lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Владимиров, Владимир Юрьевич. - Теория и практика криминалистического оружиеведения: Дис. ... д-ра юрид. наук :. - СПб., 2002 475 с. РГБ ОД, 71:02-12/151-4

Posted in:

7/.’02-/2//5/-у

МВД РОССИИ САНКТ-ПЕТРБУРГСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

ВЛАДИМИРОВ ВЛАДИМИР ЮРЬЕВИЧ

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА

КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО

ОРУЖИЕВЕДЕНИЯ

Специальность 12.00.09-уголовный процесс;

криминалистика и судебная экспертиза;

оперативно-розыскная деятельность

Диссертация

на соискание учёной степени

доктора юридических наук

Санкт-Петербург 2002

2 СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 4

ГЛАВА I. Общие проблемы криминалистического исследования оружия и следов его применения 31

§1. Оружие как специфическое средство совершения преступления и источник информации о преступлении 31

§2. Организационно-правовые основы криминалистического

исследования наиболее криминализированных видов оружия 96

§3. Организационное, методическое и техническое обеспечение криминалистического исследования различных видов оружия. Методологические основы криминалистического оружиеведения 166

ГЛАВА И. Проблемы криминалистической тактики при расследовании преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия 218

§1. Тактические и технико-криминалистические особенности осмотра оружия на месте его обнаружения 218

§2. Тактические особенности следственного осмотра и фиксации следов применения оружия 251

ГЛАВА III. Использование специальных познаний в целях обеспечения полноты, всесторонности и объективности криминалистического исследования обстоятельств незаконного оборота оружия 271

§1. Тактика использования специальных познаний при решении вопросов о возбуждении уголовных дел, связанных с незаконным оборотом оружия….271

§2. Методические проблемы судебно-экспертного исследования оружия…. 278

§3. Организация эффективного взаимодействия следственно- оперативных и экспертно-криминалистических подразделений по предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия 330

ЗАКЛЮЧЕНИ Е

368

ПРИЛОЖЕНИЯ 375

МЕТОДИКА ОТОЖДЕСТВЛЕНИЯ ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ ПО СЛЕДАМ НА ВЫСТРЕЛЕНЫХ ПУЛЯХ И СТРЕЛЯНЫХ ГИЛЬЗАХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ «ТАИС» 375

ОБРАЗЦЫ ЗАКЛЮЧЕНИЙ ПО РЕЗУЛЬТАТАМ ИДЕНТИФИКАЦИИ ш ОГНЕСТРЕЛЬНОГО ОРУЖИЯ ПО СЛЕДАМ НА ПУЛЯХ И ГИЛЬЗАХ С ИСПОЛЬЗОВАНИЕМ ЭЛЕКТРОННО-ЦИФРОВЫХ МЕТОДОВ ИССЛЕДОВАНИЯ 411

АНАЛИТИЧЕСКАЯ СПРАВКА 432

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 441

г

4

ВВЕД ЕНИЕ

Насто ящее диссе ртаци онное иссле дован ие являе тся резул ьтато м ком- плек сного и систе мног о изуче ния как теоре тичес ких, так и прак тичес ких проб лем, объе ктив но суще ству ющи х в прав опри мени тельн ой прак тике в связи с деяте льно стью прав оохр анит ельн ых орган ов по пред упре жден ию, раскр ытию и рассл едова нию прест упле ний, связа нных с незак онны м обо- рото м оруж ия. Расс матр ивая в проц ессе иссле дова ния весь ма разно род- ные защи ты таки х проб лем, нося щих прав овой и мето долог ичес кий ха- ракте р, каса ющи хся особе ннос тей орган изац ионн о- техн ичес кого и мето- диче ского обес пече ния прав оохр анит ельн ой деяте льно сти в сфер е борь бы с незак онны м обор отом оруж ия, иссле дова ние напр авлен о в цело м на по- знани е объек тивно - сущес твую щих взаим освязе й, опред еляю щих, в конеч ном счёте , цело стнос ть раскр ывае мой темы .

Акту альн ость темы иссле дова ния.

Акту альн ость расс матр ивае мых проб лем прям о выте кает из особе н- носте й пере ходн ого пери ода в соци альн о- экон омич еско м прео бразо вани и Росс ийск ого госуд арств а. Объе ктив но любо й вид перес трой ки, как тако- вой, неиз бежн о сопр овож даетс я нару шени ем проц есса упра влен ия в ре- форм ируе мой среде . А поск ольк у рефо рмир ован ию оказа лись подв ергну ты прак тичес ки все, без искл ючен ия, систе мы госуд арств енно го устро й-

5

ства, правовой политики и социально-экономического управления, это не могло не отразиться, в том числе и негативно, на общем состоянии преступности, её динамики и структуре. Глубокие социально- экономические преобразования, направленные в целом на достижение позитивного результата, явились в определённой степени провоцирующим фактором, определившим как рост преступности в целом так и, в особенности, насильственных её форм. Начиная, с 1985 года по 1993 год в стране наблюдался, практически лавинообразный рост преступности. Так, если в 1985 году в России было зарегистрировано 1.416.935’ преступлений, а в 1990 году 1.839.4512преступление, то к концу 1993 года уровень преступности возрос почти вдвое и составил уже 2.986.7713 преступление. В период с 1994 года по 1996 год включительно в стране наблюдаются процессы, говорящие, с одной стороны, о некоторой стабилизации темпов роста преступности, так и об изменении её внутриструктурных пропорций. Так, если в 1994 году на фоне снижения темпов роста преступности в целом устойчиво продолжался рост тяжких преступлений, то в 1996 году чётко проявилась тенденция к снижению темпов роста, а в конечном счёте и общего числа тяжких преступлений (-10,2%)4, а также преступлений, совершаемых с использованием огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых материалов (- 21, 5%)5, уменьшилось также проявление хищений огнестрельного оружия и боеприпасов (- 15, 4%).6

В то же время в период с 1993 года по 1995 год резко выросло поступление огнестрельного оружия и боеприпасов на исследование в эксперт-но- криминалистические подразделения (ЭКП) органов внутренних дел.

1 См.: Преступность и правонарушения в СССР. 1989. Статистический сборник. М., 1990 С. 26

2 См.: Преступность и правонарушения в СССР. 1990. Статистический сборник. М., 1991 СП.

3 Сведения за 1993 год о зарегистрированных, раскрытых и нераскрытых преступ лениях. М. ГИЦ МВД РФ, документ 34/4/1-169 от 28.01.94 г. С.1.

46 См. Состояние преступности в РФ за 1996 г. М.:ГИЦ МВД РФ. 1997. С. 1,16-17.

6

Так, если в 1993 году судебно-баллистические объекты поступили в ЭКП по 40.9617 преступлению, то в 1995 году уже по 53.7988 преступлениям, что прямо свидетельствует о возрастании степени вооруженности преступной среды. Таким образом, положение, сложившееся к концу 1996 года можно было объяснить целым рядом причин. Это и явное несовершенство уголовного законодательства России в преддверии введения в действие нового УК РФ в 1997 году. Так простое сравнение диспозиций статей нового и старого УК позволяют убедиться, что количество составов преступлений, в диспозициях которых имеется квалифицирующий признак вооруженности, существенно выросло. Если в У К РСФСР также состава преступлений охватывались 21 статьей кодекса, то в новом УК РФ их количество увеличилось до 31 статьи. В качестве другой причины можно рассматривать вероятную неадекватных статистических данных, призванных характеризовать степень вооруженности преступной среды, а также недостаточно отработанную систему государственной уголовной отчётности в целом.

По справедливому заключению Б. Гаврилова представители науки и практики в последние годы самое пристальное внимание уделяли вопросом регистрации и учёта преступлений.9 Однако, по его мнению, каких-либо эффективных путей решения существующих проблем до настоящего времени не выработано. Застарелая, хроническая неразделенность проблемы привела к тому, что степень криминализации многих, если не всех сторон нашей социальной действительности и достаточно благополучные данные о динамике, структуре и раскрываемости преступлений находятся в явном противоречии с самочувствием российского общества. При этом

7 См. Сведения за 1993 г. о работе ЭКП по применению НТСМ в борьбе с пре ступностью. М.: ГИЦ МВД РФ, документ 34/4/1-326 от 10.02.94 г. С. 1-2.

8 См. Сведения за 1995 г. о работе ЭКП по применению НТСМ в борьбе с пре ступностью. М.: ГИЦ МВД РФ, документ 34/4/1 350 от 14.02.96 г. С. 1-2.

9 См.: подробнее: Гаврилов Б. О реальности российской уголовной статистики. Законность. Ежемесячный правовой научно-практический журнал. №6 (776). Гене ральная прокуратура Российской Федерации. Москва. 1999. С. 27-32.

7

большинство населения страны глубоко убеждено, что правоохранительные органы России контролируют преступность лишь на бумаге10. На основе материалов следственного комитета МВД России Б. Гаврилов делает вывод, что анализ статистических данных о преступности дает основания полагать, что сокращение за 6 лет (с 1992 по 1997 гг.) на 373 тыс. (13,5%) зарегистрированных преступлений обусловлено в большей степени манипуляциями со статистикой, чем реальной ситуацией… Этот процесс стремительно нарастал и в 1998 году. Так, в ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области, УВД Хабаровского края. Владимирской, Воронежской, Камчатской, Калининградской, Костромской, Пензенской областей и ряде других регионов соотношение отказных материалов и преступлений по сравнению с приведенным выше среднероссийским показателем в 2-3 раза выше.11

Следует предположить, что внутриструктурные соотношения в уго- ловной статистике подчиняются если не тем же, то, по крайней мере, аналогичным закономерностям. Простым сравнением показателей оперативной отчётности управления уголовного розыска ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области за 1996 год с соответствующими данными информационного центра ГУВД можно убедиться в обоснованности такого предположения. Если по оперативным учётам УУР имелись сведения о совершении 113512 преступлений с применением огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ за 12 месяцев 1996 года на территории Санкт-Петербурга, и на территории Ленинградской области - 316 13пре-ступлений, то по данным ИЦ ГУВД соответственно значилось лишь 508 и 53 преступления.14

10 См.: Там же с.27.

11 Гаврилов Б. О реальности российской уголовной статистики. М. // Законность. Ежемесячный правовой научно-практический журнал №6 (776), 1999. С.29.

12”14 См. Сводка о преступлениях, совершенных с применением огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ за 12 месяцев 1996 года на территории Ленинградской области. СПб. ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Документ № 3324 от 01.09.99г. с. 1 -2.

8

При этом обращает на себя внимание на прекращавшийся все это время рост такой категории преступлений как бандитизм, для которого в отличие от многих других составов признак вооруженности является обяза- тельным Так, в 1996 году количество проявлений бандитизма в России выросло на 3,9%15, в 1997 году на 18,4%16, а в 1998 году уже на 37,2%17. Это ли не убедительный показатель не только степени вооруженности преступной среды, но и организованности незаконных вооруженных формирова- ний, что в совокупности свидетельствует о продолжающемся процессе качественного перерождения преступности в России.

Говоря об имевшем месте периоде некоторой стабилизации криминогенных процессов по России в целом, и в части, касающейся результатов борьбы с незаконным оборотом оружия и использованием его уже при со- вершении тяжких преступлений, в целом ряде органов стабильно наблюдается совершенно неудовлетворительная работа правоохранительных органов и в том числе органов внутренних дел Так, по итогам работы за 1996 год среди регионов с наибольшим количеством преступлений, совершенных с использованием огнестрельного оружия, боевых припасов и взрывчатых материалов упоминаются Москва, Санкт-Петербург, Московская область, Тюменская область. Ставропольский край, Красноярский край. Иркутская область, Челябинская область, республика Северная Осе- тия—Алания и Приморский край, на долю которых приходится 41,3%18 всех зарегистрированных преступлений этой категории в России. По итогам работы за 1997 год и 1998 год с достойной сожаления стабильностью

15 См. Состояние преступности в РФ за 1996 г. М.: ГИЦ МВД РФ 1997 С. 3.

16 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1997 года. М: ГИЦ МВД РФ, 1998. С. 1.

17 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1998 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999. С. 1.

18 См. Состояние преступности в РФ за 1996г М.: ГИЦ МВД РФ, 1997. С. 17.

9

перечисляются как следующие регионы, имеющие самую низкую раскры- ваемость преступлений, совершенных с применением огнестрельного, газового оружия, боевых припасов и взрывчатых материалов, - республика Северная Осетия-Алания (соответственно 32,1% и 30,9%), Санкт-Петербург (35,9% и 45,6%), республика Дагестан (42, Г/о и 47,1%), Калининградская область (47,1% и 53,6%), республика Мордовия (51,3% и 46,2%), Иркутская область (52,8% и 47,6%) и некоторые другие 19’20. Это свидетельствует о том, что даже в период очевидной или в какой-то степени мнимой стабилизации преступности в стране, проблемы криминалистического ору-жиеведения продолжают быть весьма актуальными для огромного количества регионов России.

Характеризуя современное состояние преступности в сфере незакон- ного оборота оружия следует отметить, что такие преступления как хищение или вымогательство оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, уже начиная с 1997 года вновь проявили тенденцию к росту (+6,2%)21. По итогам же за 1998 год на фоне общего роста преступности до 2 581 940 преступлений (+ 7,7%)22, продолжающегося роста тяжких преступлений, количество которых составило 1 560 764 проявления (+ 9,7%), стабильно продолжился рост преступлений в сфере незаконного обо- рота оружия (+ 15,0%), что составило 66 237 зарегистрированных в отчетном периоде фактов На 67,3% выразило количество зарегистрированных хищений или вымогательств оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ

19 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1997 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1998. С. 17.

20 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1998 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999. С. 16.

21-22 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1997 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1998 С 1, 17.

10

и взрывных устройств и составило 2 008 преступлений.23

В 1999 году приходится констатировать то же, что и в истекшем году закономерности Общее количество зарегистрированных преступлений за 6 месяцев 1999 года выросло на 21,8% и составило 1.519.10824. Тяжкие и особо тяжкие преступления также увеличились на 30,6%, что составило 934 95525 проявлений, при этом удельный вес их в общей структуре преступности возрос по сравнению с аналогичным периодом прошлого года

на 1,1%.

Количество бандитских проявлений выросло на 4,6% и составило 295 преступлений, преступления связанные с незаконным оборотом оружия выросли на 6,6%о и достигли 36 79126 преступления. Продолжился рост хищений либо вымогательств оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, количество таких преступлений достигло 1 239 27, что на 33,1% превышает показатель аналогичного периода прошлого года При этом на 1%> снизилась раскрываемость этих преступлений Все приведенные данные убедительно доказывают, что на всех этапах развития нашего общества проблемы криминалистического оружиеведения носят весьма актуальный характер, а в последнее время вновь напоминают о себе как об одной из первоочередных задач в борьбе с преступностью. Характери-

23 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-декабрь 1998 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1, 16.

24’ См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-июнь 1999 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1, 16.

25 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-июнь 1999 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1, 16.

26 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-июнь 1999 годаМ.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1, 16.

27 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-июнь 1999 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1, 16.

11

зуя динамику и структуру преступности, связанной с незаконным оборотом различных видов оружия, нельзя не отметить той позитивной роли, которую сыграло тоже реформированное уголовное законодательство Так на фоне продолжающегося роста преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, и в частности с его хищением или вымогательством, наблюдается тенденция к снижению преступлений, связанных с применением оружия на - 8,1%28 в 1998 году и на - 12,8%29 за 6 месяцев 1999 года В свою очередь преступления, связанные с применением огнестрельного, газового оружия, боевых припасов и взрывчатых материалов снизилось в 1998 году на - 5,4%30, а за 6 месяцев 1999 года на -13,7%31. Таким образом, расширение сферы уголовно-правовой ответственности в области незаконного оборота оружия, в том числе введения уголовной ответственности за незаконный оборот газового оружия, позволило правоприменителю бо- лее продуктивно выполнять свои профилактические функции по объек- тивному снижению уровня вооруженности преступной среды Это обстоятельство еще раз убедительно доказывает правильность высказанных автором настоящей работы предложений законодательного и методического порядка, реализация которых способствовала повышению, в конечном счете эффективности правового регулирования оборота оружия в России.32

28 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1998 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1 16.

29 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-июнь 1999 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999 С 1, 16.

30 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-де кабрь 1998 года. М.: ГИЦ МВД РФ, 1999. С. 1, 16.

31 См. Сведения о состоянии преступности в Российской Федерации и результатах деятельности органов внутренних дел по раскрытию преступлений за январь-июнь 1999 года М.: ГИЦ МВД РФ, 1999. С. 1, 16.

32 См. подробнее: Владимиров В. Ю. Криминализация оборота газового оружия (уголовно- процессуальные и криминалистические аспекты). Монография. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1996. С. 204.

12

При этом продолжает оставаться характерной такая особенность криминализации преступного контингента, как постоянно возрастающая организованность и профессионализм. Практически обязательный признак наемного убийства, совершаемого на основе разногласий крупных субъектов финансово-экономической деятельности, переродился способ совершения таких преступлений с использованием автоматического, снайперского или взрывного оружия в общественных местах, при условии скопления в момент совершения или непосредственно после него большой массы людей, что является, с учетом активности средств массовой информации (СМП), своеобразным “долгоиграющим” социально-психологическим деморализующим фактором. С учетом того, что в подсобных случаях конфликтная ситуация носит не частный, а скорее системный характер, простое устранение одного из лидеров конкурирующего сообщества не играет и не может играть существенного значения в достижении конечной цели устранения конкурирующей фирмы, финансово-промышленной группы или даже целой отрасли. Огромное значение, как и в военном деле здесь имеет психологический деморализующий фактор.

Изощреннее становятся не только способы совершения и сокрытия преступлений, противоборства расследованию, но и организации противодействия правоохранительной деятельности государства в целом. В этой связи многие криминалисты уже давно подчеркивают, что в создавшихся условиях правоохранительной деятельности особое значение приобретает так называемая “объективизация доказывания”3334 принцип в основе которого лежит целенаправленное и научно-обоснованное использование спе-

33 См. подробнее: Вандер М.Б. Объективизация доказывания в уголовном процессе с применением научно-технических средств. СПб.: Институт повышения квалификации прокурорско-следственных работников Генеральной прокуратуры РФ, }?94. С. 52;

См. подробнее:Андреев В.В., Бабаханян Р.В., Владимиров В.Ю., Катков И.Д. Газовое оружие самообороны (криминалистические и судебно-медицинские аспекты): Учебно-методическое пособие. Под ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-пе- тербургский юридический институт МВД России, 1996. С 55.

13

циальных познаний в виде предварительных исследований и судебных эк- спертиз, общей задачей которых является выявление фиксации, исследование и оценка криминалистически значимой информации, носящей как доказательственный, так и регламентирующий характер, и содержащейся в следах, веществах, изделиях и иных объектах — носителях, внешнее строение которых либо их структура и иные признаки и свойства причинно связаны с расследуемым событием.

Таким образом, актуальность темы настоящего исследования обус- ловлена необходимостью определения основных концептуальных положений теоретико-методологического характера, выработки адекватной современному уровню законодательного регулирования оборота оружия, позиции для правоприменительных органов государства и разработки предложений законодательного характера, направленных на повышение уровня правового регулирования оборота различных категорий оружия в Российской Федерации.

Объектом настоящего исследования является комплекс общественных отношений, возникающих в связи с реализацией гражданами Российской Федерации своих конституционных прав, а также деятельностью уполномоченных на то государственных органов по регламентации и регулированию оборота различных видов оружия в Российской Федерации и предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений, связанных с его использованием.

Предметом исследования являются теоретико-методологические концепции и развитие криминалистики, а также некоторых других наук, так или иначе затрагивающих в своём генезисе оружейную проблематику: судебной медицины, военно-технического, военно-методического, истори-ко- этнографического направлений, лингвистики, теории и практики спорта. Целью диссертации является разработка теоритических основ кри- миналистического оружиеведения, как развивающейся подотрасли кри-

14

миналистической теории, приобретающей в силу своей социальной значимости, глубины проработки и систематизации признаки частной криминалистической теории и включает в себя следующее:

A) определение понятия, генезиса и местоположения отдельных кате горий оружия среди иных объектов криминалистического исследования;

Б) раскрытие уголовно-процессуальных и криминалистических осо- бенностей предупреждения, раскрытия и расследования преступлений, свя- занных с использованием или незаконным оборотом различных видов оружия;

B) формирование научных выводов и практических рекомендаций по наиболее оптимальному применению действующего и дальнейшему со вершенствованию уголовного, уголовно-процессуального законодатель ства, законодательного регулирования оборота оружия и судебно- экспер тной деятельности в Российской Федерации;

Г) разработка научных концепцией и теоретико-методологических по- ложений комплексной оценки криминалистически значимых признаков наиболее “криминализированных” видов оружия;

Исходя из намеченных целей, автор ставил перед собой следующие задачи исследования:

проанализировать историю развития элементов криминалистического оружиеведения в России;

изучить и обобщить научные материалы, определять степень и уро- вень теоретической разработки данный темы;

изучить практику предупреждения, раскрытия и расследования уго- ловных дел, связанных с использованием или незаконным оборотом наиболее “криминализированных” видов оружия;

разработать методические рекомендации и методики экспертно- кри- миналистического исследования различных видов оружия;

определить конкретные пути упорядочения работы по объективной юридической оценке признаков наиболее “криминализированных” видов оружия;

15

Методологическая и теоретическая основа исследования. Методоло- гической базой исследования являлись диалектический метод познания социально-правовых явлений, а также системно-структурный, сравнительно-правовой и логико-теоретический частно-научный методы изучения.

При написании диссертации использовались Конституция Российской Федерации, Федеральные законы и иные нормативные акты, регули- рующие оборот отдельных категорий оружия и судебно-экспертную деятельность в Российской Федерации, научная литература по философии, теории права, уголовному праву, уголовному процессу, криминалистике и теории оперативно- розыскной деятельности. В своей работе диссертант широко опирался на труды известных учёных: Аверьяновой Т.В., Алексеева Н.С., Александрова А.И., Бастрыкина А.И., Белкина Р.С., Бурдано-вой B.C., Быкова В.М., Вандера М.Б., Винберга А.И., Возгрина И.А., Вол-женкина Б.В., Даева В.Г., Колдина В.Я., Крылова И.Ф., Кустановича С.Д., Лаврова В.П., Лукашевича В.З., Лысенко В.В., Пинчука В.И., Плескачев-ского В.М., Подшибякина А.С., Рохлина В.И., Российской Е.Р., Сальникова В.П., Устинова А.И.. Червакова В.Ф., Шимановского В.В., Эксархо-пуло А.А., Элькинд П.С. и многих других.

В диссертации также использовались публицистические материалы, посвященные техническим, социальным, психологическим и юридическим аспектам оборота оружия.

Эмпирической базой исследования явились результаты анализа след- ственной, судебной и оперативно-розыскной практики, в том числе данные полученные в процессе изучения материалов, более чем 1,5 тысяч уго- ловных дел и дел оперативного учёта, архивные материалы экспертно-кри- миналистических подразделений органов внутренних дел Санкт-Петербурга, Ленинградской области, Москвы, Северо-Западного УВД на транспор- те, бюро судебно-медицинской экспертизы Санкт-Петербурга и Ленинградской области, 78 судебно-медицинской лаборатории Ленинградского

16

военного округа и других судебно-экспертных учреждений.

Кроме того, в диссертационном исследовании нашли отражение лич- ный опыт работы автора в оперативно-технических, экспертно- кримина-листических и других службах органов внутренних дел (МВД СССР, МВД РСФСР, МБ ВД, МВД Российской Федерации) и опыт научно-педагогической деятельности диссертанта в Санкт-Петербургском юридическом институте, Санкт- Петербургской академии и Санкт- петербургском университете МВД Российской Федерации.

Основные научные результаты проведенного исследования заключа- ются в том, что автором разработаны и обоснованы предложения по совер- шенствованию уголовного и уголовно-процессуального законодательства, законодательства об обороте оружия, проектов закона о судебно-экспертной деятельности в России, а также практической деятельности органов следствия, дознания и органов ведущих оперативно-розыскную деятельность по предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений, связанных с использованием или незаконным оборотом различных видов оружия.

При этом диссертант на основе ранее проведённых исследований и вновь обработанного материала, развивает одно из концептуальных положений, заключающееся в том, что появление в криминальной среде и практике работы правоохранительных органов, относительно новых видов и модификаций оружия, методических подходов и технических решений при исследовании различных объектов, в основном не затрагивает концептуальных положений формирующейся теории криминалистического оружи-еведения, а, напротив, базируется на них, предполагая возможность не только достаточно эффективного использования в оперативно-розыскных и следственно-судебных целях всего существующего арсенала, методического обеспечения судебно- баллистической, судебно-взрывотехнической, судебно-химической, судебно-медицинской экспертиз, криминалистического исследования холодного оружия и иных видов судебных экспертиз,

17

но и разработки на их основе методического и организационно- технического обеспечения криминалистического исследования, относительно новых для криминального оборота видов оружия: пневматического, электрошокового и некоторых других.

Научная новизна работы обусловлена теоретической и практической значимостью проблемы криминалистического исследования различных, в первую очередь наиболее “криминализированных”, видов оружия и определяется комплексным подходом к рассмотрению теоретико-методологических проблем криминалистического оружиеведения. В работе продолжено исследование проблем функциональной взаимообусловленности межотраслевого законодательства, регулирующего оборот оружия, и таких видов отраслевого законодательства, как уголовное, уголовно-процессу- альное право. Закон РФ “об оперативно-розыскной деятельности”. Автором детально исследуются закономерности возникновения и развития криминалистического оружиеведения и формулируются основные положения методологического характера обеспечивающие научность и правомерность использования специальных познаний при криминалистическом исследовании различных видов оружия, не только наиболее “криминализированных”, но и относительно недавно ставших объектом криминалистического исследования. Теоретическое значение работы заключается в раскрытии исторически сложившегося объективно-определённого содержания и юридической природы оценки понятия отдельных категорий оружия, структуры и системы криминалистического оружиеведения как формир-кющейся частной криминалистической теории, показе особенностей расследования преступлений, связанных с использованием или незаконным оборотом оружия, наконец в теоретическом обосновании некоторых положений, определяющих эффективную работу органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, расследование, суда и судебно- экспертных учреждений, а также возможность реализации гражданами Рос-

18

сийской Федерации своих конституционных прав на самозащиту от любых противоправных посягательств.

Практическая значимость работы заключается в том, что в результате исследования проблем криминалистического оружиеведения вырабо- таны предложения по совершенствованию уголовного и уголовно-процес- суального законодательства, законодательства, регулирующего оборот оружия и оперативно-розыскную деятельность. Разработаны рекомендации для практических работников правоохранительных органов и судебно- экспертных учреждений. Изложенный диссертантом подход может использоваться:

1) в научно-исследовательской деятельности по проблемам уголовно- правовой оценки криминалистически значимой информации, характе- ризующий различные виды оружия, используемого при совершении преступлений, либо находящегося в незаконном обороте; 2) 3) в практической деятельности судебно-экспертных учреждений, органов дознания, следствия и суда при осуществлении оперативно-розыскной деятельности, решении вопросов о возбуждении уголовных дел, рас- следовании преступлений, связанных с использованием различных видов оружия или его незаконным оборотом; 4) 5) при разработке законодательных и ведомственных нормативных актов, регулирующих оборот оружия и работу правоохранительных орт анов в этой сфере; 6) 7) в преподавании таких дисциплин, как уголовное право, уголовный процесс, криминалистика, теория оперативно-розыскной деятельности, а также судебная медицина. 8)

19

Положения, выносимые на защиту.

По результатам проведённого исследования на защиту выносятся сле- дующие выводы и предложения, имеющие теоретическое и практическое значение:

1.Содержание методологических основ криминалистического ору- жиеведения ; определение общих закономерностей возникновения и развития различных наиболее “криминализированных” видов оружия; разработки элементов формирующейся частной криминалистической теории, призванной обеспечить эффективнуюдеятельность правоохранительных органов по борьбе с незаконным оборотом оружия;

  1. Предложения о внесении изменений и дополнений в законодатель- ство Российской Федерации, регламентирующее оборот оружия, оперативно- розыскную деятельность, а также в уголовное и уголовно- процессуальное законодательство;
  2. Предложения о необходимости скорейшей разработки и безотлага- тельного принятия законодательства Российской Федерации, регламен- тирующего организацию судебно-экспертной деятельности;
  3. Методические рекомендации по криминалистическому исследова- нию наиболее “криминализированных” видов оружия для судебно- экспертных и правоохранительных органов, разработанные с учётом специфической природы исследуемых объектов и некоторых особенностей порядка возбуждения и расследования уголовных дел этой категории;
  4. Методика производства идентификационных судебно-баллистичес- ких экспертиз с использованием возможностей электронно-цифровых методов исследования.
  5. Реализация и апробация научных исследований. Основные предло- жения и выводы диссертанта о теоретико-методологических принципах криминалистического оружиеведения нашли практическое использование в работе Комитета по безопасности Государственной Думы Федерального

20

собрания Российской Федерации при совершенствовании законодательства, регулирующего оборот гражданского и служебного оружия в России, разработке проекта закона РФ “О судебно- экспертной деятельности”. Основные результаты работы обсуждены в Прокуратуре Санкт-Петербурга, Прокуратуре Ленинградской области, Северо-Западной транспортной прокуратуре. Военной прокуратуре Ленинградского военного округа. Главном следственном управлении при ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, Северо-Западном УВД на транспорте, Управлении ФСБ России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области. Бюро судебно-медицинской экспертизы Санкт-Петербурга и Ленинградской области, где получили положительную оценку.

Основные положения диссертационного исследования используются в учебном процессе: Санкт-Петербургского университета МВД России, Военно- медицинской академии МО России, Института переподготовки и по- вышения квалификации сотрудников ФСБ России (г. Санкт- Петербург), Санкт- петербургского государственного медицинского университета им. Академика И.П. Павлова, Санкт-Петербургском юридическом институте Генеральной прокуратуры Российской Федерации и других учебных заведениях. Основные положения диссертации неоднократно обсуждались на заседаниях кафедры криминалистики и оперативно-розыскной деятельности органов внутренних дел Санкт-Петербургского университета МВД России, на межведомственном методическом совете по судебно-экспертной деятельности при прокуроре Санкт-Петербурга. Они также получили апробацию при производстве судебно-баллистических, взрыво- техничес-ких экспертиз и исследований, криминалистической экспертизе холодного и газового оружия, проводимых в экспертно- криминалистических подразделениях органов внутренних дел Санкт- Петербурга и Ленинградской области, в других судебно-экспертных учреждениях различных ведомств, а кроме того в докладах и выступлениях автора на межвузовской научно-практической конференции “Использование зарубежного опыта в деятель-

21

ности органов внутренних дел Российской Федерации (27-28 мая 1993 года) Санкт-Петербург; межвузовской научно-практической конференции “Использование достижений науки и техники в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений” (23-24 февраля 1994 года) Саратов; всероссийской научно-практической конференции “Проблемы и пути духовно-нравственного воспитания личного состава органов внутренних дел” (12-13 мая 1994 года) Санкт- Петербург; межвузовской научно- практической конференции “ Актуальные проблемы автоматизации управления организационно- техническими системами в органах внутренних дел” (16 июня 1994 года) Санкт-Петербург; межвузовской научно-практической конференции “Новые информационные технологии в деятельности правоохра- нительных органов” (26 октября 1995 года) Санкт-Петербург; международной научно- практической конференции “Общество, право, полиция” (23- 24 мая 1996 года) Санкт-Петербург; учебно-методической конференции по проблемам организации учебного процесса в учебных заведениях системы МВД России (16 мая 1996 года) Санкт-Петербург; межведомственной меж- региональной научно- практической конференции “Взаимодействие правоохранительных органов и экспертных структур при расследовании тяж- ких преступлений против личности” (20-21 ноября 1997 года) Санкт- Петербург; межвузовской научно- практической конференции “Актуальные проблемы борьбы с преступностью в современных условиях” (22 мая 1997 года) Санкт-Петербург; международной научно- практической конференции “МВД России - 200 лет” (28-29 мая 1998 года) Санкт-Петербург; научно-практической конференции “Теория и практика криминалистического оружиеведения” (21 апреля 1998 года) Санкт-Петербург; научно-практической конференции по итогам деятельности экспертно- криминалистических подразделений ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области за 1 полугодие 1998 года (21 июля 1998 года) Санкт-Петербург; международной научно-практической конференции “Новые информационные технологии в практике работы правоохранительных органов” (20 ноября

22

1998 года) Санкт-Петербург; научно-практического семинара- совещания “Проблемы повышения эффективности экспертно- криминалистического обеспечения раскрытия и расследования тяжких преступлений против личности” (19 января 1999 года) Санкт- Петербург; всероссийской научно-практической конференции “Теоретические и прикладные проблемы экс-пертно- криминалистической деятельности” (7-8 апреля 1999 года) Санкт- Петербург; научно-практической конференции “Экспертно- криминалис-тическое обеспечение борьбы с терроризмом” (19 октября 1999 года) Санкт-Петербург.

Традиционно при совершении многих насильственных преступлений в качестве специфического средства, облегчающего достижение преступного результата, использовались различные виды оружия и, прежде всего, огнестрельное и холодное.

Это обстоятельство предопределило появление в уголовном праве при- менительно ко многим составам преступлений такого квалифицирующего признака как вооруженность. Более того, особая социальная значимость уголовно-наказуемых деяний, совершаемых с использованием (применением) оружия привели к тому, что на различных этапах исторического развития российские законодатели, в той или иной форме, вынуждены были прибегать к мерам уголовно-правового регулирования оборота различных, наиболее часто используемых преступниками видов оружия (огнестрельного, холодного), а так же различных устройств или их компонентов, которые в качестве оружия могли использоваться потенциально (взрывные устройства, взрывчатые вещества).

Оценочные категории - признаки вооружённости, как элементы со- става преступления, являясь предметом следственного или судебного исследования, не могут адекватно восприниматься правоприменителями без использования специальных познаний, прежде всего в области криминалистики.

Особую, подчас решающую, роль играет криминалистически значи-

23

мая информация при раскрытии преступлений, совершаемых организованными преступными группами или сообществами, в ходе расследования которых наблюдается обычно острый дефицит свидетельской базы либо сознательное и квалифицированное ее искажение. Не зря при совершении тяжких преступлений преступники, в ходе тщательной подготовки к их совершению, к числу первостепенных относят задачи оставления на местах происшествий минимума следовой информации. Именно поэтому положительные результаты в ходе расследования достигаются не только при проведении идентификационных экспертиз, но и судебно-экспертных исследований диагностического характера, в процессе проведения которых нередко решаются ситуационные задачи.

Признак оружейности, как элемент состава преступления юридичес- кой науке в целом и криминалистике в частности известен давно. К числу наиболее распространенных видов оружия, применяющегося уголовно- преступным элементом, принято относить огнестрельное и холодное оружие, в том числе метательное, а так же боевые припасы к такому оружию. В последние годы весьма распространенным средством совершения насильственных преступлений против жизни, здоровья, имущественных и иных прав граждан является так же газовое оружие. С вступлением в силу с 1 января 1997 года нового УК РФ эта разновидность средств поражения живой цели уже на законных основаниях вошла в перечень наиболее криминализированных средств вооружения. Ранее при использовании ствольного или иного газового оружия в преступных целях преступники несли ответственность лишь за реальные действия, предусмотренные соответствующими статьями УК РСФСР и не имеющими отношения к криминальному обороту оружия. Например, используя газовое оружие при совершении разбоев, изнасилований, вымогательств, убийств и иных подобных преступлений, преступники несли уголовную ответственность именно за совершение пе- речисленных преступлений. К самому факту вооруженности преступной среды таким средством поражения, как газовое оружие государство оста-

24

валось как бы безразличным. Это обстоятельство выгодно отличало газовое оружие, особенно ствольное оружие комбинированного действия (ог-нестрельно-газовое), от таких видов оружия как огнестрельное и холодное, т.к. носить, хранить и совершать иные подобные действия с газовым оружием можно было практически безнаказанно. Действующее уголовное законодательство позволяет правоохранительным органам более эффективно воздействовать на степень вооруженности газовым оружием преступной среды. Однако, простым сравнением текста ст. 1 Закона Российской Федерации «Об оружии», содержащей дефиницию понятия «оборота оружия»35, с диспозициями ч.4 ст.222 УК РФ «Незаконное приобретение, сбыт или ношение газового оружия…» и ч.4 ст.223 УК РФ «Незаконное изготовление газового оружия…» свидетельствуют, что за рамками уголовно-правового регулирования остались такие элементы оборота газового оружия, как «учет», «использование», «изъятие», «уничтожение», «изготовление боеприпасов, патронов и их частей». И это далеко не единственный пример уголовно-правовой проблематики криминалистического оружиеведения.

Среди проблем уголовно-процессуального порядка наиболее значимой следует признать некоторые особенности существующего на практике порядка возбуждения и расследования уголовных дел в сфере незакон- ного оборота различных видов оружия.

Дела этой категории не могут быть возбуждены и расследованы без использования специальных познаний. Как показывает практика, среди оснований, необходимых для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, обязательно присутствует документ, именуемый обычно «справкой эксперта». Основным вопросом, решаемым в этом случае субъектами -носителями специальных познаний в области криминалистического ору-

35 См.: Федеральный Закон РФ «Об оружии» от 13 ноября 1996 года // Российская газета от 18 декабря 1996 года. С.4.

25

жиеведения, является относимость исследуемого объекта к категории какой-либо разновидности оружия, либо взрывчатого вещества (ВВ), либо взрывного устройства (ВУ), в том числе самодельного (СВУ). По мнению ученых и практиков, информация, содержащаяся в выводах такого предварительного исследования (доэкспертного), доказательственной силы не имеет, что в свою очередь требует в ходе расследования преступлений проведения соответствующих экспертиз, на разрешение которых ставятся практически те же вопросы. При этом правовой статус сотрудников судебно-экспертных учреждений (СЭУ), проводящих предварительные исследования, законодателем до конца не определен. Это обстоятельство порождает в свою очередь проблемы чисто практического характера. Так, многие адвокаты оспаривают возможность проведения судебных экспертиз теми же сотрудниками СЭУ, которые проводили предварительные исследования, совершенно не обоснованно распространяя на них правовой статус специалиста (ст.1331 УПК РСФСР), который в принципе не может быть реализован до возбуждения уголовного дела (за исключением участия специалиста в осмотре места происшествия).

Благодаря активной позиции учёных-юристов в новом УПК РФ пре- дусмотрено участие специалистов не только в следственных действиях (ст.133 УПК РСФСР), но и во всех процессуальных действиях (ст.58 УПК РФ), что значительно расширяет использование специальных познаний в процедуре расследования.

В новой редакции УПК РФ эта проблема практически устранена указанием в ст. 70 “ отвод эксперта”, что “предыдущее его участие в производстве по уголовному делу в качестве эксперта или специалиста не является основой для отвода”.

В то же время, на наш взгляд, упоминание среди оснований для отвода эксперта факта нахождения его “в служебной или иной зависимости от сторон или их представителей” (п.2 ч.2 ст.70 УПК РФ) в правоприменительной практике создаёт существенное затруднение в работе ведомствен-

26

ных судебно-экспертных учреждений (ЭКП органов внутренних дел и органов безопасности, налоговой полиции и др.).

К огромному сожалению, в последние годы криминалистическая на- ука и практика поставила перед правоприменителями ряд серьезных проблем в сфере криминалистического исследования холодного оружия. В на- стоящее время даже нет единого мнения ни у ученых-криминалистов, ни у практиков о том, входит ли в понятие холодного оружия метательное оружие, хотя это обстоятельство имеет важное методическое значение при оценке признаков или свойств исследуемых объектов.

В уголовном праве метательное оружие понимается как разновидность оружия холодного (ч.4 ст.222 и ч.4 ст.223 УК РФ) - «.. .холодного оружия, в том числе метательного оружия…»36. В то же время Закон РФ «Об оружии» (ч.5 и 6 ст.1) рассматривают эти две категории достаточно обособленно: «холодное оружие - оружие предназначенное для поражения цели при помощи мускульной силы человека при непосредственном контакте с объектом поражения» и «метательное оружие - оружие предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение при помощи мускульной силы человека или механического устройства».

Положение дел еще более усугубилось в связи с попыткой некоторых криминалистов как-то объективизировать процедуру судебно- экспертного исследования холодного оружия за счет распространения статуса судебно-экспертной методики на методику сертификационных испытаний холодного оружия, разработанную экспертно-криминалистическим цент-

36 См.: Асланов P.M., Кропачев Н.М., Золотарев И.В. Уголовное законодательство Российской Федерации. Со сравнительным анализом статей УК Российской Федерации (1996 г.) и УК РСФСР (1960 г.). СПб.: Санкт-Петербургский государственный университет, 1996. С.151-152.

27

ром (ЭКЦ) МВД России.

Попытка такого расширительного толкования методики сертифика- ционных испытаний, основное предназначение которой должно сводиться к защите прав потребителей, привела к тому, что за границей такого понятия как «холодное оружие» оказались многие разновидности отечественных и иностранных изделий и практически все изделия такого рода самодельного изготовления37.

Прямо противоположное положение дел складывается в методическом обеспечении судебно-баллистической экспертизы. Разработанная ЭКЦ МВД России методика судебно-экспертного исследования огнестрельного оружия, без каких либо обоснований, рассматривается ее разработчи- ками как методическое обеспечение и для таких разновидностей оружия как ствольное газовое, пневматическое, некоторые виды метательного38. В отношении взрывного оружия приходится отметить абсолютную правовую и в том числе криминалистическую не разработанность определения такого понятия. Так в уголовной статистике, уголовном праве, судебной практике это оружие фигурирует под такими терминами как «взрывчатые вещества», «взрывные устройства», «взрывчатые материалы», «пиротехнические изделия» и т.д. С одной стороны, это можно объяснить достаточно детальной разработкой уголовно-правового регулирования оборота подобных изделий в России. Повышенная общественная опасность этих ма- териалов, веществ и изделий определила позицию законодателя, который

37 См. подробнее: Мироненко Г.В. Криминалистическое понятие холодного оружия на современном этапе его развития в условиях изменения правоотношений в обществе // Теория и практика криминалистического оружиеведения. Материалы научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 21 апреля 1998 года / Под общ.ред. В.П. Сальникова, А.И.Александрова, В.Ю.Владимирова. СПб.: Санкт- Петербургская академия МВД России, 1998. С. 196.

38 См. подробнее: О проекте Методики экспертного решения вопроса о принадлежности к огнестрельному оружию. Информационное письмо ЭКЦ МВД России №37/5-2347 от 02.08.99 г.

28

фактически, «проигнорировав» значимость определения сферы применения этих изделий: военная, промышленная, научная, криминальная и т.д., строго регламентировал порядок оборота такой продукции.

Вместе с тем, с криминалистических позиций проблема определения специальной предназначенности, например, самодельного (или переделан- ного) взрывного устройства имеет немаловажное значение. В последние годы в связи с таким все более развивающимся видом криминальной деятельности, как «заказные» убийства, постоянно растет спрос на различные виды оружия, в том числе и взрывного, что ставит перед правоохранительными органами целый ряд проблем, прежде всего предупредительно-профилактического характера, а, кроме того, что не менее важно, проблемы разработки соответствующих криминалистических характеристик, только на основе которых возможно целенаправленное и научно-обоснованное выдвижение следственных и оперативно-розыскных версий, целеустремленное планирование расследования и его высокоэффективная реализация.

В отношении же таких видов оружия как химическое, биологическое, пневматическое, электрошоковое и многие другие виды существующего и разрабатываемого оружия какие-либо объективные судебно- экспертные методики исследования вообще не разработаны. И, если в случае криминального проявления какой-либо разновидности оружия массового поражения из числа стоявших в недалеком прошлом на вооружении в России или за рубежом, вопрос проведения судебно- экспертного исследования может быть в какой-то степени решен за счет привлечения технического специалиста соответствующего ведомства, то в иных случаях неизбежно возникнут проблемы методологического характера. В связи с этим следует согласиться с предложением А.В. Федорова о необходимости создания в теории криминалистического оружиеведения подотрасли нетрадиционного

29

криминалистического оружиеведения39.

Отсутствие методического обеспечения судебно-экспертной оценки этих менее «криминализированных» видов оружия, отсутствие в штатах и структуре СЭУ соответствующих профильных подразделений можно отнести к проблемам организационно- технического порядка.

Весь комплекс перечисленных и многих других проблем уголовно- правового, уголовно-процессуального, методологического, методического и организационно-технического характера приводит, в конечном счете, к не сбалансированной и не взаимоупорядоченной работе различных правоохранительных ведомств и судебно- экспертных учреждений.

В настоящей монографии сформулированы предложения по совер- шенствованию уголовного и уголовно-процессуального законодательства, законодательства об обороте оружия, а также деятельности органов дознания и следствия в части расследования уголовных дел, связанных с незаконным оборотом отдельных категорий оружия.

Впервые определены методологические основы исследуемой проблемы и на их базе сформированы основные положения методического харак- тера, обеспечивающие научность и правомерность использования специальных познаний при криминалистическом исследовании наиболее криминализированных видов оружия, в том числе комбинированного действия.

В разработке затронутых в настоящей работе проблем криминалисти- ческого оружиеведения и выработке наиболее эффективных путей их решения активное участие принимали сотрудники экспертно- криминалис-тических подразделений МВД и ФСБ России, профессорско-преподавательский состав Санкт-Петербургского университета МВД России, а также руководящий, следственно- оперативных органов и профессорско-пре-

39 См. подробнее: Федоров А.В. О нетрадиционном оружиеведении //Теоретические и прикладные проблемы экспертно-криминалистической деятельности: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 7-8 апреля 1999 г. Часть 1 / Под общ. ред. В.П. Сальникова, И.П. Карлина. СПб.: Санкт- Петербургский университет МВД России, 1999. С. 349.

30

подавательский состав высших образовательных учреждений практически всех правоохранительных ведомств России, что позволило многое из того, что было разработано теоретически, внедрить в провоприменитель-ную деятельность и в учебный процесс.

Основные положения диссертации изложены в 56-ти открытых научно- методических публикациях автора.

Данное диссертационное исследование изложено на 475-ти страницах; включает в себя введение;три главы, последовательно раскрывающих её содержание; заключения; приложения и библиографического списка.

31

ГЛАВА I. ОБЩИЕ ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ОРУЖИЯ И СЛЕДОВ ЕГО ПРИМЕНЕНИЯ

§1. Оружие как специфическое средство совершения преступления и источник информации о преступлении

На всех этапах своего исторического развития человечество всегда стал- кивалось с проблемой использования преступниками различных орудий и иных средств, специально изготовленных, либо приспособленных для наи- более оптимальной реализации их преступного замысла, либо заимствованных в этих целях из гражданского или военного оборота.

Среди различных категорий таких средств оружие всегда занимало особое место. Используемое в целях совершения преступлений, оно на всех этапах криминальной истории человечества реализовывалось в трех основных видах:

а) прежде всего это средства, обычно используемые в быту, например, в охотничьем промысле, в спорте, животноводстве и т.д., или в военном деле, которые лица, вставшие на путь совершения насильственных преступлений просто берут на вооружение;

б) во многих случаях - это переделанные для целей нападения или за щиты различные предметы или устройства, не предназначенные для пораже ния живой или иной цели (столовый нож, строительно-монтажный пистолет и т.п.);

32

в) наконец, большую группу составляют предметы или устройства, заведомо изготовленные или переделанные для поражения живой или иной цели в целях совершения преступлений.

Наиболее известен среди представителей этой категории оружия, так называемый, «обрез», изготавливаемый в целях обеспечения скрытого но- шения из длинноствольного боевого или охотничьего огнестрельного оружия. Среди этой категории оружия широко распространено оружие, замас- кированное под бытовые предметы (пистолеты-авторучки, трость-стилет и др.), атипичные изделия, сочетающие в себе признаки различных видов ору- жия, а, кроме того (особенно в последние годы) самодельно или кустарно изготовленные аналоги оружия заводского изготовления: так называемые ножи для спортивного туризма, автоматические пистолеты, пистолеты-пулеметы и другие подобные изделия. Наконец, в последние годы среди используемых преступниками средств совершения насильственных преступлений все чаще стали применяться различные варианты, так называемого, газового оружия, как аэрозольного, так и ствольного. Начинают свою криминальную биографию и такие виды оружия как пневматическое и электрошоковое. К огромному сожалению, арсенал «криминализованных» видов оружия на этом не исчерпывается. Достаточно широко стали известны факты использования преступниками и таких видов оружия массового поражения как ядерное40 и химическое41. И, если в отношении первого, потенциальные террористы «ограничились» лишь введением его в незаконный, а вернее кри- минальный, оборот, то с использованием химического оружия массового поражения преступники достигли достаточно высокого эффекта: лишение жизни и причинение вреда здоровью многих людей, а так же весьма длительная морально-психологическая дестабилизация общественных отношений.

В настоящее время в связи с развитием ядерной энергетики, космонавтики, использованием различных видов излучения в науке, медицине, производстве, все более и более широкий круг лиц оказывается связанным с действием ионизирующей радиации. В связи с этим в практике экспертной ра-

40 Имеется в виду факт обнаружения в незаконном обороте оружейного плутония, изъятого у преступного элемента в Федеративной Республике Германии.

41 В данном случае речь идет об использовании химического оружия в токийском метро.

33

боты может возникнуть вопрос об определении источника облучения челове ка. Данная проблема пока еще мало изучена и практически не разрабатыва лась. Ясно, что установление источника излучения может играть существен ную роль при оценке состояния облученного человека, служить для объек тивного установления факта наличия облучения и т.д. Сейчас эта проблема приобрела еще большую актуальность и практическую значимость в связи с тем, что в настоящее время участились случаи несанкционированного хра нения и транспортировки излучающих материалов, а также их хищения. В будущем нельзя исключить использование радиоактивных веществ с крими нальными и террористическими целями. Все это может приводить к увеличе- Ф нию числа случайных и преднамеренных фактов облучения человека.

Таблица № 1. Возможные исто чники облучения человека

Источник Изотоп Вид излу- чения Доза в год (Зв), усредненная 1. Естественные источники

7

а) космическое излучение

300-600 мкЗв б) грунт К-40; Rb-87; Rb-210; Ро-210 семейства U- 238 и Th-232 а.Р,У 600-1000 мкЗв в) стройматериалы, вода, воздух Rn-220; Rn-222 а,у 1000 мкЗв г) сам человек К-40; С-14 р 180-200 мкЗв 2. Искусственные источники

а) медицинская диагностика лучевая терапия J-131;Tc-99;Co-60; CS- 137HAP. r,R 500-1000 мкЗв до 20-50 Гр б) ядерные взрывы C-14;Cs-137;Zr-95; Sr- 90(всего более 50 изотопов, но осталь- ные - короткоживу-

щие) наведенная активность п° a>P,Y 20-100 мкЗв (от ядерных испытаний на земле и в возду- хе) в) радиологическое оружие в открытой печати нет данных

г.) Техногенные источники АЭС 2. Тепловые станции Практически нет U-238 a,y менее 5-10 мкЗв 3. Рационные аварии (Чернобыльская АЭС) Sr-90;Ba-140;Ru-103;

Cs-137;Cs-134;J-

131;Rb-103;Nb-95;Ce-

141; Се-144 Р. У Пожарные 2-16 Гр Ликвидаторы - до

0,25 Гр Население зараженных районов - 360-400 мкЗв (1200 мкЗв за всю жизнь). Рас- четные данные 4. Дефектоскопы, эксперимен- тальные установки, ускорители, полет на самолетах менее 10 км Радиобиологические исследования Практически любые a, P, у, п°,

p\e\ e+ и

т.д. менее 10 мкЗв

34

5Установить источник облучения человека при действии электро-маг- нитных излучений достаточно сложно, такие данные могут носить лишь ориентировочный характер. Так, например, если источник обладает низкой мощностью излучения (единицы рад/сутки), то даже при достижении абсолютно смертельных доз облучения (1000 рад) выраженной острой лучевой болезни не будет. В том случае, если источник имеет очень большую мощность дозы (тысячи рад/мин) может наблюдаться эффект смерти под лучом.

Биолого-медицинских различий в действии гамма- и рентгеновских лучей близких по условиям облучения (доза, мощность дозы) выявить пока не удается. Следует отметить, что после электро-магнитного облучения не остается каких-либо эффектов типа наведенной активности.

Определить дозу или даже только установить сам факт облученности организма после окончания острой лучевой болезни достаточно сложно. Из объективных методов биодозиметрии в отдаленные сроки эффективны лишь метод регистрации свободных радикалов в эмали зуба, стабильных хромосомных аберраций в лимфоцитах периферической крови и оценка стабильных мутаций по клеткам крови (например, гликофориновый тест). Все эти тесты крайне сложны и дороги при выполнении.

Значительно проще установить источник облучения, если человек под- вергался действию радионуклеидов. В этом случае, как правило, радионукле-иды могут быть обнаружены на коже, в желудочно- кишечном тракте, легких и других органах человека. А поскольку разные источники имеют разный спектр (состав и процентные соотношения) радионуклеидов (см. таблицу 1), определить источник облучения не составляет особого труда. Сами же радио-нуклеиды абсолютно точно определяются методами спектрометрии.

В то же время, следует учесть, что разные радионуклеиды обладают раз- ными периодами полураспада и полувыведения, а также имеют разную троп-ность (сродство) к разным тканям и органам человека. Поэтому с течением времени идентификация источника облучения будет значительно затруднена.

При ядерных взрывах радиологических эффектов, вызванных первич- ным ионизирующим излучением, практически не будет, т.к. радиус зоны поражения излучением меньше радиусов поражения ударной волной и тепловым импульсом.

35

Наиболее эффективным, в боевом отношении, излучением является ней- тронное оружие, где основным поражающим фактором будут нейтроны, которые вызовут не только первичный радиологический эффект, но и эффект наведенной радиоактивности. Эффект наведенной радиоактивности может быть зарегистрирован при радиометрическом обследовании.

Следует учесть, что наведенная радиоактивность быстро снижается и в течение суток доходит до нуля. При низковысотных или наземных взрывах в огненный шар вовлекается большое количество грунта, который становится радиоактивным и выпадает затем в виде радиоактивных осадков (см. таблицу 1). Именно эти радиолуклеиды представляют особую радиологическую опасность.

В настоящее время все большее распространение находит термин «ин- формационное оружие».

По данным анализа, проведенного немецким Научно-исследовательским институтом средств связи (WIR) и Национальным комитетом по инфор- мационной безопасности США (ASIS) в поисках более совершенных методов и средств обеспечения информационной безопасности государства, ведущие державы все пристальнее изучают возможности использования в военных целях информационных и телекоммуникационных технологий. Накопленный опыт их применения в военной области за последнее десятилетие показал, что в мире появилось новое и не менее эффективное, по сравнению с ядерным, оружие. Оно более гуманно и позволит не доводить конфликты до вооруженного столкновения, а поставить противника в такое положение, что боевые действия станут для него невозможными.

Ставшие достоянием общественности в прошлом году факты не только подтверждают данное положение, но и свидетельствуют о подготовке ряда стран к применению информационного оружия уже в условиях мирного вре- мени.

В настоящее время преимущество США в области разработки современных информационных технологий в мире неоспоримо и они продолжают его наращивать. На поддержку и развитие одной только национальной инфраструктуры систем и сетей правительство США ежегодно расходует более 38 млрд. долларов. Однако, по мнению американских военных, выделя-

36

емых средств явно не достаточно. Потенциал нового оружия столь велик, что требует постоянного совершенствования знаний при его использовании, чтобы самому не стать его жертвой.

В начале 90-х годов развитые западные государства, и в первую очередь США, вплотную приступили к изучению и проработке проблем, связанных с противоборством в информационной среде или так называемой «информационной войной» (ИВ). Именно к этому времени стало очевидным, что информация, циркулирующая в автоматизированных системах управления и связи, является критически важным государственным ресурсом, ока- зывающим все большее влияние на национальную безопасность.

Ведущие державы мира проводят серьезную подготовку к ведению ин- формационной войны. В конце 2000 года Министерство обороны Японии объявило о формировании специального подразделения, призванного обе- регать информационные ресурсы страны. Новая структура сразу вошла в число элитных. В ее составе специалисты только высшего класса из всех родов войск. Они готовы к разным ситуациям, в том числе к противодействию киберпротивнику, и в случае необходимости могут вести радиоэлектронную борьбу за пределами Японии.

Позиция США аналогична. По сообщениям агентства CNN, американские военные должны быть готовы к «кибернападению на тех, кто располагает кибероружием». Пентагон намерен создать инструментарий распределенного нападения, способного вывести из строя информационные службы противника, а также совершенствовать традиционные средства радиоэлект- ронной борьбы. Идея подготовки к кибервойне нашла поддержку у Б. Клин- тона, а У. Коэн сразу приступил к ее реализации.

Газета «Washington Post» пишет, что прошедшее в ноябре 2000 года совещание высшего военного руководства в Арлингтоне констатировало, что пока США к кибервойне не готовы. Генерал Э. Андерсен, ответственный за данное направление, считает, что готовность к информационной войне с позиции национальной безопасности имеет такое же по важности значение, как ядерное оружие и контроль космоса.

При этом, по мнению специалистов, «кибератака» может выглядеть как непосредственное нападение или саботаж и исходить как от террористичес-

37

ких и криминальных групп, так и со стороны враждебных государств.

Исторически наибольшее криминальное применение всегда находили такие виды оружия как огнестрельное и холодное. Это обстоятельство и предопределило наибольшую разработанность как общеправовых, так и экс-пертно-криминалистических аспектов исследования обстоятельств криминального использования этих видов оружия.

Именно широтой криминального распространения огнестрельного и холодного оружия объясняется наличие среди уголовно-наказуемых деяний специфических составов преступлений, связанных с незаконным оборотом этих видов оружия.

Огнестрельное оружие имеет весьма древнюю историю, которая начи- нается с XIV века, когда развитие науки и техники позволило использовать порох как взрывчатое вещество метательного действия.

Использование энергии пороха для метания снаряда ознаменовало собой начало новой эры в военном деле: появилась артиллерия, а вскоре и руч- ное огнестрельное оружие.

К середине XVI века, наконец, появляются, так называемые «маленькие ружья», позволяющие вести прицельную стрельбу с одной руки, которые, по одной из исторических версий, по названию итальянского города Пистойя, получили название «пистолет». Этот вид оружия позволял не только эффективно поражать живую цель, но и давал возможность скрытого ношения оружия, что особенно важно при криминальном его использовании. В XIX веке огнестрельное оружие развивалось довольно бурно: появились ударно-капсюльные замки, нарезной ствол, вращающийся барабан. Наконец, в 1827 году французским оружейником Дрейзе были предложены игольчатые удар- ные механизмы и унитарные патроны под них. Именно такое конструктивное решение в тех или иных модификациях и в более современном виде используются конструкторами-оружейниками и в настоящее время. Это привело ручное огнестрельное оружие к такому виду, что, значительно превосходя холодное оружие по своим поражающим факторам, оно нисколько не уступает, а иногда и превосходит его по возможностям скрытого, а иногда и замаскированного ношения.

Зачатки криминалистического исследования огнестрельного оружия и

38

следов его применения появились не одно столетие тому назад. Первыми, кому пришлось использовать специальные знания в области оружиеведения при- менительно к криминальным ситуациям, были врачи и химики. Сохра- нились сведения о врачебном осмотре трупа кравчего датского принца Воль- демара, который умер от огнестрельной раны из пищали, полученной им во время охоты.

Основные методологические положения идентификационного исследования следов на пулях и гильзах были использованы отечественными крими- налистами уже в 1913 году в производстве судебно-баллистической экспертизы специалистами кабинета научно-судебных экспертиз в Петербурге. Для исследования в кабинет были представлены две гильзы, найденные на месте преступления, пуля из тела убитого и пистолет «Браунинг», изъятый у подо- зреваемого. В ходе экспертного исследования были получены эксперимен- тальные образцы пуль и гильз, стреляных в исследуемом пистолете. Далее проводилось микроскопическое исследование пули и гильз, изъятых с места преступления и полученных в ходе экспериментальной стрельбы. В ходе сравнения микрофотограмм были установлены убедительные совпадения, выра- зившиеся в одинаковом расположении следа бойка, наличию, местонахож- дению и взаиморасположению особенностей микрорельефа, отобразившихся в следах от бойка, наличию и расположению отдельных царапин на пу- лях, которые явились отображением дефекта канала ствола. Все это позволило экспертам прийти к категорическому выводу, что гильзы с места преступления и пуля, извлеченная из тела убитого, стреляны именно в представ- ленном пистолете.

Впервые в отечественной монографической литературе вопросы иден- тификации огнестрельного оружия по следам на пулях и гильзах детально осветил С.Н. Трегубов в 1915 году. Большой вклад в развитие отечественной судебной баллистики на различных этапах ее развития внесли: B.C. Аханов, А.А. Благонравов, И.В. Виноградов, И.А. Дворянский, А. Г. Егоров, А.Б. Жук, Б.М. Комаринец, С.Д. Кустанович, В.М. Плескачевский, Е.Н. Тихонов, В.Ф. Черваков и многие другие.

В настоящее время судебная баллистика является неотъемлемой частью развивающегося криминалистического оружиеведения, среди разработчиков

39

теоретико-методологических основ которого следовало бы упомянуть прежде всего В.М. Плескачевского, А.С. Подшибякина, А.Г. Егорова.

Современная судебная баллистика изучает огнестрельное оружие и бо- еприпасы к нему, следы и обстоятельства, связанные с их криминальным использованием, в целях эффективного и объективного предупреждения, раскрытия и расследования преступлений.

Холодное оружие по степени криминализации, на наш взгляд, не только не уступает, а на некоторых этапах развития нашего общества и значи- тельно превосходит огнестрельное, и является одним из старейших памятников материальной культуры человечества, а его разновидности на протяжении тысячелетий составляли важнейшую часть предметов, созданных человеком для трудовой деятельности, обороны и нападения.

Глубокие теоретические разработки в области криминалистического исследования холодного оружия проводились А.Н. Самончиком, Н.И. Емельяновым, М.Г. Любарским, Д.П. Рассеикиным, А.И. Устиновым, Е.Н. Тихоновым, Ю.П. Голдованским, Х.М. Тахо-Годи, Н.В. Терзиевым, А.С. Под-шибякиным и многими другими.

Однако, в настоящее время, объективно существуют правовые, методо- логические, технические и ряд иных проблем криминалистического исследования различных видов оружия, существенно затрудняющие борьбу с его незаконным оборотом.

Вообще такая специфическая категория как оружие, которая является объектом изучения весьма различных наук, заслуживает, на наш взгляд, более детального изучения и переосмысления42.

По мнению российских исследователей конца XIX века, под оружием

42 См. подробнее: Советская военная энциклопедия / Гл. ред. Н.В. Огарков. М.: Изд. Воениздат МО СССР, 1978.С. 124: «Оружие (воен.); устройства» и средства, применяемые в вооруженной борьбе для поражения и уничтожения противника. Служит как для нападения, так и для защиты (обороны). …Оно появилось при первобытнообщинном строе (по археологической периодизации совпадает в основном с каменным веком) в качестве средства охоты, как орудие нападения и защиты в процессе добывания пищи и одежды, т.е. являлось разновидностью орудий труда. В дальнейшем, в период распада родового строя, возникновения частной собственности на средства производства и разделения общества на антагонистические классы, оружие становится средством, специально создаваемым для вооруженной борьбы».

40

следовало понимать «.. .орудия, изготовленные человеком для борьбы со сво- ими врагами, людьми или зверьми»43. Оружие при этом разделялось на следу- ющие основные группы:

По способу «употребления»: на ударное, колющее, рубящее, метательное; а с изобретением пороха - на огнестрельное и холодное44.

Дальнейшее развитие оружейного дела разделило оружие еще на две группы:

1) оружие, предназначенное для применения одним человеком 2) 3) оружие, предназначенное для совокупного использования несколькими людьми - военные машины, артиллерийские орудия и т.п. 4) Огнестрельное оружие в этой связи разделялось на ручное и артиллерийское. В качестве самостоятельной группы рассматривалось оружие пре- дохранительное или оборонительное. Так, говоря об оружии ассирийцев и вавилонян (1500 лет до н.э.), многие авторы среди таких традиционных видов оружия, как короткие мечи (кинжалы), секиры, боевые топоры, луки и копья, упоминают шлемы остроконечной формы, щиты и чешуйчатые кольчуги. В перечне оружия древних египтян наряду с топорами, кинжалами, ножами, кхопешами (разновидность палаша), копьями, дротиками и луками, содержатся сведения об обручах и браслетах, для предохранения левой руки от удара спущенной тетивы, а также шлемы и латы. Раскрывая генезис холодного оружия, авторы-составители45 приводят сведения, что в средние века до столкновения с римлянами у германцев были лишь ножи (sax, sahs, seax), употреблявшиеся «.. .в домашнем быту и на охоте, а затем и на войне». В результате ножи получают конструктивное изменение в виде их удлинения и увеличения рукояти, что привело к созданию нового вида оружия -скрама-сакс (короткий меч). Зачастую, оружие выполняло дополнительные функции, т.е. являлось оружием комбинированного действия. Так, в XIV веке в Западной Европе были распространены боевые топоры, предназначенные для нанесения не только рубящих ударов, но и колющих, а кроме того, служи-

43 См. подробнее: Энциклопедический словарь / Под ред. К.К. Арсеньева и Е.Е. Петрушевского. СПб.: Изд. «Р.А. Брокгауз и И.А. Эфрон», 1897. С. 214-218.

44 См. подробнее: Там же. С. 214-218.

45 Энциклопедический словарь / Под ред. К.К. Арсеньева и Е.Е. Петрушевского. СПб.: Изд. «Р.А.Брокгауз и И.А. Эфрон», 1897. С. 214.

41 Е#БЯИОТЕКл

ли средством для сталкивания противника с седла. На разных этапах истори- ческого развития появляются, вырождаются и исчезают весьма специфические виды оружия: боевые бичи (XIV век), мечи правосудия (XVI век) и т.д.

Исследуя генезис оборонительного (охранительного) оружия, авторы энциклопедии приходят к выводу, что к XVII столетию наметился процесс его деградации, остались лишь медные каски, воротник, наплечники и доспехи предплечья.

Российские военные историки и оружейники делили оружие на две основные группы: холодное и огнестрельное46.

При этом, по мнению авторов-составителей энциклопедии, огнестрельное оружие является не чем иным, как закономерным продуктом развития и перерождения в связи с появлением пороха (XIV век) оружия метательного. Причем к категории ручного оружия они относят, как «.. .те ряды огнестрельного оружия, из которого стреляют с руки …», так и «…современное холодное оружие». Следует отметить, что многие виды холодного оружия упоминаются в этом источнике в двух ипостасях, как ручные и метательные: булава, копье, дротик, боевой топор (метательный топор Франциска). Рассматривая генезис такого оружия как копье, авторы-составители указывают, что это холодное оружие предназначалось в основном не для метания и с развитием средств защиты начало приобретать конструктивные элементы, усиливающие поражающие свойства: увеличение веса, особый щиток для удержания и т.д.

Вполне закономерно в примерном перечне различных видов метательного оружия в энциклопедии упоминаются лишь такие виды оружия, как праща, лук, арбалет и метательные машины. Как и в предыдущих источниках, оборонительное оружие понимается как средство индивидуальной защиты (специальные части одежды и ручные заслоны для отражения ударов). Однако авторы отмечают, что по мере развития оружия нападения средства индивидуальной защиты сменяются коллективными оборонительными со- оружениями.

Таким образом, подведя предварительный итог, следовало бы отметить, что военно-исторический и историко-этнографический анализы не дают нам

46 См. подробнее: Военная энциклопедия / Под ред. К.И. Величко, В.Е. Новицкого и др., Петроград, 1914. С. 183-184.

42

ни строгого определения оружия, ни его упорядоченной классификации.

С одной стороны, оружие оценивается как средство, предназначенное для поражения живой или иной цели, с другой - к этой категории относятся средства защиты, такие как шлемы, кольчуги, латы, щиты и др. Разные виды холодного и метательного оружия, да и в целом обе эти категории, рассмат- риваются то в неразрывной взаимосвязи, то как совершенно различные виды оружия и т.д.

Вместе с тем правоприменительная деятельность, как порождающая весьма существенные правовые последствия, нуждается в точных дефинициях и системных классификационных разработках, на основе которых только и возможно обеспечение объективизации доказывания при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел, связанных с применением или неза- конным оборотом различных видов оружия.

Однако рассмотрим выдвинутые ранее упомянутым авторским коллективом47 основные положения более пристально. Так, деление оружия по способу его употребления на ударное (1), колющее (2), рубящее (3), метательное (4) представляется нам весьма сомнительным. Здесь, по нашему мнению, имеет место весьма распространенная в логике ошибка - подмена тезиса. Дей- ствительно, если первые четыре категории характеризуют механизм поража- ющего воздействия: ударный, колющий и рубящий, то последняя пятая кате- гории отражает особенности «доставки» средства поражения к цели - метание. То есть, данная классификация произведена по двум различным основаниям, что противоречит общепризнанной логике. Представляется, что метательное оружие, как и любое другое оружие, имевшее распространение до возникновения огнестрельного, по характеру механизма поражения также можно разделить на ударное (метательная булава), колющее (метательное копье или дротик) и рубящее (метательный топор). Следует отметить, что до возникновения огнестрельного оружия такого понятия, как оружие холодное вообще не существовало.

Следовательно, вполне закономерно поставить вопрос о делении рас- смотренных нами категорий оружия, прежде всего, на две большие группы,

См.: Там же. С. 183-184.

43

сформировавшихся исторически и отражающих этапы возникновения и развития оружия до изобретения пороха и после. Это оружие холодное и огнестрельное. Изобретение пороха разделило все оружие на две группы: оружие огнестрельное и оружие холодное.

Такое положение вполне соответствует духу действующего уголовного законодательства - «Незаконное приобретение, сбыт или ношение газового оружия, холодного оружия, в том числе метательного оружия…» (ч.4 ст.222 УК РФ).

Однако это положение вступает в противоречие с позицией некоторых криминалистов и законодателей, сформулированной в ст.1 Федерального Закона «Об оружии»: «холодное оружие - оружие, предназначенное для поражения цели при помощи мускульной силы человека при непосредственном контакте с объектом поражения.

Метательное оружие - оружие, предназначенное для поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направленное движение при помощи мускульной силы человека или механического устройства».

Представляется, что такое определение дано без учета всех объективных закономерностей исторического развития такой сложной и многогранной категории как оружие. В этом случае относимость к той или иной кате- гории оружия: холодного или метательного, какого-либо образца оружия ударного (булава), колющего (копье) или рубящего (топор) действия будут производиться ситуационно, в зависимости от спонтанно сложившихся условий его боевого, криминального или иного применения, что применительно к проблемам юриспруденции совершенно недопустимо. Как вариант криминалистической оценки такого оружия можно рассматривать отнесение его к категории оружия комбинированного действия. Однако, понимая обычно под действием оружия механизм травмирующего воздействия при поражении цели, в этом случае мы сталкиваемся с механизмом доставки. То есть отнесение к группе оружия комбинированного действия производится по двум различным основаниям: механизмом поражающего действия (1) и механизмом доставки поражающего элемента к цели (2).

В этой связи дальнейшее решение классификационных задач примени- тельно к криминалистической проблематике, на наш взгляд, целесообразно

44

построить также на исторически сложившемся положении вещей, когда «со- временное холодное оружие и те роды огнестрельного оружия, из которого стреляют с руки, называют ручным оружием»48. Вполне закономерно, что отличительные признаки оружия холодного и оружия огнестрельного, которые условно будут отнесены к ручному, будут различны, как различна сама природа этих объектов. Различным будет и дальнейшее деление этих двух видов оружия на подвиды, группы и другие однородные по тем или иным основаниям общности. Вообще же, с точки зрения построения каких-либо классификаций, определения взаимосвязей и общих закономерностей более «разношерстной» категории, чем оружие среди сложных продуктов человеческой деятельности найти трудно. Понятие оружия в этой связи вполне сравнимо с такими понятиями как орудие и средства производства.

В настоящее время огнестрельное и холодное оружие продолжают уверенно лидировать среди прочих видов оружия, используемых уголовно-преступным элементом, по массовости распространения и спектру криминального применения.

Анализируя изложенные факты и точки зрения, можно составить срав- нительную таблицу двух разных классификаций оружия, имевших место в конце XIX - начале XX века (см. таблицу № 2). Вполне очевидно при сравнении этих классификаций становится то, что лишь три основные категории: холодное, огнестрельное и оборонительное оружие наиболее явно выделяются, аккумулируя в себе или в тесной взаимосвязи различные более мелкие виды и подвиды.

Из этого следует, что любая попытка систематизации полученных знаний об оружии должна производиться с учетом такого деления.

Представим один из вариантов классификации объектов оружиеведе-ния, по основным понятиям, сложившимся к концу XIX - началу XX веков (см. таблицу №2).

4К См.: Военная энциклопедия / Под ред. К.И. Величко, В.Е. Новицкого и др. Петроград, 1914. С. 198.

45

Таблица № 2

1 версия XIX века 2 версия начала XX века Авторская версия 1 .По способу

«употребления»:

Ударное

Колющее- Рубящее-

Метательное 1.Холодное:

Ручное

Метательное

«Совмещенное» 1 .Холодное 2.С появлением

пороха: Огнестрельное

(ручное и

артиллерийское)

Холодное 2.Огнестрельное

как продукт

метательного

(ручное). 2.Огнестрельное 3. Оружие оборонительное 3 .Оборонительное. 3 .Оборонительное. 4. Комбинированного действия

  1. Комбинированного действия Таким образом, оружие по своему назначению делилось на большие группы антагонистов: оружие нападения и оружие оборонительное, предназначенное для индивидуальной и коллективной защиты.

По степени взаимного контакта субъекта и объекта оружие разделялось * на ручное, метательное и комбинированное или смешанное. Последнее соче-

тало в себе признаки как ручного, так и метательного оружия.

Наконец ручное оружие, в свою очередь, можно было бы подразделить на холодное и огнестрельное, а метательное - на холодное и огнестрельное. К этой же группе, с учетом развития оружия, можно отнести и пневматическое.

Классификация оружия (предварительная)

По назначению:

  1. Оружие, предназначенное для поражения живой или иной цели.
  2. Оборонительное оружие, предназначенное для индивидуальной или коллективной защиты.

46

По степени взаимного контакта субъекта и объекта:

1.Ручное.

2.Метательное.

3.Смешанное (комбинированное).

Ручное:

1 .Холодное.

  1. Огнестрельное.

Метательное:

1.Холодное (мускульное - «ручное» или механическое).

2.Огнестрельное.

3.Пневматическое и др.

При этом холодное метательное оружие, в свою очередь, делится на оружие, метаемое с помощью мускульной силы, т.е. рукой (условно - «ручное») и оружие, состоящее из механического или иного метательного устройства и непосредственно поражающего элемента (метаемого снаряда).

Анализируя сложившиеся в созданной нами классификации общности, мы неизбежно придем к выводу, что время и алгоритм взаимного контакта между субъектом применения оружия, оружием и объектом поражения усложнены и неоднородны.

Во-первых, огнестрельное оружие является, в любом случае, многоком- понентным:

  1. Механизм (само оружие);
  2. Средство доставки (гильза с пороховым зарядом);
  3. Поражающий элемент (снаряд).
  4. В отличие от него, холодное оружие может быть многокомпонентным (лук, арбалет и т.д.), либо однокомпонентным (метательный нож, метательный топор и т.д.).

Во-вторых, понятие «ручное», применительно к огнестрельному и холодному оружию, различается. Если ручное холодное оружие подразумевает наличие непосредственного контакта не столько с самим оружием, сколько с объектом поражения, то ручное огнестрельное оружие предусматривает в качестве обязательного фактора наличие контакта лишь между субъектом применения и самим оружием.

47

Как видим, какой-либо стройной классификационной системы у нас не получилось.

Попробуем построить классификацию по-иному, используя несколько иные основания (см. таблицу №3).

Таблица №3

КЛАССИФИКАЦИЯ ОРУЖИЯ: 1 .ПО НАЗНАЧЕНИЮ:

а) поражающее

б) оборонительное

  1. ПО НАЛИЧИЮ ИЛИ ОТСУТСТВИЮ исторически сложившегося средства доставки «пороха»: а)холодное б) огнестрельное ХОЛОДНОЕ

а) ручное

б) метательное (при помощи мускульной силы либо механического уст ройства)

ОГНЕСТРЕЛЬНОЕ

а) ручное

б)артиллерийское

КОМБИНИРОВАННОЕ (смешанное)

По своему основному назначению оружие продолжает делиться на две прямо противоположные группы (антагонисты): оружие, предназначенное для поражения живой или иной цели и оружие оборонительное, предназначенное для индивидуальной или коллективной защиты49.

49 См. подробнее: Советская военная энциклопедия / Гл. ред. Н.В. Огарков, М.: Воениздат МО СССР, 1978: «Оружие является материальным фактом научно- технического прогресса, достигнутого в результате развития теории и опыта. В свою очередь военное искусство влияет на развитие оружия, выдвигая требования по совершенствованию существующих и созданию новых его видов. Большое • стимулирующее значение для развития оружия имеет соревнование средств

поражения и средств защиты (напр. снаряда и брони, средств возд. нападения и ПВО и т.д.)».

48

Далее, придерживаясь мнения авторов, считающих, что исторически обусловленное появление высокоэффективного метательного вещества, такого как порох, предопределило выделение двух основных групп оружия поражения: холодного и огнестрельного, введем в качестве одного из оснований для дальнейшей классификации факт наличия или отсутствия в конструкции оружия порохового заряда.

Тогда, в свою очередь, холодное оружие по степени взаимной близости некоторых его видов (копья, булавы, топоры) и их метательных аналогов, разделится на два основных подвида: ручное и метательное.

В тоже время огнестрельное оружие разделится также на два подвида - ручное и артиллерийское.

При этом комбинированное оружие выделим в самостоятельную группу, как потенциально содержащее в себе функции холодного, огнестрельного и иного.

Как видно, в приведенной классификации, так или иначе отражающей, как и в предыдущем случае, структурно-функциональные взаимосвязи, возникшие между различными видами оружия в процессе его исторического развития на рубеже XIX-XX столетия, заложены почти те же противоречия, что и в предыдущем случае. Это, прежде всего, неоднозначное толкование термина «ручное», который также имеет двойственное содержание, что вновь нарушает «стройность» предпринятой классификации.

Однако, в обоих случаях, мы обнаружим, что термин «метательное» (в варианте) не отделим от термина «холодное». Это важно и мы к этому еще вернемся.

Существенным моментом, выгодно отличающим первую из предложен- ных классификаций, является то, что она является системой развивающейся, позволяющей включать в уже существующие группы однородных объектов новые виды оружия, неизбежно появляющиеся в криминальном обороте. Так, в группу «ручное оружие» можно включить одну из разновидностей химического оружия, такое как газовое оружие самообороны. В группу «метательного оружия» вполне естественно вписывается оружие «пневматическое» и т.д. К тому же эта классификация выглядит более естественной, так как берет за основу такие объективные характеристики, которые имеют принци-

49

пиальное значение именно для оружия: назначение (поражение или оборона); наличие или отсутствие непосредственного контакта между субъектом применения оружия и объектом поражения (ручное, метательное, комбинированное); по наличию контакта оружия с рукой (руками) субъекта применения (холодное, огнестрельное, газовое и т.д.); наличие специфического средства доставки поражающего элемента к объекту поражения (холодное мускульное или механическое, огнестрельное, пневматическое и т.п.).

Изучение материалов более полугора тысяч уголовных дел и оператив- ных разработок, по которым оружие в 1998-1999 годах направлялось на исследование в Экспертно-криминалистическое управление ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области, показало, что из общего количества единиц оружия - 1999, огнестрельное оружие составило 50%, газовое ствольное - 28% и холодное оружие - 22%. При этом доля отечественных моделей огнестрельного оружия составила - 35%, иностранного - 28,5%, самодельного -36,5%. Это показывает, что, несмотря на насыщенность отечественного «криминального рынка» различными видами оружия, несмотря на повышение уровня легальной вооруженности населения на правовой основе (в соответствии с Законом РФ «Об оружии»), в криминальном обороте значительное место продолжает занимать самодельное огнестрельное оружие.

Более половины такого оружия (51%) составляют различные пистолеты, револьверы и пистолеты-пулеметы, в том числе и нарезные, около 30% составляют так называемые обрезы, изготовленные как из гладкоствольного охотничьего оружия, так и из нарезного охотничьего и боевого. Чуть более 18% - это самодельные пистолеты и револьверы, переделанные из ствольного газового оружия.

Среди огнестрельного оружия иностранного производства наибольший удельный вес составляют пистолеты различных моделей и калибров (64%), револьверы (10,4%) и гладкоствольные ружья и пистолеты - пулеметы (по 7%). Среди этой категории огнестрельного оружия следует отдельно упомянуть дробовые пистолеты и револьверы, доля которых составляет 5,7% (в подгруппе иностранного огнестрельного оружия).

Среди огнестрельного оружия отечественного производства, как наи- более многочисленные категории, следует выделить пистолеты различных

50

моделей (49%) и охотничьи гладкоствольные ружья (26%). Револьверы в этой подгруппе составляют - 7,5%, различные модификации автоматов Калашникова - 6%.

Представленный анализ показывает, что для Санкт-Петербурга и Ле- нинградской области, которые в своей совокупности представляют сочетание крупного мегаполиса и российской глубинки, из перечисленных видов оружия наиболее криминализированным является огнестрельное оружие. В этой категории по степени распространенности в криминальном обороте явно выделяются следующие виды огнестрельного оружия: самодельное (пистолеты, револьверы и пистолеты-пулеметы); пистолеты иностранного производства; отечественные пистолеты и гладкоствольные охотничьи ружья.

Именно эти категории огнестрельного оружия упоминает А. Зданович, говоря о том, что «…необходимо ужесточить ответственность за преступления, которые так или иначе связаны с терроризмом, например, незаконное хранение и хищение оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ. Потому что все это с неба не падает, а либо провозится через недостаточно эффективно прикрытые участки государственной границы, либо воруется с военных складов, либо изготавливается кустарно»50.

В последние годы среди используемых преступниками средств соверше- ния преступлений все шире стали применяться отравляющие вещества раздражающего действия (ОВРД), а также средства их доставки и использования. Последние, в силу ряда обстоятельств, представляют наибольший интерес с точки зрения криминалистического исследования.

Согласно Закону Российской Федерации «Об оружии»51, к таким сред- ствам относятся пистолеты, револьверы, механические распылители и аэрозольные устройства, снаряженные слезоточивыми, раздражающими веществами, которые получили общевидовое наименование «газовое оружие самообороны».

Согласно ст. 7 этого закона, оборот всех видов гражданского и служеб- ного оружия определяется Государственным комитетом Российской Федерации по стандартизации, метрологии и сертификации (Госстандарт России)

50 См.: Зданович А. Взрыв взрыву рознь // Газета «Щит и меч». № 45 (713) от 18.11.1999 г. С. 6.

51 Далее по тексту «Закон РФ «Об оружии»».

51

и контролируется в основном органами внутренних дел. Сертификация такого оружия, предусмотренная положениями ст. 8 Закона РФ «Об оружии» включает в себя определение соответствия тактико-технических данных сертифицируемого изделия требованиям, прежде всего данного закона. Однако правоприменительная практика убедительно свидетельствует, что ручное огнестрельное, газовое, холодное и иное оружие, оборот которого регулируется этим законом, очень часто используется не только по своему прямому (в правовом смысле) назначению, но и как средство нападения, устрашения или поражения жертвы при совершении насильственных преступлений.

Исторически и функционально газовое оружие сложилось в армии как разновидность отравляющих веществ (ОВ) и в силу своей специфики заняло особое место в ряду других средств химического оружия52. Вследствие относительно невысокой токсичности, не позволяющей эффективно использовать ОВРД на поле боя, они нашли широкое применение в основном в виде различных средств специального назначения. В армии они используются в качестве резервных ОВ, а так же для обучения личного состава и для испытаний средств индивидуальной защиты53. В качестве средства «временного поражения живой цели» ОВРД нашли самое широкое распространение в полицейс- ких формированиях многих стран, где они используются для подавления массовых беспорядков, задержания вооруженных преступников, освобождения заложников, в целях активной обороны и т.п.

Конструктивные особенности технических устройств, снаряжаемых ОВРД, определяется высокой летучестью ОВ, которая значительно затрудняет создание необходимых концентраций. В основу технических решений этой задачи положены два основных принципа: воздействие ОВРД на организм человека через органы дыхания или слизистую оболочку (ингаляционный способ) либо через кожу (контактный способ). В первом случае вещество достаточно эффективно применяется в виде аэрозоля, в других вариантах ОВРД доводится до испарения. К основным техническим решениям сле-

52 См.: подробнее: Советская военная энциклопедия / Гл. ред. Н.В. Огарков. М.: Изд. Воениздат МО СССР, 1978. С. 166: «ОВ раздражающего действия являются временно выводящими из строя… Адамсит и хлорацетофенон являются резервными ОВ».

53 См. подробнее: Там же.

52

дует отнести: газовые аэрозольные баллоны, ОВРД к газовым пистолетам и револьверам, газовые гранаты, фугасы, газовые рассеиватели и другие спецсредства.

Так, 15 августа 2000 года в Санкт-Петербурге на территории КАС №1 произошел взрыв самодельного взрывного устройства, в результате которого погиб гр. А., 1957 года рождения. Было установлено, что А. занимался изготовлением и установкой в автомашинах самодельных взрывных устройств с электронным дистанционным управлением.

В ходе проведения оперативно-следственных мероприятий в рамках операции «Вихрь-Антитеррор-7» оперативной группой Северо- Западного РУБОП совместно с УФСБ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области задержан соучастник преступлений К., 1960 года рождения, начальник цеха одного из ООО Санкт-Петербурга, который изобличен в изготовлении взрывчатых веществ и иных комплектующих СВУ.

27 марта 2001 года в ходе обыска по месту жительства К. и в его гараже КАС №1, кроме объектов, используемых для изготовления самодельных взрывных устройств, были изъяты: газовый пистолет «SUPER-PP» калибр 9 мм с обоймой и 6 газовыми патронами; 1 газовый патрон калибра 9 мм; техническая литература по теории и изготовлению отравляющих веществ; ядовитое вещество, отнесенное к диверсионным отравляющим веществам -фторацетат натрия. Этот пример убедительно иллюстрирует наметившуюся активизацию процесса криминализации иных, кроме газового, видов химического оружия.

Часто оружие используется преступниками при совершении заранее подготавливаемых преступлений. Поэтому, знания о специфическом средстве совершения преступлений, образуемых при этом следах, а также о некоторых особенностях субъектов применения оружия в преступных целях, должны способствовать повышению эффективности раскрытия, расследования и предупреждения преступлений, и в первую очередь - насильственных преступлений против личности.

В этой связи представляется вполне уместным упомянуть, что «преступ- ление, как специфическое явление, сложным образом связано с окружающей средой, влияет на нее и, в свою очередь, испытывает на себе ее влияние. Прак-

53

тическая ценность результатов криминалистических научных исследований зависит от того, насколько глубоко и полно науке удается проникнуть и в сущность преступления, и в содержание процесса судебного исследования как разновидности практической деятельности по борьбе с преступностью»54.

Как видно из приведенной выдержки, само преступление, как бы мы глубоко и досконально его не изучали, не является ограниченным, конеч- ным предметом исследования.

«Событие преступления есть один из материальных процессов действи- тельности и, как таковой, связан и взаимообусловлен другими процессами, событиями и явлениями, отражается в них и сам является отражением каких-то процессов. Всякое событие связано с изменениями в окружающей среде. Изменения в среде предшествует наступлению события, наступление события в свою очередь вызывает изменение в окружающей среде…»55.

Таким образом, рассматривая преступление, как явление материального мира, в неразрывной и взаимообусловленной связи с окружающей дей- ствительностью и протекающими в ней процессами можно было бы согласиться с тем, что «закономерности возникновения доказательств есть разновидность закономерности процесса отражения в целом»56.

Однако, учитывая, что механизм самого преступления есть явление более сложное и более многообразное, чем его социальная составляющая, сле- дует более строго определить место и роль процесса отражения. «Точнее говоря, при совершении преступления возникают не доказательства, а те фактические данные, которые впоследствии в соответствии с законом приобретают по расследуемому делу значение судебных доказательств. Здесь и далее под понятием «возникновение доказательств» имеется в виду возникновение таких «будущих» доказательств»57.

Исследуя преступление, как социальное явление и как механизм взаи- модействия объектов материального мира, мы сталкиваемся с необходимос-

54 Криминалистика / Под ред. В. А. Образцова. М: Юрист, 1995.С. 22.

55 См.: Там же.

56 См.: Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.: Юрид. лит., 1973. С. 22.

57 См.: Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советский криминалистики. М.: ВШ МВД СССР, 1970. С. 8.

54

тью строгого определения границ изучаемого нами явления, вернее, его тео- ретической модели. Представляется, что основой для такого ограничения, конкретизации задачи исследования могли бы стать признаки рассматривае- мых преступлений, их элементы.

Одним из таких элементов, ближе всех стоящих к проблеме механизма совершения преступления, является способ совершения преступления, т.е. преступное действие. «Под способом совершения преступлений понимается система взаимообусловленных, подвижно детерминированных действий, направленных на подготовку, совершение и сокрытие преступлений и связанных с использованием соответствующих орудий и средств, - а также времени, места и других сопутствующих обстоятельств объективной обстановки совершения преступления»58.

Итак, важнейшими составными частями события преступления, как видно, являются «соответствующие орудия и средства», а также «время, место и другие сопутствующие обстоятельства», которые обычно находят детальное отражение в криминалистической характеристике преступлений. По мнению Р.С. Белкина, «…в содержание криминалистической характеристики входят характеристика типичных ситуаций данного вида преступлений, наиболее распространенных способов их совершения, применяемых преступниками технических средств, источников получения этих средств, характеристика типичных материальных следов преступления.. .»59.

Научное исследование «применяемых преступниками технических средств» и образуемых ими следов в совокупности с «источниками их полу- чения», позволяет выработать не только рекомендации практического свой- ства, направленные на совершенствование методик расследования отдельных видов преступлений, но и придать позитивную направленность нормот- ворческой деятельности и обусловить возможность активного включения других средств профилактики правонарушений. Анализируя криминалистические аспекты доказывания И.Ф. Крылов и А.И. Бастрыкин справедливо указывали: «на необходимость создания «единой, целостной теории» поиска

58 См.: Возгрин И.А. Криминалистическая методика расследования преступлений. Минск: Высшая шк., 1983. С. 208-209.

59 См.: Белкин Р.С. Криминалистика: Проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. М.: Юрид. лит., 1988. С. 173; Пантелеев И.Ф. Методика расследования преступлений. М., 1976.

55

вещественных источников доказательственной информации. Она должна охватывать классификацию вещественных источников информации, информационные возможности отдельных видов вещественных источников доказательственной информации; тактические приемы и технико-криминалистические методы и средства поиска этих источников при производстве отдельных следственных действий»60.

При этом, с учетом специфики проводимого исследования следует еще раз подчеркнуть, что условием получения необходимой информации является объективно существующая взаимосвязь не только взаимодействующих объектов, имеющих непосредственное отношение к событию преступления, но абсолютно всех объектов материального мира, которые сами являются результатами других взаимодействий, образуя в совокупности бесконечную цепь взаимообусловленных связей и взаимодействий.

Специфичность и философскую сущность взаимодействия материальных объектов неоднократно подчеркивали в своих работах известные ученые- криминалисты61 .

По мнению М.Б. Вандера, «одной из эффективных мер противодействия негативной тенденции к дезавуации показаний является своевременное и надлежащее применение научно-технических средств для установления и закрепления фактических данных, используемых в процессе доказывания, достижения оптимальной совокупности личных и вещественных доказательств по уголовному делу»62.

Анализ следственной и судебной практики убедительно подтверждает, что широкая распространенность легального оборота служебного и граж- данского оружия и, прежде всего, огнестрельного и газового показывает, что часто оно из предмета преступного посягательства, например, при совершении краж, «превращается» в орудие насилия при совершении преступлений63.

60 Крылов И.Ф., Бастрыкин А.И. Розыск, дознание, следствие. Л.: ЛГУ, 1984. С. 17.

61 См.: там же, С. 15.

62 См.: Вандер М.Б. Объективизация доказывания в уголовном процессе с применением научно-технических средств. Конспект лекции из цикла «Работа с доказательствами на предварительном следствии и суде». СПб., 1994. С. 3.

63 См.: Владимиров В.Ю. Криминализация оборота газового оружия (уголовно- процессуальный и криминалистический аспекты). Монография. СПб.: Санкт- Петербургский юридический институт МВД России, 1996. 204с.

56

В этой связи нельзя согласиться с аргументацией пособия «Рекомендации по решению вопроса об отнесении короткоствольного дробового оружия к огнестрельному»: «… ошибочным является и утверждение некоторых сотрудников ВФЦСЭ МЮ РФ о том, что данные пистолеты и револьверы предназначены для активной самозащиты. Вольно обращаясь с понятиями и нормативными актами, можно свести дело к абсурдному положению - автомат Калашникова, при использовании его для защиты, тоже оружие самозащиты, а не боевое оружие. Закон «Об оружии» однозначно называет лишь только газовое оружие - «оружием самообороны (см. ст.5, п. «а» Закона)»64. Если первая часть аргумента не вызывает сомнений, так как целевое предназначение предмета, определяемое его конструкцией, не зависит от цели, характера и тактики его применения в конкретной ситуации. Последнее же утверждение, что Закон относит к «оружию самообороны» только газовое, призвано, по мнению авторов, усилить их аргументацию относительно невозможности отнесения к средствам самозащиты неких дробовых пистолетов и револьверов. Однако, тем самым авторы присваивают термину «оружие самообороны» оценочную характеристику, исключающую якобы отнесение входящих в эту группу предметов к категории огнестрельного оружия. Получается, что огнестрельное оружие заведомо не может входить в группу оружия самозащиты. Это несправедливо, так как мировая практика доказывает обратное.

В то же самое время следственная практика свидетельствует, что даже обычный газовый пистолет с газовым боеприпасом является источником повышенной опасности и при небрежном с ним обращении может стать орудием неосторожного преступления.

Часто при подготовке к совершению корыстно-насильственных преступлений преступники прибегают к своего рода маскировке огнестрельного оружия под ствольное газовое. Во многих случаях это достигается путем его переделки путем замены или расточки ствола, либо использования такого ствольного газового оружия, конструктивное решение которого позволяет производить стрельбу патронами с дробовым снарядом.

64 См.: Емелин В.В., Гуляев B.C., Калашников В.Н., Фешенок М.М. Рекомендации по решению вопроса об отнесении короткоствольного дробового оружия к огнестрельному. М: ГУВД Москвы, 1995.

57

Из приведенного примера следует, что даже внешний вид газового ору- жия и маркировка, прямо указывающая на его родовую принадлежность, даже наличие разрешения на его ношение не исключает возможность качественного перерождения этих средств в иную категорию - «огнестрельное оружие». В последнем примере вообще складывается парадоксальная ситуация, когда боеприпас является огнестрельным, а револьвер, для которого он предназначен, к огнестрельному оружию не относится, хотя конструктивно предназначен для механического поражения живой цели. При этом совершенно не имеет значения, используется ли для снаряжения патронов одноэлементный (пуля) или многоэлементный (дробь, картечь) снаряд, а «принадлежность предмета к разновидности оружия имеет объективный характер»66 и определяется наличием у него существенного комплекса признаков, выявляемых в судебно-следственной практике в ходе экспертно-криминали-стического исследования.

Полемизируя с некоторыми криминалистами, считающими, что на тер- мин «оружие» может претендовать предмет или устройство, предназначенное только для нанесения тяжких или смертельных повреждений, хотелось бы заметить, что во многих странах, в том числе и в России, появилось и успешно используется оружие нелетального действия66.

Однако при применении такого оружия необходимо строжайшее соблю- дение определенных правил. Так, стрельба резиновыми пулями из ружья «Магнум» на дистанции до 22м категорически запрещена, так как может привести к тяжелым травмам.

Аналогичные ограничения существуют и при применении газового ору- жия, особенно в закрытом помещении.

К изложенному в определенной мере можно отнести слова: «Однако всег- да стоит помнить, что оружие такого рода, даже если оно употребляется для самозащиты, во всех случаях остается оружием. Действие химических веществ на организм человека зависит от многих факторов, в том числе от состояния здоровья человека. В ряде случаев воздействие, казалось бы, безобидных ве-

65- Кузнецов А.А. Криминалистическое исследование оружия и следов его применения. Ташкент, 1993. С. 43.

66 См. подробнее: Морозов А. Крупнокалиберные «демократизаторы» // Журнал «Оружие». №6. 1999.

58

ществ и концентраций может повлечь за собой тяжелые последствия, вплоть до смертельного исхода»67.

Среди различных видов орудия самообороны в последнее время полу- чило распространение бесствольное огнестрельное оружие отечественного производства, в частности, пистолет «ПБ-4»68, входящий в комплекс «Оса».

Вместе с тем, технико-тактические характеристики этого оружия и по- вреждения, возникающие в результате выстрелов го него изучены недостающего полно и малознакомы судебно-медицинским экспертам.

Пистолет «ПБ-4» является многофункциональным, многозарядным ору- жием, для стрельбы из которого могут использоваться патроны травматического, свето-звукового и сигнального действия.

Патроны травматического действия состоят из алюминиевой гильзы, резиновой пули и заряда пороха марки «Сунар СВ». Пуля (двухэлементная) выполнена в виде бочонка с притуплением головной части и имеет стальную втулку, покрытую резиновой смесью.

Дульная энергия пули «Осы» составляет 120 Дж. На расстоянии 10 м кинетическая энергия пули снижается до 70 Дж, что вполне достаточно для эффективного дозированного воздействия на человека для временного вывода его из строя.

В качестве иллюстрации приводим случай из судебно-медицинской прак- тики, связанный с причинением повреждений из комплекса «Оса».

В гр-на П. было произведено три выстрела из пистолета «ПБ-4», с места происшествия пострадавший был доставлен в стационар. При поступлении в лобной и затылочной области располагаются две ушибленные раны размерами 0,5x0,5 см и 1,5x0,5 см. На передней поверхности грудной клетки на уровне 2-3 межреберья по среднеключичной линии имеются две раны округлой формы размерами 1,5x1,5 см, по верхнему краю которой располагается кровоподтек синюшно-синего цвета размерами 4,0x3,0 см и 2,0x2,0 см с осадными краями. Рентгенологическим исследованием в мягких тканях грудной клетки в проекции раны на уровне 3 межреберья располагается инородное

67 Щелоков А. Оружие самозащиты. М.: Изд-во «Отечество», 1993. С. 12.

68 Пистолет «ПБ-4» (Россия) входит в комплекс самообороны «Оса» и предназначен для использования в целях самообороны. Является многофункциональным, бесствольным, четырехзарядным оружием, предназначенным для стрельбы патронами травматического, свето-звукового и сигнального действия.

59

тело по форме и размерам соответствующее армирующему элементу пули травматического действия пистолета «ПБ-4».

Проведена первичная хирургическая обработка ран груди и живота. При ревизии раневого канала оказалось, что последние являются непроникающими. Раневой канал правой половины грудной клетки является слепым, длина его составляет 5,0 см, в конце раневого канала располагается инородное тело в виде цилиндра из резины размерами 1,5x1,0 см. Длина других раневых каналов в области груди. Клинический диагноз: огнестрельные слепые проникающие ранения груди и живота резиновыми пулями, сотрясение головного мозга, ушибленные раны головы.

По данному делу было назначено проведение комплексной судебно-ме- дицинской и криминалистической экспертизы.

Из представленного следствием оружия были произведены эксперимен- тальные выстрелы 18-мм штатными патронами травматического действия. Измерения средних данных внешней баллистики показали, что масса снаряда составила 0,008 кг; калибр снаряда -15,2 мм; скорость ее полета - 5,3 м/сек и удельная кинетическая энергия - 0,03 Кгм/мм кв.

В результате проведенных исследований экспертом-криминалистом был сделан вывод о том, что полученные данные ниже минимальных критериев, характерных для поражения организма человека пулей (0,05 Кгм/мм2) и необходимых для отнесения, представленного на экспертизу пистолета «ПБ-4», к категории огнестрельного оружия.

Судебно-медицинские эксперты в своих выводах указали, что по степени тяжести, обнаруженные у гр-на П. повреждения, как вызвавшие кратков- ременное расстройство здоровья, были отнесены к повреждениям, причинившим легкий вред здоровью.

Слепые непроникающие ранения груди и живота могли возникнуть от пуль выстреленных из представленного пистолета «ПБ-4», на что указывает форма и размеры ран кожи, наличие осаднений по их краям, форма и длина раневых каналов и наличие в мягких тканях пули, соответствующей патрону травматического действия данного пистолета. Ушибленный характер ран головы указывает на то, что они причинены в результате тупого воздействия, однако неполноценное их описание в первичной медицинских документах

60

не позволяет в достоверной форме высказаться о свойствах причинивших их травмирующих предметов (предмета). Тем не менее, их размеры и анатомо- морфологические свойства областей поражения позволяют сделать вывод о том, что они могли быть причинены при выстрелах из пистолета «ПБ-4» пу- лями травматического действия.

Таким образом, приведенный случай свидетельствует, что при выстрелах из пистолета «ПБ-4» патронами травматического действия могут возникать различные по тяжести и объему повреждения в зависимости от области поражения и расстояния выстрела.

Приведенный пример убедительно доказывает, что попытки некоторых криминалистов перевести оружие нелетального действия в разряд неких спец- средств, ограничив содержание понятия оружия лишь средствами, предназ- наченными для причинения смертельных повреждений, либо тяжкого вреда здоровью, не имеют под собой убедительной аргументации.

В судебно-медицинской и криминалистической практике имеется множество примеров ситуационно складывающейся тяжести или степени повреждений. Так, в криминалистической литературе описан случай смертельного исхода в результате применения (не контактного, а именно за счет сублимированного ОВРД) ствольного газового оружия в замкнутом помещении при наличии среди находящихся там людей, человека, больного астмой. В практике деятельности органов внутренних дел и специальных моторизованных частей внутренних войск, также имеются случаи причинения серьезных повреждений в результате применения резиновых палок и т.д.

Таким образом, криминалистическая оценка объекта, использованного или подготовленного к использованию в качестве оружия, должна исходить из следующей концептуальной посылки: оружие - это разновидность орудий труда человека, предназначенная для поражения живой или иной цели. Причем степень поражения не имеет значения. Наоборот, вид оружия избира- ется субъектом его применения ситуационно в зависимости от поставленных (возникших) перед ним задач (лишение жизни, подавление сопротивления и т.д.), это определяет в конечном счете и степень тяжести причиненных в ре- зультате поражения цели повреждений.

Именно такой подход должен браться за основу при разработке соот-

61

ветствующего правового, методологического обеспечения криминалистичес- кой, судебно-медицинской и правоохранительной деятельности, направленной на защиту конституционных прав граждан от незаконного, а зачастую и криминального оборота различных видов оружия.

Во многих случаях, преступники, совершающие такие не насильственные преступления, как кражи, мошенничества, поясняют, что носили огне- стрельное или газовое оружие для целей «самообороны».

Очевидно, что условия, при которых могла возникнуть так называемая «самооборона» имеют вполне определенную уголовно-правовую оценку.

В следственной практике органов внутренних дел и федеральной службы безопасности известен случай попытки применения взрывного оружия для привлечения внимания прессы на фоне усугубления нерешенных личных проблем. Самодельное взрывное устройство предполагалось использовать для самоподрыва в одном из помещений Петропавловского собора, что могло привести к весьма тяжким последствиям.

В заключении следует отметить, что преступное применение огнестрельного, газового, взрывного и холодного оружия далеко не исчерпывается теми составами преступлений, в которых присутствует квалифицирующий признак вооруженности. Спектр таких преступлений гораздо шире.

Указанное обстоятельство объясняется, по крайней мере, двумя причинами. Во-первых, насыщением «черного рынка» этими видами оружия задолго до принятия Закона РФ «Об оружии», а во-вторых, наличием специфического «арсенала» в настоящее время: зоны вооруженных конфликтов, деятельность «черных следопытов», хищение оружия из военизированных организаций, наличие правовых коллизий, способствующих псевдоправомерному обороту тех или иных видов оружия.

Раскрывая понятие оружия в криминалистическом его понимании и вырабатывая его классификацию, следует отметить, что оружие как класс материального памятника, выделенного из общего объема материальных объектов, заслуживает самого серьезного и углубленного изучения69. При этом информация в области оружиеведения разрабатывается различными отрас-

69 См. подробнее: Трубников Б.Г. Полная энциклопедия: Оружие, вооружение всех времен и народов. СПб.: Изд. Дом «Нева», М.: «Олма-Пресс», 2001. 552 с.

62

лями знаний: археологией, искусствоведением, выставочным менеджментом, этнографией, военным делом, инструментально-технологическими направле- ниями и т.д. Как отмечают отдельные авторы, из-за недоговоренности отно- сительно терминологии часто случается множество казусов и несостыковок между оружиеведением археологическим, историческим, техническим, искус- ствоведческим и другими его видами, как в части определения самого понятия оружия в целом, так и при разработке классификаций. В этой связи следует согласиться с Б.Г. Трубниковым, утверждающим, что каждая существующая классификация, по сути, является служебным группированием, т.е. классифи- кацией прикладного, или иначе, вспомогательного свойства, удобной только одной конкретной отрасли оружиеведения70.

В качестве примеров могут быть приведены следующие классификации (по книге Б.Г. Трубникова):

Пример 1. Классификация ручного огнестрельного оружия по А.Б. Жуку

Использование пороха для метаний снарядов

70 См. подробнее: Трубников Б.Г. Полная энциклопедия: Оружие, вооружение всех времен и народов. СПб.: Изд. Дом «Нева», М.: «Олма-Пресс», 2001. 552 с.

63 Пример 2. Классификация холодного и метательного оружия по К.В. Асмолову

  1. Оружие с переменной (блуждающей) боевой частью.

(Под боевой частью подразумевается та конкретная часть оружия, которой наносится удар в данный момент. Если у большинства других типов оружия боевая часть - наконечник, лезвие и т.д. - выделена, то у шестов и палок, относящихся к этому классу, ею может служить любая часть оружия -Б.Т.).

  1. Ударное оружие.

(Его центр тяжести перемещен на дальний конец, а ударная часть обычно не имеет лезвийной заточки. Сюда относятся различные виды дубин и молотов - Б.Т.)

  1. Оружие с боковым острием.

(Его боевая часть вынесена в сторону от вертикальной оси оружия и расположена под углом к ней. Это всевозможные топоры, серпы и крюки - Б.Т.)

  1. Оружие с дополнительной рукоятью.

Рукоять расположена перпендикулярно вертикальной оси оружия. Это все виды «боевых загогулин», топоров, боевых костылей и т.п.

  1. Клинковое оружие, имеющее четко оформленное лезвие.

Этот тип оружия обычно подразделяют на длинное - мечи, сабли и т.п., и короткое - ножи, кинжалы и т.п.

  1. Древковое оружие.

Сюда относятся все варианты разноообразных наконечников на достаточно длинном древке. В самостоятельный тип выделяются копья, которые трактуются как шесты с усиленной колющей способностью.

  1. Гибкое оружие.

Это оружие, имеющее гибкую боевую часть, гибкое древко или полностью гибкое, как цепи или веревки. В самостоятельный тип выделяются секционное оружие, имеющее лишь одно или несколько гибких сочленений.

  1. Короткое оружие.

Боевая часть этого оружия как бы равномерно распределена вокруг кулака. Сюда относятся все виды оружия кастетного хвата, а также наручное оружие, укрепляемое на руке.

  1. Метательное оружие.

Все виды оружия, поражающие противника на расстоянии.

Пример 3. Классификация холодного оружия по В.Н. Попенко

ХОЛОДНОЕ ОРУЖИЕ Ударное Рубящее Колющее Рубяще колющее

ш о а о к ш

с ей

о

S

с й О)

с 8

5 * Клинковое Клинковое a о a о X

S 0J

с

а. a

Длинно- клинковое Коротко-

клннко-

вое Длинно-

клннко-

вое Коротко- клинковое

Ьрус

Гуздыхан

Булава

Дзюттэ

Дубина

Дубинка

Кастет

Кистень

Кубатон

Молот

Морг с н-

штерн

Наладон-

ник

Нунчаку

Ослопа

Палица

Палка

Пернач

Пума

Тонфа

Цеп

Шестопер Бердыш Кельт Папуэкт Секира ТРСЛО Томагавк Топор Франци- ска Чекан Мачете Меч Сабля Ятаган Копье

Пика

Протазан

Рогатина

Саржа

Эспотов Кончар Рапира Шпага Эстог Байонет

Билка

Дата

Катар

Кинжал

Кортик

Крис

Нож

Стилет

Штык Палац: Шашка Кама Тесак Алебарда Нагината

Намагаки Аркебуз

Балл и с тер

Бумеранг

Книппер

Праща

Рогатка Арба

Гарп Гастр Д ж ер

Лук

Пилу

Стрел

Сули

Сюри

Фрам

МАСКИРОВАННОЕ и КОМБИНИРОВАННОЕ

65

Такой служебный, прикладной подход к определению понятий и класси- фикаций в криминалистике, да и вообще в науке не нов. Достаточно вспом- нить основные положения криминалистической трасологии: понятие следа в широком и узком (криминалистическом) смысле слова, выработанные клас- сификации следов по характеру или степени их информативности, механизму следообразования т.д. Такого специфического научного аппарата следо- ведения не знает ни одна другая отрасль знаний.

Единственное, что в связи с этим хотелось бы упомянуть, это необходимость строгого соблюдения единообразия классификационных оснований на каждом из его уровней. Так, например, в классификации холодного оружия, предложенной В.Н. Попенко, этот принцип нарушен на первом уровне: первые четыре категории (ударное, рубящее, колющее, рубяще-колющее) определены исходя из механизма воздействия поражающего элемента оружия на поражаемую им цель, а вот четвертая категория (метательное) определена механизмом доставки оружия к объекту поражения. Правильнее было бы первый уровень классификации определить так:

Холодное

Ручное

Метате льное

Аналогичные недостатки наблюдаются в данной классификации и на других уровнях и направлениях.

Особую социальную значимость в связи с криминальным оборотом оружия в нашей стране в последние годы получили так называемые «заказные» убийства и убийства, совершаемые при осуществлении «разборок» между преступными группами и сообществами. Как правило, эти преступления совершаются с применением огнестрельного, обычно автоматического ору- жия, взрывных устройств и гранатометов. Причем характерной чертой таких убийств, совершаемых организованными группами с целью устранения конкурентов в сфере бизнеса, все больше становится общественно-опасный способ совершения преступления в общественных местах со значительным скоплением людей, в жилом помещении, в транспорте, что значительно ос- ложняет криминогенную обстановку.

66

Такие преступления все чаще совершаются наемниками-профессионалами, зачастую бывшими сотрудниками спецслужб, милиции, спортсменами, занимающимися стрелковым спортом или единоборствами.

В этой связи несомненный интерес представляют сведения, проведенные М.И. Слинько по материалам г. Москвы71.

Следует заметить, что низкий процент раскрываемости «заказных» убийств не позволяет говорить о достаточной точности приводимой статис- тики. Особенно сложно отличить эти преступления от бандитских «разборок».

В 1991 годы в Москве предположительно было совершено 19 умышленных убийств «заказного» характера, либо являвшихся результатами «разборок» преступных групп, что составило 4,09% от общего числа убийств, заре- гистрированных в регионе. В 1992 году их количество возросло до 54 и со- ставило 6,09% от общего количества убийств. 1993 год характеризуется резким ростом таких преступлений -148 (10,9%), из которых 24 были однозначно квалифицированы как «заказные». Все они были совершены с применением огнестрельного оружия и взрывных устройств. В восьми случаях (30%) потерпевшие принадлежали к авторитетам преступного мира, в двух - являлись государственными и общественными деятелями, в остальных - пред- приниматели, банкиры, бизнесмены. Лишь в 1994-95 годах удалось раскрыть два из этого числа преступлений.

В 1994 году общее количество убитых при осуществлении «заказных» убийств и бандитских «разборок» составило 181 человек (10% от числа убийств). Причем интересно, что среди потерпевших пропорции сохранились те же: 30% от этого числа преступлений было отнесено к разряду «заказных», в 30% случаев потерпевшими являлись преступные авторитеты и «воры в законе», трое - государственные и общественные деятели, остальные -пред- ставители финансовых кругов и предприниматели.

В 58 случаях применялось огнестрельное оружие и взрывные устройства. При этом раскрываемость этой категории преступлений составила уже 11,67%.

71 См. подробнее: Слинько М.И. Заказные убийства как вид преступного предпринимательства. Криминологический анализ. М.: Российский юрид. изд. дом, 1997.21с.

67

Некоторые данные об указанной категории преступлений по г.Москве приведены в таблицах №№4 и 5.

Здесь уместно заметить, что аналогичные тенденции по соотношению зарегистрированного числа умышленных убийств и трупов с признаками насилия наблюдаются и в Санкт-Петербурге, что, однако, на наш взгляд, может быть объяснено и рядом объективных причин, среди которых, прежде всего то обстоятельство, что судебно-медицинский эксперт, характеризуя имеющиеся на трупе повреждения, зачастую не владеет сведениями ни о квалификации преступления, ни другими сведениями об обстоятельствах расследуемого события или «отказного материала».

Таблица №4

Год Общее количество Удельный вес, % Из них заказных Удельный вес, % Ежегодный прирост

Зак.+раз., % Зак., % 1991 19 4,09

100

1992 54 6,09

164,2

1993 148 10.90 24 1,71 175,2 100 1994 181 10.00 60 3,30 22,3 150 I полугодие 1995 60 7,12 21 2,25

Зак — заказные убийства.

Раз. — убийства, совершенные при «бандитских разборках».

Таблица №5

1989 1990 1991 1992 Умышленные убийства с покушениями 424 441 501 925 Умышленные тяжкие телесные повреждения, повлекшие смерть 250 298 306 620 Число обнаруженных трупов с признаками убийств72 688 300 904 179 Число трупов

с неустановленной причиной смерти 717 776 966

72 Примечание: после 1990 года число трупов с признаками убийства стало превышать суммарное число умышленных убийств даже с покушениями плюс число телесных повреждений, повлекших смерть, что свидетельствует о повышении уровня латентности умышленных убийств и о неспособности правоохранительных органов в этот период контролировать ситуацию.

68

Как уже указывалось ранее, с начала 90-х годов в г. Москве произошел резкий рост количества преступлений, связанных с применением огнестрельного оружия, а также с его незаконным хранением и ношением. Рост количества преступлений в этот период времени достигал 50% по отношению к пре- дыдущему году. Наибольший пик был достигнут к 1995 году, когда экспер- тами г. Москвы было выполнено 14178 экспертных исследований холодного, огнестрельного, газового оружия и других аналогичных объектов. Начиная с этого момента, количество исследований практически остается примерно на том же уровне с незначительными колебаниями в большую или меньшую сторону. Так, в 1996 году было выполнено 10617 экспертиз и исследований, в 1997 году - 11799, а в 1998 году - 11467. Сравнительные данные показателей работы службы приводятся в таблице №6.

Как видно из приведенных данных, за период с 1995 года по 1998 год экспертами города Москвы и Экспертно-криминалистического управления, в частности, выполнено колоссальное количество экспертных исследований холодного оружия, боеприпасов, а также других объектов, исследование которых относится к компетенции экспертов - баллистов.

Следует отметить особо тот факт, что с 1994 года в г.Москве начала работу Региональная пулегильзотека (РПГТ), которая потребовала дополнительных усилий по осуществлению проверок изымаемого огнестрельного оружия на причастность к совершенным преступлениям. Причем, наибольший пик таких проверок пришелся на 1996 год, когда изъятое в 1995-96 годах оружие проходило проверку на причастность к совершенным преступлениям. Всего в 1996 году в ЭКУ ГУВД г.Москвы было выполнено 2897 проверок огнестрельного оружия, в 1997 году-1790 проверок, а в 1998 г.- 1922. Т.е. после существенного спада проверок в 1997 году, в 1998 году наблюдается некоторый рост количества проверяемого оружия экспертами ЭКУ ГУВД.

Кроме того, в 1998 году баллистами ЭКУ выполнено 736 экспертных исследований, из них 396 экспертиз и 340 исследований, что почти соответ- ствует уровню 1997 года. При росте в 1998 году количества проверок и общем росте массива пуль и гильз в пулегильзотеке имеется, на лицо, рост объема выполненной работы. Причем, количественный рост не ухудшил качества работы. Если в 1997 году экспертными исследованиями установлено 382

69

лица, причастных к совершению преступлений, то в 1998 году уже 415. Из общего количества экспертных исследований выполнено: 133 экспертизы по убийствам и в 27 случаях установлены лица, причастные к совершению этих тяжких преступлений (для сравнения: в 1997 году-76/19).

Как уже было отмечено выше, по региональной пулегильзотеке ГУВД г.Москвы в 1998 году проведено 1922 проверки, из них:

• 993 по конкретным единицам огнестрельного оружия; • • 154 по объектам, изъятым с мест нераскрытых преступлений. • В результате проверок установлено 14 единиц огнестрельного оружия, ранее использовавшегося при совершении преступлений и выполнено 4 объединения уголовных дел. Сравнительные данные показателей работы ЭКУ ГУВД г.Москвы по годам приведены в таблицах №№7-8.

В настоящее время в массив РПГТ помещено 2178 объектов, из них 1484 гильзы и 694 пули всего по 1024 единицам огнестрельного оружия. Из общего числа имеющихся объектов: 1541 (1025 гильзы и 516 пуль) с мест нераскрытых преступлений и 637 (459 гильз и 178 пуль) отстреленных из утраченного оружия (261 единица огнестрельного оружия).

Начиная с 1995 года объекты взрывотехнических исследований по г.Москве в основном по объему изъятия их из незаконного оборота или с мест происшествий оставались на одном уровне, проявив резкую тенденцию к росту лишь в 1999 году.

При этом изъятие следов взрыва имеет устойчивую тенденцию к сокращению, а взрывоопасных объектов с каждым годом изымается все больше (см. таблицу №9).

В определенной степени это объясняется снижением активности ЭКУ по выездам на места взрывов (см. таблицу №10), что в свою очередь является следствием наличия в г. Москве других экспертных учреждений этого про- филя.

70

»

Таблица №6 Показатели работы экспертной службы (ЭКО+ЭКУ) ГУВД г. Москвы за период с 01.01.95 г. по 31.12.98 г.

Виды экспертных исследований 1995 год 1996 год 1997 год 1998 год По холодному оружию 4109 3659 3594 3200 По огнестрельному оружию 3985 3787 4701 4815 По газовому оружию 346 327 414 409 По пулям и гильзам 374473 654 424 455 По боеприпасам 1994 2190 2666 2588 Всего 14178 10617 11799 11467 ‘Высокий показатель объясняется необходимостью постановки на учет пуль и

Таблица №7 Показатели работы отдела баллистических исследований ЭКУ ГУВД г. Москвы за период с 01.01.95 г. по 31.12.98 г.

Виды экспертных исследований 1995 год 1996 год 1997 год 1998 год По холодному оружию 104 115 74 63 По огнестрельному оружию 632 664 410 407 По газовому оружию 56 61 32 44 По пулям и гильзам 258 166 102 114 По боеприпасам 143 172 141 115 Проверки по РПГТ 2707* 2897* 1790 1922 Раскрытия по РПГТ 13 14 8 14 Объединения по РПГТ 7 4 4 4 * Высокие показатели объясняются необходимостью проверки объектов за предыдущие годы.

Таблица №8

Сведения о количестве огнестрельного и холодного оружия, исследованного в ЭКУ ГУВД г. Москвы за 1998 год Вид исследования Огнестрельное оружие Холодное оружие Газовое оружие

Нарезно е L II н остра н но

С ам одельн о в в я

а н

U

о в о,.,..,.. .. И ностран н о И селедован ия 133 26 30 5 11 7 6 14 Экспертизы 153 10 4 0 4 20 16 8 16 Итого 286 36 70 9 31 23 14 30 •

73 Высокий показатель объясняется необходимостью постановки на учет пуль и гильз, изъятых с мест нераскрытых преступлений за предыдущие годы.

?

71

Таблица №9

Сводный обзор

взрыво-технических экспертиз и исследований,

проведенных сотрудниками ЭКУ ГУВД г. Москвы

с 1995года по сентябрь 1999года включительно

Вид исследования 1995 1996 1997 1998 1999 Экспертизы По факту изъятия: -боеприпасов 200 22° 131 259 268 -В В 55 54 68 96 116 -СВУ 17 23 14 16 24 -из них с радио 1 6 6 4 6 По факту взрыва: -боеприпасов 25 24 2 5 4 -СВУ 67 38 17 13 11 Всего экспертиз 364 361 232 389 423 Исследования По факту изъятия: -боеприпасов 194 253 160 321 417 -ВВ 48 49 63 1 -* Л

1 Э Э 207 -СВУ 9 15 10 21 23 -из них с радио 2 2 1 4 5 По факту взрыва: 5 4 0 0 0 Всего исследований 256 321 233 475 647 Общее количество экспертиз и исследований 620 682 465 864 1070 Таблица №10

СТАТИСТИКА

ВЫЕЗДОВСОТРУДНИКОВОТДЕЛА

ВЗРЬПЗОТЕХН1ТЧЕСЮТХИССЛЕДОВАН1ТЙ

ЭКУ ГУВД Г. МОСКВЫ

на осмотрах мест происшествий по фактам взрывов за 1995-1999 год

Количество выездов Год СВУ БП Всего 1995 82 50 140 1996 57 26 92 1997 34 14 52 1998 24 15 45 1999 (по август включительно) 16 6 23

72

Представление о распространенности основных видов оружия по Санкт- Петербургу и Ленинградской области можно получить, обратившись к цифрам его легального оборота74 (см. таблицы №11-12). Из приведенных данных становится очевидно, что только в легальном обороте у гражданского населе- ния Санкт-Петербурга степень вооруженности в период с 1995 по 1998 годы возросла на 24%, а количество лиц, имеющих различные виды гражданского и служебного оружия, за тот же период увеличилось на 16,11%. При этом ос- новной рост вооруженности произошел за счет резкого увеличения количества служебного огнестрельного оружия и охотничьего гладкоствольного, существенно увеличилось количество владельцев газового ствольного оружия.

В Ленинградской области наблюдается совершенно противоположная тенденция. Количество гражданского и служебного оружия сократилось на 27%, при оставшемся практически на том же уровне количестве лиц, имеющих разрешение на хранение и ношение оружия (+2,17%). Однако, при этом на фоне значительного сокращения отдельных категорий оружия: служебного, спортивного огнестрельного и охотничьего гладкоствольного, увеличилось количество газового ствольного оружия, находящегося у граждан.

Определенное влияние на криминогенную обстановку продолжают оказывать случаи утраты оружия, которые в Санкт-Петербурге увеличились с 1995 по 1998 год на 67,29%, а по области на 56,2%. В области, кроме того, на 42,85%) увеличились и случаи хищения гражданского и служебного оружия. Очевидно, что, находясь в незаконном обороте, похищенное и утраченное оружие будет продолжать использоваться в криминальных целях.

В этой связи хотелось бы отметить, что и активность органов лицензи-онно- разрешительной работы так же возросла (см. таблицы №№13,14). Это видно из сравнения количественных показаний по изъятию огнестрельного оружия из неправомерного оборота, которые выросли по Санкт-Петербургу на 57,9%, а по Ленинградской области на 41,25%. Изъятие газового ствольного оружия также выросло на 48,89%, по области - на 40,55%.

Характеризуя относительную распространенность тех или иных видов оружия, используемого при совершении преступлений в Санкт-Петербурге

74 См. подробнее: Отчеты о лицензионно разрешительной работе за 1995 год (Формы I- PC) и за 1998 год. Документ №3326 от 01.09.99г.

73

и Ленинградской области (см. таблицу №15), следует обратить внимание, что для Санкт-Петербурга характерен больший удельный вес короткоствольного оружия (пистолеты, револьверы) среди различных категорий огнестрельного оружия. На втором месте после огнестрельного оружия по степени рас- пространенности стоит холодное оружие. В области примерно в равных про- порциях наиболее распространены пистолеты (револьверы), винтовки (карабины), охотничьи ружья и самодельное огнестрельное оружие. Газовое оружие хоть и используется реже, чем огнестрельное и холодное, но продолжает представлять существенный фактор криминогенное™.

Таблица №11 Сравнительная характеристика правомерной вооруженности гражданскою населения Санкт-Петербурга

1995 г. 1998 г. 1. Зарегистрировано охранно-сыскных предприятий 541 738 1.1. Хранится оружия 1247 3411 1.1.1. Пистолетов ПМ / Служебного 679/0 3/253 1.1.2. Охотничьего гладкоствольного 290 561 1.1.3. Газового ствольного 278 312 1.1.4. Спецсредств 1603 6596 2. Объектов хранения и использования оружия 224 156 2.1. Хранится оружия 6365 6614 2.1.1. Служебного 3301 2401 2.1.2. Спортивного огнестрельного 2993 4116 2.1.3. Охотничьего нарезного 54 52 2.1.4. Охотничьего гладкоствольного 17 45 2.1.5. Газового ствольного 0 0 3. Объектов хранения взрывчатых веществ 5 (1,5 т) 4 (2 т) 4. Состоит на учете лиц, получивших разрешение 111189 132545 4.1. Служебного 3197 2690 4.2. Охотничьего нарезного 2971 3364 4.3. Охотничьего гладкоствольного 67243 66974 4.4. Газового ствольного 41654 59465 4.5. Нарезного 15 52 5.Утрачено / Похищено 155/80 474/9 5.1. Служебного 0/1 3/3 5.2. Спортивного 0/1 0/0 5.3. Охотничьего нарезного 0/0 0/0 5.4. Охотничьего гладкоствольного 58/34 223/3 5.5. Иного огнестрельного 0/0 0/0 5.6. Газового ствольного 97/44 248/5 5.7. ВВ 0/0 0/0 5.8. БП 0/6 0/38

74

Таблица №12

Сравнительная характеристика правомерной вооруженности гражданского населения Ленинградской области

Вид оружия 1995 г. 1998 г. 1. Зарегистрировано охранно-сыскных предприятий 26 37 1.1. Хранится оружия 17 55 1.1.1. Пистолетов ПМ / Служеб1 юго 11/0 0/23 1.1.2. Охотничьего гладкоствольного 6 22 1.1.3. Газового ствольного 0 10 1.1.4. Спецсредств 70 113 2. Объектов хранения и использования оружия 162 111 2.1. Хранится оружия 1943 1374 2.1.1. Служебного 1021 711 2.1.2. Спортивного огнестрельного 908 622 2.1.3. Охотничьего нарезного 8 9 2.1.4. Охотничьего гладкоствольного 6 32 2.1.5. Газового ствольного 0 0 3. Объектов хранения ВВ 20 (681 т) 18 (2710 т) 4. Состоит на учете лиц, получивших оружие 42564 43511 4.1. Служебного 969 1368 4.2. Охотничьего нарезного 701 1005 4.3. Охотничьего гладкоствольного 38201 31238 4.4. Газового ствольного 5453 9898 4.5. Нарезного 0 2 5. Утрачено / Похищено 81/24 185/42 5.1. Служебного 0 0 5.2. Спортивного 0 0 5.3. Охотничьего нарезного 0 0 5.4. Охотничьего гладкоствольного 66/17 139/27 5.5. Иного огнестрельного

0 5.6. Газового ствольного 15/7 46/14 5.7. ВВ 0 0 5.8. БП 0 0/35

75

Таблица №13 Сведения об изъятом и добровольно сданном оружии в Санкт- Петербурге

Изъято Добровольно сдано

1995 1998 1995 1998 1. Огнестрельного оружия

1.1. Автоматического 1111 264175 670 485 1.2. Пистолетов и револьверов 28 38 4 0 1.3. Винтовок, карабинов 269 631 289 33 1.4. Спортивного огнестрельного

1.5. Охотничьего гладкоствольного 88 15 71 1

178 344 258 61 1.6. Охотничьего нарезного 404 1531 47 390 1.7. Самодельного 25 51 0 0 2. Боеприпасов 119 26 1 0 3. Газового ствольного 231420 199495 108656 2532 4. Холодного 370 724 18 315 5. Взрывного (гранат, мин) 128 82 1 2 6. ВВ (кг) 15 9 0 4 7. Гранатометов 477 6 16 0 1

Таблица №14 Сведения об изъятом и добровольно сданном оружии в Ленинградской области

Вид оружия Изъято Добровольно сдано

1995 1998 1995 1998 1. Огнестрельное оружие (ед.) 833 141876 160 314 1.1. Автоматическое И 9 2 0 1.2. Пистолеты, револьверы 70 50 26 14 1.3. Винтовки, карабины 43 42 14 17 1.4. Спортивное огнестрельное 66 89 15 36 1.5. Охотничье гладкоствольное 549 1172 95 242 1.6. Охотничье нарезное 3 11 1 1 1.7. Самодельное 91 45 7 4 2.БП (шт.) 10914 12083 10433 475 3. Газовое ствольное 129 217 1 42 4. Холодное оружие 247 154 0 18 5. Взрывное (гранаты, мины) 50 17 0 2 6. ВВ (кг.) 15 294 0,4 0 7. Гранатометы - 0

0 В том числе зарегистрированного в ЛРР ОВД - 2420 (91,6%).

В том числе зарегистрированного в подразделениях ЛРР ОВД - 933 (65,79%).

76

Таблица №15

Сведения о совершении преступлений с использованием оружия в Санкт-Петербурге и Ленинградской области в 1998 г.

Вид оружия Санкт-Петербург Ленинградская о 1. Огнестрельного 267 84 1.1. Автоматического 2 0 1.2. Пистолеты, револьверы 213 18 1.3. Винтовки, карабины т

J 14 1.4. Спортивного огнестрельного 1 2 1.5. Охотничьего гладкоствольного 17 32 1.6. Охотничьего нарезного 1 1 1.7. Самодельного огнестрельного 19 17 2. Гранатометов 1 0 3. БП и огнестрельного оружия (шт.) 341 337 4. Газового 56 26 5. Холодного оружия 232 87 6. ВУ 6 6 6.1. в т.ч. гранат, мин 4

  1. ВВ (кг.) 2,4 2 Анализ оперативной обстановки показывает, что за 12 месяцев 1998 года в Санкт- Петербурге совершено 43 (-17), а в области 7 (-4) криминальных взрыва. Из них раскрыто 10 (-6). В результате взрывов получили телесные по-

• вреждения 35 (+8) человек, из них 7 (+2) погибло. Произошло 25 (+14) несча стных случаев.

Преступлений, связанных с применением огнестрельного оружия (по линии КМ) совершено 877 (+46). Из них раскрыто 455 (-24).

За незаконное ношение, хранение и сбыт огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ (по линии КМ) зарегистрировано 264 (+4) преступления, из них раскрыто 262 (-37).

По линии борьбы с хищениями огнестрельного оружия совершено 54 (+20) преступления, раскрыто 44 (+13).

При наметившемся снижении криминальных взрывов, особую обеспокоенность вызывает рост числа пострадавших и снижение эффективности

• работы по раскрытию преступлений, связанных с криминальными взрыва ми.

77

Анализ совершенных преступлений, связанных с применением взрывных устройств свидетельствует, что потерпевшими, в основном, являются лица, занимающиеся коммерческой деятельностью, члены различных ОПГ, «должники».

Местами совершения взрывов были:

• автомобили; • • жилые помещения и подъезды домов; ? офисы и магазины; • АЗС.

Для совершения криминальных взрывов в 30% случаев используются штатные взрывные устройства - ручные осколочные гранаты, реже реактивные противотанковые гранаты. В самодельных взрывных устройствах в 56% используются СВУ замедленного действия, в 25% - дистанционно управляемые и в единичных случаях используются «мины-ловушки», работающие в режиме ожидания.

Из взрывчатых веществ чаще используется бризантное вещество на основе тротила, реже - гексогена, пороха и различных пиротехнических сме- сей. В последнее время наблюдается тенденция роста применения в крими- нальных целях радиоуправляемых самодельных взрывных устройств на вы- соком профессиональном уровне с использованием текстовых и цифровых пейджеров, позволяющих инициировать взрыв с любого расстояния от места закладки в пределах его видимости.

Так, в январе 1998 года, под днищем движущейся автомашины «Мерсе-дес- 300», произошел взрыв не установленного взрывного устройства эквивалентом 300 гр. взрывчатого вещества - тротил. В результате взрыва находящийся за рулем владелец данной автомашины Е. получил травматическую ампутацию левой ноги, осколочное ранение правой ноги и левого глаза77.

Изучением личности потерпевшего установлено, что он в 1995-96 годах занимался торговой, посреднической деятельностью, однако каких-либо криминальных связей не имел.

В 1997 году он на контрактной основе играл за одну из хоккейных команд, где руководство клуба предоставило ему отдельную квартиру. В де-

77 Уголовное дело №707106 по ст. 30 - 105 ч. 1 УК РФ.

78

кабре 1997 года Е. был отчислен из команды за не спортивное поведение. Полученную квартиру продал, а вырученные деньги администрации клуба не вернул, что и могло послужить поводом для покушения.

В октябре 1998 г. в парадной одного из домов произошел взрыв СВУ. В результате взрыва с переломами, ушибами и термическими ожогами различ- ных частей тела в тяжелом состоянии госпитализированы: председатель совета директоров одного из банков Санкт-Петербурга, директор фирмы, водитель и охранник.

Повреждены две автомашины, выбиты 3 входных двери в квартирах первого этажа, лифтовые двери и стекла в 160 окнах указанного дома.

С места происшествия изъято: фрагменты металла, полимерного материала, соскоб со следами окопчения, фрагменты осветительного фонаря, окурки, одежда потерпевших и другие объекты.

Возбуждено уголовное дело по ст. 30 - 105 ч. 2 п. «б» УК РФ.

В октябре 1998 года в парадной дома, где расположена Промышленно- энергетическая компания, произошел взрыв СВУ.

Сорвало входную дверь парадной. Пострадали: водитель данного комплекса, который с рваной раной голени правой ноги госпитализирован78.

По одной из версий, взрыв являлся прямым следствием отказа от со- трудничества с фирмами - поставщиками, с которыми ранее наметился раз- лад.

В декабре 1998 года под автомобилем ВАЗ-2103 произошел взрыв не установленного взрывного устройства. Установить принадлежность не пред- ставилось возможным, так как автомобиль полностью уничтожен взрывом.

В результате взрыва пострадали находившиеся в салоне стоявшего рядом автомобиля генеральный директор той же компании, водитель Д. и охранник. С места происшествия изъято: фрагменты а/м ВАЗ-2103, пакет с источником питания, пакет с радиоэлектронным устройством, пакет с фраг- ментами электронной схемы, фрагмент пластмассы зеленого цвета79.

Задержанными и привлеченными к уголовной ответственности за данный вид преступлений обычно являются лица из числа антиобщественного элемента:

78 Уголовное дело №704495 по ст. 167 ч. 2 УК РФ.

79 Уголовное дело №705809 по ст. 30 - 105 ч. 2 п. «а, с» УК РФ.

79

? ранее судимые;

• лица без определенных занятий; • • члены организованных преступных группировок; • • военнослужащие ВС РФ. • Эти преступления тщательно спланированы и подготовлены, расследование и раскрытие таких преступлений значительно осложняется отсутствием свидетельской базы и незначительными вещественными доказательствами.

Следует отметить недостатки в работе по раскрытию криминальных взрывов, характерные для многих подразделений:

• планы работы составляются формально, без учета особенностей со вершенного происшествия, личности потерпевшего;

? выдвинутые версии носят абстрактный, не конкретный характер;

• оперативно-следственные действия в полной мере не документируют ся;

? участие в раскрытии преступления других служб не планируется;

• контроль со стороны руководителей РУВД слабый, выполнение своих указаний ими, как правило, не проверяется.

Состояние следственно-оперативной работы по уголовным и оперативным делам показывает необходимость продолжения внесения конкретных изменений в организацию работы по данному виду преступлений, а именно создание постоянных следственно-оперативных групп.

Много сил и средств территориальных подразделений милиции отвлекается при проверке поступающих анонимных звонков о заминировании, за данный период поступило 368 (-62) заведомо ложных анонимных звонка о заминировании государственных или иных объектов. В 45 случаях хулиганы задержаны и изобличены.

Это приносит огромные материальные и моральные убытки организациям и гражданам.

В 1997 году в суды Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступило 16 уголовных дел по признакам преступлений, предусмотренных ст. ст. 207 и 213 УК РФ. Из них: осуждено с лишением свободы 2 преступника, попали под амнистию и получили лишение свободы условно 5 человек, оштра-

80

фован 1, делопроизводство прекращено, возвращено на доследование и не принято решения в 8 случаях. В 1998 году в суды поступило только 8 уголов- ных дел. Из них ни один преступник не осужден к лишению свободы, в 5 случаях решение не принято. В гражданском порядке ни одна организация, по сведениям федеральных судов, не обратилась с иском о погашении нане- сенного ущерба и упущенной выгоды.

В случае не установления лица, сообщившего о заминировании, существует порочная практика поручения руководителями территориальных под- разделений дальнейшей проверки и принятия решения по материалам опе- руполномоченным УР. Данная порочная практика приводит к тому, что со- трудники УР криминальной милиции отвлекаются от исполнения своих фун- кциональных обязанностей по раскрытию неочевидных преступлений, хотя данные преступления относятся к компетенции милиции общественной бе- зопасности.

В настоящее время решение этой проблемы требует совершенствования технико-криминалистического сопровождения.

Возможности фоноскопической экспертизы не дают желаемого результата по установлению личности анонимщика. Необходимо наличие более совершенной техники и квалифицированных кадров. Данный вопрос нео- днократно обсуждался на совместных рабочих совещаниях с участием пред- ставителей ЭКУ, УСС и А, уголовного розыска ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области и сотрудников УФСБ, и в настоящее время находится в стадии реализации (штатно укреплена фоноскопическая лаборатория, дежурная часть оборудована современной аппаратурой и т.д.).

Из незаконного оборота в 1998 г. изъято 767 единиц огнестрельного оружия, из них: 6 пулеметов, 77 автоматов, 46 винтовок, 228 пистолетов и револьверов, 214 самодельных и переделанных; 3 гранатомета, 139 гранат, 147 мин и снарядов, 109.626 патронов, 138,5 кг взрывчатых веществ, 267 газовых пистолетов, 21 взрывное устройство.

В ходе проводимых проверок, по линиям работы 11 отдела УУР, выявлены недостатки, характерные для многих подразделений:

• слабо ведется совместная работа с другими службами правоохранительных органов;

81

? не отслеживается заполнение следователями учетной документации по возбужденным делам данной категории преступлений, что существенно отражается на статистике;

• несвоевременно производится отчетность по изъятому, добровольно выданному и обнаруженному оружию и боеприпасам; форма отчетности грубо нарушается; • • низкий контроль со стороны руководства подразделений за работой по раскрытию криминальных взрывов. • Несмотря на рекомендации Координационных совещаний при проку- рорах города и области о путях и способах взаимодействия, в настоящее время существует несогласованность действий таможни, пограничников и оперативных подразделений ГУВД. Оперативная информация, факты задержания лиц за контрабанду оружия, боеприпасов до уголовного розыска не доходят.

Существенное влияние на криминогенность обстановки, связанной с незаконным оборотом огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и преступлений, связанных с криминальными взрывами, оказывают недостатки действующего законодательства, а именно, меры, применяемые к преступникам, задержанным с огнестрельным оружием, не соответствуют тяжести совершенного преступления.

Проведенный анализ сложившегося положения по линии незаконного оборота огнестрельного оружия и криминальных взрывов в подразделениях РУВД - ГРОВД, указывает на отсутствие наступательности, требовательности, надлежащего контроля и четкого исполнения приказов, указаний и инструкций МВД - ГУВД.

Учитывая огромную социальную значимость проблемы борьбы с неза- конным оборотом оружия в ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области по итогам за I квартал 2000 года была проведена коллегия, на которой рассматривались вопросы, связанные с использованием оружия, ВВ и ВУ при совершении тяжких преступлений и борьбы с криминальным оборотом оружия, ВВ и ВУ. В ходе подготовки к коллегии был проведен анализ данного направления служебной деятельности за 1999 г. и 4 месяца 2000 г., в ходе которого установлено незначительное снижение в 1999 г. количества поступлений на

82

исследования в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области ог- нестрельного оружия, изымаемого у преступников и с мест преступлений, всего 391 (-34 к АППГ). Однако, несмотря на снижение поступления оружия на исследование, возросло количество преступлений, совершаемых с примене- нием огнестрельного оружия, по которым в ходе осмотра места происшествия изымались и направлялись на исследование стреляные пули и гильзы, всего 222 (+10 к АППГ), что свидетельствует о возросшем количестве применения оружия при совершении преступлений. При этом, уменьшилось количество поступлений на исследования нарезного, всего 323 (-10 к АППГ) огнестрель- ного оружия и количество поступлений гладкоствольного огнестрельного оружия, всего 34 (-24 к АППГ), что свидетельствует о снижении активности органов внутренних дел по изъятию оружия у преступников. При этом, при совершении преступлений, как правило, использовалось нарезное оружие, что свидетельствует о возросшем качестве вооруженности преступников.

За 4 месяца 2000 г. наблюдается тенденция к незначительному снижению количества преступлений с применением огнестрельного оружия, по которым в ходе осмотра места происшествия изымались и направлялись на исследование в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области стре- ляные пули и гильзы, всего 84 (-4 к АППГ). При этом увеличилось количество поступлений огнестрельного оружия на исследование, всего 139 (+11 к АППГ), что может свидетельствовать об активизации органов внутренних дел работы по его изъятию у преступников.

Специалисты взрывотехники ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области в 1999 г. участвовали в осмотре 87 мест преступлений, со- вершенных с применением взрывных устройств (+16 к АППГ). Ими было проведено 417 экспертиз (-14 к АППГ) и 395 исследований (+125 к АППГ), что свидетельствует о росте совершения преступлений общеопасным способом с применением взрывных устройств. За 4 месяца 2000 г. специалисты взрывотехники участвовали в осмотре 22 преступлений, связанных с взрывами (-7 к АППГ). Ими было проведено 178 экспертиз (+57 к АППГ) и 115 исследований (+22 к АППГ), что указывает на активизацию органов внутренних дел по выявлению и изъятию из незаконного оборота взрывных устройств и взрывчатых веществ.

83

По РПГТ в 1999 г. было объединено 13 преступлений и раскрыто 4, за 4 месяца 2000 г. объединено 4 преступления (на уровне прошлого года), дано более 20 рекомендаций о совпадении маркировочных обозначений на гильзах патронов и патронах, изымаемых с мест нераскрытых преступлений, с маркировочными обозначениями на гильзах и патронах, изымаемых с мест иных преступлений и у лиц, задержанных за незаконный оборот оружия и боеприпасов. В целях повышения эффективности работы, направленной на выявление лиц- изготовителей огнестрельного оружия и боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, а также мест их изготовления, повышение качества осмотров мест происшествий по преступлениям, связанным с применением огнестрельного оружия, по профилактике псевдоправомерного оборота оружия в 1999 г. и в первом квартале 2000 г. в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области были подготовлены и направлены в заинтересованные службы ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области и во все РУВД- ГОВД, соответствующие методические рекомендации.

В 2000 году была налажена работа с криминалистическими учетами по маркировочным обозначениям на штатных взрывных устройствах (гранатах, снарядах, минах и т.д.), штатных средствах взрывания (взрывателях), особенностям конструкций самодельных взрывных устройств, а также по характерным признакам конструкций и характерным особенностям подрыва взрывных устройств по результатам осмотров мест взрывов. За 4 месяца 2000 года было подготовлено 15 рекомендаций на объединение 32 уголовных дел. В настоящий момент проводится проверка всех поступающих объектов на предмет установления возможных совпадений каких-либо признаков поступивших объектов с ранее представленными. Помимо этого были под- готовлены и направлены во все заинтересованные подразделения ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области и во все РУВД-ГОВД методические рекомендации по: взаимодействию сотрудников правоохранительных органов при обнаружении взрывных устройств; осмотрам мест происшествий, связанных со взрывами; изъятию следов выстрела и следов взрывчатых веществ; визуальному определению наиболее распространенных взрывчатых веществ.

84

При совершении преступлений с использованием взрывных устройств и взрывчатых веществ наиболее часто применяются ручные осколочные гранаты, что свидетельствует о неудовлетворительной работе по профилактике их хищений из складов вооружения, слабом учете и сохранности в военизированных подразделениях, действующих в «горячих» точках и о неудовлетворительном оперативном перекрытии каналов их поставок преступниками в регион.

Помимо этого, часто используются и самодельные взрывные устройства замедленного действия. В качестве временного замедлителя взрыва ис- пользуются, как правило, огнепроводные шнуры. Местами закладки взрывных устройств, как правило, являются автомобили, подъезды жилых домов и двери квартир или офисов. При должном уровне работы по оперативному перекрытию данных мест, определенную часть совершенных преступлений можно было предотвратить.

Анализ поступлений на исследования в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области изымаемого у подозреваемых оружия и боеприпасов, а также стреляных пуль и гильз с мест преступлений, совершаемых с применением огнестрельного оружия свидетельствует о том, что постоянно имеют место случаи нарушения требований ведомственных приказов и инструкций по своевременной доставке данных объектов в ЭКУ ГУВД для проверки по Региональной и Федеральной пулегильзотекам.

Так, по факту огнестрельного ранения, совершенного 27.02.98г. в Крас- ногвардейском районе, изъятая с места происшествия пуля на исследование в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области поступила лишь 20.09.99г., то есть спустя 1 год и семь месяцев после совершения преступления.

По факту обнаружения двух трупов 20.04.2000г. в городе Выборге, где в ходе осмотра места происшествия были изъяты пистолет, револьвер, 7 гильз и пуля, оружие, гильзы и пуля для проверки по пулегильзотеке поступили более чем через месяц.

По факту обнаружения трупа 27.04.2000г. в лесном массиве, возле 22 км шоссе Выборг - Вещево, в Выборгском районе, в а/м Нива в ходе осмотра места происшествия был изъят пистолет и патроны, которые для проверки

85

по пулегильзотеке в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области также поступили на исследование со значительной (более 1 месяца) задерж- кой.

По факту стрельбы, из хулиганских побуждений, неизвестным лицом 20.04.2000г. в окно одного из домов в Красносельском районе, где в ходе осмотра места происшествия были изъяты 9 гильз от пистолета Макарова. Представление на исследование в ЭКУ ГУВД объектов также затянулось до полутора месяцев.

Не в полной мере выполняется приказ ГУВД Санкт-Петербурга и Ле- нинградской области по предоставлению дактилокарт, отпечатков обуви и фотографий в ЭКУ ГУВД лиц, задержанных с огнестрельным оружием и боеприпасами, для проверки их по криминалистическим учетам, особенно лиц, в отношении которых избирается мера пресечения, не связанная с лише- нием свободы на период следствия и суда.

В настоящее время большое значение при расследовании уголовных дел по заказным убийствам и фактам терроризма имеет фоноскопическая экспертиза. Так, за 1999 год экспертами-фоноскопистами ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области была проведена 131 экспертиза (+ 16% к АППГ), за 4 месяца 2000 года -103 экспертизы (+31% к АППГ). Из них 80 по фактам убийств и 23 по фактам заведомо ложного сообщения об актах терроризма. По объектам, исследованным по 60 уголовным делам, по голосам и речи, были идентифицированы лица, причастные к совершению данных преступлений. Были даны 2 рекомендации об организации производства фоноскопических экспертиз, а также для руководителей предприятий было подготовлено информационное письмо с рекомендациями по организации переговоров с «телефонными террористами», ввиду того, что количество уголовных дел по заведомо ложным сообщениям об актах терроризма, передаваемых по средствам телефонной связи растет из года в год. Однако все фонограммы по данным фактам, записанные с помощью звукозаписывающей аппаратуры, расположенной в дежурных частях многих органов внутренних дел для идентификации не пригодны, по причине невозможности оценить степень искажений, вносимых в звуковой сигнал системой цифровой записи «МАГ-М». Данная система не проходила апробацию ни в ЭКЦ

86

МВД РФ, ни в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

В этой связи следует отметить, что в ГУ ЭКЦ МВД России прошли апробацию ряд систем звукозаписи, из них рекомендовано при оснащении дежурных частей ГУВД и РУ-ГОВД звукозаписывающей техникой, отдавать предпочтение комплексам «Незабудка», производства ТОО «Центр речевых технологий». Следует также отметить, что в 55% случаев поступления ано- нимных звонков в службу 02 о фактах заведомо ложного сообщения об акте терроризма, не удается определить номер телефона, откуда был произведен звонок. Однако, анализ причин такого положения, до настоящего времени, соответствующим образом не производился, хотя предварительный анализ выявил в этой связи негативную роль телефонных компаний.

Наряду с этим, в целях эффективного и оперативного использования голосов анонимов и лиц, представляющих оперативный интерес, возникла насущная потребность вернуться к созданию программно-аппаратного комплекса по хранению, ведению и использованию голосов лиц указанной категории с возможностями предварительного автоматизированного идентификационного исследования по голосу и речи и поиска по ключевым словам.

Определенную проблему в борьбе с данной категорией преступлений представляет и несовершенство методики производства фоноскопических экспертиз. Так, используемая в настоящее время методика «Диалект» пред- писывает экспертам разных специальностей - акустику и лингвисту - прихо- дить к общему выводу, что, на наш взгляд, противоречит ст.80 УПК РСФСР (ст.ст.200 и 201 УПК РФ). Кроме того, по данной методике эксперт не вправе делать вывод на основе анализа одного из уровней языка. В тоже время, при производстве традиционной криминалистической автороведческой экспер- тизы эксперт вправе делать вывод лишь на основе анализа лексико-стилисти- ческих признаков, что также, на наш взгляд, является нонсенсом, который требует незамедлительного методического разрешения.

Продолжают иметь место факты некачественного осмотра места про- исшествия. Так в сводке преступлений за 3 мая 2000 года, указано, что в Ад- миралтейском РУВД, у д.79 по Московскому пр., неизвестный преступник из хулиганских побуждений произвел три выстрела в гр. В. Однако в ходе осмотра места происшествия были изъяты лишь тампон с веществом бурого

87

цвета и одна стреляная гильза. При этом явно вызывает сомнение квалифика- ция преступления (ст.213 УК РФ - хулиганство), так как ЭКУ ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области, проводя проверку по пулегильзотеке с использованием идентификационно-поисковой системы «ТАИС», произвело объединение и установило, что оружие, из которого была выстрелена представленная гильза, также использовалось при совершении убийства гр. Б. в подъезде одного из домов по ул. Маршала Захарова, где были изъяты 3 гильзы (GFL 6,35мм).

В целях повышения оперативности работы региональной пулегильзо-теки (РПГТ) ЗАО «Русприбор» передан в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области идентификационно-поисковая баллистическая сис- тема «ТАИС» для проведения опытной эксплуатации на основе договора о научно-техническом сотрудничестве. В течение года с ее использованием выполнено более 25 идентификационных положительных экспертиз. В массив «ТАИС» введены изображения боковой поверхности более 200 пуль, изъятых со 170 мест происшествий. ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области разработана и издана криминалистическая методика отождествления огнестрельного оружия по следам на стреляных гильзах и пулях, выстреленых из огнестрельного оружия, с использованием «ТАИС»80. Использование «ТАИС» позволит значительно сократить временные затраты на производство идентификационных баллистических экспертиз, повысить эффективность и оперативность проводимых проверок по пулегильзотеке.

Так, в 2000 году по убийству двух сотрудников милиции в Курортном районе Санкт-Петербурга проверкой изъятых пуль и гильз по региональной пулегильзотеке в течение дежурных суток было установлено, что на этом преступлении «заговорил» табельный «ПМ» сотрудника ГИБДД, погибше-

80 См.: Владимиров В.Ю., Бородин В.Н. Отождествление огнестрельного оружия с использованием идентификационно-поисковой баллистической системы «ТАИС» по следам на выстрелянных пулях. Методические рекомендации / Под ред. В.П.Сальникова, В.Г.Петухова. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2000. 120 с; Владимиров В.Ю., Бородин В.Н. Отождествление огнестрельного с использованием идентификационно-поисковой системы «ТАИС» по следам на стреляных гильзах. Методические рекомендации / Под ред. В.П. Сальникова, В.Г. Петухова. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 2000. 88 с.

88

го от пули бандита за месяц до этого на территории Центрального района города.

Это позволило более целенаправленно выдвигать следственные и оперативно- розыскные версии и предопределило дальнейшую эффективность расследования.

Сравнительные показатели поступления на исследования объектов кри- миналистического оружиеведения в экспертно-криминалистическое управ- ление ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области приведены в таб- лицах №№16, 17, 18 и 19.

Таблица №16

Анализ категорий оружия поступавшего на экспертизу и исследование

Огнестрельное оружие Газовое оружие Холодное оружие Пневмат ическое оружие

Всего Нарез ное Сам одел ьное Иност ранное Всего Иност ранное Всего Инос тран ное Самоде льное

408 347 61 47 157 101 139 5 134 11 1996 г. 341 301 40 53 484 451 258 15 243 18 1997 г. 371 333 38 84 483 476 458 30 428 24 1998 г. 357 323 84 58 354 210 569 21 512 15 1999 г. 327 290 62 130 242 152 236 32 157 51 2000 г. Таблица №17

Количество поступивших экспертиз и исследовании Баллистика и холодное оружие Годы

1996 1997 1998 1999 2000 Экспертизы 1608 1911 1892 1602 1324 Исследования 1284 1141 1012 1193 1082

89

Таблица №18

ЭКСПЕРТИЗЫ

(Взрыво-технической лаборатории ЭКУ ГУВД СПб и ЛО за 12 месяцев 1999 года)

Количество

проведенных

экспертиз Процент

от общего

количества

экспертиз Штатные боеприпасы 125 29,4 Самодельные взрывные устройства 19 4,5 Бризантные взрывчатые вещества 84 19,8 Метательные взрывчатые вещества 86 20,2 Пиротехнические изделия и смеси 28 6,6 Объекты, изъятые с мест взрывов 66 15,6 Взрывчатых веществ обнаружено не было 16 3,9 Таблица №19

ИССЛЕДОВАНИЯ

(Взрыво-техническойлаборатории ЭКУГУВДСПби ЛО

за 12 месяцев 1999 года)

Количество проведенных исследований Процент от общег количества проведенных исследований Штатные боеприпасы 102 24,5 Самодельные взрывные устройства 20 4,8 Бризантные взрывчатые вещества 117 28,1 Метательные взрывчатые вещества 43 10,4 Пиротехнические изделия и смеси 54 13,0 Объекты, изъятые с мест взрывов 15 3,6 Взрывчатых веществ обнаружено не было 65 15,6

90

Кроме того, было подготовлено 24 инициативных справки, содержащих розыскную информацию о серийных преступлениях, либо о местонахождении источников приобретения ВВ и ВУ.

Общее количество экспертиз за 12 месяцев 1999 года - 424.

Общее количество исследований за 12 месяцев 1999 года - 416.

За 12 месяцев эксперты-взрывотехники привлекались как специалисты

к осмотрам мест происшествий 89 раз.

Таблица №20 СВОДНЫЙОБЗОР взрывотехнических экспертиз и исследований, проведенных сотрудниками ЭКУГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области с 1997года по 1999год

Вид исследования 1997 1998 1999 Экспертизы

По факту изъятия:

  • штатных боеприпасов 217 205 125
  • взрывчатых веществ 57 73 198
  • самодельных взрывных устройств 69 52 19 По факту взрыва:

  • штатных боеприпасов 28 19 18
  • самодельных взрывных устройств 54 47 48 Всего экспертиз 425 396 424 Исследования

Всего исследований 286 274 416 Общее количество экспертиз и исследований 711 670 840 Криминолого-криминалистический анализ обстоятельств применения оружия при совершении преступлений или анализ уголовных дел и оперативных материалов по преступлениям и иным правонарушениям, совершенным на территории Санкт-Петербурга и области, а также ряда иных регио-

91

нов показывают, что наибольший удельный вес среди преступлений, связан- ных так или иначе с оборотом газового оружия, составляют кражи чужого имущества.

Так, в среднем по городу в 1995г. удельный вес краж чужого имущества среди таких уголовных дел составил 48,7 %, по области, соответственно, 57,1%. Грабежи и разбойные нападения в городе, а также преступления, свя- занные с незаконным оборотом наркотиков и мошенничества составили -по 10,2%. Среди прочих составов, проявление которых было единичным, можно отметить: вымогательство, злоупотребление служебным положением, занятие запрещенной деятельностью и т.д.

Среди лиц, привлеченных к уголовной ответственности в 1995г., действия которых каким-либо образом были связаны с оборотом газового оружия, удельный вес (по городу) краж составил 33,8%, хулиганств - 10,2%, обман потребителей и нарушений в сфере торговли - 13,8%, грабежей - 9,2%, незаконный оборот огнестрельного оружия и боеприпасов - 9,2%, угроза убийством - 3 %, незаконный оборот наркотиков - 7,6%. По области наибольший удельный вес составили факты вымогательств (28,5%) и мошенничеств (42,8%).

Как видно из приведенного анализа, преступники, использующие различные виды газового оружия, проявляют относительно невысокую агрессивность. Оружие ими используется в основном как потенциальное средство «самозащиты», а точнее, как средство активной поддержки своих преступных проявлений. Лицо, намеревающееся совершить преступное деяние и про- воцирующее активное противодействие, а, возможно, пресечение его преступ- ных действий и привлечение к ответственности, таким образом, хочет, во- первых, обезопасить себя, во-вторых, обеспечить доведение преступного умысла до реализации.

При этом следует отметить, что до 1 января 1997 года наличие у граждан ствольного газового оружия, особенно, если имеется официальное разрешение или открытая лицензия, не позволяет эффективно осуществлять меры профилактического воздействия в целях недопущения совершения некото- рыми из них тяжких преступлений, так как обладание, даже незаконное, га- зовым оружием не влекло каких-либо мер уголовно-правового или хотя бы

92

административного принуждения. Иными словами, наличие газового оружия, значительно повышая «боеспособность» субъекта противоправных деяний, нисколько не вредит конспиративности, скрытности, что является существен- ным преимуществом тактического характера по сравнению с преступным использованием огнестрельного и тем более холодного оружия. В практике работы Экспертно-криминалистического отдела Северо-Западного УВД на транспорте имелся факт исследования самодельных дробовых патронов, за- камуфлированных под обычный шумовой патрон к газовому оружию. Пред- ставляется, что в данном случае с криминалистической точки зрения следует говорить о так называемой «фальсификации назначения»81 средства преступ- ной деятельности.

Таким образом, большая распространенность газового оружия в качестве средства совершения преступлений и специфичность преступного кон- тингента позволяют предполагать, что мы имеем дело со своего рода «пас- сивной» (в большинстве случаев), а в случаях переделки ствольного газового оружия под патрон для огнестрельного оружия - с обычной маскировкой преступлений, которая «…преследует цели изменения представления о способе совершения преступления, личности виновного, о назначении объектов- носителей информации и об их круге (подчеркнуто мной - В.В.)»82.

Гр. К., угрожая убийством своей жене, произвел выстрел из газового пистолета в ее сторону, после чего приставил пистолет к ее голове. Жена, защищаясь, ударила мужа ножом, от чего последний скончался.

Отсюда видно, что в отношениях «преступник-жертва» при совершении преступления с использованием оружия возможны инверсии или пере- становки положений, когда потенциальный потерпевший становится преступ-

81 «Под фальсификацией - (от лат. falsificate - подделывать) - понимается подделка, создание ложной информации или ее носителей. Способами сокрытия преступления путем фальсификации служат: заведомо ложные показания; заведомо ложные сообщения; заявление, донос; создание ложных следов и иных вещественных доказательств: полная или частичная подделка документа; подмена, дублирование объектов; частичное уничтожение объекта с целью изменения его внешнего вида, фальсификации назначения {подчеркнуто мной - В.В.) и т.п.» (Белкин Р.С. Криминалистика: Проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. М.: Юрид. лит., 1988. С. 219).

82 См.: Белкин Р.С. Криминалистика: Проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. М.: Юрид. лит., 1988. С. 219.

93

пиком, а преступник - жертвой, что убедительно подтверждается при рассле- довании преступлений по делам, связанным с необходимой обороной и пре- вышением ее пределов83.

B.C. Бурданова и В.М. Быков, раскрывая значение виктимологическо-го анализа50, подчеркивают, что он « …по ряду аналогичных преступлений дает возможность установить или обоснованно предположить существование невыявленных потерпевших, подвергшихся посягательствам со стороны одного и того же преступника (преступников)»84.

С учетом специфичности контингента, использующего газовое оружие в преступных целях, мы, вероятно, можем говорить о наличии несколько иной зависимости: лица, получающие открытые лицензии на владение газовым (ствольным) оружием, видят в себе потенциальных «потерпевших», что за- частую связано с их нелегальной или даже явно преступной деятельностью. Это обстоятельство может оказать определенную вспомогательную роль при выдвижении следственных версий и планировании расследования.

Наиболее криминогенная категория при совершении таких преступлений - это лица мужского пола (77% по городу и 71,5% по области) в возрасте 30-49 лет (33,8%), 18-24 лет (26%) и 25-29 лет (20%) по городу и 24-29 лет (57%) в области.

Газовое оружие применялось в отношении лиц различных возрастных групп. Самому младшему на момент получения повреждений было 11 месяцев, а самому старшему 82 года. Большинство потерпевших входили в возрастные группы от 21 до 30 лет (30,3%) и от 31 до 40 лет (25,8%). Соотноше-

83 См.: Бурданова B.C., Быков В.М. Виктимологические аспекты криминалистики. Ташкент, 1981. С. 3.

84 «Под виктимологическим анализом понимается планомерная и целенаправленная деятельность следователя по собиранию, исследованию и оценке данных о личности потерпевшего, его связях, особенностях поведения, отношениях с преступником, роли в совершении преступления в целях использования полученных результатов для определения наиболее эффективных тактических приемов следственных и розыскных действий, проводимых с участием потерпевшего или без него, а так же выполнения иных задач расследования, обеспечивающих законное и обоснованное разрешение уголовного дела» (Бурданова B.C., Быков В.М. Виктимологические аспекты криминалистики. Ташкент, 1981. С. 4).

85 Бурданова B.C., Быков В.М. Виктимологические аспекты криминалистики. Ташкент, 1981. С. 9.

94

ние между лицами мужского и женского пола составило, соответственно, 70%> и 30%.

Многие происшествия с применением газового оружия самообороны имели место в вечернее (37,4%) и ночное время (22,3%). Наиболее «благопо- лучным» было утреннее (5,9%) и дневное (18,2%) время суток.

Газовое оружие применялось одинаково часто как на улице, так и в помещении. Наиболее часто местом происшествия становились подъезды зданий, кабины лифтов, а также комнаты общежитий.

В 40,9% случаев нанесение повреждений, полученных при использовании газового оружия, сочетались с причинением тупой или острой травмы, а в единичных случаях - с механической асфиксацией от сдавления органов шеи петлей.

Наиболее часто происшествия происходили в пятницу и субботу, реже - в другие дни недели.

Анализ фактов применения газового оружия показал, что в качестве оружия самообороны оно применялось 5 раз, с целью разбоя и грабежа при- менялось в 48 случаях, с целью проникновения в квартиры граждан - в 23 случаях, с целью оказания сопротивления работникам милиции и ВОХР - в 39 случаях. Наиболее часто газовое оружие применялось из хулиганских побуждений.

Структура профессиональной принадлежности потерпевших оказалась следующей: рабочие - 32%, служащие - 28%, не работающие -15%, студенты и учащиеся школ и ПТУ - 12%, руководители предприятий и организаций -8%, пенсионеры - 5%.

По данным судебно-медицинской службы Ленинградской области, ог- нестрельное оружие было использовано в 1998 году в 12,85%) случаев убийств, а в 1999 г. - уже в 19,84% случаев. В большинстве случаев это лица мужского пола (50%-76%о) в возрасте от 21 до 30 лет (37,2%). Наибольшее количество убийств было совершено в понедельник (30%), местом совершения в равных пропорциях (20-23%о) в основном являлись улицы, квартиры и больницы.

С помощью холодного оружия или аналогичных предметов, приспо- собленных или использованных в этих целях, в 1998 году совершалось 82,85%о убийств, а в 1999 г. -лишь 73%. При этом потерпевшими в основном (72,1%)

95

были мужчины. Наиболее криминогенной возрастной категории (20%) были люди в возрасте от 21 до 30 лет. Чаще всего (50%) убийства происходили в квартирах.

Анализом архивных материалов судебно-медицинской службы Санкт- Петербурга86 удалось выявить внутриструктурные соотношения по видам травм, установленным судебно-медицинским исследованием трупов и живых лиц за 1998 год.

От общего количества трупов с признаками насильственной смерти - 6365, случаи причинения повреждений с помощью оружия или какого-либо орудия составили 1627 (25,56%). К числу таких случаев нами были условно отнесены травмы, причиненные тупым предметом (45,42%), травмы, причи- ненные острым предметом (23,9%), рубящим предметом (0,79%), случаи взрывной травмы (0,79%), повреждения, причиненные огнестрельным оружием (12,59%) и химические ожоги (0,18%). При этом среди огнестрельных повреждений пулевые составили 87,8%, дробовые - 11,2%, прочие (газовое и сигнальное оружие) - 0,97%.

От общего количества травм, выявленных в ходе судебно-медицинского исследования живых лиц (12946), травмы, причиненные тупым предметом составили (79,8%), острым предметом (9,36%), огнестрельным оружием (0,99%), химическим реагентом (0,4%). При этом в каждой из упомянутых групп бытовые травмы составили от 94,8% (острым предметом) до 99,3% (тупым предметом). Последнее обстоятельство лишний раз подтверждает насколько мудр законодатель, когда устанавливает ограничения на оборот различных видов оружия, в том числе - холодного.

А ранее упомянутые соотношения, иллюстрирующие значительный удельный вес травм, причиненных тупыми и острыми предметами, освежают в памяти знаменитое изречение из кинофильма «Белое солнце пустыни»: «Кинжал хорош у того, у кого он окажется в трудную минуту». Конечно, причинить ударно-раздробляющее или колото-резаное повреждение можно и многими предметами и устройствами, имеющими производственное и хозяйственно-бытовое назначение. Однако, повреждения, причиненные холод-

86 Судебно-медицинская служба Санкт-Петербурга. Документ № 654 от 30.08.99г. Статистические данные по орудиям травмы в случаях убийств за первые полугодия 1998 и 1999 годов.

96

ным оружием, несомненно, в общей своей массе будут тяжелее и, самое глав- ное, распространенность этих видов оружия будет способствовать росту со- ответствующего травматизма.

§2. Организационно-правовые основы криминалистического исследования наиболее криминализированных видов оружия

Как показывает практика, должная оценка общественно - опасных свойств газового оружия, даже применительно к конкретным уголовно-пра- вовым отношениям, а также объективно существующим криминалистическим признакам этого оружия до настоящего не давалась как должностными лицами правоприменительных органов, так и специалистами судебно-экспер- тных учреждений различных ведомств.

Колпинский федеральный суд г. Санкт-Петербурга, рассмотрев уголовное дело по обвинению гр. Ж., постановил «направить уголовное дело №1-89 по обвинению Ж. в совершении преступления, предусмотренного ст.206 ч.1 УК РСФСР, для производства дополнительного расследования…». Суд обосновал свое решение следующим образом:

«Выслушав прокурора, исследовав материалы дела, суд находит ходатайство обоснованным и подлежащим удовлетворению, поскольку, как видно из материалов дела, при задержании Ж. … у него был изъят газовый пистолет, который он применял, приставляя к спине гр. М… .(подчеркнуто мной - В.В.), применял его в автобусе, произведя выстрел, то есть в действиях Ж. усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч.З ст.206 УК РСФСР, как злостное хулиганство с применением оружия». С учетом практики по аналогичным уголовным делам очевидно, что при выстрелах в упор из ствольного газового оружия возможно причинение тяжких телесных и даже смертельных повреждений, то есть реальность угрозы в отношении гр. М. вполне очевидна. Однако следователь Колпинского РУВД, получив дело для производства дополнительного расследования, выносит «Постановление о прекращении уголовного дела в связи с передачей его в товарищеский суд» (ст.7 УПК РСФСР), которое было затем утверждено начальником следствен- ного отдела и прокурором района со следующим обоснованием: «Принимая

97

во внимание, что газовый пистолет не предназначен для поражения живой цели (подчеркнуто мной. - В. В.), то есть не относится к огнестрельному оружию, как и трактуется в ч.З ст. 206 УК РСФСР…». Однако ч.З ст.206 УК РСФСР предусматривает не только применение огнестрельного и холодного оружия, но и « … других предметов, специально приспособленных для нанесения телесных повреждений», а ст. 1 Закона РФ «Об оружии», гласит: «Газовое оружие - это оружие, предназначенное для временного поражения живой цели (подчеркнуто мной. - В.В.)…», поэтому можно констатировать, что закон в данном случае был применен с точностью до наоборот.

В течение 1994-1995 гг. устойчивая преступная группа в составе Г., 3., Д. и С. совершила более 50 эпизодов краж, грабежей и разбоев на территории Ленинградской области и Санкт-Петербурга с применением трех газовых пистолетов, ножей и других орудий преступления. Уголовные дела, длительное время оставаясь нераскрытыми, находились в производстве различных горрайорганов внутренних дел. Приняв уголовное дело к своему производству, следователь военной прокуратуры Санкт-Петербургского гарнизона, изучая материалы уголовных дел по ст.ст. 77, 144, 146, 218 УК РСФСР и другим, не смог обнаружить никаких следов двух газовых пистолетов, а третий пистолет в ходе трудоемких поисков был обнаружен в разобранном и небоеспособном виде и криминалистическому исследованию не подвергался. Чем, если не полнейшим пренебрежением к газовому оружию, как к средству совершения преступления, можно объяснить такую ситуацию. При этом следует учитывать, что ствольное газовое оружие часто переделывается для стрельбы боевыми патронами, гильзы которых изымаются с мест нераскрытых преступлений и должны помещаться в федеральную пулегильзотеку. Согласно п.4.2.1.2 «Наставления по формированию и ведению централизо- ванных оперативно-справочных, розыскных и криминалистических учетов, экспертно-криминалистических коллекций и картотек органов внутренних дел Российской Федерации», в Федеральную пулегильзотеку ставятся на учет пули и гильзы, изъятые с мест преступлений, со следами любого оружия,«… кроме стреляных в охотничьем гладкоствольном оружии.» Еще более определенно звучит соответствующий пункт этого же наставления «проверке по пулегильзотеке подлежит изъятое, найденное и добровольно сданное нарез-

98

ное огнестрельное оружие, а также гладкоствольное оружие, самодельно изготовленное или переделанное под патрон для нарезного оружия». Таким образом, по данному делу в обязательном порядке необходимо было исследовать изъятое у преступников ствольное газовое оружие, в том числе ствол разукомплектованного образца, и в случае установления факта переделки проверять его по соответствующим криминалистическим учетам.

18.10.95 г. на Московском шоссе Санкт-Петербурга сотрудникам ГАИ у гр. К. изъят газовый револьвер и 5 патронов. В ходе криминалистического исследования было установлено, что изъятый револьвер «….является 9 мм, гладкоствольным, короткоствольным 5- зарядным газо-дробовым револьвером…, относится к категории огнестрельного оружия…», патроны «.. .являются дробовыми … к огнестрельному оружию…». Однако, гр. К. предъявил разрешение, выданное ОЛРР Фрунзенского РУВД Санкт-Петербурга. Проверкой было установлено, что «.. .регистрировалось вышеперечисленное ору- жие районными подразделениями правомерно на основании ранее действующих законодательных актов, регламентирующих работу по обороту газового оружия самообороны, газовые пистолеты и револьверы зарубежного производства, приобретенные до принятия Постановления Совета Министров - Правительства РФ №109 от 11.02.93г., регистрировалось без выяснения источников их приобретения и наличия сертификата» (Справка ОЛРР СМОБ ГУВД Санкт-Петербурга и области от 26.01.96 г.).

В связи с изменением уголовного законодательства и разработкой со- ответствующего методического обеспечения, чему в немалой степени спо- собствовали ранние работы автора настоящего исследования, эти проблемы по большей части разрешены.

Однако, до настоящего времени во многих случаях в ходе судебно- экспертных исследований различных видов оружия продолжают возникать коллизии как правового, так и методического порядка: совершенно не решен вопрос об ответственности за незаконный оборот применительно к ножам бытового, хозяйственного и иного назначения, оборот которых разрешен на территории РФ и не связаны какими-либо ограничениями. Отсутствует какая-либо ответственность за незаконный оборот пневматического оружия, даже в тех случаях, когда кинетическая энергия выстреленного снаряда превышает минимальную удельную

99

кинетическую энергию, принятую в судебно-баллистической экспертизе. В ряде случаев с экспертно-криминалистических позиций к той или иной категории оружия могут быть отнесены объекты, сертифицированные в качестве предметов хозяйственно-бытового назначения.

Наиболее типичным можно считать следующие ситуации:

  1. В отношении «сигнального» оружия: ТОЗ-101С, РС-31.

Конструктивные особенности данных револьверов позволяют производить из них полноценную стрельбу и газовыми патронами, калибра 5,6 мм, кольцевого воспламенения.

Поэтому с криминалистических позиций данный револьвер, должен быть отнесен к категории сигнально-газового оружия, то есть оружия комбини- рованногодействия.

Данная коллизия объясняется тем, что револьвер ТОЗ-101С был серти- фицирован как сигнальный в 1996 году. Однако, при этом указывалось, что из него возможна стрельба и газовыми патронами, а уголовная ответственность за незаконное приобретение, сбыт или ношение газового оружия, была установлена лишь в новом Уголовном кодексе, вступившем в законную силу с 1.01.97 г. (ч.4 ст.222 УК РФ).

В связи с этим, данный револьвер должен быть или запрещен к обороту на территории РФ без соответствующего разрешения, то есть изменена его сертификационная категория, или завод изготовитель должен внести в его конструкцию изменения, исключающие возможность стрельбы из него газо- выми патронами.

  1. В отношении «газового» оружия: РГ-89, калибра 9 мм.

Конструктивные особенности данного револьвера и недостаточно вы- раженный предохранительный выступ в канале ствола, позволяют производить из него полноценную стрельбу дробовыми патронами, калибра 9 мм, центрального боя.

Поэтому, с криминалистической позиции, данный револьвер должен быть отнесен к категории короткоствольного оружия, комбинированного действия: огнестрельно-газового.

Данная коллизия объясняется тем, что при сертификации данного образца газового оружия, изготовитель исключил возможность стрельбы из

100

него пулевыми патронами, но не исключил возможность стрельбы из него дробовыми патронами.

В связи с этим, данный револьвер должен быть запрещен к обороту на территории Российской Федерации, или завод-изготовитель должен внести в его конструкцию изменения, исключающие возможность стрельбы из него дробовыми патронами.

  1. В отношении холодного оружия - охотничьего ножа специального назначения фирмы «Нелле», производства Норвегии, (протокол сертифици- рованных криминалистических испытаний (ПСКИ) №862-2И-40 от 19.03.95г.

Согласно №862-2И-40 от 19.03.95г., этот нож является охотничьим ножом специального назначения и не относится к гражданскому холодному оружию.

Однако, согласно существующей методике исследования холодного оружия, изложенной в криминалистической литературе (Тихомиров Е.Н. Криминалистическая экспертиза холодного оружия. Барнаул, 1987; Устинов А.И. Холодное оружие и бытовые ножи. М, 1978), по своим параметрам и свойствам данный нож является охотничьим ножом общего назначения и относится к холодному оружию.

Данная коллизия объясняется тем, что при сертификации данного ножа была установлена низкая твердость клинка, равная 7,2 роквеллам. Между тем, в соответствии со справочным пособием «Ножи мира» (Жан Ноэль Муре. М., 1995), клинок данного ножа изготавливается из трехслойной стали. Твердый слой, образующий режущую кромку, расположен между двумя слоями менее твердых слоев, и клинок в целом обладает достаточной прочностью, необходимой для охотничьего холодного оружия, что подтверждено экспер- тной практикой.

В связи с этим, данный нож должен быть или запрещен к обороту на территории РФ, либо должна быть изменена его сертификационная категория (отнесен к охотничьему холодному оружию), или фирма изготовитель должна внести в его конструкцию изменения, исключающие его относимость к категории холодного оружия.

Вышеперечисленные примеры, не являются исчерпывающими и могут служить в качестве основополагающих, для объективной экспертной оценки

101

иных подобных объектов криминалистического исследования.

В наших более ранних работах указывалось, что в последние годы проявилась и прочно укореннилась проблема так называемого «псевдоправомерного» оборота оружия87.

Эта проблема существует и периодически проявляется применительно ко всем видам оружия. Так, пистолет ИЖ-70 под патрон к пистолету Макарова, именовался до 1996 года -спортивно - охотничьим, что позволяло весьма расширительно толковать сферу его использования. Лишь благодаря прин- ципиальности и профессионализму сотрудников ЭКУ ГУВД Санкт-Петер- бурга и Ленинградской области его сертификационная категория была из- менена на спортивное оружие, что значительно сузило круг его оборота и снизило вероятность криминального использования.

Однако, справедливости ради, следует отметить, что такого положения дел, как с холодным оружием, отечественные производители и продавцы с легкой руки некоторых правоведов не допустили ни по отношению ни к какому другому виду оружия.

Для того, чтобы понять всю глубину, остроту и концептуальную сущность проблемы, предваряя раскрытие причин этого явления, достаточно привести ссылки на отдельные публикации.

Некто И. Скрылев, активно пропагандируя на страницах отечествен- ной периодической печати продукцию завода «Capo», расположенного в г.Ворсма Нижнегородской области, отмечает, что наконец появившийся термин «туристический нож»88 и соответствующая ему продукция позволяют отечественному покупателю приобретать, носить и использовать эффективные средства самообороны, предназначенные для нанесения колюще-режущих ударов, но которое он относит «к изделиям, формально (подчеркнуто мной - В.В.) не являющимся холодным оружием, которые может купить любой желающий»89.

87 Термин предложен автором. См. подробнее: Владимиров В.Ю. Криминализация оборота газового оружия (уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты). Монография. СПб.: Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1996.204 с.

кх Кстати, этот термин известен криминалистам давно.

89 См. подробнее: Скрылев И. Возьми с собой и не бойся // Оружие. Научно- популярный иллюстрированный журнал. №2. 2000. М., 2000. С. 45-48.

102

Вот выборочные характеристики, даваемые И.Скрылевым некоторым ножам, выпускаемым на этом заводе.

«Первым ножом туристического класса стала простенькая «Тундра», выполненная в стиле финского ножа». Далее, применительно к ножам «Егерь-1» и «Егерь-2» - «нож с упрощенной рукояткой, обмотанной веревкой, можно использовать в качестве метательного (подчеркнуто мной -В.В.)». Достаточно упомянуть, что функция метания никогда не была бытовой, если, конечно, не относить к быту ведение охоты (как у финнов и народов Севера) или войны (как у некоторых других воинственных народностей).

Применительно к конструкции ножа «Лис-2», И. Скрылев указывает «…плоская форма и конструкция ножен допускает его скрытое ношение». Комментарий тот же. Кстати, один вариант ножен, по утверждению автора, достался этому ножу «… от метательного ножа «Оса», того же завода. И итоговая характеристика этого изделия: « Несмотря на то, что официально этот нож - не оружие, он активно используется в боевых действиях на Кавказе в качестве вспомогательного, метательного, ножа последнего шанса».

Характеризуя нож «Хантер», И. Скрылев утверждает, что «фактически это гражданская модификация боевого ножа …». Нож популярен из-за клинка, «…обладающего прекрасной проникающей способностью». Эту серию ножей он называет «полубоевыми», приводит примеры ножей с клинками «кинжального типа» (хорошее хозяйственно-бытовое изделие - В.В.).

Нож «Клык-1» популяризатор псевдоправомерного оборота холодного оружия характеризует, как очень удобный «… в качестве оружия в стес- ненных условиях».

Ножи «Хамелеон» и «Коготь» позволяют «…иметь самые различные варианты хвата ножа, удобные как для боя, так и для работы». Нож «Овод» можно носить «практически незаметно на поясе, и даже не обнаруживается металлоискателями» (это чтобы можно было пронести через КП в аэропорту и т.д. - примечание мое - В.В.), « в основном рассчитан на использование в качестве средства самообороны».

Далее И.Скрылев дает рекомендацию: «Прежде всего, при покупке тре- буйте копию акта ЭКЦ МВД о том, что купленный вами нож - не оружие», «и не поддавайтесь на угрозы завести уголовное дело «по факту ношения

103

холодного оружия». Я не привожу еще более хлесткие комментарии в адрес работников милиции, имеющиеся в этой статье. По сути, они напоминают публицистический «плевок» в лицо МВД.

В другой своей работе И. Скрыл ев, на наш взгляд, находит объективную причину появления нового подвида « городского оружия»90.

Он характеризует это клинковое оружие следующими признаками:

• возможность быстрого приведения оружия в боевую готовность, особенно в состоянии стресса, «внезапное использование»; • • уменьшенные габариты (например, форма клинка, уменьшенная до 90 мм, чтобы иметь возможность увеличить толщину клинка до 3,5 -4 мм и при этом не выйти за рамки закона)91; • • возможность метания «на манер сюрикена»; • • возможность скрытого ношения, « в самых неожиданных местах: на обшлаге рукава, на ноге или закрепить на обратной стороне галстука»; • • маскировка «под различные безобидные предметы». Резюмирует свое «исследование» провайдер холодного оружия нового

типа следующим образом: «Как мы видим, современные конструкции и технологии позволяют иметь надежное портативное оружие (подчеркнуто мной - В.В.), которое можно постоянно носить с собой, не нарушая закона об оружии»92.

Вот тут то автор явно погрешил, потрафив отечественным производителям и научно-техническиму прогрессу.

Объективно такое положение дел стало возможно лишь при наличии ущербного законодательства, регламентирующего оборот гражданского и служебного оружия, и отсутствия комплексного подхода к разработке мето- дики судебно-экспертного исследования холодного оружия. Технократичес- кий подход к совершенствованию методики криминалистического исследо- вания холодного оружия, выразившийся в распространении статуса судебно- экспертной методики на методику сертификационных испытаний холодного оружия, основное предназначение которой - защита прав потребителя

90 См. подробнее: Скрылев И. Нож для каменных джунглей // Мастер ружье. Ежемесячный журнал. № 34/35. Изд. ООО «Витрал», 1999. С. 54-59.

91 Там же. С. 57.

42 См.: Там же. С. 59.

104

от вероятности приобретения не качественного изделия, и привели к смеше- нию понятий и дали возможность ничем не гнушающимся людям ввести в псевдоправомерный оборот огромное количество изделий, имеющих все признаки холодного оружия. Первопричина этого явления, естественно, носит чисто экономический характер.

В связи с создавшимся положением 25 марта 1998 года данный вопрос был рассмотрен на совещании при начальнике ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, где было принято следующее решение: учитывая то обстоятельство, что в «Сборнике информационных листков холодного (метательного) оружия и предметов хозяйственно-бытового назначения, сходных с ним, прошедших сертификационные криминалистические испы- тания в 1994 - 1995 гг.»93 нет прямых указаний на использование опублико- ванной в сборнике «Методики испытаний гражданского холодного (метательного) оружия на соответствие криминалистическим требованиям» в качестве обязательной при производстве судебных экспертиз, данную методику в судебно-экспертной деятельности до получения официальных разъяснений из ГУ ЭКЦ МВД России на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области не применять.

Данное решение после изучения всех имеющихся материалов было еди- ногласно поддержано на заседании межведомственного совета по проблемам судебно-экспертной деятельности при Прокуроре Санкт-Петербурга, и соответствующий запрос направлен в ГУ ЭКЦ МВД России, откуда был получен ответ, суть которого сводилась к следующему: «На Ваш запрос (исх. №5\1-1364 от 03.04.1998г.) сообщаю, что «Методика испытаний гражданского холодного (метательного) оружия на соответствие криминалистическим требованиям».. .уже не действует.

В настоящее время создан авторский коллектив специалистов ЭКЦ МВД России и РФ ЦСЭ при Минюсте России, которым осуществляется разработка единой (для экспертов и специалистов экспертно- криминалистических подразделений органов внутренних дел и экспертных учреждений Минюста

93 См. подробнее: Астапов А.Н., Герасимов. Сборник информационных листков холодного (метательного) оружия и предметов хозяйственно-бытового назначения, сходных с ним, прошедших сертификационные криминалистические испытания в 1994- 1995 г.г. М.: ЭКЦ МВД России, 1996. С. 232.

105

России) криминалистической экспертной методики исследования холодного оружия»94

Таким образом, проблема казалось, была решена. Однако, новая методика, утвержденная Федеральным межведомственным координационно-ме- тодическим советом по проблемам экспертных исследований (протокол №5 от 18.11.1998г.) в предложенной редакции также потребовала разъяснений.

Тем не менее, вклад экспертно-криминалистической службы Санкт-Пе- тербурга и Ленинградской области в борьбу с незаконным или псевдоправо- мерным оборотом клинкового и метательного холодного оружия возрос. Количество выполненных экспертиз и исследований по сравнению с 1996 годом к 1999 году выросло в 4,09 раза.

В настоящее время экспертно-криминалистическим управлением и уп- равлением лицензионно-разрешительной работы ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области проводятся совместные оперативно- профилактические мероприятия, от которых ожидается весьма позитивный эффект, что позволит, на наш взгляд, выявить ряд конкретных причин, способствующих незаконному обороту различных видов оружия, и выработать целенаправленные меры по их устранению.

Руководителям ЭКО, например, поставлены задачи отработать опуб- ликованную И. Скрылевым информацию и проанализировать экспертную практику, ответив на такие животрепещущие вопросы:

  1. Имели ли место в 1999-2000 годах факты криминалистического ис- следования перечисленных или подобных им видов оружия и сколько?
  2. Каков характер выдаваемых экспертами заключений (краткая фор- мулировка выводов)?
  3. Какие принимались меры уголовно-правового или предупредительно- профилактического характера и кем?
  4. Результаты проведенного анализа, несомненно, позволят действовать более целеустремленно и продуктивно как милиции общественной безопасности, так и криминальной милиции и следователям.

94 См. подробнее: Теория и практика криминалистического оружиеведения. Материалы научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 21 апреля 1998 года/Под.ред. В.П.Сальникова, А.И.Александрова, В.Ю.Владимирова. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1998. С. 196.

106

В заключение хотелось бы отметить, что псевдоправомерный оборот холодного оружия социально опасен не только и не столько сам по себе, он создает нежелательный фон прецедентного характера, который позволяет периодически вводить в псевдоправомерный оборот другие виды оружия и прежде всего, огнестрельное нарезное и газовое. Именно поэтому борьба с псевдоправомерным оборотом различных видов оружия должна вестись комплексно, дабы своевременно пресекать тот правовой и методический беспредел, который не позволяет государству контролировать уровень вооруженности гражданского населения страны.

По данным Информационного центра ГУВД Санкт-Петербурга и Ле- нинградской области за 6 месяцев 2000 года в регионе зарегистрировано 50220 преступлений линии по криминальной милиции. Темпы снижения составили 14,4%. Общая раскрываемость этих преступлений понизилась по Санкт-Пе- тербургу на 0,2%, составив 66%, по Ленинградской области на 0,2%, составив 67,1% Преступлений, связанных с незаконным оборотом и применением оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, расследо- ванных следователями следственных подразделений при ГУВД зарегистри- ровано 461, те 0,9% от общего числа зарегистрированных преступлений линии криминальной милиции. По сравнению с аналогичным периодом прошлого года число этих преступлений уменьшилось на 71 или на 13,4%

Раздельный анализ преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, и преступлений, связанных с их незаконным применением, показал, что число преступлений по незаконному обороту этих объектов (ст.ст. 222-226 УК РФ) составило по Санкт- Петербургу 164, увеличившись на 6,5%. При этом раскрываемость их снизилась на 1,1%, составив 94,2%. По Ленинградской области число этих преступлений составило 212, увеличившись на 26,2%. Раскрываемость снизилась на 2,1%, составив 97,6%.

Число преступлений, связанных с незаконным применением оружия, (ст.ст. 111, 162 ч.ч. 2,3, 163, 166 ч.4, 213 ч. 3 УК РФ) сократилось по Санкт-Петербургу на 61,6%, составив 66. При этом раскрываемость этих преступлений составила 55,9%, улучшившись по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 19,2%. По Ленинградской области число этих пре-

107

ступлений составило 19, сократившись на 50%. При этом раскрываемость их улучшилась на 15,6%, составив 74,1%.

Таким образом, изъятие из преступного оборота значительного коли- чества оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ, взрывных устройств в определенной степени обусловило сокращение числа преступлений с их применением и повышение раскрываемости. Вместе с тем, сложившаяся ситуация заставляет преступников компенсировать недостаток вооружения его незаконным изготовлением. Промышленно-сырьевая база Санкт-Петербурга, наличие безработных квалифицированных кадров облегчают задачу преступников. Этим объясняется более высокий рост по Санкт-Петербургу преступлений, предусмотренных ст. 223 УК РФ. Из-за ненадлежащего хранения оружия в Ленинградской области произошел рост преступлений, предусмотренных ст.ст. 224 и 226 УК РФ.

Основные показатели следственной работы по делам этой категории характеризуются следующим образом.

За 6 месяцев 2000 года в производстве следственных подразделений при ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области находилось всего 277 уголовных дел, связанных с незаконным оборотом и применением огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, что составило 0,43% от общего числа уголовных дел, находившихся в производстве. По сравнению с аналогичным периодом прошлого гола число этих дел сократилось на 110 или на 36,1%. При этом число дел, связанных с незаконным оборотом, составило 168 , увеличившись по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 7 дел. Число уголовных дел, связанных с применением оружия, составило 109, уменьшившись по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 117 уголовных дел.

Из них по ст. 222 УК РФ -136 уголовных дел, из которых 66 направлено в суд с обвинительным заключением. 20 уголовных дел прекращено по реабилитирующим основаниям, 33 - по нереабилитирующим основаниям, по п.1 ст. 195 УПК РСФСР приостановлено 1 уголовное дело, по п.2 - 8, по п. 3 -8 уголовных дел.

По ст. 223 УК РФ -15 уголовных дел, из которых 2 направлено в суд с обвинительным заключением, 4 прекращено по реабилитирующим основа-

108

ниям, 3 - по нереабилитирующим основаниям, по п.п. 1,2. ст. 195 УПК РСФСР дела этой категории не приостанавливались, по п.З ст. 195 УПК РСФСР приостановлено 6 уголовных дел.

По ст. 224 УК РФ -1 уголовное дело, которое было прекращено по не- реабилитирующим основаниям.

По ст. 225 УК РФ уголовных дел в производстве не было

По ст. 226 УК РФ - 16 уголовных дел, из которых 5 направлено в суд, 1 прекращено по реабилитирующим основаниям, 8 приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР, по п.2 ст. 195 УПК РСФСР - 1 дело, по п.1 ст. 195 УПК РСФСР уголовные дела указанной категории не приостанавливались, 1 дело находится в производстве.

По ст. 111 УК РФ - 5 уголовных дел, из которых 3 направлено в суд и 2 приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР. Дела указанной категории не прекращались и по п.п. 1,2 ст. 195 УПК РСФСР не приостанавливались.

По ст. 163 УК РФ - 2 уголовных дела, из которых 1 направлено в суд, 1 находится в производстве.

По ст. 162 ч.ч. 2, 3 УК РФ - 63 уголовных дела, из которых 30 направле- но в суд, 1 прекращено по реабилитирующим основаниям, 1 дело приостановлено по п.1 ст. 195 УПК РСФСР, 2 дела приостановлены по п.2 ст. 195 УПК РСФСР, 29 дел приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР.

По ст. 166 ч.4 УК РФ - 2 уголовных дела, из которых 1 направлено в суд, 1 приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР.

По ст. 213 ч.З УК РФ - 37 уголовных дел, из которых 16 дел направлено в суд, 1 прекращено по нереабилитирующим основаниям, 2 - по реабилитирующим основаниям, 1 приостановлено по п.1 ст. 195 УПК РСФСР, 5 - по п.2 ст. 195 УПК РСФСР, 12 уголовных дел приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР.

Таким образом, от общего числа уголовных дел по незаконному обороту оружия, находившихся в производстве, 73 или 43,5% направлено в суд (за 12 мес.99 г. - 80,9%) 37 или 22% прекращено по нереабилитирующим основаниям (9,7%). 25 или 14,9 % прекращено по реабилитирующим основаниям (5,2%). 1 или 0,6 % приостановлено по п.1 ст. 195 УПК РСФСР (0,5%). 9 или 5,4% приостановлено по п.2 ст. 195 УПК РСФСР (0,8%). 22 или 13,1% приос-

109

тановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР (2,9%).

От общего числа уголовных дел по незаконному применению оружия, находившихся в производстве, 50 или 45,9 % направлено в суд (за 12 мес. 99г. - 43,7%). 1 или 0,9% прекращено по нереабилитирующим основаниям (0,5%). 3 или 2,8 % прекращено по реабилитирующим основаниям (1,9%). 2 или 1,8% приостановлено по п. 1 ст. 195 УПК РСФСР (0,3%). 7 или 6,4 % приостановле- но по п.2 ст. 195 УПК РСФСР (0,3%). 44 или 40,4% приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР (52,3%).

На дополнительное расследование за указанный период времени возвращено 8 уголовных дел данной категории, по 3 делам судами вынесены оправдательные приговоры. Основания - неполнота следствия и нарушение права на защиту. Права на защиту обвиняемых нарушаются не предоставлением переводчика, отказом в ознакомлении с материалами дела второму адвокату при наличии письменного ходатайства, предоставлением для ознакомления с материалами уголовного дела адвоката, приглашенного следователем, а не того, с кем у обвиняемого заключено соглашение.

Приведенный анализ свидетельствует о том, что по отдельным позициям показатели снизились. Однако, изучение дел показало, что никаких нару- шений по делам, приостановленным по п.п. 1,2 ст. 195 УПК РСФСР не выяв- лено. Основные недостатки расследования - неполнота следствия и отсутствие взаимодействия - выявляются в ходе изучения уголовных дел, приос- тановленных по п.З ст. 195 УПК РСФСР. Имеет место нарушение норм уго- ловно-процессуального законодательства.

Примером этого является ход расследования уголовного дела №968183, возбужденного СО при УВД Петродворцового района по ст.213 ч.З УК РФ по факту причинения огнестрельного ранения из хулиганских побуждений несовершеннолетней Р. Из-за отсутствия взаимодействия между всеми служ- бами РУВД автомашина, на которой следовали преступники, не была задер- жана сотрудниками ГИБДД, осуществившими проверку документов у води- теля после совершения преступления. Следователем не было дано задание на составление композиционного портрета преступников, хотя имелись подроб- ные их приметы. Отдельные поручения, направленные в ОУР, формальны и не несут практически никакой информации. Из 38 отдела милиции в РУВД

по

поступала информация о задержании Н., причастного к совершению данного преступления, однако эта информация осталась без ответа, и Н. был отпущен. Данное преступление осталось нераскрытым при наличии реальной возможности раскрыть его.

Продолжают иметь место некачественные осмотры мест происшествий. Так, по уголовному делу №47927, возбужденному оперуполномоченным уголовного розыска Гатчинского УВД по факту кражи охотничьих ружей из частного дома гр. А., осмотр места происшествия проводился без участия криминалиста и следователя, которых на место происшествия вообще не вызывали. Никаких следов в ходе такого осмотра изъято не было. В дальнейшем процесс доказывания вины задержанного за совершение данного преступления Б. был затруднен.

По уголовному делу №44535, возбужденному СУ при Выборгском УВД Ленинградской области, по факту открытого хищения денежной выручки магазина «Харакири» не проведены баллистическая экспертиза по изъятому обрезу охотничьего ружья и биологическая экспертиза по изъятым образцам волос предполагаемых преступников и биологическим объектам с маски преступника. Расследование приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР.

К сожалению, факты приостановления расследования уголовных дел без производства необходимых экспертиз не единичны. Обращает на себя внимание низкий профессиональный уровень следователей при производстве допросов потерпевших и свидетелей. Не выясняются существенные обстоятельства совершения преступления. Расследование уголовного дела №102767, возбужденного СУ при УВД Калининского района Санкт-Петербурга по ст.213 ч.З УК РФ по факту причинения огнестрельного ранения А., без устранения противоречий в части места совершения преступления было приостановлено по п.З ст. 195 УПК РСФСР.

Продолжают иметь место факты несвоевременного назначения экспертиз, что влечет за собой продление процессуальных сроков по уголовным делам. Примерами подобного продления сроков служит ряд уголовных дел, находившиеся в производстве СУ при УВД Приморского района, по которым баллистические экспертизы назначены через полтора месяца после возбуждения уголовных дел. За 5 дней до истечения двухмесячного срока назна-

Ill

чена дактилоскопическая экспертиза по уголовному делу №878828, находив- шемуся в производстве СУ при Гатчинском УВД.

Не всегда при расследовании уголовных дел данной категории используются все имеющиеся возможности по выявлению каналов поступления оружия в незаконный оборот. Указание Следственного комитета при МВД РФ № 17/31421 от 24.02.1999 г. об установлении каналов поступления оружия по номерам и маркировке, согласно прилагаемым образцам, направленное во все следственные подразделения 15.03 1999г. за исх № 8/2253, исполняется неудовлетворительно, нередко только после напоминания ГСУ. Многими следователями недооценивается значение постановки на учет изъятого по уголовным делам оружия.

Улучшено качество планирования по уголовным делам данной категории. Не выявлено никаких нарушений ст. 109 УПК РСФСР. Подозреваемые по этим делам все задерживаются в порядке ст. 122 УПК РСФСР. В качестве меры пресечения избирается, как правило, арест. В случае избрания подписки о невыезде нарушений приказа ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области №469- 1997г. не выявлено. Подписка избирается либо несовер- шеннолетним, либо в отношении лиц, вина которых доказана не в полном объеме.

Профилактическая работа по делам данной категории проводится в различных направлениях - в адрес предприятий, профилактических служб вносятся представления об устранении причин и условий, способствовавших совершению преступлений, среди граждан следователями проводятся беседы профилактического характера о принятии дополнительных мер безопасности. По-прежнему, значительная часть представлений в адрес учреждений и организаций не отвечает требованиям закона, носит чисто информационный характер, не содержит анализа причин и условий совершения преступлений. Информация в прокуратуры и районные администрации о ненадлежащем реагировании руководителей учреждений и организаций на внесенные следователями представления направляется очень редко. Указанное сви- детельствует об отсутствии контроля за поступлением ответов на представ- ления следователей. Количество обобщенных представлений в государствен- ные или коммерческие структуры, учреждения и организации очень незна-

112

чительно.

Таким образом, для улучшения состояния расследования уголовных дел указанных категорий руководителям следственных подразделений в системе служебной подготовки на местах необходимо больше внимания уделять воп- росам взаимодействия с другими службами и повышению качества проведения следователями отдельных следственных действий, в том числе назначению экспертиз.

Существенные недостатки в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, имеются в работе подразделений милиции общественной безопасности.

В течение 1999 года и 6 месяцев 2000 года по Санкт-Петербургу и Ле- нинградской области по статистическим данным было зарегистрировано 3293 преступления, связанных с незаконным приобретением, передачей, сбытом, хранением, перевозкой и ношением оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств, отнесенных к компетенции милиции общественной безопасности. Удельный вес таких преступлений от общего количества преступлений компетенции МОБ составил в Санкт-Петербурге 5,7% в 1999 году, 4,3% за 6 месяцев 2000 года. В Ленинградской области удельный вес составил, соответственно, 6,4% в 1999 году и 5,8% за 6 месяцев 2000 года. К компетенции милиции общественной безопасности отнесены преступления, связанные как с незаконным оборотом огнестрельного, так и холодного и газового оружия.

В 1999 году в Санкт-Петербурге было зарегистрировано 1538 преступлений (+7 или +0,5% к АППГ), из них раскрыто 1502 преступления (+74 или +5,2% к АППГ); раскрываемость составила 96,8%. В Ленинградской области было зарегистрировано 702 преступления (+49 или +7,5% к АППГ), из них раскрыто 687 преступлений (+53 или +8,4% к АППГ); раскрываемость составила 99,4%. Меньше, чем в 1998 году, зарегистрировано преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия было в Василеостровском (-13), Калининском (-4), Кировском (-29), Колпинском (-22), Красносельском (-12), Московском (-1), Приморском (-52) и Центральном (-22) районах Санкт-Пе- тербурга; Волховском (-12), Выборгском (-2), Кингисеппском (-9), Приозер- ском (-6), Сосновоборском (-2) и Тосненском (-17) районах Ленинградской

113

области.

За 6 месяца 2000 года в Санкт-Петербурге было зарегистрировано 694 преступления (-123 «или -15,1% к АППГ), из них раскрыто 690 преступлений (-76 или -9,9%); раскрываемость составила 97,3%. В Ленинградской области было зарегистрировано 359 (-7 или -1,9%) преступлений, из них раскрыто 358 преступлений (-15 или -4,0%); раскрываемость составила 99,7%. Меньше, чем за 6 месяцев 1999 года, зарегистрировано таких преступлений в Адмиралтейском (-19), Выборгском (-22), Калининском (-23), Колпинском (-6), Красногвардейском (-13), Красносельском (-5), Ломоносовском (- 9),Московском (-2), Невском (-6), Петроградском (-17), Фрунзенском (-1) и Центральном (-10) районах Санкт-Петербурга, УВД по охране метрополитена (-3); Гатчинском (-17), Кингисеппском (-4), Киришском (- 1), Кировском (-6), Ломоносовском (-1), Лужском (-11), Подпорожском (- 3),Приозерском (-7) и Тосненском (-10) районах Ленинградской области.

Снижение результатов работы в Санкт-Петербурге в данном направле- нии явилось результатом отсутствия взаимодействия между службами КМ и МОБ в целях предупреждения, раскрытия и расследования преступлений, связанных с применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ и взрывных устройств. В 1999 году УОД МОБ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области была подготовлена и разослана на места Комплексная программа мер, направленных на повышение эффективности деятельности подразделений ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области по профилактике, выявлению и раскрытию преступлений, по которым предварительное следствие не обязательно, на 1999-2000гг. (исх. №1/1475 от 09.09.1999г.). Пунктом 3.8 данной Программы подразделениям уголовного розыска предписано осуществить конкретные мероприятия, направленные на получение и реализацию оперативной информации о совершенных преступлениях, предусмотренных, в частности, ст.222 ч.ч.1, 4 УК РФ (незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств).

В ходе контроля за исполнением Программы сотрудниками УОД МОБ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области неоднократно обращалось внимание на неисполнение в полном объеме данных требований со сто-

114

роны сотрудников КМ практически во всех районах Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Отчасти это объясняется отсутствием нормативных документов, прямо предписывающих сотрудникам КМ осуществление опе- ративно-розыскной деятельности по выявлению преступлений компетенции МОБ. Следует отметить, что сотрудники МОБ имеют ограниченные возмож- ности по выявлению преступлений данной категории. Снижение количества зарегистрированных преступлений, связанных с незаконным оборотом оружия, в ряде районов города и области вызвано устранением сотрудников КМ от работы в данном направлении, имеющей важное значение для предуп- реждения совершения тяжких и особо тяжких преступлений. Сотрудники КМ более активно выявляют преступления, предусмотренные ч.1 ст.222 УК РФ, чем преступления, предусмотренные ч.4 УК РФ, которые, как правило, выявляются только сотрудниками МОБ.

Тем не менее, согласно детальному анализу, проведенному в УОД МОБ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области в ходе подготовки к Коллегии ГУВД в мае 2000г., в Санкт-Петербурге в 1999г. сотрудниками КМ и РУБОП было установлено 35,3% лиц, совершивших преступления, предусмотренные ч. 1 ст.222 УК РФ, в то же время сотрудниками МОБ - 64,7%. За 4 месяца текущего года доля лиц, совершивших преступления, предусмотренные ч. 1 ст.222 УК РФ, установленных сотрудниками КМ и РУБОП, снизилась до 24,9%, сотрудниками МОБ установлено 75,1% таких лиц. Перевес доли лиц, совершивших преступления, предусмотренные ч. 1 ст.222 УК РФ, установленных сотрудниками МОБ, сохраняется и в области. В 1999г. В Ле- нинградской области сотрудниками КМ и РУБОП установлено 43,2% лиц, сотрудниками МОБ - 56,8%. Однако в текущем году доля лиц, установленных сотрудниками КМ и «РУБОП несколько повысилась - ими установлено (по данным за 4 месяца) 45,3% лиц, сотрудниками МОБ -54,7%) лиц. Таким образом, в ряде горрайорганов продолжают иметь место попытки разделить работу в данном направлении в зависимости от подследственности, что негативно сказывается на общих результатах. Вместе с тем, совместная работа позволяет достичь значительных успехов. В качестве примера можно привести успешное раскрытие преступления и расследование уголовного дела, воз- бужденного 30.04.99 г. ОД МОБ Центрального РУВД по ст.222 ч. 1 УК РФ по

115

факту обнаружения самодельного взрывного устройства в школе №575 по 8-й Советской улице. В результате грамотных совместных действий ОД МОБ Центрального РУВД, 4 отдела УОД МОБ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, 11 отдела УУР ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области данное преступление было раскрыто, действия организованной преступной группы были переквалифицированы, расследование проводилось бригадой городской прокуратуры, в состав которой входили также сотрудники 4 отдела УОД МОБ ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области, 11 отдела УУР ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

Для успешной борьбы с преступлениями, связанными с незаконным оборотом оружия, необходимо не только их активное выявление, но и грамотное, детальное расследование уголовных дел. Руководством УОД МОБ ГУВД на оперативных совещаниях при начальнике МОБ ГУВД неоднократно подчеркивалась необходимость при наличии возбужденных уголовных дел о преступлениях, предусмотренных ст.222 ччЛ и 4 УК РФ, незамедлительно производить обыски и привлекать к их проведению сотрудников УР; при наличии достаточных оснований ставить перед прокурором вопрос об избрании мерой пресечения, связанной с содержанием обвиняемого под стра- жей; при задержании в порядке ст. 122 УПК РСФСР лиц, представляющих оперативный интерес, незамедлительно информировать руководство крими- нальной милиции для скорейшего проведения в отношении таких лиц опера- тивно-розыскных мероприятий.

Как показали проверки, проведенные сотрудниками УОД МОБ ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области, данные требования руководителями специализированных подразделений дознания и дознавателями в основном соблюдаются. Однако в Адмиралтейском РУВД были выявлены факты, когда в ходе дознания по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 1 ст. 222 УК РФ не назначались и не проводились обыска, в ЭКУ ГУВД не направлялись фотографии, дактокарты, отпечатки подошв обуви лиц, в отношении которых возбуждены уголовные дела, для проверки по криминалистическим учетам на предмет причастности к совершению тяжких преступлений с применением огнестрельного оружия и взрывчатых веществ, несмотря на рекомендации ЭКУ ГУВД. Выявленные недостатки сви-

116

детельствуют о снижении внимания руководителей ОД МОБ Адмиралтейско- го РУВД к расследованию уголовных дел о преступлениях, связанных с неза- конным оборотом оружия. В данном случае имеет место ослабление контроля руководителей МОБ, ОД за ходом расследования, недостаточная квалифика- ция лиц, проводящих расследование.

Различного рода недоработки, как при проведении первоначальной проверки и документирования преступлений, связанных с незаконным обо- ротом оружия, так и в ходе расследования, ведут к прекращению уголовных дел производством. В Санкт-Петербурге по ч.1 ст.222 УК РФ в суд было на- правлено в 1999г. 75,9% дел от общего количества раскрытых преступлений (без учета приостановленных производством и прекращенных в связи с от- сутствием состава или события преступления), за 4 месяца 2000г. -76,4%. В ряде районов уголовные дела по ч.1 ст.222 УК РФ прекращаются по ^реабилитирующим основаниям крайне редко: в Кировском в 1999г.направлено в суд 85,7% дел, за 4 месяца 2000г. - 100%; в Колпинском, соответственно, 75,0% и 100%; в Красногвардейском - 88,1 % и 81,3%; в Невском 93,5% и 100%; в Центральном - 90,4% и 76,5%; в УВД по охране метрополитена - 100% и 87,5%. В других районах в суд направляется только половина дел данной категории, несмотря на очевидную высокую общественную опасность подобных преступлений. Это уже упоминавшийся выше Адмиралтейский район (в суд направлено в 1999г. 59,2%, за 4 месяца текущего года - 50,0% дел от общего числа раскрытых), Петроградский район (53,3% и 42,8%, соответственно), Фрунзенский район (47,3% и 40,9%). В Ленинградской области в 1999г. было направлено в суды 74,1% дел, за 4 месяца 2000г. - 68,4%. То есть в целом по нереабилитирующим основаниям в области прекращаются уголовные дела, связанные с незаконным оборотом огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывных устройств и взрывчатых веществ, чаще, чем в городе, и эта тенденция усиливается. За указанный период ни одно дело не было прекращено в Волосовском и Сосновоборском районах;

89,5%о в 1999г. и 100% в текущем году направлено в суд в Кингисеппском районе, 88,2% и 100% - в Подпорожском и Сланцевском районах. Вместе с тем лишь незначительная часть дел направлена в суд в Ивангородском районе (28,6% в 99г. и 0% в текущем году); Кировском (58,6% и 40,0% соответ-

117

ственно); Приозерском (55,9% и 28,6%) районах. Как показывает практика, в первую очередь, это связано с низким качеством проверки материалов. Ус- пешное расследование уголовных дел напрямую зависит от качества действий сотрудников на первоначальном этапе проверки и при выполнении неотлож- ных следственных действий.

Управлением по организации дознания были разработаны методические рекомендации «По выявлению, квалификации и расследованию преступлений, предусмотренных статьями 222 - 226 УК РФ», которые направлялись в горрайорганы внутренних дел для изучения и использования в практической деятельности (исх. 1/625 от 13.04.98г.). В настоящее время в большинстве горрайорганов изменился кадровый состав специализированных подразде- лений дознания, других служб, которые принимают участие в выявлении и документировании преступлений. Проверки, проведенные в областных под- разделениях, по знанию данных методических рекомендаций, с помощью опросного листа, составленного 3 отделом УОД МОБ ГУВД, показали слабое их знание сотрудниками. Существует необходимость повторного изучения методических рекомендаций, подготовленных УОД МОБ ГУВД, а также ЭКУ ГУВД по осмотру места происшествия и изъятию огнестрельного оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств сотрудниками всех подразделений МОБ и КМ. Руководителям горрайорганов необходимо тщательно анализировать каждый факт прекращения уголовных дел по ч. 1 ст.222 УК РФ и безотлагательно принимать меры уголовно-процессуального и оперативного реагирования.

Правовой основой криминалистического исследования оружия является совокупность правовых норм, содержащихся в законах и подзаконных нормативных актах Российской Федерации и регулирующих правоотношения, возникающие в связи и по поводу оборота95 данного вида оружия.

Достаточно обратиться к положениям ст.31 Конституции РФ: «Граждане Российской Федерации имеют право собираться мирно, без оружия (под-

95 Оборот оружия и основных частей огнестрельного оружия (далее - оружие) - производство оружия, торговля оружием, продажа, передача, приобретение, перевозка, транспортирование, использование, изъятие, уничтожение, ввоз на территорию РФ и вывоз с территории РФ (ст.1 Закона РФ «Об оружии»).

118

черкнуто мной - В.В.), проводить собрания, митинги и демонстрации, шествия и пикетирования».

Представляется, что редакция «без оружия» должна предусматривать оборот (ношение) всех видов оружия, предусмотренных Законом Российской Федерации «Об оружии». Криминалистика, как наука, тесно связана с уголовным и уголовно-процессуальным правом. Поэтому правовой базой криминалистического исследования оружия, кроме того, следует считать уголовно-правовое и уголовно-процессуальное законодательство. «…Положения Общей части науки уголовного права являются исходными для всей теории криминалистической методики, и особенно для основ научной организации раскрытия, расследования и предотвращения преступлений… Особенная часть уголовного права изучает признаки отдельных преступлений. Наиболее существенные из них используются в криминалистической характеристике преступлений, т.е. в непосредственном содержании частных методик»96.

Все вышеизложенное в полной мере относится, во-первых, к уголовно- правовым нормам, определяющим конкретные составы преступлений, от- ветственность за совершение которых наступает лишь при совершении таких действий, как изготовление, хранение, ношение и сбыт различного оружия и боевых припасов, а также квалифицирующие признаки, характеризующие повышенную общественную опасность деяний, предусмотренных в дефинициях иных составов преступлений при условии использования ору- жия, и т.п.

Таким образом, «Наука советского уголовного права дает развернутое понятие преступления и учит справедливому применению норм … уголовного права, без чего невозможно судебное исследование ни по одному уголовному делу. Знания об элементах составов преступлений используются в кри- миналистической методике при систематизации вопросов, подлежащих вы- яснению в ходе расследования и судебного рассмотрения всех видов преступ- лений, что позволяет более точно и полно показать структуру и содержание предмета исследования по уголовным делам»У7.

96 См.: Возгрин И.А. Криминалистическая методика расследования преступлений. Минск, 1983. С. 98.

97 См.: Там же. С. 96.

119

При более детальном рассмотрении норм уголовного права, так или иначе связанных с оружейной тематикой, их можно условно разделить на четыре основные подгруппы. К первой из них, по мнению автора, следует отнести уголовно-правовые нормы, прямо предусматривающие ответственность за различные виды деятельности, связанные с оборотом оружия. Это прежде всего, ст.ст. 222, 223, 224, 225 и 226 УК РФ. Согласно ст. 222 УК РФ; «Неза- конные передача, приобретение, сбыт, хранение, перевозка или ношение ору- жия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» образует за- конченный состав преступления.

Однако, за рамками диспозиции этой статьи остаются такие виды оружия, как пневматическое и электрошоковое, а также ножи, не являющиеся холодным оружием, которые имеют параметры, тактико-технические данные и источник происхождения иные, чем обозначены в Законе РФ «Об оружии».

Связь этих уголовно-правовых норм с рассматриваемой темой, заключается прежде всего в том, что большая группа предметов, охватываемая понятием «оружие» выпадает из сферы уголовно-правового регулирования. При этом иные виды ответственности за их незаконный оборот также не установлены. Причем многие модели такого оружия созданы на базе соответствующих моделей короткоствольного огнестрельного или холодного оружия, в том числе боевого. Например, ПСМГ (пистолет самозарядный малогабаритный газовый) - аналог хорошо известного отечественного самозарядного малогабаритного «ПСМ», кал.5,45; отечественные газовые пистолеты моделей 6П42, 6П42-8 и П42-9, которые имеют базовую модель - пистолет Макарова «ПМ», кал.9 мм98; иностранные пистолеты «Рекорд -08» и «Эрма, КГП 690 на базе широкоизвестного в мире пистолета «Парабеллум»; «Вальтер» ППК - дублер известного немецкого «полицай-пистоле крими-наль» (ППК); Браунинг. ХПДА - дублер известного пистолета «Браунинг»; «Хай пауэр дабл экшн»; Умарекс; «Наполеон»- дублер известной модели Кольта; «ME 38П» - дублер известной модели «Вальтер П-38», пневматический пистолет МР-654 К, 4,5 мм, по базовой модели «ПМ», нож фирмы «Нел-ле», изготовленный по типу охотничьих и т.д.

98 См. подробнее: Специальные средства, огнестрельное оружие, состоящие на вооружении органов внутренних дел России. СПб., 1994.

120

Это обстоятельство в значительной степени затрудняет отнесение изымаемых у преступников объектов к той или иной категории оружия, используя возможности следственного осмотра в порядке, предусмотренном ст. 178 УПК РСФСР, а в УПК РФ ст. 176 “Основания проведения осмотра” и ст. 177 “Порядок проведения осмотра”. В некоторых случаях для решения указанного вопроса достаточно привлечь, согласно ст.1331 УПК РСФСР, а по новому УПК РФ ст. 168 “Участие специалиста”, соответствующего специалиста к участию в следственном осмотре или ином следственном действии (обыск, выемка и т.д.). Однако, в большинстве случаев решение вопроса об отнесении какого- либо револьвера или пистолета к категории огнестрельного оружия возможно лишь при проведении криминалистической экспертизы (ст.78 УПК РСФСР, а по новому УПК РФ ст. 195 “Порядок назначения судебной экспертизы”). Это необходимо, в частности, при исследовании самодельного огнестрельного оружия, переделанного из газовых, сигнальных или пневматических пистолетов или револьверов. Кроме того, более углубленное изучение баллистических характеристик требуется в тех случаях, когда следователь (дознаватель) или суд имеют дело с оружием комбинированного действия, предназначенным, например, для стрельбы не только газовыми и шумовыми патронами, но и патронами с многоэлементным (дробовым) снарядом.

В целом ряде случаев, у следователя или суда возникают вопросы о при- менимости в отношении лиц, использующих аэрозольное газовое оружие либо патроны к ствольному газовому оружию, ответственности за незаконный оборот сильнодействующих или ядовитых веществ (ст.234 УК РФ). В этих случаях без производства химической экспертизы, которая должна установить химический состав вещества, содержащегося в аэрозольной упаковке или патроне, обойтись невозможно. Особенно это актуально когда следствие имеет дело с самодельными патронами или газовыми баллончиками.

Ряд статей УК РФ, условно отнесенных автором ко второй группе, пре- дусматривает среди квалифицирующих признаков наличие определенных видов оружия либо иных предметов, приспособленных для использования в качестве оружия. Согласно ст.209 УК РФ, критерий вооруженности является необходимым условием для квалификации преступной деятельности группы

121

лиц, как бандитизм. Как следует из текста Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 1993 г. №9:

«Обязательным признаком банды является наличие у ее участников оружия. Прежде всего, это боевое и охотничье огнестрельное и холодное оружие заводского изготовления и самодельное, различные устройства, газовое оружие… При решении вопроса о признании оружием предметов, использу- емых членами банды при нападениях, следует руководствоваться положени- ями Закона Российской Федерации «Об оружии», а в необходимых случаях и заключением экспертов»99.

Представляется, что именно такая постановка вопроса является наиболее рациональной и юридически верной. Только обеспечив однозначное тол- кование основополагающих категорий права, к которым относится и «признак вооруженности», возможна гарантия адекватного применения норм права, в частности, затрагивающих те или иные стороны оборота каких-либо видов оружия. Однако, и в этом случае возникают вопросы в отношении иных видов оружия, не указанных в диспозиции ст. 222 УК РФ.

Аналогичным образом обстоит дело с квалифицирующим признаком вооруженности ч.З ст. 213 УК РФ - «Хулиганство, совершенное с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия». Причем, как показывает судебная практика, стрельба при хулиганстве холостыми патро- нами, выстрелы вверх, по животным и птицам, по различным предметам, если только эти действия не создают реальной опасности здоровью или жизни граждан, не могут служить основанием для квалификации действий виновных, ч.З ст. 213 УК РФ100. Под применением или попыткой применения огнестрельного оружия при совершении особо злостного хулиганства пони- мается применение оружия только по его прямому назначению, то есть на поражение физических лиц101. Таким образом, следует предположить, и прак- тика в ряде случаев идет по такому пути, что использование газового (стволь-

“• См.: Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11

января 1997 г. // Бюллетень Верховный Суд РФ. 1997. №3; Российская газета №20.

30.01.97г.

100 См. подробнее: Научный комментарий судебной практики за 1987г. С. 168;

Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1974. №11. С. 13.

”“• См. подробнее: Вопросы уголовного права и процесса в практике Верховных

Судов СССР и РСФСР (1938-1969). М.: Юрид. лит.,1971. С. 234.

122

ного и аэрозольного), пневматического и электрошокового оружия не охватывается составом преступления, предусмотренного ч.З ст. 213 УК РФ. В этом смысле усматривается некоторая аналогия с ранее имевшей место практикой в отношении сигнальных устройств102.

Вместе с тем, составом особо злостного хулиганства охватываются действия, связанные с применением любых ножей, а не только холодного оружия, а равно любых предметов, приспособленных, в том числе и просто подготовленных заранее без конструктивных изменений (топоры, молотки, шаберы и т.д.). При этом необходимым условием является установление умыс-

Ф ла виновного на использование этих предметов для нанесения телесных по-

вреждений. Обратимся к Закону Российской Федерации «Об оружии», в котором газовое оружие определено, как «.. .оружие, предназначенное для временного поражения живой цели путем применения слезоточивых или раздражающих веществ» (ст.1 Закона Российской Федерации «Об оружии»). Поражение в этом случае осуществляется за счет воздействия отравляющего (токсичного) вещества, что в принципе характеризуется как химическая травма. Справедливо отмечено, что «если же будет установлено, что виновный действовал с косвенным умыслом на причинение вреда потерпевшему (не желал причинить физический вред, но допускал такую возможность) или с не конкретизированным умыслом по отношению к степени тяжести последствий своих действий (желал причинить вред, но неопределенно, был согла-

сен с наступлением любых последствий), то ему могут быть вменены только

физически наступившие последствия при том, конечно, условии, что они охватывались его предвидением. Когда же в таких случаях вред личности фактически причинен, не был, субъект подлежит ответственности только за хулиганство»103. Не вызывает особых проблем в связи с исследуемой темой трак-

102 «Военная коллегия Верховного Суда СССР в определении по одному из дел указала, что ракетница огнестрельным оружием не является, так как по своему устройству и назначению не предназначена для поражения живой цели, а является предметом, служащим лишь для подачи сигналов. Применение ракетницы при хулиганстве дает основание для квалификации по ч.З ст.206 УК РСФСР лишь в том случае, если она была специально приспособлена для нанесения телесных повреждений (Волженкин Б.В., Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Квалификация, процессуальные особенности расследования. Л., 1979. С. 26).

103 См.: Волженкин Б.В., Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Квалификация, процессуальные особенности и методика расследования. Л., 1979. С. 33.

123

товка категории вооруженности, даваемая в п. «Г» ст. 162 - «Разбой» - УК РФ, т.е. разбой, сопряженный «с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия». Очевидно, что применение любого оружия, в т.ч. гладкоствольного, самодельного, спортивного, пневматического, электрошокового и специально предназначенных и приспособленных предметов, использованных при совершении разбоя, будут оцениваться как квалифицирующие по п. «б» ст. 162 УК РФ обстоятельства, вне зависимости, являются ли они оружием в трактовке ст.222 УК РФ или нет.

Несомненно, что отнесение объекта исследования к какой-либо категории оружия, либо содержащегося в патронах, аэрозольных или иных упа- ковках сильнодействующего и ядовитого вещества, имеет существенное зна- чение для квалификации действий, предусмотренных ст. 188 УК РФ - «Кон- трабанда».

Наконец, любой вид оружия тем и характерен, что используется в основном при совершении гораздо более широкого спектра преступных деяний, таких, как убийства (ст.ст.105,107,108,109 УК РФ), умышленное причинение вреда здоровью (ст.ст.111,112 УК РФ), при превышении пределов необходимой обороны или задержании преступника (ст.ст.114 УК РФ), изнасилования (ст. 131 УК РФ) и т.д. Причем повышенная общественная опасность любого оружия в настоящее время во многом определяется его легко-доступностью и распространенностью. Эти преступления условно объединены в третью группу.

Наконец, отдельно следует выделить уголовно-правовую норму, имеющую своей целью обеспечение объективности судебного исследования свойств и признаков различных объектов, и прежде всего оружия, путем проведения криминалистических и иных судебных экспертиз (ст.307 УК РФ). Однако, по справедливому замечанию П.С. Элькинд, проблема использования научно- технических средств не только криминалистическая104. «В связи с тем, что при раскрытии и расследовании преступлений непосредственно затрагиваются права и интересы широкого круга лиц, вовлеченных в орбиту уголовного процесса, особенно актуальным становятся проблемы предупреждения нарушений законности, а также всякого рода «издержек» научно-технического

104 См.: Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. Л., 1976. С. 106.

124

прогресса и промышленной технологии, неконтролируемое применение ко- торых способно нанести вред гражданам и обществу»105.

Следует отменить, что новый УК РФ, введенный в действие с 1 января 1997 года насчитывает 28 составов уголовно-наказуемых деяний, содержащих признак вооруженности (и ст.63 УК РФ - «Обстоятельства, отягчающие наказание»), что на 10 составов больше, чем в предыдущем УК РСФСР. Это лишний раз подтверждает озабоченность законодателя, социальную значи- мость проблемы и соответственно ее актуальность.

Однако, перечень оружия или характеристика признака вооруженности в этих уголовно-правовых нормах выражены не однородно и в ряде случаев, на наш взгляд, допускают возможность двоякого толкования.

Так, достаточно однозначно признак вооруженности изложен в таких нормах УК РФ, как ст.63 - «Обстоятельства, отягчающие наказание», ст. 188 - «Контрабанда», ст. 189 - «Незаконный экспорт технологий, научно-техни- ческой информации и услуг, используемых при создании оружия массового поражения, вооружения и военной техники», ст.205 - «Терроризм», ст.212 - «Массовые беспорядки», ст.218 - «Нарушение правил учета, хранения, пере- возки и использования взрывчатых, легковоспламеняющихся веществ и пи- ротехнических изделий», ст.ст.222 и 223 - «Незаконные приобретения, пере- дача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, взрыв- чатых веществ» и «Незаконное изготовление оружия»,ст.224 - «Небрежное хранение огнестрельного оружия», ст.225 - «Ненадлежащее исполнение обя- занностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств» и, наконец, ст.226 - «Хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств».

Целый ряд статей содержит формулировку признака вооруженности, позволяющую толковать его достаточно широко, (с применением оружия или предметов, используемых в качестве оружия). Это ст. 162 - «Разбой», ст.206 - «Захват заложника», ст.211 - «Угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава», ст.213 - «Хулиганство» и ст.227 - «Пиратство».

105 См.: Поль К.Д. Естественнонаучная криминалистика (Вступительная статья В.Я.Колдина). М: Юрид.лит., 1985. С. 12-13.

125

В ряде статей УК РФ признак вооруженности выражен законодателем не однозначно: ст.208 - «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем», ст.209 «Бандитизм», ст.279 - «Вооруженный мятеж», ст.334 - «Насильственные действия в отношении начальника», ст.335 - «Нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности», ст.338 - «Дезертир- ство», ст.346 - «Умышленное уничтожение или повреждение военного иму- щества», ст.347 - «Уничтожение или повреждение по неосторожности оружия, боеприпасов или предметов военной техники, повлекшие тяжкие по- следствия», ст.348 - «Утрата военного имущества» и ст.349 - «Нарушение правил обращения с оружием и предметами, представляющими повышенную опасность для окружающих».

В отношении деяний, перечисленных в последней группе, основным вопросом является содержание термина оружие. Входят ли в него все виды оружия, перечисленные в Законе РФ «Об оружии», в т.ч. газовое, пневматическое, сигнальное, электрошоковое и т.д., либо следует ограничиваться лишь такими традиционными для перечисленных в этих нормах деяний видами, как огнестрельное, взрывное и т.д.

Таким образом, как указывалось нами ранее, по характеру решаемых задач и возникающих при этом проблем в сфере оборота оружия уголовно-правовые нормы условно систематизированы автором по четырем группам:

  1. Первую группу составляют уголовно-правовые нормы, в признаках составов преступлений которых в качестве одного из обязательных элементов упоминается огнестрельное, холодное оружие или иное оружие или его компоненты (вещества).
  2. Вторую группу составляют уголовно-правовые нормы, в признаках составов преступлений которых наличие оружия указывается лишь как фа- культативный, квалифицирующий признак. Причем для ряда этих норм ха- рактерным является предусмотренная законодателем возможность исполь- зования не только огнестрельного, холодного и другого оружия, но и иных предметов, специально приспособленных для использования в качестве ору- жия.
  3. Третью, относительно немногочисленную группу образуют уголов-

126

но-правовые нормы, предусматривающие уголовную ответственность за раз- личные преступления против жизни, здоровья, чести или имущественных прав граждан, не содержащие среди признаков состава преступлений каких-либо ссылок на обязательное или возможное наличие оружия как средства пораже- ния живой или иной цели, хотя криминалистическая характеристика этих преступлений, как более широкая категория, знает многочисленные и разно- плановые возможности использования различных видов оружия или иных средств в этих целях.

  1. Наконец, ст.307 УК РФ - «Заведомо ложные показания, заключение эксперта или неправильный перевод» - выполняет лишь роль правового гаранта обеспечения достоверности и добросовестности судебного исследования при использовании специальных познаний в форме экспертизы. «Законность применения научно-технических средств, в процессе производства экспертизы означает их не запрещенность, дозволенность действующим законом; это проверятся компетентными органами государства (соответствующими должностными лицами) при оценке заключения эксперта (экспертов) в совокупности со всеми другими доказательствами по уголовному делу»106.

Наибольшее количество проблем при этом возникает при реализации уголовно-правовых норм первой и второй групп с учетом ныне действующего Закона Российской Федерации «Об оружии».

Определения и классификация, изложенные в Законе Российской Федерации «Об оружии», с момента вступления его в силу, перестали быть только категориями общепринятой логики и научной систематики, а приобрели ста- тус норм права, стали правовыми положениями или законодательными ус- тановлениями, что и необходимо учитывать не только в правоприменитель- ной, но и в дальнейшей нормотворческой, в том числе законодательной, де- ятельности.

В этом смысле можно говорить о формировании нового базового зако- нодательства, регламентирующего оборот оружия в России.

Принятие Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации 24 мая 1996 года нового Уголовного кодекса Российской Федера-

1116 См.: Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. Л., 1976. С. 113-114.

127

ции107, несомненно, способствовало дальнейшему упорядочению правопри- менительной практики по преступлениям, связанным с незаконным оборотом оружия.

Весьма позитивным является включение в перечень обстоятельств, отягчающих наказание, использование при совершении преступления оружия и боеприпасов (п. «к», ст.63 УК РФ).

Введение уголовной ответственности за некоторые элементы незаконного оборота газового оружия (ст.222, ч.4 и ст.223,ч.4 УК РФ) в определенной степени восполняет тот правовой вакуум, который сформировался со вступлением в силу Закона Российской Федерации «Об оружии», о чем нео- днократно указывалось нами в более ранних работах и предложениях, направлявшихся в Государственную Думу, Федеральное Собрание Российской Федерации. Вместе с тем простое сравнение понятие оборота оружия, данного в Законе Российской Федерации «Об оружии» с его элементами, перечис- ленными в упомянутых статьях нового УК РФ, свидетельствует о том, что за рамками отраслевого законодательства остались деяния, связанные с учетом, использованием, изъятием, уничтожением, транспортированием, экс- понированием всех перечисленных видов оружия, ремонтом газового оружия и изготовлением боеприпасов к нему.

К сожалению, во многих статьях нового Уголовного кодекса Российской Федерации отсутствует однозначность в толковании самого понятия оружия. Так, при сравнении гипотез и диспозиций (ст.225 - «Ненадлежащее исполнение обязанностей по охране оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств» - и ст.226 - «Хищение либо вымогательство оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ или взрывных устройств» - УК РФ) становится очевидным, что под термином «оружие» понимается либо огнестрельное и взрывное оружие, либо оружие массового поражения. В ст.334 - «Насильственные действия в отношении начальника» - и ст.335 -«Нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности» - УК РФ с учетом контекста речь идет, вероятно, о всех видах оружия, перечисленных в Законе

107 См. подробнее: Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст. М: Инфра, М-Норма, 1996. С. 192.

128

Российской Федерации «Об оружии». В ст.338 - «Дезертирство», в ч.2 - «Де- зертирство с оружием, вверенным по службе.. .»108 - не ясно охватывается ли этим понятием, например, газовое оружие, состоящее на вооружении войск в качестве специальных средств. Анализируя составы преступлений, предус- мотренных ст.208 УК РФ - «Организация незаконного вооруженного фор- мирования или участия в нем», ст.209 УК РФ - «Бандитизм» и ст.279 УК РФ

  • «Вооруженный мятеж», можно в предположительной форме говорить об аналогии при определении содержания признака вооруженности. Однако, если для состава бандитизма достаточно у членов преступной группы не толь ко огнестрельного, но и холодного и газового оружия, то вооруженный мя теж, совершаемый с применением газового оружия, представляется пробле матичным. Несомненно, правоприменительная практика потребует решения и иных вопросов, связанных с обеспечением правовых гарантий легального оборота различных видов оружия.

Требует незамедлительного разрешения правовая коллизия, возникающая между уголовно-правовыми нормами, регламентирующими ответственность за незаконный оборот всех видов огнестрельного оружия и админист- ративными нормами, предусматривающими административную ответствен- ность за незаконные действия с охотничьим гладкоствольным оружием.

Необходимо предусмотреть уголовную ответственность и за незаконный оборот иных видов оружия, запретительные нормы в отношении которых предусмотрены Законом РФ «Об оружии»: электрошоковое, пневматическое и т.д. (ст. 6 Закона РФ «Об оружии»).

Для этого, на наш взгляд, достаточно включить в диспозицию ч.4 ст.222 и ч.4 ст.223 УК РФ дополнение - «и иных видов», изложив их в следующей редакции: «4. Незаконное приобретение, сбыт или ношение газового, холод- ного, в том числе метательного оружия, а также иных видов оружия, оборот которых ограничен или запрещен действующим законодательством, за ис- ключением тех местностей, где ношение холодного оружия является принад- лежностью национального костюма или связано с охотничьим промыслом»

  • (ст.222 УК РФ) и «4. Незаконное изготовление газового, холодного, в том

108 См. подробнее: Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст. М.: Инфра. М-Норма, 19%. Ст.ст. 334, 335, 338.

129

числе метательного оружия, а также иных видов оружия, оборот которых ограничен или запрещен действующим законодательством» - (ст.223 УК РФ).

Это представляется не только весьма актуальным сегодня, но и перс- пективным, так как позволит осуществлять уголовно-правовое регулирование модифицированных и принципиально новых видов оружия, процесс развития которого остановить не возможно.

Возможно дополнение этих норм и ответственностью за оборот иных видов ножей, который запрещён на территории России Законом РФ «Об оружии», но это вопрос спорный, требующий более детальной проработки.

Уголовно-процессуальное законодательство, в свою очередь, регламентируя общий порядок производства по уголовным делам, определяет способы (в широком смысле слова) и процедуру судебного исследования. «Уголовный процесс как форма реализации (применения) уголовного закона представляет собой деятельность управомоченных государственных органов по предотвращению, обнаружению и раскрытию преступлений, а также по при- влечению к уголовной ответственности лиц, совершивших преступления»109.

«Рассматривая уголовный процесс как особый вид государственной деятельности, направленный на борьбу с преступностью и тем самым на ре- ализацию уголовного права, следует включать в его содержание деятельность управомоченных органов государственного управления по предупреждению, пресечению, обнаружению и раскрытию преступлений, осуществлению пра- восудия по уголовным делам, прокурорской надзор в сфере осуществления борьбы с преступностью»110.

Подчеркивая различия уголовного права и процесса, следует, отметить, что «.. .уголовно-правовое отношение возникает с момента совершения пре- ступления, а уголовно-процессуальная деятельность органов дознания, след- ствия, прокуратуры и суда может устанавливать, но не порождать уголовно- правовые отношения»111. С философских позиций можно охарактеризовать деятельность по расследованию преступления следующим образом: «…уго- ловно-процессуальное познание имеет творческий, исследовательский харак-

ш См.: Даев В.Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. Л., 1982. С. 12.

110 См.: Там же. С. 13.

111 См.: Лукашевич В.З. Установление уголовной ответственности в советском уголовном процессе. Л.: Изд-во ЛГУ, 1985. С. 17.

130

тер. В этом мы убедились при рассмотрении ретроспективной направленности познавательного отношения, где знания о преступном деянии можно получить только опосредованным путем через информацию, содержащуюся в следах, останках прошлого события и сознания людей, причастных каким-либо образом к нему»112.

Следовательно, уголовно-процессуальное право, взаимодействуя с уголовным правом, осуществляет охранительную функцию. Реализуя ее, уголовное право и уголовный процесс охраняют в числе других объектов жизнь, здоровье, интересы и свободы граждан”3. В связи с этим 22 ноября 2001 года был принят Государственной Думой Российской Федерации новый уголовно- процессуальный кодекс, который вобрал в себя не только конституционные положения, но и общепринятые принципы и нормы международного права (ч. 4 ст 15 Конституции РФ).

Целый ряд уголовно-процессуальных норм определяли общие принципы и порядок возбуждения и производства по уголовным делам (ст 3, 5 УПК РСФСР), однако данные нормы претерпели огромные изменения, во вновь принятом УПК РФ глава 3 определена, как Уголовное преследование, куда включены ст 20 УПК РФ (виды уголовного преследования), ст 21 УПК РФ (обязанность осуществления уголовного преследования) а в ст 5 УПК РФ четко изложено понятие уголовного преследования, которое включает в себя процессуальную деятельность, осуществляемую стороной обвинения для изобличения подозреваемого, обвиненного в совершении преступления. Воз- вращаясь к ныне действующему УПК РСФСР функцию преследования осу- ществляет прокуратура, согласно ст 31 Закона «О прокуратуре Российской Федерации» по делам о преступлениях, отнесенных уголовно-процессуальным законом к ее компетенции, отсюда следует, что круг лиц осуществляющих уголовное преследование в УПК РФ расширен, даже согласно ст 22 право на участие в уголовном преследовании имеет потерпевший, его законный представитель или представитель.

Перечисленные уголовно-процессуальные нормы носят основополага-

112 См.: Корнев Н.П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Н.Новгород, 1995. С. 84.

113 См.: Уголовный процесс: Учебник для вузов / Под. Ред. В.П. Божьева. 2-е изд., испр. и доп. - М.: Спарк, 2000. - С. 8.

131

ющий характер. К ним в полной мере можно отнести высказывание:

«Основополагающими требованиями уголовно-процессуального закона являются всесторонность, полнота и объективность исследования обсто- ятельств уголовного дела (ст 20 УПК РСФСР). Объективность в качестве цели доказывания как бы пронизывает весь процесс доказывания, все факты, обеспечивающие всесторонность и полноту исследования (ибо все они направлены на установление объективной истины по уголовному делу), свя- зывает таким образом, все три понятия воедино»”4. Важным упущением на наш взгляд является тот факт, что нормы статей 20, 21, 140 УПК РСФСР не нашли свое отражение в новом уголовно-процессуальном кодексе РФ.

От того, насколько полно будут исследованы все материалы дела, объективно установлена роль и мотивация каждого соучастника, все обстоятельства, смягчающие или усиливающие ответственность, и, наконец, условия, способствовавшие совершению преступления, и будет зависеть правильное применение уголовного закона. «С позиции уголовно-процессуального закона исследование (познание) обстоятельств уголовного дела означает осу- ществление быстрого и полного раскрытия преступления, изобличения ви- новных и обеспечение правильного применения закона с тем, чтобы каждый, совершивший преступление, был подвергнут справедливому наказанию»”5.

«Именно в стадии предварительного расследования должны быть раскрыты все совершенные обвиняемым преступления и выявлены соучастники этих преступлений… Поэтому деятельность суда находится в непосредственной зависимости от качества проведенного предварительного расследования, от того, насколько полно, всесторонне и объективно были выяснены все обстоятельства уголовного дела следователем или органом дознания разре- шены все задачи предварительного расследования»116.

В действующем УПК РСФСР обстоятельства, подлежащие доказыванию, и источники доказательственной информации были закреплены в гла-

114 См.: В.С.Бурданова. Криминалистическое обеспечение всесторонности полноты и объективности исследования обстоятельств дела. СПб, 1994. С. 3-4.

115 См.: Корнев Г.П. Методические проблемы уголовно-процессуального познания. Н.Новгород., 1995. С. 20.

116 См.: Алексеев Н.С., Лукашевич В.З. Претворение ленинских идей в советском уголовном судопроизводстве. Л.,1979. С. 93.

132

ве 5 (Доказательства) в ст.ст. 68, 69. В новом УПК РФ, раздел III определен как доказательства и доказывание, а далее подразделяется на главу 10 (доказательства в уголовном судопроизводстве), где и закреплены ст.73 (обстоятельства, подлежащие доказыванию); ст.74 (доказательства) и совершенно новая ст.75, в которой определены недопустимые доказательства, и иначе звучит ст.80 УПК РФ, что представляется интересным. Раздел III подразделяется на главы, куда включена 11 глава, которая звучит как «Доказывание». Она включила в себя следующие статьи: ст.85 УПК РФ определяет понятие самого доказывания: а также новые ст.89 УПК РФ определяющая использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности; ст.90 УПК РФ обозначена новым процессуальным понятием «Преюди-ция». Порядок собирания и оценки доказательств (ст.ст. 70,71 УПК РСФСР) большого изменения не претерпели и в новом УПК РФ определены ст.ст. 86, 88 УПК РФ. Однако появилась статья ст.87 УПК РФ, регламентирующая проверку доказательств.

Наконец, ряд, норм регламентирующих обязанности органов дознания, полномочия следователя и начальника следственного отдела в УПК РСФСР (118, 127, 1271) также были изменены. Во II разделе «Участники уголовного судопроизводства», в главе 6, определяющей «участников уголовного судо- производства со стороны обвинения» закреплены участники как: ст.38 (сле- дователь), ст. 39 (начальник следственного отдела), ст. 40 (орган дознания), и совершенно новым представляется выделение в отдельную ст.41 такого учас- тника как «Дознаватель». Новеллой нового УПК РФ является и включение такого участника как «частный обвинитель» - ст.43 УПК РФ.

Ряд статей содержит основные положения, регламентирующие работу с вещественными доказательствами (ст.ст. 83, 84, 85 УПК РСФСР), новые статьи, касаемые вещественных доказательств значительно расширены. Так ст.81 УПК РФ (вещественные доказательства), ст.82 (хранение вещественных до- казательств) представлены в новой и на наш взгляд более точной редакции. Так по сравнению с действующим УПК РСФСР исключением нового УПК РФ является раздел VI. Меры процессуального принуждения, куда помещена гл.12, определяющая задержание подозреваемого. В ней закреплены ст.91, регламентирующая основания задержания подозреваемого, ст.92 включает

133

порядок задержания подозреваемого.

Глава 13 данного раздела посвящена мерам пресечения, в которой также имеется ряд новых изменений, например, появление ст. 107 регламентиру- ющей «домашний арест».

Рассматривая порядок исследования доказательств в суде в действующем УПК определен ст.279, что позволяет определять суду самостоятельно в новом Уголовно-процессуальном законе РФ данный порядок представлен ст.274 УПК РФ, в которой закреплен порядок исследования и предоставления доказательств.

На наш взгляд необходимо подчеркнуть преимущества нового УПК РФ перед ныне действующим УПК РСФСР, это заключается в том, что по-новому звучит глава 16 «Производство экспертизы», а в новом гл.27 определена, как «Производство судебной экспертизы», что на наш взгляд более точно. В эту главу включена ст. 198, в которой по сравнению со ст. 185 УПК РСФСР расширен круг лиц, имеющих права при назначении и производстве судебной экспертизы, а также ст.200 УПК РФ, регламентирующая производство комиссионной судебной экспертизы, а также ст.201 регламентирующая прове- дение комплексной судебной экспертизы.

В гл.8 «Иные участники уголовного судопроизводства» нового УПК РФ, включены такие статьи, как ст.57 определяющая, кто такой эксперт, ст.58 называет нам, кто же такой специалист, их права достаточно расширены.

В гл. 9 «Обстоятельства, исключающие участие в уголовном судопроизводстве», закреплены статьи регламентирующие отвод эксперта (ст. 70 УПК РФ), отвод специалиста (ст. 71 УПК РФ).

Необходимо отметить участие специалиста в судебном разбирательстве, что закреплено в гл.35 «Общие условия судебного разбирательства», в ст. 251. Глава 36 «Подготовительная часть судебного заседания» включает в себя ст.269 и ст.270 УПК РФ регламентирующих эксперту и специалисту разъяс- нение их прав на данной стадии уголовного процесса.

Необходимо отметить тот факт, что совершенно новые действия теперь могут производится судом, с участием специалиста и эксперта на стадии судебного следствия. Такие, например как, следственный эксперимент (ст.288 УПК РФ), предъявление для опознания (ст.289 УПК РФ), освидетельствова-

134

ние(ст.290УПКРФ).

Уголовно-процессуальные нормы, непосредственно регламентирующие порядок судопроизводства, его процессуальные возможности и средства, образуют две большие группы:

а) уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие следственно- судебное исследование, в том числе с использованием специальных позна ний, на основе непосредственного восприятия следователем или судом свойств и признаков изучаемых объектов или явлений:

• участие и основания для отвода специалиста (ст.ст. 69, 58, 270 УПК РСФСР); • • производство отдельных следственных действий (ст.ст. 193, 176, 177, 180, 179, 181, 287 УПК РСФСР); • ? осмотр вещественных доказательств и оглашение документов (ст.ст. 284, 285 УПК РСФСР);

б) уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие судебно- след- ственное исследование на основе использования специальных познаний в виде экспертиз, т.е. на основе опосредованного восприятия117 свойств и признаков изучаемых (познаваемых) объектов и явлений сведущим лицом с использо ванием специальных методик, аппаратуры и в ходе экспертного исследова ния:

• обязанности и права эксперта, основания для его отвода, основания для производства экспертизы, ее виды и порядок оформления (ст.ст. 23, 70, 195, 194, 275 и 290 УПК РСФСР); • • порядок назначения и производства экспертиз (ст.ст. 195, 202,197, 190 и 273 УПК РСФСР); • • допрос эксперта (ст.205 и 282 УПК РСФСР) и т.д. • Несомненным достижением новой редакции УПК Российской Федерации является устранение из числа обстоятельств, исключающих участие в производстве по уголовному делу в качестве судебного эксперта сведущего лица, ранее учавствовавшего в деле в качестве специалиста (ст.ст. 61, 69 и 70 УПК РФ). Это несомненно повысит не только возможности судебно-экспертных учреждений (особенно в тех случаях, когда их деяетльность существенно

117 См.: Корнев Г.П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Н. Новгород, 1995. С. 140.

135

ограничена организационно-штатным расписанием), но и оперативность су- дебно- исследования.

Разумеется вновь принятый УПК РФ потребует не только самого тщательного изучения еще до вступления его в законную силу, но и детальной проработки тактики и процедуры применения его норм в процесс правопри- менительной практики.

Очевидно, что уголовно-правовые и уголовно-процессуальные нормы в процессе их реализации при расследовании уголовных дел находятся в не- разрывной связи и взаимно обуславливают друг друга”*.

Так, по целому ряду преступлений нельзя решить вопрос о возбужде- нии уголовного дела, не подвергнув вещество или объект криминалистичес- кому исследованию, которое может иметь место как в ходе осмотра места происшествия, так и в виде консультаций, даваемых специалистом. Особый интерес представляет вариант использования специальных познаний в форме предварительного исследования, которое затем фигурирует как одно из оснований для возбуждения уголовного дела, по делам о незаконном обороте оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств.

Многие годы ученые, специализирующиеся в области уголовного процесса и криминалистики, полагали, что лицо, производившее исследование объектов, материалов и веществ с оформлением таких документов как «справка эксперта» или «суждение специалиста» не может выступать в качестве эк- сперта по этому же уголовному делу. Не оспаривая саму возможность или целесообразность выполнения экспертизы тем же лицом, которое произво- дило исследование, хотелось бы возразить, по сути. Представляется, что в данном случае, сотрудник судебно-экспертного учреждения, проводящий исследование какого-либо объекта или вещества по материалам оператив-

118 «Взаимосвязь уголовного материального права и уголовного процесса наиболее ярко проявляется при определении сущности такой категории, как предмет доказывания. По меткому выражению М.А. Нокербекова, «предмет доказывают -это узел, связывающий уголовный процесс с уголовным правом» (Даев В.Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. Л., 1982. С. 96.); «Предмет доказывания - это установленная нормами уголовного процессуального Закона идеальная информационно-поисковая модель любого исследуемого преступления конкретизированная нормами уголовного права с учетом обстоятельств каждого конкретного уголовного дела» (Корнев Г.П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Н. Новгород, 1995. С. 109).

136

ных разработок, до возбуждения уголовного дела, не обладает статусом спе- циалиста, предусмотренным ст.58 УПК РСФСР «Участие специалиста» и ст.ст. 58 “Специалист”, 168 “Участие специалиста” УПК РФ, хотя бы потому, что в соответствии с этими нормами «.. .следователь вправе вызвать для участия в производстве следственного действия, (подчеркнуто мной - В.В.) специалиста…». С учетом того, что на стадии оперативной разработки или доследственной проверки специалист может принимать участие лишь в одном следственном действии - осмотре места происшествия (ст. 176 УПК РСФСР и ч. 2 ст. 176 УПК РФ “Основание производства осмотра”), выполнение сотрудником судебно-экспертного учреждения каких- либо исследований не может рассматриваться как уголовно-процессуальная форма участия в расследовании уголовного дела, что и предопределяет отсутствие у него соответствующего уголовно-процессуального статуса.

Правовой статус результатов такого исследования в том случае, если он будет использован в качестве одного из оснований при решении вопроса о возбуждении уголовного дела (ст. 140 УПК РФ) по своей юридической зна- чимости и сути изложенных в нем сведений соответствует статусу документа, предусмотренному ст. ст.84 “Иные документы” УПК РФ: “Иные доку- менты допускаются в качестве доказательств, если изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, указанных в ст.73 на- стоящего Кодекса”.

Применительно к исследованию оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ (ВВ) или взрывных устройств (ВУ) таким учреждением, будет судебно- экспертное учреждение в широком смысле этого понятия, а обычно экс-пертно-криминалистическое подразделение (ЭКП) органа внутренних дел или федеральной службы безопасности, к сведениям, имеющим значение для уголовного дела может быть отнесен вывод, полученный в ходе исследования и содержащийся в справке (акте), об относимости исследуемого объекта к ог- нестрельному или иному виду оружия или боеприпасу, за незаконный оборот которого предусмотрена уголовная ответственность.

Представляется, что с момента вступления в законную силу Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» какие-либо дискуссии по этому поводу не уместны так, как ст.6 этого нормативного акта среди прочих one-

137

ративно-розыскных мероприятий прямо предусматривает «Исследование предметов и документов» (ч.5 ст.6 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности»).

В связи с этим нам представляется, что сотрудники следствия, дозна- ния, руководители судебно-экспертных (экспертно- криминалистических) подразделений должны занимать более принципиальную позицию в данном вопросе. Это позволит во многих случаях повысить оперативность производства экспертиз, снизить соответствующие затраты. Особенно это важно когда исследованию подвергается единичный объект, который в ходе оперативного исследования уничтожается (патрон, ВУ и т.д.). В этом случае производство экспертизы в традиционном понимании уже невозможно. Думается, что повысить уголовно-процессуальную значимость результатов, такого исследования можно путем допроса сотрудника, производившего ис- следование, истребованием от руководителя ЭКП сведений об использованных приборах и методиках. Наконец, можно провести экспертизу по имеющимся материалам, к числу которых могут быть отнесены, справка об опе- ративном исследовании, протокол допроса сотрудника ЭКП, проводившего исследование, остатки ВУ или боеприпаса и т.д.

Однако, следует отметить, что организация таких дополнительных ме- роприятий должна расцениваться как вещь исключительная. В противном случае расследование превратится в процедуру самоистязания.

В соответствии со ст. 11 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативного исследования, как и любого другого опе- ративно-розыскного мероприятия, могут использоваться «для подготовки и осуществления следственных и судебных действий, проведения оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, выявлению и установлению лиц, их совершивших, а также для розыска лиц, скрывшихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения наказания и без вести пропавших.

Кроме того, результаты оперативно-розыскной деятельности, одним из элементов которой являются оперативные исследования предметов и доку- ментов, проводимые в соответствии с п.5 ст.1 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», могут служить поводом и основанием для возбуж-

138

дения уголовного дела. Возбуждение уголовных дел по фактам незаконного оборота огнестрельного или холодного оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ и материалов, а также взрывных устройств, практически не возможно. Эта же статья предусматривает возможность использования любых результатов оперативно-розыскной деятельности, а следовательно, и резуль- татов оперативных исследований в процессе доказывания при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел.

Применительно к новому уголовно-процессуальному законодательству России, с 01.07.02 г. вступающего в силу, следует отметить, что наряду с дос- таточно большим объемом новаций в УПК РФ сохранились основополага- ющие принципы и подходы, обуславливающие их практическую реализацию при решении частных уголовно-процессуальных задач.

Основные группы статей нового УПК, определяемые спецификой решения уголовно-процессуальных задач.

  1. Уголовно-процессуальные нормы, определяющие общие принципы и порядок возбуждения и производства по уголовным делам: ст. 140-149 УПК РФ.

Безусловно новацией в этом разделе является редакция части 4 статьи 146: возбуждение уголовного дела, публичного обвинения, в котором говорится, что «постановление следователя о возбуждении уголовного дела не- замедлительно направляется в прокурору. К постановлению прилагаются материалы проверки о преступлении, а в случае производства отдельных следственных действий по закреплению следов преступления и установления лица его совершившего (осмотр места происшествия, освидетельствования, назначение судебной экспертизы) соответствующие протоколы и постановления».

С учетом того, согласие на возбуждение уголовного дела дает именно прокурор, который в случае своего несогласия с представленными материа- лами выносит постановление об отказе в даче согласия на возбуждение уго- ловного дела или о возвращении материалов для дополнительной проверки (ч.4 ст. 146 УПК РФ), следует предположить, что перечисленные следствен-

139

ные действия в ч.4 ст.146.УПК РФ могут иметь место до принятия прокурором решения о возбуждении (не возбуждении) уголовного дела, хотя дальнейшего подтверждения эта мысль в УПК РФ не находит.

  1. Уголовно-процессуальные нормы определяющие необходимость обеспечения полноты и всесторонности расследования, выявления и устра нения причин и условий способствующих совершению преступлений: ч.4 ст.29; ч.2 ст.73.

К сожалению, такого принципа, как обеспечение полноты и всесторонности расследования новый УПК РФ не содержит, что,на наш взгляд, потребует от правоприменителя более детального осмысления целого ряда правовых норм развивающих принцип состязательного уголовного процесса.

Применительно к полноте и всесторонности расследования, следует от- метить, что новый УПК РФ в качестве аналогичных критериев вьщвигает законность, обоснованность и объективность приговора (ст.297 УПК РФ), что обеспечивается по мнению законодателя тем, что приговор поставлен в соответствие с требованиями настоящего кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

  1. Уголовно-процессуальные нормы определяющие обстоятельства подлежащие доказыванию и источники доказательной информации ст. 17, 73-84.
  2. Уголовно-процессуальные нормы определяющие порядок собирания и оценки доказательств: ст.85-90, 274-290.
  3. Уголовно-процессуальные нормы содержащие основные положения регламентирующие работу с вещественными доказательствами: ст.81, 82.
  4. Уголовно-процессуальные нормы регламентирующие права и обязанности участников уголовного процесса и определение полномочий, состав и некоторые процедурные действия суда: ст.29-36;
  5. Определяющие основное содержание деятельности участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения: ст.37 «Прокурор», ст.38 «Сле- дователь», ст.39 «Начальник следственного отдела», ст.40 «Органы дознания», ст.41 «Дознаватель», ст.42 «Потерпевший», ст.43 «Частный обвинитель», ст.44 «гражданский истец», ст.45 «представитель потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя»;

140

Далее ряд статей раскрывающих Основное содержание деятельности участников уголовного судопроизводства со стороны защиты: ст.46-55; а также иных участников уголовного судопроизводства: ст. 56-60.

В этой связи следует отметить, что с учетом исторического негативного опыта правоприменительной практики закона РФ «О милиции» выделившим в качестве самостоятельного органа дознания криминальную милицию и милицию общественной безопасности.

Весьма продуктивной следует признать новеллу сформировавшуюся в п.1 ч.1 ст.40 «Органы дознания», согласно которой к органам дознания от- носят органы внутренних дел, а не отельные их подразделения или службы, это несомненно повысит активность их руководителей за эффективность и конечные результаты борьбы с преступностью.

  1. Уголовно-процессуальные нормы регламентирующие меры процес- суального принуждения: ст.91 -96 гл. 12 «Задержание подозреваемого» и ст.97- 110 гл. 13 «Меры пресечения»,а также ст. 111 -118 гл. 14 «Иные меры процес- суального принуждения».
  2. Уголовно-процессуальные нормы устанавливающие порядок исследования документов в суде: ст.273-291 гл.37 «Судебное следствие».
  3. В новом УПК РФ нашли дальнейшее развитие нормы регламентирующие порядок исследования доказательственной информации с учетом специфики психофизиологической деятельности основных участников уголовно- процессуальной деятельности. Они как и прежде образуют две основные груп- пы.

(В отличии от УПК РСФСР, в котором эти правовые нормы объединялись в две группы в УПК РФ эти нормы уже можно подразделить на три группы с учетом наделения этими правами иных участников процесса.)

Группа А

Уголовно-процессуальные нормы регламентирующие следственно-судебные исследования в т. ч. с использованием специальных познаний, на основе непосредственного восприятия субъектом следственно-судебного исследования (следователем или судом) свойств и признаков изучаемых объектов или явлений: ст.58 «Специалист», ст.71 «Отвод специалист», ст.83, 84 гл.10 «Доказательства в уголовном судопроизводстве», ст.86-90 гл.11 «Доказыва-

141

ние», ст.163-168,170 гл.22 «Предварительное следствие», ст. 176-194 главы 24- 26 регламентирующие отдельные следственные действия,ст.251 «Участие спе- циалиста» гл.35 «Общие условия судебного разбирательства», ст.274-280,284, 287-290 гл.37 «Судебное следствие».

Группа Б

Уголовно-процессуальные нормы регламентирующие судебно-след-ственное исследование на основе использования специальных познаний в виде экспертизы, т. е. На основе опосредованного восприятия свойств и признаков изучаемых (познаваемых)объектов и явлений Сведующим лицом с ис- пользованием специальных методик, аппаратуры и в ходе экспертного ис- следования: ст.57 «Эксперт», ст.70 «Отвод эксперта», п.З ч.2 ст.74 «Доказа- тельства», ст.80 «Заключение и показания эксперта», ст. 195-207 гл. 27 «Про- изводство судебной экспертизы», ст.282, 283 гл.37 «Судебное следствие».

Безусловным достижением уголовно-процессуального законодательства является включение в УПК основных понятий (ст.5 УПК РФ) используемых в нем. Это позволяет достичь адекватного восприятия основных определений всеми участниками уголовного процесса. Вместе с тем в ст.5 УПК РФ следовало бы среди участников уголовного процесса и упомянуть руководи- телей судебно-экспертного учреждения, т. к. в соответствии с Федеральным законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» в главе 2 «Обязанности и права руководителя и эксперта государственного судебно- экспертного учреждения» весьма детально раскрыты как обязанности (ст. 14) так и права руководителя СЭУ, которые предусматривают выполнение не только организационно-исполнительных, но и процессуальных функций.

Следует признать, что упоминание в п.6 ст.57 «Эксперт» того факта, что за разглашение данных предварительного расследования эксперт несет ответственность в соответствии со ст.310 УК РФ должно по нашему мнению предусматривать включение этого факта в текст разъяснения эксперту прав и обязанностей постановления о назначении судебной экспертизы по аналогии со ст.57 УПК РФ, в которой упоминается наличие ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст.307 УК РФ.

Однако в реквизитах соответствующих бланков, приведенных в прило-

142

жении 62-65 УПК РФ упоминание о возможности наступления уголовной ответственности по ст.310 отсутствует, что не совсем логично.

Весьма позитивным является расширительное по сравнению с ранее дей- ствовавшем УПК РСФСР толкование сущности и процессуальных возмож- ностей специалиста ст.58 УПК РФ, который согласно нового УПК РФ может участвовать не только в следственных, но и иных процессуальных действиях, а также для постановки вопросов эксперту и для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию.

Значительно расширяет возможности обвинения упоминания в ст.70 «Отвод эксперта» УПК РФ того, что преведущее участие сведущего лица в производстве по уголовному делу в качестве эксперта или специалиста не являющегося основанием для его отвода п. 1 ч.2 ст.70.

В то же время п.2 ч.2 указанной статьи предусмотрено в качестве отвода эксперта тот факт, что он находился или находиться в служебной или иной зависимости от сторон или их представителей. Указанное обстоятельство ставит под сомнение законность эффективного использования в уголовном процессе возможностей экспертно- криминалистических подразделений органов внутренних дел, федеральной службы безопасности и иных ведомств.

Весьма сомнительным с точки зрения обеспечения эффективного рас- следования выглядит требование изложенное в ч.5 ст. 177 УПК РФ «Порядок производства осмотра» согласно которого осмотр жилища производится с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения, при этом в случае наличия возражений против осмотра со стороны проживающих в жилище лиц следователь обязан возбудить перед судом соответствующее ходатайство в соответствии со ст. 165 УПКРФ. С точки зрения кри- миналистической тактики это исключает возможность выполнения требова- ний ч.2 ст. 176 «Основания производства осмотра» УПК РФ о необходимости безотлагательного проведения осмотра места происшествия необходи- мость получения судебного решения к задержанию до двух и более суток с учетом существующего в настоящее время режима работы судов, а если рас- смотреть этот вопрос в неразрывной связи с ч.Ю ст.5 «Основные понятия используемые в настоящем кодексе» то при таком расширительном толко- вании термина жилище, проведение безотлагательного осмотра места про-

143

исшествия становиться весьма проблематичным («Жилище -… иное помеще- ние, строение, не входящее в жилой фонд, но используемое для временного проживания»).

Несколько непоследовательным представляется ссылка об отсутствии необходимости разъяснения эксперту его прав и ответственности предусмот- ренной ст.57 (ч.2 ст. 199 «Порядок направления материалов уголовного дела для производства судебной экспертизы» УПК РФ ) руководителем государ- ственного СЭУ, т.к. ст. 14 «Обязанности руководителя государственного СЭУ» федерального закона «О государственной судебно- экспертной деятельности РФ»прямо предписывает в качестве одной из обязанностей руководителя государственного СЭУ разъяснение эксперту(-там) их прав и обязанностей, предупреждение эксперта об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а также оформление указанных действий соответствующей подпиской с направлением ее в орган или лицу направившему экспертизу.

Следует отметить, что упоминания в ч.2 ст.205 УПК РФ «Допрос эксперта» о невозможности производства допроса судебного эксперта по поводу сведений ставших ему известных в связи с производством судебной экспертизы, если они не относятся к предмету данной судебной экспертизы, требует, на наш взгляд, дополнения в тексте указанной статьи о том, что в этом случае эксперт может быть допрошен в качестве свидетеля.

Безусловно указанные вопросы требуют дополнительного исследования на основе правоприменительной практики после вступления вновь принятого УПК в законную силу. Возникающие в связи с этим проблемы безусловно потребуют совершенствования иных положений криминалистической тактики и методики расследования многих преступлений.

К числу законодательных актов, также являющихся правовыми основами криминалистического исследования оружия как объектов-носителей информации о преступлении и преступнике, следует, безусловно, отнести Законы Российской Федерации «О милиции» и «Об оперативно-розыскной деятельности» (последний мы только что упоминали).

В этой связи хотелось бы отметить, что использование законодателем в различных правовых документах многовариантного понятийного аппарата

144

приводит на практике к попыткам двоякого толкования закона или просто к тупиковым, не адекватным существующей нормативной базе ситуациям.

Так, например, применительно к настоящему исследованию возникает вопрос о соотношении терминов «газовое оружие», употребляемого в Законе РФ «Об оружии», и «специальные средства», использованного законодателем в Законе РФ «О милиции» (ст. 14 Закона РФ «О милиции»)119.

В этом отношении, с правоприменительной точки зрения, хотелось бы иметь большую унификацию, используемых в нормативно-правовых актах терминов и определений. Одним из средств обеспечения этого и служит, образно говоря, базовое законодательство, в данном случае Закон РФ «Об оружии», который должен «задавать тон» при построении других норм права, затрагивающих сферу оборота различных видов оружия. Однако, по ряду объективных причин этого не всегда удается добиться. Оружие - это исторически сложившееся понятие, которое в принципе само по себе не нуждается в законодательном закреплении. Расшифровывание этого термина в Законе РФ «Об оружии» как раз и преследует цель достижения терминологического единообразия в нормотворческой и правоприменительной практике.

Однако, следует заметить, что Закон РФ «Об оружии» регламентирует в основном оборот служебного и гражданского оружия. Это видно из текста преамбулы к ст.5 Закона, которые возлагают всю правовую регламентацию по обороту боевого оружия на Правительство Российской Федерации.

Заключительная часть ст. 14 Закона РФ «О милиции» имеет прямое указание на то, что «…запрещается вооружение милиции специальными средствами, которые наносят чрезмерно тяжелые ранения или служат источником неоправданного риска». По-видимому, отсюда следует вывод, что зако- нодатель определяет принципиальную возможность использования в качестве специальных средств в армии, милиции и иных подобных организациях каких-либо видов оружия (в общепринятом его понимании) как средства поражения живой цели, ограничивая в данном случае возможность причинения «чрезмерно тяжелых ранений».

119 Статья 14 Закона РФ «О милиции»: «Применение специальных средств… В качестве специальных средств могут применяться: резиновые палки - в случаях, предусмотренных…слезоточивый газ - в случаях, предусмотренных…».

145

В качестве примера может служить вооружение милиции спецсредствами ПР- 73М; ПР-89, ПР-89 «М»; ПР-90120, которые по криминалистической классификации являются холодным оружием ударного действия по типу по- лицейских дубинок или тонфа121.

Закон РФ «Об оружии», запрещает использование в качестве служебного и гражданского оружия «кистеней, кастетов и других предметов ударно- дробящего действия» (ст.6 Закона РФ «Об оружии»).

В то же время Закон Российской Федерации «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» предусматривает, что на эту сферу предпринимательства распространяются правила «применения специальных средств, установленные Правительством Российской Федерации для органов внутренних дел…» (ст. 17). Согласно данному положению, на вооружение частных охранных и детективных предприятий в качестве специального средства попадают различные варианты резиновых палок, тонфа и иных аналогичных средств, относящихся к категории холодного оружия ударно-раздробляющего действия.

Именно поэтому законодатель и ограничил «эффективность» применения этих средств, положением о том, что «любой ущерб, причиненный при устранении опасности, был минимальным», а также вменил в обязанность субъектам их применения «обеспечить лицам, получившим телесные повреж- дения доврачебную помощь…» и иные подобные действия (ст. 16 Закона РФ «О частной детективной и охранной деятельности).

Действительно, если встать на позиции некоторых ученых-криминалистов и практиков, считающих, что к категории оружия могут быть отнесены предметы и устройства, специально предназначенные для нанесения смер-тельных или хотя бы тяжелых повреждений122, то возникает необходимость

120 См.: Специальные средства, огнестрельное оружие, состоящие на вооружении органов внутренних дел России. СПб., 1994. С.32.

121 См.: Попенко В.И. Холодное оружие Востока и Запада. Самара, 1996. С. 201- 204, 206-209.

122 См. подробнее: Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и классификация. М.ЮОО «НИПКЦ Восход», 1999. С. 387. Мироненко Г.В. Криминалистическое понятие холодного оружия на современном этапе его развития в условиях изменения правоотношений в обществе // Теория и практика криминалистического оружиеведения. Материалы научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 21 апреля 1998 года. / Под общ. ред. В.П. Сальникова, А.И. Александрова, В.Ю. Владимирова. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1998. С. 24-39.

146

образования какой-то промежуточной «прослойки». Входящие в эту группо- вую общность объекты, занимающие промежуточное положение между бес- спорным оружием и предметами производственного или хозяйственно-быто- вого назначения, должны отвечать минимум двум основополагающим крите- риям: 1) специальная предназначенность для причинения повреждений; 2) не- возможность причинения ими тяжелых повреждений. Ряд авторов называют объекты, относимые ими к этой промежуточной группе, специальными сред- ствами или оружием нелетального действия123.

Первое наименование, кроме того, закреплено в Законе РФ «О милиции» (ст. 14 Закона). Однако, если мы говорим об оружии нелетального действия, то возникает справедливый вопрос: почему мы должны его ограничивать от ору- жия вообще. Эта группа объектов должна быть неотъемлемой частью оружия вообще и входить в систему классификации оружия по различным основаниям.

Выделение же этих предметов в категорию специальных средств только с учетом их конструктивных или тактико-технических особен- ностей совершенно неблагодарное занятие, т.к. сам порядок приме- нения спецсредств в тактическом плане предусматривает довольно су- щественные ограничения, за счет которых только и удается не причи- нять серьезных повреждений объекту поражения. Кроме того, целый ряд так называемых спецсредств совсем недавно являлись боевым оружием, в том числе оружием массового поражения124, а многие сред-

123 См. подробнее: Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и классификация. М.: ООО «НИПКЦ Восход», 1999. С. 387.

124- См. подробнее: Большая советская энциклопедия / Гл. ред. О.Ю. Шмидт. М.: АО «Советская энциклопедия», 1929. Т. 14: «Первым ОВ, примененным в большом количестве в прошлую войну был хлор… По физиологическому действию ОВ часто разбивают на 5 групп:… 3) слезоточивые, действующие по преимуществу на глаза;…5) «чихательные» (раздражающие) действующие, главным образом, на слизистые оболочки носа и вызывающие неудержимое чихание, воспаление горла и дыхательных органов… Для этих целей употребляются хлорацетофенон или дифенилхлорарсин» (С. 244-247). Советская военная энциклопедия. / Гл. ред. Н.В. Огарков. М: Воениздат МО СССР, 1978. Т.6.: «В конце войны появились люизит, адамсит и хлорацетофенон… Поражающие действие ОВ проявляется в нарушении осн. биохимических процессов, определяющих нормальную жизнедеятельность человека…. ОВ делятся на смертельные (летальные) и временно выводящие из строя» (С. 162-166). Советская военная энциклопедия / Гл.ред. А. А. Гречко. М: Воениздат МО СССР, 1976. Т.1. «Биологические средства…, поражающие людей, подразделяются подобно ОВ на смертельные и выводящие из строя» (С. 471472). Большая медицинская энциклопедия (в 30-ти томах) / Гл.ред. Петровский. 3-е изд. М.: Советская энциклопедия, 1982. Т. 18. «Наибольшее значение приобрели клинико-токсикологическая и тактическая классификации. В соответствии с первой ОВ подразделяются на группы:… раздражающие отравляющие вещества - хлорацетофенон, бромбензилцианид (лакриматоры), адамсит, вещества CS, CR (стерниты)» (С. 155).

147

ства поражения живой или иной цели нелетального действия и сегодня состоят на вооружении в армии125. Наконец, нелогичность такой теоретической «демилитаризации» так называемых спецсредств, предназначенных для поражения цели, или оружия нелетального действия убедительно, на наш взгляд, подтверждается наличием в Законе РФ «Об оружии» таких средств, как спортивное оружие и сигнальное оружие, которые либо далеко не всегда, либо вообще не предназначены для поражения живой или иной цели.

По вопросу об определении понятия оружия, как средства, специально предназначенного для поражения цели, независимо от характера и степени поражения и правомерности отнесения так называемого оружия нелетального действия к категории спецсредств с исклю- чением их из группы однородных (по сфере применения или по назна- чению) объектов, именуемых оружием, весьма характерным является уже упоминавшийся нами факт криминального применения бесствольного огнестрельного оружия «Оса» в отношении гр. П. в сентябре 2000 года на территории Московского района Санкт- Петербурга.

При этом, в результате трех выстрелов, произведенных гр.М. в сторону потерпевшего с расстояния более 3 метров, гр.П. были при- чинены три слепые пулевые непроникающие ранения мягких тканей груди и живота. Произведенным дополнительным рентгенологичес- ким исследованием грудной клетки, в мягких тканях в области 2-го межрёберного промежутка справа, обнаружено инородное тело «ме- таллической плотности», правильной геометрической формы, напо- минающее катушку для ниток (см. фото на рис.1).

125 Примером такого нелеталыюго оружия взрывного действия может служить противопехотная фугасная мина ПФМ-1 в кассетах типа КСФ-1 и их модификация, которые предназначены для травмирования конечностей (ног).

148

Ф Рис. 1. Рентгенограмма грудной клетки гр.П. (Прицельный снимок)

Дальнейшим судебно-баллистическим исследованием установлено, что обнаруженный в раневом канале предмет является ни чем иным, как армирующим элементом (сердечником) пули к патрону пневматического действия пистолета «ПБ-4- 1», входящего в комплект «Оса»126. В ходе исследования представленного на экспертизу пистолета «ПБ-4» №В 000492 установлено, что удельная кинетическая энергия выстрелянных из него снарядов равна 0,03 кгм/мм2, что незначительно ниже принятой в криминалимстике и судебной медицине пороговой удельной кинетической энергии (0,05 кгм/мм2), достаточной для решения вопроса об отнесении исследуемого объекта к категории огнестрельного оружия. Таким образом, мы вновь сталкиваемся с ситуационно определяемой степенью поражения цели. По тактико-техническим данным для комплекса «Оса», в который входит пистолет «ПБ-4» и патроны травматического, свето-звукового и сигнального действия127, останавливающее действие травматического патрона достигается за счет болевого шока, возникающего при попадании в нападающего резиновой пули, которая имеет диаметр 15,3 мм, массу 8,35 г и стальной сердечник сложной формы с основными размерами 22,5 х 20,0 мм128. Причинение каких-либо телесных повреж-

126 См. подробнее: заключение комплексной судебно-медицинской и судебно- баллистической экспертизы №42127 от 18.10.2000 г. по уголовному делу №28196, расследованного прокуратурой Московского района Санкт-Петербурга.

127 На сегодняшний день сертифицированы и разрешены к обороту только патроны травматического действия.

121< См. подробнее: Калинин СВ., Образцов СЕ. Гражданское оружие самообороны. Научно- практическое пособие. СПб., 2000. Заключение экспертов №42127 от 18 октября 2000 г. по уголовному делу №28196.

149

дений, тем более аналогичных рассматриваемым в данном случае при этом не допускается. Кстати, здесь, на наш взгляд, уместна некоторая аналогия с при- менением милицейских резиновых палок, которые по традиционным крими- налистическим воззрениям и международной практике относятся к оружию ударного действия. Тактика применения этих средств имеет существенные ограничения по зонам нанесения ударов, не выполнение которых также может приводить к тяжелым последствиям.

Повышенная опасность комплекса «Оса» отмечается и некоторыми спе- циалистами в области оружиеведения. Так, по мнению авторов сборника «Гражданское оружие», изданного в Санкт-Петербурге в 2000 году,«… надо помнить - применение бесствольного оружия в целях необходимой обороны вполне может закончиться превышением ее пределов, так как удельная энергия пули «Осы» настолько высока, что грозит травматизмом и вероятностью причинения проникающего ранения»129.

Не подвергая критике юридическую несостоятельность установления причинной связи между тактико-техническими данными и уголовно- правовой оценкой состояния необходимой обороны, следует, на наш взгляд, еще раз подчеркнуть объективность концептуального воззрения тех криминалистов, которые считают, что основным родовым свойством любого оружия является функциональная предназначенность для поражения живой или иной цели. При этом степень поражения цели определяется ситуационно, в зависимости от тех задач, которые стоят перед субъектом применения оружия: поражение личного состава войсковых подразделений, как летального, так и нелетального характера; охотничий промысел; спортивные соревнования и т.д.

Изучение проблем, связанных с криминалистическим исследованием различных категорий оружия и использованием специальных познаний в области криминалистического оружиеведения, смежных с ней отраслей су- дебной экспертизы в раскрытии, расследовании и предупреждении преступ- лений, так или иначе связанных с оборотом, в том числе незаконным, различных категорий оружия, убедительно свидетельствует о наличии на данном этапе развития отечественного законодательства, при существующем

129 См.: Калинин СВ., Образцов СЕ. Гражданское оружие самообороны. Научно- практическое пособие. СПб., 2000.

150

уровне методического и технического обеспечения, ряда проблем, разрешение которых, безусловно, будет способствовать существенному повышению эффективности работы правоохранительных органов по борьбе с различными видами преступлений, при совершении которых каким-либо образом используется огнестрельное или иное оружие.

Это, прежде всего, острейшая необходимость приведения в соответствие с дей- ствующим законодательством основных теоретических положений, понятий и определений, а также классификаций исследуемых объектов как судебной баллистики, так и криминалистического оружиеведения в целом.

Поскольку в принципе не исключается и возможность дальнейшего совершен- ствования законодательства, регламентирующего оборот оружия, следует отметить, что эта работа, несомненно, должна проводиться не только с учетом особенностей криминогенной ситуации в стране, но и на основе достижений различных отраслей знаний, и в том числе судебной баллистики, взрьгоотехники, судебной медицины и т.д.

В связи с изложенным представляется возможным провести сравнительное иссле- дование положений Закона Российской Федерации «Об оружии» в их взаимосвязи с другими нормами права, с категориями и понятиями перечисленных отраслей знаний, что позволит сформулировать ряд предложений, направленных на повышение уровня нормотворчества в сфере оборота оружия в России.

В криминалистической литературе существуют много систем классификации ог- нестрельного оружия, построенных по различным основаниям. Тем не менее, каждая из них разрабатывается, как правило, по отношению к какому-то одному критерию.

По сфере использования огнестрельное оружие подразделяется на следующие группы: боевое, охотничье, учебно-спортивное, криминальное. Некоторые авторы выделяют из этого множества еще две категории: полицейское и гражданское, которое иногда объединяются в одну общую группу - «специальное оружие».

Кроме того, в криминалистической классификации предусматривается деление огнестрельного оружия на одноствольное и многоствольное; однозарядное и многозарядное; казнозарядное и дульнозарядное; гладкоствольное, нарезное и гладконарезное; неавтоматическое и автоматическое (самозарядное и самострельное); заводское, кустарное и самодельное.

Несколько иначе определяется систематизация оружия в Законе РФ «Об оружии», что видно из приводимой ниже таблицы №20.

151

Таблица №21 Кра ткий сравнительный анализ криминалистической и законодательной классификации огнестрельного оружия

Криминалистическая классификация Законодательная классификация 1. Боевое - состоящее на вооружении армейских и некоторых специальных формирований (как отечественных, так и зарубежных) 1. Боевое ручное стрелковое и холодное оружие - предназначенное для решения боевых и оперативно- служебных задач, принятое в соответствии с нормативно-правовыми актами Правительства РФ на вооружение Министерства обороны РФ, Министерст внутренних дел РФ и другие министерств и ведомств (государственных военизированных организаций) 2. Полицейское - отличающееся от боевого меньшим размером, калибром и т.д. (например, «Вальтер- ППК») 2. В самостоятельную группу не выделяется, а поглощается группой боевого (№1) 3. Отсутствует 3. Служебное оружие - предназначенное для использования должностными лицами государствен органов и работниками юридических лиц, которым законодательством РФ разрешено ношение, хранени применение указанного оружия… 4. Гражданское оружие самообороны 4. Гражданское оружие

4.1. Оружие самообороны:- огнестрельное гладкоствольное длинноствольное, в т.ч. с патронам пневматического действия;

  • огнестрельное бесствольное отечественного производства с патронами пневматического, газовог светозвукового действия;

4.2. Спортивное оружие:

  • огнестрельное с нарезным стволом;- гладкоствольн

4.3. Охотничье:

  • с нарезным стволом;

  • гладкоствольное;

  • комбинированное;

4.4. Сигнальное оружие 5. Учебно-спортивное 5. Поглощено гр. №4 6. Охотничье -нарезное и гладкоствольное 6. Поглощено гр. №4 Сигнальное оружие криминалистической классификацией не предусмотрено.

152

Из приведенного сравнительного анализа становится очевидно, что эти две классификации не соответствуют друг другу не только по форме, но и по сути.

Так, говоря о гражданском огнестрельном бесствольном оружии, зако- нодатель ограничивает его лишь образцами отечественного производства, что с криминалистических позиций совершенно не приемлемо.

Сомнительным не только с криминалистической, но и с уголовно-правовой точки зрения является термин «сигнальное оружие», поскольку он объединяет в себе устройства, конструктивно предназначенные только для подачи световых, дымовых или звуковых сигналов и исторически сложившемуся понятию оружия не соответствует.

На наш взгляд, в законодательной классификации просматривается и терминологическое несовершенство. Так, понятию «огнестрельное бессто- вольное оружие» с учетом характера применяемых в нем боеприпасов под- ходит термин «оружие комбинированного действия» (огнестрельно-газовое). Отдельное смещение акцентов соотносимости таких понятий как боевое, полицейское и служебное оружие, на наш взгляд, не является существенным и объясняется особенностями социально-исторического развития.

Несомненно, что Закон РФ «Об оружии» 1996 года более совершенен своего предшественника. Однако, имеющиеся в нем положения в ряде случаев явно не способствуют повышению эффективности борьбы с незаконным оборотом оружия131.

В практической деятельности правоприменительных органов это приводит к возникновению коллизий при отнесении исследуемых в судебно-экспертных учреждениях объектов к тем или иным видам оружия.

Примерно такое же положение наблюдалось, когда было введено же- сткое методическое требование при производстве криминалистической эк- спертизы холодного оружия - осуществлять его сравнение с образцами холодного оружия, бытовых ножей, предметов и инструментов. Поскольку классификация давалась применительно к странам- изготовителям, по-

131 См. подробнее: Владимиров В.Ю. Криминализация оборота газового оружия (уголовно-процессуальный и криминалистический аспекты). Монография. СПб.: Санкт- Петербургский юридический институт МВД России, 1996. С. 49-61.

153

стольку в раздел «Бытовые ножи» попали ножи для спортивного туризма (Германия), нож харцера, то есть пионера (ПНР) и т.д. В тех случаях, когда указанные предметы становились предметом криминалистического исследования, эксперты ошибочно не относили их к категории холодного оружия либо справедливо оговаривали боевые характеристики этих ножей в сравнении с отечественным охотничьим холодным оружием. Обоснованность последних заключений подтвердила практика. Именно такое положение сложилось в настоящее время при судебно-баллистичес-кой оценке признаков некоторых разновидностей ствольного газового оружия. Поэтому необходимо привести во взаимное соответствие правовое и методологическое (криминалистическое) толкование свойств, при- знаков и классификаций, связанных с таким специфическим объектом как оружие.

Как уже было указано ранее, под оружием законодатель понимает устройства и предметы, конструктивно предназначенные для пораже- ния живой или иной цели, подачи сигналов (ст.1 Закона РФ ««Об ору- жии»).

Огнестрельное оружие - это оружие, предназначенное для механического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим движение за счет энергии порохового или иного заряда.

Но, к сожалению, в данном определении понятия огнестрельного оружия законодатель не учел результаты соответствующих научных исследований в области криминалистики и богатую экспертную практику в сфере су- дебной баллистики.

Прежде всего, обращает на себя внимание употребление термина «иного заряда». Он дает возможность трактовать его с экспертной точки зрения непозволительно широко, включая в него использование энергии сжатого газа, газовых смесей и т.д. Думается, что этот термин следовало бы заменить указанием на аналогичное действие.

Необходимо отметить, что законодательное определение не согласуется и с криминалистическим определением понятия огнестрельного оружия. Известно, что последнее содержит ряд обязательных критериев: оружейность, огнестрельность и надежность. Кроме того, оружие должно обладать удель-

154

ной кинетической энергией снаряда132 не менее 0,05 кг\мм2. В противном слу- чае эксперты в соответствии с требованиями Закона «Об оружии» должны будут относить к огнестрельному оружию устройства, предназначенные для стрельбы резиновыми снарядами. Следовательно, в законодательном опре- делении понятия огнестрельного оружия необходимо указать на степень по- ражения цели.

Недостатки законодательного определения понятия огнестрельного оружия и несовершенная его классификация порождают и другие трудности практического свойства.

В последние годы усилиями ряда ученых-криминалистов и практиков, работающих в судебно-экспертных учреждениях, проблемы дифференциации огнестрельного, газового оружия и оружия комбинированного (огне- стрельно-газового) удалось решить133.

Аналогичным образом эти проблемы решаются при криминалистическом исследовании сигнального оружия, которое зачастую в объективном смысле также может быть определено как сигнально-газовое со всеми выте- кающими уголовно-правовыми последствиями.

С учетом внесенных предложений в новой редакции Закона РФ «Об оружии» указывается, что этот нормативный акт регламентирует оборот лишь гражданского и служебного оружия.

Очевидно, представляется, что определение оружия следовало бы изложить в следующей редакции:

«Под оружием в настоящем Законе понимаются устройства или предметы, конструктивно предназначенные и технически пригодные для поражения живой или иной цели, не имеющие прямого назначения в быту или в

132 Под снарядом в этом случае понимается пуля, картечь, дробь или иные аналогичные предметы заводского, кустарного или самодельного изготовления, как снаряженные в унитарном патроне, так и помещаемые в канал ствола огнестрельного оружия или камору его барабана способом раздельного снаряжения.

133 См. подробнее: Владимиров В.Ю. Криминализация оборота газового оружия. (Уголовно-процессуальный и криминалистический аспекты) Монография. СПб.; Санкт-Петербургский юридический институт МВД России, 1996. С. 204; Владимиров В.Ю. Криминалистическое исследование газового оружия: Методическое пособие для экспертов-криминалистов и следственно-оперативных работников органов внутренних дел / Под ред. И.А.Возгрина. СПб.: Санкт Петербургский юридический институт МВД России, 1996. С. 77.

155

производстве, и по своим боевым (поражающим) свойствам представляющие повышенную общественную опасность в соответствии с принятыми или на- учно-обоснованными134 для данного вида оружия тактико-техническими дан- ными».

Определение огнестрельного оружия предлагается в более полном виде: «Огнестрельное оружие, предназначенное и технически пригодное для меха- нического поражения цели на расстоянии снарядом, получающим направ- ленное движение и достаточную кинетическую энергию за счет энергии газов порохового заряда или иного метательного ВВ (взрывчатого вещества), обладающее соответствующими конструктивными особенностями».

При перечислении основных разновидностей оружия, определяемых способом его действия, целесообразно ввести понятие: «Комбинированное оружие - это оружие комбинированного действия, сочетающее в себе признаки огнестрельного и холодного, огнестрельного и газового оружия и т.п.».

Перечисляя запрещенные к обороту виды оружия целесообразно указать:

«Иные виды оружия, не предусмотренные настоящим Законом, в том числе состоящие или состоявшие на вооружении российских и иностранных вооруженных или специальных формирований, гражданское огнестрельное оружие самообороны и т.д., не предусмотренные настоящим Законом».

В ст. 1 Закона «Основные понятия, применяемые в настоящем Федеральном Законе «при определении термина «оружие» наряду с «устройствами и предметами, конструктивно предназначенными для поражения живой или иной цели», упоминаются аналогичные объекты для «подачи сигналов, а также основные части оружия, определяющие его функциональное значение».

Отнесение к категории оружия каких-либо устройств, целевое назначение которых определяется необходимостью и технической возможностью подачи световых, звуковых и дымовых сигналов, совершенно исказит смысловое содержание этого понятия, неоправданно расширит круг включенных объектов, не охваченных единством своей природы или целевого назначения (поражения цели).

134 В данном случае имеется в виду как требование ГОСТов, технических условий и т.п., так и научно-обоснованные критерии судебно-медицинского и криминалистического характера.

156

Очевидно, что родство перечисленных сигнальных устройств с различными категориями оружия (например, огнестрельным) заключается в конст- руктивном подобии и их повышенной общественной опасности. Именно последнее обстоятельство, вероятно, и привело законодателя к мысли, о необходимости включения этих разнородных по сути объектов в одну видовую группу. Хотя очевидно, что ограничить сферу оборота источников повышенной опасности можно, и не прибегая к «подмене понятия». Достаточно при этом обозначить группу конструктивно подобных предметов, строго определив их признаки или дав исчерпывающий перечень, распространив на них отдельные положения настоящего Закона.

В военных энциклопедических и иных словарях оружие определяется как «общее название устройств и средств поражения (уничтожения) живых существ, техники и сооружений»135 или «оружия для нападения или защиты»136 и тому подобное. За основу в данных источниках для объединения в одну видовую группу столь разнородных предметов и устройств как оружие (огнестрельное, холодное, химическое, бактериологическое, огнеметно- зажигатель-ное и т.д.) берется его целевое назначение, которое весьма далеко от цели подачи сигналов137. Топор, которым преступник зарубил потерпевшего, не теряет своего хозяйственного назначения.

В ст.5 рассматриваемого Закона дается определение боевого ручного огнестрельного оружия. При этом в качестве основного критерия указывается, что это оружие «принятое в соответствии с нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации на вооружение Министерства обороны…» и других военизированных организаций.

В этом случае законодательное определение резко расходится с крими- налистическими и уголовно-правовыми критериями оценки. Согласно такой позиции, пистолет «Парабеллум» (Р-08), например, не будет являться

135 См.: Белкин Р.С. Криминалистика. Краткая энциклопедия. М., 1993. С. 50.

136 Краткий токовый словарь русского языка / Под ред. В.В. Розановой. М., 1979. С. 106.

137 «Под оружием следует понимать предметы, предназначенные исключительно {подчеркнуто мной - В.В.) - для поражения живой цели и не имеющие иного хозяйственного назначения» (Волженкин Б.В, Питерцев С.К., Шимановский В.В. Расследование дел о хулиганстве. Квалификация, процессуальные особенности расследования. Л.: ИУСРП, 1979. С. 25).

157

боевым огнестрельным оружием в то время, как любой эксперт- криминалист, следователь или судья отнесет его именно к таковому. Новая редакция ст.6 Закона РФ «Об оружии» от 13.11.1996 г. в еще большей степени создает двусмысленность в определении уголовно- правовых и криминалистических оценочных характеристик так называемого гражданского короткоствольного оружия комбинированного действия (огнестрельно-газового), которое кон- структивно предназначено как для отстрела газовых и шумовых патронов, так и для стрельбы огнестрельными патронами с дробовым снарядом. И если, даже несмотря на отсутствие четкой позиции в п. «г» ч. 1 ст.6 действовавшего ранее Закона РФ «Об оружии» от 20.08.93 г. в отношении данной категории огнестрельно-газового оружия, экспертно- криминалистическая, судебно-медицинская, следственная и судебная практика вплотную подошли к выработке единого подхода в решении правоприменительных задач в этой сфере, то новая редакция, изложенная в Законе «Об оружии» от 13.11.1996 г., способствует двоякому толкованию этого определения. Коль скоро в анализируемом законе п. «г» чЛ ст.6 - «Ограничения, устанавливаемые на оборот гражданского и служебного оружия» - имеется ссылка на запрещение к обороту «патронов с дробовыми снарядами для газовых пистолетов и револьверов», можно ошибочно заключить, что огнестрельный боеприпас прямо предназначен для стрельбы из неогнестрельного оружия (газового). В то время как конструктивно газовое оружие должно исключать возможность использования не только патронов, снаряженных пулей, но и картечью, дробью либо иным многоэлементным снарядом. Именно в этих целях и должно быть пре- дусмотрено криминалистическое (судебно-баллистическое) исследование сертифицируемого изделия, призванное обеспечить надежный барьер на пути псевдоправомерного оборота этих разновидностей огнестрельного или комбинированного оружия.

Вызывает сомнение обоснованность формулировки п. «8» чЛ ст.6 Закона «Об оружии», которым запрещается оборот оружия и патронов, не соот- ветствующих криминалистическим требованиям МВД России. Криминалистические требования никак не могут быть стандартизированы так как криминалистика в целом и теория криминалистической экспертизы (как разновидность судебной экспертизы в частности) изучают явления и объекты ма-

158

териального мира во всем их многообразии, в отличие от таких наук, как военное оружиеведение, технология холодной обработки металлов и т.п.

Более того, эти закономерности и объекты изучаются криминалистикой только в связи с деятельностью по предупреждению, раскрытию и рас- следованию преступлений.

«За счет определенной части средств криминалистической техники можно согласиться с утверждением криминалистов о том, что любые попытки предусмотреть в законе исчерпывающий их перечень нереальны в той же мере, в какой нереальны попытки остановить процесс развития и совершенствования научных основ раскрытия и расследования преступлений, развития и совершенствования практики борьбы с преступностью»138.

Наиболее ярким, применительно к теме, примером в этом смысле может служить экспертно-криминалистическое исследование самодельного дульнозарядного огнестрельного оружия типа «самопала», изготавливаемого обычно подростками, которое имеет, мягко говоря, весьма произвольные конструктивные и технологические решения.

В данном законе имеется и внутренние противоречия. Так, ст. 1 среди основных частей огнестрельного оружия перечисляет: «ствол, затвор, барабан, рамка, ствольная коробка». В то же время ст.ст.З и 6 этого же закона вводят понятие «огнестрельного бесствольного оружия».

Не совсем ясно, что законодатель понимают под термином «конструктивно сходные с оружием изделия» (ст. ст.7 и 13). Если бы авторы не отнесли сигнальные устройства к одной из разновидностей оружия, то можно было бы предположить, что речь идет о ракетницах, осветительных и шумовых патронах и т.п. объектах.

Если же речь идет о предметах, лишь внешне похожих на оружие (пугачи, макеты, «пистолеты- зажигалки» и т.д.), то следует заметить, что понятия «внешнее сходство» и «конструктивное сходство» далеко не однозначны.

Во всяком случае позиция законодателя осталась выраженной не явно.

Кроме того, в Законе «Об оружии» от 13.11.1996 г. имеются менее су-

138 См.: Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовном процессуальном праве. Л., 1976. С. 119.

159

щественные недоработки, которые, тем не менее, могут способствовать воз- можности двоякого толкования Закона и возникновению прочих неясностей.

Так, начальную часть преамбулы полезно было бы изложить в следующей редакции:

«Настоящий Закон определяет правовую основу и принципы регулирования отношений, возникающих при обороте гражданского и служебного оружия, а также некоторых видов боевого короткоствольного ручного, огнестрельного оружия на территории Российской Федерации…». Такая формулировка позволит оставить за рамками правового регулирования настоящего Закона те виды оружия армейских и специальных формирований России, конструктивные особенности которых нежелательны для излишнего афиширования и т.д.

Дальнейшая ссылка на то, что оборот в качестве служебного и граж- данского оружия тех средств, которые не упомянуты в настоящем Законе (ст.6), запрещен, будет вполне достаточна и исключит необходимость излиш- ней детализации запретительных положений.

Нельзя согласиться и с формулировкой п. «4» ст.6, рассматриваемого Закона: «кистеней, кастетов, сурикенов, бумерангов и других, специально приспособленных для использования в качестве оружия предметов ударно- дробящего и метательного действия…».

Криминалистическая и уголовно-правовая характеристика оружия и других предметов, специально приспособленных для использования в каче- стве оружия, совершенно различна. Последние обычно имеют какое- либо прямое назначение в быту или производстве и лишь приспособлены преступником для иных целей, например нападения или защиты.

Совершенно неоправданно Закон перегружен некоторыми положениями, имеющими чисто методическое значение при криминалистической оценке признаков и свойств отдельных видов оружия.

Принятие российского законодательства, регламентирующего оборот различных видов оружия, несомненно, является важнейшим этапом в развитии общей теории криминалистического оружиеведения, необходимость которого настоятельно диктует практика.

160

Именно с этого момента понятийно-терминологический аппарат новой отрасли криминалистической техники перестает быть совокупностью элемен- тов общей логики или методологии различных наук, а переходит в новое качество - становится совокупностью норм права.

Следует отметить, что взаимная адаптация базового законодательства, регламентирующего оборот оружия, и таких видов отраслевого законода- тельства как уголовное и административное происходила не без перекосов и коллизий.

Возникающие при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел, связанных с незаконным оборотом оружия, проблемы инициировали соответствующие научные разработки и, в конечном счете, принятие 13 но- ября 1996 года нового Закона «Об оружии».

Новая редакция этого законодательного акта, несомненно, имеет свои преимущества.

Весьма позитивным следует признать наличие в заключительной части ст.4 Закона, ряда технико-криминалистических параметров, определяющих конструктивные особенности различных категорий оружия, имеющие своей целью создание условий, способствующих раскрытию и расследованию пре- ступлений.

Однако, и в новой редакции Закона РФ «Об оружии» содержится ряд положений, не исключающих, и даже прямо предполагающих возникновение правовых коллизий в сфере уголовно-правового и административного преследования лиц, специализирующихся на криминальном обороте оружия.

К числу наиболее существенных недостатков, как уже отмечалось нами, следует отнести введение новой категории - сигнальное оружие (ст. ст.1 и 3 Закона РФ «Об оружии» от 13.11.1996 г.), которое предназначено «… только для подачи световых, дымовых или звуковых сигналов».

Это положение нового закона вступает в принципиальное противоречие не только с методологическими положениями криминалистической экспертизы, но, прежде всего, с основными понятиями и определениями, принятыми в военном деле, технике, медицине, истории, этнографии и других отраслях знаний, которые в этой или иной мере изучают оружейную проблематику. Во всех без исключения отраслях знаний под оружием понимается

161

«общее название устройства и средств, применяемых в вооруженной борьбе для уничтожения живой силы противника, его техники и сооружений»139.

Не совсем ясна позиция законодателя, запрещающего оборот ножей, «клинки и лезвия»140 которых извлекаются из рукоятки и автоматически фик- сируются, но не относящего такие ножи к категории холодного оружия, что исключает какую-либо ответственность за нарушение данной нормы (ст.6 Закона).

Наконец, серьезным препятствием в профилактической работе право- охранительных ведомств является заключительное положение ст.1, которое гласит: «к оружию не относятся изделия, сертифицированные в качестве из- делий хозяйственно-бытового и производственного назначения …». Это значит, что если сертифицирующий орган, присвоит какому-либо изделию, объективно содержащему отдельные свойства или даже их совокупность, характерную для какого-либо вида оружия, не оружейное наименование, то это будет истиной в последней инстанции.

И это далеко не полный перечень существенных недостатков, которые весьма негативно скажутся на состоянии правоохранительной деятельности в России.

Так, в последние годы широкое распространение в экспертно-кримина- листической практике получила «Методика испытаний гражданского холод- ного (метательного) оружия на соответствие криминалистическим требованиям». Данная методика ввела ценный ряд критериев, вступивших в противоречие с ранее действовавшими методиками и методическими рекомендациями.

Одним из таких критериев является установление соответствия различных размерных и иных физических параметров представленного образца ГОСТам, техническим условиям (ТУ), а также определяющим параметрам известных аналогов данной разновидности холодного (метательного) оружия. Нетрудно догадаться, сколько проблем при исследовании самодельного холодного оружия породило только одно (из многих аналогичных) это требование.

139 Большая Советская Энциклопедия / Под. ред. A.M. Прохорова. Т.18. М.: Изд.

Советская Энциклопедия, 1974. С. 538.

14(1 Терминология не ясна, так как лезвие является конструктивной частью клинка.

162

Однако, простым изучением текста правительственного решения и ан- нотации, подготовленной авторами-составителями (Астапов А.Н. и Герасимов A.M.) легко установить, что «Методика проведения сертификационных криминалистических испытаний холодного (метательного) оружия…» работает «…в системе сертификации служебного и гражданского оружия».

Это означает, что в представленном виде она в полном объеме при кри- миналистической экспертизе применяться не может.

Соответствующие разъяснения были получены нами и у руководства ГУ ЭКЦ МВД России. Их в обобщенном виде можно свести к следующему:

• в настоящее время в ЭКЦ и ФЦСЭ создан совместный творческий кол- лектив, который работает над разработкой соответствующей методики экспертного исследования холодного (метательного) оружия;

? какие-либо требования ГОСТов в отношении самодельных изделий в тех случаях, когда они становятся объектами судебно-экспертного исследования, не могут использоваться в качестве определяющих и весообъемлю-щих критериев; ? ? в процессе судебно-экспертного исследования в рамках конкретного уголовного дела эксперт вправе не согласиться с оценкой признаков ранее сертифицированного изделия. ? В этом случае он мотивирует свое заключение, которое должно быть в соответствие с требованиями ст. ст. 21’ и 140 УПК РСФСР положено в основу предупредительно-профилактической работы (ст.73 УПК РФ).

Это означает, что по мотивированному заключению эксперта орган, ведущий расследование, или суд должен вынести представление (определение) о снятии данного изделия с производства, либо изменении его конструктивного решения или сертификационной категории.

К огромному сожалению, в настоящее время мы вынуждены констати- ровать весьма слабую роль судебно-экспертных учреждений в профилактической работе по изъятию из псевдоправомерного гражданского оборота различных видов огнестрельного, холодного и иного оружия.

Это положение может быть изменено приведением во взаимное соот- ветствие требований методического обеспечения криминалистического ору-жиеведения в целом и методик судебно-экспертного исследования различ-

163

ных видов оружия. Данная работа должна проводиться совместно судебно- экспертными учреждениями различных ведомств.

К изложенному следует добавить, что эффективным средством профилактики опасных насильственных преступлений с использованием оружия всегда являлась административная практика государственных органов. В этом отношении, к сожалению, можно лишь констатировать, что в настоящее время отсутствуют эффективные средства административно-правового регулирования оборота многих видов оружия.

К сожалению, в настоящее время имеет место коллизия административного и уголовного законодательства. Новая редакция ст.222 УК РФ в сравнении со ст.218 УК РСФСР, предусматривает ответственность и за незаконный оборот охотничьего гладкоствольного оружия, хотя аналогичные нормы остаются в КоАП.

Как быть правоприменителю, каким из этих законов (УК или КоАП) пользоваться? Этот вопрос нашёл частичное разрешение.

Говоря о влиянии на исследуемую проблему Закона РФ «Об оператив но-розыскной деятельности», следует отметить, что экспертно-криминалис- тическая деятельность регламентируется им не только в плане производства исследований предметов (п.5 ст.6. Закона), но и при проведении таких опера тивно-розыскных мероприятий, как «сбор образцов для сравнительного ис следования» (п.З Закона), «отождествление личности» (п.7 Закона), а в опре- • деленной части и «обследование помещений, зданий, сооружений, участков

местности и транспортных средств» (ст. 8 Закона) и «оперативный эксперимент» (ст. 14 Закона). При этом следует иметь в виду, что какого-либо дополнительного согласования с уголовно-процессуальным законодательством эти нормы, по мнению Конституционного суда РФ, не требуют141. Исключение составляют лишь те случаи, когда результаты этих оперативно-розыскных мероприятий целесообразно вводить в процедуру доказывания по уголовному делу. В этих случаях порядок их реализации и формы, в которой они должны быть предоставлены органам расследования или суду, должны определяться, прежде всего уголовно- процессуальным законодательством.

|41 См. подробнее: Определение Конституционного суда Российской Федерации

по

делу о проверке конституционности отдельных положений Федерального Закона «Об оперативно- розыскной деятельности» по жалобе гражданки И.Г.Черновой // Российская газета от 11 августа 1998 года. С. 3-5.

164

Кроме того, ч.ч. 14 и 15 ст. 11 «Права милиции» Закона РФ «О милиции» и ч.2 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» предусматривают возможность ведения соответствующих видов криминалистических учетов, среди которых применительно к рассматриваемой теме следует упомянуть Федеральную и региональные коллекции пуль, гильз и патронов со следами оружия, изъятых с мест нераскрытых преступлений, а также коллекцию контрольных пуль и гильз, стреляных в утраченном оружии, состоявшем на вооружении в государственных военизированных организациях.

К огромному сожалению, многие следователи прокуратуры по непонятным мотивам пренебрегают этим положением, прямо вытекающим из требований федеральных законов «О милиции» и «Об оперативно-розыскной деятельности», направляя следовую информацию в судебно-экспертные учреждения других ведомств, что выводит криминалистически значимую информацию из сферы криминалистического учета, таким образом существенно обедняя паллитру средств раскрытия и расследования преступлений.

Так, при изъятии с мест совершения преступлений пуль и гильз со следами оружия, в случаях направления следователем этих объектов в лаборатории органов юстиции, приводит к задержке поступления их в пулегильзо-теку на четыре - пять месяцев.

В этот период оружие использованное преступником, будучи изъятым из криминального оборота, может уже пройти проверку по соответствующим массивам и расследование навсегда утратит этот источник доказательственной информации. Произойдёт, так называемый, «пропуск цели».

Такое, тактически безграмотное служебное поведение, фактически является немотивированной формой пособничества организованным преступным группам по оказанию противодействия расследованию142.

В заключение следует отметить, что ряд исследователей данной проблемы высказывали и другие предложения относительно совершенствования действующего законодательства. Особенностью предлагаемых в данной ра- боте положений является то, что, они направлены на устранение проблем,

142 См. подробнее: Александров А.И., Бурданова B.C., Владимиров В.Ю., Кузьминых К.С. Особенности расследования убийств, совершенных по найму. Учебно- методическое пособие / Под ред. В.П.Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 1999. С. 58.

165

возникших в процессе реализации действующего законодательства в сфере оборота оружия с учетом ранее сложившихся уголовно-правовых и крими- налистических оценок признаков соответствующих объектов. Решение ука- занных проблем будет определенным гарантом устранения многочисленных противоречий, возникающих при расследовании преступлений и админист- ративных правонарушений, связанных с незаконным оборотом оружия.

Конечно, речь не идет о том, что Закон может подстраиваться под мето- дические основы отдельных отраслей права, но и существовать, а тем более рождаться в отрыве от них, он не должен.

Реализация указанных предложений позволит правоприменительным органам, и в том числе органам внутренних дел, таможенного контроля и т.д., занимать более принципиальную позицию и более последовательно и эффективно вести борьбу с незаконным оборотом различных категорий ору- жия в России.

Безусловно, одним из правовых оснований криминалистического исследования оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств является Федеральный закон от 31 мая 2001 года «О государственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации»143.

Закон устанавливает основные принципы, формы этой деятельности практически не выделяя особенности исследуемых нами объектов судебной экспертизы.

Однако, ряд положений этого закона все-таки, на наш, взгляд следует считать достаточно специфическими применительно к рассматриваемой про- блематике.

Так, в п.4 ст. 15 среди оснований для возмещения расходов судебно-экс- пертному учреждению указывается необходимость «ликвидации последствий взрывов, пожаров и других экстремальных ситуаций, являвшихся результатом поступления в данное учреждение объектов повышенной опасности». В соответствии с ч.4 ст. 19 этого закона, образцы, полученных в ходе экспертного эксперимента, должны передаваться в орган или лицу, назначившим экспертизы, либо определенное время храниться в экспертном учреждении.

143 Закон РФ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ // Российская газета от 05 июня 2001г. С.

166

Это положение в полной мере, на наш взгляд, касается экспериментальных пуль и гильз, полученных в результате экспериментального отстрела огне- стрельного оружия.

Высокая юридическая значимость вновь принятого Закона определяется в значимой степени тем, что он регламентирует процедуру судебно-экспертного исследования предметов, материалов или веществ, а также иных объектов не только в уголовном процессе, а практически в любых видах пра- воприменительных процедур.

Безусловно, этот нормативно-правовой документ требует весьма детального изучения и выработки научно-методических рекомендаций по его при- менению.

§3. Организационное, методическое и техническое обеспечение

криминалистического исследования различных видов оружия.

Методологические основы криминалистического оружиеведения.

Под методологическими основами криминалистического исследования оружия следует понимать, прежде всего, систему принципов и способов орга- низации судебно-следственной деятельности по обнаружению, исследованию, оценке и использованию криминалистически значимой доказательственной информации, связанной с криминальным использованием оружия, а также учение о принципах построения, формах и способах научного познания тео- рии криминалистического оружиеведения, и исследования отдельных видов оружия в частности.

Чтобы охарактеризовать социально и исторически обусловленную за- кономерность появления проблемы методологии криминалистического ис- следования оружия, логично привести высказывание СВ. Степашина:

«Невиданная ранее динамика нынешней социальной жизни намечает неизвестные прежде исследовательские приоритеты, выдвигает новые мето- дологические предпосылки»144.

Еще вчера многие виды оружия, именовавшиеся спецсредствами армейских и полицейских (милицейских) формирований ассоциировались лишь с

144 См.: Степашин СВ. Безопасность человека и общества (политико-правовые вопросы). Монография. СПб., 1994. С. 3.

167

функцией государственно-правового принуждения, сегодня же они прочно вошли в наш быт как средства, призванные повысить степень защищенности граждан от насильственных посягательств, их личную безопасность.

В определенной мере к данному разделу можно отнести дефиниции, данные Р.С. Белкиным: «Методологические основы науки - это ее теория, вклю- чающая в себя систему ее мировоззренческих принципов, теоретических кон- цепций, категорий и понятий, методов и связей, определений и терминов … без исследования философских проблем конкретной области научного знания невозможно и создание ее методологии. Невозможно обнаружить зако- номерности, обуславливающие самостоятельное существование предмета конкретной науки, раскрытие которых и составляет цель преподавания этой науки»145.

При изложении непосредственно методологических, а также организационно- технических аспектов криминалистического исследования оружия и следов его применения, прежде всего, следует определить то место, которое оно занимает среди иных наиболее распространенных объектов, чаще других подвергающихся криминалистическому исследованию.

При этом следует согласиться с технологическим определением «… кри- миналистики, как науки о средствах и механизме (технологии) поисково-по- знавательной деятельности в уголовном процессе», а также признать тот факт, что в настоящее время все еще … создается и непрерывно совершенствуется понятийно-терминологический аппарат криминалистики, методы, подходы, концепции, процедуры, программы и методологический инструментарий (анкеты, вопросники и т.д.) получения, использования учеными знания об объекте науки, его отдельных сторонах, элементах»146.

При этом сам термин «криминалистическое исследование» понима- ется автором в широком смысле, как аналитическая работа следователя (дознавателя), оперативного работника и иных участников уголовно-процессуальной и оперативно-розыскной, деятельности. «Это значит, что деятельность по расследованию преступлений в одном отношении является

145 См.: Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. М.: ВШ МВД СССР, 1970. С. 5.

146 Криминалистика / Под ред. В.А. Образцова. М.: Юрист, 1995. С. 7.

168

процессуальной, в другом - криминалистической, в третьем - оперативно-розыскной и т.д.»147.

Эта исследовательская работа, как любой иной род исследовательской деятельности, направлена, прежде всего, на изучение природы рассматрива- емых объектов, выделение и систематизацию их наиболее характерных, а также второстепенных (необязательных) родовых признаков, изучение ме- ханизма их функционирования, определенного конструктивными особенно- стями и взаимодействием с объектами окружающей среды. Следует согла- ситься с высказыванием Р.С. Белкина: «Исследуя особенности проявления диалектических категорий причины и следствия при познании преступления, криминалистическая теория причинности способствует разработке системы практических рекомендаций по установлению механизма события в процессе судебного исследования. Знание общих причин и общих следствий служит исходным пунктом при установлении единичной причинной связи в конк- ретном акте судебного исследования при ее выявлении как следователем и судом, так и экспертом»148. Эта работа имеет своей целью получение доказа- тельственной или ориентирующей информации, используемой для построе- ния оперативных и иных версий, наиболее рационального планирования расследования и установления истины по делу. Она, как было сказано ранее, осуществляется, прежде всего, непосредственно следователем (дознавателем) или оперативным работником, а на стадии судебного разбирательства и всем составом суда и иными участниками процесса. Однако во многих случаях само состояние исследуемых объектов, либо образовавшихся в результате обращения с ними каких-либо следов, делает невозможным выявление, фиксацию и оценку всего необходимого для следствия (суда) комплекса криминалистически значимой информации лишь на основе непосредственного их восприятия, даже при условии использования специальной криминалистической техники либо иных научно-технических средств и методов. В этих случаях лицо, производящее расследование, вынуждено привлекать к производству отдельных следственных действий лиц, обладающих специальными

147 См.: Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. Л.: Изд-во ЛГУ, 1976. С. 106-107.

14Х См.: Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частная теории. М.: Юрид. лит., 1987. С. 233.

169

познаниями в какой-либо области науки, техники, искусства или ремесла. Таким образом, в этом случае следует вести речь об «опосредованном»149 вос- приятии следователем, составом суда и т.д. криминалистически значимой информации, что и определяет актуальность строгого ограничения сферы научного познания, иными словами, компетенции при криминалистическом исследовании подобного рода объектов.

Следует отметить, что любая попытка исследования вопроса о месте, которое занимает тот или иной вид оружия и следы его применения среди иных наиболее распространенных объектов криминалистического оружие-ведения, вполне закономерно приводит к рассмотрению проблемы места кри- миналистического учения об оружии в криминалистике. Можно охаракте- ризовать теорию и методологию криминалистики в качестве открытой, раз- вивающейся системы, отражающей знание об объекте данной науки в его развитии, о методах научного обогащения этого знания и его использования при разработке соответствующей научной продукции теоретического и при- кладного характера150.

Это развитие осуществляется на основе как философских, общеконцеп- туальных положений, так и отдельных элементов и направлений развиваю- щейся науки151.

Рассматривая современные воззрения на структуру науки криминалистики, и, в частности, на структуру раздела «Криминалистическая техника», представляется, что проблема криминалистического исследования оружия в наибольшей степени подходит к рассмотрению по теме «Судебная (крими- налистическая) баллистика».

149 См.: Корнев Г.П. Методологические проблемы уголовно-процессуального познания. Н. Новгород, 1995. С. 140.

150 См. подробнее: Криминалистика / Под ред. В. А. Образцова. М.: Юрист, 1995. С. 11-12.

151 «Необходимость рассмотреть философские проблемы конкретной науки возникает тогда, когда в этой науке назревает качественный скачок в развитии. Когда наука в своем проникновении в предметную область достигает следующей, более высокой степени, когда возникает необходимость преодоления трудностей познания бесконечно взаимосвязанных явлений и закономерностей объективного мира» (Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.: Юрид.лит., 1973. С.5). «Решение философских проблем частных наук становится задачей представителей этих наук… на них ложится разработка методологических основ своей науки…»

170

При изучении судебной баллистики необходимо, прежде всего, определить ее предмет и тем самым, естественно, ограничить ее сферу. При этом мы должны постоянно помнить о той неразрывной связи, а вернее, взаимосвязи, которая объективно существует между общей теорией науки, как «… системы основных идей данной области знания, которая охватывает максимально полное отображение объекта в его связи и опосредованиях»152, и частными научными теориями.

Эту неразрывную взаимосвязь совершенно правильно охарактеризовал Р.С. Белкин: «Частная научная теория относится к одной из сторон объекта, не ко всему предмету данной науки, а к его части и т.п. Частные научные теории - это разделы, части, структурные подразделения общей научной теории. Генетически частные теории могут предшествовать общей, а могут наоборот, порождаться последней; обычным, как нам представляется, является сочетание обоих этих процессов: возникновение на базе частных теорий охватывающей их общей теории (этап, соответствующий моменту становления науки как самостоятельной отрасли знания) и выведению из общей теории новых частных теорий»153.

Данное положение имеет огромное практическое значение потому, что, согласно требований ст.67 УПК РСФСР и ст.70 УПК РФ “Отвод эксперта”, наличие или отсутствие компетенции является одним из существенных осно- ваний для решения вопроса об отводе эксперта. Отсутствие в настоящее время четкого определения предмета судебной баллистики и сферы ее содержания мешает следователям (суду) правильно определить компетенцию экспертов - баллистов и объективно оценивать их заключения как источник дока- зательственной информации по делу.

Баллистика (HeM.ballistik от греч. ballo - бросаю), в отечественных словарях определяется как - «наука о движении (подчеркнуто мной- В.В.) ар- тиллерийских снарядов, неуправляемых ракет, мин, бомб, пуль при стрельбе (пуске)»154. При этом различают баллистику внутреннюю, изучающую движе-

152 См.: Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.: Юрид. лит., 1973. С. 14.

153 См.: Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.: Юрид. лит., 1973. С. 14.

154 Советский энциклопедический словарь / Под ред. A.M. Прохорова. М,, 1990. С.

171

ние снаряда в канале ствола или ином направляющем устройстве, ограничи- вающем направление и иные условия движения, внешнюю - после выхода (вылета) снаряда.

Таким образом, баллистика - это наука о движении, что подтверждается значением и более древнего, чем «огнестрельное», понятия: «Балиста (от лат.ЬаШБ1а) - метательная машина в древности.., с помощью которой снаряд (камень, бревно, стрела и др.) выпускался в цель»155.

Однако, рассматривая различные определения судебной (криминалис- тической) баллистики, мы сразу сталкиваемся с расширительным, в сравнении с ранее рассмотренными терминами, толкованием. Так, например, в одном из учебников криминалистики упоминается, что: «Судебной баллистикой называется отрасль криминалистической техники, изучающая огнестрельное оружие, боеприпасы и следы их применения; разрабатывающая приемы, методы и средства обнаружения, собирания и исследования этих объектов в качестве вещественных доказательств»156. Аналогичным образом определяется судебная баллистика тем же автором в криминалистической энциклопедии: «.. .отрасль криминалистической техники, изучающая огнестрельное оружие, боеприпасы к нему, следы их действия, методы и средства собирания и исследования этих объектов, а также другие технические вопросы, возникаю- щие при расследовании преступлений, связанных с применением (ношением, хранением, изготовлением и сбытом) огнестрельного оружия и боеприпа- сов»157. Этим же источником четко определяется круг «Объектов исследова- ния»: «…ручное огнестрельное оружие, отдельные части и принадлежности оружия, боеприпасов, преграды со следами применения оружия158, средства и инструменты, применяемые для снаряжения патронов или изготовления сна- рядов, предметы со следами хранения оружия».

Такое весьма расширительное толкование представляется с практической точки зрения вполне оправданным, ибо судебная баллистика является чисто прикладной теорией и, несмотря на то, что является отраслью юриди-

Советский энциклопедический словарь / Под ред. A.M. Прохорова. М., 1990. С. См.: Криминалистика / Под ред. Р.С.Белкина. М., 1986. С. 153. См.: Белкин Р.С. Криминалистика. Краткая энциклопедия. М., 1993. С. 9. Вероятно, огнестрельного.

172

ческой науки - криминалистики, представляет собой функциональное еди- ное, производное от синтеза многих наук: внешней и внутренней баллистики, военного дела, оружиеведения, физики, химии и др., что в значительной степени повышает ее возможности в выполнении специфической задачи по «борьбе с преступностью»159.

Кстати говоря, о понятийно-терминологическом аппарате формирую- щейся отрасли-криминалистического оружиеведения, следует отметить, что с учетом специфических задач и синтетической сущности основные понятия и определения могут объективно не совпадать с теми, которые имеют место в военном деле, спорте, охоте или этнографии.

При этом обоснование относимости науки криминалистики к области юридических знаний автор намеренно оставляет за рамками настоящего исследования, так как эта проблема выходит за границы его предмета. Вместе с тем, необходимо отметить, что и в учебных курсах криминалистики вопросы оружиеведения раскрываются не одинаково.

Сравнительный анализ программ по криминалистике для различных учебных заведений юридического профиля показывает, что знания об оружии по своему наименованию и содержательной части трактуется далеко не однозначно. Так, в одной из программ для высших учебных заведений тема имеет следующее наименование - «Криминалистическая баллистика и ее практическое использование в раскрытии и расследовании преступлений»160 и рассматривает в качестве объектов криминалистической баллистики: оружие, боеприпасы, взрывные устройства, следы выстрела и взрыва. В этой теме предусмотрено изучение «исследования холодного оружия». В другой программе соответствующая тема сформулирована следующим образом: «Следы огнестрельного оружия как источники криминалистической значимой информации»161 и предусматривает изучение «огнестрельного оружия и боеприпасов», «признаков такого оружия в следах его применения», «взрывчатые вещества и взрывные устройства». Изучение вопросов криминалистического исследования холодного

159 В данном контексте термин «борьба с преступностью» следует понимать как процесс предупреждения раскрытия и расследования преступлений.

160 См.: Криминалистика. Программа для высших учебных заведений МВД СССР /Под ред. И.М. Лузгина. М., 1985. С. 12-13.

161 См.: Криминалистика. Программа для слушателей ВЮЗШ МВД РФ / Подготовлена А.Ф. Волынским и др. М., 1993. С. 11-12.

173

оружия этой программой вообще не предусмотрено. Более последовательно и адекватно потребностям практики изложен соответствующий раздел в другом программном документе: «Криминалистическое исследование оружия, боеп- рипасов, следов выстрела и взрыва»162, который раскрывает вопросы крими- налистического исследования оружия, под которым понимается ручное огне- стрельное оружие, следы выстрела, взрывные устройства, холодное оружие. Кроме того, предусмотрено изучение «тенденций и перспектив развития мето- дов и средств следственного и экспертного криминалистического исследования оружия, боеприпасов, следов выстрела и взрыва».

Программа самостоятельной подготовки экспертов163 содержит два раздела: «баллистическая экспертиза», который наряду с ручными огнестрельным оружием и сопутствующими ему объектами (боеприпасы, следы применения и т.д.) содержит и информацию о «криминалистической экспертизе холодного оружия», и «взрывотехническая экспертиза», раскрывающий методы исследования веществ и материалов, промышленных и самодельных взрывных устройств, следов их применения и ряд сопутствующих вопросов.

Общим для приведенных документов является рассмотрение исчерпы- вающего традиционного блока объектов: огнестрельное (ручное) оружие, взрывные устройства, холодное оружие. Это своеобразная триада, дополненная рядом сопутствующих элементов (боеприпасы, следы применения и т.д.), по мнению авторов-составителей, является вполне достаточной.

Аналогичным образом обстоит дело и в типовой учебной программе для специальных средних учебных заведений164.

Представляется, что наиболее адекватным программным документом, в котором эта тема сформулирована и структуризирована с учетом концеп- туальных положений и тенденций развития вопросов данной проблематики является примерная программа для вузов МВД России 1994 г.165 Там впервые

162- См.: Криминалистика. Программа для иностранных учащихся, обучающихся в вузах МВД СССР / Под ред. В.Г. Коломацкого. М., 1991. С.25-26.

163 См.: Программа самостоятельной подготовки экспертов экспертно- криминалистических подразделений органов внутренних дел СССР. М.,1985. С. 106- 127, 138-144.

164 См.: Криминалистика. Программа для специальных средних учебных заведений МВД России / Под общей ред. А.Ф. Волынского и др. М., 1993. С. 11-12.

165 См.: Криминалистика. Программа для высших учебных заведений МВД Российской Федерации / Под общ. ред. Л.Г.Филиппова. М., 1994. С.24.

174

появляется термин «криминалистическое оружиеведение», не тождественный с судебной баллистикой, а включающий ее в качестве равноправного элемента структуры. Наконец, содержательная часть темы подчеркивает ее структурную незавершенность, то есть процесс ее методического развития (совер- шенствования): «Тенденции появления новых конструктивных типов оружия (газовое, электрошоковое и пр.) и развития криминалистического оружиеве- дения»166. Аналогичным образом находят свое развитие эти проблемы и в соответствующих учебниках. Структура, предложенная авторским коллекти- вом при рассмотрении курса «Криминалистическое исследование оружия, боеприпасов и следов их применения»167 в учебнике «Криминалистика» под ред. Р.С.Белкина, предусматривает разделение этой темы на: 1) судебную бал- листику и 2) криминалистическое исследование холодного оружия и следов его применения. И хотя вопрос отнесения следов применения холодного ору- жия к данной теме спорен и обычно является предметом изучения иных смеж- ных научных дисциплин: трассологии, судебной медицины и т.д., но само ог- раничение этого раздела от судебной баллистики представляется вполне ра- зумным и обоснованным.

С методической точки зрения это ограничение обусловлено тем, что в научных основах криминалистического исследования холодного оружия, в отличие от судебной баллистики, лежат в большей степени историко-этног-рафические аспекты, закономерности возникновения, функционального разграничения и развития различных видов холодного оружия, которое зачастую совмещало и совмещает в себе как признаки собственно оружия, так и предметов хозяйственно-бытового назначения. С практической точки зрения такое ограничение не играет существенной роли, так как по сложившейся практике работы судебно-экспертных учреждений различных ведомств эксперты, специализирующиеся на производстве судебно-баллистических экспертиз, имеют право на производство криминалистической экспертизы холодного оружия. Такое положение создает видимость формального поглощения методикой судебно-баллистической экспертизы методики крими- налистического исследования холодного оружия, а на самом деле является

166’ См.: Криминалистика. Программа для высших учебных заведений МВД Российской Федерации / Под общ. ред. А.Г.Филиппова. М.,1994. СЮ. 167 См.: Криминалистика. Учебник / Под ред. Р.С.Белкина. М.,1986. С.153.

175

лишь следствием особенностей планирования учебного процесса по повыше- нию квалификации экспертного состава экспертно-криминалистических под- разделений и судебно-экспертных учреждений органов внутренних дел и Минюста России.

Дискуссионным остается вопрос об отнесении к предмету судебной бал- листики исследования взрывных устройств. Одни специалисты без всякого научного-методического обоснования относят взрывные устройства к объек- там судебно-баллистических исследований. Возможно, при этом берется за основу данное М.В. Ломоносовым определение взрыва, как очень быстрого выделения большого количества энергии и большого объема газа168. Это вполне соответствует характеристике процесса сгорания пороха. Кстати, сам порох, как многокомпонентное химическое вещество, является разновидностью взрывчатых веществ: метательным взрывчатым веществом. В то же время как явление может происходить и при отсутствии взрывчатых веществ (например, при наличии кавитации, электроискры и т.д.). Поэтому наличие взрывчатых веществ не может и не должно определять родство этих процессов. Возможно, взрывные устройства отнесены к объектам судебной баллистики потому, что в их основе лежит обобщающее понятие снаряда (камня, бревна, пули, артиллерийского снаряда, бомбы, мины и т.п.). Однако при таком подходе к объектам судебно-баллистической экспертизы следует также отнести хлорацетофенон и другие аналогичные вещества, являющиеся «снарядом» патронов слезоточивого (раздражающего) действия для ствольного газового оружия, что весьма сомнительно.

Другие специалисты не упоминают взрывные устройства в числе объектов судебной баллистики. Вместе с тем, они указывают на возможность решения с помощью судебно-баллистических исследований диагностических вопросов об относимости исследуемых объектов к категории взрывных устройств169, рассматривают взрывотехническую экспертизу в качестве вида бал- листической экспертизы с перечислением среди ее объектов не только взрыв- ных устройств, но и взрывчатых веществ и обстоятельств взрыва170.

См. подробнее: Покровский Г.И. Взрыв. М.: «Недра», 1980. С. 5.

См. подробнее: Криминалистика / Под ред. Р.С. Белкина. М.,1986. С. 153.

См.: Белкин Р.С. Криминалистика. Краткая энциклопедия. М., 1993. С. 14.

176

Думается, что настала пора ввести в криминалистику самостоятельное понятие методологии и технического обеспечения криминалистической взры-вотехники, существенно отличающейся от судебной баллистики, как по объекту исследования, так и по методологическому и организационно- техническому обеспечению171.

Как показывает практика, взрывные устройства - это весьма специфи- ческие объекты познания. Даже в настоящее время, когда уже сложились специализированные взрыво-технические подразделения в ряде судебно- экспертных учреждений, процесс исследования таких объектов реализуется по различным алгоритмам. Так, при обнаружении и изъятии штатных взрывных устройств (бомб, мин, артиллерийских снарядов и т.д.) обычно привлекаются для их обезвреживания (прежде всего) и экспертной оценки специалисты пиротехнических подразделений армии, взрыво-технических подразделений ФСБ или инженено-технических подразделений ОМОН. При необходимости осмотра (исследования) места взрыва, самодельных пиротехнических (взрывных) устройств после их обезвреживания в качестве специалистов и экспертов выступают сотрудники взрывотехнических и физико-химических лабораторий судебно-экспертных учреждений различных ведомств. Наиболее интересен в этом отношении опыт организции взаимодействия между ЭКУ ГУВД СПб и ЛО, РОТС УФСБ по СПб и ЛО и НТО ОМОН при ГУВД СПб и ЛО по организации осмотров мест взрывов, обнаруженных ВВ и ВУ и их оперативному и экспертному исследованию.

Наибольшее развитие взрыво-технические лаборатории получили в ве- домственном научно-исследовательском учреждении Федеральной службы безопасности, Экспертно-криминалистическом центре МВД России и некоторых крупных экспертно-криминалистических подразделениях органов Федеральной службы безопасности и внутренних дел ряда регионов. Объясняется это тем, что для производства таких экспертиз нужны прежде всего специальные познания, которые отсутствуют у военных или гражданских (например, «Взрывотехпрома») специалистов также, как у специалистов ар- ттехслужб армии нет необходимых познаний в области судебной экспертизы и судебной баллистики, в частности. Требуется и сложная аналитическая

171 См. подробнее: Моторный И.О. Основы криминалистической взрывотехники. Учебное пособие. М. 1999. С. 248.

177

аппаратура для физико-химических исследований взрывчатых веществ, по- лигоны, взрывные камеры и многое другое. Характерно, что взрывотехни-ческие лаборатории структурно входят в подразделения специальных исследований экспертно-криминалистических служб органов внутренних дел наряду с физическими, химическими, пожарно-техническими и прочими подобными лабораториями. В то же время судебно-баллистические лаборатории входят в структуру подразделений традиционных криминалистических экспертиз (дактилоскопических, почерковедческих, трассологических и т.д.). Практическая потребность в криминалистическом исследовании следов взрыва и взрывных устройств намного опередила рождение специализированных подразделении этого рода. Поэтому в определённый момент и потребовался своеобразный симбиоз: эксперт-химик (физик) и эксперт-криминалист. Среди последних наиболее «предпочтительным» оказался эксперт-баллист. Действительно, подобный симбиоз весьма положительно зарекомендовал себя на практике при производстве комплексных судебных экспертиз боеприпасов к огнестрельному оружию и некоторых близких к ним предметов (например, сигнальных ракет). При этом каждый из экспертов действовал в рамках своей компетенции, в то время как окончательная оценка всей совокупности признаков боевого припаса производилась в основном экспертом- баллис-том. При этом объектами исследования, как мы видим, становились и отдельные пиротехнические изделия, например, сигнальные световые или звуковые патроны. Таким образом, обеспечивалось весьма плавное «вхождение в тему» упомянутого нами комплексного подхода к исследованию таких объектов как боеприпасы к огнестрельному оружию и отдельные пиротехнические изделия. Однако, экспертная и судебная практика внесла соответствующие коррективы с учетом как конструктивных особенностей объектов взрывотехнической экспертизы, специфики аппаратурной базы, так и весьма высокой их общественной опасности.

Вообще представляется вполне закономерным, что с учетом прикладного характера рассматриваемой нами области познания, определение предмета исследования периодически подлежит некоторой корректировке с учетом изменений динамики и структуры преступности, основных принципов и концепций борьбы с этим негативным социальным явлением.

178

При этом, представляется весьма существенным определение, в первую очередь, структуры исследуемой отрасли, так как структурный подход к исследованию элементов предмета доказывания обеспечивает полноту расследования, ибо позволяет выявить и использовать максимальное количество доказательственной информации. Несмотря на то, что данное высказывание носит более частный характер, оно весьма убедительно раскрывает значение системно-структурного подхода к процессу любого исследования.

В настоящее время наиболее целесообразно определить структуру рас сматриваемой отрасли в соответствии с предложениями Л.К. Михальчука, • дополнив ее разделом «исследование взрывных устройств (судебная взрыво-

техника)», а также предусмотреть принципиальную возможность расширения сферы прикладного научного познания в зависимости от криминализации использования различных видов и средств вооружения (ядерная, огне-метно- зажигательная и т.д.).

Таким образом, в относительно законченном виде структура указанного раздела, которую правильней сформулировать, как «криминалистическое оружиеведение» будет выглядеть следующим образом (см. таблицу №21).

Наиболее оптимально место криминалистического оружиеведения, на наш взгляд, нашло отражение в «Программе учебного курса криминалисти ки» Санкт-Петербургского университета МВД России172. В настоящей про- 4 грамме построением курса криминалистики предусмотрено изучение 35 от-

дельных тем, 12 из которых посвящены разделу криминалистической техники. В этом разделе наименование темы №9 сформулировано следующим образом: «Криминалистическое оружиеведение и его практическое использование в предупреждении, раскрытии и расследовании преступлений»173. Аналогичным образом сформулированы и темы, посвященные криминалистической трассологии (тема №8) и криминалистического исследования документов (тема №10).

Таким образом, местонахождение темы и ее формулировка прямо указывают на тот факт, что она фактически заняла место криминалис-

Ф |72 См. подробнее: Владимиров В.Ю., Возгрин И.А., Шайтанов А.В., Шумилов Н.И.

Криминалистика. Программа учебного курса / Под общ. ред. И.А. Возгрина. СПб.: Санкт- Петербургский университет МВД России, 1999. С. 42. 173 Там же. С. 5.

Криминалистическое оружиеведение

Криминалистическ ое

исследование ручного

огнестрельного

оружия (судебная

баллистика)

Криминалистическ ое

исследование

холодного оружия

Криминалистическ ое

исследования

пневматического

оружия	

Криминалистическ ое

исследование

газового оружия

Кримми

стичес

исследо

взрыв устрой

Исследование

рукопашного

холодного оружия

Исследование

метательного

холодного оружия

I

Исследование боеприпасов

Криминалистичеко е

исследование оружия

комбинированного

действия

Исследование следов иных объектов, а

также обстоятельств, связанных с

оборотом оружия

180

тической (судебной) баллистики, как наиболее емкой и теоретически разработанной среди подобных тем, вошедших в более собирательный раздел, посвященный криминалистическому оружиеведению. Такое решение, на первый взгляд, представляется вполне адекватным или, по крайней мере, закономерным. Однако анализ изучения вопросов, связанных с оружием и боеприпасами в учебном курсе «Криминалистики» является лишь отражением развития самой науки криминалистики. Поэтому необходимо обратиться к анализу непосредственного содержания криминалистических знаний об оружии и его применении при совершении преступлений. Не оспаривая закономерности развития таких наук как военное дело, охота и спорт, военно-полевая хирургия и судебная медицина и т.п., их достижения преломлялись учеными-криминалистами в целях разработки теоретических концепций и практических рекомендаций по наиболее оптимальному предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений, совершаемых с применением или использованием оружия, а так же преступлений, связанных непосредственно с криминальным оборотом оружия. В этой связи криминалистические знания в области оружиеведения давно вышли за пределы криминалистической техники и нашли свое место в других отраслях криминалистики и, по крайней мере, в следственной тактике при разработке весьма специфической тактики отдельных следственных действий, в практических рекомендациях по наиболее эффективному предупреждению, раскрытию (оперативно-розыскная деятельность) и расследованию преступлений (методика расследования отдельных видов и групп однородных преступлений).

Структура криминалистического оружиеведения, с нашей точки зрения, должна содержать сведения, раскрывающие понятие, систему и значение криминалистического оружиеведения для предупреждения, раскрытия и расследования преступлений; характеристику объектов, изучаемых им; роль базового и отраслевого законодательства, регулирующего оборот оружия в России; понятие криминалистической баллистики со всем блоком вопросов, характерных для этого раздела; теоретические и практические аспекты криминалистического исследования холодного оружия, в том числе метательного; вопросы криминалистического исследования взрывного оружия и образую-

181

щихся при его применении следов; наконец, криминалистическое исследова- ние газового, электрошокового, пневматического и иных видов оружия174.

Таким образом, криминалистическое оружиеведение - это развивающаяся подотрасль криминалистической техники, неразрывно связанная с другими разделами криминалистики: теоретико-методологическим, криминалисти- ческой тактикой и криминалистической методикой расследования преступле- ний.

Такая структура, кроме того, не противоречит и Закону РФ «Об ору- жии». Более того, она явно предопределяет тенденцию развития базового законодательства, регламентирующего оборот всех видов оружия в России. С учетом вполне отчетливо обозначившихся тенденций преступного оборота различных видов оружия не только в нашей стране, но и за рубежом (не- правомерные поставки или даже хищения обогащенного ядерного топлива, преступное использование химического оружия в Японии и т.д.) следует при- знать, что структура данного раздела не может носить окончательно завер- шенный характер, а подлежит дальнейшему развитию. При этом следует за- метить, что «… развитие и специализация естественно научного знания в криминалистике идет не по пути выделения автономных частнонаучных комплексов, а по пути формирования внутри криминалистики и, что самое главное, на базе ее теории и методологии криминалистических задач применительно к типовым криминалистическим объектам»175.

Вместе с тем, упомянув о принципиальном соответствии прилагаемой структуры раздела «Криминалистическое оружиеведение» основным поло- жениям Закона РФ «Об оружии», следует заметить, что даваемые в упомяну- том законе дефиниции не позволяют достаточно четко отграничить отдельные категории оружия друг от друга.

В целом следует признать, что принятие Закона Российской Федерации «Об оружии» является весьма перспективным с точки зрения дальнейшего совершенствования различных отраслей права, отдельные нормы которых, каким-либо образом затрагивают те или иные аспекты оборота оружия. В этой связи вполне

174 См. подробнее: Владимиров В.Ю., Возгрин И.А., Шайтанов А.В., Шумилов Н.И. Криминалистика: Программа учебного курса / Под общ. ред. И.А. Возгрина. СПб.: Санкт-Петербургский университет МВД России, 1999. С. 42.

175 См.: Поль К.Д. Естественнонаучная криминалистика (Вступительная статья В.Я.Колдина). М.: Юрид. лит., 1985. С. 14.

182

уместным будет упомянуть высказывание Р.С.Белкина: «В результате процесса дифференциации и интеграции различных отраслей права появляются в последние годы все новые группы правовых норм, которым тесно в прежних границах данной отрасли права и которые выделяются в самостоятельные отрасли. Примером этого могут служить такие «отпочковавшиеся» от основных отраслей права, как космическое, водное, горное, транспортное, хозяйственное.. .»176.

Представляется, что в качестве фундаментальной основы, объединяющей в своем развитии всевозможные проблемы, связанные с оборотом оружия, является исторически сложившееся понятие оружия, его систематика, структуризация, наличие внутриструктурных и внешних связей. Оружие -«… понятие очень сложное. Его надо осмысливать с позиций комплексного подхода, с учетом междисциплинарного предназначения»177.

Это определение, данное СВ. Степашиным, применительно к понятию - «безопасность», как нельзя более кстати характеризует философское пони- мание исследуемой нами категории.

В заключение следует отметить, что криминалистическое оружиеведе-ние имеет предметом своего научного познания криминальный оборот178 всех видов оружия, т.е. оружие как средство, специально предназначенное для поражения живой (в основном) или иной цели, опирается на научно-методо- логическую базу многих наук: военное дело, физику, химию, историю, эт- нографию, судебную медицину и др., аккумулируя общие с методологичес- кой точки зрения знания, и таким образом, рождая «новое знание». В связи с этим, по замечанию Р.С. Белкина: «…новым знанием становятся и те частные криминалистические теории, которые формируются в настоящий момент на базе наблюдаемых новых фактов, устанавливаемых криминалистикой»179.

176 См.: Белкин Р.С, Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.:Юрид.лит., 1973. С. 167.

177 См.: Степашин СВ. Безопасность человека и общества (политико- правовые вопросы). Монография. СПб., 1994. С. 6.

178 Оборот оружия и основных частей огнестрельного оружия - производство оружия, торговля оружием, продажа, передача, приобретение, коллекционирование, экспонирование, учет, хранение, ношение, перевозка, транспортирование, использование, изъятие, уничтожение, ввоз оружия на территорию Российской Федерации и вывоз его из Российской Федерации (ст. 1 Федерального закона «Об оружии»).

179 См.: Белкин Р.С, Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.: Юрид. лит, 1973. С. 212.

183

Цель такого познания является научное обоснование процесса кри- миналистического исследования весьма разнородных по своему конструктивному решению и принципу действия объектов: различных видов оружия, направленного на выделение необходимой совокупности родовых признаков, дающих основание для отнесения такого объекта к одной из разновидностей оружия. Справедливым в этом смысле является суждение В.Я. Колдина:

«Судебная физика, судебная химия, судебная биология не имеют и не могут иметь своей, отличной от криминалистики, теории и методологии, ибо они возникли и развиваются не как отрасли физики, химии, биологии, а как элементы комплексного криминалистического знания, приспособленного для решения задач раскрытия, расследования и предупреждения преступлений на основе изучения механизмов преступления, методики идентификации, обобщения следственной и судебной практики»180. Причем с криминалисти- ческой точки зрения, историческая относимость конкретного вида оружия к определенной группе средств вооружения существенного значения не имеет. Этот факт должен использоваться криминалистом лишь как дополнительное знание об особенностях исследуемого объекта.

Так, пистолет Р-08 «Парабеллум» криминалистической экспертизой должен быть отнесен к категории иностранного нарезного боевого огнестрельного оружия, производства Германии, в соответствующий исторический период и это не следует считать противоречием Закону РФ «Об оружии», так как на- стоящий Закон регулирует лишь правомерный оборот оружия в России.

На основании изложенного представляется возможным заключить, кри- миналистическое оружиеведение - это отрасль криминалистической техники, которая изучает историю зарождения, развития, основные принципы действия и конструктивные решения различных видов оружия, специфику его взаимодействия с окружающей средой, протекающих при этом процессов отражения, а также разрабатывает методы и средства криминалистического исследования этих объектов в целях получения и реализации доказательствен- ной или ориентирующей информации для предупреждения, раскрытия и рас- следования преступлений.

180 См.: Поль К.Д. Естественно-научная криминалистика (Встутительнаястатья В.Я. Колдина). М.: Юрид.лит., 1985. С. 13.

184

В теории криминалистического оружиеведения задолго до консолидации его разделов в одной структуре плодотворно работали многие видные ученые- криминалисты Т.В.Аверьянова, B.C. Аханов, Р.С.Белкин, А.И.Вин-берг, В.Ф. Гущин, И.А. Дворнянский, А.Г. Егоров, Б.М. Комаринец, З.И. Кирсанов, Ю.Г. Корухов, М.Г. Любарский, B.C. Митричев, В.М. Плеска-чевский, А.Г.Подшибякин, Л.Ф.Саврань, Т.А. Седова, Е.И. Сташенко, А.Н, Самончик, Е.Н. Тихонов, Х.М. Тахо-Годи, А.И. Устинов и многие другие.

Большой вклад в развитие теоретических и прикладных знаний своими трудами в этой отрасли внесли судебные медики И.В. Виноградов, С.Д. Кус- танович, Ю.М. Кубицкий, В.Ф. Черваков, а в более поздние годы - В.Д. Иса- ков, Т.П. Лаврентюк, Р.В. Бабаханян.

В последние годы наиболее полно нашли отражение теоретические и прак- тические аспекты криминалистического оружиеведения в работах В.М. Плес- качевского181 А.С. Подшибякина и А.Г. Егорова. Довать весь объем информа- ции в области оружиеведения из таких отраслей знаний, как военное дело, охо- та и охотничье хозяйство, физкультура и спорт, медицина, химия, физика, история, этнография и т.п., необходимо переработать обобщенную таким образом информацию в специфических прикладных целях криминалистики, которая существует как наука в связи с необходимостью реализации норм уголовного права в правовом поле, ограниченном рамками уголовного процесса.

Именно поэтому, представляется нам, В.М. Плескачевский и пришел к не совсем верному выводу, что «оружие в криминалистике - это материальное средство индивидуального применения, конструктивно и функционально предназначенное для нанесения летальных повреждений человеку или животному, а также специальному разрушению преград»182. Правда, сам автор указывает, что это определение не может претендовать на окончательную сформулированность, но в настоящее время может «использоваться в крими- налистике в качестве рабочего инструмента»183.

181 См. подробнее: Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и классификация. М.: ООО «НИПКЦ ВОСХОД», 1999. С. 387; Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и классификация. Автореф. дисс. … д.ю.н. М., 1999. С. 42.

182 См.: Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и классификация. М.ЮОО «НИПКЦ ВОСХОД», 1999. С. 324-325.

183 См.: Там же. С. 326.

185

Однако, здесь же автор полемизирует сам с собой, говоря о теоретически возможных к криминальному применению видах оружия (лазер, ультразвук) и причинения ими тяжкого вреда здоровью, «объекты способные наносить также повреждения такой степени, должны быть также признаны оружием»184.

В той же работе автор указывает, что «серьезные повреждения» «приме- нительно к холодному оружию соотносятся с тяжкими телесными поврежде- ниями, описанными в судебно-медицинской литературе»185. Думается, что эти рассуждения можно в определенной степени отнести к противоречиям внут- реннего порядка. Однако, если рассмотреть различные виды оружия, исполь- зуемого в криминальных целях, то станет очевидно, что каждое из них обла- дает различными тактико-техническими данными и позволяет наносить «се- рьезные повреждения» (сам этот термин нам представляется весьма условным) ситуационно. Например, такие повреждения, которые можно причинить боевым топором одетому в зимнюю одежду человеку, нельзя причинить наладонником. Тем не менее, пока никто из криминалистов, считающих, что полицейские дубинки, боевые бичи или кольца не относятся к категории хо- лодного оружия, не посягнул на относимость наладонника к категории удар- но-раздробляющего холодного оружия.

Думается, что в последние годы над этой проблемой сильно давлеет тех- нократический подход. Мы очень увлекаемся различными ГОСТами и ТУ, которые зачастую сами же и придумываем, называя их криминалистическими требованиями, забывая, что холодное оружие, да и оружие вообще понятие динамичное. То, что являлось грозным оружием в XIV-XV веках сейчас сравнимо лишь с музейным экспонатом. Пистолет «Парабеллум» или фузея времен Петра Великого по действующему законодательству никак не могут быть отнесены к боевому оружию, т.к. не приняты на вооружение ни в Рос- сийской армии, ни в других военизированных организациях Российской Федерации. Однако, по своей сути? они таковыми являются и в своем заключении любой эксперт - баллист именно так их и охарактеризовал бы.

С этой точкой зрения нельзя не согласится с такой трактовкой суще- ствующего положения вещей, что в милиции в качестве специальных средств используются такие виды ударно-раздробляющего холодного оружия, как

184 См.: Там же. С. 326.

185 См.: Там же. С. 224.

186

палки резиновые, которые являются разновидностью полицейской дубинки.

Степень же поражения цели определяется конечной задачей правомерного или криминального использования оружия. И, если в военном деле такие средства (например, разновидности химического или биологического оружия), предназначенные для временного поражения живой цели, относятся к категории оружия, то почему в криминалистике должно быть наоборот?

Разбой направлен на завладение имуществом и нападающему необходимо лишь подавить сопротивление жертвы. В зависимости от личности по- тенциального потерпевшего и сложившейся ситуации преступник и будет выбирать на стадии приготовления вид оружия.

Думается, что «достигнутые» в последние годы некоторыми криминалистами усложнения криминалистических проблем использования оружия при совершении преступлений должны быть пересмотрены в направлении возврата к воззрениям традиционной, а не «технократической криминалис- тики».

Определение относимости того или иного объекта к конкретной категории оружия «… требует специальных познаний в области криминалистического и исторического оружиеведения .. .»186, тем более, что большая часть объектов криминалистического исследования - самодельное оружие, заведомо изготавливаемое без соблюдения ГОСТов и технических условий (ТУ).

В этой связи уместно также упомянуть о появившемся в России новом клинковом оружии с целью введения его в псевдоправомерный оборот, по- лучившим название «городского оружия»187. Здесь, на наш взгляд, вполне уме- стна аналогия с крестьянским оружием Востока (саи, нунчану, тонфа и т.д.), которое родилось из различных сельскохозяйственных орудий в связи с имев- шим место запретом властей на ношение оружия.

Роль криминалистов, на наш взгляд, и должна заключаться в изучении этих закономерностей и применении этих знаний в целях борьбы с преступностью, а не сводиться к роли «бригадиров - сдатчиков» или «контролеров ОТК» на конвейере криминального оборота оружия на фоне разгула всех

l8fi См.: Сумарока A.M., Стальмахов А.В., Егоров А.Г. Холодное и метательное оружие: Криминалистическая экспертиза. Учебник / Под ред. А.Г.Егорова. Саратов: СЮИ МВД России, 2000. С. 9.

187 См. подробнее: Скрылев И. Возьми с собой и не бойся // Оружие. Научно- популярный иллюстрированный журнал. №2. 2000. М., 2000. С. 45-48.

187

форм организованной преступности.

В этой связи очень уместно замечание одного из видных теоретиков в области криминалистического исследования холодного оружия А.С. Под-шибякина: «…родовым определением следует руководствоваться в случаях, когда появляется какой-то новый, ранее не известный образец, описания которого не было»188.

Таким образом, под оружием в криминалистике, на наш взгляд, следует понимать предметы или устройства, конструктивно и функционально пред- назначенные для поражения живой или иной цели.

Степень поражения цели будет при этом различной для разных видов оружия - огнестрельного, холодного рубящего или колющего, ударно-раз- дробляющего, химического (газового), электрошокового и т.д.

При этом достаточно, чтобы конструктивные элементы и функция поражения присутствовала даже в многофункциональном изделии. Кстати, штык - нож для автомата Калашникова тоже многофункциональное изделие. Например, он предназначен в том числе для перекуса проволоки. Это нисколько не умаляет его боевых достоинств.

При этом не надо прибегать к подмене понятий (оружие или специальное средство для поражения живой или иной цели). Законодатель сам определит, какие виды оружия будут в свободном гражданском обороте, какие в ограниченном, а какие будут из гражданского оборота изъяты вообще.

Кстати, отсюда следует, что в настоящее время специалистам в области теории регулирования уголовно-правовых и административных отношений необходимо всерьез заняться проблемами реализации запрета на отдельные виды оружия, их конструктивное решение или иные параметры, перечислен- ные в Законе РФ «Об оружии».

В основу определения сферы регулирования (уголовно-правовые или административная) и тяжести наказания должны определяться криминальной распространенностью и поражающими свойствами конкретного вида оружия или сходного с ним объекта.

На наш взгляд, как уже упоминалось, в этих целях достаточно допол-

188 См. Подшибякин А.С. Холодное оружие. Криминалистическое учение. М.: Учебно- консультационный центр «Юр Инфор», 1997. С. 35.

188

нить ст.ст. 222 и 223 УК РФ указанием на «иные виды оружия, оборот которых запрещен или ограничен действующим законодательством».

Вопрос о степени тяжести наказания необходимо предоставить суду с учетом конкретных обстоятельств дела.

Раскрывая основные принципы криминалистического оружиеведения, прежде всего, следовало бы отметить, что родовым материальным объектом познания этой отрасли знаний является оружие и только оружие. Иные предметы и устройства изучаются криминалистическим оружиеведением только на предмет отграничения их от категории оружия и поэтому родовым объектом признаны быть не могут.

Оружие всегда является объектом материального мира и объективно содержит в себе признаки, выраженные в его конструктивном решении, указывающие на его целевое назначение - поражение живой или иной цели.

Вопросы отнесения того или иного объекта к категории оружия требуют специальных познаний, которые реализуются, как правило, в виде прове- дения судебной экспертизы в соответствующей отрасли знаний (судебная баллистика, криминалистическое исследование холодного оружия, криминалистическое взрывоведение и т.д.).

Степень поражения цели определяется видом и разновидностью оружия и зависит от его конструктивного решения, в том числе характера ис- пользованных при его изготовлении материалов.

Криминалистическое оружиеведение представляет собой динамичную, развивающуюся отрасль знаний, диалектически изучающую историю зарождения, развития, видоизменения и перерождения различных видов оружия на всех этапах социально-исторического развития человечества.

Наконец, эта отрасль знаний аккумулируя достижения различных наук, изучающих различные оружеведческие аспекты, преломляет (трансформирует) их в целях обеспечения эффективного предупреждения, раскрытия и расследования преступлений.

Рассматривая структуру криминалистического оружиеведения с точки зренияР.С. Белкина в виде элементов частной криминалистической теории189, мы отмечаем:

  1. В качестве предмета криминалистического оружиеведения выступают

1X9 См. подробнее: Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частная теория. М.: Юрид. литература, 1987. С. 136-140.

189

общие закономерности возникновения, развития, видоизменения различных видов оружия в различных отраслях деятельности человека на различных этапах социально-исторического развития в связи с существующим или потенциально возможным криминальным оборотом этих средств;

  1. Закономерности формирования конструктивно-функциональных при- знаков оружия, объективно отражающих его целевое назначение, систематизацию и оценку этих признаков;
  2. Закономерности следообразования и возникновения криминалисти- чески значимой информации при криминальном использовании тех или иных видов оружия.
  3. В качестве объекта нами рассматривается практическая деятельность следственно-судебных и судебно-эксперных учреждений по криминалистическому исследованию различных видов оружия как криминального, так и не криминального происхождения и проблем криминализации оборота последнего.

К методам, используемым в криминалистическом оружиеведении следует отнести, прежде всего, диалектический материалистический метод по- знания; совокупность общих методов криминалистики: наблюдение, изме- рение, вычисление, описание, сравнение, эксперимент, моделирование, математические методы исследования; методы дедукции, индукции и аналогии; специальные криминалистические методы: криминалистической идентификации и установления групповой принадлежности, методы наложения и совмещения, методы детального исследования микрорельефа на деталях оружия и т.д.

Криминалистическое учение имеет свою структуру. С учетом того, что понятие оружия, не смотря на целевую общность входящих в него предметов и устройств, характеризуется тем, что в него входят весьма различающиеся объекты не только по своему конструктивному решению, но и даже по своей природе: огнестрельное, холодное, химическое, бактериологическое и т.д. обуславливается необходимость создания классификации оружия в каждом из его видов и разновидностей. Однако, это не исключает некоторых общих положений классификационного характера: оружие летального действия и предназначенное для временного поражения цели, ручное и метательное ору-

190

жие, однокомпонентное оружие и оружие, представляющее собой оружейные комплексы, замаскированное оружие и оружие комбинированного действия и т.д.

Последняя категория оружия является весьма специфической, так как при его исследовании требуются специальные познания в различных отраслях науки, что требует комплексного подхода к его криминалистическому исследованию, что должно выражаться в создании специфических методик исследования.

Аналогичную структуру имеют и основные составляющие части кри- миналистического оружиеведения, среди которых, как наиболее разработанные следует упомянуть огнестрельное и холодное оружие, газовое и взрывное оружие.

Подчеркивая общность оружеведческой тематики, А.С. Подшибякин говорит о так называемой «оружеведческой экспертизе, которая включает в себя экспертизу огнестрельного и холодного оружия. Целесообразность та- кого объединения доказывается тем, что действие одной из групп холодного оружия (метательное оружие) также основывается и на законах баллистики. Сходная точка зрения высказана А.Е.Михальчуком, который пишет о криминалистической экспертизе оружия»190. Соглашаясь с ними по сути, хоте- лось бы в развитие этого положения сослаться на известную работу В.М. Плес- начевского, которая, на наш взгляд, носит фундаментальный характер, под- черкивая как неразрывную общность изучаемых криминалистическим ору- жиеведением объектов, и, в то же время, раскрывая особенности построения всех его структурных элементов191.

Еще раз хотелось бы подчеркнуть то обстоятельство, что рассматривая проблемы криминалистического исследования оружия, как в целом, так и по отдельным его видам, только с экспертно-криминалистических позиций в отрыве от судебно-следственного исследования всех обстоятельств, связанных с его криминальным оборотом, мы неизбежно отрываем себя от прикладной сути криминалистических знаний, призванных обеспечить практи-

190 См. подробнее: Подшибякин А.С. Холодное оружие. Криминалистическое учение. М.: Учебно-консультационный центр «Юр Инфор», 1997. С. 17-18.

191 См. подробнее: Плескачевский В.М. Оружие в криминалистике. Понятие и классификация. М.: ООО «НИПКЦ Восход», 1999. С. 387.

191

ческую реализацию уголовно-правовых норм, определяющих ответственность за незаконный оборот различных видов оружия, и выполняющих свою фун- кцию в правовом поле уголовного процесса.

Организационно-технические аспекты криминалистического исследования оружия весьма тесно связаны с его правовыми и методологическими ас- пектами и базируются на них, являясь в то же время их неразрывной частью, и средствами их реализации.

Под организационными аспектами следует понимать, прежде всего, наличие, структуризацию и порядок деятельности уполномоченных на то государственных органов, общественных организаций и иных учреждений, которые по своему статусу и компетенции обязаны, либо вправе производить соответствующие исследования.

При этом всегда следует помнить, что: «Научный анализ и оценка мате- риальных следов, признаков и состояний возможны только при использовании всех источников информации, как вещественных, так и личных»192.

В этой связи уместным будет привести данный Р.С. Белкиным перечень средств методического и технологического (как части технического) обеспе- чения, который, как показывает практика, не является исчерпывающим: «Непроцессуальными источниками исходной информации могут быть:

• справочные издания; • • эталоны, стандарты, типовые образцы; • ? предметные коллекции и альбомы;

• учетно-регистрационные массивы (картотеки и т.п.); • • научная и учебно-методическая литература; • • коллективный и личный опыт эксперта, обобщенные данные экспертной практики; • ? методические рекомендации, инструкции, указания и т.п.»193.

Среди уполномоченных на то органов следует упомянуть, прежде всего, суд и следственные подразделения различных ведомств, а так же органы дознания, которые, руководствуясь действующим законодательством, иссле-

192 См.: Поль К.Д. Естественнонаучная криминалистика / Вступительная статья В.Я. Колдина. М.: Юрид.лит., 1985. С. 11.

т См.: Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. М.: Юрид. лит., 1988. С. 76.

192

дуют в полном объеме все обстоятельства незаконного оборота любых видов оружия при подготовке, совершении и сокрытии преступлений. Более того, эти государственные учреждения призваны обеспечить необходимую всесто- ронность и полноту исследования таких обстоятельств, дать им соответству- ющую юридическую оценку в пределах своей компетенции, выявить и при- нять меры к предотвращению подготавливаемых преступлений, причин и ус- ловий, способствующих их совершению.

Огромное значение в сфере судебно-следственного исследования имеют судебно-экспертные учреждения различных ведомств. Так, Законом Рос- сийской Федерации «О милиции» среди обязанностей милиции прямо указа- но:

«.. .проводить экспертизы по уголовным делам и по делам об админис- тративных правонарушениях, а также научно-технические исследования по материалам оперативно-розыскной деятельности» (п.12 ст. 10 «Обязанности милиции»).

В соответствии с действующим законодательством в структуре органов внутренних дел имеются экспертно-криминалистические подразделения, де- ятельность которых регламентирована соответствующим Положением. Ана- логичные Положения, регламентирующие деятельность экспертно-кримина- листических подразделений (ЭКП) на местах утверждаются начальниками ГУВД-УВД-УВДТ и подразделений, подчиненных 8 ГУ МВД России.

Согласно Положению194 об Экспертно-криминалистическом управлении (ЭКУ) ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, оно «…является самостоятельным структурным подразделением ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, созданное как базовый орган в системе криминали- стических подразделений МВД Российской Федерации»195.

Основными задачами ЭКУ, определяемыми этим Положением являются: «организационно-методическое обеспечение деятельности экспертно-кри- миналистических подразделений горрайорганов внутренних дел, контроль за организационно-штатным обеспечением экспертно-криминалистических

194 Утверждено приказом ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области №591 от 20.07.2000 г.

195 Положение об Экспертно-криминалистическом управлении ГУВД Санкт- Петербурга и Ленинградской области. СПб, 2000. С. 1.

193

отделов и групп горрайорганов внутренних дел Санкт-Петербурга и Ленин- градской области; применение криминалистических средств и методов по заданиям следственных и оперативных аппаратов, подразделений дознания органов внутренних дел в целях обнаружения, фиксации, изъятия и исследо- вания следов и других вещественных доказательств; производство наиболее сложных первичных экспертиз по уголовным делам, а также исследований по заданиям оперативных аппаратов органов внутренних дел, которые не могут быть выполнены экспертами горрайорганов»196.

В связи с этим, в структуре ЭКУ предусмотрены: баллистическая лаборатория «…со специализацией экспертов по производству баллистических ис- следований и исследований холодного оружия; по ведению справочной кол- лекции огнестрельного оружия, боеприпасов и региональной коллекции пуль, гильз со следами оружия, изъятых с мест нераскрытых преступлений»; лабо- ратория «дактилоскопических исследований по следам рук и подошвам ног человека; исследованиям в целях идентификации людей, механизмов, живот- ных, обуви, транспортных средств, различных орудий, инструментов и пред- метов по оставленных ими следам; по ведению коллекций трасологических следов (орудий взлома, обуви)», а также лаборатории «по исследованию до- кументов и составлению композиционных портретов разыскиваемых лиц»197.

В составе 3 отдела специальных экспертиз и исследований функционирует отделение «взрыво-пожарнотехнических экспертиз», которое в полном объеме проводит исследование взрывчатых веществ (ВВ), взрывных устройств (ВУ) и следов их применения, исследования по установлению причин и обстоятельств пожаров; лаборатория «фоно-видеоскопических экспертиз по производству исследований аудио-видеозаписей», химическая лаборатория со специализацией экспертов по производству исследований «объектов химическими методами в целях определения их природы и групповой принадлежности, а также источников их происхождения», а также физическая лаборатория, где производятся исследования «объектов физическими методами в целях определений их природы и групповой принадлежности» и отдел «исследования наркотических веществ»198.

Согласно Положению о Бюро судебно-медицинской экспертизы (БСМЭ)

% Там же. С. 2.

197 Там же. С. 3.

198 Там же. С. 4.

194

Санкт-Петербурга, оно является комплексным экспертным учреждением.

Бюро располагает научно-технической базой, квалифицированными кадрами для проведения всех видов судебно-медицинских, психиатрических, медико- криминалистических экспертиз (включая экспертизы химико-токси- кологические, молекулярно-биологические и т.д.).

В составе физико-химического отдела имеются 2 отделения: газохрома- тографическое и лучевой диагностики, биохимическая, наркологическая и спектральная группы. Экспертами-химиками постоянно проводятся апроба- ции проектов методических рекомендаций по исследованию биоматериала на токсические вещества: имея в своем штате высококвалифицированных специалистов в области химико-токсикологического анализа, а также совре- менную аппаратуру, эксперты-химики активно участвуют в работе химичес- кой секции научного общества судебных медиков Санкт- Петербургского отделения Всероссийского научного общества судебных медиков и криминалистов199.

Аналогичным образом построена деятельность и судебно-экспертных учреждений других ведомств, дислоцированных в Санкт-Петербурге и Ле- нинградской области: Санкт-Петербургский Региональный Центр Судебной экспертизы Министерства юстиции РФ200, ЭКО 5 управления 8 ГУ МВД РФ, ЭКО Северо-Западного УВДТ, 78-я судебно-медицинская лаборатория Ми- нистерства обороны РФ, Бюро судебно-медицинской экспертизы Комитета по здравоохранению администрации Ленинградской области. Последнее по своему научному потенциалу значительно превосходит все судебно-эксперт- ные учреждения региона вместе взятые.

Кроме того, в последние годы появился ряд коммерческих негосударственных объединений, специализирующихся на производстве судебных экспертиз. Они в основном объединяют сотрудников, ранее работавших в соот-

199 См. подробнее: История и организация судебно-медицинской службы Санкт- Петербурга / Под ред. В. Андреева и И. Каткова, СПб, 1994. С. 69-70.

200 Существенную роль в обеспечении научной обоснованности проводимых при этом криминалистических экспертиз, по мнению М.Б.Ванд ера, играет то обстоятельство организационно-технического порядка, что «… в экспертных учреждениях органов юстиции, выполняющих большой объем экспертиз, предусмотрена специализация, позволяющая исследовать самые разнообразные материалы, вещества, изделия».Вандер М.Б. Тактика криминалистической экспертизы материалов, веществ и изделий. СПб.: ИПК ПСР, 1993. С. 50.

195

ветствующих государственных судебно-экспертных учреждениях и имеющих квалификационные свидетельства на право производства отдельных видов судебных экспертиз, что и обуславливает законность и правомерность их участия в уголовных и гражданских делах в качестве специалистов или экспертов. Однако, отсутствие в их работе должного методического обеспечения, на наш взгляд, позволяет сомневаться в том, что их правовой статус в полной мере соответствует духу и требованиям ст. 187 УПК РСФСР. Скорее всего, сотрудники этих судебно-экспертных учреждений должны привлекаться в качестве судебных экспертов в порядке, предусмотренном ст. 189 УПК РСФСР, так как уровень правового и методического их обеспечения весьма произволен. К огромному сожалению ст. 109 УПК РФ “Порядок направления материалов уголовного дела для производства судебной экспертизы”, так же п.60 ст. 5 УПК РФ “Основные понятия, используемые в настоящем Кодексе”, прак- тически не разделяют по своему правовому статусу государственные судебно-экспертные и иные экспертные учреждения, что, на наш взгляд, не совсем верно отражает сферу их деятельности.

Под методическими принципами следует в данном случае понимать со- вокупность общеконцептуальных положений, сформулированных на осно- ве детального изучения всех правовых, организационно-технических, техни- \ ко-технологических и методических особенностей исследования различных видов оружия.

В предыдущих параграфах мы достаточно глубоко осветили основные методологические, правовые и организационно-технические аспекты рассматриваемой проблемы.

Под технико-технологическими аспектами (основами) криминалисти- ческого исследования оружия, прежде всего, следует понимать наличие не- обходимой совокупности методического обеспечения экспертной деятельности, т.е. взаимообусловленных методик проведения, как отдельных видов исследований, так и предусматривающих возможность их комплексного использования.

В этой связи вполне уместным будет заметить, что для экспертно-кри- миналистических методик в полной мере характерно определение, данное И.А. Возгриным: «… криминалистическая методика неразрывно связана с

196

судебно-следственной практикой и в конечном счете призвана оказывать на нее положительное влияние»201.

Под методикой криминалистической экспертизы следует понимать строго алгоритмизированную совокупность научно разработанных методов и приемов исследования соответствующих объектов.

При этом весьма существенным является то, что «… для объективизации доказывания могут применяться научно-технические средства (методы), не влекущие при правильном их использовании уничтожения объектов или некомпенсируемой утраты (подчеркнуто мной - В.В.) ими свойств, которые могут иметь доказательственное значение»202.

Под методами в данном случае следует понимать «…способы решения научных задач в ходе криминалистических исследований теоретического и прикладного характера»203.

При этом методы исследования могут быть заимствованы из других наук , (физики, химии и т.д.) или специально разработаны для специфических целей и объектов. При этом существенным является то, что «для объективизации доказывания могут найти применение технические средства и методы, которые основаны на подлинно научных достижениях, прошли экспериментальную проверку и признаны практикой»204, а не носящие субъективный ха- i рактер (например, методы экстрасенсорики, телекинеза и т.п.).

Таким образом, экспертно-криминалистические методики должны быть научно обоснованы, апробированы на практике и рекомендованы для использования компетентным органом - ведомственным головным (центральным) судебно- экспертным учреждением. Среди вспомогательных документов можно упомянуть методические рекомендации, информационные письма, перио- дические издания и другие материалы судебно-экспертных учреждений, учебных заведений, научно-исследовательских и некоторых других организаций.

В связи с этим следует отметить, что судебно-медицинские и химические

201 См.: Возгрин И.А. Криминалистическая методика расследования преступлений. Минск, 1983. С. 139.

2(12 См.: Вандер М.Б. Объективизация доказывания в уголовном процессе с применением научно-технических средств. СПб., 1993. С. 8.

203 Криминалистика / Под ред. В.А.Образцова. М.: Изд-во «Юрист», 1995. С. 9.

204 См.: Вандер М.Б. Объективизация доказывания в уголовном процессе с применением научно-технических средств. СПб., 1994. С.7.

197

исследования имеют фундаментальный запас методического обеспечения во всех сферах деятельности. Однако, даже в условиях перманентного недофинансирования, специалисты в области судебной химии и судебной медицины уделяют достаточное внимание совершенствованию методического обеспечения исследования химической природы ВВ, в т.ч. порохов, ОВРД, некоторых сопутствующих компонентов и их следов.

ВНИИ МВД СССР в 1990 г. было издано учебное пособие по исследо- ванию отравляющих веществ раздражающего действия (авторы: В.Н. Галя-шин, И.П. Карлин, 197В.З. Худяков, А.А. Шмырев), предназначенное для внутриведомственного использования.

СМЭС Санкт-Петербурга в период с 1992 по 1996 гг. проведено четыре научно-практические конференции, посвященные проблемам судебно- медицинского и химического исследования газового оружия и следов его применения. Подготовлено четыре выпуска методических рекомендаций по определению ряда химических компонентов ОВРД в вещественных доказательствах.

Заведующим кафедрой судебной медицины, доктором медицинских наук, профессором Р.В. Бабаханяном в соавторстве была подготовлена серия публикаций в журнале «Судебно-медицинская экспертиза» и издан целый род по общей тематике пособий «Экспертиза повреждений при исполь- зовании газового оружия самообороны».

Надо отметить, что специалисты в области судебной баллистики также уделили определенное внимание этой теме.

Санкт-Петербургским юридическим институтом МВД России в 1996 году были выпущены две книги: «Криминализация оборота газового оружия» и «Криминалистическое исследование ствольного газового оружия», последняя совместно с экспертно-криминалистическим управлением ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

В 1998 году Экспертно-криминалистическое управление на базе Санкт- Петербургской академии МВД России была проведена научно практическая конференция «Теория и практика криминалистического оружиеведения», материалы которой были опубликованы и направлены во все следственно-оперативные и экспертно-кри-

198

миналистические подразделения, а также учебные заведения региона205.

Всего за период с 1998 по 2000 год в Санкт-Петербурге только усилиями Экспертно-криминалистического управления ГУВД и Санкт-Петербург- ского университета МВД России было проведено более 8 научно- практических конференций и семинаров, на которых рассматривались вопросы борьбы с «заказными» убийствами, терроризмом и иными тяжкими преступлениями, связанными с использованием оружия, а также вопросы борьбы с незаконным оборотом оружия. Материалы во всех случаях были опубликованы и доведены до сотрудников оперативно- следственных служб и экспертно-криминалистических подразделений, активно используются в учебном процессе. В указанных мероприятиях принимали участие не только практически работники МВД, ФСБ, Прокуратуры и Минюста, но и профессорско-преподавательский состав учебных заведений различного профиля.

Методическое обеспечение производства экспертиз огнестрельного ору- жия и боеприпасов содержит в себе систему научных положений и разрабатываемых на их основе научных рекомендаций по организации и осуществлению производства баллистических экспертиз и исследований.

В зависимости от решаемых вопросов эксперт обязан применять соот- ветствующую научно обоснованную криминалистическую методику.

С помощью судебно-баллистических экспертиз решаются следующие задачи:

классификационные - установление принадлежности предмета к огне- стрельному оружию либо боеприпасам;

диагностические - установление исправности оружия, пригодности его к стрельбе, возможности производства выстрелов без нажатия на спусковой крючок;

идентификационные - установление общей групповой принадлежности оружия и боеприпасов (их калибра системы, модели и др.), принадлежно- сти пули и гильзы одному патрону; отождествление оружия по выстрелянным

205 См. подробнее: Теория и практика криминалистического оружиеведения. Материалы научно-практической конференции, Санкт-Петербург, 21 апреля 1998 года /Под общ. ред. В.П. Сальникова, А.И. Александрова, В.Ю. Владимирова. СПб.: Санкт- Петербургская академия МВД России, 1998. 196 с.

199

пулям, стреляным гильзам, отделившимся деталям;

ситуационные - установление обстоятельств производства выстрела (направление, расстояния взаимного расположения оружия и преграды в момент выстрела и др.).

При решении классификационных задач судебно-баллистические экс- пертизы, как правило, решают следующие вопросы:

• Является ли предмет изъятый у подозреваемого, огнестрельным оружием? • • Если является, то каков его тип, калибр, модель? • Для решения вышеуказанных задач в основном используются крими- налистические методики, изложенные в ниже перечисленной литературе206:

  • А.И.Устинов. Криминалистическое исследование самодельного огне- стрельного оружия. М., 1964.
  • Л.Ф. Саврань. Методика определения минимальной убойной силы стандартного и типичного огнестрельного оружия. М.: ВНИИСЭ, 1979.
  • И.А.Дворянский, А.И.Устинов. Автоматические пистолеты и следы их на пулях и гильзах. Судебно-баллистический справочник. Т.Т.1 и 2. М., 1972- 1973.
  • Б.М.Комаринец. Судебно-баллистическая Экспертиза. Учебно-мето- дическое пособие. Вып. 1. М., 1974.
  • Криминалистическая экспертиза. Вып.5. Разд.6 - Судебная баллистика. М.: ВШ МВД СССР, 1967.
  • Криминалистическая экспертиза. Вып. 2 - Судебно-баллистическая экспертиза. Волгоград, 1996.
  • И.В.Писаренко, Г.П. Молибога, Г.П. Василенко. Криминалистическое исследование охотничьего огнестрельного оружия. Киев, 1988.
  • М.М. Блюм, И.Б. Шишкин. Охотничье ружье. Справочник. М., 1987.

• Являются ли предметы, изъятые у подозреваемого боевыми припасами к огнестрельному оружию? • • Для оружия какого типа, калибра и модели предназначены представ- • 206 Приводимый перечень литературы ограничен возможностями библиотечного фонда экспертно-криминалистических подразделений территориальных органов внутренних дел.

200

ленные боеприпасы?

Для решения этих задач необходимо пользоваться методиками, изло- женными в следующей криминалистической литературе:

  • А.И.Устинов, М.И.Блюм. Патроны ручного огнестрельного оружия и их криминалистическое исследование. М., 1982.
  • Е.Н.Тихонов. Боеприпасы к ручному стрелковому оружию. М., 1976.
  • Кокин А.В. Газовое, сигнальное пневматическое оружие и патроны к нему. Можайск-Терра, 1997.
  • При решении диагностических задач судебно-баллистические экспертизы назначаются при необходимости установления и функционирования огнестрельного оружия либо его отдельных деталей, а также пригодности его для стрельбы или производства отдельных выстрелов. При исследовании боеприпасов определяется их пригодность для стрельбы. По данным экспертизам, как правило, решаются вопросы:

• исправно ли оружие и пригодно ли оно для стрельбы? (Вопросы об исправности решаются только для оружия заводского изготовления) • • пригодны ли патроны изъятые у подозреваемого для стрельбы? • • могло ли оружие выстрелить без нажатия на спусковой крючок при конкретных обстоятельствах, имевших место в момент происшествия? • При решении диагностических задач используется криминалистическая методика, изложенная в выше указанной литературе (см. решение классификационных задач).

Для отождествления конкретного экземпляра огнестрельного оружия, из которого был произведен выстрел на месте происшествия, а также для установления принадлежности пули и гильзы одному патрону либо отдельной детали конкретному экземпляру оружия назначаются судебно- баллистические экспертизы.

Объектами, которые исследуются судебно-баллистической экспертизой при решении идентификационных задач, являются: оружие, пули, гильзы, дробь, картечь, части и детали огнестрельного оружия, а также предметы с огнестрельными повреждениями и иными следами оружия.

Идентификация огнестрельного оружия (как и иных объектов крими- налистических идентификационных экспертиз) производится путем анализа

201

и сравнения общих и частных признаков сравниваемых объектов? При этом решаются вопросы примерно следующего содержания:

• отстреляна ли гильза, изъятая на месте происшествия, из пистолета «ТТ» серии …, изъятого у гражданина Б.? • • отстреляна ли гильза, изъятая на месте происшествия, из охотничьего ружья «ИЖ-27» серии …, зав.№,.., изъятого у гражданина И.? • • выстрелена ли пуля, извлеченная из трупа гражданина С, из револьвера системы «Наган» зав.№…, изъятого у гражданина А.? • ? выстрелена ли пуля изъятая при осмотре места происшествия по фак- ту… из ружья «ИЖК», изъятого у гражданина К.?

• выстрелена ли картечь, извлеченная из трупа гражданина С, из обреза охотничьего ружья модели «Б», изъятого в доме гражданина В.? • • являются ли частями одного патрона пуля извлеченная из трупа граж- данина И., и гильза, обнаруженная при обыске на квартире у гражданина К.? • Для решения вышеуказанных задач в основном используются крими- налистические методики, опубликованные в следующей литературе:

  • Б.М. Комаринец. Криминалистическое отождествление огнестрельного оружия по стреляным гильзам. М., 1955;
  • Г.И. Рыбников, А.Н.Вакуловской. Методика установления огнестрель- ного оружия по выстрелянным пулям. М., 1954;
  • Е.И.Сташенко. Отождествление канала ствола огнестрельного оружия по выстрелянной пуле. М., 1973;
  • Б.М.Комаринец Идентификация огнестрельного оружия по выстре- лянным пулям. Методика криминалистической экспертизы. Вып.З. М., 1962;
  • Материальная часть стрелкового оружия. Книга 1 / Под ред. А. А. Бла- гонравова. М.: ОБОРОНГИЗ НКАП, 1945;
  • Портнов М.Б., Поталицын А.С., Устинов А.И., Филлипов В.В. Охот- ничье оружие отечественного производства. М., 1969;
  • Черваков В.Ф. Очерки судебной баллистики. М., 1953;
  • Кустанович С.Д. судебная баллистика. М.: Госюриздат, 1956;
  • Образцы экспертных заключений. Баллистика. Киев: РИО МВД УССР, 1988;
  • Дворянский И.А. Автоматические пистолеты и следы на пулях и гиль-

202

зах.Т.Т. 1,2. М., 1972;

  • Криминалистическая экспертиза. Вып. 2 - Судебно-баллистическая экспертиза / Под ред. Б.П. Смагоринского. Волгоград: Волгоградский юри дический институт МВД России, 1996.

Судебно-баллистические экспертизы огнестрельных повреждений, как правило, разрешают классификационные и ситуационные (не идентификационные) задачи. В начале необходимо установить, является ли повреждение огнестрельным, а затем определить обстоятельства, при которых оно образовано.

Судебно-баллистические экспертизы огнестрельных повреждений реша- ют такие вопросы:

• является ли повреждение на преграде (на осколках стекла, древесине, металле, пластмассе) огнестрельным? • • снарядом какого вида (пулей, дробью) образовано огнестрельное по- вреждение на преграде? • • в каком направлении произведен выстрел, образовавший повреждения на преграде? • • с какого расстояния произведен выстрел в преграду? • • каким было взаиморасположение оружия и потерпевшего в момент нанесения ему огнестрельного ранения с образованием повреждений на одежде? • Для решения выше указанных задач экспертами обычно используются криминалистические методики, изложенные в следующей литературе:

  • B.C. Аханов. Криминалистическая экспертиза огнестрельного оружия и следов его применения. Волгоград, 1979;
  • Классификация объектов-мишеней в судебной баллистике / Ю.В. Галь- цев, Г.Е. Бахтадзе. Тбилиси: КГБ СССР, Высшие курсы КГБ СССР, 1991
  • С.Д. Кустанович. Исследование повреждений одежды в судебно-меди- цинской практике. М., 1965;
  • Криминалистическая экспертиза. Вып. 2 - Судебно-баллистическая экспертиза / Под ред. Б.П. Смагоринского. Волгоград: Волгоградский юридический институт МВД России, 1996;
  • -Криминалистическая экспертиза. Вып. 5. М., 1967;

203

  • Лисицын А.Ф. Следы близкого выстрела из охотничьего гладкостволь- ного оружия // Теория и практика криминалистической экспертизы. Сбор- ник №5. М.: Госюриздат, 1958;
  • Самончик А.Н. Осмотр и исследование следов выстрела. Сборник работ по криминалистике. №4. М.: НИИМ МВД СССР, 1958.
  • В отношении холодного оружия, согласно писем ГУ ЭКЦ МВД России, основным методическим документом для судебных экспертов Министерства юстиции РФ и экспертов-криминалистов органов внутренних дел, регламентирующим методику производства криминалистических экспертиз клинового и метательного холодного оружия, является «Методика экспертного решения вопроса о принадлежности предмета к холодному оружию»207 утвержденная Федеральным межведомственным координационно-методическим советом по проблемам экспертных исследований 18 декабря 1988 года.

За основу при разработке авторским коллективом этой методики были взяты положения «Методики испытаний гражданского холодного (метательного) оружия на соответствие криминалистическим требованиям»208, которая, будучи разработанной для целей сертификации гражданского и служебного оружия, не могла удовлетворять требованиям, предъявляемым к методике судебно-экспертного решения задач криминалистического исследования холодного оружия. Да и сам термин «соответствие криминалистическим требованиям» юридически не верен. Если понимать под криминалистическими требованиями все требования, которые исходят от криминалистов, тогда с ним можно согласиться. Однако, если исходить из определения криминалистики как науки, то и к криминалистическим требованиям можно отнести лишь такие, которые имеют своей целью обеспечение процессов предупреждения, раскрытия и расследования преступлений.

Так, криминалистическими можно считать требования о внесении в ме-

207 Документы ГУ ЭКЦ МВД РФ №37\13-1525 от 14.05.99 г. и № 37U2-3463 от 16.11.99г.

208 См. подробнее: Владимиров В.Ю., Парамонова Г.В. К вопросу криминалистического исследования и экспертизы холодного оружия // Теория и практика криминалистического оружиеведения. Материалы научно-практической конференции. Санкт-Петербург, 21 апреля 1998 г. / Под общей ред. В.П.Сальникова, А.И.Александрова, В.Ю.Владимирова. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1998. С. 147-150.

204

ханизм формирования следообразующих частей огнестрельного оружия до- полнительных признаков, облегчающих процесс идентификационного иссле- дования, требования об изготовлении отдельных частей ствольного газового оружия из не прочных материалов, как фактор, исключающий переделку этого оружия в огнестрельное и т.д.

А вот требования о том, что охотничий нож должен иметь соответствующие параметры (длину и толщину клинка и т.д.), дабы обеспечить гаранти- рованную прочность при его использовании для добивания зверя, скорее направлено на защиту прав потребителя, в данном случае - охотника.

Ныне действующая методика криминалистического исследования клинкового холодного (метательного) оружия, хоть и по форме почти не отличима от методики сертификационных испытаний, но уже позволяет использовать при производстве криминалистических экспертиз научно-методическую литературу, опубликованную ранее и издаваемую в настоящее время, а также коллекции холодного, в т.ч. метательного оружия, имеющиеся в различных ведомствах. Применительно к Санкт-Петербургу, это коллекция Музея артиллерии, инженерных войск и войск связи Министерства обороны России. Такое положение дел существенно обогащает возможности методического обеспечения судебно-экспертной деятельности в рассматриваемой сфере, выводит его из «прокрустова ложа» ГОСТов, ТУ и формальных измерений твердости, а не прочности как таковой (кстати, прочность конструкции в целом более функциональный признак, чем твердость клинка).

Методическое обеспечение криминалистической экспертизы холодного оружия ударно-раздробляющего действия включает в себя традиционные источники, исключающие введение туда каких-либо необдуманных или скорее надуманных новаций. Это обстоятельство еще раз подтверждает, что отсутствие в отечественной промышленности и, соответственно, в гражданском обороте таких предметов, как кастеты, кистени, булавы и им подобные не ставит задачу введения соответствующих ГОСТов или технических условий, за исключением милицейских изделий типа «ПР». Конечно, ГОСТы и ТУ должны использоваться как справочные материалы для судебного экс- перта, но не как довлеющее над всем и вся «прокрустово ложе».

Однако, в «Методике экспертного решения вопроса о принадлежности

205

предмета к холодному оружию» и в «Криминалистических требованиях к холодному, метательному оружию и изделиям, сходным по внешнему строению с таким оружием, для оборота на территории Российской Федерации» имеется ряд неточностей и формулировок, допускающих двоякое толкование.

Так, в п.5.2 раздела 4 - «Ножи охотничьи специального назначения» - «Криминалистических требований…» указано: «ножи, имеющие сходство по внешнему строению и конструкции с ножами охотничьими специального назначения, но не соответствующие им по техническим характеристикам, указанным в п.5.1.2, имеют двойное назначение, и оборот их определяется в соответствии с требованиями раздела 2 - «Ножи охотничьи общего назначения», то есть относятся к категории холодного оружия». Но в п.5.1.2 читаем: «Ножи охотничьи специального назначения независимо от длины (подчеркнуто мной - В.В.)и толщины клинка, если…».

Конечно, по смыслу понятно, что это не так, но «… Нельзя согласиться с мнением авторов-составителей «Методики экспертного решения…» в том, что эксперт лишен функции признания факта (Примечание к п.2 «Методи- ки. ..»). Это не так209. Конечно, эти и некоторые другие неточности не являются существенными, но несколько затрудняют восприятие смыслового содержания этих документов, особенно для молодых начинающих экспертов.

И в этой связи следует согласиться с М.Б. Вандером, что «использование объективных научных методов исследований является характерной чертой современной судебной экспертизы, но некоторые эксперты иногда недооце- нивают важность полного соблюдения методики исследования.. .»210.

В данном контексте под методикой следовало бы понимать весь методический арсенал данной отрасли, накопленный ранее.

Перечисляя наиболее распространенные недостатки, которые имеют

гт- См.: Белкин Р.С. Криминалистика. Краткая энциклопедия. М.: Изд. БСЭД993. С. 30 «Установление экспертом по собственному почину фактов и обстоятельств…» (экспертная инициатива). Стальмахов А.В., Сумарока A.M., Егоров А.Г., Сухарев А,Г, Судебная баллистика и судебно-баллистическая экспертиза: Учебник / Под ред А.Г.Егорова.- Саратов: СЮИ МВД России.199. С. 9: «…установление факта выстрела…», «Предметом… экспертизы… являются все факты, обстоятельства дела, которые могут быть установлены средствами этой экспертизы…». 210 См. Вандер М.Б. Тактика криминалистической экспертизы, материалов, веществ и изделий. СПб., 1993. С. 53.

206

место при проведении судебных экспертиз, B.C. Бурданова прямо указывает на «…игнорирование конкретных методов исследования, то есть неполноту исследования»21’.

Отсутствие же достаточно полной, т.е. раскрывающей все представляющие криминалистический интерес характеристики исследуемых объектов, научно разработанной и апробированной в процессе судебных исследований, совокупности методик криминалистического исследования различных видов оружия ставит экспертов перед проблемой восполнения имеющегося вакуума при производстве этих экспертиз по конкретным уголовным делам. При этом наиболее распространенным тактическим решением является использование методик исследования, взятых из источников ненаучного характера.

Поскольку действующая «Методика экспертного решения вопроса о принадлежности предмета к холодному оружию» позволяет использовать «натурные образцы различных коллекций» (п.3.1 «Методики…»), сравнение с параметрами «.. .известных аналогов-образцов холодного оружия» (п.3.2.1.1 «Методики…»), устанавливать соответствие «.. .прочностным характеристи- кам аналогов-образцов данного типа холодного оружия» и проводить проверку прочности «…в соответствии с общепринятыми криминалистически- ми методами» (п.3.2.1.2 «Методики…»), а удельный вес самодельного холод- ного оружия достаточно высок, то существенное значение имеют иные науч- но-методические издания этой тематики.

К огромному сожалению, в практических органах их имеется не много. Это, прежде всего, работа А.С, Подшибякина «Холодное оружие.Уголовно- правовое и криминалистическое исследование» (1980 г.)212; «Холодное оружие и бытовые ножи» (изд. ВНИИ МВД СССР, 1978 г.)213, работа Е.Н.Тихонова «Криминалистическая экспертиза холодного оружия» (1987г.)214. После-

211 См.: Бурданова B.C. Криминалистическое обеспечение всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела. СПб., 1994. С. 24.

212 См. подробнее: Подшибякин А.С. Холодное оружие. Уголовно-правовое и криминалистическое исследование / Под ред. В.В.Степанова. Саратов: Изд. Саратовского университета, 1980. С. 149.

211 См.: Устинов А.И., Портнов М.Э., Нацваладзе Ю.А. Холодное оружие и бытовые ножи. М.: изд. ВНИИ МВД СССР, 1978. С. 132.

214 См.: Тихонов Е.Н. Криминалистическая экспертиза холодного оружия. Учебное пособие. 2-е изд. Барнаул: Изд. Алтайского университета, 1987. С. 232.

207

дние две работы, кстати, содержатся в списке основной литературы «Методики…» почему-то с комментарием «только в части справочного материала».

Большим подспорьем является и различные публикации в научно-мето- дических изданиях ГУ ЭКЦ МВД России и Санкт-Петербургского университета МВД России.

Методическое обеспечение взрывотехнической лаборатории представлено несравненно большим спектром изданий, как научного, так и методи- ческого порядка:

  1. Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Шмырев А.А. Основы криминалистического исследования самодельных взрывных устройств. М.: ВНИИ МВД СССР, 1991. 94 с.
  2. Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Шмырев А.А. Взрыв- ные устройства промышленного изготовления и их криминалистическое исследование. М.: ВНИИ МВД СССР, 1991. 120 с.
  3. Дильдин Ю.М., Семенов А.Ю., Шмырев А.А. Взрывы и обнаружение взрывных устройств. М.: ВНИИ МВД СССР, 1991.
  4. Дильдин Ю.М., Мартынов В.В., Семенов А.Ю., Стецкевич А.Д. Место взрыва как объект криминалистического исследования. М.: ВНИИ МВД СССР, 1995.
  5. Андреев К.К., Беляев А.Ф. Теория взрывчатых веществ. М.: Оборон- гиз, 1960.596 с.
  6. Ловля С.А., Каплан Б.Л. Взрывное дело. Недра, 1976. 272 с.
  7. Боеприпасы артиллерии бывшей германской армии. Справочник. М.: МО СССР, 1946. 560 с.
  8. Шиллинг Н.А. Взрывчатые вещества и снаряжение боеприпасов. М.: Оборонгиз, 1946.320 с.
  9. Осмотр места происшествия: Справочник следователя / Под ред. А.А. Леви. М.: Юрид. лит., 1982. 272 с.
  10. Ручные противотанковые гранаты РПГ-6 и РПГ-43. М.: ГАУ КА, 1944.25 с.

11 .Имитационные средства сухопутных войск Советской Армии. Инст- рукция. М.: МО СССР, 1967. 76 с.

  1. Прохоров Б.А. Боеприпасы артиллерии. М.: Машиностроение, 1973.

208

512 с.

  1. Кузьмин Н.М. Криминалистическое исследование взрывчатых веществ. М., 1985.72 с.
  2. Грязев Е.Ф., Дильдин Ю.М., Колмаков А.И., Митричеев Л.С. Воз- можности экспертного исследования осколков металлического корпуса взрывного устройства // Экспертная практика … М.: 1982. 94 с.
  3. Кроме того, к методическому обеспечению взрывотехнической экспертизы следует отнести и соответствующее программное обеспечение.

В состав программного обеспечения взрывотехнической лаборатории входят следующие программные продукты:

АИПС «Пирос» - справочная программа по пиротехническим изделиям;

АИПС «Инженерные боеприпасы» - справочная программа по инже- нерным боеприпасам;

АИПС «Заряд» - справочная программа по зарядам взрывчатых веществ;

АИПС «Взрыв» - программа для занесения результатов проведенных исследований и поиска среди занесенных сведений необходимы, по различным признакам;

АИПС «Арсенал» - программа для занесения маркировочных обозна- чений штатных боеприпасов и оперативного поиска совпадений по ним;

АИПС «Выезд» - программа для регистрации участий экспертов-взры- вотехников в осмотрах мест происшествий по фактам взрывов с занесения кратких результатов исследований и экспертиз по изъятым с этих мест объек- там.

Несмотря на большое количество имеющихся на вооружении взрыво- технической лаборатории программных продуктов, использование их несколько затруднено, поскольку стремительное развитие вычислительной тех- ники, а также программного обеспечения к ней, приводит к проблеме совме- стимости имеющихся программных продуктов с программным обеспечением, устанавливаемым на современных компьютерах. Обновление существующих версий программного обеспечения осуществляется со значительным отставанием от развития уровня компьютерной техники. Этот недостаток в основном относится к программам, разрабатываемым в ЭКЦ МВД России,

209

поскольку временной промежуток между разработкой программы и передачей ее в регионы значителен.

К сожалению, по другим видам оружия, поступающего в экспертно- кри- миналистические подразделения, либо потенциально являющимся объектом криминалистического исследования какое-либо методическое обеспечение, за исключением отдельных публикаций, практически отсутствует.

Это еще раз подтверждает необходимость дальнейшей разработки об- щетеоретических фундаментальных положений криминалистической экспер- тизы оружия, которые являясь методологической основой, позволят проводить такие исследования по любым нетрадиционным видам оружия, естественно, с использованием дополнительной специальной литературы и, возможно, с привлечением соответствующих специалистов.

В заключении этого параграфа хотелось бы отметить, что к числу об- щеконцептуальных принципов методологического характера в рассматри- ваемой нами сфере следовало бы отнести:

  1. Возможность использования при производстве оружеведческих ис- следований всех общенаучных методов;
  2. Возможность и обязательность использования общекриминалистических методов;
  3. Обязательность применения основных подходов, носящих достаточно общий характер, имеющих место в существующих наиболее разработанных методиках криминалистического исследования различных видов ору- жия215:

1.1. Необходимость выделения в ходе судебно-экспертного исследования всей (или минимально необходимой) совокупности признаков, характеризующих исследуемый предмет или устройство, как средство, специально предназначенное для поражения живой или иной цели. 1.2. 1.3. Отсутствие прямого (в полном объеме) назначения исследуемого объекта в быту или производстве. 1.4. Здесь следует понимать, что у любого оружия могут иметься в наличии

215 К числу таких методик можно отнести всю совокупность методического обеспечения судебно-экспертного исследования огнестрельного, холодного и взрывного оружия, т.е. наиболее криминализированных его видов, и в определённой части методическое обеспечение исследования газового оружия, криминализация которого является продуктом социально-исторического развития последних лег.

210

дополнительные свойства, обеспечивающие его многофункциональность, но термин «прямое назначение» подразумевает рассмотрение функции - пораже- ние цели - применительно к оружию в качестве основного (даже в совокупно- сти, как у оружия комбинированного действия). Все остальные, обусловленные конструктивным решением, свойства будут являться факультативными или сопутствующими.

1.3. Техническая пригодность к использованию исследуемого объекта для поражения цели.

Это требование сравнимо с определением технической исправности при- менительно к огнестрельному оружию или холодному оружию заводского изготовления, но исследование для его определения несравнимо сложнее, так как чаще всего не опирается на ГОСТы или ТУ, а является результатом научно- познавательной деятельности, раскрывающей все важнейшие варианты функционирования целостной системы, исходя из его конструктивного решения.

1.4. Наконец, необходимо предметно разграничить сферы компетенции, в том числе и взаимного проникновения, таких средств использования спе циальных познаний как судебная экспертиза или «суждение специалистов»216, которое реализуется обычно в виде документов, выдаваемых компетентны ми органами в порядке ст.88 УПК РСФСР, а в новом УПК РФ ст.84 “Иные документы”.

По общему положению тактического порядка по предметам и устройствам (применительно к оружию, в частности) не требуется назначение судебных экспертиз для определения их групповой или видовой принадлежности. В этом случае достаточно пригласить в порядке ст.1331 УПК РСФСР (по новому УПК РФ ст. 168 “Участие специалиста”) соответствующего спе- циалиста для участия в следственном действии, в том числе и в следственном осмотре (ст. 178 УПК РСФСР и ст.ст. 176, 177 УПК РФ), либо получение от компетентного органа соответствующего документа, удостоверяющего це- левое предназначение объекта и его техническое состояние (ст. 88 УПК РСФСР, ст. 84 УПК РФ).

Однако, до настоящего времени такие документы выдаются и принима-

216 Термин не имеет уголовно-процессуального содержания.

211

ются следственными и судебными органами лишь по взрывоопасным объектам в тех случаях, когда они уничтожаются на месте сотрудниками ОМОН, ЭКП органов ФСБ или военнослужащими пиротехнических подразделений армии. Во всех остальных случаях, даже если объект на стадии решения вопроса о возбуждении уголовного дела подвергался исследованию в порядке, предусмотренном ч.5 ст.6 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», в последствии лицом, производящим расследование, выносится постановление о назначении экспертизы, на разрешение которой, как правило, ставятся те же вопросы, которые были фактически решены в ходе исследования.

В этой связи хотелось бы заметить, что с точки зрения криминалисти- ческой тактики необходимо шире использовать возможности ст.1331 и ст.88 УПК РСФСР и соответствующих ст.ст. 168 и 84 УПК РФ, по крайней мере, по таким видам оружия, которые либо состоят на вооружении в армии и других военизированных формированиях, либо являются музейными экспонатами.

Судебные экспертизы должны назначаться лишь в тех случаях, когда спектр подлежащих разрешению вопросов значительно шире, чем определение групповой (видовой) принадлежности, а также по всем предметам или устройствам самодельного изготовления.

При этом, в тех случаях, когда судебно-следственному исследованию подвергается огнестрельное, холодное и взрывное оружие, вполне справедливо назначение экспертиз для производства в судебно- экспертных учреждениях соответствующего профиля.

В тех случаях, когда исследуются самодельные объекты, изготовленные с подражанием менее криминализированным видам оружия (электро- шоко-вое, огнеметно-зажигательное, этническое и т.д.), лицо, производящее расследование, должно, на наш взгляд, поручить производство судебной экспертизы комиссии экспертов, в состав которой должны войти специалисты в области криминалистического оружиеведения в качестве ведущих экспертов и специалисты в той области научного знания и практической деятельности, которая разрабатывает соответствующие разновидности оружия.

Это позволит произвести с точки зрения уголовного процесса, кримина-

212

листики и задач судебно-следственного исследования в целом наиболее полное и объективное исследование.

Применительно к судебно-экспертному исследованию объектов завод- сткого (кустарного) изготовления, в том числе прошедших специальную сертификацию, следует, на наш взгляд, согласиться с мнением специалистов ГУ ЭКЦ МВД РФ: судебный эксперт в рамках расследования конкретного уголовного дела вправе не согласиться с результатами сертификационных испытаний в отношении конкретного исследуемого объекта. В этом случае он проводит весь комплекс необходимых исследований и оформляет мотивированное заключение, которое следователь или суд вправе использовать в уголовно- процессуальной и, прежде всего в предупредительно-профилактической деятельности.

Думается, что создание общетеоретической базы криминалистического оружиеведения должно стать темой отдельного исследования, что будет, в конечном счете, способствовать большей адаптации экспертно- кримина-листических (судебно-экспертных) возможностей к деятельности по предупреждению, раскрытию и расследованию преступлений, связанных с применением или незаконным оборотом различных видов оружия, в том числе и нетрадиционных.

В отличие от технократической закомплексованности, которая прояви- лась в мучительных (скорее - для экспертов - практиков, следователей и судей) потугах методического совершенствования экспертизы холодного оружия, исследователи в области судебной баллистики, не посягая на теоретические основы этой отрасли, обеспечивают в основном развитие технико-технологического обеспечения и систематизацию понятийно- терминологического аппарата, т.е. плавное совершенствование элементов апробированного десятилетиями методического обеспечения.

В этой связи следует весьма позитивно охарактеризовать проект мето- дики «Экспертного решения вопроса о принадлежности к огнестрельному оружию», разработанной специалистами ГУ ЭКЦ МВД России217, который также, однако, имеет ряд недостатков.

В качестве объектов по данному виду исследования предложено произ-

См.: подробнее: ГУ ЭКЦ МВД России. Документ № 37/5- 2347 от 02.08.1999г.

213

водить экспертизы по иным видам оружия, сходным по внешнему и отдельным конструктивным признакам с огнестрельным, но имеющее другой источник энергии, отличный от сгорания метательного заряда, пневматической, гидропневматического, газовое, газобаллонное, оружие для подводной охоты и т.п. В виду того, что при использовании газового оружия поражение происходит снарядом не проникающего действия, облаком газов, химических, веществ либо пылью растительного происхождения считаем, что для исследования газового оружия необходимо разработать свою методику.

Для исследования пневматического и газобаллонного оружия можно использовать представленную методику, но в ней необходимо четко определить критерии отнесения к категории того или иного вида оружия, исходя из требований «Закона об оружии».

Кроме того, предложенную методику нельзя признать исчерпывающей так, как в ней отсутствуют положения для проведения исследований обрезов охотничьих ружей.

В примечании по пункту 3.2 предложенного проекта необходимо ука- зать, что вопросы исправности решаются только для заводского оружия.

В оснащении баллистической лаборатории, кроме перечисленного в проекте методики оборудования, необходима фототехника либо другое оборудование для фотографической фиксации внешнего вида оружия, маркировочных изделий, фабричных клейм, заводской номер на нем. Также в обязательном порядке в баллистической лаборатории должна быть инструкция и журнал по технике безопасности при обращении со стрелковым оружием и боеприпасами, аптечка.

На основании данных экспериментальной стрельбы необходимо дать понятие «пригодности оружия для стрельбы» либо «производства отдельных выстрелов» в виду отсутствия в некоторых РУ-ГОВД приборов для замера скорости полета пули, целесообразно также дать минимальные критерии поражения исходя из данных экспериментальной стрельбы по сухим сосновым доскам или иным эталонным мишеням.

В выводах в дополнение к указанным сведениям необходимо указывать заводской номер оружия (если таковой имеется) и пригодно ли оружие для стрельбы либо для производства отдельных выстрелов.

214

Представляется, что перечисленные дополнения, не вступая в противоречие с изложенными в проекте методики положениями, весьма существенно её дополняют.

В последние годы по инициативе и непосредственном участии ГУ ЭКЦ МВД России приняты существенные меры к повышению методического и технико- технологического обеспечения судебно-баллистической экспертизы.

Осуществлен ряд научно - исследовательских и опытно - конструкторских разработок, позволивших внедрить в эксмертно-криминалистическую практику отдельные научно поисковые системы и технические средства.

К числу таковых, несомненно, можно отнести уже упомянутую методику «Экспертного решения вопроса о принадлежности предмета к огнестрельному оружию», проект которой в соответствии с совместным приказом ГУ ЭКУ МВД России и РФЦСЭ при МЮ России №15 от 29.04.96г. прошел успешную апробацию в экспертно-криминалистических подразделениях органов внутренних дел России в 1999г. В этой связи следует упомянуть и инфор- мационное письмо ГУ ЭКЦ МВД России 35/5-2563 от 19.08.99г. «О примене- нии в системе производства и сертификации гражданского и служебного ору- жия нормативно правового документа, разработанного в соответствии со ст.6 «Ограничения, устанавливаемые на обращение гражданского и служеб- ного оружия» ФЗ «Об оружии»».

К числу таких технических средств, безусловно, можно отнести установку для отстрела ручного огнестрельного оружия промышленного и са- модельного производства, предназначенную для проведения испытаний об- разцов стрелкового нарезного и гладкоствольного оружия промышленного производства и самодельного изготовления с целью определения начальной скорости и следовоспринимающих поверхностей пуль и дробовых зарядов при проведении криминалистических экспертиз, производства ТОО «Нор- мотест-Кримтех.» г. Подольск Московской области, которая существенно облегчает производство экспертно-криминалистических исследований боеприпасов. Производимое там же устройство для проверки боеприпасов на принадлежность к стрельбе позволяет произвести отстрел всей существующей номенклатуры отечественных и зарубежных боеприпасов ручного огнестрельного оружия калибра, начиная с 5,6 до 11,43 мм, а так же охотничьих

215

патронов до 12 калибра.

Существенно повышают полноту и оперативность проведенных крими- налистических исследований информационно-поисковые системы «Ружье» и «Клеймо» того же разработчика.

ИПС «Ружье» предназначена для хранения и поиска информации по оружию и содержит сведения более чем по 900 образцам отечественного и зарубежного оружия. ИПС «Патрон» содержит информацию по патронам для боевого, охотничьего нарезного оружия. ИПС «Ружьё» так же разработан по заявкам ГУ ЭКЦ и предназначена для хранения и поиска информации по охотничьему и спортивному оружью. Система может содержать информацию по 60 характеристикам ружей. ИПС «Клеймо» предназначена для хранения и поиска информации по клеймам на оружии и патронах. Для определения групповой принадлежности клейма, как графического изображения, в систему вводится информация в соответствии с классификацией клейм.

Повышают комфортность, а значит и оперативность, надежность ра- боты баллистической лаборатории универсальные модульные установки для баллистических исследований, предназначенные для экспериментальной стрельбы из любых видов ручного огнестрельного оружия калибром 5,45 - 9 мм, как промышленного, так и самодельного изготовления, малогабаритные переносные пулегильзоулавливатели для получения образцов пуль калибром 5,45 - 9мм с сохранением следов оружия для сравнительного исследования и создания пулегильзотек. В комплект входят регистратор скорости полета пуль, используемый при проведении судебно-баллистических экспертиз огнестрельного оружия, комплекс для хранения короткоствольного огнестрельного оружия и кассеты для хранения объектов массивов пулегильзотек.

Прекрасно зарекомендовала себя баллистическая автоматическая иден- тификационная система «Таис», разработанная и усовершенствованная со- вместным усилиями специалистов научно - производственного приборост- роительного предприятия АО «Лазерные диагностические инструменты - Русприбор» и Экспертно-Криминалистического Управления ГУВД Санкт- Петербурга и Ленингракдской области.

В основе «Таис» - специально разработанное сканирующее устройство,

216

позволяющее получать и хранить изображение цилиндрических поверхностей пуль и гильз, а также торца гильзы, которое снабжено системой автомати- ческой фокусировки и компенсации бокового наклона поверхности объекта, специальной двусторонней засветкой, удобными съемными кассетами для установки исследуемых объектов. Управление «Таис» осуществляется с кла- виатуры персонального компьютера с помощью специального программного обеспечения. Прикладное программное обеспечения позволяет, работая в двухоконном редакторе, решать следующие задачи:

  • В автоматическом режиме записывать полное изображение поверхностей пуль и гильз;
  • В ручном режиме просматривать поверхность объекта, записывать кадр, осуществлять ручную и автоматическую фокусировку. Менять направ- ления освещения, просматривать ранее записываемые поверхности объектов в заданном масштабе;
  • Вызывать ранее записанные поверхности объектов, независимо перемещать видео-изображения с целью идентификации объектов исследования;
  • Получать твердые копии на лазерном принтере;
  • Кроме того, система «Таис» в зависимости от модификации:

  • Предназначена для проведения идентификационных экспертиз пуль и гильз нарезного стрелкового оружия как в автоматическом, так и «в руч- ном» режимах;
  • Позволяет создавать, хранить и обрабатывать высококонтрастное видеоизображения боковой поверхности пуль и гильз с любым покрытием, а так же донышек гильз;
  • Позволяет создавать региональные банки данных стрелянных пуль и гильз, соединенные в единую информационную сеть;
  • Проводит автоматический поиск объектов по базе данных и их первичную идентификацию;
  • Существенно увеличивает информативность при проведении иденти- фикационных баллистических экспертиз;
  • В несколько раз уменьшает время обработки и принятия решения при проведении криминалистической экспертизы по сравнению с традиционными методами

217

  • Позволяет получать изображение полной развертки высокого качества, которое может храниться на компакт-дисках в сжатом виде.

Автоматизированная информационно - поисковая система «Арсенал», производства фирмы «системы Папилон», обеспечивает хранение, просмотр, печать изображение любых следов на пулях, гильзах и иных объектах мик- ротрассологических исследований, автоматический поиск по массивам пу- легильзотек с использованием признаков микрорельефа, отобразившихся в первичных и вторичных следах на пулях, динамических и статических следах на гильзах

В отличие от системы «Таис», в АИПС «Арсенал» изображение следа вводится в ПЭВМ с помощью телекамеры. В изображении следа должны отображаться следы от боевой и холостой граней. При вводе серии пуль необходимо следить за соблюдением порядка чередования следов для каждой пули данной серии.

Представляет интерес информационно-поисковая система «Оружие», разработанная фирмой «Барс-ИНТЕРНАЦИОНАЛ» (г. Дмитров, Московская обл.), информационно-поисковая система «Стрелковое оружие и боеприпасы», разработанная экспертами- криминалистами г. Минска.

Этот, далеко не полный, перечень того, что сделано в направлении ме- тодического и технико-технологического совершенствования судебно-бал- листической экспертизы и повышения эффективности соответствующих экс- пертно- криминалистических гильзотек и коллекций, омрачен лишь одним обстоятельством, что система централизованного снабжения экспертно-кри- миналистических подразделений подобными средствами давно нарушена, а состояние финансирования органов правопорядка далеко не всегда позволяет приобретать соответствующее оборудование и программные продукты инициативно.

218

ГЛАВА II. ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ ТАКТИКИ ПРИ

РАССЛЕДОВАНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЙ, СВЯЗАННЫХ С

НЕЗАКОННЫМ ОБОРОТОМ ОРУЖИЯ

§1. Тактические и технико-криминалистические особенности осмотра

оружия на месте его обнаружения

В соответствии со ст.69 УПК РСФСР, доказательствами по уголовному делу являются любые фактические данные, которые устанавливаются: показаниями свидетеля, показаниями потерпевшего, показаниями подозреваемого, показаниями обвиняемого, заключением эксперта, вещественными дока- зательствами, протоколами следственных и судебных действий и иными до- кументами.

В соответствии со ст.74 УПК РФ “Доказательства” в качестве доказательств по уголовному делу могут использоваться “любые сведения, на основании которых суд, прокурор, следователь, дознаватель в порядке, определённом настоящим Кодексом, устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела”.

Частью 2 этой нормы перечень доказательств дополнен показаниями эксперта, что носит достаточно принципиальный характер и более полно отражает правовой статус сведущего лица, выступающего в уголовном процессе в качестве судебного эксперта.

219

Одним из наиболее важных и информативных следственных действий является следственный осмотр, который согласно ст. 178 УПК РСФСР и ст.ст. 176,177 УПК РФ (ст. 176 “Основания производства экспертизы”, ст. 177 “Порядок производства осмотра”) проводится в целях обнаружения и фиксации следов преступлений и других вещественных доказательств, выяснения обстановки происшествия, а равно иных обстоятельств, имеющих значение для дела.

С помощью следственного осмотра «…доказываются факты совершения и способ сокрытия преступления, присутствия подозреваемого и других лиц в определенных местах и другие обстоятельства дела. Следственный осмотр позволяет установить относимость объекта к событию преступления и лицу, его совершившему, что является непременным условием для использования протокола его осмотра в расследовании в качестве источника доказа- тельственной информации»218.

Различные виды следственного осмотра определяются, прежде всего, особенностями складывающейся следственной ситуации и специфическими характеристиками изучаемого объекта.

Лицо, производящее расследование преступления, может столкнуться с необходимостью опосредованного процесса исследования каких-либо обсто- ятельств, связанных с криминальным использованием оружия. Это может быть огнестрельное, ствольное или аэрозольное газовое оружие, ВВ и ВУ или боеприпасы, обнаруженные на месте происшествия или в местах его хранения; следы, образованные в ходе экспериментальной апробации при подготовке его преступником к совершению преступления; следы на теле или одежде трупа и т.д. В случаях изъятия у лиц, подозреваемых в совершении преступлений, огнестрельного, холодного или газового оружия, находившегося у них в правомерном или псевдоправомерном219 владении, объектами

218 См. подробнее: Взаимодействие следователя и эксперта-криминалиста при производстве следственных действий / Под ред. И.Н. Кожевникова. М., 1995. С. 7.

219 Под псевдоправомерным владением здесь и далее понимается санкционированный лицензионно-разрешительными подразделениями органов внутренних дел в порядке, предусмотренном Законом РФ «Об оружии», оборот различных видов оружия, которые по своим объективным криминалистическим характеристикам и принятой в криминалистике классификации относятся к оружию комбинированного действия или иному оружию, оборот которого запрещен или ограничен.

220

следственного исследования становятся соответствующие разрешительные документы. Наконец, это может быть осмотр непосредственно оружия, каким-либо образом попавшего в сферу уголовно-процессуального исследования, боеприпасов к нему и объектов-носителей со следами применения такого оружия. Чаще всего, криминалистическое исследование оружия и следов его применения начинается в ходе осмотров мест происшествий, либо следственных осмотров предметов и следов.

Осмотр места происшествия - одно из важнейших следственных действий, позволяющих лицу, проводящему расследование лично выявить и ис- следовать следы, вещественные доказательства, а также выяснить обстановку и обстоятельства преступления, которые имеют значение для познания истины по делу, выдвижения общих и частных версий о механизме событий, его участниках, получения данных для организации розыска преступника220.

Под местом происшествия принято понимать территорию или помеще- ние, где произошло расследуемое событие или наступил его результат. Место подготовки преступления и территории, окружающие место происшествия, также являются объектом осмотра следователя. Это особенно важно, когда расследуются уголовные дела с применением огнестрельного оружия и взрывных устройств. Повреждающие факторы взрывных устройств и огнестрельного оружия воздействуют на предметы окружающей обстановки на значительном удалении от места взрыва, выстрела, поэтому крайне важно знать механизм их действия, какие следы остаются после такого воздействия для того, чтобы иметь возможность их выявить, зафиксировать в протоколе осмотра места происшествия с помощью фото-, кино-, видеотехники, а затем изъять в качестве вещественных доказательств для дальнейшего экспертного исследования и оценки.

Осмотр места происшествия всегда дает много информации для опре- деления дальнейшего направления расследования.

Эффективность осмотра места происшествия зависит от соблюдения процессуальных правил и тактических приемов их проведения, грамотного

220 См. подробнее: В.Ю. Владимиров, Г.П. Лаврентюк Особенности осмотра места происшествия при расследовании уголовных дел с применением огнестрельного оружия и взрывных устройств. Методическое пособие / Под ред. В.П. Сальникова. СПб.: Санкт-Петербургская академия МВД России, 1997. С. 42.

221

использования научно-технических средств закрепления хода и результатов осмотра. Небрежно и неумело, формально проведенный осмотр может приве- сти к удлинению сроков и полному провалу расследования, т.к. не обнаружи- ваются и утрачиваются ценнейшие вещественные доказательства - ключ к раскрытию преступления.

При расследовании преступлений, связанных с использованием огне- стрельного оружия и взрывных устройств, часто проводят, кроме первичного осмотра места происшествия, повторный и дополнительный осмотры, с приглашением специалиста соответствующего профиля. Специалист всегда поможет не только более полно и квалифицированно описать детали (повреждения, части взрывных устройств и огнестрельных снарядов) на месте происшествия, но и дать им правильную оценку.

На следователя (дознавателя) возлагается законодателем ответствен- ность за проведение осмотра места происшествия (планирование и доставка конкретных участников к месту осмотра, понятых, работников милиции, потерпевших, следователей, специалистов, обвиняемого, подозреваемого, которые могут помочь обнаружить следы и другие вещественные доказательства, поясняющие обстоятельства и обстановку происшествия). При этом необходимо исключить возможность сокрытия или уничтожения следов преступления заинтересованными людьми.

Основными тактическими принципами осмотра места происшествия являются:

а) своевременность (неотложность);

б) планомерность;

в) объективность;

г) полнота;

д) активность (целеустремленность) производства осмотра;

е) единое руководство осмотром.

Своевременность (неотложность) осмотра диктуется потенциальной возможностью преднамеренного или непреднамеренного изменения обста- новки, утраты и порчи следов, является основой для выдвижения версий и выбора правильного направления расследования.

Планомерность осмотра позволяет провести его с наименьшими затра-

222

тами сил и времени, достичь при этом максимальных результатов, не упустить важных обстоятельств, последовательно осмотреть каждый объект.

Объективность и полнота осмотра (несмотря на субъективность восприятия следователем и неумышленную индуцированность одной из версий) ба- зируются на планомерном отыскивании и закреплении различных следов, выяснении обстоятельств, необходимых для проверки всех возникающих версий, не отдавая предпочтения ни одной из них (несмотря на кажущуюся достоверность), обязательное отражение в протоколе, как подтверждающих данных, так и противоречий конкретной версии.

Все упущенное при первичном осмотре места происшествия бывает очень трудно, а нередко и невозможно установить при повторном осмотре, особенно когда это место находится вне помещений.

Активность осмотра места происшествия влияет на полноту получаемой информации за счет целенаправленного активного поиска различных следов и предметов, веществ мало видимых и невидимых. Поэтому активность осмотра предполагает использование криминалистической техники и специалиста соответствующего профиля.

Обстоятельства, подлежащие установлению при осмотре места проис- шествия:

  • общий характер местности (помещений), его границы, прилегающие постройки, дороги, тропки, просматриваемость местности (помещения);
  • обстановка на месте в отношении каждого объекта с выяснением его назначения, его происхождения, расположения и связи с другими объектами, его видовых, родовых и индивидуальных особенностей, состояния;
  • изменения, вызванные событием происшествия (изменения в обстановке, вызванные действиями преступника);
  • признаки инсценировки, имеющие цель направить следствие по ложному пути для сокрытия совершенного преступления, создать ложное представление об отдельных элементах совершенного преступления;
  • наличие негативных обстоятельств, т.е. явлений не соответствующих конкретной обстановке или наоборот - отсутствие признаков, которые должны быть при данном происшествии.
  • В ходе осмотра места происшествия выдвигаются и проверяются следо-

223

вателем разные версии на основании оценки каждого обстоятельства и их совокупности.

Осмотром места происшествия решают следующие задачи по:

• уяснению обстановки и события происшествия; • • выявлению вещественных доказательств и следов, указывающих на личность преступника, характер и механизм преступления, его мотивы и т.д.; • • фиксации места происшествия и следов (составление протокола осмотра и плана, схем места происшествия и т.д.). • Подготовка и тактические приемы осмотра места происшествия зависят от профессиональной подготовки следователя, готовности спокойно и творчески работать в самых сложных условиях, умело руководить осмот- ром.

Очень важным для расследования является период сообщения следствию о происшествии, т.е. кто, когда, откуда сообщил о случившемся; где (точные координаты), что (суть и характер происшествия) произошло; кто первым и когда обнаружил случившиеся; наличие пострадавших и их состояние; какая и кем оказывалась медицинская помощь; если на месте представители милиции или местной администрации; меры по сохранности и неприкосновенности обстановки; проведение и результаты оперативно-розыскных мероприятий.

После необходимых подготовительных мер следователь приступает к осмотру места происшествия с его общего обзора, т.к. необходимо: соста- вить предварительное представление и сориентироваться для выбора более рационального плана осмотра и границ территории, на которой потенциально возможно выявление следов преступления.

Общий обзор места происшествия проводится обычно либо от центра к периферии (эксцентрично) или наоборот - от периферии к центру по спирали. Реже проводят линейный осмотр - от одной границы до другой, иногда территорию (если она общая) разбивают на участки и осматривают отдельно каждый участок. Последний способ иногда совмещают с челночным поиском, проводимым при движении по синусоиде.

Начинают осмотр места происшествия и отдельных вещественных до- казательств без их перемещения (описывают, составляют план, схемы, ри-

224

сунки, фотографируют, используют кино- и видеозапись) - статический метод, а затем всесторонне изучают активно - предметы передвигают, фиксируют при этом их особенности, изымают необходимые вещественные доказательства со следами -динамический метод.

Успех осмотра места происшествия зависит от тщательно спланированной организации и профессионализма следователя, применения им научно- технических средств и методов, а также использования необходимых специ- алистов по профилю происшествия.

В заключительной стадии осмотра оценивается проделанная работа, проверяется выполнение всех плановых и внеплановых действий, упаковы- ваются изъятые вещественные доказательства и следы, их копии с соответ- ствующей удостоверительной надписью на бирках; составляются и подпи- сываются протокол осмотра места происшествия, схемы, планы, рисунки.

При этом следует учитывать, что огнестрельные повреждения людей, техники и предметов окружающей обстановки, причиненные выстрелами из огнестрельного оружия, бывают сходные с повреждениями, образованными выстрелами из огнестрельных и специальных сигнальных устройств: строи- тельно-монтажных пистолетов, перфораторов нефтяных скважин, стартовых пистолетов и др.

Применительно к осмотру боеприпасов необходимо помнить, что су- ществуют патроны не боевого назначения, выстрелы которых могут причинить человеку смертельные повреждения. Это различные патроны к строительно- монтажным пистолетам, патроны для имитации стрельбы или звуковой сигнализации (холостые патроны), патроны для освещения местности и подачи световых сигналов, сигнальные патроны специального назначения, химические (газовые) патроны с ОВ раздражающего действия; патроны со снарядами ушибающего действия, патроны для умерщвления скота, прочие специальные патроны (высокого давления для проверки прочности стволов оружия, для обездвиживания животных с метательным элементом в виде шприца или иглы, для тренировочной стрельбы в помещении с пластмассовыми пулями и гильзами, учебные патроны (без пороха и капсюльного состава с металлическим, деревянным или пластмассовым составом).

При выстреле происходит воспламенение капсюльного состава, а затем

225

порохового заряда, который образует ударную волну, переходящую в звуко- вую. Ударная волна порохового заряда раздваивается за счет прорыва части газов между каналом ствола и пулей, опережая ее. После вылета пули с дуль- ного конца ствола вырывается основная масса пороховых газов, и их ударная волна догоняет первую и вторую, соединяясь с ними и образуя единую эллипсовидную ударную волну.

Повреждающие факторы выстрела:

• огнестрельный снаряд (основной фактор), т.к. он обладает большой кинетической энергией и причиняет повреждение на любом участке внешней баллистической траектории (пуля, дробь, картечь, иные типичные снаряды), осколки разорвавшегося огнестрельного снаряда, детали охотничьего патрона; • • продукты сгорания пороха и капсюльного состава (пороховые газы и воздух из канала ствола, копоть выстрела, частицы пороховых зерен, металлические частицы, частицы капсюльного состава, ружейная смазка); •

? оружие (дульный конец оружия, подвижные части оружия, приклад, осколки разорвавшегося оружия); ? ? вторичные снаряды (осколки и частицы преграды, фрагменты обуви и одежды, осколки костей). ? Характер травмирующего действия повреждающих факторов выстрела:

• механическое (обыкновенные огнестрельные снаряды, пороховые газы, части оружия, вторичные снаряды); • • термическое (пороховые газы, пули специального назначения); • ? химическое (пороховые газы, пули специального назначения);

• комбинированное (чаще поверхностное) действие (копоть выстрела, частицы пороха, металлические частицы, частицы капсюльного состава, ору жейная смазка).

В зависимости от размеров и прочности особенностей материалов по- врежденных выстрелом, от дистанции и других условий стрельбы по-разному будут оказывать травмирующее действие повреждающие факторы выстрела (например, от полного разрушения головы при выстреле в рот из охотничьего ружья, до крупноточечной ранки от воздействия 5,45 мм пули, сса-

226

дины или кровоподтека на теле в результате ушибающего действия пули на излете, либо от вмятины на древесине, выбитом фрагменте кирпича до от- стреленной ветки дерева и т.д.).

Повреждения от выстрелов принято подразделять на образованные с близкой и неблизкой дистанции. Выстрелы в пределах близкой дистанции (кроме воздействия пулевого снаряда) причиняют повреждения дополнитель- ными факторами выстрела (пороховыми газами, копотью выстрела, порошинками и металлическими частицами), при этом выделяют: выстрел в упор, частичный упор, с преимущественно механическим действием пороховых газов, выраженным действием копоти выстрела, порошинок и металлических частиц, отложением порошинок и металлических частиц.

Неблизкая дистанция выстрела характеризуется отсутствием действия дополнительных факторов выстрела.

Конструктивные особенности огнестрельного оружия по-разному влияют на формирование отдельных признаков дополнительных факторов выстрела.

Различают (выделяют) повреждения, причиненные автоматической очередью, одиночным выстрелом, пулями специального назначения, пулями предварительно взаимодействовавшими с преградой, дробовые повреждения холостым выстрелом.

Прибыв на место происшествия, следователь (дознаватель) не сразу приступает к осмотру, а проводит ряд предварительных действий:

1) Если на месте имеется потерпевший, и ему не оказана надлежащая медицинская помощь, следователь должен принять меры к оказанию такой помощи. В случаях тяжелого состояния здоровья пострадавшего, у него не- замедлительно нужно получить данные о происшествии (с разрешения врача); 2) 3) Следователь производит предварительный беглый обзор местности, где совершено или обнаружено преступление, для уяснения полученных сведений о происшествии и лучшей ориентированности в проведении своих даль- нейших действий; 4) 5) Проверяет, приняты или нет надлежащие меры по охране места пре- ступления, и, в случае нужды - отдает распоряжение о принятии таких мер, 6)

227

удаляет с места происшествия посторонних лиц;

4) Беседует со свидетелями, потерпевшими и прочими лицами с целью получения необходимой информации о происшествии для успешного прове- дения осмотра и расследования; 5) 6) Выясняет необходимость привлечения к осмотру места происшествия тех или иных специалистов; 7) 8) Назначает понятых и определяет лиц, которые будут присутствовать при осмотре; проводит их инструктаж, сообщая о происшествии, задачах осмотра и правилах поведения всех участников на месте происшествия; 9) 10) Проводит прочие неотложные предварительные действия по выявлению и фиксации розыскной (ориентирующей) информации, розыску и задержанию подозреваемого. 11) Обнаружение на месте происшествия любого вида оружия всегда придает этому следственному действию свою специфику. Оружие всегда источник повышенной опасности, во многих случаях это еще и средства, изъятые из гражданского оборота, либо гражданский оборот которых строго огра- ничен. Особенно это касается различных видов огнестрельного оружия, внеш- нее и конструктивное сходство, с которым отдельных моделей ствольного газового или пневматического оружия автором уже неоднократно подчер- кивалось ранее.

Следует согласиться с О.М. Глотовым, обращавшим внимание на необ- ходимость «.. .быть очень осторожным при оценке результатов определения марки, модели обнаруженного оружия, и особенно, при занесении этих дан- ных в протокол. В условиях места происшествия при отсутствии справочных каталогов, невозможно разобрать оружие и изучить его внутреннее устрой- ство, очень легко можно ошибиться в определении марки и модели оружия»221.

В случаях, когда мы имеем дело с огнестрельным или ствольным газовым оружием этот тезис еще более актуален потому, что нередко на месте происшествия невозможно установит не только марку или модель, но и ви- довую (групповую) принадлежность оружия: газовое или огнестрельное. Поэтому, следует признать не отвечающим реалиям сегодняшнего дня его же высказывание о том, что «… в протокол осмотра могут быть занесены

221 См.: Глотов О.М. Осмотр огнестрельного оружия следователем. Л.: ИУСРП, 1984. С. 17.

228

данные о марке и модели оружия, что возможно, если у всех участников ос- мотра нет никаких сомнений в достоверности этих данных. Так, скажем, при обнаружении на месте происшествия пистолета ПМ и при наличии в составе участников осмотра офицеров милиции, для которых названное оружие яв- ляется табельным, а поэтому хорошо и надежно определяемым по внешним признакам, найденное оружие может быть названо: «ПМ (Пистолет Макаро- ва)»222. В практике ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области имеются случаи, когда такое оружие оказывалось полностью самодельным.

Не будем останавливаться пока на содержательной части протокола, рассматриваемого нами следственного действия. Отметим лишь, что даже при обнаружении в ходе внешнего осмотра ствольного оружия явных признаков, характеризующих его как газовое, следователь и иные участники осмотра не вправе исключать возможность наличия определенных конструк- тивных особенностей, либо самодельной переделки такого оружия для ис- пользования в качестве огнестрельного. Поэтому следует признать, что во всех случаях обнаружения на местах происшествий предметов, предварительно диагностируемых как ствольное газовое оружие, следователем и другими участниками осмотра должны, прежде всего, использоваться тактические приемы осмотра огнестрельного оружия. В этой связи, мы не будем даже существенно различать тактику их осмотра.

Следует согласиться, что, определяя границы и порядок исследования места происшествия, должна быть, учтена степень очевидности преступления, степень сложности исходной следственной ситуации223.

Одним из основных тактических требований, предъявляемых к осмотру такого рода объектов, является, прежде всего, необходимость обеспечения безопасности всех участников следственного действия (прежде всего), а

222 См.: Там же. С. 17.

223 Под исходной следственной ситуацией, отмечают В.П. Лавров и В.Е. Сидоров, в криминалистике понимается та обстановка, те условия, в которых производится расследование на его определенном (начальном) этапе. Исходная следственная ситуация - это объективно существующая реальность, включающая, прежде всего, первичные источники и содержание информации о событии преступления, обстоятельствах его совершения, причастных к нему лицах, а также компоненты процессуального, тактического, психологического, организационного характера (Лавров В.П., Сидоров В.Е. Расследование преступлений по горячим следам. М., 1989. С. 24.).

229

также иных лиц, имеющих отношение к данному следственному действию или располагающихся в непосредственной близости от него. Такими лицами могут быть оперативные работники органов внутренних дел, осуществляющие работу по горячим следам, сотрудники предприятий и учреждений, на территории которых проводится следственное действие и т.д. Под термином «безопасность» в данном случае следует понимать воспрепятствование каким-либо образом возможности производства выстрела из исследуемого оружия, как самопроизвольного, так и при осуществлении с ним каких-то действий в ходе детального осмотра, либо минимизировать возможный вред, в результате такого выстрела.

Это может быть достигнуто, во-первых, разряжанием оружия, во-вто- рых, разобщением его деталей или механизмов таким образом, чтобы обеспечить невозможность их дальнейшего взаимодействия вплоть до поступления оружия для дальнейшего исследования в ближайшее следственное или экспертно-криминалистическое подразделение; в- третьих, предварительным осмотром оружия может быть установлен факт отсутствия в нем боеприпасов, либо не надлежащее их состояние или положение, исключающее производство выстрела.

Однако, во всех перечисленных случаях, следователю или по его пору- чению специалисту необходимо взять оружие в руки, произвести с ним какие-либо манипуляции. Практическая реализация этого важного тактического положения о необходимости обеспечения безопасности, вступает зачастую в прямое противоречие таким требованиям, как необходимость фиксации оружия, применительно к обстановке места его обнаружения, его положения, состояния в целом, взаиморасположения его деталей, механизмов и боеприпасов, и, что особенно важно, наличия, местонахождения и характер различных следов, для которых оружие является объектом-носителем. В связи с этим следует согласиться с О.М. Глотовым, что разряжанию оружия должны предшествовать действия по фиксации самого оружия, его состояния и имеющихся на нем следов224.

Обычный алгоритм такого действия заключается в том, что сначала

224 См. подробнее: Глотов О.М. Осмотр огнестрельного оружия следователем. Л., 1984. С. 3.

230

оружие фиксируется применительно к обстановке места его обнаружения. Затем фиксируется (статично) положение деталей и механизмов. Далее с соблюдением предосторожностей собираются имеющиеся на внешних поверхностях микрообъекты и одорологические следы, а также потожировое вещество. Затем оружие разряжается либо принимаются меры, исключающие производство выстрела, и производится детальная фиксация положения деталей и состояния механизмов (без разборки), после чего оружие упаковывается для направления в экспертно-кримиыалистическое подразделение в целях обнаружения следов рук, дополнительного поиска микрообъектов на внутренних поверхностях деталей оружия и дополнительного изъятия пото-жирового вещества.

Следует учитывать, что на местах происшествий, да и при производ- стве иных следственных действий, мы можем столкнуться с неисправным оружием и оружием, которое находится в заряженном состоянии. Так, О.М. Глотов отмечал по этому поводу, что при осмотре мест происшествий, связанных с самоубийством, из самозарядного огнестрельного оружия, оружие чаще всего обнаруживается с очередным патроном в патроннике, на боевом взводе и с предохранителем в положении «огонь». Это повышает вероятность самопроизвольного выстрела и весь период осмотра вплоть до момента окончания разряжания оружия, следует признать работой в условиях повышенной опасности. Следовательно, даже предварительный осмотр оружия требует принятия бесконтактных мер безопасности. Огромная роль при этом принадлежит специалисту- криминалисту, в качестве которых обычно выступают сотрудники экспертно- криминалистических подразделений органов внутренних дел.

Однако на следователе лежит вся полнота ответственности не только за полноту и качество проведения следственного действия, но и за обеспечение безопасности его участников и иных лиц. В этой связи необходимо отметить, что следователь должен обладать хотя бы минимальной совокупностью спе- циальных познаний в сфере криминалистического оружиеведения, дабы пра- вильно поставить задачи перед участниками осмотра или иного следственного действия, и, прежде всего, перед специалистом-криминалистом, уровень компетенции которого в области криминалистического исследования огне-

231

стрельного оружия должен быть проверен особо тщательно.

Какая бы исходная следственная ситуация ни сложилась на месте проис- шествия во всех случаях «… оружие, обнаруженное на месте преступления, не следует передвигать и трогать до тех пор, пока его положение не зафиксиро- вано на снимке, не зарисовано, не описано в протоколе и не обозначено на листе…Положение оружия имеет решающее значение как для восстановления, так и для решения вопроса, например о том, имело ли место убийство или самоубийство»225. Тем не менее, с учетом повышенной опасности этого рода объектов, следует еще раз согласиться с мнением О.М. Глотова, что во всех случаях с момента поступления данных о факте обнаружения оружия начальный этап его осмотра должен подчиняться решению задачи по установлению возможного источника повышенной опасности226. Отсюда следует вывод о том, что на первоначальном этапе следственного осмотра огнестрельного, взрывного или ствольного газового оружия следует применять бесконтактные методы и приемы, направленные на обеспечение безопасности участников следственного действия и иных лиц.

К одному из тактических приемов следует прежде всего отнести официальное объявление всем участникам проводимого следственного действия о факте обнаружения оружия или ВУ, степени возможности наступления вредных последствий и их вероятном характере. Далее необходимо принять меры к удалению с места происшествия тех участников, которые не имеют непос- редственного отношения к первоначальному этапу осмотра, распределив оставшихся таким образом, чтобы их местонахождение на месте проведения осмотра полностью исключало возможность попадания снаряда, выстрелянного из оружия в результате самопроизвольного выстрела, либо минимизировало причиненный вред. При этом следует учитывать не только возможность попадания по внешнебаллистической траектории, но и вероятность причинения повреждений при ее изменении, например вследствие рикошета, либо пролета сквозь легко преодолимые преграды.

При удалении посторонних лиц и участников осмотра с места непосред-

225 См.: Свенсон А. и Вендель О. Раскрытие преступлений. М.: Изд-во Иностр. Лит., 1957. С. 203.

226 См.: Глотов О.М. Осмотр огнестрельного оружия следователем. Л., ИУСРП, 1984. С. 5.

232

ственного расположения оружия и организации оцепления потенциально опасного участка местности или помещения следователю необходимо принять меры к сохранению следов, которые могут находиться на предметах, покрытии пола или грунта в местах нахождения или по маршрутам передвижения указанных лиц.

Для этого необходимо лично или с поручением специалисту-криминалисту либо взрывотехнику произвести предварительный осмотр мест возможного обнаружения следов, произвести соответствующий инструктаж участников осмотра, а также использовать специальные покрытия и настилы, дающие возможность относительно свободно передвигаться в определенных следователем направлениях, не вступая в следовой контакт с покрытием пола или грунтом. Все участники следственного действия и приданные силы, ис- пользуемые для охраны осматриваемой территории должны располагаться за пределами опасной зоны, которая определяется потенциально возможным направлением полета снаряда по его внешнебаллистической траектории, а также при условии возможного рикошета от стен зданий, твердых покрытий пола и т.п. При этом надо иметь в виду, что различные преграды внешне оцениваемые как надежное препятствие для снаряда могут быть легко про- биваемы (пол, стена) из-за наличия полостей, использования непрочного материала и т.д. Участники следственного осмотра, имеющие непосредственное отношение к осмотру оружия: следователь, специалист-криминалист, понятые, должны располагаться в одном месте, отвечающем как требованиям безопасности, так и позволяющем осуществлять наблюдение за всеми манипуляциями, которые будет проводить с оружием лицо, уполномоченное следователем для производства первичного осмотра, разряжания оружия или разобщения его деталей. Далее, после окончательного инструктажа и постановки задачи, необходимо приступить к предварительному осмотру оружия227.

Предварительный осмотр огнестрельного или ствольного газового ору-

227 Под предварительным осмотром оружия О.М. Глотов понимает «осмотр оружия до его разряжания» (Глотов О.М. Осмотр огнестрельного оружия следователем. Л., 1984. С. 8). По мнению автора, следует более широко трактовать этот этап следственного осмотра: осмотр оружия, до его разряжания, либо разобщения его деталей, препятствующего производству выстрела, а так же установления факта отсутствия в нем боевых припасов или наличия поломок и неполадок, делающих выстрел невозможным.

233

жия - один из ответственейших этапов этого следственного действия. Именно на этой стадии вероятность как самопроизвольного, так и случайного выст- рела максимально возрастает, что существенно сковывает действия лица, производящего осмотр, обнаружение и фиксацию следов и зачастую ведет к искажению или полной утрате тех или иных следов, имевшихся на наружных поверхностях. Под следами в этом случае следует понимать следы отображения и химические вещества, а также особенности пространственной ориентации оружия и взаиморасположения его деталей и механизмов.

Наиболее целесообразно начинать предварительный осмотр огнестрельного или ствольного газового оружия с его общей и специальной фиксации. В этих целях производится его фотосъемка, которая состоит из серии обзорных, узловых и детальных фотоснимков. Указанная фотосъемка производится при условии обеспечения сохранности следов и по возможности с разных точек съемки. Последнее обстоятельство важно с точки зрения полноты передачи пространственной ориентации оружия. Если изготовить парные (т.е. с разных точек съемки) фотоснимки на этой стадии по какой-либо причине не удается, специалистом должна производиться дополнительная фотосъемка на последующих этапах осмотра.

Положение оружия, его ориентация относительно элементов обстановки места происшествия, запечатленная при помощи узловой фотосъемки, может иметь очень важное, подчас решающее значение. «Если оружие находится у умершего в руках, важно отметить, каким именно образом он держит оружие и положение оружия в руке. Оно может быть вложено в руки жертвы убийцей. В этом случае положение оружия в руке умершего в сопоставлении с характером причиненных ему повреждений имеет определяющее значение для вывода о возможности для умершего самому себе нанести имеющие место повреждения». При этом на руке могут быть обнаружены повреждения от подвижных частей и механизмов автоматического оружия, следы окопчения и т.п. признаки того, что «.. .умерший стрелял из автоматического пистолета»228.

Следует иметь в виду, что общая фиксация, кроме того, имеет своей це-

См.: Свенсон А. и Вендель О. Раскрытие преступлений. М., 1957. С. 203-204.

234

лью изучение исследуемого «.. .объекта в целях его индивидуализации. В этом случае обращают внимание на те особенности оружия, которые позволяют отличить его от всех остальных экземпляров оружия»229. Характер обзорных, узловых и детальных фотоснимков полностью соответствует традиционным правилам этого вида криминалистической фотографии.

Следует согласиться с О.М. Глотовым, что весьма существенное значение имеет фиксация «…состояния оружия, его особенности и расположение следов на нем… Очень важным обстоятельством, фиксируемым на этом этапе, является взаимное расположение частей оружия. В протоколе осмотра далеко не всегда можно точно описать расположение этих частей, особенно неисправного, переделанного, самодельного оружия или оружия, которое подвергалось непрофессиональному ремонту»230.

Все вышесказанное особенно актуально для случаев, когда следствен- ному осмотру подвергается огнестрельное оружие, которое предварительно диагностируется как ствольное газовое, однако конструктивно оказывается переделанным огнестрельным либо относится к разряду оружия комбинированного действия, сочетающего в себе свойства огнестрельного и газового оружия, т.е. предназначенного для механического поражения живой цели одноэлементным или многоэлементным снарядом и временного поражения живой цели за счет сублимации ОВРД.

Комплексная цель «.. .специального осмотра - изучение оружия как та- кового. При этом обращается внимание на наличие и взаиморасположение его частей, их состояние…»231. С учетом того, что так называемое промежуточное положение деталей и механизмов как автоматического (пистолетов), так и не автоматического (револьверов) ствольного оружия не всегда удается воспринять визуальным осмотром и следовательно зафиксировать в протоколе, только сравнение состояния исследуемого экспертом оружия с его фотоснимками, сделанными на месте происшествия позволяет иногда установить, например, факт промежуточного положения затвора, препятствующий дальнейшему производству выстрелов. Основной формой фиксации местонахож-

229 См.: Устинов А.И. Криминалистическое исследование самодельного огнестрельного оружия. М., 1964. С. 34.

210 См.: Глотов О.М. Осмотр огнестрельного оружия следователем. Л., 1984. С. 10. 231 См.: Устинов А.И. Криминалистическое исследование самодельного огнестрельного оружия. М., 1964. С. 34.

235

дения, пространственного положения и ориентации ствольного оружия, состояния и взаиморасположения его частей и механизмов, наличия и характера имеющихся на них следов является описание в протоколе следственного действия. Следует согласиться с О.М. Глотовым в части определения примерного перечня вопросов, подлежащих освещению в ходе описания огнестрельного оружия:

«1. Наименование места обнаружения оружия (конкретное помещение, его функциональное назначение, характеристика пола; наименование тер- ритории, ее функциональное назначение, характеристика почвы);

  1. Наименование обнаруженного оружия;
  2. Расстояние от конкретной точки (или, соответственно, двух точек) на оружии до точек отсчета, выбранных на месте происшествия;
  3. Сторону оружия, на которой оно лежит (правая, левая - определяется при положении оружия к наблюдателю прицельной планкой вверх, дульным концом от себя);
  4. Точку (ориентир в комнате, на местности), на которую обращен дульный конец канала ствола232».
  5. При этом с учетом специфики такого объекта криминалистического исследования, как ствольное газовое оружие или оружие комбинированного действия следует иметь в виду следующее:

  6. При определении вида и модели оружия, без чего не возможно его правильное наименование, не следует предвосхищать события. Как показывает практика, эти сведения, как уже указывалось ранее, в окончательном виде могут быть получены только в результате судебно-баллистического ис- следования объективных характеристик объекта: его конструктивных осо- бенностей, данных внутренней и внешней баллистики и т.д.

Многообразие модификаций оружия этих видов в настоящее время не позволяет говорить о возможности создания достаточно исчерпывающих справочных данных в ближайшем будущем. Поэтому в сомнительных случаях в протоколе следует ограничиваться общевидовой терминологией «пистолет», «револьвер», «ствольное оружие или устройство» и т.п. без указания его относимости к категориям огнестрельного, газового или комбинирован-

См.: Глотов О.М. Осмотр огнестрельного оружия следователем. Л., 1984. С. 17.

ф>

236

ного. В последние годы существенно возросло количество самодельного оружия, внешне неотличимого от его фабричных аналогов.

  1. Существенным является тщательное описание имеющихся на деталях оружия маркировок, внешнего вида и маркировочных обозначений боеприпасов, которыми оно снаряжено или остатки которых обнаружены на месте происшествия. Особо тщательно необходимо описывать наличие, расположение, форму и размерные характеристики рассекателя в газовом оружии, а также соответствие взаимных размеров, конфигурации и соосности камор барабана и канала ствола у револьверов.
  2. Кроме того, с точки зрения определения видовой принадлежности огнестрельного или ствольного газового оружия интерес представляют не- которые сопутствующие признаки: наличие или отсутствие в канале ствола у его дульного среза резьбы для присоединения насадки для отстрела сигнальных зарядов; наличие или отсутствие различий в характере и состоянии внешних и внутренних поверхностей канала ствола; наличие или отсутствие следов грубой обработки на различных деталях и поверхностях оружия, следов ремонта, переделки и т.п. Следует отметить, что определение родовой принадлежности ствольного газового оружия или оружия комбинированного действия (огнестрельно-газового), которое до недавнего времени традиционно считалось газовым, в ходе следственного осмотра, т.е. в основном
  3. I* при визуальном восприятии информации как в ходе общего, так и специаль-

ного осмотров233, весьма проблематична по той причине, что заводы - изготовители не всегда выражают целевое назначение такого оружия даже в инструкциях по его эксплуатации. Так, в отношении пистолета «Супер П 35» кал. 35 грен, согласно инструкции завода - изготовителя можно судить о его предназначенности для стрельбы газовыми патронами лишь по упоминаниям в тексте инструкции «при чистке оружия… пускается горячая вода внутрь ствола. Затем хорошо смазывается маслом»234.

Очевидно, что такой характер обработки (чистки) совершенно несвой-

233 Цель специального осмотра - изучение оружия как такового. При этом необходимо обращать внимание на наличие и взаиморасположение его частей, их состояние; взаимодействие; имеются ли патроны в патроннике, в магазине, в каморах

• барабана; есть ли пороховая копоть в канале ствола и т.п.. См.: Устинов А.И.

Криминалистическое исследование самодельного огнестрельного оружия/Под ред. Б.М. Комаринца. М., 1964. С. 34.

234 Руководство по эксплуатации (инструкция). Супер П 35 кал. 35 гр., п. 6.

237

ственен для огнестрельного оружия, а является не чем иным, как простейшей формой дегазации, выражающейся в механическом удалении частиц хими- ческого реагента, оставшихся на поверхности оружия.

Возможность стрельбы из этого оружия дробовыми снарядами в инструкции по эксплуатации выражена еще в более сомнительной форме: «.. .при стрельбе с расстояния 1 метр можно нанести тяжелый (серьезный) вред здоровью»235.

Вместе с тем конструктивные особенности этого пистолета: размерные характеристики патронника, диаметр канала ствола, форма и размерные характеристики рассекателя убедительно свидетельствуют о наличии принципиальной возможности отстрела не только газовых, но и патронов, имеющих снаряд, предназначенный для механического поражения цели. Результаты же экспериментов показывают, что из данной модели оружия возможна стрельба как дробовым снарядом, содержащимся в штатных боеприпасах, так и самодельными патронами, снаряженными безоболочечными пулями, приготовленными из мягкого металла. Поэтому вопросы относимос-ти ствольного оружия к той или иной категории (огнестрельному, газовому или комбинированного действия) в ходе следственного осмотра в полной мере решены быть не могут.

  1. В обязательном порядке следует отражать сведения о наличии или отсутствии своеобразного запаха сгоревшего пороха или специального химического реагента, а также наличие таких специфических ощущений, как резь в глазах, позывы к рвоте, чихание, кашель, которые дополнительно могут свидетельствовать о факте применения газового оружия.

Весьма существенное значение при фиксации результатов осмотра ог- нестрельного или ствольного газового оружия имеют его детальные фотоснимки. Это объясняется двумя обстоятельствами. Во-первых, в целом ряде случаев значение функционального положения частей оружия может быть определено только в ходе сравнения объективно зафиксированного фотосъем- кой положения частей оружия на момент его обнаружения с результатами экспертного исследования взаимодействия его частей и механизмов. Во-вторых, детальные фотоснимки, изготовленные в ходе осмотра места происше-

Руководство по эксплуатации (инструкция). Супер П 35 кал. 35 гр., п. 4.

238

ствия или иного следственного действия, сопровождавшегося осмотром ору- жия, должны предполагать и обеспечивать возможность идентификации этого оружия, как именно того объекта, который был изъят с места его обнаружения. В ряде случаев подозреваемые или обвиняемые, их законные представители и защитники, умело используя неточности, имеющиеся в протоколе осмотра, неполноту фото- или видеофиксации, упущения, возникшие при упаковке и опечатывании изымаемого оружия, ставят под сомнение результаты судебного исследования именно того экземпляра оружия, который был зафиксирован в ходе следственного осмотра, либо иные факты, имеющие существенное значение для расследуемого события.

Так, по уголовному делу, возбужденному по факту совершения разбойного нападения с угрозой применения оружия военнослужащими П. и Ш. представители защиты пытались дезавуировать фактические данные, поло- женные в основу при обосновании наличия квалифицирующего признака вооруженности следующей мотивацией:

  1. Преступление (открытое хищение денежных средств, сопряженное с угрозой применения оружия) было совершено под угрозой не огнестрельного, как первоначально предполагал потерпевший и оба преступника, а газового ствольного оружия (пистолета);
  2. Использованный преступниками газовый пистолет, который они незадолго до этого похитили у гр. К., находился в неисправном состоянии, препятствующем производству выстрелов.
  3. Однако, правильно проведенная фиксация обстоятельств преступного завладения оружием, его дальнейшего использования при совершении пре- ступления позволили следователю достаточно убедительно аргументировать свою позицию, что было подтверждено в ходе судебного исследования.

Далеко не последнюю роль здесь сыграл следственный осмотр оружия, который следователь военной прокуратуры произвел непосредственно после его изъятия у одного из подозреваемых, пригласив в качестве специалиста- криминалиста сотрудника дежурной группы экспертно-криминалистичес- кого управления ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, специ- ализирующегося на криминалистическом исследовании огнестрельного ору- жия. Результаты следственного осмотра и дальнейшего экспертного исследо-

239

вания в совокупности с показаниями потерпевших, свидетелей и подозревае- мых убедительно доказывали, что ствольное оружие (пистолет), использованное преступниками, являясь аналогом одной из моделей огнестрельного оружия, воспринималось как преступниками, так и потерпевшим именно как таковое и не имело внешних проявлений неисправности, которые могли бы свидетельствовать о его непригодности к стрельбе.

Существенным элементом процесса фиксации любого ствольного оружия на месте происшествия является производство упорядоченных измерений. Результаты измерений могут использоваться при составлении протокола осмотра как одна из его информационных составляющих, а также иметь самостоятельное оформление в виде приложения к протоколу: масштабные планы, схематические зарисовки, таблицы измерений.

В ряде случаев для фиксации возможного нахождения места стрелявшего, которое определяется в ходе визирования, по положению экстрагированной гильзы, расположению сквозных и слепых повреждений, следов рико- шета и т.д. возможно использование «метода искусственных координат».

При этом в определяемых в ходе следственного осмотра точках помещаются составленные в присутствии понятых акты произвольного содержания с указанием характеристики данной координатной точки: место распо- ложения стрелявшего, место нахождения экстрагированной гильзы и т.д. Данный акт подписывается следователем, специалистом-криминалистом и понятыми, помещается в полиэтиленовый пакет и закапывается в грунт или помещается под покрытие пола. Все произведенные действия подлежат обя- зательному занесению в протокол и фотографированию. Производство измерений и использование метода искусственных координат позволяют более объективно оценивать в ходе расследования преступлений показания потерпевших, свидетелей, подозреваемых (обвиняемых); данные, полученные в ходе следственных экспериментов, допросов в целях проверки и уточнений показаний с выходом на место, а так же результатов криминалистических экспертиз. Так, при расследовании уголовного дела, возбужденного следователем Кингисеппской районной прокуратуры Ленинградской области по факту убийства с использованием дробового оружия гр. Я., автором настоящей работы в составе следственно - оперативной группы применялся

240

описанный «метод искусственных координат» в совокупности с визированием световым пучком. Такой способ выравнивания позволяет по слепым дробовым повреждениям достаточно точно определять направление стрельбы из дробового оружия на близких дистанциях. Он заключается в том, что в слепые повреждения, имеющиеся в каком - либо стационарном неподвижном объекте или ином объекте, пространственная ориентация которого может быть легко установлена и воспроизведена, помещаются спицы, изготовленные из мягкого пластичного материала (полиэтилен, мягкая древесина) так, чтобы они являлись естественным продолжением направления канала повреждения. Таким образом, фиксируется по возможности вся осыпь дроби и затем световым пучком производится выравнивание теней от спиц так, чтобы расположенные в центре спицы теней не имели, а расположенные по краям ориентировались во взаимовстречных направлениях. Определяемые в ходе вырисовывания и по иным сопутствующим обстоятельствам точки, зафиксированным в протоколе осмотра, и в прилагаемых к нему планах и схемах путем измерений, а так же «методом искусственных координат», в ходе дальнейшего расследования являются весьма эффективным тактическим подспорьем. Например, когда один из подозреваемых (обвиняемых) показывает места, с которых он из дробового самодельного огнестрельного оружия производил выстрелы в потерпевшего, а следователь на основе данных протокола ранее проводившегося осмотра места происшествия определяет места расположения «искусственных координат» и извлекает из почвы соответствующее документальное подтверждение (акты), которые прилагаются к протоколу проводимого следственного действия. Этот тактический прием, как правило, оказывает сильное влияние на подозреваемого (обвиняемого) и способствует обеспечению адекватности даваемых ими показаний реальным обстоятельствам расследуемого события.

При производстве измерений в процессе фиксации любых видов ствольного оружия следует придерживаться единой системы мер. Наиболее часто в следственной практике применяется два способа: а) в системе промежуточных координат; б) в системе полярных координат.

В первом случае измеряется расстояние от двух точек произвольно взятых на максимально удаленных друг от друга деталях оружия до ближайших

241

неподвижных объектов по перпендикулярному к ним направлению. Во втором случае направление выбирается произвольно. Выбор одного из этих способов носит ситуационный характер, но обязательно должен быть обозначен в протоколе следственного действия.

Если на месте происшествия имеется труп или иной принципиально важный объект, то дополнительно следует измерить расстояние от оружия до этого объекта.

Предварительный осмотр оружия обычно делится на две стадии: осмотр оружия без изменения его положения; осмотр оружия в удобном положении. В принципе на этих стадиях осмотра оружия решаются однотипные задачи по общей фиксации положения частей, деталей и механизмов, наличия каких- либо маркировок, следов ремонта и переделки, следов выстрела, рук, перчаток и т.д., то есть можно говорить о наличии на этой стадии элементов как общего, так и детального осмотра.

Особенностью первой стадии является то, что оружие осматривается лишь с одной стороны и зачастую в неудобной для осмотра позиции.

Для более полного и детального осмотра оружия оно перемещается в соот- ветствующее место (на стол, стул и т.д.), которое обеспечивая безопасность ос- мотра, позволяет производить с ним дальнейшие манипуляции. Поверхность, на которую надлежит перенести оружие, необходимо застелить листом чистой белой бумаги, а рядом установить какой - либо осветительный прибор, что дол- жно исключить возможность утраты мелких частиц, которые могут отделиться от оружия. Транспортировка оружия для продолжения осмотра должна осуще- ствляться с соблюдением ранее упомянутых мер безопасности и сохранения следов. При этом следует браться за те детали, которые конструктивно не связаны с функционированием ударно - спускового механизма, за те их участки, на которых нет или потенциально маловероятно нахождение следов рук, перчаток или каких-либо иных следов. Такие участки определяются установлением факта отсутствия следов в ходе предварительного осмотра либо исходя из характеристики рельефа, например рельефные, коррозированные или шероховатые поверхности. После окончания предварительного осмотра следователю или по его поручению специалисту следует принять решение о разряжании оружия, либо разобщении деталей его ударно - спускового механизма, препятствующем про-

242

изводству выстрелов. Это необходимо сделать в том случае, если в ходе осмотра не установлено наличие фактов, препятствующих производству выстрелов: пол- ное отсутствие боеприпасов в магазине, патроннике или каморах барабана; на- личие явных неисправностей, исключающих производство выстрела (перекос патрона, заклинивание затвора и т.д.) Разряжание оружия должно быть полным, т.е. предусматривать извлечение всех патронов из патронника, камор барабана или магазина. Все патроны или их части должны быть упакованы отдельно друг от друга с указанием откуда и в какой очередности они были изъяты. В этом случае, если произвести полное разряжание по каким - либо причинам невозможно (из - за неисправности) или нецелесообразно (для сохранения взаимного положения деталей до экспертного исследования) следователь или по его поручению специалист вправе обеспечить надежное разобщение деталей ударно - спускового механизма, поместив в окно затвора картонную прокладку между патронным упором и патронником либо между курком и отверстием в рамке револьвера и т.д. Прокладка при этом должна быть надежно закреплена, при этом все манипуляции с оружием следует производить в резиновых перчат- ках, чтобы исключить привнесение посторонней потожировой информации.

После осуществления исчерпывающих мер безопасности, исключающих производство выстрела, необходимо предложить каждому из участников осмотра лично изучить состояние оружия, имеющиеся на нем маркировочные обозначения, а также осуществлять органолептическую пробу на предмет наличия запаха сгоревшего пороха или химического реагента. При этом должны соблюдаться меры предосторожности, так как практика свидетельствует, что в ряде случаев даже совершенно безобидные концентрации химических реагентов, разрешенных Минздравом России для использования в газовом оружии «могу повлечь за собой тяжелые последствия, вплоть до смертельного исхода»236.

После этого производится повторный осмотр оружия237, который имеет своей целью уточнение некоторых деталей и окончательное уяснение всеми участниками следственного осмотра всех обстоятельств, связанных с обнару-

236 См.: Щелоков А. Оружие самозащиты. М, 1993. С. 12.

237 Под термином «повторный» и «дополнительный» имеется в виду не процессуальная сущность следственного осмотра, а лишь тактический прием, позволяющий решать те же задачи, что и на предыдущей стадии, но в новых более комфортных условиях.

243

жением и исследованием оружия. Именно на этой стадии детально изучается факт наличия (отсутствия) в канале ствола рассекателя, его форма и размеры; конструктивное решение в случаях, когда он представляет собой совокупность деталей; следы грубой обработки, образовавшиеся в процессе переделки оружия путем удаления рассекателя или рассверловки ствола. В этих целях используется специальная подсветка канала ствола, экраны для отражения света, изготавливаемые из писчей бумаги, ректоскопические приборы, щупы из мягких материалов (например, полиэтилен) и т.д. В тех случаях, когда конкретизировать форму, размеры и особенности конструктивного решения рассекателя не удается, в протоколе важно указать следующее:

  1. Какое строение имеет рассекатель: представляет ли он собой одну деталь (перемычку, выступ и т.д.) или совокупность деталей (перемычку и асимметричное дульное сужение и т.д.);
  2. Форма видимых частей рассекателя и степень перекрытия канала ствола (по площади поперечного сечения);
  3. Размещение рассекателя или совокупности образующих его деталей в определенных местах (например, в патроннике и у дульного среза) или по всей протяженности канала ствола.
  4. Представляется весьма существенным следующее обстоятельство: если какое - либо из перечисленных обстоятельств точно установить не удается, то это следует оговорить в протоколе, так как, по справедливому замечанию А.И. Устинова, «в практике имеются случаи, когда преступники, воспользовавшись недостаточно детальным описанием в экспертном заключении, пытались извратить его смысл, доказывая, например, что ствол был не сквоз- ным»238.

Это суждение, высказанное по поводу экспертизы самодельного огне- стрельного оружия, в полной мере можно отнести и к следственному осмотру любого ствольного оружия, т.к. в уголовном процессе всегда может возникнуть вопрос о подмене объекта до его экспертного исследования, а так же возможности существенного изменения некоторых характеристик в следствии небрежного хранения. В конечном счёте это может привести к полной

238 См.: Устинов А.И. Криминалистическое исследование самодельного огнестрельного оружия / Под ред. Г.М. Комаринца. М., 1964. С. 34.

244

дезавуации полученной доказательственной информации.

После окончания осмотра оружия, его надлежит упаковать по всем правилам, предусмотрев сохранение как выявленных, так и потенциально скрытых следов. К числу последних прежде всего следует отнести следы - наложения в канале ствола, каморах барабана, внутренних поверхностях затвора и т.д. Среди иных следов следует упомянуть следы рук, которые могут находиться как на наружных, так и на внутренних поверхностях. Если следы на наружных поверхностях после их обнаружения подлежат фиксации, в т.ч. фотоспособом, и изъятию вместе с объектом - носителем, то следы на внутренних поверхностях целесообразнее выявлять и фиксировать в более благоприятной, чем место происшествия, обстановке. Это связано с необходимостью разборки оружия, нарушения взаиморасположения его деталей. Вместе с тем, необходимо отметить исключительную ценность этих следов с точки зрения следственной тактики. Во-первых, следы на наружных поверхностях в большей степени подвержены внешним воздействиям, вплоть до их уничтожения. Во- вторых, их происхождение зачастую объясняется подозреваемым как случайность.

Следы рук на внутренних поверхностях могут свидетельствовать о целом ряде обстоятельств, к которым возможна причастность подозреваемого: изготовление оружия, ремонт, чистка и т.д., что в значительно большей степени затрудняет возможность объяснения происхождения следов рук ка- кими-либо случайными причинами.

В практике работы экспертно-криминалистического управления ГУВД Санкт- Петербурга имели место факты целенаправленного обнаружения таких следов на внутренних поверхностях рамок и щечек самодельных револьверов. Более того, в работе с определенной категорией оружия был по согласованию со следственно-оперативными службами введен специальный алгоритм, согласно которому это оружие (самодельные револьверы) при поступлении на судебно- баллистическую экспертизу, вне зависимости от постановки в постановлении соответствующих вопросов, подвергались осмотру экспертами-химиками и дактилоскопистами. Эксперты-химики производили фиксацию на марлевых пакетах следов - наложений из канала ствола, а дак-тилоскописты выявляли и фиксировали следы рук на внутренних поверхнос-

245

тях.

По общему мнению, осмотр оружия на месте его обнаружения должен заканчиваться фиксацией полости канала по общепринятой в криминалистике методике (путем одевания на дульный конец колпачка из чистой хлопчато- бумажной ткани) и его упаковкой.

Порядок осмотра оружия в кабинете следователя зависит от того, является ли он первичным, например, после добровольной выдачи или изъятия у задержанного, либо дополнительным, после первоначально проведенного осмотра на месте обнаружения оружия. В первом случае алгоритм осмотра мало чем отличается от описанного ранее, хотя производится в более удобных условиях, во втором определяется целями дополнительного осмотра.

Основными целями такого осмотра могут быть следующие:

а) более полное и детальное изучение основных конструктивных осо бенностей оружия для определения оптимального и эффективного алгорит ма его дальнейшего исследования, проверки по криминалистическим учетам и т.п.;

б) необходимость поиска, фиксации и изъятия следов выстрела либо следов рук, например на внутренних поверхностях, и т.п. следов, которые по каким-либо причинам не могут быть зафиксированы и изъяты при первона чальном осмотре;

в) наконец, в ходе дополнительного осмотра, производимого, как пра вило, с участием специалиста-криминалиста, могут быть установлены обсто ятельства, свидетельствующие о факте изменения назначения объекта, напри мер, вследствие его переделки путем расточки ствола под боевой патрон и т.д., что само по себе ориентирует следователя на наличие в действиях подо зреваемого самостоятельного состава преступления.

Особенностью такого осмотра является то, что в сферу визуального ис- следования в обязательном порядке включается упаковка, в которой поступил объект, ее состояние, а так - же материалы первичного осмотра. При этом более широким оказывается перечень специальной техники и аппаратуры, которую целесообразно применять как самостоятельно, так и с привлечением специалиста. Следует иметь в виду, что «с помощью эксперта- криминалис-

246

та239 значительно и более квалифицированно (с учетом его практического опыта) проводится результативный осмотр, более точно формируется описание следов для внесения в протокол, формируется вероятный механизм образования следов в связи с событием происшествия, в отношении которого проводится расследование»240.

В процессе дополнительного осмотра специалистом обычно используются точечные осветители типа ОИ - 19, лабораторные и ручные микроскопы типа «Мир», ректоскопические приборы для осмотра канала ствола, различные оптико-волоконные приборы: осветители, приборы наблюдения и фиксации. Изъятие и упаковка веществ, отложившихся на внутренних поверхностях канала ствола газового оружия производится по общепринятой методике для осмотра огнестрельного оружия241 с той лишь разницей, что при изготовлении, т.н. «прочисток не всегда возможно проталкивание через канал ствола оружия по направлению от патронника к дульному срезу, из-за наличия разного рода перемычек и рассекателей. В этих случаях механизм изъятия образцов веществ должен определять специалист - криминалист, а более предпочтительно эксперт-химик или эксперт-баллист242.

В ходе следственного осмотра аэрозольных газовых баллонов не возникает такого объема проблем, характерных прежде всего для ствольного оружия. Вместе с тем следует иметь в виду, что эти объекты так же могут представлять повышенную общественную опасность, особенно в тех случаях, когда характер содержащегося в баллоне химического реагента нам неизвестен. В некоторых материалах ГУ ЭКЦ МВД России упоминаются факты использования, например, в самодельных газовых баллонах, ОВРД, син-

m В данном контексте термин «эксперт - криминалист» использован в соответствии с учетом принятой в органах внутренних дел терминологии. В рассматриваемых следственных действиях сотрудники экспертных служб, в соответствии с требованиями ст. 1331 УПК РСФСР, принимают участие в качестве специалистов. См.: Взаимодействие следователя и эксперта - криминалиста при производстве следственных действий / Под ред. И.Н. Кожевникова. М., 1995. С. 6.

240 См.: Взаимодействие следователя и эксперта - криминалиста при производстве следственных действий / Под ред. И.Н. Кожевникова. М., 1995. С. 6.

241 См. подробнее: Устинов А.И. Криминалистическое исследование самодельного 0 огнестрельного оружия / Под ред. Г.М. Комаринца. М., 1964.

242 В данной терминологии подразумевается должностное положение сотрудников экспертно-криминалистического подразделения, участвующего в следственном действии в качестве специалиста.

247

тезированных в кустарных условиях, экстрагированных из различных расти- тельных объектов, различными химическими реактивами (чаще всего хлор -или броморганика). Основными параметрами, подлежащими фиксации являются: форма и размерные характеристики баллона, материал, из которого он изготовлен (металл, пластмасса и его покрытие, характер имеющихся на бал- лоне маркировок и пояснительных текстов (по правилам фиксации докумен- тов), наличие указаний на содержание конкретного вещества, вес баллона.

Следственный осмотр холодного оружия обычно не вызывает у следователей затруднений. Вместе с тем следует отметить, что исключая специальные требования безопасности, алгоритм такого осмотра с точки зрения вы- явления дополнительной следовой информации и в этом случае должен быть аналогичен рассмотренному ранее.

На порядок следственного осмотра ВУ в принципе распространяются все данные применительно к огнестрельному оружию рекомендации с той лишь разницей, что меры безопасности становятся еще более жесткими и специфическими.

Тем не менее, и в этих случаях на ВУ и СВУ криминалисты в состоянии проводить поиск следов рук, микрообъектов и иной криминалистически зна- чимой информации.

В последнее время, несмотря на принимаемые меры, в регионе оперативная обстановка по линии преступлений, сопряженных с применением или угрозой применения взрывных устройств различного типа остается напряженной.

Особую озабоченность и тревогу вызывает постоянно возрастающий уровень технического исполнения самодельных взрывных устройств, их ос- нащение современными видами взрывчатых веществ, радиотехническими и иными электронными средствами подрыва.

Как свидетельствует практика исследований, отдельные СВУ не подлежат обезвреживанию и требуют уничтожения на месте обнаружения. Ранее на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области не существовало подразделений, которые могли бы решать эти задачи, поэтому обеспечение выполнения таких задач возлагалось на органы внутренних дел. Так, в мае 1994 года около 21 часа в одном из домов по улице Композиторов на

248

наружной поверхности кабины лифта было обнаружено неустановленное взрывное устройство, которое, с риском для жизни, было изъято сотрудниками милиции и направлено на исследование в ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, где при осмотре было установлено, что объект исследования не относится к штатным взрывным устройствам. Состоит из заряда большой мощности и может быть приведен в действие при использовании внешнего радиоуправляющего устройства. В связи с реальной угрозой взрыва было принято решение о срочном вывозе СВУ на полигон для его уничтожения. Благодаря тесному взаимодействию с подразделениями инже- нерных войск Ленинградского Военного Округа данное СВУ было оперативно вывезено и совместными действиями экспертов ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области и саперов в/части обезврежено, при этом было принято нестандартное решение при обезвреживании СВУ. Результаты со- вместных действий позволили установить вид взрывчатого снаряжения, сред- ства инициирования и приведения в действие СВУ.

В настоящее время совместными действиями различных структур власти в регионе были четко разграничены сферы действия правоохранительных органов и военных специалистов при обнаружении, обезвреживании и исследовании взрывных устройств и осмотрах мест криминальных взрывов. Так при обнаружении взрывоопасных объектов с признаками их принадлежности к самодельным взрывным устройствам на места обнаружения выезжают специалисты ФСБ, штатные взрывные устройства обезвреживаются или саперами ЛенВО или специалистами инженерно-технического подразделе- ния ОМОН’а ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Осмотрами мест криминальных взрывов и исследованием всех изъятых взрывных устройств занимаются эксперты-взрывотехники ЭКУ ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области или Управления ФСБ России по Санкт-Петер- бургу и Ленинградской области.

Таким образом, в результате совместных усилий решены вопросы по проблеме экспертного обеспечения, как осмотров мест происшествий с при- менением взрывного оружия (под этим термином понимается использование комплекса любых средств взрывания в преступных целях), так и исследования объектов, изымаемых с мест происшествий, а также изымаемых взры-

249

воопасных объектов, как промышленного, так и самодельного изготовления.

В практической деятельности санкт-петербургских криминалистов, ра- ботающих в различных правоохранительных ведомствах, был выявлен целый ряд закономерностей, который позволил сформулировать конкретные общие требования и рекомендации по работе на местах взрывов, при обнаружении ВУ и СВУ и т.д.

При обнаружении взрывного устройства необходимо:

  • сообщить полную и достоверную информацию о происшествии в де журную часть ГУВД Санкт-Петербурга и Ленинградской области, обеспе чить вызов на место обнаружения взрывного устройства сотрудников ИТО ОМОН или взрывотехнической группы УФСБ;

При этом производство осмотра места происшествия и оперативно-ро- зыскных мероприятий в месте нахождения взрывного устройства либо предмета, похожего на взрывное устройство, возможно только после его предварительного осмотра сотрудниками ИТО ОМОН или взрывотехнической группы УФСБ.

Далее необходимо:

  • организовать вызов к месту обнаружения взрывного устройства по- жарной охраны, медицинской помощи, аварийных и спасательных служб;
  • организовать и провести эвакуацию людей из опасной зоны;
  • закрыть доступ людей (в том числе и сотрудников правоохранительных органов) в опасную зону до прибытия сотрудников ИТО ОМОН или взрывотехнической группы УФСБ.
  • При этом необходимо помнить, что в целях обеспечения безопасности эвакуация граждан при обнаружении взрывного устройства (или получения сообщения об угрозе взрыва) осуществляется не только из помещения, где обнаружено взрывное устройство или возможен взрыв, но и из всего здания. На открытой местности безопасным первоначально считается расстояние на менее 300 м или 50 м при наличии экранирующих капитальных стен и других прочных преград. Безопасное расстояние уточняется сотрудниками ИТО ОМОН или взрывотехнической группы УФСБ в процессе предварительного исследования обнаруженных взрывоопасных объектов.

При обнаружении подозрительного предмета (похожего на взрывное

250

устройство) запрещается:

  • трогать и перемещать подозрительные предметы;
  • заливать подозрительный предмет жидкостями, засыпать порошками (грунтом) и накрывать материалами;
  • пользоваться электро-радиоаппаратурой вблизи подозрительного предмета;
  • оказывать на подозрительный предмет температурное, звуковое, ме- ханическое световое и электромагнитное воздействие.
  • При этом необходимо помнить, что внешний вид взрывного устройства (ВУ), а тем более самодельного взрывного устройства (СВУ), в том числе замаскированного, может совершенно не соответствовать истинному назначению предмета.

В марте 2001 года в поселке Каменка Ленинградской области в квартире одного из домов у находившегося в гостях гр. О. взорвался в руках неустановленный металлический предмет, похожий на карандаш.

Бригадой скорой помощи потерпевший с осколочными ранениями лица, шеи, обеих рук, брюшной полости и грудной клетки в удовлетворительном состоянии был госпитализирован.

Предварительной проверкой установлено, что накануне вечером потерпевший нашел предмет, похожий на карандаш или авторучку на улице около своего дома.

Сотрудники ИТО ОМОН и взрывотехнической группы УФСБ:

  • проводят предварительный осмотр обнаруженного взрывного устройства, оценивают его реальную опасность и корректируют безопасное для жизни и здоровья граждан расстояние;
  • при необходимости проводят обезвреживание взрывного устройства либо его уничтожение на месте обнаружения;
  • совместно со специалистом-криминалистом упаковывают надлежа- щим, для сохранения криминалистически важных следов, образом обезвре- женное взрывное устройство либо муляж (макет) взрывного устройства для его дальнейшей передачи в экспертное подразделение.
  • Специалист - криминалист обязан:

  • произвести фото - и видеосъемку места происшествия с соблюдением

251

процессуальных норм и общекриминалистических правил;

  • эффективно использовать имеющуюся технику и методы обнаружения, фиксации и изъятия следов рук, обуви, инструментов, транспортных средств и др. Круг поисков должен включать в себя прилегающие к месту происшествия помещения и участки местности, на которых мог находиться преступник в период непосредственно предшествующий установке взрывного устройства (его макета, муляжа), места «отхода» с места установки и т.п. участки, определенные с учетом рабочих версий совершенного преступления;
  • способствовать сохранению криминалистически важных следов при упаковке и транспортировке обезвреженного взрывного устройства либо муляжа (макета) взрывного устройства в экспертное подразделение;
  • дактилоскопировать (дать рекомендации по дактилоскопированию) лиц, имевших доступ к обнаруженному взрывному устройству, а также месту его обнаружения.
  • По фактам поступления анонимных звонков о заминировании специалист - криминалист привлекается в случае установленного номера звонив- шего абонента, т.е. когда имеется конкретный адрес или телефон - автомат, для поиска следов рук, обуви и т.д.

Для поиска взрывного устройства специалисты-криминалисты органов внутренних дел не привлекаются. Привлечение специалистов-криминалистов ОВД необходимо только после обезвреживания взрывного устройства.

§2. Тактические особенности следственного осмотра и фиксации следов

применения оружия

Говоря о тактике обнаружения, выявления, фиксации и изъятии следов применения огнестрельного или газового ствольного оружия, следует учесть их двойственную природу: во-первых, они содержат информацию об исполь- зовании в качестве средства доставки дульной энергии пороховых газов, во- вторых, являются следовыми количествами основного поражающего реагента этого оружия, либо механическими повреждениями от снаряда. Аналогичная физико-химическая природа наблюдается и в следах применения взрывного оружия.

252

В этой связи следует признать, что при организации следственного осмотра данной категории следов необходимо прежде всего придерживаться традиционных положений и требований.

Так, «безотлагательность проведения осмотра тесно связана с требованием обеспечения сохранности следов и других вещественных доказательств, обнаруженных при осмотре места происшествия или при минимальной сте- пени искажения. Их сохранность необходима для того, чтобы иметь возмож- ность опираться на них при дальнейшем расследовании»243.

В случае обнаружения на месте происшествия трупа при подозрении на использование огнестрельного, взрывного или газового оружия осмотр места происшествия производится по общепринятой методике. Особое внимание при осмотре места происшествия следует обратить на специфические запахи в помещении, наложение каких-либо веществ со специфическим запахом на одежде и окружающих предметах. Одежда и предметы с такими наложениями подлежат немедленному изъятию (по возможности целиком). Каждый предмет должен герметично упаковываться в пластиковый пакет и в кратчайшие сроки направляться в судебно-химическое экспертное учрежде- ние. Такая необходимость связана с тем, что остатки ВВ, раздражающие ве- щества, используемые в патронах и аэрозольных баллонах, являются летучими соединениями.

Повреждения, образующиеся при выстрелах из газовых пистолетов и ре- вольверов на близком расстоянии, которые могут быть обнаружены при ос- мотре одежды и трупа, по своему внешнему виду сходны с повреждениями, возникающими при выстрелах из боевого оружия холостыми патронами.

В случае, когда пострадавшие живы и способны давать объяснения, со- трудники органов дознания или следствия должны выяснить и зафиксировать все данные, касающиеся факта взрыва или применения огнестрельного или газового оружия, состояние пострадавшего после их использования и на момент опроса (допроса). В случаях выраженных проявлений действия хи- мического агента на организм пострадавшего они должны принять меры для его госпитализации. При указаниях о попадании химически активного веще- ства на одежду она также подлежит изъятию для направления в судебно-хи-

243 См.: Взаимодействие следователя и эксперта-криминалиста при производстве следственных действий /Под ред. И.Н. Кожевникова. М., 1995. С. 13.

253

мическое отделение судебно-медицинской экспертной службы.

В этой связи следует согласиться с мнением B.C. Бурдановой и В.М. Быкова о том, что «по делам о причинении телесных повреждений участие по- терпевшего в осмотре места происшествия помогает проверить одну из основных версий защиты - о необходимой обороне»244. Следовательно, можно вести речь, по крайней мере, об участии потерпевших в проведении повторных или дополнительных осмотров после оказания им необходимой меди- цинской помощи.

При выстрелах их ствольного газового оружия в область лица часто наблюдается комбинированное (механическое и химическое) повреждение глаз. Объем и характер повреждения глаз находится в прямой зависимости от расстояния выстрела, наиболее тяжелое повреждение образуется при выстрелах с расстояния менее 50 см. Механические частицы, возникающие при выстреле (частично сгоревшие порошинки и другие компоненты патрона) могут нести на своей поверхности фрагменты химического агента, которые при попадании в раневой канал оболочек глаза диффундируют в окружающие ткани, оказывая местное химическое повреждающее действие. Это явление может способствовать утяжелению поражения глаз, что будет иметь определенное значение для судебно- медицинской оценки степени тяжести телесных повреждений.

Форма выходной раны при выстреле в упор зависит от вида патрона, калибра оружия и поражаемой части тела. Рана обычно имеет округлую или овальную форму, неровные края с множественными короткими разрывами, отслоениями и расслоениями мягких тканей, дефектом тканей, штамп-отпе- чатком. В раневом канале определяются множественные полусгоревшие и несгоревшие пороховые частицы и другие фрагменты снаряжения патрона. Наличие в области входной раны костной основы приводит к образованию ран зведчатой, линейной или дугообразной формы с дефектом ткани. Штамп-отпечаток дульного среза выражен отчетливо. Краевые разрезы и расслоения более выраженные.

Выстрелы в плотный упор из газового оружия калибра 8 и 9 мм в ряде

244 См.: Бурданова B.C., Быков В.М. Виктимологические аспекты криминалистики. Ташкент, 1981. С. 63.

254

случаев вызывают образование дырчатых переломов плоских костей непра- вильной округлой и овальной формы с неровными мелко- и крупнозазубрен- ными краями.

Основные трудности при проведении следственного осмотра в подобных случаях заключаются в необходимости дифференциации их с повреждениями, причиненными выстрелами из боевого огнестрельного оружия холостыми патронами.

В настоящее время за рубежом получило распространение огнестрельное оружие, в котором в качестве поражающего снаряда используется мелкая дробь. Дробовые патроны по своим геометрическим параметрам подходят к некоторым образцам револьверов и пистолетов, традиционно считав- шихся газовыми, и используются для стрельбы из них. Повреждения, которые образуются при выстрелах из такого оружия патронами, содержащими дробовой заряд (фабричного или самодельного изготовления), способны причинять значительные механические повреждения, в том числе представляющие опасность для жизни пострадавшего.

Особенности вида оружия и конкретного расстояния выстрелов имеют важное значение для органов следствия и суда, являясь одним из основных вопросов, стоящих перед экспертами при производстве экспертизы живых лиц, трупов и вещественных документов. При выстрелах из ствольного газового оружия повреждения одежды имеют свои особенности, которые до настоящего времени не нашли должного отражения в судебно-медицинской и криминалистической литературе.

В процессе проведенного экспериментального исследования, при выстрелах из газового револьвера по имитаторам одежды отмечались следующие характерные для данного вида оружия особенности и повреждения: тление и возгорание мишеней, отложение копоти на недостаточно большом расстоянии выстрела (до 50 см), практически полное сгорание пороховых частиц, от- ложение на поверхности мишени кристаллов вещества «CS», мелких и крупных частиц парафина. Указанные особенности имеют важное значение - они позволяют установить вид оружия (ствольное газовое), предположительную марку пистолета или револьвера, конкретное расстояние выстрела.

Одной из общих рекомендаций применительно к поиску, фиксации и

255

изъятию следов применения газового оружия следует признать обеспечение сохранности следов, которые являются совместной обязанностью «…следо- вателя и оказывающего ему помощь эксперта-криминалиста; они совместно должны решать вопросы в отношении того, следует ли изымать объект-но- ситель целиком или ограничиться изъятием только его части, на которой расположен след, либо скопировать след»245.

Следует отметить, что с учетом двойственной природы образования следов применения газового оружия, применительно к ним в значительно большей степени становится актуальным требование применения методов, средств и способов работы со следами, оказывающих меньшее разрушающее воздействие на следы, и прежде всего - оптических (лупы, микроскопы), усиленное местное освещение, подсветка косопадающими лучами и т.д.

К числу прочих нетрадиционных следов, которые, тем не менее, играют важную роль как источник ориентирующей или доказательственной инфор- мации, следует отнести жалобы и объективную клиническую симптоматику у потерпевших при использовании газового оружия. Эта информация, являясь зачастую невостребованной, существенно обедняет полноту расследования преступлений.

Представляется, что эта информационная составляющая, являясь в основном объектом судебно-медицинского исследования, не должна игнорироваться следователем. С учетом показаний потерпевших можно выдвигать следственные версии, более планомерно и целенаправленно осуществлять поиск иных следов и вещественных доказательств.

Каждый такой «…след в широком смысле слова представляет собой всякое изменение материальной обстановки, возникшее в результате события преступления и тем самым служащее своеобразной характеристикой как механизма преступления, так и преступных действий виновного»246.

Наиболее информативными следами применения огнестрельного оружия являются следы на пулях и гильзах, а также патронах со следами осечек или досылания из магазина в патронник. Эти следы, только на гильзах и

245 Взаимодействие следователя и эксперта-криминалиста при производстве следственных действий. /Под ред. И.Н. Кожевникова. М., 1995, С. 13.

246 См.: Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы. М.: Юрид. лит., 1973. С. 199.

256

патронах, характерны как источник криминалистически значимой информа- ции и для ствольного газового оружия.

Осмотром пуль фиксируются следующие особенности:

  • форма пуль (остроконечная, тупоконечная и проч.);
  • наличие оболочки и сердечника, наличие вдавленных поясков, следов кернения;
  • следы от полей нарезов канала ствола, царапин;
  • наличие повреждений от удара пули о твердые предметы;
  • внедрившихся частиц (одежды, стекла и др.);
  • наличие посторонних загрязнений;
  • размеры, вес пули необходимо фиксировать с помощью измерительных инструментов.
  • При осмотре стреляных гильз обращается внимание на следующие осо- бенности:

  • маркировки на шляпке гильзы;
  • наличие следов от удара бойка и патронного упора;
  • следы от крепления пули в гильзе (кернения, круговой обжим);
  • наличие копоти, ржавчины и загрязнения на внутренней и наружной поверхности гильзы;
  • следы на корпусе гильзы, выбрасывателя, отражателя и патронника;
  • материал из которого изготовлен корпус гильзы и капсюль;
  • наличие цветных отметок и поясков на гильзе;
  • форма, размеры, вес и повреждения гильзы кроме вышеописанных. При осмотре патронов обращается внимание на указанные выше осо бенности описания пуль и гильз (без извлечения пули из гильзы).

В случаях использования преступником охотничьего оружия необходимо принять все меры для обнаружения пыжей и по возможности всех стреляных дробинок. Дробинки, пыжи подвергаются осмотру и описанию.

Обнаруженные патроны, гильзы, пули, дробь, пыжи помещаются в отдельные пакеты, опечатываются, подписываются с точным указанием содержимого и места, из которого оно изъято.

Какие-либо отметки делать на фиксируемых и изымаемых объектах зап- рещается.

257

Крайне важным является: фиксирование повреждений, нанесенных выстрелом, т.к. они являются носителем информации, прежде всего о дальности и направлении выстрела.

Описывая повреждения предметов, необходимо указывать высоту их расположения от грунта (пола) и других предметов (стен, домов…), размеры, форму, состояние поверхности вокруг повреждений (следы копоти, опа-ления, посеченность порошинками, поясок обтирания, загрязнение кровью и др.).

Извлекать пулю из стен, иных предметов необходимо осторожно, что- бы не повредить (не уничтожить трассы от полей нареза канала ствола и не нанести новые следы). Лучше пулю извлекать с предметом, в котором она застряла (доска, штукатурка и проч.).

При сквозных повреждениях досок, фанеры, ДВП, ДСП, стекла по ис- следованию краев повреждения можно установить с какой стороны был про- изведен выстрел (если стекло выбито из рамы, для этого нужно собрать и сопоставить все осколки с оставшимися в раме, отметив предварительно вне- шнюю сторону).

Расположение, количество, размеры кусочков дерева, стекла, штукатурки и других материалов, разрушенных пулей, необходимо описывать и при необходимости изымать для дальнейшего исследования.

Выворачивание краев у волокнистых материалов типа древесины и расширение воронкообразного отверстия у более хрупких материалов типа стекла, оргалита характеризуют выходные огнестрельные повреждения.

Целенаправлен© следует искать и фиксировать следы от удара пули при ее рикошете.

Наличие пояска обтирания характерно для места входа пули в преграду. А порошинки, копоть, опадение еще и указывают на близкую дистанцию выстрела. Площадь дробовой осыпи при выстрелах из охотничьего гладко- ствольного ружья позволяет высказаться о расстоянии выстрела.

При выстрелах сверху вниз (в лежачего человека, например) пулю следует искать в земле или полу.

Наличие на месте происшествия трупа требует участия в осмотре судебно- медицинского эксперта, который работает в соответствии с положения-

258

ми правил работы врача-специалиста в области судебной медицины при на- ружном осмотре трупа на месте его обнаружения (происшествия).

Следует обратить внимание на то, что осмотр трупа на месте его обнаружения производит следователь в присутствии понятых и с участием врача- специалиста в области судебной медицины (либо иного врача).

Часто неправильно поступают следователи, когда проводят поверхностный осмотр трупа на месте происшествия, с расчетом на детальный его осмотр в морге при судебно-медицинском исследовании, т.к. некоторые явления на трупе по истечении определенного времени изменяются или исчезают. Например, при транспортировке трупа в морг могут исчезнуть форма и выпячивание краев у поврежденной выстрелом одежды, потеряться несго-ревшие порошинки, пыжи, дробь, пуля из складок одежды.

Приступая к наружному осмотру трупа, следует обратить внимание на позу и его положение относительно предметов окружающей обстановки, за- фиксировать расстояние, на котором находится (от какой части трупа) оружие, каждая гильза, пыжи, другие следы и вещественные доказательства применения огнестрельного оружия.

При огнестрельных повреждениях «правила» обязывают врача-специалиста в области судебной медицины обратить внимание следователя на: повреждения на одежде, наличие между слоями и в складках одежды пуль, дроби, пыжей (при обнаружении изъять для специального исследования); количество повреждений и место расположения их (с указанием расстояния от подошвенной поверхности), форму, размеры, края, пороховой копоти и не-сгоревших пороховых зерен и занимаемую ими площадь, наличие отпечат- ков дульного среза оружия и разрывов тканей в области входного отверстия; наличие обуви на ногах; характер ранения (сквозное, слепое) и его особенности; следы с подозрением на кровь на теле, одежде трупа, окружающих предметах, их расположение и особенности.

Сопоставляя в ходе осмотра места происшествия положение и позу трупа с выявленными обстоятельствами, можно получить информацию для решения вопроса о том, что же произошло - убийство, самоубийство или несчастный случай. Для решения этих вопросов необходимо получить данные о возможности или невозможности причинения саморанения из конкретного

259

оружия, при установленной дистанции и направлений выстрела. Подтверж- дение (опровержение) возможных версий проверяется целенаправленным ус- тановлением деталей, начиная с места происшествия, и это касается определе- ния траектории полета пули. При сопоставлении всех повреждений, причи- ненных одной пулей возможно отработать и отбросить некоторые их возможных версий. Устанавливая направление ран в теле следует помнить о значительно подвижных частях тела (конечности, голове), а также возмож- ности наклона тела во время ранения. Одна из задач, стоящих при осмотре трупа, это отыскать все входные и выходные повреждения (если ранения сквозные), зафиксировать их расположение на одежде и теле трупа, т.е. зная направление выстрела, в ряде случаев можно установить позу пострадавшего в момент ранения, свизировав направление раневого канала с повреждениями на предметах окружающей обстановки. Следует помнить, что при прохождении складок одежды одна пуля образует несколько повреждений; одна пуля может пройти через несколько частей тела; пробивание пулей проч- ной преграды, рикошет может приводить к разрыву пули и повреждения при этом будут множественными.

Производя осмотр кистей рук трупа, следует искать копоть, внедрившиеся порошинки и поверхностные повреждения, следы крови.

Если с момента происшествия до начала осмотра прошло несколько часов и есть очевидцы, подозреваемые, а стрельба проводилась в небольшом закрытом помещении, то марлевым тампоном или чистым носовым платком можно, протерев наружные отверстия носа, выявить копоть выстрела.

При огнестрельных повреждениях очень важное значение для результатов дальнейшего исследования имеет правильное изъятие вещественных до- казательств. Так, при нескольких выстрелах, для установления очередности стрельбы по стреляным гильзам, необходимо сохранить и в дальнейшем ис- следовать количество копоти на наружных поверхностях гильз. С этой целью изымаемая с места происшествия гильза, которая берется за грани не должна заворачиваться в бумагу (как это общепринято), а одеваться на фик- сированный в коробке колышек таким образом, чтобы наружные края не касались стенок. Если на одежде вокруг входного огнестрельного поврежде-

260

ния имеются приставшие к ткани пороховые зерна и инородные частицы, которые при транспортировке могут быть утеряны, этот предмет одежды необходимо изъять, обшить участок повреждения чистой белой хлопчатобумажной тканью или переложить чистыми листами белой бумаги, упаковав плотно в пакет. Можно извлечь пороховые зерна и другие инородные частицы на месте осмотра путем осторожного поколачивания, поскабливания по ворсу скальпелем над чистым листом бумаги. Все полученные частицы упа- ковываются в бумажный пакет и помещаются в пробирку.

Перед перемещением трупа в морг, его целесообразно завернуть в чистую простыню, или поместить в специальный мешок, чтобы при транспортировке не потерять пулю, дробь, пыжи и другие предметы, застрявшие в одежде. На кисти рук желательно одеть пакеты закрепив их в области запяс- тий.

Различные взрывы с повреждением и без повреждения людей происходят как несчастные случаи, либо как подготовленные преступления. Для ква- лифицированного разбора таких происшествий нужны специальные познания всех участников осмотра места происшествия и, в первую очередь, сле- дователя, дознавателя, сапера, судебного медика и других привлекаемых к расследованию специалистов.

Спецификой уголовных дел по взрывам с применением взрывчатых веществ (ВВ) является тот факт, что доказательства, свидетельствующие о применении взрывного устройства (ВУ) или боеприпаса (БП), в основном можно получить путем осмотра места взрыва.

Осмотр места происшествия является наиболее ответственным и сложным следственным действием, от результатов которого зачастую зависит успех всего расследования и, конечно, реализация возможностей экспертизы. Следы взрыва, являясь носителем информации о характере события и его особенностях, дают возможность судить о ряде обстоятельств и причас- тных к нему лицах.

Для участия в осмотрах мест происшествия с целью обнаружения, фиксации и изъятия вещественных доказательств со следами взрыва, при возможности следует привлекать сотрудников экспертных учреждений системы Министерства юстиции РФ, МВД и ФСБ России, специализирующихся по

261

исследованию ВВ и следов взрыва, военнослужащих саперных (пиротехни- ческих) подразделений воинских частей, сотрудников геологоразведочных партий, подрывников, ученых, а в случаях с людскими жертвами - судебного медика.

Перед осмотром места взрыва необходимо организовать его охрану, принять меры, исключающие возможность уничтожения следов взрыва.

Поскольку в осмотре места происшествия обычно принимают участие специалисты ряда областей знаний, они, не зная общей обстановки на месте происшествия, могут в результате несогласованных действий изменить по- ложение и состояние тех или иных объектов, уничтожить какие-либо при- знаки взрыва. С целью исключения такого рода ошибок, специалист-взры- вотехник должен помочь следователю составить план осмотра места проис- шествия с четко определенными задачами каждого участника и согласовать этот план со всеми участниками осмотра. Руководство осмотром осуществ- ляется следователем, он определяет начальный участок и направление ос- матриваемой территории, состав и задачи участников, координирует действия специалистов в ходе осмотра.

Ранее других методов фиксации следует применить фотосъемку и ви- деозапись, так как они не нарушают обстановки места происшествия. При этом следует учитывать, что необходимо зафиксировать как панорамное изображение (обозрение) места происшествия, так и узловые, детальные следы взрыва (пробоины, воронку, отдельные поврежденные взрывом предметы, следы копоти, характер оплавления краев объектов, положение трупа и т.д.).

О картине взрыва (времени взрыва, состоянии обстановки места происшествия до и после взрыва, места расположения взрывного устройства или БП - центре взрыва, характере взрыва - интенсивности и цвете пламени, дыма, запахе) могут рассказать очевидцы происшествия - потерпевшие и свидетели, допрос которых желательно проводить с участием специалиста в области анализа следов взрыва и судебного медика (судмедэксперт сразу может освидетельствовать пострадавших, а с поверхности тела и одежды произвести забор продуктов взрыва, осколков).

Следы взрыва отображают воздействие продуктов взрыва заряда ВВ,

262

осколков оболочки или корпуса взрывного устройства, других его составляющих и ударной волны на предметах окружающей обстановки.

Следы взрыва выражаются в прожогах, опадениях, окопчениях, раздроб- лении (измельчении), уплотнении, дефекта ткани (вещества, материала), оплавлении, внедрении осколков от взрывного устройства в окружающие предметы, выбивании вторичных осколков, разбрасывании, перемещении и деформации предметов, составляющих обстановку места происшествия, разрушении строительных конструкций.

При осмотре места происшествия, связанного со взрывом необходимо:

  • установить центр взрыва;
  • зафиксировать повреждения возможных преград, расположенных вок- руг (расположенные рядом с центром взрыва заборы, стены зданий и др.); подробно отразить наличие повреждений в протоколе осмотра места происшествия; фиксацию повреждений лучше всего производить не только фотографированием, но и с использованием видеозаписи;
  • установить наличие разбитого взрывом остекления в домах, распо- ложенных вблизи места взрыва; замерить расстояния и отразить все это в протоколе осмотра места происшествия.
  • Для локализации центра взрыва необходимо установить наличие области наибольших повреждений на преграде, которая располагалась в непосредственном контакте с зарядом взрывчатого вещества в момент взрыва. При наличии воронки (например, на грунте, в полу) или сквозного пробития, обязательно зафиксировать размеры, толщину и материал преграды, на которой образовалось данное повреждение. При взрыве автомашины необходимо указать толщину металлического элемента, на котором образовалось данное пробитие, и обратить внимание на направление выгиба краев отверстия (пробития) - внутрь салона или наружу.

Учитывая, что взрывное устройство содержит в своей конструкции сле- дующие элементы:

  • заряд взрывчатого вещества;
  • средство взрывания (детонатор);
  • оболочку;
  • испольнительно-предохранительный механизм, следует осуществлять

263

поиск каждого из элементов конструкции.

Начинать осмотр следует от центра взрыва. Зафиксировав размеры и внешний вид воронки (повреждения) необходимо обработать ее при помощи металлоподъемника (магнита) и тщательно осмотреть все металлические пред- меты, извлеченные из воронки. Поскольку при взрыве на горизонтальной поверхности значительная часть металлической оболочки остается в воронке, то, начиная поиск с нее, значительно проще понять, имелась ли такая оболочка у взорванного устройства пли нет. При отсутствии каких-либо магнитных фрагментов, следует осмотреть воронку визуально с целью поиска немагнитных предметов, имеющих признаки бризантного разрушения. Характерными признаками того, что обнаруженные предметы принадлежали конструкции взрывного устройства, являются:

  • значительная деформация (металлические фрагменты в результате взрыва имеют многочисленные изгибы и разрывы, а также следы пластической деформации (для стальных конструкций) или хрупкого разрушения (для таких материалов как чугун); характерным признаком воздействия взрыва бризантного взрывчатого вещества на крупные металлические конструкции является скол под углом, бли зким к 45°;
  • разрушение на достаточно мелкие фрагменты (это характерно для предметов, разрушенных в результате взрыва бризантного взрывчатого вещества); размеры фрагментов могут составлять от нескольких миллиметров до 1-2 см;
  • оплавления на краях (в некоторых случаях практически полное плавление материала корпуса), характерное для таких материалов как медь, алюминий и пр.;
  • закопчение поверхности осколков (иногда не наблюдается).
  • Кроме осколков, образующихся при разрушении оболочки взрывного устройства, на месте происшествия возможно обнаружить готовые поражаю- щие элементы, которыми дополняется взрывное устройство для увеличения его поражающей силы. Характерным признаком наличия готовых поражающих элементов является наличие на месте происшествия многочисленных од- нотипных предметов - шариков, цилиндров, гаек, пуль, нарубленной прово- локи, гвоздей, шурупов и пр. Следует иметь в виду, что одно взрывное уст-

264

ройство может иметь несколько различных типов готовых поражающих эле- ментов. Повреждения на готовых поражающих элементах выражаются в их смятии и закопчении.

Таким образом, осмотрев центр взрыва возможно установить, имело ли взрывное устройство жесткую оболочку и готовые поражающие элементы.

Как правило, средство взрывания полностью разрушается в результате взрыва. Однако если в качестве средства взывания использовался электродетонатор, то в процессе осмотра возможно обнаружить фрагменты электрических проводов, а в некоторых случаях даже полимерную пробку электровоспламенителя. Провода, используемые в штатных электродетонаторах - медные (в электродетонаторах военно-инженерного назначения - луженые), диаметр жилы 0,5 мм, диаметр провода в изоляции -1,2 мм. Провода одно-жильные, однопроволочные, длиной до 1,5 м. Изоляция - полимерная.

Одновременно с поиском фрагментов средства взрывания (детонирования) осуществляется поиск фрагментов исполнительно-предохранительного механизма. Как правило, при взрыве, не повлекшем полное разрушение кон- струкций здания, осмотр прилегающей территории ограничивается окружность радиусом до 100 м от центра взрыва или крупными преградами, расположенными на пути распространения взрывной волны.

Перед поиском частей исполнительно-предохранительного механизма необходимо установить обстоятельства, при которых произошел взрыв. В случае если взрыв произошел в отсутствие людей, причинив только матери- альный ущерб (т.е. покушение на убийство не усматривается и соответственно использование управляемого взрывного устройства маловероятно) сле- дует сосредоточить внимание на поиске возможных механизмов временного замедления. В качестве таких механизмов могут использоваться:

  • механические, электромеханические, электронные часы (с кустарными доработками)
  • штатные минные взрыватели замедленного действия;
  • отрезки огнепроводного шнура;
  • различные кустарно изготовленные химические взрыватели.
  • При поиске частей таких исполнительно-предохранительных механиз-

265

мов следует обращать внимание на фрагменты шестеренок, часовых платин, осей, цилиндрические предметы с односторонней деформацией, фрагменты полимерного шнура с оплавлениями или нитяного шнура черного цвета с рез- ким запахом.

В случаях, когда взрыв произошел при перемещении взрывного устройства, открывании двери, начале движения автомашины, взорванное взрыв- ное устройство можно отнести к типу мины-ловушки. В этом случае могут быть использованы следующие элементы исполнительно-предохранительных механизмов:

  • «растяжка», т.е. механическая связь взрывного устройства расположенного неподвижно (например, лежит на полу или закреплено) с подвижным элементом (например, с дверью), либо наоборот (устройство закреплено на машине и привязано к неподвижному элементу, например к столбу, тяжелому камню и т.д.); взрыв такого устройства происходит после того, как из исполнительного механизма вытягивается чека или ее аналог при самодельном варианте;
  • электрический замыкатель (срабатывающий при изменении положения взрывного устройства).
  • Поиск частей таких взрывных устройств сводится к обнаружению меха- нической связи (в случае «растяжки»), или элементов электрического замыка- теля - гальванических источников тока (батареек), проводов и т.д.

Рассматривая самые сложные случаи, когда взрыв происходит с целью покушения на жизнь человека, следует отметить, что обычно в этих случаях применяются дистанционно управляемые взрывные устройства. Для управле- ния чаще всего применяются:

  • радиоканал;
  • электрическая линия; механическая линия.
  • В случаях использования электрической или механической линии для управления взрывом это не сложно обнаружить. Как правило эти линии не ликвидируются после подрыва устройства и легко обнаруживаются на месте взрыва. Гораздо сложнее обнаружить части радиоуправляемого устройства. При достаточно мощном взрыве (400 г в тротиловом эквиваленте и более) электронный блок, закрепляемый на взрывном устройстве, практически пол-

266

ностью разрушается на фрагменты, большинство из которых практически невозможно идентифицировать. В случае такого взрыва необходимо уделить наибольшее внимание поиску гальванических элементов питания, фрагментов корпуса радиоприемного устройства, антенны, электронной платы. В случае если поиск не дал положительного результата, следует изъять весь мелкий мусор, находящийся на расстоянии 3-5 м от центра взрыва. Перед изъятием желательно отделить крупные фрагменты строительных конструкций (включая колотый кирпич, обломки древесины и пр.), поскольку данные объекты малоинформативны, но в значительной мере увеличивают объем и вес изымаемых объектов, что существенно затрудняет их дальнейшее после-дование.

Изъятие следов взрывчатых веществ осуществляется следующим образом:

изымается грунт из воронки на месте взрыва;

  • делается соскоб на ватный или марлевый тампон с поверхностей, удаленных от центра взрыва не более чем на 50 см;
  • производится скалывание краев воронки (например, в случае, если имеется сквозное пробитие бетонной плиты и грунта в воронке нет);
  • изымается объект (или группа объектов), которые в момент взрыва располагались в непосредственной близости от взрывного устройства.
  • При осмотре стен и других поверхностей, на которых имеются следы осколочного воздействия взрывного устройства, осуществляется поиск тех предметов, которые образовали данные повреждения.

Все изымаемые объекты упаковываются (упаковка должна обеспечи- вать сохранность объектов и наслоений на них). В случаях, когда объекты изымаются влажными (во время дождя, после тушения пожара и т.д.) лучше использовать для упаковки бумагу или картон.

При изъятии сильно загрязненных объектов следует упаковывать их отдельно.

При обнаружении предметов, на которых наблюдаются следы воздействия взрыва, но назначение данных предметов установить не представляется возможным, такие предметы изымаются и также направляются на экспертизу.

267

Огромное значение для дальнейшего расследования преступления имеет правильно и полно составленный протокол осмотра места происшествия с прилагающимися к нему фототаблицами и масштабной схемой.

В протоколе и на схеме необходимо отобразить:

  1. Центр взрыва (воронка, область наиболее интенсивных разрушений, окопчения, оплавления, деформации предметов, с указанием их размеров, характер грунта).
  2. Наличие или отсутствие копоти, ее цвет и размеры пятна, наличие оплавления предметов.
  3. Глубину и диаметр воронки, высоту вала выброса, размеры повреждения строительных конструкций в центре взрыва - площадь повреждения и конструктивные особенности (размеры, материалы) поврежденных элементов.
  4. Наличие или отсутствие осколочного действия взрыва: количество и расположение пробоин в предметах окружающей обстановки, размеры про- боин, характеристики особенностей предметов, пробитых (на какую глубину) осколками ВУ, их материал и его состояние прочности, первоначальное расположение, удаление от центра взрыва.
  5. Наличие нарушения остекления в близко расположенных зданиях, наличие повреждения ударной волной дверных коробок, оконных рам, сведения об интенсивности и характере данных повреждений, с указанием расстояний от центра взрыва до поврежденных элементов.
  6. Наличие на месте взрыва частей деформированных часовых механизмов, кусков электропроводов, огнеупорного шнура, изоленты, частей элект- робатарей, аккумуляторов, пластиковых пробок электродетонаторов, капсюль-детонаторов. На схеме фиксируется местоположение данных предме- тов, расстояние от них до центра взрыва.
  7. Характер разрушения и разброса предметов обстановки места взрыва, с указанием веса и размеров отброшенных взрывом предметов и расстояния от центра до их обнаружения.
  8. Расстояние от центра взрыва до места обнаружения осколков, дефор- мированных частей взрывного устройства, а также предметов, находившихся в непосредственной близости от центра взрыва и отброшенных взрывом.

268

  1. Характер повреждений пострадавших на месте взрыва, положение тру па на момент осмотра, местонахождение частей тела, одежды и снаряжения трупа, у живых лиц-характер повреждений, окопчения тела, одежды пострадавшего, а также отметить расстояние отброса пострадавшего, наличие у него контузии, расстояние от центра взрыва, на котором он (она) находился.

  2. Взаиморасположение воронки или разрушенного взрывом устройства и трупа (его частей).
  3. Состояние одежды и наличие на ней в складках копоти, осколков (принять меры к их сохранению).
  4. Локализацию, форму и размеры дефекта тканей, отрывов и разрывов одежды, тела.
  5. Следы термического воздействия на одежде и теле (отметив сторону наибольшей выраженности).
  6. Морфологию наружных повреждений тела и их соответствие повреж- дениям одежды.
  7. В случаях нахождения неразорвавшихся взрывных устройств описать их локализацию, внешний вид и видимые маркировки (не прикасаясь к нему), а затем этими устройствами занимаются саперы, совместно с экспертами по исследованию взрывов.
  8. Сведения о метеорологических условиях и времени суток в момент взрыва, на момент осмотра места происшествия, а также в промежутке между этими событиями.
  9. Желательно к протоколу осмотра места происшествия прилагать схему места происшествия до момента взрыва, с указанием планировки помещений, толщины и материала стен и перегородок.
  10. Сведения о приобщенных в качестве вещественных доказательств предметах, с точным указанием места их изъятия, местах изъятия ацетоновых смывов (копоти) и соскобов.
  11. Исследуя воронку от взрыва необходимо произвести:

  12. Забор поверхностных слоев грунта со стенок и дна воронки для даль- нейшего обнаружения ВВ.
  13. Обнаружение и изъятие осколков, частей взрывного устройства из стенок и дна воронки.

269

А.Ю. Аполлонов и другие специалисты рекомендуют осмотр места взрыва проводить поэтапно, по зонам, от центра взрыва к периферии247:

  • в центре взрыва фиксируется форма, размеры воронки (углубления, разлома), тип материала, в котором она образована, а также измеряется размер зоны закопчения и указывается ее форма. Выполняется раскопка и просеивание грунта, сбор мельчайших фрагментов ВУ, берутся пробы грунта, со следами бризантного (дробящего) и термического действия взрыва. В центре взрыва проводится узловая и детальная съемка;
  • в первой зоне (радиус 2-5 м) проводится поиск предметов с бризантным и термическим действием взрыва, следы разлета фрагментов ВУ и объектов окружающей обстановки, собираются частицы непрореагировавшего ВВ и его упаковки. Проводится узловая и детальная съемка;
  • во второй зоне (радиус 10-12 м) выполняется поиск предметов со следами фугасного действия взрыва (перенос предметов и тел, разрушение остекления и т.д.), следы разлета фрагментов ВУ и объектов окружающей обстановки со следами осколочного действия, собираются средние по массе фрагменты ВУ, берутся контрольные пробы грунта и образцы предметов, имеющих общую родовую принадлежность с предметами - носителями следов действия ВУ, и не подвергавшиеся действию взрыва;
  • в третьей зоне (радиус 100-200 м) выполняется поиск предметов со следами фугасного действия взрыва, путем сплошного прочесывания, собираются фрагменты ВУ, проводится обзорная и ориентирующая фотосъемка.
  • Следует иметь в виду, что границы зон указаны ориентировочно и могут меняться в зависимости от массы взорванного заряда ВВ, особенностей его конструкции, места закладки и характера разлета поражающих элементов.

Все осмотры мест взрывов по объекту исследования, условно можно разделить на 3 вида: осмотр места взрыва на местности, в транспортном средстве и здании.

При осмотре места взрыва на местности необходимо предпринять меры для предохранения центра взрыва от воздействия атмосферных осадков и организовать сплошное прочесывание местности с целью обнаружения ос-

247 См. подробнее: Аполлонов А.Ю., Исаков В.Д., Гальцев Ю.В., Гальцев А.Ю. Организация и порядок проведения осмотра места взрыва//Актуальные вопросы теории и практики судебной медицины. СПб., 1996. С. 71-74.

270

татков ВУ в радиусе, указанном экспертом-взрывотехником.

При осмотре транспортного средства (в случае взрыва в процессе его движения на проезжей части) необходимо незамедлительно, до приезда, перекрыть движение транспорта на этом участке и организовать поиск остатков ВУ на проезжей части и свидетелей, которые могли бы указать особенности движения взорванного транспортного средства до его взрыва, торможение, трогание с места, поворот, открывание дверей и т.д.). После проведения ос- мотра целесообразно отбуксировать транспортное средство в бокс для пос- ледующего повторного осмотра.

При осмотре места взрыва в помещении необходимо строжайшее соблюдение техники безопасности, во избежание травмирования участников осмотра элементами строительных конструкций. Необходимо провести отключение энерго- и газоснабжения и привлечение к осмотру специалистов коммунальных служб и пожарных.

У подозреваемых в организации взрыва целесообразно сделать смывы с рук тампонами, смоченными (каждый в отдельности) в ацетоне и дистил- лированной воде, сохранить содержимое карманов и возможные средства переноски взрывчатых веществ.

В связи с летучестью продуктов взрыва, имеющихся на вещественных доказательствах, они должны храниться в герметичной упаковке и направ- ляться в лабораторию не позже, чем через двое суток после взрыва.

Следует принять меры, чтобы вещественные доказательства, изъятые на месте взрыва, до момента передачи их экспертам не повредились, а изъятые легковоспламеняющиеся жидкости и нефтепродукты не испарились. Ацетоновые смывы с предметов, находившихся вблизи центра взрыва, следует помещать в герметически закрывающуюся посуду, например, чистые стеклянные банки с притертыми крышками.

271

ГЛАВА III. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СПЕЦИАЛЬНЫХ ПОЗНАНИЙ

В ЦЕЛЯХ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ПОЛНОТЫ,

ВСЕСТОРОННОСТИ И ОБЪЕКТИВНОСТИ

КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОГО ИССЛЕДОВАНИЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ

НЕЗАКОННОГО ОБОРОТА ОРУЖИЯ

§1. Использование специальных познаний при решении вопросов о возбуждении уголовных дел, связанных с незаконным оборотом оружия.

По мнению многих криминалистов, предварительное исследование следов, веществ и изделий, а также иных вещественных доказательств248, «…как способ наиболее быстрого получения информации для организации раскрытия преступления, должны быть направлены прежде всего на получение информации, позволяющей облегчить поиск и задержание преступника: в частности, при этом могут быть получены следующие сведения: по следам выстрела - о его направлении и о месте, откуда был произведен выстрел; о расстоянии, с которого стреляли, а также о возможности производства выстрела самим потерпевшим; о модели и особенностях оружия, из которого был произведен выстрел»249. Вполне очевидно, что эти же вопросы в числе многих других ставятся обычно и на разрешение судебной экспертизы.

248 На этой стадии исследуемые объекты обычно еще не имеют уголовно- процессуального статуса вещественного доказательства, поэтому этот термин применяется автором условно. Имеются в виду объекты, которые потенциально могут выступать в качестве вещественных доказательств.

249 Взаимодействие следователя и эксперта-криминалиста при производстве следственных действий / Под ред. П.Н. Кожевникова. М., 1995. С. 17.

272

В то же время на практике следователи и оперативные работники органов дознания чаще сталкиваются с необходимостью экстренного решения других задач, прямо связанных с обоснованностью и законностью принима- емых ими весьма важных процессуальных решении, и прежде всего: возбуж- дением уголовного дела и избранием меры пресечения. К числу таких задач следует отнести необходимость установления групповой принадлежности какого-либо объекта (устройства), а именно: отнесение его к разряду огнестрельного или иного оружия; установление факта выстрела изъятой с места происшествия пули (гильзы) из конкретного экземпляра оружия. Последняя задача ставится значительно реже и связана обычно с возникшими в ходе расследования уголовного дела особенностями тактического характера, не позволяющими по каким-либо причинам производить изъятие соответствующих образцов процессуальным путем.

В то же время без предварительного решения вопроса об отнесении какого- либо объекта (устройства) к категории огнестрельного, газового, хо- лодного и взрывного оружия или боеприпасам вообще нельзя решить вопрос о возбуждении уголовного дела по признакам ст. 222 и ст. 223 УК РФ.

В общем виде возможность и целесообразность производства предва- рительных исследований можно сформулировать следующим образом:

«В ситуации, когда преступник неизвестен, обнаруженные в ходе осмотра следы его действии и оставленные им предметы целесообразно подвергнуть предварительному, доэкспертному исследованию еще на месте происшествия. Такое исследование может быть выполнено как в рамках самого осмотра с участием специалиста, так и отдельно, после осмотра, в форме консультационной помощи специалиста следователю»250.

При этом многие ученые и практики подчеркивают специфичность предва- рительных исследовании, их принципиальное отличие от судебной экспертизы.

«Предварительное исследование по ряду существенных признаков отличается от экспертного… Собранная информация доказательственного значения не имеет, за исключением тех случаев, когда она получена в ходе выполнения следственных действий (например, следственного осмотра)»251.

250 См.: Лавров В.П., Сидоров В.Е. Рассл