических данных, свидетельствуюших о возможности уклонения обвиняемого или подозреваемого от следствия и суда, продолжения им преступной деятельности, возможном препятствовании установлению истины по

де;^ и исполнению приговора, а также в тех случ^х, когда он н^ушил ранее из-

1

бранную более мягкую меру пресечения.

Для того, чтобы подтвердить обоснованность заключения под стражу, расширить возможности обвиняемого (подозреваемого) в опровержении выдвинутого против него обвинения (подозрения), необходимо, по нашему мнению, указывать в постановлении о заключении под стражу основные источники, из которых получены доказательства, подтверждающие обоснованность обвинения (подозрения), а так же указывающие на высокую степень вероятности ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого).

Указанные основания должны быть установлены материалами уголовного дела. Щюсто указать в постановлении то или иное основание не достаточно, необходимо чтобы наличие этого основания было подтверждено фактическими данными, которые так же должны быть отражены в рассматриваемом документе.

Однако практика свидетельствует, что очень часто в постановлениях об избрании этой меры пресечения отсутствуют фактические данные, обосновывающие арест обвиняемого (подозреваемого). Надо признать такой порядок серьезным недостатком. Часто в постановлениях о применении меры пресечения в виде заключения указывается следующее: «Обвиняемый (подозреваемый), находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать установлению истины по делу, продолжить преступную деятельность», причем, ни одно из указанных оснований не подтверждается собранными дока-

Смирнов В.В, Указ. раб. С. 54.

зательствами, что противоречит закону. Мы полагаем, что нет необходимости в постановлении (определении) указывать все обстоятельства, перечисленные в ст. 89 УТЖ РСФСР. Правильно было бы изложить так: «Подозреваемый К., находясь на свободе, угрожал потерпевшей А. расправой за дачу правдивых показаний, чем препятствовал установлению истины по делу…». К тому же самому подозреваемому или обвиняемому интересно узнать, по какому из оснований и обстоятельств он заключен под стражу, ведь это его законное право. Как правильно отмечает В.А. Михайлов: «Только в том случае, когда обвиняемый знает, за что он лишен свободы, на основании каких доказательств, он получит реальную возможность аргументировано строить свою защиту, оспаривать решение об аресте, обжаловать его, представлять доказательства или иным образом опровергать наличие указанного в постановлении (определении) об избрании

меры пресечения основания для заключения под стражу»

В постановлении (определении) о заключении под стражу должно быть указано преступление, в котором подозревается или обвиняется арестуемое лицо (ст. 92 УПК). Это необходимо для удостоверения основного условия, без которого невозможно применение ареста (ведь данная мера пресечения может быть применена лишь по делам о таких преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком более двух лет), ддя проверки прокурором доказанности совершения преступления именно тем лицом, которое заключается под стражу, а так же для того, чтобы обвиняемый знал, в связи с совершением какого именно преступления к нему применяется мера пресечения в виде заключения под стражу.

Указание в постановлении лица, его вынесшего удостоверяют его полномочия на принятие решения о заключении под стражу.

В постановлении (определении) о заключении под стражу должны быть точно указаны полные демографические данные об обвиняемом (подозревае-

См.: Михайлов В.А. Указ. раб. С. 152.

MOM), установленные при помощи документов, удостоверяющих личность. Это необходимо для исключения возможных ошибок.

Необходимо так же указывать дату вынесения постановления (определения). Она определяет, с какого дня, месяца, года появляются юридические основания для помещения обвиняемого в следственный изолятор. Но факгическии срок заключения обвиняемого под стражу порой не совпадает с датой вынесения постановления об этом. Поэтому нужно указывать в постановлении (определении) также дату, часы и минуты, когда обвиняемый фактически лишен свободьі Поскольку именно с фактического заключения под стражу исчисляются сроки применения ареста к обвиняемому, а, следовательно, и сроки, засчитываемые в уголовное на- казание. Указание места составления постановления разрешает вопрос о юрисдикции этого документа на соответствующей территории.

При санкционировании прокурором постановления о заключении под стражу, он, убедившись в наличии оснований для ареста, ставит свою резолюцию на постановлении и скрепляет ее гербовой печатью. Если же прокурор принял решение отказать в санкции на арест, то в своей резолюции он указывает, что в данном случае необходимо избрать меру пресечения не связанную с заключением под стражу или сообщает об этом лицу, производящему дознание или следователю в устной форме. Прав, по нашему мнению, Д.М. Бакаев: «Отказ в санкционировании ареста следует мотивировать. Неправильно поступают прокуроры, отказывая в санкции на арест устно. Прокурор должен письменно обосновать свое решение, показать ошибки в выводах следователя и т.д.»’^^

к

Ведь решение вопроса о тфименении меры пресечения это важное процессуальное действие и прокурор, осуществляя надзор за законностью, непосредственно участвует в его проведении. В данном случае прав В.А. Давыдов: «…именно мотивированное постановление об отказе в санкции на арест эффективно гарантировало бы законность при проведении предварительного следствия. Отказывая в санкции на арест в такой форме, прокурор с наибольшей полнотой

МОГ бы использовать предоставленное ему право давать указания об избрании, изменении или отмене в отношении обвиняемого или подозреваемого меры Ире- сечения (п.З ст. 211 В этом постановлении прокурор мог бы указать ка

кую меру пресечения необходимо избрать, или сообщить, что в данном случае вообще нет оснований для применения каких бы то ни было мер пресечения.

Закон обязывает прокурора при решении им вопроса о санкции на арест не только тщательно ознакомиться со всеми материалами, содержащими основания для заключения под стражу, но в необходимых случаях лично допросить подозреваемого или обвиняемого, а несоверщеннолетнего подозреваемого или обвиняемого - во всех случаях (ч. 3 ст. 96 УПК). Ведь порою никакие документы не могут заменить личного общения с обвиняемым. К сожалению УПК не ^ дает разъяснения какие случаи можно относить к разряду необходимых. С точ

ки зрения Ю.Д. Лившица, такая необходимость должна возникать во всех случаях малейшего сомнения в правильности выводов органов расследования о полноте и доброкачественности доказательственного материала. Кроме того, продолжает он, допрос прокурором лица, подлежащего аресту, впечатления, полученные в результате такого допроса, смогут создать живое представление о личности обвиняемого; это, несомненно, повлияет на правильность окончательного решения в отношении меры пресечения

Обсуждение вопроса о взятии под стражу представляет собой заочную, ^ недемократическую процедуру. Лицо, в отношении которого принимается ре

шение об аресте, как правило, при этом не присутствует (за исключением несовершеннолетних), не имеет возможности привести какие-либо доводы, аргументы в свою защиту, сообщить о своем состоянии здоровья, семейном положении, отношении к арестуМы считаем, что до того момента, когда арест

Д. Бакаев. Прокурорский надаор за законностью ареста обвиняемых (подозреваемых). «Социалистическая законность», 1975, № 8, С. 47.

См.: Давыдов В. А. Указ. соч. С. 86. ^ Лившиц Ю.Д. Указ. соч. С. 79.

^^ 163

Сокращение применения досуд^ного лишения свободы. Международная тюремная система. 2000, С.6.

будет применяться по судебному решению, необходимо внести в действующий УТЖ норму, обязывающую прокурора, даюшего санкцию на применение дан- nj^ ной меры пресечения, допрашивать подозреваемого (обвиняемого) во всех слу

чаях. При этом обязательно должен присутствовать защитник обвиняемого (по- [ дозреваемого). Думаем, что такая процедура позволила бы прокурору принять

і наиболее объективное решение.

і Обвиняемому и подозреваемому в строгом соответствии с действующим

законодательством должно быть обеспечено право на защиту. ЗаЕщггник допускается к участию в деле с момента предъявления обвинения, а в случае задержания лица, подозреваемого в соверщении преступления, или применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления обвине- ^ ния - с момента объявления ему протокола задержания или постановления о

применертои этой меры пресечения (ч.1 ст. 47 УПК). Если явка защитника, избранного подозреваемым или обвиняемым, невозможна в течение 24-х часов с момента задержания или заключения под стражу, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор вправе предложить подозреваемому или обвиняемому пригласить другого защитника либо обеспечивают ему защитника через юридическую консультацию (ч.2 ст. 47 УПК).

По делам лиц, обвиняемых в совершении преступлений, за которые в качестве меры наказания может быть применена смертная казнь, участие защит- ника обязательно с момента предъявления обвинения (независимо от того, арестовано лицо или к нему применена иная мера пресечения (ч. 2 ст. 49 УПК)).

Защитник обязан использовать все указанные в законе средства и способы защиты для выявления обстоятельств, оправдывающих подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, смягчающих их ответственность, и оказывать им необходимую юридическую помощь. Защитник, с момента допущения к участию в деле, вправе: присутствовать при предъявлении обвинения, участвовать в допросе подозреваемого или обвиняемого, а так же в иньгх следственных действиях, произ- ^ водимых с их участием; знакомится с протоколом задержания, постановлением о

Применении меры пресечения, a по окончании расследования со всеми материалами дела и выписывать из него необходимые сведения; участвовать при рассмот- i- рении судьей жалоб в порядке, предусмотренном ст. 220^ УПК; участвовать в су

дебном разбирательстве; представлять доказательства, заявлять ходатайства, заявлять отводы; приносить жалобы на действия и решения лица, производяшего дознание, следователя, прокурора, суда (ст. 51 УПК РСФСР). Полностью согласны с Г.Н. Козыревым: «…отстаивая права и интересы обвиняемого, защит- ! Ешк…осуществляет свособразный контроль за применением норм права соответ

ствующими уполномоченными на то лицами. Он нужен правосудию как одна из

1 А-,1

гарантий от судебных ошибок» . И как одна из гарантий правомерного применения такой меры пресечения как заключение под стражу.

Об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, суд немедленно должны сообщить по месту работы, учебы и семье подозреваемого, обвиняемого, подсудимого. Копия постановления (определения) о заключении под стражу посылается в место заключения. Если подозреваемый, обвиняемый или подсудимый является гражданином иностранного государства, то копия постановления (определения) направляется в Министерство иностранных дел Российской Федерации.

Постановление (определение) об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу должно состоять из трех частей: вводной, описательно- мотивировочной и резолютивной, в верхней его части (слева или справа) указывается, кто и когда санкционирует арест или отказывает в санкции.

Во вводной части указываются сведения о лице, принявшем это решение, часть статьи Уголовного Кодекса, по признакам которой обвиняется или подозревается заключаемое под стражу лицо. В следующей части постановления должно содержаться: время, место и способ совершения преступления; последствия, наступившие в его результате, основания, позволяющие избрать имешіо эту меру пресечения; обстоятельства, указанные в ст. 91 УПК и учтенные при

См.: Козырев Г.Н. Обязанности и права защитника. // Комментарий к Уголовно- выборе этой меры пресечения. По содержанию этой части постановления судят об обоснованности избрания меры пресечения.

В резолютивной части постановления формулируется решение лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу.

Согласно ст. 101 УТЖ мера пресечения в виде заключения под стражу отменяется, когда в ней отпадает дальнейшая необходимость, или изменяется на более мягкую, когда это вызывается обстоятельствами дела. Отмена или изменение меры пресечения может происходить в той же стадии, где она была применена, или в последующих стадиях. Заключение под стражу, примененное в качестве меры пресечения отменяется при прекращении уголовного дела, вынесении оправдательного приговора, либо при вынесении судом обвинительного приговора без назначения наказания или с освобождением от отбывания наказания. Согласно ст. 90 УПК данная мера пресечения должна быть отменена в отношении подозреваемого, если в течение десяти суток ему не будет предъявлено обвинение. Заключение под стражу изменяется на менее строгую меру пресечения, когда степень вероятности ненадлежащего поведения обвиняемого (подозреваемого) становится незначительной. Гфиняв решение отменить или изменить меру пресече- Ешя в виде заключения под стражу лицо, производящее дознание, следователь, прокурор вьшосят об этом мотивированное постановление, суд - мотивированное определение.

Точное соблюдение процессуальной формы постановления (определения) о заключении под стражу имеет большое значение. Если в нем не указано преступление, в котором обвиняется арестуемый, не названы основания для избрания примененной меры пресечения, не приведены мотивы принятого решения, то это делает его недействительным. Незаконным будет постановление (определение) о заключении под стражу и в том случае, когда в нем недостоверны данные о личности обвиняемого (подозреваемого) или отсутствует дата выне-

процессуальному Кодексу РСФСР. И под ред. В.Т. Томіша. М. 1999. С. 101.

СЄНИЯ данного постановления. He будет иметь юридической силы и постановление (определение), если оно не санкционировано прокурором, не подписано лицом (органом) прин5шшем решение о заключении под стражу обвиняемого, или подписано лицом, не имеющим полномочий на принятие данного решения (например, уголовное дело на принято к производству этим лицом), когда в постановлении (определении) отсутствуют данные о лице (органе), принявшем данное решение. Наличие в постановлении (определении) хотя бы одного из указанных выше дефектов может повлечь его неисполнение администрацией следственного изолятора. Нужно согласиться с В.А. Михайловым: «Строгое соблюдение процессуальной формы постановления (определения) о заключении под стражу гарантирует от произвола в применении ареста»

к

165

Михайлов В, А. Указ. раб. С. 153.

    1. Сроки содержания под стражей и процессуальный порядок их продления
l t Законодательным порядком в нашем государстве установлены сроки со

держания обвиняемых (ст. 97 УПК) и подозреваемых (ст. 90 УПК) под стражей в стадии предварительного расследования, и подсудимых (239’ УПК) - в стадии судебного разбирательства’^.

В декабре 1958 года были приняты Основы уголовного судопроизводства Союза СССР и союзных республик. До этого момента в уголовно- процессуальном законодательстве не было ограничений относительно сроков содержания под стражей, что мотивировалось заботой об установлении истины. Но при этом не принималась во внимание личность обвиняемого, который, бу- ^ дучи еще невиновным (в силу презумпции невиновности), должен был иногда

годами находиться под стражей.

Ограничение законом сроков содержания под стражей - одна из гарантии соблюдения законных прав и интересов арестованных. Как правильно отмечает Л.И. Даныпина, наряду с указанием в законе оснований и процессуального порядка избрания этой меры пресечения ограничение законом срока содержания под стражей и особый порядок его продления - одно из средств, ограждающих граждан от необоснованного стеснения неприкосновенности личности’^^.

Установление сроков содержания под стражей не произвольно. Законода- телем учитывается, и реальная способность правоохранительных органов раскрывать и расследовать преступления, и существующие в обществе представления о пределах ограничения свободы личности ради достижения общественных целей’^^.

Статья 239^ УПК, регламеш-ируюшая сроки содержания подсудимого под стражей во время рассмотрения дела в суде, введена Федеральным законом от марта 2001 года и вступит в силу 14 июня 2001 года. //Собрание законодательства РФ. Xs И. 2001, Ст. 1002.

Даньшина ЛИ. Меры пресечения при производстве по уголовному делу. М. 1991. С.23.

См.; Богова И.А. Проблемы совершенствования института предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда. Дисс. канд. юр. наук. Саратов. 1998. С. 84.

При расследовании преступлений по уголовным делам содержание обвиняемого под стражей не может продолжаться более двух месяцев. Максимальный срок содержания обвиняемого под стражей - полтора года’^’^. Предельно допустимый срок содержания под стражей подозреваемого - десять суток. Если в течение этого срока обвинение ему не будет предъявлено, он из-под стражи освобождается, мера пресечения отменяется.

В соответствии со ст. 97 УПК двухмесячный срок содержания под стражей может бьггь продлен районным, городским прокурором, военным прокурором гарнизона, объединения, соединения и приравненными к ним прокурорами в случае невозможности закончить расследование и при отсутствии оснований для изменения меры пресечения до трех месяцев. Невозможность закончить расследование недопустимо связывать с занятостью следователя другими делами, большим их количеством, находящимися в производстве, болезнью, отпус-

170

ком и т. д.

Дальнейшее продление срока может быть осуществлено лишь ввиду особой сложности дела прокурором субъекта Российской Федерации, военным прокурором округа, группы войск, флота. Ракетных войск стратегического назначения, Федеральной пограничной службы Российской Федерации и приравненными к ним прокурорами до шести месяцев со дня заключения под стражу. По мнению Б.Б. Булатова - это групповые дела, либо случаи, когда преступления совершаются в разных регионах СНГ, лица обвиняются в ряде преступлений, по делу проводятся сложные, длительные экспертизы и т.д.^^^

в настоящее время продление срока содержания под стражей свыше шести месяцев допускается в ИСКЛЮЧИТЄЛЬЕП>ІХ случаях и только в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких преступлений и особо тяжких преступлений.

^^^ Закон СССР «о внесении изменений и дополнений в ст. 34 Основ уголовного судопроизводства Союза СССР и союзных республик» / Ведомости съезда народных депутатов СССР и

Верховного Совета СССР. 1989. № 25. Ст. 493.

^^^ См.: Булатов Б. Б. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. / под ред. В.Т_ Томина. М. 1999. С, 184.

См.: Булатов Б.Б. Указ раб. С. 184.

Ho 1 января 2002 года вступит в силу п. 5 ст. 2 Федерального закона «О внесе- I НИИ изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уго-

ловно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации» согласно которому из ч.2 ст. 97 УПК исключены слова «тяжких преступлений

I и». Это означает, что продлить срок содержания под стражей свыше шести ме-

t

сяцев можно будет только в отношении лица, обвиняемого в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наїсазание в виде лишения свободы на срок не менее десяти лет.

Продление срока содержания под стражей свьшіе шести месяцев осуществляется заместителем Генерального прокурора РФ до одного года и Генераль- ^ ным прокурором РФ до полутора лет. Эти полномочия Генерального прокурора

и его заместителя введены Постановлением Пленума Верховного Совета РФ «О полномочиях Генерального прокурора РФ и его заместителя по продлению сроков содержания обвиняемых под стражей» от 17 января 1992 года, и действовать они будут (в соответствии с этим постановлением) до внесения соответствующих изменений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР^^\

При этом вопрос о содержании обвиняемого под стражей на срок свыше одного года предварительно рассматривается на коллегии Генеральной проку- ^ ратуры РФ. Дальнейшее продление срока не допускается, содержащийся под

стражей обвиняемый подлежит немедленному освобождению.

Указанием Генерального прокурора РФ № 38/36 от 18.06.98 г. «Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при продлении сроков предварительного следствия, дознания и содержания обвиняемых под стражей» даны необходимые разъяснения, направленные на неуклонное соблюдение требований законов при продлении сроков содержания под стражей.

Собрание законодательства РФ. № П. 2001, Ст. 1002.

См.: Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ, 1992, № 5, ст. 182.

В соответствии с ним ходатайства о продлении срока содержания под стражей представляются не позднее, чем: за 5 дней до истечения двухмесячного срока, за десять дней - трехмесячного, за 15 дней - шестимесячного, за 30 дней - годичного срока.

Материалы оконченного расследованием уголовного дела должны быть предъявлены для ознакомления обвиняемому и его защитнику не позднее чем за месяц до истечения предельного срока содержания под стражей (ч.4 ст. 97 УПК), то есть не позднее, чем за месяц до истечения годичного и полуторагодичного срока. В случае, когда ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами дела до истечения предельного срока содержания под стражей не- возможно, либо когда имеется ходатайство обвиняемого или его защитника о дополнении предварительного следствия Генеральный прокурор РФ, прокурор субъекта Российской Федерации, военный прокурор округа, группы войск, флота. Ракетных войск стратегического назначения. Федеральной пограничной службы Российской Федерации и приравненные к ним прокуроры вправе не позднее 5 суток до истечения предельного срока содержания под стражей возбудить ходатайство перед судьей областного, краевого и приравненных к ним судов о продлении этого срока. Судья, в свою очередь, в срок не позднее 5 суток со дня получения этого ходатайства либо продляет срок содержания под стражей, но не более, чем на шесть месяцев, либо отказывает в удовлетворении

174

ходатайства

Прежняя редакция ст. 97 УПК фактически не исключала неограниченное продление предельного срока содержания обвиняемого под стражей, так как при его исчислении время ознакомления обвиняемого с материалами дела (независимо от продолжительности) не учитывалось. Но 13 июня 1996 года Конституционный суд РФ, проверяя конституционность ч. 5 данной статьи в связи с жалобой гражданина Шелухина, постановил: «Признать часть пятую статьи

Федеральный закон от 31 декабря 1996 года «О внесении изменений и дополнений в ст. 26, 97, 133 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР» // Собрание законодательства РФ. 1997. № 1, Ст. 4.

97 УПК не соответствующей Конституции РФ…»’^^. Данное изменение, вне-

1

сенное в Уголовно-процессуальный кодекс , можно рассматривать как шаг на пути к приведению Уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Конституцией, а равно как шаг к соблюдению прав и свобод человека и гражданина.

Ознакомление с материалами дела, являясь непременным условием продления срока ареста, не может выступать в качестве его основания, тем более единственного и достаточного. Содержание лица под стражей в связи с тем, что другие обвиняемые продолжают ознакомлеЕше с материалами дела, должно расцениваться как произвольное применение ареста, выходящее за конституционно установленные пределы возможного ограничения прав и свобод (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ)’^. Поскольку в соответствии с предписаниями ст. 97 УПК, продление максимального срока ареста может производиться, лишь если до его истечения невозможно ознакомление с материалами дела именно самого обвиняемого и его защитника, а не любых участников процесса. Закон не предусматривает возможности повторного, в том числе после дополнительного расследования, обращения прокурора в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей того же обвиняемого в период его ознакомления с полученными в результате дополнительного расследования материалами дела. «Иное истолкование рассматриваемых положений нарушало бы запрет произ-

178

вольного ареста…»

Нормы ст. 97 УПК не устанавливают определенного порядка рассмотрения судьей ходатайства прокурора о продлении срока содержания обвиняемого под стражей и тем самым позволяют ему выносить соответствующее решение

См.: Собрание законодательства РФ. 1996 г. № 26. Ст. 3185.

Федеральный закон от 31 декабря 1996 года «О внесении изменений и дополнений в ст. 26, 97, 133 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР» // Собрание законодательства РФ.

  1. № 1, Ст. 4.

Определение Конституционного Суда РФ от 25 декабря 1998 года «По делу о проверке конституционности ч.ч. 4, 5, 6 статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан П.В. Янчева, В.А. Жеребенкова и М.И. Сапронова». // Собрание Законодательства РФ, 1999, Хо 1, Ст. 230, С. 253-254.

вне судебного заседания без участия обвиняемого и его защитника. Эго положение нарушает принцип состязательности и равноправия сторон, а так же право обвиняемого на защиту, поэтому, считаем необходимым, предусмотреть в УПК порядок рассмотрения судьей ходатайства о продлении срока содержания под стражей, который бы предусматривал участие в судебном заседании обвиняемого.

Положения ст. 97 УПК, позволяющие Генеральному прокурору РФ продлевать срок содержания под стражей обвиняемого до полутора лет, противоречат ряду конститущюнных норм, в частности ч. 2 ст. 55 Конституции РФ: «В Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина». Рассматриваемое положение ст. 97 УПК существенно умаляет конституционные права на свободу и личную неприкосновенность (ст. 22 Конституции РФ), на охрану здоровья (ст. 41 Конституции РФ), на запщту своих прав и свобод всеми способами, не запрещенными законом (ст. 45 Конституции РФ), на непосредственное действие прав и свобод и доступ к правосудию (ст. 18 Конституции РФ).

В правовых государствах считается недопустимым ставить под сомнение принцип презумпции невиновности, продлевая сроки предварительного заключения, и, таким образом, превращая его в отбывание не назначенного судом наказания. А как у нас? Статья 97 УПК игнорируют положения Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод (ст. 5), Международного пакта о гражданских и политических правах (ст. 9), согласно которым каждый арестованный «имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение. Содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства не должно быть общим правилом»^^^.

Анализ практики расследования уголовных дел свидетельствует, что установленный законодательством двухмесячный срок содержания обвиняемых под стражей весьма и весьма часто не соблюдается, ежегодно в следственных

Там же.

105

изоляторах тысячи обвшіяемьіх содержатся свыше двух месяцев, немало обвиняемых, которые вопреки установленному законом максимальному сроку содержались под стражей свыше года, двух, трех и более лет’^^. «В связи с этим

представляется позитивным изыскать возможности сокращения сроков предва-

181

ригельного заключения»

Мы считаем, что предельный срок содержания под стражей необходимо сократить до одного года. Загруженность следователей и лиц, производящих дознание большим количеством уголовных дел не может и не должна служить причиной, по которой лицо, еще не признанное судом виновным в совершении преступления, лишается свободы на столь длительный срок, а так же причиной невозможности сокращения этого срока. Что же касается наличия в производ- стве органов расследования сложных и многоэпизодных уголовных дел, требующих больших затрат времени, то здесь мы полностью согласны с мнением Э.К. Кутуева, что при наличии сложных, многоэпизодных или с большим числом соучастников уголовных дел, следует более широко использовать институт выделения уголовных дел (ст. 26 УПК), позволяющий выделить доказанные надлежащим образом эпизоды преступной деятельности в отдельное производство и направить его в суд для разбирательства^^.

Как уже говорилось выше, содержание под стражей при расследовании преступлений по уголовным делам не может продолжаться более двух месяцев. Но расследование может производиться в нескольких формах: дознание в порядке ст. 120 УПК, которое должно быть завершено не позднее одного месяца со дня возбуждения уголовного дела; дознание в порядке ст. 119 УПК, которое должно быть закончено не позднее десяти суток со дня возбуждения уголовного дела (ст. 121 УПК); предварительное следствие с двухмесячным сроком про-

Стецовский Ю. Конституции вопреки // Юрвдіїческий Вестник. 1997, № 6, С. 5. См.: Михайлов В.А. Меры пресечения в Российском уголовном процессе. М. 1996. С. 157, См.: Стецовский Ю.И, Ларин А. М. Констшуционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М 1988. С. 68-69.

і

Кутуев Э.К. Заключение под стражу и содержание под стражей: состояние, проблемы, перспективы. Автореф. (к.ю.н.) СПб: СПб Ун-т, 1999, С. 12.

изводства (ст. 133 УЇЖ); дознание в порядке ст. 416 УПК со сроком производства не более двадцати дней; предварительное следствие с двухмесячным сроком производства (417 УПК)’®^.

Арест в качестве меры пресечения при производстве расследования в этих формах может быть применен в день, когда возбуждено уголовное дело. Какой же тогда должна быть максимальная продолжительность этого ареста? Десять, двадцать суток, один или два месяца? Необходимо ли, при продлении в установленном порядке расследования, если оно не завершено одновременно возбуждать ходатайство и о продлении срока содержания обвиняемого под стра- жей?

Для того, чтобы ответить на эти вопросы, вернемся к содержанию статьи 97 УПК: «Содержание под стражей при расследовании преступлений по уголовным делам не может продолжаться более двух месяцев. Этот срок может быть продлен… в случае невозможности закончить расследование и при отсутствии оснований для изменения меры пресечения - до трех месяцев». Таким образом, законодатель предусматривает возможность продлсЕшя двухмесячного, но не меньшего срока содержания под стражей. Это означает, что независимо от того, во время какой формы расследования произведен арест обвиняемого, самим актом ареста уже устанавливается срок содержания под стражей - два месяца. Лишь для ареста подозреваемого существует исключение: если в течение десяти суток обвинение не будет предъявлено, мера пресечения подлежит отмене, других исключений, касающихся ограничения двухмесячного срока содержания под стражей при расследовании уголовных дел законодательно не установлено.

Таким образом, если в течение месяца дознание в порядке ст. 120 УПК завершить не представилось возможным, орган дознания в установленном порядке возбуждает ходатайство о продлении сроков дознания, не ставя при этом вопрос о продлении срока содержания обвиняемого под стражей. То же самое

^^^ Михайлов В.А. Указ. соч. С. 158.

будет наблюдаться, если при производстве дознания, в порядке ст. 119 УПК (по делам, по которым предварительное следствие обязательно орган дознания должен произвести неотложные следственные действия перед передачей дела следователю). Если в рамках такого дела орган дознания арестовал подозреваемого, то при передаче дела следователю вопрос о продлении срока содержания под стражей подозреваемого перед прокурором не ставится; если следователь в течение десяти суток предъявит подозреваемому обвинение, то данная мера продолжает действовать без ее продления еще в течение пятидесяти дней.

Практика не всегда следует подобным образом, некоторые прокуроры требуют возбуждения ходатайств о продлении сроков не только дознания или следствия, но и содержания обвиняемых под стражей, если такая мера пресечения избиралась. Нельзя не согласиться в данном случае с В.А. Михайловым: «Во избежание разночтений законодательства, во имя процессуальной экономии, обеспечения быстроты расследования следует, по-видимому, в ст. 97 УПК сформулировать норму, определяющую порядок исчисления сроков содержания обвиняемых под стражей для каждой из форм расследования»”^.

В том случае, когда заключение под стражу заменяется более мягкой мерой пресечения, а затем, через какой-то промежуток времени, к обвиняемому вновь применяется арест в качестве меры пресечения, то сроки содержания под стражей суммируются. Такому же арифметическому действию подвергаются и сроки содержания под стражей, если обвиняемый соверщил побег из-под стражи, а затем, после задержания, он вновь оказывается в следственном изоляторе. При возвращении судом дела на новое расследование, по которому обвиняемый содержится под стражей, а по обстоятельствам дела мера пресечения изменена быть не может, продление срока содержания под стражей производится прокурором, осуществляющим надзор за следствием, в пределах одного месяца с момента поступления к нему дела. Процессуальная форма принятия прокурором решения о продлении срока содержания обвиняемого под сіражей по посту-

^^ См.; Михайлов В.А. Указ. соч. С. 160.

108

пившему к нему из суда делу для производства нового расследования законом не определена- Б.Б. Булатов считает, что в данном случае прокурор может вынести постановление о продлении срока содержания под стражей или указать об этом в сопроводительном письме при направлении дела для проведения до-

185

полнительного расследования . Если мера пресечения остается прежней, то сроки содержания под стражей до направления дела в суд и в ходе доследования суммируются’^^.

Если приговор, вступивший в законную силу, отменен надзорной инстанцией (то есть после его частичного или полного исполнения) и мера пресечения в виде заключения под стражу избирается вновь, то процессуальные сроки «нового» содержания под стражей должны суммироваться с прежними так, чтобы их совокупность не превышала полутора лет. Ведь возвращение дела на доследование не создает нового уголовного дела, поэтому здесь необходимо руководствоваться ст. 97 УПК, устанавливающей сроки содержания обвиняемого под стражей и порядок их продления для одного и того же уголовного дела персонально к каждому из арестованных обвиняемых.

При возобновлении прекращенного или приостановленного дела, по которому обвиняемый был заключен под стражу, в срок ареста следует включать

187

время нахождения под стражей до прекращения и приостановления дела

I

Субъектами уголовного процесса, участвующими в продлении сроков содержания обвиняемого под стражей, являются: следователь, (лицо, производящее дознание; надзирающий прокурор; прокурор, который принимает решение о продлении срока содержания под стражей; начальник следственного комитета, управления, службы, отдела, отделения, группы, осуществляющий процессуальный контроль за предварительным следствием в органах внутренних дел.

См.: Булатов Б.Б. Указ. раб. С. 185.

t JW

Постановлением Консттуционного Суда РФ от 20. 04. 99 г. п.1 и 3 ст. 232 УПК РСФСР (возвращение дела на дополнительное расследование) признаны не соответствующими Конституции РФ. СЗРФ№ 17, 1999. Ст. 2205,

187 ^

Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / пол ред. А.М Рекункова и А.К. Орлова. -М., 1985. С. 179.

Органах федеральной службы безопасности и в федеральных органах налоговой полиции. Помимо субъектов уголовного процесса в продлении сроков содержания под стражей в соответствии с указаниями центральных органов прокуратуры принимают участие: следователи-методисты следственных управлений (отделов) МВД, УВД, следственных управлений (отделов) ФСБ, УФСБ, следственных управлений (служб, отделов) ФСНП, УФСНП, Следственного комитета МВД РФ; старшие помощники и помощники прокуроров субъектов РФ и Генеральной прокуратуры РФ; начальники УВД, министры внутренних дел субъектов РФ и их заместители; начальники УФСБ, УФСНП, директора ФСБ и ФСНП РФ. Своеобразными субъектами, фактически участвующими в решении вопросов, связанных с продлением срока содержания обвиняемых под стражей, являются оперативные совещания и коллегии МВД, УВД, оперативные совещания и коллегии соответствующих прокуроров; оперативные совещания и коллегии соответствующих прокуратур; оперативные совещания УФСБ, УФСНП, ФСБ и ФСНП РФ’®®

Ї

188

Точное исчисление сроков содержания под стражей имеет большое значение для соблюдения законности, и не смотря на то, что законодатель дал, казалось бы, исчерпывающее определение срока содержания лица под стражей, некоторые связанные с этим вопросы все же вызывают на практике затруднения. Например, лицо может быть подозреваемым в течение строго ограничен- ного промежутка времени: трех суток согласно ст. 122 УПК и десяти суток по ст. 90 УПК. Причем, как правильно пишет Б.Б. Булатов, десятидневный срок предъявления обвинения никем не может быть продлен. Исключение может составлять лишь случай, когда подозреваемый скрылся или место нахождения его не известно, к иным исключительным обстоятельствам можно отнести лишь такие, которые объективно лишают возможности предъявить обвинение. Это стихийные бедствия: землетрясение, наводнение, пожар, эпидемия дезоргани-

См.: Михайлов В.А. Указ. раб. С. 165.

110

заіщя работы СИЗО, начало военных действий и некоторые другие’^^. Но если подозреваемый был сначала задержан в порядке ст. 122 УПК, а затем арестован на основании ст. 90 УПК, то каким будет предельный срок содержания под стражей - десять или тринадцать суток?

Некоторые практические работники полагают, что срок задержания подозреваемого до избрания меры пресечения в виде заключения под стражу не засчитывается в десятидневный срок. Но данным В.А. Давыдова, из числа 72 изученных дел, по которым имела место такая ситуация, в 28 случаях (38,8 %) следователи зафиксировали срок содержания подозреваемых под стражей в 13 суток и лишь после предъявили обвинение, ссылаясь на то, что ст. 90 УПК требует предъявить подозреваемому обвинение не позднее десяти суток с момента применения меры пресечения, а задержание в соответствии со 89 УПК

1 а) _

нельзя рассматривать как меру пресечения . Такой же точки зрения придерживались и некоторые ученые^^\ По нашему мнению, с этим согласиться нельзя, так как такая точка зрения противоречит смыслу закону. Полностью согласны с мнением В.А. Давыдова по этому вопросу: «В ст. 90 УПК содержится требование предъявлять обвинение подозреваемому в течение десяти суток, но если аресту предшествовало задержание на основании ст. 122 УПК, то лицо еле-

192

і

дует считать подозреваемьш с момента факгического лишения его свободы» Так же думает и Б.Б. Булатов: «Закон дает исчерпывающее и однозначное указание исчисления 10-дневного срока с момента применения меры пресечения до момента предъявления обвинения. Он не изменяется и в случае задержания лица по ст. 122 УПК»’^^. «Начальной датой заключения под стражу является

^^ См.: Булатов Б.Б. Указ раб. С. 171.

Давьщов В.А. Заключение под стражу как мера пресечения. Дисс. Канд. юрид. наук. М. 1978. С. 132.

См.; Смирнов В.В. Арест как мера пресечения, применяемая следователем органов внут- мнних дел. Хабаровск 1987. с.10.

^ См.: Давыдов В.А. Заключение под стра)»^ как мера пресечения. Дисс. канд юр Наук. М. 1978. С. 132.

См.: Булатов Б.Б, Комментарий к Уголовно-процессуальному Кодексу РСФСР. / под ред В Т Томика М. 1999.

к

день задержания либо ареста, если задержание ему не предшествовало…»^^’^. Согласно ст. 97 УГЖ содержание под стражей при расследовании преступлений по уголовным делам не может продолжаться более двух месяцев. Но если подозреваемый был задержан в порядке ст. 122 УПК, а затем арестован, и данная мера пресечения осталась без изменения после предъявления ему обвинения, то общий срок содержания под стражей не может превышать двух месяцев. В п. 6 ст. 315 УПК сказано, что суд должен указать в резолютивной части приговора решение о зачете предварительного заключения, если подсудимый до постановления приговора содержался под стражей в порядке меры пресечения или задержания. Все вышеуказанное подтверждает то, что в случае задержания подозреваемого (ст. 122), а затем его ареста (ст. 90), время фактического нахождения под стражей (независимо от того находился ли подозреваемый в изоляторе временного содержания или в следственном изоляторе) не должно превышать в общей сложности десяти суток. Для того, чтобы исключить разночтения законав ч.8 ст. 107 проекта УПК сказано так: «…В срок содержания под стражей засчитывается время задержания лица в качестве подозреваемого…».

Действующий УПК не устанавливает сроков содержания под стражей подсудимого во время рассмотрения дела в суде. Однако, как уже говорилось выше, 9 марта 2001 года был принят Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в УПК…»^^^, согласно п. 7 ст. 2 которого, в УПК вводится новая статья 239^ УПК «Сроки содержания подсудимого под стражей во время рассмотрения дела в суде». Эта новая статья вступит в законную силу 14 июня 2001 года. Именно с этого момента срок содержания под стражей лица, дело которого находится в производстве суда, не должен будет превышать шести месяцев со дня поступления дела в суд. Но мера пресечения в виде заключения под стражу может быть применена к подсудимому уже после поступления уголовного дела в суд (например, при назначении судебного заседания (п. 5 ст. 222 УПК) или во время судебного разбирательства (ст. 260 УПК)). В этом случае.

Разъяснение Генерального прокурора СССР № 3/44 от 28 июля 1970 г.

начало шестимесячного срока будет исчисляться с момента заключения подсудимого под стражу.

Часть вторая статьи 239^ УПК предусматривает возможность продления срока содержания подсудимого под стражей, но не более, чем на три месяца. Такое продление суд может осуществить либо по собственной инициативе, либо по ходатайству прокурора, но обязательно при наличии данных, свидетель- ствуюпшх о том, что освобождение подсудимого из-под стражи существенно затруднит всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела. Возникает вопрос, какие именно данные могут являться основанием для продления шестимесячного срока содержания подсудимого под стражей? По нашему мнению, это должны быть фактические данные, свидетельствующие не ^ только о том, что подсудимый, оказавшись на свободе, может понуждать по

терпевших и свидетелей давать ложные показания и т. д., но и о том, что он может скрыться от суда. Ведь правосудие предполагает не только вынесение судом справедливого приговора на основании всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, но и исполнение этого приговора.

Согласно рассматриваемой статье, решение вопроса о продлении срока содержания подсудимого под сіражей должно быть принято до истечения шестимесячного срока, при этом судья выносит мотивированное постановление, суд - мотивированное определение. Мотивированность решения должна, на наш взгляд, заключаться в указании в постановлении (определении) данных, свидетельствующих о том, что освобождение подсудимого из-под стражи существенно затруднит всестороннее, полное и объегсгивное исследование об- стоятельств дела, а так же в указании причин, по которым невозможно завершить разбирательство дела.

Статья 239^ УПК предусматривает так же порядок обжалования и опротестования решения суда (судьи) о продлении срока содержания подсудимого под стражей в вышестоящий суд. При этом жалоба подсудимого, его защитника

Собрание законодательства РФ. № 11. 2001, Ст. 1002.

ИЛИ законного представителя, потерпевшего или его заковшого представителя, а так же протест прокурора приносятся через суд, вынесший определение (постановление).

Вместе с жалобой или протестом в вышестоящий суд представляются определение (постановление) суда и материалы, которые явились основанием для принятия судебного решения о продлении срока содержания под стражей. Поступившие жалоба или протест должны быть рассмотрены в течение десяти дней со дня поступления указанных материалов в суд.

К сожалению, рассматриваемая статья не содержит указания на то, в какой именно срок суд, принявший решение о продлении срока содержания подсудимого под стражей, должен представить в вышестоящий суд жалобу (протест) и материалы. Мы считаем, что на практике этот недостаток может привести к затягиванию сроков рассмотрения вышестоящим судом жалобы или протеста на продление срока содержания подсудимого под стражей. Для того, что бы этого не произопіло, в ч. 5 ст. 239’ УПК необходимо указать, что суд, вынесший определение (постановление), обязан в срок не позднее трех суток представить жалобу или протест, а так же материалы, которые явились основанием для принятия судебного решения о продлении срока содержания под стражей в вышестоящий суд.

При отмене вышестоящим судом определения (постановления) суда о продлении срока содержания подсудимого под стражей он немедленно освобождается из-под стражи.

Последняя, седьмая часть рассматриваемой новой статьи УПК звучит следующим образом: «На лиц, которые обвиняются в совершении особо тяжких преступлений, требования настоящей статьи не распространяются». Это означает, что сроки содержания под стражей указанной в ч. 7 ст. 239’ УПК категории подсудимых с момента поступления уголовного дела в суд, как и ранее, не будут регламентированы. На наш взгляд, это не совсем справедливо. До вступления обвинительного приговора суда в законную силу, закон считает невинов-

НЫМИ всех обвиняемых не зависимо от того, в каком преступлении они обвиняются (ст. 49 Конституции РФ). Поэтому сроки содержания под стражей всех обвиняемых должны быть регламентированы во всех стадиях уголовного процесса.

Большое значение при рассмотрении изменений и дополнений, внесенных в УПК Федеральным законом от 9 марта 2001 года, имеет вопрос о том, будут ли новые уголовно-процессуальные нормы иметь обратную силу. 26 января 2001 года (то есть тогда, когда рассматриваемый закон был еще законопректом) из Управления Генеральной прокуратуры РФ в Приволжском федеральном округе в прокуратуру Саратовской области пришло письмо, в котором отмечались іфайне негативные последствия реализации данного закона. В частности ука- зывалось, что такая норма, как новая ст. 239’ УПК, может повлечь необходимость освобождения из-под стражи лиц, которые не должны находиться на свободе, поскольку будут препятствовать рассмотрению дела судом, либо опасны для общества . Однако согласно ч. 2 ст. 1 УПК, при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий, соответственно, во время дознания, предварительного следствия либо рассмотрения дела судом. Это означает, что нормы уголовно-процессуального права не имеют обратной силы. Об этом же пишет и профессор В.Т. Томин: «Правила об обратной силе закона созданы для материального права, к уголовно- процессуальному праву они отношения не имеют. При производстве каждого процессуального действия надлежит руководствоваться тем процедурным актом, который действует в этот момент. Поэтому при производстве по одному и тому же уголовному делу могут быть последовательно применены различные уголовно- процессуальные законы, как действовавшие вначале производства,

197

так и принятые позже» .

По данным прокуратуры Саратовской области.

Томин В.Т. Законодательство от уголовном судопроизводстве. Комментарий к Уголовно- процессуальному кодексу. М. 1999. С. 11.

Время пребывания в психиатрическом лечебном учреждении засчитыва- ется в срок содержания под стражей (ч.2 ст. 188 УПК). Время пребывания в медицинском учреждении при помещении обвиняемого в стахщонар для обследования в связи с назначением судебно- медицинской экспертизы в срок содержания под стражей не засчитывается. Нельзя не согласиться с В.А. Михайловым, что в последнем случае законодатель допустил несправедливость. Помещение обвиняемого в медицинское учреждение, хотя режим содержания в нем и не является столь строгим, как в следственном изоляторе или в психиатрическом лечебном учреждении, связано с ограничением свободы обвиняемого, осуществляется в порядке принуждения, поэтому время такой изоляции обвиняемого от

1

общества следует засчитывать в срок содержания под стражей . Ведь не случайно в ч. 8 ст. 107 проекта УПК предусмотрено: «…В срок содержания под стражей засчитывается …время принудительного нахождения в психиатрическом или ином лечебном учреждении по решению суда…».

В заключение хотелось бы обсудить вопрос установления полного судебного контроля за избранием самой строгой из мер пресечения. Как правильно отмечает судья Н.А. Колоколов, эффективность нового вида судебной деятельности в значительной степени будет зависеть от наличия детальной и хорошо продуманной правовой регламентации процедуры принятия судом решений об аресте и продлении срока содержания обвиняемого под стражей^^^.

Проект УПК, предполагает санкционировагше ареста судом. Согласно ч. 2 ст. 104 этого проекта, которая называется «Заключение под стражу», при необходимости избрания в качестве меры пересечения заключения под стражу прокурор, а также следователь или орган дознания с согласия прокурора возбуждает перед судом ходатайство об избрании этой меры пресечения. В постановлении о возбуждении ходатайства должны быть изложены мотивы и основания, в силу которых возникла необходимость в заключении подозреваемого

^^^ См : Михайлов В.А Указ раб С. 162.

Колоколов Н.А. Судебный контроль за арестами. // Российская юстиция. 1998. № 3. С. 10.

(обвиняемого) под стражу. К постановленшо прилагаются материалы, подтверждающие обоснованность ходатайства.

Часть 4 рассматриваемой статьи проекта предполагает, что в судебное заседание должен бьггь доставлен подозреваемый, если он задержан. В заседании могут участвовать следователь, дознаватель, подозреваемый (обвиняемый), защитник, если он участвует в деле, законные представители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого. В начале заседания судья объявляет, какое ходатайство подлежит рассмотрению, представляется явившимся в заседание лицам, разъясняет им хірава и обязанности. Затем лицо, возбудившее ходатайство, обосновывает его, после чего заслушиваются другие явившиеся в заседание лица. Рассмотрев ходатайство, судья выносит постановление о применении к подозреваемому (обвиняемому) меры пресечения в виде заключения под стражу или об отказе в удовлетворении ходатайства. Статья 104 проекта УПК предполагает так же, что повторное обращение в суд с ходатайством о заключении лица под стра»^ по тому же делу после вынесения судьей постановления об отказе в применении этой меры пресечения возможно лишь при появлении новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости заключения лица под стражу.

Ч

В целом, процедура применения ареста в качестве меры пресечения, предложенная создателями проекта, кажется нам вполне приемлемой. Однако следует заметить, что проект, в отличие от действующего УПК, предполагает обязательное участие в судебном заседании по рассмотрению ходатайства об избрании ареста только лица, задержанного по подозрению в совершении преступления. То есть, лицо, которое на момент принятия судом решения о применении в отношении него ареста не находится в изоляторе временного содержания, могут не вызвать в судебное заседание. Эта норма в значительной степени ограничивает право подозреваемого (обвиняемого) на защиту и, по нашему мнению, придавать ей законную силу нельзя. Если в ныне действующий УПК будут внесены изменения и дополнения, вводящие процедуру применения ареста no судебному решению, то статья (или ее часть), регламентирующая вызов в судебное заседание по рассмотрершго ходатайства о применении ареста его участников, должна быть сформулирована следующим образом: «В судебное засе- дание должен быть доставлен подозреваемый, если он задержан в порядке ст. 122 настоящего кодекса, а так же должны быть вызваны следователь, лицо, производящее дознание, подозреваемый (обвиняемый), защитник, если он участвует в деле, законные представители несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого. Неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о дне рассмотрения ходатайства, не является препятствием для его рассмотрения».

2.5. Меры попечения о детях и охраны имущества заключенного под стражу

Согласно статье 98 УТЖ, орган дознания, следователь, прокурор и суд обязаны: 1) при наличии у лица, заключенного под стражу, несовершеннолетних детей, остающихся без надзора, - передать их на попечение родственников либо других лиц или учреждений; 2) при наличии у лица, заключенного под стражу, имущества или жилища, остающегося без присмотра, - принять меры к их охране. Об этом указанные должностные лица должны уведомить заключенного под стражу.

Как правильно отмечает профессор И.Л. Петрухин, рассматриваемая гарантия распространяется и на подозреваемого, если он заключен под стражу (ст. 90 УПК)^^.

В соответствии со ст. 30 Федерального Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», подозреваемые и обвиняемые женщины могут иметь при себе детей в возрасте до трех лет.

Это исключение из общего правила, во всех остальных случаях несовершеннолетние дети, оставшиеся без надзора вследствие ареста их единственного родителя, усыновителя, опекуна или попечителя, передаются на попечение родственников, либо других лиц или учреждений. Если ребенок находится вместе с матерью в СИЗО, администрация в случае необходимости может возбуждать в установленном законом порядке ходатайство о временной передаче ребенка родственниками или иным лицам либо в детское учреждение. Какие ситуации относятся к «случаям необходимости» закон, к сожалению, не поясняет.

К детям, которых необходимо отдать на попечение, в данном случае относятся дети, состоящие в кровном родстве с арестованным, а также усыновленные, удочеренные, находящиеся под опекой или попечительством, и дети, фак-

^^ Петрухин И.Л, Меры попечения о членах семьи и имуществе арестованного / Уголовный процесс под ред. И.Л. Пегрухина. М., 2001, С.132.

ТИЧЄСКИ состоящие на иждивении и воспитании лица, в отношении которого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. ^ К другим лицам, которым могут быть переданы дети на попечение, по

мнению Б.Б. Булатова, относятся: соседи, сослуживцы, друзья, школьный учитель, воспитатель детского сада, а к учреждениям: воспитательные, лечебные, учреждения социальной защиты или другие аналогичные учреждения: детские дома, школы и санатории для детей, обладающих слабым здоровьем или каки- ми-либо недостатками, круглосуточные ясли, детские сады и т.д. .

і

Уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает возможность передачи на попечение других лиц, находящихся на иждивении, под опекой или попечительством арестованного лица - тяжелобольных, инвалидов, престаре- лых, не имеющих возможности самостоятельно себя обслуживать. Мы считаем, что это не совсем правильно, ведь больные и престарелые люди нередко ничем не отличаются по своим возможностям от несовершеннолетних детей, и о них так же необходимо позаботится в случае ареста, их единственного «источника» жизнедеятельности. По этой причине предлагаем пЛ ст. 98 УТЖ представить в следующей редакции: «при наличии у лица, заключенного под стражу, несовершеннолетних детей или других лиц, находящихся в беспомощном состоянии, остаю- щихся без надзора, - передать их на попечение родственников либо других лиц или учреждений», в этом случае лицо, производящее дознание, следователь, про- jf курор или суд будут обязаны принять меры, направленные на передачу таких лиц

на попечение родственников либо других лиц или учреждений, например, дома престарелых, больницы, профилактория и т.д.

Родственники и другие лица, которым можно было бы передать детей, оставшихся без надзора должны быть, во-первых, согласны взять ребенка (детей) на свое попечение, во-вторых, отвечать определенным требованиям: иметь реальные возможности осуществлять попечение (жилплощадь, источник дохода, положительно характеризоваться, не быть лишенными родительских прав).

^^^ Булатов Б.Б. Указ. соч. С. 187.

і 20

Уголовно-процессуальный закон не содержит в своих нормах процедуру передачи детей на попечение. По мнению Б.Б. Булатова, в случае, если попечителем является родственник или другое лицо, из материалов дела должно быть видно, что они желают взять на себя ответственность за ребенка, это может быть письменное заявление, ходатайство, обязательство^*^^. При решении вопроса о передаче детей на попечение родственникам или другим лицам необходимо выяснить, на какие средства будет содержаться ребенок.

При наличии у лица, заключенного под стражу, несовершеннолетних детей, остаюишхся без надзора, орган расследования немедленно вносит об этом представление в комиссию по делам несовершеннолетних для принятия необ-

ходимых мер к передаче указанных несовершеннолетних на попечение родственников или устройству их в детские учреждения^”^.

Если попечителем является учреждение, целесообразно выносить постановление или определение, копия которого направляется администрации учреждения для исполнения.

По мнению Б.Б. Булатова передачу детей на попечение родственников либо других лиц или учреждений следует отличать от института попечительства в гражданском праве, поскольку ст. 33 Гражданского кодекса предусматривает, что попечительство устанавливается над несовершеннолетними в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет. А в уголовном судопроизводстве попечение - это временная мера до вступления приговора в законную силу, поскольку наказание может быть и не связано с лишением свободы, а мера пресечения от- менена или изменена на любой стадии уголовного процесса^’^.

Другое мнение по этому вопросу имеет И..М. Кузнецова, которая в комментарии к ст. 31 «Опека и попечительство» Гражданского кодекса РФ указывает, что наряду с основными целями института опеки и попечительства, существуют еше специальные цели применительно к несовершеннолетним, которые

^^ Булатов Б.Б, Указ. соч. С. 187.

^^^ Х^инский А.Я., Сербулов А.М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. Киев. 1980. С. 44.

остались без попечения родителей. Она отмечает, что к таким несовершеннолетним закон относит детей, которые остались без попечения родителей в связи с пребыванием их в учреждениях, исполняющих наказание в виде лишения свободы, нахождением в местах содержания под стражей^*^^. Мы согласны с последним мнением и считаем, что передача детей на попечение в связи с арестом родителей является составной частью института опеки и попечительства в гражданском праве.

Имущество арестованного и его жилище, оставшееся без присмотра, должны охраняться. В.И. Елесин считает, что в этом случае «следователь должен принять меры к их охране, о чем выносится постановление. На основании этого постановления жилище опечатывается, а имущество передается на сохранение отдельного лица или организации»^°’^.

Согласно п.5 ст. 306 ГК РФ, за лицом, заключенным под стражу, право пользования жилым помещением, в котором он проживал до ареста, сохраняется в течение всего времени нахождения под следствием и судом.

Арестованный может указать лиц, которым он доверяет наблюдение за своим жильем или имуществом, кроме того, как правильно отмечает Б.Б. Булатов, в материалах уголовного дела должно бьггь письменное согласие как обвиняемого (подозреваемого), так и того, кому поручается присмотр^*^^. Если лиц, которые могли бы осуществлять наблюдение нет, то имущество необходимо описать в присутствии понятых и представителей ЖЭК, ЖЭУ и т.п., жилище закрыть и опечатать. При этом от представителя организации, в ведении которой находится управление жилшцным фондом, берется подписка о сдаче жилья под присмотр. А кому передать под охрану частный жилой дом? На практике обычно находят заслуживающих доверие лиц, которые с разрешения арестованного пребывают в его доме и осуществляют присмотр. Процедуру передачи

™ Булатов Б.Б Указ. соч С 187

^^^ Кузнецова И.М. Опека и попечительство. Комментарий к Гражданскому Кодексу РФ, ч. 1.-

М. 1999. С. 229.

^^ Елесин В.И. Избрание меры пресечения - заключение под стражу. М. 1972. С.26-27. Булатов Б.Б. Указ. соч. С. 187.

ЖИЛЬЯ этим людям целесообразно оформлять договором. Мы считаем, что в настоящее время, когда существует большое количество риэлторских фирм и постоянный спрос на сдачу жилья в наем, квартиру или дом обвиняемого (подозреваемого), оставшиеся без присмотра, можно просто сдать в наем.

Если у лица, содержащегося под стражей, имеются деньги, ценные бумаги или другие ценности, то их можно сдать на хранение в банк.

208

Закон не содержит указания на то в какой форме и в течение какого времени необходимо уведомить заключенного под стражу о принятых мерах, о попечении детей и охране жилища и имущества. Б.Б. Булатов считает, что форма уведомления может быть как устной, так и письменной^^^. Мы так же считаем, что форма уведомления не имеет значения, важно только, что бы арестованный как можно скорее узнал о том, что меры попечения о детях и охраны имущества приняты.

Булатов Б.Б. Указ. соч. С. 188.

123

Глава З

Судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей

    1. Обжалование в суд ареста или продления срока содержания под стражей

23 мая 1992 года законом РФ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно- процессуальный кодекс РСФСР» в России введена судебная процедура проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей^^*^. Указанный закон действует с 17 июня 1992 года. С этого момента процессуальный статус подозреваемых и обвиняемых приведен

в соответствие с идеями, провозглашенными в декларации прав и свобод чело-

210

века и гражданина , и сделан шаг к реальному обеспечению конституционных прав граждан на защиту и неприкосновенность личности.

Дополнение УПК статьями 220’ «Обжалование в суд ареста или гфодления срока содержания под стражей» и 220^ «Судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей» свидетельствует о развитии демократических начал российского уголовного судопроизводства, а так же о выполнении международаых обязательств, принятых на себя

211

Российской Федерацией . «Демократическая система уголовного судопроизводства должна включать гарантии против следственных ошибок при применении ареста в качестве меры пресечения»^

^^ Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. №25. Ст. 1389.

Декларация прав и свобод человека и гражданина. Принята Верховным советом РСФСР 22 ноября 1991 года. // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991 № 52. Ст. 1865.

Европейская Конвенция о Зашите Прав Человека и Основных свобод от 4 ноября 1950 г.;

Международный пакт «О фажданских и политических правах» от 23 марта 1976 г.

к

Шпулько К.В, Проблемы судебного контроля за применением заключения под стражу і качестве меры пресечения и за продлением его сроков. Н Правоведение. 2000. Ха 2. С. 212.

124

Внесение указанных изменений и дополнений в УПК породило появление в уголовном судопроизводстве нового института непосредственного судебного контроля над законностью и обоснованностью решений органов дознания и предварительного следствия о применении ареста в качестве меры пресечения. Он представляет собой совокупность следующих норм: ч.2 ст. 11; ст.,ст. 46, 51, 52; 4.1 ст. 60; ч.5 ст. 96; ч.8 ст. 97; ч.1 ст. 102; ст.,ст. 220’ и 220^; п.З ч.1 ст. 331 УПК; ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах. Указанный институт органично вписался в российский уголовный процесс. Первоначально возникавшие трудности в настоящее время во многом преодолены, однако в правоприменительной практике существует целый круг вопросов, связанных с его реализацией. В связи с этим опубликовано разъясняющее постановление Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 27 апреля 1993 года “О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей”,^^^ а затем постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 29 сентября 1994 года “О выполнении судами постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 года Ха Верховным Судом неоднократно делались обзоры судебной практики.^^^

И декабря 1996 года Государственной Думой был принят еще один Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в статьи 26, 97, 133 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР», который начал действовать с 4 января 1997 года^^^. Изменения, внесенные в ст. 97 УПК, устанавливают прямой судебный контроль за продлением сроков содержания под стражей в тех случаях, когда предельный срок содержания под стражей (полтора года) исте- кает, но обвиняемому и его защитнику необходимо ознакомиться с материалами уголовного дела, или когда ими заявлено ходатайство о дополнении предварительного расследования, подлежащее удовлетворению. В соответствии с новой редакцией ст. 97 УПК судами рассмотрено Уа. представлений о продлении

^^^ Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993, JVs 7. С. 6. ^^^ Бюллетень ВС РФ. 1995, № I.e. 3-4.

Бюллетень ВС РФ. 1993,№9. С. 6-12; І995. №2. С. 12-16.

Срока содержания под стражей лиц, арестованных на предварительном следст-

21Т

ВИИ, из них удовлетворено 299 (95, 2 %)

В 1997 году судами рассмотрено 67915 жалоб на незаконный и необоснованный арест, из них удовлетворено 13555 (19,4 %), и 5359 жалоб на продление срока содержания под стражей, из них удовлетворено 873 - 16,5 %. В 1996 го- ду, соответственно 20,8 % и 14,4 % . Это означает, что число лиц, освобожденных из-под стражи, снизилось на 10,1 %. О том, что несмотря на ежегодный рост числа жалоб на арест, число удовлетворенных из них снижается, свиде- тельствуют и данные Ф. Багаутдинова: в 1994 году по республике Татарстан обжаловал арест каждый десятый арестованный, удовлетворено 23 % жалоб; в 2000 году арест обжаловал каждый пятый арестованный, а удовлетворено лишь 14 % жалоб^’^. По нашему мнению, приведенные данные могут свидетельствовать о том, что действующий институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей побуждает следователей и прокуроров все более и более ответственно подходить к решению вопроса о применении столь строгой меры пресечения как арест.

Возможно, очень скоро будет введен в действие новый УПК, тогда надобность в использовании института судебной проверки законности и обоснованности ареста отпадет. Тем не менее, накопленный годами опыт разрешения жалоб не пропадет зря, а сама процед^а обжалования и проверки решений органов расследования может быть положена в основу обжалования и проверки решений суда о применении заключения под стражу или продлении его сроков в вышестояшле суды.

Идея судебного контроля за применением ареста в качестве меры пресечения высказывалась некоторыми процессуалистами задолго до того, как в уголовно-процессуальный кодекс были внесены изменения, разрешившие обжало-

Российская газета 1997 год. № 2.

Российская юстиция 1998. № 6. С. 58.

Российская юстиция 1998. № 6. С. 58.

Багаугдинов Ф. Состояние и перспективы судебного контроля. // Российская юстиция. 2001. №3. С. 10.

126

вать в суд законность и обоснованность ареста, и до того, как Государственная Дума РФ начала рассматривать проект УПК, предусматривающий заключение лица под стражу только по судебному решению^^^.

В юридической литературе существуют различные подходы к вопросу о возможности применения к обвиняемому (подозреваемому) меры пресечения в виде заключения под стражу по судебному решению и к уже действующему институту проверки законности и обоснованности ареста. Так, еще до того, как в УПК были внесены изменения, позволившие обжаловать в суд незаконные и необоснованные аресты, ряд авторов высказывались против судебного порядка санкционирования арестов и судебного контроля за их применением, выдвигая при этом следующие аргументы: суд не может избежать оценки доказательств, которая в дальнейшем предрешит вынесение обвинительного приговора; на время обжалования пришлось бы приостанавливать производство по делу, что увеличило бы сроки расследования; окажется преждевременно разглашенной следственная информация по делу; нельзя отметить каких-либо преимуществ судебной формы^^\ Мы не согласны с мнением этих авторов и считаем их доводы малоубедительными. Оценка судом доказательств не может предрешить приговор, поскольку судья, решивший вопрос об аресте будет лишен в дальнейшем права рассматривать это дело по существу. Как известно, обжалование ареста в суд не влечет приостановление производства по делу. Непонятно, кому окажется разглашенной информация по делу? Почему от судьи нужно утаивать информацию, которую доверяют прокурору? Что же касается преимуществ ареста по решению суда перед процедурой ареста с санкции прокурора, то они несомненны. Например, как правильно отмечает профессор И.Л. Петрухин, од-

См.: Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. М. 1989. С. 68-90, Курс советского уголовного процесса. Общая часть / под ред. А.Д. Войкова, НИ. Карпеца. М. 1989. С. 504-520; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса См.; Куцова Э Ф. Уголовно-процессуальные гарантии прав и законных интересов личности (Советский уголовный процесс). Автореф, дис. док. юрид. наук, М., 1986, С. 39, Рагин- ский М.Ю. О гарантиях неприкосновенности личности. Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. Саратов. 1981, С. 46, Митрохин Н.П. Законность и демократизм предварительного следствия. Минск, 1979, С. 62.

новременное участие в судебном заседании обвиняемого, защитника и прокурора, полемика между ними, помогут суду правильно решить вопрос о мере

222

Пресечения

Некоторые авторы полагают, что применение ареста и продление срока содержания под стражей должно стать прерогативой суда. Эти вопросы, по их мнению, должен решать следственный судья в судебном заседании с участием прокурора, следователя, обвиняемого (подозреваемого), потерпевшего, законных представителей, заш^итника^^\ Но эта процедура больше похожа на разбирательство дела по существу, «… вряд ли это уместно при избрании меры пресечения, когда не решается вопрос о виновности лица в инкриминируемом ему деянии и иные обстоятельства, входящие в предмет доказывания по уголовным делам, а устанавливается достаточность оснований для того, чтобы полагать, что обвиняемый скроется от дознания следствия или суда, воспрепятствует установлению истины по делу, продолжит преступную деятельность или поме-

224

шает исполнению приговора»

Сторонники другого подхода считают необходимым офаничить роль судебного контроля за применением ареста и продлением его сроков^^^. Так, О.И. Цоколова предлагает создать институт судебных следователей, путем реформирования следственного аппарата МВД РФ, которые могли бы самостоятельно, без чьей-либо санкции, заключить под стражу обвиняемого (подозреваемого), с последующим уведомлением об этом соответствующего суда в суточный

^^^ Петрухин и. л. Задержание и арест (Охрана ингергесов личности) И Советское государство и право, № 8, 1989, С.81-82.

223

См,; Машовец А.О. Принцип состязательности и его реализация на предварительном следствии: Автореф. канд. дисс. М., 1994. С. 16; Пашин С. А. Обжалование арестов: практическое пособие. М. , 1997. С. 14-20; СтецовскийЮ- И. Судебная власть. М., 1999. С. 232; Капсалямов К.Ж. Юридические гарантии обеспечения конституционных принципов судопроизводства в сфере уголовно-процессуального принуждения: Автореф. канд. дисс. Алма- аты, 1996. С 18;

^^^ Птулько К В. Указ. раб. С. 2)3.

См.: Кокорев Л.Д. Судебная реформа: идеи и реальность // Проблемы судебной реформы: Сб. статей. Воронеж. 1993. С. 5-16; Чувилев А. А. Заключение под стражу в качестве меры пресечения. М. 1989. С. 15

128

226

Срок . Такой подход не согласуется ни с Конституцией РФ, ни с Декларацией прав и свобод человека и гражданина. Заключение под стражу - самая строгая ^ мера пресечения, право на свободу и личііую неприкосновенность - важнейшее

право человека, которое эта мера ограничивает, значит, решение о применении этой меры пресечения должно быть самым объективным и самым беспристрастным, каковым может являться только решение суда.

Судебный контроль является важнейшим средством, офаждаюшим правовой статус личности от необоснованного ущемления прав, которые подлежат ограничению в исключительных случаях как это зафиксировано в Конституции РФ. Поэтому его поэтапное внедрение в судопроизводство РФ способствует объективному и беспристрастному вынесению процессуальных решений.^^ Согласно ч. 1 ст. 220’ УПК, правом принести в суд жалобу на применение органом дознания, следователем, прокурором заключения под стражу, а равно на продление срока содержания под стражей обладают: лицо, содержащееся под стражей, его защитник, законЕп»їй представитель. Право обвиняемого (ч.З СТ.46 УПК) и право подозреваемого (ч.2 ст.52 УПК) равнозначны при подаче и рассмотрении жалоб.

Из смысла ст. 220^ УПК следует, что жалоба на незаконность или необоснованность ареста может быть подана в суд;

1) обвиняемым через администрацию места содержания под стражей; 2) 3) защитником и законным представителем - непосредственно в суд; 4) 5) каждым из указанЕшх лиц - через следователя, прокурора, лицо, осу- ществляющее дознание. 6) Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ от 3. 05. 95 г. по делу о проверке конституционности ст. 220^ и 220 ^ УПК в связи с жалобой

226

См.: Цоколова О.И. Применение органами предварительного следствия и дознания мер іфинуждения под судебным контролем. Автореф. Дисс. канд. юр. наук. М. 1995. С. 2!. ^ См.: Лазарева B.C. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара. 1999. С, 72 ; Ларин А.М. Общая теория прав человека. М. 1996 С. 92-} П, ПетрухинИ.Л Прку- рорский надзор и судебный контроль за следствием // Российская юстиция. 1998. № 9. С. 12- 13. Шадрин B.C. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Аетореф. док. юр. наук. М., 1997. С. 32

228

B.A. Аветяна таким правом пользуется также лицо, в отношении которого вынесено постановление о заключении под стражу, но не исполнено по каким- либо причинам. «Постановление о применении меры пресечения в виде заключения под стражу, в том числе в случаях, когда оно не приведено в исполнение, затрагивает права и свободы гражданина. … всегда ущемляет право на свободу и личную неприкосновенность. Не только реальные ограничения, но и выявившаяся их опасность, прежде всего угроза, потерять свободу, нарушают неприкосновенность личности, в том числе психическую, оказывают давление на сознание и поступки человека. В то же время, как исполненные, так и неисполненные постановления о заключении под стражу могут быть незаконньши, необоснованными. Гарантией от таких произвольных ограничений свободы и личной неприкосновенности является право потребовать судебной проверки оснований для вынесения решений о заключении под стражу. Любой опасности ограничения свободы и личной неприкосновенности, в том числе при наличии законных оснований, должно противостоять право на судебное обжалова- ние»”^

Защитник обвиняемого (подозреваемого) или близкий родственник несовершеннолетнего обвиняемого (подозреваемого) могут подать жалобу только в том случае, если они соответственно, допущены в уголовное дело в качестве защитника и законного представителя^^’^.

Таким образом, закон четко определяет круг тех лиц, которые могут подать в суд жалобу на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей. «Однако отдельные судьи принимают жалобы от родственников обвиняемых и иных лиц, не наделенных законом правом обжалования»^^’. Считаем, запрещение подачи жалобы родственниками и близкими аре-

^^^ Собрание законодательства РФ, 1995 год. № 19, ст. 1764. Там же,

^^^ Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 г. Бюллетень ВС РФ 1993

№ 7. п. 6.

^^^ Обзор судебной практики проверки законности и обоснованности ареста, сделанный Верховным Судом в 1995 году. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995, № 2. С. 12.

стованного неоправданным. Близкие и родственники могут быть в такой же степени (а может быть даже и в большей) заинтересованы в скорейшем освобождении арестованного. А арест не станет более или менее законным или обоснованным от того, кто именно подаст в суд жалобу. Для примера, в уголовном процессе Англии для проверки законности решения о заключении под стражу существует специальный вид жалобы, которая подается арестованным, его близкими или родственниками в суд с целью получения приказа «Хабиас корпус» , то есть приказа о немедленном освобождении из-под стражи

По нашему мнению, в целях наиболее полной реализации права арестованного обжаловать в суд арест, необходимо в ч. \ ст.

220’ УПК после

слов “…защитником или законным представителем” добавить: “либо супругом или близким родственником”, к последним, согласно п. 9 ст. 34 УПК относятся родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед, бабка, внуки.

В практике встречаются случаи, когда в суд приносится несколько жалоб на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей одного и того же лица по одному и тому же делу. Мы полностью согласны с мнением В.Н. Галузо по этому поводу: «Подача жалобы одним субъектом не лишает возможности принесения аналогичной жалобы другим субъектом. Вместе с тем, если по жалобе субъекта, принесшего ее первым, уже со- стоялась проверка, то жалоба второго должна оставаться без удовлетворения»^^. Установление же альтернативного порядка принесения в суд жалоб, означало бы ущемление права на обжалование незаконного и необоснованного ареста разных субъектов.

^^^ Возможность обжалования законности ареста в суд появилась у английских арестованных еще в 1679 тоду. (Habeas corpus Act).

^^^ Гуценко К.Ф Уголовный процесс основных капиталистических государств. М. 1969. С. }03.

Галузо В Н. Судебный контроль за законностью и обоснованностью содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых на стадии предварительного расследования. Автореф. дисс. канд. юр. наук. М. 1995. С. 17.

131

Мы рассмотрели 250 производств по жалобам на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей, поданным в Кировский районный суд г. Саратова в 1999 году^^^. Эти исследования свидетельствуют о том, что большинство жалоб на незаконность и необоснованность ареста подается самим обвиняемым (80 %), а их законными представителями всего 0,7 %, остальные - защитниками (19,3 %). Часть поданных жалоб суд возвращает на переоформление по причине отсутствия необходимых данных об арестованном (6,4 %). Об этом же свидетельствуют исследования, проведенные В.Г. Жидковым и Р.В. Ярцевым: «Во многих жалобах отсутствовало не только определение правового статуса обратившегося за судебной проверкой, но и указание на следственный орган, постановлением которого к обвиняемому (подозреваемому) в качестве меры пресечения применен арест или продлен срок

содержания под стражей»^^^. Понятно, что такие жалобы остаются без удовлетворения, чем ущемляется право ее подавшего на безотлагательное решение вопроса о законности и обоснованности ареста. Этого можно избежать, если жалобу на незаконность или необоснованность ареста будет подавать (или помогать в подготовке) защитник арестованного, ведь он может составить ее более квалифицированно.

Пункт 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей» призывает органы дознания, следователей, прокуроров и администрации мест содержания под стражей неукоснительно соблюдать

1 237

предусмотренные ст. 220’ УПК сроки направления жалоб и материалов в суд Соблюдаются эти сроки на практике?

Далее, говоря о проведенных нами исследованиях, мы будем иметь в виду именно эти, рассмотренные нами производства по жалобам.

Жидков В.Г., Ярцев Р.В. Судебный контроль за законностью и обоснованностью ареста. Саратов. 1998. С. 6.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. № 7. С, 7. Далее просто постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 г.

Адмишістраїшя места содержания лица под стражей при получении жалобы должна немедленно (не позднее 24 часов с момента получения) направить ее в суд и уведомить об этом прокурора. В целях скорейшей реализации права обвиняемого (подозреваемого) на судебную проверку законности и обоснованности ареста, администрация места содержания лица под стражей должна делать все возможное, чтобы жалоба попала в суд как можно быстрее. Однако изучение нами материалов в Кировском районном суде г. Саратова^’®, свидетельствует о том, что часто жалобы отправляются в суд по почте, и «приходят» туда лишь по прошествии нескольких дней. Конечно, такой порядок нарушает право арестованного на безотлагательное рассмотрение судом его жалобы. Для решения этой проблемы целесообразно было бы, например, пользоваться услугами нарочных или направлять жалобу по факсу.

Как свидетельствуют приведенные выше данные исследований, подача жалобы через администрацию места содержания лица под стражей является самым распространенным способом принесения в суд жалобы. Тем не менее, закон не содержит указания на порядок уведомления при этом прокурора о поданной жалобе, и на то, какого именно прокурора необходимо уведомить. А сделать это нужно также как можно быстрее, так как прокурор, в су- точный срок должен направить в суд материалы, подтверждаюшие законность и обоснованность ареста, и свои объяснения, и именно с момента поступления этих материалов в суд начинается отсчет времени, положенного законом на рассмотрение жалобы. По мнению Г.Н. Козырева, сообщить прокурору о жалобе можно посредством телетайпа, телефакса или телефонофаммой^^^. Мы считаем, что в целях скорейшего попадания материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста в суд, администрации места содержания лица

в Кировском районе г, Саратова находится СИЗО № 1, поэтому основная нагрузка по рассмотрению жалоб на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей лежит на Кировском районном суде.

^^^ Козырев Г.Н. Обжалование в суд ареста или продления срока содержания под стражей. // Комментарий к УГОС Под ред. В.Т.Томина. М, 1999. С 376.

ПОД стражей, при получении жалобы, необходимо сначала сообщить об этом прокурору, сатсционировавшему арест (например, по телефону), а затем направить жалобу в суд вместе с сообщением о том, что прокурор уже уведомлен о ее поступлении.

Быстрее всего попадают в канцелярию суда жалобы составленные защитниками или законными представителями арестованных. Это вполне объяснимо: эти лица в большей степени заинтересованы в скорейшем рассмотрении жалобы своих подопечных.

Из 250 изученных нами жалоб 49 (19,6%) было рассмотрено в трехдневный срок. В срок до 10 дней была рассмотрена 151 жалоба (60,4 %). 41 жалоба (16,4 %) была рассмотрена в срок до 20 дней. 3,6 % - девять жалоб суд рассмотрел в срок до 1 месяца с момента поступления в суд. Получается, что более 80 % жалоб судом рассматривается с нарушением установленного срока. Наши данные подтверждают результаты исследований, проведенных в Самарской об- ласти А. Бабенко и В. Яблоковым; «Лишь в 126 (18 %) случаях материалы и объяснения поступали в суд в пределах пяти дней с момента подачи жалоб, в 231 (33 %) случае проходило от 5 до 10 дней, в 170 (24,3 %) случаев - от 10 до 15 дней, а в 87 (12,7 %) случаев этот срок превышал 15 суток»^”^^. Но далеко не всегда виновником этого нарушения выступает суд. Часто судебные заседания приходится откладывать из-за несвоевременной доставки арестованного^’*^ Поскольку производить судебную проверку законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей в отсутствие лица, содержащегося под стражей, можно лишь в исключительных случаях. К таким случаям закон относит: ходатайство арестованного о рассмотрении жалобы в его отсутствие и отказ по собственной инициативе этого лица от }^астия в заседании.

Но у администраций мест содержания под стражей есть оправдание на задержку доставки арестованных: заявка на конвоирование, согласно ведомст-

^^ Бабенко А., Яблоков В. Судебный конгтроль за предварительным расследованием необходимо расширить. // Российская юстиция. 2000. № 6. С, 2.

венному приказу, действующему с 1971 года, должна поступать к исполнителю не позднее двух-трех суток до начала процесса.

Рассмотрение жалобы судьей в месте содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей, конечно, сняло бы проблему несвоевременного доставления арестованного в суд и позволило бы сэкономить на затратах по конвоированию. Но не следует забывать, что суд - это более важный элемент в системе правоохранительных органов, чем следственный изолятор. Ведь не суд существует для следственного изолятора, а наоборот. «Пребывание судьи в помещении следственного изолятора снизит авторитет суда, ущемит высокий ста-

242

туе конкретного судьи»

Вопрос о том насколько быстро попадут в суд материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста имеет большое значение, поскольку отсчет трехдневного срока, предоставленного законодателем суду на рассмотрение жалобы, начинается именно с момента получения судом этих материалов.

Если жалоба на незаконность или необоснованность ареста или продление срока содержания под стражей подана через прокурора следователя или лицо, производящее дознание, то указанные лица в течение суток направляют в суд жалобу вместе с необходимыми материалами и своими объяснениями. В такой же срок материалы должны быть направлены в суд и в случае получения лицом, производящим дознание, следователем или прокурором сообщения от ад- министрации места содержания под стражей о поступивщей жалобе. Примерно четверть всех жалоб, направляемых в суд самим обвиняемым (подозреваемым), подается через лицо, производящее дознание, следователя или прокурора. Нетрудно заметить, что такой способ направления жалобы имеет некоторые преимущества. Так, известно, что жалобы не всегда мотивируются тем, что арест является незаконным и необоснованным, часто в них приводятся и мотивы гу-

Администраціія мест содержания под стражей ссылается при этом на загруженность конвойной службы.

манного характера (наличие заболевания, отсутсгвие судимости). Ознакомившись с содержанием жалобы и определив, тем самым, ее мотивы, следователь может направить в суд необходимые в этом конкретном случае материалы. Такой возможности лишен следователь, уведомляемый о поступлении жалобы судом или администрацией места содержания лица под стражей. К тому же, ознакомившись с мотивами, приведенными в жалобе, следователь может признать их убедительными и самостоятельно изменить обвиняемому (подозреваемому) меру пресечения, не дожидаясь, когда это сделает судья.

В этой связи, можно согласиться с судьей А, Ю. Епихиным, который считает что, оперативнее и целесообразнее было бы администрации мест содержания под стражей адресовать жалобы непосредственно следователю или прокурору, которые обязаны в суточный срок направить судье материалы по жалобе вместе с самой жалобой. Затем судья в течение трех суток с момента получения материалов проверяет жалобу по существу, в течение этхэго же срока у него есть время известить стороны, а также затребовать дополнительные материа-

в статье 220^ УТЖ не сказано, когда направлять материалы, подтвер

ждающие законность и обоснованность ареста в суд, если жалоба подана непосредственно адресату. В данной ситуации судье правильно было бы поступить следующим образом: получив жалобу от защитника или законного представителя обвиняемого (подозреваемого) уведомить телефонограммой или телефаксом прокурора и следователя о наличии жалобы, о необходимости представления материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста и о дне, на который назначено рассмотрение жалобы.

Практика свидетельствует о том, что следователи не всегда укладываются в 24-х часовой срок направления в суд материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста или продления его срока. Мы опросили выбо-

Козырев Г.Н. Судебная проверка законности и обоснованности ареста., Нижний Новгород. 1994. С. 12.

рочно 50 следователей всех районных отделов (управлений) внутренних дел г. Саратова и установили, что только 42 % из них выбрали и подготовили материалы в установленный законом срок; 32 %- проделали эту работу за двое суток; 21 % - за трое суток; 5 % - более пяти суток.

Почему УПК устанавливает такой короткий срок для направления в суд материалов, подгверждаюощх законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей? Очевидно, законодатель стремился обеспечить скорейшую реализацию права арестованного на рассмотрение его жалобы судом. Следователи, нарушающие 24-х часовой срок, могут сослаться в свое оправдание на отсутствие времени в связи с загруженностью большим количеством уголовных дел, находящихся в их производстве. Но есть ли гарантии, что

увеличение срока направления в суд материалов, например, до двух или трех суток, прекратит его нарушение?

Согласно ст. 220’ УПК, материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста или продление срока содержания под стражу должны быть «направлены» в суд в течение 24-х часов. Но направление не гарантирует быстрое попадание указанных документов в суд. Думаем, что уголовно- процессуальное законодательство должно содержать требование не «направить», а «представить» материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста или продление срока данной меры пресечения и объяснения в суд в срок не позднее 48 часов с момента подачи жалобы или уведомления администрации места содержания под стражей, либо суда о наличии таковой.

Согласно нормам общего права Англии всякий задержанный должен был в течение 24-х часов доставляться в суд для проверки оснований содержания под стражей. Однако в 1952 году в этой стране был принят Закон о судах магистратов, в соответствии со ст. 38 этого закона, полицейский офицер, к которому

^^^ Епихин А. Ю- Судебный контроль - прогрессивный принцип. // Рос. Юстиция. 1995. № 2. С.40.

і

^^ Например, О.И. Цоколова предлагает увеличить рассматриваемый срок до трех суток. См.; Цоколова О.И. Применение органами дознания и предварительного следствия мер процессуального принуждения под судебным контролем. Автореф. Канд. дисс. М. 1995. С. 16.

доставлен задержанный, решает, отпустить его под залог или оставить под стражей. При этом данная статья не устанавливает определенного срока, в течение которого арестованный должен быть доставлен к судье для проверки оснований ареста. В ней лишь говорится о том, чтобы арестованный без судебного приказа доставили в суд «настолько быстро, насколько это практически воз- можно»^’^^. Российское уголовно-процессуальное законодательство не приведено в соответствие с основным законом, и арест в нашем государстве производится пока не по судебному решению. Но статьи нашего УПК не содержит таких расплывчатых формулировок, позволяющих лишить человека свободы на практически не ограниченный никакими рамками срок.

Статьи УПК, регламентирующие порядок обжалования и судебную проверку законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, не содержат перечня документов, направляемых в суд в качестве материалов, необходимых для рассмотрения жалобы. Не предусматривал такого перечня и Устав уголовного судопроизводства Российского государства, в ст. 499 было сказано так: «Поданная жалоба с надлежапщми по ней объясне- ниями должна быть отправлена по принадлежности». «Точно так же ни УПК Франции, ни УІЖ ФРГ, ни процессуальные законы Англии не вводят поименного перечня документов, представляемых полицией в обоснование законности производимого ареста. Это обусловлено тем, что органы, осуществившие арест, прежде всего сами заинтересованы в представлении большего количества доказательств законности и обоснованности произведенного действия»^’’^.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 3 постановления от 27 апреля 1993 года, разъяснил какие именно документы должны содержать материалы, направляемые в суд для проверки законности и обоснованности ареста: надлежаще заверенные копии постановления о возбуждении уголовного дела, протокола задержания подозреваемого, постановления о привлечении в качестве обвиняе-

См.: Гуценко К.Ф. Указ. соч. С. 73, ^^ Дмитриевская С О. О судебном контроле за арестом и содержанием под стражей. // Со

ветская Юстиция 1992, № 7-8., стр. !4.

МОГО, постановления о применении заключения под стражу в качестве меры пресечения, протоколов допроса подозреваемого и обвиняемого, а так же сведения об их личности и другие данные. При обжаловании продления срока содержания под стражей в суд представляется также надлежаще заверенная копия постановления о продлении срока этой меры пресечения. Для правильного и объективного разрешения жалобы судья вправе истребовать необходимые

247

материалы по своей инициативе

Согласны с Г.Н. Козыревым, который считает, что непредставление перечисленных документов в копиях не должно являться основанием для удовлетворения жалобы обвиняемого и освобождения его из-под стражи, поскольку объем направляемых в суд материалов должен определяться, прежде всего, из обстоятельств, изложенных в жалобе

г

Ошибочным считаем мнение О.И. Цоколовой, полагающей, что при необходимости в суд могут быть направлены в копиях протоколы допросов свидетелей, заключения экспертиз и другие, содержащиеся в уголовном деле документы, если они подтверждают участие обвиняемого в совершении преступле- ния^’^^. Судья, разрешающий жалобу, должен проверить законность и обоснованность заключения и содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей, а не наличие доказательств, поіїгверждающих участие его в совершении преступления. Указанные данным автором документы действительно необходимо направить в суд, если они свидетельствуют, например, о намерении обвиняемого скрыться от следствия и суда или препятствовать установлению истины по делу.

При изучении жалоб на незаконный и необоснованный арест в Кировском суде г. Саратова, было установлено, что очень часто (70 % случаев) арестованные и их защитники ссылаются в них на положительные характеристики, со-

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. № 7. ^^^ См.: Козырев Г.Н. Судебная проверка законности и обоснованности ареста. Нижний Нов-

^ город. 1994. С. 20.

249

Цоколова О.И. Применение органами дознания и предварительного следствия мер процессуального принуждения под судебным контролем. Дисс. канд. юр. наук. М. 1995. С. 78.

стояние здоровья, отсутствие судимостей, наличие постоянного места жительства, малолетних детей и т.д. Поэтому в целях подтверждения или опровержения указанных обстоятельств необходимо направить в суд как можно больше документов о личности обвиняемого (подозреваемого). Например, такие, как характеристики, справки о состоянии здоровья, справки о судимости, о регистрации по месту жительства, сведения о фактическом месте жительства, свидетельства о заключении брака и рождении детей, справки о занятости или на- оборот, сведения об отсутствии у лица, содержащегося под стражей постоянного источника дохода и т.д.

Правильно пишет А. Епихин, что, не имея в перечне поступивших к судье материалов других документов, помимо постановления о продлении сроков содержания под стражей нельзя проверить обоснованность продления. Можно проверить только его законность, то есть, что постановление вынесено уполномоченным лицом, в установленные законом сроки, санкционировано уполномоченным прокурором и в пределах его компетенции, имеются соответствующая печать, подписи. Он считает, что для подтверждения обоснованности про- дления сроков данной меры пресечения следователю необходимо предоставить такие документы, которые подтверждали бы действительность невозможности закончить уголовное дело исходя из конкретных причин, подтвержденных документально (неполучение заключения экспертизы, данных о личности, необходимость проведения дополнительных следственных действий), а так же необходимость содержания лица под стражей при одновременном устранении причин, послуживших продлению его срока^^^.

Точно так же, судья, рассматриваюищй жалобу, не сможет установить, обоснованно ли избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, если в его распоряжении не будет материалов, содержащих фактические данные, указывающее на наличие оснований для применения меры пресечения (ст. 89 УПК) и обстоятельств, учитываемых при этом (ст. 91 УПК).

^^^ Епихин А Ю. Указ соч С. 39

Обзоры судебной практики проверки законности и обоснованности ареста, сделанные Верховным Судом РФ, свидетельствуют, что имеет место недостаточно полное предоставление материалов в некоторые суды. Эти материалы не всегда отвечают предъявляемым требованиям. Суды же в нарушение закона порой запрашивали у ттрокурора не материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста, а уголовное дело^^’.

Об этом свидетельствуют и проведенные нами исследования: более, чем в половине случаев (52 %), следователи направляли в суд оригиналы материалов уголовного дела, а в 15 % случаев - все уголовное дело. Такая практика, конечно же, не законна и должна искореняться, так как может привести к негативным последствиям. Верховный Суд РФ в Обзорах судебной практики неоднократно указывал на это: предоставление в суд всего порой многотомного уголовного дела, по которому еще не заверщено расследование, последующая гласная проверка судьей с участием сторон всех имеющихся в деле материалов не основана на законе и может серьезно помешать дальнейшему расследованию уголовного дела, а в ряде случаев поставить под угрозу личную безопасность потерпевших, добросовестных свидетелей, кроме того, пересылка дела по почте и нахождение его в суде прерывает следствие, что удлиняет сроки расследования, а значит, содержания под стражей. Трудно представить, как судья может предъявить в уголовном деле материалы арестованному и его защитнику, и в то же время не дать возможности знакомиться им со вс^ми остальными материалами уголовного дела, с которыми следователь, по оперативным причинам не вправе до

252

окончания следствия знакомить указанных лиц

Правда следователь не всегда располагает необходимыми для копирования техническими средствами, к тому же намного легче направить в суд все уголовное дело, чем тратить драгоценное время на выбор и копирование документов из него. Тем не менее, эти доводы не могут и не должны быть оправданием нарушения закона.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995, 2. С. 15.

Подозреваемый и обвиняемый, согласно ч.2 ст. 52 и ч.З ст. 46 УТЖ имеют право на ознакомление с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. Таким же правом, в силу ч. 2 ст. 52 УПК, обладает и защитник с момента допуска к участию в деле. Содержащееся во всех трех вышеперечисленных нормах слово «направляемыми» (а не «направленными» или «представленными»), по-видимому, предполагает, что ознакомление указанных лиц с ма- териалами должен производить следователь. Ознакомление с указаЕшыми материалами - обеспечение права обвиняемого (подозреваемого) на защиту. Это право, согласно ст. 19 УПК, должны обеспечить лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд. Но Верховный Суд РСФСР указал, что осуществление права обвиняемого на защиту при проведении предварительного следствия возлагается на следственные органы^^^. В то же время, защитник или арестованный могут заявить ходатайство в суде об ознакомлении с материалами, поступившими в суд для подтверждения законности и обоснованности ареста.

24-х часов следователю и прокурору не всегда бывает достаточно, чтобы удовлетворить ходатайство обвиняемого (подозреваемого) и защитника об ознакомлении с рассматриваемыми материалами. В этом случае судья должен предоставить указанным лицам время для ознакомления с материалами, а не возвращать их следователю, чтобы именно он ознакомил лицо, содержащееся по стражей и его защитника с этими материалами.

Существует мнение, что ознакомление обвиняемого, подозреваемого, защитника с материалами уголовного дела, предварительное следствие, по кото-

^ Nil

рому еще не окончено, может помешать расследованию . Мы считаем, что к такому результату может привести лишь ознакомление указанных лиц с материалами всего уголовного дела. Но в большинстве случаев, в качестве материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста или продления сро-

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. №9. С 8; 1995,№2. С 15 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1982. № 5. С. 9. Цоколова О.И. Указ. соч. С.82-83., Козырев Г.Н. Указ. соч. С. 22.

ка содержания под стражей, направляются такие документы, которые либо составлялись при непосредственном участии подозреваемого, обвиняемого, их законного представителя или защитника, либо предъявлялись этим лицам для ознакомления сразу же после составления. Но даже если вероятность того, что обвиняемый или подозреваемый, ознакомившись с материалами, помешает расследованию, была бы велика, отменить это право арестованных все равно было бы нельзя. Потому как ознакомление со всеми материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста - гарантия принципа обеспечения права обвиняемого (подозреваемого) на зашиту. Тем не менее, некоторые авторы высказывают предложение отменить право обвиняемого (подозреваемого) и защитника на ознакомление со всеми материалами,

255

’’ направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста

Согласиться с таким мнением ни в коем случае нельзя. Для того, что бы хоть как-то избежать негативных последствий от использования информации, полученной из материалов неоконченного расследованием уголовного дела. Верховный Суд РФ предложил предупреждать защитника, законного представителя, переводчика о недопустимости разглашения данных предварительного следствия или дознания без разрешения прокурора, следователя или лица, производящего дознание. Об этом у указанных лиц отбирается похшиска с предупреждением об ответственности по ст. 310 УК РФ.

Естественно действие этой подписки не распространяется на взаимоотношения защитника с обвиняемым. «Создавать несуразную тайну между этими участниками - значит подрывать институт доверия, на котором строится защита по уголовному делу»^^*’.

Лицо, производящее дознание, следователь и прокурор при необходимости могут направить в суд свои объяснения, подтверждающие законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей (ч.З ст.

См.: Кожевников И. О проекте УПК // Уголовное право, 1997, К® 3, С. 20, Цоколова О.И. Указ. автореф. С.8; Винницкий Л. Уравнять права сторон в уголовном процессе. // Российская юстиция. 1999. № 6, С. 43.

220 УПК). По нашим данным, в 35 % случаев в материалах, направленных в суд, содержались такие объяснения. Причем эти документы не всегда именовались «объяснением». Их называли и «справками», и «сопроводительными письмами», и даже «заключениями». М. Селезнев предлагает именовать указанный документ постановлением, мотивируя это тем, что согласно п. 12 ст. 34 УПК, все решения лица, производящего дознание, следователя, прокурора, принятые при производстве предварительного следствия и дознания кроме об- винительного заключения, облекаются в форму постановдений^^^. С таким предложением вряд ли можно согласиться. В объяснении указанные лица приводят доводы относительно необходимости принятого ранее решения (о применении ареста или продлении его срока), а не принимают какое-то самостоятельное решение. Думаем, что название рассматриваемого документа, предусмотренное ч. 3 ст. 220^ УПК вполне подходящее и не требует изменений.

f

арестов. / Законность. 1993. № 7 С. 43

258

См.: Селезнев М Указ. соч С. 43

Объяснение - это не своеобразньтй оправдательный документ по поводу процессуальных нарушений, а процессуальный документ в обоснование необ- ходимости содержания подозреваемого или обвиняемого под стражей . Думаем, что объяснения, о которых мы ведем речь, следует использовать для подтверждения законности и обоснованности ареста как можно чаще. В таком объяснении можно указать данные, подтверждаюище, что избрание этой меры пресечения (или продление срока ее действия) действительно было необходимо. При этом, не отражая полного содержания документа, из которого получены эти данные, и сохраняя, тем самым, следственную тайну. Следователь или прокурор, не имеющие возможности присутствовать в суде при рассмотрении жалобы, могут высказать в объяснении свое мнение по поводу освобождения обвиняемого (подозреваемого) из-под стражи и возможных отрицательных последствиях такого освобождения.

Козьфев Г.Н. Указ. соч_ С, 22.

Селезнев М. Процессуальные вопросы судебной проверки законности и обоснованности

fi

О.И. Цоколова полагает, что объяснения, по смыслу закона, не входят в перечень материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста, и поэтому не должны предъявляться для ознакомления обвиняемому, подозреваемому и зашитнику^^^. Мы не согласны с таким мнением. То, что об объяснениях лица, производящего дознание, следователя и прокурора в ч.З ст. 220’ УПК говорится отдельно, и то, что этот документ не является обязательным при рассмотрении жалобы, не означает, что его составление и направление в суд не преследует цели подтвердить законность и обоснованность ареста. А это говорит о том, что объяснения необходимо предъявлять для ознакомления арестованному лицу, а так же его законному представителю или защитнику наряду с другими материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста и продления срока содержания под стражей.

Лицо, содержащееся под стражей, его защитник и законный представитель могут представить в суд соответствующие данные, необходимые, по их мнению, для правильного и объективного разрешения поданной жалобы^^\ Это право указанных лиц очень важно, поскольку такие данные могут стать одной из причин удовлетворения судом жалобы. Ведь следователь, готовя материалы для направления в суд, старается выбрать из уголовного дела такие данные, ко- торые бы подтверждали законность и обоснованность принятого им решетая. Значит для обеспечения принципа состязательности, лицо, содержащееся под стражей, его защитник или законный представитель должны представить судье такие данные, которые свидетельствовали бы об обратном. К таким данным можно отнести различные медицинские справки, истории болезней, характеристики и т. д. Например, среди обстоятельств, повлиявщих на принятие судьей решения об удовлетворении жалобы, таких как отсутствие прежней судимости, положительные характеристики, возмещение ущерба, было предоставление защитником в суд медицинской справки о том, что арест обвиняемого стал при-

Цоколова О И, Указ. соч. С 84. ^^ Постановление Верх. Суда РФ от 27 апреля 1993 г. Бюллетень ВС РФ 1993. №7. п. 3

ЧИНОЙ угрозы прерывания беременности его Мы считаем, что право

арестованного, его защитника или законного представителя представлять в суд ^ данные, свидетельствующие об отсутствии необходимости содержания лица

под стражей, нужно закрепить в УПК. В этом случае ч. 2 ст. 52,ч. 3 ст. 46 и ч. 2 I ст. 51 УПК дополнить соответственно, правом подозреваемого, обвиняемого и

защитника представлять в суд, осуществляющий проверку законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей данные, необходимые, для правильного и объективного разрешения поданной жалобы.

Важным считаем вопрос о периоде времени, в течение которого можно обжаловать арест. Хотя УТЖ не содержит прямых указаний, но по смыслу закона, жалобы на незаконный и необоснованный арест можно приносить в суд с момента вынесения постановления о заключении под стражу до направления уголовного дела прокурором в суд.

Следует лишь заметить, что в случае, если на момент подачи жалобы или ее рассмотрения будет установлено, что уголовное дело в отношении лица, содержащегося под стражей, передано в суд в порядке ст. 217 УПК, то жалоба направляется в тот же суд и рассматривается в соответствии со ст.,ст. 222 и 223 УПК^^І

По этой причине направлены по подсудности в другие суды города и области 106 жалоб на незаконный и необоснованный арест (13%) из 803 посту- Щ пивших в Кировский районный народный суд г. Саратова в 1998 и 1999 годах.

Проведенные нами исследования показывают, что в пределах пяти суток после ареста подано 11 % жалоб, 27 % - в срок до 15 суток, в срок до одного месяца - 19 %, остальные 43 % жалоб были поданы в суд спустя месяц после заключения под стражу.

В юридической печати неоднократно высказывались предложения о сокращении сроков обжалования ареста или продления срока содержания под

Производство по жалобе № 301/ 98. Архив Кировского районного суда г. Саратова. ^^^ Постановление Верх Суда РФ от 27 апреля 1993 г. Бюллетень ВС РФ 1993 №7. п. 11

стражей. Так, М. Селезнев предлагает ограничить возможность судебной проверки законности и обоснованности ареста временем поступления уголовного дела прокурору с обвинительным заключением^^^. Но ведь прокурор, согласно п. 2 ст. 214 УПК, может вернуть уголовное дело в орган дознания или предварительного следствия для производства дополнительного расследования или, согласно п. 4 этой же статьи - для пересоставления обвинительного заключения. Тогда обвиняемый будет лишен возможности воспользоваться правом на рассмотрение судом его жалобы, а этого допускать нельзя.

Прокзфор г. Саяногорска В. Неткачев, предлагает предусмотреть в законе направление арестованным жалобы в суд в течение первых десяти дней после задержания, которые он отбывает в изоляторе временного содержания. Он мотивирует свое предложение тем, что «невиновному человеку незачем ждать ме- сяца-двух для направления подобной жалобы»^^. Очевидно В. Неткачев неправильно понимает цель направления в суд жалобы. Последнюю подает в суд не тот, кто не совершал преступления, а тот, кто считает свой арест незаконным или не намерен скрываться от следствия, препятствовать установлению истины по делу и т.д.

Предлагает установить срок обжалования ареста или продления срока содержания под стражей в течение 7-10 суток с момента вручения обвиняемому соответствующего уведомления, и О.И. Цоколова^^^. Мы не согласны с мнением указанных авторов. Следствие по уголовному делу, иногда длится долгие месяцы, за это время многое может измениться. Например, обвиняемый в процессе следствия давал правдивые показания, раскаялся в содеянном, возместил причиненный ущерб, добровольно помогал обнаружить местонахождение похищенного имущества или орудий преступления, все основные доказательства по делу уже собраны. К тому же за период нахождегшя обвиняемого в следст-

263

Селезнев М. Указ. соч. С. 43. Неткачев В. Судебное обжалование арестов. // Законность 1993. № 7. С. 32. Цоколова О.И. Применение органами предварительного следствия и дознания мер процессуально принуждения под судебным контролем. Автореф. Дисс. канд. юр, наук. М. 1995. С. 16.

венном изоляторе у него может обостриться какое-либо заболевание, признаки которого не наблюдались на момент принятия решения об избрании меры пресечения^^. В этом случае вероятность того, что суд удовлетворит жалобу обвиняемого намного выше, чем, если бы она бьлла подана сразу же после вынесения постановления о заключении под стражу. Об этом не могут не догадываться защитник и обвиняемый.

Некоторые неудобства, которые создает возможность обжалования ареста в любой момент расследования, не могут и не должны служить основанием для умалеБшя прав обвиняемого. Учитывая все вышесказанное, мы считаем нецелесообразным сокращение срока, в течение которого возможно обжалование ареста или продления срока содержания под стражей. Необходимо, по нашему мнению, дополнить ч. 1 ст. 220^ УПК указанием на пределы обжалования ареста или продления срока содержания под стражей, с момента уведомления о вынесении соответствующего постановления до направления уголовного дела в суд.

Изучение жалоб свидетельствует о том, что мотивами для изменения меры пресечения в них не всегда выступают незаконность или необоснованность ареста. Из 250 изученных нами жалоб 10 % содержали лишь просьбу об освобождении из-под стражи, без указания каких-либо мотивов. Примерно в половине случаев, арестованные и их защитники предлагали суду учесть при рас- смотрении жалобы такие обстоятельства как слабое здоровье обвиняемого (подозреваемого), наличие у него малолетних детей или престарелых родителей, отсутствие судимости. И лишь 40% жалоб содержало указание на отсутствие оснований для заключения под стражу или нарушения закона. Из них 10% жаловались на необоснованное продление срока содержания под стражей, 12% -

^^ Ни для кого не секрет, в каких условиях содержатся в СИЗО арестованные. На 1 мая 2000 г. в 182 СИЗО, 13 тюрьмах и 141 помещении, функционирующем в режиме СИЗО, находилось 279, 8 тыс. человек, что составило 223, 5 % от лимігга наполнения. // Российская Юстиция 2000 № 7. С. 62; По данным В.И. Руднева, заболеваемость туберкулезом в СИЗО в 17 раз выше, чем на свободе. Руднев В.И. Зашита прав арестованного (задержанного). // Законность. 1993. №9. С. 38

на отсутствие оснований (ч. 1 ст. 89 УПК) и неучтение обстоятельств (ст. 91 УПК), 7% - на нарушение норм УПК, остальные 11 % указывали в жалобе на невиновность в совершении преступления, отсутствие доказательств вины.

По данным А. Драченова и Э. Тенчева, только 39, 2 арестованных и их адвокатов жаловались на отсутствие оснований к аресту или допущенные в ходе следствия нарушения закона, в остальных случаях фигурировали мотивы гуманного характера или вообще не приводились никакие мотивы, но содержа- лась просьба об освобождении из-под стражи

В статьях УПК не содержится никаких требований относительно содержания и формы жалобы на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей. Правда п.З постановления № 6 Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 1994 года дается следующее разъяснение: «Нечеткость формулировок жалобы (например, просьба об изменении меры пресечения без ссылки на незаконность или необоснованность ареста) не может

слзокить поводом для отказа в принятии ее к производству

Однако некоторые авторы полагают, что жалобы, не содержащие указаний на незаконность или необоснованность ареста, являются ходатайствами об изменении меры пресечения, которые в соответствии со ст. 101 УПК, могут быть

269

разрешены прокурором следователем или лицом, производящим дознание Мы категорически не согласны с мнением этих авторов. Во-первых, лицо, содержащееся под стражей, в силу юридической неграмотности может не знать, какими критериями определяется законность и обоснованность ареста, но может совершенно точно осознавать отсутствие желания скрываться или чинить

270

Препятствия расследованию , и как следствие этого, возмущаться лишением свободы. Правда, эту проблему можно решить, если, как уже говорилось выше.

^^^ Драченов А., Тенчев Э. Судебная проверка законности и обоснованности арестов. / Советская юстиция. 1993. № 19. С 23. ^^ Бюллетень ВС РФ. 1995, № 1 С. 4

і

Цоколова О И Указ соч. С. 17, Драченов А., Тенчев Э. Указ, соч. С. 23. Чаще всего в постановлении о заключении под стражу указаны именно возможность обвиняемого скрыться от следствия и суда и воспрепятствования установлению истины по де- лу.

жалобу будет составлять защитник. Во-вторых, жалобы, содержащие просьбы об изменении меры пресечения по причине болезни, тяжелого семейного положения, отсутствия судимости и т.д., по существу являются жалобами на необоснованное применение заключения под стражу, поскольку перечисленные обстоятельства, согласно ст. 91 УТЖ, в совокупности с обстоятельствами, содержащимися в ч. 1 ст. 89 УПК, составляют основания для применения меры пресечения. И если следователь, принимая решение о выборе конкретного вида меры пресечения, не учтя указанные обстоятельства, применил самую строгую из них, значит, он сделал это необоснованно. В-третьих, причиной отсутствия в жалобе указаний на незаконное или необоснованное применения ареста может быть тот факт, что постановление о применении меры пресечения вьшесено в полном соответствии с законом и обоснованно, но вследствие изменения обстоятельств основания для ареста отпали, и нет необходимости в дальнейшем содержании лица под стражей. Приведем пример: Б. был арестован по подозрению в совершерши преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159 УК РФ. Он подал жалобу в Кировский районный суд г. Саратова с просьбой изменить ему меру пресечения по причине того, что он ранее не судим, имеет на иждивении малолетних детей, не намерен скрываться от следствия. Судья, удовлетворяя жалобу, привел следующие мотивы: Б. был задержан по подозрению в совершении тяжкого преступления, но обвинение ему предъявлено по 327 ст. УК РФ (небольшой тяжести), в настоящее время отпали основания для дальнейшего содержания Б. под стражей, т.к. он признал вину в предъявленном ему обвинении, а, следовательно, не будет препятствовать установлению истины по делу, ранее не судим, имеет постоянное место жительства, на иждивении у него двое малолетних детей, преступление небольшой тяжести^^’.

Таким образом, жалоба, направленная в суд в порядке ст. 220^ УПК, с просьбой о замене ареста мерой пресечения, не связанной с лишением свободы.

271

производство по жалобе № 311/98, архив Кировского районного суда г. Саратова.

без указания на незаконность или необоснованность применения ареста, долж-

на быть рассмотрена судом в порядке ст. 220 УПК.

Принесение жалобы впредь до ее разрешения не приостанавливает действия постановления о применении заключения под стражу в качестве меры пресечения и не влечет освобождения лица из-под стражи, если это не найдет нужным сделать лицо, производящее дознание, следователь или прокурор (ч. 4 ст. 220^ УПК). Это означает, что указанные лица, при получении жалобы или уведомлении о наличии таковой, должны сразу же проверить сохраняется ли необ- ходимость дальнейшего содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей, и в случае, если такая необходимость отпала, изменить меру пресечения на более мягкую или отменить ее вообще. Прокурору, надзирающему за следствием, при получении сообщения о том, что арестованный написал жалобу, необходимо еще раз проверить материалы уголовного дела и немедленно устранить обнаруженные нарушения закона.

Если подача лицом, содержащимся под стражей в суд жалобы на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей, стала причиной отмены или изменения указанной меры пресечения следователем или прокурором, то судья выносит постановление о прекращении произ- водства с з^занием причины принятого решения (в соответствии с п. 12 ст. 34 УПК, всякое решение, принятое судьей единолично, должно иметь форму постановления).

Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, несмотря на некоторые трудности в применении, все же является важной процессуальной гарантией свободы и неприкосновенности личности и реальным шагом на пути к приведению уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Конституцией РФ. В настоящее время внесение в УПК изменений, позволяющих применять арест в качестве меры пресечения только по решению суда, невозможно в основном из-за

недостатка денежных средств^^^. Поэтому необходимо попытаться внести изменения в уже действующий институт судебной проверки законности и обоснованности ареста для того, что бы его нормы действовали более четко, компенсируя отсутствие в уголовном судопроизводстве возможности применять арест в качестве меры пресечения только по решению суда.

272

Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 г. Бюллетень ВС РФ 1993. №7. п. 10.

к

^^ См.: Когда аресты начнет санкционировать суд? // Российская юстиция. 2001. № 3. С. 10.

152

    1. Судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей

Судебная проверка законности и обоснованности заключения под стражу в качестве меры пресечения, а равно законности и обоснованности продления срока содержания под стражей производится судьей по месту содержания лица под стражей (ч. 1 ст. 220 УПК). Это, конечно же, не означает, что жалобу на незаконный и необоснованный арест нужно рассматривать в стенах следственного изолятора (положительные и отрицательные стороны такого толкования рассматриваемой нормы уже указывались выше). Проведенные нами исследования свидетельствуют о том, что почти все жалобы рассматриваются в помещении суда, судьей того района или городского суда, на территории которого находится следственный изолятор (изолятор временного содержания, тюрьма). Согласно ст. 7 и 8 Закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заклю-

274

чение под стражу, предназначены следственные изоляторы .

По месту расследования уголовного дела рассматриваются жалобы подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых вынесено постановление о за-

275

ключении под стражу, которое реально не исполнено

Положение Ч.1 ст.

220^ УПК привело к тому, что в больших городах суды, в районе деятельности которых находится следственный изолятор, оказались загружены большим количеством жалоб на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей. В связи с этим Верховный Суд РФ одобрил практику организации равномерного распределения нагрузки

Собрание законодательства РФ. 1995 г № 25. Ст. 2964.

275

Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке конституционности ст. 220’- 220^ УТЖ в связи с жалобой гр. Аветяна / Собрание законодательства РФ. 1995 год. №

  1. ст. 1764.

J 53

И оперативного рассмотрения жалоб за счет расширения круга судов, разрешающих такие жалобы^^^.

Предусмотренный законом порядок рассмотрения жалоб, на практике приводит к значительным трудностям. Проблема в том, что нередко место проведения расследования и место, где находится арестованный, содержание которого под стражей обжалуется, расположены на значительном расстоянии друг от друга. И прокурор, дававший санкцию на арест, и заинтересованный в результате проверки, испытывает большие трудности в прибытии в суд, рассматривающий жалобу. Если жалоба подана не через следователя или прокурора, то последние уведомляются об этом спустя продолжительное время, удлиняются сроки представления в суд материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста. Все эти трудности одновременно исчезли бы при рассмотрении жалоб на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей судами по месту проведения расследования.

Положением территориальной подсудности руководствовались, очевидно, и создатели статьи 104 проекта УПК, согласно ч. 3 которой, постановление о возбуждении ходатайства о применении заключения под стражу в качестве меры пресечения подлежит рассмотрению судьей районного суда по месту производства предварительного следствия либо по месту задержания.

Правда, если проверку будут производить суды по месту проведения расследования, то могут возникнуть трудности с доставкой в эти суды жалоб, поданных через администрацию места содержания лица под стражей. Но их можно избежать, если жалобы будут передаваться в суд, например, по факсу, или приноситься в суд непосредственно защитником или близкими родственниками арестованного. А что касается доставки самого арестованного в суд, то, думаем, это будет сделать не сложнее, чем конвоировать его, например, к следователю для проведения следственных действий.

^^^ о практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей // Бюллетень ВС РФ. 1993. № 9. С. 9.

Согласно Ч. 1 ст. 60 УПК, судья, проверявший законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей, не может участвовать в рассмотрении того же дела в суде первой и второй инстанции или в порядке надзора, однако вправе рассматривать повторную жалобу в поряіосе, предусмотренном ст.220^ УПК.

Эта норма, очевидно, должна служить гарантией объективности судьи, но на самом деле она создает лишь ненужные трудности. После рассмотрения жалобы в порядке ст. 220^ УПК судьей односоставного суда, в самом деле, теряется возможность для рассмотрения уголовного дела по существу, по этой причине приходится передавать дело в другой суд, что не может не сказаться на сроках рассмотрения уголовных дел. Непонятно, почему тогда законодатель разрешил судье перед рассмотрением дела по существу изменить или отменить ранее избранную обвиняемому меру пресечения (ч. 5 ст. 222 УПК)?

Разрешая жалобы на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей, судья не предрешает исход неоконченного расследованием уголовного дела, поэтому считаем рассматриваемое ограничение (ч.1 СТ.60 УПК) не оправданным.

Все вышеперечисленное позволяет нам сделать вывод о необходимости внесения изменений в Ч.1 ст. 220^ УПК: «Судебная проверка законности и обоснованности применения заключения под стражу в качестве меры пресечения, а равно законности и обоснованности продления срока содержания под стражей производится судьей по месту производства предварительного следст- вия или дознания по делу».

Исследование судебных производств по жалобам свидетельствует о том, что в них крайне редко указывается дата поступления в суд материалов, подтверждающих законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей. По этой причине довольно сложно установить, соблюдается ли установленный законом трехдневный срок рассмотрения жалобы, исчисляющийся с момента поступления в суд указанных материалов. Обычно про- 155

ХОДИТ около 9 дней с момента поступления жалобы в суд до принятия решения по ней. Однако есть случаи, когда этот срок производства проверки значительно превышается. Примером волокиты может служить отношение к рассмотрению жалобы П. (Владимирская обл.). 21 октября 1993 года он обратился в Муромский гор. нар. Суд, который, в свою очередь, направил в Ленинский рай. нар. суд, так как располагал информацией, что П. находится в СИЗО (на терри- тории Ленинского района). Туда жалоба поступила 9 ноября 1993 года и 8 декабря того же года была возвращена в Муромсісий гор. нар. суд , который в декабре вновь направил жалобу в Ленинский рай. нар. суд, хотя тем же Муромским гор. нар. судом 18 ноября 1993 года, дело П. уже было рассмотрено по существу . Этот пример еще раз подтверждает необходимость рассмотрения жалоб судом по месту проведения расследования по делу.

Верховный Суд РФ отмечает, что нарушение судами сроков рассмотрения жалоб вызвано как недостатками в работе конвойных подразделений по обеспечению доставки в судебное заседание лиц, содержащихся под стражей, так и неудовлетворительной организацией этой работы в самих судах.^^^

Некоторые авторы полагают, что срок, в течение которого нужно произвести проверку жалобы после получения материалов необходимо увеличить^^^. Считаем это предложение умаляюпдам права обвиняемого (подозреваемого) на безотлагательное рассмотрение судом жалобы на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей. Более того, думаем, что исчислять срок, в течение которого суду нужно рассмотреть жалобу, необходимо не с момента поступления в суд материалов, а со дня поступления туда самой жалобы на незаконный и необоснованный арест. Это позволит сократить период времени с момента подачи жалобы до принятия судьей решения по ней, чем будет обеспечена скорейшая реализация права арестованного на проверку судом законности и обоснованности примененной к нему меры пресечения.

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 2. С. 13, Бюллетень ВС РФ. 1995, № 2. С. 13. ^^^ См.: Епихин А. Указ. соч. С. 40; Цоколова О.И. Указ. автореф С. 16.

Материалы могут очень долго не поступать в суд, это приводит к тому, что заседание по рассмотрению жалобы приходится откладывать на неопределенное время. Конечно, это предложение применимо только в том случае, если загруженность судов поступающими в порядке ст. 220^ УТЖ жалобами будет уменьшена возможностью их рассмотрения судами по месту проведения пред- варительного следствия и дознания. Часть 2 ст. 220 УПК можно было бы представить в следующей редакции: «Судья проверяет законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей не позднее 3 суток со дня поступления жалобы в суд».

Судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей производится в закрытом заседании (ч. 3 ст. 220^ УПК). Наши исследования показывают, что это требование закона соблюдается на практике. Однако В. Руднев полагает, что нужно сделать процесс судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей гласным. Он мотивирует это тем, что именно гласность отличает деятельность суда от предварительного следствия и именно она может способствовать объективности при решении вопросов об освобождении из-под стражи^^. Но если рассмотрение жалоб будет носить публичный характер, то это может привести к разглашению данных предварительного следствия. Согласно ст. 18 УПК, принцип гласности действительно присущ стадии судебного разбирательства уголовного дела, но судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей производится на стадии предварительного следствия. А требование гласности не распростра- няется на другие стадии уголовного процесса. Более того, ст. 139 УПК специально ограничивает гласность дознания и предварительного следствия. Поэтому согласиться с предложением В. Руднева нельзя.

2X0

В УПК есть указание на то, что в судебной проверке законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей должен участво-

Руднев В- Защита прав арестованного (задержанного) // Законность. 1993. № 9. С. 38.

вать npoicypop, HO ничего не говорится о том, какой именно прокурор. Непонятно, должен ли это быть прокурор, дававший санкцию на арест или помощник прокурора, участвующий в судебном рассмотрении уголовных дел из прокуратуры того района, где находится суд, осуществляющий проверку. В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 года говорится лшпь о том, что о поступлении жалобы в суд уведомляется прокурор, осуществляющий надзор за дознанием и предварительным следствием^^\ Именно он обязан в течение 24 часов с момента получения уведомления направить в суд материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста. Совершенно очевидно, что участие в судебном заседании по рассмотрению жалобы прокурора того района, где находится суд, носит формальный характер. Такой прокурор чаще всего не знаком с обстоятельствами, положенными в основу решения о применении меры пресечения в виде заключения под стражу. В то же время, не каждый прокурор, санкционировавщий арест и вызванный в судебное заседание, сможет принять в нем участие по причине того, что прокуратура порой находатся на значительном расстоянии от суда, рассматривающего жалобу. На практике необходимость вызывать в заседание по проверке законности и обоснованности ареста прокурора, воспринимается по- разному. Так, по данным Л. Масленниковой, Свердловский рай. нар. суд Москвы вызывает в заседание районного прокурора, а Куйбышевский рай.нар. суд столицы - прокурора, санкционировавшего арест^^^. В Нижегородской области в судебное заседание

так же вызывается прокурор, осуществляющий надзор за дознанием и предва- рительным следствием по делу, в связи с которым поступила жалоба . Проведенные нами исследования свидетельствуют о том, в Кировский районный суд г. Саратова для участия в проверке вызывается прокурор, осуществляющий

^^^ Бюллетень Верховного Суда РФ 1993. № 7, п. 5.

^^^ Масленникова Л. Обжалование и судебная проверка законности и обоснованности ареста

// Законность. 1993. № 2 С 24.

Mr

^^^ Козырев Г.И. Судебная проверка законности и обоснованности ареста. Нижний Новгород. 1994. С, 40,

158

надзор за следствием того района, в котором производится дознание или предварительное следствие по делу.

Различного толкования требования закона можно было бы избежать, если бы жалобы на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей рассматривал суд по месту проведения дознания или предварительного следствия. Тогда в суд вызывались бы прокуроры, санкционировавшие арест, которые в большей степени заинтересованы подтвердить законность и обоснованность принятого ими решения.

Прокуроры, вызванные для участия в проверке, реально присутствовали в суде лишь в 30 % случаев. Причиной их неявки выступали не только отдаленность прокуратуры от суда, но и занятость по служебным делам. Это еще раз подтверждает необходимость как можно чаще направлять в суд вместе с материалами, подтверждающими законность и обоснованность ареста, объяснения прокурора.

В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.04.93 г. разъясняется, что закон предусматривает участие защитника в судебной проверке законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей при условии, что он уже участвует в деле. Однако, если обвиняемый или подозреваемый одновременно с подачей жалобы лицу, производящему дознание, следователю, прокурору или в суд заявляет ходатайство об участии в судебной проверке избранного им защитника, то указанные должностные лица или судья должны принять меры к обеспечению участия в проверке этого защитника. При невозможности последнего явиться в суд в течение длительного срока названные должностные лица вправе предложить лицу, содержащемуся

под стражей, пригласить другого защитника или назначить ему защитника че-

284

і

рез коллегию адвокатов

Если обвиняемый (подозреваемый) заявляет ходатайство об участии защитника в судебной проверке непосредственно в судебном заседании, то и в

^^ Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. № 7. С. 4.

159

ЭТОМ случае судья должен принять соответствугошие меры, даже если для этого придется отложить рассмотрение жалобы.

«Длительным сроком», по мнению Г.Н. Козырева, является период време- ни более пяти суток (ч.2 ст. 201 УПК) Пятидневный срок для замены защитника предусмотрен законодателем при ознакомлении обвиняемого со всеми материалами дела. Проверка же по жалобе на незаконный и необоснованный арест должна быть завершена не позднее трех суток со дня получения материалов, подтверждающих законность и обоснованность избрания данной меры пресечения. Поэтому в данном случае ждать, когда явится выбранный арестованным защитник, столь длительный срок не приемлемо. Если обвиняемый (подозреваемый) одновременно с подачей жалобы заявит ходатайство об участии в судебной проверке избранного им защитника, то в целях скорейшего рассмотрения жалобы и соблюдения установленного законом срока, правильно было бы подождать указанного защитника в течение суток, а затем предложить обвиняемому (подозреваемому) пригласить другого защитника или назначить ему защитника через коллегию адвокатов или юридическз^о консультацию. Согласно ч. 7 ст. 47 УПК, заведующий юридической консультацией или президи- коллегии адвокатов, обязан выделить адвоката для осуществления защиты подозреваемого или обвиняемого в течение двадцати четырех часов с момента получения соответствующего уведомления.

I

і

Исследование судебных производств по жалобам на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей показывает, что защитник принимает участие в проверке в 38 % случаев. Причинами неявки защитника в судебное заседание по рассмотрению жалобы часто является занятость его по другим делам. Думаем, что эту причину можно считать уважительной и предложить обвиняемому (подозреваемому) заменить защитника. Поскольку, согласно ч. 3 ст. 220^ УПК, лишь неявка без уважительных причин сторон, своевременно извещенных о дне рассмотрения жалобы, не является

препятствием для рассмотрения жалобы. Мы считаем, что было бы не лишним предусмотреть в УПК порядок и сроки замены защитника обвиняемого (подоз- %t реваемого) при обжаловании и судебной проверке законности и обоснованно

сти ареста. Ч. 3 ст. 220^ УТЖ можно было бы продолжить следующим образом: «В случае неявки защитника обвиняемого (подозреваемого) по уважительной причине, судебная проверка откладывается на одни сутки. При невозможности защитника явиться в суд в течение указанного срока, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или суд вправе предложить лшіу, содержащемуся под стражей, пригласить другого защитника или назначить ему защитника через коллегию адвокатов».

Во время нахождения дела в производстве у следователя именно он реша- ет вопрос о допуске конкретного адвоката в процесс в качестве защитника. По этой причине судья не вправе разрешать данный вопрос самостоятельно, помимо следователя. В противном сл)^ае адвокат может оказаться в процессе на стадии расследования без ведома следователя и будет иметь доступ к материалам дела. Таким образом, если адвокат, не участвующий в уголовном деле, же- лает принять участие в судебном заседании при рассмотрении жалобы по проверке законности и обоснованности ареста, он должен представить ордер с от-

с А

меткой следователя о допуске его в процесс. ^ Судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления

срока содержания под стражей в отсутствие лица, содержащегося под стражей, допускается лишь в исключительнь[х случаях, когда это лицо ходатайствует о рассмотрении жалобы в его отсутствие либо по собственной инициативе отка- зывается от участия в заседании (ч. 4 ст. 220 ).

Арест в наибольшей степени, по сравнению с другими мерами пресечения, ограничивает конституционное право фажданина на свободу и личную неприкосновенность, поэтому заслушивание объяснений лица, в отношении которого

Козырев Г.Н. Судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. / Комментарий к УПК, под ред. В.Т. Томина М. 1999. С. 381.

161

судом Производится проверка законности и обоснованности примененного к нему ареста, должно служить одной из гарантий объективности принюх)го судьей решения. Как правильно отмечает О.И. Цоколова: «Проведение судебной проверки в порядке ст.220^ УПК в отсутствие арестованного, возможно, сократило бы сроки рассмотрения жалоб, но при этом была бы утрачена демократическая сущность этого правового института, который при заочном рас- смотрении жалобы потерял бы свой смысл»^^^.

В конце 1998 года Конституционный суд РФ проверял соответствие ч.2 ст. 335 УПК РСФСР Основному закону нашего государства. Положение о том, что вопрос об участии осужденного в заседании суда, рассматривающего дело в кассационном порядке, разрешается этим судом, было признано несоответствующим Конституции РФ в той мере, в какой оно позволяет суду кассационной инстанции в случае, если он отклоняет ходатайство осужденного, содержащегося под стражей, о рассмотрении дела с его участием, принимать окончательное решение по делу, не предоставив такому осужденному возможности ознакомиться с материалами судебного заседания и изложить свою позицию по рас-

смотренным судом вопросам. Основанием решения Конституционного суда РФ стало то обстоятельство, что невозможность участия осужденного в заседании суда кассационной инстанции при рассмотрении кассационной жаяобы или протеста, если им заявлено такое ходатайство, ограничивает его право на зашиту. Это еще раз подтверждает невозможность проведения проверки по жалобе в отсутствие обвиняемого или подозреваемого (за исключением указанных в законе случаев).

По данным Верховного Суда РФ нормы ч. 3 и ч. 4 ст. 220^ УПК

в основном соблюдаются судами РФ, но имеются и нарушения. Например, Кемеров-

^^ См.: Козырев Г. Роль адвоката в судебном контроле за арестами // Рос. Юстиция. 1994. № 3. С. 45.

Цоколова О.И. Применение органами дознания и предварительного следствия мер процессуального принуждения под судебным контролем. Дисс- канд. юр. наук. М. 1995. С. 95. ^^^ Постановление Конституционного суда РФ от 10 декабря 1998 г, № 27-п «По делу о проверке консттуционносги части второй ст. 335 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР.

СКИМ обл. судом 14, 25 % всех жалоб рассмотрено в отсутствие лица, содержащегося под стражей, причем, 60, 25 % из них ходатайствовали об этом, а 39,1 %

289

Ш - не были доставлены конвоем в судебное заседание

Такой порядок, конечно же, является трубейшим нарушением закона. В этом случае судья должен был отложить проверку по жалобе и произвести ее только после доставки в судебное заседание обвиняемого (подозреваемого).

В г. Саратове, 12 % всех жалоб было рассмотрено без участия в судебном заседании обвиняемого (подозреваемого). Из них 9 % ходатайствовали об этом, а 3 % - не были доставлены в судебное заседание.

В практике встречаются случаи, когда лицо, содержащееся под стражей, не может участвовать в судебном заседании по рассмотрению жалобы по при- чине того, что в этот момент находится на стаїшонарной судебно- психиатрической экспертизе. В связи с этим высказано мнение о том, что было бы целесообразно предусмотреть еще одрїу возможность рассмотрения жалобы без участия лица, содержащегося под стражей, но с обязательным участием защитника.

Мы не согласны с таким предложением, по причине того, что считаем недопустимым расширительное толкование перечня случаев, когда проверка законности и обоснованности ареста допускается в отсутствие лица, содержащегося под стражей. Участие подозреваемого и обвиняемого в судебном заседа- •ч^ НИИ по рассмотрению жалоб в порядке, предусмотренном ст.220^ УПК является

важным процессуальным правом этих лиц, ограничивать которое нельзя ни при каких условиях. По-нашему мнению, если обвиняемый (подозреваемый) не может принять участие в проверке по вышеназванной причине (если он одновременно не ходатайствует о рассмотрении жалобы в его отсутствие или по собственной инициативе не отказывается от участия в заседании), то судья должен отложить проверку до того момента, когда экспертиза будет завершена. Ведь даже если судья вынесет постановление об отмене меры пресечения в ви-

Бюллетень Верховного Суда РФ, 1995. № 2, С. 12.

де заключения под стражу, то обвиняемый, находящийся на стационарной су- дебно- психиатрической экспертизе, все равно не сможет в полной мере вос- ^ пользоваться своей свободой. Но нельзя будет исправить ситуацию, когда тот

факт, что судья не увидит лично обвиняемого (подозреваемого) и не услышит его объяснений по поводу ареста, станет одной из причин принятия решения об оставлении жалобы без удовлетворения.

Еще один немаловажный вопрос: можно ли разрешить потерпевшему принимать участие в судебном заседании по проверке законности и обоснованности ареста? Мы согласны с мнением по этому вопросу В. Неткачева: «Потерпевшие не только не имеют права высказать свое мнение по жизненно важному для них вопросу о возможном освобождении их «обидчиков» из-под стражи, но закон ни кого не обязывает даже уведомить их о принятом реше- нии»^^’. Мы считаем, что в целях наиболее полного исследования всех обстоятельств, свидетельствующих о необходимости содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей или, наоборот, об отсутствии такой необходимости, и как следствие этого, объективности принимаемого судьей решения по жалобе, нужно разрешить потерпевшему участвовать в судебном заседании по про- верке законности и обоснованности ареста. Для этого необхохшмо возложить на следователя обязанность сообщать потерпевшему о том, что обвиняемый (подозреваемый) по делу обжаловал в суд законность и обоснованность применен- ной к нему меры пресечения, в этом случае потерпевший, при наличии к тому желания, смог бы подать ходатайство судье, рассматривающему жалобу, о том, что он хотел бы принять участие в судебном заседании по проверке законности и обоснованности ареста обвиняемого (подозреваемого). Если судья признает возможным удовлетворить такое ходатайство, потерпевший получит право высказать свое мнение по поводу освобождения из-под стражи обвиняемого (подозреваемого), что должно повлиять на правильность принимаемого судьей решения.

-чг

290

См.; Селезнев М Указ. раб. С. 45

В начале заседания судья объявляет, какая жалоба подлежит рассмотре- ^ нию, представляется явившимся в заседание лицам, разъясняет им права и обя

занности. Затем заявитель, если он участвует в рассмотрении жалобы, обосновывает ее, после чего заслушиваются другие явившиеся в заседание лица (ч. 5

ст. 220^ УПК).

Так какие же права и обязанности должен разъяснить судья лицам, участвующим в проверке законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей? Очевидно, им необходимо разъяснить права, предусмотренные ст., ст. 46, 51, 52 УПК, и относящиеся к судебной проверке законности и обоснованности ареста. Эго право знакомиться с материалами, направ- ляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста, а так же предложенное нами право обвиняемого, подозреваемого и их защитника представлять в суд данные необходимые, для правильного и объективного разрешения поданной жалобы. Что касается разъяснения обязанностей, то к ним, как уже указывалось в предыдущем параграфе, п.7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.04.93 г. относит недопустимость разглашения данных предварительного следствия или дознания без разрешения прокурора, следо- I вателя или лица, производящего дознание.

Вопрос о цели, предмете и пределах судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, является одним из самых важных вопросов в деятельности института судебного контроля за законностью и обоснованностью решений органов дознания и предварительного следствия. Целью проверки является устранение нарушений закона при применении ареста в качестве меры пресечения. А вот дать определение

л

предмету проверки не так просто. Из содержания ст. 220 УПК следует, что предметом судебной проверки является законность и обоснованность применения заключения под стражу в качестве меры пресечения и продление ее срока.

Неткачев. В. Указ. соч. С 33.

Ho на практике судьи иногда, наряду с указанными аспектами, обсуждают так же вопрос о виновности содержащегося под стражей лица в иніфиминируемом ему преступлении и целесообразности дальнейшего содержания этого лица под стражей. В литературе даже высказывалось предложение ограничить предмет судебной проверки только решением вопроса о законности примененной меры

292

пресечения

Пленум Верховного Суда РФ в п.1 постановления от 27.04.93 г. указывает, что под законностью ареста следует понимать соблюдение всех норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок применения указанной меры пресечения и продления срока ее действия, а под обоснованностью - наличие в представленных материалах сведений, в том числе о личности содержащегося под стражей, которые подтверждают необходимость применения заключения под стражу в качестве меры пресечения или продления ее срока (ст. 11, 89-92, 96- 97

292

Осуществляя судебную проверку законности ареста, судья обязан установить следующее: возбуждено ли уголовное дело; предъявлено ли обвинение лицу, содержащемуся под стражей; допрошено ли лицо в качестве обвиняемого в соответствии с требованиями ст. 148 УПК; соблюдены ли сроки предъявления обвинения лицу, если мера пресечения избрана в порядке ст.90 УПК; вынесено ли постановление о применении меры пресечения надлежащим ли- цом (принято ли данным следователем дело к своему производству); соответствует ли постановление о заключении под стражу требованиям мотивированности, указаны ли в нем преступление, в котором обвиняется данное лицо, и основания избрания меры пресечения; имеется ли в постановлении отметка об объявлении его лицу, в отношении которого оно вынесено и о разъяснении последнему права на обжалование применения меры пресечения; вручена ли обвиняемому (подозреваемому) копия постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу; санкционирован ли арест правомочным

Об этом далее

на TO прокурором; предусмотрено ли статьей, по которой предъявлено обвинение лицу в совершении преступления, наказание в виде лишения свободы на срок свыше одного года; достиг ли обвиняемый к моменту совершения общественно опасного деяния возраста, по достижении которого, согласно закону, возможна уголовная ответственность; соблюдены ли условия привлечения к уголовной ответственности и ареста лица, пользующегося статусом неприкос- новенности^’^’^.

при проверке законности продления срока содержания под стражей необходимо установить, не нарушен ли срок содержания лица под стражей, соблюдены ли требования ст.97 УПК, надлежащий ли прокурор продлил срок содержания под стражей.

Решая вопрос об обоснованности ареста, судья должен іфоверить, и* ют- ся ли в представленных ему материалах фактические данные, свидетельствующие о том, что если бы обвиняемый (подозреваемый) не был арестован, тот он непременно скрылся бы от следствия и суда, стал бы препятствовать установлению истины по делу или продолжал бы преступную деятельность. Судья так же должен проверить учитывал ли следователь, принимая решение об избрании меры пресечения, перечисленные в ст. 91 УПК, обстоятельства: тяжесть предъявленного обвинения, личность подозреваемого или обвиняемого, род его занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение и другие^*^^. Эти об- ^ стоятельства, в совокупности с вышеперечисленными фактическими данными,

и являются теми основаниями, наличие (или отсутствие) которых необходимо установить судье, проверяющему законность и обоснованность ареста.

Бюллетень Верховного Суда РФ, 1993, № 7, С. 1.

О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993, № 9. С. 7.

Под другими обстоятельствами, по мнению Б. Б. Булатова, понимаются отягчающие или смягчающие ответственность, введение режима чрезвьтайного или военного положения, вооруженные конфликты и тому подобные обстоятельства, влияющие на частную жизнь граждан и функционирование предприятий, учреждений, организащій и правоохранитель-

Проверка обоснованности продления срока содержания под стражей требует установления причин длительного срока содержания под стражей, а также, не отпали ли к моменту рассмотрения жалобы те мотивы и основания, позволившие избрать в качестве меры пресечения именно арест.

Как уже говорилось выше, в юридической литературе высказано предложение, ограничить судебное рассмотрение жалобы только решением вопроса о законности. Автор этого предложения А. Жданов, мотивирует его тем, что «”обоснованность” ареста - столь растяжимое понятие, что под него можно подвести что угодно». Он так же полагает, что если процедура применения ареста выполнена в соответствии с УПК, то никакая целесообразность или обосно- ванность доводов лица, совершившего преступление, не должна приниматься во внимание^^^. Согласиться с таким предложением, конечно же, нельзя. Так, по мнению адвокатов Л. Сайкина и Б. Грузд, лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, суд, вынося мотивированные постановления (определения), содержащие указание на преступление, в котором подозревается или обвиняется данное лицо, основание для избрания меры пресечения, тем самым, выносят обоснованные постановления (определения). Следовательно, немотивированное (необоснованное) постановление (определение) не соответствует требованиям ч. 1 ст. 92 УПК, а поэтому является незаконным^^^. Решительно не согласен с предложением А. Жданова и А. Шамадарин: «Исследование законности или незаконности применения к подозреваемому или обвиЕіяемому меры пресечения в виде заключения под стражу неизбежно включает решение вопроса об ее обоснованности, так как круг оснований для нее установлен законом» Действительно, требование закона об учете, при решении вопроса об избрании

ных органов. Булатов Б.Б. Обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения. // Комментарий к УПК, под ред В Т. Томина. М, 1999, С. 172

Жданов А. Законность или обоснованность ареста? // Российская юстиция. 1999. № 1. С.

48,

^^^ Грузд. Б., Сайкин Л. И законность, и обоснованность ареста. // Российская юстиция. 1999. № 12. С. 43.

Шамадарин А. Необоснованный арест не может біять законным. И Российская юстиция. 1999. №4. С. 22

меры пресечения, обстоятельств, перечисленных в ст., ст. 89, 91 УПК, является составной частью соблюдения требования о законном применении ареста. Это означает, что судебная проверка законности ареста как часть включает проверку его обоснованности. Даже если из предмета судебной проверки исключить обоснованность, проверка обоснованности ареста все равно будет иметь место.

По нашим данным, 32 % постановлений об отмене меры пресечения было вынесено в силу отпавшей необходимости дальнейшего пребывания под стражей. В постановлениях об освобождении судьи указывали, что первоначально избранная мера пресечения применена законно и обосновано, но в последствии, когда обвинение уже было предъявлено, факты преступления закреплены в материалах дела, вина полностью признается, дальнейшее пребывание обвиняемого под стражей утрачивает смысл.

Г.Н. Козырев считает, что в таких случаях судьи вышли за пределы обсуждения как того требует предмет проверки, процессуальных аспектов, учитываемых при избрании меры пресечения: законности и обоснованности. По его мнению, в таких ситуациях судье нужно было, подтвердив законность и обоснованность ареста, указать в частном постановлении прокурору на необходимость обсудить вопрос об изменении меры пресечения по причине несправедливости и нецелесообразности дальнейшего содержания обвиняемого под

^299

стражей

Мы не согласны с таким мнением. Получается, что прокурор обладает большими полномочиями, чем судья. Считая дальнейшее содержание обвиняемого под стражей нецелесообразным, судья не имеет права отменить эту меру пресечения, но это может сделать прокурор. Такой порядок является, по меньшей мере, не логичным. Как уже говорилось в предыдущем параграфе, наличие при выборе меры пресечения в материалах уголовного дела оснований, позволяющих заключить обвиняемого (подозреваемого) под стражу, еще не свиде- тельствует о том, что эти основания имеют место на момент рассмотрения су-

ДОМ жалобы. Именно поэтому судья, констатируя факт законного и обоснованного применения меры пресечения, указывает, что в настоящее время основания, необходимые для дальнейшего содержания лица под стражей отсутствуют. В этом случае, отменяя меру пресечения в виде ареста, примененную к обвиняемому, судья поступает абсолютно правильно. Ведь именно принішпом целесообразности дальнейшего содержания обвиняемого под стражей руководствуется судья при рассмотрении жалобы на незаконное и необоснованное продление срока содержания под стражей. Думаем, что вышеприведенные доводы дают нам возможность предложить Пленуму Верховного Суда РФ дать по этому вопросу разъяснение. Например, «при полном соответствии постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или о продлении срока содержания под стражей, требованиям законности и обоснованности, но при фактическом отсутствии на момент проверки оснований для дальнейшего содержания обвиняемого под стражей, судья вправе вынести постановление об отмене меры пресечения в виде заключения под стражу и об освобождении лица из-под стражи».

Несмотря на то, что институт судебного контроля над законностью и обоснованностью ареста или продления срока содержания под стражей существует уже много лет, ни в теории, ни в практике его применения до сих пор нет однозначного ответа на вопрос, каковы пределы разбирательства при проведе- ЇШИ судебной проверки законности и обоснованности ареста. Пленум Верховного Суда РФ в п.9 постановления от 27.04.93 г. указал: “Проверяя законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей, судья не вправе входить в обсуждение вопроса о виновности содержащегося под стражей лица в инкриминируемом ему преступлении”^^. Тем не менее, некоторые судьи при разрешении жалоб на аресты учитывают наряду с другими обстоятельствами, и доказательства виновности заключенного под стражу лица.

^^ Козырев Г.Н. Судебная проверка законности и обоснованности ареста. Нижний Новгород. 1994. С. 16,19-

^^ Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993, № 7, С. 6

В юридической литературе существует два различных подхода к возможности судьи при проверке законности и обоснованности ареста давать оценку качеству и достоверности доказательств виновности лица, содержащегося под стражей. Сторонники первого из них считают неизбежным исследование судьей доказательств виновности лица в совершении преступления при рассмотрении жалобы. Так, О.И. Цоколова полагает, что невозможно поставить преграду между исследованием и оценкой доказательств обоснованности ареста и теми же действиями в отношении доказательств, на которых основывается обвинение. Она считает, что арест становится необоснованным, если в процессе судебной проверки всесторонне не исследовать тот минимум фактических данных, при отсутствии которого предъявленное лицу обвинение становится голословным и необоснованным’”\ Такого же мнения придерживаются и другие авторы, мотивируя его тем, что следователи и прокуроры, при решении вопроса о применении к лицу меры пресечения в виде заключения под стражу, в первую очередь выясняют, какие доказательства совершения преступления именно этим лицом, имеются в деле”^^^.

Сторонники второго подхода считают, что вторжение судьи в разрешение вопросов, связанных качеством и достоверностью доказательств виновности лица в совершении преступления недопустимо, так как может привести к предрешению вопроса о виновности или невиновности подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления^^^. Мы согласны с последним мнением. Тот факт, что следователь при заключении обвиняемого под стражу и прокурор при даче санкции на арест, прежде всего руководствуются тяжестью предъявленного обвинения и наличием доказательств, подтверждающих участие обвиняемого в совершеїшом преступлении, и только при наличии этих условий

Цоколова О.И. Указ. автореф. С. 19.

Чувилев А., Лобанов А. Суленый контроль за законностью и необоснованностью ареста и продлением срока содержания под стражей. // Советская юстиция 1993, № 6, С. 22.; Козырев Г.Н. Судебная проверка законности и обоснованности ареста Нижний Новгород. 1994. С. 18.

Галузо В.Н. Указ. соч С, 19.; Селезнев М. Указ. раб. С. 45.

пришшают в расчет обстоятельства, изложенные в ст.89, а также в ст. 91 УТЖ, еще не означает, что эти должностные лица поступают правильно. Лицо заключают под стражу не потому, что оно совершило преступление, а потому, что высока степень вероятности ненадлежащего поведения этого лица, препятствующего решению задач уголовного судопроизводства. Поэтому при решении вопроса о применении рассматриваемой меры пресечения, необходимо установить фактические данные, свидетельствующие о том, что обвиняемый (подозреваемый) намерен препятствовать установлению истины по делу, скрываться от следствия и суда или заниматься преступной деятельностью, и обязательно принять во внимание тяжесть предъявленного лицу обвинения, его личность, род занятий, возраст, состояние здоровья, семейное положение. То есть следователь должен обнаружить, а прокурор подтвердить факт наличия в материалах уголовного дела оснований, позволяющих заключить обвиняемого (подозреваемого) под стражу, а не объем и качество доказательств участия этого лица в совершении преступления. Поэтому судье, осуществляющему проверку законности и обоснованности ареста, не нужно обсуждать вопрос о виновности лица, содержащегося под стражей, и качестве доказательств ее подтверждающих, а лишь установить факт наличия или отсутствия в представленных ему материалах, оснований и условий”^^*^, необходимых для ареста обвиняемого (подозреваемого) и дальнейшего содержания этого лица под стражей

В результате судебной проверки судья выносит одно из следующих постановлений: 1) об отмене меры пресечения в виде заключения под стражу и об освобождении лица из-под стражи; 2) об оставлении жалобы без удовлетворения (ч. 6 ст. 220^ УПК).

В 1998 и 1999 годах в Кировском районном народном суде г. Саратова производилась проверка по 652 жалобам на незаконный и необоснованный

Об условиях, необходимых для применения заключения под стражу в качестве меры пресечения, мь[ говорили в предыдущей главе.

арест. Из указанного количества было удовлетворено 77 жалоб (11,8 575

(88, 2 %) - оставлено без удовлетворения. Это означает, что в подавляющем большинстве случаев судья, по результатам проверки, выносит постановление об оставлении жалобы без удовлетворения, что, в свою очередь, свидетельствует о том, что следователи и прокуроры довольно ответственно подходят к решению вопроса о применении к обвиняемому или подозреваемому столь строгой меры пресечения, как арест.

Анализ 44 случаев освобождения лиц из-под стражи в результате судебной проверки законности и обоснованности ареста, а равно продления срока содержания под стражей, позволяет дать следующую классификацию этих фактов по мотивам, положенным судьей в основу принятого решения:

1) Срок содержания под стражей продлен с нарушениями требований СТ.97 УПК - то есть лицо незаконно содержится под стражей -1,8% от общего числа освобождений. 2) 3) Преступление, в котором обвиняется лицо, не относится к категории тяжких, не представляет большой общественной опасности, то есть отсутствует основание применения меры пресечения, указанное в ч.2 ст.96 УПК - 6.3%. 4) 5) В представленных материалах отсутствуют фактические данные, подтверждающие наличие обстоятельств, указанных в ст. 89 УПК: 6) - обвиняемый не намерен скрываться от следствия и суда - 8 %; - - он не намерен продолжать преступную деятельность - 5 %; - - обвиняемый не может помешать установлению истины по делу -14,7%. - 4) Личность обвиняемого, его поведение на предварительном следствии позволяют применить к нему более мягкую меру пресечения, чем арест: 5) - признание вины, чистосердечное раскаяние, возмещение материального ущерба - 28,6%; - 305

  • обвиняемый (подозреваемый) ранее не судим, характеризуется положительно, имеет постоянное место работы и жительства - 73%;
  • Процент удовлетворенных жалоб несколько ниже, чем в целом по стране. Российсі^ юс-

  • наличие несовершеннолетних детей, тяжелое семейное положение - 80
  • %;

  • несовершеннолетний возраст обвиняемого - во всех случаях, когда арестованным было лицо, младше 18 лет;
  • состояние здоровья арестованного -12,8%.
  • 5) В суд не представлены материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста или продления срока содержания под стражей - 2,5 % от обш.его числа освобождений. При этом судьи проверяли срок отправки документов, объективную возможность представления необходимых материалов.

Верховный Суд РФ установил, что в 60 % случаев основанием для удовлетворения жалоб служат данные о личности подозреваемого (обвиняемого)’’^’.

В постановлениях об освобождении лица из-под стражи, судьи, для того, чтобы мотивировать принятое решение, как правило, ссылаются не на одно, а на несколько обстоятельств. Например, лицо не выражает намерений скрываться от следствия и суда, признает вину, материальный ущерб возмещен, обвиняемый ранее не судим, характеризуется положительно. Такой порядок, когда судьи оценивают одновременно все обстоятельства, относяш.иеся к аресту, следует признать правильным. Изучение, судебных производств по проверке законности и обоснованности арестов показывает, что в большинстве случаев решения об освобождении лиц из-под стражи являются продуманными и мотивированными.

Правда есть случаи, когда судьи не учитывая в достаточной степени личность обвиняемого и тяжесть инкриминируемого ему преступления, выносят постановление об отмене меры пресечения, в результате чего последний скрывается от следствия и суда. В 1995 году Верховный суд РФ обобщил практику применения норм ст. 220’-220” УПК, отметив, в частности, что из общего числа

тиция 1998. № 6. С. 58.

Бюллетень Верховного Суда РФ 1995. № 2. С. 12.

ЛИЦ, освобожденных из-под стражи судом, скрылись от следствия 2,2 %, были арестованы за совершение новых преступлений 4,6

Изучение 575 постановлений об оставлении жалобы без удовлетворения, показывает, что причинами отказа судьями изменить обвиняемому меру пресечения являются: тяжесть предъявленного обвинения (70 % случаев), наличие судимости {23 %), совершение преступления в период испытательного срока (7 %), отсутствие постоянного места жительства и работы (15 %), отсутствие гражданства РФ (3 %), отрицательные характеристики (9 %), совершение преступления в составе группы (5 %). Некоторые авторы утверждают, что тяжесть предъявленного обвинения практргчески не учитывается судами при проведе-

Я 08

НИИ проверки законности и обоснованности ареста. Мы не согласны с ними, так как в изученных нами постановлениях, судьи, отказывая в удовлетворении жалобы, обязательно указывали, что лицо обвиняется в совершении тяжкого преступления, обвинение предъявлено в срок, применение меры пресечения в виде заключения под стражу и продление ее сроков произведены уполномоченными на то лицами.

Согласно ч. 9 ст. 220^ УПК, судья вправе одновременно с вынесением постановления избрать любую другую предусмотренную законом меру пресечения. По нашим данным, почти ко всем освобожденным из-под стражи в порядке ст. 220^ УПК лицам, была применена иная мера пресечения, но, к сожалению, в большинстве случаев (80%), таковой являлась подписка о невыезде, и только в 20 % случаев - залог. Причиной столь редкого использования залога в качестве меры пресечения является, очевидно, недостаточная регламентированность порядка его применения в УПК. Л.Н. Масленникова считает, что при-

^^^ Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. № 2. С. 12,

См.; Масленникова Л.Н. Изучение законодательных новелл, регламентирующих судебный контроль в стадии предварительного расследования // Проблемы совершенствования уголовного и уголовно-процессуального законодательства России: Сб. статей. М. 1993. С. 87-97; Цоколова О. И. Основания применения мер пресечения необходимо пересмотреть И Проблемы предварительного следствия и дознания Сб. статей. М. 1995. С. 40-55.; Чувилев А. А., Лобанов А.Б. Судебный контроль за законностью и обоснованностью ареста и продления срока содержания под стражей. Российская юстиция 1993. № 6. С. 20-22.

ЧИНОЙ этого является тот факт, что в отдельных случаях лица, освобожденные под залог, скрываются от следствия, не внеся залога. В связи с чем, она предлагает представить ч.2 ст. 11 УПК в следующей редакции: «Постановление судьи об освобождении лица из-под стражи, вынесенное в результате судебной проверки, обращается к исполнению не позднее трех суток со дня его принятия», с тем, чтобы следователь в течение этого срока решил вопрос об избрании иной, не связанной с лишением свободы, меры пресечения^^^^. Мы не можем согласиться с этим предложением. Если суд признал, что арест в качестве меры пресечения применен к лицу незаконно или необоснованно, то это лицо должно быть освобождено из-под стражи немедленно. Обратное же будет являться нарушением его права на свободу и личную неприкосновенность.

Профессор И. Петрухин считает, что правило ст. 220^ УПК, требующее немедленное освобождение из-под стражи всякого обвиняемого, чье ходатайство об отмене ареста удовлетворено судьей, имеет целью продемонстрировать верховенство и авторитет судебной власти, ее независимость от следственных и прокурорских органов^’*^.

А для решения выше обозначенной проблемы, мы предлагаем следующий порядок внесения залога. В случае подачи в суд жалобы на незаконный и необоснованный арест или продление срока содержания под стражей, обвиняемый (подозреваемый), через своего защитника, близких родственников или лично обращается к следователю, который должен сообщить указанным лицам ту сумму, которую необходимо будет внести в депозит суда (рассматривающего жалобу) в качестве залога, если судья решит применить его в качестве меры пресечения. Эту сумму, в денежном или ином эквиваленте, защитник мог бы иметь при себе на момент рассмотрения жалобы на незаконный и необоснованный арест и, в случае ее удовлетворения, незамедлительно использовать в качестве залога, если таковой будет избран судьей в качестве меры пресечения. Та-

^^^ См.: Масленникова Л.Н. Обжалование ареста в суд: трудности практики // Законность. 1993. №6. С. 41.

176

КОЙ порядок, не ограничивая прав обвиняемого (подозреваемого), позволил бы искоренить из практики случаи, когда освобожденные из-под стражи под залог лица, с1фываются от следствия, так и не внеся этого залога.

Считаем, что необходимо расширить гфактику изменения меры пресечения с содержания под стражей на залог. Это способствовало бы сокращению случаев уклонения от следствия и суда, так как число скрывшихся из лиц, освобожденных под залог, составляет 2 ‘

Пленум Верховного Суда РФ в п.14 постановления от 27.04.93г. указал: “Исходя из того, что в соответствии с главой тридцатой УПК РСФСР могут быть пересмотрены вступившие в законную силу судебные решения, вынесенные лишь по расследованным уголовным делам, постановление судьи по результатам судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, как вынесенное по материалам неоконченного дознания или предварительного следствия пересмотру в порядке надзора не подлежит”.

Некоторые авторы, исследующие проблему судебных ошибок при проверке законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, до 1996 года, считали необходимым предоставить прокурорам право опротестовывать незаконные постановления судей об освобождении обвиняемого (подозреваемого) из-под стражи’^^. Законодатель не оставил предложения этих процессуалистов без внимания, и 15 декабря 1996 года Государственной думой был принят Федеральный Закон «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс и Исполнительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного Кодекса РФ». Согласно п. 46 этого закона, из п.

Петрухин и. Судебная власть, раздавленная полицейским сапогом. //Российская юстиция

2000, №2. С. 4.

Колоколов Н.А. Меры пресечения имущественного характера // Российская юстиция

  1. №12, С. 41-42.
  2. Цоколова О.И. Указ. соч. С. 19.; Галузо В.Н. Указ. соч. С. 18.; Устимов М.А. Судебный контроль на стадии предварительного расследования. Автореф. дисс, канд. юр. наук. М.

  3. 0,18,, Негкачев В. Указ. соч. С. 32. и др.

3 Ч. І ст. 331 УПК исключены цифры «220 » . Указанный пункт ст. 331 УПК, содержит перечень статей УПК, определения суда и постановления судьи, вынесенные в соответствии с которыми, обжалованию и опротестованию не подлежат. Значит исключение из этого перечня ст. 220^ УПК, позволяет подавать жалобы и протесты на постановления судей, вынесенные в результате проверки законности и обоснованности ареста.

В соответствии с ч. 1 ст. 331 УПК на определение суда первой инстанции и постановление судьи по уголовному делу может быть принесена частная жалоба или частный протест. Суд кассационной инстанции проверяет законность и обоснованность действий и решений не только в стадии судебного разбирательства, но и предварительного расследования^^’’.

По смыслу закона, жалоба на постановление судьи, вынесенное в порядке

ст.

220^ УПК, может быть подана обвиняемым (подозреваемым), его защитником или законным представителем, потерпевшим или его представителем, а соответствующий протест - прокурором. На кассационное производство по делам данной категории распространяются правила главы 28 УПК о порядке и сроках рассмотрения кассационных жалоб и протестов. Приведем пример, когда суд кассационной инстанции в нарушение правил указанной главы, отменил поста-

л

новление судьи районного суда, вынесенное в порядке ст.

220^ УПК и избрал обвиняемому меру пресечения в виде заключения под стражу.

14 октября 1996 года Шоленберг был задержан в качестве подозреваемого в порядке ст. 122 УПК, а 17 октября ему предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 147 УК РФ и избрана мера пресечения - арест. Срок содержания под стражей продлен до 17 апреля 1997 г. 4 февраля 1997 г., проверив законность и обоснованность ареста и продления срока содержания под стражей в судебном заседании в порядке ст. 220 и

220^ УПК, судья Центрального районного суда г. Барнаула Алтайского края, меру пресечения изменил на залог. При этом судья в своем постановлении об отмене меры пресечения в виде закшочения под стражу ука-

СЗ РФ. 21 декабря 1996 г. № 52 Ст. 588 J зал, что обвиняемый от следствия не скрывался, имеет постоянное место жительства, работу и семью, болен, а в условиях места заключения лечение невозможно. Однако 6 марта 1997 года судебной коллегией по уголовным делам Алтайского Краевого суда постановление судьи отменено, Шоленбергу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Президиум Алтайского Краевого суда 9 сентября того же года по протесту зам. Председателя Верховного Суда РФ отменил определение кассационной инстанции по следующим основаниям. В соответствии со ст. 352 УПК суд, рассматривающий дело в кассационном порядке, не в праве предрешать вопросы о доказанности или не доказан- ности обвинения, о достоверности или недостоверности доказательств и о преимуществах одних доказательств перед другими.

В нарушение их требования кассационная инстанция, обосновывая свой вывод об ошибочности избранной Шоленбергу меры пресечения в виде залога, указала, что судья в достаточной мере не учел тяжесть совершенного обвиняемым преступления, тем самым, фактически предрешив вопрос о виновности Шоленберга в инкриминируемом ему преступлении. Кассационная инстанция так же сослалась на медицинское заключение, отвергнутое судьей районного суда. Таким образом, кассационная инстанция превысила предоставленные ей законом процессуальные полномочия.

Более того, вопреки требованиям ст. 340 УПК, предусматривающей недопустимость при кассационном разбирательстве дела ухудшения положения лица, судебная коллегия приняла решение об избрании Шоленбергу в качестве меры пресечения - заключение под стражу, чем существенно ухудшила его положение. Кроме того, действующий процессуальный закон не предусматривает права кассационной инстанции при рассмотрении жалобы на постановление судьи об изменении меры пресечения (вынесенное при проверке законности и обоснованности ареста) самостоятельно определять меру пресечения лицу, по делу которого она отменяет данное постановление. При таких обстоятельствах

^^^ Вандышев В В Комментарий к УПК РСФСР М. 1999 С. 4 95.

кассационная инстанция, признав постановление судьи незаконным и необоснованным, должна была направить дело на новое судебное рассмотрение. Президиум отменил кассационное определение и направил материал на новое кассационное рассмотрение^’^.

В случае оставления жалобы без удовлетворения повторное рассмотрение судьей жалобы того же лица по тому же делу допускается, если заключение под стражу в качестве меры пресечения было вновь избрано после ее отмены или изменения лицом, производящим дознание, следователем или прокурором (ч.И ст.220^ УПК).

Продление срока содержания под стражей является поводом для обжалования в суд содержания под стражей и судебной проверки его законности и обоснованности (ч.7 ст.97 УПК). В этой связи Пленум Верховного Суда РФ от 27.04.93 г. разъяснил, что оставление судьей без удовлетворения жалобы на применение заключения под стражу в качестве меры пресечения не препятствует в последующем обращению в суд с жалобой на продление срока содержания под стражей; равно оставление без удовлетворения жалобы на продление срока указанной меры пресечения не лишает соответствующих лиц права на обжалование очередного продления срока содержания под стражей^’^. Таким образом, обжаловать можно каждое очередное продление срока содержания под стражей.

Повторное применение в отношении того же лица и по тому же делу заключения под стражу в качестве меры пресечения после отмены ее постановле- нием судьи, вынесенным в порядке CT.220 УПК возможно лишь при открытии новых обстоятельств, делающих заключение лица под стражу необходимым. Повторное применение заключения под стражу в качестве меры пресечения может быть обжаловано в суд на общих основаниях {ч.5 ст.96 УПК).

315

Важным является вопрос о том, что в данном случае законодатель понимает под вновь открывшимися обстоятельствами. Однозначно, что эти обстоя-

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. № 5. С. І9-20.

тельства нельзя путать с теми вновь открывшимися обстоятельствами, которые служат основанием для пересмотра вступившего в законную силу приговора. Вновь открывшиеся обстоятельства - это установленные расследованием или вступившим в законную силу приговором суда и изложенные в заключении прокурора юридические факты, находящиеся в органической связи с содержанием предмета доказывания по уголовному делу, опровергающие ввиду их неизвестности выводы, содержащиеся в ранее вынесенном приговоре, определении или постановлении, как не соответствующие объективной действительности^’^. Существует мнение, что к обстоятельствам, позволяющим повторно применить арест, можно отнести случаи, когда освобожденному из-под стражи лицу предъявлено обвинение в совершении иного тяжкого преступления^’^. Мы думаем, что это не правильно. Считать вновь открывшимся обстоятельством факт предъявления обвинения в совершении иного тяжкого преступления в от- рыве от обстоятельств, перечисленных в ст.,ст. 89,91 УПК, нельзя. К вновь открывшимся обстоятельствам, позволяющим повторно арестовать лицо, в отношении которого в порядке ст. 220^ УПК вынесено постановление об отмене меры пресечения в виде заключения под стражу, можно, по нашему мнению, отнести: случаи, когда обвиняемый после освобождения из-под стражи скрывается от следствия; предпринимает попытки воспрепятствовать установлению истины по делу - угрожает потерпевшим, свидетелям и т.д.; когда обвиняемый после освобождения из-под стражи явно пытается продолжить свою преступную деятельность, о чем имеются достоверные сведения. То есть, под вновь открывшимися обстоятельствами в данном случае следует понимать установление после освобождения всех тех фактических данных, которые, согласно закону, являются основаниями для применения в качестве меры пресечения заключения под стражу. «Основанием для повторного ареста могут быть как появившиеся при расследовании после судебной проверки обоснованности ареста.

Бюллетень Верховного Суда РФ 1993. Хе 7. С. 9 (п. 12).

Громов Н.А. Вновь открывшиеся обстоятельства в уголовном процессе. М., 1999. С. 86. Чувилев А,, Лобанов А. Указ. соч. С. 24.; Цоколова О.И. Указ. дисс. С. 112.

так и имевшиеся ранее, но установленные после нее данные. Главное, чтобы они были именно «новыми», то есть обнаруженными следствием после отмены меры пресечения постановлением судьи»

I

Проект УПК разрешает обжалование судебного решения о применении или неприменении меры пресечения в виде заключения под стражу. При этом порядок подачи и рассмотрения судом жалобы аналогичен тому, который установлен в действующем законодательстве для подачи жалобы и проведения судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. К числу субъектов, имеющих право приносить такие жалобы, относятся подозреваемый (обвиняемый), его защитник, законный представитель, а также прокурор. Жалобы на постановления судей районных судов приносят в судебную коллегию по уголовным делам соответствующего субъекта Федеращіи, а на постановление судей судов субъектов Федерации - в президиум того же суда. Суд по получении жалобы истребует у прокурора материалы, подтверждающие необходимость заключения под стражу и содержания под стражей подозреваемого (обвиняемого), которые должны быть предоставлены в суточный срок. Жалоба рассматривается не позднее 72 часов с момента их предоставления. Судебная проверка производится в закрытом заседании с участием прокурора, а подозреваемый (обвиняемый), его защитник и законный представитель могут быть вызваны в судебное заседание только по усмотрению суда.

Мы не согласны с последним положением, поскольку оно противоречит принщїпу обеспечения права подозреваемого (обвиняемого) на защиту. Считаем необходимым предусмотреть в новом УПК правило об обязательном вызове подозреваемого (обвиняемого) в судебное заседание, сделав исключение только для лиц, по собствершой инициативе отказывающихся от участия в заседании. А для того чтобы, сроки рассмотрения жалоб не затягивались, целесообразно было бы предусмотреть в новом УПК такое правило: «Неявка без уважитель-

Селезнев М. Указ. соч. С. 43.

НЫХ причин сторон, своевременно извещенных о дне рассмотрения жалобы, не является препятствием для ее рассмотрения», предусмотренное в ныне действующем УПК.

Как уже говорилось выше, действующий УПК (ст. 46, 52), предоставляет подозреваемому (обвиняемому) право знакомиться с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста, а вот проект УПК такого права, почему-то, не содержит. Несмотря на то, что еще Комитет Конститущюнного надзора СССР указывал, что «снижение ранее установленного уровня обеспечения КОНСТИТуЦИОЕШЫХ прав и свобод, хотя бы некоторых категорий фаждан, не согласуется с положениями Конституции… междуна- родными обязательствами… и потому недопустимо». К тому же, ч.2 ст. 55 Конституции РФ устанавливает запрет издания законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина. Поэтому новый УПК обязательно должен содержать право обвиняемого (подозреваемого) на ознакомление со всеми материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод, что институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, несмотря на некоторые трудности в применении, все же является важной процессуальной гарантией свободы и неприкосновенности личности и реальным шагом на пути к приведению уголовно- процессуального законодательства в соответствие с Конституцией РФ, когда арест в качестве меры пресечения можно будет применить лишь по решению суда.

Бойков А.Д. Третья власть в России М., 1999. С. 174.

Заключение

Сущность заключения под стражу не только в Российском государстве, но и в большинстве правовых государств мира одна - по решению суда гражданин лишается свободы при условии, что он обвиняется в преступлений, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше двух лет и эта мера пресечения не будет изменена или отменена до окончательного решения вопроса о виновности обвиняемого в судебном приго- воре.

Значение заключения под стражу как меры пресечения в уголовном процессе состоит в том, что лицо, взятое под стражу, физически изолируется от общества и содержится под охраной в условиях режима, который лишает его возможности продолжать свою преступную деятельность, помешать установлению истины, скрыться от следствия и суда, уклониться от исполнения приговора.

Заключение под стражу - это наиболее строгая, по сравнению с другими, мера пресечения, существенным образом ограничивающая свободу обвиняемого, а в исключительных случаях подозреваемого, применяемая органом дознания, следователем, прокурором, судом по делам о преступлениях, за совершение которых законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком свыше двух лет при наличии оснований и в порядке установленном уголовно- процессуальным законом с тем, чтобы данное лицо не скрылось от дознания, предварительного следствия и суда, не воспрепятствовало установлению истины по уголовному делу, не продолжало заниматься преступной деятельностью, а также для обеспечения исполнения приговора.

По нашему мнению, отсутствие в ст. 90 УПК определения исключительного случая на практике может приводить к разночтению закона и даже к злоупотреблению рассматриваемой нормой. Поэтому мы предлагаем представить ст. 90 УПК в следующей редакции: «Мера пресечения может быть применена в отношении лица, подозреваемого в совершении преступления при наличии доказательств, дающих основание полагать, что данное лицо скроется от дознания или тфед^рительного следствия или воспрепятствует установлению истины по делу, или будет заниматься преступной деятельностью, и одновременном отсутствии возможности предъявить ему обвинение в совершении преступления, в этом случае обвинение должно быть предъявлено не позднее десяти суток с момента применения меры пресечения. Если в этот срок обвинение не будет предъявлено, мера пресечения отменяется».

Целями применения мер пресечения, а, следовательно, и заключения под стражу, является предотвращение противоправных действий обвиняемого (подозреваемого), препятствующих реализащіи задач уголовного судопроизводства (ст. 2 УПК).

Только тогда, когда по делу состоялось судебное разбирательство и обвинительный приговор, вынесенный судом, вступил в законную силу, государство принимает на себя ответственность за правильность признания подсудимого виновным и последующего затем его осуждения. Именно в этом, на наш взгляд, и заключается сущность принципа презумпции невиновности как объективного правового положения, обязательного для всех лиц, ведущих судопроизводство, а также и для всех иных учреждений, организаций, должностных лиц и граждан, которые не имеют права поступать с обвиняемым как с виновным.

Основаниями применения заключения под стражу являются установленные в ходе доказывания из источников определенных законом (ч. 2 ст. 69 УПК) фактические данные, указывающие на высокую степень вероятности того, что обвиняемый (подозреваемый), оставаясь на свободе, скроется от дознания, предварительного следствия или суда, воспрепятствует установлению истины по уголовному делу, продолжит преступную деятельность или уклонится от исполнения приговора.

Под условиями применения заключения под стражу следует понимать установленные с помощью фактических данных обстоятельства, отсутствие которых исключает возможность избрания этой меры пресечения.

Согласно ст. 97 УПК, Генеральный прокурор РФ вправе продлить срок содержания под стражей до полутора лет. Еше на шесть месяцев продлить этот срок можно под предлогом ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами дела, а так же если указанные лица ходатайствуют о продлении предварительного следствия. Эти положения противоречат ряду конституционных норм и международному законодательству. Поэтому мы считаем, что предельный срок содержания под стражей необходимо сократить до одного года.

Нормы ст. 97 УПК не устанавливают определенного порядка рассмотрения судьей ходатайства прокурора о продлении срока содержания обвиняемого под стражей свыше полутора лет и тем самым позволяют ему выносить соответствующее решение вне судебного заседания без участия обвиняемого и его защитника. Это положение нарушает принцип состязательности и равноправия сторон, а так же право обвиняемого на защиту, поэтому, считаем необходимым, предусмотреть в УПК порядок рассмотрения судьей ходатайства о продлении срока содержания под стражей, который бы предусматривал участие в судебном заседании обвиняемого.

Право на свободу и личную неприкосновенность - одно из важнейших прав человека. Государство, которое хочет считаться поистине правовым, должно приложить все усилия, чтобы его гражданин мог в полной мере реализовать это право. Возможность применения такой меры пресечения как арест ставит безопасность общества выше права отдельного человека на свободу и личную неприкосновенность, и это правильно. Нужно лишь сделать арест ис- ключительной мерой, применяемой только по судебному решению и свести к минимуму незаконные и необоснованные аресты путем недопущения применения заключения под стражу при реально существующей возможности замены его другой мерой пресечения, не связанной с лишением свободы.

Уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает возможность передачи на попечение других лиц, находящихся на иждивении, под опекой или попечительством ^>естованного лица - тяжелобольных, инвалидов, престаре-

ЛЫХ, не имеющих возможности самостоятельно себя обслуживать. Мы считаем, что это не совсем правильно, ведь больные и престарелые люди нередко ничем не отличаются по своим возможностям от несовершеннолетних детей, и о них так же необходимо позаботится в случае зрости их единственного «источника» жизнедеятельности. По этой причине предлагаем п. 1 ст. 98 УПК представить в следующей редакции: «при наличии у лица, заключенного под стражу, несовершеннолетних детей или других лиц, находящихся в беспомощном состоянии, остаю- щихся без надзора, - передать их на попечение родственников либо других лиц или з^феждений». В этом случае лицо, производящее дознание, следователь, прокурор или суд будут обязаны принять меры, направленные на передачу таких лиц на попечение родственников либо других лиц или учреждений, например, дома престарелых, больницы, профилакгория и т.д.

Институт судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей, несмотря на некоторые трудности в применении, все же является важной процессуальной гарантией свободы и неприкосновенности личности и реальным шагом на пути к приведению уголовно-процессуального законодательства в соответствие с Конституцией РФ, когда арест в качестве меры пресечения можно будет применить лишь по решению суда.

Считаем, запрещение подачи жалобы на законность и обоснованность ареста родственниками и близкими арестованного неоправданным. Близкие и родственники могут быть в такой же степени (а может быть даже и в большей) заинтересованы в скорейшем освобождении арестованного. А арест не станет более или менее законным или обоснованным от того, кто именно подаст в суд жалобу.

Уголовно-процессуальное законодательство должно содержать требование не направить, а представить материалы, подтверждающие законность и обоснованность ареста или продление срока данной меры пресечения и объяснения в суд в срюк не позднее 3-х суток с момента подачи жалобы или уведом- 187

ЛЄНИЯ администрадии места содержания под стражей, либо суда о наличии таковой.

Нужно закрепить в УТЖ право арестованного, его защитника или законного представителя представлять в суд данные, свидетельствующие об отсутствии необходимости содержания лица под стражей.

Жалоба, направленная в суд в порядке ст. 220^ УТЖ, с просьбой о замене ареста мерой пресечения, не связанной с лишением свободы, без указания на незаконность или необоснованность применения заключения под стражу, должна быть рассмотрена судом в порядке ст. 220^ УПК.

Существует необходимость внесения изменений в Ч.1 ст. 220^ УТЖ: «Судебная проверка законности и обоснованности применения заключения под стражу в качестве меры пресечения, а равно законности и обоснованности продления срока содержания под стражей производится судьей по месту производства предварительного следствия или дознания по делу». В судебное заседание должны вызываться прокуроры, санкщюнировавшие арест, которые в большей степени заинтересованы подтвердить законность и обоснованность принятого ими решения.

Мы считаем, что было бы не лишним предусмотреть в УПК порядок и сроки замены защитника обвиняемого (подозреваемого) при обжаловании и судебной проверке законности и обоснованности ареста.

В целях наиболее полного исследования всех обстоятельств, свидетельствующих о необходимости содержания обвиняемого (подозреваемого) под стражей или, наоборот, об отсутствии такой необходимости, и как следствие этого, объективности принимаемого судьей решения по жалобе, нужно разрешить потерпевшему участвовать в судебном заседании по проверке законности и обоснованности ареста.

ТДелью судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей является устранение нарушении закона при применении ареста в качестве меры пресечения. Предметом судебной про- веріси является законность и обоснованность применения заключения под стражу в качестве меры пресечения и продление ее срока. Судебная проверка законности ареста как часть включает проверку его обоснованности. Не должен являться предметом проверки вопрос о виновности содержащегося под стражей лица в инкриминируемом ему преступлении.

Такая мера пресечения как залог довольно редко применяется к обвиняемым (подозреваемым), освобожденным из-под стражи в порядке ст. 220^ УПК. Причиной этого является недостаточная регламентированность порядка применения залога законодательством. В связи с этим, мы предлагаем порядок внесения залога, позволяющий искоренить из праісгики случаи, когда освобожденные из-под стражи под залог лица, скрываются от следствия, так и не внеся этого залога.

Считаем необходимым, предусмотреть в новом УПК правило об обязательном вызове подозреваемого (обвиняемого) в судебное заседание по рассмотрению ходатайства о применении ареста или жалобы на такое применение, сделав исключение только для лиц, по собственной инициативе отказывающихся от участия в заседании, а так же право подозреваемого (обвиняемого) знакомиться с материалами, направляемыми в суд в подтверждение законности и обоснованности ареста.

Библиографический список

  1. Законы и другие нормативные акты

  2. Конституция Россїшской Федерации. Устав (Основной закон) Саратовской области. - Саратов: Приволж. книж. изд-во, 1997. - 144 с.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. М.: Проспект, 1997.
  4. Уголовный кодекс Российской Федерации. - 9-е изд., с изм. и доп. по сост. На 1 декабря 1999 г. - Вступ, статья Министра юстиции РФ Ю.Я. Чайки. - М.: Издательская группа НОРМА-ИНФРА*М, 2000. - 152 с.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Проект, принятый в первом чтении Государственной Думой Российской Федерации 6 июня 1997 г. / Постановление Государственной Думы Федерального Собрания РФ от 06.06.97. № 1448-11 ГД «О проекте Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации // Собрание законодательства Российской Федерации. 1997. № 25. Ст. 2895.
  6. Декларация прав и свобод человека и гражданина. Принята Верховным советом РСФСР 22 ноября 1991 года. // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. № 52. Ст. 1865.
  7. Европейская Конвенция о Защите Прав Человека и Основных свобод от 4 ноября 1950 г. // Международные акты о правах человека: Сборник документов. М.,
    • с. 539-551.
  8. Международный пакт «О гражданских и политических правах» от 23 марта 1976 г. // Права человека: Сборник международных документов., 1998.-с. 27-43.
  9. Закон СССР «О внесении изменений и дополнений в ст. 34 Основ уго- ловного судопроизводства Союза СССР и союзных республик» // Ведомости съезда народных депутатов СССР и Верховного Совета СССР. 1989.
  10. №25. Ст. 493.

  11. Федеральный закон от 23 мая 1992 года «О внесении изменений и до- полнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР» // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. №25. Ст. 1389.
  12. Федеральный закон от 8 мая 1994 г. «О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» (ст. 98). // Собрание законодательства Российской Федерации. 1994. №
  13. Ст. 74.
  14. П. Федеральный закон от 3 апреля 1995 г. «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации» (Ст. 17) И Собрание законодательства Российской Федерации № 15 . 1995. Ст. 1269.

  15. Федеральный закон от 19.05.95. № 82-ФЗ «Об общественных объеди- нениях» // Собрание законодательства РФ. 1995, №25. Ст. 1930.
  16. Федеральный закон от 15 июля 1995 г. «О содержании под стражей по- дозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» // Собрание за- конодательства РФ. 1995 г. № 25. Ст. 2964.
  17. Федеральный закон от 17 ноября 1995 года. «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О прокуратзфе Российской Федерации»» // Собрание законодательства РФ. 1995 г. Ха 47. Ст. 4472.
  18. Федеральный закон от 21 декабря 1996 года «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР и Исполнительно-трудовой кодекс РСФСР в связи с принятием Уголовного кодекса РФ» // Собрание Законодательства РФ. 21 декабря 1996 г. № 52. Ст. 5881.
  19. Федеральный закон от 31 декабря 1996 года «О внесении изменений и дополнений в ст. 26, 97, 133 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР» // Собрание законодательства РФ. 1997, № I, Ст. 4.
  20. Федеральный Закон от 9 марта 2001 года № 25 ФЗ «О внесении изменении и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс

  21. Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства РФ. 2001. № 11, Ст. 1002.

  22. Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. № 1-ФКЗ «О судебной системе РФ» // Собрание законодательства РФ. 1997. №1.
  23. Ст.1.

  24. Закон Российской Федерации от 26 июня 1992 г. «О статусе судей в Российской Федерации» (ст. 16) // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992 г. № 30. ст. 1792; 1993. № 17. Ст. 606 // Собрание законодательства РФ. 1996. №26. Ст. 2399.
  25. Закон Российской Федерации № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» // Ведомости Верховного Суда РФ 1993 г. №32, Ст. 1227.
  26. О полномочиях Ген. Прокурора РФ и его заместителей по продлению сроков содержания обвиняемого по стражей. Постановление Верховного Совета РФ от 17 января 1992 года // Ведомости съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ, 1992, № 5, Ст. 182.
  27. Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного фажданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Утверждено Указом Президиума Верховного Совета СССР от 18 мая 1981 г. № 4892-х // Ведомости Верховного Совета СССР №21, 27 мая 1981 г. Ст. 741.
  28. Постановление Конституционного Суда РФ по делу о проверке консти- туционности ст. 220^- 220^ УПК в связи с жалобой гр. Аветяиа // Собрание законодательства РФ. 1995 год. № 19. ст. 1764.
  29. г*

  30. Постановление Конституционного Суда РФ от 13 июня 1996 года по делу о проверке конституционности ч. 5 ст. 97 УПК РСФСР в связи с жа

лобой фажданина Щелухина // Собрание законодательства РФ. 1996 г. № 26. Ст. 3185. 37. 38. Постановление Конституционного суда РФ от 10 декабря 1998 г. № 27- п «По делу о проверке конституїщонности части второй ст. 335 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой тр. М. А. Баронина» // Собрание законодательства РФ. 1998. №51. Ст. 6341. 39. 40. Постановление Конституционного Суда РФ от 20. 04. 99 г. «По делу о проверке конституционности положений п.,п. 1 и 3 ст. 232, ч. 4 ст. 248, ч. 1 ст. 258 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с запрюсами Иркутского районного суда Иркутской обл. и Советского районного суда г. Н. Новгород» // Собрание Законодательства РФ № 17, 1999. Ст. 2205. 41. 42. Определение Конституционного Суда РФ от 25 декабря 1998 года «По делу о проверке конституционности ч.ч. 4, 5, 6 статьи 97 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан П.В. Янче- ва, В.А. Жеребенкова и М.И. Сапронова. // Собрание Законодательства РФ, 1999, № 1, Ст. 230. 43. 44. О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних и о вовлечении их в преступную и иную антиобщественную деятельность (в редакции Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря І993 г. 11). Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 1990 г. № 5 И Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда РФ. М. 1994, с. 286. 45. 46. О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 года // Бюллетень Верховного Суда РФ 1993X27. 47. 48. О выполнении судами постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993 года № 3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 29 сеетября 1994 года // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995, № 1.

!

  1. о полномочиях Генерального прокурора РФ и его заместителя по I
  2. I

продлению сроков содержания обвиняемых под стражей. Постановление Пленума Верховного Совета РФ от 17 января 1992 года //Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ, 1992, № 5, ст. 182.

  1. Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при продлении сроков предварительного следствия, дознания и содержания обвиняемых под стражей. Указание Генерального прокурора РФ № 38/36 от 18 июня 1998 г.
  2. В президиумах Верховных Судов республик, краевых и областных судов. Отдел обобщения судебной практики Верховного Суда РФ. О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей У/ Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. №9.-с. 6-12.
  3. В президиумах Верховных Судов республик, краевых и областных судов. Ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона определение кассационной инстанции отменено. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. № 5. - с. 19-20.
  4. Путеводитель по Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Совет Европы. 1994. С.21.
  5. Книги

  6. Алексеева Л.Б. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации.Практическое пособие. - М.: Изд. «Права человека»,1996. - 426 с.
  7. Басков В.И. Исполнение приговора. // Уголовный процесс / Под ред.
  8. К.Ф. Гуценко. М. 1997.

  9. Батюк B.H. Задержание и заключение под стражу в стадии предварительного расследования: Учеб. Пособие. - Киев: НИ и РИО Киевской ВШ МВД СССР им. Ф. Э. Дзержинского, 1990. - 92 с.
  10. Безлепкин Б.Т. Понятие, сущность и задачи советского уголовного процесса // Советский уголовный процесс. М.: Юридическая литература, 1990.-430 с.
  11. Боботов С. В. Буржуазная юстиция: Состояние и перспективы развития. 1 Огв. ред. А. М. Яковлев; АН СССР, Ин-т государства и права. - М., 1989. - 253 (3) с.
  12. Бойков А.Д. Третья власть в России М., 1999.
  13. Булатов Б.Б. Меры пресечения. Комментарий к Уголовно- процессуальному кодексу РСФСР / Отв. ред. В.И. Радченко; Под ред. В.Т. Томина. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт, 1999. - 730 с.
  14. Вандышев В.В. Комментарий к УГЖ РСФСР. М. 1999.
  15. Ветрова Г.Н. Уголовно процессуальная ответственность. / Огв. ред. А. М. Ларин. - М.: Наука, 1987. - II1 с.
  16. Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений / Свердловский юрид. ин-т. - Свердловск: Сред. Уральск, кн. изд-во, 1975.
    • 184 с.
  17. Громов Н.А., Киева Г.Ф., Лисоволенко В.В. Меры пресечения в уголовном процессе: Учебное пособие. - Саратов: СВШ МВД РФ, 1997.- 46 с.
  18. Громов Н. А. Уголовный процесс России: Юристъ, М., 1998. - 552 с.
  19. Громов Н.А. Вновь открывшиеся обстоятельства в уголовном процессе.
    • М.: «Спарк», 1999. ~ 220 с.
  20. Гуткин И.М. Меры пресечения в советском уголовном процессе. М.
  21. 1963.

  22. Гуценко К.Ф. Уголовный процесс основных капиталистических государств (Англия, США). Вып. 1. - М.: МУДН. 1969. - 208 с.

    1. Давыдов В.A. Залог // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации У под ред. П.А. Лупинской. М. 1997. к 2. 18. Давыдов П.М. , Якимов П.П. Применение мер процессуального

принуждения по Основам уголовного судопроизводства союза СССР и союзных республик. Учеб. и прак. пособие под ред. И.И. Семерикова. Свердловск: Свердловский юр. ин-т им. А. Я. Вышинского 1961. - 117 с.

    1. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. Т. 2. , М.

1955.

    1. Дроздов Г.В. Меры пресечения в уголовном процессе // Уголовный процесс. Уголовный процесс: Учебник для вузов. / Под общ. ред. А.С. Кобли- кова. - М.: НОРМА-ИНФРА*М, 1999.
      • 374 с. ^ 2.21. Дубинский А.Я., Сербулов A.M. Меры пресечения в советском уго

ловном процессе. Учебное пособие. Киевская Высшая Школа МВД ССР. Киев. 1980.- 52 с.

    1. Елесин В.И. Избрание меры пресечения - заключение под стражу. М.- ВНИИ МВД СССР. 1972. - 40 с.
    1. Еникеев З.Д. Проблемы эффективности мер уголовно- процессуального принз^ждения. Казань, 1982.
    1. Жидков В.Г., Ярцев Р.В. Судебный контроль за законностью и обоснованностью ареста: По материалам законодательства и судебной практи- ки: Учебно-практическое пособие. - Саратов: СЮИ МВД РФ,1998. - 60 с.
    1. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное принуждение и его эффективность. (Вопросы теории и практики). Казань. 1981.
    1. Кобликов А.С. Меры пресечения // Комментарий к УПК РСФСР. / под ред. В.П. Божьева. М. 1985.
    1. Коврига. З.Ф. Уголовно-процессуальное принуждение. Воронеж. Изд-во Воронежского университета, 1975. - 175 с.
    1. Козырев Г.Н. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Отв. ред. В.И. Радченко; Под ред. В.Т. Томина. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.; Юрайт, 1999. - 730 с.
    1. Козырев Г.Н. Судебная ііроверка законности и обоснованности ареста: Учебно- практическое пособие. - Нижний Новгород: НВШ МВД РФ, 1994.-61 с.
    1. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР I под ред. A.M. Рекункова и А.К. Орлова. -М., 1985.
    1. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР /Отв. ред. В.И. Радченко; Под ред. В Т. Томина. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт, 1999.-730 с.
    1. Корнуков В.М. Меры процессуального принуждения в уголовном судопроизводстве. - Саратов: Изд-во Сарат. Ун-та, 1978. СЮИ. - 137 с.
    1. Кочетков В.Т. Задержание и заключение под стражу несовершеннолетнего // Борьба с преступностью несовершеннолетних. М. 1965.
    1. Кудин Ф.М. Принуждение в уголовном судопроизводстве. ~ Красноярск: Изд-во ун-та,
    • 135 с.
    1. Кузнецова И.М. Опека и попечительство. Комментарий к Гражданскому Кодексу РФ, ч. І(постатейньій). Руков. авторск. кол-ва и отв. ред. д.ю.н., профессор О.Н. Садиков. - М.: Юрид. фирма Контракт: Инфра. М., 1999. - 778 с.
    1. Курс советского уголовного процесса. Общая часть / под ред А.Д. Бойкова, И.И. Карпеда. М. 1989.
    1. Лазарева B.C. Судебная власть и ее реализация в уголовном процессе. Самара. 1999.
    1. Ларин A.M. Презумпция невиновности. / отв. ред. М,С. Строгович. -М : Наука, 1982.- 152 с.
    1. Ларин A.M. Общая теория прав человека. М. 1996.
    1. Лившиц Ю.Д. Меры пресечения в советском уголовном процессе. - М.: Изд-во «Юридическая литература», І964.- 140 с.
    1. Манаев Ю.В., Посник B.C., Смирнов В.В. Применение мер пресечения следователем, (по материалам следствен, органов МВД СССР); Уч. пособие. - Волгоград: ВСШМВД, 1976. - 111 с.
    1. Маркс К., Энгельс Ф. Избран, произвед. в 3-х томах. М., Политиздат, 1983. Т. 1.-634 с.
    1. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Изд. 2-е М., Политиздат. 1955-1966 Т. 23.-907 с.
    1. Мельникова Э.Б. Уголовный процесс по делам несовершеннолетних. // Ларин A.M. , Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс Рос- ^ сии / под ред. Савицкого В.М. М. 1997.
    1. Митрохин Н.П. Законность и демократизм предварительного следствия. Минск, 1979.
    1. Михайлов В.А. Меры пресечения в советском уголовном судопроизводстве. М. 1991.
    1. Михайлов В.А. Меры пресечения в российском уголовном процессе: Учебно- практическое издание. - М.: Право и Закон, 1996,- 304 с. 2. 48 Монтескье Ш. Избранные произведения М. 1959 с. 288 2. 49. Науменко А.Б. Уголовный процесс в зарубежных государствах // Уголовный процесс: Учебник для вузов. / Под общ. ред. А С. Кобликова. - М.: ‘ НОРМА-ИНФРА*М, 1999. - 374 с.

I ‘

    1. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / под общ. ред. В.М. Лебедева, под науч. ред. В.П. Божьева. - М.;Спарк, 1996,-624 с.
    1. Николайчик В. М. Уголовный процесс США.- М.. Наука,1981 - 224

с.

    1. Омельченко Г.Е. Применение следователем органов внутренних дел ^ мер пресечения к несовершеннолетним. Киев. 1988. С. 31-32.
    1. Пашин C.A. Обжалование арестов: практическое пособие. М., 1997. Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждение в уголовном процессе. / Отв. ред. и. Б. Михайловская; АН СССР, Ин-т гос-ва и права. - М.: Наука, 1989.-252 (2) с.
    1. Петрухин И.Л. Меры пресечения: понятие, основания и условия применения / Уголовный процесс. Учебник / под редакцией И.Л. Петрухина. - М.: РБОЮЛ Грачев С М. 2001. 520 с.
    1. Рагинский М.Ю. О гарантиях неприкосновенности личности. Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. Саратов. 1981.
    1. Рыжаков А.П. Меры пресечения. М. Информ.издат. дом «Фи- линъ».1997.- 176 с.

^ 2. 57. Рыжаков А.П. Краткий курс уголовного процесса. -М.. «Приор».

    • 239 с.
    1. Сокращение применения досудебного лишения свободы. Результаты исследования и рекомендации. - М.: PRI, 2000 - 11 с. (Международная тюремная система).
    1. Савицкий В.М. О презумпции невиновности и других принципах уголовного процесса И Ларин А.М., Мельникова Э.В., Савицкий В.М. Уголовный процесс России. Лекции-очерки / под ред. П.А. Лупинской. М. 1997.
    1. Смирнов В В. Арест как мера пресечения, применяемая следовате- лем органов внутренних дел: Учебное пособие - Хабаровск: ХВЩ МВД, 1987.- 93 с.
    1. Стецовский Ю. И. Судебная власть. М., 1999. 2. 62. Стецовский Ю.И., Ларин A.M. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. / Отв. ред. В. П. Каменов; АН СССР, Ин-т гос-ва и права. - М.: Наука, 1988. - 316 (1) с.
    1. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса: В 2 т. Переработ. и доп. изд. Т. 1. - М.: Наука, 1968. - 470 с.
    1. Строгович M.C. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. - М.; Изд-во АН СССР, 1955. - 384 с.

2, 65. Тетерин Б.е., Трошкин Е.З. Возбуждение и расследование уголовных дел. М. 1997.

    1. Трусов А. И. Меры уголовно-процессуального принуждения // Уголовный процесс / под ред. К.Ф. Гуценко. М. 1999.
    1. Уголовный процесс: Учебник / под ред. В.П. Божьева. М. 1989. 2. 68. Чистякова B.C. Понятие мер пресечения, основания и порядок их применения // Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / под ред. П.А. Лупинской. М. 1997.
    1. Чувилев А.А. Заключение под стражу в качестве меры пресечения. > М. 1989.
    1. Чувилев А.А. Постановление о привлечении в качестве обвиняемого // Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. / Отв. ред. В.И. Радченко; Под ред. В Т. Томина. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт,

1999.-730 с.

    1. Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса. Минск.: Изд. БГУ, 1970,- 175 с.
  1. Статьи

    1. Алексеева Л.Б. Принуждение и ответственность в механизме уголовно- процессуального регулирования // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 30. М. 1970. С 76.
  2. 3.2. Ардашкин В.Д. О принуждении по советскому праву // Сов. гос-во и право. 1970 №7. С. 36.

    1. Бабенко А., Яблоков В. Судебный контроль за предварительным расследованием необходимо расширить. // Российская юстиция. 2000. № 6. - с. 2-3.
  3. 4, Багаутдинов Ф. Состояние и перспективы судебного контроля. // Российская юстиция. 2001. № 3. - с. 24-26. > 3. 5. Бакаев Д. Прокурорский надзор за законностью ареста обвиняемых

(подозреваемых). // Социалистическая законность, 1975, № 8ю - с. 47.

    1. Божьев В. «Тихая революция» Конституционного Суда в уголовном процессе Российской Федерации. // Российская Юстиция. 2000. № 10. - с. 9-11.
    1. Виницкий Л. Уравнять права сторон в уголовном процессе. // Российская юстиция. 1999. №
    • с. 43-44.
    1. Гагарский А. Работа судов РФ в 1997 году // Российская юстиция 1998. №6.-с. 55-58.

3.9. Грузд. Б., Сайкин Л. И законность, и обоснованность ареста. // Рос- ^ сийская юстиция. 1999. № 12. - с. 43-44.

    1. Дмитриевская С.О. О судебном контроле за арестом и содержанием под стражей. // Советская Юстиция 1992. № 7-8. - с. 14-15
  1. И. Драченов А., Тенчев Э. Судебная проверка законности и обоснованности арестов. //Советская юстиция. 1993. № 19. - с. 23-24.

    1. Евграфов А.П., Марков А.Я. Заключение под стражу и практика его применения. // Проблемы заключения под стражу и исполнения наказания. Сбор, научных трудов. -М.: ВНИИ МВД, 1984,- с. 62-71,
    1. Епихин А. Ю- Судебный контроль - профессивный принцип. И Рос. н; Юстиция. 1995. №
    • с. 39-40.
    1. Жданов А. Законность или обоснованность ареста? // Российская юстиция. 1999. № 1. - с. 48.
    1. Капинус Н.И. Меры пресечения в российском уголовном процессе // Следователь. 1998. № 8, - с.21-40.
    1. Когда аресты начнет санкционировать суд? // Российская юстиция.

3.2001.-с.10-15.

    1. Кожевников И. О проекте УПК И Уголовное право. 1997. № 3 - с.
    1. Козлов В. Мера пресечения не может быть тяжелее наказания. // Российская юстиция.
  1. № 3. - с. 48.
3. 19. Козырев Г. Н. Роль адвоката в судебном контроле за арестами //

Рос. Юстиция. 1994. № 3. - с. 45.

    1. Кокорев Л.Д, Судебная реформа: идеи и реальность // Проблемы судебной реформы: Сб. статей. Воронеж. 1993. - с. 5-16.
    1. Колоколов Н.А. Права человека - высшая ценность закона. // Российская юстиция. 1997. Ко 1.-C. 16-18.
    1. Колоколов Н.А. Судебный контроль за арестами. // Российская юстиция. 1998. № 3. - С.10- 11.
    1. Колоколов Н.А. Меры пресечения имушественного характера // ^ Российская юстиция 1998. № І2. С. 41-42.
    1. Корнуков В.М. Проверка прокурором оснований для применения мер процессуального принуждения // Вопросы теории и практики прокурорского надзора. Саратов. 1974. - с. 65.
    1. Коряковцев В В. Залог как мера пресечения в уголовном процессе Российской Федерации. // Правоведение 2000. № 4. - с. 120-131.
    1. Лукичев Ю.А. Презумпция невиновности - понятие и содержание. // Ученые записки юридического факультета. С.П.б, гуманитарный институт профсоюзов. С.П.б. 1997.- с. 86-88.
    1. Масленникова Л.Н. Обжалование и судебная проверка законности и обоснованности ареста // Законность. 1993. № 2. - с. 21-27.
    1. Масленникова Л.Н. Изучение законодательных новелл, регламентирующих судебный контроль в стадии преішарительного расследования // Проблемы совершенствования уголовного и уголовно-процессуального законодательства России: Сб. статей. М. 1993. - с. 87- 97.
    1. Масленникова Л.Н. Обжалование ареста в суд: трудности практики // Законность. 1993. №
    • с. 37- 42.
    1. Неткачев В. Судебное обжалование арестов. // Законность 1993. № 7.-с. 32-33.

’ 3. 31. Петру хин И. Л. Задержание и арест (Охрана интересов личности) //

Советское государство и право. 1989, Х» 8. - с. 73-82.

    1. Петрухин И. Л. Пркурорский надзор и судебный контроль за следствием // Российская юстиция. 1998. № 9. - с. 12-13.
    1. Петрухин И.Л. Судебная власть, раздавленная полицейским сапогом. // Российская юстиция 2000. № 2. - с. 4-5.
    1. Поляков М.П. Уголовный процесс: новые задачи в старой упаковке. // Следователь. 1999. №7. - с. 3-4.
    1. Питулько К.В. Проблемы судебного контроля за применением за- ^ ключения под стражу в качестве меры пресечения и за продлением его сроков.

// Правоведение. 2000. № 2. - с. 212-219.

    1. Питулько К.В. Вопросы совершенствования правовой регламентации судебной проверки законности и обоснованности ареста в уголовном судопроизводстве Российской Федерации. // Правоведение. 2000. № 6. - с. 192-201.
    1. Радченко В.И. Судебная праіаика проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей // Бюллетень Верховного Суда РФ 1995. № 2. - с. 12- 16.
    1. Руднев В.И. Защита прав арестованного (задержанного). // Закон- ч ность. 1993. № 9. - с. 36-39.
    1. Руднев В. И. О судебном аресте. // Российская юстиция. 1995. № 5 _ с. 43-44.
    1. Селезнев М. Процессуальные вопросы судебной проверки законно- j сти и обоснованности арестов. // Законность. 1993. № 7, - с. 41- 45.

I 3. 41. Селезнев М. Роль прокурора при применении мер процессуального

I

і принуждения // Законность. 1994. № 4. - с. 33-37.

I 3. 42. Селезнев М. Арест по решению суда И Российская юстиция. 1995 г.

’ ^ №2.-с. 40-42.

203

    1. Стецовский Ю. И. Конституции вопреки // Юридический Вестник. 1997. №6,- с. 5-6.

^ 3. 44. Сухарев И. Работа коллегий адвокатов в РФ в 1999 г. Статистика //

Российская юстиция 2000. № 7. - с. 61-62.

    1. Томин В.Т. Понятие и цели советского уголовного процесса // Правоведение. 1969. № 4.
    1. Филимонов Б. А. Сущность и характер заключения по стражу в уголовном процессе ФРГ // Вест. Моск. ун-та. Сер. 2. Право 1982 № 4.
    1. Фомин М. Оценка адвокатом обоснованности ареста // Российская юстиция 2000. № 4. - с. 38-39.
    1. Цоколова О.И. Основания применения мер пресечения необходимо ^ пересмотреть. // Проблемы предварительного следствия и дознания. Сб. статей.

ВНИИ МВД РФ,М. 1995.-C.40-48.

    1. Чувилев А., Лобанов А. Судебный контроль за законностью и необоснованностью ареста и продлением срока содержания под стражей. // Советская юстиция. 1993. № 6. - с. 21-22.
    1. Шамардин А. Необоснованный арест не может быть законным. // Российская юстиция.
  1. № 4. - с, 22.

  2. Авторефераты

  3. I. Батюк В Н. Применение следователем мер процессуального принуждения, связанных с лишением свободы: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Киевская Высшая Школа МВД СССР им. Ф.Э. Дзержинского. Киев. 1986. - 25 с.

    1. Галузо В.Н. Судебный контроль за законностью и обоснованностью содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых на стадии предварительного расследования: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Московская Высшая Школа милиции МВД. М. 1995.- 29 с.
    1. Капсаяямов К.Ж. Юридические гарантии обеспечения конституционных принципов судопроизводства в сфере уголовно-процессуального принуждения: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Алма-аты, 1996. - 24 с.
    1. Кудинов Л. Д. Предварительное заключение под стражу в советском уголовном процессе: Автореф. дис. .,. канд. юрид. наук. - ВЮЗИ. М., 1985. - 20 с.
    1. Кутуев Э.К. Заключение под стражу и содержание под стражей: состояние, проблемы, перспективы: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - СПб.: СПб Университет, 1999.-18 с.
    1. Куцова Э.Ф. Уголовно-процессуальные гарантии прав и законных интересов личности (Советский уголовный процесс): Автореф. дис. … док. “” юрид. наук. - М., 1986. - 39 с.
    1. Лившиц Ю. Д. Меры процессуального принуждения в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М., МГУ, 1958. - 17 с.
    1. Машовец А.О. Принцип состязательности и его реализация на предварительном следствии: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М., 1994. - 25 с.
    1. Смирнов В.В. Арест как мера пресечения при производстве предварительного расследования: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М.: Высшая следственая школа МВД СССР,
    • 23 с. ^ 4. 10. Устимов М.А. Судебный контроль на стадии предварительного рас

следования: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саранск; Мордовский гос. Университет им. Н.П. Огарева, 1999. - 28 с.

  1. П. Федоров А.В. Уголовно-процессуальный институт неприкосновенности прокурорских работников и реализация гарантий прокурорской неприкосновенности. Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - СПб.: Санкт- Петербургский юридический институт МВД России, 1995, - 17 с.

А

    1. Цоколова О.И. Применение органами предварительного следствия и дознания мер принуждения под судебным контролем: Автореф. дис. … канд.

юрид. наук. - М.: ВШИ МВД РФ, 1995,- 24 с.

I

    1. Шадрин B.C. Обеспечение прав личности при расследовании пре- ступлений. Автореф. дис. … док. юрид. наук. - МВД РФ. Моск. юрид. ин-т -
  1. М., 1997.-38 с.

  2. Диссертации

    1. Богова И.А. Проблемы совершенствования института предотвращения уклонения обвиняемого от следствия и суда: Дисс. … канд. юрид. наук. - Саратов: СЮИ МВД РФ, 1998. - 170 с.
  3. ^ 5. 2. Давыдов В.А. Заключение под стражу как мера пресечения. Дис. …

канд. юрид. наук. - М.: Академия наук СССР / Институт государства и права, 1978,- 158 с.

    1. Цоколова О.И. Применение органами дознания и предварительного следствия мер процессуального принуждения под судебным контролем. Дисс. … канд. юрид. наук. -М.: ВНИИ МВД РФ, 1995.-185 с.

Ч

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 52 52 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 2 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 66 120 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’ 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 60 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version J27 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 200 -< 20. Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version Г’

122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version 122 Converted bv Tiff Combine - fno stamps are applied bv registered version