lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Нгуен Дак Хоан. - Следователь в уголовном процессе Вьетнама: Дис. ... канд. юрид. наук :. - СПб., 2001 183 с. РГБ ОД, 61:02-12/778-5

Posted in:

<Я:0?-1&/(2??-5

САНКТ-ПЕТЕРБУРСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

Нгуен Дак Хоан

Следователь в уголовном процессе Вьетнама

Специальность 12.00.09 — уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

диссертации

на соискание ученой степени кандидата юридических наук

U.

Науч ный р>тко водит елъ:

докто р юрид ическ их наук, профе ссор

Алекс андро в Алекс ей Ивано вич

Санкт-Петербург

2001

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ - 3

ГЛАВА I. СЛЕДОВАТЕЛЬ КАК СУБЪЕКТ УГОЛОВНО- ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 9

§ 3. История развития института предварительного следствия

в уголовном процессе Вьетнама 9

§2. Процессуальная функция следователя. 18

§ 3. Взаимоотношения следователя и прокурора 37

§ 4. Взаимоотношения следователя и органов дознания 54

ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ ОРГАНОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО

СЛЕДСТВИЯ В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ РФ И СРВ 70

§ 1. Системы следственных органов предварительного следствия

в уголовном процессе РФ и СРВ ….70

§ 2. Особенности полномочий следователя в уголовном процессе

в СРВ и РФ 96

ГЛАВА III. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СЛЕДОВАТЕЛЯ

В СТРАНАХ ЕВРОПЫ И США ……108

§ 1. Следователь в уголовном процессе Европы 108

§ 2. Следователь в уголовном процессе Соединенных Штатов

Америки 129

ГЛАВА IV. ПЕРСПЕКТИВА РАЗВИТИЯ ОРГАНОВ

ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ В СРВ …143

§ 1. Презумпция невиновности в уголовном процессе Вьетнама и

необходимость дальнейшего развития этого принципа…………. 143

§2. Путь дальнейшего совершенствования работы следователя 155

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 170

БИБЛИОГРАФИЯ 172

ПРИЛОЖЕНИЯ …..181

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы диссертации. В уголовном процессе следователь - это основной субъект доказывания, лицо, отвечающее за ход и результаты расследования по уголовному делу. Являясь представителем власти, следователь должен полно, объективно и всесторонне исследовать обстоятельства дела, собрать, проверить и оценить все имеющие значение для дела доказательства, выявить событие преступления и обнаружить и привлечь к уголовной ответственности лиц, виновных в совершении преступления, а также принять меры к предупреждению преступлений.

Деятельность следователя является чрезвычайно трудным и важным делом, направленным на защиту интересов личности, общества и государства от преступных посягательств. При этом необходимо использование совершенных средств и методов своевременного обнаружения, расследования и профилактики преступлений, чтобы полностью установить обстоятельства происшедшего преступного события и обеспечить справедливое наказание виновным и, в тоже время, недопущение привлечения к уголовной ответственности невиновного.

К сожалению, во Вьетнаме роль и положение следователя не получили должного теоретического освещения. Прошло более десяти лет со дня введения в действие нового уголовно-процессуального кодекса, но многие его положения, в том числе о процессуальном положении следователя, остаются без надлежащего осмысления и научного анализа. До сих пор у нас нет ни одной монографической работы, посвященной этому вопросу. Несколько статьей в периодической печати - этим по сути дела исчерпывается вся вьетнамская литература о статусе следователя.

Нужны глубокие исследования процессуальных функций и положения следователя в уголовном процессе Вьетнама.

4

Современное вьетнамское законодательство во многом восприняло опыт Советского Союза и Российской Федерации. В УПК СРВ есть немало принципов, институтов и отдельных норм, совпадающих или близких по смыслу с теми, которые имеются в УПК РСФСР. Это относится и к процессуальному институту предварительного следствия. Естественно, что формирующаяся во Вьетнаме уголовно-процессуальная наука тщательно изучает творчество советских и российских юристов, критически использует все ценное, что создано теорией и практикой правосудия в странах СНГ. Изучение зарубежного права «открывает перед юристом новые горизонты, позволяет ему лучшие узнать право своей страны, ибо специфические черты этого права особенно отчетливо выявляются в сравнении с другими системами»1.

В конце 80-х и начале 90-х годов во Вьетнаме реализована политика обновления страны, укреплена демократия, расширены связи и сотрудничество с другими государствами во всех областях жизни. В мировой уголовной юстиции выделяются две основные модели досудебного производства: англо-американская и континентальная (французская). Изучение этих моделей, структуры и движения уголовного процесса позволяет развивать основы теории и практики уголовно- процессуального судопроизводства во Вьетнаме и усовершенствовать, в частности, систему следственных органов с целью повышения качества следствия.

Степень разработанности темы. В той или иной степени отдельные аспекты рассматриваемой в настоящей диссертации проблемы исследовались в трудах таких ученых-процессуалистов, как Во Тхо, Ле Хуен Тхонг, Нгуен Дык Тхуан, Нгуен Куок Тхи, Нгуен Мань Кханг, Нгуен Суан Уем, Нгуен Тхи Бак, Нгун Хи Дык, Фам Хонг Хай, Чан Динь Нья, А. А. Власов, Л. В. Головко, В. Громов, А. П. Гуляев, В. Даневский, Н. В. Жогин, С. Д. Игнатов,

См.: Ансель М. Методологические проблемы сравнительного права. В сб.: Очерки сравнительного права. М.: Прогресс, 1981. С. 38.

s

В. В. Найденов, В. В. Новик, 3. М. Онищук, С. В. Родионов, Д. М. Руднев, Ф. Н. Факуллин, С. И. Цыбов и других ученых.

Объекгтом исследования являются общественные отношения, складывающиеся между следователем и другими субъектами уголовно-процессуального производства в сфере процессуального регулирования предварительного расследования.

Предметом исследования являются: процессуальное положение следователя по законодательству Вьетнама при взаимодействии с другими субъектами уголовного процесса; основные проблемы, возникающие в процессе осуществления следователем уголовно-процессуальной деятельности по обнаружению и расследованию преступлений, привлечению к уголовной ответственности виновных.

Цели исследования заключаются в следующем:

  • изучение и анализ (с учетом действующей Конституции Вьетнама, УПК СРВ и основных нормативных актов Вьетнама, концепции развития уголовно-процессуального законодательства, с привлечением теоретических положений правовой науки, положительного опыта, в т.ч. иностранных государств) природы полномочий и функций следователя - их понятия, сущности;

  • разработка на этой основе наиболее важных положений и методических рекомендаций, направленных на совершенствование деятельности следственных органов по обнаружению и расследованию преступлений.

Эти цели достигаются путем решения ряда частных задач, к числу которых относятся:

  • исследование уголовно-процессуальных функций, осуществляемых следователем;

  • решение вопроса о месте следственного аппарата в системе государственных органов;

6

  • законодательное закрепление самостоятельности следователя при производстве предварительного следствия;

  • обоснование необходимости усиления судебного контроля за производством предварительного следствия;
  • формулирование на основе достижений юридической науки и обобщения следственной практики предложений по совершенствованию уголовно- процессуального законодательства в части организации предварительного расследования.
  • Методологическая основа и эмпирическая база исследования,

Методологическую основу исследования составляют: общенаучный диалектический метод, а также исторический, сравнительно-правовой, формально- логический, социологический, статистический и другие частно-научные методы исследования.

Источниками исследования являются работы ученых-процессуалистов современного Вьетнама, России, стран Европы и США, Конституция Вьетнама, Конституция России, Уголовно-процессуальный кодекс Вьетнама, УПК РСФСР, УПК других стран. Уголовный кодекс Вьетнама, Уголовный кодекс России, Основы уголовного судопроизводства союза ССР и союзных республик 1958 г.. Устав уголовного судопроизводства России 1864 г., также другие законы и различные нормативные акты по настоящей теме.

Научная новизна, теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования. Новизна предпринятого

диссертационного исследования заключается в том, что это исследование является первой во Вьетнаме монографической работой, в которой на основе сравнительного анализа с иностранными уголовно-процессуальными законодательствами изучаются роль и положение следователя во вьетнамском уголовном процессе. До сих пор в научных статьях либо в монографиях по другим проблемам исследовались отдельные вопросы этой

7

темы, в силу чего она оставалась освещенной не системно, отрывочно и не полно.

Основные положения, выносимые на защиту. На защиту выносятся следующие положения:

  1. Выдвинут и обоснован вывод об относительной самостоятельности следственных органов в системе иных органов государства, выявлена связь между государственно-правовым положением следственных органов и полномочиями следователя.
  2. Раскрыты понятия сущности и содержания системы полномочий следователя.
  3. Сформулировано понятие процессуальной самостоятельности следователя, дана развернутая характеристика института процессуальной самостоятельности следователя, раскрыто содержание этого института и определены его гарантии.

  4. Понятие уголовно-процессуальных функций, возникшее в теории уголовно-процессуального права для характеристики типа уголовного процесса, может рассматриваться применительно ко всей уголовно- процессуальной системе в целом, когда за исходный элемент принимается обвинение, соответственно требующее наличия защиты и разрешения дела.
  5. Несмотря на то, что деятельность следователя, осуществляющего полномочия на самостоятельной стадии процесса, внешне сходна с деятельностью судьи и осуществляется на основе общих положений ст. 20 УПК РСФСР, ст. 11 УПК СРВ, но она протекает при других процессуальных условиях и направлена к достижению собственных задач. Следователь выполняет в уголовном процессе самостоятельную функцию предварительного расследования, заключающуюся в полном, объективном, всестороннем исследовании всех обстоятельств уголовного дела.
  6. С учетом европейского и отечественного опыта во Вьетнаме должен быть сохранен смешанный тип уголовного процесса, являющийся наиболее

8

оптимальным в соблюдении баланса между интересами личности, общества и государства в борьбе с преступностью, при условии его реформирования в соответствии с демократическими принципами.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения и списка использованной литературы.

9

ГЛАВА I. СЛЕДОВАТЕЛЬ КАК СУБЪЕКТ УГОЛОВНО- ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

§ 1. История развития института предварительного следствия в

уголовном процессе Вьетнама

Провозглашение Конституцией Российской Федерации (ст. 11) и Конституцией Вьетнама (ст,50) прав и свобод человека высшей ценностью, возведение в конституционный ранг права граждан на судебную защиту и доступ к правосудию (ст.ст.46, 52 Конституции РФ), (ст.ст.72, 74 Конституции Вьетнама) повышают ответственность правоохранительных органов за выполнение возложенных на них задач. В первую очередь это касается уголовно- процессуальной деятельности, призванной обеспечить раскрытие каждого преступления, защиту и восстановление нарушенных прав и интересов граждан, справедливое наказание лиц, виновных в совершении преступных действий. Важная роль в решении указанных задач принадлежит следователю. Закон возлагает на следователя сложные и ответственные задачи, вытекающие из общих задач УГОЛОВНОГО судопроизводства (ст. 1 УПК СРВ, ст. 2 УПК РСФСР).

Современное вьетнамское законодательство во многом восприняло опыт Советского союза и Российской Федерации. УПК СРВ имеет немало принципов, институтов и отдельных норм, совпадающих или близких по смыслу с теми, которые заложены в УПК РСФСР. Это относится и к институту предварительного следствия. Естественно, что формирующаяся во Вьетнаме уголовно- процессуальная наука тщательно изучает творчество советских и российских юристов, критически использует все ценное, что создано теорией и практикой правосудия в странах СНГ.

10

История вопроса - это начало его решения. В связи с этим представляется важным обратиться к истории становления и развития предварительного следствия во Вьетнаме с тем, чтобы использовать накопленный опыт, все лучшее, что дала следственная практика.

В своем развитии уголовно-процессуальное законодательство Вьетнама прошло 3 этапа: первый — до 1945 г., второй - с 1945 г. по 1975 г., третий - с 1975 г. по настоящее время.

На первом этапе действовали сначала феодальные законы, потом французские колониальные законы. В период с 1858 г. до Августовской революции 1945 г. французские колонизаторы установили и сохраняли свое господство во Вьетнаме в трех частях: в Тонкине (северная часть), в Аннаме (средняя часть), в Кохинхине (южная часть). В каждой части страны существовало свое законодательство с присущими ему особенностями.

В результате Августовской народно-демократической революции в 1945 г. была образована Демократическая Республика Вьетнам. С первых дней своего существования молодой республике пришлось вести войну сопротивления против французских колонизаторов, которая закончилась подписанием Женевских соглашений 1954 г. по Индокитаю. Эти соглашения предусматривали прекращение военных действий в странах Индокитая и создание условий для дальнейшего мирного развития этих стран.

Однако, отказавшись от подписания Женевских соглашений 1954 г. по Индокитаю, США стали проводить политику, направленную на раскол Вьетнама и установление в нем своего неоколониального господства. При американской поддержке 26 октября 1955 г. на Юге была образована Республика Вьетнам. Страна опять оказалась разделена на две части -Север и Юг. Отныне Север и Юг Вьетнама имели различный социально-экономический строй. Вьетнамскому народу пришлось вести еще одну

11

длительную войну против неоколониализма за воссоединение и независимость.

В то сложное время становление и развитие уголовного судопроизводства и института предварительного следствия имели свои особенности, соответствующие условиям развития страны и правосознанию данного периода.

Во время Августовской революции союз вьетнамских народов принял постановление об организации национально-освободительных комиссий, в котором были указаны основные задачи, в частности:

охрана общественной безопасности и борьба с преступниками;

рассмотрение дел о конфликтах, происходящих в жизни населения.

19 августа 1945 г. была создана Народная милиция. Указ № 23 о Народной милиции от 21 февраля 1946 г. установил, что поиск и сбор информации, относящейся к политической безопасности, расследование уголовных дел производятся следственными комиссиями Народной милиции.

Через неделю после победы революции, вместе с созданием следственных комиссий Народной милиции был принят приказ № 13 «О суде» от 8 сентября 1945 г., потом приказ «О военных трибуналах» от 14 февраля 1946 г.

В период с 1945 г. до принятия Конституции 1959 г. во вьетнамском уголовном процессе обвинительная функция принадлежала суду, а функция расследования уголовных дел осуществлялась следственными органами Народной милиции. В уголовном процессе применялись нормативные акты, которые регламентировали лишь общие положения деятельности по расследованию уголовных дел.

После принятия Конституции 1959 г. и закона «Об организации прокуратуры» от
26 июля 1960 была создана система органов

См., История государства и права, Ханой, 1983.С. 32 (на вьет. яз.).

12

прокуратуры, в структуре которой существовали следственные органы прокуратуры.’

В этом Законе «Об организации прокуратуры» от 26 июля I960 г. была установлена роль прокурорского надзора за процессом расследования уголовных дел, однако не регламентировались взаимоотношения между следственными органами и прокурорами”.

28 июля 1963 г. на совместном заседании Генеральной прокуратуры и Министерства общественной безопасности (МОБ) был принят приказ № 427, в котором по-прежнему не определялось, как поступать в случае несогласия следователя с указаниями прокурора.

В трудных условиях военных лет в законодательстве Вьетнама не было уголовно- процессуального кодекса, а деятельность следственных органов регулировалась уголовно-процессуальными нормативными актами. На их основе расследование уголовных дел (кроме некоторых категорий дел, требовавших взаимодействия следственных органов МОБ и Прокуратуры) осуществлялось следственными органами МОБ.

Статьей 2 главы 1 Приказа № 427 от 28 июля 1963 г. установлены принципы, определяющие взаимоотношения между прокуратурой и следственными органами МОБ. В соответствии с задачами этих ведомств, следственные органы МОБ стали расследовать все преступления о государственной безопасности, а также ряд других преступлений. На органы прокуратуры был возложен надзор за расследованием уголовных дел, а также расследование некоторых категорий преступлений.

В начале 70-х годов создаются правовые условия для расследования следователем МОБ преступлений, относящихся к категории нетяжких. Так, если преступник застигнут на месте преступления, есть неопровержимые доказательства его вины, то в течение 3-х суток следственные органы

См., ч. «б» ст. 3 и ч, «с» ст. 15 Закона об организации Прокуратуры от 26 июля 1960 , 2 См., Нгуен Мань Кханг. Некоторые размышления о предварительном следствии в уголовном процессе Вьетнама, Государство и Право. № 4, 1982. С. 33 ( на вьет. яз.).

13

должны направлять дело в прокуратуру, а прокурор или его заместитель, утвердив обвинительное заключение, направляет дело в суд без уведомления об этом обвиняемого.

Следственные органы МОБ могли приступить к производству расследования по заявлениям граждан, сообщениям милиции, должностных лиц и учреждений, по постановлению народного суда, а также по своему усмотрению при непосредственном обнаружении признаков преступления.

Следственные органы наделялись правом требовать содействия со стороны милиции, уголовного розыска и других учреждений. Они возбуждали и прекращали уголовные дела, избирали и изменяли меру пресечения, выносили постановления о предании обвиняемого суду.

Прокуратура, осуществляя надзор за производством расследования уголовных дел, могла давать указания и разъяснения органам следствия по некоторым процессуальным вопросам, например, по вопросу о мере пресечения.

В 1975 г. Север и Юг Вьетнама объединились, что привело к образованию Социалистической Республики Вьетнам (СРВ). После образования СРВ в своем процессе становления и развития уголовно-процессуальное законодательство Вьетнама во многом восприняло богатый опыт Советского Союза.

В конце 70-х и начале 80-х годов Центральный Комитет Компартии и Совет Министров СРВ приняли специальное постановление, предусматривающее проведение ряда мероприятий, направленных на совершенствование деятельности следственных органов. Затем были приняты новые законы и приказы, регулирующие деятельность органов, ведущих расследование уголовных дел.!

См., Закон об организации суда от 13 июля 1981 г,

Закон об организации прокуратуры от 13 июля 1981 г.

14

Эти нормативные акты установили, что следственными органами MOB осуществляется расследование уголовных дел, и они несут ответственность за свои действия в ходе расследования. Прокуратурой осуществляется надзор за расследованием и за соблюдением законности следственными органами МОБ и реализуется обвинительная функция в суде. Следствие заканчивается, когда следственные органы, составив отчет о следствии, ходатайствуют о передаче уголовного дела в суд или когда они прекращают следствие. В случае, когда следственные органы ходатайствуют о передаче дела в суд, дело направляется вначале в прокуратуру. Право возбуждения уголовных дел имели следственные органы Прокуратуры и МОБ уездов, провинций, городов, а также высших звеньев.

Данные положения, установленные уголовно-процессуальным законом, представляли собой основные предпосылки для создания ныне действующего уголовно-процессуального кодекса.

До создания УПК Вьетнама 1988 г. правонарушения в деятельности органов, осуществляющих уголовное судопроизводство, выражались в основном в следующих действиях: незаконное применение мер пресечения (например, арест; временное задержание; временное заключение); привлечение невиновных к уголовной ответственности; осуждение невиновных. По статистическим данным, во Вьетнаме в 1987 г. были привлечены к уголовной ответственности и осуждены 157 невиновных человек, некоторым из них было назначено наказание в виде лишения свободы сроком до 20 лет, некоторым - смертная казнь.1 В тот период из всего количества задержанных, арестованных и лиц, заключенных под стражу, только 30 % было привлечено к суду.”

Совместный приказ о расследовании, обвинении и разбирательстве в суде Прокуратуры, МОБ и Министерства юстиции от 22 декабря 1982 г. Совместный приказ № 1-ТТ/ ЛВ Прокуратуры и МОБ от 23 января 1984 г. См.. НГУН Куок Тхи. «Нян зал», 10 августа 1988. ( на вьет. яз.). “ См., Нгуен Бхи Бак. Архив Генеральной прокуратуры, ( на вьет, яз.)

15

До принятия УПК СРВ предварительное расследование производилось только следственными органами МОБ. Во Вьетнаме в состав МОБ входят Народная милиция и Народные силы безопасности. Поэтому в структуре органов общественной безопасности находились следственный аппарат Народной милиции и следственный аппарат Народных сил безопасности.

За истекшие годы сделано немало. На вооружение следственных органов поступили новые, более совершенные средства криминалистической техники, повысился уровень подготовки следственных кадров. В милицейском институте и институте государственной безопасности созданы следственные факультеты. В юридических научно- исследовательских институтах Вьетнама проводятся исследования методов расследования преступлений, научной организации труда следственных работников, использования научно-технических средств.

Первый УПК СРВ был принят на третьей сессии Национального собрания 28 июня 1988 года. УПК определил функции, задачи, права и обязанности органов, ведущих уголовный процесс.

4 апреля 1989 года Государственным советом был принят Закон «Об организации расследования по уголовным делам», который содержал правила о системе, структуре следственных аппаратов и об их деятельности по осуществлению расследования. Кроме системы органов внутренних дел, созданы следственные органы в прокуратуре и в других ведомствах. Закон определил последовательность и процедуру возбуждения и расследования уголовного дела, привлечения граждан к суду, судебного разбирательства уголовных дел. Расследование уголовного дела стало самостоятельной стадией уголовного процесса.

В уголовно-процессуальном законодательстве СРВ расследование уголовного дела не указывается как предварительное расследование. Но

16

стадия расследования следует непосредственно за стадией возбуждения уголовного дела. Ее содержанием является деятельность органа дознания, следователя и прокурора, направленная на то, чтобы с помощью производства следственных действий по сбору доказательств, быстро и полно раскрыть преступление, всесторонне и объективно установить обстоятельства дела, изобличить виновных в совершении преступления, обеспечить привлечение их к уголовной ответственности, подготовить материалы уголовного дела для судебного разбирательства.1

Расследование называется предварительным потому, что оно осуществляется до судебного разбирательства дела, в ходе которого, как известно, решается вопрос о виновности лица в совершении преступления и ему назначается наказание за совершенное деяние. С принятием УПК СРВ в системе и структуре следственных органов произошли коренные изменения. В уголовно-процессуальном законодательстве Вьетнама теперь определено процессуальное положение следователя как субъекта уголовного процесса.

В уголовном процессе Вьетнама закон не предусматривает две формы расследования: дознания и предварительного следствия. Поэтому при рассмотрении вопроса о системе и структуре следственных органов необходимо различать форму, в которой следует проводить предварительное расследование.

Исходя из опыта зарубежных стран, следует отметить, что в теории и на практике деление формы предварительного расследования на дознание и предварительное следствие имеет большое значение в улучшении качества расследования уголовных дел, способствует быстрому и полному раскрытию преступлений, соблюдению законности в деятельности органов, ведущих расследование.”

^ См., Уголовный процесс. Под редакцией Гуценко К.Ф. М., 1998. С. 193.

” См., Нгуен Мань Ханг. Некоторые размышления о предварительном следствии в

уголовном процессе Вьетнама, Гос-во и Право. № 4, 1982. С. 34 ( на вьет. яз.).

17

В уголовном процессе Вьетнама предварительное расследование также может осуществляться в двух формах, как и в уголовном процессе России.

Первой формой является производство предварительного расследования следственными органами, которые по действующему вьетнамскому уголовно- процессуальному законодательству существуют в прокуратуре. Народной милиции. Народных силах безопасности и в Народной армии (ст. 92 УПК и ст. 1 Закон об организации расследования уголовного дела СРВ).

При сравнении с уголовно-процессуальным законом РФ форма деятельности перечисленных следственных органов совпадает с формой предварительного следствия в РФ.

Второй формой является деятельность других органов, к которым относятся следственные органы погранвойск, таможни, лесной охраны, другие органы Народной милиции. Народных сил безопасности и Народной армии (ст. 93 УПК и ст. ст. 1, 27, 28, 29 Закон об организации расследования уголовного дела СРВ). Предварительное расследование, производимое этими органами во Вьетнаме, аналогично дознанию в России.

Таким образом, предварительное следствие по уголовным делам в уголовном процессе Вьетнама с учетом подследственности производится следственными органами прокуратуры, МОБ (в составе МОБ следственные органы существуют и в Народной милиции, и в Народных силах безопасности) и Народной армии (ст. 92 УПК и ст. 1 Закон об организации расследования уголовного дела).

В своих взаимоотношениях с судами, прокуратурой, органами дознания и иными органами власти следователи руководствуются УПК, законами, указаниями Государственного совета СРВ. В последние годы кадровый состав
следственного аппарата значительно обновился; на

18

следственную работу в прокуратуру и органы внутренних дел пришло большое число выпускников высших юридических и специальных учебных заведений.

Во вьетнамском действующем уголовно-процессуальном законодательстве УПК занимает особенное место, так как он регламентирует последовательность и процедуру возбуждения уголовного дела, его расследования, привлечения граждан к суду, судебного разбирательства уголовного дела; устанавливает права и обязанности органов, осуществляющих судопроизводство, в частности, определяет все необходимые положения для осуществления предварительного следствия. Поэтому можно сказать, что принятие УПК 1988 г. стало важным шагом в процессе развития института предварительного следствия. Но, несмотря на то, что УПК СРВ в последующем изменялся и дополнялся (первый раз - в июне 1990 года, второй - в декабре 1992 года), в настоящее время по- прежнему существует необходимость дальнейшего совершенствования уголовно-процессуального законодательства Вьетнама.

§ 2. Процессуальная функция следователя

Закон возлагает на следователя сложные и ответственные задачи, вытекающие из общих задач уголовного производства (ст. 1 УПК СРВ, ст. 2 УПК РСФСР1).

В процессуальной литературе была высказана точка зрения, согласно которой основная задача следователей в уголовном судопроизводстве состоит в том, чтобы обеспечить предварительное раскрытие преступлений^, задача же окончательного раскрытия преступления решается исключительно в суде.

См.: Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (в ред. от 20.03.2001) “ См.: Новиков С.Г. Принципиальные особенности новых основ уголовного судопроизводства СССР и союзных республик. М.: Гоеюриздат, 1959. С. 18.

19

На наш взгляд, такое понимание задач следователей не вытекает из закона. Если закон в статье 1 УПК СРВ задачей уголовного судопроизводства называет быстрое и полное раскрытие преступлений и изобличение виновных, то это в полной мере относится и к предварительному расследованию. Статья 13 УПК СРВ, как и соответствующая ей статья 3 УПК РСФСР, прямо называет следователя в числе субъектов, на которых лежит обязанность установления события преступления и лиц, виновных в его совершении.

Следовательно, закон не дает никаких оснований утверждать, что преступление не должно раскрываться на стадии предварительного следствия. Более того, точка зрения, согласно которой перед следователем не стоит задача раскрыть преступление, ведет к отрицанию принципа установления истины на предварительном следствии.

Статья 11 УПК СРВ (как и ст. 20 УПК РСФСР) требует от следователя принятия всех предусмотренных законом мер для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, выявления обстоятельств как уличающих, так и оправдывающих обвиняемого, как отягчающих, так и смягчающих его ответственность. Это также говорит об обязанности следователя раскрыть преступление, установить лиц, виновных в его совершении. Расследованное следственным органом дело поступает в суд для его разрешения.

Суд в результате рассмотрения дела в более совершенных условиях, на принципах коллегиальности, гласности, устности и непосредственности может прийти к иным выводам, нежели те, к которым пришел следователь. При разрешении дела судьи независимы и подчинены только закону. Но это не значит, что органы предварительного следствия не обязаны полно и всесторонне исследовать обстоятельства дела, установить событие преступления во всех его чертах и лиц, виновных в его совершении.

20

Однако задачи следователя в каждом конкретном деле не исчерпываются раскрытием преступления и изобличением виновного. Действующие кодексы СРВ и РСФСР требуют, чтобы уголовное судопроизводство способствовало предупреждению преступлений и искоренению преступности. Это означает, что следователь не может считать свою задачу до конца выполненной, если им наряду с раскрытием каждого преступления и изобличением лиц, его совершивших, не будут приняты соответствующие меры к устранению таких же или аналогичных преступлений в дальнейшем.

Для этого необходимо, чтобы по каждому уголовному делу были выявлены в ходе расследования те конкретные причины и условия, которыми было вызвано данное преступление или которые способствовали его совершению. Это необходимо для того, чтобы, выявив указанные причины и условия, следователь мог потребовать принятия необходимых профилактических мер для предупреждения других преступлений от учреждений, предприятий, организаций и должностных лиц.

Уголовно-процессуальным законом (ст. 15 УПК СРВ, ст. 21 УПК РСФСР) требование о выявлении условий, способствовавших совершению преступления и о принятии мер к их устранению, является настолько важным, что наряду с другими моментами, дело и в этой части подлежит обязательной проверке в стадии предания обвиняемого суду. При этом если будет установлено, что на предварительном следствии не были выявлены причины, способствовавшие совершению преступления, и это невозможно восполнить в стадии судебного разбирательства, то суд направляет в таких случаях дело на дополнительное расследование (в России - по ходатайству одной из сторон, во Вьетнаме - по собственной инициативе).

В теории уголовного процесса можно считать утвердившейся концепцию, согласно которой каждый субъект действует в уголовном процессе в соответствии с той целью, которая поставлена перед ним законом

21

или находится под его охраной. В результате уголовно-процессуальная ? деятельность осуществляется по различным направлениям. Эти направления

деятельности субъектов, обусловленные их ролью и целью участия в деле, называются уголовно-процессуальными функциями’. Каждый субъект уголовно-процессуальной деятельности выступает носителем конкретных функций, причем функции таких субъектов, как следователь, прокурор, составляют основу уголовного процесса, определяют его структуру.

Назначение и роль следователя, содержание и формы его деятельности могут быть раскрыты во всей их полноте и подвергнуты анализу лишь при условии проникновения во внутреннюю структуру этой деятельности, изучения всех ее составных частей в отдельности и в органической взаимосвязи между собой.

Такой подход представляется вполне возможным и реальным, если использовать в качестве научного инструмента категорию процессуальных функций как определенных направлений, особым образом отграниченных по своим целям и формам осуществления сторон уголовно- процессуальной деятельности.

Одни уголовно-процессуальные функции выражены в законе прямо (например, функции рассмотрения сообщений о преступлениях и обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, - ст. ст. 30 и 109 УПК РСФСР; ст. ст. 86 и 121 УПК СРВ); другие - опосредованно, через конкретные правовые институты (например, функция обвинения - ст. ст. 143 - 144, 148, 205 УПК РСФСР; ст. ст. 103 и 143 УПК СРВ). Следовательно, процессуальные функции являются не только теоретической, но и правовой категорией.

Познание системы процессуальных функций следователя как основных

направлений его деятельности позволяет наиболее полно выявить роль

^ следователя в выполнении задач уголовного судопроизводства, правильно

См.: Громов Н.А. Уголовный процесс России, М.: Юность, 1999. С. 98.

22

понять и применять каждый правовой институт и каждую норму, регулирующую его деятельность. П.А. Лугашская справедливо замечает, что юридические знания и навыки, оценочное отношение к праву, правовые установки и ценностные ориентации проявляются и в правильном понимании лицом, пршшмающим решение, своих функций в процессе и функций других государственных органов и должностных лиц1.

Уяснение процессуальных функций следователя как основных направлений его деятельности имеет большое значение и для совершенствования законодательства, ибо правовое регулирование тем эффективнее» чем лучше упорядочены как вся регулятивная система в целом, так и каждый из ее элементов в отдельности в соответствии с их местом и назначением.

В научной литературе можно встретить различные точки зрения относительно процессуальных функций, выполняемых следователем.

Профессор М.С. Строгович указывает, что в уголовном процессе имеются три основные уголовно-процессуальные функции: уголовного преследования (обвинения), защиты и разрешения дела’. Но эта позиция так и не получила всеобщего признания, хотя у нее имеются приверженцы и в настоящее время. На наш взгляд, она не в полной мере раскрывает содержание процессуальной деятельности, соотношение и взаимосвязь функций, механизм их реализации.

Самыми уязвимыми в концепции трех функций, в частности применительно к предварительному расследованию, является то, что она не выделяет такую важнейшую процессуальную функцию, как исследование обстоятельств дела, а это ведет к искажению понятия функций обвинения и защиты. Первую определяют обычно как совокупность процессуальных действий, направленных на то, чтобы
изобличить в совершении

^ См.: Лупинская П.А. Решение в уголовном производстве. М., 1976. С. 58. “ См.: Строгович М.С. Куре Советского уголовного процесса. М., 1958. С. 99.

23

преступления лицо, привлеченное в качестве обвиняемого, обеспечить применение к нему меры заслуженного наказания, либо как деятельность, направленную на изобличение и осуждение виновного в совершении преступления; вторую — как совокупность процессуальных действий, направленных на опровержение обвинения, на установление невиновности обвиняемого или на смягчение его ответственности.

Такое понимание обвинения и защиты охватывает в большей или меньшей степени и деятельность по исследованию обстоятельств дела, единую по своей направленности и не поддающуюся заранее делению на обвинительную и оправдательную. Следователь довольно часто получает доказательственную информацию, которую в момент получения нельзя определить как изобличающую либо оправдывающую. Лишь при оценке и сопоставлении с другими доказательствами можно решить, обвинительная она или оправдательная.

Обвинение, защита и разрешение дела немыслимы без исследования обстоятельств дела, установления истины по делу. Не случайно в уголовно-процессуальной науке существуют специальные правовые институты, предназначенные для исследования обстоятельств дела в стадиях предварительного расследования и судебного разбирательства. Реализация функций обвинения, защиты и разрешения дела предопределяется результатами исследования обстоятельств дела, причем общеизвестно, что наибольший удельный вес во всей деятельности следователя приходится именно на исследование обстоятельств дела, установление истины’.

С учетом изложенного, необходимо признать, что исследование обстоятельств дела является одной из процессуальных функций следователя.

Функция исследования обстоятельств дела включает в себя как составную часть полное раскрытие преступления. Поэтому, на наш взгляд,

См.: Ларин А. М. Проблемы расследования в советском уголовном процессе. М., 1970. С.10.

24

нет оснований выделять раскрытие преступления (как деятельность) в самостоятельную процессуальную функцию, как это делают некоторые авторы1.

Выделение такой функции было бы неоправданным и с методологической точки зрения. Сводить исследование обстоятельств дела только к раскрытию преступления — значит, исходить из посылки, будто факт возбуждения уголовного дела обязательно связан с наличием события и составом преступления. Между тем возбуждение уголовного дела - это нередко лишь предположения того или другого, а раскрытие преступления — один из возможных результатов познавательной деятельности следователя. Другим результатом этой деятельности может быть вывод об отсутствии события или состава преступления.

Некоторые процессуалисты продолжают отрицать наличие у следователя таких функций, как обвинение и защита. Но нельзя же отрицать, что существует специальный уголовно-процессуальный институт, призванный материализовать вывод следователя о наличии достаточных доказательств для обвинения лица в совершении преступления. Применение этого института и образует функцию обвинения.

П.С. Элькинд, отрицая наличие функции обвинения в стадии расследования и признавая ее необходимость в судебных стадиях, исходила из того, что в суде эта функция объективно предопределена состязательным построением судебного производства”. Конечно, в стадии расследования нет такого проявления состязательности, какое имеет место в суде. Но это не значит, что состязательность полностью отсутствует в процессе расследования.

См.: Лупинская П.А. Решение в уголовном производстве. М.Д976.; Полянский Н.Н. Новая редакция Уголовно-процессуального кодекса. М., 1925.; Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955. и др.

’ См.: Элькинд П.С. К вопросу о функции обвинения в советском уголовном процессе / В кн.: Вопросы теории и практики производства надзора. М.51989. С. 6-8.

25

Если обратиться к философскому содержанию понятия состязательности, то мы видим, что в основе его лежит борьба противоположностей. Можно ли допустить, что предварительное расследование осуществляется вне действия этой общей закономерности? Конечно, нет. Дело в том, что борьба противоположностей проявляется здесь в специфичных формах. На первоначальном этапе расследования эти формы отражают главным образом содержание деятельности следователя. Но они приобретают новые очертания и качественно новое содержание, когда в деле появляется фигура обвиняемого. Здесь борьба противоположностей проявляется главным образом в противостоянии функции обвинения и защиты.

Проанализировав норглы УПК, так или иначе регламентирующие обвинительную деятельность в уголовном процессе, в том числе и в стадии расследования. П.С. Элькинд правильно отмечала, что во всех случаях речь идет о различных сторонах единого целого - института обвинения. Отметив далее, что законодатель прямо говорит об обвинении и в стадии предварительного расследования, она тем ни менее утверждала, что система действий следователя, связанных с привлечением лица к уголовной ответственности, не складывается здесь еще в самостоятельную функцию, а составляет необходимый элемент (составную часть) расследования. Получается, что с одной стороны следователь участвует в осуществлении функции обвинения как единого института уголовного процесса, а с другой стороны - у него нет функции обвинения, а есть соответствующий “необходимый элемент” (составная часть) расследования1. Противоречивость такой позиции очевидна.

Не может служить аргументом против того, что следователь осуществляет обвинение и защиту, отсутствие в законе прямого указания на эти функции. Известно, что уголовно-процессуальная наука оперирует не

1 См.: Элькинд П.С. Указ. Соч. С. 8.

26

только теми понятиями, которые содержатся непосредственно в законе. Многие научные понятия имеют собирательный обобщенный характер. К примеру, в законе действительно нет прямого указания на то, что “следователь обвиняет”. Но есть такие понятия и выражения, как “привлечение в качестве обвиняемого”, “обвиняемый”, “предъявление обвинения”, “обвинительное заключение”, “право обвиняемого знать, в чем он обвиняется”, “объем обвинения” и другие, которые отражают обвинительную сторону деятельности следователя.

Как мы отмечали, в юридической литературе имеются возражения и против выделения в деятельности следователя функции защиты; нередко она даже противопоставляется расследованию’.

На предварительном следствии защиту осуществляют обвиняемый и его защитник. Причем, если для обвиняемого это его право, которым он может и не воспользоваться (обязанность доказывания обоснованности обвинения лежит на том, кто обвиняет), то для защитника защита обвиняемого — это обязанность, от выполнения которой он не может отказаться. На наш взгляд, то, что сегодня в России защитник допущен на стадию предварительного расследования по всем без исключения категориям дел, является важным шагом на пути становления правового государства и серьезной гарантией выполнения задач уголовного судопроизводства.

Однако отрицание функции защиты в деятельности следователя, на наш взгляд, неизбежно придает расследованию обвинительный характер. тогда как сам факт обвинения (подозрения) вовсе не освобождает следователя от обязанности проверить его обоснованность и в случае не подтверждения (или неполного подтверждения) снять обвинение (или изменить его в сторону смягчения).

Нельзя отрываться от действительности и закрывать глаза на то, что случаи необоснованного привлечения лиц в качестве подозреваемого или

См: Ларин A.M. Процессуальные гарантии и функции уголовного преследования. М, 1975. С.97

27

обвиняемого в действительности имеют место. Законодатель признает и учитывает это. Именно поэтому в законе есть нормы о том, что если в ходе предварительного следствия предъявленное обвинение в какой-либо части не нашло подтверждения, следователь своим постановлением прекращает дело в этой части, о чем объявляет обвиняемому (ч. 2 ст. 154 УПК РСФСР, ст. 104 УПК СРВ).

Конституционный принцип права обвиняемого на защиту накладывает на соответствующие государственные органы обязанность по обеспечению этого права. Надо полагать, что следователь не исключается из числа этих государственных органов. А если признать защиту обвиняемого государственно- правовой функцией, то где, как не в сфере уголовного судопроизводства и не с участием соответствующих государственных органов, может быть реализована эта функция?

Участие следователя в осуществлении функции защиты гарантирует обеспечение конституционного права на защиту, а также выполнения одной из задач уголовного судопроизводства, заключающейся в том, чтобы ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности. Функция защиты в деятельности следователя заключается в принятии процессуальных решений, в той или иной степени реабилитирующих обвиняемого (подозреваемого) или содержащих вывод о наличии обстоятельств, смягчающих его ответственность, т. е. ограждение граждан от необоснованного обвинения и подозрения в совершении преступления.

Среди ученых, которые признают наличие ряда отдельных функций в деятельности следователя не вызывает особых возражений вьщеление функций разрешения уголовного дела . Тем не менее, некоторые сомнения относительно выполнения этой функции следователем все же существуют. По мнению некоторых процессуалистов, признание за следователем функций

! См.Колбая Г.Н. Соответствие предварительного следствия и судебного разбирательства. М, 1975. С. 105-106

28

разрешения дела неизбежно приводит к выводу о том, что следователю при известных обстоятельствах присущи судебные функции, то есть он осуществляет правосудие, с чем конечно, нельзя согласиться .

В этом суждении нам представляется ошибочной посылка: всякое разрешение уголовного дела равнозначно осуществлению правосудия.

Правосудие — это разрешение дела судом. Но дело может быть разрешено и на стадии предварительного расследования, поскольку при наличии оснований и в порядке, предусмотренном законом, прекратить, а, следовательно, разрешить уголовное дело могут также следователь и прокурор,

В процессе обсуждения научной состоятельности концепции трех процессуальных функций самым острым и дискуссионным оказался вопрос о допустимости совмещения у следователя функций обвинения, защиты, разрешения дела. Попытаемся все же найти ответ на данный вопрос.

Функция разрешения дела свойственна следователю в весьма ограниченных пределах: лишь в форме прекращения уголовного дела по реабилитирующим и не реабилитирующим основаниям (с согласия прокурора).

Что же касается функций обвинения и защиты, то совместимость их на данной стадии процесса становится понятной и объяснимой, если учесть их производный характер от функции исследования обстоятельств дела. Логика деятельности следователя такова, что, обвиняя лицо, и будучи поэтому заинтересованным в том, чтобы это обвинение соответствовало истине, было правильным и не опровергалось в дальнейшем (им самим, обвиняемым, защитником, прокурором, судом), следователь не может психологически абстрагироваться от всего того, что опровергает либо может опровергнуть или заменить выдвинутое им обвинение. Даже с учетом возможности

См.: Нажимов В.П. Об уголовно-процессуальных функциях // Правоведение, 1973. № 5. С. 78.

29

невыгодных для него последствий в результате необоснованного обвинения (подрыв профессионального авторитета, ухудшение показателей работы и т. п.) следователь заинтересован в том, чтобы учесть оправдывающие, а так же смягчающие ответственность обстоятельства. И, наоборот, при реализации функции защиты следователь заинтересован в том, чтобы его действия по защите обвиняемого не были расценены как неосновательное выгораживание виновного.

Такова, по-нашему убеждению, диалектика психологии следователя при реализации им функций обвинения, защиты, разрешения дела. В свете изложенных соображений совмещение у следователя функций обвинения и защиты, а в известных пределах и разрешения дела — закономерное явление.

Как было отмечено, концепция трех процессуальных функций несмотря на ее положительную роль в развитии теории уголовного процесса, имеет и негативные стороны. Она оставляет за пределами процессуальных функций (деятельности) следователя не только его деятельность по исследованию обстоятельств дела, но и деятельность, связанную с рассмотрением и разрешением заявлений и сообщений о преступлении, обеспечением возмещения материального ущерба и возможной конфискации имущества, пресечением и предупреждением преступлений, розыском обвиняемого. Между тем эти направления деятельности следователя вытекают из задач уголовного судопроизводства, прямо закреплены в действующем законодательстве и специфичны по своим ближайшим целям и формам осуществления.

Смысл использования понятия процессуальной функции заключается в том, чтобы выделить и раскрыть все основные стороны процессуальной деятельности, познать ее структуру. Если при этой аналитической операции какое-то направление процессуальной деятельности оказывается за пределами процессуальных функций, то это свидетельствует о том, что система функций определена неверно.

30

По мнению В.М. Савицкого, о процессуальных функциях имеет смысл говорить применительно к уже возбужденному делу, когда по нему начато и ведется производство . Одновременно он справедливо считает^, что процессуальная деятельность начинается с момента получения сигнала о преступлении.

Получается, таким образом, что процессуальная деятельность в рассматриваемой стадии процесса осуществляется как бы сама собой и не входит в функции должностных лиц. В действительности это не так. Эта специфическая процессуальная деятельность входит в число функций тех органов, на которые законом возложена обязанность рассматривать заявления и сообщения о преступлении и принимать по ним решения о возбуждении уголовного дела или отказе в этом.

Положение о неотвратимости ответственности за совершенное преступление включает в себя и неотвратимость возмещения виновным причиненного преступлением материального ущерба. Применение в уголовном процессе гражданско-правовых санкций, обеспечение возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, имеют своей целью восстановить существовавший до преступления объем материальных благ лица (физического или юридического), пострадавшего от преступления”1.

В соответствии с законом при наличии достаточных данных о причиненном преступлением материальном ущербе следователь обязан принять меры обеспечения предъявленного или возможного в будущем гражданского иска (ч.1 ст.30 УПК РСФСР). Если гражданский иск остался не предъявленным, суд при постановлении приговора вправе по собственной инициативе разрешить вопрос о возмещении материального ущерба. Отсюда следует, что при наличии достаточных данных о причинении преступлением материального ущерба следователь должен принять меры, обеспечивающие

См. Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора. М., 1975. С. 28. I См. Савицкий В.М. Указ. соч. С.96-98 J См.: Шпилев В.Н. Содержание и формы уголовного судопроизводства. С. 64.

31

возмещение материального ущерба независимо от того, предъявлен ли гражданский иск и просит ли об этом гражданский истец.

В законе принятие мер по возмещению материального ущерба связано только с обеспечением предъявленного или возможного в будущем гражданского иска. Но следует иметь в ввиду, что своевременно принятые меры обеспечения возмещения материального ущерба и реальное его возмещение в процессе расследования нередко предупреждают и снимают вопрос о гражданском иске. Таким образом, основанием, порождающим обязанность следователя (а равно органа дознания, прокурора, суда) принимать меры по обеспечению возмещения материального ущерба, является наличие достаточных данных о причинении преступлением материального ущерба независимо от того, предъявлен ли гражданский иск. В свете этого, было бы точнее предусмотреть в чЛ ст.ЗО УПК РСФСР, ст. 121 УПК СРВ обязанность “принять меры обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением”, как это указано в названии данной статьи.

При производстве по уголовному делу о преступлении, за которое может быть применено наказание в виде конфискации имущества, следователь обязан принять меры обеспечения против сокрытия имущества обвиняемого (ч.2 ст. 30 УПК РСФСР). Это в принципе самостоятельная функция следователя, поскольку здесь специфично основание применения (возможность наказания в виде конфискации имущества по приговору суда). Но по своему содержанию она настолько близка к функции обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, что с полным основанием может быть объединена с ней в одну — функцию обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением и исполнения приговора в части конфискации имущества.

Возмещение материального ущерба, причиненного преступлением и конфискация
имущества как наказание, представляют собой формы

ответственности за совершенное преступление. Это первое, что дает основание для объединения рассматриваемых функций в одну. Второе - это то, что предметом действий в обоих случаях является имущество либо деньги и ценные бумаги. И третье — это совпадение способов достижения той и другой цели.

Перечисленные факторы обусловили, кстати, и закрепление рассматриваемой функции как единой в одной статье уголовно- процессуального закона (ст.ЗО УПК РСФСР, ст. 121 УПК СРВ),

Одной из процессуальных функций следователя является пресечение преступлений и принятие мер к устранению обстоятельств, способствующих совершению преступления. Эта функция вытекает из общей цели уголовного судопроизводства - способствовать предупреждению и искоренению преступлений. Статья 21 УПК РСФСР, статья 15 УПК СРВ обязывают следователя выявлять причины и условия, способствовавшие совершению преступления, и принимать меры к их устранению. Выявление указанных причин и условий достигается в процессе исследования обстоятельств дела. Принятие же мер к их устранению составляет непосредственное содержание рассматриваемой функции.

Наличие у следователя данной функции признают многие процессуалисты. Однако есть и возражения против выделения ее. Так, В. И. Шпилев рассматривает предупреждение преступлений как задачу уголовного судопроизводства и на этом основании оспаривает правомерность выделения соответствующей функции, полагая, что при этом происходит отождествление задач и функций1. На наш взгляд, ничего подобного на самом деле не происходит. Непосредственной задачей следователя является выявление и устранение причин и условий, способствовавших совершению преступления. И это не только не исключает, а, напротив, предлагает осуществление специальных действий, направленных на выполнение данной

См.: Шпилев В.Н. Указ. соч. С. 66.

33

задачи. Подобные действия и составляют специфичное направление в процессуальной деятельности, особый вид ее. Они подчеркивают важность общей цели уголовного производства - содействовать предупреждению и искоренению преступлений — и служат ее достижению, как и осуществление всех других процессуальных функций.

Самостоятельным направлением в деятельности следователя является, наконец, розыск обвиняемого. Эта функция достаточно четко выражена в уголовно- процессуальном законодательстве. При неизвестности места нахождения обвиняемого следователь принимает необходимые меры к его розыску (чЛ ст.196 УПК РСФСР, ст.135 УПК СРВ). Неизвестность места нахождения обвиняемого препятствует выполнению задач уголовного судопроизводства и является, поэтому, одним из оснований приостановления производства по уголовному делу (ч.З ст.195 УПК РСФСР, ч.1 ст.135 УПК СРВ). Однако до приостановления предварительного следствия следователь обязан принять все меры к обнаружению обвиняемого (ст. 195 УПК РСФСР, ст. 135 УПК СРВ).

Суммируя изложенное, можно констатировать, что следователь осуществляет следующие процессуальные функции:

  1. Рассмотрение заявлений и сообщений о преступлении;
  2. Исследование обстоятельств дела;
  3. Обвинение в совершении преступления;
  4. Ограждение граждан от неосновательного обвинения в совершении преступления;
  5. Обеспечение возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, и исполнения приговора в части конфискации имущества;
  6. Пресечение преступлений и принятие мер к устранению обстоятельств, способствующих совершению преступления;
  7. Розыск обвиняемых, местонахождение которых неизвестно;
  8. Разрешение уголовного дела.

34

Анализируя процессуальные функции следователя, необходимо отметить, что эти функции представляют собой взаимосвязанную систему. Эта связь проявляется, во-первых, в определенной обусловленности одних функций результатом реализации других, во-вторых, в одновременном осуществлении некоторых функций.

Взаимосвязь первого порядка проявляется в следующем.

В зависимости от результата реализации функций рассмотрения и разрешения заявлений или сообщений о преступлении наступает либо не наступает необходимость продолжать исследование обстоятельств дела. Отказ в возбуждении уголовного дела - это отказ и от выполнения иных процессуальных функций.

Правда, в этом случае наряду с функцией рассмотрения и разрешения сообщения о преступлении в известных пределах реализуется и функция исследования обстоятельств дела. Это происходит тогда, когда для разрешения сообщения проводится проверка, позволяющая ответить на вопрос о наличии или отсутствии признаков преступления.

После возбуждения уголовного дела функция исследования обстоятельств дела осуществляется в обязательном порядке. На данном этапе она реализуется в значительно большем объеме и иными процессуальными средствами, чем до возбуждения уголовного дела. Реализация этой функции приводит следователя к выводам либо о достаточности доказательств для предъявления обвинения (и тогда реализуется функция обвинения), либо о наличии оснований, в силу которых уголовное дело подлежит прекращению (и тогда реализуется функция разрешения дела). В первом случае исследование обстоятельств дела осуществляется вплоть до окончания дела. В зависимости от ее результатов может быть окончательно реализована (в рамках предварительного расследования) функция обвинения (когда дело направляется прокурору с обвинительным заключением) либо функция разрешения дела (когда дело прекращается).

35

Если исследование обстоятельств дела показывает необоснованность обвинения лица в совершении преступления либо наличие обстоятельств, смягчающих его ответственность, следователь принимает предусмотренные законом меры ограждения обвиняемого от необоснованного обвинения.

Когда в процессе осуществления функций рассмотрения и разрешения сообщения о преступлении и исследовании обстоятельств дела становится известно, что преступные действия продолжаются или сохранилась возможность их совершения, либо установлены обстоятельства, способствовавшие совершению преступления, следователь принимает меры к пресечению преступления и устранению названных обстоятельств, реализуя, таким образом, функцию предупреждения преступлений. Наконец, посредством исследования обстоятельств дела устанавливается наличие либо отсутствие оснований для реализаций функций обеспечения возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, и исполнению приговора в части конфискации имущества.

Анализируя изложенное соотношение процессуальных функций следователя, нетрудно заметить, что основу деятельности следователя составляет функция исследования обстоятельств дела. Результаты ее реализации представляют необходимость или отсутствие оснований для реализации следователем большинства других функций, содержание и пределы реализации их. Но реализация функции исследования обстоятельств дела, в свою очередь, зависит от реализации и других функций, в частности обвинения и защиты.

Взаимосвязь процессуальных функций следователя проявляется также в том, что многие из них существуют параллельно, иногда даже в одних и тех же формах. Например, обвинение, пресечение и предупреждение преступлений, обеспечение возмещения материального ущерба и исполнения приговора в части конфискации имущества могут
осуществляться

36

параллельно друг с другом, а также с исследованием обстоятельств дела. То же самое можно сказать о функции защиты.

Розыск обвиняемого ведется лишь при неизвестности места его нахождения. Без успешного осуществления этой функции не могут быть полностью реализованы многие другие, например, обвинение, обеспечение возмещения материального ущерба, разрешение дела, а иногда исследование обстоятельств дела, пресечение и предупреждение преступлений.

Функция разрешения дела тесно связана с другими функциями, связь эта заключается не только в том, что разрешение логически вытекает из реализации других процессуальных функций, но и в том, что функция разрешения представляет, как бы, кульминацию осуществления функции исследования обстоятельств дела (а, следовательно, реализацию данной функции). В выводах о виновности или невиновности, формах и степени ответственности реализуется функция обвинения, а иногда и защиты.

При прекращении дела по не реабилитирующим основаниям функция обвинения реализуется при формировании вывода о виновности лица в совершении преступления, а функция защиты — вывода, констатирующего наличие обстоятельств, смягчающих ответственность обвиняемого.

При прекращении дела по реабилитирующим основаниям одновременно с функцией разрешения дела реализуется и функция защиты. Но обвинение или защита отнюдь не являются обязательными элементами разрешения дела. При определении процессуальной функции следователя необходимо исходить не только из того, какие действия он выполняет, но также учитывать, какая задача при этом возложена на него законодателем.

Именно на следователе при производстве предварительного следствия лежит обязанность установить: 1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления); 2) виновность обвиняемого в совершении преступления и мотивы; 3) обстоятельства, характеризующие
виновного и влияющие на степень и характер

37

ответственности обвиняемого; 4) характер и размер ущерба, причиненного * преступлением (ст. 47 УПК СРВ, ст. 68 УПК РСФСР).

Следователь является активным участником в деле борьбы с преступностью. Именно на него, в первую очередь, закон возлагает задачу быстрого и полного раскрытия преступлений и изобличения виновных с тем, чтобы каждый совершивший преступление был подвергнут справедливому наказанию и ни один невиновный не был привлечен к уголовной ответственности и осужден (ст. 1 УПК СРВ, ст. 2 УПК РСФСР).

§ 3. Взаимоотношения следователя и прокурора

Вопрос о взаимоотношениях следователя и наблюдающего за следствием прокурора привлекает внимание многих процессуалистов на протяжении длительного времени. И это не случайно, так как от правильного решения этого вопроса зависит, в значительной мере, качество предварительного следствия, роль и место следователя в борьбе с преступностью. Там, где эти отношения построены правильно, будет иметь место настоящая, целеустремленная, действительно совместная, активная борьба прокурора и следователя с преступностью, будет обеспечено объективное, всестороннее и полное раскрытие преступлений и изобличение виновных, выявление и устранение причин и условий, способствующих совершению преступлений. Если же эти отношения построены так, что они не учитывают роли и места следователя в общей борьбе с преступностью, обрекают его на деятельность, безоговорочно подчиненную прокурору, то неизбежны пассивность следователя, низкое качество расследования, а, следовательно, и отсутствие успешной борьбы с преступностью.

В уголовном процессе Вьетнама надзор за исполнением законов

^ органами дознания и предварительного следствия
осуществляется

прокуратурой. Согласно ст. 141 УПК СРВ и Положения о прокурорском

38

надзоре, прокуратура надзирает за соблюдением законности, обеспечивает ведение следствия объективно, всесторонне и полно. Прокуратура должна своевременно выявлять нарушения законности в ходе следствия и принимать меры для их устранения.

В уголовном процессе принцип законности распространяется на все стадии и этапы производства по уголовному делу, начиная с его возбуждения. Все действия и решения органов и должностных лиц, осуществляющих процесс, детально регламентированы законом и должны полностью соответствовать ему. Придание законности характера основополагающего принципа строго ограничивает уголовно- процессуальную деятельность рамками закона, обеспечивает направленность этой деятельности на достижение задач уголовного судопроизводства: быстрое и полное раскрытие преступлений, изобличение виновных и их справедливое наказание.

Однако не менее важна другая сторона принципа законности: обеспечение прав, свобод, законных интересов каждого человека и гражданина, вовлеченного в сферу уголовного производства: потерпевшего, обвиняемого и других.

Следует отметить, что в Российской Федерации за годы правовой реформы существенно расширились законодательные гарантии прав участников уголовного процесса. Подозреваемый и обвиняемый приобрели право на использование помощи адвоката с ранних этапов предварительного расследования, на обжалование в суд процессуальных действий и решений органа дознания, следователя и прокурора: о применении в качестве меры пресечения содержания под стражей, о прекращении дела и других. Дальнейшее развитие гарантии прав участников процесса получили в готовящемся к принятию Уголовно- процессуальном кодексе Российской Федерации.

39

Законность несовместима со вседозволенностью. По свидетельству А.Я. Сухарева в середине 1980-ых годов серьезный ущерб законности был нанесен пропагандой и внедрением в жизнь принципа, якобы, правого поведения: «разрешено все, что не запрещено законом» .

С учетом особенности деятельности органов дознания и следователей, наделенных большими властными полномочиями в отношении широкого круга лиц, такое понимание ими законности чревато опасными последствиями для участников процесса и судьбы уголовных дел. Все действия и решения лиц, осуществляющих уголовный процесс, включая случаи, прямо не регламентированные законом, должны соответствовать общим принципам и положениям уголовно- процессуального права, закрепленным в Конституции, действующем УПК и других законах.

Для раскрытия содержания понятия законности предварительного расследования большое значение имеет правильное представление о ее соотношении с целесообразностью. По результатам изучения причин «следственных ошибок», проведенного в 80-х — начале 90-х годов и подтвержденных исследованиями последних лет, у значительной части следователей, допускающих нарушения закона при расследовании уголовных дел, отмечается пренебрежительно нигилистическое отношение к выполнению его (закона) предписаний и противопоставление законности и целесообразности в пользу последней”.

Между тем, целесообразность в праве является прерогативой законодательства: при поиске вариантов оптимальных законотворческих решений, определении способов и пределов правового регулирования. Так, А.Д. Бойков справедливо отмечал’, что именно «при создании правового акта он оценивается с позиции целесообразности. Принятый закон подлежит

См.; Сухарев А.Я. В кн.: Законность в Российской Федерации. М., 1998. С. 63. “ См.: Характер, принципы и способы устранения ошибок в стадии предварительного следствия / Коллектив авторов под рук. А.Я. Соловьева. М., 1991. С. 12. 3См. Бойков А.Д. В кн. Законность в Российской Федерации. М., 1998, С. 193

40

исполнению. А целесообразность правоприменения возникает при выборе варианта решения, если закон допускает варианты».

Применительно к следственной деятельности это может быть выбор конкретного процессуального действия для получения и проверки доказательств, выбор наиболее отвечающей личности обвиняемого и ситуации расследования меры пресечения и др.

Анализ данных статистической отчетности о работе органов предварительного следствия Вьетнама свидетельствует о том, что, несмотря на некоторые положительные сдвиги, в досудебных стадиях уголовного процесса имеет место большое число нарушений закона, препятствующих достижению задач уголовного судопроизводства, обеспечению гарантированных Конституцией СРВ прав и свобод человека и гражданина.

Во Вьетнаме чаще всего нарушения закона встречаются в стадиях возбуждения уголовного дела и расследования преступлений. Эти нарушения обычно связаны с такими действиями, как задержание, арест, обыск. По данным Народной верховной прокуратуры, среди всех задержанных и арестованных только 10 % были задержаны и арестованы по постановлению следственных органов с санкции прокурора.

В одном только уезде провинции Ханамнинь, после проверки вышестоящей прокуратурой 78 % из числа задержанных и арестованных были признаны невиновными и освобождены. В другом уезде этой провинции 50 % лиц задерживались свыше положенного срока, 1 % - вообще без всякого постановления. В провинции Миньхай 531 человек задерживался свыше положенного срока, 96 человек - без постановления компетентных органов, 23 человека задерживались по личным запискам должностных лиц, один человек был задержан без всяких оснований на срок 5 лет и 9 месяцев .

Предотвращение таких нарушений является, прежде всего, задачей

Данные приведены из книги «Они еще не считаются виновными». Ханой: Юрид. Литература, 1990. С. 33-34. (на вьет. яз.).

прокуратуры, но если бы сами следственные органы (следователи) обеспечивали права и свободы гражданам при производстве следственных действий, то нарушений было бы значительно меньше или же они своевременно пресекались бы.

Обращает на себя внимание то обстоятельство, что в практике вьетнамского уголовного судопроизводства нередко встречаются случаи, когда следственные органы допускают серьезные нарушения закона. Каждый год в стране десятки невиновных людей привлекаются к уголовной ответственности. Одна из причин этого негативного явления — необъективная оценка показаний обвиняемого. При расследовании уголовных дел органы дознания, следователь, прокурор и суд строили обвинение только на признании вины обвиняемым. По многим причинам невиновным пришлось признать себя виновными, и они были реабилитированы лишь после отбытия длительного срока наказания. Вот два типичных уголовных дела, о которых писали вьетнамские журналы и газеты.

Семья Нгуен Ши Хунга жила рядом с семьей Буй Ван Лая, и в силу различных причин они не раз ссорились между собой. Противоречия между ними обострялись с каждым днем. Однажды ночью произошла ссора, которая затем переросла в драку. Нгун Ши Хунг со своим сыном Нгун Ши Ли дрались с братьями Буй Ван Лаем и Буй Ван Виньем. В драке Буй Ван Винь был убит. В ходе расследования органы следствия обратили внимание только на выявление того, кто — отец или сын — является убийцей, и обошли стороной версию, что Буй Ван Лай мог случайно убить своего брата. Следователь не соблюдал закон, подвергал пыткам обоих - отца и сына. Нгуен Ши Ли, жалея своего отца, признал себя виновным. Суд первой инстанции приговорил Нгуен Ши Ли к лишению свободы. Осужденный приговор не обжаловал. Но в судебном заседании кассационной инстанции (дело проверялось по жалобе семьи потерпевшего) он отрицал свою вину. Кассационная инстанция оставила приговор суда первой инстанции без

42

изменений. После вступления приговора в законную силу Нгуен Ши Ли продолжал жаловаться на несправедливость приговора, но лишь после того как Верховная Прокуратура получила заявление Као Тиен Муя (он отбывал заключение в тюрьме с Нгуен Ши Ли, а выйдя на свободу, получил от Буй Ван Лая признание в убийстве брата), производство по уголовному делу об убийстве было возобновлено. Совет судей Верховного суда установил, что Нгуен Ши Ли невиновен, а виновным в совершении непреднамеренного убийства Буй Ван Виня является его старший брат Буй Ван Лай.

Другое уголовное дело журналисты называли броско - «Убитый воскресает». По словам председателя Верховного суда Фам Хынга, причиной несправедливого приговора по этому делу тоже стало одностороннее расследование. Нгуен Ван Ньен обвинился в убийстве брата своей жены и был приговорен к лишению свободы на десять лет. В ходе расследования обвиняемого не раз пытали и, в конце концов, заставили признать себя убийцей. Фактически обвиняемый стал виновным потому, что он не смог доказать свою невиновность. Прошло два года и однажды соседи осужденного случайно увидели живого «убитого» в другой провинции. Они всем на удивление привезли его домой. Нгуен Ван Ньен был признан невиновным и освобожден .

Приведенные примеры свидетельствуют о том, что ошибка следственного органа часто приводит к ошибочному разрешению уголовного дела судом. Безусловно, нарушения закона в деятельности следователей распространены недопустимо широко. Наряду с этим, данные о незаконных процессуальных решениях следователей позволяют наглядно убедиться в томэ какой существенный вклад в выявление и устранение нарушений закона в досудебных стадиях уголовного процесса вносит прокурорский надзор.

Цели прокурорского надзора за следствием, установленные законом,

См.: Ле Хуен Тхонг. Некоторые размышления о правосудии // Нян зан. 22.09.91. (на вьет. яз.).

43

должны заключаться в использовании всех мер, предусмотренных законом, для предупреждения и пресечения нарушений законности, обеспечения своевременного расследования и разрешения уголовных дел, в исключении оправдания преступника и осуждения невиновного.

Прокурорский надзор должен обеспечить гарантии, при которых никто не может быть арестован, задержан, временно заключен под стражу, ущемлен в гражданских правах иначе, чем на основаниях и в порядке, предусмотренных законом.

Следствие должно собирать доказательства не только подтверждающие вину, но и опровергающие обвинение, выяснять отягчающие и смягчающие вину обстоятельства, определять причины и условия совершения преступления, гарантировать обоснованное и законное привлечение к уголовной ответственности.

Соответственно этим целям, в данной области надзора прокуратура наделена весьма широкими полномочиями, которые дают ей реальную возможность своевременно устранять в производстве предварительного следствия недочеты и решительно пресекать всякие нарушения закона.

По действующему законодательству Вьетнама прокуратура имеет право:

а) Контролировать возбуждение уголовных дел и передавать их следственным органам для ведения следствия, непосредственно вести следствие в предусмотренных законом случаях.

Эффективность прокурорского надзора за деятельностью следователей предполагает, прежде всего, обеспечение правильного реагирования на первичные сведения о готовящемся или совершенном преступлении, достижение обоснованности и законности каждого решения о возбуждении уголовного дела или об отказе в таковом. Согласно статье 87 УПК СРВ в течение 24 часов постановление о возбуждении уголовного дела, вынесенное следственными органами, направляется в прокуратуру для наблюдения и

44

контроля. Постановление прокуратуры о возбуждении уголовного дела направляется в следственные органы для расследования совершенного преступления.

б) Подтверждать или не подтверждать решения следственных органов в случаях, определенных в УПК.

Следователь вправе производить любые предусмотренные законом следственные действия, которые он считает необходимыми для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, однако, на производство некоторых из них следователь обязан получить санкцию прокурора или его согласие.

в) давать санкции на применение, замену или отмену мер пресечения, требовать от следственных органов ведения розыска обвиняемого.

При наличии определенных в законе оснований и условий, следственные органы могут применить к обвиняемому одну из следующих мер пресечения: арест, временное задержание, временное заключение, подписка о невыезде, поручительство, денежный или имущественный залог в размере, обеспечивающем нужные гарантии (ст.61 УПК СРВ).

По уголовно-процессуальному закону Вьетнама решение о применении таких мер пресечения принимается не самим следователем, расследующим дело, а начальником следственного органа или его заместителем. Такое решение должно быть санкционировано прокурором.

В последующем, решения об изменении или отмене меры пресечения также принимаются не самим следователем, а начальником (его заместителем) следственного органа (ст.62-77 УПК СРВ).

г) Требовать производства следствия, возвращать дела на дополнительное расследование, требовать от следственных органов предоставления для проверки материалов уголовного дела, а также объяснений о допущенных следственными органами нарушениях закона, если они имели место.

45

д) Контролировать проведение обысков, осмотров, допросов обвиняемых, других следственных мероприятий, проводимых следственными органами; непосредственно допрашивать обвиняемых в случае необходимости.

е) Направлять дело в суд, прекращать или приостанавливать следствие, передавать дело по инстанциям, отменять незаконные постановления следственных органов.

ж) Требовать от начальника следственного органа замены следователя, допустившего нарушение законности в ходе следствия.

Следственные органы несут ответственность за исполнение требований и предписаний прокуратуры. Если следственные органы не согласны с требованиями и предписаниями прокуратуры, определенных выше в подпунктах “г”, “д”, “е”, они, тем не менее, должны исполнить эти требования и предписания. Однако в этом случае следственные органы, не приостанавливая исполнение требований и предписаний прокуратуры, имеют право ходатайствовать перед главным прокурором вышестоящей инстанции о рассмотрении и разрешении спорного вопроса.

Все перечисленные полномочия прокурора дают ему возможность осуществлять эффективный надзор за законностью предварительного следствия в целом и за законностью отдельных процессуальных действий следователя.

Пользуясь такими широкими правами, прокурор может выявлять не только нарушающие закон действия и решения следователя, но и факты преступного бездействия, недобросовестного отношения к службе и всяких иных отклонений от требований закона, от кого бы эти нарушения ни исходили.

Пользуясь широкими полномочиями по надзору за предварительным следствием, прокурор по существу и руководит расследованием уголовных дел. Здесь возникает сомнение в том, что прокурорский надзор за следствием

46

органически включает в себя руководство процессуальной деятельностью следователя.

Это одна из особенностей данной отрасли прокурорского надзора, вытекающая из специфики ее объекта. Такое руководство предполагает активное влияние прокурора на организацию следственной работы и на определение основных ее направлений, а также всяческое его содействие быстрому и полному раскрытию преступлений, принятию мер по их искоренению и выполнению всех других задач предварительного следствия.

Конкретные формы, в которых прокурор осуществляет руководство следствием, разнообразны, однако их суть должна сводиться к обеспечению законности во всей деятельности органов предварительного расследования, высокого ее качества и максимальной эффективности в борьбе за искоренение преступности.

Следователь — самостоятельный субъект уголовно-процессуальной деятельности, принимающий решение по делу от своего имени и несущий за них личную ответственность. Закон наделяет каждого следователя необходимой процессуальной самостоятельностью, обеспечивающей его инициативу и ответственность за производство предварительного следствия по любому уголовному делу. Эта самостоятельность не только предполагает освобождение следователя от мелочной опеки со стороны прокурора, но и исключает какое бы то ни было администрирование его деятельности.

В законе предусмотрен ряд правил, усиливающих процессуальную самостоятельность следователя, (например, право давать поручение органам дознания, вносить представления и т. д.) и при этих условиях говорить о подчинении предварительного следствия прокурору - значит оправдывать кое-где существующие ненормальные процессуальные взаимоотношения между прокурором и следователем.

47

Имея в виду важность процессуальной самостоятельности, следователь, прокурор должны принять меры к уважению ее и со стороны других должностных лиц.

Помимо предупреждения нарушений закона, прокурор призван их выявлять и устранять. Надзорная деятельность по предупреждению, выявлению и устранению нарушений закона при расследовании преступлений является специфической прерогативой прокурора. Предоставление начальнику следственного отдела определенных процессуальных полномочий не превращает его в надзорный орган. Такой вывод становится очевидным при анализе содержания ст. 127-1 УПК РСФСР и ст. 94 УПК СРВ, в которых изложены полномочия начальника следственного отдела и предусмотрена поднадзорность его деятельности прокурору.

Деятельность начальника следственного отдела по принятию мер для наиболее полного, всестороннего и объективного производства предварительного следствия по расследуемым подчиненными ему следователями уголовным делам принято называть ведомственным контролем. Однако большинство его полномочий выходит за рамки ведомственного контроля и является по существу процессуальным руководством расследованием преступлений подчиненными ему следователями .

Надзор прокурора и ведомственный контроль со стороны начальника следственного отдела, несмотря на наличие ряда совпадающих полномочий, нельзя рассматривать в качестве единой функции, поскольку они имеют различные задачи. Начальник следственного отдела осуществляет процессуальное руководство деятельностью подчиненных ему следователей по расследованию преступлений. Прокурор же при этом надзирает за

См.: Соловьев А.Б. Проблемы повышения эффективности прокурорского надзора за законностью расследования преступности. М., 1992. С. 23-26.

48

исполнением закона следователями и начальником следственного отдела.

По общему правилу прокурор не должен подменять начальника следственного отдела и осуществлять процессуальное руководство расследованием. При необходимости такого руководства прокурор обязан требовать принятия соответствующих мер начальником следственного отдела. Необходимо исключить из надзорной практики такие несвойственные для прокурора действия, как планирование и организация расследования по делам следователей других (то есть, кроме прокуратуры) правоохранительных ведомств.

Высказанные выше соображения о соотношении надзора прокурора и ведомственного контроля со стороны начальника следственного отдела определены полномочиями, предоставленными этим должностным лицам действующим уголовно-процессуальным законом.

В России Концепция судебной реформы и подготовленные на её основе проекты УПК не только существенно изменяют статус начальника следственного отдела, но и по существу возлагают основные его полномочия на прокурора.

Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств-участников СНГ1 вообще не упоминает о начальнике следственного отдела как о субъекте уголовно- процессуальной деятельности. Это обстоятельство не случайно: оно обусловлено реформаторским (во всяком случае, сейчас преждевременным) подходом, согласно которому досудебное производство также осуществляется на основе принципа состязательности. Прокурор лишь осуществляет уголовное преследование и процессуальное руководство, а место прокурорского надзора за законностью предварительного следствия полностью займет судебный контроль.

См.: Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств-участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт. Приложение к «Информационному бюллетеню». 1996. №10.

49

Схожий подход просматривается в проекте УПК РФ, который подготовлен авторским коллективом, работающим на базе Министерства юстиции РФ1. В нем начальник следственного отдела не указан среди государственных органов и лиц, участвующих в уголовном процессе. И это не случайно, если ознакомиться с содержанием ст. 116 этого проекта УПК РФ. Дело в том, что начальнику следственного отдела представлены полномочия организационного характера: поручать производство следствия конкретному следователю, осуществлять контроль за своевременностью действий следователя по находящимся в его производстве делам и за соблюдением указаний прокурора и т. д.

Эти полномочия соответствуют понятию ведомственного контроля и их реализация по существу не является процессуальным руководством расследованием. В правильности такого вывода убеждает содержание части второй этой статьи, где говорится, что указания начальника следственного отдела не могут ограничивать самостоятельность следователя, его права.

Таким образом, укрепляется процессуальная самостоятельность следователя и четко разводятся полномочия прокурора и начальника следственного отдела, в результате чего каждое из этих должностных лиц будет заниматься свойственной ему деятельностью.

Как известно, в Российской Федерации в течение последних лет осуществляется реформа уголовного судопроизводства, в процессе которой усиливается роль судебного контроля на досудебных стадиях уголовного судопроизводства.

Помимо сложившегося в прошлые годы, общепринятого и ставшего традиционным понимания деятельности суда, как деятельности по осуществлению правосудия, в Концепции судебной реформы РФ поставлен

См.: Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. Юридический вестник. №31, Сентябрь 1995.

50

вопрос о судебном контроле и судебном надзоре за законностью применения V мер процессуального принуждения на предварительном следствии .

По существу речь идет о частичном перераспределении надзорных полномочий в пользу суда. Использование в досудебных стадиях уголовного процесса понятия судебного надзора является новацией в российском уголовном производстве, поскольку ни в Уставе уголовного судопроизводства 1864 года, ни в уголовно-процессуальном законодательстве советского периода этот термин не употреблялся. В дореволюционный период в соответствии с У У С 1864 года для обеспечения законности расследования преступлений использовались прокурорский надзор и судебный контроль. Причем прокурорский надзор был установлен в виде постоянного наблюдения за следствием на месте его производства и в виде предложений прокурора, обязательных для исполнения. Судебный

контроль осуществлялся как дозволение на производство ряда действий следователя и рассмотрения жалоб на его действия, а также заявленных ему

2

отводов .

Аналогичное понимание судебного контроля имело место и у авторов современной российской концепции судебной реформы, которые предложили производить процессуальные действия, ограничивающие наиболее важные конституционные права и свободы участников процесса, только с разрешения суда”.

Представляется, что такого рода позиция не учитывает ряда важных обстоятельств. Контроль подразумевает проверку законности и обоснованности уже принятых следователем и прокурором решений, а также совершенных ими процессуальных действий. Против такого контроля со стороны суда, являющегося дополнительной гарантией
законности и

? См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992. С. 60 и 91.

’ См.: Законность в досудебных стадиях УГОЛОВНОГО процесса России. Моеква-Кемерово.

С. 48,

’ См.: Концепция судебной реформы в РФ. М., 1992. С. 44.

51

обоснованности наиболее важных процессуальных решений в досудебных стадиях процесса, естественно, вряд ли кто бы стал возражать. Здесь же, однако, речь идет об ином: о даче согласия, о своего рода санкционировании на перспективу наиболее важных процессуальных действий органов расследования. Скорее этот не контроль, а надзор за исполнением законов органом дознания, следователем и прокурором. Это уже не проверка реализованных решений и совершенных действий, а предупреждение возможных нарушений закона в будущем.

Следовательно, с принятием Конституции РФ в уголовном судопроизводстве России возникла ситуация, когда надзор за исполнением законов в досудебных стадиях практически возлагается на два органа. Более того, хотя предусмотренные статьями 23 и 25 Конституции РФ действия выполняются органами расследования с разрешения суда (применительно к аресту такое положение возникнет в недалеком будущем), но, тем не менее, надзор за производством и фиксацией этих действий, а также за использованием полученных результатов в процессе расследования осуществляется прокуратурой. Отсюда возникает закономерный вопрос, можно ли считать такое разграничение для российского процесса оптимальным, либо предпочтительнее, чтобы надзор осуществлялся прокуратурой, а суд контролировал бы законность процессуальных действий, ограничивающих конституционные права и свободы участников процесса1?

При этом нельзя не учитывать имеющийся и в целом оправдавший себя опыт обжалования в суд ареста и продления срока содержания под стражей в соответствии со ст.ст. 2201 и 2202 УПК РСФСР2.

Отметим еще одно обстоятельство, на которое обращено внимание учеными и практическими работниками: надзор должен носить постоянный

См.: Соловьев А.Б., Якубович Н.А. Предварительное расследование и прокурорский надзор в свете судебной реформы // Законность. 1995. № 8. С. 5. “См.: Махов В.Н., Ястребова О.М. Судебная реформа и проблемы уголовного судопроизводства. М., 1995. С, 109-119.

52

характер, а в некоторых ситуациях требуется, чтобы эта деятельность была оперативной и конфиденциальной (например, при санкционировании обыска). Трудно себе представить, чтобы суд мог обеспечить эти требования.

Указанные обстоятельства очевидны для всякого непредвзятого ученого. Не случайно, что еще в начале судебной реформы один из авторов, участвовавших в разработке ее концепции, И. Л. Петрухин, утверждал: «Полная передача функции утверждения или подтверждения арестов судам требует серьезной перестройки взаимоотношений между

правоохранительными органами, изменения их задач и функций. Если арест -прерогатива суда, то логично поставить вопрос о передаче в его компетенцию санкционирования и других мер процессуального принуждения - задержания, обысков, выемок, наложений ареста на имущество т.д., как это имеет место, например, в Англии и США. Таким образом, вместо прокурорского надзора за законностью на предварительном следствии был бы в определенной мере введен судебный надзор. Тогда возникает другой вопрос: что это за прокурорский надзор, если он не распространяется на предварительное следствие? Нужен ли вообще прокурорский надзор, если надзорную функцию в уголовном судопроизводстве может наилучшим образом выполнять суд, а прокурор будет лишь обвинителем? Значительно проще другой вариант: сохранить за следователем право избрания данной меры пресечения, за прокурором — право ее санкционирования, предоставить обвиняемому и его защитнику возможность обжалования ареста в суд первой инстанции»1.

Несмотря на то, что Конституция РФ, вопреки приведенной позиции, в статьях 22, 23 и 25 установила необходимость получения судебного решения на производство процессуальных действий, ограничивающих конституционные права и свободы граждан, тем не менее, многие аспекты

См.: Петрухин Н. Л. Актуальные вопросы борьбы с преступностью в России и за рубежом. Вып. 8. М., 1992. С. 67-68.

53

проблемы соотношения прокурорского надзора и судебного контроля в судебных стадиях уголовного процесса еще не получили полного разрешения и нуждаются в дальнейшей проработке и теоретическом осмыслении.

В процессуальной теории ставился вопрос о нецелесообразности и даже пагубности полного устранения прокурора от надзора за законностью действий следователя, ограничивающих конституционные права граждан, и возложении этих полномочий исключительно на суд. Высказалось предположение, что это может привести к ослаблению гарантий законности при расследовании преступлений и снижению эффективности уголовно-процессуальных мер в борьбе с преступностью’.

Возможность принятия иного решения, введения обязательного порядка предварительного согласования этих действий с прокурором до обращения следователя в суд и вынесения окончательного решения судом обычно связывалась с принятием нового УПК РФ.

Необходимо с удовлетворением отметить, что данное предложение нашло поддержку у законодателя. В Проекте УПК РФ, принятом Государственной Думой России в первом и втором чтениях, предусматривается необходимость получения следователем согласия прокурора на возбуждение перед судом ходатайства об избрании меры пресечения или о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения (статья 165 Проекта). В этой ситуации прокурорский надзор сохраняется.

В заключении отметим, что соотношение полномочий следователя и прокурора как для российского, так и для вьетнамского уголовного процесса все еще остается наиболее острой проблемой, которая настойчиво дает себя знать и поэтому требует к себе серьезного внимания как научных, так и практических работников.

См.: Токарева М. Е. Современные проблемы законности и прокурорский надзор в досудебных стадиях уголовного процесса. Дисс. докт. юрид. наук в форме научного доклада. М.Л 997. С 69-71.

54

§ 4. Взаимоотношения следователя и органов дознания

В системе уголовного процесса Вьетнама на дознание возложены в целом те же задачи, что и на предварительное следствие.

В целях построения и развития уголовно-процессуального законодательства после войны на сессии Национального собрания, состоявшейся в Ханое в июне 1988 года, был принят первый УПК СРВ, в котором закреплены права органов дознания. Согласно статье 93 УПК СРВ дознание вправе проводить органы погранвойск, таможни и лесной охраны.

В процессе совершенствования законодательства содержание некоторых статей УПК было изменено и дополнено. Теперь к органам дознания отнесены также органы Народной милиции и Народных сил безопасности (при МОБ) и Народной армии.

Рассматривая взаимоотношение между следователем и органами дознания, прежде всего, необходимо четко определить права и обязанности органов дознания и основные формы взаимодействия между следователем и органами дознания.

В соответствии со статьей 93 УПК СРВ и статьями 27, 28, 29 Приказа «Об организации расследования уголовного дела» права и обязанности органов дознания определяются следующими положениями.

Если будут обнаружены преступные деяния в подотчетной им сфере деятельности, органы погранвойск, таможни, лесной охраны имеют право возбуждать уголовные дела, проводить расследование и передавать дела прокуратуре в случаях:

а) Если преступник застигнут на месте преступления, и чему есть неопровержимые доказательства, а преступление относится к нетяжким. Срок дознания в этих случаях - пятнадцать дней со дня возбуждения уголовного дела.

55

б) Если преступление относится к тяжким или сложным, то возбуждение уголовного дела, осмотр места преступления, задержание и допрос подозреваемых, обыск, выемка, изъятие вещественных доказательств и производство других следственных действий по уголовному делу до передачи дела следственным органам в соответствии с подследственностью осуществляются в течение семи дней со дня возбуждения уголовного дела.

Начальники, заместители начальников управления, отделений и отделов органов погранвойск, таможни, лесной охраны имеют право производить выше указанные следственные мероприятия (действия), непосредственно расследовать уголовные дела или назначать своих работников проводить расследование и несут ответственность за свои действия.

В соответствии со ст. 93 УПК СРВ и ст. 1 Приказа «Об организации расследования уголовного дела» органы дознания народной милиции, государственной безопасности, народной армии имеют следующие права и обязанности.

Если при осуществлении своей деятельности они обнаружат преступные деяния, подлежащие уголовному преследованию, то после возбуждения уголовного дела и производства неотложных следственных действий вышеуказанные органы должны передать дело соответствующим следственным органам.

После передачи дела следственным органам (следователю) орган дознания может проводить по нему следственные действия только по поручению следственных органов.

Взаимоотношение между следователем и органом дознания выражается фактически взаимодействием между ними.

С процессуальной точки зрения, под взаимодействием между следователем и органом дознания подразумевается их согласованная деятельность, основанная
на законе и направленная на раскрытие

56

преступления и изобличение виновных, пресечение и предупреждение чьей-либо преступной деятельности и возмещение причиненного материального ущерба путем наиболее рационального сочетания методов, применяемых этими органами, Целью такого взаимодействия служит максимальное объединение сил и средств органов следствия и дознания в борьбе с преступностью за счет правильного использования в ходе расследования уголовных дел процессуальных, административных и оперативно-розыскных возможностей, получение таким путем наиболее эффективных результатов в осуществлении задач уголовного судопроизводства.

Поскольку успешное раскрытие многих преступлений зависит от разумного сочетания следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий, надо стремиться к установлению тесного взаимодействия между следователем и органом дознания.

Взаимодействие основывается на общности решаемых ими задач. Так, задачей оперативно-розыскной деятельности (ОРД) является проникновение в криминогенную среду и работа по разложению сложившихся преступных группировок, предотвращение их преступной деятельности. В тех случаях, когда преступление уже совершено, задачей оперативно-розыскных мер является обнаружение и выявление всех лиц, причастных к его совершению (ст. 118 УПК РСФСР), а также сохранение следов этого преступления с целью возможного обеспечения доказательств до их сбора и закрепления в ходе предварительного расследования’.

Профилактическая функция ОРД существенно шире, чем подобная функция следственной деятельности, поскольку следователь может вмешаться в процесс подготовки преступления лишь после возбуждения уголовного дела.

Таким образом, задачи обнаружения преступления и лиц, его совершивших, для
оперативной работы и для следствия являются

1 См.: Тетерин Б.С, Трошкин Е.З, Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1997

57

относительно самостоятельными. При решении этих задач важно своевременно организовать необходимое взаимодействие между оперативными аппаратами и следователем. При решении задач, связанных с расследованием конкретного уголовного дела, оперативные аппараты призваны содействовать следователю своими специфичными оперативными возможностями. Так, следователь может получить важную информацию о месте нахождения имеющих значение для дела предметов и документов, а также скрывающихся лиц. Материалы визуального и слухового контроля позволяют следователю правильно оценивать достоверность и правильность полученной им информации при производстве следственных действий. С другой стороны, и следователь также должен содействовать своими специфическими уголовно- процессуальными средствами решению оперативных задач.

Важно здесь лишь подчеркнуть обязанность следователя строго соблюдать требования уголовно-процессуального закона при проведении любого следственного действия.

В последние годы во Вьетнаме и в России все большее распространение получают совершаемые организованными группами заранее спланированные, подготовленные и тщательно замаскированные преступления, что делает их расследование особо сложным. Раскрыть такие преступления только процессуальными методами трудно, а порой и невозможно.

Анализ данных приведенных в таблице № 1 в Приложении № 1, позволяет сделать следующие выводы.

Во Вьетнаме с 1995 г. по 1999 г. общее число преступлений не возросло, а уменьшилось с 66.517 до 60.638 (на 8,8 %). Однако с 1995 г. по 1998 г. число тяжких преступлений и групповых преступлений, наоборот, возросло до 139 % от общего количества преступлений и на 206 % от всего количества преступников. Хотя в 1999 г. число этих преступлений немного

58

снизилось, но в данном году было 28 преступных групп, совершивших разбойные нападения с убийством численностью 58 человек, 365 преступных групп совершивших разбойные нападения с количеством 971 человек, было зарегистрировано 1.003 преступных групповых краж, совершенных 2.625 преступниками из 167 преступных групп, совершающих вымогательства с количеством 394 преступников.

Кроме того, многие опасные преступления (сбыт наркотиков, дача и получение взятки и т. п.) совершаются, так сказать, по согласию, в них нет потерпевших в обычном смысле этого слова, и потому не от кого ожидать официального обращения.

В Российской Федерации с 1991 г. по 1996 г. почти в 5 раз возросло число тяжких преступлений, на 12 % увеличилась преступность несовершеннолетних, в 1,5 раза возросло количество умышленных убийств. Каждый год в России совершается до 700 заказных убийств. В 1996 г. раскрыто 82 заказных убийства - значительно больше, чем прежде’.

Постоянно растет число преступных посягательств на жизнь и здоровье сотрудников правоохранительных органов. Сотрудники милиции в России погибают в 2,5 раза чаще, чем в США и во Франции”.

Установление фактических обстоятельств совершенного преступления обращено в прошлое: картина происшедшего (обстоятельства преступления и виновные лица) восстанавливается по следам, оставленным преступлением в памяти людей и на предметах материального мира. Но когда опытные преступники (а не редко и с помощью квалифицированных специалистов) заранее принимают меры к тому, чтобы таких следов не оставить, а оставленные — уничтожить, надежд на раскрытие преступления только процессуальными средствами остается мало.
Традиционный набор таких

См.: Скуратов. Ю. Торговля правосудием — опасная вещь. Комсомольская правда. 08.07.97.” 2 См.: Тетерин Б.С., Трошкин Е. 3. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1997.

59

средств, - особенно допросы потерпевших, свидетелей, подозреваемых, - в большинстве случаев оказывается недостаточным. Потерпевшие и свидетели либо ничего не знают о преступниках (как бывает, скажем, при совершении террористического акта путем взрыва), либо знают, но молчат из страха перед преступниками (например, по делам о вымогательстве) или в силу своей причастности к тем или иным противоправным действиям (по делам о преступлениях в сфере экономики).

В сложившейся криминогенной ситуации необходимо объединять усилия правоохранительных органов по борьбе с преступностью как в России, так и во Вьетнаме, в частности, в области взаимодействия следователей с оперативными аппаратами при расследовании преступлений.

Изучение уголовных дел о тяжких нераскрытых преступлениях против личности, грабежах, разбойных нападениях показало отсутствие надлежащего взаимодействия следователей с оперативными аппаратами при расследовании уголовных дел. Нередко расследование проводится не в полном объеме, на низком профессиональном уровне. Поэтому в целях выполнения задач всестороннего, полного и объективного расследования преступлений, выявления и изобличения лиц, их совершивших, реализации прав и законных интересов жертв преступлений следователи обязаны своевременно организовать и осуществлять взаимодействия с оперативными аппаратами.

Вьетнамская следственная практика показывает, что при расследовании ряда крупных преступлений, раскрытых в недавнее время, ключевым моментом для их успешного раскрытия явилось использование следователями результатов оперативно-розыскных мероприятии .

Так, в Ханое была разоблачена преступная группа с главарем Зыонг

См.: Доклад Министра МОБ Вьетнама в заседании о проблемах крупных преступлений. Ханой, Январь. 2000.

60

Ван Кханя (Белый Кхань), Преступная группа существовала с 1991 года по 1996 год.

В этом уголовном деле было привлечено к уголовной ответственности 48 обвиняемых, и суд приговорил 35 из них к лишению свободы, а двоих - к смертной казни. Из всей преступной деятельности этой группы были раскрыты 2 убийства, 1 изнасилование, 1 разбойное нападение, которые проходили в 1991 г. и 1994 г.

В других городах были раскрыты деяния 13 преступных групп: из них в городе Хошимине — 6; в городе Хай Фонг — 3; в Кхань Хоа -1; в городе Нам Динь - 2 и городе Вунг Тау - 1. По материалам этих уголовных дел были вынесены обвинительные приговоры 234 человекам, некоторые из которых приговорены к лишению свободы и смертной казни.

Еще один пример из уголовного дела в сфере экономики — это уголовное дело «Донг Бань 2». В начале 1993 г. Правительство и МОБ Вьетнама получили большое количество заявлений и писем от граждан о правонарушениях инспекторов налоговых отделений провинции Ланг Шон, находящей на границе между Вьетнамом и Китаем. Правительство передало рассмотрение этого дела следственному управлению МОБ. Ночью 23 апреля 1993 г. следователи следственного управления МОБ с работниками органа дознания задержали 4 инспекторов налогового поста Донг Баня во время получения 1 миллиона донгов платежа без квитанции от граждан. По этому уголовному делу в качестве обвиняемых проходило 17 бывших налоговых инспекторов и руководителей, в том числе: 3 начальника из трех главных налоговых отделений в провинции Ланг Шон. В процессе расследования конфисковано 70 кг золота, 100 тысяч долларов США, 124 миллионов донг Вьетнама, недвижимость, автомашины и другое имущество.

После раскрытия этого уголовного дела получение налога в провинции Ланг Шон увеличилось с 53 миллиардов донг в 1993 году до 174 миллиардов донг в 1994 году, (то есть, в 3 раза).

61

Нгуен Суан Ием отмечал, что в процессе расследования сложных преступлений приобретается некоторый научный опыт, в частности, в области взаимодействия следователей с органами дознания .

Подводя итог сказанному, можно сделать вывод, что в сложившейся криминогенной ситуации взаимодействие следователя с оперативно-розыскными органами имеет большое значение при расследовании преступлений. Вопросы такого взаимодействия должны найти свое отражение в планах расследования дел, при составлении которых следователям целесообразно учитывать соображения и предложения работников органов дознания, ориентирующихся в оперативной обстановке.

Взаимодействие предполагает взаимную помощь следователя и органа дознания друг другу на протяжении всего предварительного расследования конкретного дела, обмен информацией о ходе и результатах проводимых ими мероприятий и совместную ответственность за раскрытие преступления и изобличение виновных. Формы и методы взаимодействия зависят от специфики расследуемого дела.

Что касается расследования тех уголовных дел, которые по закону возбуждают органы погранвойск, таможни и лесной охраны или уголовных дел, относящихся к категории нетяжких, когда преступник застигнут на месте преступления, и есть неопровержимые доказательства, то по данным делам вопрос о таком взаимодействии практически не возникает. Эти дела полностью расследуются органами дознания, и здесь роль следователей может выражаться лишь в оказании помощи органам дознания в повышении профессионального мастерства.

Для лучшего обеспечения взаимодействия по ряду дел необходимо стремиться к тому, чтобы в помощь следователю выделялись конкретные оперативные работники, которые могли бы выполнять его поручения по делу

’ См.: Нгуен Суан Уем, Нгун Хи Дык. Следственные опыты из уголовного дела «Донг Бань 2» // Государство и право. 1995. № 5. С. 50.

62

в течение всего следствия. В ряде мест практикуется создание группы работников милиции для содействия следователям, расследующим особо сложные и опасные преступления. Эта практика имеет ряд положительных сторон, ее надо всячески поддерживать. Но, так или иначе, закон предоставляет следователю право давать органам дознания поручения о производстве розыскных и следственных действий и требовать от них содействия при производстве отдельных следственных действий (ст. 96 УПК СРВ).

Говоря о содействии органов дознания следователю, закон имеет в виду оказание помощи в различных формах. Это содействие может выражаться в непосредственном участии работников милиции в производстве следователем осмотра, обыска, выемки и других следственных действий, в осуществлении по его поручению мер процессуального принуждения (задержание, привод и др.), в выделении экспертов или других специалистов для оказания помощи следователю научно-техническими средствами, в проведении розыскных мероприятий и т.д.

Поручение о производстве следственных действий должно даваться следователем в письменной форме с указанием данных, необходимых для его эффективного выполнения. Все поручения следователя о совершении следственных действий должны выполняться органами дознания в максимально сжатые сроки.

Что же касается основных, принципиально важных процессуальных действий, то они должны производиться непосредственно самым следователем.

Розыскные поручения следователя преследуют цель выявления преступника, очевидцев содеянного, потерпевшего, похищенного имущества, вещественных источников доказательств и т.д. Они должны быть сформулированы четко, иногда целесообразно предварительно обсудить их с органами дознания. Эти поручения в принципе также должны облекаться в

63

письменную форму, тем более в тех случаях, когда требуется процессуальное закрепление их результатов. Необходимость в письменном оформлении поручения следователя вызывается тем, что это способствует более точному определению самого задания, придает ему официальный характер, вносит ясность во взаимоотношения и усиливает ответственность органов дознания за своевременное его исполнение.

Взаимодействие между следователем и органами дознания необходимо также в использовании фактических данных, полученных оперативным путем. Органам дознания следует своевременно и полно извещать следователя о полученных оперативно-розыскным способом сведениях, могущих иметь значение дела. Следователю, в свою очередь, надо ставить органы дознания в известность о добытых им фактических данных, особенно о таких, которые пока что не могут быть использованы при проведении следственных действий, но могут оказаться полезными в оперативно-розыскных целях.

Конечно, говоря о необходимости своевременного информирования органами дознания о полученных оперативно-розыскных сведениях следователя, надо учесть и то обстоятельство, что не всякие оперативные сведения могут быть использованы следователем немедленно. В ряде случаев преждевременное оглашение оперативных сведений может расстроить дальнейшие оперативно-розыскные мероприятия этих органов и иметь другие негативные последствия.

Органам дознания не следует рассматривать выполнение поручений следователя или иное содействие ему в качестве “услуги” следователю. Это -их прямая служебная обязанность, возложенная законом. Никакие ведомственные различия не должны препятствовать органам предварительного следствия и дознания объединять все свои силы и средства для раскрытия каждого преступления и изобличения виновных. Напротив, они должны обеспечить более успешную борьбу с преступностью. Только

64

при такой организации взаимодействия следователя и органов дознания возможно дальнейшее повышение качества предварительного следствия, обеспечение быстрой и полной раскрываемости готовящихся и совершенных преступлений.

Как известно, до сих пор во Вьетнаме, а также долгие годы в России (в Советском Союзе), оперативно-розыскная деятельность осуществлялась при отсутствии, какого бы то ни было, законодательного регулирования, на основании одних лишь сугубо секретных ведомственных циркуляров. Не было также никаких официальных правил использования ее результатов в доказывании.

В настоящее время в РФ действует ряд законов, которыми официально регулируется ОРД, в частности, порядок представления результатов ОРД следователю для использования в доказывании.

Первый в России Закон об оперативно-розыскной деятельности был принят в 1992 году1. Новизна закона, отсутствие легальной практики предопределили многие его несовершенства. К тому же через год была принята Конституция РФ, и потребовалось привести этот закон в соответствие конституционным положениям. Поэтому 12 августа 1995 г. был принят в новой редакции Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности»”. Одно из существенных изменений коснулось именно норм об использовании результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании.

Поскольку речь идет об использовании результатов ОРД при расследовании преступлений и рассмотрении уголовных дел судом, оно должно регулироваться
как Законом «Об оперативно-розыскной

См.: Закон РФ от 13 марта 1992 г. № 2506-1 “Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации” // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 892.

См.; Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности” (в ред. от 30.12.99.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. №33-Ст. 3349.

65

деятельности» (получение, фиксация, представление оперативных данных, имеющих значение для следствия и суда), так и уголовно-процессуальным законом (введение указанных данных в уголовный процесс, использование их в доказывании). Действующий УПК РСФСР упоминает об оперативно- розыскных мерах лишь в самом общем виде в статьях, регламентирующих деятельность органов дознания, предусматривая принятие необходимых оперативно-розыскных мер в целях обнаружения преступлений и лиц, их совершивших (ст. 118), и проведения розыскных действий по поручению следователя (ст. 119).

Статья 89 Проекта нового УПК РФ, принятого в первом и втором чтении Государственной Думой, по существу воспроизводит положение ст. 11 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности», указывая, что «результаты ОРД, полученные при соблюдении требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями УПК РСФСР, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств». Представляется, что порядок введения в уголовный процесс и использования в доказывании данных, полученных оперативным путем, должен быть регламентирован в Кодексе более конкретно. Это может быть сделано по мере накопления практики.

Результаты ОРД могут быть использованы в организации и планировании расследования, а также в доказывании по уголовному делу. В соответствии с ч. 3 ст. 11 Федерального закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» они представляются органу дознания, следователю и в суд на основании постановления руководителя органа, осуществляющего ОРД, в порядке, предусмотренном ведомственными нормативными актами.

Исходя из норм уголовно-процессуального кодекса, Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности
органу

66

дознания, следователю, прокурору или в суд, утвержденной Генеральным прокурором РФ от 13 мая 1998 г.1, для того, чтобы результаты ОРД могли эффективно использоваться в доказывании, они должны содержаться в сопроводительном письме и других представляемых материалах.

Необходимое условие использования результатов ОРД в доказывании по уголовным делам — защита от возможного разглашения относящихся к этой деятельности сведений, составляющих государственную тайну.

Не вызывает сомнений, что использование в борьбе с преступностью негласных оперативно-розыскных средств и методов наряду с гласными является вынужденной, необходимой мерой. Конституционный суд РФ в своем Определении по делу о проверке конституционности отдельных положений Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» по жалобе И. Г. Черновой, в частности, указал, что «оперативно-розыскная деятельность… объективно невозможна без значительной степени секретности»”.

Информация, которую использует следователь в своей работе по уголовному делу, весьма разнообразна. В зависимости от способов получения и доказательственного значения ее можно разделить на две основные группы: процессуальную и непроцессуальную.

Первая может быть получена следователем либо иным субъектом уголовно- процессуальной деятельности (органом дознания, прокурором, судом, судьей) с обязательным соблюдением установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка.

См.: Приказ Федеральной службы налоговой полиции РФ, ФСБ РФ, МВД РФ, Федеральной службы охраны РФ. ФПС РФ. ГТК РФ и Службы внешней разведки РФ от 13 мая 1998 г. № 175/226/336/201/286/410/56 “Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд” // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1998. № 23.

См.: Определение Конституционного Суда РФ от 14 июля 1998 г. “По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” по жалобе гражданки И.Г. Черновой // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1998. № 6.

67

Непроцессуальная информация не обладает такими свойствами. Она может быть почерпнута следователем из средств массовой информации, в ходе бесед, телефонных переговоров с разными лицами, которые не могут назвать источники сообщаемых сведений. К непроцессуальной информации относятся и сведения, которые получены при проведении оперативно-розыскных мероприятий. Все не процессуальные виды информации имеют более ограниченные возможности использования при расследовании.

Гласная непроцессуальная информация может использоваться следователем относительно свободно. На нее нельзя ссылаться как на доказательство и предъявлять в качестве такового при допросе, но можно использовать для формулировки вопросов допрашиваемому, применения не противоречащих закону психологических «хитростей» .

Сложнее использовать информацию оперативно-розыскных служб, полученную из негласных источников или путем проведения негласных мероприятий, которые не полежат разглашению. Здесь требуется особая осторожность.

Характер взаимодействия следователя с органами, осуществляющими ОРД, и содержание ориентирующей не процессуальной информации, в которой нуждается следователь, на разных этапах предварительного расследования преступлений имеют свою специфику. Она непосредственно связана с особенностями задач, стоящих на первоначальном этапе расследования; этапе дальнейшего собирания и проверки доказательств, обеспечивающем выполнение по уголовному делу требований закона о всесторонности, полноте, объективности исследования всех обстоятельств, указанных в УПК; этапе окончания расследования.

В настоящее время накопился немалый опыт успешного раскрытия преступлений и изобличения лиц, их совершивших, общими усилиями

См.: Соловьев А. Б. Проблемы предварительного следствия в уголовном судопроизводстве. М., 1980. С. 63-81.

68

следователей и сотрудников оперативно-розыскных подразделений. Особенно результативна их совместная деятельность при постоянном контакте и обмене информацией в рамках следственно-оперативных групп, работающих по конкретным делам об особо тяжких и тяжких преступлениях. Однако для многих регионов России, как показало проведенное нами исследование, типично отсутствие должного взаимодействия между следователями и оперативно- розыскными подразделениями, а вместе с тем — недостаточное использование результатов ОРД в расследовании преступлений.

Сотрудники оперативно-розыскных подразделений далеко не всегда могут правильно оценить значение для расследования той информации, которой они располагают, и не представляют ее следователю.1 Следователь же по действующему закону вынужден довольствоваться только представленными ему сведениями.

В тех случаях, когда результаты ОРД используются по уголовному делу для формирования доказательств, законность получения таких результатов приобретает еще более значимую роль. Практике известны многие случаи, когда причинами возвращения уголовных дел для дополнительного расследования и вынесения оправдательных приговоров является признание судом не имеющими юридической силы доказательств, сформированных на основе представленных оперативно- розыскными подразделениями материалов (записи телефонных и иных переговоров, др.), т.к. при их получении был нарушен порядок производства оперативно-розыскных мероприятий. Это проведение без судебного решения ОРМ, связанных с ограничением конституционных прав граждан на тайну переписки,
телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных

См.: Жук О. Д. Организованная преступность в современной России, Томск. 1998.. С.151.

69

сообщений, передаваемых по сетям электрической и иной связи, на неприкосновенность жилища, а так же другие нарушения закона.

Как правильно отмечает Е.А. Доля, оперативные работники должны заботиться о возможности, путях, формах и условиях использования результатов ОРД в доказывании, начиная с момента получения информации сигнального характера. В дальнейшем эти вопросы должны постоянно находиться в поле их зрения при подготовке и проведении различных ОРМ, направленных на получение значимых для производства расследования данных. Игнорирование этих вопросов в процессе ОРД, попытка их решения на заключительном этапе могут привести к серьезным проблемам и трудностям в использовании результатов ОРД в доказывании, а иногда - к невозможности их ввода в уголовный процесс.

Изучение практики показывает, что по многим делам о преступлениях, совершенных организованными преступными группами, использование доказательств, сформированных по материалам ОРД, играет решающую роль в изобличении виновных, вынесении в отношении них судом законного, обоснованного и справедливого приговора.

Мы рассмотрели лишь некоторые, по нашему мнению, актуальные вопросы взаимодействия следователя и органов дознания. Дальнейшая разработка этих вопросов в теории и выработка соответствующих рекомендаций, безусловно, будет способствовать более успешному выполнению следователем поставленной перед ним задачи по борьбе с преступностью и ее предупреждению.

70

ГЛАВА II. ОСОБЕННОСТИ СИСТЕМЫ ОРГАНОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ В УГОЛОВНОМ

ПРОЦЕССЕ РФ И СРВ

§ 1. Система органов предварительного следствия в уголовном

процессе РФ и СРВ

В российском уголовном процессе разветвленная система следственных органов сложилась исторически. Вопрос о месте и роли российского следственного аппарата стал неотъемлемым предметом многих исследований, обсуждений практикующих юристов.

Как известно, накануне судебной реформы 1864 г. в юридических кругах остро встал вопрос о построении аппарата расследования преступлений в России. Высказывались предложения о том, что такой аппарат должен составлять единое целое с розыскными службами полиции. Но прогрессивные юристы России резко и аргументировано выступили против этого, и царским Указом 1860 г. следствие было отделено от полиции. Демократическая, по сути, реформа 1864 г. закрепила это положение: предварительное следствие рассматривалось вне полицейских и иных административных функций.

Тем не менее, очевидной была зависимость следователей иного рода -от судебного ведомства, которому они подчинялись, в том числе и административно. Так, помимо выполнения основной работы, следователь мог привлекаться в случае нехватки судей к рассмотрению уголовных дел, по которым расследование проводил другой следственный работник, тем самым фактически допускалось смешение двух самостоятельных функций уголовно-процессуальной деятельности у одного субъекта: расследования уголовных дел и их разрешения по существу.

71

Довольно острыми были и контрреформы, стартовавшие сразу вслед за нововведениями, Как указывает Б. В. Виленский, начало противостоянию положило введение «Правил о порядке действий чинов корпуса жандармов по исследованию преступлений», утвержденных царем-реформатором 19 мая 1871 года и расширяющих полномочия жандармерии в сфере досудебного производства .

Тем не менее, существенным итогом судебной реформы и одновременно важной гарантией прав личности можно признать разведение правоохранительных полномочий между самостоятельными ведомствами: судом, прокуратурой, адвокатурой и полицией, а также решение вопросов независимости следователя от административных и надзорных органов.

Очевидно и другое. Более 130 лет назад в России проблемы предварительного следствия решались на высоком государственном уровне. А самой фигуре следователя придавалось весьма важное значение и отводилось достойное место.

При Советской власти с принятием постановления ВЦИК и СНК РСФСР от 3 сентября 1928 года следователи были переведены из системы судов в систему прокуратуры. Никаких других следователей закон не предусматривал. Таким образом, следователи стали подчиняться прокуратуре, в руках которой сосредоточилось административное и процессуальное руководство предварительным следствием.

Данная реформа была обусловлена прежде всего политическими причинами — усилением репрессий против мелкой буржуазии города и деревни, хотя официально объяснялась тем, что «двойное подчинение следователя суду и прокурору, хотя и в разных отношениях, осложняет руководство следователем»”.

Предварительное следствие производилось только по указанным в

См.: Виленский Б. В. Судебная реформа и контрреформа. Саратов, 1969. С. 308. 2 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М.: Наука, 1970. С. 75.

72

законе категориям уголовных дел, а по всем остальным делам расследование ограничивалось дознанием. Правила о разграничении предварительного следствия и дознания часто нарушались стремлением ограничить круг дел, по которым обязательно предварительное следствие и, соответственно, расширить круг дел, расследуемых органами дознания. В результате дознание часто подменяло собой предварительное следствие.

В 30-х годах органы НКВД - НКГБ, проводя массовый террор пользовались собственными следственными аппаратами. От следователей здесь требовалось получение любой ценой признания обвиняемым своей вины1.

После принятия Основ уголовного судопроизводства СССР и союзных республик 1958 г., предварительное следствие стало производиться следователями прокуратуры, а по делам о наиболее опасных государственных преступлениях - следователями органов государственной безопасности (ст. 28). Дознание же проводилось, главным образом, органами милиции (ст. 29), не имевшими в тот момент права прошводить предварительное следствие и не располагавшими собственным следственным аппаратом.

Такое положение сохранялось до 1963 года. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 6 апреля 1963 г. «О предоставлении права производства предварительного следствия органам охраны общественного порядка» (ныне Министерство внутренних дел) был создан институт следователей органов внутренних дел. Так образовались три параллельно действующих следственных аппарата.

Упраздненный в 1994 г. в связи с преобразованием органов государственной
безопасности в федеральную службу контрразведки,

См.: Становление судебной власти в обновляющейся России. Серия «новое в юридической науке и практике» / Под ред. Б. Н. Топорнина. М., 1997. С. 17.

73

следственный аппарат этих органов воссоздан через год в Федеральной службе безопасности.

По действующему уголовно-процессуальному законодательству России предварительное следствие производят следователи органов прокуратуры, органов внутренних дел, органов федеральной службы безопасности и федеральных органов налоговой полиции (ст. 125 УПК РСФСР), расследуя уголовные дела, отнесенных законом к их подследственности (ст. 126 УПК РСФСР). Содержание и направление деятельности следователей определяются задачами уголовного судопроизводства (СТ. 2 УПК РСФСР).

При расследовании отнесенных к их подследственности уголовных дел все следователи пользуются равными процессуальными правами и несут одинаковые процессуальные обязанности независимо от их ведомственной принадлежности.

Помимо следователей предварительное следствие могут осуществлять начальники следственных отделов органов ФСБ, МВД, налоговой полиции, а также прокуроры. В таком случае они пользуются всеми полномочиями следователя (часть 2 ст. 127- 1, пункт 5 части 1 ст. 211 УПК РСФСР).

Нынешнее решение вопроса об организации следственного аппарата — параллельное существование следователей прокуратуры, органов внутренних дел, федеральной службы безопасности и федеральных органов налоговой полиции, — не окончательное.

Первая практическая попытка изменить такое положение, при котором параллельно существует несколько следственных аппаратов в России (на тот момент - в СССР) сделана в 1977 г, когда началась разработка Положения о Государственном комитете по следствию. Затем проект этого Положения был представлен в Президиум Верховного Совета СССР, где «он вначале был

74

благосклонно встречен аппаратом и руководством Президиума, с ним началась работа, но потом на нем, что называется, поставили крест» .

Характерны для того периода воспохминания бывшего председателя Верховного Суда СССР В. И. Теребилова, которому было предложено возглавить Общегосударственный Следственный комитет, если он будет создан. «Тогда я размышлял примерно так: оперативно-розыскной аппарат останется в МВД и КГБ, и они вряд ли будут стараться «обслуживать» новый для них «чужой» комитет; прокурор, освобожденный от всяких следственных функций, будет снимать с меня не одну, а две стружки; суд, несомненно, ужесточит свои требования; и тогда «козлом отпущения» будет только Следственный комитет, у которого будут богатая вывеска и очень скромные возможности. И я ответил «Нет»»”. Решение о создании Следственного комитета так и не было принято.

В настоящее время, как известно, правоохранительная система России переживает глубокий кризис. Применительно к органам предварительного следствия наблюдается снижение процессуальной самостоятельности следователей, усиление их зависимости от силовых ведомств местных властей, предвзятость и обвинительный уклон; не соблюдаются сроки предварительного следствия и содержания обвиняемых под стражей, нарушаются права и законные интересы участников данной стадии процесса. В то же время, рассматривая размежевание подследственности между следователями различных ведомств (ст. 126 УПК РСФСР), нетрудно убедиться в изменчивости, подвижности, нечеткости разграничительной черты между ними: дела об одних и тех же преступлениях могут расследовать как следователи прокуратуры, так и следователи ОВД, в зависимости от соображений целесообразности.

См.: Истина… И только истина! Пять бесед о судебно-правовой реформе. М., 1990. С. 275. См.: Судебно-правовая реформа (взгляд нелостороннего) // Законность. 1996. № 3. С. 41.

75

Определенные трудности практического характера проявляются и в процессуальном руководстве предварительным следствием . Дело в том, что процессуальное руководство деятельностью следователей параллельно с прокурорами осуществляют и начальники следственных отделов, управлений, отделений ОВД, налоговой полиции, ФСБ и их заместители (п. 6а ст. 34, ст. 127-1 УПК РСФСР). Поэтому уже давно обсуждается вопрос о создании единого следственного аппарата, который объединил бы под общим руководством всех следователей, независимо от их ведомственной принадлежности. Такое решение вопроса наилучшим образом устранило бы ныне существующие недостатки предварительного следствия.

Анализ приведенных в юридической литературе позиций позволяет выделить основные подходы определения оптимального места следственного аппарата, сформировавшиеся у научного сообщества к настоящему времени:

1) объединение следственного аппарата страны под эгидой МВД, на базе функционирующего Главного следственного управления этого министерства”; 2) 3) сосредоточение всех следователей в органах прокуратуры5; 4)

3) возврат к построению следственного аппарата дореволюционной России, т.е. его функционирование при судебном ведомстве либо подчинение его Министерству юстиции ; 4) 5) создание независимого, самостоятельного следственного органа (Следственного комитета)”. 6) Высказывалось также мнение, что опыт практической работы

См.: Ларин A.M., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России: Лекции-очерки. М„ 1997. С. 155-156.

~ См. напр.: Абрамов Е. Следственный комитет — ломать не строить // Советская милиция. 1990. Ноябрь. С. 11-13. J См.: Басков В. О предварительном следствии // Советская юстиция. 1990. № 15. С. 16.

См. напр.: Сорокина Ю. Предварительное следствие: история и современность // Советская юстиция. 1992. № 9-10. С. 9-10.

5 См. Шейфер С.А. Понятие и взаимоотношения судебной, прокурорской и следственной властей // Межвузовский сборник научных статей. Самара, 1991 .С.67.

76

существующих аппаратов предварительного следствия подтверждает оправданность подобной системы , то есть сегодняшняя система следственных органов должна быть сохранена.

Тем не менее, большинство ученых и практических работников, с учетом проведенных научных дискуссий и исследований, отвергли первые два предложенных варианта организации следственного аппарата. На то есть, по крайней мере, два неопровержимых, на наш взгляд, довода.

Во-первых, как считает А. П. Гуляев, главной причиной существующего сейчас положения следственного аппарата является определенная его зависимость «от ведомственных (в худшем смысле слова) интересов и влияний, недостаточная
обеспеченность процессуальной

2

самостоятельности следователя» .

Во-вторых, ни теоретически, ни практически недопустимо соединение в одном органе выполнения различных по своей правовой природе видов деятельности: предварительного следствия и оперативно-розыскной деятельности; предварительного следствия и прокурорского надзора; предварительного следствия и поддержания обвинения в суде.

В связи с этим Т. Г. Морщакова предлагает учитывать при реорганизации системы следствия два момента: во-первых, одно и то же ведомство объективно не может выполнять разные функции во избежание конкуренции между ними, и, во-вторых, связи между органами, действующими на досудебных стадиях уголовного судопроизводства, должны выражаться в постоянном контроле одного из них за другим/

С учетом данных обстоятельств авторы Концепции судебной реформы в
Российской Федерации, предлагая реформировать организацию

^ См.: Крылов И. Ф. Бастрыкин А. И., Розыск, дознание, следствие. Л., 1984. С. 97. ‘ См.: Истина… И только истина! С. 245-246, “Там же. С. 261.

77

следственного аппарата, остановились именно на третьем и четвертом из изложенных выше вариантов’.

Между тем, первые практические шаги реализации этой Концепции надо признать довольно острожными, а порой и противоречивыми. Так, в декабре 1990 г. IT Съезд народных депутатов РФ (П. 14 постановления № 403-1 от 7 декабря 1990 г.) поручил Верховному Совету РСФСР начать работу по формированию самостоятельных органов предварительного следствия.

Рассматривая проект Концепции судебной реформы, I Всероссийский съезд судей 17-18 октября 1991 г. счел необходимым выделить одним из основополагающих ее направлений обеспечение независимого предварительного следствия, строящегося на принципе состязательности, и судебного контроля за ним*”.

24 октября 1991 года проект Концепции судебной реформы в РСФСР, предусматривающий в числе других вопросов и создание единого самостоятельного следственного аппарата, был утвержден постановлением Верховного Совета РФ № 18018-1 г.3

И, наконец, в п. 3 Постановления VII Съезда народных депутатов РФ «О состоянии законности, борьбы с преступностью и коррупцией» № 4081-1 от 14 декабря 1991г. прямо записано: «Верховному Совету РФ в первом полугодии 1993 г…. завершить разработку и принять законодательные акты… «О Следственном комитете РФ». Во исполнение решение проект Закона Российской Федерации «О Следственном комитете РФ»Э был внесен на рассмотрение Верховного Совета России 1993 г., где был принят в первом

См.: Концепция судебной реформы… С. 67. ‘ См.: Лебедь Ю. Н. Предварительное следствие - функция юстиции. Омск, 1993. С. 37. “ См.: Кондратов Б., Щербинский Е. Указ. соч. С. 26.

См.: Постановление Съезда народных депутатов РФ от 14 декабря 1992 г. № 4081-1 “О состоянии законности, борьбы с преступностью и коррупцией” // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. №51. Ст. 3018. э См.: Советская юстиция. 1993. № 11. С. 24-31.

78

чтении1. Предварительно законопроект был повергнут широкой научно- юридической экспертизе и обсужден практически во всех федеральных и местных правоохранительных органах. За его принятие выступили 95,5 % судебных органов, изучивших документы, 93,8 % коллегий адвокатов, 93,0 % следственных подразделений органов внутренних дел, 92,0 % отделов юстиции, 82,9 % органов прокуратуры, 58,8 % органов внутренних дел на транспорте, 46,3 % территориальных органов внутренних дел и 39,0 % органов Министерства безопасности’.

Таким образом, формирование юридической базы и общественного мнения для реорганизации органов предварительного следствия и создания Следственного комитета РФ было фактически завершено. В связи с этим научная дискуссия сосредоточилась больше на тактических, чем стратегических моментах преобразований.

Вариант создания единого следственного аппарата в системе судов, как это уже было в России в конце XIX века и в первые послереволюционные годы при Советской власти, явился бы на наш взгляд, одним из наиболее удачных и легко реализуемых.

Однако у данного варианта есть противники, отмечающие, что, во-первых, это парализовало бы оперативность и самостоятельность следователя (что послужило одной из причин создания института следователей в системе прокуратуры), и, во- вторых, противоречит конституционной функции суда - осуществлению правосудия. В функции суда не должно входить уголовное расследование, обнаружение, выявление и пресечение нарушений закона, борьба с преступностью. Задача суда «рассматривать и проверять доброкачественность представленных сторонами материалов, дать им свою оценку и затем изложить ее в своем решении. Никакой собственной инициативы, никакой побудительной

См.: Шарапов А. Наших Мегре пригласят в комитет. Следственный… // Российская газета, 1993. Аир. ~ См.: Кондратов Б., Щербинский Е. Указ. соч. С. 29.

79

заинтересованности - вот параметры истинного правосудия в новом, демократическом его понимании, базирующемся на конституционных принципах независимости судей, состязательности и равноправия сторон» .

Соединение функции правосудия и уголовного преследования фактически придает судебной власти несвойственный ей характер и не соответствует требованиям демократического построения уголовного процесса.

К сожалению, следует констатировать, что по ныне действующему УПК РСФСР суд выполняет определенные элементы обвинения (оглашает обвинительное заключение, выносит обвинительные приговоры даже при отказе прокурора от обвинения и т.д.). Поэтому вполне понятно, откуда такие опасения у противников данного варианта решения вопроса.

Кроме того, отмечено, что «при определении качества предварительного следствия расцениваются как недостатки факты прекращения дел судом, возращения дел на доследование, отмены мер пресечения, вынесения оправдательных приговоров. Судья, ответственный за предварительное следствие, вольно или невольно будет задумываться, как его решение отразится на оценке работы руководимых им следователей и, значит, его собственной работы на данном участке. А это будет способствовать усилению опасной для правосудия и дискредитирующей суд тенденции - обвинительному уклону».’

Это верно, если сводить деятельность следователя к обвинению. Но если на следователя смотреть не как на обвинителя, а как на объективного и непредвзятого исследователя, эти доводы в значительной мере утрачивают силу.

Рассматривая соотношение досудебного и судебного производства,

См.: Савицкий В. М. Организация судебной власти в Российской Федерации. М , 1996. С. 7

’ См.: Ларин А. М., Савицкий В. М. Каким быть следственному аппарату // Советское государство и право. 1991. № 1. С. 37.

80

И.Л. Петрухин констатирует, что именно судебная власть является носителем функции расследования преступлений и аргументировано предлагает передать расследование наиболее тяжких преступлений в компетенцию следственных судей или судебных следователей, что позволило бы, по его мнению, приблизиться к уровню мировых стандартов’.

Группа авторов, близкая по своей позиции к точке зрения И.Л. Петрухина, считает, что каждая форма уголовно-процессуальной деятельности должна иметь самостоятельное организационное воплощение и обеспечение. В связи с этим они заключают, что, поскольку «по своему происхождению предварительное следствие - это судебная деятельность, лишь в целях более тщательной проработки материала отделенная от судебного разбирательства… она должна осуществляться в юридических условиях, максимально приближенных к условиям судебного разбирательства, в частности под контролем следственного судьи, обеспечивающего состязательность обвинения и защиты»’.

Свои доводы эти ученые аргументируют результатами опроса судей, подавляющее большинство которых (75%) выразили полное согласие с предложением об осуществлении расследования под контролем следственного судьи”.

Проведя анализ становления и развития института следователей в российском уголовном процессе, В. П. Божьев и А. И. Трусов также приходят к выводу, что следователь по своему предназначению является представителем юстиции, осуществляющим в стадии предварительного расследования исследование обстоятельств совершенного преступления наряду с представителями
обвинения и защиты и нуждающимся в

См.: Петрухин И. Л. Судебная власть и расследование преступлений // Государство и право. 1993. № 7. С. 81 -83.

’ Пути совершенствования системы уголовной юстиции // Государство и право. 1989. № 4.. С. 88. 3 Там же. С. 90.

81

процессуальной самостоятельности и независимости, аналогичной судебной1. И только «принадлежность к судебной власти органов, осуществляющих предварительное следствие, обеспечивает ему независимость»”.

Более того, Ю. И. Стецовский видит в признании того, что предварительное следствие - это процессуальная деятельность, являющаяся составной частью судебной власти, один из путей выхода из тупика, в который попала конституционная законность в уголовном судопроизводстве”’.

Таким образом, предварительное следствие, на наш взгляд, есть функция юстиции, производная от судебной власти. Следователь, соответственно, должен рассматриваться как ее представитель и находится при судебном ведомстве. Любое иное построение следственного аппарата, так или иначе, ставит следователя в полную или частичную зависимость от исполнительной или законодательной власти, что, естественно, недопустимо.

В связи с этим нельзя признать безупречным решение проблемы единого, независимого следственного аппарата путем формирования Федерального Следственного комитета России, идея создания которого зарождалась и развивалась под лозунгом усиления процессуальной самостоятельности следователя. Концепция судебной реформы одним из принципиальных условий реализации этого положения утверждает неприемлемость процессуального подчинения следователя

административным начальникам, наделенным правом контролировать ход и результаты расследования, пересматривать его решения .

См.: Божьев В.П., Турсов А. И. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя // Проблемы формирования социалистического правового государства. М.. 1991. С. 120.

’ См.: Петрухин И.Л., Куцева Э.Ф. О концепции уголовно-процессуального законодательства РФ // Государство и право. 1992. № 12. С. 84.

’ См.: Стецовский Ю. И. Концепции судебной реформы и проблемы конституционной законности в уголовном судопроизводстве /У Государство и право. 1993. № 9. С. 103.

Там же. С. 65.

82

Тем не менее, проект Закона о Следственном комитете, принятый в первом чтении Верховным Советом Российской Федерации, исходил из необходимости подобного процессуального подчинения следователя. Более того, формируясь как федеральная структура государственной власти, Следственный комитет, так или иначе, рано или поздно, на наш взгляд, примкнет или попадет под непосредственное внимание правительства, т.е. исполнительной власти. С одной стороны, предусматривавшийся ст. 6 законопроекта парламентский контроль за деятельностью (а не законностью деятельности) органов предварительного следствия не убережет Следственный комитет от диктата исполнительной власти, а с другой -возникает опасность трансформации данного контроля в элементарный административный надзор с не менее сильными притязаниями на руководство расследованием.

В связи с этим следует согласиться с мнением Ю. Н. Лебедя, который предостерегает от ошибки «представлять Следственный комитет отчужденным от правосудия, примыкающим к законодательной власти. Это, скорее, политический, а не методологический подход к проблеме реформы. Следственный аппарат не может существовать сам по себе…»1.

Однако, по нашему мнению, автор сам допускает методологическую ошибку, предлагая «ориентироваться на создание самостоятельного и независимого комитета или департамента федеральных расследований под эгидой Министерства юстиции»”, т.е. структуры исполнительной власти. Наиболее приближенное к судебной функции предварительное следствие, тем не менее, не совпадает с ней, занимая как бы промежуточное положение между прокурорско-полицейскими функциями и деятельностью суда. Однако необходим механизм некоторой автономности следственной деятельности,

’ Лебедь Ю. Н. Указ.соч. С. 36. “ Там же. С. 37-38.

83

чтобы минимизировать последствия возможного управленческого влияния на следователя со стороны судебного ведомства.

На наш взгляд, единственным недостатком этого варианта является отвлечение суда от его непосредственной деятельности — осуществления правосудия.

Таким образом, доводы процессуально-правового характера против создания единого следственного аппарата в судебной системе не перевешивают доводов в пользу такого решения.

Создание единого аппарата под эгидой Министерства юстиции сможет способствовать искоренению служебной зависимости следователя от прокурора и от органов внутренних дел, укрепить его процессуальную самостоятельность. Однако данный вариант оказывается трудно реализуемым, особенно в организационном аспекте (хотя данная причина не носит процессуально-правовой характер).

После рассмотрения возможных подходов к преодолению сложившейся ситуации можно констатировать, что наиболее целесообразным, идеальным представляется создание самостоятельного единого следственного аппарата как организационного объединения всех следователей, ныне работающих в органах внутренних дел, прокуратуре, федеральной службе безопасности и федеральной службе налоговой полиции. Такая организация следственного аппарата способствовала бы искоренению обвинительного уклона в следственной работе, укрепила бы процессуальную самостоятельность следователя и, наконец, устранила бы параллелизм (дублирование) в следственной работе.

Полагаем, что следует сохранить некоторые оправдавшие себя на практике процессуальные отношения между следственной властью и властями обвинительной и судебной.

Необходимо оставить прокурору объем полномочий, способных обеспечить ему осуществление уголовного преследования и прокурорского

84

надзора за проведением предварительного следствия, а не процессуальное руководство предварительным следствием (как это часто предлагается), которое должно оставаться в рамках деятельности следственного аппарата.

В частности, прокурор должен по-прежнему иметь право давать следователю указания (необязательные для следователя) о расследовании преступления, об избрании или отмене меры пресечения, о квалификации преступления, о производстве следственных действий и обо всем, что может быть полезным для объективного, всестороннего и полного расследования уголовного дела. Кроме того, у него должны остаться полномочия в любой момент затребовать все материалы уголовного дела для ознакомления; обжаловать (не отменить) любое действие и решение следователя в суд; давать согласие следователю на возбуждение перед судом ходатайства о производстве процессуального действия, допускающегося только на основании судебного решения; утвердить обвинительное заключение.

В то же время, прокурор не должен иметь права выполнять лично отдельные следственные действия или расследование в полном объеме, вмешиваться в организацию расследования. Но следует сохранить за ним право присутствовать при производстве любого следственного действия, и потому следователь должен в обязательном порядке заранее известить прокурора о дате и времени производства любого следственного действия.

Следователь должен по-прежнему поручать органу дознания выполнение следственных и розыскных действий, а при необходимости может пользоваться помощью органа дознания при выполнении следственных действий.

Роль суда в контроле над решениями следователей по некоторым существенным вопросам предварительного следствия должна быть усилена, ибо именно «судебный контроль может стать серьезнейшим заслоном от бюрократических
извращений, задевающих права и законные интересы

85

личности»1. В частности арест, заключение под стражу и содержание под стражей, обыск, выемка, прослушивание телефонных переговоров должны допускаться только по судебному решению (ст. ст. 22, 23, 25 Конституции РФ).

Вопрос о виновности лица в совершении преступлений при наличии так называемых не реабилитирующих оснований должен решаться в обвинительном приговоре суда, что в полной мере соответствовало бы требованиям ст. 49 Конституции РФ, согласно которой, никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как вступившим в законную силу приговором суда.

Следует активно использовать в контексте предварительного следствия конституционное право граждан на судебную защиту и право на обжалование в суд незаконных действий должностных лиц. Также в ведение суда следует передать разрешение возникающих конфликтов между следователем и прокурором. А вообще, судебный контроль за предварительным следствием должен быть приемлемым лишь в пределах, характеризующих деятельность судебной власти, которую можно определить, как «исключительное полномочие суда разрешать в сфере права социальные конфликты с использованием для этого соответствующей процессуальной процедуры при наделении конфликтующих сторон равными правами»’.

Таким образом, место следственного аппарата в системе органов государственной власти должно определяться с условием самостоятельности следственной власти от власти обвинительной и судебной при наличии между ними системы сдержек и противовесов.

Высказанное возражение о том, что создание самостоятельного

См.: Савицкий В. М. Организация судебной власти в Российской Федерации. М.. 1996. С. 47,

” См.: Шейфер С. А. Уголовная ответственность: основания и порядок реализации // Межвузовский сборник научных статей. Самара, 1991. С. 60.

86

единого следственного аппарата имеет тот недостаток, что следственная деятельность - процессуальная деятельность, регулируемая уголовно- процессуальным правом, отъединяется организационно от всех иных форм и видов процессуальной деятельности, регулируемой также уголовно-процессуальным правом, лишено смысла в силу того, что при этом сохраняется прокурорский надзор и усиливается судебный контроль за предварительным следствием.

Во вьетнамском уголовном процессе, как уже отмечалось выше, создание и развитие системы следственных органов было связано с историей страны и во многом восприняло опыт Советского союза и Российской Федерации.

До создания УПК СРВ предварительное расследование производилось только следственными органами общественной безопасности. Во Вьетнаме в состав МОБ входят Народная милиция и Народные силы безопасности. В МОБ Народная милиция и Народные силы безопасности представляют собой самостоятельные, подчиненные министру общественной безопасности управления (как ведомства). Поэтому в структуре органов МОБ находятся следственный аппарат Народной милиции и следственный аппарат Народных сил безопасности.

В соответствии с их ведомственной принадлежностью следственные аппараты составляют самостоятельные следственные подразделения. В систему следственного аппарата МОБ входят офицеры и сотрудники органов внутренних дел.

Структура следственных аппаратов состоит из двух звеньев: центральное звено - следственное управление Народной милиции и следственное управление Народных сил безопасности; местное -соответствующие следственные отделения в городских и провинциальных органах внутренних дел. При этом следует иметь в виду, что следственные управления занимаются не только расследованием уголовных дел. На них

87

возложено также непосредственное руководство деятельностью нижестоящих следственных подразделений. Следственные подразделения всех звеньев МОБ структурно входят в состав соответствующего органа общественной безопасности.

В связи с этим на начальников городских и провинциальных отделов (управлений) МОБ возложена ответственность за правильную организацию работы следственных подразделений и основанное на законе взаимодействие следственных органов с органами дознания и другими службами по предупреждению, раскрытию, расследованию преступлений и розыску преступников. При этом они наделены определенными правами и обязанностями, которые, однако, не входят в сферу процессуального контроля за деятельностью следственных органов. Такой контроль осуществляют только начальники следственных управлений, отделов, отделений, т.е. лица, указанные в законе. Пока в уголовном процессе отсутствовала фигура следователя, предварительное следствие и дознание велись офицерами и сотрудниками Народной милиции и Народных сил безопасности.

Полномочия органов предварительного следствия реализуются начальником этого органа и подчиненными ему офицерами и сотрудниками. Место должностных лиц, осуществляющих предварительное следствие, определяется начальниками органов внутренних дел и начальниками следственных органов. Поэтому следователи следственных органов абсолютно зависят от своих руководителей ведомственной принадлежности1.

Вообще, в уголовном процессе Вьетнама фигура следователя возникла с момента принятия УПК СРВ. Появилась необходимость найти ответ на вопрос о месте следователя и органов, осуществляющих предварительное расследование
уголовных дел. С большим трудом определялись различия

См.: Нгуен Мань Ханг. Некоторые мнения о предварительном следствии уголовных дел // Государство и право. 1982. № 4. С. 32. (на вьет, яз.).

88

между следственными органами (ст. 92 УПК СРВ) и органами дознания (ст. 93 УПК СРВ) и между следователем и сотрудниками органов дознания. Большинство вопросов было разрешено принятием Приказа об организации расследования уголовных дел от 4 апреля 1989 г. Однако еще многие проблемы ждут своего разрешения.

Как отмечает Чан Динь Нья, исходя из содержания Приказа об организации расследования уголовных дел от 4 апреля 1989 г., мы можем различить органы, ведущие предварительное следствие и органы дознания, однако для того, чтобы решить ряд проблем, связанных с процессуальной ролью органов дознания, необходимо устранить недостатки в некоторых статьях УПК СРВ. Например, следует ли включить органы дознания в число субъектов, установленных статей 27 УПК? Как разрешить эти проблемы, когда почти во всех статьях УПК СРВ упоминается только такой субъект уголовного процесса, как следственные органы? Кто будет выполнять задачу расследования уголовных дел и отвечать за расследование: «следователь» или «начальник» ?

История развития следственных органов во вьетнамском уголовном процессе свидетельствует о том, что органы предварительного расследования находились только в структуре МОБ, но различалась форма их деятельности как органа дознания или органа предварительного следствия. Субъектами уголовного процесса являлись органы предварительного расследования, прокуратура и суд. Поэтому все органы расследования, как органы дознания, так и органы предварительного следствия, действовали по общим правилам, по которым полномочия органов предварительного расследования реализуют начальники этих органов, подчиненные им офицеры и сотрудники.

В действующем вьетнамском уголовном процессе следователь является субъектом
уголовно-процессуальной деятельности. Ст. 27 УПК СРВ

См.: Чан Динь Нья. Об изменении и дополнении УПК СРВ. Ханой, 1990. С. 45. (на вьет. яз.).

89

установила, что к органам, ведущим уголовный процесс, относятся: следственные органы, прокуратура, суд; в число лиц, ведущих уголовный процесс, входят следователи, прокуроры, судьи, народные заседатели, секретари суда.

Это означает, что место следователя определяется законом как место самостоятельного субъекта в уголовном процессе, являющегося

должностным лицом (ст. ст. 24 и 25 Приказа об организации расследования уголовных дел Вьетнама). Закон возлагает на него обязанности расследовать уголовные дела, производя при этом необходимые следственные действия. Следователь лично отвечает за свою уголовно-процессуальную деятельность.

Однако во вьетнамском уголовном процессе законом большинство статей адресовано не следователям как должностным лицам, а учреждениям (следственным органам). По этому вопросу высказываются различные мнения не только в уголовно-процессуальной теории, но и на практике.

В содержании действующего уголовно-процессуального закона существуют немалые противоречия, которые вызывают споры о следующих проблемах: сложности отличия административной и уголовно-процессуальной деятельности органов, ведущих предварительное расследование; распределении ответственности за следствие между следователями и их начальниками; трудности осуществления прокурорского надзора и т. д.

Солидарную с этим суждением позицию по данной проблеме занимает Чан Динь Нья, который считает, что «предварительное расследование уголовных дел, осуществляющееся следственными органами - это деятельность в рамках уголовного судопроизводства, урегулированная уголовно-процессуальным законом. Это особый вид государственной деятельности. Поэтому, исходя из такого понимания, необходимо решать

См.: Фам Хонг Хай. Основные направления совершенствования уголовно- процессуального закона // Государство и право. 1997. № 6. С. 3. (на вьет. яз.).

90

существующие проблемы не только в отношениях между следственными органами и между следователем и начальником, но и во взаимоотношениях следственных органов и следователя с прокурором»1.

Практика свидетельствует, что в уездных и районных органах МОБ (самый широкий состав организации МОБ) следственные органы и органы дознания имеют общих начальников’. Это означает, что начальник милиции одного уезда или одного района является начальником следственного отдела и органа дознания этого же уезда (района). В этих условиях нет сомнения в том, что следователи МОБ подчинены административным структурам.

Дело в том, что предварительное следствие по своей природе есть деятельность процессуальная, а не деятельность административных органов, и она не может быть объединена с оперативно-розыскной деятельностью. Предварительное следствие связано с деятельностью суда и этим оно отличается от дознания, которое является деятельностью административных органов и связано с ОРД. А как показывает опыт, «то обстоятельство, что они именуются следователями, мало влияет на существо их деятельности. Служебный статут офицеров милиции и безопасности обусловливает их зависимость от вышестоящих должностных лиц, соподчиненных с ними агентурно-оперативных служб, органов исполнительной власти»1.

Кроме того, следователь подчиняется начальнику органа дознания, а это несовместимо с требованием закона. «В системе МОБ на всех уровнях доминируют спецслужбы. Следователь, с их точки зрения, нужен только для того, чтобы придавать легальную форму оперативно-агентурным сведениям,

См.: Чан Динь Нья. Об обновлении следственных органов // Государство и право. 1996. №6. С. 16.

’ На территории Вьетнама имеется 4 центральных города, и каждый из них имеет более 10 районов; 57 провинций и каждый из них имеет более 20 местных городов и уездов. Каждый район центральных городов и уездов имеет одно отделение органов Министерства общественной безопасности (ныне МВД).

’ См. Нгуен Дык Тхуан. Некоторые мнения о изменении и дополнении организации и деятельности следственных органов во Вьетнаме// Государство и право. 1999. № 2. С. 42.

91

по самой природе своей ненадежным. В иерархической пирамиде МОБ следователю отведено место на нижнем ярусе» .

Еще одно соображение: «с точки зрения оперативных подразделений предварительное следствие есть способ реализации оперативных данных. Преобладающие численно над следственным аппаратом и независимые от него, оперативные подразделения занимают в структуре органов внутренних дел ведущее положение, и это обусловливает позицию начальника органа. Соединение в его руках руководства следственными аппаратом и оперативными подразделениями фактически размывает необходимую грань между предварительным следствием и ОРД, ведет к эрозии правовых основ расследования преступлений. В этом - одна из распространенных причин серьезных нарушений уголовно-процессуального закона»’.

Во Вьетнаме нередко фактически только начальник следственного отдела расследует преступления. А большинство следователей действует в роли помощников или секретарей своего начальника и его заместителя. Это абсолютно неправомерно, хотя встречается во многих местах страны.

На наш взгляд, уголовно-процессуальный закон нуждается в обновлении в области регламентации деятельности и места следственных органов.

Можно согласиться с тем, что органом предварительного следствия является следователь, а не органы прокуратуры, внутренних дел или государственной безопасности, при которых он состоит. Так и должно быть.

Как уже отмечалось, предварительное следствие есть самостоятельная форма охранительной государственной деятельности. Это обусловливает наличие специальных государственных органов, задачей которых является

См.: Фам хонг Хай. Некоторые мнения о совершенствовании взаимоотношений между следственными органами// Государство и право. 1998. Kg 3. С. 38. “? См.: Ле Суан Ием. Некоторые проблемы уголовно-процессуального закона и следственной практики// Государство и право. 1995. № 2. С. 40.

См.; Чан Динь Нья. Указ. соч. с. 17.

92

осуществление данной деятельности. Таким органом выступает следователь (ст. 125 УПК РСФСР, ст. 92 УПК СРВ).

Следственные органы есть разновидность органов государственной власти. В этой связи они обладают признаками, характерными для общего понимания государственного органа. Одновременно они являются носителями особых, только им присущих качеств. Только учет общего и особенного позволяет правильно понять природу органов предварительного следствия.

В настоящее время следственные органы находятся в системе прокуратуры, МОБ и Армии. Но ни один из этих органов не является органом предварительного следствия. Таковым является только следователь. Это обстоятельство всегда нужно иметь в виду при анализе государственно-правовых признаков следственных органов.

Наличие организационной структуры означает также, что следственные органы состоят из особого разряда должностных лиц — следователей. Для них осуществление предварительного следствия является профессиональной обязанностью. К лицу, назначаемому на должность следователя, вьетнамское законодательство предъявляет определенные требования (ст. 25 Приказа об организации расследования уголовных дел СРВ).1

Выступая в роли государственного органа, следователь осуществляет специфическую функцию государственной власти. Вот почему следователя необходимо рассматривать как представителя государственной власти.

История развития органов предварительного следствия в уголовном процессе показывает следующее. Орган предварительного следствия должен быть таким, чтобы могла быть обеспечена действительность одного из руководящих положений предварительного следствия - объективность. Объективность же может быть достигнута лишь при условии соблюдения

1 См, Нгуен Дык Тхуан. Указ. СОЧ. С. 43.

93

процессуальной самостоятельности и независимости органа предварительного следствия. Если самостоятельность и независимость будут установлены только для следственных аппаратов, то желаемые результаты не будут достигнуты.

Заметим, что поскольку объективность следствия зависит в основном от установления самостоятельности и независимости процессуального положения должностных лиц, в уголовно-процессуальном законе Вьетнама к органам следствия отнесены не следственные аппараты органов прокуратуры, МОБ, Армии, а следователи этих аппаратов. Это ставит следователей в самостоятельное процессуальное положение, точно так же, как прокурора и суд.

В настоящее время, как было сказано выше, во вьетнамском уголовно- процессуальном законе нечетко различаются категории органов, ведущих предварительное расследование, и органов дознания. Все они называются следственные органы, хотя на них законом возложены неравные процессуальные права и обязанности.

На первый взгляд, границы между дознанием и предварительным следствием можно четко провести по органу, их осуществляющему. Но так ли это на самом деле? На это мы и попытаем ответить, предварительно остановившись на некоторых характерных чертах органов предварительного следствия и органов дознания.

Одной из характерных черт, определяющих природу органа следствия, является то, что, его деятельность связана лишь с реализацией процессуальных функций. Никаких других функций (например, административных) на него законом не возложено и возложено быть не может.

Следственная функция не может смешиваться, “разбавляться” никакими другими. Ведение следствия — это особая деятельность, для которой объективность, всесторонность и полнота не простое пожелание, а

94

обязательные условия. Поэтому следственная деятельность должна ограждаться от влияний любых других функций так же, как ограждается от такого влияния деятельность судебная.

Если органом предварительного следствия является особый государственный орган, единственной обязательностью которого является осуществление определенных процессуальных функций, то право (обязанность) ведения дознания по уголовным делам закон возлагает на органы государственного управления, т.е. на такие органы, деятельность которых в основном протекает в сфере исполнения административно-распорядительных или административно-надзорных функций государства. Исполнение этих функций — основная обязанность органов дознания. Так, например, для органов милиции - это обеспечение общественного порядка, охраны собственности, личной безопасности граждан и их имущества от преступных посягательств; своевременное предупреждение, пресечение и полное раскрытие преступлений. Для войсковых начальников основная обязанность состоит в укреплении боевой и политической подготовки и воинской дисциплины, в обеспечении боеспособности соединения (части).

Поэтому для органа дознания дознание - далеко не единственная и не главная задача, а дополнительная обязанность.

Таким образом, во вьетнамском уголовном процессе нет специальных органов дознания, главной и единственной обязанностью которых было бы производство дознания.

Обращает на себя внимание и то обстоятельство, что хотя дознание проводится сотрудниками органов дознания, именуемыми дознавателями (или лицами, производящими дознание), все же в качестве органа дознания выступают не они, а тот орган, который они представляют. Дознание должно быть четко связано с задачами органа дознания (иначе нельзя было бы объяснить, почему один орган государства является органом дознания, а другой нет), и поэтому оно должно
именоваться дознавательской

95

деятельностью и способствовать выполнению органом дознания основных его задач.

В связи с этим дознание не может находиться вне поля зрения руководителя органа дознания; он интересуется ходом дознания, руководит им, как и всеми остальными участками работы. Неся полную ответственность за правильность и своевременность выполнения тех задач, которые возложены на орган дознания, его руководитель не может не нести в силу этого ответственности и за качество дознания. Бесспорно, и то, что дознаватель наделен необходимыми процессуальными правами и несет процессуальные обязанности, но отношения его с начальником служебные, а не процессуальные .

Итак, различия между органами дознания и следствия кажутся существенными. Органы дознания - административные органы государства, и для них производство дознания далеко не единственная и не основная обязательность. Органы следствия - не административный орган, а особый орган государства, который специально учрежден только для расследования преступлений в широком понимании этого слова.

Российский уголовно-процессуальный закон четко делит органы расследования на органы дознания и органы предварительного следствия.

В этой связи в проблеме организации и деятельности следственного аппарата во Вьетнаме необходимо различать два аспекта: деятельность следственных органов по производству предварительного следствия и оперативно-организационное руководство ими.

В первом случае речь идет о том, что предварительное следствие в принципе есть самостоятельный вид государственной деятельности.

Во втором же случае речь идет о выработке наиболее целесообразных форм организации и руководства органами следствия в государстве.

См.: Иванов В. А. Дознание в советском уголовном процессе. ЛГУ, 1966. С. 8.

96

Вместе с тем, обновление и совершенствование предварительного (досудебного) производства во многом зависят от правильного определения места «следственной власти» в системе разделения властей и, соответственно, положения следственного аппарата в государственном механизме с учетом реальной генетической и правовой природы данных предметов исследования.

При сравнении природы органов предварительного следствия в уголовном процессе Вьетнама и в уголовном процессе России следует отметить, что системы органов предварительного следствия во многом совпадают друг с другом, но существует значительное различие при определении места следователя в этих следственных органах.

Однако, как нами отмечено выше, во вьетнамском уголовном процессе система следственных органов имеет серьезные недостатки, влияющие на качество следствия. Высказанные предложения, на наш взгляд, помогут преодолеть эти недостатки.

§ 2. Особенности полномочий следователя в уголовном процессе в

СРВ и РФ

В уголовном процессе Вьетнама и России следователь является самостоятельным субъектом уголовно-процессуальной деятельности. Он несет обязанности и обладает правами, которые установлены законом. Заметим, что имеются различия между полномочиями следователей во вьетнамском и в российском уголовных процессах.

В России действующим уголовно-процессуальным законодательством следователь наделен необходимыми процессуальными правами. Все решения о направлении следствия и производстве следственных действий он принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда законом предусмотрено получение санкции от прокурора, и несет полную ответственность за их законное и своевременное
проведение. В случае

97

несогласия следователя с указаниями прокурора о привлечении в качестве обвиняемого, о квалификации преступления и объеме обвинения, о направлении дела для предания обвиняемого суду или о прекращении дела следователь вправе представить дело с письменным изложением своих возражений вышестоящему прокурору, который либо отменяет эти указания, либо поручает производство следствия по этому делу другому следователю (ч. ч. 1, 2 ст. 127 УПК РСФСР).

Аналогичны правомочия следователя возражать в случае несогласия с указаниями начальника следственного отдела. Эти возражения направляются прокурору, который или отменяет указание начальника следственного отдела, или поручает производство следствия по этому делу другому следователю (ч. 4 ст. 127-1 УПК РСФСР).

Следователь оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности, руководствуясь законом и правосознанием (ст. 71 УПК РСФСР).

По делам, по которым предварительное следствие обязательно, следователь вправе в любой момент приступить к производству предварительного следствия, не дожидаясь выполнения органом дознания неотложных следственных действий (ч. 3 ст. 127 УПК РСФСР).

Следователь вправе задержать и допросить лицо, подозреваемое в совершении преступления, в порядке и по основаниям, предусмотренным статями 122 и 123 УПК РСФСР (ч. 5 ст. 127 УПК РСФСР).

Во Вьетнаме действующий уголовно-процессуальный закон так определяет права и обязанности следователя.

Следователи, назначаемые для ведения дел, имеют право совершать следственные мероприятия (действия), определенные кодексом, и должны нести ответственность за свои действия в ходе расследования (ч. 2 ст. 94

98

УПК СРВ и ст. 24 Приказа об организации расследования уголовных дел СРВ).

Начальник следственных органов принимает решения о возбуждении уголовного дела, о предъявлении обвинения, о временном прекращении или прекращении предварительного следствия; выносит постановления о применении, замене или аннулировании меры пресечения, о розыске обвиняемого, об обыске, о замене следователя (ч. 1 ст. 94 УПК СРВ и ст. 22 Приказа об организации расследования уголовных дел).

В случае, когда решения и постановления при производстве следствия относятся к полномочиям начальника и его заместителя, следователь вправе требовать от них утверждения. Если следователь не согласен с решениями и постановлениями своего начальника и его заместителя, то он вправе обжаловать эти решения и постановления вышестоящему начальнику, что не приостанавливает их исполнения. В течение 10 суток вышестоящий начальник обязан письменно ответить на жалобу следователя (ст. 24 Приказа об организации расследования уголовных дел СРВ).

Изучение практики и анализ процессуальных прав и обязанностей следователя во вьетнамском и российском уголовных процессах позволяют отметить, что в российском уголовном процессе полномочия следователя значительно шире, чем полномочия следователя во вьетнамском уголовном процессе. В обоснование приведем такие доводы.

В российском уголовном процессе четко определяются полномочия следователя как самостоятельного субъекта уголовно- процессуальной деятельности. Статья 127 УПК РСФСР гарантирует процессуальную самостоятельность следователя как одну из основных предпосылок успешного осуществления задач, возложенных на предварительное следствие: при производстве предварительного следствия все решения о направлении следствия и о производстве следственных действий следователь принимает самостоятельно, за исключением случаев, когда
законом

99

предусмотрено получение санкции от прокурора, и несет ответственность за их законное и своевременное проведение.

Следует подчеркнуть, что такой принцип деятельности следователя, именуемый процессуальной самостоятельностью и ответственностью следователя, имеет пригагипиалъное значение для успешного осуществления задач уголовного судопроизводства, “является необходимым условием, обеспечивающим оперативность и инициативу следователя при расследовании дела, возлагает на него ответственность за качество и сроки производства следствия”1, а также гарантирует независимость следователя при решении важнейших процессуальных вопросов,

Во вьетнамском уголовном процессе следователи, назначаемые для ведения уголовных дел, имеют право производить такие следственные действия, как допрос обвиняемого, допрос свидетелей, допрос потерпевшего, предъявление для опознания, назначение экспертизы, следственный эксперимент, очная ставка, осмотр и освидетельствования, и оформляют протоколы о производстве этих действий.

Для следственных действий, которые относятся к полномочиям начальника следственных органов (обыск, выемка, изъятие корреспонденции, телеграмм, посылок, бандеролей на почте), следователи вправе представлять ходатайство начальнику следственных органов. В случаях несогласия следователя с указаниями начальника следственных органов, он вправе обжаловать их вышестоящему начальнику следственных органов, не приостанавливая выполнения этих указаний.

Из сказанного следует, что во вьетнамском уголовном процессе следователь наделен лишь некоторыми процессуальными полномочиями органов предварительного следствия, а полностью ими наделен только начальник следственных органов. Следователь является самостоятельным

См.: Д\бривный В. А. 50 лет советской власти и актуальные проблемы правовой науки. Саратов, 1*967. С. 173.

100

субъектом уголовно-процессуальной деятельности и неоднократно упоминаются в УПК СРВ. Но все решения по уголовному делу, которые определяют направления его движения (о возбуждении дела, о предъявлении обвинения, об окончании дела), а равно решения о производстве следственных действий, предполагающих применение уголовного процессуального принуждения (о задержании подозреваемого, о применении меры пресечения, о производстве обыска, выемки и т.д.), принимаются начальником следственных органов.

Такое положение, согласно котором}7 работа следователя контролируется, помимо прокурора, еще и начальником отдела, наделенным огромными процессуальными полномочиями, не согласуется с природой предварительного следствия и теорией соотношения следственной, прокурорской и судебной власти. Думается, что указанные ограничения процессуальной самостоятельности следователя не оправданы, и на следователя как на должностное лицо, закон должен распространить все полномочия начальника следственного органа по производству предварительного следствия без каких-либо исключений.

Иначе, как уже отмечено выше, следователь не сможет самостоятельно выполнять свою функцию без вмешательства начальника следственного отдела.

Следует полностью согласится с мнением Фам Хонг Хай, который отмечает, что только в том в случае, когда начальник следственного отдела сам возглавляет группу при расследовании конкретного уголовного дела, такое положение, при котором он лично утверждает все решения, правомерно1.

Продолжая анализ полномочий следователя, отметим, что во Вьетнаме действующий уголовно-процессуальный закон не содержит правила, анатогичного закрепленному в российском уголовно- процессуальном

См.: Фам Хонг Хай. Указ. соч. С. 4,

101

законодательстве, что по делам, по которым предварительное следствие обязательно, следователь вправе в любой момент приступить к производству предварительного следствия, не дожидаясь, выполнение органами дознания неотложных действий. Такое правило отражает тот факт, что по отношению к органу дознания следователь занимает более высокое положение в уголовном процессе и обладает большей властью. Это подтверждается тем, что следователь по расследуемым им делам вправе давать органам дознания поручения и указания о производстве розыскных и следственных действий и требовать от органов дознания содействия при производстве отдельных следственных действий. Важно и то, что при таком положении следователь может лучше провести всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела и обеспечить быстроту предварительного следствия.

Однако во вьетнамском уголовном процессе до сих пор существует правило о том, что по делам, по которым предварительное следствие обязательно, следственные органы вправе приступить к производству предварительного следствия только после получения уголовного дела от органов дознания. На практике в этом случае органы дознания передают дело в следственные органы лишь тогда, когда заканчивается срок установленный законом для производства дознания. После этого следственные органы вправе давать органам дознания поручения и указания о производстве розыскных и следственных действий по расследуемым ими делам и требовать от органов дознания содействия при производстве отдельных следственных действий. Такие поручения и указания следственных органов даются в письменном виде и являются для органов дознания обязательными.

Во Вьетнаме по статистическим данным органа таможни в 1997 г. было возбуждено 13 000 дел по факту контрабанды через границу, но в конце концов судом были рассмотрены только 92 уголовных дела со 193 обвиняемыми. Это означает, в
течение 7 суток органы дознания без

102

вмешательства следователя смогли «разрешить» все вопросы по остальным уголовным делам, которые они возбуждали1.

Еще пример, о самом крупном расследованном уголовном деле о контрабанде в истории Вьетнама. Контрабандисты добились «значительных результатов»: незаконно привезли во Вьетнам 544 контейнера импортных товаров, 77 импортных машин на сумму 900 миллиардов вьетнамских донг. По этому уголовному делу были осуждены 72 человека к лишению свободы и 2 человека к смертной казни. Из числа осужденных 32 человека являлись сотрудниками органа таможни, остальные - служащие и начальники органов дознания таможни. Один из них был начальником органа дознания городской таможни города Хошимина’.

Во Вьетнаме практическими работниками нередко высказывается мнение о недостатках в осуществлении передачи дела от органов дознания к следственным органам для продолжения следствия. На наш взгляд, вьетнамский уголовно- процессуальный закон должен закрепить право следователя в любой момент приступить к производству предварительного следствия по делам, по которым предварительное следствие обязательно.

Как отмечалось выше, во вьетнамском уголовном процессе, в отличие от российского, следователь, если он не согласен с указанием прокурора о привлечении в качестве обвиняемого, о квалификации преступления, об объеме обвинения, о направлении дела для предания обвиняемого суду или о прекращения дела, при обжаловании этих указаний вышестоящему прокурору не вправе приостановить их исполнение. Он обязан поступить именно так, как предписывает прокурор, хотя бы это и противоречило внутреннему убеждению следователя (ст. 141 УПК СРВ),

В российском уголовном процессе по общему правилу указания прокурора
следователю являются для последнего обязательными, и их

См.: Преступные проблемы и контроль за ними // Государство и право. 1997. № 6. С. 3. ‘ См.: 10 особых преступлений в 1999 г // Газета Народной милиции. 1999. Декабрь.

103

обжалование вышестоящему прокурору не приостанавливает их исполнение. Однако, когда следователь не согласен с такими прокурорскими указаниями, которые касаются самого существа уголовного дела, судьбы обвинения и дальнейшего движения следственного производства (исчерпывающий перечень таких случаев, в ст. 127 УПК РСФСР), он вправе их не исполнять. Данное правило служит надежной гарантией права следователя по принципиальным вопросам поступать, сообразуясь только со своим внутренним убеждением. С этим убеждением не вправе не считаться и вышестоящий прокурор. Он также не может заставить следователя поступить вопреки своей совести и своей позиции по принципиальным вопросам дела .

В целях своевременного и полного осуществления возложенных на него задач при расследовании уголовных дел следователь лично или через лиц, выполняющих его поручения, совершает многообразные, различные по своему характеру действия. В зависимости от задач, которые решаются при производстве этих действий, их можно подразделять на три относительно самостоятельные группы: 1) следственные действия, то есть действия непосредственно связанные с собиранием доказательств; 2) действия, затрагивающие права и свободы участвующих в деле лиц, например, наложение ареста на имущество или ознакомление обвиняемого с постановлением о его привлечении в качестве обвиняемого; 3) действия, связанные с вынесением постановлений, то есть с принятием решений. Среди всех названных действий особое значение имеют действия по собиранию доказательств, так как именно доказательства лежат в основе принимаемых следователем решений”.

Уголовно-процессуальные кодексы России и Вьетнама употребляют термин «Следственные действия», однако не дают при этом его определения и не
содержат исчерпывающего перечня этих действий. Согласно

! См.: Комментарий к УПК РСФСР // Под ред. В.М. Савицкого, Б.Г. Берлепкина, П.А. Лушшской, И.Л Петрухина. М. 1999. С. 199. См.: Шейфер С. А. Сущность и способы собирания доказательств. М., 1972. С. 128.

104

определениям, встречающимся в научной литературе обеих стран, следственные действия представляют собой процессуальные действия органа дознания, следователя или прокурора связанные с собиранием и закреплением доказательств1. Данное определение, на наш взгляд, не точное, потому что оно позволяет включить в состав следственных действий любое действие, могущее служить средством получения доказательств по делу, например, задержание подозреваемого, фотографирование трупа и т.п. Мы же предпочитаем определить следственные действия как процессуальные действия органа дознания, следователя или прокурора, непосредственно связанные с собиранием доказательств.

По УПК РСФСР (Гл. 12 - 16) и по УПК СРВ (Гл. 10 -12) к числу процессуальных действий, целью которых является выявление и закрепление доказательств, относятся:

  • допрос (обвиняемого, подозреваемого, потерпевшего и свидетеля);
  • очная ставка;
  • осмотр (места происшествия, трупа, местности, помещений, предметов и документов);
  • назначение экспертизы;
  • обыск (личный, в помещении, на местности);
  • выемка (обычная, документов, содержащих государственную тайну, почтово- телеграфной корреспонденции);
  • освидетельствование;
  • следственный эксперимент;
  • предъявление для опознания.
  • Кроме того, с 2001 года в российском уголовном процессе появилось следственное действие: контроль и запись переговоров (статья 174-1 УПК РСФСР).

См.: Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М, 1998. С. 162; Буй Киен Днем. Наука расследования уголовных дел. Ханой, 1998. С. 11, (на вьет. яз.).

105

В то же время в России, как и во Вьетнаме, существует ряд процессуальных действий, возможность отнесения которых к числу следственных действий не вполне ясна. Другими словами, следственные действия можно подразделить на общепризнанные в литературе и уголовно-процессуальном законодательстве и не являющиеся общепризнанными. Это создает на практике определенные трудности при определении содержания и процессуальной формы таких действий.

Так, в России некоторые авторы, например, В. Я. Дорохов, А. М. Ларин к следственным действиям относили предусмотренные ст. 70 УПК РСФСР представление доказательств, требование о проведении ревизии, а также истребование предметов и документов, могущих установить необходимые по делу фактические данные1. Но поскольку процедура и основания применения этих приемов законом не регламентированы, их следует считать формирующимися следственными действиями.

По-разному решается вопрос о том, является ли следственным действием наложение ареста на имущество (ст. 175 УПК РСФСР и СТ. 121 УПК СРВ). Данная норма наделена отчетливо выраженными признаками вспомогательных организационно-распорядительных действий.

Процессуальной формой (вынесение постановления, присутствие понятых, составление протокола) данное действие напоминает осмотр, обыск, выемку. В протоколе наложения ареста на имущество нередко фиксируется наличие у лица материальных ценностей, количество и стоимость которых свидетельствуют об образе жизни не по средствам, что имеет доказательственное значение. С учетом этого иногда считают, что наложение ареста на имущество является способом собирания доказательств. Однако следует иметь в виду, что для выявления и отражения подобных данных должны проводиться обыск либо выемка. Когда речь идет о недвижимом

! См.: Дорохов В Л., Николаев B.C. Обоснованность приговора. М., 1959. С. 92; Ларин A.M. Представление предметов и документов при расследовании // Социалистическая законность. 1981. № 3. С. 31.

106

имуществе, признаки, по которым можно судить о его стоимости, устанавливаются осмотром либо экспертизой. Каждое из этих следственных действий включает специальные познавательные операции. Таких операций нет в наложении ареста на имущество. По своей природе и целям это не познавательное, а организационно- распорядительное действие, проводимое для того, чтобы обеспечить неотчуждение имущества, гражданский иск или возможную конфискацию имущества . Поэтому использование протокола наложения ареста на имущество в качестве доказательства свидетельствует о том, что следователь не применил надлежащий прием доказывания.

Также имеются различия, относящиеся к процессуальному положению следователя при окончании предварительного следствия. В российском уголовном процессе предварительное следствие заканчивается составлением обвинительного заключения, если следователь пришел к твердому убеждению, что обвиняемый виновен в совершении инкриминированного преступления, что по делу всесторонне, полно и объективно исследованы все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, и что материалы дела дают основания для передачи его в суд. Следователь составляет этот документ после того, как обвиняемому, защитнику и другим участникам предварительного следствия было разъяснено и обеспечено право ознакомиться с материалами дела и разрешены их ходатайства о дополнении предварительного следствия, если таковые были заявлены.

Во вьетнамском уголовном процессе следственные органы, располагая достаточным количеством доказательств для установления преступления и обвиняемого, составляют отчет следствия и ходатайствуют о передаче дела в суд. В этом случае дело направляется в прокуратуру, и следственные органы немедленно извещают об этом обвиняемого и его защитника.

Главными процессуальными действиями следователя в окончании предварительного следствия являются ознакомление обвиняемого, его

См.: Шейфер С.А. Следственные действия. М., 1981. С. 23.

107

защитника, потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика с материалами дела и разрешение ходатайств обвиняемого и его защитника о продлении предварительного следствия.

В заключение отметим, что изучение и сравнение системы органов предварительного следствия, а также процессуального положения следователя ориентируются на выявление общих закономерностей и принципов данной деятельности, а также особенностей применительно к проблемам организационной структуры и места следователя. Мы рассмотрели лишь некоторые, по нашему мнению, актуальные вопросы об органах предварительного следствия, и об особенностях компетенции и полномочий следователя. Дальнейшая разработка этих вопросов в нашем уголовном процессе и выработка соответствующих рекомендаций, безусловно, будет способствовать более успешному выполнению следователем поставленной перед ним задачи по борьбе с преступностью и предупреждению совершения преступлений.

108

ГЛАВА III. ПРОЦЕССУАЛЬНОЕ ПОЛОЖЕНИЕ СЛЕДОВАТЕЛЯ

В СТРАНАХ ЕВРОПЫ И США

§ 1. Следователь в уголовном процессе Европы

В мировой уголовной юстиции выделяются две основные модели досудебного производства: англо-американская и континентальная (французская). Для второй модели характерно отнесение функции расследования тяжких преступлений к судебной власти, представленной судебными следователями либо следственными судьями с оставлением в юрисдикции исполнительной власти (полиции под руководством прокуратуры) дознания как способа расследования менее тяжких преступлений (уголовных проступков и иных правонарушений).

Французский уголовный процесс явился классической формой смешанного, или континентального, уголовного процесса, для которого характерно наличие самостоятельной стадии предварительного расследования и четкое ограничение его от стадии судебного разбирательства уголовного дела по существу .

По ныне действующему УПК Франции органами предварительного следствия являются следственные судьи, состоящие при каждом трибунале большой инстанции (второй ступени системы французского правосудия), и обвинительная камера.

Формально следственный судья появился в законодательстве Франции 20 апреля 1810 года, когда вступил в силу закон о судопроизводстве. Однако принято считать, что должность наместника по уголовным делам, закрепленная Декларацией Франциска I 1522 года и просуществовавшая до Великой Французской революции, была прообразом
должности

См.: Амбасса Л.Ш. Организация предварительного следствия во Франции на современном этапе // Государство и право. 1999. № 1. С. 109.

109

следственного судьи. Поэтому данный субъект уголовного процесса стал традиционной фигурой во французской юстиции1.

Следственный судья является следственным органом первой инстанции. Следственный орган второй инстанции, которым является обвинительная камера, осуществляет контроль за правильностью расследования уголовных дел. Одновременно она обладает правом наложения на следственных судей дисциплинарных взысканий. Но проведение предварительного следствия является исключительной функцией следственных судей.

Функции следственного судьи относятся, главным образом, к стадии предварительного следствия. Но ст. 72 УПК Франции наделяет его некоторыми правами и во время дознания. Следственный судья вправе осуществлять любые действия судебной полиции во время дознания очевидных преступлений (проступков)”.

В трибуналах, где незначительна нагрузка следственных судей, последние могут участвовать в судебном разбирательстве в качестве судей при условии, что они не проводили предварительного расследования по этим делам.

В соответствии со ст. 50 УПК Франции следственный судья, выбираемый из числа судей трибунала, назначается в порядке, предусмотренном для назначения судебных магистратов, сроком на 3 года, с правом возобновления этого срока.

В случае необходимости другой судья может быть в том же порядке временно уполномочен выполнять функции следственного судьи совместно с уже назначенным для этого магистратом.

См.: Лубенский А.И. Предварительное расследование по законодательству капиталистических государств. М., 1977. С. 18.

” См.: Головко Л. В. Дознание и предварительное следствие в уголовном процессе Франции. 1995. С. 26.

по

Если следственный судья отсутствует, болен или по другой причине не может выполнять свои функции, трибунал большой инстанции назначает одного из судей этого трибунала замещать его.

На сегодняшний день только следственный судья производит предварительное следствие по первой инстанции. Однако подобное положение дел имело место не всегда. Несколько раз на протяжении последних двух веков развития уголовного процесса Франции законодатель создавал иные органы предварительного следствия, существовавшие наряду со следственным судьей.

Следственный судья вправе осуществлять любое действие судебной полиции во время дознания очевидных преступлений (проступков). Если следственный судья ведет дознание, то, значит, уголовное преследование еще не возбуждено. Поэтому окончание дознания осуществляется в обычном порядке для принятия такого решения.

Следственный судья вправе принять дело к производству и открыть предварительное следствие только в двух случаях: по инициативе прокурора республики (речь идет о прокурорах при трибуналах большой инстанции) или по жалобе потерпевшего (ст. 51 УПК Франции). Вынесение постановления следственным судьей о принятии дела к производству обязательно в любом случае.

Таким образом, во Франции существует единая служба предварительного следствия, которая входит в следующую систему.

Рассмотрим, что же представляет собой обвинительная камера. Она создаётся при каждом апелляционном суде в составе одного председателя и двух советников, т.е. это коллегиальный орган. Её персональный состав ежегодно определяется на пленарном заседании суда перед вакациями (каникулами).

В российской литературе существует мнение о том, что создание обвинительной камеры как следственного органа второй инстанции, явилось

Ill

одной из существенных новелл, позволяющих внедрить принцип состязательности в предварительное следствие и судебное разбирательство, свойственные смешенного типу уголовного процесса. Полагаем, что это не совсем так. Французский уголовный процесс остался смешанным типом -инквизиционным в досудебной стадии и состязательным в судебной. Такое же мнение разделяют большинство французских процессуалистов1.

УПК Франции наделяет председателя обвинительной камеры особыми правами (ст. 219-223 УПК Франции).

Председатель обвинительной камеры осуществляет надзор за деятельностью следственных судей в виде «опекунских обязанностей». Однако данный магистрат не может вмешиваться в предварительное следствие, предписывать следственному судье те или иные действия (ст. 220 УПК Франции).

К полномочиям председателя обвинительной камеры относятся следующие: он следит за соблюдением сроков процедуры (ст. 186, 220 и 221-1 УПК Франции) и за правильным исполнением следственных поручений (ст. 220 УПК Франции). Отсюда обязанность следственного судьи сообщить ему, как и Генеральному прокурору, в начале каждого триместра о состоянии всех расследуемых уголовных дел (ст. 221, ч. 1 УПК Франции). Председатель обвинительной камеры имеет право, чтобы не допустить задержки следствия, отклонить жалобы сторон на постановления следственного судьи, в частности, относящиеся к экспертизе, несмотря на то, что обжалование по праву приемлемо (ст. 186- 1 УПК Франции). Во всех этих случаях постановление обвинительной камеры обжалованию не подлежит.

С другой стороны, председатель обвинительной камеры контролирует предварительное заключение. Отсюда вытекают: 1) право посетить, когда считает нужным, но не реже одного раза в триместр, арестный дом (ст. 222 УПК Франции); 2) право обратиться в обвинительную камеру, в случае

См.: Боботов С. В. Правосудие во Франции. М., 1994. С. 147, 159.

112

незаконного заключения под стражу (ст. 223 УПК Франции); обязанность следственного судьи приобщить к выше упомянутому отчету специальный акт о состоянии уголовных дел в отношении заключенных обвиняемых (ст. 221 УПК Ф).

Обвинительная камера подобна преподавателю, который проверят своего ученика. К числу наиболее важных полномочий обвинительной камеры относятся право ревизии и право аннулирования. Ревизия определяется как «право обвинительной камеры восстановить все квалификации расследуемых деяний, рассмотреть все пункты обвинения, распорядиться о предъявлении обвинения лицам, которые не были привлечены к уголовной ответственности в совершении преступных деяний, вытекающих из материалов следствия, если только в отношении них не вступило в силу постановление о прекращении уголовного преследования, и в конце рассмотрения распорядиться о предании обвиняемых суду»1.

Таким образом, обвинительная камера является одновременно как бы судьей над предварительным следствием. Ее инициативы имеют косвенный эффект: выявление ошибок или небрежности следственного судьи. Как следственный орган, она руководит следствием, но не проводит следственных действий.

Право ревизии предусматривается статьями 202, 204 и 207 УПК Франции. Использование права ревизии не обязательно для обвинительной камеры. Она может им воспользоваться только в том случае, когда приняла дело в целом к своему производству (ст. ст. 181, 195, 221-1 УПК Франции), либо, рассматривая определенную часть дела (по жалобам сторон, прокурора или следственного судьи) востребует все материалы уголовного дела, что не всегда возможно (ст. ст. 206 и 207 УПК Франции). Так, например, при рассмотрении жалобы на постановление о предварительном заключении

См.: Амбасса Л. Ш. Указ. соч. С. 111.

113

обвинительная камера, независимо от ее решения, не может востребовать дело (ст. 207, ч. 1 УПК Франции).

Обвинительная камера осуществляет контроль за законностью следственных актов и действий, обладая при этом правом их аннулирования. В этом отношении полномочия французской обвинительной камеры можно сравнить с полномочиями российского суда по контролю за следствием в рамках постановления Конституционного суда РФ об обжаловании в суд постановлений следователя об отказе в возбуждении уголовного дела на основании ч. 2 ст. 22, ч.2 ст. 23, ст. 25 Конституции РФ.

Если следственное действие незаконное (например, обыск, начатый после 21 часа, проведение допроса без приглашения адвоката), обвинительная камера объявляет его недействительным.

Обвинительная камера по каждому поступившему на ее рассмотрение делу может вынести постановление о дополнительном расследовании (если проведенное следствие она признает не полным) или постановление об окончании следствия.

В последнем случае камера вправе прекратить уголовное дело (ст. 212 УПК Франции), либо вынести постановление о предании обвиняемого суду (полицейскому трибуналу, исправительному трибуналу или суду присяжных) и довести об этом до сведения сторон (ст. ст. 215 — 217 УПК Франции).

К наиболее важным полномочиям обвинительной камеры можно также отнести право определять подследственность конкретного уголовного дела (ст. ст. 213 и 214 УПК Франции), право временного освобождения обвиняемого из-под стражи, право наложения дисциплинарных взысканий на следственных судей, должностных лиц судебной полиции, а также гражданских и военных чиновников, осуществляющих следственные действия ( ст. 224 УПК Франции) и т. д.

Полномочия обвинительной камеры во многом близки к полномочиям прокурора, осуществляющего надзор за предварительным следствием по

114

УПК РСФСР и Закону РФ о прокуратуре1, за исключением права возбуждения уголовных дел, которое по УПК Франции принадлежит исключительно прокурору.

Французские процессуалисты придают очень большое значение второй инстанции предварительного следствия в лице обвинительной камеры, осуществляющей предание обвиняемого суду и надзирающей в режиме состязательной процедуры за законностью и правильностью следственного производства по делу. Отвечая на вопрос, зачем понадобилось создание второй инстанции предварительного следствия, они указывают на демократизацию предварительного следствия и создание в лице обвинительной камеры беспристрастного посредника между обвинением и защитой в стадии предварительного следствия. Они утверждают таким образом, что в обеих стадиях процесса «теперь широко открыты двери состязательному принципу». Большие надежды возлагаются во Франции на обвинительную камеру апелляционного суда, которая после принятия УПК 1958 г. призвана, по мысли законодателя, быть «краеугольным каменем» реформы уголовного процесса, гарантом состязательности на предварительном следствии”.

По УПК Франции 1808 года, действовавшему до 1958 г., следственные судьи находились в двойном подчинении суда и прокуратуры. Они входили в состав судебной полиции, которая возглавлялась прокуратурой, осуществляющей функцию обвинения. Это противоречило принципу независимости судебной власти, сковывая, таким образом, самостоятельность следственных судей.

Уголовно-процессуальный кодекс Франции 1958 г. исключил

См.: Федеральный закон от 17 ноября 1995 г. № 168-ФЗ “О прокуратуре Российской Федерации” // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 47. Ст. 4472. “ См.: Быкова Е. Обвинительная камера - хранительница законности во Франции // Российская юстиция. 1994. С. 18-19.

115

следственных судей из состава судебной полиции, возглавляемой прокуратурой.

По УПК Франции 1958 г. следственный судья подчиняется не прокурору, а обвинительной камере апелляционного суда, осуществляющей контроль за правильностью следствия и решающей вопрос о направлении уголовного дела в соответствующую судебную инстанцию; следственный судья не обязан выполнять требования прокурора, например, отказ прокурора в ходе следствия от уголовного преследования не обязывает следственного судью прекращать расследование; следственный судья может производить все следственные действия, которые он считает целесообразными, не требуя при этом санкции прокурора (в том числе на обыск, выемку, выемку почтово-телеграфной корреспонденции, прослушивание телефонных переговоров и т.д.); отвод следственного судьи — дело обвинительной камеры; все конфликты, возникающие между следственным судьей и прокурором решаются обвинительной камерой и т. д.

Кроме того, следственному судье не требуется санкция прокурора Республики для применения в отношении обвиняемого мер пресечения. Следственный судья, который намеревается применить в отношении обвиняемого предварительное заключение в качестве меры пресечения, обязан предупредить обвиняемого о его праве на предоставление ему срока для подготовки своей защиты, а также о праве иметь защитника. В порядке обмена мнениями следственный судья выслушивает требования прокурора Республики, замечания обвиняемого и его защитника (ч. 2-4 ст. 145 УПК Франции). По результатам обмена мнениями следственный судья решает вопрос о заключении под стражу обвиняемого. При этом обмен мнениями должен происходить в условиях состязательности. Подлежит отмене постановление о заключении под стражу, вынесенное после обмена мнениями в процессе, который по данным составленного протокола не был состязательным.

116

Реализация указанного положения в стадии предварительного следствия является одним из наиболее ярких проявлений принципа состязательности на данной стадии французского уголовного процесса. Усиливая гарантии прав обвиняемых, это положение придает французскому процессу гуманный характер.

Однако, данная процедура осуществима только в условиях Франции. При том построении предварительного следствия, которое закреплено в УПК РСФСР, прокурор является «бесспорным хозяином» предварительного следствия с неограниченным правом давать указание следователю. Прокурор оказывается в равном положении с обвиняемым лишь при судебной проверке законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей (ст. 220-2 УПК РСФСР). В соответствии с ч. 3 ст. 220-2 УПК РСФСР судебная проверка законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей производиться в закрытом заседании с участием прокурора, защитника, а также законного представителя лица, содержащегося под стражей.

Во Франции все эти и другие положения усиливают гарантии независимости следственного судьи как органа предварительного следствия от органа прокуратуры, осуществляющей уголовное преследование. Этим обеспечена связь органов предварительного следствия с органами правосудия, поскольку предварительное следствие по своей природе связано с деятельностью суда. Однако следует констатировать, что полномочия французского следственного судьи, повышающие гарантии его самостоятельности по сравнению с российским следователем, одновременно снижают гарантии прав личности на этом этапе процесса, поскольку все решения, офаничивающие права личности, следственный судья принимает единолично1.

См.: Головко Л. В, Дознание и предварительное следствие в уголовном процессе Франция. М., 1995. С. 71.

117

Значительные полномочия в стадии предварительного следствия принадлежат прокурору Республики. Они закреплены в статьях 31, 40, 41, 51, 72, 80, 82, 86, 92, 104 и др. УПК Франции.

Из этих статьей следует, что право возбудить уголовное преследование принадлежит исключительно прокурору (во Франции требование прокурора является основной формой возбуждения уголовного преследования); следственный судья не может начать следствие по собственной инициативе, он может проводить следствие только на основании требования прокурора; расследуя дело, следственный судья может привлечь в качестве обвиняемого лицо, которое указано в требовании прокурора; если в ходе следствия следственному судье стали известны факты, не указанные в требовании прокурора, он обязан немедленно сообщить о них прокурору, направив ему жалобы и протоколы, в которых они зафиксированы, и лишь после этого прокурор решает, какой им дать ход. Возбуждение уголовного преследования — право, а не обязанность прокурора, он им пользуется факультативно и ни перед кем не отчитывается; прокурор вправе в любое время затребовать к себе материалы дела и предписать следственному судье производство следственных действий, которые считает полезными для установления истины по делу, а если следственный судья с ним не согласен, он обязан в течение 5 дней вынести об этом мотивированное постановление; лишь после согласия прокурора следственный судья может вынести постановление об окончании предварительного следствия т.д.

Таким образом, реализация французским прокурором таких полномочий вполне позволяет ему осуществить уголовное преследование и контроль за проведением предварительного следствия. Это оправдано, учитывая, что от результатов работы следственного судьи зависит эффективность уголовного преследования, и что прокуратура сохраняет свою сущность органа надзора за законностью. Самостоятельность следственного судьи в проведении предварительного
следствия и неограниченная

118

возможность (право) прокурора предписывать - на практике постоянный источник конфликтов, снижение которых может быть достигнуто лишь при условии, что прокурор будет ограничивать свои предписания наиболее существенными направлениями следствия, а детали оставит следственному судье. Полагаем, существование конфликтов между следственным судьей и прокурором вполне естественно и не противоречит принципу разделения властей, который, как отмечал И. Д. Левин, «представляет собой попытку юридическими средствами обеспечить: 1) относительную самостоятельность отдельных органов государственной власти друг от друга и, в частности, в отношении порядка их образования; 2) ограничение власти каждого органа путем: а) выделения для него определенной сферы деятельности; б) предоставления одному органу возможности противопоставить свою точку зрения другому органу, воспрепятствовать проведению в исполнение решения другого органа, хотя и без права замены его своим решением» .

Таким образом, можно сказать, что существующая организация следственного аппарата во Франции содействует обеспечению независимости следственных судьей, их подчинению только закону, искоренению постороннего вмешательства в расследование ими уголовных дел. Такая организация следственного аппарата могла бы вполне стать альтернативным вариантом, предложенному нами варианту создания самостоятельного единого следственного аппарата во Вьетнаме и в России.

В силу общетеоретического положения о неосуществимости систем, эффективных во всех отношениях, во Франции не прекращаются острые дискуссии по реформированию следственного аппарата, несмотря на то, что его нынешняя организация довольно хорошо работает.

Так, Закон от 10 декабря 1985 года, который должен был вступить в силу 1
марта 1988 года, учреждал новый коллегиальный орган

См.: Левин И. Д. Современная буржуазная наука государственного права. М.. 1960. С.

907

119

предварительного следствия - следственную палату. Палата была предложена как психологический и юридико-технический противовес давлению на следствие со стороны прессы, прокуратуры и должностных лиц исполнительной власти.

По этому закону следственная палата наделялась исключительной компетенцией по проверке законности и обоснованности уголовного преследования, компетентности участвующих в следствии органов, обоснованности привлечения тех или иных лиц в качестве обвиняемых, целесообразности разъединения или соединения следственных производств и т.п. В сложных уголовных делах она была вправе привлекать к ведению следствия одного или нескольких дополнительных следственных судей. Следственная палата должна была осуществлять всеобъемлющий контроль за правильностью следствия; только она была вправе информировать общественность и прессу в форме кратких коммюнике о ходе расследования, о собранных доказательствах. Палата вправе была выносить постановления по существу наиболее острых мер процессуального принуждения, включая постановления о мерах ограничения свободы, и контролировать законность арестов и задержаний, обысков и выемок.

Палата была управомочена распорядиться об окончании следственного производства по делу, но только в двух случаях: когда ею выделены несколько следственных судей для проведения расследования и когда на этом настаивает прокурор и другие участники процесса. Во всех других случаях следственный судья суверенно и единолично решал бы вопрос о том, какой ход дать делу.

С согласия обвиняемого или его защитника, если бы следственную палату срочно созвать не удавалось, следственный судья принимал бы соответствующие меры единолично. Но достаточно было бы следственной палате выделить для проведения расследования
дополнительного

120

следственного судью, как суверенная власть первого следственного судьи переставала бы существовать.

Однако Законом от 30 декабря 1987 года данная реформа была отменена. Этот новый закон, который должен был вступить в силу 1 марта 1989 года, сохранял коллегиальный орган, который должен был рассматривать только вопросы, касающиеся предварительного заключения. Но Законом от 6 июля 1989 года и эта реформа была отложена.

Комиссия «Уголовная юстиция и права человека» предлагала расширить полномочия судебной полиции и ограничить компетенцию следственного судьи в решении вопросов предварительного заключения. Некоторые авторы предпочитают сосредоточение таких полномочий в руках прокурора. В 1992 году проект обсуждавшегося закона сохранял фигуру следственного судьи, но предполагал создание коллегиального органа для рассмотрения вопросов предварительного заключения. Некоторые авторы выступали вообще за упразднение фигуры следственного судьи.

В итальянском уголовном процессе, как и во Франции, предварительное следствие осуществляется следственным судьей. Но имеются различия.

Так, в отличие от Франции, где, например, по делам о преступлениях проведение предварительного следствия следственным судьей во всех случаях обязательно, в итальянском уголовном процессе строгой зависимости между отдельными категориями дел и формами предварительного расследования не установлено .

Предварительное следствие (формальное следствие) проводится следственными судьями, состоящими при трибуналах и назначаемыми из числа членов трибуналов. В некоторых случаях формальное следствие может проводиться также членами следственных камер при апелляционных судах.

См.: Лубенский А. И. Предварительное расследование по законодательству капиталистических государств. М., 1977. С. 22.

121

Предварительное расследование в порядке формального следствия осуществляется по делам, подсудным суду присяжных или трибуналу, в тех случаях, когда отсутствуют основания для проведения суммарного следствия. Предварительное следствие признается необходимым в случаях:

1) по делам, по которым может быть назначено наказание в виде каторжных работ; 2) 3) если обвиняемый содержится под стражей более 40 дней (во время суммарного следствия); 4) 5) когда имеются сомнения в отношении личности обвиняемого1. 6) В уголовном процессе Италии для формального следствия характерна исключительная медлительность, что особенно тяжело отражается на положении тех обвиняемых, которые находятся в предварительном заключении. Два года - обычная продолжительность формального следствия.

При производстве формального следствия следственному судье предоставлены очень большие полномочия. Он может самостоятельно производить любые следственные действия и давать поручения об их проведении судебной полиции. Следственный судья обладает правом на применение в отношении обвиняемого длительного предварительного заключения.

В Италии на предварительном следствии тоже присутствует вторая судебная инстанция с контрольными, апелляционными полномочиями, которая помимо этого, является и органом предания суду. Но этот орган называется не обвинительная камера, а следственная палата”.

Таким образом, в итальянском уголовном процессе процессуальное положение следственного судьи, осуществляющего предварительное следствие, в целом совпадает с положением французского следственного

См.: Лубенский А. И. Указ. соч. С. 31.

См.: Смирнов А. В. Модели уголовного процесса. Санкт-Петербург. 2000. С Л 72,

122

судьи. Следственный судья в уголовном процессе Франции и Италии - это представитель судебной власти и находится при судебном ведомстве.

В Германии до 1974 года предварительное следствие производилось следственным судьей. С принятием первого закона о реформе уголовного судопроизводства от 9 декабря 1974 года предварительное следствие было упразднено и предварительное расследование стало проводиться только в форме дознания1.

В связи с этим, вместо следственного судьи появился участковый судья. Участковый судья, в отличии от следственного судьи, дела к своему производству не принимает и собственного расследования не проводит. Однако в судебном разбирательстве в качестве допустимых доказательств могут фигурировать протоколы осмотров и тех допросов, которые на предварительном следствии были получены участковым судьей (ст. ст. 249, 251, 254 УПК ФРГ)2.

В уголовном процессе Германии нет стадии возбуждения уголовного дела, и предварительное расследование осталось только в форме дознания. Прокурору, как органу, осуществляющему уголовное преследование, отведена ведущая роль в проведении расследования уголовных дел. Поэтому участковый судья вступает в дознание лишь для производства отдельных процессуальных действий, и это не влечет за собой изъятия дела из производства полиции или прокурора. Согласно УПК ФРГ по ходатайству прокурора он проводит следующие процессуальные действия: допрос задержанного (ст. 128), арестованного (ст. ст. 115, 115а), обвиняемого и свидетелей; осмотр (ст. ст. 168с и 1686), по собственной инициативе -неотложные следственные действия (ст. 165), по ходатайству обвиняемого — собирание оправдательных доказательств (ст. 166) и отдает приказ об аресте (ст. 114), предписание на контроль и запись телефонных переговоров (ст.

См.: Лубенский А. И. Указ. соч. С. 32. ‘ См.: Уголовно-процессуальный кодекс Федератавной республики Германии. М. 1994.

123

1006), разрешение на выемку и обыск (ст. ст. 100, 105), а также проводит проверку ареста как по ходатайству обвиняемого, так и по долгу службы (ст. 117).

Сказанное означает, что деятельность судьи на стадии предварительной подготовки (дознания) направлена на контроль за соблюдением конституционных прав граждан и на легализацию судебных доказательств, а не на уголовное преследование, как во французском процессе. Благодаря этому, в ходе предварительного расследования функции обвинения и юстиции, в отличие от французской модели, не смешиваются, но судья сохраняет возможность активно воздействовать на ход дознания. Этим преодолевается упрек в пассивности, который традиционно адресуется английскому судье, действующему на preliminary enquiry (предварительном следствии)1.

В германском уголовном процессе был изменен институт предварительного следствия и, в связи с этим, на предварительном следствии функции обвинения и защиты не смешиваются, и судья, как и следователь, может активно воздействовать на ход дознания. По нашему мнению, это было главным отличием германского уголовно- процессуального закона от типичного французского уголовного судопроизводства. В бывшем германском Уголовно-процессуальном кодексе, принятом в 1877 г. и в целом ориентированном на авторитарный наполеоновский Кодекс уголовного следствия 1808 г., предусматривался следственный судья, который считался независимым от прокуратуры, хотя практически все предварительное следствие проходило под ее сильным влиянием-.

В отличие от суда, рассматривающего дело в судебном заседании, следователь занят не столько проверкой, сколько поиском и собиранием

1 См.: Смирнов А. В, Указ. соч. С. 182-183,

2 См.: Филимонов Б. А. Уголовный процесс ФРГ. С. 4.

124

доказательств. Эти доказательства оказываются чаще всего обвинительнымидак как следствию уже предшествовала подготовительная работа прокурора и дознания. В итоге следователь объективно становится больше уголовным преследователем и обвинителем, чем нейтральным арбитром. Когда он не принадлежит к судебному корпусу, это нормально. Но в германском процессе в качестве следственного судьи выступал член земельного суда1, назначаемый для участия в деле его президентом. Это лишает судебную функцию необходимой состязательной чистоты и может связать всю судебную вертикаль ведомственным интересом. Нельзя не учитывать и профессиональную солидарность следователя с прокурором и оперативными сотрудниками, без тесного взаимодействия с которыми успешное расследование попросту невозможно.

Еще на Бременском конгрессе Международного союза уголовного права в 1902 г. австрийский профессор Алоиз Цукер отметил, что в предварительном следствии есть «что-то нечестное», ибо, доверенное следственному судье, оно порождает иллюзию судейского беспристрастия, в то время как практически следователь не может быть никем иным, как обвинителем. Цукер предлагал упразднить должность следователя и сосредоточить в руках прокурора дознание, при одном, однако, условии, чтобы закрепление доказательств, относительно которых существует опасность утраты, производилось судьей в состязательной форме. На следующем. Дрезденском конгрессе комиссии Лилиенталя было поручено разработать проект изменений предварительного следствия с учетом этих предложений. В 1920 г. профессор Берлинского университета Гольдмидт в подготовленном им проекте УПК снова призвал ради устранения из процесса розыскного элемента и усиления состязательности отказаться от института предварительного следствия в его французской интерпретации^.

1 См.: Смирнов А. В. Указ. соч. С. 181.

2 См.: Полянский Н.Н. Новая редакция Уголовно-процессуального кодекса, М., 1925. С. 18.

125

Однако первая четверть XX века была, по-видимому, не лучшим моментом для подобных либеральных преобразований. Проект был раскритикован и отвергнут1. Только много позднее при разработке закона «О реформе уголовно-процессуального права» (от 9 декабря 1974 г.) вернулись к этим идеям, ставшим правовой нормой.

Сравнительный анализ законодательного регулирования и практики досудебного производства современной Германии, Вьетнама и России убедительно свидетельствует, что между ними много общего. Несмотря на то, что основным органом расследования по германским законам является прокуратура, расследование по поручению или с «благословения» прокурора ведут в большей степени органы полиции”.

Вместе с тем прокуратура всегда остается «хозяйкой» расследования и несет ответственность за его результаты”. Можно убедиться, что расследование уголовных дел в России, в том числе и в форме предварительного следствия, оказалось много ближе к прокурорскому дознанию по германскому УПК, чем к предварительному следствию по российскому Уставу уголовного судопроизводства 1864 г.

Неудивительно, что данная ориентация отечественного досудебного производства подтолкнула В. А. Стремовского к выводу о включении в число органов предварительного следствия аппарата органов дознания4. Аналогичную позицию, как известно, заняли авторы проекта нового российского УПК, которые наделили органы дознания правом производства предварительного следствия (ч. 2 и 3 ст. 260).

В Англии, как известно, правовая доктрина - частно-исковая, то есть теоретически исходит из того, что публичные органы уголовного преследования пользуются в процессе такими же процессуальными правами

1 См.: Флимонов Б. А. Уголовный процесс ФРГ. С. 7.

2 См.: Гесснер Р., Херцов У. За фасадом права. М., ]990. С. 9.

3 См.: Ниммлер М. Уголовное судопроизводство и роль прокуратуры в Германии II Российская юстиции. 1994. № 10. С. 29.

4 См.: Стреммовский В.А. Участники предварительного следствия. С. 60.

126

обвинителя, какие может иметь любое частное лицо. Прокуратура отсутствует, функцию обвинения от имени государства выполняет полиция (часто с помощью адвокатов) или атторнеи — адвокаты на службе у государства . Поэтому следствие в английском уголовном процессе имеет свои особенности, отличающие его от следствия других стран континентальной Европы.

В английском уголовном процессе существует коронерское расследование. Коронер, в какой-то степени, может быть уподоблен следственному судье в странах континентальной Европы, но с более ограниченной предметной, подследственностью. Появление фигуры коронера в Англии относят к XII веку. В давние времена он выполнял самые различные функции, одна из которых заключалась в производстве расследования во всех случаях, когда затрагивались имущественные интересы королевской власти, имелись основания для взыскания штрафа или конфискации имущества в особенности по уголовным делам.

Позднее компетенция коронера была в основном сведена к расследованию по некоторым категориям дел (о смерти людей при необычных или подозрительных обстоятельствах, пожарах и т.д.). Кроме того, иногда ему приходится выяснять обстоятельства обнаружения кладов с целью установления, кем клад был найден и кто предпринял попытку его сокрытия. В Лондоне коронеры расследуют также дела о поджогах”.

Коронеры — это должностные лица, назначаемые советами графств или некоторых городов из числа адвокатов или врачей, получивших наряду с медицинской подготовкой познания в области права Они вправе начинать предварительное расследование по собственной инициативе и проводить необходимые следственные действия, включая применение принудительных

J См.: Смирнов А, В, Указ. соч. С. 137. “ См.: Лубенский А. И. Указ. соч. С.45.

127

мер, без санкции суда. Свидетели, вызываемые коронером, под страхом уголовной ответственности обязаны явиться и дать показания по делу.

Предварительное следствие или слушание проводится состязательно, в судебном заседании под руководством особого следственного судьи — магистрата - при активном участии сторон. Главными задачами предварительного слушания являются предъявление первоначального обвинения, решение вопросов о доступности положенных в его основу доказательств и возможности продолжения ареста обвиняемого.

В этой стадии процесса в некоторых случаях, по делам о преступлениях небольшой тяжести, с согласия обвиняемого может быть вынесен приговор. Если обрисовать абстрактную оптимальную модель предварительного рассмотрения, то оно будет выглядеть следующим образом.

В судебное заседание стороны представляют собранные ими доказательства. Эти доказательства подвергаются судом непосредственной проверке в присутствии и с участием сторон. В ходе предварительного рассмотрения выслушиваются доводы сторон, формулируется обвинение и, в конечном итоге, решается вопрос о том, имеются ли достаточные данные для направления дела в суд.

Эти черты представленной нами модели и послужили основанием для оценки предварительного рассмотрения как одной из наиболее специфических и существенных гарантий законности английского правосудия1.

Мировые судьи не имеют организационного отношения к судам, которые будут рассматривать дело по существу, и, таким образом, последние никак не связаны решениями мировых судей, санкционирующими решения обвинителя (о содержании под стражей, проведении обысков,
других

См.: Полянский Н. Н. Уголовное право и уголовный суд Англии. М. 1969. С. 302.

128

принудительных мер, дальнейшем продвижении обвинения). Дальнейшее судебное разбирательство осуществляется в суде присяжных.

Если в какой-то мере допустимо говорить о наличии в английском уголовном процессе судебного контроля над предварительным расследованием, то практически он может осуществляться только при предварительном рассмотрении, ибо до этого судья, рассматривая поступающие к нему ходатайства о выдаче судебных приказов, тщательно не анализирует обоснованность обвинения по существу. Но все дело в том, что предварительное рассмотрение проводится крайне редко. С принятием закона об уголовном правосудии 1967 года решение вопроса о проведении предварительного рассмотрения в значительной мере было отдано на усмотрение судей1.

Изменился и сам характер предварительного рассмотрения - устный допрос свидетелей теперь все чаще заменяется представлением их письменных показаний.

Таким образом, в английском уголовном процессе сложнее выявить внутреннюю систему предварительного расследования.

См.: Михайловская И. Реакционная сущность закона о контроле над преступностью в США// Соц. Законность. 1970. № i C.76.

129

§ 2. Следователь в уголовном процессе Соединенных Штатов

Америки

В уголовном процессе США процессуальное положение должностных лиц, на которых возлагается предварительное расследование (досудебное собирание материалов по уголовным делам), полностью не совпадает как с российским, так и с вьетнамским.

Исходя из природы англосаксонской модели судопроизводства, построенное на принципе состязательности предварительное расследование в США не соответствует российскому или вьетнамскому; оно намного проще и означает в основном: а) сбор материалов, сведений о преступлении и лице, его совершившем, для предоставления в суд, где в ходе судебного разбирательства решается вопрос о признании их доказательствами; б) сбор сведений для обоснования ордера на обыск и арест и исполнение этих мер процессуального принуждения1.

В уголовном процессе США, в отличие от английского, публичным органом уголовного преследования является прокурор (публичный обвинитель)”. Прокурор играет большую роль на всех стадиях уголовного процесса и является важной составной частью механизма уголовной юстиции.

В американской литературе органы расследования уголовных дел принято делить на две основные категории:

1) органы, лишенные права обязывать свидетелей являться по

вызову и давать показания,

1 См.: Махов В.Н.. Пешков М.А, Уголовный процесс США. М.. 1998. С.55.

В уголовном процессе США функция обвинения возложена на атторнейскую службу, которая является типичным для США институтом государственной власти, не имеющим ?точного аналога в правовых системах других стран. Полномочия атторнейской службы по уголовному преследованию аналогичны функциям прокуратуры других государств, но этому в литературе американскую атторнейскую службу обычно называют «прокуратурой», а самих атторнеев «прокурорами». (См.: Махов В. Н., Пешков М. А. Уголовный процесс США. С. 61).

130

2) органы, наделенные таким правом.

Хотя такая классификация является весьма условной, она помогает понять специфику органов предварительного расследования и определить их место в уголовном процессе.

К первой категории относятся органы полиции и прокуратура, во второй оказываются коронер, судья, производящий предварительное рассмотрение, большое жюри, а так же различные органы, наделенные правом на производство расследования.

Таким образом, предварительное расследование в американском уголовном процессе складывается из взаимодействия различных органов предварительного расследования, входящих как в первую, так и во вторую категорию.

Среди других органов предварительного расследования полиция является основным органом, осуществляющим расследование уголовных дел.

В распоряжении федерального правительства сосредоточение поистине громадный полицейский аппарат, занимающийся раскрытием и расследованием уголовно наказуемых деяний. Среди федеральных полицейских органов наиболее известно как в США, так и за их пределами федеральное бюро расследований (ФБР), формально подчиненное департаменту (Министерству) юстиции США. Фактическое влияние ФБР в государственной жизни страны значительно весомее его официального статуса как одного из подразделений федерального ведомства юстиции. ФБР возглавляет директор, назначенный президентом. Его многочисленные агентства находятся на территории США и даже за их пределами.

ФБР не только расследует отнесенные к его компетенции уголовные дела, но также собирает информацию, которая может иметь отношение к охране внутренней безопасности страны, информацию о потенциально опасной для правительства США деятельности различного рода ассоциаций и отдельных лиц.

131

Среди других специализированных органов предварительного расследования следует назвать: 1) подразделение казначейства (Министерство Финансов) США, занимающееся расследованием преступлений, связанных с нарушением налогового законодательства и таможенных правил; 2) Бюро наркотиков казначейства (расследует дела о нарушении законодательства, касающегося наркотических веществ); 3) охранную службу казначейства (расследует посягательства на президента и членов его семьи, фальшивомонетничество и подделку документов); 4) инспекторскую службу министерства связи (расследует преступные нарушения почтовых правил) и 5) иммиграционную службу департамента юстиции. Наряду с ними, другие подразделения, уполномоченные на проведение предварительного расследования, осуществляют свои полномочия почти в каждом правительственном органе.

Компетенция той или иной федеральной полицейской службы определяется в зависимости от функциональной направленности ее деятельности.

На уровне штатов также существует целая серия полицейских органов расследования, компетенция которых взаимно дополняется. Компетенция органов расследования, входящих в структуру полиции каждого из штатов, определяется законодательством штатов. Территориальная юрисдикция полицейских органов штата ограничена пределами штата - начальник полиции штата подчиняется губернатору штата.

Местная полиция представляет собой множество разнообразных по структуре, так называемых, полицейских сил: возглавляемая обычно шерифом, полиция округа, полиция самоуправляющихся населенных пунктов и полиция городов.

По сложным уголовным делам расследование ведут сотрудники специальных отделов, состоящих из полицейских следователей. Группы следователей, осуществляющих расследование преступлений, имеет каждое

132

сколько-нибудь крупное полицейское управление, будь то на уровне штата или на местном уровне. В наиболее крупных полицейских управлениях следователи распределены по отрядам, каждый из которых занимается борьбой с конкретным видом преступлений: например, отряд по борьбе с убийствами, разбоями, отряд по борьбе с преступным распространением наркотиков, отряд по борьбе с азартными играми и т.д.

Несмотря на некоторые формальные ограничения, полиция в США обладает весьма широкими полномочиями по производству предварительного расследования. Ей предоставлено право производить аресты, допрашивать подозреваемых, а также осуществлять различные следственные действия, направленные на розыск и собирание доказательств. Впрочем, дать сколько-нибудь точный перечень полномочий американской полиции практически невозможно. В США нет специального закона о статусе полиции, и объем ее полномочий определяется на основании толкования федеральной конституции и конституции штатов, законов, решений судов и постановлений, изданных местными органами власти.

Необходимо обратить внимание на следующее - в уголовном процессе США, как и в английском уголовном процессе, на протяжении долгого времени проводится принцип, согласно которому при судебном разбирательстве могут представляться любые относимые к делу доказательства независимо от того, каким путем они были добыты. По некоторым категориям дел исключается из числа доказательств признание обвиняемого, как полученное против его воли. Но не в силу того, что методы его получения признавались незаконными, а вследствие признания их недостаточно достоверными.

Однако с начала XX века в США наметился постепенный отход от английской концепции. Было выработано правило об исключении из числа доказательств данных, добытых незаконным путем.

В 1961 году Верховный суд США постановил, что правило об исключения из числа доказательств данных, добытых незаконным путем, подлежит применению во всех штатах.

На наш взгляд, очень интересна юридическая подоплека этого правила. По своей юридической природе данное правило представляет собой процессуальную санкцию, призванную вместе с другими правовыми гарантиями, служить обеспечению законности в ходе предварительного расследования.

Важным полномочием, которым широко пользуется американская полиция, является ее право на перехват и использование информации, которой обмениваются интересующие ее лица (в частности, прослушивание телефонных разговоров; прослушивание, осуществляемое на расстоянии с помощью высокочувствительных приборов и т.п.).

В действующем федеральном законодательстве и законодательстве штатов предусмотрено, что прослушивание (включая перехват информации без прямого подключения к линии проводной связи) может проводиться, как правило, на основании судебного приказа, а при наличии определенных обстоятельств и без него. Например, ст. 813 «а» УПК штата Нью-Йорк предусматривает, что судья по заявлению прокурора или полицейского служащего в ранге выше сержанта о том, что имеются разумные основания предполагать, что таким путем могут быть добыты доказательства совершения преступления, может выдать разрешающий производство прослушивания ордер. В ордере указывается лицо или лица, в отношении которых будет осуществляться подслушивание, а также срок его действия, который не может превышать двух месяцев. Продление срока производится тем же судьей, который выдал ордер.

Прослушивание на законном основании получило широкое распространение. Практика показывает, что судьи никогда не отказывают полиции, если та испрашивает разрешения на прослушивание. В одном лишь

134

Нью-Йорке в течение года выдается по меньшей мере 58 тыс. разрешений на прослушивание телефонных разговоров .

Проблема правомерности и целесообразности использования правоприменительными органами средств электронного наблюдения является весьма актуальной на протяжении ряда десятилетий. Уместно отметить, что электронное прослушивание как специфическая форма обыска в США неоднократно становилось объектом критического исследования советских юристов , но оно возможно в России как одно из допустимых оперативно-розыскных мероприятий. Закон « Об оперативно- розыскной деятельности» в ст. 11 предусматривает, что результаты ОРД могут представляться в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которых находится уголовное дело, а также использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства РФ, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств. Как мы отмечали выше, сегодня в России есть и аналогичное следственное действие.

Согласно американскому законодательству, расследование преступлений составляет функцию не только полиции, но и ряда ведомств, к которым, в частности, относятся шериф, атторнейская служба, коронер. Следственными функциями наделяются также создаваемые

законодательными органами комитеты и создаваемые исполнительной властью комиссии.

Атторней, исполняющий свой функции в системе федерального правительства, а также правительства штата и органов местного самоуправления, - это должностное лицо, задачей которого является обеспечение исполнения законов в пределах его предметной и

См.: Михайловская И. Реакционная сущность закона о контроле над преступностью в США // Социалистическая законность. 1970. № 1. С. 76.

2 См.: Николайчик В. М. Уголовный процесс США. М., 1981. С. 67-69; Чаадаев С. Г. контроль над преступностью в буржуазных государствах. М., 1990. С. 38-52: Гуденко К.Ф. Уголовный процесс основных капиталистических государств. М., 1969. С. 120-128. и т. д.

135

территориальной юрисдикции. Одна из основных обязанностей атторнея - проведение расследования нарушений законов и предъявление обвинения по уголовным делам от имени своего “доверителя” - соответственно, федерального правительства, правительства штата или органа местного самоуправления.

Для выполнения этой обязанности у атторнеев многих густо населенных административно-территориальных единиц, чаще всего больших городов, имеются специальные отделы следователей, сформированные либо из числа сотрудников атторнея, либо из числа сотрудников полиции, передаваемых в распоряжение атторнея временно.

В графствах органом предварительного расследования является также коронер, должность которого занимается в результате выборов. Коронер формально организационно обособлен от прокуратуры и полиции.

Как и в Англии, коронер расследует обстоятельства наступления смерти в тех случаях, когда она носит насильственный характер или ее причины представляются подозрительными. Кроме того, в ряде штатов коронеру поручают расследование дел о пожарах, возникших при сомнительных обстоятельствах. В некоторых штатах должность коронера вовсе упразднена, в иных - его функции исполняются мировым судьей.

Там, где должность коронера в его традиционном облике сохранилась, он наделен значительными полномочиями: коронер вправе принуждать свидетелей к явке для дачи показаний, выдавать судебный приказ об аресте лица, подозреваемого в причинении смерти, и проводить предварительное рассмотрение дела.

Наиболее важным органом предварительного расследования в американском уголовном процессе является прокурор (публичный обвинитель). В США возбуждение и осуществление уголовного преследования почти полностью сосредоточено в руках прокуроров. Прокурор и его аппарат непосредственно
участвуют в расследовании,

136

прокурор действуют в непосредственном контакте. При этом возможны различные варианты сочетания прокурорского расследования и расследования, производимого полицией. Прокурор может целиком опираться на данные полицейского расследования или использовать их в качестве вспомогательного материала. Иногда он проводит следственные действия, с тем, чтобы дополнить данные, полученные в результате уже законченного полицейского расследования. Прокурор в праве также игнорировать выводы полиции и провести свое собственное расследование.

Специальные следственные подразделения имеются не только в составе департамента юстиции, выполняющего роль федеральной прокуратуры, но и в аппаратах прокуратуры штатов и местных прокуратурах. В прокуратуре расследование проводится по наиболее сложным делам - о преступлениях в области торгового оборота, коррупции и т.д.

После возбуждения уголовного дела вторым по важности решением, определяющим дальнейшее движение дела в уголовном процессе США, является решение о предании обвиняемого суду. После его принятия формулируется и предъявляется официальный обвинительный акт, и дело может быть направлено в суд. Функция предания суду составляет прерогативу Большого жюри по делам о наиболее серьезных преступлениях и магистра по большинству уголовных дел. Большое значение имеет процедура судебной проверки законности ареста. Предварительное следствие или слушание производится состязательно, в судебном заседании и под руководством особого следственного судьи — мирового магистрата - при активном участии сторон .

Следственный судья (мировой судья - магистрат) принимает решение о предании суду на предварительном слушании дела. В соответствии с законами штатов предварительное слушание проводится в присутствии обвиняемого и его
защитника. Магистрат может выслушать свидетелей

См.: Смирнов А.В. Указ. соч. С. 137.

137

обвинения и защиты, изучить иные доказательства и после этого вынести распоряжение о передаче дела в суд. Предварительное слушание во многих случаях превращается в легко преодолеваемую обвинением стадию, не требующую тщательной подготовки всех доказательств.

Магистрат вправе на этой стадии прекратить уголовное дело за недостаточностью оснований. Практика показывает, что он это делает редко. По
делам небольшой тяжести на этой стадии процесса с согласия обвиняемого может быть вынесен приговор.

По делам о тяжких преступлениях Большое жюри принимает решение о предании обвиняемого суду, а также может само провести свое расследование и составить обвинительный акт.

После вынесения Большим жюри или магистратом постановления о предании суду, обвинение документально оформляется, утверждается обвинителем и официально предъявляется обвиняемому. После ознакомления с обвинительным актом, обвиняемый имеет право заявить ходатайство о признании вины или о непризнании вины. Возникает вопрос, что имеется в виду?

Заявленное обвиняемым ходатайство, как правило, есть результат (и судья отлично знает об этом) своего рода «сделки» между обвиняемым и его защитником, с одной стороны, и государственным обвинителем, с другой. Суть таких сделок сводится к следующему: обвиняемый признает свою вину в менее тяжком преступлении, чем ему вменялось первоначально (либо только по одному из пунктов предъявленного обвинения), а в обмен на это государственный обвинитель обещает рекомендовать суду назначить более мягкую меру наказания. Хотя правила требуют формально удостовериться, что никаких обещаний обвиняемому не давалось, судья знает, что без обещаний снисхождения сделка не имела бы смысла для обвиняемого. Обвиняемый прямо заинтересован в поступлении ходатайства о признании

!См.: Махов В. Н., Пешков М.А. Указ. соч. С128.

138

вины. Такое ходатайство означает в уголовном процессе США прекращение «спора» между государством и обвиняемым. При этом дело заканчивается выигрышем обвинителя - осуждением обвиняемого. Признания позволяют также высвобождать ресурсы атторнейской службы на тщательную подготовку процессов по делам, где признания не поступили.

С признанием своей вины в уголовном процессе США тесно связан институт «сделки о признании вины», который представляет интерес с точки зрения возможного заимствования имеющегося правового опыта. Сразу отметим, что данный институт является органической частью американского уголовного процесса и применяется на практике более 150 лет. По данным американского юриста Реймонда Моли в 1839 г. в штате Нью-Йорк 22 % приговоров по уголовным делам были результатом «сделки о признании вины»; к 1869 г. 70 % всех уголовных дел были разрешены подобным способом; в 1920 г. 88 % всех уголовных дел были разрешены посредством заявлений о признании вины1. По данным К. Ф. Гуценко, в 60-х годах более 90 % уголовных дел в США не проходят через процедуру судебного разбирательства”, как, впрочем, и в настоящее время. Сегодня без «сделки о признании вины» механизм уголовной юстиции США, а в первую очередь суды, не могли бы справиться со всеми делами. Подобные соглашения сберегают время и ресурсы. В расписании работы суда остается время для процессов по другим делам. Таким образом, «сделки» или «соглашения» о признании вины, не нарушая презумпцию невиновности и требования о допустимости доказательств, оставляют судебный процесс для тех немногих и важных дел, когда обвинение и защита не могут разрешить спор с помощью соглашения о признании вины.

См.: Raymond Moley/ Politis and Criminal Prosecustion/ Mnton Balch (1929), P. 164. ( Цит. По кн.: В. Н. Махов.. М. А. Пешков. Уголовный процесс США. М, 1988. С. 168.) ‘ См.; Гуценко К. Ф. Уголовный процесс основных капиталистических государств. М,. 1969. С. 135.

139

Можно сказать и так, что «сделки о признании вины» является средством избавиться от риска, который неизбежен в любом состязательном процессе.

Как известно, в уголовном процессе США при наличии «достаточных оснований» для привлечения лица к уголовной ответственности, сотрудник полиции или иного органа расследования составляет заявление о выдаче ордера на арест лица или на обыск занимаемых им помещений. Его заявление под присягой представляется судье-магистрату, утверждается и выдается ордер или отказывается в его выдаче. Суды четко определили свою позицию в вопросе о том, кому принадлежит власть выдавать ордера. В ряде своих решений Верховный суд США последовательно подтвердил, что эта власть -прерогатива магистрата. В тех штатах, где законодательство допускало издание ордеров обвинителями, такая практика Верховным судом объявлялась противоречащей Конституции.

В США по делам о тяжких преступлениях судебное решение на арест (и обыск) обычно выдает магистрат. Этот судья по своим полномочиям «мало отличается от следственного судьи в капиталистических государствах со смешанной системой уголовного процесса…, по окончании предварительного расследования он направляет все собранные им материалы органу, правомочному решить вопрос о предании суду». Таким образом, исключается возможность, что судья, выдавший ордер на арест или обыск, будет участвовать в уголовном процессе на последующих этапах.

В этой связи отметим, что в России, по нашему мнению, целесообразно поступить иначе: вернуться к порядку, который был предусмотрен Уставом уголовного судопроизводства 1864 года. Согласно ст. 283 этого Устава, взятие обвиняемого под стражу - полномочие судебного следователя. Обоснование предложения о восстановлении института судебных следователей (в определенной мере речь
идет о передаче

1 См.: Лубенский А. И. Указ. соч. С.66, 93.

140

следственного аппарата в ведение судов) выходит за рамки данной работы. Предложенное решение проблемы судебного санкционирования ареста (и обыска) является, по нашему мнению, одним из существенных доводов в пользу восстановления института судебных следователей. Аналогичный институт следует создать и во Вьетнаме.

Что касается США, то все сказанное свидетельствует о том, что в американском уголовном процессе органы предварительного расследования развиваются по англосаксонской правовой системе.

Предварительное расследование, осуществляемое полицией. Большим Жюри, коронером, магистратом - это, в основном, деятельность, протекающая фактически под руководством прокурора. Полиция США обладает весьма широкими полномочиями и по производству предварительного расследования. В отличие от судопроизводства в Англии, коронер может быть уподоблен следственному судье с более широкой предметной подследственностью. Наиболее важным органом предварительного расследования в американском уголовном процессе является прокурор (публичный обвинитель).

Итак, в странах континентальной Европы и США процессуальное положение должностных лиц, на которых возлагается предварительное расследование (досудебное собирание материалов по уголовным делам), разумеется, полностью не совпадает с вьетнамским.

Предварительное расследование в этих странах проводится в самых разнообразных формах. Так, во Франции существуют предварительное следствие, предварительное дознание и дознание в отношении явных преступлений и деликтов; в Германии - дознание; в Италии - полицейское дознание, суммарное следствие и формальное следствие; в США наряду с формами, традиционно сложившимися в англосаксонском мире, предварительное расследование проводят также жюри, судейские чиновники и некоторые другие органы.

141

Как правило, в государствах континентальной Европы и США, полицию или другие органы исполнительной власти, наделенные полицейскими функциями, с момента возбуждения уголовного

расследования, по крайней мере, формально, заменяют судья или суд.

В Германии и Италии процессуальная фигура обвиняемого появляется уже во время полицейского дознания, т. е. до возбуждения уголовного преследования. В то же время в других странах возбуждение уголовного преследования перед судом (следственным судьей) не всегда предполагает появление процессуальной фигуры обвиняемого. Так, во Франции предварительное следствие может проводиться следственным судьей и в тех случаях, когда совершившее уголовно наказуемое деяние лицо еще не обнаружено.

При полицейском дознании в некоторых случаях следствие могут проводить не только служащие полиции, но также прокурор и судья. В Германии в ходе полицейского дознания, так называемый судья-дознаватель фиксирует доказательства. В Италии по некоторым делам дознание целиком осуществляется судьями низших судов (преторами).

Производство предварительного следствия судьей также не означает, что полиция полностью устраняется от расследования и не оказывает влияния на его исход. Часто полиция, действуя по собственной инициативе или по поручению судьи, проводит настоящее “параллельное следствие”, оставляя на долю судьи выполнение лишь отдельных процессуальных действий.

Полицейское дознание и предварительное следствие занимают далеко не равнозначное место в странах континентальной Европы и США. По подавляющему большинству уголовных дел (включая дела о серьезных преступлениях) осуществляется лишь полицейское дознание, а предварительное следствие совершенно не проводится. Как правило, именно полицейское дознание, а не предварительное следствие является обычной

142

формой предварительного расследования уголовного дела в странах ? континентальной Европы, Англии и США.

#

«

143

ГЛАВА IV. ПЕРСПЕКТИВА РАЗВИТИЯ ОРГАНОВ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО СЛЕДСТВИЯ В СРВ

§ 1. Презумпция невиновности в уголовном процессе Вьетнама и необходимость дальнейшего развития этого принципа

Принцип презумпции невиновности имеет огромное значение. Однако следует иметь в виду, что становление принципа презумпции невиновности уголовного процесса в уголовно-процессуальной теории и законодательстве имеет долгую и трудную историю. Юридическая наука претерпела известный период своего развития, когда отдельные авторитетные ученые ставили под сомнение правомерность существования принципа презумпции невиновности в рамках уголовного производства или допускали его со значительными смысловыми ограничениями.

В настоящее время неверные теоретические концепции, отрицающие существование принципа презумпции невиновности в уголовном процессе Вьетнама, в целом преодолены. Объективной основой этого является то обстоятельство, что анализ действующего уголовно-процессуального законодательства не оставляет ни малейших оснований для отрицательных выводов. Презумпция невиновности выражена в ст. 10 УПК, ст. 72 Конституции СРВ таким образом, «Никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию до тех пор, пока не будет вступившего в законную силу обвинительного приговора суда».1 Из содержания процитированной статьи следует, что принцип презумпции невиновности состоит из следующих элементов:

  1. Обвиняемый считается невиновным до вступления в законную силу обвинительного приговора суда;

См.: УПК СРВ и Конституция СРВ Ханой. 1993 г.

144

  1. Только суд и никто другой имеет право признать обвиняемого виновным;
  2. Суд может признать обвиняемого виновным только обвинительным приговором в предусмотренном законом порядке.
  3. Тщательный анализ нормативного материала в уголовно-процессуальном законодательстве многих государств наглядно показывает, что новым подтверждением последовательной реализации в уголовном судопроизводстве принципа презумпции невиновности явилось закрепление его на уровне Основного Закона государства. Статья 49 Конституции РФ провозгласила: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральном законе порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда». Статья 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого XXI сессией Генеральной Ассамблеи ООН 16 декабря 1966 г.: «Каждый обвиняемый в уголовном преступлении имеет право считаться невиновным, пока виновность его не будет доказана согласно закону».1 Принцип 36 Свода принципа защиты всех лиц, подвергающихся задержанию или заключению в какой бы то ни бы было форме резолюции Генеральной Ассамблеи 9 декабря 1988 г. гласит: «Задержанное лицо, подозреваемое или обвиняемое в совершении уголовного преступления, считается невиновным и имеет право на обращение с ним как с таковым до тех пор, пока его виновность не будет доказана согласно закону в ходе открытого судебного разбирательства, на котором оно располагало всеми гарантиями, необходимыми для своей защиты».’

1 См.: также: ст. 11 Всеобщей декларации прав человека. Ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод 4 ноября 1950 г. (текст в соответствии с положениями Протокола № 3 (ETS, № 45), вступившего в силу 21 сентября 1970 г., Протокол № 5 (ETS, №55), вступившего в силу 1 января 1990г.).

’ См.: Резолюция Генеральной Ассамблеи 9 декабря 1988 г. Сборник Международных документов, М. 1999 г. С. 215.

145

Презумпция невиновности - общее для всех стадий нормативное предписание, которое определяет, с одной стороны, правовое положение личности в уголовном процессе, а другой - исходные начала и правила доказывания по уголовному делу. Из нее как из общего предписания вытекает ряд указанных ниже следствий, которые должны быть разумно использованы при совершенствовании УПК Вьетнама.

Обвиняемый и подозреваемый не обязаны доказывать свою невиновность. Они в праве осуществлять свою защиту, критикуя обвинение, указывая на противоречивость или недопустимость имеющихся доказательств, может не давать показаний.

Виновность должна быть доказана органами, должностными лицами или гражданами, выдвинувшими обвинение. Суд, прокурор, следователь и лицо, производящее дознание, обязаны принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела (ст. 11 УПК СРВ). Никто не праве перелагать обязанность доказывания на обвиняемого и подозреваемого. Нельзя, в частности, требовать от указанных субъектов, чтобы они сообщали доказательства утверждений, выдвинутых в свою защиту. Тем более недопустимо ставить их в такое положение, когда они против своей воли вынуждены давать против себя уличающие показания. Домогаться показаний путем насилия, угроз и иных незаконных мер запрещается (ст. 107 УПК СРВ).

Виновность должна быть доказана убедительно. Обвинительный приговор не может быть основан на догадках и предложениях. Он должен опираться на допустимые и проверенные доказательства. Недоказанная виновность во всех случаях расценивается по закону как доказанная невиновность. В подозрении подсудимый оставлен быть не может. И если он в силу недоказанности обвинения не может быть осужден, то он оправдывается.

146

Презумпция невиновности обвиняемого перестает действовать лишь при достоверном установлении его виновности. Неустранимые сомнения в виновности толкуются в пользу лица, против которого осуществляется уголовное преследование. Естественно, что сомнение необходимо разрешать посредством проведения дополнительных и судебных действий до тех пор, пока имеющиеся для этого возможности в конкретном уголовном деле не будут исчерпаны.

Во вьетнамском уголовно-процессуальном законе законодатель не определил временно задержанного как субъекта права на защиту, но в ст. 38 УПК СРВ он считается одним из участников уголовного процесса. Вот текст этой нормы:

«1. Временно задержанным является лицо, захваченное в неотложных случаях или на месте происшествия и в отношении которого орган расследования уголовных дел вынес постановление о временном задержании, но еще не вынес постановления о привлечении в качестве обвиняемого.

  1. Временно задержанный имеет право знать, за что его задерживают, получать разъяснение своих прав и обязанностей, давать показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы на постановление о временном задержании и связанные с ним другие решения. Временно задержанный должен соблюдать правила режима временного задержания».

Сравнивая текст указанной нормы с содержанием понятия права на защиту в уголовном процессе, можно утверждать, что она в определенной мере предусматривает некоторые составные части права временно задержанного на защиту в стадии возбуждения уголовного дела.

Статья 53 УПК СРВ определяет: «Временно задержанный излагает обстоятельства, связанные с выдвинутым против него подозрением в совершении преступления…». Следовательно, по существу, временно задержанный тоже является подозреваемым, хотя понятия «подозреваемый -временно задержанный» по уголовно-процессуальному закону Вьетнама уже,

147

чем понятие «подозреваемый» по российскому уголовно-процессуальному закону, ибо последнее признает подозреваемыми три названные в ст. 52 УПК РСФСР категории лиц. По вьетнамскому же уголовно-процессуальному закону подозреваемыми - временно задержанными признаются только лица, к которым применено временное задержание в качестве меры пресечения в стадии возбуждения уголовного дела до вынесения постановления о привлечении лица в качестве обвиняемого.

В стадии возбуждения уголовного дела временное задержание в качестве меры пресечения применяется не ко всем подозреваемым, а только к лицам, появляющимся в 6 случаях, которые установлены ст. ст. 63 и 64 УПК СРВ. Следовательно, после возбуждения уголовного дела орган расследования может подозревать кого-либо в совершении преступления, но задержание его не является необходимыми, и поэтому он не может оставаться на свободе, УПК СРВ не считает такое лицо участником уголовного процесса, но в действительности оно является субъектом определенных процессуальных правоотношений. Например, подозреваемый обязан явиться в орган расследования уголовных дел по вызову лица, производящего расследование. Он имеет право давать показания и заявлять ходатайства, приносить жалобы и др.

Понятие «временно задержанный», применяемое в УПК СРВ, не охватывает всех лиц, подозреваемых в совершении преступления. Мы полагаем, что УПК недостает определений, которые содержали бы все нужные правовые положения статуса временно задержанного в стадии возбуждения уголовного дела. Тем не менее признание его участником процесса - несомненно демократическая черта действующего уголовно-процессуального законодательства по сравнению с законодательством до кодификации 1998 г.

Хотя в первой главе УПК СРВ законодатель не признал временно задержанного
субъектом права на защиту в уголовном процессе, но в

148

некоторых статьях последующих глав он наделает его определенными процессуальными правами, составляющими содержание права на защиту. Так, временно задержанный имеет право на заявление ходатайств, подачу жалоб на постановление о временном задержании, право знать причины задержания (ст. 38 ч. 2 УПК СРВ), право давать объяснения, излагать обстоятельства, связанные с подозрением в совершении преступления (ст. 53 УПК СРВ) и другие. Поэтому наше предложение о необходимости обеспечить конституционные права временно задержанного на защиту находится в русле теории современного уголовно-процессуального права и отражает тенденцию к расширению демократических начал в процессуальной деятельности. Подобно праву на защиту обвиняемого и подсудимого, право на защиту временно задержанного также должно состоять из права на самозащиту и права пригласить защитника. Поэтому необходимо дополнить статьи УПК СРВ новыми положениями, закрепляющими полноценный правовой статут временно задержанного и его защитника в уголовном процессе.

В соответствии с изложенной позиции мы считаем, что защитник должен участвовать в деле с момента задержания лица, подозреваемого в совершении преступления. Часть 1 ст. 36 действующего УПК СРВ гласит: «Защитник участвует в процессе с момента привлечения лица в качестве обвиняемого. В случаях, когда необходимо сохранить тайну расследования особо тяжких государственных преступлений, посягающих на безопасность страны, Генеральный прокурор в праве разрешить защитнику участвовать в процесс лишь с момента окончания расследования».

По нашему мнению, это определение момента допуска защитника к участию в уголовном процессе не соответствует теории уголовно- процессуального права, в частности положению о том, что там, где есть обвинение, должна быть и защита. Защита от обвинения - это право обвиняемого во всех без исключения стадиях процесса. Аннулирование или

149

ограничение этого права является серьезным нарушением принципа законности. Возможность для одних лиц иметь защитника с момента привлечения их в качестве обвиняемых, а других - с момента окончания расследования является нарушением принципов равенства перед законом и социальной справедливости в уголовном судопроизводстве. Приведенное определение полностью соответствует тому, которое содержится в международных документах о защите прав человека и основных свобод:

Лицо не может находиться в задержании без предоставления эффективной возможности быть в срочном порядке заслушанным судебным или иным органом. Задержанное лицо имеет право выступать в свою защиту или пользоваться помощью адвоката, как это предусмотрено законом.

До сведения задержанного лица или его адвоката, если такой имеется, без промедлении доводится полная информация о любом постановлении о задержании, а также о причинах задержания.

Любому лицу в момент ареста и в начале задержания или заключения или вскоре после этого органом, ответственным за арест, задержание или заключение, соответственно, доводятся до сведения и разъясняются его права и как оно может осуществить эти права.

Задержанное лицо имеет право на получение юридической помощи со стороны адвоката. Оно вскоре после ареста информируется компетентным органом, о своем праве, и ему предоставляются разумные возможности для осуществления этого права.

Если задержанное лицо не имеет адвоката по своему выбору, оно во всех случаях, когда этого требуют интересы правосудия, имеет право воспользоваться услугами адвоката, назначенного для него судебным или иным органом, без оплаты его услуг, если это лицо не располагает достаточными денежными средствами.’

См.: Резолюция Генеральной Ассамблеи 9 декабря 1988 г. Сборник Международных документов, М. 1999 г. С. 210-212.

150

Отстаивая важную роль участия защитника в уголовном процессе, советские юристы неоднократно вносили предложения о более раннем допуске защитника к участию в деле. Но только 10 апреля 1990 был принят закон «О внесении изменения и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик», в котором говорилось: «Защитник допускается к участию в деле с момента предъявления обвинения, а в случае задержания лица, подозреваемого в совершении преступления, или применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу до предъявления обвинения — с момента объявления ему протокола задержания или постановления о применении этой меры пресечения, но не позднее двадцати четырех часов с момента задержания». Надо иметь в виду, что в США, Англии, Германии и многих других государствах защитник допускается к участию в деле до, во время и после первого допроса задержанного или арестованного. Все это должно быть разумно использованы при совершенствовании УПК СРВ.

В настоящее время во многих странах, в том числе Вьетнаме, имеют место случаи насильственных исчезновений, нередко носящие непрекращающийся характер, в том смысле, что лица подвергаются аресту, задерживаются или и лишаются свободы должностными лицами различных звеньев.

В Конституции СРВ ст. 71 устанавливает следующие принудительные положения:

  1. Каждый имеет право на личную неприкосновенность. Право каждого лица на жизнь, честь, достоинство, охраняет законом.
  2. Арест допускаются только по судебному решению и постановлению или санкции прокуратуры.
  3. Заключение под стражу (арест) состоит в лишении обвиняемого и (подозреваемого) свободы с санкции прокурора или по определению суда и

151

содержании его в следственном изоляторе, а в исключительных случаях - в местах содержания задержанных.

По общему правилу арест возможен по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказания в виде лишения свободы на срок свыше двух лет (ст. 70 УПК СРВ).

Важная гарантия законных интересов личности — установление во вьетнамском законодательстве предельных сроков содержания под стражей в период расследования уголовного дела и порядка их продления.

Срок содержания под стражей не должен превышать одного месяца или двух месяцев, или четырех месяцев в зависимости от тяжких преступлений и может продлиться до таких сроков, затем еще раз в тех же пределах, различными должностными лицами прокуратуры.

По нашему мнению, избрание меры пресечения в виде заключения под стражу и продление его срока связываются с лишением свободы обвиняемого (подозреваемого). В соответствии с теорией уголовного судопроизводства такие полномочия принадлежат только суду.

Недавно результат проверки срока заключения под стражей обвиняемых в одном изоляторе города Хо Ши Мина показывает, что там было 200 обвиняемых содержались свыше срока заключения под стражей, в том числе 50 обвиняемых - в связи с ошибками прокурора, 8 обвиняемых - в связи с ошибками следователя. Один обвиняемый был заключен под стражу в качестве меры пресечения сроком в 16 лет 10 месяцев.1

Конституция России связывает предстоящее принятие нового УПК с введением в действие дополнительных гарантий прав обвиняемого и подозреваемого, в том числе такой существенной гарантии прав обвиняемого и подозреваемого на свободу и личную неприкосновенность, как допуск заключения под стражу и содержания под стражей только по судебному решению (ст. 22 раздела первого, ст. 6 раздела второго Конституции РФ).

См.: Газета Молодежи 16 июня 2001 г.

152

Данная новелла соответствует международным стандартам обеспечения прав человека. Согласно п. 3 ст. 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, каждое арестованное или задержанное по уголовному обвинению лицо в срочном порядке доставляется к судье или другому должностному лицу, которому принадлежит по закону право осуществлять судебную власть, и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение. По существу аналогичное правило предусмотрено п. 3 ст. 5 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Обращает на себя внимание, что изложение предписаний названных статей в обоих международных правовых актах сопровождается условием: содержание под стражей лиц, ожидающих судебного разбирательства, не должно быть общим правилом, но освобождение может ставиться в зависимость от предоставления гарантий явки в суд.

Изучая нормы вьетнамского уголовно-процессуштьного закона, определяющие избрание меры пресечения в виде заключения под стражу и порядок продления срока содержания под стражей, мы приходим к выводу, что скорейшее изменение содержания некоторых норм является весьма актуальным для максимальной гарантии прав обвиняемого и подозреваемого на свободу и личную неприкосновенность, как допуск заключения под стражу и содержания под стражей, а также продление срока содержания под стражей только по судебному решению.

В действующем УПК СРВ норма, предусматривающая получение следователем показаний и объяснений обвиняемого, сформулирована следующим образом: «следователь обязан допросить обвиняемого немедленно после предъявления обвинения» (ч. 1 ст. 107 УПК СРВ). Вызов и допрос подозреваемого и обвиняемого с соблюдением правила, установленных статьями 106-108 УПК СРВ.
Содержащиеся в законе

См.: Сборник Международных документов, М. 1999 г. С. 540.

153

требования о немедленном допросе подозреваемого и обвиняемого направлены на то, чтобы эти участники процесса имели возможность незахмедлительно дать оправдывающие или смягчающие их ответственность показания, указать, каким путем они могут быть проверены, и тем самым исключить уголовное преследование по недоразумению.

Захочет или нет обвиняемый (подозреваемый) объясняться перед следователем - в расчет не принимается, о необходимости учитывать волеизъявление обвиняемого (подозреваемый) как будто забыто. В данной формулировке также проявляется смещение акцентов в пользу первоочередного обеспечения раскрытия преступления, ориентирование следователя на «наступательный» характер отношений с обвиняемым (подозреваемый). Поэтому обосновано отмечается, что регламентация допроса обвиняемого должна содержать положение, согласно которому обвиняемому предоставляется возможность самому решать: давать или нет объяснения по предъявленному обвинению.

Обосновано в перечень прав обвиняемого в проекте УПК РФ включено также право «отказаться от дачи показаний». Статья 51 Конституции РФ гласит: « никто не обязан свидетельствовать против самого себя», из чего следует, что речь по существу должна идти не о праве на отказ от дачи показаний, а о праве не давать показания. Статьей Конституции РФ совместно со свидетельским иммунитетом установлена так называемая привилегия от самообвинения (самоизобличения), суть которой заключается в освобождении кого бы то ни было от обязанности давать показания против самого себя. Теперь любое лицо, вызванное на допрос, на полном законном основании вправе не отвечать на любые вопросы следователя о возможной причастности к преступлению, а следователь перед допросом обязан разъяснить лицу указанное право. Тем самым существовавшая долгие годы проблема избавления граждан от необходимости давать показания в связи с

154

выявлением их причастности к тем или иным преступлениям под угрозой ответственности за отказ от дачи или за дачу ложных свидетельских показаний во многом снята. Речь может идти только о создании надежного механизма обеспечения права гражданина, на которого пало подозрение, хранить молчание.

В федеральном законодательстве США есть положения, направленные на обеспечение соблюдения приведенных конституционных положений о правах граждан при аресте. Пункт «а» ст. 3501 раздела 18 Свода законов США устанавливает, что любые признания арестованного допустимы лишь при условии их добровольности.1 Заключение Верховного суда США сводилось к тому, что до тех пор, пока не будут предприняты шаги к устранению возможного давления на арестованных в полицейском участке, не будет существовать уверенности в том, что его права, гарантированные Конституцией, не нарушены. В результате и было принято решение по делу Миранды, устанавливающее правила, носящие его имя.

В самом общем виде эти правила заключаются в том, что перед тем, как задать любой первый вопрос, сотрудник полиции обязан предупредить задержанного, что:

1) он имеет право сохранять молчание; 2) 3) все, что он скажет, может быть использовано как доказательство против него; 4) 5) у него есть право на присутствие адвоката на допросе. 6) В соответствии с п. 1 принципа 21 Резолюции Генеральной Ассамблеи 9 декабря 1988 г., запрещается злоупотреблять положением задержанного или находящегося в заключении лица с целью принуждения его к признанию, какому-либо иному изобличению самого себя или даче показаний против любого другого лица.2

См.: Махов В. Н., Пешков М. А. Уголовный процесс США. М., 1998 г. С. 75. ‘ См.: Сборник Международных документов, М. 1999 г. С. 213.

155

Поэтому более удачным представляется закрепление во * вьетнамском уголовно-процессуальном законе положения о том, что

обязанность следователя допросить обвиняемого (подозреваемого) в случае его желания дать показания выступает в качестве своеобразной гарантии права обвиняемого (подозреваемого) опровергать выдвинутое против него обвинение и представлять доказательства в свою защиту.

В случае, когда обвиняемый (подозреваемый) отказывается от дачи показаний, следователь должен разъяснить ему, что подобное поведение затрудняет собирание доказательств, которые могут оправдать или смягчить его ответственность. Однако отказ обвиняемого (подозреваемого) не может рассматриваться как обстоятельство, препятствующее дальнейшему ведению предварительного расследования по уголовному делу.

§ 2. Путь дальнейшего совершенствования работы следователя

Вьетнамское уголовно-процессуальное законодательство, построенное и развитое на корпусе российского уголовно-процессуального законодательства, продолжает период обновления и совершенствования. Как и все судебно-правовое обновление, осуществляемое в нашей стране, изменения в этой области проходят под знаком приоритета охраны прав и свобод человека и гражданина, возрождения правосудия, внедрения в практику гуманных и демократических правовых начал.

Учитывая различие систем органов предварительного следствия в уголовном процессе РФ, стран Европы и США, мы представляем собственное мнение о совершенствовании органов предварительного следствия во вьетнамском уголовном процессе.

В действующем уголовно-процессуальном законе Вьетнама все органы

*? предварительного расследования действуют по принципу единоначалия.

Такие организационные системы следственных органов усложняют

156

административную структуру и процессуальную деятельность, порождают конфликт между следственными органами разных ведомств в деятельности расследования .

Существенным в уголовном процессе Вьетнама является то, что в результате сложной организационной системы следственного аппарата, права и обязанности должностных лиц, осуществляющих расследование уголовных дел, (в частности, следователя, сотрудника органа дознания и начальника следственного отдела) переплетаются2.

Следственный аппарат переживает глубокий кризис: наблюдается снижение процессуальной самостоятельности следователей, усиление их зависимости от силовых ведомств, предвзятость и обвинительный уклон, не соблюдаются сроки предварительного следствия и содержания обвиняемых под стражей, нарушаются права и законные интересы участников данной стадии процесса’.

В связи с тем, что во вьетнамском уголовном процессе нечетко определяется форма, в которой осуществляется предварительное расследование, и органы предварительного следствия и органы дознания действуют по принципу единоначалия. При этом существенным недостатком является непроведение четкой грани между оперативно-розыскными и процессуальными действиями .

Таким образом, во вьетнамском уголовном процессе требование о реорганизации органов предварительного расследования (досудебного расследования) своевременно.

На наш взгляд, во вьетнамском уголовном процессе создание единого следственного аппарата под эгидой Министерства юстиции сможет

См.: Фам Хонг Хай, Основные направления совершенствования уголовно-процессуального закона // Государство и право. 1997. № 6. С. 4. (на вьет. яз.). ‘См.: Чан Динь Нья. Об обновлении следственных органов во Вьетнаме // Государство и право. 1996. № 1. С. 15.( на вьет. яз.). 3 Там же. С. 16.

См.: Нгуен Дык Тхуан. Некоторые мнения о изменении и дополнении организации деятельности следственных органов во Вьетнаме // Государство и право. 1999. № 2. С. 40.

157

способствовать искоренению зависимости следователя от прокурора и от органов Министерства общественной безопасности, укрепить его процессуальную самостоятельность.

При таком условии будет обеспечиваться оперативность и инициативность следователя при расследовании дела, возлагаться на него ответственность за качество и сроки производства следствия, а также гарантироваться независимость следователя при решении важнейших процессуальных вопросов.

Для того, чтобы максимально осуществлять все процессуальные функции предварительного следствия и реализовывать процессуальную самостоятельность и ответственность следователя при производстве предварительного следствия во вьетнамском уголовном процессе, необходимо укреплять процессуальное положение следователя.

На наш взгляд, вьетнамский уголовно-процессуальный закон должен быть дополнен правилом, согласно которому, по делам, по которым предварительное следствие обязательно, следователь вправе в любой момент приступить к производству предварительного следствия, не дожидаясь выполнения органами дознания неотложных действий. Это правило отражает тот факт, что по отношению к органу дознания следователь занимает более высокое положения в уголовном процессе и обладает определенной властью.

Дальнейшее укрепление правовой основы государственной и общественной жизни выдвигает новые, более ответственные задачи перед правоохранительными органами. Понятно, что возрастает и роль следственного аппарата в предупреждении правонарушений, укреплении общественного порядка.

Для того, чтобы справиться с этими возросшими требованиями, необходимо осуществление комплексных мер по повышению уровня следственной работы, улучшению подготовки и воспитания следственных кадров, широкому внедрению научных рекомендаций и криминалистической

158

техники, укреплению связи с общественностью, более тесному взаимодействию следователей с органами дознания, усилению прокурорского надзора за следствием.

Качество и эффективность предварительного следствия в целом, успешность расследования конкретного преступления в частности, зависит прежде всего от соблюдения следователем основных принципов уголовного процесса, которые реализуются в отдельных процессуальных институтах и конкретных нормах уголовно-процессуального законодательства.

В уголовном процессе предварительное расследование играет важную роль, позволяет точно и правильно разрешить уголовные дела в уголовном судопроизводстве. По уголовным делам, в отличии от административных, гражданских дел, до судебного разбирательства следственные органы обязаны провести ряд законных следственных действий для объективного, всестороннего и полного установления истины в уголовном деле, выяснить доказательства вины и невиновности, отягчающие и смягчающие вину обвиняемого обстоятельства.

В руках следователя сосредоточена большая власть и, в определенной мере, он облачен правом решать судьбы людей, поэтому пользоваться таким правом он должен крайне осторожно, строжайшим образом соблюдая требования закона.

В условиях сегодняшнего дня требование строго соблюдать закон - это не только забота о правах всех лиц, так или иначе вовлеченных в орбиту расследования. Сегодня это и свидетельство профессионального мастерства следователя, способного законными методами обеспечить расследование преступления. Если доказательства собраны с нарушением уголовно-процессуального закона, то они признаются не имещими юридической силы и не МОГУТ быть положены в ОСНОВУ обвинения.

Любые ошибки следователя в предварительном следствии делают возможным осуждение невиновного человека или допущение безнаказанного

159

совершения преступления. По данным Генеральной прокуратуры во Вьетнаме каждый год 10 % числа уголовных дел прекращается в стадии предварительного расследования. В 1995 г. в местных судах число невиновных осужденных — 61 человек и в центральных судах — 26 человек.1 Одной из основных причин этих ситуаций, прежде всего, является низкий уровень и слабое правосознание следователей.

Анализ следственных ошибок и неудач показывают, что в большинстве своем они объясняются несоблюдением предписаний закона. Каждый следователь должен всегда помнить и исходить во всех случаях из того, что закон устанавливает оптимальный порядок судопроизводства, отражает огромный опыт правоохранительной деятельности, гармонически сочетает гарантии достижении истины с гарантиями прав личности.

Многие существенные нарушения в ходе следствия и дознания объясняются игнорированием правового статуса подозреваемого и обвиняемого как субъектов процессуальной деятельности. Особого внимания требуют вопросы применения средств процессуального принуждения. Нельзя забывать, что задержание и арест, а также иные средства процессуального принуждения - это только вынужденные меры, направленные на то, чтобы виновный не мог уклониться от ответственности, чтобы обеспечить беспрепятственное проведение расследования. Они ни в коем случае не могут служить способом воздействия на граждан, получения желаемых показаний.

Перед следователем по каждому уголовному делу стоит двуединая задача, поставленная законом: изобличение виновных и ограждение невиновных от необоснованной ответственности. Невыполнение ее наносит серьезные ущербы правосудию.

Соблюдение процессуального закона неразрывно связано с правильным применением уголовно-правовых норм, точной юридической

См.: Даные Генеральной прокуратуры Вьетнама.

160

квалификацией совершенного деяния. Изучение уголовных дел, по которым были допущены ошибки в квалификации преступлений на предварительном следствии, показало, что одним из мотивов такой квалификации является перестраховка, боязнь возвращения дела на дополнительное расследование. Такого рода подход к делу должен быть признан принципиально неправильным и недопустимым. От квалификации деяния зависит возможность применения различных мер процессуального принуждения, она может оказать известное влияние на окончательную квалификацию преступных действий в суде, привести к судебной ошибке. По существу, такая квалификация - это проявление обвинительного уклона, а в некоторых случаях и средство воздействия на подследственного. С таким нарушением закона необходимо вести борьбу и самим следователям, и их руководителям, и прокурорам, осуществляющим надзор за предварительным следствием.

Серьезным недостатком в работе некоторых следователей является пренебрежение точной и полной фиксацией обнаруженных доказательств, подробным отображением в материалах уголовного дела хода и результатов следственных действий. Следователь, составляя процессуальный документ, должен всегда помнить, что его будут изучать участники процесса и, прежде всего, суд. То, что ему абсолютно ясно, поскольку он был на месте происшествия, слушал показания обвиняемого, участвовал в производстве следственного эксперимента, может быть совершенно неясно тому, кто черпает необходимую информацию только из составленного следователем протокола. Поэтому так важно, чтобы каждый документ, составленный следователем, был не только полным, точным, соответствующим действительности, но и был написан ясно, разборчиво, грамотно, чтобы читающий мог использовать всю информацию, содержащуюся в документе.

Некоторое пренебрежение к удостоверительной стороне следственных действий вызывается и психологическими причинами. Обвиняемый на допросе наконец-то рассказал правду. При производстве обыска, в конце

161

концов, удалось найти орудие преступления. Кажется, дело сделано, цель достигнута. Стоит ли после этого думать о тщательности составления и полноте протокола? Между тем это серьезная ошибка. Особенно опасны случаи, когда, проводя следственное действие и фиксируя его результаты, следователь исходит из того, что преступление раскрыто, обстоятельства до предела очевидны и ясны. Как правило, подобный взгляд влечет за собой существенные упущения и при производстве следственного действия, и при фиксации его результатов, что может привести к невосполнимой утрате доказательств.

Анализ следственных ошибок показывает, что одной из наиболее распространенных причин безуспешности расследования является слабое знание следователем материалов дела, не использование тех данных, которые уже содержатся в следственном производстве.

Использование достижений науки и техники при расследовании преступлений - одно из важнейших условий дальнейшего совершенствования деятельности следствия по борьбе с преступностью, улучшения раскрываемости преступлений и качества следствия.

Научно-техническая революция оказала свое влияние и на процесс расследования преступлений. За сравнительно небольшой срок в повседневную работу следователя внедрено значительное число новых методов расследования, новейших научно-технических средств. Имеет место применение магнитофонов, видеомагнитофонов и компьютеров, специальных паст для фиксации и изъятия следов, использование микрочастиц, современного оптического оборудования для работы на месте происшествия и предварительного исследования вещественных доказательств, создание передвижных криминалистических лабораторий.

Внедрение достижений науки и техники в следственную практику проявляется в последовательном применении научных рекомендаций по расследованию убийств,
изнасилований, хищений, должностных и иных

162

преступлений; освоении научно обоснованных и оправдавших себя тактических приемов производства следственных действий (прежде всего на первоначальном этапе); использовании новейших достижений экспертных исследований и применении криминалистической техники.

В настоящее время значительно улучшена оснащенность следственного аппарата научно-техническими средствами. В системе органов МОБ Вьетнама имеются специальные научно-технические отделы.

Широко используются новейшие достижения в области экспертных исследований. Работники (эксперты) экспертных учреждений принимают участие в работе учебно- методических и научных конференций, проводят совместные обобщения практики, изучают возникающие проблемы. Усиливаются деловые контакты с учебными заведениями, налажен взаимный обмен информацией.

Нередко остаются нераскрытыми именно те преступления, по которым не принималось всех мер к отысканию и закреплению следов, не применялась в полной мере криминалистическая техника, не принимались научно обоснованные тактические приемы, возможности современных экспертных исследований.

Уголовно-процессуальный закон регламентирует порядок привлечения специалиста к расследованию, а в ряде случаев прямо обязывает следователя прибегать к помощи специалиста. Так, обязательно участие врача -специалиста в области судебной медицины при наружном осмотре трупа на месте его обнаружения и при извлечении трупа из места его захоронения (ст. 126 УПК СРВ). Обязательно участие специалиста - педагога в допросе свидетелей - детей, не достигших 14 летнего возраста. Во всех подобных случаях отсутствие специалиста при проведении следственного действия рассматривается как нарушение закона.

Участие специалиста в таких следственных действиях, как осмотр, обыск и
выемка, следственный эксперимент, получение образцов для

163

сравнительного исследования, допрос несовершеннолетних свидетелей и обвиняемых в возрасте от 14 до 16 лет зависит от усмотрения следователя. Практика показывает, что по делам о наиболее опасных преступлениях: убийствах, групповых изнасилованиях, автомобильных авариях с тяжелыми последствиями, специалисты всегда участвуют в осмотре места происшествия. В ходе осмотра специалист, применяя современную криминалистическую поисковую технику, помогает следователю обнаружить следы и вещественные доказательства, дает советы, как лучше зафиксировать обнаруженные доказательства в протоколе осмотра места происшествия и приложениях к нему, принимает меры к надежной упаковке всех изымаемых с места происшествия предметов.

Другой формой привлечения сведущих лиц к участию в расследовании преступлений является назначение экспертизы. Уголовно-процессуальный закон устанавливает, что экспертиза назначается во всех тех случаях, когда при производстве расследования необходимы специальные познания в науке, технике, искусстве или ремесле. В отличие от специалиста эксперт с соблюдением установленного процессуальным законом порядка проводит по заданию следователя самостоятельное исследование и дает заключение, служащее доказательством по делу.

Действующее законодательство, как известно, исключает возможность участия эксперта в производстве по делу, если он производил ревизию, материалы которой послужили основанием к возбуждению уголовного дела, а также, если он участвовал в деле в качестве специалиста, за исключением случая участия врача - специалиста в области судебной медицины в наружном осмотре трупа (ст. 44 УПК СРВ).

Широкое распространение получила криминалистическая экспертиза материалов, веществ и изделий на основе исследования микрочастиц -вещественных доказательств; она позволяет идентифицировать предметы,

164

обнаруженные на месте происшествия, устанавливать их контактное взаимодействие.

Существенно расширились возможности биологических экспертиз, позволяющих идентифицировать конкретное лицо по следам крови, а также криминалистических, судебно-бухгалтерских и инженерно-технических экспертиз, имеющих большое значение при расследовании дел о хищениях, дорожно-транспортных происшествиях и др.

В связи с тем, что ежегодно разрабатываются новые методики экспертных исследований, позволяющие сделать более полные и глубокие выводы из изучения вещественных доказательств, следователь должен постоянно быть в курсе последних достижений судебной экспертизы. Это важно не только для успешной работы по текущим делам. У многих следователей в сейфе лежат приостановленные производством дела о нераскрытых преступлениях прошлых лет. Периодически возвращаясь к ним, следует каждый раз взвесить, не могут ли новые методики экспертных исследований быть применены к вещественным доказательствам.

Проверки на местах показывают, что следователи недостаточно активно привлекают к расследованию специалистов, не всегда используют современные возможности экспертных исследований, недостаточно эффективно применяют и научно-технические средства, имеющиеся в их распоряжении.

Следует помнить, что оснащение следственного аппарата научно-техническими средствами само по себя не улучшает качества следственной работы. Для этого, в первую очередь, необходимо тщательное, углубленное изучение криминалистической техники, научных рекомендаций, умение их использовать.

Недостаточно широко организуется стажировка молодых следователей, наставничество, которые могут быть эффективным средством подготовки следователей. Некоторые следственные управления, отделы не уделяют этим

165

вопросам должного внимания. Решительное преодоление названых недостатков позволит серьезно улучшить качество профессиональной подготовки следователей.

Исследование профессиональных качеств следователей

свидетельствует о том, что почти во всех следственных органах во Вьетнаме наблюдается низкий уровень профессиональной подготовки следователей, который влияет на качество следствия. По отчету отдела кадров следственного управления Министерства общественной безопасности города Хошимина 9,5 % от общего числа следователей не имеет среднего образования, 25,8 %- не получили профессиональную подготовку, и только 16,5 % от общего числа следователей имеет высшее юридическое образование. Однако каждый год следователи этого управления должны расследовать более 7000 уголовных дел.

Успех расследования также во многом определяется умением следователя правильно организовать взаимодействие с работниками органов дознания.

Закон, как уже отмечалось, установил правила, которые обеспечивают согласованную деятельность органов следствия и дознания при расследовании и раскрытии преступлений. Суть их в четком разграничении прав и обязанностей следователя и работников милиции. Следователь не вправе вмешиваться в оперативно-розыскную деятельность органов дознания, а работники этих органов обязаны выполнять поручения следователя, который в силу свой процессуальной самостоятельности единолично определяет, какие следственные действия он проведет сам, какие поручит работникам милиции.

При взаимодействии по конкретным делам допускаются ошибки, некоторые из них повторяются. Практике известны случаи личного участия следователя в мероприятиях органов дознания, что приводит к смешению

См.: Отчет работы следственного управления МОБ города Хошимина. 1995.

166

оперативно-розыскных и следственных методов работы. В чем опасность такого смешения? В том, что оперативно-розыскная деятельность, хотя и основана на законе, но протекает в непроцессуальных рамках и не содержит столь надежных гарантий установления истины в силу специфических особенностей используемых средств. Такие данные носят сугубо ориентировочный характер. Некоторые следователи, забывая об этом, попадают под воздействие подобной информации. Слепая вера в полученные оперативно-розыскным путем данные, неприятие всего того, что им противоречит, лежат в основе многих грубых ошибок следователей. Подобная тенденциозность проявляется и при решении важнейших процессуальных вопросов, например, при необоснованном задержании в качестве подозреваемого, производстве обыска при отсутствии оснований для этого и т. п.

В то же время, необходимо помнить, что взаимодействие следователя и органов дознания — важнейшая предпосылка быстрого и полного расследования преступления, своевременного разоблачения преступников. Сущность взаимодействия следователей с работниками органа дознания, их права и обязанности, компетенция, процессуальные основы и организация взаимодействия по конкретному делу хорошо разработаны в методической литературе.

Для повышения эффективности следственной работы огромное значение имеет специализация следователей. Важно, чтобы специализация осуществлялась с учетом индивидуальных особенностей и склонностей каждого следователя.

Некоторые следователи хорошо расследуют дела о преступлениях против личности, умеют мастерски проводить осмотры места происшествия, исследовать вещественные доказательства. У них преобладают поисковые качества, им присущи высокий уровень внимания, наблюдательность. Как правило, такие следователи
успешно ведут расследования “по горячим

167

следам”. Другие следователи, обладая хорошими аналитическими способностями, успешно работают с документами, в полной мере используют информацию, имеющуюся в заключениях экспертов, в актах ревизий. Такой следователь особенно хорошо справляется с расследованием сложных замаскированных многоэпизодных хищений.

Профессиональные качества и особенности каждого следователя должны учитываться не только при решении вопроса о специализации, но и при организации следственных групп по конкретным делам. Следователи, у которых преобладают организаторские способности, с успехом возглавляют расследование в качестве руководителей следственных групп. Есть следователи, которым лучше всего удается проведение допросов, очных ставок.

Учет таких индивидуальных особенностей позволяет правильно распределить обязанности между членами следственной группы, помогает определить то место, которое наиболее соответствует творческой индивидуальности каждого следователя и в конечном итоге способствует успешной работе.

Важное значение имеет правильная организация работы каждым следователем. В современных условиях выполнить работу на высоком уровне, успешно справиться со всеми обязанностями следователь может, только соблюдая дисциплину труда, используя научные рекомендации по его организации. Более широко должны применяться на практике научные данные о тактике расследования отдельных видов преступлений.

Рассмотрим деятельность следственного управления провинции Нге Ан на примере деятельности следственного управления при МОБ Вьетнама.

В этом следственном управлении еженедельно проводятся рабочие совещания с руководством служб, сотрудниками зонального и организационно-методического отделов, со следователями следственной части. Каждый сотрудник заслушивается о проделанной работе за неделю,

168

подводятся общие итоги, решаются проблемные вопросы, намечаются основные мероприятия по выполнению плана, рассматривается ход расследования конкретных уголовных дел.

Каждую пятницу начальнику СУ представляются планы работы следственного управления на следующую неделю и рапорт о выполнении мероприятий за истекшую.

Данная система контроля позволила усилить персональную ответственность сотрудников управления за исполнение служебных обязанностей, а, следовательно, и спрос с подчиненных.

Каждый сотрудник следственного управления с соблюдением режима секретности ведет специальные рабочие тетради, в которые вносятся выписки из квартального плана, разрабатывается индивидуальный план на месяц и на каждый день. Стройная система личного планирования дала положительные результаты в укреплении дисциплины, в более рациональном использовании рабочего времени, в повышении производительности труда.

За последние годы вопросы организации труда следователей широко обсуждались на научно-практических конференциях. Обобщение опыта лучших следователей показывает, что успешному расследованию во многом способствует четкое планирование работы.

Дальнейшее улучшение работы следователей невозможно без повышения эффективности прокурорского надзора за исполнением законов органами следствия.

В постсоциалистических государствах прокурорский надзор за законностью предварительного следствия является в настоящее время одним из наиболее дискуссионных вопросов реформы уголовного процесса.

По мнению критиков прежней системы, обвинительная и надзорная функции прокуратуры находятся в непримиримом противоречии. Отсюда делается
логический вывод: необходима полная замена прокурорского

169

надзора за законностью досудебного производства судебным контролем, как это имеет место в странах с состязательной моделью уголовного процесса.

Подобный подход, как указывают сторонники противоположной точки зрения, основан на механическом распространении на предварительное следствие принципа состязательности (фактически здесь можно говорить лишь о ее элементах) и неоправданно сужает задачи и направления прокурорской деятельности, придает ей односторонний характер, создает объективные, закрепленные в законе предпосылки для обвинительного уклона. Кроме того, на сегодняшний день судебный контроль в стадии предварительного расследования по своей сути и по своему назначению носит выборочный и, в какой-то мере, случайный характер: распространяется только на отдельные меры процессуального принуждения и вступает в действие только в связи с обращениями граждан.

Прокурорский же надзор имеет всеобъемлющий и регулярный характер. К примеру, в Российской Федерации в 2000 г. прокурорами отменено почти 80 тыс. необоснованных постановлений о прекращении и 108 тыс. - о приостановлении дел, внесено почти 53 тыс. представлений об устранении нарушений закона в ходе следствия и дознания.’

Прокурорский надзор за расследованием начинается с проверки обоснованности возбуждения уголовного дела и заканчивается утверждением обвинительного заключения по делу. Прокурор неоднократно знакомится с его материалами, анализирует собранные доказательства, заслушивает сообщения следователя о результатах этапов расследования, дает письменные указания, принимает непосредственное участие в производстве следственных действий.

СМ.: Додонов В. Н., Крутских В. Е: Прокуратура в России и за рубежем . - М.: Издательство НОРМА, 2001. С.50-51.

170

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Проведенное сравнительно-правовое исследование позволяет сделать вывод об инквизиционном характере предварительного следствия во вьетнамском и российском уголовном процессе. Имеющиеся в российском уголовном процессе «состязательные начала делают расследование приспособленным к современным условиям и вполне отвечающим концепции правового государства» .

Исследование позволяет, на наш взгляд, найти решение ряда многих существующих в настоящее время проблем предварительного следствия во Вьетнаме. В ходе него были выработаны предложения, направленные на дальнейшее совершенствование института предварительного следствия во Вьетнаме, действующего вьетнамского законодательства, определяющего место следственного аппарата в структуре государственных органов, а также регламентирующего организацию и производство предварительного следствия.

В частности, предложено:

  • создать самостоятельный единый следственный аппарат как организационное объединение под единым руководством всех следователей, ныне работающих в различных ведомствах, или же создать единый следственный аппарат в судебной системе, как во Франции;
  • дать возможность следователю Вьетнама по делам, по которым предварительное следствие обязательно, в любой момент приступить к производству предварительного следствия, не дожидаясь выполнения всех первоначальных действий органами дознания;
  • См.: Головко Л. В. Дознание и предварительное следствие в уголовном процессе России. М,.
    1. С. 129.

171

  • укрепить процессуальную самостоятельность следователя, чтобы он сам, а не начальник следственного отдела, принимал все решения по уголовному делу;
  • в соответствии с принципом презумпции невиновности ограничить в законе право прокурора, следователя и других лиц, выполняющих следственные поручения, разглашать данные предварительного следствия с тем, чтобы в их выступлениях до окончания расследования по делу отсутствовали сведения, порочащие тех или иных граждан, порождающие сомнение в их невиновности;
  • допустить защитника на предварительное следствие по всем без исключения категориям дел;
  • законодательно закрепить порядок представления следователю результатов ОРД.

172

БИБЛИОГРАФИЯ НОРМАТИВНЫЕ АКТЫ

1) Конституция Российской Федерации (принята на всенародном голосовании 12 декабря 1993 г.) // Российская газета. 25.12.1993. 2) 3) Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (в ред. от 20.03.2001) 4) 5) Уголовно-процессуальный кодекс Федеративной республики Германии. М., 1994. 6) 7) Уголовно-процессуальный кодекс СРВ 1988 г.(перевод на рус. яз.) 8) 9) Уголовно-процессуальный кодекс СРВ ( ред. от 03.1995 г. на вьет. яз.). 10) 11) Федеральный закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ “Об оперативно- розыскной деятельности” (в ред. от 30.12.99.) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. №? 33. Ст. 3349. 12) 13) Федеральный закон от 17 ноября 1995 г. № 168-ФЗ “О прокуратуре Российской Федерации” // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. № 47. Ст. 4472. 14) 15) Закон “Об организации Прокуратуры” от 26 июля 1960 ( на вьет. яз.). 16) 17) Закон об организации суда от 13 июля 1981г.( на вьет. яз.). 18) 19) Закон об организации прокуратуры от 13 июля 1981г. ( на вьет. яз.). 20) 21) Закон РФ от 13 марта 1992 г. № 2506-1 “Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации” // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 17. Ст. 892. 22) 23) Постановление Съезда народных депутатов РФ от 14 декабря 1992 г. № 4081-1 “О состоянии законности, борьбы с преступностью и коррупцией” // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. № 51. Ст. 3018. 24)

173

13) Доклад Министра МОБ Вьетнама в заседании о проблемах крупных преступлений. Ханой, Январь. 2000 г. ( на вьет. яз.). 14) 15) Приказ Федеральной службы налоговой полиции РФ, ФСБ РФ, МВД РФ, Федеральной службы охраны РФ, ФПС РФ, ГТК РФ и Службы внешней разведки РФ от 13 мая 1998 г. № 175/226/336/201/286/410/56 “Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд” // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1998. №23. 16) 17) Приказ об организации расследования уголовных дел от 04/04/1989 ( на вьет. яз.). 18) 19) Совместный приказ о расследовании, обвинении и разбирательстве в суде Прокуратуры, МВД (ныне-МОБ) и Министерства юстиции от 22 декабря 1982г. ( на вьет. яз.). 20) 21) Совместный приказ № 1-ТТ/ ЛВ Прокуратуры и МВД от 23 января 1984 г. ( на вьет. яз.). 22) 23) Определение Конституционного Суда РФ от 14 июля 1998 г. “По делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального закона “Об оперативно-розыскной деятельности” по жалобе гражданки И.Г. Черновой // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1998. № 6. 24) 25) Отчет работы следственного управления МОБ города Хошимина. 1995. ( на вьет. яз.). 26) 27) Отчет работы следственного управления органов МОБ провинции Нге ан от 1997 по 6/2001. ( на вьет. яз.). 28)

174

СПЕЦИАЛЬНАЯ ЛИТЕРАТУРА 10 особых преступлений в 1999 г // Газета Народной милиции. 1999. Декабрь.

Абрамов Е. Следственный комитет - ломать не строить // Советская милиция. 1990. № 11.

Амбасса Л.Ш. Организация предварительного следствия во Франции на современном этапе // Государство и право. 1999. № 1. Ансель М. Методологические проблемы сравнительного права. В сб.: Очерки сравнительного права. М.: Прогресс, 1981. Басков В. О предварительном следствии // Советская юстиция. 1990. № 15.

Боботов СВ. Правосудие во Франции. М., 1994.

Божьев В.П., Турсов А. И. Процессуальная самостоятельность и независимость следователя // Проблемы формирования социалистического правового государства. М., 1991. Бойков А.Д. В кн.: Законность в Российской Федерации. М., 1998. Буй Киен Днем. Наука расследования уголовных дел. Ханой, 1998. (на вьет. яз.).

Быкова Е. Обвинительная камера - хранительница законности во Франции // Российская юстиция. 1994.

Виленский Б. В. Судебная реформа и контрреформа. Саратов, 1969. Гесснер Р., Херцов У. За фасадом права. М., 1990. Головко Л. В, Дознание и предварительное следствие в уголовном процессе Франции. М., 1995.

Громов Н.А. Уголовный процесс России. М.: Юность, 1999. Гуценко К.Ф.
Уголовный процесс основных капиталистических государств. М.5 1969.

175

  1. Додонов В. Н., Крутских В. Е, Прокуратура в России и за рубежем . -М.: Издательство НОРМА, 2001.
  2. Дорохов В.Я., Николаев B.C. Обоснованность приговора. М., 1959.
  3. Дубривный В.А. 50 лет советской власти и актуальные проблемы правовой науки. Саратов, 1967.
  4. Жук О.Д. Организованная преступность в современной России. Томск. 1998.
  5. Иванов В.А. Дознание в советском уголовном процессе. ЛГУ, 1966.
  6. Истина… И только истина! Пять бесед о судебно-правовой реформе. М., 1990.
  7. История государства и права (на вьет. яз.). Ханой, 1983.
  8. Колбая Г.Н. Соответствие предварительного следствия и судебного разбирательства. М., 1975.
  9. Комментарий к УПК РСФСР // Под ред. В.М. Савицкого, Б.Г. Безлепкина, П.А. Лупинекой, И.Л Петрухина. М., 1999.
  10. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992.
  11. Крылов И. Ф. Бастрыкин А. И., Розыск, дознание, следствие. Л., 1984.
  12. Ларин А. М. Заметки о предварительном следствии в России // Государство и право. 1993. № 3.
  13. Ларин А. М. Проблемы расследования в советском уголовном процессе. М., 1970. СЮ.
  14. Ларин A.M. Представление предметов и документов при расследовании // Социалистическая законность. 1981. № 3.
  15. Ларин A.M. Процессуальные гарантии и функции уголовного преследования. М.э 1975.
  16. Ларин А. М., Савицкий В. М. Каким быть следственному аппарату // Советское государство и право. 1991. № 1.
  17. Ларин A.M., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России: Лекции-очерки. М., 1997.

176

  1. Ле Хуен Тхонг. Некоторые размышления о правосудии // Нян зан. 22.09.91. (на вьет. яз.).
  2. Лебедь Ю. Н. Предварительное следствие - функция юстиции. Омск, 1993.
  3. Левин И. Д. Современная буржуазная наука государственного права. М., 1960.
  4. Лубенский А. И. Предварительное расследование по законодательству капиталистических государств. М., 1977.
  5. Лупинская П.А. Решение в уголовном производстве. М., 1976.
  6. Махов В. Н.5 Пешков М. А. Уголовный процесс США. М., 1988.
  7. Махов В.Н., Ястребова О.М. Судебная реформа и проблемы уголовного судопроизводства. М., 1995.
  8. Михайловская И. Реакционная сущность закона о контроле над преступностью в США // Социалистическая законность. 1970. № 1.
  9. Модельный УПК для государств-участников СНГ. Рекомендательный законодательный акт. Приложение к Информационному бюллетеню. 1996.№ 10.
  10. Нажимов В.П. Об уголовно-процессуальных функциях // Правоведение.
  11. № 5.
  12. Нгуен Бхи Бак. Архив Генеральной прокуратуры. ( на вьет. яз.).
  13. Нгуен Дык Тхуан. Некоторые мнения о изменении и дополнении, определяющихся организация и деятельность следственных органов во Вьетнаме // Государство и право. 1999. № 2.
  14. Нгуен Мань Ханг. Некоторые мнения о предварительном следствии уголовных дел // Государство и право. 1982. № 4. С. 32. (на вьет. яз.).
  15. Нгуен Мань Ханг. Некоторые мнения о совершенствовании следствия уголовных дел во Вьетнаме // Государство и право. 1991. № 5.
  16. Нгуен Суан Уем, Нгун Хи Дык. Следственные опыты из уголовного дела «Донг Бань 2» // Государство и право. 1995. № 5.

177

  1. Николайчик В. М. Уголовный процесс США. М., 1981.
  2. Ниммлер М. Уголовное судопроизводство и роль прокуратуры в Германии // Российская юстиции. 1994. № 10.
  3. Новиков С.Г. Принципиальные особенности новых основ уголовного судопроизводства СССР и союзных республик. М.: Госюриздат, 1959.
  4. Ожегов СИ. Словарь русского языка. М., 1984.
  5. Они еще не считаются виновными. Ханой: Юрид. Литература, 1990. (на вьет. яз.).
  6. Петрухин И. Л. Актуальные вопросы борьбы с преступностью в России и за рубежом. Вып. 8. М., 1992.
  7. Петрухин И. Л. Судебная власть и расследование преступлений // Государство и право. 1993. № 7.
  8. Петрухин И.Л., Куцева Э.Ф. О концепции уголовно-процессуального законодательства РФ // Государство и право. 1992. № 12.
  9. Полянский Н. Н. Уголовное право и уголовный суд Англии. М. 1969.
  10. Полянский Н.Н. Новая редакция Уголовно-процессуального кодекса. М., 1925.
  11. Преступные проблемы и контроль их // Государство и право. 1997. № 6.
  12. Пути совершенствования системы уголовной юстиции // Государство и право. 1989. № 4.
  13. Радутная Е. С. Предварительное следствие и прокурорский надзор: Сборник научных трудов. М.5 1990.
  14. Савицкий В, М. Организация судебной власти в Российской Федерации. М.5 1996.
  15. Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора. М., 1975.
  16. Савицкий В. М., Ларин А. М. Уголовный процесс. М., 1999.
  17. Скуратов. Ю. Торговля правосудием - опасная вещь. Комсомольская правда. 08.07.97.

178

  1. Смирнов А. В. Модели уголовного процесса. Санкт-Петербург. 2000.
  2. Соловьев А. Б. Проблемы повышения эффективности прокурорского надзора за законностью расследования преступности. М., 1992.
  3. Соловьев А. Б. Проблемы предварительного следствия в уголовном судопроизводстве. М.; 1980.
  4. Соловьев А.Б., Якубович Н.А. Предварительное расследование и прокурорский надзор в свете судебной реформы // Законность. 1995. №8.
  5. Сорокина Ю. Предварительное следствие: история и современность // Советская юстиция. 1992. № 9-10.
  6. Становление судебной власти в обновляющейся России. Серия «новое в юридической науке и практике» / Под ред. Б. Н. Топорнина. М., 1997.
  7. Статкус В. Ф., Жидких А. А. Органы предварительного следствия в системе МВД России.- М.: Спартак, 2000.
  8. Стецовский Ю. И. Концепции судебной реформы и проблемы конституционной законности в уголовном судопроизводстве // Государство и право. 1993. № 9.
  9. Стремовский В.А. Участники предварительного следствия.
  10. Строгович М. С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955.
  11. Строгович М.С. Курс Советского уголовного процесса. М., 1958.
  12. Строгович М.С. Курс Советского уголовного процесса. М.: Наука, 1970.
  13. Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955.
  14. Судебно-правовая реформа (взгляд непостороннего) // Законность. 1996. №3.
  15. Сухарев А.Я. В кн.: Законность в Российской Федерации. М., 1998.

179

  1. Тетерин Б.С., Трошкин Е.З. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1997.
  2. Токарева М. Е. Современные проблемы законности и прокурорский надзор в досудебных стадиях уголовного процесса. Дисс. докт. юрид. наук в форме научного доклада. М.„ 1997.
  3. Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1998.
  4. Фам Хонг Хай. Некоторые мнения о совершенствовании взаимоотношения между прокуратурой следственными органами и судом во Вьетнаме // Государство и право. 1998. № 11. ( на вьет. яз.).
  5. Фам Хонг Хай. Основные направления совершенствования уголовно- процессуального закона // Государство и право. 1997. № 6. (на вьет. яз.).
  6. – Филимонов Б. А. Уголовный процесс ФРГ.

  7. Характер, принципы и способы устранения ошибок в стадии предварительного следствия / Коллектив авторов под рук. А.Я. Соловьева. М., 1991.
  8. Чаадаев С. Г. контроль над преступностью в буржуазных государствах. М., 1990.
  9. Чан Динь Нья. Об обновлении следственных органов во Вьетнаме // Государство и право. 1996. № 1. ( на вьет. яз.).
  10. Чан Динь Нья. Об изменении и дополнении УПК СРВ. Ханой, 1990. (на вьет. яз.).
  11. Шарапов А. Наших Мегре пригласят в комитет. Следственный… // Российская газета. 1993. Апр.
  12. Шейфер С. А. Понятие и взаимоотношения судебной, прокурорской и следственной властей // Межвузовский сборник научных статей. Самара, 1991.
  13. Шейфер С.А. Следственные действия. М., 1981.

180

Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств. М.,

1972.

Шпилев В.Н. Содержание и формы уголовного судопроизводства.

Элькинд П.С. К вопросу о функции обвинения в советском уголовном

процессе / В кн.: Вопросы теории и практики производства надзора.

М., 1989.

181

ПРИЛОЖЕНИЕ № 1

Таблица № 1: Состояние уголовных преступлений во Вьетнаме от 1995

г. по 1999 г.

Наименование 1995 1996 1997 1998 1999 Уголовные преступления 66.517 64.090 63.110 63.858 60.638 Раскрытые преступления 36.453 34.617 35.918 35.827 34.452 Арест 50.483 46.797 52.225 49.701 45.550 Преступные группы 1.740 1.877 3.210 4.164 3.015 Разбой с убийством

15 групп

28 групп Разбой

242

365 групп Грабеж

231

Группа кражи

1.0003 Группа мошенничества

167

””^–«^. Годы Наименование^*””^.»

1997 1998 1999 20

Уго.ые Престу- Уго.ые Престу- Уго.ые Престу- Уго.ые

лелы пники делы пники делы пники делы

Первичная инфо.ия о

преступлении 1362

2306

2149

2413

Возбуждение

уголовного дела 933 1317 ж J?* *J fcJ 2014 1250 1714 1431

Направление у го. ого

дела прокурору 815 1199 1044 1702 1015 1325 1083

Приостановление

предв.ого следствия 62 96 55 104 53 118 72

Прекращение

уголовного дела 38 52 43 80 55 79 88

Продолжение

следствия 131 194 151

_	J 235 120 182 188

Таблица № 3.

Очетработы следственного управления органов МОБ провинции Нге Аи - в Вьетнаме (1997

*

4

Годы Число сотр.ов

Образование

Должность следоват

несреднее среднее высшее младшие следо

неюр.ое юридическое

1994 954 169 785 124 95 325 137

1995

i 989 96 893 163 101 357 144

Таблица № 2.

Кадровое состояние следственного управления органов МОБ города Хошимина - во Вьетнам

*>

С