lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Клейман, Лариса Викторовна. - Установление относимости доказательств при расследовании преступлений: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Красноярск, 2001 219 с. РГБ ОД, 61:02-12/623-1

Posted in:

СИБИРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ МВД РФ

На правах рукописи

КЛЕЙМАН ЛАРИСА ВИКТОРОВНА

УСТАНОВЛЕНИЕ ОТНОСИМОСТИ

ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПРИ

РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ

12.00.09-уголовный процесс; криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

ДИССЕРТАЦИЯ

на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель доктор юридических наук, профессор
ОРЛОВ Ю.К.

Красноярск - 2001

2

Оглавление

Введение 4

Глава 1. Относимость в системе понятий теории доказательств и 13 теории доказывания

1.1. Теория доказательств и теория доказывания: общая 13 характеристика и соотношение 1.2. 1.3. Основные понятия теории доказательств и теории 18 доказывания 1.4. 1.2 Л. Понятийный аппарат теории доказательств 18

1.2.2. Понятийный аппарат теории доказывания. 50

Гносеологическая роль категории «относимость» в

процессе доказывания

1.3. Относимость как свойство доказательства 66

1.3.1. Понятие относимости доказательств 66 1.3.2. 1.3.3. Соотношение относимости .с другими свойствами 75 доказательств 1.3.4. 1.3.3. Виды относимых доказательств 78 Глава 2. Взаимосвязь предмета и пределов доказывания и 92 установления относимости

2.1. Обстоятельства, подлежащие доказыванию 92

2.1.1. Общая характеристика предмета доказывания 94 2.1.2. 2.1.3. Содержание понятия «событие преступления» 103 2.1.4. 2.1.5. Субъективная сторона в предмете доказывания 118 2.1.6. 2.1.7. Иные обстоятельства предмета доказывания 123 2.1.8. 2.2. Пределы доказывания и установление относимости 126 2.2Л. Понятие пределов доказывания 126 2.2.2. Гносеологическая роль версий в процессе познания 130

и доказывания

Глава 3. Уровни доказывания и установление относимости 136

3.1. Познавательный уровень доказывания и установление 136 относимости 3.2. 3.3. Анализ следственной практики по установлению 154 относимости на познавательном уровне 3.4. 3.5. Удостоверительный уровень доказывания и установление 164 относимости 3.6. 3.7. Анализ следственной практики по установлению 174 относимости на удостоверительном уровне 3.8. 3.9. Обосновательный уровень доказывания и установление 179 относимости 3.10. 3.11. Анализ следственной практики по установлению 186 относимости на обосновательном уровне 3.12. Заключение 19 0

Список использованной литературы 19 3

Приложение 20 5

4

Введение.

Актуальность темы исследования. Достижение целей и задач уголовного судопроизводства, в том числе правильное разрешение основного вопроса уголовного дела, связано с наличием достаточной совокупности доказательств, а точнее — с их системой, и лишь те доказательства, которые отвечают требованиям, предъявляемым к ним уголовно-процессуальным законом, являются основой любого решения в уголовном процессе. Поэтому проблема исследования свойств доказательств, в частности их относимости, занимает центральное место в уголовно-процессуальной науке.

Однако, если такие свойства доказательства, как достоверность и, особенно допустимость, исследованы в уголовно-процессуальной литературе довольно детально, то свойство относимости изучено не достаточно. Заметим, что в работах Р.С. Белкина, А.Р. Белкина, В.И. Зажицкого, А.Л. Иванова, Л.М. Карнеевой, Н.П. Кузнецова, И.Б. Михайловской, Ю.К. Орлова, Г.М. Резника, Ф.Н. Фаткуллина, А.А. Хмырова и других затрагивались лишь некоторые аспекты проблемы относимости доказательств. Единственное исследование по данному вопросу - это диссертация С.Л. Перцовского, написанная ещё в 1950 г.1

Следует отметить, что учеными относимость доказательств рассматривается как свойство уже существующего, отдельно взятого доказательства. Но при этом не раскрывается, каким образом происходит установление свойства относимости, что определяет проблему изучения структуры процесса доказывания, его уровней, задач, этапов и разработки программ по определению относимости, а это уже имеет не только теоретическое, но и практическое значение.

Перцовский С.Л. Относимость доказательств в советском уголовном процессе: Дис. . ..канд. юрид. наук. - Харьков, 1950.

5

Последнее подтверждается тем, что качество расследования остается недостаточно высоким и в структуру следственных ошибок входят: односторонность, неполнота исследования обстоятельств дела (59,7%), несоблюдение конституционных прав и свобод человека и гражданина (7,4%), существенные нарушения уголовно-процессуального закона (15,6%)*. В определенной степени эти ошибки подтверждаются данными по Красноярскому краю. Так, в 2000г. судами было возвращено на дополнительное расследование 2455 дел, что составляет 7,7 % от общего числа поступивших в суды уголовных дел. Из них по делам о преступлениях, посягающих на жизнь человека - 66 дел (13,5%), посягающих на половую свободу и половую неприкосновенность личности - 31 дело (11,4%). Основные причины такого состояния, как и раньше, - это односторонность и неполнота проведенного расследования, существенные нарушения уголовно-процессуального закона, среди которых односторонность и неполнота расследования непосредственно связаны с проблемами определения относимости. Изложенное определило выбор темы диссертационного исследования.

Объектом диссертационного исследования является

доказательственная деятельность следственного аппарата при расследовании уголовных дел.

В предмет диссертационного исследования входят закономерности процесса установления относимости доказательств на различных уровнях доказывания.

Цель диссертационного исследования состояла в дальнейшей разработке основ теории доказывания, познании процесса установления относимости и разработке на этой основе рекомендаций.

Назаров А,Д. Проблемы следственных ошибок в досудебных стадиях уголовного процесса (по материалам Средне-Сибирского региона): Дне канд. юрид. наук. - М., 1999. - С. 26.

6

Задачи исследования. Цели исследования определили необходимость решения следующих основных задач, нашедших отражение в структуре работы:

изучить соотношение теории доказательств и теории доказывания и определить место понятия «относимость доказательств» в каждой из них;

проанализировать понятие «относимость доказательств» и дать его определение;

разработать классификацию относимых и неотноеимых доказательств;

изучить задачи, этапы, структуру, закономерности процесса установления относимости доказательств;

выявить специфику установления относимости доказательств при расследовании умышленных убийств; причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть; изнасилований;

изучить и обобщить следственную практику по установлению относимости доказательств и выявить типичные следственные ошибки;

разработать рекомендации по определению относимости доказательств на различных уровнях доказывания.

Методология и методика исследования. Теоретическую основу исследования составили концептуальные положения ученых в области теории доказательств и теории доказывания: В.Д. Арсеньева, А.Р. Белкина, Р.С. Белкина, Л.Е, Владимирова, Е.П. Гришиной, А.А. Давлетова, В.Я. Дорохова, 3.3. Зинатуллина, В.В. Золотых, А.Л. Иванова, Ц.М. Каз, Л.М. Карнеевой, Н.М. Кипниса, Л.Д. Кокорева, В.Е. Корноухова, В.Я. Колдина, Д.П. Котова, Н.П. Кузнецова, СВ. Курылева, A.M. Ларина, И.М. Лузгина, П.А. Лупинской, И.Б. Михайловской, С. Некрасова, Ю.К. Орлова, С.Л. Перцовского, СВ. Познышева, А.Р. Ратинова, Г.М. Резника, Н.В. Сибилевой, М.С. Строговича, М.К. Треушникова, А.И. Трусова, Д.А. Турчина, Л.Т. Ульяновой, Ф.Н. Фаткуллина, А.А. Хмырова, М.А. Чельцова, М.П. Шаламова, С.А. Шейфера, А.А. Эйсмана, М.Л. Якуба и других.

7

Теоретические основы позволили сформулировать проблему и на ее основе разработать методологию и методики исследования. В качестве общих методов познания использовался системно-структурный подход и обобщение следственной практики как частно-научный метод теории доказывания, на основе которого была разработана методика по изучению архивных уголовных дел.

Эмпирическую основу исследования составили результаты обобщения следственной практики по специально разработанной анкете. При этом было изучено 100 уголовных дел: 50 - по расследованию убийств, а также причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть, и 50 - по расследованию изнасилований.

Научная новизна исследования. Представленная работа является одним из немногочисленных монографических исследований комплексного характера по установлению относимости в процессе доказывания. При этом диссертантом раскрыто соотношение теории доказательств и теории доказывания, рассмотрено понятие «относимость» доказательств как категории одной, так и другой теории.

В работе проанализировано и дано авторское определение понятия «относимость доказательств», а также предложена классификация относимых доказательств. Анализ действующего уголовно- процессуального

законодательства и практики его применения, в контексте свойства относимости, позволил автору разработать классификацию предметов доказывания и предложить новую формулировку ст. 68 УПК РСФСР. Кроме того, в работе впервые установление относимости доказательств рассматривается как процесс, и с учетом уровней доказывания (познавательного, удостоверительного, обосновательного) раскрыта сущность деятельности по установлению относимости доказательств на каждом из них, сформулированы задачи и выделены этапы, разработаны рекомендации по

8

определению относимости, что направлено на повышение качества расследования.

Проведенный анализ уголовных дел о преступлениях против личности, позволил говорить не только об особенностях определения относимости по категориям дел, но и по отдельным видам преступлений (умышленное убийство; причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть; изнасилование), что имеет как уголовно-процессуальное, так и криминалистическое значение, поскольку криминалисты при разработке методик по расследованию преступлений недостаточно уделяют внимания установлению свойств доказательств.

Основные положения, выносимые на защиту:

  1. Теория доказательств и теория доказывания представляют взаимосвязанную систему, которую объединяют обстоятельства, подлежащие доказыванию, потому что свойства доказательств, свойства системы доказательств не могут исследоваться вне связи с обстоятельствами, а процесс доказывания становится беспредметным без обозначения того, что необходимо установить.

  2. Теория доказательств изучает свойства доказательств (относимость, допустимость, достоверность, достаточность), их функциональное назначение (классификация доказательств, свойства системы доказательств - полнота, достоверность, надежность, согласованность, однозначность), среди которых относимость, как правовое свойство, отражает способность доказательства прямо или косвенно устанавливать обстоятельства, подлежащие доказыванию, в силу объективных связей между ними. При этом в число относимых входят те доказательства, посредством которых устанавливаются обстоятельства, входящие в предмет доказывания; имеющее значение для принятия промежуточных решений; доказательственные факты; вспомогательные доказательства (ориентирующие и контрольные).

9

  1. В теории доказывания понятийный аппарат теории доказательств выполняет гносеологическую функцию, показывая на что направлен процесс: формирование свойств и образование доказательств, в том числе и установление свойства относимости; свойств системы доказательств.

  2. Доказывание как процесс - это та часть деятельности лица производящего дознание, следователя, прокурора, суда, которая направлена на образование доказательств; обоснование обстоятельств, подлежащих доказыванию; установление истины по уголовным делам, и представляет систему частных задач, которую объединяют уровни доказывания: доказывание - познание; доказывание - удостоверение; доказывание - обоснование.
  3. Избирательность процесса доказывания задается соотношением предмета и пределов доказывания, что является самым широким основанием определения относимости. В этой связи предлагается новая формулировка ст.68 УПК в следующей редакции: «Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.
  4. При производстве дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде подлежат доказыванию:

1) преступное деяние (время, место, способ и другие признаки, имеющие значение для установления деяния); 2) 3) преступные последствия (характер и размер ущерба, причиненного преступным деянием), а также связь преступных последствий с преступным деянием; 4) 5) лицо, совершившее преступление; 6) 7) вина, мотивы, цель совершения преступления; 8) 5) обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности виновного, указанные в ст. 61 и 63 УК РФ, а также иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

6) иные обстоятельства, имеющие значения для правильного разрешения уголовного дела.

10

  1. Подлежат выявлению причины и условия, способствующие совершению преступления».

Кроме того, дано определение пределов доказывания как границ поиска носителей доказательственной информации, содержание которых определяется версиями.

  1. На познавательном уровне доказывания основное содержание деятельности заключается в вероятностном выводе об относимости к делу фактических данных, на основе познания их связей с обстоятельствами, подлежащими доказыванию. На данном уровне определение относимости осуществляется при решении следующих частных задач: поиска следов преступления через отношение предмета и пределов доказывания; выявления связи содержания следов преступления с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, посредством исследования пространственно-временных характеристик; познание структуры совершения преступления через доказывание того, что лицо, привлеченное к уголовной ответственности совершило инкриминируемое ему деяние; определение материального, физического или (и) морального вреда; способа действия (бездействия) и причинной связи между деянием и наступившими последствиями; анализа субъективной стороны преступления. С учетом перечисленных задач разработаны программы по вероятному определению относимости.

  2. Особенности определения относимости доказательств на удостоверительном уровне связаны с тем, что, во-первых, после процессуального оформления, проверка и оценка относимости доказательств превращается из возможности в обязанность лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда, а, во-вторых, устранение недостатков удостоверительной деятельности требует собирания новых относимых к делу доказательств. В то же время неправильно выбранное следственное действие приводит к тому, что может быть зафиксирована не относящаяся к делу информация или только её часть. При этом относимыми могут быть только те

11

фактические данные, которые получены с использованием тактических приемов, технических средств, экспертных методик, отвечающих критериям адекватности отображения и воспроизводимости результата. Если относимые фактические данные получены с нарушением установленного порядка производства следственного действия, то, в одних случаях, доказательства исключаются как недопустимые, а в других, если это разрешено уголовно-процессуальным законом, ошибки могут быть устранены путем производства дополнительных следственных действий.

  1. На обосновательном уровне относимость доказательств устанавливается достоверно через следующую программу действий: уточнение связи между содержанием отдельного доказательства и предметом доказывания; группировку сведений об обстоятельствах совершения преступления по определенным основаниям; сопоставление конкурирующих систем доказательств; группировку сведений о фактах по установлению отдельных элементов предмета доказывания. Сущность обосновательного уровня доказывания состоит в том, что он представляет собой ту часть деятельности, которая направлена на убеждение последующих возможных или обязательных адресатов доказывания в истинности передаваемых знаний.

Апробация результатов исследования.

Результаты проведенного исследования и сформулированные на их основе выводы, предложения и рекомендации были обсуждены на кафедрах уголовного процесса предварительного расследования в ОВД, криминалистики Сибирского юридического института МВД России, использовались при подготовке научных публикаций. Основные положения диссертационного исследования докладывались на международных («Актуальные проблемы борьбы с преступностью в Сибирском регионе», проходившей 8-9 февраля 2001г. в г. Красноярске), научных и научно-практических конференциях («Перспективы деятельности органов внутренних дел и государственной противопожарной службы», проходившей 13-14 апреля 2000г. в г. Иркутске).

12

Кроме того, результаты исследования внедрены в практику деятельности органов прокуратуры (представлена аналитическая справка по результатам обобщения следственной практики), а также используются при преподавании курса «Уголовный процесс» и спецкурса «Актуальные проблемы применения уголовно-процессуального законодательства» в Сибирском юридическом институте МВД России.

13

ГЛАВА 1. Относимоеть в системе понятий теории доказательств и теории доказывания

1.1. Теория доказательств и теория доказывания: общая характеристика и соотношение

Прежде чем рассматривать процесс установления относимости доказательств, необходимо проанализировать соотношение теории доказательств и теории доказывания, потому что свойство относимости доказательств входит в понятийный аппарат как одной, так и другой теории.

В связи с этим кратко рассмотрим их становление. Как в Европе, так и в России вначале разрабатывалась теория доказательств, потому что переход к состязательному процессу поставил перед учеными проблему выяснения сущности доказательств и их значения1.

В советский период проблемы теории доказательств исследовались многими учеными, и вопросы доказывания так или иначе входили в ее содержание. Однако только в 1969 г. СВ. Курылев обозначил проблему, отразив некоторые положения теории доказывания2. Последняя в коллективной работе «Теория доказательств в советском уголовном процессе», не обозначалась в качестве теории, но в ней были затронуты многие аспекты доказывания: гносеологические, психологические и др.3 В дальнейшем вопросы теории доказывания исследовались Ф.Н. Фаткуллиным4, А.А.Хмыровым5, А.Р.Белкиным6.

См., например: Уильз У. Опыт теории косвенных улик, объяснений примерами. - М., 1864; Жиряев А. Теория улик. - Дерпт, 1855 и др.

Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. - Минск, 1969. 3 Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н.В. Жогин. 2-е изд. испр. и доп. - М., 1973.

Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1976. “ Хмыров А. А. Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981. 6 Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999.

14

В настоящее время в науке уголовного процесса, пожалуй, никем не оспаривается правомерность оперирования понятием «теория доказывания». Однако если признается самостоятельность теории доказывания, то необходимо прежде всего выяснить, какие закономерности она изучает, а также ее соотношение с теорией доказательств. Последний вопрос в уголовно-процессуальной литературе не рассматривался, за исключением высказывания А.Р.Белкина, который пишет: «Что именовалось «теорией доказательств», при ближайшем рассмотрении оказывалось таковой лишь в незначительной части, где речь шла о понятии и видах доказательств. Все же остальное содержание этой теории относилось и относится к оперированию доказательствами, т. е. к доказыванию»1. Но в этом суждении скорее была высказана мысль о разграничении, чем сделано научное обоснование самостоятельности двух теорий.

Прежде чем говорить о соотношении теории доказательств и теории доказывания, необходимо определить предмет изучения одной и другой теорий. Авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе» называют предметом теории доказательств правовые нормы, устанавливающие порядок собирания, исследования и оценки доказательств по уголовным делам, практическую деятельность субъектов доказывания, а также закономерности, связанные с возникновением, хранением, передачей и переработкой доказательственной информации . В то же время, по мнению А.А. Хмырова, теория доказывания изучает методологические основы предмета, доказательственное право, практическую деятельность субъектов доказывания, закономерности
возникновения и использования доказательственной

•у

информации . Однако как авторы коллективной работы, так и А.А.Хмыров обозначают все же не предметы той и другой теорий, а их объекты. Предметом

Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999. - С. VI. ~ Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 17. “ Хмыров А.А. Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981. - С. 8.

15

же являются закономерности, которые и определяют сущность теорий. В связи с этим рассмотрим сущность (закономерности) теории доказательств.

Как известно, теория доказательств делится на общую и особенную части. Традиционно считается, что общая часть изучает понятие доказательств, их свойства, классификацию, понятие предмета и пределов доказывания, а особенная - отдельные виды доказательств: показания свидетелей, потерпевших, обвиняемых, заключения эксперта, вещественные доказательства и др.

Говоря о свойствах доказательств, процессуалисты (и это нашло свое отражение в уголовно-процессуальном законе) имеют в виду такие, как относимость, допустимость, достоверность, характеризующие отдельное доказательство, и достаточность, характеризующую совокупность доказательств. Однако система доказательств по уголовному делу (как, впрочем, любая система) имеет свои, интегративные (системные) свойства.

В определенной мере системный характер доказательств проявляется через их классификацию, которая раскрывает функциональное назначение доказательств. Между тем системный характер доказательств обнаруживается не только в этом, но и в таких свойствах, как полнота, достоверность, надежность, согласованность, однозначность1. Не раскрывая содержание этих свойств, отметим, что они - это своего рода требования к совокупности доказательств, отсутствие хотя бы одного из которых не позволяет считать установленными обстоятельства, перечисленные в ст. 68 УПК РСФСР.

Следовательно, свойства доказательства, интегративные свойства системы доказательств входят в предмет теории доказательств.

Однако теория доказательств рассматривает доказательства и их систему как данность, не раскрывая того, каким образом происходит образование отдельно взятого доказательства и их системы. Включение в предмет теории

1 Хмыров А.А. Основы -теории доказывания. - Краснодар, 1981. - С. 73 - 78; а также: Ларин A.M. От следственной версии к истине. - М., 1976. - С. 195 - 196.

16

доказательств процесса доказывания не снимает этих вопросов, так как выделение в доказывании в качестве элементов собирания, проверки и оценки не отражает того, каким образом происходит движение от незнания к знанию, а от него — к истине, а потому - есть запечатление лишь одной из сторон процесса доказывания, В данном случае такой подход - это попытка изобразить процесс доказывания статично.

Между тем само название «теория доказывания» говорит о том, что ее предметом являются закономерности возникновения доказательств и оперирования ими с целью установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, а через них - истины по уголовному делу. Следует иметь в виду, что доказательства не существуют в готовом виде, они формируются1 в результате сложной мыслительной и практической деятельности.

Следы преступления потенциально содержат сведения о произошедшем событии, но извлечение этих сведений из следов, кроме криминалистического аспекта, имеет и правовой. Правовой аспект заключается в том, что из следов извлекаются лишь те сведения, которые связаны с установлением обстоятельств, подлежащих доказыванию, в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом. Таким образом, теория доказывания должна рассматривать доказывание как процесс образования отдельно взятого доказательства и их системы, т. е. как процесс формирования свойств отдельно взятого доказательства и интегративных свойств системы доказательств. Учитывая, что процесс доказывания имеет свои закономерности, которые проявляются в том, что он имеет свою структуру, уровни и характеризуется

1 Предложенный С.А. Шейфером термин «формирование» доказательств (см.: Шейфер С.А. Следственные действия. - М., 1981. - С. 5.) в настоящее время используется в процессуальной литературе довольно широко (см., например: Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999. - С. 146; Пономаренков В. А. Проблемы представления и использования доказательств в уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Саратов, 1998. - С. 3). Нами данный термин используется как синоним образования, возникновения доказательств.

17

специфическими свойствами1, можно сделать следующий вывод: установление относимости доказательств — не одномоментно, формирование этого свойства сложный процесс, протекающий на различных уровнях доказывания.

Обосновывая самостоятельность теории доказательств и теории доказывания, мы не разрываем их взаимосвязи. Более того, в качестве контраргумента суждению А.Р. Белкина заметим, что теория доказательств является ведущей по отношению к теории доказывания, поскольку в последней ее понятия выполняют гносеологическую функцию, что можно показать на примере такого понятия, как «предмет доказывания». Относительно предмета доказывания теория доказательств имеет в виду ст. 68 УПК РСФСР (ст. 392, ст. 404), тогда как это - общий для всех уголовных дел перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию. Родовой предмет можно выделить для отдельных категорий дел (например, преступления против личности, в сфере экономики и т.д.), а индивидуальный - для отдельных составов (например, ст. ст. 105, 131, 150 УК РФ и т.д.).

Предмет доказывания неразрывно связан с таким понятием, как «пределы доказывания». Эти примеры взаимосвязи двух теорий можно было бы продолжить, чтобы еще раз подтвердить, что основные понятия теории доказательств в процессе доказывания выполняют гносеологическую функцию, наполняя процесс доказывания правовым содержанием.

Изложенное позволяет сформулировать некоторые выводы о соотношении рассматриваемых теорий.

  1. Теория доказывания, составляя с теорией доказательств взаимосвязанную систему, рассматривает процесс доказывания в единстве всех его сторон и свойств: если теория доказательств отвечает на вопрос «что» (например, определяя какие доказательства являются
    относимыми и

Свойства процесса доказывания еще не были предметом изучения науки уголовного процесса, однако наличие специфики доказывания подтверждается разработкой криминалистами методик по расследованию преступлений.

18

допустимыми), то теория доказывания - на вопрос «как» (например, описывая процесс установления относимости доказательства).

  1. Теория доказывания изучает особенности доказывания по различным категориям дел1, ибо говорить, например, об относимости доказательств вообще можно лишь давая определение этому свойству, но говорить об установлении относимости доказательств безотносительно к совершенному деянию - беспредметно.

  2. В процессе доказывания понятия «доказательство», «свойства доказательств» и другие задают правовые требования к образованию доказательств, формированию их свойств, системы доказательств, они (требования) позволяют избегать ошибок, допускаемых субъектами доказывания на различных этапах процесса, а также сформулировать методические рекомендации для должностных лиц и органов, ведущих процесс, с целью повышения эффективности доказательственной деятельности при расследовании и судебном разбирательстве уголовных дел.

1.2. Основные понятия теории доказательств и теории доказывания 1.2.1. Понятийный аппарат теории доказательств

Понятие доказательства. В предьщущем параграфе рассматривалось соотношение теорий доказательств и доказывания как общей теоретической основы определения относимости доказательств. Однако прежде чем будет исследоваться процесс установления относимости доказательств, следует более детально проанализировать понятие «доказательство». Необходимость этого обусловлена тем, что каждое из свойств, характеризует доказательство лишь с одной из
сторон: относимость, а также достоверность характеризуют

1 В настоящей диссертации предпринята попытка рассмотреть особенности не доказывания в целом, а процесса установления относимости доказательств применительно к таким преступлениям против личности, как умышленное убийство, тяжкий вред здоровью, повлекший смерть, изнасилование.

19

содержание, допустимость - форму. Между тем в реальности доказательство существует в единстве содержания и формы. Такое понимание позволяет не только представить доказательство во взаимосвязи свойств, но и увидеть процесс его образования, т. е. превращение следов преступления в доказательства в правовом смысле этого слова, исходя из содержания ст.69 УПК РСФСР.

В связи с этим следует отметить: понятию доказательства в науке уголовного процесса уделялось1 и уделяется много внимания, потому что доказательственная деятельность является центральным звеном уголовного процесса.

Для анализа содержания понятия «доказательство»” воспользуемся классификацией подходов, предложенной Ю.К. Орловым “\ В донаучной (архаичной) концепции доказательство отождествлялось с объектами реальной действительности. На более позднем этапе была предложена так называемая логическая модель доказательства. По мнению её авторов, доказательствами являются только факты. При этом под фактами они понимали познанный отрезок действительности как знание, причем знание достоверное, используемое в качестве аргумента в процессе получения нового знания . Вместе с тем подобный подход к определению понятия «доказательство» раскрывает его содержание только в одном - логическом аспекте доказывания. Такое понимание не соответствует закону, поскольку ограничивается лишь указанием на содержание. Категория формы в данном случае неприменима, а

Дискуссии о понятии доказательства велись еще в начале XX в. См. например: Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. - Тула, 2000. - С. 133; Викторский СИ. Русский уголовный процесс. - М., 1997. - С. 68; Познышев СВ. Доказательства в уголовном процессе.

  • М„ 1920. - С. 18; Фойницкий ИЛ. Курс уголовного судопроизводства. - Т. 2. - СПб.,
      • С 169.

~ Здесь мы ограничимся кратким анализом содержания понятия доказательства, понимая, что это сложная проблема, имеющая самостоятельное значение.

3 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М.? 2000. - С. 35-40.

4 Белкин Р.С Собирание, исследование и оценка доказательств. - М., 1966. - С. 12. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе,

  • Воронеж, 1978. - С. 100-101.

20

поэтому и свойство допустимости. Кроме того, доказательство образуется в ходе процессуальной деятельности по собиранию, проверке и оценке, а не существует в виде данности — достоверного знания.

Осмысление этих недостатков привело к появлению «двойственной» концепции доказательства. Сущность ее состоит в том, что доказательством слушаются, во-первых, те факты, на основе которых устанавливается наличие преступления или его отсутствие, виновность или невиновность того либо иного лица в его совершении и иные обстоятельства дела, влияющие на степень ответственности этого лица, а во-вторых, предусмотренные законом источники, из которых следствие и суд получают сведения об имеющих для дела значение фактах и посредством которых они эти факты устанавливают1.

«Двойственная» концепция доказательства имеет разновидности. Например, А.И. Трусов полагает, что доказательствами по уголовному делу следует считать как источники сведений о фактах (источники доказательств), и так доказательственные факты’. При этом под доказательственным фактом он понимает «устанавливаемый в помощью источников доказательств факт, который непосредственно в состав преступления не входит, но служит основанием для вывода о существовании главного факта5.

Данная концепция возникла до принятия действующего уголовно- процессуального кодекса, однако после принятия УПК РСФСР в 1960 г. дискуссии усилились, так как редакция ст. 69 не дает оснований для её однозначного толкования. В части первой ст. 69 констатируется, что доказательствами по уголовному делу являются любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке орган дознания, следователь и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно опасного деяния,

1 Иванов А.П. Проблемы процессуального доказывания. - Ибреси, 1997. - С. 7; Шифман М.Л. Основные вопросы теории советского доказательственного права. - М., 1956. - С.
5; Строгович М.С. Уголовный процесс. - М, 1946. - С. 120; Якуб М.Л. Доказательства в советском уголовном процессе // Советский уголовный процесс. - М., 1956. - С. 64. * Трусов А.И. Доказательства в советском уголовном процессе. - М., 1958. - С. 13. J Там же.

21

виновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. В части второй говорится, что эти данные устанавливаются показаниями свидетеля, показаниями потерпевшего, показаниями подозреваемого, показаниями обвиняемого, заключением эксперта, актами ревизий и документальных проверок, вещественными доказательствами, протоколами следственных и судебных действий и иными документами.

«Двойственная» концепция доказательств не свободна от недостатков, так как индифферентна к тезису о взаимосвязи свойств доказательства, ибо факты - не могут быть допустимыми (недопустимыми), а источники -достоверными (недостоверными). Кроме того, если доказательство — это факт, то возникает вопрос - как он устанавливается? Ю.К. Орлов правильно отмечает, что «…говорить о доказательствах - фактах можно лишь применительно к косвенным доказательствам, в которых содержание не совпадает с предметом доказывания. В отношении же прямых доказательств таковым приходится считать только источник, а не содержание (поскольку, как указывалось, факт не может быть доказательством самого себя)»1.

Позднее была предложена информационная модель доказательств. Автор этой концепции В.Я. Дорохов считал доказательством не факты, а сведения о них (т.е. информацию), полученные из источников, которые указаны в законе \ У такого понимания доказательств появилось много сторонников3. Информационный подход популярен, о чем свидетельствуют предложения об изменении уголовно- процессуальной нормы, посвященной понятию

! Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 37.

*” Дорохов В.Я. Понятие доказательства в советском уголовном процессе // Сов. государство

и право. -1964. - № 9. - С. 108-117.

J Хмыров А. А. Косвенные доказательства. - М, 1979. - С. 6-7; Корнев Г.П.

Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. - Н.Новгород, 1995. - С.

127-132; Давлетов А.А. Факт, информация, знание в структуре уголовно-процессуального

познания // Правоведение. - 1990. - №2. - С 88-92; Карнеева Л. Развитие основных понятий

теории доказательств в советском уголовном процессе // Соц. законность. - 1978. - № 2. - С.

28-31 и др.

22

доказательств. Так, Б. Комлев предлагает следующую формулировку: «Доказательства — это достоверная информация, которая может быть использована для подтверждения либо опровержения обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному составу преступления, зафиксированная в уголовном деле в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, характеризующаяся наличием данных об источнике своего происхождения»1.

К сказанному добавим, что обсуждение проблем теории доказательств в гражданском процессе идет тем же путем. Например, Т.В. Сахнова сформулировала в качестве предложения для законодателя норму-дефиницию, определяющую судебные доказательства, и привела её в следующей редакции: «1. Доказательством по гражданскому делу является информация, полученная в установленном законом порядке, на основе которой суд (судья) выясняет наличие или отсутствие обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела; 2. Эта информация может быть получена из объяснений сторон, других юридически заинтересованных лиц; показаний свидетелей; письменных и вещественных доказательств; заключений экспертов и разъяснений специалистов, а также при помощи ЭВМ, аудио-, видео- и компьютерной техники, иных современных средств преобразования информации; 3. Не является доказательством информация, источник, который неизвестен (анонимная)»”.

Отметим, следующее в информационной модели доказательства положительно то, что действительно доказательством являются не факты, а сведения о фактах3, но более подробно об этом несколько позднее.

Комлев Б. О понятии доказательств//Соц. законность. - 1991. - № 11. - С. 59. Сахнова Т.В. Регламентация доказательств и доказывания в гражданском процессе // Государство и право. - 1993. - № 7. - С. 54.

” Замена словосочетания «сведения о фактах» термином «информация» ничего нового не добавляет, потому что в настоящее время разработана лишь количественная теория информации, а качественная находится в становлении.

23

И, наконец, последняя концепция доказательства — смешанная (синтезированная), авторы которой в содержание рассматриваемого понятия включают факты, сведения о фактах и их источники. При этом часть ученых говорит о единстве этих элементов1, другие же, аналогично «двойственной» концепции, разделяют их, относя к доказательствам «… содержащиеся в процессуальных источниках конкретные сведения об исследуемых фактах и подтверждаемые ими или непосредственно воспринимаемые судьями (следователем) доказательственные факты, на основе которых в определенном законом порядке устанавливаются наличие или отсутствие преступного деяния, виновность совершивших его лиц и иные обстоятельства, имеющие правовое значение по делу»”.

В связи с этим представляет как теоретическое, так и практическое значение анализ предложений по определению доказательства, которые вносились в проект УПК.

Так, авторы теоретической модели УПК определяют доказательства как сведения об обстоятельствах уголовного дела, полученные в предусмотренном законом порядке. Они устанавливаются: показаниями обвиняемого; показаниями подозреваемого; показаниями потерпевшего; показаниями свидетеля; заключением и показаниями эксперта; показаниями лица, совершившего общественно опасное действие в состоянии невменяемости; протоколами следственных и судебных действий и другими документами; вещественными доказательствами; образцами для экспертного исследования (ст. 161)3.

Если придерживаться мнения, что «фактические данные» и «сведения об обстоятельства» - идентичные понятия, то можно сделать вывод, что

Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие судебного доказательства / Вопросы борьбы с преступностью. - Вып. 28. - М„ 1978. - С. 86-101; Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук - М, 1996. - С. 18.

2 Фактуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань. 1973. - С. 114.

3 Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель / Под ред. В.М. Савицкого. - М., 1990. - С. 118.

24

содержание доказательства в такой формулировке не изменилось, а форма — отличается от ч. 2 ст. 69. В качестве источников авторы теоретической модели называют также показания лица, совершившего общественно опасное действие в состоянии невменяемости, образцы для экспертного исследования, отдельно названы показания эксперта.

В то же время разработанный в Государственно-правовом управлении Президента проект Общей части УПК РФ неоднозначно оценили теоретики и практики. И это не случайно. Ст. 147 «Понятие доказательств» гласит: «1. Доказательствами являются любые законно полученные судом или стороной предметы, документы и иные материалы, использование которых в соответствии с положениями настоящего кодекса допустимо для установления обстоятельств происшествия, а также иных имеющих значение для производства по уголовному делу обстоятельств. 2. В качестве доказательств при производстве по уголовным делам допускаются следующие материалы: 1) показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля; 2) заключение эксперта; 3) вещественные доказательства; 4) протоколы следственных и судебных действий; 5) иные документы, в том числе официальные» . «Однако со всей определенностью следует сказать, что нет абсолютно никаких объективных и правовых предпосылок исключить фактические данные из определения доказательств по уголовному делу. Преступления всегда раскрывались и будут раскрываться с помощью следов, которые остаются в реальной действительности, а не посредством предметов, документов и других материалов. Основу производства по уголовным делам составляет деятельность государственных органов и должностных лиц по обнаружению и процессуальному закреплению именно следов преступления, т.е. фактических данных, которые подлежат проверке и оценке в целях установления их достоверности»2.

УПК РФ (Общая часть), npoeicr ГПУ Президента РФ // Рос. юстиция. - 1994. - № 9. “ Зажицкий В. О доказательственном праве // Рос. юстиция. - 1995. - № 1. - С. 17.

25

Между тем у этого проекта есть сторонники, как теоретики, так и практики. Судья Московского областного суда, заслуженный юрист России Н. Григорьева считает, что в нем понятие доказательств изложено более четко1, а С.А. Пашин дает сходное определение доказательствам: «Доказательствами служат процессуально оформленные сообщения, а также документы или другие предметы, которые правомерно использовать в судопроизводстве для установления фактов, учитываемых при вынесении процессуальных решений, в особенности - приговоров»”.

В проекте уголовно-процессуального кодекса РФ, подготовленном в научно- исследовательском институте укрепления законности и правопорядка при Генеральной прокуратуре Российской Федерации, указывается: «Доказательствами служат сведения, полученные и закрепленные в предусмотренном законом порядке, на основе которых лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно-опасного деяния, виновность лица в совершении этого деяния и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Источниками этих сведений являются: показания свидетеля, показания потерпевшего, показания подозреваемого, показания обвиняемого, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий и иные документы»3. Заметим, что выделение в ч. 2 ст. 55 Проекта УПК НИИ проблем законности и правопорядка в качестве самостоятельного понятия «источников сведений» является положительным моментом. В ныне действующем УПК при определении понятия «доказательств» их источники таковыми не именуются.

Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства // Рос, юстиция. - 1995.-№8.-С. 40.

” Состязательное правосудие: Труды научно-практических лабораторий. Ч. 2. Вып. - 1. - М., - 1996. -С, 315-317.

3 Уголовно-процессуальный кодекс РФ Проект. М.: НИИ проблем укрепления законности и правопорядка, 1994. - С. 32.

26

В проекте уголовно-процессуального кодекса, представленного Министерством юстиции Российской Федерации, предлагается несколько иная формулировка понятия «доказательства»: «Доказательствами по уголовному делу являются любые фактические данные, на основе которых в определенном законом порядке дознаватель, следователь, прокурор, суд устанавливают наличие или отсутствие деяния, предусмотренного Уголовным кодексом, совершение или несовершение этого деяния обвиняемым, виновность либо невиновность обвиняемого, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Они устанавливаются: показаниями подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля; заключением эксперта; вещественными доказательствами; протоколами следственных и судебных действий и иными документами». Такая формулировка понятия доказательств в основном повторяет ныне действующую норму, внося в неё некоторые дополнения.

Заметим, что при разработке российского уголовно-процессуального законодательства многие юристы обращаются к опыту других государств. Однако в ряде зарубежных уголовно-процессуальных законодательств, в отличие от российского, не содержится четкого определения доказательства. Так, в англо- американском праве, по мнению П. Мерфи, к доказательствам могут быть отнесены «любые материалы, которые направлены на то, чтобы убедить суд в правдивости или вероятности некоторых фактов, представленных передним»1.

Такое неодинаковое понимание термина «доказательство» проистекает из различия двух правовык систем: англо-американской и романо-германской. И дело даже не в том, что в первой из них доказательственное право выделено из уголовно- процессуального (в США существуют Федеральные правила о доказательствах для судов и магистров США, в Англии - Закон о полиции и доказательствах по уголовным делам 1984 г.), а во второй — нет (в России,

См.: Решетникова И.В. Доказательное право США и Англии. - Екатеринбург, 1997. - С. 53.

27

Германии, Франции, Италии нормы доказательственного права содержатся в кодифицированных актах - уголовно-процессуальных кодексах). Причиной отсутствия четкого понятия доказательства в уголовно-процессуальных законах США и Англии является специфическое понимание цели доказывания — заставить суд поверить в наличие каких-либо обстоятельств, следовательно, доказательство - то, что может убедить поверить в это1.

Изложив основные подходы к определению доказательства, заметим, что в настоящее время большинство процессуалистов , говоря о доказательствах, имеют в виду фактические данные и источники, существующие в органическом единстве, как две стороны доказательства: содержание и форма. Напомним, что именно такое понимание и трактовка ст. 69 УПК, как нам представляется, не только соответствует закону, но и органично вписывается в систему других понятий доказательственного права (свойства доказательств, их классификация и т. д.). Единство содержания (фактических данных) и формы (источников) доказательства не исключает, а предполагает изучение каждого из них, ибо они отражают различные стороны доказательства.

В этой связи выделим в понятии доказательства наиболее существенное.

  1. Факт, понимаемый нами как «действительное, вполне реальное событие, явление, что действительно произошло, происходит, существует»”*, то

Об этом подробнее: Осипкин В.Н. Рохлин В.И. Доказательства. - СПб., 1998. - С. 7-8. ‘ Уголовно- процессуальное право Российской Федерации: Учеб. / Отв. ред. П.А. Лупинская. 3-е изд. перераб. и доп. - М.. 1999. - С. 169; Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж, 1995. - С. 109; Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995. - С. 12-13; Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. - Свердловск, 1991. - С.134; Уголовный процесс. Общая часть. - М., 1997. - С. 120; Хмыров А.А. Основы теории доказывания: Учеб. пособие. Краснодар, 1981. - С. 12; Костаков А.А. Допустимость и относимость доказательств. - Л., 1991. - С. 4; Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе: Учеб. пособие. - Волгоград. 1988. - С. 26; Соловьев В.В., Громов Н.А., Николайченко В.В. Доказывание, доказательства и их источники в уголовном процессе: Учеб. пособие. — Саратов, 1995. - С. 49- 40; Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. - М.» 1997. - С. 44 и др.

” Ожегов СИ.. Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 4-е изд., доп. - М.. 1997. - С. 847.

28

есть как часть реальности, существующей объективно , нельзя включать в содержание доказательства. Установление фактов осуществляется в ходе доказательственной деятельности, и хотя уголовно-процессуальный закон не дает определения «факту» и использует этот термин наряду с «обстоятельством» (ст.ст. 68, 69, 74-77, 88 УПК РСФСР и др.), в тексте закона эти понятия взаимосвязаны. По смыслу ст.ст. 68, 69, 74-77, 88 и других в УПК РСФСР обстоятельствами названо то, что в конечном счете необходимо установить (обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, — ст. 68 УПК), а доказательствами - то, что служит средствами выяснения обстоятельств (фактические данные, на основе которых устанавливаются обстоятельства дела - ст. 69 УПК), т.е. обстоятельства (факты) выступают целью, а доказательства - средствами её достижения.

  1. Содержанием доказательства являются сведения о фактах, т.е. информация об обстоятельствах, имеющих значение с точки зрения уголовного и уголовно- процессуального закона. Преступление - это событие прошлого, оно отражено в настоящем в виде следов. Однако «… следы преступления в качестве носителей доказательственной информации «молчат», пока они не восприняты субъектом»”. Это замечание важно, потому что, во-первых, из

1 Следует заметить, что «факт» понимается по-разному. Так, П.В. Копнин под фактом подразумевает «сами явления, вещи и события; фактом считают наши ощущения и восприятия вещей и их свойств; под фактом разумеют неопровержимые теоретические положения, которыми хотят что-то доказать или опровергнуть» (см.: Логика научного исследования / Отв. ред. П.В. Копнин, М.В. Попович. - М., 1965. - С. 16.). Поэтому неудивительно, что и в процессуальной литературе относительно понятия «факт» существует путаница. Более того, даже в одном источнике можно встретить определение факта как явления объективной социальной действительности и как знания об объективной социальной действительности (Давлетов А.А. Факт, информация, знание в структуре уголовно-процессуального познания // Правоведение. - 1990. - № 2. - С. 92; Францифоров Ю.В., Лубнин В.Н., Громов Н.А. О дискуссионных вопросах в теории доказательств // Государство и право. - 1998. - № 5. - С. 105,106; Смородинова А., Зайцева С, Громов Н. Соотношение доказательств и фактов в уголовном процессе // Рос. юстиция. - 1998. - № 11. - С. 25; Громов Н.А.. Гущин А.Н. О совершенствовании процессуальных норм, регламентирующих понятие доказательств в уголовном процессе //Следователь. - 1998. - № 3. - С. 18, 19). Однако в результате такого понимания фактов происходит смешение цели познания (факта) и результата (знания).

” Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж, 1995.-С 112.

29

содержания следов преступления извлекается не вся информация, а лишь только та, которая позволяет установить обстоятельства, подлежащие доказыванию. Во- вторых, по тем или иным причинам не вся информация, имеющая значение для дела, может быть «вычерпана» из следа, что объясняет причину повторного производства следственных действий (дополнительный осмотр места происшествия, допрос и т.д.), а также основания классификации следственных действий1, потому что один след может быть объектом не одного, а нескольких следственных действий.

  1. Форма доказательств - это показания свидетелей, показания потерпевшего и т.д., по тексту ч. 2 ст. 69 УПК, т.е. то, что принято называть источниками доказательств. Однако некоторые ученые в понятие «источник доказательств» вкладывают иной смысл. По их мнению, источник доказательства - это не его процессуальная форма, а непосредственный носитель информации. Л.Д. Кокорев и Н.П. Кузнецов пишут: «Источником доказательств являются предметы материального мира, обладающие определенными свойствами и, соответственно, признаками, которые могут использоваться для установления имеющих значение для дела обстоятельств, а также люди, в сознании которых запечатлелись обстоятельства совершения преступления. Безусловно, источники доказательств и сами доказательства тесно связаны между собой. Свойства, качества, признаки предмета нельзя рассматривать в отрыве от самого предмета, а сведения, содержащиеся в показаниях, заключениях, документах, - от лица, сообщившего эти сведения. Выяснение источника имеет важное значение для определения допустимости доказательств, а качества источника - для решения вопроса о достоверности полученных из него фактических данных. Но нужно учитывать, что в процессе доказывания данные о связанных с преступлением обстоятельствах, которые отражены в виде материальных
    следов или в сознании людей, будучи

1 Об этом подробнее: Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М., 2001. - С. 73-88.

30

надлежащим образом закреплены в материалах дела, как бы отделяются от своего источника и приобретают относительно самостоятельное существование»1. Нам представляется данная точка зрения вполне обоснованной. Авторы, не оспаривая единого понятия доказательства, предприняли попытку уточнить терминологию.

В заключение отметим, что понимание доказательства как единства содержания и формы является чрезвычайно важным, поскольку позволяет выделить свойства доказательств, т. е. то, что им имманентно присуще, и при отсутствии которых доказательства таковыми не являются. Такими обязательными свойствами являются относимость, т.е. пригодность доказательства по содержанию устанавливать имеющие значение по делу обстоятельства, и допустимость, т.е. пригодность его с точки зрения процессуальной формы. Сведения, не отвечающие хотя бы одному из указанных требований, не могут служить доказательствами.

К сказанному добавим, что, кроме перечисленных, к свойствам доказательств относят достоверность, силу (значимость)2, достаточность.

Исходя из изложенного, перейдем к анализу свойств доказательств, потому что процесс доказывания связан с образованием доказательства, т.е. с формированием их свойств.

Свойства доказательств. В уголовно-процессуальной науке общепринято выделять в качестве свойств доказательств: относимость; допустимость; достоверность; достаточность.

Причем относимость, допустимость, достоверность характеризуют отдельно взятое доказательство, а достаточность — всю совокупность. В литературе иногда упоминают и о таком свойстве, как сила (значимость)

1 Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж, 1995.-С. 115.

  • Силу (значимость) в качестве свойства доказательств выделяют не все процессуалисты. В работах Арсеньева В.Д. (Основы доказательств в советском уголовном процессе. - Иркутск. 1970); Горского Г.Ф., Кокорева Л.Д., Элькинд П.С. (Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978) и других нет даже упоминания об этом свойстве.

31

доказательств .

Важно подчеркнуть, что относимость и допустимость - это обязательные признаки доказательства, т.к. их отсутствие не позволяет использовать в этом качестве. Иными словами, нет доказательства, если оно не относимо или (и) не допустимо. Таким образом, при решении вопроса о пригодности или непригодности фактических данных для использования в качестве доказательств по уголовному делу понятия «допустимости» и «относимости» являются основополагающими. Они взаимосвязаны и взаимообусловлены, характеризуют одно доказательство, хотя и с разных сторон. Более того, проверка допустимости и относимости доказательств тесно переплетается. Так, для решения вопроса о допустимости доказательств, в частности для установления законности источника, необходимо собирание дополнительных доказательств, относящихся к делу (сведения о компетентности эксперта, состоянии здоровья свидетеля и др.). Тем не менее различать эти два свойства необходимо, так как у них различны правила оценки, последствия неправильного решения вопроса о соответствии заданному свойству, ибо они характеризуют различные качества доказательства.

Относимость доказательств - это их пригодность по содержанию служить средством доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела2.

Допустимость доказательств - это их пригодность по форме, т.е. такое свойство, которое характеризует его «… с точки зрения законности источника фактических данных (сведений, информации), а также способов получения и форм закрепления фактических данных, содержащихся в таком источнике, в порядке, предусмотренном уголовно-процессуальным законом, т.е. управомоченным на то лицом или органом в результате проведения им

Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. - М., 1977. - С. 15; Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М.5 2000. - С. 57-62; Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999. - С. 197.

Более подробно о понятии относимости доказательств в доказательственном праве см. в параграфе 1.3.

32

следственного действия при строгом соблюдении уголовно-процессуального закона, определяющего формы данного следственного действия»1.

В последнее время свойство допустимости доказательств широко обсуждается в уголовно-процессуальной литературе . И отчасти причиной этому является сам уголовно-процессуальный закон: 16 июля 1993г. ст. 69 УПК РСФСР была дополнена новой частью - третьей, которая гласит, что доказательства, полученные с нарушением закона, признаются не имеющими юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 68 настоящего Кодекса. В связи с этим Н.М. Кипнис выделил четыре критерия допустимости доказательств:

1) надлежащий субъект, правомочный проводить процессуальные действия, направленные на получение доказательств;

2) надлежащий источник фактических данных (сведений, информации), составляющих содержание доказательства; 3) 4) надлежащее процессуальное действие, используемое для получения доказательств; 5) 6) надлежащий порядок проведения процессуального действия (судебного или следственного), используемого как средство получения доказательстве 7) Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995.- С.27. “ Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995; Золотых В.В. Проверка допустимости доказательств в уголовном процессе. -Ростов н/Д, 1999; КОСТИКОВ А.А. Допустимость и относимость в уголовном процессе. - Л., 1991; Сибилева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголовном процессе. - Киев, 1990; Чувилев А., Лобанов А. Плоды отравленного дерева//Рос. юстиция. - 1999. - №11. - С. 47-49; Некрасов С. Допустимость доказательств: вопросы и решения// Рос. юстиция. - 1998. - №1. -С. 9; Лупинская П.А. Допустимость доказательств: пора обеспечить единство судебной практики//Рос. юстиция. - 1998. - № 11. - С. 23-24; Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости доказательств по делам, рассматриваемым судом присяжных//Суд присяжных: Научно-практич. сб. - М., 1993. - С.52-63; Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решений о недопустимости доказательств//Рос. юстиция. -1994.- №11.- С. 2-5; Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность/Под ред. В.А. Власихина. - М., 2000 и др. 3 Кипнис Н.М. ДОПУСТИМОСТЬ доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995.- С.27.

33

Н.В. Сибилева к ним добавляет еще научность и этичность . Нам представляется это не совсем верно, потому что научность - это скорее критерий допустимости использования научно-технических средств, методик в доказывании, а этическим нормам должен соответствовать, прежде всего, закон, в частности уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие порядок собирания, проверки и оценки доказательств. Однако следует признать, что некоторые нормы в действующем УПК не всегда соответствует этическим. Так, не исключается возможность принудительного освидетельствования потерпевшего, свидетеля. Но доказательства, полученные в результате такого следственного действия, при соблюдении установленного в УПК РСФСР порядка собирания, проверки и оценки соответствуют закону по форме, т.е. признаются допустимыми, даже если они в какой-то мере не соответствуют этике и морали.

Итак, говоря о критериях допустимости, кратко рассмотрим их содержание. В связи с этим отметим, что надлежащим субъектом будет лицо, которое в силу закона правомочно осуществлять процессуальные действия, направленные на получение доказательств. Процессуальная компетенция субъекта дифференцируется в зависимости от стадий процесса, подследственности (подсудности) дела соответствующему органу, а также в связи с принятием дела к производству или получением в установленном порядке поручения. Не анализируя все это подробно, отметим, что дискуссионными в настоящее время являются вопросы процессуальной формы и содержания отдельных поручений (а также последствия отсутствия таковых)2 и разграничение полномочий в структурных подразделениях милиции как органа дознания3.

Сибилева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголовном процессе; Автореф. дис. … канд. юрид. наук. — Харьков, 1986. - С. 16.

Белоусов А.В. Процессуальное закрепление доказательств при расследовании преступлений. - М., 2001. - С. 78-79; Марфицин П.Г., Николаева Н.М. Поручение следователя: форма и содержание//Законодательство и практика. - Омск, 1999. - №2 (3). - С. 84-88.

См. например; Рыжаков А.П. Органы дознания в уголовном процессе. - М., 1999.

34

Перечень надлежащих (законных) источников доказательств дан в ч. 2 ст. 69 УПК РСФСР. Так, доказательство будет недопустимо, если получено из анонимного сообщения, на основании слухов, если допрошены в качестве свидетелей лица, указанные в ч. 2 ст. 72 УПК РСФСР и т.д.

Надлежащими процессуальными способами получения доказательств будут:

  • следственные (судебные) действия;
  • истребование предметов и документов;
  • требование производства ревизий и документальных проверок;
  • представление доказательств участниками процесса, гражданами и организациями (ст. 70 УПК РСФСР) ‘.
  • И, наконец, надлежащий порядок проведения процессуального действия, используемого как средство получения доказательств, будет иметь место в том случае, когда соблюдены все правила его производства и процессуального закрепления полученных результатов.

Последствиями нарушения процессуальной формы доказательств, по буквальному толкованию ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР, должно быть признание их не имеющими юридической силы и как следствие, невозможность положить в основу обвинения, а также обосновывать ими приговор.

Между тем ст. 232, определяя основания возвращения дела для производства дополнительного расследования, и ст.ст. 342, 379, 496 УПК РСФСР, устанавливая основания к изменению или отмене приговора, говорят лишь о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона. Такое

Не раскрывая подробно все способы собирания доказательств, отметим, что давно дискутируется вопрос о системе следственных действий, в частности, о правомерности проведения проверки показаний на месте и доказательственном значении ее результатов (Шейфер С.А. Следственные действия. - М., 1981; Цыпленкова Е.В. Некоторые вопросы организации проверки показаний на месте престу1шения//Организационно-тактические проблемы расследования преступлений. - Красноярск, 1990. - С. 53-60, и др.), а также о соответствии духу и букве уголовно-процессуального закона представления органами. осуществляющими оперативно-розыскную деятельность информации, которая получена непроцессуальным путем (Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. - Тольятти. 1998. - С.51-64).

35

положение породило дискуссии в уголовно-процессуальной литературе. Некоторые авторы придерживаются правила «о плодах отравленного дерева», заимствованного из англосаксонского доказательственного права, согласно которому доказательство признается недопустимым в случае любого нарушения установленного законом порядка получения и закрепления1. Другие же занимают более взвешенную позицию, говоря о том, что нарушения могут быть различными: существенными, несущественными; устранимыми и неустранимыми’.

Стремительно развивающаяся практика правоприменения ставит перед учеными новые проблемы: допустимость доказательств в суде присяжных , допустимость использования в доказывании сведений, содержащихся в телевизионных передачах «дорожный патруль» и аналогичных ей4, о доказательственном значении результатов незаконных обысков (досмотров)5 и другие.

Итак, как нами было отмечено, относимость и допустимость -имманентно присущие доказательству свойства.

Вопрос о достоверности доказательств является дискуссионным в уголовно-процессуальной литературе. Между тем, исходя из анализа ст. 69 УПК РСФСР, можно сформулировать понятие относимых доказательств (ч. 1 ст. 69 УПК РСФСР) и допустимых (методом «от противного», т.е. посредством указания на недопустимые - ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР), но она не упоминает о достоверности. В то же время ст. 309 УПК РСФСР
устанавливает, что

1 Чувилев А., Лобанов А. Плоды отравленного дерева/ЛРос. юстиция. -1996.- №11.- С. 47- 49. “ Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М. 2000. - С. 46- 52; Некрасов С. Допустимость доказательств: вопросы и решения//Рос. юстиция.. - 1998. - №1. -С. 9.

J Рассмотрение дел судом присяжных: Научно-практич. пособие/Отв. ред. В.М. Лебедев. - М.. 1998; Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность/ Под ред. В.А. Власихина. - М., 2000. - С. 207-269.

Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность/Под ред. В.А. Власихина. -М.,2000.-С. 173-206.

” Там же, а также: Золотых В.В. Проверка допустимости доказательств в уголовном процессе. - Ростов н/Д., 1999.

36

обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, а Пленум Верховного Суда РФ разъясняет, что приговор должен основываться на достоверных доказательствах1.

Сказанное, а также специфика установления достоверности доказательств дало основания для различной трактовки процессуальной природы достоверности доказательств. Ряд авторов считают достоверность свойством доказательств, наряду с относимостью и допустимостью2, другие же, характеризуя доказательства, либо умалчивают о достоверности3, либо выступают более категорично, утверждая, что достоверность - это не свойство доказательств4. На наш взгляд, обязательными свойствами доказательств являются лишь относимость и допустимость. В деле могут фигурировать и недостоверные доказательства (ложное алиби обвиняемого), их нельзя положить в основу обвинительного или оправдательного приговора, они существуют для того, чтобы обосновать версию обвинения, опровергнув иные версии. Кроме того, при прекращении дела за недоказанностью, постановлении оправдательного приговора в том случае, если не доказана вина подсудимого в инкриминируемом ему деянии, вряд ли можно говорить о достоверности. Думается, правы Л.Д. Кокорев и Н.П. Кузнецов, говоря, что «несомненно и то, что любое процессуальное решение должно вытекать из имеющихся к моменту его принятия доказательств. Но если считать доказательствами только достоверные фактические данные, то мы придем к прямо противоположным

Постановление №1 Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.96 г. «О судебном приговоре»//Сборник Постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. - М., 1997. - С. 537.

2 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М.. 2000; Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. - М.5 1996; Крысин С.Г. Теоретические основы оценки средств уголовно-процессуального доказывания: Дис. …канд. юрид. наук. - Ижевск, 1999. “ Арсеньев В.Д. Основы теории доказательств в советском уголовном процессе. - Иркутск, 1970; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978; Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М. 1973.

Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж, 1995. С. 134-135.

37

выводам. Так, если суд отверг сведения, положенные в основу обвинения как недостоверные, получится, что следователь составлял обвинительное заключение, не имея никаких доказательств. Да и сам оправдательный приговор не будет опираться на доказательства. В действительности же в этом случае нет достоверных обвинительных доказательств, но не доказательств вообще. Поэтому фактические данные, полученные в установленном законом порядке, считаются доказательствами независимо от того, достоверны они или нет» .

Большую сложность представляет проверка достоверности показаний обвиняемого, отказавшегося в судебном заседании от признания, которое сделано на предварительном следствии, в том числе если он утверждает, что признался под влиянием обмана или принуждения со стороны следователя либо оперативных работников. Или, другой пример, ссылка подсудимого на алиби, впервые сделанная в судебном разбирательстве. Не менее тщательной проверки требуют показания потерпевших, особенно по делам о преступлениях против личности, в частности по делам об изнасиловании, где для проверки достоверности необходимо собрать доказательства, указывающие на отношения с обвиняемым; поведение потерпевшей до, во время и после указанного события; личность потерпевшей.

В уголовно-процессуальной литературе исследовался вопрос об особенностях оценки достоверности доказательств2, но анализ судебной и прокурорской практики не позволяет считать решенной проблему оценки достоверности. Так, отсутствие проверки доводов обвиняемого (а это означает, что не решен вопрос о достоверности его показаний) является причиной отмены приговора по каждому пятому из пересмотренных Верховным Судом РФ уголовных дел.

1 Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж, 1995. - С. 134-135.

2 Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность/Под ред. В.А. Власихина. - М., 2000.-С. 115.

38

Достоверность - это такой уровень знания об обстоятельствах дела, который отличается однозначностью, т.е. позволяет сделать единственно правильный вывод. Достоверность, в отличие от вероятности, не имеет градаций в пределах одного и того же познавательного акта. Нет знания более или менее достоверного, но есть более или менее вероятное знание. Ю.К. Орлов справедливо замечает, что понятие достоверности не равнозначно понятию истинности. Истинным подчас оказывается и неаргументированное высказывание и случайное предложение1. Истинность характеризует знание в плане его соответствия объективной реальности по содержанию, достоверность - по форме, с позиций надежности, обоснованности. Достоверность — это знание, в истинности которого можно убедиться. Это истина «для нас».

Критерием истины, как известно, является практика. Поэтому и достоверность, как истина «для нас», зависит от того объема практики, который применяется в уголовном судопроизводстве как критерий истинности конкретного знания. Объем, подтверждаюпщй достоверность практики, бывает различным, поэтому возможна ситуация, когда меняется само отношение субъекта познания к достигнутому знанию, и то, что ранее было достоверным, становится недостоверным. В качестве примера можно указать на возобновления производства по делу по вновь открывшимся обстоятельствам. Так, А.В. Смирнов говорит о различных видах достоверности в уголовном процессе в зависимости от объема практики, используемой для ее подтверждения, а в конечном счете, от цели, которую преследует конкретный акт познания2.

Следует отметить, что оценка достоверности возможна лишь после того, как установлена допустимость доказательств3, а также только в результате

1 Орлов Ю.К. О соотношении и содержании понятий истины и достоверности в судебном доказывании //Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1976. - Вып. 25. - С. 127-128. 1 Смирнов А.В. Достоверность и вероятность при установлении фактических оснований уголовно-процессуальных решений//Актуальные проблемы юридических доказательств. - Иркутск, 1984. - С. 128.

Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в уголовном процессе: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. -М., 1996. - С. 12.

39

сопоставления его содержания с информацией, полученной из других процессуальных источников. В связи с этим можно согласиться с Ю.К. Орловым, который выделил следующие компоненты достоверности, подлежащие проверке:

«1. Свойства источника доказательства (например, компетентность

эксперта, заинтересованность или незаинтересованность свидетеля,

иногда его физиологические качества - состояние зрения, слуха и т.п.). 2.
Обстоятельства формирования доказательства (например, условия

восприятия события свидетелем, проведенные экспертом исследования,

послужившие основой для вывода).

  1. Способ получения доказательственной информации. Известно, что одна и та же информация может быть получена различными процессуальными способами (например, один и тот же факт может устанавливаться показаниями свидетеля и заключением эксперта). И достоверность ее нередко значительно различается в зависимости от способа. Например, наиболее эффективным способом индивидуальной идентификации является, кроме экспертизы, предъявление для опознания.
  2. Проверка обстоятельств, подтверждающих или опровергающих содержащуюся в доказательстве информацию (косвенное подтверждение), например, в месте, указанном обвиняемым, находят похищенные вещи.
  3. Получение той же информации из других источников (прямое подтверждение), например, допрос других свидетелей, наблюдавших тот же факт»1.
  4. Если относимость, допустимость и достоверность характеризуют отдельно взятое доказательство, то достаточность — всю совокупность. Определение достаточности доказательств — заключительный и самый сложный

Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 56.

40

этап оценки. Вся предыдущая доказательственная деятельность по определению свойств каждого доказательства необходима как раз для решения вопроса о достаточности всей доказательственной базы.

Достаточность доказательств означает, что на основе данной их совокупности может быть сделан достоверный вывод и принято какое-либо решение по делу, итоговое или промежуточное.

Признание добытых доказательств достаточными означает убеждение в том, что расследование (разбирательство) дела осуществлено всесторонне, полно и объективно, т. е. в соответствии со ст. 20 УПК РСФСР.

Собранные по делу доказательства могут быть относящимися к делу, достоверными по своему содержанию, и тем не менее их окажется недостаточно для того, чтобы признать установленным конечный тезис доказывания. Может создаться и такое положение, когда доказательства будут признаны достаточными лишь в отношении некоторых входящих в предмет доказывания обстоятельств и недостаточными, чтобы дать достоверное знание о наличии других искомых фактов.

Если знание субъекта доказывания носит характер вероятностного, это означает следующее:

  • процесс доказывания не завершен и должен быть продолжен, т.к. приговор может быть основан только на совокупности достоверных доказательств;

  • если исчерпаны возможности для установления достаточных доказательств, процесс доказывания должен быть прекращен либо приостановлен.

«Вывод о недостаточности доказательств для категорического суждения — такой же объективно возможный результат судебного познания, как и твердое убеждение в виновности или невиновности обвиняемого»1.

Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. - М., 1977. - С. 16.

He всегда причиной этого являются ошибки, допущенные при проверке или оценке доказательств. Расследование или судебное разбирательство по делу могут быть проведены всесторонне, полно и объективно, но не завершиться, тем не менее, достоверными выводами. Связывать его во всех случаях с ошибками, допущенными при исследовании и оценке доказательств, было бы неправильно. Предварительное и судебное следствие по делу могут быть проведены с исчерпывающей полнотой и объективностью и, тем не менее, не завершиться достоверными выводами. Закон предусмотрел такие ситуации, регламентировав оправдание или прекращение дела при недоказанности участия обвиняемого в совершении преступления, если исчерпаны все возможности для собирания дополнительных доказательств (ст.ст. 208, 234, 309, 349 УПК).

Достаточность характеризует не только количественную, но и качественную сторону совокупности доказательств. Поэтому нет жестких, заранее установленных критериев достаточности, это делается на основе внутреннего убеждения.

Так кратко можно охарактеризовать свойства доказательств. Свойство относимости, место этого понятия в теории доказательств будут рассмотрены более детально, учитывая тему диссертационного исследования.

Классификация доказательств. Классификация доказательств — это их научная группировка, подразделение на виды по существенным признакам (основаниям классификации). Однако выделение отдельных видов доказательств, объединенных между собой едиными существенными признаками, позволяет не только в теоретическом плане определить их специфику, раскрыть особенности формирования. Классификация ценна своей практической значимостью, которая заключается в том, что знание специфики каждого вида доказательств позволяет адекватно выбрать способы работы с ними, а значит, правильно определить - относимо ли оно к делу.

42

Закон делит доказательства по их источникам, устанавливая для каждого из них определенные правила собирания и проверки. Ст. 69 УПК перечисляет виды доказательств: показания свидетеля, показания потерпевшего, показания подозреваемого, показания обвиняемого, заключение эксперта, акты ревизий и документальных проверок, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий и иные документы. Каждый вид доказательств отличается своими особенностями, которые необходимо учитывать при собирании, проверке и оценке.

В науке уголовного процесса доказательства делят на следующие группы:

  • прямые и косвенные;
  • первоначальные и производные;
  • обвинительные и оправдательные;
  • личные и вещественные.
  • Наибольшие споры в науке вызывают основания деления доказательств на прямые и косвенные. В качестве критериев называют: предмет доказывания1; отношение к факту совершения преступления конкретным лицом2; связь доказательств с искомым фактом3; различия в структуре процесса обоснования доказываемого обстоятельства4. Так, СВ. Курылев, положив в основу разграничения прямых и косвенных доказательств такой признак, как однозначный или многозначный характер связи доказательства с искомым фактом, правильно, на наш взгляд, определяет, что факт, сведения о котором содержатся в косвенном доказательстве, не входит в предмет доказывания по делу и поэтому связан с ним не непосредственно, как часть с целым, а лишь посредством других фактов5.

1 Никандров В.И. Понятие и классификация доказательств. - Владивосток, 1985. - С. 12.

2 Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978. - С. 122.

3 Арсенъев В.Д. Основы теории доказательств в советском уголовном процессе. - Иркутск, 1970.-С. 37.

4 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 268.

5 Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. - Минск, 1969. - С. 147- 148.

43

Таким образом, прямые доказательства - это сведения о фактах, входящих в предмет доказывания, а косвенные - сведения о фактах, не имеющих материально- правового значения и не входящих в предмет доказывания, а данные о промежуточных фактах, которые в своей совокупности позволяют прийти к выводу о наличии (отсутствии) события преступления, виновности лица, его совершившего и других обстоятельствах ст. 68 УПК РСФСР.

Практическое значение этой классификации заключается в том, что от отнесения доказательства к прямому или косвенному будет зависеть не столько выбор того или иного способа собирания или проверки, сколько специфика оценки этого доказательства, прежде всего с точки зрения относимости. На это обращалось внимание в литературе1. Применительно к прямым доказательствам определение относимости обычно не вызывает затруднений (хотя ошибка возможна, если в предмет доказывания было ошибочно включено какое-либо обстоятельство). Структура определения относимости косвенных доказательств чрезвычайно сложна, многоэтапна. А.А. Хмыров провел исследование структуры доказывания косвенными доказательствами, где также уделил внимание и специфике установления связей между косвенными доказательством и обстоятельствами, подлежащими доказыванию .

На первоначальные и производные доказательства делятся в зависимости от наличия либо отсутствия промежуточного источника передачи информации.

Первоначальными называются доказательства, полученные из первоисточника. Например, свидетель (очевидец) сообщил фактические данные

Михайловская И.Б. Относимость доказательств в советском уголовном процессе//Сов. государство и право. - 1958. - № 12. - С. 14; Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 252, и др.

См. работы Хмырова А.А.: Косвенные доказательства. - М., 1979; Некоторые вопросы теории и практики применения косвенных доказательств в расследовании преетуплений//Сов. государство и право. - 1965. - №2. - С. 92-101; О классификации косвенных доказательств// Вопросы борьбы с преступностью, 1980. - Вып. 32. - С. 71-78; Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981; О системе доказательств по уголовному делу//Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1985. - Вып. 42. - С. 61-72.

/

44

о событии преступления, виновном, других обстоятельствах, которые он воспринимал с помощью своих органов чувств; следователь при осмотре места происшествия обнаружил орудие преступления, которое приобщил к делу; в уголовном деле имеется подлинный документ, удостоверяющий определенные факты, и т.д. Во всех подобных случаях перед нами первоначальные доказательства. Содержащаяся в них информация об обстоятельствах дела зафиксирована непосредственно в самом доказательстве без каких-либо промежуточных источников.

Производными называются доказательства, которые содержат сведения, полученные из других, промежуточных источников. Производные доказательства - это сведения «из вторых рук» (показания свидетеля о преступлении, которого он лично не наблюдал, но об обстоятельствах которого стало известно; слепок, снятый с предмета — вещественного доказательства, копия документа и пр.).

При образовании производных доказательств могут возникать ошибки, связанные с неточностями при передаче информации, В этой связи знание того, что доказательство является производным, влияет на специфику его проверки и оценки, в особенности оценки достоверности.

Значение производных доказательств не только в том, что с их помощью проверяются первоначальные, их роль в доказывании невозможно переоценить в случае утрат последних.

Доказательства делятся на обвинительные и оправдательные.

Доказательства, изобличающие определенное лицо в совершении преступления, а также указывающие на обстоятельства, которые отягчают его ответственность, - обвинительные. Это, например, показания обвиняемого, признавшего свою вину, показания свидетеля о том, как обвиняемый совершал преступление, и т.п. Обвинительными будут и доказательства, на основании которых выясняются одни лишь обстоятельства, отягчающие наказание.

45

Доказательства, которые оправдывают лицо, указывают на обстоятельства, смягчающие его ответственность, - оправдательные. К числу оправдательных доказательств будут относиться те, которые служат доказыванию отсутствия события преступления, на основании которых опровергается обвинение, выдвинутое против конкретного лица, устанавливается его невиновность. К их числу относится, в частности, алиби» т.е. доказательства того, что в момент совершения преступления обвиняемый находился в другом месте, а поэтому не мог совершить данное преступление.

Как правило, не может быть исключительно либо обвинительных, либо оправдательных доказательств. Если в деле есть несколько обвиняемых, то одни и те же доказательства могут быть обвинительными в отношении одного из обвиняемых и оправдательными — в отношении другого, и наоборот. В этой классификации не все так элементарно, как может показаться на первый взгляд. Прежде всего это касается тех ситуаций, когда дело прекращается, например, за отсутствием события преступления п. 1 ст. 5 УПК РСФСР, когда еще никто не привлечен в качестве обвиняемого. В данном случае доказательства надлежит рассматривать как оправдательные не по отношении к конкретному лицу, а по отношении к обвинению в совершении преступления в целом. Еще нагляднее эта ситуация при прекращении уголовного дела за недоказанностью п. 2 ст. 208 УПК РСФСР.

В силу принципа всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела (ст. 20 УПК РСФСР) суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны выявлять как уличающие, так и оправдывающие обвиняемого обстоятельства, а также отягчающие и смягчающие его ответственность. Таким образом, относимы будут не только обвинительные, но и оправдательные доказательства.

В основе деления доказательств на личные и вещественные лежит такой признак, как механизм их формирования и использования. Механизм формирования доказательств различен. В одном случае
информация об

46

обстоятельствах, подлежащих доказыванию, отображается в сознании людей в виде образов, понятий и имеет так называемый психический характер. В другом - в виде различных изменений, свойств, отношений, т.е. отображение в материальной обстановке. Первые доказательства именуются личными, вторые - вещественными.

Эта классификация разделяется не всеми учеными. Например, В.Д. Арсеньев утверждает, что доказательства делятся только по трем критериям:

а) по предмету - на обвинительные и оправдательные;

б) по связи с искомыми фактами - на прямые и косвенные;

в) по источнику - на первоначальные и производные1.

Тем не менее первая классификация имеет право на существование, потому что различается процессуальный режим личных и вещественных доказательств: способы их собирания, проверки и даже оценки. Более того, к такого рода делению есть и другие основания. Так, в ст. 83 УПК РСФСР перечисляются вещественные доказательства.

Авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе», говоря о том, что личные доказательства представляют собой сообщение, существующее в знаковой форме (устная или письменная речь), делят все личные доказательства на три группы:

  1. Показания обвиняемых, подозреваемых, свидетелей, потерпевших. Причем протоколы допроса представляют лишь форму фиксации показаний перечисленных лиц, предназначенную для хранения информации и передачи ее адресату доказывания только в тех случаях, когда воспроизвести устные сообщения невозможно и не требуется по закону (например, в стадиях судебного надзора).

  2. Протоколы таких следственных действий, как осмотр, освидетельствование, выемка, обыск, задержание, предъявление для опознания,

Арсеньев В.Д. Основы теории доказательств в советском уголовном процессе. - Иркутск, 1970. -С. 36.

47

следственный эксперимент. Субъект доказывания, воспринимая ход и результаты следственного действия непосредственно, закрепляет это в протоколе. В данном случае источниками доказательства являются протокол и приложения к нему.

  1. Иные документы (ст. 88 УПК РСФСР). Ни ближайший, ни последующие адресаты доказывания не воспринимают непосредственно обстоятельств, изложенных в документах. Кроме того, не требуется устного воспроизведения носителем информации тех сведений, которыми он располагает. Если же это будет необходимо, то можно говорить о существовании двух доказательств: документов и показаний того лица, в качестве кого допрошен составитель документа.

К личным доказательствам относят и заключение эксперта1.

Конечно, деление доказательств на личные и вещественные довольно

условно, и в литературе на это обращалось внимание . Однако практическую значимость ее невозможно переоценить. Знание того, к какому виду относится то или иное доказательство, позволяет выбрать адекватный способ его собирания (например, допрос или выемка) или проверки (очная ставка или производство экспертизы). Кроме того, закон устанавливает особый режим хранения вещественных доказательств (ст.ст. 84, 85 УПК РСФСР), а также определяет их судьбу при разрешении уголовного дела (ст. 86 УПК РСФСР). Однако нас интересует эта классификация прежде всего спецификой оценки личных и вещественных доказательств. Наибольшую сложность здесь представляет не оценка допустимости и даже недостоверности, а относимости к делу. Так, сведения, содержащиеся в личных доказательствах, воспринимаются непосредственно, а поэтому вывод о существовании связи с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, зачастую бывает очевиден. Сведения же,

1 Теория доказательств в советском уголовном процессе /Отв. ред. Н.В. Жогин. 2-е изд. - М., 1973.-С. 259-261.

2 Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1979. - С. 118-120.

48

содержащиеся в вещественных доказательствах, нередко недоступны непосредственному восприятию. В этой связи вполне естественно, что следователь при осмотре места происшествия сталкивается с проблемой: чем руководствоваться в решении изъять тот или иной предмет, ведь для объективизации связей с обстоятельствами, подлежащими доказыванию в основном требуется производство экспертизы.

Системные свойства доказательств. Как было отмечено в параграфе 1.1, совокупность доказательств по уголовному делу должна представлять систему. Понимая под системой множество взаимосвязанных элементов, выступающих как определенная целостность’, заметим, что интегративные (системные) свойства доказательств должны отличать систему доказательств, на основании которой формулируются выводы и принимаются промежуточные или итоговые решения по уголовному делу, от совокупности отдельных доказательств.

Система доказательств по уголовному делу имеет следующие свойства: полноту, достоверность, надежность, согласованность и однозначность . При этом полнота, как свойство системы, отражает то, что в ней имеются частные системы доказательств, устанавливающие отдельные промежуточные факты, которые позволяют обосновать все обстоятельства, подлежащие доказыванию. Данное свойство является важным не только из-за того, что всесторонность, полнота и объективность исследования обстоятельств дела - это основополагающие принципы уголовного процесса (ст. 20 УПК РСФСР), но и потому, что полнота создает условия для оценки доказательств с точки зрения относимости и достоверности.

Тюхтин B.C. Отражение, системы, кибернетика. Теория отражения в свете кибернетики и системного подхода. - М., 1972. - С. 11.

Эти требования были разработаны А.А. Хмыровым сначала применительно к косвенным доказательствам (Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979. - С. 108 — 115), а затем как свойства системы доказательств по уголовному делу (Хмыров А.А. Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981. - С. 73 - 78).

49

Достоверность как свойство системы означает, что наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию, должно подтверждаться только достоверно установленными промежуточными фактами. В этой связи достоверность установления промежуточных фактов обеспечивается наличием системных связей доказательств, то есть теми качествами, которыми отдельно взятое доказательство не обладает.

С достоверностью тесно связано другое свойство — надежность, которое проявляется в том, что, во-первых, частная система доказательств формулируется на основе тех или иных (пространственных, временных, причинно-следственных и т.д.) связей; во-вторых, она устанавливается различными источниками фактических данных1.

Такое свойство, как согласованность, также имеет две характеристики: во- первых, соответствие внутри частных систем доказательств, устанавливающих отдельные промежуточные факты, которые обосновывают разные элементы предмета доказывания; во-вторых, совместимость (несовместимость) между собой частных систем доказательств.

И, наконец, последнее свойство системы - это ее однозначность, которое, как правильно отмечает А.А. Хмыров, имеет место тогда, «когда из нее может быть сделан лишь один логически обоснованный вывод о наличии подлежащих доказыванию обстоятельств дела и исключается возможность любой другой логической интерпретации данной системы доказательств»2.

Значение рассмотренных свойств заключается не только в том, что они, являясь частью понятийного аппарата теории доказательств, характеризуют совокупность доказательств по уголовному делу как сложившуюся систему, но и в том, что без их анализа невозможно сделать однозначный и достоверный

Вторая характеристика свойства - надежность - приобретает особое значение в наши дни потому, что тактика защита обвиняемого, как правило, направлена на «разрушение» доказательственной базы по делу. 2 Хмыров А.А. Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981. - С. 78.

50

вывод о наличии единичных свойств доказательств, в частности
их относимости к делу1.

1.2.2. Понятийный аппарат теории доказывания. Гносеологическая роль категории «относимость» в процессе доказывания

Из предыдущего хода рассуждений следует, что теория доказательств отражает закономерные свойства системы доказательств. И в этом отношении она имеет самостоятельное, ведущее значение, обозначая в общем виде цели доказывания. В литературе нередко можно встретить положение о том, что доказывание направлено на установление истины, и это - правильно, но только с точки зрения обозначения конечной цели. Задачей доказывания является всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела.

Таким образом, доказывание направлено еще и на установление обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК РСФСР, и, сквозь призму последних, на формирование доказательств.

В этой связи необходимо рассмотреть понятийный аппарат и раскрыть познавательную роль понятия «относимость» в процессе доказывания.

Сущность процесса доказывания. Такой анализ целесообразно начать с выяснения сущности процесса доказывания, потому что по данному вопросу высказаны различные мнения, нередко противоречащие одно другому. Для этого проведем классификацию основных точек зрения.

Так, одна группа ученых отождествляет процесс доказывания с процессом познания. Например, известный ученый М.С. Строгович писал: «Мы отождествляем доказывание в уголовном судопроизводстве с
познанием

О роли системных свойств доказательств в процессе установления относимости см. в параграфе 3.5.

51

истины по уголовным делам: процесс доказывания и есть процесс познания фактов, обстоятельств уголовного дела»1.

Если в суждении М.С. Строговича такое отождествление выражается не явно, то А.А. Давлетов высказывается по этому вопросу более категорично. «…Уголовно- процессуальное познание, - пишет А.А. Давлетов, - как вся урегулированная законом деятельность органов судопроизводства по приобретению знания о расследуемом преступлении и иных связанных с ним явлениях действительности состоит из двух частей: 1) исследования доказательств; 2) доказывания обстоятельств. Такое понимание доказывания в уголовном процессе соответствует философским свойствам доказывания, потому, что оно, во-первых, представляет собой «выведение знания из знания», из знания «для себя» знания «для других» и, во-вторых, «есть вообще опосредованное познание» . Таким образом, доказывание в уголовном процессе здесь представлено в виде логического доказательства, т.е. процесса автономного от познания, существующего параллельно. К сказанному добавим, что доказывание является разновидностью познавательной деятельности, но доказывание и познание не полностью совпадают друг с другом. В литературе существуют различные точки зрения по поводу соотношения этих понятий. Во- первых, при производстве по делу познание каких-то фактов может осуществляться не в процессуальной форме: в ходе оперативно-розыскной деятельности, при так называемом предварительном (доэкспертном) исследовании вещественных доказательств, путем наблюдения за поведением обвиняемого или других лиц при производстве следственных действий и т.п. Такое познание не входит в процесс доказывания, и его результаты имеют лишь вспомогательное, ориентирующее значение3.

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса Т. 1: Основные положения науки советского уголовного процесса. - М., 1968.- С. 296.

2 Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. - Свердловск, 1991. - С. 178.

3 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств. - М., 2000. - С.13-14.

52

В то же время, особенно со стороны криминалистов, предпринимаются попытки отделить процесс познания от процесса доказывания. Так, по мнению И.М. Лузгина, исходя из философских положений материалистической диалектики о развитии процесса познания и учитьгоая специфику расследования как познавательной деятельности, в гносеологическом плане, структура может быть представлена следующим образом:

уяснение целей и задач расследования конкретного преступления в зависимости от характера поступивших сведений;

установление, исследование и оценка фактических данных о событии, решение вопроса об их относимости и допустимости;

  • объяснение происхождения единичных фактов и их некоторой совокупности путем построения гипотез-версий;
  • проверка гипотез посредством дальнейшего исследования фактических данных;
  • построение выводов относительно отдельных фактов, образующих преступление, и всего состава престулления1.
  • В связи с этим следует обратить внимание на некоторые принципиальные положения, позволяющие обосновать единство и различие познания и доказывания. Во-первых, расследование преступлений, как деятельность уполномоченных на то органов, осуществляется в единстве познания и доказывания; во-вторых, доказывание протекает в настоящем времени, как и познание, хотя последнее направлено в прошлое, что позволяет говорить о его ретроспективности; в-третьих, познание обстоятельств, подлежащих доказыванию, возможно не только процессуальными средствами.

Вторая, наиболее многочисленная группа ученых рассматривает процесс доказывания как взаимосвязанную совокупность элементов, что является распространенным в доказательственном праве. Наиболее часто встречаются суждения, согласно которым доказывание - это совокупность таких элементов,

Лузган И.М. Расследование как процесс познания, - М., 1969. - С. 57.

53

как собирание, проверка (или исследование) и оценка доказательств . Некоторые авторы собирание доказательств заменяют обнаружением и процессуальным закреплением доказательств2. Другие, наряду с перечисленными элементами, в качестве первоначального называют построение и динамическое развитие версий3, а в качестве завершающего -обоснование выводов по делу .

Однако перечисленное вряд ли можно назвать элементами процесса, потому что это скорее общие характеристики процесса доказывания, отражающие единство мыслительной и практической сторон доказывания.

Третья группа ученых пытается раскрыть сущность процесса через анализ задач доказывания. Например, В.Я. Колдин отмечает, что в основу разработки доказывания как структурного процесса должно быть положено определение частных задач познания и последовательности их разрешения в ходе доказывания. Предмет доказывания не устанавливается сразу, непосредственно. На пути к разрешению общей задачи доказывания приходится решать ряд частных, промежуточных задач. К их числу относятся: обнаружение и индивидуализация источников доказательств, выявление и фиксация исходных фактических данных, установление доказательственных и искомых фактов .

В то же время A.M. Ларин считал, что доказывание образуют:

Уголовно-процессуальное право Российской Федерации/Ред. П.А. Лупинская. 3-е изд. - М-, 1999, - С. 187; Уголовный процесс. Общая часть. - М., 1997. - С. 124; Курс советского уголовного процесса. Общая часть /Ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпец. - М., 1989. - С. 612-615; Арсеньев В.Д. Основы теории доказательств в советском уголовном процессе: - Иркутск, 1970. - С.41; Белкин Р.С. Собирание, исследования и оценка доказательств. - М., 1966. - С.8. ^ Трусов А.И. Доказательства в советском уголовном процессе. - М., 1958. - С. 24-25. J Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. -Воронеж, 1995.- С 221.

Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978. - С. 210. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993. - С. 47. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань,1973.-С.11-13.

5 Колдин ВЛ. Уровни уголовно-процессуального доказывания// Сов. государство право. -1974.- №11.-С. 86.

54

«1. поиск и обнаружение доказательств, связанные с непосредственным восприятием сообщений и предметов, дающих сведения о фактах;

  1. закрепление (фиксирование) доказательств, при котором фактические

данные приобретают процессуальное значение доказательств;

  1. проверка и оценка доказательств»1.

В связи с этим заметим, что попытка раскрыть специфику доказывания через анализ системы взаимосвязанных задач является наиболее продуктивной, потому что, во- первых, процесс доказывания непрерывен, ибо представляет собой деятельность по установлению обстоятельств, подлежащих доказыванию; во-вторых, при таком подходе можно более отчетливо проследить гносеологическую роль понятия «относимость» в процессе образования доказательств.

К этой же группе можно отнести суждение А.А. Хмырова, который рассматривает структуру доказывания через этапы. По его мнению, «на первом этапе достигается достоверное знание о промежуточных фактах. На втором - из этих фактов делаются логические выводы о наличии или отсутствии события преступления, его юридической квалификации, виновности лица, совершившего преступление, и обо всех других имеющих правовое значение обстоятельствах» . Но такое понимание справедливо при доказывании косвенными доказательствами. При использовании прямых - нет необходимости устанавливать промежуточные факты, т.к. сведения, содержащиеся в доказательствах этого вида, позволяют сделать однозначный вывод об обстоятельствах, подлежащих доказыванию. Более того, этап расследования — это такой элемент, который представляет взаимосвязанную систему действий, объединенных единством задач, условиями расследования, спецификой криминалистических приемов , т.е. здесь этап
определяется через задачу, поэтому деление процесса расследования, а

1 Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. - М., 1966. - С.43. 2Хмыров А.А. Основы теории доказывания, - Краснодар, 1981. - С. 16-17. 3Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования. - М., 1973. - С. 86.

55

также доказывания через этапы вряд ли оправданно, потому что, как уже отмечалось, он непрерывен.

Четвертая группа ученых исследует процесс через призму его содержания. Так, А.П. Рыжаковым в содержание деятельности органов дознания, следователей, прокуроров, суда, именуемой доказыванием, включаются: «построение и динамическое развитие следственных версий по делу; поиск; выявление (обнаружение); получение; представление показаний участниками процесса или другими лицами; составление протоколов; вынесение постановлений (определений) о приобщении к делу вещественных доказательств; сравнение собранных доказательств; оценка имеющихся средств доказывания по уголовному делу; удостоверительный момент; обоснование выводов»1.

Прежде всего, отметим, что А.П. Рыжаков попытался раскрыть динамику процесса, что является положительным. Однако перечисление содержания далеко небезупречно. Например, «построение и динамическое развитие следственных версий» без связи с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, лишает процесс целенаправленности. Более того, версии образуют содержание пределов доказывания, которые, в свою очередь, способствуют обоснованному определению, хотя и с вероятностью, круга относимых доказательств. К тому же А.П. Рыжаковым смешиваются не только элементы процесса доказывания, но и структура самих элементов. Так, составление протоколов является частью «удостоверительного момента», а сравнение собранных доказательств - один из способов оценки.

И, наконец, ученые пятой группой, анализируя процесс, говорят либо об аспектах, либо об уровнях доказывания. Так, процесс доказывания рассматривается во взаимодействии двух сторон: информационной, когда субъект доказывания вступает в непосредственный контакт с источником

Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. - М., 1997. -С. 21.

56

доказательственной информации (например, изучает акт ревизии), и логической, когда следователь и суд оперируют установленными фактами безотносительно к источникам, из которых была получена информация о них 1, а Л. А. Воскобитова говорит об аксиологическом и гносеологическом аспектах доказывания2. Не вдаваясь в этимологию употребляемых терминов, отметим, что с точки зрения характеристики процесса можно говорить о тех или иных аспектах, которые выделяются в соответствии с целями научного исследования, но они не раскрывают сущности процесса.

В эту же группу можно включить тех ученых, которые говорят об уровнях доказывания. Так, впервые такой анализ был проведен Ю.К. Орловым, который выделил следующие уровни: доказывание — познание; доказывание — удостоверение, доказывание — обоснование. Позднее А. С. Барабаш стал говорить об информационном и логическом уровнях , т.е. в этом суждении «аспект» заменяется понятием «уровень», но это не одно и то же. Уровни — это сквозная, интегративная характеристика доказывания,

свидетельствующая не об одномерности процесса, а о его многомерности, которые соединяют частные задачи в одну неразрывную цель, поэтому более обоснованным является предложение Ю.К. Орлова.

Изложенное позволяет сделать следующие выводы:

  1. «Познание» и «доказывание» - не полностью совпадающие понятия. Помимо познания, доказывание включает в себя и иные виды деятельности (удостоверение, обоснование). При этом доказывание - познание носит, в

Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе. - Волгоград, 1988. - С. 23. Аналогичная позиция высказана в учебном пособии Соловьева В.В., Громова Н.А., Николайченко В.В. (Доказывание, доказательства и их источники в уголовном процессе. - Саратов, 1995. - С. 43); а также см.: Колдин В.Я. Уровни уголовно-процессуального доказывания // Сов. государство и право. - 1974. - № 11. - С. 86-91.

2 Воскобитова Л.А. Гносеологический и аксиологический аспекты доказывания // Актуальные проблемы судоустройства судопроизводства и прокурорского надзора. - М., 1986. - С. 96-104.

3 Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие судебного доказательства // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 28. - С. 86 - 101.

Барабаш А.С. Сущность уголовного процесса и его роль в формировании ответственности правонарушителя. - Красноярск, 1997. - С. 93-94.

57

целом, ретроспективный характер, так как направлено в основном на извлечение сведений о фактах, уже произошедших, а потому, возможно, не только уголовно- процессуальными, но и в большей степени криминалистическими средствами (технические средства, тактические приемы). В этой связи значение теории доказьюания состоит в том, что она раскрывает путь превращения следов преступления в доказательства, т.е. процесс образования отдельного доказательства и системы доказательств.

  1. Доказывание можно характеризовать с различных сторон, в зависимости от целей научного исследования.
  2. Понимание доказывания как единства мыслительной и практической сторон деятельности является основанием выделения в нем в качестве элементов собирания проверки и оценки.
  3. Доказывание как процесс, имеющий целью достижение истины, представляет собой деятельность по решению системы частных задач, направленных на установление промежуточных фактов, для обоснования обстоятельств, подлежащих доказыванию1.
  4. Система частных задач, образующих доказывание, интегрируется в непрерывный процесс уровнями доказывания.
  5. Исходя из этого теория доказывания имеет свой понятийный аппарат2.

Доказывание как процесс - осуществляемая в соответствии с уголовно- процессуальным законом деятельность лица, производящего дознание, следователя, прокурора, суда по образованию доказательств и их системы, которая направлена на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию, и имеет своей целью достижение истины по уголовному делу.

Естественно, что по отдельным видам преступлений, помимо общих задач, в процессе расследования имеются и особенные, которые отражают специфику доказывания по категориям уголовных дел и отдельным составам. К сожалению, этому вопросу в теории доказывания уделяется недостаточно внимания.

В литературе по теории доказывания нередко происходит смешение понятийного аппарата теории доказательств и теории доказывания,

58

Пределы доказывания — являясь границами процесса доказывания и устанавливая соотношение фактических данных с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, определяют круг относимых доказательств по делу.

Структура процесса доказывания — представлена в виде уровней: познавательного, удостоверителъного, обоснователъного.

Уровни доказывания следует рассмотреть более подробно, так как они задают структуру не только процессу формирования системы доказательств по уголовному делу, но и образованию отдельного доказательства, формированию его свойств, в частности относимости .

Первый уровень: доказывание — познание. В этой связи повторим ранее высказанное принципиальное положение — познание в уголовном процессе направлено в основном” на выяснение обстоятельств прошлого. Основой ретроспективного процесса познания являются следы преступления, а средствами познания - следственные действия, тактические приемы и их комбинации, технические средства и приемы, применяемые при производстве следственных действий; экспертные методики.

Сущность деятельности на познавательном уровне можно представить так: обстоятельства, подлежащие доказыванию (ст. 68 УПК РСФСР), наполняясь содержанием конкретной нормы уголовного закона, придают познавательной деятельности целенаправленный характер. Пределы доказывания, являясь границами процесса доказывания, очерчивают круг относимых к делу доказательств.

Таким образом, доказывание - познание состоит в процессуальной деятельности,
заключающейся в том, чтобы из всей массы информации,

1 Здесь мы рассмотрим кратко содержание деятельности на каждом из уровней доказывания, а о структуре установления относимости - подробно в гл. 3.

2 Следует заметить, что иногда в уголовном процессе называются не только события прошлого, но и настоящего. Наиболее ярко это проявляется при принятии промежуточных решений по делу. Так, при избрании меры пресечения согласно ст. 91 УПК РСФСР необходимо установить, кроме всего прочего, состояние здоровья, семейное положение и т.д.

59

полученной с помощью следственных и судебных действий, выбрать фактические данные для их процессуального оформления в качестве доказательств. Деятельность эта заключается в обнаружении информации и ее оценке для последующего оформления в качестве процессуальных доказательств, сведений, имеющих значение по уголовному делу.

Получая различную информацию, работая с ней, оценивая ее, следователь решает, что из нее необходимо отбросить, а что взять для процессуального оформления в качестве уголовно-процессуальных доказательств. На этом уровне доказывания нет еще доказательств; лицо, осуществляющее доказывание, только решает задачу их получения, причем решает ее посредством процессуальной деятельности, направленной на обнаружение, исследование, оценку различной информации. Получить такую информацию можно не только посредством уголовно- процессуального доказывания, но и иными методами, например, оперативно- розыскной деятельностью \

Кроме того, доказывание, помимо познания, включает в себя и другие уровни - удостоверителъный и обосновательный.

Доказывание - удостоверение - это протекающая в установленной процессуальной форме деятельность по фиксированию полученных знаний и заверению правильности такой фиксации . В принципе, удостоверительная деятельность сопровождает всякий познавательный процесс, имеющий общественный характер, например научное исследование. Однако в процессе судопроизводства в силу его специфичности она подвергается особо тщательной регламентации. Установленная законом процедура запечатления

Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж, 1995. - С. 228.

Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие судебного доказательства // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 28. - С. 89. В процессе доказывания удостоверяется не истинность полученной информации, которая может оказаться ложной (например, содержащаяся в показаниях свидетеля), а именно правильность ее фиксирования, соответствие зафиксированного воспринятому.

60

полученных знаний (присутствие понятых, составление определенных процессуальных документов и т.п.) призвана максимально гарантировать надлежащее выполнение задач правосудия, обеспечить получение достоверного знания и соблюдение в процессе доказывания законных интересов всех участвующих в деле лиц.

В юридической литературе разграничение доказывания - познания и доказывания - удостоверения впервые проведено А.Р. Ратиновым1. Оно выводится из различия познания «для себя» и познания «для других».

Поскольку уголовно-процессуальное познание не является самоцелью, а сопряжено с передачей информации последующим субъектам (прокурор, суд первой, кассационной, надзорной инстанции), постольку оно должно быть не только надлежаще получено, но и удостоверено в соответствии с законом.

В итоге А.Г. Ратинов сделал вывод о несовпадении понятий судебного доказывания и познания и провел разграничение познавательной и удостоверительной деятельности как аспектов единого процесса доказывания. По существу, это была одна из первых попыток структурного анализа процесса доказывания, вычленения составляющих его элементов. Однако определение удостоверительной деятельности в данной концепции не во всем может быть признано безупречным. Прежде всего в него включаются не только запечатление, документирование полученной информации, но и логическое обоснование, аргументация сделанных выводов, что, как будет показано далее, представляется неверным2.

В процесс удостоверения полученной информации включают не только обоснование, но и нередко познание. Так, А.В. Белоусов отмечает, что категории
«закрепление доказательств» присуще такое свойство, как

! Ратинов А.Р. Вопросы познания в судебном доказывании//Сов. государство и право. - 1964. - №8. - С. 106-108; Теория доказательств в советском уголовном процессе. 1-е изд. - М.5 1966. - С. 296-297; 2-е год. - С. 288-290.

2 Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие судебного доказательства // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 28. - С. 90. В других главах «Теории доказательств в советском уголовном процессе» удостоверение понимается более узко, как закрепление полученной информации (1-е изд. - С. 381).

61

избирательность, т.е. отсеивание избыточной информации, не относящейся к исследуемым обстоятельствам или имеющей отдаленное отношение, фиксация только сведений о юридически значимых обстоятельствах1. Таким образом, в данном случае смешиваются два процесса: познание и удостоверение, хотя следует признать, что процесс доказывания - непрерывный и целостный. В этом смысле в реальности очень трудно вычленить познание, удостоверение, обоснование (что лишний раз подтверждают позиции А.Г. Ратинова и А.В. Белоусова). Однако разграничить их необходимо, так как указанным процесса свойственны свои закономерности и средства.

Кроме того, при традиционном подходе понятие закрепления (документирования) полученной информации определяется лишь в общих чертах и, по существу, остается нераскрытым. Между тем удостоверительная деятельность, будучи элементом доказывания, тоже имеет довольно сложную структуру. Она включает в себя фиксирование полученной информации и обстоятельств ее получения (время, место и др.). Указанное фиксирование осуществляется составлением соответствующих процессуальных документов, а также посредством получения или изготовления иных носителей информации (вещественные доказательства, слепки и т.п.). В доказывание - удостоверение входит и заверение (подписями, печатью) правильности фиксации (удостоверение в узком смысле слова) . Таким образом, фиксирование и заверение приобретенных знаний образует содержание понятия удостоверительной деятельности. Разграничение этих моментов в доказывании

Белоусов А.В. Процессуальное закрепление доказательств при расследовании преступлений. - М., 2001. - С. 18-19.

В процессуальном законе термин «удостоверить» употребляется как в узком его значении, в смысле скрепления подписью, печатью и т.п. (ст.ст. 134,151, 152 и др. УПК РСФСР), так и в широком, включая и фиксирование заверяемой информации (например, ст. 264 УПК РСФСР). В качестве эквивалента понятия «удостоверить» в узком смысле используется также термин «заверить» (например, ст. 142 УПК РСФСР). Во избежание терминологической путаницы, а также с учетом того, что в процессуальной литературе получило распространение употребление термина «удостоверение» в более широком смысле, для обозначения его в узком значении мы будем пользоваться термином «заверение».

62

  • удостоверении, по нашему мнению, необходимо для лучшего понимания установленной законом процедуры запечатления знаний, для более четкого определения доказывания - удостоверения и уяснения его места в общей структуре доказывания.

Доказывание - обоснование представляет собой деятельность по убеждению последующих возможных или обязательных адресатов доказывания в истинности передаваемых им знаний. Сущность этой деятельности состоит в логическом обосновании определенного тезиса1.

Л.Д. Кокорев и Н.П. Кузнецов считают, что обоснование выводов необходимо рассматривать в разных аспектах: и как элемент процесса доказывания, взаимосвязанный с другими его элементами (собиранием проверкой и оценкой доказательств), и как особый уровень доказывания 2.

В то же время А. А. Эйсман пишет: «…Судебное доказывание - это частный случай доказывания вообще, т.е. особого способа передачи информации, связанного с обоснованием передаваемых сведений»3.

В данном случае проведена аналогия между понятиями «доказывание» в уголовном процессе и «доказательство» в логике. Формальная логика доказательством считает мыслительную деятельность по подтверждению тезиса аргументом. Однако логические операции по обоснованию выводов не исчерпывают всей деятельности субъектов доказывания, такое понимание доказывания применительно лишь к стадии вынесения решения по делу. В качестве тезисов и аргументов в логическом доказательстве используются готовые знания. В уголовном процессе знание должно быть получено в процессе поиска, обнаружения, извлечения, фиксации информации, ее проверки и оценки.

1 Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания и понятие судебного доказательства // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 28. - С. 91.

2 Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж, 1995. - С. 229.

3 Эйсман А.А. О понятии вещественного доказательства и его соотношении с понятием доказательств других видов/ЛВопросы предупреждения преступности. Вып. 1. - М.5 1965. - С 82.

63

Более того, понимание доказывания лишь как процесса обоснования выводов по делу не соответствует закону. Так, в частности, гл. 5 УПК РСФСР «Доказательства» содержит ст. 70, ст. 71, определяющие основные положения собирания, проверки и оценки доказательств.

Доказывание - обоснование не может быть сведено к исключительно мыслительному процессу. «Доказывание - обоснование является юридической обязанностью (или правом) определенных субъектов и протекает в соответствующей процессуальной форме. Так, обоснование своих выводов по делу участниками судебных прений осуществляется в устной форме. Процессуальный закон устанавливает определенную последовательность их речей, они не вправе ссылаться на доказательства, не бывшие предметом рассмотрения на судебном следствии, и т.п. (ст. 295 УПК РСФСР). Субъекты, уполномоченные принимать решение по делу, обязаны обосновать свой вывод в соответствующих процессуальных документах. Таким образом, доказывание -обоснование выражается внешне в совершении определенных процессуальных актов и образует единство процессуального и логического моментов1».

Логическое обоснование выводов о главном факте представляет качественно новый уровень уголовно-процессуального доказывания. Его специфика состоит в том, что здесь следователь и суд оперируют достоверно установленными фактами безотносительно к источникам, которыми они установлены, и способу их установления. Если какой-либо факт, сведения о котором содержатся в деле, не установлен с достоверностью, он, равно как и устанавливающие его доказательства, не может быть использован для обоснования выводов о главном факте. Указанное положение, выраженное в ряде руководящих указаний Верховного Суда, может быть сформулировано как принцип «чистоты» общей системы доказательств. Этот принцип означает, во-первых, что для обоснования выводов о событии преступления и виновности

1 Орлов Ю.К. Структура судебной) доказывания и понятие судебного доказательства // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 28. - С. 91.

64

конкретного лица могут быть использованы не любые доказательства, собранные по делу, а только те, с помощью которых достоверно установлены факты, связанные с расследуемым событием. Непроверенные сведения, как и всякого рода предположения, не могут использоваться для обоснования конечных выводов. Этот принцип означает, во-вторых, что общая система доказательств несовместима с фактами, противоречащими выводу о виновности (или невиновности) конкретного лица в совершении преступления, - так называемыми «противоречащими» и «негативными» обстоятельствами1.

Доказывание - обоснование, как и доказывание - удостоверение, обусловлено требованием достоверности передаваемых знаний и всегда предполагает хотя бы потенциального адресата. Тем не менее это не дает оснований для смешения данных видов (уровней) процессуальной деятельности. Оба вида хотя и могут иметь одного и того же адресата, однако не совпадают ни по характеру и месту в процессе доказывания, ни по своим субъектам. Доказывание - удостоверение направлено на фиксирование и заверение полученной информации. Обоснованию подлежит и вывод, сделанный на основе совокупности собранных по делу данных (например, вывод о виновности или невиновности определенного лица), т.е. знание, не содержащееся в удостоверяемой информации. Кроме того, при доказывании -удостоверении вообще заверяется лишь правильность фиксации получаемой информации, а не соответствие ее объективной действительности. Наконец, удостоверительная деятельность сопровождает каждый акт познания, в то время как доказывание - обоснование осуществляется по завершении всего познавательного процесса или какого-либо значительного его этапа.

Различаются и субъекты рассматриваемых видов процессуальной деятельности. В фиксировании и заверении информации участвует лицо, как принимающее эту информацию, так и передающее ее. Субъектом доказывания -

1 Колдин В.Я. Уровни уголовно-процессуального доказывания// Сов. государство право. -1974.- №11 - С. 87.

65

обоснования могут быть лишь лица, уполномоченные принимать решение по делу либо имеющие собственный или представляемый интерес. Указанные различия обусловливают и неодинаковую регламентацию данных видов процессуальной деятельности. Обычно оба эти вида четко разграничиваются в законе и осуществляются чаще всего раздельно. Поэтому представляется более правильным рассматривать удостоверительную деятельность и обоснование выводов по делу как самостоятельные элементы процесса доказывания.

Следовательно, судебное доказывание включает в себя в качестве составных элементов три рассмотренных ранее последовательно сменяющих друг друга вида (уровня) процессуальной деятельности, различающихся по своему характеру, назначению и субъектам: познавательную, удостоверительную и деятельность по обоснованию выводов. Такая сложная структура доказывания обусловлена наличием иерархичной, строго субординированной системы ее субъектов, является отражением общественного характера получаемых в процессе судопроизводства знаний.

Вычленение названных уровней достаточно полно представляет, на наш взгляд, структуру доказывания в его правовом аспекте. Процесс доказывания не может считаться завершенным, если отсутствует хотя бы один из его элементов. Что касается формы их соотношения, то вкратце ее можно охарактеризовать как отношение субординационной зависимости: каждый предыдущий этап независим от последующего, но служит для него необходимой предпосылкой, каждый последующий невозможен без предыдущего и может быть осуществлен только на его основе.

Исходя из этого можно проследить гносеологическую роль «относимости доказательств» как одного понятия теории доказательств, в процессе доказывания. В этой связи еще раз подчеркнем, что относимость — это правовое свойство доказательств, которое отражает «… способность доказательств своим

66

содержанием служить средством установления обстоятельств имеющих, значение для дела» .

Отсюда следует ряд выводов. Во-первых, связь доказательств с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, наличие которой является основой для вывода об относимости, существует объективно в результате отражения механизма преступления в окружающей обстановке. Во-вторых, для того, чтобы объективно существующая связь трансформировалась в правовое свойство, она должна быть познана и отражена в предусмотренных законом источниках (т.е. параллельно доказательство приобретает свойство допустимости); в-третьих, вычленение содержания из следов задается отношением: исходные фактические данные о преступлении — пределы доказывания — обстоятельства, подлежащие доказыванию, поэтому оно избирательно и целенаправленно.

В этом случае мы говорим об отдельно взятом доказательстве, относимость которого во многом вероятна. Она достоверно устанавливается лишь в системе доказательств, т.е. здесь речь идет об уже обосновательном уровне доказывания. Следовательно, в теории доказывания установление относимости — это процесс, который осуществляется на всех уровнях доказывания. Структура процесса определения относимости более подробно будет изложена в последующих главах работы.

1.3. Относимость как свойство доказательства

1.3.1. Понятие относимости доказательств

Как было отмечено в параграфе 1.2, относимость как свойство, характеризующее содержание доказательства, изучается теорией доказательств2. Однако если допустимость и достаточность подверглись детальному изучению в уголовно- процессуальной литературе, то исследованию

1 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств, - М., 2000. - С. 40.

~ Деятельность по установлению относимости доказательства, её механизм, этапы и место в

структуре процесса доказывания изучается теорией доказывания. Подробно об этом в гл. 3.

67

относимости была посвящена диссертация С.Л. Перцовского1 лишь в 1950 г. В дальнейшем учеными не уделялось должного внимания рассмотрению свойства относимости. Между тем необходимость исследования данной проблемы не вызывает сомнений. Ещё СВ. Позньппев в 1929 г. писал: «… относящимися к делу надо считать те же обстоятельства, установление которых имеет значение для суждения о событии или событиях, составляющих преступление, об их внутренних или внешних признаках, а также — о качествах и условиях жизни судимого, могущих влиять на уголовную ответственность. Ближайшее определение того, можно ли признать то или иное обстоятельство относящимся к делу, есть вопрос фактический, в каждом отдельном случае разрешимый судом на основании указанного выше общего принципа» .

В настоящее время в литературе существуют различные точки зрения на понятие «относимости»доказательств. Попытаемся их классифицировать.

В первую группу входят те авторы, которые понимают относимость как требование к деятельности субъектов доказывания. Так, М.К. Треушников определяет относимость как «правило поведения суда и всех участвующих в деле лиц в процессе судебного доказьшания, руководство к совершенствованию процессуальных действий по собиранию, исследованию и оценке доказательств»3. Ценность такого определения, по мнению М.К. Треушникова, заключается в том, что позволяет исследовать специфику оперирования доказательствами на разных стадиях процесса. Позволим себе высказать следующие замечания. Во-первых, относимость — это свойство, которое характеризует доказательства как средства установления обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, а не критерии оценки деятельности субъектов доказывания. Правила поведения для следователя, суда при осуществлении доказательственной деятельности могут быть связаны лишь

1 Перцовский С.Л. Относимость доказательств в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. - Харьков, 1950.

2 Познышев СВ. Доказательства в уголовном процессе. - М., 1929. - С. 21.

Треушников М.К. Относимость и допустимость доказательств в гражданском процессе. -М.. 1981. -С. 27.

68

с неуклонным соблюдением уголовно-процессуального закона и законов формальной логики- Во-вторых, представляется заслуживающей внимания попытка рассмотреть свойство относимости в контексте процесса доказывания, потому что теория доказательств рассматривает его лишь в статике, не раскрывая того, каким образом устанавливается относимость. Это, как нами было, отмечено, изучает теория доказывания. В этой связи заметим, что следует отличать относимость как свойство доказывания доказательства и процесс определения пригодности доказательства по содержанию, т.е. установления наличия или отсутствия свойства.

Во вторую группу входят те авторы, которые под относимостью понимают способность или «возможность использования для установления подлежащих доказыванию по уголовному делу фактов и обстоятельств в силу существующей между ними взаимосвязи»1. Однако, как правильно, на наш взгляд, отмечает Р.С. Белкин, «способность есть потенциальная возможность, но ещё не действительность. Возможность может стать действительностью, но может ею и не стать, поэтому нельзя оперировать термином «способность».2

Третья, наиболее многочисленная группа ученых под относимостью доказательств понимает связь между содержанием последних и обстоятельствами, входящими в предмет доказывания, или иными данными, имеющими значение для правильного расследования и судебного разбирательства дела3. Нам представляется неверным и такое определение. Относимость доказательств - это правовое свойство, хотя и существующее объективно. Отождествлять связь доказательств с
обстоятельствами,

1 Иванов А.П. Проблемы процессуальной) доказывания. - Ибреси, 1997. - С. 18; а также: Михайловская И.Б. Относимость доказательств в советском уголовном процессе // Сов. государство и право. -1958. - № 12. - С. 120, и др.

2 Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. - М., 1966. - С. 72.

3 Маликов М.Ф. Оценка доказательств в правоприменительной деятельности. - Уфа, 1984.

С. 36; Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. - М., 1966. - С. 71; Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 246; Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательство и доказывание. - Воронеж, 1995. - С. 121; Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - М., 1964. - С. 104.

69

подлежащими доказыванию, и относимость нельзя, потому что, во-первых, субъект доказывания объективно существующую связь может не установить (по различным причинам); во вторых, ошибочно считать, что связь существует там, где её нет (предмет, изъятый на месте происшествия, никакого отношения к совершенному преступлению не имеет); в-третьих, не приобщить к делу предметы, документы, не допросить лиц, чьи показания имеют значение для дела, посчитав сведения, содержащиеся в этих источниках, несущественными. В данном случае связь фактических данных с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, существует, но вопрос об относимости не решен.

Кроме того, связь фактических данных с произошедшим событием может не иметь значения для правильного разрешения дела. Иначе говоря, данные будут несущественными или даже бесполезными для установления истины по делу. Не все стороны общественно опасного деяния подлежат исследованию, а только значимые в уголовном или уголовно-процессуальном смысле. Так, сведения о состоянии дорожного покрытия при квалификации содеянного по ст. 264 УК РФ имеют доказательственное значение, но в других случаях их устанавливать не имеет смысла. К тому же, как отмечает Ю.К. Орлов, нередко доказательства становятся относимыми из-за отсутствия такой связи (алиби, если оно подтверждается, а также другие оправдательные доказательства)1.

И, наконец, четвертая группа авторов, которые определяют относимость доказательства как правовое свойство, подчеркивая, что в его основе лежат объективные связи между фактическими данными и обстоятельствами, имеющими значение для дела . Нам представляется, что такое определение является наиболее удачным.

Заметим, что почти все авторы раскрывают сущность свойства относимости доказательств через понятие «связь». Однако термин «связь» в теории доказательств используется для обозначения различных понятий. Во-

1 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 42.

2 Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость и достоверность доказательств в уголовном судопроизводстве// Сов. юстиция. -1982. - № 3. - С. 6.

70

первых, основанием уголовной ответственности является связь между общественно опасным деянием и наступившими последствиями. Эти формы связей изучаются наукой уголовного права. Во-вторых, установление связей доказательств между собой то, что А.Р. Белкин называет «согласуемостью» - является необходимым для установления состава преступления . Эти связи должны изучаться теорией доказывания. И, наконец, связи между доказательствами и обстоятельствами, подлежащими доказыванию. Они должны изучаться теорией доказательств потому, что с содержательной стороны характеризуют относимость; и теорией доказывания потому, что процесс в установлении связей между доказательствами и обстоятельствами, подлежащими доказыванию, заключается определение относимости.

В философии связь определяется как специфическое отношение, при котором наличие (отсутствие) или изменение одних объектов есть условие наличия (отсутствия) или изменения других объектов . Т.е. сущностью в понятии «связь» является взаимодействие.

Философами предлагаются различные классификации связей, но применительно к рассматриваемой проблеме будут рассмотрены лишь некоторые из них.

Закономерные связи отражают законы диалектики, а также естественнонаучные.

Случайные связи, или, правильнее, совпадения - это сосуществование не находящихся в закономерной связи между собой явлениями и событиями. В доказывании чрезвычайно важно отграничить совпадения и закономерности.

Выделяются также однозначные (т.е. при возникновении, изменении, исчезновении одного явления влекущие с неизбежностью аналогичные изменения в другом явлении) и многозначные связи (имеют место в том случае, когда изменение в одном объекте при наличии одних условий влечет изменения

1 Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999. - С. 188.

2 Философская энциклопедия. - М., 1970. - Т. 5. - С. 570.

71

в другом объекте, а при наличии других условий - не влечет). Эта классификация имеет большое значение при доказывании косвенными доказательствами.

Рассматривая классификацию связей на прямые (от причины к следствию) и обратные (от следствия к причине), следует отметить, что в доказывании преобладают последние, ибо процесс доказывания является реконструкцией событий, имевших место в прошлом.

Деление связей на непосредственные и опосредованные имеет большое значение, т.к. лежит в основе деления доказательств на прямые и косвенные, а отсюда - специфика определения относимости этих видов доказательств.

Достаточно длительное время в уголовно-процессуальной литературе преобладало мнение, что единственной формой связи в уголовно-процессуальном доказывании является причинная1.

Однако справедливо замечает А.А. Хмыров: «Практически такой подход таит в себе опасность признания не относящимися к делу тех фактических данных, которые в действительности имеют существенное значение для установления обстоятельств преступления, потому что они объективно связаны с ним, но только не причинной, а другой формой связи»2.

Анализируя типичные элементарные акты доказывания, А.А. Эйсман выделил четыре формы связи:

  • существенную (между сущностью и явлением);
  • генетическую (между причиной и следствием, условием и обусловленным);
  • функциональную (количественная связь);
  • индивидуализирующую (родо-видовые отношения, отношения тождества)3.
  • 1 См.: Шаламов МЛ. Теория улик. - М., 1960. - С. 85.

2 Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М.? 1979. - С. 27.

J См.: Эйсман А А. О формах связи косвенных доказательств//Вопросы криминалистики. -М., 1964. - Вып. 11.-С. 17.

72

И все же детально разработал учение о связях косвенных доказательств с обстоятельствами, подлежащими доказыванию по уголовному делу, А.А. Хмыров1. Обращение к проблеме связей косвенных доказательств неслучайно, так как связи прямых доказательств, как правило, очевидны, однозначны. В этой связи и определение относимости прямых доказательств не вызывает затруднений. Ошибки в их оценке связаны в основном с неправильным определением достоверности сведений, содержащихся в них.

А.А. Хмыров выделяет следующие формы связей:

1 .Генетические.

2.Хронологические и локальные.

3.Корреляционные (связи соответствия).

4.Иные (те, которые в процессе доказывания встречаются реже, а поэтому менее существенны)2.

  1. Генетическая, как основная связь в доказывании, встречается в следующих видах:

а) Причинная. Причина не всегда порождает одно следствие. Связь может быть многозначной, что порождает трудности в доказывании. Поэтому важно установить не только причину, но и условие, способствовавшее наступлению определенного результата, так как практически всегда параллельно с причинно- следственной связью существует связь условия и обусловленного.

б) Функциональная связь понимается следующим образом: изменения в одном объекте влекут определенные изменения в другом. Так, при доказывании объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, важное значение имеет скорость автомобиля, находящаяся в функциональной связи от длины тормозного пути. В криминалистике этой форме связи уделено большое внимание, так как она используется при производстве экспертиз.

1 См.: Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979; Некоторые вопросы теории и практики применения косвенных доказательств в расследовании преступлений // Сов. государство и право. - 1965. - № 2. - С. 92-101.

2 См.: Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979. - С. 28-58.

73

в) Поссидентная связь - связь по принадлежности вещей, отвечающая на вопрос - чей это предмет, кому он принадлежит. А.А. Хмыров пишет, что такая связь обычно устанавливается относительно двух групп вещей: предметов, принадлежащих обвиняемому, которые обнаружены на месте происшествия (оторванная пуговица, нож как орудие убийства), и предметов, принадлежащих потерпевшему, которые обнаружены у обвиняемого (похищенные вещи и ценности, случайно взятые предметы потерпевшего). При кажущейся идентичности поссидентной связи причинной, первая имеет относительно самостоятельный характер и нередко встречается в доказывании. Так, на месте происшествия рядом с обнаженным трупом мужчины с множественными колото-резаными ранами была обнаружена одежда, среди которой находились двое плавок. В связи с тем, что принадлежность их не была установлена, версия о мужеложстве, выдвинутая следователем на первоначальном этапе, отпала, практически не будучи проверенной1.

  1. Хронологические (временные) и локальные (пространственные). Представляется, что эти формы связей не могут существовать обособленно, а образуют особый класс пространственно-временных связей. Так, на перемещение трупа укажут, в том числе, не только локализация трупных пятен (пространственные отношения), но и их цвет (свидетельствующий о временном признаке).

  2. Корреляционная (связь соответствия). Она определяет равенство, подобие, согласованность предметов, явлений и имеет место по определенным параметрам: времени, месту, содержанию, форме, количеству и т.д.

А.А. Хмыров выделяет такие разновидности корреляционной связи:

а) Адекватное соответствие. Имеет место между поверхностью объекта, оставившего след, и рельефом этого следа.

б) Эквивалентное соответствие. Обнаруживается в качественных параметрах объектов, находящихся во взаимосвязи.

См.: Уголовное дело № 1420. Архив Красноярского краевого суда.

74

в) Пропорциональное отмечается между количественными параметрами элементов связи (например, количество продукции и ёмкость тары) .

В.Е. Корноухов, помимо перечисленных, выделяет и раскрывает содержание объемной связи и её” видов - идентификационной (отражающей единичность объекта) и классификационной (отражающую связь отдельного объекта с той или иной группой однородных объектов), а также связи сосуществования как связи параллельно развивающихся процессов2.

Таким образом, ценность учения о связях заключается в том, что разграничения, дифференциация форм связей необходимы не столько в научных целях, сколько из соображений прикладного характера. Практическое значение выделения различных форм связей между фактическими данными и обстоятельствами, подлежащими доказыванию, состоит в том, что от этого зависит выбор адекватных способов и приемов их установления. В свою очередь, это дает возможность сделать наиболее достоверный вывод об относимости доказательства.

Анализ приведенных точек зрения позволяет сформулировать некоторые выводы:

Относимостью доказательства характеризуется его содержание.

Объективной основой определения относимости является связь между фактическими данными и обстоятельствами, подлежащими доказыванию. Именно поэтому относимость - это обязательное свойство доказательства.

Относимость - это правовое свойство доказательства. Закон (ч.1 ст. 69 УПК РСФСР) определяет критерии пригодности доказательств по содержанию.

Обстоятельства, подлежащие доказыванию - понятие более широкое, чем обстоятельства, устанавливающие элементы состава преступления инкриминируемого деяния, т.к. доказыванию подлежат не
только

См.: Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М.51979. - С. 52. “ См.: Курс криминалистики. Общая часть/Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2000. - С. 201-

236.

75

обстоятельства, имеющие уголовно-правовое, но и уголовно-процессуальное значение.

Таким образом, относимость доказательств — это их обязательное правовое свойство, отражающее способность доказательства прямо или косвенно устанавливать обстоятельства, подлежащие доказыванию, в силу объективных связей между ними.

Из данного определения вытекает, что выяснению того, относимо ли доказательство, предшествует исследование двух моментов. Во-первых, входит ли факт, для подтверждения которого привлекается данное доказательство, в число обстоятельств, подлежащих установлению по уголовному делу. Во-вторых, способно ли доказательство, с учетом его содержания, подтвердить данный факт1. Эти два момента тесно связаны и, как отмечают авторы, представляют собой две стороны относимости, каждая из которых должна быть исследована. В противном случае в решении вопроса об относимости неизбежны ошибки.

1.3.2. Соотношение относимости с другими свойствами доказательств

Как уже было отмечено, свойства доказательства характеризуют его с различных сторон, а поэтому существуют в единстве. В этой связи рассмотрим соотношение относимости с другими свойствами доказательства более подробно.

Говоря о соотношении относимости и допустимости, заметим, что они отражают, соответственно, содержание и форму доказательства, т.е. «…относятся к двум взаимосвязанным элементам единого понятия судебного доказательства» . Взаимосвязь рассматриваемых свойств проявляется не только

‘Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 247; Маликов М.Ф. Оценка доказательств в правоприменительной деятельности. - Уфа, 1984. - С. 36; 2 Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. - М., 1959. - С. 21; а также: Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999. - С. 188, и др. Некоторые ученые, вслед за дореволюционными процессуалистами, говорят об относимости и допустимости как о двух

76

в том, что и относимость, и допустимость носят характер обязательных свойств. Это означает, что только доказательствами, пригодными как по форме, так и по содержанию, можно обосновывать наличие обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК РСФСР, а также промежуточные и итоговые выводы по делу.

Неотносимые фактические данные, даже при условии их надлежащего процессуального оформления (допустимости), подлежат исключению из системы доказательств. Если же доказательство пригодно по содержанию (относимо), но получено с нарушением уголовно-процессуального закона, то его дальнейшая судьба зависит от характера допущенных нарушений1: если они хотя и существенны, но восполнимы, необходимо собрать новые относимые доказательства, устраняющие недостатки процессуального оформления фактических данных. Например, протокол осмотра места преступления на одном листе не подписан понятым. Данное доказательство — относимо. Этот недостаток в данном случае можно исправить, допросив понятого, тем самым завершив формирование свойства допустимости протокола осмотра места происшествия. В том случае, если доказательство пригодно по содержанию (относимости), но нарушения процессуальной формы имеют существенный характер и не могут быть восполнены, то они (доказательства) исключаются из системы доказательств по причине недопустимости (ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР).

Относимость и достоверность характеризуют содержание доказательства. Причем первое из этих свойств, отражающее связь фактических данных с обстоятельствами, которые подлежат доказыванию, иногда называют обязательным свойством доказательства. В отличие от относимости, достоверность доказательства, по мнению некоторых авторов, «находится за

качественно различных уровнях доказательства (Иванов А.П. Проблемы процессуального доказывания. - Ибреси, 1997. - С. 22; Трусов А. О допустимости и относимости доказательств // Сов. юстиция. - 1990. - Ха 14. - С. 14-15).

] О правовых последствиях нарушений процессуальной формы доказательств см, подробнее: Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 46-52.

77

пределами данного понятия»1. Однако такое суждение является не совсем верным. Действительно, не все относящиеся к делу доказательства оказываются достоверными (например, ложное алиби обвиняемого или показания свидетеля, который добросовестно заблуждается), в то же время не все достоверные фактические данные обладают свойством относимости. Однако согласимся с суждением А. Бризицкого и В. Зажицкого о том, что недостоверные доказательства, даже при условии их относимости, должны быть отвергнуты лишь в том случае, когда говорится об основаниях принятия решений в уголовном процессе: о мере пресечения, о предъявлении обвинения, о вынесении приговора и др. В основании решений по уголовному делу должны лежать относимые, допустимые и достоверные доказательства. Между тем в других случаях недостоверные фактические данные, относящиеся к делу, будут являться доказательствами неподтвердившейся версии (так, алиби обвиняемого, наряду с доказательствами, устанавливающими его ложность, служат подтверждением проверки следствием версии невиновности лица, совершившего общественно опасное деяние). Если же фактические данные

*

достоверны, но к данному уголовному делу не относятся, то они не могут рассматриваться в качестве доказательств и должны быть исключены из доказательственной базы.

Однако практическая значимость изучения относимости и достоверности во взаимосвязи заключается не столько в рассмотренном выше аспекте, сколько в том, что проверка достоверности доказательств в зависимости от их вида очерчивает круг относимых доказательств, которые необходимо для этого собрать. Так, для проверки достоверности показаний свидетеля необходимо установить обстоятельства, характеризуюпще его личность, взаимоотношения с участниками процесса, условия восприятия им информации и т.д. В то же

Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость и достоверность доказательств в уголовном судопроизводстве// Сов. юстиция. - 1982. - № 3. - С. 6, а также: Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Дис…. д-ра юрид. наук. - Воронеж. 1998,-С. 372. ‘ Бризицкий А., Зажицкий В. Указ. соч. С. 6.

78

время при проверке достоверности вещественных доказательств проверяется их принадлежность конкретному лицу, время и условия их приобретения, времена, ^ в течение которого они находились во владении, кому и как были отчузкдены и

т.д., проверяя достоверность «иных документов», допрашивают его автора или исполнителя, выясняют, на основании чего и в связи с какими обстоятельствами данный документ был составлен, проверяют наличие реквизитов и правильность оформления и т. д.1

Таким образом, относимость и достоверность доказательства взаимосвязаны постольку, поскольку характеризуют одно и то же его качество, хотя и с различных сторон.

Сравнивать относимость и достаточность не совсем корректно, потому

41

что они характеризуют, соответственно, отдельное доказательство и их

совокупность. Однако, подчеркивая взаимосвязь рассматриваемых свойств,

отметим: чтобы достичь такой совокупности доказательств, которая позволила

бы сделать достоверный вьюод по делу и принять соответствующее решение

(т.е. добиться достаточности), необходимо собрать лишь относимые к делу

доказательства.

1.3.3. Виды относимых доказательств

  • Вопрос о видах относимых доказательств требует отдельного

рассмотрения, т.к. дает представление о круге фактических данных, необходимых для установления искомых фактов по делу, т.е. придает доказательственной деятельности целенаправленный характер.

В уголовно-процессуальной литературе предпринимались попытки указать примерный перечень относимых доказательств.

1 См.: Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость и достоверность доказательств в уголовном судопроизводстве// Сов. юстиция. -1982. - № 3. - С. 7.

79

Авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе» считают, что относящимися к делу будут доказательства, если с их помощью достигаются следующие цели:

а) установление обстоятельств, входящих в предмет доказывания;

б) обнаружение других доказательств (сведения о местонахождении, содержании, возможных препятствиях к контакту с носителем информации, искажениях и пробелах содержания, которые надо будет иметь в виду при собирании соответствующих доказательств;

в) установление промежуточных фактов, совокупность которых позволяет в конечном- счете установить обстоятельства, входящие в предмет доказывания;

г) «дублирующее» установление фактов и обстоятельств, уже установленных другими доказательствами в целях проверки и усиления надежности системы доказательств данной версии;

д) опровержение фактов, которые относятся к другим версиям, вьщвинутым по делу;

е) проверка полноты и достоверности собранных фактических данных посредством исследования условий их формирования, передачи, хранения1. Аналогичный перечень предлагается и другими учеными .

Между тем исчерпывающе перечислить все относимые доказательства невозможно, поэтому с необходимостью возникает вопрос их классификации. Впервые в уголовно-процессуальной литературе И.Б. Михайловской предпринята попытка классификации относящихся к делу доказательств. По её мнению, они делятся на две группы: доказательства, объективно связанные с главным фактом, и доказательства, объективно не связанные с главным фактом. Причем вторая группа доказательств делится на находящиеся в объективной связи с каким-либо из основных искомых фактов, которые не составляют

1 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 247-248.

2 Маликов М.Ф. Оценка доказательств в правоприменительной деятельности. - Уфа, 1984. - С. 36; Костаков А.А. Допустимость и относимость доказательств. - Л., 1991. - С. 15.

80

главного факта (доказательства, устанавливающие смягчающие, отягчающие обстоятельства, имеющие значение для обеспечения гражданского иска), и не находящиеся в объективной связи ни с каким из основных фактов по делу (доказательства, имеющие значение для оценки других доказательств по делу) . Позднее Ю.К. Орловым была предложена своя классификация, в целом сходная с вышеизложенной. Так, им выделяется критерий относимости: сведения о фактах, имеющих значение для дела. По содержанию это могут быть следующие сведения:

«1. О любых обстоятельствах, входящих в предмет доказывания. Это будет наиболее простой случай определения относимости. Такого рода доказательства всегда являются относимыми.

  1. Об иных обстоятельствах, имеющих значение доказательственных фактов, то есть используемых в качестве аргументов, логических посылок при установлении каких-то элементов доказывания.

  2. О других доказательствах - их наличии или отсутствии, достоверности или недостоверности, допустимости или недопустимости и т.п. (например, о лицах, присутствующих при совершении преступления, о факте подкупа обвиняемым свидетеля, о некомпетентности эксперта и др.)»2.

Кроме того, Ю.К. Орлов перечислил случаи неотносимости доказательств. По его мнению, неотносимыми будут доказательства, содержащие сведения не об исследуемом событии, а о другом факте, не являющемся предметом расследования, и также если содержащиеся в доказательстве сведения не могут быть использованы в качестве доказательственных фактов для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания. Вещественные доказательства будут неотносимыми не тогда, когда выяснится отсутствие их связи с расследуемым событием, а когда

Михайловская И.Б. Относимость доказательств в советском уголовном процессе// Сов. государство и право. -1958. № 12. - С. 121. ‘ Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 40-41.

81

они являются неподлинными, ошибочно принятыми за те, которые подлежат исследованию .

Судьба доказательств, признанных неотносимыми, вполне определенна: они исключаются из доказательственной базы2, и другие их свойства нет необходимости проверять и оценивать.

Заметим, что И.Б. Михайловской и Ю.К. Орловым справедливо поднят вопрос о классификации относимых доказательств. Более того, следует согласиться с тем, что удачно выбрано основание разграничения относимых доказательств - их содержание, т.е. сведения об имеющих значение для дела фактах. Это является важным, потому что, как отмечалось ранее, относимостью характеризуется содержание доказательства. Кроме того, вышеупомянутые авторы правильно называют относимыми доказательства, необходимые для проверки допустимости и достоверности других фактических данных. Такие доказательства имеют не уголовно-правовое, а процессуальное значение. Однако, как нам представляется, доказыванию подлежит и ряд других обстоятельств, не нашедших отражения в рассмотренных точках зрения.

Не случайно в уголовно-процессуальном законе наряду с понятием «обстоятельства, подлежащие доказыванию» (предмет) используется и более широкое понятие «обстоятельств, имеющих значение для дела» (ст.ст. 131, 276, 69, 205 УПК РСФСР). В ст. 131 понятие расшифровывается ссылками на ст.ст 68, 20 и 21: «все другие обстоятельства, выяснение которых может иметь значение для правильного расследования дела»3.

Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 42. «Исключается из доказательственной базы» означает лишь то, что неотносимые доказательства нельзя положить в основу того или иного решения по делу. Физического изъятия таких доказательств из материалов дела не должно происходить, т.к. оценка доказательств - длящийся процесс и результаты её на последующих этапах производства по делу могут измениться.

J Аналогично характеризуются и обстоятельства, имеющие значение для судебного разбирательства (ст. 276). Ссылка на ст. 21 наряду со ст. 658 УШС РСФСР, которую сделал законодатель, определяя понятие обстоятельств, которые имеют значение для дела, по существу, является излишней, так как обязанность установления причин и условий, способствующих совершению преступления, закреплена и в ст. 68, включившей, таким образом, указанные причины и условия в предмет доказывания. Что же касается ссылки на

82

Введение законом самостоятельного понятия обстоятельств, имеющих значение для дела, более широкого, нежели понятие предмета доказывания, направлено на обеспечение полноты, всесторонности, объективности исследования предмета доказывания, достоверности доказательственного материала, который будет положен в основу окончательного решения. Не случайно наиболее полно это понятие раскрывается в статьях УПК, посвященных рассмотрению ходатайств, заявленных при расследовании (ст. 131) и судебном рассмотрении дела (ст. 276). Тем самым создаются оптимальные условия для правильного разрешения ходатайств и определения задач и рамок проведения следственных (судебных) действий. Нельзя, в частности, отказать в ходатайстве о выяснении обстоятельств, которые хотя и не входят в предмет доказывания, но необходимы для проверки полноты и достоверности устанавливающих его доказательств и в этом смысле имеют значения для правильного разрешения уголовного дела. Таким образом, для успешного решения задач уголовного судопроизводства зачастую требуется установление обстоятельств, не входящих в предмет доказывания, но имеющих значение для надлежащего расследования и рассмотрения уголовного дела.

Итак, классифицируем относимые доказательства, используя в качестве критерия их содержание, т.е. в зависимости от того, сведения о каких имеющих значение для дела обстоятельствах они содержат.

В первую группу относимых доказательств входят те, гюсредством которых устанавливаются обстоятельства, входящие в предмет доказывания. В этой связи отметим, что их относимость никем не оспаривается. Однако, как правильно, на наш взгляд, пишет Ю.К. Орлов, это наиболее простой случай определения относимости1. К так называемым «предметным» относятся не

ст. 20 УПК, то обстоятельства, имеющие значение для дела, характеризуются в ней с точки

зрения полноты и объективности выяснения и исследования (уличающих и определяющих

обстоятельств). Эта характеристика в равной степени относится как к обстоятельствам,

входящим в предмет доказывания, так и к тем, которые в него не входят (промежуточным,

вспомогательным).

1 Орлов Ю.К. Основы теорий доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 39.

83

только обстоятельства, перечисленные в ст. 68 УПК РСФСР. Это общий перечень обстоятельств, которые необходимо установить по каждому уголовному делу. Однако, в зависимости от категорий субъектов, закон конкретизирует обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Так, при расследовании преступлений, совершенных

несовершеннолетними, согласно ст. 392 УПК РСФСР, необходимо обратить особое внимание на выяснение:

  • возраста несовершеннолетнего (числа, месяца, года рождения);
  • условий его жизни и воспитания;
  • причин и условий, способствовавших совершению им преступления;
  • наличия взрослых подстрекателей и иных соучастников;
  • мог ли он полностью сознавать значение своих действий. Соответственно по делам об общественно опасных деяниях невменяемых,
  • а также о преступлениях лиц, заболевших душевной болезнью после совершения преступления, помимо обстоятельств, устанавливаемым по всем делам, должны выясняться:

  • время, место, способ и другие обстоятельства совершения общественно опасного деяния;
  • совершение общественно опасного деяния данным лицом;
  • наличие у лица, совершившего общественно опасное деяние, душевных заболеваний в прошлом, степень и характер душевного заболевания в момент совершения общественно опасного деяния и ко времени расследования дела;
  • поведение лица, совершившего общественно опасное деяние, как до его совершения, так и после;
  • характер и размер ущерба, причиненного общественно опасным деянием (ст. 404 УПК РСФСР).

Это дает основание говорить об общем и специальном предмете доказывания1.

Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С.27.

84

Таким образом, доказательства, устанавливающие наличие состава преступления, а также влияющие на степень и характер ответственности и характеризующие причины и условия совершения преступления (ст. 68 УПК РСФСР), являются безусловно относимыми. Однако, говоря об относимости этих доказательств, в основном имеют в виду те, которые устанавливают элементы состава преступления в рамках предъявленного обвинения. Между тем проверка и опровержение всех версий, не совместимых с данной версией, -необходимое условие движения
познания в уголовном процессе от предположительного («вероятно так») к достоверному («только так»)1. В этой связи в уголовно- процессуальной литературе мнения по поводу относимости доказательств
неподтвердившейся версии разделились. Так, одни ученые считают, что доказательства неподтвердившейся версии будут относимыми2, другие их относимость отрицают3. Мы придерживаемся мнения тех ученых, которые считают, что доказательства, приведшие к
опровержению определенной версии, остаются таковыми и не теряют свойства относимости, потому что, во-первых, для признания доказательств относимыми не имеет значения, устанавливают они
наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию. Так, будут относимыми и показания свидетеля — очевидца совершения
убийства гражданином, подозреваемом ранее в совершении этого
преступления, и показания свидетеля - сослуживца, подтверждающего, что подозреваемый в предполагаемый момент
кражи находился на рабочем месте. Хотя в первом случае показания
свидетеля указывают на совершение гражданином преступления, а
во втором -свидетельствуют о его невиновности. Е.П. Гришина справедливо отмечает, что для определения относимости доказательства не имеет значения тот факт, что

1 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 248.

2 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 248; Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 41.

3 Арсенъев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - Иркутск, 1970. - С. 103- 104; Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1973 г.

85

оно может указывать на позитивные и негативные обстоятельства, относимыми могут быть как обвинительные, так и оправдательные доказательства1.

Во-вторых, доказательства неподтверждающейся версии ценны и для косвенного подтверждения оставшейся версии, в частности методом исключения.

И, наконец, в-третьих, версии, не нашедшие своего подтверждения на данном этапе производства по делу, могут возникнуть и быть доказательствами впоследствии.

Таким образом, относимыми будут доказательства не только подтверждающие версию следствия, но и отвергающие её; не только обвинительные, но оправдательные.

Однако у проблемы относимости доказательств неподтвердившейся версии не такое простое решение. Относимые доказательства должны храниться при деле (ст.ст. 84, 85 УПК РСФСР). Возможно ли так категорично утверждать применительно рассматриваемой ситуации?

Проиллюстрируем изложенное на примере уголовного дела № 5031559 по обвинению Пузанова А.П. и Козыркина А.Б. по п. «б» ч. 3 ст. 162, ц.\ ст. 132 и п. «а» ч.2 ст. 131 УК РФ. В ходе производства обыска в квартире у сожительницы одного из обвиняемых были изъяты ювелирные украшения, которые, по версии следователя, принадлежали потерпевшим. Однако никто из потерпевших изъятое не опознал. Ершова (сожительница обвиняемого Пузанова) написала районному прокурору жалобу на незаконность изъятия у неё золотых украшений, так как они принадлежали ей и её матери. После проверки жалобы ювелирные изделия были возвращены законному владельцу2. Однако они могли принадлежать другим лицам, в отношении которых обвиняемые совершали аналогичные преступления (следствием установлено,

Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы её обеспечения в уголовном процессе: Дис…. канд. юрид. наук. - М, 1996. - С. 25.

Уголовное дело № 5031559 по обвинению Пузанова А.П., Козыркина А.Б. по п. «б» ч.З ст. 162, п. 1 ст. 132, п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

86

что обвиняемые совершили ряд грабежей и разбоев, но не все потерпевшие заявили об этом в правоохранительные органы). В этой связи возникает вопрос: нужно ли было возвращать золотые украшения Ершовой? Думается, на него следует ответить положительно, т. к., во-первых, они действительно могли принадлежать ей, во-вторых, при столкновении интересов правосудия и личности в данном случае следует отдать предпочтение интересам последней.

Продолжая анализировать виды относимых доказательств, отметим, что к их числу относятся доказательства, устанавливающие отсутствие таких фактов, которые должны быть обнаружены при естественном ходе событий в соответствии с данной версией. Их называют негативными1, или противодоказатедьетвамвГ.

Кроме того, к предметным относятся доказательства, не только устанавливающие все элементы состава инкриминируемого преступления, но и позволяющие отграничить его от смежных составов (например, ч. 4 ст.111 и ч. 1 ст. 105 УК РФ).

Подводя итог анализу предметных доказательств, отметим, что, во-первых, они безусловно относимы; во-вторых, относимы доказательства, устанавливающие как общий, так и специальный предметы доказывания; в-третьих, к предметным относятся также доказательства неподтвердившейся версии; в-четвертых, относимы доказательства, устанавливающие такие обстоятельства, которые неминуемо должны быть при естественном ходе событий в соответствии с данной версией (негативные).

Вторая группа доказательств - это те, с помощью которых устанавливаются обстоятельства, необходимые при вьшесении промежуточных решений по делу (выбор меры пресечения, прекращение, приостановление уголовного дела и
т.д.). Дать исчерпывающий перечень относимых

1 Михайловская И.Б. Относимость доказательств в советском уголовном процессе// Сов. государство и право. - 1958. - № 12. - С. 127. Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Дис…. д-ра юрид. наук. - Воронеж, 1998. - С. 195.

2 Селиванов Н. Противодоказательства в уголовных делах//Соц. законность. - 1987. - № 8. - С. 54-56.

87

доказательств этой группы нельзя, но их можно дифференцировать в зависимости от того, какое решение принимается в ходе производства по делу. Например, при возбуждении уголовного дела надлежит выяснить наличие события преступления (доказательства, устанавливающие предмет доказывания, причем последний в данной стадии имеет усеченный характер), а также наличие обстоятельств, исключающих производство по делу — достигло ли лицо к моменту совершения общественно опасного деяния возраста, с которого возможно наступление уголовной ответственности, не истекли ли сроки давности, нет ли в отношении лица, который является субъектом преступления, вступившего в законную силу приговора по тому же обвинению или неотмененного постановления о прекращении уголовного дела и др. (ст. 5 УПК РСФСР). Доказательства аналогичных обстоятельств будут относимы и при прекращении уголовного дела.

В то же время при принятии решения о приостановлении уголовного дела относимыми будут доказательства того, что обвиняемый скрылся от следствия и суда или его место пребывание не известно, доказательства наличия у лица психического или иного тяжкого заболевания и, наконец, доказательства того, что не представилось возможным установить лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого.

Подобным образом решается вопрос об относимости доказательств при принятии других решений (избрание меры пресечения: определение её необходимости и вида может быть вызвано данными о том, что обвиняемый воздействует на свидетелей, потерпевшего).

В третью группу относимых доказательств входят те, посредством которых устанавливаются доказательственные факты. Таким образом, эти доказательства не прямо, а косвенно устанавливают обстоятельства, входящие в предмет доказывания.

Четвертая группа доказательств, которые можно назвать «вспомогательные», дает возможность сформировать четкую их систему по

88

делу. В свою очередь, она может быть подразделена на две подгруппы: ориентирующие и контрольные1.

К ориентирующим доказательствам мы относим те, которые содержат сведения о том, где могут быть обнаружены искомые доказательства (о месте нахождения похищенного имущества; о месте, где скрывается лицо, совершившее преступление; о том, кто был очевидцем, соответственно, может быть допрошен в качестве свидетеля и т. д.).

Ориентирующие доказательства играют особенно важную роль на первоначальном этапе расследования, но не теряют своего значения впоследствии, ибо способствуют формированию такого свойства системы доказательств, как полнота. Поэтому вряд ли можно согласиться с А.А. Хмыровым о преходящем значении ориентирующих доказательств”, так как в том случае, если обстоятельства предмета доказывания все же не обнаруживаются, то ориентирующие приобретают значение контрольных. Например, обвиняемый в своих показаниях рассказывает о том, где закопал трупы убитых им людей. Доказательство такого рода будет относимым, т. к. указывает на место захоронения жертв преступления (ориентирующие). В этой связи то обстоятельство, что в процессе расследования места захоронения трупов не обнаружены, не умаляет значения показаний обвиняемого и может указывать с другими материалами дела, во-первых, на то, что обвиняемый оговаривает себя; во- вторых, на то, что он забыл (перепутал), где в действительности, в каком именно месте сокрыл трупы; в-третьих, на то, что

Подобное название заимствовано у А.А. Хмырова, который, классифицируя косвенные доказательства, выделяет предметные и впомогателыше, а вспомогательные, в свою очередь, подразделяет на ориентирующие и контрольные. См.; Хмыров А.А. Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981. - С. 62-63; Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979.- С. 93-95.

По мнению А.А. Хмырова, ориентирующие доказательства теряют свое значение, как только с их помощью предметное доказательство будет обнаружено и закреплено, основное доказательственное значение переходит к нему - именно оно в дальнейшем будет проверяться и оцениваться. Ориентирующие доказательства теряют свое значение и в том случае; если предметные доказательства по их указанию не будут обнаружены (Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979. - С. 93).

89

обвиняемый сознательно вводит следственные органы в заблуждение с целью затянуть расследование (либо по иным причинам).

К контрольным доказательствам мы относим те, содержание которых составляют сведения, используемые для проверки допустимости и достоверности предметных доказательств и в ходе предварительного следствия, и в судебном разбирательстве, и на стадиях кассационного и надзорного производства. Этими доказательствами проверяется надежность источников предметных доказательств - компетентность эксперта, незаинтересованность свидетеля и в исходе дела (или, напротив, его заинтересованность в воздействии, оказанном на него обвиняемым, его соучастниками или близкими). В данном случае следователь с помощью контрольных доказательств устанавливает допустимость (недопустимость) других доказательств.

Способности потерпевшего или свидетеля правильно воспринимать обстоятельства исследуемого события вообще или в определенных условиях будет иметь значение для установления достоверности (недостоверности) показаний указанных субъектов. Такие доказательства могут быть получены в ходе производства таких следственных действий как допрос свидетелей, осмотр документов, следственный эксперимент и т.д. «Возможность их получения всегда должна предусматриваться и при допросе обвиняемого, особенно при ссылке его на алиби иди другие оправдывающие обстоятельства»1.

С другой стороны, контрольные доказательства могут подтверждать или опровергать наличие фактов, сведения о которых являются содержанием предметных доказательств. Нередко в таком качестве выступают негативные обстоятельства: проверяя показания обвиняемого, следователь сталкивается с отсутствием фактов, на которые тот ссылается, либо с невозможностью протекания события таким образом, как он об этом рассказывает. У обвиняемого Фуфачева В.В. в СИЗО был
обнаружен сифилис. Это

1 Хмыров А. А. Косвенные доказательства. - М, 1979. - С. 94.

90

обстоятельство дало ему основание утверждать, что он невиновен, потерпевшие заразили его этой болезнью и поэтому оговаривают. Между тем при производстве судебно-медицинской экспертизы венерических заболеваний у потерпевших обнаружено не было1. В данном случае заключение эксперта является контрольным доказательством по отношению к показаниям обвиняемого.

К контрольным доказательствам следует отнести и все фактические данные, свидетельствующие о нарушении установленного законом процессуального порядка собирания доказательств: осуществление доказывания ненадлежащим субъектом, получение сведения из ненадлежащего источника путем производства ненадлежащего следственного действия (например, проверки показаний на месте), а также нарушение порядка проведения соответствующего процессуального действия (например, протокол осмотра места происшествия не подписан понятыми ),

На основе данных следователь, прокурор и суд принимают решение о недопустимости того или иного из предметных доказательств.

Рассмотренная классификация доказательств по их функциональному признаку - в зависимости от конкретных элементов предмета доказывания, устанавливаемых той или иной группой доказательств, дает возможность правильно сформировать систему доказательств по делу.

Таким образом, в процессе расследования круг обстоятельств, имеющих значение по делу, в силу их связи с совершенным общественно опасным деянием, не ограничивается предметом доказывания. Относимыми будут также те доказательства, которые условно можно обозначить как ориентирующие и контрольные. Известная доля условности здесь вызвана тем, что при определенных ситуациях доказательство может быть сначала ориентирующим, а впоследствии контрольным. Так, показания свидетелей,
видевших, куда

1 Уголовное дело № 30372993 по обвинению Фуфачева В.В. по п. «а», «зд» ч. 2 ст. 131 УК РФ.

Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г.

” См.: Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995.

91

обвиняемый вывозил похищенное имущество, будут сначала ориентирующими

(в целях установления места нахождения похищенных вещей), а
затем

контрольными (для проверки достоверности показания обвиняемого).

Суммируя изложенное можно, классифицировать относимые

доказательства в зависимости от их роли в процессе
установления

обстоятельств, имеющих значение для дела.

Доказательства, посредством которых устанавливаются обстоятельства,

входящие в предмет доказывания-Доказательства, имеющие значение
для принятия промежуточных

решений по делу.

Доказательственные факты. Вспомогательные доказательства:

а) ориентирующие;

б) контрольные.

92

ГЛАВА 2. Взаимосвязь предмета и пределов доказывания и установление относимости

Углубляя анализ закономерностей процесса доказывания, рассмотрим взаимосвязь обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, и пределов доказывания. Как отмечалось в первой главе, в таком отношении раскрывается, во-первых, единство познания и доказывания, во-вторых, динамичность процесса доказывания, в-третьих, процесс «формирования» доказательств, в частности решение вопроса об относимости и допустимости доказательств, о многоуровневом характере решения вопроса об относимости.

2.1. Обстоятельства, подлежащие доказыванию

Уголовно-процессуальный закон содержит понятие «обстоятельства, подлежащие доказыванию (ст. 6S УПК РСФСР), в то же время в науке большее распространение имеет другое - «предмет доказывания». Это неслучайно, ибо в ст. 68 УПК РСФСР содержится требование закона установить по каждому уголовному делу определенный перечень обстоятельств. Однако в каждом конкретном случае перечень, последовательность установления, а значит, и структура этих обстоятельств будут индивидуальны. Это зависит, во-первых, от законодательной конструкции состава совершенного преступления (так, при совершении кражи необходимо установить признаки общего субъекта: возраст, вменяемость, а при совершении взятки в первую очередь необходимо выяснить является ли взяткополучатель должностным лицом, а это - признаки специального субъекта, которые не имеют значения в первом случае); во-вторых, от информации, имеющейся в распоряжении органов следствия, о совершенном преступлении (т.е. имеющихся следов). В этой связи утверждение М.С. Строговича о том, что процессуальный закон определяет лишь структуру предмета доказывания, а основное
содержание его (состав преступления)

93

определяется материальным уголовным законом1, представляется не совсем верным. Процессуальный закон определяет не структуру, а элементы будущего предмета доказывания.

Существование в законе нормы» которая определяет перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию и реального предмета доказывания при расследовании конкретного уголовного дела (его структурирует ст. 68 УПК РСФСР), дало основание некоторым ученым для включения в содержание предмета доказывания норм уголовного и уголовно-процессуального законов. Так, болгарский процессуалист, философ Панайот Гиндев отмечал, что в уголовном судопроизводстве наряду с предметом доказывания существует предмет познания, в который входят помимо обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии с законом, другие обстоятельства вспомогательного характера.

В этой связи он включал в предмет доказывания нормы уголовного, процессуального, гражданского права. Аналогичного мнения придерживаются B.C. Джатиев2 и Г.П. Корнев. Г.П. Корнев, в частности, отмечает, что нормы права «используются в качестве процессуальных средств, форм обнаружения и исследования доказательств, установления обстоятельств и принятия юридических решений по делу. Именно в этом и ни в каком другом качестве нормы уголовного и уголовно-процессуального права входят в предмет доказывания»3.

Правомерность включения в предмет доказывания (познания) норм уголовного и уголовно-процессуального права оспаривал И.М. Лузгин. При этом он указывал, что следователь должен знать закон до того, как приступает к выполнению своих профессиональных обязанностей4.

Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. - М., 1955. - С. 270. ^ Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств. - Ростов н/Д., 1991. - С. 38-39.

Корнев Г.П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. -Н. Новгород, 1995. - С. 120-121.

Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования. - М., 1973.

94

Таким образом, значение норм права заключается в том, что эти нормы, являясь ориентиром познавательной деятельности, определяют её границы.

2.1.1. Общая характеристика предмета доказывания

Следует отметить, что в уголовно-процессуальной литературе наряду с предметом выделяют и объект доказывания. При этом под объектом уголовно-процессуальной деятельности понимают «действительное или предполагаемое преступление»2. Понятие «предмета» гораздо уже - «это то, с чем реально взаимодействует, что выделяет в объекте субъект» , это не преступление во всем его многообразии связей и отношений, а лишь часть реальности, позволяющей разрешить «вопрос об ответственности подсудимого за вменяемое ему деяние… те и только те факты обстоятельства, которые имеют значение для правильного разрешения дела и выполнения задач уголовного процесса»4.

Таким образом, «предмет доказывания (познания) — это определенный «срез» свойств, отношений преступления, познание которых необходимо для разрушения его задач»5.

Арсеньев В.Д. К вопросу об объекте и предмете советского уголовного процесса и уголовно- процессуального доказывания // Гарантии прав личности в советском уголовном праве и процессе. - Ярославль, 1981. - С. 28-29; Барабаш А.С., Стойко Н.Г. Объект и предмет доказывания // Организационно-тактические проблемы расследования преступлений. - Красноярск, 1990. - С. 178-186; Зеленецкий B.C. Объект уголовно-процессуального познания // Вопросы государства и права развитого социалистического общества. - Харьков, 1975. -С. 247 и др.

2 Кузнецов Н.Г. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Дис…. д-ра юрид. наук. - Воронеж, 1998. - С. 369.

“1 Барабаш А.С., Стойко Н.Г. Объект и предмет доказывания // Организационно- тактические проблемы расследования преступлений. - Красноярск, 1990. - С. 183.

4 Кузнецов Н.Г. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Дис…. д-ра юрид. наук. - Воронеж, 1998. - С. 369-370.

Панин В.А. Проблемы предмета доказывания и истины в советском уголовном процессе // Доказывание по уголовным делам. - Красноярск, 1986. - С. 35; аналогично считает и 3.3. Зинатуллин (Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993. -С. 61).

95

Категории «предмета» в уголовно-процессуальной литературе посвящено значительное количество исследований, однако единства мнений по данному вопросу не достигнуто.

В силу того, что на протяжении ряда лет в юридической литературе господствовало мнение о том, что нельзя нормативно определить перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию, в силу их специфики по конкретному делу и в зависимости от стадий процесса, вопрос о предмете доказывания не исследовался1.

Впервые вопрос о предмете доказывания как правовом институте, едином для всего уголовного процесса и для всех его стадий, бьш нормативно урегулирован Основами уголовного судопроизводства 1958 г. и принятыми в соответствии с ними УПК союзных республик. Согласно ст. 15 Основ (ст. 68 УПК) при производстве дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде подлежат доказыванию: 1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы преступления; 3) обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности обвиняемого, указанные в статьях 63 и 61 УК РСФСР, а также иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 4) характер и размер ущерба, причиненного преступлением. Подлежат выявлению также причины и условия, способствовавшие совершению преступления.

В этой связи следует отметить, что перечисленные в ст. 68 УПК РСФСР обстоятельства, которые подлежат доказыванию по уголовному делу, не представляют определенной структуры, это лишь перечень того, что должно быть установлено по каждому уголовному делу. В.Д. Арсеньев справедливо

Сказанное не означает, что круг обстоятельств, подлежащих доказыванию, определялся органами расследования, прокурором, судом произвольно. Ранее действовавшее законодательство определяло круг обстоятельств, подлежащих доказыванию в уголовном судопроизводстве, лишь применительно к отдельным стадиям и в связи с отдельными процессуальными актами, например, постановлением о привлечении в качестве обвиняемого (ст. 207 УПК РСФСР 1923 г.), судебным приговором (ст. 320 УПК РСФСР 1923 г.) и др.

96

говорил не только об обвинительном уклоне редакции ст. 68 УПК РСФСР , но также и о том, что «… она (ст. 68) не содержит указания ни на предмет, ни на объект доказывания, а представляет собой программу доказывания» . Верно также и то, что, определяя нормативный перечень обстоятельств, которые необходимо установить по каждому уголовному делу, уголовно-процессуальный закон задает направление деятельности субъектов доказывания, т.е. «… формулирует адресатам своих норм ту программу доказывания, которая должна быть выполнена ими при производстве дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде … При этом реализация данной программы предполагает и цель, которая должна быть достигнута, т.е. определенный результат деятельности, и направления доказывания, т.е. саму деятельность, ведущую к достижению этой цели»3.

В процессе расследования указанная статья закона структурируется в предмет доказывания, исходя из обстоятельств совершенного преступления и нормативной модели этого деяния в особенной части УК РФ, придавая познавательной деятельности субъекта доказывания избирательный характер. Механизм формирования предмета доказывания дает основание С.А. Шейферу выделять в предмете доказывания уровни. Первый уровень представляет собой обобщенную модель, норму-схему, отражающую общий для всех уголовных перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст.68 УПК РСФСР). В силу этого такой уровень понятия ценен для определения задач доказывания, а также принципа всесторонности, полноты и объективности.

Арсеньев В.Д. К вопросу об объекте и предмете советского уголовного процесса и уголовно- процессуального доказывания // Гарантии прав личности в социалистическом уголовном праве и процессе по уголовным делам. - Ярославль, 1981. - С. 29.

Арсеньев В.Д. К вопросу о предмете и объекте доказывания по уголовным делам/ЛПроблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. - Красноярск, 1987. - С. 27.

” Соловьев В.В.. Громов Н.А., Николайченко В.В. Доказывание, доказательства и
их источники в уголовном процессе. - Саратов, 1995. - С. 29.

97

Второй уровень понятия определяется в зависимости от конструкции норм особенной части УК РФ, в которых сформулированы признаки конкретного уголовно-наказуемого деяния.

Третий уровень понятия определяется конкретизацией предмета с учетом обстоятельств совершенного преступления. Требования, сформулированные в законе (ст. 68 УПК РСФСР), «проецируются» на обстоятельства совершенного преступления, приобретая индивидуальность и неповторимость \

Выделение С.А. Шейфером в предмете доказывания уровней, как нам представляется, имеет не только теоретическое, но и практическое значение, ибо демонстрирует диалектику данного понятия, что, в конечном счете, позволяет выбрать наиболее эффективные способы, приемы и средства доказывания.

Углубляя анализ предмета, отметим, что в нем можно выделить не только уровни, но и виды.

  • Типовой предмет доказывания определен в уголовно-процессуальном законе. Он может быть общим (ст.68 УПК РСФСР) и специальным (ст. 392, ст. 404 УПК РСФСР), в зависимости от особенностей субъекта — лица, совершившего общественно-опасное деяние 2.
  • Родовой предмет доказывания существует для отдельных видов преступления. Причем их классификация возможна не только в зависимости от структуры особенной части УК РФ (преступления против собственности, против конституционных прав и свобод человека и гражданина, против жизни и здоровья и т.д.), но и от особенностей расследования определенных категорий преступлений (корыстные, насильственные, корыстно-насильственные и т.д.). В этой связи выделение родового предмета доказывания имеет уголовно-процессуальное и
    криминалистическое значение. Уголовно-процессуальное
  • Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. - Тольятти, 1998. - С. 22-23.

Понятие типового предмета доказывания совпадает с «первым уровнем», о котором говорит С.А. Шейфер.

98

значение заключается в том, что законодательная конструкция обстоятельств, подлежащих доказыванию, с учетом специфики определенной категории преступлений, преобразуется в структуру, определяя взаимосвязи, взаимообусловленность элементов посредством наполнения их содержанием норм уголовного закона. Это придает процессу познания и доказывания целенаправленность и избирательность. Криминалистическое значение понятия родового объекта заключается в том, что служит основанием для разработки методик по расследованию преступлений 1,

Индивидуальный предмет доказывания возникает в том случае, когда обстоятельства ст. 68 УПК РСФСР наполняются содержанием конкретной нормы уголовного закона. Это позволяет говорить о специфике предмета доказывания по делам о кражах, грабежах, разбоях и т.д. Значение понятия «индивидуального» предмета доказывания рассматривается также в криминалистическом и уголовно-процессуальном аспекте. Причем последний связан с тем, что специфика предмета доказывания по конкретным составам преступлений определяет особенности
квалификации и отграничения от

2

смежных составов .

Рассмотренная нами градация предмета доказывания на типовой, родовой индивидуальный характеризует его как идеальную модель, т.е. такую совокупность обстоятельств, которую необходимо установить, соответственно, при расследовании и разбирательстве любого уголовного дела, по категории дел и, наконец, по определенному составу преступления. Однако в процессе расследования обстоятельств совершения общественно опасного деяния устанавливается индивидуально неповторимая, единичная их совокупность. Это связано с тем, что, по выражению С.А. Шейфера, «требования закона относительно
обстоятельств совершения кражи, грабежа, убийства и т.д.

Курс зфиминалистики. Общая часть / Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2000. - С. 627- 637. 2 Проведенное нами исследование уголовных дел позволяет говорить о значительном количестве ошибок при разграничении ч 4 ст.111 и ч. 1 ст. 105 УК РФ.

99

«проецируются» на обстоятельства конкретного дела» , в результате чего последние приобретают определенное содержание, т.е. предмет доказывания становится для следователя, суда программой исследования обстоятельств реального уголовного дела, гарантией против его односторонности и неполноты.

Изложенное позволяет говорить о существовании индивидуального предмета доказывания.

Следует заметить, что совокупность обстоятельств, которые необходимо установить, будет различаться в зависимости от стадии, этапа производства по делу. Как обоснованно отмечается в литературе, крут фактов, которые надо установить для принятия решения о возбуждении уголовного дела (ст. 109 УПК), привлечении в качестве обвиняемого (ст. 143 УПК), применении меры пресечения (ст. 89 УПК), существенно различен в каждом их этих случаев ~.

Для такого итогового процессуального решения, как решение о прекращении дела, вариационность предмета доказывания обусловлена различным характером оснований прекращения (ст. 5-9, 208, 406, 410 УПК), которые также должны быть установлены посредством доказывания. В таком случае говорят об «усеченном» характере предмета доказывания, потому что доказываются не все его элементы, а лишь какая-то часть 3.

Уголовно-процессуальное познание направлено в прошлое, ибо в процессе расследования устанавливаются обстоятельства уже совершенного события. Однако вряд ли было бы справедливым утверждать, что в предмет доказывания
входят только факты прошлого4. Наряду с такими

Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. - Тольятти, 1998. - С. 23.

Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. - Тольятти, 1998. - С. 24. 3 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 28.

С.А. Шейфер, например, утверждает: «Предмет как факт настоящего служит здесь лишь формой отражения сведений о подлежащих доказыванию фактах прошлого» (Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1972. -С. 5). В.Д. Арсеньев полагает, что отнесение соответствующих обстоятельств к прошлому по отношению ко времени уголовного судопроизводства составляет одну из важнейших

100

обстоятельствами в предмет доказывания входят еще и другие, возникновение и существование которых относится к последующему, в том числе и к настоящему времени. Наиболее ярко это проявляется, когда речь идет, например, об освобождении от уголовной ответственности, о прекращении уголовного дела по ст.ет. 6, 7, 8, 9 УПК РСФСР. Соответственно, это в основном подлежащие доказыванию «обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, его поведение после совершения преступления, отношение к труду, семье, товарищам, своим обязанностям и т.д., а также в значительной мере, обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность обвиняемого (подсудимого)»1.

В процессуальной литературе также не нашла разрешения проблема включать или нет в предмет доказывания доказательственные факты. Например, Г.М. Миньковский считал, что не все обстоятельства, устанавливаемые по уголовному делу с помощью доказательств, входят в предмет доказывания. Исключаются те, которые служат лишь средством для установления обстоятельств, составляющих предмет доказывания по делу. Подобные факты, его мнению, представляют собой «промежуточные тезисы» для установления обстоятельств, входящих в предмет доказывания, либо иные вспомогательные данные 2.

М.С. Строгович выступал за отнесение промежуточных фактов к предмету доказывания, иначе, по его мнению, в качестве таковых «будут использованы факты, которые сами не доказаны с полной достоверностью»3. Никто не оспаривает необходимости обеспечить достоверность фактического

специфических особенностей обстоятельств, подлежащих установлению в уголовном процессе (Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - М., 1964. - С. 19), а также см.: Каз Ц.М. Субъекты доказывания в советском уголовном процессе, - Саратов, 1968. - С. 4.

Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж» 1978. - С. 72-73.

2 Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н.В. Жогин. 2-е изд. испр. и доп. - М., 1973. - С. 140-141.

3 М.С. Строгович. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. - М., 1968. - С. 367.

101

материала, используемого для обоснования выводов по уголовному делу, однако речь идет о другом: о необходимости при построении и обосновании системы этих выводов отличать конечные, служащие целью доказывания, непосредственной базой для применения норм уголовного и гражданского права, от промежуточных, служащих средствами достижения этой цели .

В этой связи отметим, что вспомогательные факты, устанавливаемые по уголовному делу, в юридической литературе именуют в большинстве случаев «доказательственными фактами». Однако авторы употребляют этот термин в различном смысле. Одни имеют в виду факты, служащие основанием для установления главного факта2, другие вкладывают в него более широкое содержание, относя к доказательственным фактам любые факты, дающие возможность установить истину по делу’. К сказанному добавим, что существует определение доказательственных фактов как отдельных фактов, из которых познается предмет доказывания . Наконец, иногда термин «доказательственные факты» связывается с косвенными доказательствами .

«Если обратиться к логике, то взаимосвязь между обстоятельством, относящимся к предмету доказывания, и промежуточным фактом можно приравнять к отношению между тезисом и аргументом. Одно из правил доказывания гласит, что аргументы, приводимые в подтверждение тезиса,

В этой связи, A.M. Ларин определяет предмет доказывания как «совокупность конкретных фактов (обстоятельств), служащих основанием для применения норм уголовного. гражданского и уголовно-процессуального права при разрешении дела» (см. Проблемы расследования в советском уголовном процессе. Автореф. дне. … д-ра. юрид. наук. - М., 1970.-С. 16).

  • Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. - С. 366. “ Шаламов М.П. Теория улик. - М., 1960. - С. 9.

4 Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. - М., 1951. - С. 138.

5 Из этой формулировки следует, что предмет доказывания может быть установлен только с помощью доказательственных фактов. С этим, однако, нельзя согласиться. Строгович М.С. справедливо отмечает: «Могут быть и такие случаи, когда в деле вообще нет доказательственных фактов и источники сведений о факте прямо указывают на главный факт» (Курс советского уголовного процесса. - М., 1958. - С. 162). В приведенное рассуждение следует внести лишь одно дополнение: без посредства промежуточных фактов может быть установлен в некоторых случаях не только так называемый главный факт, но и другие обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, в том числе обстоятельства, способствовавшие совершению преступления.

102

должны быть истинными. Если возникает необходимость в доказательстве истинности аргумента, он сам должен быть превращен в самостоятельный тезис, который надлежит доказать раньше, чем он может быть использован в качестве аргумента. В этом смысле рассматриваемые факты и характеризовались выше как «промежуточные тезисы». Однако это временное превращение аргумента в тезис не означает превращения его в основной тезис-суждение, которым, в конечном счете, обосновываются обстоятельства предмета доказывания» ‘.

Изложенное позволяет сделать вывод, что такого рода факты не входят в предмет доказывания в смысле ст. 68 УПК РСФСР, ибо их установление не составляет цели доказывания. Они являются лишь средством, с помощью которых эта цель в необходимых случаях достигается 2.

Если отнести к предмету доказывания и иные обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу, и наряду с ними промежуточные (вспомогательные) факты, это может привести к тому, что выделение конечных целей уголовного процесса потеряет смысл, поскольку они окажутся поглощенными деятельностью по собиранию этих фактов, данная деятельность превращается в самоцель.

Все высказанное позволяет отграничивать предмет доказывания от понятия обстоятельств, имеющих значение для дела, как более широкого (включающего и обстоятельства, установление которых — цель доказывания, и промежуточные, вспомогательные факты).

Анализ содержания понятия «предмет доказывания» позволяет сделать некоторые выводы. Во-первых, термин «обстоятельства, подлежащие доказыванию» более широкий, чем «предмет доказывания», и включает, кроме последнего, еще и доказательственные факты, обстоятельства, необходимые

Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 143. 2 См.: Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - М, 1964 - С. 23-24; Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. - М., 1959. - С. 31; Шаламов М.П. Теория улик. - М., 1960. - С. 14, и др.

103

для принятия промежуточных решений по делу, а также иные, имеющие вспомогательное значение (ориентирующие и контрольные)1. Во-вторых, можно выделить виды (типичный - общий и специальный, родовой и индивидуальный), а также уровни предмета доказывания (идеальный и реальный), что дает возможность рассуждать о динамике предмета доказывания. В-третьих, в конструкции ст. 68 УПК РСФСР изложена определенная логика. Так, если не установлено событие преступления, нет необходимости устанавливать субъекта, вину и другие предметы доказывания. В этой связи правильно говорить о существовании, в определенных случаях, «усеченного» предмета доказывания.

2.1.2. Содержание понятия «событие преступления»

Первым элементом предмета доказывания является «событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления)» - п. 1 ст. 68 УПК РСФСР.

Законодательное определение события преступления отсутствует. Некоторые авторы отождествляют событие и состав преступления “. Между тем закон понимает событие преступления в узком смысле: общественноопасное деяние (действие или бездействие), способ, время, место, орудия совершения преступления, наступившие вредные последствия и причинная связь. Если учесть, что в п. 2 ст. 6$ УПК РСФСР говорится о виновности преступления, то можно утверждать, что указание в п. 1 ст. 68 УПК на событие преступления -это характеристика внешней, объективной стороны общественноопасного посягательства. Наряду с
объективной стороной, событие преступления

Указанный аспект был рассмотрен в параграфе 1.3.3 применительно к видам относимых доказательств. Трусов А.И. Доказательства в советском уголовном процессе. -М., 195 8. -С. 10.

104

включает в себя обстоятельства, указывающие на предмет и
объект посягательства \

Объективная сторона, а следовательно, и событие преступления, характеризуется следующими важными признаками. Во-первых, объективная сторона - это внешняя сторона общественно опасного деяния, связанного с посягательством лица на охраняемые уголовным законом блага. Во-вторых, объективная сторона имеет временные и пространственные границы, в которых произошло преступления. В- третьих, объективная сторона — это поведение, которое происходит в окружающей действительности, а поэтому влияет на эту действительность и изменяет ее. В силу того, что объективная сторона проявляется и отражается во внешнем мире, установление её составляет основу процесса доказывания по каждому уголовному делу.

Объективная сторона (любого) преступления (оконченного) состоит из определенных элементов: преступное деяние (действие и бездействие); вредные последствия; связь между ними; место, время, способ, обстановка совершения преступления. В уголовном законе объективная сторона раскрывается посредством указания на признаки состава преступления.

В этой связи мнение А.П. Рыжакова о том, что событие преступления это лишь действие (телодвижение) либо бездействие (невыполнение обязанности), приведшее к наступлению ущерба или угрозе возникновения такового, а сами последствия преступления являются самостоятельным элементом предмета доказывания, представляется неверным. В данном случае автор пытается дать научное обоснование допущенной в законе, на наш взгляд, неточности. Деяние и последствия нельзя рассматривать по отдельности, они связаны между собой различными формами связей .

Землгоков СВ. Доказывание объективной стороны преступления / Курс криминалистики. Особенная часть / Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2001.

2 О формах связей между деянием и последствиями см.: Курс криминалистики. Общая часть /Под ред. В.Е. Корноухова. - М.5 2000. - С. 201-236.

105

Исходя из этого нецелесообразно выделять отдельно в п. 4 характер и размер ущерба, причиненного преступлением, ибо он (ущерб) является неотъемлемой частью события преступления. Следовательно, при разработке нового УПК в статье, посвященной характеристике обстоятельств, которые подлежат доказыванию, термин «событие преступления» необходимо заменить на «деяние» либо, сохранив прежнюю терминологию, исключить п. 4, т.е. не указывать специально ущерб в качестве самостоятельного элемента предмета доказывания, а включить в перечень элементов события преступления.

При установлении признаков объективной стороны преступления необходимо помнить, что общественно опасное деяние совершается как в форме действия, так и в форме бездействия. При этом «преступные действия -это общественно опасное, противоправное, активное поведение человека, создающее реальную опасность причинения вреда охраняемым уголовным законом объектам»1. Внешне действие может выражаться в следующих формах: совершение механических телодвижений (удар, выстрел); письменная форма (заведомо ложное сообщение об акте терроризма, ст. 207 УК РФ, путем направления в правоохранительные органы письма о якобы заложенном взрывном устройстве); устная форма (ст. 129 УК РФ - клевета, ст. 130 УК РФ -оскорбление); конклюдентная форма - выражается в определенных жестах (демонстрация оружия как угроза); действие, совершенное с использованием механизмов или агрегатов. По степени сложности действие классифицируют на: простое телодвижение (рывок при грабеже); сложное действие -совокупность взаимосвязанных телодвижений (убийство с применением оружия); преступной деятельности — продолжительной по времени и систематической деятельности (создание вредоносных программ для ЭВМ — ст. 273 УК РФ).
Эта форма преступной деятельности характеризуется

Землюков СВ. Доказывание объективной стороны преступления. / Курс криминалистики. Особенная часть /Под ред. В.Е. Корноухова. М., 2001. С. 53.

2 Егоров B.C. Понятие состава преступления в уголовном праве. - М., Воронеж, 2001. -С. 29-30.

106

применением интеллектуальных (умственных) сил, например при организации преступного сообщества, при разработке плана преступной деятельности.

«Преступное бездействие — это пассивное поведение человека, выражающееся в невьшолнении или ненадлежащем вьшолнении возложенных обязанностей, которые лицо должно было и могло выполнить в данных конкретных условиях» \ Отклонение от должного поведения и не совершение конкретного действия могут создать угрозу причинения вреда охраняемым уголовным законом благам либо вызвать реальные вредные последствия.

Законодатель, раскрывая в п. 1 ст. 68 УПК РСФСР содержание понятия «событие преступления», указывает в первую очередь время, а затем - место. Данные о месте и времени совершения преступления имеют не только уголовно-правовое значение (решение вопросов действия уголовного закона во времени и в пространстве, применения положений о давности уголовной ответственности, условно-досрочном освобождении, погашении и снятии судимости). Пространственно-временной критерий занимает важное место и в структуре ряда составов преступления, выполняя роль квалифицирующего признака (например, ст. 247, 249 УК РСФСР). Сведения о месте, времени совершения преступления имеют и уголовно-процессуальное значение, в частности для определения круга доказательств, относящихся к делу, исчислении процессуальных сроков и т.д. Криминалистическое значение пространственно-временного фактора проявляется в том, что установленные в ходе расследования пространственные и временные связи и отношения способствуют, как правильно отмечает А.П. Тельцов, установлению порядка следования определенных событий, фактов, явлений (их последовательности, одновременности), установлению картины преступного события и его пространственно-временных параметров (в частности, места и времени совершения преступления). Указанный фактор предопределяет поиск следов и

1 Землюков СВ. Доказывание объективной стороны преступления. / Курс криминалистики. Особенная часть /Под ред. В.Е. Корноухова. М., 2001. С.54.

107

лиц, причастных к совершенному преступлению, свидетелей, обусловливает выдвижение обоснованных следственных версий. Пространственно-временные данные выявляются и используются при проведении ряда следственных действий - осмотре места происшествия, обыске, следственном эксперименте, служат повышению эффективности проведения допросов, очных ставок, а также разоблачению преступных инсценировок и ложных алиби обвиняемых1.

Заметим, что «реальное пространство и реальное время обладают двумя классами свойств: метрическими и топологическими. Метрические свойства пространства и времени связаны с их количественным аспектом, с протяженностью и длительностью. Топологические свойства являются более фундаментальными и характеризуют пространство и время с качественной стороны, в аспекте их структурности и упорядоченности. Кроме того, все пространственно-временные свойства можно разделить на общие (всеобщие) и специфические .

Знание свойств времени и пространства позволяет решить правильно ряд вопросов, возникающих в процессе расследования. Тельцов исследовал специфику установления пространственно-временных отношений. Так, время наступления смерти устанавливается не только заключением судебно-медицинской экспертизы трупа, посредством выявления корреляций между развитием трупных изменений и временем наступления смерти. В данном случае выявляются и исследуются временные отношения и связи между совершенным преступлением и результатом развития трупных явлений. Однако если убийство совершено на открытой местности и вскоре после его совершения (или незадолго до него) последовало изменение метеоусловий (выпали осадки, что зафиксировано в протоколе осмотра места происшествия), то задача установления времени совершения преступления может быть решена путем установления последовательности протекания этих процессов (о чем

Тельцов А.П. Пространственно-временные связи и отношения как атрибут события преступления и их криминалистическое значение. - Иркутск, 1992. - С. 3.

” Там же. С. 9.

108

может свидетельствовать, в частности;, состояние одежды на трупе) и длительности развития атмосферных явлений (что устанавливается с достаточной точностью из сообщений метеослужб).

Кроме того, если труп, с целью сокрытия, был захоронен, то о продолжительности времени, истекшего с момента убийства и последующего захоронения трупа, будет свидетельствовать наряду с трупными изменениями и состояние окружающей среды, в частности, фауны на месте погребения. В этом случае необходимо использовать знания специалиста-ботаника.

Наконец, чтобы установить время совершения преступления, можно попытаться провести параллель, выявить отношение между преступным событием и каким-либо протекавшим параллельно с ним, хронологические рамки которого не вызывают сомнений или которые можно вычислить. Установление такого рода синхронической зависимости в большинстве случаев позволяет решить поставленную задачу1.

Таким образом, знание свойств времени и пространства позволяет правильно установить ряд значимых, с точки зрения закона, характеристик события преступления и, соответственно, решить вопрос об относимости следов преступления, а позже — доказательств.

Знание времени и места имеет значение для доказывания различных обстоятельств. Во-первых, в ряде случаев закон придает им значение квалифицирующего признака. Так, временной фактор отражен в диспозициях ст. 106 УК РФ (убийство матерью новорожденного ребенка), п. г ч. 2 ст. 117 УК РФ (в отношении заведомо несовершеннолетнего), ст. 135 УК РФ (с лицами заведомо не достигшими четырнадцатилетнего возраста). В некоторых случаях временной фактор проявляется через состояние (например, с использованием беспомощного состояния потерпевшей - ст. 115 - кратковременное расстройство здоровья).

1 Тельцов А.П. Пространственно-временные связи и отношения как атрибут события преступления и их криминалистическое значение. - Иркутск, 1992. - С. 12.

109

Пространственные отношения также нашли свое отражение в особенной части УК в качестве необходимых элементов состава (ст. 262 — нарушение режима особо охраняемых природных территорий и природных объектов, ст. 322 — незаконное пересечение Государственной границы Российской Федерации) и в качестве квалифигшрующих признаков (п. в ч. 2 ст. 158, п. в ч. 2. ст. 161, п. в ч. 2 ст. 162 УК РФ - с незаконным проникновением в жилище, помещение либо иное хранилище).

Во-вторых, пространственно-временные отношения могут быть заложены в конструкции обстоятельств, влияющих на степень и характер ответственности (п. в ст. 61 УК РФ - состояние беременности, п. к ст. 61 УК РФ - оказание медицинской и иной помощи пострадавшему непосредственно после совершения преступления, п. л ст. 63 УК РФ - в условиях чрезвычайного положения, стихийного или иного общественного действия, а также при массовых беспорядках).

Однако даже если время и место не отражены в диспозициях статей УК РФ, установление их является обязанностью лиц, осуществляющих производство по делу. Доказательства времени и места совершения преступления будут относимы всегда, потому что без их выяснения событие преступления нельзя считать доказанным. Кроме того, их значение может проявляться в дальнейшем для решения уголовно- процессуальных и криминалистических задач (для возможности прекращения уголовного дела вследствие акта амнистии - п. 4 ст. 5 УПК РСФСР, для опровержения ложного алиби обвиняемого, разоблачения инсценировок и др.).

Преступное деяние также характеризует и способ его совершения. Способ представляет собой комплекс совершаемых преступником в определенной последовательности действий, которые приводят к преступному результату. Совершение преступления определенным способом подлежит необходимой конкретизации его1.

Теория доказательств в советском уголовном процессе, - М., 1973. - С. 169.

по

В одних случаях способ является необходимым, обязательным признаком состава преступления. Так, хищение, совершенное тайно, - это кража (ст. 158 УК РФ), открыто - грабеж (ст. 161 УК РФ), путем обмана или злоупотребления доверием - мошенничество (ст. 159 УК РФ) и т.д.

В других случаях способ совершения преступления является квалифицирующим признаком (п. д — с особой жестокостью, п. е — общеопасным способом, ч. 2 ст. 105 УК РФ), а в некоторых случаях - отягчающим обстоятельством (п. и ст. 63 УК РФ — с особой жестокостью, садизмом, издевательством, а также мучениями для потерпевшего).

В любом случае доказательства способа совершения преступления всегда относимы, потому что, во-первых, позволяют установить событие преступления, во-вторых, способствуют дифференцированному подходу к установлению виновности (невиновности), особенно при совершении преступления в соучастии.

Термины «время», «место», «способ совершения преступления» конкретны. Однако, характеризуя событие преступления, законодатель использовал и иную категорию, значение которой им не определено. Событие преступления характеризуется также понятием «другие обстоятельства совершения преступления». По мнению А.П. Рыжакова, к ним относят:

  • общественную опасность деяния;
  • противоправность;
  • средства и орудия преступления;
  • данные о потерпевшем от преступления, а иногда и характере его действий;
  • предпринятые обвиняемым меры сокрытия преступления и тому подобные обстоятельства, необходимость установления которых проистекает не только из конструкции состава преступления, по поводу которого приступили к доказыванию, но и из требований уголовно-

ш

процессуального закона о полноте, объективности и всесторонности исследования фактических обстоятельств дела и т.п. .

Е.Г. Веретехин добавляет к этому перечню еще и характер участия каждого соучастника в совершении преступления 2.

К этой группе близко примыкают, а в некоторой части и охватывают ее факты, включенные в предмет доказывания, в связи с установлением события преступления, если возникает версия о необходимой обороне (ее превышение) или крайней необходимости. Значение установления таких действий заключается в том, что они могут явиться поводом к преступным действиям, т.е. поступкам, пересекающимся с линией поведения действующего субъекта и воспринимаемым им как помеха, препятствие на пути достижения какого-либо интереса или, наоборот, как поощрение. Здесь доказыванию подлежат такие факты, как наличие нападения (другой реальной опасности), сила и интенсивность действия нападающего, момент их прекращения и т.д. Входят в характеристику события и факты, которые свидетельствуют о потере такого признака преступного деяния, как общественная опасность в связи с изменением обстановки, после чего дело подлежит прекращению по ст. 6 УПК РСФСР. Обстоятельствами, свидетельствующими об изменении обстановки, могут быть события, относящиеся к стране в целом, а также локального характера .

Помимо деяния объективную сторону, т.е. событие преступления, характеризуют последствия. Общественно опасные последствия в уголовном праве - это такие изменения во внешнем мире и охраняемых уголовным законом отношениях, которые являются результатом общественно опасного, противоправного, виновного поведения субъекта преступления . Но, и это надо

1 Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. - М., 1997. - С. 34-35.

2 Веретехин Е.Г. Пробелы предварительного расследования и их восполнение в суде 1-й инстанции. - Казань, 1988. - С. 19.

3 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М, 1973. - С. 170-171.

4 Уголовное право России. Общая часть: Учеб./Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. - М., 1996. - С. 146.

112

особо подчеркнуть, не любые изменения, а лишь те, которые указаны в законе в качестве элемента состава преступления, и они, как признак последнего, определяют основания уголовной ответственности. Следовательно, ущерб в уголовном праве — это вред, причиняемый объекту и предмету преступного посягательства’.

Если проанализировать особенную часть Уголовного кодекса, не ставя перед собой цели классификации, то можно выделить следующие виды преступных последствий: лишение жизни, вред здоровью, физическая боль, заражение венерической болезнью или ВИЧ-инфекцией и т.д.; имущественный ущерб (значительны, крупный) и т.д.; существенный вред и тяжкие последствия и др.; вред (существенный) правам и законным интересам граждан и т.д.; распространение сведений, позорящих потерпевшего или его близких и др.; радиоактивное заражение, существенное изменение радиоактивного фона, массовая гибель животных; загрязнение и изменение природных свойств воздуха и т.д.; распространение эпидемий, эпизоотии и др.

Таким образом, понятие общественно опасные последствия практически совпадают с понятием ущерба. Между тем установление характера и размера ущерба исключено законом из понятия «событие преступления» и указано в отдельном пункте статьи (п. 4 ст. 68 УПК РСФСР). И хотя, думается, что законодатель в данном случае исходит из важности установления этого элемента предмета доказывания, на наш взгляд — это неоправданный подход, т.к. деяние и последствия (ущерб) связаны различными формами связей, неразрывны. Ущерб, о котором говорится в п. 4 ст. 68 УПК РСФСР, является следствием преступного действия или бездействия. Конечно, возмещению подлежит ущерб, причиненный не только действиями обвиняемого, но и незаконными действиями правоохранительных органов. При этом право на возмещение ущерба возникает у обвиняемого (подсудимого, осужденного) при

1 Благов Е.В. Общественно опасные последствия как признак объективной стороны состава преступления//Проблемы уголовной ответственности и наказания. - Красноярск, 1995. - С. 13.

113

наличии следующих оснований: незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписку о невыезде; незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ (ст. 1070 ПС РФ).

Однако такого рода ущерб не является следствием преступного деяния обвиняемого, а поэтому относится к иным обстоятельствам, подлежащим доказыванию по делу, имеющим правовое значение, но не охватывающихся понятием «предмет доказывания». В этой связи представляется целесообразным включить в ст. 68 УПК РСФСР фразу о том, что доказыванию подлежат также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела.

В уголовно-процессуальном законе, наряду с понятием ущерба (п. 4 ст. 68 УПК РСФСР), используются также и иные - «материальный ущерб» (ст. 54, 55, 303 и др. УПК РСФСР), «моральный, физический или имущественный вред» (ст. 53 УПК РСФСР).

Исходя из этого перечисления и опираясь на общее понятие ущерба, можно выделить следующие виды: физический (жизнь, здоровье); материальный (имущественный) - прямой (личный, неличный), неполучение должного; моральный вред (личный, неличный)1. Под физическим ущербом следует понимать вред жизни и здоровью гражданина, причиненных соответствующим противоправным действием. В свою очередь, «под вредом здоровью понимают телесные повреждения, т.е. нарушение анатомической целости органов и тканей или их физиологических функций, либо заболевания или патологические состояния, возникшие в результате воздействия различных факторов внешней среды: механических, физических, химических, биологических, психических» .

Комментарий первой части ГК РФ. - М., 1995. - С. 99. 2 Правила судебно- медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью: Приказ № 407 от 10.12.96 г. // О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз. -М.. 1997. - С. 59.

114

В том случае, когда преступление связано с лишением жизни, важное значение приобретают критерии определения начала жизни и наступления смерти. Так, началом жизни считается полное изгнание или извлечение продукта зачатия из организма беременной, когда у плода имеется дыхание или сердцебиение, пульсация пуповины или произвольные движения мускулатуры1. В то же время, в соответствии с Законом РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека», время наступления смерти связано с установлением гибели всего головного мозга, что регулируется процедурой, утвержденной Министерством здравоохранения РФ от 10.08.93г.

В гражданском законодательстве материальный ущерб - это убытки, которые причиняются имуществу граждан, организаций и государству (ст. 15 ПС РФ). В содержание понятия «имущество» включают: вещи, в том числе деньги и ценные бумаги; иное имущество, а также имущественные права (ст. 128 ПС РФ). Следовательно, данное понятие обозначает как непосредственно вещи, так и вещи, права на них и обязанности в отношении их, что обоснованно отмечается в гражданско-правовой науке2. Между тем закон, раскрывая содержание убытков, выделяет реальный ущерб, т.е. те расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утраты либо повреждения имущества. Кроме того, в них включают неполученные доходы, которые лицо имело бы при обычных условиях гражданского оборота (так называемая «упущенная выгода»). Таким образом, в сумму ущерба включают как реальный ущерб, так и упущенную выгоду, которая в процессе расследования должна быть обоснована посредством доказывания, хотя в настоящий момент такая практика отсутствует.

Инструкция Об определении критериев живорождения, мертворождения, перинатального периода - М., - 1992.

2 Советское гражданское право: Учеб. В 2-х ч. /Под ред. В.А. Рясенцова. - ч. 1. - 2-е изд. - М., 1981.-С. 178-179.

115

Материальный ущерб так же, как и другие признаки события преступления, выступает и в роли необходимого, обязательного признака состава преступления (ст. 213 УК РФ - …сопровождающееся… уничтожением или повреждением имущества), и в роли квалифицирующего признака (п. г ч. 2 ст. 158 УК РФ). При этом законодатель в ряде случаев определяет конкретно количественные характеристики материального ущерба (в примечании к ст. 158 УК РФ к крупному ущербу относят стоимость имущества, которое в пятьсот раз превьппает минимальный размер оплаты труда), а иногда относит их к оценочным понятиям (п. г ч. 2 ст. 158 УК РФ - с причинением значительного ущерба гражданину).

Кроме физического и материального вреда (а зачастую наряду с ним), преступлением причиняется моральный вред, который может быть причинен нарушением как имущественных прав, так и личных нематериальных благ (ст. 151 ПС РФ).

По мнению A.M. Эрделевского, понятие «моральный вред» было введено в гражданское законодательство, очевидно, для сохранения терминологической преемственности с уголовно-процессуальным законодательством, поскольку до недавнего времени единственным основанием считать моральный вред правовой категорией являлась ст. 53 УПК РСФСР, определявшая потерпевшего как лицо, которому преступлением причинен «моральный, физический или имущественный вред». «Принимая во внимание установленное законодателем содержание этого понятия (нравственные и физические страдания), название «моральный вред» вряд ли может быть признано удачным, поскольку понятие «мораль» применительно к личности означает совокупность представлений об идеале, добре и зле, справедливости и несправедливости»1. В этой связи необходимо отметить, что под вредом в гражданском праве понимаются неблагоприятные изменения в охраняемом законом благе, при этом само благо может быть как имущественным, так и неимущественным.

Эрделевский А.М. Моральный вред и компенсация за страдания. - М.5 1998. - С. 1.

116

Перечень охраняемых законом неимущественных благ указан в Конституции РФ: право на жизнь, здоровье, честь, достоинство, доброе имя, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, причем в Конституции подчеркивается (п. 1 ст. 55), что этот перечень не должен толковаться как отрицание или умаление других общепризнанных прав и свобод личности. Упомянутые права имеют абсолютный характер, их еще называют «естественными».

Как уже было отмечено, понятие морального вреда в гражданско- правовом смысле раскрыто в ст. 151 ГК РФ. Пунктом 2 Постановления № 10 Пленума Верховного Суда РФ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.94 г. определяется моральный вред как нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), которые посягают на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная им семейная тайна и т.п.) или нарушают его личные неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности либо имущественные права гражданина1.

В этом определении, как и в ст. 151, 1100 ГК РФ, в качестве отличительных признаков используются некоторые понятия (например, физические и нравственные страдания и др.), которые являются оценочными и требуют раскрытия своего содержания.

Очевидно, что законодатель употребляет слово «страдания» как ключевое в определении морального вреда. Это представляется вполне обоснованным. Термин «страдание» с необходимостью предопределяет, что действия причинителя морального вреда обязательно должны
найти отражение в

1 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.94г. № 3 «О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья»// Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по

гражданским делам. 2-е изд. - М., 1995.

117

сознании потерпевшего, вызвать определенную психическую реакцию. При этом вредоносные изменения в охраняемых благах находят отражение в сознании в форме ощущений (физические страдания) и представлений (нравственные страдания). Наиболее близким к понятию «нравственные страдания» следует считать понятие «переживания» \

Необходимым элементом события преступления является связь между деянием и последствиями.

Основоположник учения о связях А.А. Эйсман подразделил их на генетические (связь между причиной и следствием, условием и обусловленным), функциональные (связь между предметами группы и единичным объектом), субстанциональные (связь между свойством вещи и самой вещью как целым); на связи преобразования (связь между не поддающимися непосредственному восприятию свойствами и их воспринимаемыми копиями)2. И хотя данная классификация была разработана применительно к задачам судебной экспертизы, она имела теоретическое значение для всего процесса расследования.

В.Е. Корноуховым выделены и детально исследованы следующие связи между деянием и последствиями:

  • структурная;
  • причинно-следственная;
  • функциональная;
  • объемная;
  • связь сосуществования3.
  • Не раскрывая содержания перечисленных связей, отметим, что доказательства их существования всегда относимы, ибо если связь между

Эрделевский A.M. Моральный вред и компенсация за страдания. - М., 1998. - С. 1.

2 Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. - M.s 1967. - С. 5-9.

3 Корноухов В.Е. Связи между деянием и последствиями как гносеологическая основа ретроспективного процесса расследования преступленийУ/Курс криминалистики. Общая часть. - М., 2000. - С. 201-237.

118

деянием и последствием отсутствует или не доказана, то утверждать, что событие преступления имело место, неправомерно.

2.1.3. Субъективная сторона в предмете доказывания

Доказыванию, согласно п. 2 ст. 68 УПК РСФСР, подлежит виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы.

По данным Е.Г. Веретехина1, пробелы предварительного следствия в установлении вины, мотивов, целей совершения обвиняемым преступления составляют 46, 31% от общего числа обстоятельств, подлежащих доказыванию. Однако Н.П. Кузнецов приводит более удручающую статистику. Согласно проведенному им исследованию по уголовным делам не были установлены форма вины (умысел или неосторожность) в 1,5 % случаев, вид умысла или неосторожности - в 84,1 %, мотив преступления — в 63 %, цель - 65,8% случаев2.

В этой связи установление субъективной стороны преступления является важной задачей в деятельности органов предварительного расследования, прокуратуры и суда. Однако если в п. 1 ст. 68 УПК РСФСР законодатель ведет речь об объективной стороне, то логично предположить, что в п. 2 речь должна идти о субъективной стороне преступления. Между тем «виновность» и «мотивы» не исчерпывают понятия субъективной стороны.

Субъективная сторона преступления как психическая деятельность лица, непосредственно связанная с совершением преступления, в качестве составных частей включает вину, мотив и цель3.

Веретехин Е.Г. Пробелы предварительного расследования и их восполнение в суде I инстанции. - Казань, 1988. - С 16.

2 Кузнецов Н.Г. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России: Дис. .. .д-ра юрид. наук. - Воронеж, 1998. - С. 439.

3 Уголовное право России. Общая часть /Под ред. А.И. Рарога. - М., 1998; Уголовное право России. Т.1. Общая часть /Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. - М., 1998; Уголовное право России. Общая часть /Под ред. Б.В. Здравомыслова. - М., 1999.

119

В этой связи возникает ряд вопросов: во-первых, почему в ст. 68 УПК РСФСР используется понятие «виновность», которое уголовному праву не известно, и что оно включает; во-вторых, почему в п. 2 ст. 68 УПК РСФСР нет указания на цель.

По вопросу содержания понятия «виновности» в уголовно-процессуальной науке единства мнений не достигнуто. Так, В.Г. Заблоцкий считает, что «уголовно- процессуальные термины, обозначающие подлежащие доказыванию по делу обстоятельства, должны быть подчинены терминам уголовно-правовым, обозначающим признаки состава преступления, и должны конкретизировать последние применительно к задачам доказывания фактических обстоятельств уголовного дела»1. В ст. 68 УПК РСФСР «где среди обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, наряду с объективными обстоятельствами исследуемого деяния указана виновность обвиняемого в совершении преступления (п. 2), отражающая, несомненно, его субъективную сторону (вину лица)» .

Несомненно, что и уголовно-процессуальное, и уголовное право должны пользоваться едиными терминами для обозначения одинаковых понятий. Однако толкование п. 2 ст. 68 УПК РСФСР позволяет утверждать, что под доказыванием виновности понимается, во-первых, его психическое отношение к содеянному.

Таким образом, п. 2 ст. 68 УПК РСФСР содержит указание на установление двух элементов состава преступления - субъекта и вины, но не исчерпывает понятия субъективной стороны, не упоминая о целях.

Для установления субъекта преступления предполагается выяснить следующие обстоятельства: демографические сведения (фамилию, имя, отчество, дату рождения, место рождения, гражданство, родной язык и др.);

1 Заблоцкий В.Г. О подходе к определению предмета исследования при установлении виновности обвиняемого в совершении преступления// Проблемы доказывания виновности в уголовном процессе. - Красноярск, 1989. - С. 22. 5 Там же. С. 22.

120

социальный статус личности (образование, специальность, род занятий, отношение к воинской обязанности, награды и др.); условия жизни (материальное положение, жилищные условия); состояние здоровья; образ жизни, круг интересов; психологическая характеристика (характер, темперамент, моральные качества и др.). В этот же элемент предмета доказывания обычно включаются и признаки субъекта преступления — возраст и вменяемость, которые доказываются, если вызывают сомнение, а также, в некоторых случаях, признаки специального субъекта (должностное лицо, военнослужащий и др.)1. В проекте УПК обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, выделены в отдельный элемент предмета доказывания.

Доказательства, устанавливающие перечисленные признаки, будут всегда относимы, т.к. с ними закон связывает, во-первых, основание уголовной ответственности (возраст, с которого возможна уголовная ответственность за совершенное деяние, например, ст. 158 УК РФ - с 14 лет, ст. 105 УК РФ - с 16 лет, ст. 150 - с 18 лет); во-вторых, они могут являться обязательными признаками состава преступления (ст. 290 УК РФ - субъект - должностное лицо); в-третьих, могут являться обстоятельствами, влияющими на степень и характер ответственности (п. «б», «в» ст. 61 УК РФ). Кроме уголовно- правового, признаки субъекта имеют уголовно-процессуальное и криминалистическое значение, в частности, при избрании меры пресечения, прекращении уголовного дела, выбора тактики допроса и т.д.

После установления лица, совершившего расследуемое деяние, необходимо доказать наличие (или отсутствие) у него вины, а также иные (факультативные) признаки субъективной стороны — мотив и цель (для умышленных преступлений)2.

Доказывание вины предполагает установление ее формы - умысла или неосторожности, а также видов умысла (прямой или косвенный)
и

1 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 25. ~ Орлов Ю.К. Там же.

121

неосторожности (легкомыслие или небрежность). В связи с этим следует согласиться с суждением В.Г. Заблоцкого, что «… установление виновности лица в совершении преступления органически связано, как уже отмечалось с установлением в его деянии состава преступления, а законодательные конструкции составов конкретных преступлений содержат указания только на некоторые из числа всех возможных в преступных проявлениях элементов субъективной стороны, предусматривающие в качестве субъективной предпосылки уголовной ответственности не только ту или иную форму вины, но и вид умысла или неосторожности. Ведь конкретное психическое отношение лица к общественно опасному деянию и последствиям своего деяния в момент его совершения — это те рамки, в которых отрицательное отношение лица к интересам общества составляет сущность вины и обусловливает ответственность субъекта» .

Таким образом, установление вины как психического отношения лица, совершившего преступление, равно и других элементов субъективной стороны, возможно посредством анализа объективной стороны преступления. Так, п. 3 постановления № 1 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.1999 г. «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» гласит: «При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения»2.

Наряду с виной, доказыванию подлежат также мотивы совершения обвиняемым общественно опасного деяния, и не только в тех случаях, когда являются обязательным признаком состава преступления (ст. 154 УК РФ - из

1 Заблоцкий В.Г. Указ. соч. - С. 23.

2 Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1999. - № 3. - С. 2-6.

122

корыстных побуждений), или квалифицирующим признаком (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ - из хулиганских побуждений), или смягчающим либо смягчающим ответственность (п. «д» ст. 61, п. «е» ст. 63 УК РФ - по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, из мести за правомерные действия других лиц), но также и в других случаях, на что неоднократно обращал внимание Верховный Суд1.

При этом «мотив преступления - это порожденное системой потребностей осознанное и оцененное побуждение, принятое лицом в качестве идеального основания и оправдания своего преступного деяния»2. Мотив преступления, как отражение системы потребностей, в основном не сводим к самим потребностям. Чтобы потребность стала мотивом преступления, в большинстве случаев необходим процесс мотивации. Мотив следует отличать от выдвижения преступником ложных мотивов для самооправдания и оправдания своего деяния перед обществом. «Именно благодаря принятию лицом побуждения в качестве оправдания преступления мотивы «только понимаемые» превращаются в мотивы «реально действующие». Мотивы преступлений - не статические, а динамические образования. В ходе совершения преступления они могут изменяться, трансформироваться»3.

В ст. 68 УПК РСФСР нет упоминания о целях совершения обвиняемым преступления как обстоятельствах, подлежащих доказыванию. Между тем уголовный закон рассматривает цель и как обязательный признак состава преступления (см. примечание 1 к ст. 158 УК РФ), и как квалифицирующий признак (п. «к» ст. 105 УК РФ - с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение), и как обстоятельство, влияющее на степень и характер ответственности (п. «е» ст. 63 УК РФ — с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение). Именно поэтому представляется целесообразным указать в ст. 68 УПК РСФСР на цель совершения обвиняемым

1 Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1999. - № 3. • С. 2-6,

2 Котов Д.П. Мотивы преступления и их доказывание. - Воронеж, 1975. - С. 11.

3 Там же. С. 19.

123

преступления как на обстоятельство, подлежащее доказыванию. Цель преступления - это мысленное представление о будущем конкретном результате, которое лицо стремится достигнуть посредством совершения преступления.

Мотив и цель преступления тесно связаны между собой и вместе образуют ту психологическую базу, на которой рождается вина.

2.1.4. Иные обстоятельства предмета доказывания

Пункт 3 ст. 68 УПК РСФСР говорит об обстоятельствах, которые влияют на степень и характер ответственности обвиняемого и указаны в ст. 61 и 63 УК РФ, а также иных обстоятельствах, характеризующих личность обвиняемого.

Обстоятельства, смягчающие и отягчающие ответственность обвиняемого, перечислены в ст. 61 и 63 УК РФ. Значение их заключается в том, что они влияют на выбор вида и размера наказания. Тем более, согласно ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. «и» и «к» ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать трех четвертей минимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей особенной части настоящего кодекса. В этой связи заметим, что перечень отягчающих ответственность обстоятельств определен в УК РФ исчерпывающе, в то время как в качестве смягчающих могут рассматриваться и другие, не указанные в уголовном законе (что абсолютно правильно). Анализ судебной практики позволяет очертить круг смягчающих обстоятельств, не названных в законе, но учитываемых судьями при назначении: не судим 24,2 %, положительная характеристика с места жительства 21,8 %, наличие заболевания 3,3 % (в том числе психических аномалий 0,8 %), виновный длительное время не получал зарплату 0,2 %, виновный прошел углубленный курс лечения от
наркомании 0,2 %, виновный находился под влиянием

124

старшего по возрасту (лиц, имеющих преступный опыт) 0,2 %, воевал в Чеченской Республике 0,2 % и т.д.

Обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого, должны быть установлены, поскольку это имеет значение для правильности разрешения дела, для того, чтобы суду было ясно, что представляет собой обвиняемый (его поведение на работе и в быту, отношение к своим обязанностям, наличие или отсутствие прежней судимости и т.д.). Наличие судимости или ее отсутствие может влиять на квалификацию преступления, т.к. во многих статьях УК РФ предусмотрен квалифицирующий признак неоднократности и другие формы множественности преступлений.

Обстоятельства, относящиеся к личности обвиняемого, переплетаются и частично совпадают со смягчающими и отягчающими обстоятельствами. Но они шире последних, т.к. в них включаются вообще все обстоятельства, в совокупности дающие характеристику обвиняемого.

Кроме того, согласно ч. 2 ст.68 УПК РСФСР выявлению (не доказыванию!) подлежат причины и условия, способствовавшие совершению преступления. При этом причинами совершения преступления могут быть условия жизни и воспитания лица, виновного в совершении преступления, подстрекательство со стороны других лиц, употребление алкоголя, наркотиков, беспризорность, противоправное поведение потерпевших и т.п. Условия, способствовавшие совершению преступления, могут быть также различными: недостатки учета, бездействие со стороны должностных лиц, ненадлежащее хранение материальных ценностей, недостатки охранной сигнализации и т.п.2

Этот элемент предмета доказывания весьма специфичен и существенно отличается от других рассмотренных ранее. Недаром и в законе он отделен от всех других и терминологически выражен иначе. Ю.К. Орлов специфику этих обстоятельств усматривает в следующем. Во-первых, причины и
условия

1 Мясников О. О смягчающих наказание обстоятельствах, не указанных в законе// Рос. юстиция. - 2001. - № 4. - С. 51.

2 Власова Н.А. Досудебное производство в уголовном процессе. - М.- 2000.- С. 88.

125

совершения преступления устанавливаются не по каждому уголовному делу из-за их очевидности и банальности (например, социальные причины - безработица, имущественное расслоение общества, высокая

коррумпированность государственного аппарата и т.п.). Во-вторых, эти обстоятельства обычно нейтральны по отношению к обвинению и не влияют на судьбу обвиняемого. Поэтому они, как правило, индифферентны к участникам процесса. В-третьих, такие обстоятельства не всегда целесообразно разглашать (например, недостатки системы охранной сигнализации), поэтому они не обязательно фигурируют в уголовном деле, а могут фиксироваться лишь в наблюдательном производстве. И, наконец, в-четвертых, эти обстоятельства могут устанавливаться и не процессуальными средствами. Именно поэтому уголовно-процессуальный закон говорит о том, что причины и условия подлежат не доказыванию, как все остальные элементы предмета, а выявлению .

Анализ обстоятельств, подлежащих доказыванию, позволяет высказать предложения по усовершенствованию законодательной конструкции ст. 69 УПК РСФСР, что особенно важно в связи с перспективой принятия нового уголовно-процессуального кодекса РФ.

Нам представляется, что указанная норма может быть изложена в следующей редакции:

«Обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу.

  1. При производстве дознания, предварительного следствия и разбирательства уголовного дела в суде подлежат доказыванию:

1) преступное деяние (время, место, способ и другие признаки, имеющие значение для установления деяния); 2) 3) преступные последствия (характер и размер ущерба, причиненного преступным деянием), а также связь преступных последствий с преступным деянием; 4) 1 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в УГОЛОВНОМ процесса. М., 2000. С. 26-27.

126

3) лицо, совершившее преступление; 4) 5) вина, мотивы, цель совершения виновным преступления; 6) 7) обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности виновного, указанные в ст. 61 и 63 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также иные обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого; 8) 9) иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела. 10) 2. Подлежат выявлению причины и условия, способствовавшие совершению преступления».

2.2. Пределы доказывания и установление относимости

Из предыдущего изложения, по крайней мере, можно сделать два вывода, которые тесно связаны с понятием «пределов доказывания» и определением относимости. Во-первых, предмет доказывания имеет вариационность, которая определяется тем, что обстоятельства ст. 68 УПК РСФСР, наполняясь содержанием определенной нормы особенной части уголовного закона, а также, учитывая специфику конкретного преступления, структурируются, превращаясь в программу действий субъекта доказывания. Этим определяется избирательность и целенаправленность процесса установления относимости. Во-вторых, доказательственные факты не входят в предмет доказывания.

2.2.1. Понятие пределов доказывания

Поэтому вряд ли можно согласиться с теми учеными, которые, раскрывая содержание пределов, отождествляют это понятие с предметом. Например, М.С. Строгович писал, что «…определение предмета доказывания означает

127

определение пределов и направления исследования по уголовному делу» . В этой связи отметим, что при таком подходе данное понятие не имеет своего содержания, следовательно, и права на существование, на что обоснованно обращалось внимание в литературе2.

Другая группа ученых пределы доказывания связывала с наличием необходимой и достаточной совокупности доказательств для установления обстоятельств, имеющих значение для дела . Но при этом упускалось из виду, что доказывание - это процесс, который, по образному выражению С.А. Шейфера, связан с формированием доказательств, а система доказательств возникает лишь к концу процесса расследования. Именно поэтому «пределы доказывания» и «достаточность» - не идентичные понятия. Пределы доказывания - динамичны, они могут изменяться неоднократно в процессе расследования и разбирательства дела, а достаточность - это свойство, характеризующее сложившуюся систему доказательств и используемое в основном при принятии промежуточного или итогового решения по уголовному делу.

Для того чтобы определить содержание пределов доказывания и на этой основе дать определение, рассмотрим соотношение фактических данных преступлении с предметом доказывания.

Исходная информация о преступлении содержится в первичных материалах. В этой связи отметим, что общая их классификация разрабатывалась в науке криминалистике. Г.Н. Мудьюгин для классификации первичных материалов использовал двойное основание - это объем сведений о преступлении и данные о личности преступника. Он выделил следующие

Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - М.5 1968. - Т.1. - С. 361. Отрицал самостоятельность данного понятия и В.А. Банин. Он, в частности, указывал, что это понятие - «неработающее», так как исчерпывается «достаточностью» (Банин В.А. К вопросу о предмете и пределах доказывания в советском уголовном процессе // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. - Красноярск, 1987,- С. 22-23. “ Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1973. - С.62. 3 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М, 1973. - С. 187; Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. - Воронеж. 1995. - С. 240.

128

группы: в первую объединил те, в которых бесспорно установлено событие и вредные последствия, но не известна причина; во вторую те, в которых имеются данные о действиях лиц, ущербе, но не ясно, носят ли они противоправный и общественно опасный характер; в третью - такие, в которых событие преступления очевидно, но нет сведений о личности преступника1. Следовательно, исходя из содержания первой группы, в процессе расследования необходимо установить причину. Например, произошел пожар, который мог быть вызван неосторожным обращением с огнем, нарушением правил противопожарной безопасности, поджогом и т.д., поэтому в процессе расследования проверяется версия о возможной причине. Во второй группе в начальной стадии расследования не ясно, носят ли действия противоправными общественно опасный характер. Например, материалы ревизии, в которых описываются действия, связанные с отклонением в ведении бухгалтерского учета, поэтому в процессе расследования проверяется - являются ли они следствием халатности или связаны с хищением, сокрытием хищения. В третьей группе, наиболее многочисленной, главная задача - установить лицо, совершившее преступление.

В дальнейшем в криминалистике была разработана более детальная классификация первичных материалов о преступлении. Так, была выделена первая группа - данных недостаточно для вывода о сущности события, и они позволяют предположить как наличие, так и отсутствие преступления. Например, поступило заявление об изнасиловании от потерпевшей, которая длительное время находилась в дружеских отношениях с подозреваемым в этом деянии, поэтому проводятся действия, направленные на проверку достоверности сообщения. Во второй группе были объединены такие, в которых сущность преступления известна, но неясны мотивы и неизвестно лицо, совершившее преступления. Например, обнаружено лицо с признаками

1 Васильев А.Н., Мудьюгин Г.Н., Якубович Н.А. Планирование и
расследование преступлений. - М., 1957. - С. 154-157.

129

насильственной смерти, поэтому в процессе расследования проверяется версия о лице, совершившем преступление, и о мотивах. В третьей группе объединяют такие материалы, в которых известна сущность преступления, мотив, но нет сведений о лице, совершившем преступление и о некоторых обстоятельствах объективной стороны. В четвертой исходные данные содержат сведения о сущности, мотиве, обстоятельствах объективной стороны случившегося, но не известно лицо, совершившее преступление, поэтому выдвигаются версии по направлениям его поиска. В пятой группе материалы содержат сведения о всех обстоятельствах, но они в той или иной части вызывают сомнения в их достоверности. Например, в материалах ведомственного расследования о нарушении правил техники безопасности установлена причина травматизма, но это оспаривается лицом ответственным за соблюдение правил, поэтому в процессе расследования проверяется контрверсия1.

Как отмечает 3.3. Зинатуллин, «пределы доказывания» характеризуются следующими моментами. Во-первых, они означают определенную степень конкретизации и детализации каждого из входящих в предмет доказывания обстоятельств, обеспечивающую необходимую глубину его исследования по делу. Во-вторых, понятие пределов связано с объемом , в котором должны быть собраны, исследованы и оценены доказательства, необходимые для установления предмета доказывания. В-третьих, пределы доказывания выражают ещё и достаточность исследованных версий и полноту обоснования выводов по делу3.

В этой связи определение пределов доказывания (как, впрочем, и предмета) нельзя рассматривать как одномоментное действие, сделанное раз и навсегда. Появление
новых, отпадение старых, изменение существующих

1 Арцишевский Г.В. Выдвижение и проверка следственных версий. - М., 1978. - С. 53. “ Авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе», наряду с пределами доказывания, выделяют и пределы собирания и оперирования данными в ходе производства по делу. Причиной такой трактовки рассматриваемого понятия является отрицание самостоятельного значения вспомогательных - ориентирующих и контрольных доказательств (Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 190). “’ Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993. - С. 71-73.

130

версий, заявление ходатайств, результаты предварительной оценки доказательств могут привести к изменению пределов доказывания, а значит, и ранее сделанных выводов.

Из приведенного анализа можно сделать несколько выводов: во-первых, пределы доказывания динамичны, что в начале расследования определяется отношением первичные материалы о преступлениях — предмет доказывания. Во-вторых, содержание пределов задается версиями. Следовательно, пределы доказывания — границы поиска источников доказательств с целью подтверждения или опровержения версий. Поэтому следует согласиться с авторами коллективной монографии по теории доказательств и с Ю.К. Орловым, что будут относимыми и доказательства неподтвердившейся версии1.

2.2.2. Гносеологическая роль версий в процессе познания и доказывания

Поэтому рассмотрим гносеологическую роль следственных версий в процессе расследования, их связь с пределами доказывания и относимостью доказательств , Следственная версия - это основанное на фактических данных предположение следователя об обстоятельствах совершения преступления3. В связи с этим в криминалистике разработаны определенные требования к

Теория доказательств в советском уголовном процессе. - С. 254; Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000.

Следственная версия - это понятие из арсенала науки криминалистики, и они классифицируются по различным основаниям. Так, A.M. Ларин при классификации использует следующее: юридическая значимость предполагаемых обстоятельств; род предполагаемой оценки; степень определенности; характер проблемы; ориентацию предположения во времени; авторство (Ларин A.M. Расследование по уголовному делу. Планирование и организация. - М., 1970. - С. 43). В то же время в учебнике по криминалистике версии классифицируются на следственные, экспертные и судебные (критерии - лицо, выдвигающее версию), а по степени определенности на типовые и конкретные; по времени выдвижения на первоначальные и последующие; по направлению расследования - на обвинительные и оправдательные. Учеными предложены и иные классификации.

Здесь мы не анализируем вопросы о сущности версии; об основаниях выдвижения версий, об обоснованности той или иной классификационной системы потому, что это выходит за рамки работы. Для нас важно раскрыть познавательную роль следственных версий.

131

фактическим основаниям выдвижения версий: она должна быть реальной; основанной не только на достоверных фактах, но необходимо учитывать и непроверенную информацию; объяснять максимально широкий круг сведений, а при их непротиворечивости - всю совокупность; выдвигаются при наличии противоречащих сведений. При этом осмысленная система следственных версий должна отвечать следующим критериям: сопоставимости, системности1, Из предыдущего изложения следует, что версия состоит из двух элементов: во-первых, это сведения о совершении преступления; во-вторых, основанное на этих сведениях предположение следователя об иных, неизвестных обстоятельствах совершения преступления, что определяет поступательное движение в процессе расследования. В этом заключается познавательная роль следственных версий в процессе расследования.

Между тем процесс познания носит целенаправленный характер, что определяется общими версиями, поскольку они объясняют сущность происшедшего через призму вероятной уголовно-правовой квалификации деяния. В связи с этим обстоятельства, подлежащие доказыванию, наполняются содержанием конкретной уголовно-правовой нормы, что определяет систему правовых и тактических целей, которые, с одной стороны задают, программу деятельности по расследованию, а с другой - целенаправленность в поиске доказательств. Поэтому следует признать правильным утверждение A.M. Ларина, что система знаний события, исследуемого по уголовному делу, возникает и развивается как система версий2. На этом же основании мы не может согласиться с А.Н. Васильевым о классификации общих версий на версии о предмете доказывания и версии об отдельных элементах состава

Арцишевский Г.В. Выдвижение и проверка следственных версий. - С. 21-36, 37. Формы связей версий рассматривал также A.M. Ларин, исследуя уже логические основания (см. подробнее: Ларин А.М. От следственной версии к истине. - М., 1976. С. - 68-73). * Ларин A.M. От следственной версии к системе. - М., 1976. - С. 42.

132

преступления, т.к. не может быть параллельной) познания и предмета доказывания и состава преступления1.

Динамика пределов доказывания определяется тем, что объем информации о совершенном преступлении неизбежно увеличивается, процесс познания по уголовному делу движется от незнания к знанию. Пределы доказывания отграничивают поток информации о совершенном общественно опасном деянии кругом фактических данных, относящихся к делу и необходимых для установления обстоятельств, значимых с точки зрения уголовного и уголовно-процессуального закона, что позволяет, с одной стороны, достигнуть целей доказывания и уголовного судопроизводства в целом, а с другой - не загромождать уголовное дело информацией, не имеющей значения.

Между тем факты, лежащие в основе выдвижения общей версии, еще не связаны между собой, поэтому могут быть интерпретированы по - разному. Например, обнаружен факт самоповешения, который позволяет выдвинуть такие общие версии, как самоубийство, инсценировка самоубийства, доведение до самоубийства, поэтому по уголовному делу может быть не одна, а несколько систем правовых целей, не одна, а несколько систем частных версий. Множественность версий на начальном этапе расследования, во-первых, обеспечивает полноту и всесторонность исследования обстоятельств дела (ст. 20 УПК РСФСР); во-вторых, позволяет наиболее обоснованно очертить пределы доказывания. Проиллюстрировать сказанное возможно на примере уголовного дела Ш 7029784 . По факту исчезновения 6-летней девочки было выдвинуто три общие версии (ребенок стал жертвой: 1 - несчастного случая; 2 -дорожно- транспортного происшествия; 3 - похищения) и несколько частных (относительно мотивов и субъектов похищения). После их предварительной проверки было возбуждено уголовное дело по признакам ст. 126 УК РФ. Через

1 Васильев А.Н., Мудьюгин Г.Н., Якубович Н.А. Планирование расследования преступлений. -М, 1957. -С. 39-40.

2 Уголовное дело №7029784 за 2000 г. //Архив Советского районного суда г. Красноярска.

133

некоторое время обнаженный труп девочки, завернутый в покрывало, был обнаружен в Енисее. Появившиеся данные (факт обнаружения трупа) должны были привести к выдвижению версий:

  1. смерть наступила в результате причинения тяжкого вреда здоровью;
  2. убийства;
  3. убийства с целью скрыть факт изнасилования.
  4. Следователем, вопреки указаниям Верховного Суда РФ1, действия виновного (отчима девочки) необоснованно были квалифицированны по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть наступила от тупой травмы живота (локализация повреждений - жизненно важные органы), обнаружены следы многочисленных телесных повреждений (количество воздействий). Кроме того, повреждения были нанесены с такой силой, что смерть девочки наступила в течение нескольких минут (интенсивность ударов). По показаниям обвиняемого, после первого же удара ребенок не подавал признаков жизни, но подозреваемый продолжал наносить еще удары. После этого, убедившись, что девочки действительно мертва (умысел направлен именно на лишение жизни, о неосторожности по отношению к смерти здесь говорить не представляется возможным), завернул ее в покрывало, отнес к реке, где сбросил в воду. Дождавшись, когда тело утонет, обвиняемый вернулся в дом, собрал некоторые вещи девочки и, с целью инсценировки добровольного ухода ребенка из дома, выбросил их в близлежащий мусорный контейнер.

1 Пункт 3 Постановления №1 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.01.1999 «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» гласит, что при отграничении убийства и причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего, необходимо иметь в виду, «что при убийстве умысел виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности. При решении вопроса о направленности умысла виновного следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения)» (ВВС.-1999. - №3.-С.2).

134

Несмотря на то, что версия об убийстве являлась наиболее очевидной, следователь её не выдвигал, а версия об изнасиловании, хотя первоначально и возникла, но не проверялось (в деле нет заключения судебно-биологической экспертизы). В данном случае пределы доказывания были сужены. В этой связи не исследовался ряд относимых к делу доказательств, в частности, поведение лица после совершения преступления и др. Кроме того, была дана неправильная оценка совокупности доказательств. Все это привело к неправильному определению объекта посягательства, неполноте установления объективной и недоказанности субъективной стороны, и, как следствие, к неправильной квалификации. Цели доказывания оказались не достигнутыми.

Таким образом, системы общих версий определяют содержание пределов доказывания, а они, в свою очередь, направления в поиске доказательств, т.е. очерчивают круг относимых доказательств. Таким образом пределы доказывания определяют не границы предмета, а границы процесса доказывания. Предмет характеризует его цель, пределы — объем средств её достижения.

Однако познавательное значение имеют не только общие версии, но и осмысленные на их основе системы частных версий. При этом под частными версиями понимают предположения о доказательственных фактах и их связях, поскольку процесс познания носит не линейный характер, а характеризуется многоступенчатостью, когда на основе познания одних фактов устанавливают доказательственный факт (например, нередко изучение окружения потерпевшей и ее связей помогает установить лицо, которое могло совершить преступление), наличие «тупиков» (например, проверяя версию о причастности лица к совершению преступления, мы устанавливаем его виновность).

В процессе познания одни версии могут подтверждаться, другие — опровергаться и, на основе полученных данных, вьщвигаться новые версии. Именно поэтому, как отмечалось ранее, относимыми являются не только доказательства, которые подтверждают одну версию, но и
те, которые

135

опровергают другие, т.к. доказывание может осуществляться не только на основе позитивных фактов, но и негативных, т.е. методом «исключения третьего». При этом в доказывании - познании, которое характеризуется вероятностным определением относимости, категории «предмета» и «пределов доказывания» связаны между собой тем, что определяют круг относимых доказательств, необходимых для установления обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела. Однако процесс определения относимости также не одномоментный акт, а характеризуется определенными уровнями.

136

ГЛАВА 3. Уровни доказывания и установление относимости

Как было отмечено в гл. 1, образование доказательства - это не одномоментный акт уголовно-процессуальной деятельности, а процесс формирования свойств доказательства, отражающих различные его стороны. Исходя из этого можно сделать следующие выводы. Во-первых, свойства доказательства формируются одновременно, а значит, процесс установления относимости нельзя рассматривать в отрыве от установления допустимости и достоверности. Во-вторых, процесс определения того, является ли доказательство относящимся к делу, протекает на различных уровнях доказывания. Обратимся к рассмотрению установления относимости на познавательном уровне доказывания.

3.1. Познавательный уровень доказывания и установление относимости

Анализ содержания деятельности по установлению относимости доказательств на познавательном уровне доказывания предполагает решение следующих задач: определение сущности этой деятельности; выявление её этапов; указание на наиболее адекватные способы извлечение информации и определения наличия её связи с обстоятельствами, подлежащими доказыванию; анализ следственной практики с целью выявления недостатков при определении относимости доказательств на познавательном уровне доказывания.

Раскрывая содержание деятельности по установлению относимости на познавательном уровне доказывания, отметим, что её сущность заключается в предположительном выводе об относимости к делу фактических данных. Данный вывод возможен при условии познания связей фактических данных с обстоятельствами.

137

На первом этапе относимость фактических данных определяется ориентировочно, на основе восприятия первичной информации о преступлении. Осматривая место происшествия, допрашивая потерпевшего, очевидцев и т.д., следователь оценивает полученную информацию с точки зрения пригодности её для доказывания обстоятельств ст. 6S УПК РСФСР, а значит, и необходимости её извлечения для последующего процессуального оформления. Таким образом, значение данного этапа состоит в возможности в первом приближении «отобрать» те фактические данные, которыми будут устанавливаться наличие или отсутствие общественно опасного деяния, виновность лица, его совершившего, и другие элементы предмета доказывания. Поэтому ошибки, допущенные на этом этапе, зачастую бывают невосполнимы, ибо приводят к утрате важной доказательственной информации и невозможности её получения из других источников. В этой связи отметим, что поскольку процесс познания в основном ретроспективен, то основу для реконструкции прошлого (перехода от явления к сущности) представляют как материальные, так и идеальные следы преступления. При этом «…под материальными следами в криминалистике следует понимать отраженную в материальной обстановке уголовно-релятивную информацию об изменениях, произошедших в результате совершения преступления, выраженную в сигнально-знаковых образованиях, представляющих собою отдельные предметы, их отношения, свойства и материальные отображения, а также наличие или отсутствие структурных связей между ними»1. В то же время под идеальными следами понимают отражение на уровне мышления восприятие обстоятельств подготовки, совершения и сокрытия преступления, приводящих в результате переработки информации к возникновению образов, представлений и т.д., адекватность которых определяется мотивами и способностями лица. Следовательно, идеальные следы — это не зеркальное

1 Турчин Д.А. Теоретические основы учения в следах в криминалистике. - Владивосток, 1983. -С. 85.

138

отображение, они характеризуются творческой переработкой информации, а поэтому обобщенным и опосредованным отражением действительности, адекватность которых оригиналу зависит от мотивов, способностей человека, видов мышления (словесно-логическая, наглядно-образная, наглядно-действенная) и условий восприятия.

Таким образом, в основе учения о следах лежит теория отражения. Следы - это отражение в материальной действительности произошедшего общественно опасного деяния. В следах объективируются те изменения, которые произошли в материальной обстановке в результате совершения преступления, причем изменения как конструктивные, так и деструктивные, разрушительные. Ценность следа заключается в том, что его содержанием является информация о событии преступления (времени, месте, способе действия, орудиях совершения преступления, обстановке и т.д.), а также о личности преступника (через отражение его свойств, способов действия). Эта информация имеет как криминалистическое, так и уголовно- процессуальное значение. Криминалистическое значение информации, содержащейся в следах, заключается в возможности решения вопросов идентификации, выбора методики расследования, адекватных приемов обыска, тактических особенностей допроса и т.д. Уголовно-процессуальное значение заключается в том, что следы несут в себе информацию о связях обстоятельств, подлежащих доказыванию, и изменений, возникших в материальной действительности в результате совершения преступления. И хотя следы существуют объективно, они, как правильно отметила Л. Карнеева1, «молчат», пока не восприняты субъектом доказывания, не отражены в его сознании и не оформлены процессуально. Другое дело, что указанные следы в силу различных причин могут остаться вне внимания следователя, и не преобразоваться в доказательство по делу.

Карнеева Л. Развитие основных понятий теории доказательств в советском уголовном процессе // Соц. законность. - 1978. - № 2. - С. 29.

139

Изложенное ставит проблему возможности и эффективности извлечения информации о совершенном общественно опасном деянии как необходимой предпосылке для возможности решения вопроса о её относимости к делу. С учетом этого в криминалистике неоднократно предпринимались попытки разработки общей классификации следов преступления, потому что с ней прямо связано применение тактических приемов и их комбинаций, технических средств по извлечению информации из следов преступления. Но такая классификация имеет не меньшее значение в науке уголовного процесса, в частности в теории доказывания, поскольку она раскрывает объективную основу определения относимости, ибо от вида следа зависят не только способы их обнаружения и фиксации, но и установление наличия связи с обстоятельствами, подлежащими доказыванию.

Не вдаваясь в дискуссию об основаниях классификации (это выходит за пределы работы), рассмотрим классификацию материальных следов, разработанную Д.А. Турчиным, т.к. она охватывает практически все следы, которые возникают в результате совершения преступления. Более того, она связана с характеристикой тех изменений, которые несут информацию о совершении преступления. Д.А. Турчин выделил следующие следы: трасологического (контактного) происхождения; отражающие изменения качественных и количественных признаков предметов; в виде связи и отношения между объектами; следы в виде пространственно-временных отношений; предметы (отсутствие или наличие); явления, выступающие в роли следов; микроследы .

Из этой классификации следует, что любое преступление отражается в разнообразных и многочисленных объектах обстановки совершения преступления, а потому об одном и том же факте информация может быть получена из нескольких источников. Кроме того, она с различной степенью

Турчин Д.А. Теоретические основы учения о следах в криминалистике. - Владивосток, 1983.-С. 91.

140

точности (истинности, достоверности) и полноты (достаточности) подтверждает устанавливаемый факт, поэтому информация в процессе доказывания исследуется как с качественной, так и с количественной сторон.

В процессе доказывания восприятие информации происходит непосредственно следователем при производстве следственных действий или в процессе непосредственного восприятия, вовлекается посредник в виде приборов, которые расширяют пороги органов чувств. И, наконец, извлечение информации производится опосредованно путем вовлечения в процесс специальных познаний.

В связи с этими в первом случае вывод об относимости фактических данных возможно сделать сразу, т.е. одновременно с их восприятием, а во втором - только после того, как информация из следа извлечена при помощи эксперта.

Из классификации следов преступления и характеристики содержания следует, что они позволяют устанавливать различные обстоятельства предмета доказывания. Так, в параграфе 2.1.2 было отмечено, что событие преступления характеризуют время и место его совершения. В этой связи еще раз повторим, что пространственно-временные характеристики в структуре ряда составов преступления выполняют важную роль, в частности, иногда выступают в качестве квалифицирующих признаков. В силу того, что уголовно-процессуальное право служит способом реализации норм материального права, эти свойства имеют не меньшее значение в уголовном процессе, а именно в теории доказывания, в которой они выполняют иную функцию, позволяя решать вопрос об относимости выявленных следов преступления к исследуемому событию в пределах заданных версиями, поскольку отсутствие временной связи следов преступления с событием исключает их из причинного ряда, т.е. из процесса доказывания.

В аспекте установления пространственно-временной связи следы преступления Д.А. Турчин подразделил на три рода. В первый род он включил

141

состояния объектов, изменения в которых вызваны биологическими, физическими и химическими взаимодействиями. Так, для определения давности наступления смерти изучают трупные явления, которые обусловлены изменениями температуры тела, физиологическими процессами, состояниями мышц человека; при распознавании давности стрельбы исследуют динамику направления канала ствола, изменение отложении пороховых газов в канале ствола.

Во второй род входят изменения, связанные с механическим перемещением объектов, что находит отражение в первоначальных и последующих точках пространства, в направлении пространства, во взаимном расположении следов, в последовательности действий. Например, несоответствие расположения трупных пятен позе трупа свидетельствует об изменении положения (последовательность действий), что, в свою очередь, может указывать на инсценировку и маскировку. В то же время направление волокон на веревке, использованной при повешении, в одних случаях может указывать на самоубийство, а в других - на инсценировку самоубийства (направление в пространстве); расположение следов пальцев рук на объекте -носителе, их взаимное расположение позволяют с вероятностью определить, какой рукой они оставлены (взаимное расположение).

В третий род источников информации о пространственно-временных параметрах события преступления входят результаты трудовых и производственных процессов. Например, если патроны находятся в одной упаковке, а обнаружено несколько стреляных гильз при совершении разных преступлений, то можно установить их единый источник происхождения.

Однако не меньший объем информации о пространственно-временных параметрах события преступления несут такие следы, как образы, представления. В этой связи отметим, что человек воспринимает время тремя способами: во-первых, опосредованным восприятием времени с помощью средств, специально предназначенных для измерения, — хронометрия; во-

142

вторых, непосредственным переживанием времени - хроногнозия; в- третьих, переживанием времени, которое обусловлено социальными явлениями либо циклическими природными явлениями, - хронология.

Изложенное порождает проблему разработки способов определения относимости при изучении пространственно-временных свойств следов преступления:

  • сопоставление обстановки, предшествующей совершению преступления, с обстановкой места совершения преступления;
  • анализ пространственно-временных параметров обстановки места происшествия с использованием следующих единиц измерения: пространственные величины, выражающие геометрические свойства следов и объектов о расстояния между ними; направление в пространстве; взаимное расположение следов и объектов; моменты события, характеризующие наличие объектов во времени; длительность протекания процессов, явлений; последовательность (хронология) этапов, фаз, действий1;
  • установление временной связи следов, объектов посредством обнаружения совпадения временных параметров у нескольких следов, объектов;
  • установление факта тождества лица, орудия преступления по следам, обнаруженным на месте происшествия, потому что факт тождества позволяет с достоверностью устанавливать пространственную, а иногда и временную связь человека с местом совершения преступления;
  • установление факта контактного взаимодействия двух объектов (например, одежда преступника - одежда потерпевшего), потому что

Тельцов А.П, Проблемы выявления информации о пространственно-временных связях и отношениях в процессе расследования умышленных убийств, — Иркутск, 1992. - С. 17-30.

143

этот факт свидетельствует о пространственно-временном единстве

объектов с событием преступления. Анализ способов определения
относимости на основе изучения пространственно-временных
свойств следов преступления и объектов показывает, что данная выбор подходящего способа извлечения необходимой информации (ст.70 УПК РСФСР) зависит от характера отображаемых следов, круга выдвинутых по делу версий, регламентации в уголовно-процессуальном законе целей производства того или иного следственного действия и, наконец, от конкретной следственной ситуации1. Однако эффективность следственного действия, т.е. качественность получения информации, определяется не только тем, насколько верно для этой цели выбрано
данное действие, но и адекватностью тактических приемов. При этом
под тактическим приемом понимают «оптимальный способ действия
следователя или линия его поведения в той или иной ситуации производства следственного действия, связанного с эффективным извлечением информации из следов преступления» . Ситуации, связанные с применением тех или иных тактических приемов, могут быть двоякого рода. В первом случае из нескольких возможных следователь выбирает,
по его мнению, наиболее оптимальный. Например, в процессе проведения очной ставки могут использоваться такие приемы, как допрос лица, дающего правдивые показания первым; создание впечатления,
что один соучастник полностью признался в совершении преступления; пресечение лжи одного участника с подчеркиванием правдивости показаний другого и др. В ряде случаев законом определяется необходимость использования того или иного тактического приема, а также их последовательность. Так, при допросе свидетеля используются такие тактические приемы, как выяснение отношения свидетеля к обвиняемому и потерпевшему в начале допроса (ч. 4 ст. 158 УПК

1 Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М.; 2001. — С. 89- 103.

2 Курс криминалистики. Общая часть/Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2000.- С. 232. J Лукашевич В.Г. Тактика общения следователя. - Киев, 1989. - С. 72.

144

РСФСР) и возможность свободного рассказа (ч. 5 ст. 158 УПК РСФСР), после которого следователем задаются интересующие вопросы, за исключением наводящих. При выборе того или иного тактического приема нужно руководствоваться не только особенностями личности, но и тактикой следствия в целом. Так, ст. 77 УПК РСФСР предусматривает допрос обвиняемого по поводу имеющихся в деле доказательств, но именно как возможность. Если следователь сочтет невозможным представлять имеющиеся в деле доказательства до момента ознакомления с материалами дела в целях безопасности свидетелей, потерпевших, то от тактического приема такого рода при допросе обвиняемого следует воздержаться.

В следственной тактике разработана и своя совокупность тактических приемов, направленных на извлечение пространственно-временной информации. В их число входят: приемы, основанные на использовании эффекта реминисценции, для восстановления в памяти информации о воспринятых пространственно-временных параметрах наблюдаемого события; приемы, основанные на активизации в сознании дающего показания ассоциативных пространственно-временных связей и отношений (ассоциативный метод), в частности, пространственно-временное упорядочение события в сознании допрашиваемого; поиск и предложение допрашиваемому пространственно-временных ориентиров, точек отсчета для определения пространственно-временных параметров интересующего следствия события; вторичное восприятие допрашиваемым места, где происходило событие; представление объектов, стимулирующих ассоциативное восстановление пространственно-временных связей и отношений; использование пространственно-временной терминологии, оборотов1.

Между тем объем информации о пространственно-временных характеристиках может изменяться не только при допросе, но и
при

Тельцов А.П. Проблемы выявления информации о пространственно-временных связях и отношениях в процессе расследования умышленных убийств. - Иркутск, 1992. - С. 18-50.

145

производстве иных следственных действий, связанных с материальной обстановкой (осмотр места происшествия, обыск, освидетельствование и т.д.). В этом случае процесс непосредственного восприятия приобретает усложненный характер, потому что в процессе восприятия вовлекается прибор (техническое средство).

Суть применения научно-технических средств (НТС) в доказывании с точки зрения определения относимости заключается в том, что они способствуют преобразованию свойств следа, увеличению порога восприятия субъекта доказывания. «Научно-технические средства - это приборы, материалы или их комплексы, которые преобразуют свойство следа в другое, доступное непосредственному восприятию»1. Так, для выявления такого вида временной связи, как давность наступления смерти, используется набор технических средств для обнаружения и фиксации трупных изменений, разработанных В.В. Билкуном. Однако, как отмечается в криминалистике, разработано недостаточно НТС, которые можно применять в «полевых» условиях, что в некоторых случаях ограничивает возможности следователя в определении относимости следов преступления к исследуемому событию, а это, в свою очередь, приводит к тому, что изымаются следы не относимые к расследуемому преступлению. Кроме того, как показывает практика, технические средства для выявления следов используются следователем самостоятельно крайне редко (ни по одному из изученных уголовных дел, за исключением измерения). Это связано, во-первых, с тем, что следователь не желает или (и) не умеет применять те или иные технические средства; во-вторых, либо объективной потребностью в ряде случаев в специальных познаниях при производстве того или иного следственного действия, либо в силу указания закона. В частности, согласно ст. 180 УПК РСФСР наружный осмотр трупа на месте его обнаружения производит следователь в присутствии понятых и с участием врача - специалиста в области судебной медицины, а

Курс криминалистики. Общая часть /Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2000. - С. 398.

146

при невозможности его участия - иного врача. Однако реальность такова, что судебный медик надиктовывает следователю текст для записи в протокол. В этой связи в литературе справедливо поднимается вопрос о необходимости более детальной регламентации в законе правового положения специалиста, а также доказательственного значения результатов доэкспертного исследования1.

Значительно больше возможностей у следователя появляется, когда в процесс исследования вовлекается эксперт. Так, в судебной баллистике учеными разработана методика по установлению давности производства выстрела, что позволяет в интервал до 10 дней, прошедших после выстрела, устанавливать время с точностью до двух-трех суток2. Помимо этого, в процессе производства экспертиз устанавливаются многие пространственные параметры события преступления. Так, в той же судебно-баллистической экспертизе разработана методика определения дистанции выстрела, взаимного расположения стрелявшего и потерпевшего в момент производства выстрела, что уже разрешается при производстве комплексной медико-баллистической экспертизы. В фоноскопической экспертизе разработана методика по распознаванию той среды, в которой происходила звукозапись, и т.д.3

Как следует из изложенного, специфика установления относимости при опосредованном познании состоит в том, что наиболее достоверный вывод о наличии связи доказательства с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, возможно сделать лишь после производства экспертизы.

В этой связи мнение ученых о необходимости закрепить в УПК возможность производство экспертизы до возбуждения уголовного дела не

Смородинова А.Г, Проблемы использования специальных познаний на стадии возбуждения уголовного дела в Российском уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. — Саратов, 2001.

Николаева С.А., Сонис М.А., Гуков Ф.И. Исследование продуктов выстрела методом люминесцентного анализа в целях установления давности выстрела//Экспертная практика и новые методы исследования. Вып. 1. - М., 1986.

Обобщенное представление о возможностях отдельных видов криминалистической экспертизы дано в курсе криминалистики (см.: Курс криминалистики. Общая часть/Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2000).

147

потеряло своей актуальности. Так, по уголовному делу № 7030167 по обвинению Крылова В. по ч. 1 ст. 131 и ч. 1 ст. 132 УК РФ судебно-медицинская экспертизы была назначена после проверки заявления потерпевшей, в результате чего сперма подозреваемого во влагалище, заднем проходе и ротовой полости потерпевшей не обнаружена1. Так как с момента совершения преступления до момента экспертизы прошло три дня, произошла утрата важной доказательственной информации, имеющей значение для дела.

Но даже при наличии заключения эксперта вывод о существовании связи доказательства с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, не будет однозначным и окончательным, ибо он требует дальнейшей проверки путем производства следственных действий, т.е. посредством собирания других относимых к делу доказательств. В этом заключается сущность второго этапа установления относимости на познавательном уровне доказывания. Сказанное можно проиллюстрировать на примере одного из уголовных дел. Кашубский О.В. обвинялся в том, что изнасиловал свою несовершеннолетнюю падчерицу. Заключением судебно-биологической экспертизы было установлено, что сперма на простыне и плавках потерпевшей могла принадлежать Кашубскому. Так как заключение эксперта установило родовую принадлежность, т.е. вероятностно, а также то обстоятельство, что потерпевшая к моменту совершения в отношении ее указанного преступления жила половой жизнью с Рогачевым, возникла необходимость назначения еще одной судебно-биологической экспертизы, которая установила, что обнаруженная сперма принадлежать Рогачеву не может . Поскольку это заключение эксперта лишь исключает предположение о половом акте потерпевшей с Рогачевым, а значит, версию оговора Кашубского,
выдвинутую им, поскольку вывод о

Уголовное дело № 7030167 по обвинению Крылова В.Ю. по ч. 1 ст. 131, ч. 2 ст. 132 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

2 Уголовное дело № 7030942 по обвинению Кашубского О.В. по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2001 г.

148

принадлежности спермы Кашубскому, а затем о его виновности возможно сделать лишь путем собирания новых доказательств и анализа их в системе.

Вычленение из обстановки совершения пространственно-временных следов объектов позволяет выявить структуру отражения преступления и перейти к доказыванию объективной стороны состава преступления. Специфика познания объективной стороны заключается в следующем: необходимо доказать, что именно лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, совершило действия, повлекшие причинение имущественного, физического или морального вреда, тем самым доказать причинно-следственную связь между деянием конкретного человека и наступившими преступными последствиями.

Особенности доказывания объективной стороны определяются в первую очередь категориями преступлений. Так, по большинству преступлений против личности, некоторым видам преступлений против собственности прежде всего необходимо установить, что именно лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, находилось на месте преступления во время его совершения. Как отмечалось, данный факт может быть доказан, если обнаружены отражения свойств человека (следы пальцев рук, ног человека, фото-видеозапись и т.д.). Такие следы используются в процессе производства цикла криминалистических экспертиз, а установленный факт тождества позволяет доказать пространственную или (и) временную связь конкретного человека с местом совершения преступления либо событием преступления. В других случаях, когда отражение происходит на уровне мышления и формируется образ преступника, производится опознание, позволяющее решать ту же задачу.

Однако не всегда удается обнаружить следы от свойств человека, поэтому доказывание связи конкретного человека с событием преступления происходит опосредованным путем. В этом случае в процессе познания начинают с изучения воздействия орудий преступления на предмет преступного посягательства, и на основе таких следов производится отождествление орудия

149

преступления, а затем, если на нем остались следы от свойств человека, отождествление; если таковые следы не остались, то доказывается принадлежность орудия (оружия) преступнику.

Параллельно с решением этой задачи изучают преступные последствия которые исследуются по двум направлениям: во-первых, с точки зрения определения вида вреда; во-вторых, с точки зрения отражения в преступных последствиях способа действия лица, совершившего преступление.

Как отмечалось во второй главе, вред входит в предмет доказывания, потому, что в диспозиции многих составов преступлений он является необходимым элементом, определяя основания уголовной ответственности. Поэтому в уголовном процессе разработана схема по доказыванию материального или физического вреда, который состоит из следующих элементов: поиск утраченных материальных ценностей и возвращение их собственнику; определение размера ущерба и крута лиц, ответственных за его образование; определение размера той части ущерба, которая подлежит возмещению по конкретному уголовному делу; установление возможных источников возмещения ущерба; принятие мер по обеспечению целостности и сохранности обнаруженного имущества; принятие гражданского иска и признание лица (физического или юридического) гражданским истцом; привлечение лица в качестве гражданского ответчика1.

По некоторым видам преступлений преступные последствия несут информацию не только о материальном, физическом или моральном вреде, но и отражают действия лица, совершившего преступление. В данном случае в извлечении информации большая роль принадлежит судебной экспертизе. Например, судебно-медицинская экспертиза устанавливает не только причину смерти, характер вреда, но и характер и локализацию повреждений; позу, в которой находился потерпевший в момент нанесения телесных повреждений;

Зинатулин 3.3. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. - Казань, 1974. - С. 18.

150

угол, под которым наносились удары, и многие другие вопросы1. Не меньшее значение имеют некоторые виды криминалистической экспертизы. Так, судебно-баллистическая экспертиза разрешает вопросы о дистанции выстрела (а когда объектом исследования является тело человека, то этот вопрос решает судебно-медицинская экспертиза); о позе пострадавшего и направлений выстрела (проводится комплексная медико-баллистическая экспертиза). Данная информация вместе с показаниями свидетелей, потерпевших позволяет установить способ и последовательность действия виновного, т.е. тем самым соединить отдельные элементы в цепочку причинно-следственной связи.

Между тем по другим видам преступлений доказывание причинно- следственной связи происходит иным способом (например, при расследовании нарушений правил дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, нарушений правил противопожарной безопасности и т.д.). В этих случаях устанавливается реальный способ действия виновного лица, который сопоставляется с нормативной моделью деятельности лица, отраженных в подзаконных актах, и отклонение от нормативной модели является причиной того или иного преступления. В то же время развитие действий виновного определяют при производстве экспертиз для установления возможности действия, правильности с технической точки зрения действия лица в той или иной ситуации.

Исходя из изложенного можно сделать несколько выводов. Во-первых, относимы отдельные следы, характеризующие причинение вреда. Во- вторых, относима такая совокупность следов, которая характеризует действия, связанные с причинением вреда и отраженные в материальной среде. В-третьих, в тех случаях, когда совершение преступления связано с невыполнением или ненадлежащим выполнением предписаний закона, должностных инструкций, относимы к делу будут сведения, содержащиеся в таких правовых актах, поскольку они отражают модель
деятельности

Самищенко С.С. Судебная медицина: Учеб. для юрид. вузов. - М., 1996. - С. 70-337.

151

(надлежащее поведение) субъекта в той или иной ситуации. В этом случае необходимо делать выписки из документов подобного рода или приобщать их к делу полностью.

В заключение анализа познавательного уровня отметим, что объективная сторона преступления служит основой для познания субъективной. Как правильно отмечают П.С. Дагель и Р.И. Михеев, совокупность фактических данных, на основе которых доказывается субъективная сторона преступления, можно объединить в три основные группы - это обстоятельства, относящиеся к характеру деяния; характеризующие обстановку восприятия преступления и личность обвиняемого1. В этой связи указанные авторы разработали алгоритм доказывания субъективной стороны преступления, который включает: выяснение содержания психического отношения субъекта к объективным обстоятельства совершенного им деяния; выяснение содержания мотива и цели преступления; выяснение наличия или отсутствия обстоятельства, исключающих виновность; выяснение того, сознавал или не сознавал обвиняемый общественно опасный характер своего деяния; выяснение содержания формы вины; выяснение содержания умысла2.

Следует также заметить, что в зависимости от категорий преступлений при установлении одних и тех же обстоятельств относимы будут различные доказательства. Это ещё раз подтверждает необходимость исследования свойства относимости не только вообще, но и применительно к той или иной категории уголовных дел, тому или иному виду преступления. Так, при расследовании преступлений, предусмотренных ст.ст. 105, 107, 108, 111-116 УК РФ и т.д., возраст потерпевшего устанавливается на основе документов (паспорт, свидетельство о рождении). В то же время для установления возраста ребенка для квалификации преступления по ст. 106 УК РФ необходимо заключение эксперта, а при расследовании преступлений, посягающих на

1 Дагель П.С, Михеев Р.И. Установление субъективной стороны
преступления. - Владивосток, 1972. - С. 18-20.

2 Дагель П.С, Михеев Р.И. Там же. - С. 29-30.

152

половую свободу и половую неприкосновенность, в частности для установления заведомо для обвиняемого несовершеннолетнего возраста потерпевшей, относимы будут также показания свидетелей, обвиняемого. Так, Джафаров Э. обвинялся в том, что изнасиловал тринадцатилетнюю Заусаеву Ю., и его действия были квалифицированы по п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ. Однако расследованием было установлено, что девочка возраста своего не называла, свидетели показывают, что она выглядела на пятнаддать-шестнадцать лет, обвиняемый воспринимал ее также как шестнадцатилетнюю. Впоследствии действия Джафарова Э. были переквалифицированы с п. «в» ч. 3 ст. 131 УК РФ (изнасилование заведомо не достигшей четырнадцатилетнего возраста) на п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ (изнасилование заведомо несовершеннолетней).

Кроме того, в доказывании, в частности на гносеологическом уровне, одни и те же фактические данные нередко будут играть различную роль в зависимости от категорий преступлений. Так, предшествующее и последующее совершению преступления поведение потерпевшего - доказательство относимое. При расследовании преступлений против жизни (ст. 105 УК РФ) и здоровья они являются предметными и имеют значение для установления субъективной стороны преступления, в частности, мотива (неприязненные отношения), а также формы вины (неосторожность или умысел на причинение смерти). Однако при расследовании изнасилований предшествующее и последующее поведение потерпевшей нередко свидетельствуют об оговоре ею привлекаемых лиц, в отношении которых ею подано заявление, а также (что особенно часто встречается в последнее время) о том, что первоначальные ее показания были достоверны, однако впоследствии потерпевшая их изменила по тем или иным причинам (подкуп, запугивание со стороны обвиняемых, их

153

родственников). В этом случае относимы будут доказательства, которые получены в ходе допроса следователя, принявшего заявление, оперативника1.

Анализ сущности деятельности по установлению относимости доказательств на познавательном уровне позволяет сделать некоторые выводы.

Во-первых, о системе задач, поскольку ретроспективности процесса познания первой задачей гносеологического уровня доказывания является обнаружение и извлечение информации, содержащейся в следах в результате совершенного общественно опасного деяния, а затем познание связей между фактическими данными и обстоятельствами, подлежащими доказыванию как основа вывода об относимости доказательства.

Во-вторых, об этапах процесса установления относимсотси на познавательном уровне доказывания. На первом этапе, на основе первичной информации о совершенном общественно опасном деянии, делается предположительный вывод об относимости к делу фактических данных. На втором этапе этот вывод проверяется путем производства следственных действий, то есть собирания новых относимых доказательств, или сопоставления с уже имеющимися фактическими данными.

Следует заметить, что вычленение указанных задач и этапов - условно, но необходимо для понимания структуры процесса определения относимости. В том случае, когда информация о совершенном преступлении воспринимается непосредственно, связь ее с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, очевидна и однозначна, выделение задач не имеет значения для решения вопроса об относимости. Так, признание обвиняемым своей вины, показания свидетелей очевидцев - безусловно, относимые доказательства. Однако в большинстве случаев связи носят многозначный характер и не очевидны. Именно поэтому в работе уделено внимание способам и средствам (как уголовно-процессуальным, так и криминалистическим), их установлению.

См. Уголовное дело № 5037371 по обвинению Зараменского Е.С., Гриценко А.А. по ч. 1 ст. 132; п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 132; п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 131; п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

154

В-третьих, сущностью познавательного уровня является именно предположительный вывод об относимости. Предположительность (вероятность) вывода обусловливается тем, что на познавательном уровне анализируются единичные связи доказательств с обстоятельствами, подлежащими доказыванию. Окончательный и достоверный вывод об относимости доказательства может быть сделан лишь на основе анализа взаимосвязей доказательств. Вне контекста системы доказательств окончательный и достоверный вывод о свойствах доказательств сделать нельзя.

Рассмотренное в общем виде содержание познавательного уровня позволило проанализировать способы установления относимости. Далее обратимся к анализу следственной практики с тем, чтобы выявить то положительное, что имеется и те недостатки, которые в ней встречаются.

3.2. Анализ следственной практики по определению относимости на познавательном уровне 1

Вначале отметим, что было проведено достаточно большое число исследований по выяснению причин следственных ошибок2. Одной из последних работ является диссертация А.Д. Назарова, результаты которой отмечены в его монографии. А.Д. Назаров, анализируя причины ошибок, отмечает их многоуровневый характер.

Так, он выделяет первый уровень - непосредственные причины: непроведение или
ненадлежащее проведение следственных и иных

Анализ следственной практики проходил на основе изучения архивных уголовных дел о преступлениях против личности, рассмотренных судами г. Красноярска, по специально разработанной анкете, содержание которой отражено в приложении. Всего было изучено 50 уголовных дел об убийствах 50 уголовных дел об изнасиловании.

Соловьев А.Б. Причины следственных ошибок // Вопросы укрепления законности и устранения следственных ошибок в уголовном судопроизводстве. - М., 1988. - С. 29-36; Его же. Характер, причины и способы устранения ошибок в стадии предварительного следствия. - М., 1990. - С.10- 15; Власов В.И. Качество расследования преступлений. — Ульяновск, 1985. -С. 97,113, и др.

155

процессуальных действий; существенные недостатки в планировании, организации расследования уголовных дел и выдвижении и проверке версий; неправильная оценка собранных по делу доказательств.

Второй уровень определяют условия деятельности, которые имеют как объективный, так и субъективный характер, в их число входят: нахождение в производстве следователя одновременно значительного качества дел; неблагоприятная нравственно-психологическая атмосфера в коллективе прокуратуры или отделе (учреждении) внутренних дел, отсутствие деловой взаимопомощи; сложности, возникающие с вызовом свидетелей, назначением и проведением экспертиз, ревизий, их оплатой. Неудовлетворительные условия работы (сложности с транспортом, бумагами, бланками, кабинетами и др.), слабая научная организация труда следователя; недостаточный со стороны начальника следственного подразделения ведомственный контроль за организацией и ходом расследования уголовных дел; улучшения в прокурорском надзоре за исполнением законов при расследовании преступлений; отсутствие необходимых профессиональных познаний и навыков в работе; пренебрежительное отношение следователей к выполнению предписаний уголовно-процессуального закона (стремление к процессуальному упрощенчеству); обвинительный уклон, некритичность, самонадеянность следователей при принятии процессуальных решений, при оценке полученных доказательств; недобросовестное отношение следователей к выполнению служебного долга в расчете на достижение результатов без выполнения необходимого объема работы по расследуемому уголовному делу.

Причины третьего уровня сводятся к следующему: дефекты правового и нравственного сознания следователя, определяющие неправильное отношение к работе; недостатки в подготовке следственных кадров и в организации повышения их профессионального мастерства; недостатки в реагировании

156

руководства следственных аппаратов на следственные ошибки и иные нарушения законности1.

Между тем в работах не дается анализ следственных ошибок применительно к отдельным видам преступления, более того, причины и, как следствие, те или иные недостатки не связаны с процессом доказывания, в частности, определением относимости. Для того, чтобы их выявить, вначале отметим, что при расследовании убийств и изнасилований версии выдвигаются по результатам осмотра места происшествия, которые корректируются после производства первоначальных следственных действий.

  1. Общеизвестно, что основная масса материальных следов преступления обнаруживается и изымается в процессе осмотра места происшествия, в ходе производства которого логическим средством познания, повышающим избирательность в обнаружении относимых следов преступления, являются версии о типичных причинах преступления. При осмотре места происшествия при расследовании убийств ими являются: убийство, самоубийство, несчастный случай.

Изучение следственной практики позволило выделить не только недостатки осмотра места происшествия, но и их причины.

В число причин можно включить несвоевременный осмотр и недостаточную техническую оснащенность следственного аппарата, что снижает избирательность как в обнаружении следов преступления, так и при фиксации тех изменений, которые определяют относимость. Так, из-за плохой технической оснащенности судебно-медицинских экспертов последние, участвуя при осмотре в качестве специалистов, недостаточно точно фиксируют температуру тела и другие трупные явления, что в дальнейшем не позволяет

Назаров А.Д. Следственные ошибки в досудебных стадиях уголовного процесса: Учеб. пособие. - Красноярск, 2000. - С. 83-95.

157

сузить временной период события преступления. Например, в протоколе осмотра места происшествия было указано, что труп на ощупь холодный .

Кроме того, и это надо особо отметить, следователи нередко халатно относятся к судьбе изъятых с места происшествия следов преступления, поэтому они утрачиваются в ходе транспортировки или хранения. В этой связи следует обратить внимание, что при помещении трупа в морг санитары, снимая одежду, свертывают её в клубок, что в дальнейшем исключает возможность решения вопроса об относимости при проведении экспертиз для установления факта контактного взаимодействия, который доказывает их пространственно-временную связь с событием преступления. В число недостатков, допускаемых в процессе осмотра, можно включить следующее: изъятие следов преступления, которые не относятся к исследуемому преступлению, следовательно, не являются относимыми. Например, в процессе осмотра было установлено, что смерть потерпевшей наступила от механической асфиксии, а с места происшествия изъяли кухонный нож, который в дальнейшем был уничтожен как не имеющий доказательственного значения2. Этим, как и другими уголовными делами, подтверждается то теоретическое положение, что избирательность осмотра, следовательно решение вопроса об относимости, определяется механизмом совершения преступления, в вероятном прогнозе которого определяющая роль принадлежит типичным версиям.

В противоположность первому недостатку, второй связан с тем, что, наоборот, относимые следы не изымаются с места происшествия, т.е. в процессе осмотра не решена задача по определению относимости. Например, по ранее рассмотренному уголовному делу по обвинению Семенова Э.В. не была изъята алюминиевая трость, с помощью которой было произведено удушение, хотя связь здесь прямая, не требующая сложных умозаключений.

1 Уголовное дело № 7029476 по обвинению Семенова Э. по чЛ ст.105 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

2 Уголовное дело № 7029614 по обвинению Амеличкина С. по чЛ ст. 105 УК РФ; также см.: Уголовное дело № 50310003 , 1420 и др. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

158

По другому уголовному делу по обвинению Петрова В. в изнасиловании его матери (ч. 1 ст. 132 УК РФ) в ходе осмотра места происшествия обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь на косяке двери, наволочках, панталонах потерпевшей, кухонном полотенце, которым, согласно ее показаниям, она вытирала кровь с разбитого сыном лица. Найденные следы могли подтвердить объективную сторону преступления, в частности применение насилия. Однако с места происшествия ничего не изъято1.

К этому же недостатку относятся те осмотры, в ходе производства которых не изымаются и не фиксируются следы сокрытия преступления2.

Нередко в процессе осмотра места происшествия относимость следов преступления определяется с вероятностью, что предполагает их последующее экспертное исследование или (и) подтверждение другими доказательствами. Однако в ходе доказывания это не всегда делается. Например, при осмотре квартиры, где было совершено убийство, путем смыва с двери и соскобов со стены изъято вещество бурого цвета, похожее на кровь. Предположительный вывод об относимости этих следов, который был сделан правильно, окончательно и достоверно не был подтвержден, потому что не проводилась судебно- биологическая экспертиза вещественных доказательств3.

Указанный недостаток встречается не только при анализе следов преступления, уличающих лицо в совершении преступления, но и его оправдывающих.

  1. Во втором параграфе главы было раскрыто содержание и динамика пределов доказывания, которые определяются системой общих и частных версий, что лежит в основании определения относимости.

Обобщение практики позволило выявить как положительные моменты, так и недостатки в осмысливании и проверке версий.

1 Уголовное дело №6029925 по обвинению Петрова В.В. по ч.1 ст. 132 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

2 Уголовное дело №6030149 по обвинению Смирнова В.И. по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

Там же.

159

а) Прежде всего отметим, что зачастую выдвигаются не все возможные версии, которые можно было бы вывести из имеющихся фактических данных, что приводит к сужению пределов доказывания и, как следствие, неправильному определению относимых доказательств. Так, при расследовании уголовного дела № 7029784 по обвинению Бикбулатова А.Р. по ч. 4 ст. 111 УК РФ не выдвигалась версия об изнасиловании, что привело к сужению круга вопросов при назначении судебно- медицинской экспертизы1. По этому же делу версия об убийстве не выдвигалась. Это является типичным для многих уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ч. 4 ст. 111 УК РФ. Следующим недостатком является то, что при расследовании преступлений, связанных с сексуальным насилием в семье, у следователя не возникает версия о сексуальном насилии по отношению к другим детям, проживающим в такой семье. Так, Шайдуров А.Г. обвинялся в том, что в течение года насиловал свою малолетнюю дочь. Следствием было установлено, что он совершал половые акты с женой в присутствии детей, постоянно совместно с детьми (не только своими, но и со школьной подругой дочери) смотрели видеокассеты порнографического содержания, проводил беседы о сексуальной жизни, интимной близости, оправдывая это половым воспитанием детей. Кроме того, свидетелями обвиняемый характеризуется как “сексуально озабоченный”. Учитывая это, а также то, что в семье помимо потерпевшей есть еще ребенок, необходимо было проверить версию о сексуальном насилии и к нему*.

Аналогичная ситуация по другим делам3.

Таким образом, исключение из системы относимых доказательств влечет за собой нарушение ст. 20 УПК РСФСР.

Уголовное дело № 7029784 по обвинению Бикбулатова А.Р. по ч. 4 ет. 111 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

2 Уголовное дело № 4037504 по обвинению Шайдурова А.Г. по п.п. «а», «д» ч. 2 ст. 131; п.п. «а», «д» ч. 2 ст. 132 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1998 г. “ См. например: Уголовное дело № 7030942 по обвинению Кашубского О.В. по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2001 г.

160

б) По уголовным делам, кроме версии о виновности, не всегда выдвигается контрверсия — о невиновности, что исключает из системы оправдательные доказательства, не позволяя провести их исследование1. Например, не всегда проверяется контрверсия о необходимой обороне .

в) В практике встречаются случаи, когда по уголовному делу выдвинуты все возможные версии, но следователь проверяет лишь одну, не проверяя или проверяя не до конца другие, что приводит к сужению пределов доказывания, следовательно, исключает из исследования относимые доказательства к односторонности процесса доказывания и, как следствие, к невозможности установления оправдательных обстоятельств. Например, по уголовному делу № 1420 по обвинению Томилова Л., Рябинина В. по п. «а» ст. 102, УК РСФСР не до конца была проверена версия о наличии взрослого подстрекателя3.

г) Полученные доказательства опровергают первоначально выдвинутую версию, что приводит к изменению предмета и пределов доказывания, следовательно, и круга относимых доказательств. При этом относимыми будут как те доказательства, которые получены при проверке первоначальной версии, так и те, которые следователь установит при проверке новой версии. Например, уголовное дело было возбуждено по ст. 126 УК РФ, но после того, как был обнаружен труп девочки и при осмотре выявлены следы телесных повреждений, предмет доказывания изменился. В данном случае обстоятельства наполнились содержанием ч. 4 ст. 111 УК РФ4.

  1. Как отмечалось ранее, кроме общих версий, которые задают пределы доказывания, разрабатываются системы частных версий, позволяющих устанавливать систему промежуточных обстоятельств, которые подтверждают

См.: Уголовное дело № 251891. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

2 Уголовное дело № 6031568 по обвинению Косаревой М. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

3 См.: Архив Ленинского районного суда г. Красноярска за 1978 г.

4 Уголовное дело № 7029784 по обвинению Бикбулатова А.Р. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

161

или опровергают обстоятельства предмета доказывания, заданные общей версией.

При анализе следственной практики были выявлены некоторые недостатки, связанные с осмыслением системы частных версий.

а) При разработке частных версий не всегда выдвигаются версии о мотиве, что приводит к исключению некоторых обстоятельств как неотносимых. Так, Семенов Э. обвинялся по ч. 1 ст. 105 УК РФ в том, что задушил Кузнецова В., с которым проживал в одной квартире. Между тем в деле имелись показания свидетеля Олесовой о том, что ей обвиняемого представляли как человека, который занимается квартирами. Исключение этого доказательства как неотносимого привело к тому, что не проверялась и даже не выдвигалась версия об убийстве из корыстных побуждений - п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (с целью завладеть квартирой)1.

б) При проверке версии о причастности лица, подозреваемого в совершении преступления, не всегда проводятся необходимые следственные действия с целью собирания относимых доказательств. Из числа изученных уголовных дел лишь единожды проводился личный обыск, редко проводится освидетельствование подозреваемого, а это особенно важно при ссылке подозреваемого на то, что потерпевший первым нанес ему удары, а его ответные действия были направлены на пресечение действий потерпевшего. Например, по уголовному делу № 7029614 по обвинению Амеличкин С.Л. по чЛ ст. 105 УК РФ обвиняемый утверждал, что потерпевший первый нанес ему удар, но его освидетельствование не было проведено .

  1. Как отмечалось в начале параграфа, помимо непосредственного восприятия следователем существует и опосредованное, когда в процесс исследования вовлекается эксперт, поэтому относимость следов преступления решается после дачи заключения экспертом.

1 Уголовное дело №7029476 по обвинению Семенова Э.В. по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Архив

Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

~ Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

162

а) Между тем обобщение практики показало, что не всегда эксперт может ответить на тот или иной вопрос, который позволял бы решить вопрос об относимости объекта - носителя, поэтому необходимо проводить иные следственные действия, подтверждаюпще наличие связи. Например, по уголовному делу № 7079284 по обвинению Зинчеева С. по ч. 1 ст. 105 УК РФ в процессе осмотра места происшествия были изъяты окурки сигарет. В этой связи была назначена судебно-биологическая экспертиза вещественных доказательств по исследованию слюны на окурках с целью определения группы крови. Эксперт сообщил о невозможности дать заключение1.

б) В других случаях эксперт не дает заключения по поставленным вопросам, что не позволяет решить вопрос о механизме нанесения травмы, следовательно, в полном объеме исследовать объективную сторону преступления. Например, по уголовному делу № 1031094 по обвинению Еремина П.А. по ч. 2 ст. 108 УК РСФСР следователь поставил перед судебно- медицинским экспертом вопросы о количестве, характере, локализации, механизме причинения вреда. Эксперт описал только внутренние повреждения.

в) Нередко эксперт дает заключение о дистанции близкого выстрела, но не устанавливает дистанцию применительно к конкретному оружию, условиям стрельбы, что ставит под сомнение относимость данного доказательственного факта. Такое исследование необходимо, если на экспертизу представляется самодельное или переделанное оружие. Так, по уголовному делу № 6031968 по обвинению Тарасевича В.Н. у последнего в ходе обыска был изъят самодельный пистолет под калибр патрона 5,6 мм. При производстве судебно-медицинской экспертизы в заключении было указано наличие копоти вокруг раны. В то же время обвиняемый Тарасевич В.Н. показал, что выстрелил с дистанции 50-75 см, а это находится в противоречии с

Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

163

дистанцией близкого выстрела при стрельбе из стандартной малокалиберной винтовки1.

г) Однако наиболее часто встречающимся недостатком является безграмотность постановки вопросов следователем перед экспертами. Это приводит к тому, что значительная часть доказательственной информации не преобразуется в относимые к делу доказательства, а в конечном счете — к недоказанности обвинения в целом или в части.

Так, по уголовным делам о преступлениях, посягающих на половую свободу и половую неприкосновенность, нередко перед экспертом не ставится вопрос о наличии венерических заболеваний у потерпевших, беременности, ВИЧ-инфекции, иных тяжких последствий, что исключает квалификацию по п. «б» ч. 3 ст. 131, п.п. «б», «г» ч. 2 ст. 132 УК РФ2.

По одному из уголовных дел потерпевшая дала показания о совершении в отношении нее насильственного полового акта в извращенной форме. Между тем в постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы отсутствовали вопросы о наличии повреждений в ротовой полости3. По другому делу - не ставился даже вопрос о том, нарушена или нет девственная плева .

  1. В рассмотренных нами примерах, как правило, ошибки на познавательном уровне доказывания приводят к нарушению норм УПК РСФСР, в частности ст. 20, но возможна и обратная зависимость: нарушение предписаний уголовно- процессуального закона имеет своими последствиями утрату важной
    доказательственной информации. Так, следователь СО

Уголовное дело № 6031968 по обвинению Тарасевича В.Н. по ч. 1 ст. 105. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

2 См. уголовное дело №3037293 по обвинению Фуфачева В.В. по ч. 3 ст. 117 УК РСФСР; № 923979 по обвинению Арсеньева В.М. по п. «б» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г.

Уголовное дело №3030502 по обвинению Нугаева Н.Т. по ч. 2 ст. 117, ч. 1 ст. 146 УК РСФСР. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г.

Уголовное дело №5031559 по обвинению Пузанова А.Л. по ч. 1 ст. 132, п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

164

Советского РОВД г. Красноярска Бибик СМ. вынес постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по факту изнасилования несовершеннолетней, так как от нее, её законного представителя — матери, поступило заявление с просьбой не привлекать виновного к ответственности. Однако лишь дела о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 131 УК РФ, возбуждаются по жалобе потерпевших, изнасилование несовершеннолетней — дело публичного обвинения. И хотя прокурор, осуществляющий надзор за исполнением законов

0 несовершеннолетних, спустя полгода отменил это постановление как незаконное, возможности по собиранию относимых к делу доказательств утрачены: судебно-медицинская экспертиза для определения наличия разрыва девственной плевы, следов спермы не назначалась1. По другому уголовному делу аналогичное нарушение закона повлекло более тяжкие последствия: продолжение преступной деятельности насильника2.

3.3. Удостоверительный уровень доказывания и определение относимости

Содержание его заключается в удостоверении полученного знания. В уголовно-процессуальном законе термин «удостоверение» употребляется в различных значениях: и как синоним «подписать», т.е. «заверить подписью» (например, ч. 5 ст. 14 Г, ст. 151 УПК РСФСР), и в значении «подтвердить правильность» (ст. 135, ч. 4 ст. 141% ст. 266 УПК РСФСР), а также для обозначения деятельности, направленной на фиксацию хода и результатов следственных и процессуальных действий (ст. 142, ст. 264 УПК РСФСР). Однако же, говоря об удостоверительном уровне доказывания, мы имеем в виду и фиксацию, осуществляемую путем составления процессуальных документов,

1 Уголовное дело № 4059050 по обвинению Тронина А.С. по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г.

2 Уголовное дело № 7030942 по обвинению Кашубского О.В. по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2001 г.

165

изготовления слепков, оттисков, запись на аудио- и видеопленку и т.д., и заверение правильности фиксации подписями, печатями1. Таким образом, на данном уровне собственно познания целью получения новых фактических данных нет. Результаты последнего, через призму предмета и пределов доказывания, облекаются в уголовно-процессуальную форму, наделяя тем самым доказательство свойством допустимости, т.е. результаты познания фиксируются (удостоверяются). Как только что было показано, на познавательном уровне следственные ошибки определяются тем, что в одних случаях относимые следы, фактические данные не облекаются в уголовно-процессуальную форму, а в других случаях - оформляются неверно. Следовательно, значение удостоверительного уровня доказывания с точки зрения относимости заключается в том, что, во-первых, после того как фактические данные удостоверены, в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, последующая проверка относимости доказательств - это не право следователя, а его обязанность; во-вторых, в том случае, когда относимые у делу фактические данные ненадлежаще процессуально оформлены, необходимо собирать другие относимые к делу доказательства с тем, чтобы либо устранить допущенные нарушения (допросить понятого, в случае отсутствия его подписи на одном из листов протокола осмотра места происшествия), либо обеспечить получение относимой к делу информации из других источников; в-третьих, на удостоверительном уровне доказывания фактические данные, относимость которых была определена предположительно, приобретают свойство допустимости, указанные свойства,

Структура доказывания - удостоверения рассмотрена Ю.К. Орловым в работе «Структура судебного доказывания и понятия судебного доказательства» (в кн.: Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 25. - М., 1978. - С. 86-101). Удостоверительную сторону впервые выделил А.Р. Ратинов, включая в неё помимо запечатления информации еще и обоснование, что является, на наш взгляд, ошибочным (Ратинов А.Р. Вопросы познания в судебном доказывании // Сов. государство и право. - 1964. - № 8. - С.106-108).

Такое разделение также относительно, потому что в реальном доказывании это две стороны одного процесса.

166

как отмечалось ранее, характеризуют с различных сторон единое доказательство.

Изложенное подтверждает сделанный ранее вывод, что расследование по конкретному уголовному делу имеет два вектора: познание, которое направлено на извлечение информации о прошлом, через системы средств познания, разработанных в криминалистике, и доказывание, которое оценивает полученные фактические данные через предмет и пределы доказывания, т.е. осуществляется познание свойств доказательств, потому что процесс доказывания проходит в реальном времени, при расследовании конкретного уголовного дела и имеет несколько адресатов.

Однако из сделанных выводов не следует, что при доказывании — удостоверении не уточняется решение об относимости. Дело в том, что на этом уровне оно имеет другое содержание. Чтобы раскрыть специфику определения относимости на удостоверительном уровне, воспользуемся классификацией критериев допустимости, разработанных Н.М. Кипнисом1. Напомним, что он в их число включает, во-первых, наличие надлежащего субъекта, правомочного проводить процессуальные действия, во-вторых, должен быть надлежащий источник получения фактических данных (сведений, информации), составляющих содержание доказательств; в- третьих, должно быть использовано надлежащее процессуальное действие, используемое для получения доказательств; в-четвертых, должен быть соблюден надлежащий порядок проведения процессуального действия, используемого как средство получения доказательств.

  1. Анализируя первый критерий допустимости, Н.М. Кипнис рассматривает основания, которые исключают возможность использовать те или иные сведения, удостоверенные процессуально, в качестве доказательств. Во-первых, производство процессуального
    действия лицом, не

! Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995,-С. 28-73.

167

управомоченным на это. Во-вторых, если лицо управомочено, но подлежит отводу. В-третьих, лицо не управомочено на производство действий в той или иной процессуальной ситуации или по тому или иному виду1. Поэтому рассматриваемые ситуации исключают допустимость в качестве доказательств, следовательно, относимые фактические данные не могут использоваться для обоснования выводов по делу, даже при условии их уникальности, т.е. невозможности заменить иными доказательствами.

  1. Второй критерий допустимости доказательств связан с использованием надлежащего источника получения фактических данных, которые, как отмечалось ранее, составляют содержание доказательства. Некоторые принципы этого критерия нашли отражение в уголовно- процессуальном законе. Так, данные исключаются из системы доказательств, если свидетель не может указать источник своей осведомленности (ст.74 УПК РСФСР). Это положение относится и к показаниям потерпевшего (ст. 75 УПК РСФСР). Таким образом, в этих, как и других случаях, доказательства признаются недопустимыми из-за порочности их источника, отсутствия возможности проверить их достоверность, поэтому такого рода относимые доказательства исключаются из доказательственной базы в силу прямого указания закона.

Кроме того, законодатель устанавливает запрет на использование некоторых источников доказательств (ст.72 УПК РСФСР).

  1. Но наибольшее значение при определении относимости, раскрытия его специфики имеет третий критерий допустимости доказательств — надлежащее процессуальное действие, используемое для получения доказательств. В этой связи подчеркнем, что в уголовно-процессуальном законе предусмотрены следующие способы получения доказательств: следственные (судебные действия), истребование предметов и документов, представление

Кипние Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995.-С.ЗО.

168

доказательств участниками процесса и производство ревизии по требованию следователя.

а) Не останавливаясь на характеристике всех способов, более подробно рассмотрим производство следственных действий. В связи с этим отметим: «… следственное действие как способ собирания доказательств представляет собой регламентированный уголовно-процессуальным законом и осуществляемый следователем комплекс познавательных и удостоверительных операций, соответствующих особенностям следов определенного вида и приспособленных к эффективному отысканию, восприятию и закреплению содержащейся в них доказательственной информации»1. В этом определении отражается как познавательная, так и нормативная стороны следственного действия, т.е. в данном случае познание и удостоверение рассматриваются в единстве двух сторон.

Познавательная сторона следственного действия отражается через отношение: объект - цель познания. С.А. Шейфер следственные действия подразделил на три группы: в первую группу включают те следственные действия, которые связаны с извлечением вербальной информации; во вторую входят те, которые направлены на изучение материальной обстановки; в третью - такие, в которых информация выражена в слове (вербальная) и в физических признаках . В этом случае большое значение имеет не столько удостоверение, сколько правильный выбор следственного действия, потому что оно позволяет «извлечь» тот или иной слой информации, относимой к исследуемому преступлению. При неправильном выборе следственного действия может быть изъята, во-первых, не относимая информация, во-вторых, только часть относимой информации.

б) Однако следственное действие содержит в себе лишь потенциальные познавательные возможности, которые реализуются через тактические приемы

1 Шейфер С. А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М.51981. - С.18.

2 Шейфер С.А. Там же. С. 35.

169

и их комбинации, а в них, в свою очередь, входят технические средства и технические приемы. В этом случае доказывание - удостоверение наполняется специфическим содержанием, связанным, в частности, с определением относимости. При этом как тактические приемы, так и технические средства оцениваются с точки зрения адекватности отражения изменений в следах преступления, потому что при допросе свидетеля, потерпевшего происходит «двойное» отражение; при использовании технических средств, во-первых, преобразуется содержание, делающее его доступным для непосредственного восприятия следователем; во-вторых, появляются производные вещественные доказательства. Следовательно, адекватность отражения определяет относимость доказательств, которая тесно связана с достоверностью, и то и другое свойство характеризуют содержание доказательства, хотя и в различных аспектах.

Но удостоверение имеет и другую сторону, которая определяет допустимость доказательства. Она связана не только с использованием законной процессуальной формы, но и с допустимостью тактических приемов и технических средств, которые оцениваются через два условия. Первое условие — тактические приемы не должны «противоречить» нормам права. Второе условие охватывает как тактические приемы, так и технические средства — они должны обеспечивать воспроизводимость результата, т.е. в разных ситуациях и условиях они позволяют получить один и тот же результат. Особенно это условие должно изучаться, когда при производстве экспертиз используется не стандартизированная методика, на что в своё время особенно обращал внимание Ю.К. Орлов1. Таким образом, использование надлежащих тактических приемов и технических средств имеет значение не только на познавательном уровне доказывания для извлечения информации из следов и

Орлов Ю.К. Выводное значение в судебном доказывании и проблемы его допустимости // Вопросы борьбы с преступностью. - № 32. - М., 1980. - С. 88-101.

170

решения вопроса об относимости последней к делу, но и на удоетоверительном уровне, как одно из условий допустимости доказательств.

Как отмечалось выше, любое следственное действие имеет и нормативную сторону регулирования его производства. Анализируя эту сторону, С.А. Шейфер, выделяет две схемы принятия решения о производстве следственного действия’. Первая охватывает те случаи, «… когда условия принятия решения и вытекающий из них способ действия однозначно описаны в нормах закона, чем предопределен выбор следственного действия». Во второй схеме объединены те случаи, когда условия принятия решения в законе определены в общем виде (например, следователь «вправе», «может» и т.д.), поэтому выбор следственного действия является правом следователя, а не его правовой обязанностью, которое принимается исходя из ситуаций, возникающих в процессе расследования.

При нарушении первого способа действия доказательство исключается из системы.

  1. Не менее важное значение по определению относимости доказательств имеет анализ четвертого критерия — надлежащего порядка проведения процессуального действия. Н.М. Кипнис, анализируя содержание данного критерия, приходит к выводу, что в уголовно-процессуальном законе есть гарантии, обище для всех процессуальных действий, для отдельных групп процессуальных действий; для следственных действий и для судебных действий . Так, в ст. 20 УПК РСФСР, определяющей принципы деятельности в уголовном судопроизводстве - объективность, полноту и всесторонность, ч. 3 устанавливает, что запрещается домогаться показаний обвиняемого, как и других лиц, приемами насилия, угроз и иными незаконными методами, следовательно, наличие одного из перечисленных оснований ведет к недопустимости доказательства. Как уже отмечалось,
    уголовно-

1 Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М.51981. - С.50.

2 Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995. - С. 71.

171

процессуальный закон при определении действий следователя использует два способа их правового регулирования: когда последовательность действий определена однозначно и когда порядок действия определяется следователем исходя из ситуации, сложившейся к моменту производства следственного действия. Так, при предъявлении опознания опознающий вначале должен быть допрошен и в процессе допроса выяснено, по каким приметам он может опознать; опознаваемый должен быть представлен в группе однородных объектов, которых должно быть не менее трех; лицо, предъявляемое для опознавания, вправе занять любое место среди опознаваемых; опознающий перед актом опознания предупреждается об уголовной ответственности за отказ или уклонение от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний; после опознания опознающий поясняет, по каким приметам и особенностям он узнал лицо или предмет. В таких случаях нарушение порядка производства следственного действия приводит к тому, что такое доказательство должно исключаться из системы. Данное утверждение основывается на положениях ст. 50.2 Конституции РФ и ч.З ст.69 УПК РСФСР. Анализ этих положений закона ставит проблему: «… как же быть с теми фактическими данными, сомнения в достоверности которых, вызванные ненадлежащим порядком фиксации хода и результатов следственного действия, устранены (нейтрализованы)?»1 В этой связи следует согласиться с введением нового содержания в классификацию нарушений на существенные и несущественные, предложенную Н.М. Кипнисом. Так, он полагает, что «существенными нарушениями признавать те отступления от требований процессуальной формы, в отношении которых законодателями создана неопровержимая презумпция неустранимости сомнений в достоверности фактических данных, полученных с нарушением закона, а также те, которые связаны с нарушением конституционного приоритета прав и свобод человека и гражданина над установлением истины по

Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М., 1995. -С. 83.

172

конкретному делу»1. В этой связи следует признать безусловно обоснованной позицию П.А. Лупинской, которая указывает: «…из сопоставления ст. 68 и 69 УПК РСФСР следует, что доказательства, полученные с нарушением закона, не могут использоваться для доказывания любого из обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу, в том числе и обстоятельств, исключающих вину обвиняемого или смягчающих его вину»2.

Несущественными же нарушениями следует признавать те, которые ни при каких условиях не могут повлиять на вынесение законного и обоснованного приговора или которые можно устранить производством дополнительных процессуальных действий.

Таким образом, недостатки удостоверительного уровня доказывания, т.е. дефекты процессуальной формы доказательств, являются в одних случаях основанием для принятия решения об исключении из системы относимых доказательств, а в других — о собирании новых относимых к делу доказательств, с тем чтобы устранить (нейтрализовать) допущенные нарушения уголовно-процессуального закона.

Подчеркивая связь познавательного и удостоверительного уровней доказывания, хотелось бы обратить внимание на такую проблему, как последствия признания доказательств неотносимыми (не урегулированную в УПК РСФСР). Ст. 69 УПК РСФСР в ч. 3 определяет лишь «судьбу» доказательств, полученных с нарушением закона (недопустимых), — они не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания обстоятельств, перечисленных в ст. 68 УПК РСФСР. Закон не определяет процессуальный режим неотносимых доказательств. Обосновывая необходимость предусмотреть это в УПК, отметим, что доказательства «появляются» в деле при производстве различных следственных действий, и

1 Кипнис Н.М, Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М,, 1995. - С. 85.

2 Лупинская П.А. Основание и порядок принятия решений о допустимости доказательства // Рос. юстиция. - 1994. -№11.- С.2.

173

закон предусматривает для них особый процессуальный порядок. Но в орбиту уголовного судопроизводства вовлекается значительно больше информации, чем затем преобразуется в доказательства,

Однако не все из имеющихся данных в распоряжении у следователя трансформируются в доказательства по делу. Причины этого могут быть различны. Во-первых, первоначально и предположительно относимость доказательства (следа) определяется верно, но затем при производстве следственных действий (осмотра, экспертизы) опровергается. Так, при производстве выемки у Заусаевой Ю. были изъяты вещи, в которых она была в момент изнасилования ее Джафаровым Э. После осмотра вещей приобщены к делу были лишь джинсы и плавки, относимость которых достоверно подтверждена заключением судебно-биологической экспертизы. Относимость других вещей в ходе осмотра не подтвердилась, на них не было обнаружено каких-либо следов1. Во-вторых, первоначально и предположительно относимость доказательства определяется верно, но дальнейшего исследования, с целью дать окончательный ответ на вопрос об относимости данного доказательства к делу, не проводится. Например, по факту обнаружения трупа Тетериной с признаками насильственной смерти было возбуждено уголовное дело. В ходе осмотра места происшествия были изъяты фрагменты подушки и наволочки с пятнами бурого цвета. Дальнейшего исследования изъятых следов не проводилось, и впоследствии они были уничтожены2. В-третьих, первоначально и предположительно относимость доказательства определяется верно, но окончательный ответ на вопрос о наличии связи данного доказательства с обстоятельствами, подлежащими доказыванию (т.е. о его относимости к делу), дать невозможно. Так, установить происхождение крови на плавках изнасилованных Бойко И. и Субботиной С. эксперт не смог из-за

1 Уголовное дело №4040395 по обвинению Джафарова Э.А. по п. <щ» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г.

2 Уголовное дело № 7029569 по обвинению Гурьева А.Г. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

174

разрушения эпителиальных клеток с ядрами, необходимых для данного вида исследований1. И, наконец, в-четвертых, даже предположительно отноеимость доказательства определена неверно. Так, по уголовному делу №1420 по обвинению Томилова Л. и Рябинина В. в том, что они из обреза охотничьего ружья убили охранницу РМЗ, при обыске у подозреваемого были изъяты гитара и клюшка, не имеющие никакого отношения к расследуемому преступлению2.

В этой связи отметим, что закон регулирует процессуальный порядок оформления лишь для относимых к делу доказательств. Поэтому возникает вопрос: как быть с изъятыми предметами, отноеимость которых не подтверждается, или с теми, которые получены с нарушением закона (недопустимые)? Практики в этой ситуации выносят, на основании п. 12 ст. 34 УПК РСФСР, постановление об исключении из числа вещественных доказательств. И хотя название этого документа небезупречно, сама идея отразить в материалах уголовного дела судьбу любых данных, вовлекаемьж в орбиту уголовного судопроизводства, заслуживает одобрения.

Исходя из этих теоретических посылок произведем анализ следственной практики.

3.4. Анализ следственной практики по установлению относимости на удостоверительном уровне

Прежде чем будут рассмотрены те или иные нарушения на удостоверительном уровне, отметим, что для их систематизации мы используем критерии допустимости, которые были рассмотрены выше.

  1. Наличие ненадлежащего субъекта, правомочного проводить процессуальное действие, направленное на получение доказательств.

Уголовное дело № 3037293 по обвинению Фуфачева В.В. по ч. 3 ст. 117, ч. 2, ч. 3 ст. 117 УК РСФСР. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г. ‘ Уголовное дело №1420 по обвинению Томилова Л., Рябинина В. по п. «а» ст. 102, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 91 УК РСФСР. Архив Красноярского краевого суда за 1965 г.

175

В процессе расследования оперуполномоченный проводит «изъятие» вместо выемки без постановления следователя и без вынесения отдельного поручения следователя .

  1. Наличие ненадлежащего источника получения фактических данных, составляющих содержание доказательства.

а) Противоречия между уголовно-процессуальным законом, разъяснениями Пленума Верховного Суда и подзаконными актами приводит к использованию ненадлежащего источника фактических данных. Например, по достаточно большому числу уголовных дел судебно-медицинское исследование трупа проводится до возбуждения уголовного дела, а после возбуждения уголовного дела назначается и проводится судебно-медицинская экспертиза. При этом эксперт ссылается в одних случаях якобы на результаты исследования трупа, хотя эксгумация трупа не проводится, а в других - на предыдущий акт, который не приобщается к числу исходных данных при назначении экспертизы.

Сущность ошибки состоит в том, что УПК РСФСР разрешает до возбуждения уголовного дела производство только одного следственного действия «осмотра места происшествия». В то же время в новых правилах судебно-медицинской экспертизы трупа для установления причин смерти разрешается производство судебно-медицинского или патолого-анатомического исследования трупа по письменному предложению правоохранительных органов (п. 4.2 Правил). В этом случае составляется не заключение эксперта, а акт судебно-медицинского исследования трупа (п.8.2 Правил).2 В судебно-медицинском отношении такое исследование можно рассматривать как ведомственную экспертизу. В свое время Пленум Верховного Суда СССР, анализируя такие ситуации, в постановлении «О

См.: Уголовное дело №3030993 по обвинению Быченкова Б. по ст. 103 УК РСФСР. Архив Советской) районного суда за 1998 г.

  • Приказ МЗ РФ от 10 декабря 1996 г. № 407 «О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз» (В ред. Приказа Минздрава РФ от 05.03.97 №61).

176

судебной экспертизе по уголовным делам» отмечал, что в случае производства ведомственных экспертиз после возбуждения уголовного дела должна быть проведена судебная экспертиза с соблюдением всех правовых предписаний уголовно-процессуального закона1. Невольно возникает вопрос - каким способом необходимо действовать в таких случаях? В соответствии с правилами производства судебно-медицинских экспертиз эксперт вправе провести исследование по медицинским документам, если объект исследования не может быть представлен, поэтому в постановлении о назначении судебно-медицинской экспертизы в число объектов, представляемых экспертизу, следователем должны быть включены медицинские документы о состоянии здоровья, в том числе и акт судебно-медицинского (или патологоанатомического) исследования трупа. Если в ходе производства экспертизы возникает необходимость эксгумации трупа, то эксперт вправе возбудить ходатайство перед следователем.

  1. Наличие ненадлежащего процессуального действия, используемого для получения доказательства.

а) Производство изъятия вместо выемки2.

б) Производство выемки вместо отобрания образцов для сравнительного исследования. Так, у обвиняемой Ковик Н.П. в убийстве гражданки Черновой Л. и краже у нее золотых украшений были изъяты срезы ногтевых пластин с подногтевым содержимым, причем оформлено данное действие было протоколом выемки3.

в) Производство выемки вместо личного обыска. Так, Нугаев Н.3 изнасиловавший Байзину М и похитивший у нее золотые украшения, был

Постановление №1 Пленума Верховного Суда СССР «О судебной экспертизе по уголовным делам» от 16.03.1971 г. // Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. - М., 1997. - С. 54.

’ Уголовные дела №25189 по обвинению Кошеренко Н. По ст. 103 УК РСФСР. Архив Ленинского районного суда г. Красноярска; №1420 по обвинению Томилова Л., Рябинина В. по п. «а» ст. 102, п.п. «а», «в» ч.2 ст.91 УК РСФСР. Архив Красноярского краевого суда, и др. J Уголовное дело № 6029978 по обвинению Ковик Н.П. по ч. 1 ст. 105 и п. «г» ч. 2 ст. 158. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

177

задержан на месте преступления сотрудниками милиции1. В данном случае надлежащим следственным действием с целью отыскания похищенных ценностей должен был быть личный обыск, а не выемка, имевшая место в действительности.

г) Выемкой подменяется представление доказательств. Так, представленные следователю потерпевшей расписки матери и сестры обвиняемого в том, что они обязуются выплатить ей деньги до освобождения обвиняемого из СИЗО, были изъяты протоколом выемки .

д) Осмотр с участием обвиняемого фактически является проверкой показаний на месте. Например, по уголовному делу № 7029542 по обвинению Катасонова А. в причинении тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть потерпевшего Шкоды М., было установлено, что обвиняемый в драке нанес камнем удар по голове Шкоде, после этого спустил его в канализационный люк. С целью проверки показаний обвиняемого был проведен дополнительный осмотр с его участием. Это имело большое значение и тактически верно, так как впоследствии обвиняемый изменил показания3.

Относимо именно доказательство, полученное в ходе проверки показаний обвиняемого, в которой соединяются черты и осмотра, и допроса, и следственного эксперимента, но так как данное действие не закреплено в УПК РСФСР в качестве следственного, практика идет по пути составления протоколов: следственного эксперимента, осмотра с участием обвиняемого, допроса на местности4.

е) С целью проверки показаний обвиняемого был использован полиграф, хотя такого следственного действия нет. Более того, данное техническое

Уголовное дело № 3030502 по обвинению Нугаева Н. По ч. 2 ст. 117, ч. 1 ст. 146 УК РСФСР. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1997 г.

2 Уголовное дело № 7030167 по обвинению Крылова В. по ч. 1 ст. 131, ч. 1 ст. 132 УК РФ. Архив Сбветского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

Уголовное дело Ш 7029542 по обвинению Катасонова А. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Архив суда Советского района г. Красноярска за 2000 г.

4 Аналогично по уголовному делу № 7029476 по обвинению Семенова Э.В. по чЛ ст.105 УК РФ. Архив суда Советского района г. Красноярска за 2000 г.

178

средство не до конца проверено на воспроизводимость результата. Так, показания жены обвиняемого Черных Т. были не только проверены на полиграфе и установлена их ложность, результаты данного действия были отражены в обвинительном заключении, где утверждается, что показания свидетеля Черных Т. не следует принимать во внимание, ибо они ложные, и она дает их с целью выгородить своего мужа.

  1. Наличие ненадлежащего порядка проведения процессуального действия, используемого как средство получения доказательства.

а) Производство следственных действий до возбуждения уголовного дела. Так, по уголовному делу № 3030993 по обвинению БыченкоЁа Б. свидетель был допрошен до возбуждения уголовного дела1.

б) Нарушение процессуальных правил производства следственных действий. Так, Нугаев Н., обвиняемый в изнасиловании Байзиной и хищении у нее золотых украшений, был предъявлен потерпевшей для опознания, которого последняя опознала по форме лица, цвету глаз и волос, прическе. Однако во время допроса, предшествующего акту опознания, Байзина указала в качестве примет мужчины, совершившего в отношении нее преступление, что это был «молодой человек, на котором была рубашка и темный пуловер». По поводу цвета волос, глаз, иных примет она не допрашивалась2. Так как в данном случае нарушена ст. 165 УПК РСФСР, данное доказательство недопустимо, хотя относимость его к делу несомненна.

По уголовному делу № 5031559 нарушения процессуального порядка опознания выразились в том, что процессуальному опознанию предшествовал показ видеозаписи оперативниками, не оформленный надлежаще. Поэтому

Уголовное дело № 3030993 по обвинению Быченкова Б. по ст. 103 УК РСФСР. Архив Советского районного суда за 1998 г.

2 Уголовное дело № 3030502 по обвинению Нугаева Н. по ч. 2 ст. 117, ч. 1 ст. 146 УК РСФСР. Архив Советского районного суда за 1997 г.

179

результаты опознания, проведенного впоследствии, не имеют юридической силы1.

в) Выводы эксперта не вытекают из исследовательской части заключения. В п. 3 анализа недостатков отмечалось, что исследование трупа проводится до возбуждения уголовного дела, а при наличии и производстве судебно-медицинской экспертизы после возбуждения уголовного дела эксперт зачастую не проводит исследование, а составляет заключение по акту судебно-медицинского освидетельствования трупа (в некоторых случаях и этот акт не прилагается к заключению).

3.5. Доказывание — обоснование и установление относимости

«Доказывание - обоснование представляет собой деятельность по убеждению последующих возможных или обязательных адресатов доказывания в истинности передаваемых им знаний»2. Между тем нельзя противопоставлять познание и обоснование3 - и то и другое является доказыванием. Более того, доказывание в уголовном процессе — это деятельность, урегулированная законом, соответственно, и обоснование выводов субъектами доказывания, по своему содержанию, является мыслительной, логической деятельностью, а по форме - процессуальной. Иначе говоря, должностные лица и органы, ведущие процесс, для которых доказывание является обязанностью, должны обосновать свои выводы в процессуальных документах (постановление о возбуждении уголовного дела, об избрании меры пресечения, обвинительное заключение, приговор и др.). Указанные субъекты обязаны обосновать не только относимость отдельных доказательств (например, почему изымается и приобщается к
делу тот или иной предмет, документ), но и выводы,

1 Уголовное дело № 5031559 по обвинению Пузанова А., Козыркина А. по п. «б» ч. 1 ст. 132,

п. «а» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1999 г.

” Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 14.

J Лузгин И.М. Расследование как процесс познания. - М., 1969. - С. 21, 22; Джатиев B.C.

Познание и доказывание в УГОЛОВНОМ процессе//Правоведение. -1983. - № 6.

180

промежуточные или итоговые, сделанные на основе совокупности собранных по делу доказательств. Из определения следует, что доказывание - обоснование представляет процесс получения истинного знания. Напомним, что истинным знанием признается такое, которое адекватно отображает действительность, поэтому процесс получения такого знания означает его обоснованность, т.е. достоверность (третье свойство доказательств)1.

Сказанное позволяет выделить особенности обосновательного уровня с точки зрения методов, а точнее - приемов установления относимости. В связи с этим отметим, что достоверно и окончательно разрешить вопрос об относимости того или иного доказательства можно, оценив не отдельно взятое доказательство, а их совокупность, анализируя не только связь доказательства с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, но и связи доказательств между собой.

Обосновательный уровень доказывания имеет свою структуру, которой определяется этапность установления относимости доказательств. И здесь отметим, что в процессе исследования могут использоваться только допустимые доказательства.

На начальном этапе устанавливают связи отдельных, единичных фактов с предметом доказывания. Например, установлено, что изъятый с места происшествия след папиллярного узора среднего пальца оставлен обвиняемым. Однако на данной стадии нет взаимосвязи между отдельными доказательствами, каждое из них анализируется само по себе вне связи с другими данными по делу, т.е. используется индуктивное умозаключение. Значение индуктивных умозаключений в процессе обоснования и определения относимости велико, потому что относимость отдельных доказательств подтверждается их связью с предметом доказывания и с вероятностью подтверждает тот или иной тезис. Продолжая анализ приведенного примера,

1 Орлов Ю.К. О соотношении и содержании категорий истины и достоверности в судебном доказывании // Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1976. - № 25 - С. 128-129.

181

отметим, что факт тождества лица по следам пальцев рук обосновывает его пространственную связь с местом совершения преступления, а вопрос о том, когда он оставлен - до, во время или после совершения преступления - требует исследования еще и временной связи, т.е. дополнительной системы доказательств. Как отмечалось при рассмотрении познавательного уровня, такой анализ присущ первому уровню, но его отличие от обосновательного заключается в том, что на познавательном уровне проводится оценка относимости через призму проверки версий, а на обосновательном — через призму виновности лица в инкриминируемом деянии1.

Вторая стадия обоснования уже связана с синтезом доказательств. В этом случае проводится систематизация доказательств по тому или иному основанию.

Группировка доказательств по заданному признаку (временному, пространственному и т.д.) дает основание для вывода о наличии системы связей между доказательствами, следовательно, о более достоверном выводе об относимости доказательств. Например, в своей квартире была убита гражданка Н. Судебно-медицинский эксперт констатировал, что смерть наступила между 14 и 15 часами 20 августа 2000 г. В ходе опроса жителей подъезда было установлено, что бывший муж гражданки Н. в этот день зашел в подъезд ее дома в 13 часов и вышел из него около 15 часов. На основании этого следователь сделал предположительный вывод о том, что гражданин Г., бывший муж убитой, во время совершения преступления находился в ее квартире. В качестве обобщающего признака здесь выбран пространственно-временной. Но вывод в данном случае — предположителен, так как неясны существенные стороны и характер самого преступления, нельзя еще говорить о строгой систематичности отбора доказательств. Следователь не уверен (по крайней мере, не должен быть уверен) в том, что он правильно выбрал

В гл. 1 говорилось, *гго относимыми будут доказательства как опровергающие, так и подтверждающие ту или ИНУЮ версию.

182

обобщающий признак и что некоторые из фактов отпадут как не относящиеся к делу и не будут добыты новые, дополнительные данные, кардинально меняющие первоначальную версию. Так, может быть установлено, что с 13 до 15 часов 20 августа 2000 г. гражданин Г. находился у своего знакомого, который проживает в одном подъезде с гражданкой Н, Таким образом, достоверность первоначальных выводов об относимости к делу показаний соседей, а также вывода о нахождении Г. на месте преступления может не подтвердиться.

Третья стадия обоснования заключается в сопоставлении конкурирующих систем доказательств, т.е. в сопоставлении обвинительных и оправдательных доказательств. В этом случае прежде всего проверяется -опровергнуты ли оправдательные обстоятельства, на которые ссылается обвиняемый, в частности, алиби обвиняемого, поскольку достаточно большое число уголовных дел возвращается на дополнительное расследование ввиду того, что в ходе расследования не было опровергнуто алиби .

Четвертая стадия связана с окончательным и достоверным установлением относимости доказательства к расследуемому уголовному делу.

Сущность данной стадии может быть сведена к двум очень важным положениям. Первое заключается в том, что оценка относимости доказательства в данном случае должна быть окончательно подтверждена или опровергнута2.

Бердичевский Ф.Ю., Кочаров Г.И., Степичев С.С. Почему некоторые дела об убийствах возвращаются на доследование. - М., 1968. - С. 29. Однако несмотря на то, что данное исследование было проведено сорок пять лет назад, данная ошибка и сейчас является самой распространенной.

Когда мы говорим об окончательном разрешении вопроса об относимости, то имеем в виду, что он является таковым не вообще, абстрактно, а для той или иной стадии процесса при расследовании конкретного уголовного дела. Последующими субъектами (судом первой, апелляционной, кассационной, надзорной инстанций) он может быть пересмотрен. Таким образом, окончательное определение относимости происходит при вынесении итоговых для каждой стадии решений (обвинительное заключение, приговор, кассационное определение и др.).

183

Кроме того, вывод о существовании связи данного доказательства с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, должен быть достоверным. В.Я. Колдин справедливо отмечает, что вероятностное (правдоподобное) знание неизбежно в процессе доказывания, но оно должно «сниматься», конечные выводы должны быть достоверны. В этой связи он пользуется понятием «частной системы доказательств»1. Обоснованность и практическое значение введения такого понятия подтверждается тем, что если сейчас обратиться к практике, то в обвинительном заключении доказательства не анализируются, т.е. приводятся вне системы связей между собой”, даже в образцах процессуальных документов нет попытки анализа. Из сказанного вытекает второй вывод: окончательно разрешить вопрос об относимости того или иного доказательства возможно лишь посредством анализа взаимосвязей доказательств, т.е. доказательственной базы в целом.

В этой связи рассмотрим системы обоснования применительно к отдельным элементам предмета доказывания.

а) Прежде всего должна быть приведена система доказательств, подтверждающая, что лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, находилось на месте совершения преступления. В этом случае система доказательств может включать несколько схем обоснования. Во-первых, самая простая и надежная - это установление факта тождества лица по следам от его отражающих свойств (следы пальцев рук, обуви, ног, устная речь, почерк), потому что, как уже не раз отмечалось, он позволяет доказать пространственную связь конкретного человека с местом совершения преступления. При этом заключение эксперта может быть дополнено другими доказательствами, обосновывающими временную связь. Во-вторых, заключение эксперта о родовом тождестве (следы крови, слюны, спермы). В

1 Колдин В.Я. Уровни уголовно-процессуального доказывания // Сов. государство и право. -

1974.-№11- С. 86-91.

  • В обвинительном заключении, как, впрочем, нередко и в приговоре, доказательства

приводятся не только вне связи между собой, но зачастую вообще не раскрывается их

содержание.

184

этих случаях констатируется, что лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, входит в группу лиц, имеющих те же свойства. Естественно, что такой вывод является вероятностным, а потому, требуется дополнительное обоснование как с точки зрения сужения объема группы, так и доказывания временной связи. Мы уже обращались ко уголовному делу №7030942 по обвинению Кашубского О.В. по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ в изнасиловании своей несовершеннолетней падчерицы Сичкар А., в котором судебно-биологической экспертизой было установлено, что сперма, обнаруженная на простыне и плавках потерпевшей, может происходить от обвиняемого. Однако выяснилось, что потерпевшая живет половой жизнью с Рогачевым. В этой связи была назначена еще одна судебно-биологическая экспертиза с целью определения возможной принадлежности спермы последнему. Заключение последней экспертизы также относимо, ибо оно не только косвенно свидетельствует о виновности Кашубского О.В., но и свидетельствует о достоверности показаний потерпевшей. В-третьих, может быть установлен факт контактного взаимодействия двух объектов по схеме: одежда-одежда; орудие преступления - проникающие раны на теле человека, потому что заключение экспертизы подтверждает с вероятностью пространственно-временное единство двух объектов . И, наконец, четвертая схема включает в процесс обоснования метод «исключения третьего», что чаще всего доказывается сужением пространственно- временных параметров поведения человека в день совершения преступления2.

б) Система доказательств, подтверждающая, что именно лицо, привлекаемое к уголовной ответственности, совершило вмененное ему в вину деяние. Здесь также могут использоваться несколько схем обоснования. Первая

Ю.К. Орлов правильно обращает внимание на следующее, что особенностью настоящей схемы является то, что при любых допустимых вероятностных значениях аргументов (в интервале от нуля до единицы) надежность вывода не может достигать единицы (см.: Орлов Ю.К. Выводное знание в судебном доказывании и проблемы его допустимости/ЛВопросы борьбы с преступностью. - М., 1980. - № 32. - С. 89.

Уголовное дело №7030942 по обвинению Кашубского О.В. по п. «д» ч. 2 ст. 131 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2001 г.

185

схема такая, как в предыдущем случае, проста и надежна. Она состоит в том, что если материальные следы обнаружены на предмете преступного посягательства, то факт тождества доказывает причинно-следственную связь конкретного человека с деянием. Или имеются очевидцы, которые подтверждают совершение деяния конкретным лицом. Вторая схема включает систему доказательств в следующей цепочке: повреждения на теле и (или) одежде - идентификация по ним орудия преступления - принадлежность орудия преступления конкретному лицу. Такая система обоснования не только подтверждает связь конкретного человека с деянием, но и наличие причинно-следственной связи между деянием и последствиями.

в) Система доказательств, обосновывающих причинение материального ущерба или (и) физического вреда. Как отмечалось ранее, такие факты могут быть получены при производстве судебно-медицинской экспертизы или в процессе производства судебно-бухгалтерской или (и) экономической экспертиз.

г) На основе анализа системы доказательств, обосновывающих объективную сторону, должны быть выделены системы доказательств, подтверждающих элементы субъективной стороны преступления: форма вины, умысел и факультативные - мотив, цель, эмоции. В связи с этим отметим, что в абзаце третьем п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г. «О судебном приговоре» указано, что по смыслу закона в пользу подсудимого толкуются не только неустранимые сомнения в его виновности в целом, но и неустранимые сомнения, касающиеся отдельных эпизодов предъявленного обвинения, формы вины, степени и характера участия в совершении преступления, смягчающих и отягчающих обстоятельствах и т.д.1 Следовательно, выдвинутое нами предложение о необходимости выделения частных систем доказательств, обосновьшающих отдельные элементы

1 Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М„ 1997. - С. 538.

186

субъективной стороны преступления, необходимо потому, что оно подтверждает не только достоверность, но и, как отмечено выше, относимость доказательств.

Проиллюстрируем положение на основе анализа ст. 105 УК РФ. Так, при убийстве умысел (прямой или косвенный) виновного направлен на лишение потерпевшего жизни, а при умышленном причинении тяжкого вреда здоровью отношение виновного к наступлению смерти потерпевшего выражается в неосторожности. И, как отмечается в постановлении Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)», при определении направленности умысла следует исходить из совокупности доказательств, в частности, характеризующих способ и орудие преступления, количество, характер и локализацию телесных повреждений (например, ранения жизненно важных органов человека), а также предшествующее преступлению и последующее поведение виновного и потерпевшего, их взаимоотношения1.

3.6. Анализ следственной практики по определению относимости на обоеновательном уровне

Обобщение следственной практики показывает, что на данном уровне доказывания встречаются следующие недостатки.

а) Не исследована связь орудия преступления с причинением телесных повреждений или иных вещественных доказательств с событием преступления, поэтому относимость не определена или установлена необоснованно.

Так, обвиняемый показал, что телесные повреждения он наносил складным ножом, а у него изъяли и приобщили к уголовному делу в качестве

1 Постановление №1 Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» от 27 января 1999 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1999 -№3. - С. 2.

187

вещественного доказательства кухонный нож. Медико-криминалистическая экспертиза по определению - не кухонным ли ножом причинены телесные повреждения - не проводилась1.

б) Необоснованное включение в систему неотносимых доказательств. Так, по уголовному делу № 7079284 по обвинению Зинчеева С. по ч. 1 ст. 105 УК РФ в качестве вещественного доказательства фигурировал нож, хотя по заключению медико-криминалистической экспертизы (в то время - физико- технической) была исключена возможность нанесения повреждения этим ножом2.

в) Необоснованное исключение доказательств как неотносимых до проверки всех версий по уголовному делу, что по одному из уголовных дел привело к недоказанности вины одного из соучастников. Так, по уголовному делу № 6030241 Котов А. и Гайдукова Л. обвинялись в том, что в процессе совместного распития спиртных напитков с Ондар С. нанесли последней многочисленные повреждения, от которых она скончалась. Гайдуковой Л. вменялось в вину нанесение потерпевшей ударов по голове табуретом (со слов одного из свидетелей). Однако на изъятой в ходе осмотра крышке табурета кровь обнаружена не была, что подтверждается заключением судебно- биологической экспертизы. Следователь вынесла постановление об исключении крышки табурета из числа вещественных доказательств как не имеющей доказательственного значения, а затем уничтожила ее, о чем в деле имеется акт. Труп Ондар С. был эксгумирован, и назначена дополнительная судебно-медицинская экспертиза с целью выяснить: имеются ли на голове и полости черепа трупа телесные повреждения. Судебно-медицинский эксперт ни повреждений, ни кровоизлияний не обнаружил. Несмотря на это следователь, а затем и суд вменили Гайдуковой Л. причинение тяжкого вреда здоровью

Уголовное дело № 25189 по обвинению Кошеренко Н.М. по ст. 103 УК РСФСР. Архив Ленинского районного суда г. Красноярска за 1982 г.

Уголовное дело № 7079284 по обвинению Зинчеева С. по ч. 1 ст. 105 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярск за 2000 г.

188

Ондар С. посредством нанесения ударов табуретом по голове, повлекшим смерть потерпевшей1. В данном случае следователем были исключены из системы доказательств заключение судебно-медицинской экспертизы как недостоверное и табурет как неотносимое. Между тем и вещественное доказательство, и заключение эксперта были относимы, так как опровергали версию о нанесении Гайдуковой телесных повреждений Ондар по голове, а, как было отмечено выше, относимыми являются также доказательства, опровергающие версию.

г) Не в полном объеме исследована причинно-следственная связь, что приводит к сомнениям не только в достоверности, но и относимости отдельных доказательств, включенных в систему. Так, по уголовному делу № 3030993 по обвинению Быченкова Б. по ст. 103 УК РСФСР в заключении судебно- биологической экспертизы было установлена однородность волос, изъятых с места происшествия, с волосами потерпевшего, но оно (заключение) не включено в систему обоснования при составлении обвинительного заключения2.

д) Относимые к делу доказательства не исследованы с точки зрения их системных свойств. В этой связи не исследована форма вины, что привело к неправильной квалификации. Так, обвиняемый Гурьев А. нанес многочисленные телесные повреждения Тетериной деревянным столом, телевизором, пытался уронить на нее холодильник. Согласно упоминаемому выше постановлению Пленума Верховного Суда РФ «По делам об убийстве (ст. 105 УК РФ)» при отграничении неосторожности от умысла по отношению к смерти потерпевшего (а следовательно, квалификация по ч. 4 ст. 111 или по ч. 1 ст. 105 УК РФ) учитываются количество телесных повреждений (значительное), орудие (стол, телевизор), интенсивность (не исследовалась), локализация (бил

1 Уголовное дело № 6030241 до обвинению Котова А., Гайдуковой Л., Шаго О. по ч. 4 ст. 111, ч. 4 ст. 111, ст. 316 УК РФ. Архив Советского районного суда г. Красноярск за 2000 г.

2 Уголовное дело № 3030993 по обвинению Быченкова Б. по ст. 103 УК РСФСР. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 1998 г.

189

по голове), поведение обвиняемого до (ссора с потерпевшей), после совершения преступления (бил, пока Тетерина не потеряла сознание и впала в кому), а также взаимоотношения с потерпевшей (личные неприязненные). По данному уголовному делу такого анализа не проводилось, в результате не определена окончательно форма вины1.

е) Неправильно дается оценка умыслу. Например, по уголовному делу № 1420 по обвинению Томилова Л. и Рябинина В. по п. «а» ст. 102, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 91 УК РСФСР недостаточно детально исследована система доказательств, что привело к неправильному определению умысла (не прямого, а косвенного) .

ж) Не дается оценка отношения между обвинительными и оправдательными доказательствами, поэтому достоверность вывода о виновности лица в инкриминируемом ему деянии вызывает сомнение. Например, по уголовному делу № 6031568 по обвинению Косаревой М. по ст. 111, ч. 4 УК РФ при осмотре места происшествия были изъяты три ножа. Предположительно их относимость к делу определена верно. По заключению судебно-биологической экспертизы на одном из ножей обнаружена кровь, происхождение которой, возможно, от потерпевшего. Однако по заключению медико-криминалистической экспертизы ни одним из изъятых ножей невозможно причинить такие телесные повреждений, какие имелись у потерпевшего. Между тем один из ножей в обвинительном заключении фигурирует в качестве орудия причинения телесных повреждений3.

Уголовное дело № 7029569 по обвинению Гурьева А. по ч. 4 ст. 111. Архив Советского районного суда г. Красноярска за 2000 г.

Уголовное дело № 1420 по обвинению Томилова Л.} Рябинина В. по п. «а» ст. 102, п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 91 УК РСФСР. Архив Красноярского паевого суда за 1965 г. 3 Уголовное дело № 6031568 по обвинению Косаревой М. по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Архив суда Советского районного суда г. Красноярска.

190

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

I. Проведенное исследование позволяет прийти к следующим выводам об особенностях установления относимости доказательств.

Во-первых, определение относимости доказательства, зависит от вида доказательства;

а) определение относимости прямых доказательств обычно не вызывает затруднений, так как связи их с обстоятельствами, подлежащими доказыванию, очевидны; определение относимости косвенных доказательств представляет значительную трудность из-за многозначности их связей с элементами предмета доказывания;

б) определить относимость личных доказательств значительно легче, чем вещественных, особенно на начальном этапе расследования, потому что содержание вещественного доказательства следует расшифровать (декодировать) путем непосредственного изучения следователем или опосредованного (с использованием приборов - научно-технических средств) самим следователем или экспертом и установить связь с промежуточным тезисом или предметом доказывания;

в) относимыми являются как обвинительные, так и оправдательные доказательства, а их конкуренция лежит в основе решения вопроса о доказанности или недоказанности, виновности лица, привлеченного к уголовной ответственности;

г) при определении относимости первоначальных и производных доказательств больше сложностей возникает с производными, так как в этом случае необходима оценка адекватности отображения.

Во-вторых, он зависит от предмета и пределов доказывания: а) предмет
доказывания вариационен, потому что обстоятельства, подлежащие
доказыванию, при расследовании конкретного преступления наполняются содержанием нормы (нескольких норм) уголовного закона, тем

191

самым структурируются и превращаются в программу действий субъекта доказывания. Этим определяется избирательность и целенаправленность процесса установления относимости;

б) круг относимых доказательств определяется отношением между фактическими данными, имеющимися в распоряжении у следователя, и предметом доказывания, что определяет пределы доказывания как границы поиска источников доказательств с целью подтерждения или опровержения версий. Поэтому относимыми будут доказательства как подтверждающие, так и опровергающие существующие версии.

В-третьих, оно определяется тем, что установление относимости есть процесс, в котором можно выделить уровни, на каждом из них решаются свои задачи по определению относимости:

а) в теории доказательств свойства доказательств, в том числе и относимость, исследуются статично как свойства отдельно взятого доказательства;

б) в теории доказывания исследуется процесс установления свойства относимости;

в) процесс установления свойства относимости проходит по тем же уровням, что и процесс формирования доказательств в целом - познавательном, удостоверительном, обосновательном. В этой связи можно говорить о диалектике вывода об относимости доказательства. Так, содержание деятельности по определению относимости на познавательном уровне заключается в необходимости сделать предположительный вывод об относимости к делу фактических данных и проверить его. Значение удостоверительного уровня доказывания с точки зрения установления относимости заключается в том, что, во-первых, после того, как фактические данные удостоверены в установленном порядке, последующая проверка относимости доказательств - это не право, а обязанность следователя, во-вторых, относимость доказательств определяется в том числе
и

192

необходимостью устранения недостатков их процессуального оформления. На обосновательном уровне доказывания достигается достоверное знание об относимости (неотносимости) доказательств посредством анализа доказательств в системе доказательств по уголовному делу.

П. Анализ следственной практики по определению относимости позволяет выделить специфические причины следственных ошибок:

  1. Анализ следственных ошибок проводится безотносительно к отдельным видам преступлений, поэтому теряет важное свойство — практическую значимость.

  2. Преподавание отдельных юридических дисциплин, таких как уголовное право, уголовно-процессуальное право, криминалистика, вне связи между собой не позволяет процесс доказывания рассматривать комплексно, поэтому состав следственных ошибок на протяжении многих лет не меняется.

193

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Конституция РФ.
  2. ПС РФ.
  3. УК РФ.
  4. УПК РСФСР.
  5. УПК РФ (Общая часть). Проект ГПУ Президента РФ//Рос. юстиция. -
  6. -№9.
  7. Уголовно-процессуальный кодекс РФ (Проект). - М., - 1994.
  8. О судебной практике по делам о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья: Постановление №3 Пленума Верховного Суда РФ от 28.04.94 г.//Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по гражданским делам. 2-е изд. - М.51995.
  9. О судебной практике по делам об убийстве (ст. 105 УК РФ): Постановление №1 Пленума Верховного Суда РФ от 27.01.1999//БВС. -
    • №3 - С. 2-4.
  10. О судебной экспертизе: Постановление №1 Пленума Верховного Суда СССР от 16.03.1971 г.//Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. - М., 1997. - С. 53-57.
  11. 10.О судебном приговоре: Постановление №1 Пленума Верховного Суда РФ от 29.04.96 г.//Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. - М., 1997.

11.0 введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз: Приказ МЗ РФ от 10.12. 1996 № 407.

12.Правила судебно-медицинской экспертизы тяжести вреда здоровью: Приказ МЗ РФ № 407 от 10.12.96 г.//0 введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз. - М., 1997.

13.Инструкция Об определении критериев живорождения, мертворождения, перинатального периода. Утв. Приказом МЗ РФ от 04.12.1992г. № 318 «О переходе на рекомендованные Всемирной организацией здравоохранения критерии живорождения и мертворождения».-М., 1992.

194

Н.Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - М., 1964. 15.Арсеньев В.Д. К вопросу об объекте и предмете советского уголовного

процесса и уголовно-процессуального доказывания//Гарантии прав личности

в советском уголовном праве и процессе. - Ярославль, 1981.- С. 28-29. 16.Арсеньев В.Д. К вопросу о предмете и объекте доказывания по уголовным

делам//Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. —

Красноярск, 1987. - С. 24-26. 17.Арсеньев В.Д. Основы теории
доказательств в советском уголовном

процессе. - Иркутск, 1970. 18.Арцишевский Г.В. Выдвижение и проверка следственных версий. - М., 1978. 19.Банин В.А. К вопросу о предмете и пределах доказывания в советском

уголовном процессе/Я1роблемы доказательственной деятельности
по

уголовным делам. - Красноярск, 1987. 20.Барабаш А.С. Сущность уголовного процесса и его роль в формировании

ответственности правонарушителя. - Красноярск, 1997. 21.Барабаш
А.С, Стойко Н.Г. Объект и предмет доказывания//

Организационно-тактические проблемы расследования
преступлений.

  • Красноярск, 1990. - С. 178-186. 22.Белоусов А.В. Процессуальное
    закрепление доказательств при

расследовании преступлений. - М.5 2001. 23.Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 1999.

24.Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. - М., 1966. 25.Бердичевский Ф.Ю, Кочаров Г.И., Степичев С.С. Почему некоторые дела об

убийствах возвращаются на доследование. - М., 1968. 26.Благов Е.В. Общественно-опасные последствия как признак объективной

стороны состава преступления//Проблемы уголовной ответственности и

наказания. - Красноярск, 1995. 27.Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость и достоверность доказательств в

уголовном судопроизводстве//Сов. юстиция. - 1982. - № 3. - С.6.

195

28.Васильев А.Н., Мудьюгин Г.Н., Якубович Н.А.
Планирование и

расследование преступлений. - М., 1957. 29.Веретехин Е.Г. Пробелы предварительного расследования и их восполнение

в суде I инстанции. - Казань, 1988. ЗО.Викторский СИ. Русский уголовный процесс. - М., 1997. 31.Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. - Тула, 2000. 32.Власов В.И. Качество расследования преступлений. - Ульяновск, 1985. ЗЗ.Власова Н.А. Досудебное производство в уголовном процессе. - М., 2000. 34.Воскобитова Л.А.
Гносеологический и аксиологический аспект

доказывания// Актуальные проблемы судоустройства, судопроизводства и

прокурорского судопроизводства и прокурорского надзора. - М., 1986 - С.

96-104. 35.Горский Г.Ф., Кокорев Л. Д., Элькинд П. С. Проблемы доказательств в

советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978. Зб.Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства//

Рос. юстиция. - 1995. - № 8. - С. 39-42. 37.Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в

уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - М., 1996. 38.Гришина Е.П. Достоверность доказательств и способы ее обеспечения в

уголовном процессе: Дис…. канд. юрид. наук. - М., 1996. 39.Громов Н.А., Гущин А,Н. О совершенствовании процессуальных норм,

регламентирующих понятие доказательств в уголовном процессе//

Следователь. - 1998. - №3. - С. 18-20. 40.Давлетов А.А. Основы
уголовно-процессуального познания. -

Свердловск, 1991. 41.Давлетов А.А. Факт, информация, знание в
структуре уголовно-процессуального познания // Правоведение. - 1990. - № 2. - С. 88-92. 42.Дагель П.С., Михеев Р.И. Установление
субъективной стороны

преступления. - Владивосток, 1972.

196

43.Джатиев B.C. Познание и доказывание в уголовном процессе//Правоведение.

      • № б.

44.Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств. - Ростов н/Д, - 1991.

45.Доказывание в уголовном процессе; традиции и современность/Под ред. В.А. Влаеихина. - М, 2000.

46.Дорохов В.Я. Понятие доказательств в советском уголовном процессе//Сов. государство и право. - 1964. - № 9. - С. 108-117.

47.Егоров B.C. Понятие состава преступления в уголовном праве. — М.Воронеж, 2001.

48.Жиряев А. Теория улик. - Дерпт, 1855.

49.3аблоцкий В.Г. О подходе к определению предмета исследования при установлении виновности обвиняемого в совершении преступления /Проблемы доказывания виновности в уголовном процессе. - Красноярск, 1989.-С. 21-32.

50.3ажицкий В. И. О доказательственном праве//Рос. юстиция. — 1995. - № 1. -С. 17- 18.

51.3еленецкий B.C. Объект уголовно-процессуального познания // Вопросы государства и права развитого социалистического общества. - Харьков, 1975.

  • С. 247.

52.3инатуллин 3.3. Возмещение материального ущерба в уголовном процессе. -

Казань, 1974. 53.3инатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993. 54.3олотых В.В. Проверка допустимости доказательств в уголовном процессе. -

М., 1999. 55.Иванов А.П. Проблемы процессуального доказывания. - Ибреси, 1997. 56.Каз Ц.М. Субъекты доказывания в советском уголовном процессе. —

Саратов, 1968. 57.Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе. - Волгоград,

1988.

197

58.Карнеева Л.М. Развитие основных понятий теории доказательств
в

советском уголовном процессе//Соц. законность. - 1978. - № 2. - С, 28-31. 59.Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве.

  • М., 1995. бО.Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс:
    доказательства и

доказывание. - Воронеж, 1995. 61.Колдин В.Я. Уровни уголовно- процессуального доказывания//Сов.

государство и право. - 1974. - № 11. - С. 86-91. 62.Комлев Б. О понятии доказательств/Соц. законность. - 1991. - № 11. - С. 58-

  1. 63.Комментарий первой части ГК РФ. - М., 1995. 64.Корнев Г.П.
    Методологические проблемы уголовно-процессуального

познания. - Н.Новгород, 1995. 65.Костаков А.А. Допустимость и относимость доказательствам. - Л., 1991. бб.Котов Д.П. Мотивы преступления и их доказывание . -Воронеж, 1975. 67.Крысин С.Г.
Теоретические основы оценки средств уголовно-процессуального доказывания: Дис…. канд. юрид. наук. - Ижевск, 1999. 68.Кузнецов Н.П.
Доказывание и его особенности на стадиях уголовного

процесса России: Дис…. д-ра юрид. наук. - Воронеж, 1998. б9.Курс криминалистики. Общая часть/Под ред. В.Е. Корноухова. - М., 2000. 70.Курс криминалистики. Особенная часть/Под ред. В.Е. Корноухова. - М.5

  1. 71.Курс советского уголовного процесса. Общая часть/Под ред. А.Д. Бойкова,

И.И. Карпеца. - М. 1989. 72.Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. - Минск,

  1. 73.Ларин A.M. От следственной версии к истине. - М., 1976. 74.Ларин A.M. Проблемы расследования в советском уголовном процессе:

Автореф. дис…. д-ра юрид. наук. - М., 1970.

198

75.Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. - М., 1966.

  1. Ларин A.M. Расследование по уголовному делу.
    Планирование и

организация. -М., 1970. 77.Логика научного исследования/Отв. ред. П.В. Копнин, М.В. Попович. - М,

  1. 78.Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования. - М.,
  2. 79.Лузгин И.М, Расследование как процесс познания. - М.} 1969. 80.Лупинская П.А. Допустимость доказательств: пора обеспечить единство

судебной практики//Рос. юстиция. - 1998. - №. 11. - С. 23-24. 81.Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости

доказательств//Рос. юстиция. - 1994. - № 11. - С. 2-5. 82.Лугашекая П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости

доказательств по делам, рассматриваемым судом
присяжные//Суд

присяжных: Научно-практич. сб. - М., 1993. - С. 52-63. 83.Лукашевич В.Г. Тактика общения следователя. - Киев, 1989. 84.Маликов М.Ф. Оценка доказательств в правоприменительной деятельности.

-Уфа, 1984. 85.Марфицин П.Г., Николаева Н.М. Поручение
следователя: форма и

содержание//Законодательство и практика. - Омск, 1999. - № 2(3). - С.84- 88. 86.Михайловская И.Б. Относимость доказательств в советском
уголовном

процессе//Сов. государство и право. -1958. - № 12. - С. 119-122. 87.Мясников О. О смягчающих наказание обстоятельствах, не указанных в

законе//Рос. юстиция. - 2001. - № 4. - С. 51 -52. 88.Назаров А. Д.
Проблемы следственных ошибок в досудебных стадиях

уголовного процесса (по материалам Средне-Сибирского региона): Дис.

…канд. юрид. наук. - М., 1999. 89.Назаров А. Д. Следственные ошибки в досудебных стадиях уголовного

процесса. - Красноярск. 2000.

199

90.Некрасов С. Допустимость доказательств: вопросы и решения//Рос.

юстиция. - 1998. - № 1 - С. 9. 91.Никандров В.И. Понятие и классификация доказательств. - Владивосток,

  1. 92.Николаева С.А, Сонис М.А., Гуков Ф.И. Исследование продуктов выстрела

методом люминесцентного анализа в целях установления давности

выстрела/УЭкспертная практика и новые методы исследования. - Вып. 1. -

М., 1986. 93.Ожегов СИ., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка. 4-е изд., доп.

  • М., 1997. 94,Орлов Ю.К. Выводное знание в судебном доказывании и проблемы его

допустимости//Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1980. - № 32. - С. 88-

  1. 95.Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. 96. Орлов Ю.К. О соотношении и содержании понятий истины и достоверности

в судебном доказывании//Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1976. -

№ 25. - С. 127-129. 97.Орлов Ю.К. Структура судебного доказывания
и понятие судебного

доказательства/ЛВопросы борьбы с преступностью. - М., 1978. - Вып. 28. —

С. 86-101. 98.0сипкин В.Н, Рохлин В.И. Доказательства. - СПб., 1998. 99.Перцовский С.Л. Относимость доказательств в советском
уголовном

процессе: Дис…. канд. юрид. наук. - Харьков, 1950.

  1. Панин В.А. Проблемы предмета доказывания и истины в советском уголовном процессе//Доказывание по уголовным делам. — Красноярск, 1986.
  2. Познышев СВ. Доказательства в уголовном процессе. - М.5 1929.
  3. Понамаренков В.А. Проблемы предоставления и использования доказательств в уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. - Саратов, 1998.

200

  1. Рассмотрение дел судом присяжных: Научно-практич. пособие/Отв. ред. В.М. Лебедев. - М., 1998.
  2. Ратинов А.Р. Вопросы познания в судебном доказывании//Сов. государство и право. - 1964. - № 8. - С. 106-108.
  3. Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. - М., 1977.
  4. Решетникова И.В. Доказательственное право США и Англии. - Екатеринбург, 1997.
  5. Рыжаков А.П. Органы дознания в уголовном процессе. - М., 1999.
  6. Рыжаков А.П. Уголовно-процессуальное доказывание: понятие и средства. - М., 1997.
  7. Самищенко С.С. Судебная медицина: Учеб. для юрид. вузов. - М., 1996.
  8. Сахнова Т.В. Регламентация доказательств и доказывания в гражданском процессе//Государство и право. - 1993. - № 7. - С. 54.
  9. Селиванов Н. Противодоказательства в уголовных делах//Соц. законность. - 1987. - № 8. - С. 54-56.
  10. Сибилева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголовном процессе: Автореф. дне. … канд. юрид. наук. — Харьков, 1986.
  11. Сибилева Н.В. Допустимость доказательств в советском уголовном процессе. - Киев, 1990.
  12. Смирнов А.В. Достоверность и вероятность при установлении фактических оснований уголовно-процессуальных решений//Актуальные проблемы юридических доказательств. — Иркутск, 1984. - С. 126-131.
  13. Смородинова А., Зайцева С, Громов Н. Соотношение доказательств и фактов в уголовном процессе//Рос. юстиция. - 1998. - № 11. — С. 24-25.
  14. Смородинова А.Г. Проблемы использования специальных познаний в стадии возбуждения уголовного дела в Российском уголовном процессе: Автореф. дис…. канд. юрид. наук. - Саратов, 2001.
  15. Советский уголовный процесс. - М., 1958.

201

  1. Советское гражданское право: Учеб ./Под ред. В.А. Рясенцева. 4.1. 2- е изд. -М., 1981.
  2. Соловьев А.Б. Причины следственных ошибок/УВопросы укрепления законности и устранения следственных ошибок в уголовном судопроизводстве. - М., 1988.
  3. Соловьев А.Б. Характер, причины и способы устранения ошибок в стадии предварительного следствия. - М., 1990.
  4. Соловьев В.В., Громов Н.А., Николайченко В.В. Доказывание, доказательства и их источники в уголовном процессе: Учеб. пособие. — Саратов, 1995.
  5. Состязательное правосудие. Труды научно-практических лабораторий. — 4.2. Вып. 1.-М., 1996.
  6. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. I: Основные положения науки советского уголовного процесса. - М., 1968.
  7. Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. - М., 1955.
  8. Строгович М.С. Уголовный процессам. - М., 1946.
  9. Теория доказательств в советском уголовном процессе/Отв. ред. Н.В. Жогин. 2-е изд., испр. и доп. - М., 1973.
  10. Тельцов А.П. Проблемы выявления информации о пространственно- временных связях и отношениях в процессе расследования умышленных убийств. - Иркутск, 1992.
  11. Тельцов А.П. Пространственно-временные связи и отношения как атрибут события преступления и их криминалистическое значение. - Иркутск, 1992.
  12. Треупшиков М.К. Относимость и допустимость доказательств в гражданском процессе. - М., 1981.
  13. Трусов А.И. Доказательства в советском уголовном процессе. - М., 1958.

202

  1. Трусов А.И. О допустимости и относимости доказательств // Сов. юстиция. - 1990. - № 14. - С. 14-15.
  2. Турчин Д.А. Теоретические основы учения о следах в криминалистике. -Владивосток, 1983.
  3. Тюхтин B.C. Отражение, системы, кибернетика. Теория отражения в свете кибернетики и системного подхода. - М., 1972.
  4. Уголовное право России. Общая часть: Учеб./Отв. ред. Б.В. Здравомыслов. - М., 1996.
  5. Уголовное право России. Общая часть/Под ред. А.И. Рарога. - М., 1998.
  6. Уголовное право России. T.I. Общая часть/Под ред. А.Н. Игнатова, Ю.А. Красикова. - М., 1998.
  7. Уголовно-процессуальное законодательство Союза ССР и РСФСР. Теоретическая модель/Под ред. В.М. Савицкого. - М., 1990.
  8. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учеб./Отв. ред. П.А. Лупинская. 3-е изд., перераб. и доп. - М., 1999.
  9. Уголовный процесс. Общая часть. - М., 1997.
  10. Уильз У. Опыт теории косвенных улик, объяснений примерами. - М., 1864.
  11. Ульянова ЛХ Оценка доказательств судом первой инстанции. - М., 1959.
  12. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1973.
  13. Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. Т.2. - СПб, 1910.
  14. Францифоров Ю.В., Лубнин В.Н., Громов Н.А. О дискуссионных вопросах в теории доказательств//Государство и право. — 1998. - № 5. - С. 105-106.
  15. Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979.
  16. Хмыров А.А. Некоторые вопросы теории и практики применения косвенных доказательств в расследовании преступлений//Сов. государство и право. - 1965. - № 2. - С. 92-101.

203

  1. Хмыров А.А. О классификации косвенных доказательств//Вопросы борьбы с преступностью. - 1980. - Вып. 32. - С. 71-87.
  2. Хмыров А.А. Основы теории доказывания. - Краснодар, 1981.
  3. Хмыров А.А. О системе доказательств по уголовному делу//Вопросы борьбы с преступностью. - М., 1985. - Вып. 42. - С. 61-72.
  4. Цыпленкова Е.В. Некоторые вопросы организации проверки показаний на месте преступления //Организационно-тактические проблемы расследования преступлений. - Красноярск, 1990. - С. 53-60.
  5. Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. - М., 1951.
  6. Чувилев А., Лобанов А. Плоды отравленного дерева//Рос. юстиция. - 1996.-№11.-С. 47-49.
  7. Шаламов М.П. Теория улик. - М., 1960.
  8. Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. - Тольятти, 1998.
  9. Шейфер С.А. Следственные действия. - М., 1981.
  10. Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. -М.,2001.
  11. Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств советском уголовном процессе. - М., 1972.
  12. Шифман М.Л. Основные вопросы теории советского доказательственного права. -М., 1956.
  13. Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. -М.5 1967.
  14. Эйсман А.А. О понятии вещественного доказательства и его соотношение с понятием доказательств других видов//Вопросы предупреждения преступности. - Вып. 1.- М., 1965.
  15. Эйсман А.А. О формах связи косвенных доказательств//Вопросы криминалистики. - Вып. 11. - М., 1964. - С. 12-30.

204

  1. Эрделевский A.M. Моральный вред и компенсация за страдания. — М., 1998.
  2. Якуб М.Л. Доказательства в советском уголовном процессе/УСоветский уголовный процесс. - М., 1956.

205

ПРИЛОЖЕНИЕ

АНКЕТА

по изучению уголовных дел при расследовании насильственных

преступлений (преступления против жизни и здоровья, преступления

против половой неприкосновенности и половой свободы)

Раздел 1. Вводные положения

Уголовное дело № , за год, архив (района)

г. Красноярска, следователем ,

судья , обвиняемый (ые)

фабула дела

квалификация

Раздел 2. Осмотр места происшествия и определение относимости

2.1. Способы и средства обнаружения следов преступления

2.1.1. Визуальное (непосредственное) обнаружение

следователем (да, нет), следователем с участием

специалиста (какого именно).

2.1.2. Вещества для выявления следов рук (да, нет). 2.1.3. 2.1.4. Вещества для выявления и определения следов крови 2.1.5. (да, нет).

2.1.4. Приборы, способы методики для определения давности наступления смерти (да, нет). 2.1.5. 2.1.6. Фотосъемка (да, нет). 2.1.7. 2.1.8. Видеосъемка (да, нет). 2.1.9. 2.1.10. Иные способы и средства (название). 2.1.11. 2.2. Определение изменений (как основание вероятного решения вопроса об относимости)

2.2.1. Зафиксировано состояние трупа:

  • наличие признака Белоглазова, пятен Ларше (да, нет);
  • определение температуры различных участков тела (да, нет);
  • измерена ректальная температура трупа (да, нет);
  • исследовано трупное окоченение (да, нет);
  • исследована степень выраженности трупных пятен (да, нет), их
  • локализация (да, нет), цвет (да, нет);

  • исследование реакции гладких мышц глаза на химические

(да, нет),

электрические (да, нет) раздражители.

2.2.2. Зафиксировано состояние обстановки места происшествия:

206

_(да, нет);

_(да, нет); _(да, нет);

описание в протоколе

на фотоснимках

на видеосъемке

на схеме

_(да, нет).

(да, нет);

путем измерения

2.2.3. Зафиксировано состояние следов:

(да, нет);

технических

  • след (вид) описание в протоколе
  • след (вид) путем применения
  • средств (каких);

  • след (вид) путем сопоставления с окружающей

обстановкой;

след

(вид) путем измерения и сравнения с

с обстановкой, _(да, нет);

(вид) путем сравнения

другими (да, нет); след

(вид) иные способы

предшествующей совершению преступления

след

(какие).

2.2.4. Зафиксировано перемещение объектов на месте происшествия:

  • объект (объекты) (название) путем

измерения;

  • труп: перемещение трупных пятен (да, нет);
  • следы волочения (да, нет);
  • капли крови (да, нет);
  • следы скольжения (да, нет);
  • иным способом
  • (каким).

2.2.5. Зафиксировано сокрытие следов:

(да, нет);

  • протерты объекты на месте происшествия
  • вымыты полы (да, нет);
  • убийство с инсценировкой
  • путем

самоубийства

самоповешения

сокрытие убийства

иного способа

(признаки); инсценировкой

(каким, признаки).

2.2.6. Зафиксировано качество следов: - определено

    (каким    способом),    что

вещество является кровью определено

(да, нет);

(каким   способом),   что

ранение является огнестрельным (ножевым) (да, нет);

иные способы (какие).

2.2.7. Изъяты с места происшествия:

  • следы крови (да, нет);
  • одежда с упаковкой (да, нет);
  • следы обуви (да нет);

207

  • огнестрельное оружие (да, нет);
  • пули, гильзы (да, нет);
  • холодное оружие (какое) (да, нет);
  • орудия:

  • приспособленные (какие) (да, нет);

  • инструменты (какие)

(да, нет);

  • подобранные на месте происшествия (какие)

    (да, нет);

  • следы пальцев рук (да нет);

выделения (отделения) организма:

  • волосы (да, нет);
  • слюна (да, нет);
  • сперма (да, нет);
  • иные (какие) (да, нет);
  • следы транспортных средств (название)

    (да, нет);

образцы местности

  • растений (да, нет);
  • почвы (да, нет);
  • образцы обстановки (название)

(да, нет).

2.2.8. Версии, выдвинутые следователем

Отработаны в процессе расследования

(описать).

Раздел 3. Освидетельствование потерпевшего (ей) и подозреваемого и определение относимости

3.1. Освидетельствование потерпевшей (его) как следственное действие

3.1.1. Особые предметы (да, нет). 3.1.2. 3.1.3. Следы: 3.1.4.

  • волосы на лобке (да, нет);
  • сперма на теле (да, нет);
  • сперма во влагалище (да, нет);
  • ссадины (да, нет);
  • кровоподтеки (да, нет);
  • раны (да, нет).
  • 3.1.3. Следы на одежде:

  • наслоения:

микроволокна (да, нет);

загрязнения (да, нет);

от близкого выстрела (да, нет);

  • повреждения:

208

локализация (где);

вид: поверхностное, сквозное верхнего слоя, сквозное верха и прокладки (нужное подчеркнуть)

форма (указать);

размеры, особенности краев, концов нитей

(указать);

соответствие особенностей повреждения на одежде и теле

(да, нет). 3.1,4. Изъятие:

  • изъята одежда (да, нет);
  • изъяты следы (какие)
  • (да, нет);

  • изъяты образцы волос:

с лобка (да, нет);

с головы (какой части) (да, нет);

с подмышечной области (да, нет);

подногтевое содержимое (да, нет).

3.2. Освидетельствование подозреваемого, как следственное действие.

3.2.1. Особые приметы (да, нет). 3.2.2. 3.2.3. Следы: 3.2.4. волосы на лобке (да, нет);

сперма на теле (да, нет);

сперма во влагалище (да, нет);

ссадины (да, нет);

кровоподтеки (да, нет);

раны (да, нет).

3.2.3. Следы на одежде.

  • наслоения:

микроволокна (да, нет);

загрязнения (да, нет);

близкого выстрела (да, нет);

  • повреждения:

локализация (где указать);

вид: поверхностное, сквозное верхнего слоя, сквозное верха и прокладки,

верха, прокладки и тела (нужное подчеркнуть);

форма (указать);

размеры, особенности краев, концов нитей (указать).

3.2.4. Изъято:

одежда (да, нет);

следы (какие) (да, нет);

образцы волос:

с лобка (да, нет);

с головы “ (какой части) (да, нет);

209

с подмышек (да, нет);

подногтевое содержимое (да, нет).

Раздел 4. Обыск, выемка и иные способы собирания доказательств

4.1. Обыск, изъято:

  • оружие (да, нет);
  • боеприпасы (да, нет);
  • орудия (да, нет);
  • одежда со следами (да, нет).

4.2. Выемка, изъято: 4.3. 4.4. Задержание (да, нет); 4.5. Личный обыск (да, нет); при личном обыске изъято:

Иные способы собирания доказательств:

Раздел 5. Определение относимости при опосредованном познании

5.1. Ситуации расследования и круг вопросов, поставленных на разрешение судебно-медицинской экспертизы

Исходные данные

(описание) и

круг вопросов

(перечисление). 5.2. Выводы в заключении судебно-медицинской экспертизы

(описание).

5.3. Проведение судебно-биологической экспертизы.

Вид следа (описание)

круг вопросов

(перечисление)

и выводы в заключении экспертизы

(описание).

5.4. Проведение иных видов экспертиз:

следы (описание), вопросы

210

(перечисление),

выводы

(описание).

5.5. Соотношение изъятых следов (см. 2.2.7) и какие были экспертизы проведены __

(перечисление).

Раздел б. Частные системы доказательств и определение относимости (соотношение доказательств по уголовному делу и обвинительное заключение).

6.1. Анализ частной системы доказательств по обоснованию, что именно лицо, привлеченное к уголовной ответственности, совершило преступление

6.1.1. Признание обвиняемым, что он совершил преступление (да,

нет) и система других доказательств

(описать  какие),

наличие (отсутствие) противоречий

(каких),

соотношение относимости и допустимости доказательств

 (использование доказательств способом  предусмотренным   УПК

РСФСР).

6.1.2. Отрицание виновности обвиняемым и анализ системы доказательств, нахождение его на месте совершения преступления

     (содержание     доказательств,     описание),      наличие

противоречий в системе

(каких), соотношение относимости и допустимости доказательств

     (анализ      соотношения,

способы получения доказательств).

Во время совершения преступления

(содержание доказательств, описание), наличие

211

противоречий в системе

(каких), соотношение относимости и допустимости доказательств

(анализ соотношения,

способы получения доказательств).

6.1.3. Выдвижение оправдательных доказательств (в том числе алиби) по направленности:

в отношении ложных свидетельских показаний

(да, нет, в чем конкретно описание); - в отношении мотивов совершения преступления

(анализ, развитие криминальной ситуации, взаимоотношений между потерпевшим и обвиняемым); - в отношении умысла (описание)

выдвинуто алиби: смешение

  • во времени

    (описание);

  • по месту

    (описание);

присутствие

(описание).

6.2. Доказывание объективной стороны состава преступления и анализ относимости в системе

6.2.1, Стадии совершения:

  • подготовительная

    (в чем выразилось);

  • посткриминальное поведение

(в чем выразилось)

(система доказательств).

6.2.2. Преступное действие:

  • физическое воздействие _^

    (в чем выразилось)

и анализ системы доказательств

212

(наличие (отсутствие) противоречий, относимость и допустимость доказательств);

  • психологическое воздействие

(наличие (отсутствие) противоречий, относимость и допустимость доказательств).

Проведено ли разграничение физического или психического

воздействие между членами группы (да, нет)

(какие  недостатки).

Имущественный вред_

(норма права - доказано ли в процессе расследования,

недостатки в установлении суммы ущерба). 6.2.3. Преступное бездействие:

  • прямое указание закона или какого-либо другого нормативного акта

    (да,

нет); выписки из

(описание);

выполнение служебных, профессиональных функций, в силу родственных и иных личных взаимоотношений (нужное подчеркнуть)

(описание);

обусловлено предшествующей деятельностью, когда лицо само поставило правоохранительные интересы в опасное состояние, т.е. создало угрозу возникновения вредных последствий

(описание) ,

В ситуации такого рода лицо должно было предотвратить наступление

общественно опасных последствий (были ли осуществлены такие

действия, да, нет):

  • имелась ли у лица реальная возможность предотвратить общественно- опасные последствия

(да, нет, как отражено в обвинительном заключении); - вина (да, нет).

213

Виды преступного бездействия: уклонение, неоказание помощи, психологические, приказы (нужное подчеркнуть).

6.2.4. Способ совершения преступления

(анализ системы доказательств) Соотношение способы , цели и преступного результата

(анализ системы доказательств, свидетельствующих об относимости доказательств).

6.2.5. Средства и орудия совершения преступления и их относимость:

  • орудие

(какое, сопоставление с тем, что изъято);

  • экспертиза (какая)

(выводы);

  • орудие (какое) доказана
    принадлежность

обвиняемому (опознание, да, нет);

оружие (какое) определение свойств
при

производстве;

экспертизы (какой);

относится к оружию: огнестрельному, холодному, боеприпасам, взрывчатым веществам (нужное подчеркнуть);

  • иные средства совершения преступления

(какие, перечислить).

6.2.6. Стадии совершения преступления и связь фактов с преступным деянием, свидетельствующая об относимости доказательств:

  • подготовка - криминальная ситуация - мотив совершения преступления система оправдательных доказательств

(анализ взаимосвязи);

  • подготовка - время, место, обстановка совершения преступления

(анализ взаимосвязи пространственно-временных отношений, указывающих на наличие причинной связи);

  • совершение преступления и посткриминальное поведение

214

(анализ доказательств, свидетельствующих о деятельном раскаянии, о наличии смягчающих обстоятельств).

6.2.7. Причинение имущественного, физического, морального вреда. 6.2.7.1. Общее обоснование (доказанность вреда и анализ соотношения доказательств как основания их относимости в системе):

вред (какой), характер и степень

общественной опасности действия и способа

(описание);

характер объекта и предмета преступного посягательства

(описание);

условия действия (бездействия)

(какие, описание);

соотношение необходимости и случайности

(описание);

тяжесть преступных последствии

(указать);

тяжесть вреда по УК

(описание).

6.2.7.2. Личный вред:

  • физический ( ст. УК РФ).
  • способ доказывания
  • (производство экспертизы, освидетельствования, иные — указать);

  • моральный (описания, ст. УК РФ),
  • способ доказывания

(описать).

6.2.7.3. Имущественный ущерб

способ доказывания

(описать, ст. УК РФ),

(описать).

Преступное обогащение (размер, ст. УК РФ),

способ __^ доказывания

(описать).

215

Непрерывность причинения вреда

(описать); доказывание

(установление временных и пространственных границ). 6.2.7.4. Особенности доказывания наличия вреда

(угроза или возможность причинения вреда); способ доказывания

(описать).

6.2.8. Причинная связь и система доказательств

(описать).

6.2.8.1. Единство совершения действия и наступления результата

(система доказательств).

6.2.8.2. Угроза или возможность причинения вреда

(описать систему доказательств). 6.2.8.3. Действия и последствия:

  • причина (описать);
  • пространственно-временная связь (связь);
  • условия (описать);
  • необходимость и случайность в развитии

    (описать) .

6.3. Доказывание субъективной стороны

6.3.1. Совокупность фактических обстоятельств.

6.3.1.1. Обстоятельства, относящиеся к характеру деяния:

(орудия, средства, способы - описать). Объект преступного посягательства

(объект приложения силы).

216

Интенсивность действия

(описать).

Силы и возможности субъекта довести преступление до конца

(описать).

Причина наступления результата

(описать).

Поведение лица до

(описать), во время

(описать), и после

(описать) совершения преступления.

Проявление субъектом своих намерений

(описать).

Наличие и количество соучастников

(описать).

Наличие и характер подготовительных действий

(описать).

6.3.1.2. Обстоятельства, характеризующие обстановку совершения преступления:

  • место совершения

    (описать) ;

  • время совершения

    (описать) ;

  • конкретную ситуацию совершения преступления

217

(описать);

  • характер взаимоотношений обвиняемого и потерпевшего до

(описать)

во время

(описать);
  • повод к совершению преступления

    (описать);

  • причины и условия, способствовавпгае совершению преступления

(указать).

6.3.1.3. Обстоятельства, характеризующие обвиняемого:

  • социально-демографические признаки личности

    (описать);

  • нравственно-психологические качества личности

    (описать);

  • поведение субъекта в различных сферах жизни

    (описать);

  • психофизиологические особенности

    (описать) ;

  • наличие или отсутствие особых психических состояний и различных

психических и соматических аномалий

(описать) ;
  • наличие специальных познаний, опыта, навыков

    (описать) ;

  • возрастные особенности

    (описать) .

6.3.1.4. Признаки субъективной стороны:

Вина: интеллектуальный момент

(описать) ;

волевой момент

(описать) .

Формы вины.

Умысел (да, нет):

прямой умысел:

  • лицо осознавало преступный характер своих действий

    (описать) ;

  • предвидело возможность наступления преступных последствий

    (описать) ;

  • желало наступления преступного результата

    (описать) ;

косвенный умысел:

  • лицо осознавало преступный характер своих действий

218

(описать);
  • предвидело наступление общественно-опасных последствий

    (описать);

  • сознательно допускало наступление указанных последствий либо

относилось к их наступлению безразлично

(описать).

Неосторожность и ее виды:

а) легкомыслие

(описать);

Ь) небрежность_

критерий (описать);

критерий (описать).

Преступление с двумя формами вины

(описать); мотивы

(описать);

цели

(описать).

6.3.1.5. Программа установления субъективной стороны:

  • содержание психического отношения субъекта к совершенному

общественно опасному деянию

(описать способ доказывания); - мотивы и цели

(описать способ доказывания);

  • наличие или отсутствие обстоятельств, исключающих виновность деяния: исполнение приказа, неправильное поведение потерпевшего (подчеркнуть);
  • осознавал или не осознавал обвиняемый преступный характер своего
  • деяния (способ

доказывания), форма вины : (способ

доказывания);

  • умыселюпределенныи, неопределенный, простой, альтернативный (подчеркнуть).

6.4. Ходатайства, заявленные адвокатом

  • В ходе предварительного следствия

(описать).

219

  • При выполнении требований ст. 201 УПК РСФСР

& (описать).

6.5. Судебное разбирательство

6.5.1. Уголовное дело возвращено для производства дополнительного расследования

в стадии назначения судебного заседания

(основания) .

6.5.2. Ходатайства в ходе судебного разбирательства направлены на

(указать).

6.5.3. Приговор суда:

  • оправдательный

(основания, мотивы); - обвинительный

(основани я, - обвинение мотивы); подтверждено, частично исключены эпизоды

(описать);

  • изменена квалификация (основание);

  • уголовное дело возвращено для производства
    дополнительного расследования

(основания, описать).