lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Корнеева, Инга Валерьевна. - Функционирование суда с участием присяжных заседателей в Российской Федерации: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Н. Новгород, 2002 216 с. РГБ ОД, 61:03-12/151-8

Posted in:

?ft

e h O Z - W s & ‘S - ‘?

Мини стерс тво/в нутре нних дел Росси йской Феде раци и Ниже горо дская акаде мия

Кафе дра уголо вного проц есса

На права х рукоп иси

Корн еева Инга Вале рьевн а

ФУН КЦИ ОНИ РОВ АНИ Е СУД А С УЧА СТИ ЕМ ПРИ СЯЖ НЫХ ЗАС ЕДА ТЕЛ ЕЙ В РОС СИЙ СКО Й

ФЕД ЕРА ЦИИ

ДИС СЕРТ АЦИ Я на соиск ание учено й степе ни,ка ндид ата юрид ическ их наук

Спец иальн ость 12.0 0.09 - уголо вный проц есс; крим инал истик а и судеб ная экспе ртиза ; опера тивно - розы скная деяте льнос ть

Науч ный руко водит ель:
Заслу женн ый деяте ль науки РФ, докто р юрид ическ их наук, проф ессор В.Т. Томи н

Нижн ий Новг ород 2002

СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ 3

Глава 1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ СУДА С УЧАСТИЕМ

ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ

КАК СОЦИАЛЬНОГО И ПРАВОВОГО ЯВЛЕНИЯ 13

§ 1 История и география суда с участием присяжных заседателей в

системе уголовной юстиции 13

§ 2 Пришествие суда с участием присяжных заседателей в Россию и его развитие: правовые, социально-экономические и нравствен ные детерминанты 39

Глава 2. СОВРЕМЕННАЯ МОДЕЛЬ РОССИЙСКОГО СУДА С УЧАСТИЕМ
ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ В СИСТЕМЕ

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ 72

.!> § 1 Теоретические и методологические основы исследования меха низма правового регулирования порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей 72

§ 2 Суд с участием присяжных заседателей в механизме обеспечения прав и обязанностей человека и гражданина в уголовном судо производстве 87

§ 3 Соответствие института присяжных требованиям современных

f реалий отправления правосудия… 113

Глава 3. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ И НРАВ СТВЕННО-ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ФУНК ЦИОНИРОВАНИЯ СУДА С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗА СЕДАТЕЛЕЙ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ 135

§ 1 Экономические составляющие функционирования суда с участи ем присяжных заседателей 135

§2 Социокультурные составляющие функционирования суда с уча стием присяжных заседателей …… ……….
148

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. ‘. 174

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ
182

ПРИЛОЖЕНИЕ
214

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования обусловлена наличием ряда факто- ров, характеризующих современную уголовно-процессуальную действительность. Так, 16 июля 1993 года можно считать точкой фактического отсчета нормативного возвращения в Россию суда с участием присяжных заседателей. Основанный на конституционном принципе состязательности процесса (ст. 123 Конституции РФ), названный процессуальный порядок кардинально изменил представление о способах и формах осуществления правосудия по уголовным делам. Однако, несмотря на проведенные нормативные преобразования, связанные с начинавшейся в Российской Федерации судебной реформой и попытками приведения уголовно-процессуальных норм, закрепленных в УПК РСФСР, в соответствие с Конституцией РФ, нормы, регулирующие названный порядок отправления правосудия, не полностью отвечали задачам судебно-правовой реформы, что явилось одной из причин принятия УПК РФ.

Введенный в качестве эксперимента в 9 регионах страны, суд с участием присяжных заседателей встретил неоднозначную реакцию со стороны научной общественности, практикующих юристов и участников уголовного судопроизводства.

Мнения по поводу функционирования суда с участием присяжных засе- дателей в условиях современной России полярно разделились: от неприя- тия данного уголовно-процессуального института (А.Д. Бойков, А. Гравина, А.А. Демичев, Е.А. Смоленцев, А.Я. Сухарев, В.Т. Томин и др.) до его безусловной поддержки (Л.Б. Алексеева, Н.В. Григорьева, В.В. Золотых, Ю.А. Ляхов, П.А. Лупинская, С.А. Пашин и др.).

При этом в научных дискуссиях имелись яркие расхождения во взглядах, среди которых нередко превалировал не взвешенный и глубоко аргумен- тированный научный подход к анализу всего круга проблем, связанных с нормативной регламентацией или применением данного уголовно-процес- суального института, а преобладали эмоции и аргументы о социально- психо-

4

логической, социально-экономической и нравственной необходимости (или отмены) данного порядка отправления правосудия.

Имеющиеся попытки направить дискуссию в чисто научное русло, в сферу анализа правовых категорий и нормативного материала, в сферу исследования практических уголовно-процессуальных отношений, развивающихся в суде с участием присяжных заседателей, предпринимаемые в рамках отдельных научных статей1, пока не привели к созданию целостного, глубоко продуманного, аргументированного и в целом непротиворечивого научного учения о данном уголовно-процессуальном порядке, позволяющего делать компетентные выводы.

18 декабря 2001 г. законодателем был сделан новый шаг на пути судебно- правовой реформы, связанный с принятием УПК Российской Федерации, который создал новую реальность в сфере судебного разбирательства.

Институт суда с участием присяжных заседателей лишь упрочил свое положение в новом уголовно-процессуальном законе. Законодатель создал новые преимущества, но не сумел избежать недостатков нормативного регулирования и практической реализации данного процессуального института.

Некоторые пробелы законодательного регулирования процедуры отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, существовавшие в УПК РСФСР, были частично устранены и учтены для разработки норм действующего УПК РФ, но некоторые положительные моменты отправления правосудия в указанном суде, имевшие место в УПК РСФСР, не нашли своего закрепления в нормах УПК РФ.

1 См., например: Бабенко А. Суд должен проявлять активность при сборе и исследовании доказательств / А. Бабенко, Н. Черкасова // Законность. - 1993. - № 12. - С. 11-13; Бозров В. Суд не обвиняет. Суд не защищает. Суд разрешает дело //• Российская юстиция. - 1995. - № 9. - С. 7-9; Воронцов В. Участие прокурора в суде присяжных // Законность. - 1997. - № 3. -С. 38^Ю; Овсянников И. Одни ругают суд присяжных, другие прокурора / И. Овсянников, А. Галкин // Российская юстиция. - 1999. - № 3. - С. 9-11; Тащилин М. Индивидуализация наказания в суде присяжных // Российская юстиция. - 2000. - № 5. — С. 5-6 и др.

5

Исходя из сказанного и учитывая, что нормы, регламентирующие по- рядок отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, реализуются непродолжительное время, а в УПК РФ были внесены изменения и дополнения еще до вступления его в действие1, диссертант пришел к выводу, что последние нуждаются в качественном научном осмыслении и законодательной коррекции, что прямо обусловлено необходимостью их эффективного применения. Тем более, что при Комитете по законодательству Государственной Думы создана комиссия экспертов, которая проводит мониторинг применения УПК РФ и будет вносить предложения о его совершенствовании.

Таким образом, перед юридической общественностью появились новые задачи, которые еще только начинают разрешаться, вследствие этого пока нет полной и четкой картины практики реализации порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей в его современной законодательной регламентации. Приведенные соображения и обусловили выбор темы диссертационного исследования.

Степень научной разработанности. На всех этапах становления отече- ственной юридической теории и практики проблемы использования суда с участием присяжных заседателей не оставались без внимания юристов- практиков и теоретиков.

Все имеющиеся труды о суде с участием присяжных заседателей условно можно разделить следующим образом:

  1. Российские дореволюционные источники (Л.Е.Владимиров, И.В. Гессен, А.Ф. Кони, Н.В. Муравьев, И.Я. Фойницкий, С. Хрулев и др.).
  2. Литература о суде с участием присяжных заседателей в зарубеясных государствах (Т.В. Апарова, СВ. Боботов, Г. Гросс,
    К.Ф. Гуценко,
  3. См.: Федеральный закон № 58-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 29 мая 2002 г. // Российская газета. -2002. -1 июня.

6 П.И. Люблинский, Н.Н. Полянский, Н.В. Радутная, Д. Стифен, С Тэймен,

Л. Уайнреб, Р. Уолкер и др.).

  1. Современные работы о суде с участием присяэюных заседателей (Л.Б. Алексеева, А.К. Афанасьев, СВ. Боботов, Б.В. Виленский, СЕ. Вицин, А.А. Деми-чев, П.А. Зайончковский, Л.М. Карнозова, М.И. Клеандров, М.Г. Коротких, A.M. Ларин, В.В. Мельник, С.А. Насонов, М.В. Немытина, С.А. Пашин, И.Л. Петрухин, Н.В. Радутная, В.Т. Томин, М.А. Чельцов-Бебутов, Н.Ф. Чистяков и др.).

Тем не менее на сегодняшний день ни у теоретиков, ни у практиков так и нет единого концептуального подхода к рассматриваемому уголовно-про- цессуальному институту. Кроме того, в отечественной литературе нет ком- плексного монографического исследования, специально посвященного изучению вопросов функционирования суда с участием присяжных заседателей в современной России через призму таких проблем, как: история и география суда с участием присяжных заседателей в системе уголовной юстиции; пришествие суда с участием присяжных заседателей в Россию (а также сопутствующие детерминанты); теоретические и методологические основы исследования механизма правового регулирования порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей; соответствие института присяжных заседателей требованиям современных реалий отправления правосудия; эко- номические, социокультурные и нравственно-психологические составляющие функционирования данного института в условиях современной России, а также пути повышения эффективности использования этого порядка отправления правосудия.

Объектом исследования выступает совокупность правовых и иных общественных отношений, возникающих и развивающихся в связи с функ- ционированием в системе органов судебной власти суда с участием присяжных заседателей.

Предметом исследования являются общие закономерности возникно- вения, развития и функционирования суда с участием присяжных заседателей

7

в конкретно-исторических и социально-экономических условиях России конца XX - начала XXI в.

Цель, и задачи исследования. Целью исследования является разработка на основе полученных эмпирических данных и теоретических выводов научно-обоснованных рекомендаций по устранению существенных пробелов и противоречий в правовой регламентации процессуальной деятельности суда с участием присяжных заседателей. Названная цель обусловила необходимость решения следующих задач:

  • изучить и проанализировать ретроспективное и действующее законо- дательство России, законодательство зарубежных стран, регулирующее процесс отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей;

  • проанализировать совокупность взглядов, концепций, отражающих мнение научной общественности об эффективности и целесообразности от правления правосудия с участием присяжных заседателей;

  • установить действительные социально-экономические и правовые де- терминанты, вызвавшие потребность к созданию суда с участием присяжных заседателей в России во второй половине XIX в., его возвращению в уголовное судопроизводство РФ в конце XX в.;
  • определить эффективность предусмотренных законом процедур от- правления правосудия в суде с участием присяжных заседателей и их соответствие назначению уголовного процесса;
  • исследовать совокупность уголовно-процессуальных норм, связанных с функционированием самого суда с участием присяжных заседателей и реализацией им полномочий судебной власти; с обеспечением прав и законных интересов граждан, вовлеченных в процесс суда с участием присяжных заседателей;
  • обобщить и изучить судебную статистику и данные специальных ис- следований, отражающие реальное состояние дел в сфере функционирования суда с участием присяжных заседателей;

8

  • выявить имеющиеся противоречия нормативного регулирования и применения суда с участием присяжных заседателей с целью поиска разумного компромисса, их разрешения и определения оптимальной уголовно-процессуальной процедуры функционирования данного органа.

В результате проведенного исследования были решены и другие вопро- сы, направленные на выведение уголовного судопроизводства из кризисного состояния и придания ему большей эффективности.

Методология и методика исследования. Методологическую основу диссертационного исследования составили общенаучные методы познания, а также ряд частнонаучных методов: историко-юридический, статистический, технико-юридический, системно-структурный, сравнительно-правовой, формально-логический, проблемно- теоретический.

Методика исследования образована совокупностью приемов, приме- няемых для разработки темы, и включает в себя изучение как отечественного, так и зарубежного законодательства, изучение уголовных дел, анкетирование, изучение монографий, учебных пособий, научных статей, материалов правовых информационных баз данных («ГАРАНТ», «Кодекс», «Консультант» и др.) уголовно-процессуального характера, посвященных вопросам функционирования суда с участием присяжных заседателей в Российской Федерации.

Теоретическая основа. Диссертационное исследование базируется на изучении широкого круга литературно-научных источников по общей теории права, конституционному праву, уголовному праву, криминалистике, науке управления и социологии, психологии и истории. Теоретическую основу исследования составили научные работы, посвященные проблемам уголовного процесса, А.С. Александрова, Н.С. Алексеева, Г.Ф. Горского, Ю.М. Грошевого, Л.Д. Кокорева, Г.Н. Королева, Э.Ф. Куцовой, А.Ф. Лубина, П.А. Лупинской, М.П. Полякова, Н.Н. Полянского, В.Ф. Попова, М.С. Строговича, В.Т. Томина, И.Я. Фойницкого, П.С. Элькинд и др., а также произведения отечественных и зарубежных ученых, посвященные вопросам отправления правосудия в суде с уча-

9

стием присяжных заседателей, А.К. Афанасьева, У. Бернэма, СВ. Боботова, A.M. Бобрищева-Пушкина, А.А. Демичева, СИ. Добровольской, В.В. Ершова, В. Зыко- ва, Л.М. Карнозовой, М.И. Клеандрова, Н.Н. Ковтуна, А.Ф. Кони, В.В. Мельника, СА. Насонова, М.В. Немытиной, СА. Пашина, И.Л. Петрухина, С. Теймена, Э.С Тенчова, Р. Уолкера, М.А. Чельцова-Бебутова и др.

Эмпирическая база исследования. Достоверность и обоснованность выводов, полученных в результате исследования, опирается на эмпирические данные, собранные в процессе работы над диссертацией. В частности, на данные опубликованной судебной практики и судебной статистики за 1994-2001 гг.; результаты проведенного анализа материалов судебной практики по уголовным делам, рассмотренных Ивановским областным судом (60 уголовных дел) за 1993-2001 гг.; результаты анкетирования судей (100 респондентов) и прокуроров (100 респондентов) Нижегородской и Тюменской области; результаты опроса в форме анкетирования представителей трех крупнейших нижегородских конфессий (102 респондента): христианской (православной) (34 респондента), мусульманской (34 респондента) и иудаистской (34 респон- дента), улавливание инициированных высказываний, содержательный анализ материалов периодической печати.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые на мо- нографическом уровне проводится системное и комплексное исследование проблем функционирования российского суда с участием присяжных заседателей в современных социально-экономических условиях с целью определения его пригодности для разрешения кризиса уголовного судопроизводства и обеспечения реальной эффективности назначения уголовного судопроизводства. В результате исследования проанализированы уголовно-процессуальные нормы, регламентирующие производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей, выявлены пробелы и коллизии, допущенные при конструировании данных норм, выдвинут ряд предложений de lege ferenda. Совокупность сформулированных диссертантом положений, предложений, выводов и рекомендаций представляет собой системати-

10

зированный и принципиально новый блок научных знаний, существенно дополняющих, а в известной мере и изменяющих имеющиеся представления об институте присяжных заседателей.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

  1. Суд с участием присяжных заседателей является порождением не англосаксонской правовой системы, а романо-германской.
  2. Процессуальное равноправие стороны обвинения и защиты, предполагающееся в состязательном уголовном процессе, в ряде случаев нарушается. Это проявляется в следующих нормативно-правовых положениях (ст. 216, ч. 2 ст. 325 УПК РФ), которые нуждаются в усовершенствовании.
  3. Не учитывается законный интерес потерпевшего в прекращении либо продолжении рассмотрения дела на предварительном слушании, а также в судебном заседании в случае отказа прокурора от обвинения, что нарушает реализацию его права на судебную защиту и восстановление его прав и законных интересов, нарушенных преступлением. В связи с чем нормы ч. 1 ст. 239, п. 2 ст. 254 УПК РФ требуют соответствующих изменений.
  4. В уголовно-процессуальном законодательстве не урегулировано должным образом производство отдельных судебных действий, призванных к непосредственному установлению обстоятельств предмета доказывания по данной категории дел (ст. 335 УПК РФ), нормы которой требуют изменения.
  5. В целях оптимизации уголовно-процессуальной процедуры порядка от- правления правосудия в суде с участием присяжных заседателей необхо- димо нормативное закрепление единства прав председательствующего и 12 присяжных как единой судебной коллегии, как единого и равноправного состава суда (ст. 338 УПК РФ).
  6. Оптимальной формой рассмотрения дел, подсудных суду с участием присяжных заседателей, является совместное решение вопросов «факта» присяжными заседателями и судьей.
  7. Для правильного установления фактических обстоятельств дела, входящих в предмет доказывания, необходимо исследование в суде с участием при-

11 сяжных заседателей всех данных о личности подсудимого (ст. 73, 299 УПК

РФ)

  1. В настоящее время экономическая составляющая жизнедеятельности государства и общества объективно не в состоянии обеспечить нормальное функционирование суда с участием присяжных заседателей повсеместно в России.
  2. На современном этапе развития российской правовой культуры еще нет достаточно обоснованных потребностей в продолжении развития институ- та суда с участием присяжных заседателей. Необходимо использовать та- кие социальные технологии, как просветительская и популяризаторская деятельность.
  3. Теоретическая и практическая значимость диссертационного ис- следования. Результаты диссертационного исследования, по мнению автора, вносят определенный вклад в развитие процессуальной науки. Теоретические выводы, сформулированные в диссертации, позволяют, на наш взгляд, концептуально переосмыслить место, роль и значение существующей модели суда с участием присяжных заседателей в современном уголовном процессе России; показать низкую эффективность суда с участием присяжных заседателей в его настоящей регламентации для оптимальной реализации назначения уголовного судопроизводства, защиты прав и интересов личности средствами уголовного процесса.

Практическая значимость диссертационных результатов — выработка оптимальной конструкции уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство по уголовным делам, рассматриваемым судом с участием присяжных заседателей.

Имеющиеся в диссертации положения, выводы, рекомендации и эмпи- рический материал могут быть использованы в учебном процессе, в практике органов правосудия, в научных и практических рекомендациях, направленных в порядке de lege ferenda на совершенствование действующего законодательства.

12

Апробация результатов исследования и их внедрение в практику.

Диссертационное исследование было обсуждено и одобрено на кафедре уго- ловного процесса Нижегородской академии МВД России.

Основные теоретические положения и выводы автора нашли отражение в 5 публикациях и выступлениях на семинарах и научно-практических конференциях: «Государство и право: итоги XX века», Нижний Новгород, 24-25 ноября 2000 г.; «Пятая нижегородская сессия молодых ученых: Гуманитарные науки», Дзержинск, 1-4 октября 2000 г. и др.

Результаты диссертационного исследования используются в учебном процессе Нижегородской академии МВД России и Тюменского юридического института МВД России при подготовке лекций, письменных консультаций, а также при проведении семинарских и практических занятий по уголовному процессу.

Материалы диссертационного исследования использованы в практике деятельности Нижегородского областного суда. Ознакомление судей Нижего- родского областного суда с положениями диссертационного исследования способствовало оптимизации деятельности, устранению возможных ошибок, связанных с функционированием суда с участием присяжных заседателей.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, трех глав, объединяющих семь параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

13

Глава 1. СТАНОВЛЕНИЕ И РАЗВИТИЕ СУДА С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ КАК СОЦИАЛЬНОГО И ПРАВОВОГО ЯВЛЕНИЯ

§ 1. История и география суда с участием присяжных заседателей в

системе уголовной юстиции

Принятие законодательных новелл от 16 июля 1993 г.1, связанных с возвращением в уголовный процесс России суда присяжных, вызвало в теории российской уголовно-процессуальной науки обсуждение широкого круга проблем. Одни из них были связаны с нормативной регламентацией данного уголовно- процессуального института, объективно нуждающегося в дальнейшем совершенствовании. Другие — с его практическим функционированием в судах общей юрисдикции Российской Федерации2.

Единства взглядов до сих пор нет практически ни по одному из множества вопросов. Например, вопрос о времени, формах и географии возникновения этого уголовно-процессуального порядка пока не нашел своего должного разрешения в теории уголовно-процессуальной науки. Между тем вопрос происхождения и развития того или иного, в том числе правового, явления имеет важное методологическое значение, поскольку при его исследовании важно «не забывать основной исторической связи, смотреть на каждый вопрос с точки зрения того, как известное явление в истории возникло, какие главные

Си.: Дополнение УПК разделом десятым // Ведомости Верховного Совета РФ. - 1993. - № 33.- Ст. 1313.

2 Бозров В. Суд не обвиняет. Суд не защищает. Суд разрешает дело // Российская юстиция. -1995. - № 9; Ершов В.В. Проблемы рассмотрения уголовных дел судом присяжных / В.В. Ершов, Л.С. Халдеев // Государство и право. - 1994. - № 2; Тепчов Э.С. Объективная истина и суд присяжных / Э.С. Тенчов, О.В. Кузьмина // Государство и право. - 1994. - №11.

14

этапы в своем развитии это явление проходило, и с точки зрения этого его развития смотреть, чем данная вещь стала теперь»1.

Нельзя сказать, что вопрос об истоках и генезисе суда с участием при- сяжных заседателей вообще не исследовался в нашей уголовно- процессуальной науке. Так, A.M. Ларин указывает, что традиционно родиной суда присяжных считается Англия. Однако, замечает он, и британские ученые расходятся во мнениях относительно времени возникновения обычая судить составом из 12 присяжных, называя даты от IV до XIV в. н.э.2.

Еще ранее на английское происхождение суда с участием присяжных заседателей неоднократно указывал И.Я. Фойницкий, в частности, отмечая, что «он (суд - И.К.) образовался в Англии из тех обыскных людей, к которым обращалось правительство для исследования интересовавших его дел, как фискальных, так и судебных»3.

На наш взгляд, с мнением A.M. Ларина и И.Я. Фойницкого можно со- гласиться лишь в той его части, которая касается суда с участием присяжных заседателей в его законченной англосаксонской модели. Что же касается генезиса суда с участием присяжных заседателей, то на этот счет существуют и другие точки зрения. Одна из них, не признаваемая в свое время советской правовой наукой, заслуживает, на наш взгляд, более пристального внимания и изучения. Речь идет о так называемой норманнской теории происхождения суда с участием присяжных заседателей.

М.А.Чельцов-Бебутов, исследуя истоки возникновения и развития розы- скного процесса в XI-XII в.в., в частности, указывает на поразительное сходство его основных черт в странах Западной Европы и Древнерусского государства, а также на то, что это обстоятельство обошли вниманием российские процессуалисты. Между тем подобное сходство, по его мнению, не мо-

1 Ленин В.И. Поли. собр. соч., - Т. 39. - С. 67.

2 Подробнее по этому поводу см.: Ларин А. Доверяйте правосудию нравственности // Рос сийская юстиция. - 1999. - № 10. - С. 8.

3 Фойницкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: В 2 т. - СПб., 1996. - Т. 1. - С. 124.

15

жет быть объяснимо простым заимствованием процессуальных норм из канонического права .

Представляется, что для подобного вывода у него были достаточные ос- нования. Уголовный процесс в странах Западной Европы Х-ХП в.в. (Дания, Нормандия, Англия) и в Киевской Руси XI-XII вв. действительно настолько совпадает в своих сущностных чертах, что мысль о закономерности его возникновения в названных странах в практически одинаковых процессуальных формах вряд ли может быть объяснима лишь единством законов исторического и социально-экономического развития любого государства и общества. Это подтверждается также рядом закономерностей, объективно проявляющихся в системе уголовной юстиции названных государств в XI—XII вв. и ни в коей мере не обнаруживающих себя (в исследуемый период) в других странах Восточной и Центральной Европы, Арабского Халифата, Византии, которые развивались по тем лее социально-экономическим законам. Особенно это обстоятельство проявляется в практике суда с участием присяжных заседателей, в системе уголовных доказательств и в определенной мере — в административно-территориальном устройстве исследуемых стран.

Так, первое упоминание о присяжных в составе 12 судных мужей встречается в истории права Дании (а не Англии) VIII в. Саксон Грамматик, в частности, указывает, что еще в VIII в. Рагннар Ладброк, король датский, первый учредил думу 12 присяжных2. Как известно, Дания VIII в. — это территория всей Скандинавии и частично - север Европы; она объединяет под своим началом фактически все племена норманнов, более известных как викинги.

Двенадцать судных мужей, называвшихся рахимбургами, мы встречаем и во Франции с момента ее завоевания германскими племенами3. На них, в ча-

1 Челырв-Бебутов М.А. Курс советского уголовно-процессуального права: В 2 т. - М., 1957. -Т. 1.-С. 209.

2 См.: Карамзин КМ. История государства Российского. Изд-е 5-е: В 12 т., в 6 кн. - М., 1993. - Кн. 2. - Т. 3-4. - С. 37.

3 См.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. — С. 169.

16 стности, указывает Салическая правда, отмененная лишь законом Карла Вели- кого в 788 году. Двенадцать старшин-тэнов знает история Англии с момента завоевания ее датскими племенами, то есть еще до нормандского завоевания1. Конечно, это не есть еще суд с участием присяжных заседателей в современном его понимании, однако характерные особенности данного уголовно-процессуального института в целом обозначены. Двенадцать судных мужей (в той или иной их процессуальной роли) закономерно появляются там и тогда, где и когда эту идею несут с собой германские (норманнские) племена-завоеватели.

В качестве подтверждения норманнской теории выступает также тот факт, что в X— XII вв. административно-территориальное деление в названных государствах строится по единой схеме: территория страны, для лучшей ее управляемости, делится на десятки и сотни взаимно ответственных групп людей. При этом М.М. Ковалевский утверждает то, что круговая порука десятков и сотен людей явилась на территории Англии мерой полицейской безопасности, вводимой сверху. Первой попыткой ее введения, отмечает он, были постановления датских завоевателей, в частности, короля Кнуда2.

Более обширное применение круговая порука десятков и сотен получает в Англии после ее нормандского завоевания Вильгельмом Завоевателем: сюда закономерно привнесены государственное устройство, право и порядки герцогства Нормандия. Шмидт Р. также утверждает то, что именно норманнские завоеватели приносят новый уголовно-процессуальный порядок во все новые места их поселения (герцогство Нормандия, южно-итальянское норманнское королевство, с середины XI в. - Англия) .

См.: Ковалевский М.М. История полицейской администрации (полиции безопасности) и полицейского суда в английских графствах с древнейших времен до смерти Эдуарда Ш.- Прага, 1877.

2 Ковалевский М.М. Указ. раб. - С. 7.

3 См.: Richard Schmidt. Die Herkunft des liquisitions prozesses, 1902. // Цит. по: Челъцов- Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 211.

17

Наиболее отчетливо (на первых порах) этот процессуальный порядок проявляет себя в герцогстве Нормандском, где ранее, чем в других землях, завоевателям удается укрепить дисциплину новых крепостнических отношений. В Нормандском сборнике Somma содержится то, что тот или иной подлежащий суду вопрос может быть передан на решение местных присяжных людей - jurata. Порядок их выбора регламентирует глава XXVII Сборника ку-тюмов. О том, что подобный порядок отправления правосудия в Нормандии XI—XII вв. не был случайным или единичным, свидетельствуют также исторические документы. Так, из соглашения 1061 года между епископом Ав-ранмским и аббатом Мон-Сен-Мишель видно, что люди аббата постоянно жа- ловались на тяготы (выделено нами — И.К.) участия в судах епископа в качестве присяжных1.

Процедура привлечения присяжных к отправлению правосудия была регламентирована следующим образом: созываются люди, которые могли иметь сведения о совершенном преступлении - не менее 24 человек; они обязаны быть беспристрастными по отношению к обвиняемому, должны знать о нем, об образе его жизни. Бальи (судья) поочередно допрашивал этих людей перед четырьмя рыцарями и записывал их показания, которые потом предъявлялись подозреваемому (обвиняемому). Последний имел право заявить отвод кому-либо из присяжных. После подтверждения присягой показания присяжных могли быть положены в основу приговора.

Таким образом, складывается следующая общая схема процессуального порядка:

  1. присяжные избираются из местных людей, хорошо знающих жизнь и поведение подозреваемого;
  2. первоначально присяжные выступают как свидетели факта. Однако М.А. Чельцов отмечает их двойственную роль в подобном процессуальном порядке: с одной стороны, присяжные остаются свидетелями, с другой сторо-
  3. 1 См.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 218.

18

ны, они выполняют функции судей, так как участвуют в вынесении приговора1;

  1. присяжных допрашивают перед четырьмя рыцарями;
  2. М.А. Чельцов отмечает, что первоначально присяжных было 24 че- ловека, а не 12, но не объясняет, почему. Проведя аналогию с подобным процессуальным порядком, развившимся в дальнейшем в Англии, можно предположить, что имеются в виду различные 12 присяжных. Первые свидетельствуют о фактах, вторые судят об этих фактах. В дальнейшем (по крайней мере, в Англии) их процессуальные роли сливаются, и присяжные становятся исключительно судьями факта.
  3. Принимая во внимание сказанное, нет сомнений в норманнском проис- хождении суда с участием присяжных заседателей, который в дальнейшем был перенесен в Англию и под влиянием местных условий оформился как своеобразный уголовно-процессуальный институт, долгое время считавшийся специфически английским. Именно здесь привычные населению 12 стар-шин-тэнов, введенных датскими завоевателями, наиболее органично сливаются в своей процессуальной роли с 12 присяжными, столь характерными для нормандского порядка отправления правосудия, и не только не отторгаются населением, но и твердо закрепляются там, как неотъемлемая часть англий-ской правовой системы к началу XII века, вероятно в результате упадка сред-невековых форм суда, таких как поединок, пари и «суд божий» .

Следует отметить, что первоначально присяжные являлись неотъемлемой частью гражданских процессов (преимущественно касающихся земельных дел), а впоследствии - и уголовных. Так, в соответствии с Кларендонской ассизой (1166 г.) расследование в разъездных королевских судах проводилось посредством 12 полноправных людей от каждой сотни и 4 полноправных людей от каждой деревни, которые перед дачей показаний обязаны, были при-

1 Челъцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 219.

2 Подробнее по этому поводу см.: Бернэм У. Суд присяжных заседателей. - М., 1995. - С. 6.

19

нести присягу о том, что будут говорить только правду о том человеке, которого они знают и который предстал перед королевским судом. О 12 рыцарях с подобной же процессуальной ролью или 12 свободных полноправных людях от каждой сотни и 4 гражданах от каждой деревни (при отсутствии должного количества рыцарей - И.К.) говорит и Нортгемптонская ассиза (1176 г.).

В каждом из этих случаев, по мнению Брэктона, первоначально присяж- ные, выдвигая обвинение против заподозренного лица, выступали не в качестве судей, а в качестве свидетелей факта, основывающих свой вывод на личных знаниях обстоятельств дела1. Необходимо отметить, что помимо 12 присяжных в процессе формально фигурируют 4 гражданина от каждой деревни. Однако до начала судебной процедуры королевские разъездные судьи, как правило, вычеркивали из списка этих четырех граждан (возможно, подлежащих отводу), и в итоге оставшаяся дюжина людей и представляла в суде свою сотню.

Свидетельские функции английских присяжных сохраняются в XIII веке - это подтверждается статьями 20 и 38 Великой Хартии Вольностей (от 15 июня 1215 г.). Анализ этих норм дает основание утверждать: в данный временной период запрещается привлекать к ответственности за преступления исключительно по усмотрению судей, без установления вины добропорядочными свидетелями из числа местных, достойных доверия людей, приносящих присягу в правильности своих утверждений . Это первоначальное свидетельское положение так называемых присяжных было очень обременительно для них, так как в силу закона они были связаны круговой порукой и отвечали коллективно за каждое тяжкое нераскрытое преступление, совершенное на территории их проживания. Кроме того, установление лживости показаний влекло наложение тяжелого штрафа на виновного.

1 Bracton. De legibus et consuetudinibus Angliae, vol. II. - London, 1879 // Цит. по: Чельцов- Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 325.

2 См.: Петрушевский Д.М. Великая Хартия Вольностей и конституционная борьба в англий ском обществе во второй половине XIII в.’— М., 1918. — С 43.

20

Следует отметить и то обстоятельство, что как в герцогстве Нормандия, так и в Англии XI-XII вв. (затем — XIV-XV вв.), суд присяжных — в силу ряда особенностей его процессуальной формы — встретил крайнее неприятие со стороны обвиняемых и во многом внедрялся насильственно. В этом отношении весьма интересна ст. 12 Вестминстерского Статута (1275 г.), согласно которой обвиняемые в тяжких преступлениях в случае отказа предстать перед судом присяжных должны подвергнуться строгому и суровому тюремному заключению. На практике подобное заключение было лишь видом пытки: заключенным лежал обнаженный на каменном полу и получал в один день немного воды, в другой - немного хлеба1.

Практика показала, что названные насильственные меры не приносят необходимого результата. И спустя два века насаждение суда присяжных в Англии проходит так же мучительно. Согласно закону Эдуарда IV (1475 г.) в случае отказа подсудимого, подозреваемого в тяжком преступлении, от суда присяжных, его необходимо было отправить в темницу, лишенную света. Там подсудимого укладывали на каменный пол без всякой одежды, привязывали руки и ноги к различным стенам камеры, а на тело укладывалось столько камней и железа, сколько он мог выдержать, а зачастую и более. По истечении первого дня он получал три куска хлеба без всякого питья; на второй день ему давали в три раза больше воды, нежели он мог сразу выпить; и такова была его пища, пока он не умрет или не согласится на суд присяжных.

Профессор П.И. Люблинский отмечает, что нередко обвиняемый все же предпочитал суду присяжных мучительную смерть в форме сурового и тяжкого наказания, поскольку осуждение в суде с участием присяжных заседателей,

М.А.Челыдов-Бебутов, справедливо, обращает наше внимание на то, что здесь мы имеем полную аналогию с обычаем, применявшемся в X—XI в.в. в герцогстве Нормандия / См.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 345.

21

как правило, влекло полную’ конфискацию имущества осужденного, крайне выгодную для казны, но разорительную для семьи преступника1.

Негативное отношение к суду с участием присяжных заседателей со стороны обвиняемых и его насильственное внедрение сохраняется в Англии в течение двух последующих веков. Профессор В.Т. Томин, исследующий этот вопрос, вслед за Р. Уолкером обращает наше внимание на то, что среди английских судебных прецедентов имеется запись 1658 года о том, что некий обвиняемый был задавлен таким образом насмерть, а также отмечает тот факт, что названная мучительная процедура окончательно была отменена лишь в 1772 году2.

Подробнее остановимся на анализе развития суда присяжных в Англии XII-XV веков, чтобы в дальнейшем рассмотреть отдельные аспекты уголовного процесса Киевской Руси Х-ХИ веков, что позволит, на наш взгляд, прийти к некоторым соответствующим выводам. В рамках настоящего исследования наибольший интерес представляет ст. 15 Краткой Правды, касающаяся «извода перед 12 мужами».

Ряд российских процессуалистов, анализируя эту норму закона, приходят к выводу о том, что названные 12 человек - это «добрые люди», которые в суде выступают в качестве общинных людей. В их числе Д. Иванишев, В.Ф. Владимирский-Буданов, Б.И. Сыромятников, СВ. Юшков. Н.М. Карамзин более конкретен в своих рассуждениях и оценке — он прямо называет указанных 12 мужей «судом присяжных»3. Несколько иную точку зрения на процессуальное положение этих лиц высказал Н.А. Максимейко. Он полагает, что на-

Люблипский П.И. Очерки уголовного суда и наказания в современной Англии. - СПб., 1911.-С. 24-25.

2 См.: Уолкер Р. Английская судебная система. - М.: Юрид. лит., 1980. - С. 42; также: Томин В.Т. Уголовный процесс России рубежа XX-XXI веков: аспекты взаимодействия с

международным правом // Российская правовая система и международное право: совре- менные проблемы взаимодействия. — Н.Новгород: НЮИ МВД РФ. - 1998. - С. 5.

3 Карамзин Н.М. Указ. раб. - С. 106.

22

званные 12 человек - это не судьи, а скорее свидетели факта, при помощи которых потерпевший доказывает те или иные обстоятельства дела1.

Представляется, что в данном суждении нет противоречия, поскольку, как уже отмечалось, и в Дании, и в Нормандии, и в Англии (Х-ХП в.в.) на на- чальных этапах развития розыскного процесса 12 рахимбургеров, 12 старшин-тэнов, 12 присяжных (соприсяжников) первоначально выступают именно в процессуальной роли свидетелей факта, свидетелей доброго имени обвиняемого. Лишь затем, с развитием феодального государства и его судебной системы, они постепенно превращаются в судей факта. Проблема, как представляется, заключена в другом - в истоках появления названных 12 судных мужей в уголовном процессе Киевской Руси, столь географически далеко отстоящей от Нормандии, Англии, Дании. Известно, что «закон русский» (911 г.), на который часто ссылаются как на источник самостоятельной и относительно развитой системы права Киевской Руси, не содержит упоминания ни

0 12 судных мужах, ни о подобном процессуальном порядке.

Между тем «Закон русский», как выяснилось в ходе научных исследо- ваний, не есть «ни право византийское, ни чисто русское»: оно составлено искусственно договорившимися сторонами для соглашения русского обычного права (выделено нами - И.К.) со столь отличным от него византийским пра-вом» . Особо подчеркнем, что названный нормативный акт призван закрепить именно русский обычай, который имеет национальные корни, исторически сложился и пока не знает института 12 свидетелей факта или 12 выборных судей. Упоминание о них появляется в норме закона и в практической судебной деятельности Древнерусского государства лишь с принятием Русской Правды.

Закономерно возникает вопрос о том, кто был инициатором разработки и принятия Русской Правды, Правды Ярослава, Правды Ярославичей и т.п.

1 Максимейко Н.А. Опыт критического исследования Русской Правды. - Харьков, 1914. - С. 30-32.

2 См.: Владимирский-Буданов М.Ф. Обзор истории русского права. - Киев, 1905. - С. 92.

23

Известно, что только князья династии Рюриковичей сначала в Великом Новгороде, а затем и на Киевском престоле, привнесли идею 12 судных (присяжных) мужей, а также идею административно-территориального деления Руси на десятки и сотни, которые в русской транскрипции превращаются в «погосты» и «верви»1; и, наконец, уже знакомую по Нормандии, Англии X-XI вв. систему уголовных доказательств в виде ордалий, присяги, гонения следа, испытаний железом, огнем и водой. В связи с этим теория «норманнского» происхождения централизованного русского государства и права, долго отвергаемая советской исторической и правовой наукой, не представляется столь абсурдной2.

Привнесенный норманнами, как правящей административной и военной элитой, названный уголовно-процессуальный порядок не стал чужеродным для формирующейся судебной системы и судебного процесса Киевской Руси. Имея ту же тенденцию к превращению 12 свидетелей факта в 12 судей факта, этот процессуальный порядок вполне мог сформироваться в законченный и достаточно самостоятельный порядок отправления правосудия, сходный с со- временной англосаксонской моделью. На наш взгляд, этого не произошло лишь потому, что не только Русское государство, но и его правовая система были буквально сметены монголо-татарским нашествием, и в течение ряда веков лишь каноническое право служило в нем источником материальных и процессуальных норм. В течение ряда последующих веков образцом для российского права служила не английская, а континентальная система права, которая, как известно, не испытывала особого пиетета к процессуальным формам отправления правосудия с участием присяжных заседателей.

Подробнее по этому поводу см., например: Юшков СВ. Общественно-политический строй и право Киевского государства. - М., 1949. - С. 107.

2 Исключение, пожалуй, составляет лишь позиция М.А.Чельцова-Бебутова, который старался быть предельно объективным в этом вопросе - см.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 175-204,293-305,621-633.

24

Однако идея суда присяжных продолжала жить на Руси еще в течение ряда веков. Именно Великий Новгород, столь тесно экономически связанный с Европой, в течение ряда столетий использует при отправлении правосудия 12 судных мужей. Являясь образцом феодальной республики, Великий Новгород вплоть до подчинения централизованному Московскому государству хранит верность «суду одрин», устройство которого, судя по источникам, представлялось следующим: а) с каждого конца города (которых, как известно, было пять) избиралось по боярину да по житьему - свободному зажиточному человеку)1; б) к ним присоединялось по одному приставу с каждой тя- жущейся стороны; в) суд заседал под председательством тиуна . Все двенадцать человек, вступая в должность, принимали присягу и выступали по делу в качестве докладчиков. Вместе с тем они же признавали или отвергали обстоятельства и факты, на которые ссылались тяжущиеся; то есть, как и в Европе Х-ХИ вв. первоначально сливались в процессуальной роли свидетелей факта и судей факта.

Приговор на основе решения 12 судных мужей постановлял тиун3. С присоединением Великого Новгорода к Московскому государству суд одрин и сама идея суда присяжных оказываются надолго забытыми в связи с тем, что они не отвечали интересам сначала формирующегося централизованного русского государства, а затем и абсолютной монархии.

Совершенно иначе обстоит дело с судом присяжных в Англии, где с те- чением времени названный суд приобретает новые функции. Так, уже в XIII— XIV вв. порядок преследования уголовных преступлений в Англии знал два пути разрешения. Согласно первому каждый потерпевший от преступления имел право сам предъявлять прямое обвинение против определенного лица. В

Итого: 12 судных мужей, отправляющих правосудие под председательством коронного судьи.

2 См.: ст. 25-26 Новгородская Судная грамота // Российское законодательство Х-ХХ веков. В 9 т. - М., 1984. -Т. 1. Законодательство Древней Руси. - С. 316-317.

3 См.: Мейер Д. Юридический сборник. - Казань, 1985. - С. 25-28 // Цит. по: Курс совет ского уголовного процесса: Общая часть. - М., 1985. - С. 379.

25

соответствии со вторым любой представитель присяжных свидетелей — на основании людской молвы — мог изобличить виновного в совершении тяжкого преступления. В первом случае обвиняемому предоставлялся выбор: либо положиться на суд присяжных, либо выйти на поединок с обвинителем-потерпевшим. Во втором случае такого выбора не было, и обвиняемый должен был положиться на решение присяжных. Но если обвиняемый в обоих случаях не соглашался ни на поединок, ни на суд присяжных, он считался молчаливо признавшим свою вину и приговаривался к наказанию судьей.

Во время разбирательства по делу (с участием присяжных) председа- тельствующий судья имел право разъединить присяжных и опрашивать каждого поодиночке, чтобы проверить обоснованность его вывода о виновности или невиновности подсудимого.

В последующем наблюдается расширение и укрепление формы рассле- дования преступлений через присяжных. В частности, в ст. 12 Вестминстерского Статута (1275 г.) содержится указание на то, что лица, совершившие тяжкие преступления, отрицательно характеризующиеся, при отказе от расследования дела по их обвинению с участием присяжных должны подвергнуться строгому и суровому тюремному заключению как отказывающиеся отвечать по общему праву страны. В подобных случаях обвиняемому не предоставлялось также право вызывать обвинителя на поединок. Вышеуказанное постановление Статута показывает, что в конце XIII в. разбирательство дел о тяжких уголовных преступлениях через присяжных признавалось институтом общего права.

Поскольку англичане, как правило, отрицательно относились к завезен- ному норманнами способу доказывания, как поединок, и потерпевшие, (особенно из средних слоев) старались его избегать, взаимодействие обвинителей-потерпевших и присяжных со временем изменяется. Так, самым законным и верным путем обхода данной процессуальной процедуры было умение убедить присяжных в реальности выдвигаемого обвинения, которые, в свою очередь, поддерживали это обвинение, что исключало поединок. Данные ма-

26

нипуляции со стороны потерпевших-обвинителей способствовали постепенной трансформации присяжных из субъектов уголовного процесса, являвшихся носителями собственных знаний, в субъектов, решавших вопрос об основательности обвинения по представленным частным обвинителем доказательствам, то есть из свидетелей отдельных фактов в судей, выносящих вердикт по убеждению, сложившемуся на основе представленных им доказательств обвинения. В силу этого присяжные больше не допрашивались судьей поодиночке и не воспринимались им как свидетели того или иного факта. Присяжные стали представлять собой единый орган обвинения, заменявший частного обви- нителя-потерпевшего.

Эта метаморфоза судебной роли присяжных завершилась утверждением в конце XV в. правила об обязанности частного обвинителя представлять жюри присяжных письменный проект обвинительного акта. Во внутренней связи с таким преобразованием функций присяжных стояло оформившееся значительно раньше выделение двух видов жюри. Рядом с обвинительным жюри, выдвигавшим против обвиняемого обвинительный акт, организовалось и второе жюри (жюри-приговора), которое по рассмотрению дела под руководством разъездного (ассизного) судьи, а позднее и перед судом четвертных сессий, выносило приговор по существу дела - о виновности или о невиновности подсудимого1.

Деятельность большого жюри, являвшегося скорее органом обвинения, чем органом отправления правосудия, не входит в предмет настоящего исследования, тем более что в 1933 г. оно было почти полностью упразднено2. Поэтому в дальнейшем мы исследуем лишь деятельность малого жюри присяжных, выступавшего в качестве органа отправления правосудия.

Так, выступая в качестве последнего, малое жюри выслушивало как по- казания обвинителя и выдвинутых им свидетелей, так и объяснения подсуди-

1 См.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 346-347.

2 См. по этому поводу: Полянский Н.Н. Уголовное право и уголовный суд в Англии. - М., 1969.-С. 107; и др.

27

мого и, не проверяя непосредственно доказательств, решали дело своим вердиктом. Вердикт присяжных должен был быть единогласным, так как он служил легальным определением необходимого количества доказательств для юридического определения известного события, установленного законом. Именно такое разбирательство дел присяжными явилось стереотипом положения, существующего и в настоящей английской процессуальной теории, которое позволяет решать присяжным только вопросы факта, решение же вопросов права принадлежит судье.

Дальнейшие изменения, связанные с процедурами отправления право- судия в суде присяжных и структура его организации, оказались напрямую связанными с теми идеями, которые были провозглашены в результате английской буржуазной революции XVII в. Наиболее существенные из этих идей партия левеллеров изложила в документах под названием «Народное соглашение» и «Дело армии» . В соответствии с ними впервые формулируется ряд важнейших принципов английского процесса: широта полномочий суда присяжных, принцип свободы их внутреннего убеждения, свободные выборы присяжных из числа представителей народа.

Эти прогрессивные для своего времени новеллы были фактически отме- нены в связи с реставрацией династии Стюартов и последующих за этим контрреформ короля Карла П. В результате последних король присвоил себе право произвольно менять судей; присяжные вновь назначались шерифами, а внутреннее убеждение присяжных заседателей всячески подавлялось как со стороны королевского судьи, так и шерифа, выступавших послушным орудием короля.

Классическая теория английского уголовного процесса постоянно под- черкивает состязательный характер этого судебного производства, предполагающий, как известно, равенство прав сторон в достижении истины по делу. Однако уже в XIX веке в английской юридической литературе указывается на

Подробнее по этому поводу см.: Челъцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 382-385.

28

то, что, освободившись к середине XIX века от последних пережитков розыскного процесса, английское уголовное судопроизводство в большей степени, чем гражданский процесс, проводит состязательное начало в пользу (одного) обвиняемого1. Этот последний нередко оказывается в более выгодном и более свободном положении, чем другие заинтересованные в исходе дела лица.

Рассмотрим в этом плане процедуры судебного разбирательства с уча- стием суда присяжных в Англии XIX - начале XX вв. Так, в случае если во время опроса обвиняемого, который предшествовал судебному следствию, он не признавал себя виновным по выводам обвинительного акта и тем самым полагался на суд присяжных, судья был обязан сформировать скамью из 12 присяжных заседателей. При этом стороны имели широкие права отвода присяжных, особенно сторона защиты, которая могла заявить отвод, не указывая его оснований. Судебное следствие носило характер состязания сторон перед беспристрастным руководителем- судьей. Каждая сторона могла иметь адвокатов.

Данный процесс не имел четкого деления на судебное следствие и прения сторон. Деятельность суда была основана на проверке доказательств, представленных обвинителем и защитой. Первым шагом судебного разбирательства являлась вступительная речь обвинителя с изложением им сущности обвинения и тех доказательств, на которых оно основано. Затем обвинитель в подтверждение своего обвинения поочередно допрашивал свидетелей, экспертов и т.д. Вторым шагом являлся допрос обвинителя защитником подсудимого (так называемый перекрестный допрос). Далее обвинителю предоставлялось право передопросить каждого свидетеля. По исчерпании всех доказательств, выдвинутых обвинителем, ему (в более сложных делах) предоставлялось право резюмировать их. Следующим шагом становилась речь защитника

См.: СтифенД. Уголовное право Англии в кратком очертании. - СПб., 1865. - С. 222.

29

с вызовом свидетелей, если таковые имелись, и выдвижение защитником предпосылок для оправдания подсудимого или для смягчения обвинения.

Допрос свидетелей защиты происходил так же, как и допрос свидетелей обвинителя. В заключение судебного следствия следовало резюме защитника. Если в качестве обвинителя выступал генерал-атторней или генерал-солиситор, то ему принадлежало слово реплики. Сообразно вышеизложенному целью окончательного производства являлся синтез речей обвинителя и защитника с проверкой доказательств: все действия вместе и каждое в отдельности производились в суде так, чтобы присяжные сразу могли связать его с основным вопросом процесса и степенью его важности.

Судья в данном процессе только руководил судебным разбирательством, сам он не допрашивал, а мог только требовать от сторон объяснений о целесообразности и соответствии правилам судебной практики о представлении и использовании тех или иных вопросов и доказательств. Однако у судьи было право в интересах правосудия вызывать свидетелей, не вызванных обвинителем и защитой.

Существенным моментом являлось принятие мер для ограждения присяжных от незаконного ознакомления с доказательствами вне суда. Руководящая власть судьи была не ограничена процессом, и за неповиновение он мог накладывать на виновного штрафные санкции. Даже при коллегиальном совете судей (четвертные сессии) председательствующий при возникновении юридического вопроса мог разрешить его самостоятельно, а мог и отложить заседание для совета с опытным судьей, так как в Англии признавалась сила судебных прецедентов.

После проверки доказательств обвинителя, если судья считал их явно не достаточными для обоснования выдвинутого обвинения, он сразу обязан был предложить присяжным оправдать подсудимого.

После проведения полного следствия с проверкой доказательств сторон подсудимому предоставлялось последнее слово. Затем судья произносил на- путственное слово присяжным, касающееся обстоятельств дела, итогов судеб-

30

ного следствия, правил оценки доказательств и порядка совещания присяжных. Напутствие судьи являлось сильным средством воздействия на них, так как судья высказывал свое мнение о значении того или иного доказательства в данном деле. Однако юридически подобное мнение судьи было необязательно для жюри. После этого присяжные направлялись судьей в совещательную комнату для вынесения вердикта. Первоначально существовали жесткие правила пребывания присяжных в совещательной комнате. До тех пор пока ими не будет вынесен вердикт, они находились там без пищи, питья и топлива. Кроме того, присяжные не имели права вообще удаляться из суда во все время судебного разбирательства, пока в 1897 г. не был принят закон, позволяющий присяжным, если суд найдет это целесообразным, удаляться из зала1. Судья мог также воздействовать на присяжных, возвращая их в совещательную комнату (после вынесения ими вердикта) для нового обсуждения ими вопроса

0 виновности, если у судьи вызывало сомнение в том, что присяжные не вос-

2

приняли те или иные его указания .

Более того, если присяжные не соглашались с толкованием судьи по чисто юридическим вопросам, и это вырисовывалось их вердиктом, судья мог распустить данный состав присяжных и передать дело для нового рассмотрения в ином составе жюри. Вердикт присяжных должен был быть единогласным, в противном случае (после повторного совещания присяжных) судья мог распустить жюри и назначить новое слушание дела. Своим общим вердиктом (виновен или не виновен) присяжные давали ответ на обвинительный акт в целом, так как специальные вопросы перед ними не ставились. В случае не-

1 Подробнее см.: Кении К. Основы уголовного права. - М., 1949. — С. 541; и др.

2 На эти и другие дискреционные полномочия председательствующего, позволяющие ему манипулировать мнением присяжных и добиваться необходимого вердикта обоснованно обращали внимание: Полянский Н.Н Уголовное право и уголовный суд Англии. - М., 1969. - С. 192-195; Николайчик В.М. Современный уголовный процесс США. - М., 1981.- Гл. 3; Боботов СВ. Буржуазная юстиция. Состояние и перспективы развития. — М., 1989. — С. 41— 46.

31

признания ими какой-либо из частей обвинения, они разбивали обвинительный пункт на части.

В завершении судебного разбирательства, при оглашении обвинительного вердикта судья спрашивал у подсудимого, нет ли у него особых основа- ний, по которым обвинительный вердикт не мог быть постановлен. Если таких оснований не имелось, судья оглашал приговор о наказании. Особенностью данного порядка отправления правосудия являлось то, что в любое время после утверждения обвинительного акта и до вынесения приговора генерал-атторней по заявлению обвинителя или подсудимого мог сделать распоряжение о прекращении преследования своим приказом.

До 1907 г. в Англии не существовало института обжалования приговоров, вынесенных судом присяжных, а также и судебного порядка возобновле- ния дел по вновь открывшимся обстоятельствам. Лишь в случае установления явной невиновности осужденного его могли помиловать по представлению министра внутренних дел в административном порядке.

В 1907 г. был принят закон об уголовном апелляционном суде, по кото- рому, право обжаловать обвинительные приговоры было предоставлено лишь осужденному. Кроме этого, в законе были строго оговорены основания подачи апелляционной жалобы, чтобы сократить подачу необоснованных апелляций1. Решение уголовного апелляционного суда, по общему правилу, являлось окончательным. Однако примерно через четверть века после принятия названного закона деятельность апелляционного суда резко изменила свое направление, поскольку данный суд получил право повышать наказание осужденному, который жаловался на приговор суда первой инстанции2.

1 Подробнее по этому поводу см.: Кении К. Указ. раб. - С. 560-565., Люблинский П.И. Очер ки уголовного суда и наказания в современной Англии. - СПб., 1911. —С. 155-157, 390, 447-451.

2 Во многом эти изменения связаны с Законом об апелляции по уголовным делам от 9 авгу ста 1966 года. Подробнее по этому поводу см.: Зивс С.А. Современный уголовный суд при сяжных в Англии. -М., 1948. - С. 85; Боботов СВ. Буржуазная юстиция. Состояние и пер спективы.-С. 44.

32

Представляется, что исследование генезиса суда с участием присяжных заседателей будет не полным, если вне рамок данного исследования окажутся становление и развитие суда присяжных в США. Еще К. Миттермайер отмечал, что, унаследовав общий строй процесса и его основные правила из Англии, американцы все же могли отказаться от многих пережитков феодальных порядков, сохранившихся в судопроизводстве Англии1. В основном же уголовное судопроизводство США XVIII-XIX веков в суде присяжных построено по английскому образцу.

Так, судебное разбирательство начиналось с сообщения обвиняемому сущности обвинения и постановкой перед ним вопроса, признает ли он себя виновным. Если обвиняемый признавал себя виновным в инкриминируемых ему деяниях, это устраняло все судебное следствие и формирование малого жюри. Судья тут же мог постановить приговор. В некоторых штатах и по делам, по которым может быть назначена смертная казнь, существовало исключение из этого правила, и следствие по делу производилось в общем порядке. Обвиняемый, не признавший себя виновным, не допрашивался.

Судебное следствие, по аналогии с английским процессом, состояло из двух частей: первая была посвящена проверке доказательств, предоставленных обвинителем; вторая - проверке доказательств, представленных обвиняемым и его защитником. Первую часть открывал обвинитель своей краткой вступительной речью по поводу сущности обвинения. Затем он поочередно вызывал свидетелей и экспертов обвинения и допрашивал их об известных им фактах. Даче показаний свидетелями предшествовало принесение ими присяги. Основную часть судебного следствия составлял перекрестный допрос каждого из свидетелей и экспертов обвинения защитником. Допрос мог касаться лишь таких фактов, которые имели прямое отношение к обвинению и были предметом главного допроса обвинителем.

См.: Миттермайер К.Ю. Уголовное судопроизводство в Англии, Шотландии и Северной Америке. -М., 1864. - С. 20-21.

33

Вторая часть следствия, как было сказано выше, посвящалась проверке доказательств, выдвинутых защитником. Если у данной стороны отсутствовали свидетели и эксперты, защитник произносил свою речь, в которой освещал доказательства обвинителя и делал юридический анализ предъявленного подсудимому обвинения. В случае наличия у стороны защиты свидетелей, защитник, как и обвинитель, кратко указывал присяжным, что именно он хотел доказать и каким путем. После этого защитник допрашивал каждого из свидетелей, а обвинитель подвергал их перекрестному допросу. Каждый перекрестный допрос заканчивался допросом свидетеля той стороной, которая его вызывала. Во время перекрестного допроса свидетель пользовался правом не отвечать на вопросы, которые имели цель изобличить его в совершении какого-либо преступления.

Роль судьи в данном процессе, как и в Англии, сводится к организаци- онному руководству ходом процесса. Он мог требовать от сторон разъяснения значимости того или иного задаваемого вопроса. Кроме того, он был вправе сам (или по ходатайству одной из сторон) отвести тот или иной вопрос, заданный другой стороной, как не относящийся к делу.

Особенностью английского и американского состязательных процессов являлось вторичное слово обвинителя для анализа и оценки, выдвинутых защитником доказательств после окончания части судебного следствия, посвященной проверке доказательств защиты. Фактически данное право обвинителя ухудшало положение защиты, так как обвинитель всегда имел последнее слово. Однако в теории американского процесса считалось, что независимо от выступлений обвинителя и защитника подсудимому принадлежало последнее слово по окончании судебного следствия1.

Судья мог прекратить следствие, если в ходе проверки доказательств обвинителя, приходил к выводу об их необоснованности. В этом случае судья предлагал обвинителю взять обратно обвинение или предлагал присяжным

1 Подробнее по этому поводу см.: Миттермайер К.Ю. Указ. раб. — С. 342-343.

34

постановить оправдательный вердикт. По окончании следствия следовало напутственное слово судьи присяжным, содержащие руководящие указания по вопросам, относящимся к их совещанию. В частности, судья был обязан напомнить, что обвинительный вердикт может быть вынесен лишь при отсутствии разумных сомнений в виновности подсудимого. Судья также напоминал о том, что присяжные вправе сформулировать в своем вердикте предложение о смягчении наказания подсудимому. В ряде случаев эти предложения были обязательны для присяжных. По законодательству ряда штатов судья мог высказать свое мнение о значимости тех или иных доказательств по делу. Однако при этом он предупреждал присяжных о необязательности для них его выводов. В некоторых штатах напутственная речь судьи была вообще упразднена.

Как и в Англии, присяжные должны были ответить на единственный вопрос - виновен ли подсудимый в инкриминируемых ему обвинительным актом преступлениях1. По делам о тяжких преступлениях вердикт должен был быть единогласным; при рассмотрении менее серьезных преступлений во многих штатах допускалось вынесение вердикта большинством голосов. В случае установления судом использования присяжными при вынесении вердикта не исследованных в суде доказательств, а также пренебрежения ими указаниями судьи по юридическим вопросам, суд был вправе вынести постановление об отмене обвинительного вердикта и о перенесении дела на новое рассмотрение в другом составе жюри.

После оглашения вердикта судья выносил приговор. Если постановлялся оправдательный приговор, он должен быть провозглашен немедленно. Для составления обвинительного приговора суд мог назначить определенный срок.

Следует отметить, что в настоящее время в ряде штатов определение меры наказания уже осуществляется не единолично судьей, а с участием присяжных. Но, как правильно отмечает С.Г. Чаадаев, эта новелла широкого практического значения не имеет, поскольку мнение присяжных выступает лишь в форме рекомендации для судьи, который вправе от них отступать. - См.: Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. - М., 1998. - С. 642.

35

Система обжалования подобных приговоров в США была предельно сложна, и оставляется нами без внимания, поскольку не вносит ничего существенно значимого в процессуальные формы отправления правосудия с участием при- сяжных.

Дальнейшие изменения в порядке отправления правосудия в суде присяжных так же, как правило, не затрагивали кардинально основные его процедуры, носили частный характер, не влияющий на процессуальные формы отправления правосудия по уголовным делам. Поэтому и они остаются за рамками нашего анализа генезиса суда присяжных в США.

В подобной практически законченной англосаксонской модели суд присяжных был воспринят и введен в систему уголовной юстиции целым рядом стран континентальной Европы и английских доминионов. Включая в себя (на разных временных этапах) отдельные институты и нормы того или иного национального законодательства, суд присяжных во многих из них сохраняет и в настоящее время, однако не оказывает сколь-либо существенного влияния на процессуальные формы отправления правосудия в названных странах.

В связи с этим В.Т. Томин справедливо обращает наше внимание на то обстоятельство, что в ряде стран с течением времени сам термин «суд присяжных» фактически утратил первоначальное значение, этим понятием зачастую пытаются характеризовать как деятельность собственно суда присяжных, так и шеффенского по сути суда, действующего в составе расширенной коллегии народных заседателей1. Последнее, по мнению В.Т. Томина, во многом обусловлено и тем обстоятельством, что в качестве аргумента о «распространенности» суда присяжных используют не совсем точные переводы различных источников.

На это же обстоятельство обращает внимание К.Ф. Гуценко, в частности, отмечая, что в Германии дела об опасных преступлениях рассматривают-

1 Томил В. Т. Sapienti Sat. (Судебно-следственная реформа: взгляд из провинции) // Нижегородские юридические записки: Сб. научи, тр. / Под редакцией профессора В.Т. Томина. -1995. - Вып. 1. - Н. Новгород. - G. 17.

36

ся судами в составе трех профессионалов и двух непрофессионалов, во Франции - трех профессионалов и девяти непрофессионалов, в Италии — двух профессионалов и шести непрофессионалов, в Греции — трех профессионалов и пяти непрофессионалов, в Дании — трех профессионалов и двенадцати непрофессионалов. Допускаются и иные сочетания профессионалов и непрофессионалов в составе суда1.

Следует согласиться с мнением как В.Т. Томина, так и К.Ф. Гуценко по поводу того, что по своей сути такие суды нельзя относить к числу «суда присяжных». Это скорее шеффенские суды с расширенными коллегиями заседателей. Для обоснования этого тезиса В.Т. Томин проводит достаточно интересный анализ генезиса и современного состояния дел с судом присяжных в ряде стран континентальной Европы и Азии. Рассмотрим некоторые из его аргументов более подробно.

Так, во Франции суды присяжных не по названию, а, по сути, существо- вали с 1808 по 1942 год. В настоящее время так называемый «суд присяжных» состоит из трех постоянных членов суда (председатель и два асессора) и девяти присяжных заседателей, призываемых к выполнению своих обязанностей в соответствии с департаментским избирательным списком . В отличие от англосаксонского уголовного процесса постоянные члены суда и присяжные заседатели во Франции составляют единую коллегию, то есть все вопросы «права и факта» решаются ими совместно. Председательствующий судья не только руководит процессом судебного разбирательства, но и принимает активное участие в исследовании доказательств. Для вынесения обвинительного приговора необходимо большинство в восемь голосов. Таким образом, в названной ситуации мы имеем дело скорее с расширенной коллегией народных заседателей (шеффенов), чем с судом присяжных в истинном понимании этой формы отправления правосудия по уголовным делам.

1 Подробнее по этому поводу см.: Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К.Ф. Гуценко. - М., 1996. - С. 259.

2 См.: УПК Франции 1958 г. Ст. 240,254-267, 288-305, 311, 347-366.

37

Германия может быть охарактеризована как страна с традиционно шеф- фенским судом. Термин «суд присяжных» здесь употребляется, скорее всего, только в силу сложившейся традиции. Это утверждение вытекает из того, что дела о тяжких преступлениях, рассматриваемые в земельном суде большой палатой по уголовным делам, состоят из трех профессиональных судей и двух заседателей, и в своей процессуальной форме не имеют никаких свойств, присущих суду присяжных. Все вопросы уголовного судопроизводства профессиональные судьи и заседатели решают совместно, что еще раз свидетельствует о шеффенской природе данного суда.

В Австрии, Бельгии, Дании, Италии, Португалии, Финляндии - профес- сиональные судьи и присяжные заседатели, как правило, составляют единую коллегию. Присяжные созываются периодически и при отправлении правосудия совместно разрешают вопросы факта, права и наказания. Следует, однако, отметить, что в Австрии, например, по окончании судебного следствия предусматривается разделение коллегий, то есть присяжные без профессиональных судей отвечают на поставленные перед ними вопросы. Из этого правила есть исключение: по единогласному решению присяжных судьи вправе присутствовать при их совещании.

На снижение роли суда присяжных указывает и К.Ф. Гуценко, отмечая, что уже к концу XIX века в ряде стран континентальной Европы интерес к присяжным стал ослабевать. Сначала в Швейцарии, затем во Франции, Австрии и других странах были приняты законы, в соответствии, с которыми присяжные могут (в ряде случаев - должны) потребовать, чтобы в совещательной комнате вместе с ними находился и участвовал в принятии решения судья-профессионал. По сути, это означало постепенную реорганизацию судов присяжных в суды с расширенными (фактически шеффенскими) составами, которые отличаются друг от друга лишь количеством шеффенов-присяжных, призываемых в соответствии с национальной традицией для отправления пра-

38

восудия1. Сказанное дает основание согласиться с В.Т. Томиным, что в на- званных странах «присяжные» - это не столько существо дела, сколько терминология2.

Говоря о странах континентальной Европы, следует отметить и то, что в настоящее время суд присяжных отсутствует в Греции (существовал с 1834 по 1968 гг.), Исландии, Испании, Люксембурге (существовал с 1848 по 1868 гг.), Республике Мальта, Нидерландах (существовал с 1810 по 1813 гг.)3. П.Х. Линдблом указывает на то, что в настоящее время не существует никаких планов по введению системы жюри присяжных в Швеции4. Отсутствует суд присяжных и в ряде неевропейских стран, например, в Японии, Китае, Израиле и в странах с исламской правовой традицией.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что в настоящее время суд с участием присяжных заседателей уже не является господствующим элемен- том национальной судоустройственной системы в ряде стран континентальной Европы и в Азии. Поэтому опыт функционирования суда с участием присяжных заседателей в названных странах не мог и не может служить достаточным доводом для заимствования этого института уголовным судопроизводством России.

Закономерно возникает вопрос о действительных социально- экономических, правовых, нравственно-психологических и иных детерминантах введения (возвращения) в уголовный процесс России названного порядка отправления правосудия. Исследованию этого круга проблем и вопросов посвящен следующий параграф настоящей работы.

Подробнее см.: Радушная Н. Суд присяжных в зарубежных правовых системах // Сов. юс- тиция. -1993. - № 5. - С. 4; Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. - С. 259.

2 Томил В. Т. Указ. раб. - С. 20.

3 См. по этому поводу: Решетников Ф.М. Правовые системы стран мира. Справочник. - М., 1993.-С. 70, 90, 195; и др.

4 Линдблом П.Х. Введение в шведское право. - М., 1986. - С. 97.

39

§ 2. Пришествие суда с участием присяжных заседателей в Россию: правовые, социально-экономические и нравственные детерминанты

Девять лет в уголовном судопроизводстве России функционирует порядок отправления правосудия с участием присяжных заседателей. Срок доста- точный для того, чтобы приступить к серьезному анализу потребностей, возродивших интерес к этому уголовно-процессуальному институту в современной отечественной юридической практике.

Исследуя потребности, по которым общество приняло решение о введении в уголовное судопроизводство России (УПК РСФСР 1960 г.) суда с участием присяжных заседателей, целесообразно обратиться к анализу правовых, социально-экономических, нравственно-психологических и иных детерминант, которые привели к нормативному появлению данного процессуального порядка в Уставе уголовного судопроизводства 1864 года (далее Устав или УУС). .

Учитывая, что в основе всякого, в том числе и правового, преобразования лежат интерес и объективно стоящие за ним потребности, целесообразно исследовать действительные потребности российского государства и общества, вызвавшие к жизни, как в УУС 1864 г., в УПК РСФСР 1960 г., так и в УПК РФ интерес к введению столь не свойственного отечественному судопроизводству уголовно-процессуального порядка. При этом, исходя из общепризнанных положений общей теории права и материалистической диалектики, мы основываемся на следующих концептуальных положений такого анализа:

  1. Потребность понимается нами как неуравновешенное состояние системы (социальной, экономической, социума или отдельной личности)1. Явля-

Подробнее об этом см.: Баранов В.М. Истинность норм советского права. Проблемы тео- рии и практики. - Саратов, 1989; Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. - Л., 1984; и др.

40

ясь объективной реальностью, она может возникнуть, существовать и даже длительное время развиваться, вне и не зависимо от осознающего ее субъекта.

  1. Осознанная потребность приобретает характер интереса, который, формируясь в борьбе мотивов, определяет предмет, цель и средства удовлетворения потребности (и соответственно - интереса).
  2. Цель, являясь движущим началом всякой осознанной деятельности, приводит субъекта (субъектов, общество), осознавшего свой интерес к практическим действиям по созданию и овладению предметом удовлетворения потребности.
  3. В качестве такового предмета, способного привести систему в урав- новешенное (урегулированное) состояние, вполне может выступать и право как действенный регулятор общественных отношений, возникающих в том числе, в сфере уголовного судопроизводства.
  4. Только в том случае, когда правильно осознанная потребность совпа- дает с субъективной заинтересованностью управомоченного к преобразованию субъекта, он в состоянии правильно определить и реализовать предмет потребности, цель и средства ее удовлетворения.
  5. Разрыв между объективной потребностью системы и субъективным ин- тересом (субъективной заинтересованностью), осознающего ее субъекта (субъектов), как правило, приводит к тому, что избранные субъектом, предмет, цель и средства удовлетворения потребности соответствует не интересам удовлетворения потребности, а субъективной заинтересованности субъекта (субъектов). В этом случае в конечном итоге реализуются лишь субъективные интересы заинтересованных субъектов, как правило, не имеющие ничего общего с объективно существующей потребностью. Система так и остается в неуравновешенном состоянии, постепенно проявляя себя в кризисе, в неэффективности той или иной человеческой деятельности1.

1 См.: По этому поводу: Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. - Л., 1984; Лавриненко В.Н. Проблема социальных интересов в ленинизме. - М., 1978;

ГОСУ :л$

41

Исходя из сказанного, основным предметом данного исследования стали объективные потребности личности, государства и общества, обусло- вившие нормативное закрепление (и реализацию) названного процессуального порядка в середине XIX (и соответственно - в конце XX) века, а также субъективные интересы (субъективная заинтересованность) отдельных личностей (социальных групп), сумевших закрепить свои интересы в качестве общеобязательной государственной воли (закона).

В связи с этим следует согласиться с В.Т. Томиным, прямо указывающим на то, что не все принятые за последние годы законодательные акты по- требны обществу. «Они потребны отдельным членам общества — это да. Одним, чтобы обозначить деятельность, другим… для разных других целей»1.

Обратимся к фактам, характеризующим состояние российского госу- дарства, общества, его правовой и особенно судебной системы в период предшествующий как великой судебно-правовой реформе 1864 года, так и принятию Верховным Советом РСФСР «Концепции судебно-правовой ре- формы» в стране2.

Краеугольным камнем обеих реформ стало нормативное закрепление суда с участием присяжных заседателей, процессуальная форма и процедуры которого в наиболее концентрированном виде вобрали в себя основные идеи, отстаиваемые сторонниками названных выше реформ . В силу этого суд с участием присяжных заседателей нередко рассматривается ими как единст-

Шайкепов Н.А. Категория интереса в советском праве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Свердловск, 1980.

1 Томин В. Т. Sapienti Sat… - С. 3.

2 См.: Концепция судебной реформы в Российской Федерации. Изд.: Верховного Совета Российской Федерации. - М., - 1992.

3 Так, по данным A.M. Бобрищева-Пушкина к сфере компетенции суда присяжных заседа телей в 1864-1878 гг. относилось примерно 410 статей Уложения о наказаниях, что состав ляло почти пятую часть всех карательных статей российского законодательства. В силу чего в окружных судах на долю присяжных приходилось в среднем по стране 75,8% всех ре шенных дел, коронные судьи разбирали оставшиеся 24,2%. 7/ Бобрищев-Пушкин A.M. Эм пирические законы деятельности русского суда присяжных. - М., 1896. - С. 49; см. также: Демичев А.А. Российский суд присяжных: история и современность: Учебное пособие. - Н. Новгород, 2000. - С. 12.

42

венная панацея устранения кризиса судебной системы и уголовного судо- производства в целом. Однако, по нашему мнению, действительные детер- минанты введения суда с участием присяжных заседателей в уголовное судопроизводство России середины XIX в. и конца XX в. столь различны между собой, что говорить об объективной необходимости возрождения такого суда в современной России преждевременно1.

Полагаем, что состояние российского государства и общества, а равно его судебной системы начала - середины XIX века характеризуется рядом не- гативных тенденций. В судопроизводстве, в частности, это проявляется в несоответствии сложившейся судебной системы и процессуальной процедуры новым социально-экономическим и нравственно- психологическим отношениям России второй половины XIX в., а также потребностям гласности судебного разбирательства..

Кризис системы права проявляет себя в том, что дореформенный суд основывается на законодательстве Петра I и Екатерины П. В отдельных случаях при отправлении правосудия использовались даже нормы Уложения 1649 года. В результате, как указывает А.Ф. Кони, получилось «бессвязное собрание самых разнообразных постановлений, механически сливавших воедино Уложение царя Алексея Михайловича, указы Петра и, как выразился в 1835 году Государственный совет, «виды правительства», обнародованные в 1784, 1796, 1823 годах»2. К середине XIX в. ни одна из частей государственной машины самодержавия не находилась в столь плачевном состоянии, как суд. Понимали это и в правительстве. Еще министр юстиции Александра I Д.В. Тро-щинский определил русский суд как «море великое, в котором гадов несть числа»3.

1 Более того, мнение о том, что даже в 1864 г. введение суда присяжных не имело под сбой объективной основы, не раз высказывалось, как современниками данного суда (К.П. Победоносцев), так и рядом исследователей в наши дни // См.: ОР РГБ. ф. 230. - п. 4394. - №3.-л. 5; ДемичевА.А. Указ. раб. — С. 15.

2 Кони А.Ф. История развития уголовно-процессуального законодательства в России. Собр. соч., - М. - 1967. - Т. 4. - С. 320.

3 Цит. по: Троицкий НА. Россия в XIX веке. - М., 1997. - С. 206.

43

Множественность судебных органов, их предельная зависимость от ад- министративных органов, сословный характер судопроизводства, сложность и запутанность процессуальных норм, а также невозможность во многих случаях определить круг дел, который должен подлежать рассмотрению того или иного судебного ведомства, предельно затрудняли быстрое и полное отправление правосудия, порождали в судах волокиту и взяточничество, которое приобрело чудовищные размеры. Крайне низкая общая и юридическая грамотность судей обусловила фактическое сосредоточение всего дела правосудия в руках канцелярских чиновников и секретарей. При необходимости дела столь часто пересылались из одного суда в другой, по несколько раз, возвра- щаясь в первую инстанцию, что на окончательное разрешение дела нередко уходили десятилетия. В судебном процессе господствовали инквизиционное начало и теория формальных доказательств1.

Исследуя эти обстоятельства, К.Ф. Гуценко обращает наше внимание на то, что в уголовном судопроизводстве дореформенной России можно было на-

t …

считать около 30 различного рода судебных процедур. При этом общим для них, отмечает он, было стремление к максимальному ограничению гласности судопроизводства, полное недопущение общественного контроля за деятельностью суда, существенное ограничение права на защиту2.

Принцип письменности и тайны дореформенного судопроизводства априорно предполагал, что суд разрешает дело не на основе непосредственного и устного восприятия и исследования доказательств, а опираясь на письменные материалы, полученные в ходе предварительного следствия. Даже передопрос обвиняемого зачастую не был для суда обязательным. Сами доказательства, оцениваемые судом, носили заранее установленный, формальный характер. О внутреннем убеждении судей как основе правильного разрешения

1 Подробнее об этом см.: Гессен И.В. Судебная реформа. - М., 1905. - С. 15-16.; Россий ское законодательство Х-ХХ веков: В 9 т. - М., 1994. - Т. 8. - С. 7.; Исаев И.А. Судебные реформы // История государства и права России: Полный курс лекций. - М., 1994. - С. 200.

2 Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов: - М., 1997. -С. 26.

44

дела не было и речи, так как закон, вне зависимости от конкретного уголовного дела, жестко устанавливал степень достоверности допускаемых доказательств. Формально разделяя доказательства на совершенные и несовершенные, закон, однако, отдавал предпочтение признанию обвиняемым своей вины, называя его «лучшим свидетельством всего света»1. Для получения последнего нередко применялась пытка, формально запрещенная в 1801 г., но существовавшая вплоть до реформы 1864 г.

Отсутствие в этом жестко сословном процессе состязательности сторон нарушало равенство граждан перед законом и судом, делало их бесправными. Это вызывало внутренний протест, как у нарождающейся буржуазии, так и у огромной массы крестьян, вышедших из крепостной зависимости. Обретя личную свободу, почувствовав себя гражданами, они не хотели мириться со своим бесправием, с существующим порядком отправления правосудия, а также с той ролью, которая отводилась им в дореформенном уголовном судопроизводстве. Нравственно- психологические переживания общества, были столь велики, что постепенно граждане выдвигали из своих рядов носителей либеральных идей, будущих деятелей судебной реформы.

Правовые и нравственно-психологические детерминанты тесно слились с социально-экономическими. Обновляющееся государство требовало более эффективного правового регулирования общественных отношений, возни- кающих и развивающихся в сфере уголовного судопроизводства. Кроме того, оно уже было не в состоянии содержать крайне громоздкую, запутанную и неэффективную судебную систему. Именно в силу названных выше причин составители судебных уставов имели намерение дать судебной власти ту полноту, которой у нее не было до реформы, так как вся деятельность дорефор-

См.: ст. 316 Свода законов Российской Империи. - Т. XV. Ч. II, 1857.

45

менной судебной власти находилась в зависимости от «доброй воли» самых разнообразных органов (прокуратуры, полиции, административных органов)1. В определенной степени данные намерения удалось воплотить. Судебная реформа изменила судоустройство и процессуальное право. Суд впервые был отделен от законодательных и административных органов. Под давлением господствовавших в это время либеральных идей был введен суд с участием присяжных заседателей. На практике присяжными стали в основном кре-стьяне, в том числе и не очень богатые . Указ о завершении судебной реформы был издан лишь в 1899 году. Однако в некоторых губерниях Сибири и Средней Азии суд присяжных так и не был создан. Причиной этому послужила позиция правительства, заключающаяся в том, что введение нового суда в огромном и удаленном крае преждевременно, ненадежно «в интересах госу-дарственных» и потребует больших финансовых издержек . К сожалению, новый суд, по выражению известного русского либерального историка И.В. Гессена, «вошел в государственный организм инородным телом, которое по общему физиологическому закону должно быть ассимилировано или низ-

4

вергнуто» .

В процессе побеждали начала состязательности, гласности, устности. Была введена система свободной оценки доказательств по внутреннему убеж- дению судей. Каждая из этих новелл, по сравнению с дореформенным судопроизводством, наиболее ярко проявляла себя в суде с участием присяжных заседателей. Поэтому сторонники суда с участием присяжных заседателей в современной России нередко аргументируют целесообразность сохранения данного института и расширения сферы его деятельности на всю территорию

1 Подробнее по этому поводу см.: Фойпщкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства… — С. 180; Коновалов В.В Судебные преобразования в России и сибирский суд во второй поло вине XIX - начале XX веков / В.В. Коновалов, Е.А. Крестьянников // «Налоги. Инвестиции. Капитал». - 2000.-№ 1/2. - С. 41-54.

2 Кони А. Ф. Собр. соч., - Т. 4. - С. 264.

3 Коновалов В.В., Крестьянников Е.А. Указ. раб. - С. 46.

4 Гессен И.В. Судебная реформа. - СПб., 1905. - С. 142.

46

страны ссылками на успешный опыт функционирования таких судов, в 1864-917 гг.

Между тем, как отмечает В.Т. Томин, данный аргумент нельзя считать достаточно убедительным, поскольку серьезные научные исследования суда с участием присяжных заседателей не проводились. Кроме того, отмечает он, есть еще несколько положений, которые предостерегают против использования суда с участием присяжных заседателей в России в конце XX века - опыт ограниченного функционирования этого судоустройственного института в 1864-1917 гг. Это разные социальные, экономические и политические условия их введения и функционирования; недостаточность предшествующего материала для адекватных выводов; и другие обстоятельства, характеризующие сегодняшние условия в нашей стране1.

Мы разделяем точку зрения профессора В.Т. Томина по поводу того, что реалии социально-экономического и правового бытия России начала 90-х годов, не служат достаточным основанием для введения в уголовное судопроизводство суда с участием присяжных заседателей. Это подтверждается результатами социологического опроса судей и прокуроров2, лишь 20% (40 чел.) из них считают возвращение суда с участием присяжных заседателей в уголовный процесс России оправданным и своевременным, остальные 80% (160 чел.) считают возвращение суда с участием присяжных заседателей в уголовный процесс России не оправданным и преждевременным. В пользу данного вывода, на наш взгляд, могут свидетельствовать следующие аргументы.

В отличие от второй половины XIX века судебная система России к началу 90-х годов XX века представляла собой достаточно стройную и согласованную систему с четким разделением на судебные звенья и инстанции. Процессуальное законодательство строго определяло подсудность уголовных дел

1 См.: Томин В.Т. Указ. раб. - С. 27-29.

2 Данное социологическое исследование проводилось в марте - апреле 2002 г. в судах и прокуратурах Нижегородской и Тюменской областей. В результате было проанкетировано 100 судей (50 - Нижегородская область; 50 - Тюменская область) и 100 прокуроров (50 - Нижегородская область; 50 — Тюменская область).

47

и (формально) исключало неравенство граждан перед законом и судом, за- крепляя это положение, в том числе и на конституционном уровне1.

Закон не знал различия и в процессуальном порядке отправления пра- восудия, строго придерживался, правила о том, что порядок судопроизводства по уголовным делам единый и обязательный для всех категорий уголовных дел (ст. 1 УПК РСФСР). Дополнительные гарантии, введенные для рассмотрения отдельных категорий уголовных дел (ст. 392- 403, 404-413 УПК РСФСР), не нарушали это правило, создавая комплекс дополнительных процессуальных гарантий для участников процесса. О сословном характере отправления правосудия говорить, на наш взгляд, было неуместно, поскольку у государства и общества не было объективной потребности к кардинальному изменению судебной системы и созданию новых, не свойственных ей уголовно-процессуальных форм отправления правосудия. Данное утверждение основывается и на проведенном нами анкетировании судей и прокуроров 82,5% (165 чел.) которого утверждают, что введение суда с участием присяжных заседателей в уголовное судопроизводство России не было вызвано нуждами судеб-но- следственной практики.

Общие условия устности и непосредственности исследования доказательств в XX веке являлись основополагающим правилом порядка проведения судебного следствия, содержания судебных прений и оценки доказательств (ст. 240 УПК РСФСР). Гласность судебного разбирательства (ст. 18 УПК РСФСР, ст. 12 Основ УСП) могла быть ограничена только по основаниям, указанным в законе.

Принцип оценки доказательств по внутреннему убеждению судей, от- сутствие их заранее установленной силы для суда и сторон создавал объек- тивные предпосылки для полного, всестороннего и объективного разрешения дела в точном соответствии с законом и убеждением судей (ст. 71, 20 УПК

1 Ст. 34. Конституции (Основной Закон) Союза Советских Социалистических Республик. -М., 1986.

48

РСФСР). Формальную оценку доказательств исключало также положение закона о том, что признание обвиняемым своей вины может быть положено в основу обвинения только при его подтверждении совокупностью доказа- тельств, имеющихся по уголовному делу (ст. 77 УПК РСФСР).

Мы полагаем, что УПК 1960 г. знал также понятие сторон и формулу состязательности. Особенно явно они проявляли себя в рамках судебного разбирательства (ст. 245 УПК РСФСР) . Следовательно, и в этом плане действовавший процессуальный закон, а также практика его применения не давали оснований для будущих «революционных» преобразований.

Таким образом, единственным основанием для изменения судебной системы и сложившегося порядка отправления правосудия было то обстоя- тельство, что суды находились в определенной зависимости от партийных и административных органов. Понятие судебной власти вообще было забыто и практически не использовалось нашей правовой наукой.

Надо признать также, что вслед за бюрократизацией нашего общества определенные тенденции формализма стали присущи и процессуальной процедуре. Это сказывалось как на эффективности уголовного судопроизводства, так и на судебной защите прав граждан, обратившихся за защитой своих нарушенных интересов. Нарастание подобных негативных тенденций, бесспорно, подрывало веру в суд, в возможности судебной защиты, порождало комплекс проблем нравственно- психологического характера, требующих адекватного изменения сложившегося порядка.

Таким образом, назрела необходимость оптимизации процессуальных процедур, дальнейшей дифференциации уголовно-процессуальной формы, устранения излишних бюрократических формальностей, искусственно навязанных судебно-следственной практике. Нужно было добиться также подлин-

1 Выдря ММ. Участники судебного разбирательства и гарантии их прав. - Краснодар, 1979. - С. 7-8; см. также Кокорев Л.Д. Участники правосудия по уголовным делам. - Воронеж, 1971; Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса. - Минск, 1970.

49

ной независимости судов, создать им условия для реального отправления своих независимых конституционных полномочий.

Проблему попытались решить посредством введения суда с участием присяжных заседателей, отражающего, по мнению сторонников судебно- правовой реформы в стране, наиболее оптимальные процедуры судебной защиты прав граждан. Вместо дифференциации и оптимизации уголовно- процессуальной процедуры правоприменители получили во многом искусственно навязанную им англосаксонскую модель отправления правосудия, которая, по меткому замечанию В.Т. Томина, «уже давно помаленьку помирает в своей собственной постели»1. Вышеуказанное подтверждается данными проведенного нами исследования, в процессе которого 32,5% (65 чел.) судей и прокуроров утверждали, что введение суда с участием присяжных заседателей было слепым подражанием англо- американской модели отправления правосудия.

Сложность уголовно-процессуальной процедуры, трудности с формиро- ванием скамьи присяжных заседателей, невозможность обеспечить их под- линную беспристрастность, постоянная необходимость в серьезных бюджетных вливаниях для поддержания данного порядка отправления правосудия в настоящее время приводит к тому, что законодательные органы ряда субъектов Российской Федерации готовы были решительно отказаться от «предло-женного» им эксперимента в виде суда присяжных . Судебная система не только не вышла из кризиса с принятием этого порядка, но, напротив, переживала еще большие трудности организационного, материального и правового порядка.

На наш взгляд, нормативным закреплением названной выше новеллы законодатель не столько учел действительные потребности общества и предпринял адекватные правовые шаги по приведению системы уголовного судо-

1 Томин В. Т. Указ. раб. - С. 27.

2 См.: Любимов В.И. Финансовая петля для суда присяжных // Российская юстиция. — 1999. -№5.-С.5-7.

50

производства в нормальное состояние, сколько реализовал субъективные интересы (субъективную заинтересованность) сторонников «либеральных преобразований», изначально лишенные объективной основы. Интересными в данном случае представляются результаты нашего исследования 60% (120 чел.) судей и прокуроров считают, что введение суда с участием присяжных заседателей в уголовное судопроизводство России было следствием конъюнктурных политических решений начала 90-х годов, 40% (80 чел.) судей и прокуроров считают, что введение суда с участием присяжных заседателей в уголовное судопроизводство России было результатом лоббирования заинтересованных лиц и лишь 17,5% (35 чел.) судей и прокуроров считают, что введение суда с участием присяжных заседателей в уголовное судопроизводство России было вызвано нуждами оптимизации порядка отправления правосудия.

Иными словами, суд с участием присяжных заседателей современной России - это не реально необходимый уголовно-процессуальный, а «поли- тический институт», решение, о введении которого принимается, как правило, под влиянием субъективных политических и идеологических детерминант. Именно в несоответствии данного процессуального порядка потребностям общества заключаются причины того, что государство практически сразу после введения этого института предпринимает активные меры по сокращению его функционирования, ограничению количества дел, подведомственных ему (контрреформы 1878-1889 г.г. - принято 10 новых законов, относящихся к суду присяжных)1; комиссией Н.В. Муравьева в 1894-1901 гг. принято 3 новых

Интересными в данном отношении представляются результаты исследования проведенного Демичевым А.А., который полагает, что уже к 1878 г. в России наметился системный кризис порядка отправления правосудия в суде присяжных, который был преодолен лишь посредством принятия ряда новелл, призванных оптимизировать уголовно-процессуальную форму суда присяжных для более адекватного соответствия социально-психологическим, правовым и иным условиям жизнедеятельности российского государства и общества. Подробнее см.: Демичев А.А. Деятельность российского суда присяжных в 1864—1917 гг.: исто-рико-социальные аспекты (На материалах Московского судебного округа): Дис… канд. ист. наук. - Н. Новгород, 1998. - С. 157-214.

51

закона; наблюдались попытки свернуть функционирование данного эксперимента в настоящее время.

К началу XXI века в связи с принятием УПК РФ1, в целом порядок от- правления правосудия по уголовным делам стал состязательным, что, по нашему мнению, исключило необходимость использования суда с участием присяжных заседателей, однако законодатель «традиционно» не отказался от данного процессуального института.

Считаем целесообразным рассмотрение порядка отправления правосудия, как по УУС 1864 г., по законодательным новеллам от 16.07.93 г., так и по УПК РФ, поскольку сравнительный анализ названных процедур позволит более полно и объективно разобраться в механизме функционирования суда с участием присяжных заседателей в анализируемых периодах и его соответствии действительным потребностям личности, государства и общества.

Устав 1864 г. определял юрисдикцию суда присяжных достаточно ши- роко, относя к ней все дела о преступных деяниях, за совершение которых в законе предусматриваются как высшие наказания, в виде лишения всех прав состояния (ст. 17 Уложения о наказаниях), так и лишение всех особенных, лично и по состоянию виновного ему присвоенных прав и преимуществ (п. 1, 2 ст. 30 и прил. к ст. 43-49 Уложения) . Законом от 22 марта 1906 года к подсудности данного суда были дополнительно отнесены дела, где высшее наказание за деяние было определено не ниже исправительного дома. Законами 1878 г. и особенно 1889 г. юрисдикция суда присяжных была значительно ограничена, т. к. ряд составов был отнесен к подсудности судебных палат с участием сословных представителей либо к подсудности особого присутствия

Уголовно-процессуальный кодекс Российской федерации: № 174-ФЗ РФ от 18 декабря 2001 г. // Российская газета - 2001. - 22 декабря. - С. 1-8.

2 Последняя группа законом от 15.07.89 г. была выделена в названном нормативном акте ведомство общих судов без присяжных заседателей.

52

Сената1. Основным критерием отнесения того или иного дела к подсудности суда присяжных, таким образом, служила тяжесть наказания2.

В ст. 421 УПК РСФСР указывается, что к подсудности суда с участием присяжных относятся все категории дел о преступлениях, перечисленных в ст. 36 УПК РСФСР.

В УПК РФ из этих же позиций исходит и современный законодатель. Так, ч. 2 ст. 30 устанавливает, что к подсудности суда с участием присяжных заседателей отнесены все категории дел о преступлениях, перечисленных в ч. 3 ст. 31 УПК РФ (в сущности, она дублирует ст. 36 УПК РСФСР).

Таким образом, в рассмотренных статьях УУС, УПК РСФСР и УПК РФ имеется общее отличие: в нормах УУС подсудность суда с участием присяжных заседателей определялась тяжестью наказания, в нормах УПК РСФСР и УПК РФ - подобных условий нет.

Однако принципиальное отличие функционирования суда с участием присяжных заседателей в XX и в XXI в.в. от дореволюционного состоит в том, что в соответствии с УУС обвиняемый не имел выбора относительно подсудности дела, он был обязан подчиниться норме закона. Согласно УПК РСФСР порядок судопроизводства с участием присяжных выступал в качестве альтернативного и мог использоваться лишь по желанию самого обвиняемого2’. Согласно ч. 3 ст. 325 УПК РФ подсудимому дано право ходатайствовать о рассмотрении его дела в суде с участием присяжных заседателей. В случае если такое ходатайство отсутствует, его дело рассматривается другим составом суда в порядке, установленном ст. 30 УПК РФ.

Порядок предания обвиняемого суду по Уставу и по действующему УПК РСФСР имеет существенные различия. Устав вообще не знал такого no-

Подробнее по этому поводу см.: Фойпицкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства… -С. 122-123;Демжев А.А. Указ. соч. - С. 158-162.

“У

См. по этому поводу: Полянский Н.Н. Уголовный процессъ: Уголовный судъ, его устрой- ство и деятельность. Лекции. — М., 1911. - С. 53-69.

3 Обоснованно на это обращает внимание и А.А. Демичев. - См.: Демичев А.А. Российский суд присяжных…-С. 44.

53

рядка предания суду, как предварительное слушание. Согласно УУС дело, подсудное Окружному суду с участием присяжных заседателей, направлялось прокурору Судебной палаты. Прокурор, в свою очередь, либо соглашался с содержанием обвинительного акта, либо вносил в него необходимые исправления и передавал дело на рассмотрение камеры предания суду, то есть закрытого заседания всех членов уголовного департамента Судебной палаты. Последняя выносила определение о предании обвиняемого суду только в тех случаях, когда была необходимость изменить обвинительный акт. В остальных случаях камера предания суду лишь поверхностно проверяла основания для вынесения дела в разбирательство, в силу чего этот орган предания суду получил в юридической литературе (конца XIX - начала XX века) название «камеры штемпелевания», не обеспечивающей никаких гарантий обвиняемому1.

Напротив, порядок назначения судебного заседания в форме предварительного слушания, предусмотренный ст. 432-433 УПК РСФСР, содержал ряд весомых процессуальных гарантий прав обвиняемого, ходатайствующего о рассмотрении его дела судом присяжных. Следует отметить, что в УПК РФ указанная процедура проходит в общем порядке (чЛ ст. 325), и лишь некоторые ее особенности присущие суду с участием присяжных заседателей преду-смотрены ч. 2—6 ст. 325 .

Есть отличия и в самом порядке судебного разбирательства. Прежде всего это касается состава суда. Согласно УУС (ст. 595, 658) в состав суда входят трое профессиональных судей, один из которых является председательствующим, и двенадцать комплектных присяжных заседателей. Часть 2 ст. 421 УПК РСФСР указывает на то, что суд присяжных действует в составе судьи и 12 присяжных заседателей. Подобный состав суда предусмотрен ч. 2 ст.

1 Набоков В.Д. Систематический комментарий к Уставу уголовного судопроизводства / Под ред. М. Гернета: Вып. 1. - М., 1914. - С. 867; и др.

2 Судебное производство в общем порядке по УПК РФ стало состязательным.

3 Подробнее см. параграф второй главы второй настоящей работы. - С. 94-96.

54

30 УПК РФ. Безусловно, наличие трех профессиональных судей в составе суда является более надежной гарантией как достижения цели отправления правосудия, так и прав личности в подобном процессе.

Однако реалии функционирования российской судебной системы по УПК РСФСР свидетельствуют о том, что государство было не в состоянии обеспечить такой порядок, ибо известно, что даже попытки ввести порядок рассмотрения дел в составе трех профессиональных судей-(по первой инстанции) были временно приостановлены (до вступления в действие УПК РФ) ввиду отсутствия для этого необходимых материальных, кадровых и иных ресурсов .

Порядок формирования скамьи присяжных заседателей также не остается неизменным в различные исторические периоды. Так, согласно УУС (ст. 648) число присяжных, вызываемых в судебное заседание, должно быть не менее тридцати2, а в соответствии со ст. 434 УПК РСФСР и со ст. 327 ч. 3 УПК РФ - не менее двадцати. Соответственно различно и число присяжных, подлежащих отводу сторонами (ст. 655, 657, 659 УУС3; ст. 438, 439 УПК РСФСР, ст. 328 УПК РФ). Однако главное заключается не в этом. Согласно ст. 654 УУС перед рассмотрением каждого дела председательствующий суда предъявлял составленные для заседания списки заседателей сначала прокурору или частному обвинителю, а затем и подсудимому. Данная норма содержала как положительные, так и отрицательные моменты. С одной стороны, названные лица ознакомившись со списками, могли более основательно подготовиться к возможным отводам, обосновывая их конкретными данными. С другой стороны, зная состав присяжных, заинтересованные лица в случае не-

1 См.: ФЗ от 9.07.1998 г. № 95 - ФЗ «О приостановлении действия части второй статьи 15 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР» // СЗ РФ, 1998. - № 28. - Ст. 3260.

2 Отметим, что Законом от 12.07.84 г. число присяжных, вызываемых в судебное заседание, было сокращено до 24 человек. / См.: Систематический комментарий. Вып. 4. — М., 1915. - С. 1077.

3 При этом конечно, надо иметь в виду и изменения, внесенные в УУС Законом от 12 июня 1884 г.

55

обходимости вполне могли воздействовать на них в соответствии со своими интересами. В ч. 4 ст. 327 УПК РФ установлено, что списки кандидатов в присяжные заседатели, явившихся в судебное заседание, без указания их домашнего адреса вручаются сторонам. Думается, что такая формулировка нормы наиболее приемлема, так как: 1) обеспечивает равноправие сторон в возможности отвода присяжных; 2) не допускает возможность оказания какого-либо воздействия на присяжных заседателей до начала судебного заседания; 3) обеспечивает неразглашение сведений о месте жительства присяжных во избежание негативных последствий после вынесения вердикта.

Центральную часть судебного разбирательства, как по УУС 1864 года, так и по УПК РСФСР (1960 г.) и по УПК РФ, составляет судебное следствие. Начало его в указанных законах состояло в оглашении обвинительного акта — УУС, обвинительного заключения - УПК РСФСР, вступительного заявления — УПК РФ. Заметим, что в соответствии с ч. 1 ст. 446 УПК РСФСР обвинительное заключение должно было оглашаться не полностью, а лишь в своей резолютивной части. Порядок проведения судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей также как и предварительное слушание проходит по общим правилам проведения судебного следствия, предусмотренным главой 37 УПК РФ, на что указывает ст. 324 УПК РФ и лишь некоторые особенности его проведения в суде с участием присяжных заседателей, закреплены в ст. 335 УПК РФ. Судебное следствие подробно регламентировано в УПК РФ и содержит отличия, в духе закрепления состязательности, от своего предшественника - УПК РСФСР.

Так, в УПК РФ описанная процедура подверглась изменениям, согласно ч. 2 ст. 335 обвинителем оглашается существо предъявленного обвинения. Та- ким образом, закон прямо не устанавливает требование, излагать обвинение в той или иной форме - зачитывать резолютивную часть обвинительного заключения. Обвинитель обязан изложить предъявленное подсудимому обвинение (с теми изменениями, которые вносились на стадии назначения судебного

56

заседания (ч. 5 ст. 236 УПК РФ). После чего он предлагает порядок исследования представленных им доказательств.

За обвинителем (ч. 3 ст. 335 УПК РФ) высказывает согласованную с подсудимым позицию защитник, который выражает мнение о порядке исследования представленных им доказательств. Данная новелла, безусловно, способствует проведению принципа состязательности в уголовное судопроизводство и установлению равноправия сторон в суде с участием присяжных заседателей.

Статья 274 УПК РФ является проводником принципа состязательности. Она устанавливает то, что стороны сами представляют доказательства. Стороной обвинения представляются доказательства обвинения, стороной защиты -доказательства защиты. В соответствии с ч. 1 ст. 274 УПК РФ очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду. В соответствии с ч. 2 ст. 274 УПК РФ первой представляет доказательства сторона обвинения. После исследования доказательств, представленных стороной обвинения, исследуются доказательства, представленные стороной защиты.

Собственно исследование доказательств по делу в суде с участием при- сяжных заседателей, как правило, начиналось с допроса подсудимого. Так, в период подготовки судебной реформы 1864 г. выдвигалось следующее предложение: подсудимому, не признавшему вину, вопросов дальнейших не задавать и допроса не производить1. Однако в окончательной редакции УУС (ст. 683-684) было установлено другое правило: председатель суда при рассмотрении каждого доказательства был обязан спросить, не желает ли он в свое оправдание представить какие-либо объяснения или опровержения/Кроме того, члены суда непосредственно, а присяжные заседатели - через председателя суда могли предложить подсудимому любые вопросы по обстоятельствам дела, представляющимся им недостаточно разъясненными (ст. 684 УУС). Сенат

См.: Систематический комментарий. Вып. IV. - М., 1915. - С. 1101.

57

в ряде своих решений дал настолько широкое толкование данной статьи, что на практике установился порядок настоящего допроса, не сознающегося в преступном деянии подсудимого со стороны председателя, членов суда и присяжных заседателей1. Таким образом, несмотря на формальный запрет, на допрос подобного подсудимого его можно было подвергнуть допросу посредством удачно поставленных вопросов об обстоятельствах дела.

УПК РСФСР (ст. 446) формально не содержал запрета на допрос не признающего свою вину подсудимого, и указывал на то, что перед допросом председательствующий должен разъяснить подсудимому его право давать или не давать показания по поводу предъявленного обвинения и других обстоятельств дела. Статья 335 УПК РФ прямо не содержит вышеописанное правило, закрепленное в УПК РСФСР, однако в п. 3 ст. 47 УПК РФ указано, что обвиняемый вправе давать показания по предъявленному ему обвинению либо отказаться от дачи показаний. Пленум Верховного Суда в своем постановлении от 31.10.95 г. обращал внимание судов на то, что в протоколе судебного заседания должна быть запись о разъяснении подсудимому положений ст. 51 Конституции РФ. Отсутствие такой записи влечет недопустимость его показа-ний (ч. 3 ст. 69 УПК РСФСР) . Таким образом, в случае нежелания подсудимого воспользоваться названной нормой он мог быть допрошен в суде сторонами, а также судом. Порядок допроса был установлен нормой закона (ч. 3 ст. 446 УПК РСФСР). Подобное же правило отражено в ч. 1 ст. 275 и ч. 4 ст. 335 УПК РФ.

После допроса подсудимого суд переходил к исследованию остальных

доказательств по делу. При этом, как в свое время отмечал И.Я. Фойницкий , порядок и способ исследования доказательств (по УУС) закон намечает лишь

1 См.: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 787.

2 См.: Суд присяжных как социальное и правовое явление современной России / И.В. Кор- неева, Н.Н. Ковтун. - Нижний Новгород. - С. 42.

3 Фойницкий И.Я. Указ. раб. - С. 442.

58

в общих чертах, предоставляя самой практике выработку деталей по конкретным делам нуждам каждого дела.

Согласно УУС в начале судебного следствия обычно выслушивались устные доказательства, и, прежде всего свидетелей, а именно: сначала потерпевший и свидетели обвинения; затем - свидетели защиты. Председательствующий имел право отступать от этого порядка (ст. 701 УУС). УПК РСФСР (ст. 446) в некоторой степени ограничивал инициативу суда в этом вопросе, поскольку судья, а также присяжные заседатели могли задать вопросы подсудимому, потерпевшему, свидетелям и экспертам лишь после того, как они будут допрошены сторонами. В УПК РФ данный порядок допроса не меняется (ч. 4 ст. 335). Однако неясно, в какой момент судья самостоятельно может задать вопросы участникам процесса. По смыслу указанной статьи он лишь формулирует вопросы, заданные присяжными заседателями.

По мнению авторов новелл от 16.07.93 г., подобный порядок (в УПК РСФСР) более соответствует состязательному характеру уголовного процесса, при котором движущей силой порядка отправления правосудия служит воля сторон, а не инициатива суда.

Существуют также различия в дальнейшей регламентации порядка судебного следствия. УПК РСФСР (ст. 446) не указывал, в каком порядке и по чьей инициативе должны исследоваться заключение эксперта и вещественные доказательства по делу, протоколы следственных действий и иные документы. По- видимому, законодатель имел в виду соответствие нормам, регламентирующим данный порядок в обычном суде, а именно - аналогию норм УУС, где подобный порядок урегулирован намного детальнее.

Так, в соответствии с УУС (ст. 690) суд мог вызывать на свое заседание лиц, производивших освидетельствование или экспертизу (испытание), которые должны были обстоятельно отчитаться перед судом за свои действия. Кроме того, в случае необходимости (по инициативе суда, присяжных и сторон) суд мог назначить новое освидетельствование или экспертизу, которые производились избранными судом или сторонами специалистами (сведущими

59

людьми) в суде или вне его с обязательным предоставлением отчета. По результатам подобного исследования и с разрешения председателя судьями, присяжными и сторонами им могли быть заданы нужные вопросы (ст. 691— 695 УУС).

Согласно ч. 1 ст. 285 УПК РФ судья может принять решение об огла- шении полностью или частично протоколов следственных действий, заключения эксперта, данного в ходе предварительного расследования, а также документов, приобщенных к уголовному делу или представленных в судебном заседании, если в них изложены или удостоверены обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела. Постановление или определение суда по этому поводу должны быть вынесены с учетом мнения сторон.

Если сторона не согласна с этим постановлением или определением суда, она может обжаловать его в кассационном порядке в суд второй инстан- ции.

Согласно ст. 282 УПК РФ суд по ходатайству сторон или по собственной инициативе вправе вызвать для допроса эксперта, давшего заключение в ходе предварительного расследования, для разъяснения или дополнения данного им заключения.

После оглашения заключения эксперта ему могут быть заданы вопросы сторонами, а также присяжными заседателями через председательствую- щего (ст. 335). В допросе эксперта с разрешения суда может участвовать специалист, о вызове которого ходатайствовала сторона защиты. При этом первой вопросы задает сторона, по инициативе которой была назначена экспертиза. Эксперт может быть подвергнут прямому и перекрестному допросу сторонами.

В УПК РСФСР, как уже отмечалось, нет толкования процедур исследо- вания, назначения или производства экспертизы в суде. Данный порядок нашел отражение в ст. 283 УПК РФ (порядок производства судебной экспертизы). Однако особенности названных процедур предопределяются существующим порядком организации судебного следствия в суде с участием присяж-

60

ных заседателей, в ходе которого, например, категорически запрещено упоминать о тех или иных обстоятельствах, негативно характеризующих личность подсудимого. В связи с этим остается открытым вопрос о том, как и в каком порядке (с участием или без участия присяжных заседателей) указанные вопросы могут быть поставлены на разрешение экспертов; в каком объеме (полностью или частично) в судебном следствии должны быть исследованы соответствующие части, например, судебно- психиатрической, судебно-психологической, наркологической и других экспертиз, негативно характеризующих отдельные социальные свойства личности подсудимого. Учитывая, что заключение эксперта может быть положено в основу вердикта, а в дальнейшем и приговора, решение этой проблемы, в том числе и на законодательном уровне, представляется необходимым.

Согласно ч. 7 ст. 335 УПК РФ в ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические об- стоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ. Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он обвиняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей в отношении подсудимого (ч. 8 ст. 335 УПК РФ). Однако детально вышеописанные тонкости процедуры отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей в УПК РФ не нашли своего закрепления1.

Вещественные доказательства (по УУС) должны были быть доставлены в зал судебного заседания, если их объем и качество не препятствовали этому,

1 Авторское решение данной проблемы см.: в третьем параграфе главы второй настоящей работы.-С. 119-120.

61 и предъявлены суду, присяжным заседателям и сторонам (ст. 696-697). Статья

446 УПК РСФСР не содержала упоминания о возможности исследования вещественных доказательств, вероятно, предполагалось, что такое исследование должно было проводиться по аналогии со ст. 291 УПК РСФСР. Однако при подобном подходе возникает, по нашему мнению, вопрос о круге лиц, которые имели право участвовать в исследовании вещественных доказательств. Согласно УУС (ст. 697) - это судьи, присяжные, подсудимый и потерпевший от преступления, если он находится в зале судебного заседания. Статья 291 УПК РСФСР кроме этого указывает на обвинителя, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей, а в случае необходимости — на свидетеля, эксперта и специалиста, которые также могут обращать внимание суда на те или иные обстоятельства, связанные с подобным осмотром. Однако ка- ким образом, и в каком процессуальном порядке, оставалось неясным. В связи с этим данный теоретический вопрос, в силу своей неурегулированности в законе (ст. 446 УПК РСФСР), порождал некоторые негативные последствиям в ходе судебного разбирательства.

Согласно УПК РФ осмотр вещественных доказательств проводится в любой момент судебного следствия по ходатайству сторон, указанный осмотр может проводиться судом по месту их нахождения (ст. 284 УПК РФ).

Следует отметить также, что согласно УУС протоколы, составленные в ходе предварительного следствия, и другие письменные доказательства читались в судебном заседании лишь по требованию сторон и при признании этого необходимым судом или присяжными (ст. 687). В УПК РСФСР (ст. 446) не было конкретного указания по поводу порядка исследования протоколов следственных действий, однако мы не считаем, что порядок, который был определен УУС, являлся правильным. Это объясняется тем, что рассматриваемый порядок противоречил такому общему условию судебного разбирательства, как устность и непосредственность исследования доказательств в суде. Указанный недостаток присутствует и в УПК РФ (ч. 2 ст. 285), где протоколы следственных действий, заключение эксперта и иные документы оглашаются

62

стороной или судом, на основании постановления или определения суда в ре- зультате заявленного ходатайства стороны.

Таким образом, наличие указанного положения может привести к тому, что если стороны, суд или присяжные не проявят инициативы в исследовании доказательств, то они не будут оглашены, а, следовательно, положены в основу вердикта и приговора1.

В ходе судебного следствия могут проводиться такие судебные действия как следственный эксперимент (ст. 288 УПК РФ), предъявление для опознания (ст. 289 УПК РФ), освидетельствование (ст. 290 УПК РФ), а также осмотр местности и помещения (ст. 287 УПК РФ). Они проводятся судом по ходатайству сторон, а так же по собственной инициативе.

В ст. 335 УПК РФ, установлено, что судья по собственной инициативе, с учетом мнения сторон, а также по ходатайству сторон исключает из уголовного дела доказательства, недопустимость которых выявилась в ходе судебного разбирательства.

По окончании судебного следствия (согласно УУС) стороны уже не могли представлять новые доказательства, но суд мог разрешить возобновление следствия для представления новых доказательств, давая противной стороне возможность приготовиться к состязанию (ст. 733, 734). В этом случае суд откладывал дело слушанием на время подготовки.

В отличие от ст. 733, 734 УУС, содержащих правило возобновления судебного следствия при появлении новых доказательств, в ст. 291 УПК РФ законодатель установил более рациональную процедуру, которая предусматривает возможность не исследовать дело вновь, а продолжить судебное следствие, дополнив его новыми фактическими данными.

После представления доказательств суд с участием присяжных заседателей переходит к выслушиванию прений сторон. Принципиально регламента-

1 Авторское решение данной проблемы см.: в третьем параграфе второй главы настоящей работы.-С. 122.

63

ция этого этапа в вышеназванных процессуальных источниках практически одинаковая. Вместе с тем из ст. 447 УПК РСФСР неясно, вправе ли государственный обвинитель в своей речи дать не только анализ доказательств, исследованных в ходе судебного следствия, но и высказать мнение по существу наказания, которое должно быть назначено судом каждому из подсудимых. Статья 738 УУС такого права прокурору не предоставляла, так как это могло негативно сказаться на внутреннем убеждении присяжных. Статья 447 УПК РСФСР оставляла данный вопрос открытым, указывая на то, что в своих речах стороны не могут упоминать обстоятельства, не подлежащие рассмотрению с участием присяжных заседателей. Ст. 292 и 336 УПК РФ более детально регламентирует рассмотренный порядок. Указанные статьи, в сущности, повторяют основные положения, которые были изложены в ст. 447 УПК РСФСР, но содержат и новеллы. Например, ст. 292 УПК РФ допускает участие подсудимого, имеющего защитника в прениях сторон по его ходатайству, что является дополнительной гарантией прав подсудимого. В ч. 3 ст. 336 УПК РФ стороны не вправе ссылаться в обосновании своей позиции на доказательства, которые в установленном порядке признаны недопустимыми или не исследовались в судебном заседании. В ч. 2 и 3 ст. 336 УПК РФ законодатель акцентирует внимание председательствующего на обязательности разъяснения присяжным заседателям, о том, что они не должны учитывать при вынесении вердикта те обстоятельства, указанные в п. 2 и 3 ст. 336 УПК РФ, на которые им укажет судья. Однако рассмотренный нами выше вопрос, касающийся позиции обвинителя, так и не решен в УПК РФ.

Полагаем, что прокурор должен иметь право высказать в судебных пре- ниях собственное мнение о виде и размере наказания в отношении каждого из подсудимых. Во-первых, он излагает позицию стороны обвинения о пределах тех требований, которые имеет к подсудимому государство или личность, потерпевшая от преступления. Во-вторых, присяжные заседатели до удаления в совещательную комнату должны иметь ясное представление о том, к какому наказанию может быть приговорен подсудимый в зависимости от их вердикта,

64

а также в каких пределах им предлагается обсудить вопрос о снисхождении виновного.

Заслушав прения и возможные реплики сторон, суд предоставляет по- следнее слово подсудимому (ст. 448 УПК РСФСР; ст. 337 УПК РФ). Следует отметить, что УУС не выделял последнее слово подсудимого в качестве самостоятельного этапа судебного разбирательства, скромно упоминая о том, что подсудимый выступает всегда последним после состоявшихся судебных прений (ст. 749 УУС). Однако И.Я. Фойницкий прямо указывает на то, что подобные объяснения подсудимого следует рассматривать именно как последнее слово подсудимого, не предоставление которого есть существенное процессуальное нарушение . В УПК РФ (ст. 337) более конкретно урегулирован этот вопрос, выделяя последнее слово подсудимого в самостоятельную и достаточно полно урегулированную норму, гарантирующую права подсудимого.

Существенным этапом судебного разбирательства в суде с участием присяжных заседателей является также постановка и обсуждение вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями. Согласно УУС (ст. 750-764), УПК РСФСР (ст. 449-450) и УПК РФ (ст. 338, 339) органом составления вопросов является суд. Именно он, с учетом мнения сторон, в окончательном виде формулирует вопросы, которые могут быть поставлены на разрешение коллегии присяжных заседателей. Согласно ч. 3 ст. 338 УПК РФ на время обсуждения и формулирования вопросов присяжные заседатели удаляются из зала судебного заседания. Указанная норма, представляется нам нецелесообразной.

Применительно к УУС, в соответствие с Законом от 15.05.1886 г., фор- мулировка данных вопросов могла быть исправлена и по замечаниям присяжных. Причем это право принадлежало не коллегии в целом, а каждому из присяжных в отдельности (ст. 762 УУС). Последнее правило представляется

1 Фойницкий И.Я. Указ. раб. - С. 447; см. также: Чельцов-Бебутов М.А. Указ. раб. - С. 789.

65

целесообразным, однако как в УПК РСФСР, так и в УПК РФ оно не предусмотрено1.

Выслушав замечания сторон, присяжных заседателей, при необходимости в соответствии с ними предложенные вопросы, председательствующий (согласно УУС — суд) окончательно формулирует их в особом вопросном листе, который подписывается коронным составом суда. В соответствии с УПК РСФСР предусматривалось, что кроме основных вопросов на разрешение присяжных ставится также вопрос о том, заслуживает или не заслуживает подсудимый снисхождения либо особого снисхождения (ч. 4 ст. 449).

Согласно ч. 4 ст. 340 УПК РФ присяжные заседатели могут признать подсудимого заслуживающим снисхождения. Решение вопроса о признании подсудимого заслуживающим особого снисхождения нормы УПК РФ не предусматривают. Данная норма представляется нам оправданной, поскольку целесообразности в рассмотрении особого снисхождения нет, так как снисхождение присяжных к подсудимому уже рассматривается судом как основание назначения более мягкой меры наказания. Указанные вопросы, регламентируются уголовным законом, а не уголовно-процессуальными нормами вследствие этого снисхождение может быть или не быть, тем самым оказывать или не оказывать влияние на применяемую уголовно-правовую норму. Поэтому вопрос особого снисхождения, по-нашему мнению, не правомерен.

Следует подчеркнуть, что правовые последствия такого признания весьма значительны для подсудимого (ст. 460 УПК РСФСР; ст. 349 УПК РФ). В смысловом отношении ч. 4 ст. 449 УПК РСФСР, ч. 4 ст. 339 УПК РФ постановка подобных вопросов носит императивный характер. Однако, в соответствии с ч. 7 ст. 451 УПК РСФСР председательствующий завершал напутственное слово лишь напоминанием присяжным заседателям о том, что в случае вынесения обвинительного вердикта они могут признать подсудимого заслу-

1 Предложения по данному кругу вопросов изложены нами в третьем параграфе второй главы настоящей работы. -С. 124.

66 живающим снисхождения либо особого снисхождения. Данный порядок закреплен в ч. 4 ст. 340 УПК РФ с той разницей, что подсудимый в данном случае может заслуживать только снисхождения. Данный вопрос в УУС решался более определенно: присяжные вправе лишь по собственной инициативе поставить вопрос о снисхождении в случае признания подсудимого виновным в совершении преступления. Полагаем, что такой порядок более оптимален и целесообразен, поскольку рассмотрение данного вопроса отдается на усмотрение присяжных, которые вправе в соответствии со своим внутренним убеждением обсуждать либо не обсуждать его. Нормы УПК РСФСР и УПК РФ изначально имеют принудительный характер: присяжные заседатели обязаны обсуждать этот вопрос, то есть априорно предопределяются их возможные ответы.

Согласно ст. 801 УУС, ст. 451 УПК РСФСР и ст. 340 УПК РФ перед удалением присяжных заседателей в совещательную комнату для вынесения вердикта председательствующий обращается к ним с напутственным словом. Данный этап судебного разбирательства более подробно регламентирован в УПК РСФСР и в УПК РФ: председательствующий в своем напутственном слове более полно охватывает круг обстоятельств и фактов, исследованных в ходе судебного следствия.

В соответствии с УУС и названными уголовно-процессуальными кодек- сами, суд должен сохранить объективность при освещении тех фактов и об- стоятельств, которые были предметом исследования в ходе судебного следствия и состязания в ходе судебных прений1. Нарушение этого правила могло вызвать мотивированные возражения сторон, которые должны быть заявлены непосредственно после произнесения напутственного слова и найти свое обя-

1 Однако в реальном отправлении такого практически не наблюдалось. «Судебная газета» отмечала в 1880-е гг., что «немногие председатели судов исполняют 801 ст. согласно идее законодателя», а «элемента равновесия, положенного в основу резюме, почти не бывает» // Судебная газета. - 1889. -№ 14.

67

зательное отражение в протоколе судебного заседания (ч. 9 ст. 451 УПК РСФСР).

Полагаем, что рассматриваемая норма содержала неточное предписание, устанавливая единый допустимый момент реализации права возражений сторон в силу ряда причин. Во-первых, законодатель устанавливал неопределенный момент возможности возражений сторон - «своевременно». Во-вторых, он не допускал высказывания возражений, если они не были озвучены в первом случае. Таким образом, вставал вопрос, в какой именно момент стороны могли использовать данное право. Исключая описанную неточность и допуская возможность выдвижения возражений после напутственного слова судьи, без указания на определенный момент времени, законодатель рациональнее закрепил процедуру выдвижения возражений в ч. 6 ст. 340 УПК РФ.

Вышеописанные правила (нормы) УУС не содержал. Данное правило выработала практика Сената1. В соответствии с ней стороны даже при наличии возражений не имели права прервать председательствующего и просить его об изменении или дополнении его речи. Возражения вносились в протокол судебного заседания лишь после выступления председательствующего.

Выслушав напутственное слово, присяжные заседатели удаляются в со- вещательную комнату для вынесения вердикта. Как нормы УУС (ст. 675, 806), УПК РСФСР (ст. 452), так и УПК РФ (ст. 341) строго охраняют тайну совещательной комнаты. Совещанием присяжных заседателей руководит старшина. Однако процедура совещания в том и другом случае различна. Устав не определял времени, в течение которого присяжные должны стремиться к вынесению единогласного решения. Никто не вправе был принудить их к окончанию совещания и подаче голосов по вердикту. Более того, любой из присяжных заседателей был вправе приостановить голосование, заявив, что он к нему еще не готов (ст. 807-809 УУС). Напротив, нормы ст. 453 УПК РСФСР и ч. 1 ст. 343 УПК РФ дают шанс на единогласное вынесение вердикта в течение пер-

Подробнее по этому поводу см.: Фойницкий И.Я. Указ. раб. - С. 467.

68

вых трех часов совещания. Если же по истечении третьего часа единогласного решения по всем трем основным вопросам вердикта не принято, присяжные обязаны приступить к голосованию, и решение принимается простым большинством голосов. Представляется, подобная норма более оптимальна, поскольку, с одной стороны, предоставляет присяжным заседателям достаточно времени, для того чтобы обстоятельно продумать и взвесить свое решение, выслушать аргументы коллег и прийти к действительно разумному решению. С другой стороны, она ограничивает возможность присяжных искусственно затянуть время вынесения вердикта ввиду немотивированных обсуждений тех или иных высказанных позиций.

Заслуживает внимания новелла, содержащаяся в ч. 6 ст. 343 УПК РФ, «При вынесении вердикта «виновен» присяжные заседатели вправе изменить обвинение в сторону, благоприятную для подсудимого». Данная норма не нашла своей дальнейшей процессуальной регламентации, что привело к ее неоднозначному пониманию. С одной стороны, присяжные заседатели не имеют права поддерживать или изменять обвинение, с другой стороны, законодатель не установил процессуальный порядок формулирования или изменения обвинения присяжными.

Согласно УУС (ст. 808) присяжные могли быть возвращены в зал судеб- ного заседания в следующих случаях: по инициативе председателя суда (при необходимости сделать дополнение к своему резюме); по ходатайству сторон с целью восстановить действительные обстоятельства дела; по инициативе самих присяжных при необходимости уточнения формулировок вопросного листа1. Кроме того, в соответствии с Законом от 15 мая 1886 года содержащиеся в вопросном листе вопросы, врученные присяжным заседателям, могли быть дополнены и исправлены.

Названные положения отсутствовали в УПК РСФСР (ст. 455), а так же отсутствуют и в УПК РФ (ст. 344), так как присяжные могут возвратиться в

См.: Систематический комментарий. Вып. V. - М., 1916. - С. 1362.

69

зал судебного заседания только по собственной инициативе и лишь по тем основаниям, которые указаны в ст. 455 УПК РСФСР и ст. 344 УПК РФ. Мы полагаем, что подобное регулирование процедуры является более целесообразным, поскольку в этом случае, как председательствующий, так и стороны получают достаточно времени, для того чтобы высказать свое отношение к делу.

Процедура провозглашения вердикта коллегии присяжных заседателей, которая была представлена в УУС (ст. 816), практически идентична подобной процедуре в УПК РСФСР (ст. 456).

Практически одинаково понимались Уставом, УПК РСФСР, понимаются УПК РФ и правовые свойства вердикта в части, касающейся его обязатель- ности для коронного состава суда (ст. 818-819 УУС; ст. 459 УПК РСФСР; ст. 348 УПК РФ). Однако УПК РСФСР и УПК РФ более подробно описывает ситуацию, связанную с несогласием председательствующего с обвинительным вердиктом присяжных. Так, если согласно Уставу для роспуска коллегии и направления дела на новое рассмотрение в ином составе присяжных было достаточно установить, что осужден невинный (ст. 818 УУС), то УПК РСФСР и УПК РФ различают две совершенно самостоятельные ситуации.

В случае если, по мнению судьи, не установлено событие преступления (п. 1 ст. 5 УПК РСФСР; п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ) либо не доказано участие подсудимого в совершении преступления (п. 3 ч. 2 ст. 309 УПК РСФСР; п. 2 ч. 2 ст. 302 УПК РФ), он вправе распустить коллегию и направить дело на новое рассмотрение даже при обвинительном вердикте присяжных заседателей (ч. 3 ст. 459 УПК РСФСР; ч. 5 ст. 348 УПК РФ). Если отсутствует, по мнению судьи, состав преступления (п. 2 ст. 5 УПК РСФСР), суд вправе постановить оправдательный приговор (ч. 4 ст. 459 УПК РСФСР; ч. 4 ст. 348 УПК РФ). На наш взгляд, полезность подобной конструкции названной нормы сомнительна, ибо известно, что отсутствие события преступления одновременно означает отсутствие самого состава преступления. Поэтому остается неясным, что именно может побудить судью (при фактически равных правовых ситуациях)

70

в одном случае вынести оправдательный приговор, в другом - направить дело на новое судебное рассмотрение.

После оглашения вердикта деятельность коллегии присяжных заседателей завершается; председательствующий благодарит за работу и распускает коллегию (ст. 457 УПК РСФСР; ст. 346 УПК РФ). Дальнейший порядок и процедура судебного разбирательства связаны с обсуждением последствий вердикта, исследованием доказательств, которые не могли быть предъявлены присяжным, с разрешением вопроса о. юридической квалификации содеянного подсудимым, а также назначения ему наказания и разрешения гражданского иска. Исследование этих обстоятельств происходит в форме состязания сторон и фактически по правилам судебных прений. При этом стороны не вправе затрагивать в своих речах и ставить под сомнение обоснованность вердикта присяжных (ст. 823 УУС; ст. 458 УПК РСФСР; ст. 347 УПК РФ).

По окончании прений сторон суд удаляется в совещательную комнату для постановления приговора. Согласно Уставу (ст. 827), УПК РСФСР (ст. 462), а также УПК РФ (ст. 351) описательная часть приговора не требует приведения и анализа доказательств, исследованных в ходе судебного следствия, поскольку приговор мотивируется лишь ссылкой на вердикт присяжных заседателей.

Не имеет существенных отличий (в плане предпринятого анализа) про- возглашение приговора и разъяснение особенностей его кассационного обжалования как в одном, так и в другом процессуальном порядке. В УПК РФ отсутствуют особенности кассационного обжалования приговора, вынесенного в суде присяжных заседателей. Он обжалуется в общем порядке в соответствии с Разделом XIII настоящего кодекса1.

1 Исключением выступает ч. 2 ст. 379 УПК РФ в которой не является основанием отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, основание указанное в п. 1 настоящей статьи (несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой или апелляционной инстанции). См.: Федеральный Закон № 58-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 29 мая 2002 г. // Российская газета. - 2002. - 1 июня.

71

Резюмируя изложенное, приходим к выводу, что УУС, УПК РСФСР, а также УПК РФ своеобразно закрепляют судопроизводство в рассмотренном порядке, что обусловлено спецификой общественных отношений, регулируемых этими законами.

Считаем, что эффективность использования института суда с участием присяжных заседателей прямо зависимо от степени уровня правового, социально-экономического, нравственного развития общества от их прямой и обратной комплексной взаимосвязи.

Однако введение некоторых процедур отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, содержащихся в УУС, в современное законодательство явилось бы прогрессивным шагом судебной реформы. Однако в положениях УПК РФ эти нормы объективно требуют дальнейшего усовершенствования в соответствии с современными условиями развития общественных отношений. В существующем виде УПК РФ не лишен недостатков. Наше видение этих недостатков и возможные варианты их устранения в целях оптимизации функционирования суда с участием присяжных заседателей изложено в главе второй настоящего исследования.

72

Глава 2. СОВРЕМЕННАЯ МОДЕЛЬ РОССИЙСКОГО СУДА С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ В СИСТЕМЕ УГОЛОВНО- ПРОЦЕССУАЛЬНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

§ 1. Теоретические и методологические основы исследования механизма правового регулирования порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей

Проблема механизма обеспечения потребностей и законных интересов личности в сфере уголовного судопроизводства существенно связана с механизмом правового регулирования в сфере установления правового статуса: предоставлением прав, свобод и наложением обязанностей как гарантии обеспечения прав и свобод личности в данном процессе. Всесторонний и максимально полный анализ комплекса вопросов, касающихся названных проблем, позволит выяснить каким образом в действительности реализуются названные права и свободы, в чем причины неэффективности той или иной уголовно-процессуальной процедуры или процесса в целом, а также определить потенциальные тенденции их оптимизации.

Известно, что уголовно-процессуальное регулирование - это форма це- ленаправленного воздействия государства на общественные отношения в сфере уголовного судопроизводства с помощью специфического правового механизма.

Данное регулирование включает в себя:

  • уголовно-процессуальные нормы, устанавливающие правила поведения субъектов уголовно-процессуальной деятельности;

  • определение процессуальной правосубъектности, необходимой для эффективного осуществления названной деятельности;

73

  • установление юридических фактов, влекущих определенные процессуальные последствия;
  • урегулирование конкретных прав и обязанностей участников процес-са1.
  • Изложенные элементы в совокупности образуют механизм уголовно- процессуального регулирования, неотъемлемой частью которого является и механизм обеспечения прав, свобод и законных интересов всех участников уголовного процесса.

Важнейшую часть механизма правового регулирования, а, следовательно, и механизма обеспечения прав и свобод участников процесса, составляют уголовно- процессуальные нормы, устанавливающие статус всех участников уголовного судопроизводства. Эти нормы устанавливают правила поведения в уголовном процессе, меры, средства и пути обеспечения прав и законных интересов сторон в нем, а, кроме того, и полномочия ведущих процесс управо-моченных государственных органов и должностных лиц в осуществлении названной правообеспечительной функции. В процессуальном статусе участников процесса преломляется все многообразие их интересов, находят свое выражение их конкретные права и обязанности, а также реальное положение в системе складывающихся на досудебном и судебном этапе уголовно-процессуальных отношений.

В уголовном процессе правовой статус каждого из его участников определяется тем, что он первоначально является субъектом уголовно-процессуального права и возникающих на его основе уголовно-процессуальных отношений, что определяет наделение каждого из них таким свойством, как процессуальная правосубъектность. Суть процессуальной правосубъектности состоит в том, что при возникновении, предусмотренных за-

Подробнее по этому поводу см.: Зусь Л.Б. Правовое регулирование в сфере уголовного судопроизводства. - Владивосток, 1984. — С. 71.

74

коном условий лицо способно обладать и лично реализовывать соответст- вующие его правовому статусу субъективные права и нести обязанности.

Данная правосубъектность возникает с того момента, когда в установ- ленном законом порядке лицо признано, допущено или привлечено в качестве полноправного участника уголовного процесса, поскольку только с этого момента оно наделяется соответствующими правами для защиты своих личных или представляемых интересов, и на него возлагаются предусмотренные законом обязанности .

Процессуальный статус личности в уголовном процессе не может харак- теризоваться только наличием прав и обязанностей, хотя они являются основой такого статуса. Н.И. Матузов, как нам представляется, верно, раскрывает данное утверждение, утверждая, что недостаточно предоставить права, необходимо также установить четкие юридические гарантии этих прав, способы их охраны и защиты, обеспечить неприкосновенность личности и ее интересов. В связи с этим в процессуальный статус личности а, следовательно, в механизм обеспечения прав, свобод и законных интересов личности обязательно должны быть включены правовые гарантии2.

Вышеописанное достаточно значимо, поскольку, именно процессуальные гарантии являются главной и неотъемлемой составляющей рассматри- ваемого механизма, содержащие практически все элементы механизма правового регулирования, для обеспечения баланса законных интересов личности и правосудия в уголовном процессе.

В юридической литературе процессуальные гарантии определяются как средства и условия, обеспечивающие решение задач правосудия и охрану прав личности3. Единство интересов правосудия и личности во многом определяет единство их процессуальных гарантий, что, не исключает возможности раз-

1 См.: Советский уголовный процесс / Отв. ред. Д.С. Карев. - М., 1975. — С. 79.

2 См.: Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. - Саратов, 1972. - С. 191,289.

3 См.: Горский Г.Ф. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе / Г.Ф. Гор ский, Л.Д. Кокорев, П.С. Элькинд. - Воронеж, 1978. - С. 229.

75

ноаспектного анализа их содержания в случае действительной
необходимости1.

Для проводимого исследования считаем необходимым, проанализировать следующие виды процессуальных гарантий:

1) уголовно-процессуальных норм и закрепленных в них прав и обя- занностей участников процесса2; 2) 3) принципов уголовного процесса, понимаемых как руководящие пра- вовые идеи, исходные начала, которыми должны руководствоваться участники уголовно-процессуальной деятельности; 4) 5) уголовно-процессуальной формы отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей; 6) 7) деятельности участников судебного разбирательства в суде с участием присяжных заседателей; 8) 9) системы контроля законности и обоснованности принимаемых про- цессуальных решений и процессуальных действий3. 10) Полноценное функционирование каждого отдельного из этих элементов и механизма в целом в результате направлено на успешную реализацию на- значения уголовного судопроизводства. Поэтому в пределах данных элементов исследуем, каким образом и в какой степени правовое регулирование порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей и

Так, в рамках второго параграфа данной главы исследованы лишь те из уголовно- процессуальных гарантий, которые относятся к гарантиям личности и, соответственно входят в структуру механизма обеспечения прав, свобод и законных интересов личности. Что касается взаимосвязанных с ними гарантий должного отправления правосудия, то ме- ханизм их регулятивного воздействия на судопроизводство в суде с участием присяжных заседателей более подробно рассмотрен в третьем параграфе данной главы.

2 Мы не касаемся, существующего спорного вопроса, что именно выступает в качестве процессуальных гарантий: права и обязанности, закреплённые в нормах, или нормы, закре пляющие права и обязанности. Поскольку, названный спор, мы считаем, разрешен, так как только едино эти категории могут выступать в качестве процессуальных гарантий. — См. по этому поводу: Горский Г. Ф. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе / Г.Ф. Горский, Л.Д. Кокорев, П.С. Элькинд. - Воронеж, 1978. - С. 230.

3 Рассмотренная система процессуальных гарантий не окончательна, поскольку содержит и другие элементы. Подробнее см.: Там же. - С. 230-235.

76

практика его применения в ряде регионов России способствуют достижению целей правосудия и реализации назначения процесса в целом, а также обеспечению прав, свобод и обязанностей человека и гражданина в уголовном процессе.

Следует, подчеркнуть, что исследование элементов процессуальных га- рантий, представляется правильным, лишь в их взаимосвязи и взаимодействии, исходя из того, что процессуальные нормы, принципы, уголовно-процессуальная форма и деятельность участников уголовного судопроизводства тесно взаимообусловлены, в связи, с чем реальное их положение в механизме правового регулирования может быть исследовано именно в многообразии существующих взаимосвязей и взаимозависимостей.

2.1.1. Принципы уголовного судопроизводства.

Первоосновой данного анализа являются принципы уголовного судо- производства, поскольку именно через их содержание и нормативное воплощение в уголовном процессе реализуются основополагающие мировоззренческие идеи относительно должного и сущего в уголовно- процессуальном праве и деятельности.

Принципы уголовного процесса, считает В.Т. Томин, это мировоззрен- ческие идеи относительно должного в уголовном судопроизводстве, определившие его (судоустройства) наиболее существенные черты1.

Существенными признаками принципа, по мнению В.Т. Томина , является то, что они:

Томин В. Т. О понятии принципа советского уголовного процесса // Труды Высшей школы МООП РСФСР. - 1965. - Вып. 12. - С. 193-198; он же: Ленинские принципы советского уголовного процесса // Труды высшей школы - М., 1970. - Вып. 27. - С. 193- 197; Практикум по советскому уголовному процессу / Под. общ. ред. В.Т. Томина, Г.Н. Козырева. - С. 11-12; и др. Названные признаки принципа развиты В.Т. Томиным в фондовой лекции: «Принципы уголовного процесса». См.: Фонд кафедры уголовного процесса Нижегородской академии МВД России. 2 Томин В.Т. «Принципы уголовного процесса».-С. 511.

77

а) характеризуют уголовно-процессуальную деятельность, а не уголов но-процессуальное право1;

б) являются идеями мировоззренческого характера;

в) обязательно отражаются в нормах;

г) пронизывают все стадии уголовного процесса;

д) выступают в качестве идей наиболее высокой для уголовного судо производства степени общности2.

Последнее замечание особенно важно, поскольку позволяет В.Т. Томи-ну сформулировать в качестве принципа идею наиболее высокой степени общности, включающую в себя и менее существенные, но достаточно значимые для уголовного судопроизводства идеи, входящие в ее содержание как элементы в целое. Методологическая ценность подобного подхода позволит в дальнейшем исследовать отдельные правовые идеи, называемые рядом авторов принципами, в качестве составных элементов более общей и более богатой по содержанию идеи, реально являющейся принципом процесса.

Принципы уголовного процесса в своей совокупности образуют единую систему. Система, как известно, отличается от простой совокупности ком- понентов прежде всего появлением у нее так называемых интегральных свойств, то есть таких свойств, которыми обладает лишь система в целом. Поэтому следует согласиться с мнением В.Т. Томина о том, что ни один принцип уголовного процесса, каким бы важным он нам не представлялся, взятый отдельно от других, не дает адекватного представления о том или ином уголовном судопроизводстве.

Исходя из того, что принципы определяют уголовно-процессуальную деятельность, а не уголовно-процессуальное право, методологически важно, что именно этими идеями должны руководствоваться все участники (субъекты) уголовно-процессуальной деятельности, как на досудебном этапе, так и в суде.

2 Томил В.Т. Принципы уголовного процесса: Фондовая лекция. - С. 5-7. и др.; он же: О понятии принципа… - С. 193-198; он же: Ленинские принципы… — С. 193-197; Практикум по советскому уголовному процессу. - С. 11—12; и др.

78

Представляется также правильным утверждение о том, что изъятия из системы принципов достаточно значимых для нее компонентов может при- вести к исчезновению определенных интегративных свойств системы. Применительно к уголовному процессу это означает, что изъятие из системы принципов одной или нескольких идей делает всю систему неадекватной тому явлению, которое она призвана определять, то есть уголовному процес-су1.

В УПК РФ принципам уголовного судопроизводства посвящена отдельная глава 2, что говорит о тенденции теоретизации законодательства. Норма- тивное закрепление принципов уголовного процесса носит характер их постатейного описания, то есть в данном случае имеет место конструкция «один принцип - одна статья УПК». В данном ракурсе мы согласны с позицией ав-торов комментария к УПК РФ и также считаем, что формулировать принципы в законе, причем локально в рамках отдельных глав и статей, нецелесообразно, поскольку предложенный законодателем перечень принципов не составляет систему, так как не содержит некоторых важных идей, призванных определять уголовный процесс. «Практически ни одна процессуально-правовая норма не есть проявление какого-нибудь принципа. Правила, регламентирующие обыск, допрос, заключение под стражу и т.д. и т.п., суть компромисс между несколькими (при достаточно глубоком исследовании — всеми) принципами уголовного процесса. Правоприменитель в праве ожидать от законодателя предписаний о способах действования, а не общих формулировок»3.

Разделяя в основном позицию В.Т. Томина в вопросе о системе принципов уголовного процесса, обозначим семь идей, составляющих эту систе-

См.: Курс советского уголовного процесса: Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. - М., 1989. - С. 140; Томин В.Т. Принципы уголовного… - С. 5-6; и др.

2 См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации: Ввод ный / В.Т. Томин, М.П. Поляков, А.С. Александров. - М., 2002. - С. 26-27.

3 См.: Там же. /

79

му1. При этом для лучшего понимания сути той или иной идеи определим и формулу принципа, отражающую, по мнению В.Т. Томина, ее сущность и содержание :

Принцип: законности. Формула: действующие правовые нормы должны неукоснительно исполняться и соблюдаться.

Данный принцип уголовного процесса является модификацией обще- правового принципа законности и заключается, во-первых, в наличии оптимального количества процессуальных норм, во-вторых, в их скрупулезном соблюдении.

Данный принцип нашел свое отражение в ст. 7 УПК РФ, в которой за- креплены верховенство уголовно-процессуального закона, юридические последствия нарушения данного закона и свойства правоприменительных решений, вынесенных в соответствии с этим законом.

Именно эти составляющие, исследованные в своем диалектическом единстве, должны наполнять содержанием идею законности уголовно- процессуальной деятельности в суде с участием присяжных заседателей, взаимно дополняя, и обогащая друг друга.

Принцип: публичности (официальности). Формула: компетентные госу- дарственные органы начинают и ведут уголовный процесс к достижению его цели в силу возложенной на них обязанности, не ставя принятие решений или совершение действий в зависимость от позиции и деятельности заинтересованных лиц.

В.Т. Томин не включает в свою систему некоторые идеи, которые в юридической литера- туре нередко формулируются как самостоятельные и достаточно значимые принципы уголовного судопроизводства. С одной стороны, это вызвано тем, что ряд авторов не видит существенной разницы между принципами и идеями, которые проявляют себя лишь на одной или нескольких стадиях процесса, выступая в них либо в качестве общих условий предварительного расследования (гл. 21 УПК РФ), либо общих условий судебного разбирательства (гл. 35 УПК РФ). С другой стороны, отдельные идеи при более тщательном подходе полностью охватываются смыслом и содержанием более общей идеи, которая правильно формулируется В.Т. Томиным в качестве принципа. 2 См.: Практикум по советскому уголовному процессу. - С. 11-12.

80

Нормативное проявление этой идеи можно найти в ст. 21, 140, 146 и других статьях УПК РФ.

Идеей, полярной публичности, является диспозитивность (от лат. dispositivus - возможность для стороны свободно распоряжаться своими материальными и процессуальными правами).

Современный уголовный процесс отдает приоритет началам диспози- тивности. На проявление данной идеи, к примеру, указывают глава 33, ч. 5 ст. 37, а наиболее ярко указывает глава 40, которая ограничивает принцип публичности началом диспозитивности.

Правильное же определение механизма взаимодействия этих полярных идей в условиях состязательной процедуры суда с участием присяжных заседателей есть важнейшее условие эффективности отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей.

Принцип: разделение процессуальных функций. Формула: различные (основные) уголовно-процессуальные функции: обвинения, защиты и разрешения дела — должны быть возложены на различных участников процесса.

Одним из наиболее существенных проявлений данного принципа является идея осуществления правосудия только судом. Представляется, что в содержание данного принципа (как идеи наиболее высокой степени общно- сти) может быть включена также идея состязательности процесса и равенст- ва прав сторон в нем, закрепленная в ст. 123 Конституции Российской Федерации1. В УПК РФ рассматриваемые идеи осуществления правосудия только судом (ст. 8) и состязательности сторон (ст. 15) закреплены как отдельные принципы.

Насколько реально реализуются данные принципы при осуществлении правосудия судом с участием присяжных заседателей нами будет рассмотрено в следующих параграфах данной главы.

Подробнее об этом см.: параграф второй настоящей главы. - С. 88-90.

81

Принцип: народовластия. Формула: гражданам обеспечивается воз- можность влияния на уголовное судопроизводство и осуществления контроля за ним.

Проявление принципа народовластия в уголовном процессе выражается в участии представителей гражданского общества в творении акта правосудия в лице присяжных заседателей.

К данному направлению проявления принципа народовластия примыкает установление зависимости и самой возможности принятия решений от позиции гражданского общества.

Глава вторая УПК РФ не содержит данный принцип в их перечне. Кроме того, из нового УПК исчез институт народных заседателей, а также обще- ственные обвинители и общественные защитники, что сужает действие дан- ного принципа и значительно затрудняет обратную связь с обществом.

Принцип: процессуальной независимости должностных лиц участников процесса. Формула: должностные лица, ведущие процесс, осуществляют свои процессуальные функции независимо от каких бы то ни было органов и должностных лиц.

Важной составной частью этого принципа является независимость судей и подчинение их только закону (ч. 3 ст. 15). Полагаем, что в суде с участием присяжных заседателей названная составляющая имеет свою специфику, которая трудно объяснима с позиций здравого смысла, поскольку в названном суде председательствующий по делу и его внутреннее убеждение об обстоятельствах дела подчинено позиции коллегии присяжных заседателей при вынесении приговора на основе того или иного вердикта присяжных1.

Принцип: обеспечение законных интересов личности в процессе. Формула: законные интересы лиц, вовлекаемых в уголовном судопроизводстве, не должны ущемляться ни на йоту больше, чем это необходимо для реализа- ции назначения уголовного процесса.

Подробнее об этом см.: параграф второй настоящей главы. - С. 101-109.

82

Некоторые авторы зачастую сводят данную идею подчас к ее же составной части - к обеспечению, обвиняемому права на защиту. На наш взгляд, это неверно, поскольку обеспечение права обвиняемого на защиту — это лишь одно из проявлений данного принципа. В уголовном процессе есть участники, которые не меньше чем обвиняемый нуждаются и, как правило, больше него заслуживают защиты своих законных интересов, — к примеру, потерпевший, гражданский истец и другие. Поэтому методологически верным представляется именно комплексное рассмотрение этой идеи. Так, в УПК РФ (ст. 11) эта комплексно рассмотренная идея нашла свое нормативное закрепление.

Частным проявлением данного принципа, на наш взгляд, выступает идея презумпции невиновности обвиняемого (ст. 49 Конституции РФ), которая целым рядом авторов рассматривается как самостоятельный принцип уголовного процесса1. Полагаем, что исследование в этом аспекте уголовно-процессуальной формы разрешения дела в суде с участием присяжных заседателей позволит проследить реальный механизм опровержения данной презумпции посредством надлежащей уголовно- процессуальной процедуры.

Принцип: объективной истины. Формула: основные (конечные) решения по уголовному делу принимаются на основе познания объективной истины или констатации невозможности ее достижения.

Конечные решения — это решения, завершающие производство по делу (приговор, постановление либо определение о прекращении дела).

По УПК РФ суд формально не обязан больше устанавливать объективную истину, но обязан констатировать истину судебную, поскольку сущность уголовного процесса теперь состоит в его состязательности.

Отказ от прямого нормативного требования о полноте, всесторонности и объективности расследования также косвенно указывает на отказ законодате-

1 Данный принцип закреплен в ст. 14 УПК РФ, как самостоятельный принцип уголовного судопроизводства.

83

ля от концепции «объективной истины», противоречащей состязательности. В данном случае суд устанавливает истину по делу в зависимости от количества и качества доказательств, собранных сторонами в одностороннем порядке для отстаивания интересов каждой из сторон. В результате чего любая активность суда в процессе доказывания и производстве по делу расценивается, как препятствие равноправному состязанию сторон. По сути, в соответствие с УПК РФ, суд становится «фиксатором», вследствие чего теряется всякий смысл отправления правосудия.

Однако состязательность в российском уголовном процессе, по мнению многих ученых1 не является самоцелью процесса, не означает пассивности суда в исследовании доказательств, и не должна посягать на другие основополагающие принципы. Поэтому, считаем, что судья должен принять во внимание, учесть и проанализировать все представленные сторонами доказательства, выслушать их доводы, дать им правильную правовую оценку, а при возникновении у него сомнений, судье нельзя запрещать делать то, что он считает необходимым для их устранения. Это не должно расцениваться, как необходимость выявлять уличающие или оправдывающие обвиняемого, а также отягчающие и смягчающие его вину обстоятельства, что не противоречит состязательным началам отправления правосудия.

В результате проведенного анализа норм УПК РФ, диссертант пришел к выводу, что законодатель не смог до конца отказаться от принципа объек- тивной истины, который, потеряв значение доминирующей идеи, все же на- шел свое отражение, к примеру, в таких нормах УПК РФ, как: ч. 2 ст. 21, ч. 2 ст. 154, ч. 6 ст. 246, п. 2 ч. 2 ст. 250, ч. 1 ст. 283, ч. 4, 5 ст. 348, ст. 410 и т. д.

См.: Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. - М., 1956. - С. 101; Полянский Н.Н. Проблемы судебного права / Н.Н. Полянский, М.С. Строгович, Н.М. Савицкий, А.А. Мельников. - М., 1983. - С. 164-165; Тащилина СМ. Участие адвоката — защитника в уголовно-процессуальном доказывании: Автореф. дис.канд. юр. наук. - Сара- тов, 2001. - С. 12-14. и др.

84

На основании изложенного полагаем, что, несмотря на отсутствие в нормах УПК РФ термина «объективная истина», данная идея имеет место и играет немаловажную роль в российском уголовном судопроизводстве1.

2.1.2. Уголовно-процессуальная форма.

Процессуальная форма является важнейшей гарантией реализации на- значения уголовного судопроизводства и правосудия в частности, а также эффективного обеспечения прав и законных интересов личности в уголовном процессе.

По мнению М.Л. Якуба , процессуальная форма «представляет совокуп- ность процессуальных условий производства по уголовному делу в целом и каждого отдельного следственного и судебного действия» . Вследствие чего она всегда должна быть урегулирована уголовно-процессуальным законом для установления порядка деятельности органов предварительного расследования, прокурора, суда и других участников уголовного судопроизводства. С методологических позиций категория уголовно-процессуальной формы является универсальной и, на наш взгляд, может быть рассмотрена: на уровне общего -как исторически сложившийся тип уголовного процесса (инквизиционный, состязательный, смешанный); на уровне особенного — как предусмотренный действующим уголовно-процессуальным законодательством вид производства по конкретному делу (на досудебном и судебном этапах); на уровне единич-

Вопросы объективной истины, состязательности процесса — это темы отдельных диссер- тационных исследований, поэтому пристального внимания диссертант им не уделяет в силу ограниченного объема настоящей работы.

2 Анализируя позицию М.Л. Якуба, мы не рассматриваем все многообразие мнений по по воду понятия и содержания уголовно-процессуальной формы, а также все проблемный во прос о пределах ее дифференциации. Во-первых, это необоснованно расширит предмет на меченного исследования, во-вторых, вопрос достаточно исследован в теории уголовно- процессуальной науки. Наша важнейшая задача - понять, в чем заключается специфика этого средства как важнейшей уголовно-процессуальной гарантии. Что же касается суще ствующей дискуссии, то подробнее по этому поводу см., например: Горский Г.Ф. Очерк раз вития науки уголовного процесса / Г.Ф. Горский, В.Г. Даев, Л.Д. Кокорев - С. 31-37; Лен ский А.В. Дифференциация уголовного процесса / Под. общ. ред. М.К. Свиридова - М., 2000. - С. 320; и др.

3 Якуб М.Л. Процессуальная форма в советском уголовном судопроизводстве (Понятие и свойства) // Сибирские юридические записки. - 1973. - Вып. 3. - Иркутск-Омск, - С. 161.

85

ного - как условия, порядок и последовательность совершения каждого из следственных или процессуальных действий, предусмотренных действующим уголовно-процессуальным законом. ‘

Применительно к предмету данного исследования предполагается анализ: состязательного уголовного процесса (категория общего); производства в суде с участием присяжных заседателей (категория особенного); порядка, процедур и условий производства действий суда и сторон в подобном про- цессе (категория единичного).

Исследуя уголовно-процессуальную форму, представляется верным по- зиция П.С. Элькинд в вопросе о том, что оптимальная уголовно- процессуальная форма должна отвечать требованиям: 1) законности; 2) этичности; 3) научности; 4) эффективности; и 5) экономичности,1 так как только в единстве этих условий она в состоянии обеспечить реализацию назначения уголовного судопроизводства.

2.1.3. Уголовно-процессуальная деятельность.

Достижение цели доказывания, цели правосудия, обеспечение прав и законных интересов участников процесса, государства и общества возможно только посредством оптимальной, законной и обоснованной деятельности суда, сторон и других участников уголовного судопроизводства, проходящей в пределах и на основе уголовно- процессуальных отношений.

То обстоятельство, что эта деятельность во многом формируется и про- текает под влиянием не только уголовно-процессуальных, но и идеологических, политических, экономических, нравственно- психологических и других (нередко негативных) факторов, не лишает ее характера важнейшей уголовно-процессуальной гарантии, как полагает Э.Ф. Куцова2. Основательная законодательная регламентация рассматриваемой деятельности и порядок реализа-

1 Элькинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно-процессуальном праве. - С. 62-67.

2 Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе. - М., 1973. — С. 12— 13.

86

ции в пределах уголовно-процессуальных отношений способно либо максимально устранить эти факторы, либо снизить их воздействие на эффективность рассмотренной деятельности.

Несомненно, что в плане обеспечения уголовно-процессуальных гарантий ведущее место занимает деятельность суда и сторон.

2.1.4. Система проверки (контроля) законности и обоснованности принимаемых решений.

С учетом того, что уголовный процесс, как и любой другой вид челове- ческой деятельности, неидеален и нередко допускает судебные ошибки, вследствие чего законодателем в качестве возможной процессуальной гарантии предусмотрена независимая система проверки (контроля) законности и обоснованности целого ряда решений, принимаемых в рамках уголовного судопроизводства.

Составляющими этой системы являются: возможность кассационного и надзорного пересмотра судебных решений; судебный контроль за законностью и обоснованностью отдельных судебных решений, а также за процессуальными действиями органов предварительного расследования, прокурора и суда, осуществляемыми в рамках уголовного судопроизводства.

Указанные составляющие, несомненно, не охватывают всех элементов, образующих механизм правового обеспечения прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства и реализацию назначения процесса, однако, являясь его первостепенными составляющими, делают возможным проследить закономерности функционирования, присущие данному механизму, установить причины снижения его эффективности, определить пути оптимизации уголовно-процессуальной процедуры и нормативного ее регулирования.

В связи с этим представляется целесообразным именно в рамках назван- ных составляющих исследовать порядок отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей в судах общей юрисдикции Российской Федерации и выяснить, в какой мере установленная законодателем форма отправ-

87

ления правосудия в суде с участием присяжных заседателей в состоянии обеспечить гарантии прав личности, правосудие, а также назначение уголовного судопроизводства. Исследованию именно этого круга вопросов посвящены два следующих параграфа настоящей работы.

§ 2. Суд с участием присяжных заседателей в механизме обеспечения прав и обязанностей человека и гражданина в уголовном

судопроизводстве

В правовом государстве и обществе личность, ее права и свободы составляют главную социальную ценность, во имя утверждения которой функционируют политические, социально-экономические, правовые и другие государственные и общественные институты. В Конституции РФ впервые закреплено положение о том, что обеспечение и защита прав, свобод и законных интересов личности - главная задача демократического государства (и общества) (ст. 2, 18, 46 Конституции РФ).

Уголовное судопроизводство, в том числе и в суде с участием присяжных заседателей, как известно, предназначено для защиты прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений; защиты личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод; назначения виновным справедливого наказания и отказа от уголовного преследования невиновных, освобождения их от наказания; реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (ст. 6 УПК РФ).

Реализация этого назначения уголовного судопроизводства требует не только скрупулезного соблюдения законности, но и эффективного обеспечения прав й законных интересов каждого из.участников процесса как всец cor -О вокупностью средств, которыми располагает государство и общество, так и специфическими средствами, присущими уголовному судопроизводству.

88

Ранее уже отмечалось1, что в качестве наиболее эффективных средств реализации назначения уголовного судопроизводства выступают следующие уголовно-процессуальные гарантии: а) уголовно- процессуальные нормы; б) принципы уголовного процесса; в) процессуальная форма; г) уголовно-процессуальная деятельность; д) система проверки (контроля) законности и обоснованности судебных решений. В рамках этих составляющих рассмотрим, каким образом и в какой мере нормативная регламентация порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей и практика его реализации в состоянии обеспечить права, свободы, законные интересы и обязанности основных участников уголовного судопроизводства.

Так, в настоящее время считается общепризнанным тезис о том, что законодательные новеллы от 16.07.93 г., связанные с возвращением в уголовное судопроизводство России суда с участием присяжных заседателей, в качестве стержневых определяли идеи гласности, состязательности процесса и равноправия сторон в нем2. Идея состязательности процесса и равноправия сторон в нем нашла нормативное закрепление в ст. 429 УПК РСФСР, а спустя шесть месяцев была воспроизведена на конституционном уровне, объек-тивировавшись, по мнению ряда авторов3, в основополагающий конституционный принцип процесса (ст. 123 Конституции РФ).

В 2001 году в связи с принятием УПК РФ, состязательность процесса получила свое нормативное закрепление в ст. 15 нового УПК, где законодатель обозначил следующие ее положения: функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены

‘См.: С. 75-76 параграфа первого настоящей главы.

2 Подробнее см., например: Корепевскии Ю. Нужна ли суду истина? // Рос. юст. — 1994. - № 5. - С. 20-22; Тенчов Э.С. Объективная истина и суд присяжных / Э.С. Тенчов, О.В. Кузьмина // Гос. и право. - 1994. - № 11. - С. 132-140 и др.

3 См., например: Александров А С. Диспозитивность в уголовном процессе. - Н. Новгород, 1997. - С. 209.; Боннер А.Т. Принципы диспозитивности советского гражданско- процессуального права. - М., 1987. - С. 45; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - М., 1968. - Т. 1. — С. 151; Цыпкин А.Л. О диспозитивности в советском уголов ном процессе // Сов. гос. и право. - 1958. - № 3. - С. 130-132.

89

на один и тот же орган или на одно и тоже должностное лицо; суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или на стороне защиты; суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления, предоставленных им прав; стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Диалектика именно этих составляющих, по мнению законодателя, должна предопределить сущность и содержание норм, регламентирующих су- допроизводство в суде с участием присяжных заседателей, его движущие начала, права и обязанности его участников, наиболее полно и всесторонне гарантировать права и законные интересы его основных участников.

Полагаем, что некоторые элементы принципа состязательности, изло- женные выше, несомненно, отвечают требованиям современного уголовного судопроизводства. Однако сомнения вызывает безынициативное, пассивное процессуальное положение суда.

Поскольку суд, с одной стороны, обязан гарантировать справедливое и беспристрастное разрешение уголовного дела, обеспечивая равные процессуальные права для отстаивания своих позиций, и постановить законный, обоснованный и справедливый приговор; с другой стороны, он не в праве принимать решения: о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении; продолжить судебное разбирательство и разрешить его в общем порядке, если прокурор заявил отказ от обвинения, а также не может исследовать новые доказательства по своей инициативе (без ходатайства сторон). При этом суду отводится роль процессуального наблюдателя, что, на наш взгляд, вряд ли соответствует задачам уголовно-процессуального доказывания, и, как следствие, постановлению законного и обоснованного приговора, тем более, отве- чающего принципу справедливости. При таком положении суд в значительной мере становится «заложником» предъявленного обвинения, профессиональной квалификации государственного обвинителя и адвоката-защитника, реализуемой ими в судебном разбирательстве. Такое положение подрывает авторитет суда и веру в справедливое разрешение уголовного дела. Несомненно,

90

принцип состязательности в уголовном процессе должен иметь место, как один из основополагающих, однако, устранить суд полностью от собирания доказательств в современной России невозможно и даже опасно. Напротив, роль суда в оценке доказательств, в контроле за соблюдением закона всеми участниками уголовно-процессуального доказывания должна повышаться, как и ответственность суда за справедливый, законный, обоснованный приговор. Достаточно информативным по этому поводу является мнение 92,5% (185 чел.) судей и прокуроров, принимавших участие в нашем исследовании, считают, что действующая регламентация порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей значительно нуждается в совершенствовании. Шестьдесят пять процентов (130 чел.) считают, что совершенствование должно быть направлено на расширение активности суда в доказывании и в принятии значимых процессуальных решений, 20% (40 чел.) считают, что совершенствование должно быть направлено на расширение процессуальной компетенции стороны обвинения в доказывании и остальные 7,5% (15 чел.) считают, что совершенствование должно быть направлено на сужение активности суда в доказывании и в принятии значимых процессуальных решений.

Содержание идеи состязательности процесса, все еще оспариваемое представителями различных научных течений1, предельно точно, по нашему мнению, было сформулировано М.С. Строговичем2, он отметил, что элементами состязательности в уголовном процессе признаются: а) отделение обвинения от суда; б) процессуальное положение обвинителя и обвиняемого как сторон: в) процессуальное равноправие сторон; г) активное самостоятельное положение суда по отношению к сторонам.

Необходимо признать, что в настоящее время отдельные элементы со- стязательности стали неотъемлемым атрибутом анализируемого процессуаль-

1 См.: Алексеев КС. Очерк развития науки советского уголовного процесса / С.С. Алексеев, В.Г. Даев, Л.Д. Кокорев. - Воронеж, 1980. — С. 39-41; Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства // Российская юстиция - 1995. - № 8. - С. 40; и др.

2 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - С. 149-151.

91

ного порядка. Вместе с тем и в этом порядке отправления правосудия законодатель, на наш взгляд, не смог обеспечить действительный паритет прав стороны обвинения и защиты. Нередко это проявляет себя в кардинальных вопросах процесса.

Следует подчеркнуть, что уголовный процесс в целом и предусмотренный законодателем порядок отправления правосудия в суде с участием при- сяжных заседателей в частности не есть некая «вещь в себе», существующая исключительно ради собственного же существования. Как и любой другой вид государственной деятельности, уголовный процесс это средство достижения поставленной цели. Именно цель в конечном итоге предопределяет средства ее достижения, алгоритм деятельности и оценку достигнутого результата. В этом плане и процессуальная форма суда с участием присяжных заседателей является лишь средством достижения конечных целей (назначения) процесса. В связи с этим в рамках данной работы мы принимаем положение о том, что в современный период именно защита личности, ее прав и свобод, собственности есть не только приоритетная задача государства и обще- ства (ст. 2 Конституции РФ), но и конечная цель уголовного процесса, который является средством достижения поставленной цели.

Разделяя мнение В.Т. Томина о том, что первоначально право было соз- дано, как средство защиты законопослушного гражданина1, попытаемся ответить на вопрос, в какой мере обеспечивает равноправие сторон и защиту прав потерпевшего широко декларируемая в последние годы состязательная конструкция порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей.

2.2.1. Подсудность. В соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 30 УПК РФ к подсудности в суде с участием присяжных заседателей относятся все категории дел о преступлениях,

1 См.: Томин В.Т. Предмет внимания - законопослушный гражданин // Вестник ННГУ им. Н.И. Лобачевского. Правовые средства и методы защиты законопослушного гражданина. -Н.Новгород, 1996. -С. 3.’

92

перечисленных в ч. 3 ст. 31 УПК РФ. Закрепляя в ней исчерпывающий перечень составов преступлений, по которым возможно отправление правосудия в данном порядке, законодатель вместе с тем делает существенную оговорку о том, что его отправление возможно лишь по ходатайству самого обвиняемого, а не в силу безликой воли закона1.

С одной стороны, данная оговорка законодателя выступает в качестве весомой процессуальной гарантии прав обвиняемого (подсудимого), которому помимо его воли не может быть навязан подобный процесс. И в этом плане указанная норма вполне соответствует ст. 2, 18, 46 Конституции РФ, согласно которым, как уже отмечалось, приоритетной задачей государства и общества является защита законных интересов личности, ее прав и свобод. С другой стороны, законодатель игнорирует в этом принципиальном вопросе волю и интерес потерпевшего.

Декларируя идею состязательности процесса и равенство прав сторон в нем, законодатель, тем не менее, при определении подсудности (а, следова- тельно, и формы судебной защиты нарушенного права либо интереса) учитывает волю лишь одного обвиняемого, забывая про законный интерес потерпевшего, которому также небезразлично, в каком процессуальном порядке будут защищаться его нарушенные права. Возможно, потерпевший от преступления не разделяет восторга определенной части нашего общества, у ангажированных адвокатов или «хорошо информированных о достоинствах такого суда» собратьев обвиняемого по преступному ремеслу по поводу введения суда с участием присяжных заседателей, и он предпочел бы, чтобы его нарушенные права, его интерес защищались в ином процессуальном порядке.

Действующий закон не только лишает потерпевшего свободы подобного выбора, он оставляет его в полном неведении о том, что вместо ожидаемого суда профессионалов, его, возможно, ждет суд «народной (общественной)

1 Подобные нормы содержат и п. 1 ч. 5 ст. 217, ч. 2 ст. 325 УПК РФ, что явно свидетельст- вует о достаточно продуманной позиции законодателя в этом вопросе.

93

совести»1. Последнее обстоятельство объясняется тем, что ходатайство о рассмотрении его дела судом с участием присяжных заседателей обвиняемый вправе заявить лишь при ознакомлении с материалами дела, оконченного расследованием (п. 1 ч. 5 ст. 217 УПК РФ), т. е. после того, как потерпевший уже выразил свое отношение к делу (ст. 216 УПК РФ).

В соответствии с нормой закона следователь не обязан извещать потер- певшего о том, что по воле обвиняемого формой защиты его нарушенных прав будет суд с участием присяжных заседателей. Не предусмотрена законом и возможность последующего судебного или иного обжалования такого выбора. Потерпевший просто обязан подчиниться в этом вопросе воле, а точнее субъективной заинтересованности обвиняемого, которому (по понятным причи-нам) более выгоден именно этот порядок судебной защиты .

Из анализа норм уголовно-процессуального законодательства видно, что равенство процессуальных прав сторон закреплено лишь формально, так как законодатель отдал первенствующее значение правовому положению обвиняемого, что, на наш взгляд, недопустимо, поскольку в указанных нормах нарушается не только равенство прав сторон и обязанностей в состязательном уголовном процессе, но и принцип обеспечения законных прав и интересов личности потерпевшего.

В связи с этим нормы ст. 216 УПК РФ, по нашему мнению, объективно нуждаются в дополнении частью третьей.

Именно в качестве такового этот суд традиционно рассматривался в юридической литературе, посвященной судебно-правовой реформе 1864 г. В этом же качестве его рассматривают отдельные авторы и в настоящее время. См., например: Ершов В.В. Проблемы рассмотрения уголовных дел судом присяжных / В.В. Ершов, Л.С. Халдеев // Гос. и право. — 1994. — № 2. - С. 80-82.

2 О том, что число ходатайств со стороны обвиняемых о рассмотрении их дела судом с участием присяжных заседателей стремительно растет, свидетельствуют, например, данные, опубликованные в юридической печати. См., например: данные Верховного Суда РФ, в соответствии, с которыми такие ходатайства имели место (по 9 регионам): в 1994 г. - 20,4%; 1995 г. - 30,9%; 1996 г. - 37,3%; 1997 г. - 36,8%; 1998 г. - 42,3%. // См.: Суд присяжных. Пять лет спустя: Дискуссии / Под общ. ред. Л.М. Карнозовой. - М., 1999. - С. 29; Радушная Н. Осторожно: опрос граждан // Рос. юст. - 2000. - № 9. - С. 11; Шурыгиц А. Суд присяжных должен действовать на всей территории России // Рос. юст. - 2000. - № 4. - С. 6-7.

94

Статья 216. Ознакомление потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей с материалами уголовного дела

«3. Следователь разъясняет потерпевшему или его представителю его право ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей — в случаях, предусмотренных п. 1 части третьей статьи 31 настоящего Кодекса. При этом следователь разъясняет особенности рассмотрения уголовного дела этим судом, права потерпевшего или его представителя в судебном разбирательстве и порядок обжалования судебного решения. Если один или несколько потерпевших или их представителей отказываются от суда с участием присялсных заседателей, то следователь решает вопрос о выделении уголовных дел в отношении этих потерпевших в отдельное производство. При невозможности выделения уголовного дела в отдельное производство уголовное дело в целом рассматривается судом с участием присяжных заседателей».

Внесение этой новеллы требует изменения части 2 статьи 325 УПК РФ:

«2. Уголовное дело, в котором участвует несколько подсудимых и (или) потерпевших (их представителей), рассматривается судом с участием присяэюных заседателей в отношении всех подсудимых, если хотя бы один из подсудимых или потерпевших (их представителей) заявляет ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом в данном составе».

2.2.2. Предварительное слушание.

Небезупречной является позиция законодателя и в таком вопросе процесса, как определение состава суда при отказе подсудимого от суда с участием присяжных заседателей. Согласно ч. 3 ст. 325 УПК РФ, в случае если подсудимый не заявил ходатайство о рассмотрении его дела судом с участием присяжных заседателей, то данное уголовное дело рассматривается другим составом суда в порядке, установленном статьей 30 настоящего Кодекса.

95

Потерпевшего, несмотря на формально закрепленное законом его про- цессуальное равноправие с подсудимым, даже не спрашивают об этом. Как видим, закон вновь на стороне подсудимого.

Наиболее ярко неоднозначность позиции законодателя просматривается в норме ч. 1 ст. 239 УПК РФ, а также в норме п. 2 ст. 254 УПК РФ, которые игнорируют интересы потерпевшего в анализируемом порядке. Закрепляя правило о том, что в случае полного или частичного отказа прокурора от обвинения на предварительном слушании или в судебном заседании судья пре- . кращает уголовное дело полностью или в соответствующей части, законодатель не учитывает законный интерес потерпевшего в прекращении либо продолжении рассмотрения дела, чем вступает в противоречие с совокупностью принципов процесса: обеспечением законных интересов личности, состязательности и публичности.

Законодатель не считает возможным выяснить на предварительном слушании, а также в судебном заседании возможные возражения потерпевшего по поводу реализации его права на судебную защиту и восстановление его прав и законных интересов, нарушенных преступлением и решить вопрос о дальнейшем производстве по делу в зависимости от его мнения, поскольку отказ прокурора от обвинения может быть ошибочным.

Таким образом, потерпевший лишен возможности самостоятельно от- стаивать свои и публичные интересы путем поддержания обвинения в суде при отказе государственного обвинителя от поддержания обвинения. Единственный способ для потерпевшего добиться справедливости в сложившейся ситуации - подача кассационный жалобы.

На основании изложенного, можно заключить, что сохраняется только дополнительное обвинение, субсидиарное (вспомогательное) обвинение от- сутствует, что является шагом назад по сравнению с ранее действовавшим законодательством (УПК РСФСР) .

См.: Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РФ… - С. 39.

96

В связи с этим целесообразно, на наш взгляд, привести нормы ч. 1 ст. 239, а также п. 2 ст. 254 УПК РФ в соответствие с положениями Конституции РФ, регламентирующими равенство прав сторон в уголовном процессе (ст. 123) и их судебную защиту (ст. 18, 46, 52).

Статья 239. Прекращение уголовного дела или уголовного преследования

«…в случае отказа прокурора от обвинения при отсутствии возражений со стороны потерпевшего в порядке, установленном частью седьмой статьи 246 настоящего Кодекса, судья выносит постановление о прекращении уголовного дела».

Статья 254. Прекращение уголовного дела в судебном заседании

«2) В случае отказа обвинителя от обвинения при отсутствии возра- жений со стороны потерпевшего в соответствии с частью седьмой ста- тьи 246 или частью третьей статьи 249 настоящего.Кодекса».

Кроме того, нам представляется, верным в случае отказа государствен- ного обвинителя от обвинения и возражения потерпевшего последнего следует наделить правом заявлять ходатайство об участии другого прокурора в производстве по его делу, либо поддерживать обвинение самостоятельно.

В данной редакции норм отказ прокурора от обвинения как в стадии на- значения судебного заседания (на предварительном слушании), так и в ходе самого судебного разбирательства в суде с участием присяжных заседателей повлечет одинаковые правовые последствия, и при этом будет учтено равенство прав сторон в кардинальном вопросе процесса.

2.2.3. Судебное разбирательство.

Противоречия предусмотренной законодателем уголовно-

процессуальной формы отправления правосудия в суде с участием при- сяжных заседателей отчетливо проявляют себя не только в нарушении кон- ституционного принципа равноправия сторон в уголовном процессе и на- рушении прав потерпевшего, но и в несоответствии этого порядка
целому

97

ряду основополагающих конституционных и процессуальных принципов, а также правам самого обвиняемого (подсудимого).

Рассмотрим, к примеру, принцип презумпции невиновности обвиняемого, так же часто отстаиваемый сторонниками радикальных (и не только в уголовном процессе) реформ, как и порядок отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей. Однако еще В.М. Владимиров и И.Я. Фой-ницкий высказывали свои соображения против признания презумпции невиновности подлинной правовой презумпцией1. К данной позиции присоединяется и В.Т. Томин, который не называет этой идеи в числе принципов уголовного процесса, поскольку она не соответствует, разработанным им, признакам принципа. Он полагает, что презумпция невиновности — это объективное (реальное) правовое положение личности, уголовный процесс является единственным средством опровержения данной презумпции, поскольку обвиняемый, как правило, оказывается виновным и, следовательно, презумпция о его невиновности не срабатывает и теряет свой смысл2.

В настоящее время презумпция невиновности обвиняемого относится к числу основополагающих конституционных идей (ст. 49), определяющих правовое положение личности не только в уголовном процессе3, но и в целом в государстве и обществе.

Представляется излишним обращаться к рассмотрению всего круга проблем и вопросов, связанных с генезисом этой идеи в советской уголовно-процессуальной науке4. Это объясняется тем, что идея презумпции невиновности уже получила свое надлежащее правовое разрешение и солидное науч-

1 Подробнее по этому поводу см.: Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. — М., 1910. - С. 166; Фожицкий И.Я. Указ. раб. - С. 216-220.

2 Подробнее см.: Томин В.Т. Презумпция невиновности и советский уголовный процесс / В.Т. Томин, Б.Т. Безлепкин // Развитие науки и практики уголовного судопроизводства в свете требований Конституции СССР. -М., 1978.-С. 62-66.

3 Статья 14 УПК РФ вносит указанную презумпцию в перечень принципов уголовного су допроизводства.

4 См.: Якуб М.Л. О понятии принципа уголовного права и уголовного процесса//Право ведение. - 1976. -№ 1. - С. 64; Маршъшчик Е.Г. Гарантии прав обвиняемого в суде первой инстанции. - Кишинев, 1975. - С. 70-75; и др.

98

ное обоснование1. В результате в настоящее время она воспринята и реализована законодателем как правовая реальность, действующая правовая норма. Поэтому представляется целесообразным перейти к анализу нормы закона и тех правовых следствий, которые из нее вытекают.

В соответствии со статьей 49 Конституции РФ каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Из этой формулировки закона следуют два значимых для нашего уголовного судопроизводства вывода, которые нашли свое отражение и в Конституции РФ (п. 2 и 3 ст. 49): 1) обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность; 2) неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого.

Правильно интерпретируемые в науке процессуального права, данные выводы были скрупулезно исследованы в юридической литературе2 и руководящих разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР и РФ3, что создало предпосылки для их грамотного и единообразного применения в следственно-судебной практике.

Однако нас интересует другой аспект проблемы. В теории уголовно- процессуальной науки неоднократно указывалось на два не менее важных следствия, вытекающих из названной конституционной идеи, сущность ко- торых заключается в следующем: 1) только по обвинительному приговору суда лицо может быть признано виновным в совершении преступления; 2) только по приговору совершенное им деяние может быть названо преступле-

Подробнее см.: Полянский Н.Н. Очерк развития советской науки уголовного процесса. — М., 1960. - С. 98-100; Алексеев КС. Указ. раб. / Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. -С. 42-45; и др.

2 См.: Либус И.А. Презумпция невиновности в советском уголовном процессе. — Ташкент, 1981; Ларин A.M. Презумпция невиновности - М., 1982; и др.

3 См., например: Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31.10.95 г. «О неко торых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществ лении правосудия» // Бюллетень Верховного Суда РФ. — 1996. — № 1. - С. 3; и др.

99

нием, а сам обвиняемый — преступником1. Приговор суда обвинительный или оправдательный - это конечное утвердительное решение, в основе принятия которого не должно быть неоднозначных или сомнительных выводов. Поэтому в ч. 4 ст. 14 УПК РФ одной из гарантий презумпции невиновности предусмотрено невозможность использования предположений в основе принятия обвинительного приговора.

Правомерность рассматриваемого подхода к правовому положению личности в уголовном процессе не раз вызывала интерес высшей судебной инстанции страны , поставив под сомнение необходимость буквального толкования изложенных тезисов.

Таким образом, идея презумпции невиновности содержит четыре весьма значимых как для научного анализа, так и для правоприменительной практики следствия, два из которых закреплены непосредственно в тексте конституционной нормы, а два выведены и закреплены судебной практикой. В настоящее время законодатель закрепил все вышеописанные четыре следствия, вытекающие из презумпции невиновности в статье 14 УПК РФ.

Отметим также то обстоятельство, что в отличие от ст. 14 Международ- ного пакта о гражданских и политических правах, принятого Генеральной Ассамблеей ООН 16 декабря 1966 года и ратифицированного Советским Союзом 18 сентября 1973 года, где презумпция невиновности выражена формулой: «Каждый обвиняемый в уголовном преступлении имеет право считаться невиновным, пока его виновность не будет доказана согласно закону»3, определение презумпции, данное в нашем законодательстве, связывает установление виновности исключительно с приговором, а не в коем случае не с вер- диктом присяжных заседателей. На основании изложенного диссертант пришел к выводу, что подсудимый считается виновным не с момента вынесения

1 См. подробнее: Грошевой Ю.М. Правовые свойства приговора - акта социалистического правосудия. - Харьков, 1978. - С. 29 и др.

2 См.: Бюллетень Верховного Суда СССР. — 1978. -№ 4. - С. 9; - 1979. -№ 2. - С. 43. 3> См.: -Ведомости Верховного СоветаСССР. -“1976. - № 17. - Ст. 308.

100

обвинительного вердикта, так как это всего лишь мнение присяжных заседателей, а с момента вынесения обвинительного приговора, так как это правоприменительный акт судебной государственной власти. Таким образом, вопрос об опровержении презумпции невиновности при вынесении вердикта не решается. Этот подход не случаен и подтверждается всем ходом развития нашей процессуальной науки.

Понимая значение приговора как акта правосудия, законодатель всегда строго регламентировал форму и содержание этого важнейшего процессуального документа и требования, предъявляемые к его свойствам, указывая на то, что приговор может являться актом правосудия только тогда, когда он отвечает признакам законности, обоснованности, мотивированности1 и справедливости.

Указывая на то, что законность приговора означает его вынесение с со- блюдением всех требований уголовно-процессуального закона и правильным

2

применением материальных норм , законодатель подчеркивает ту связь между материальным и процессуальным законом, которая должна учитываться при обсуждении и вынесении приговора, ибо, как правильно отмечает П.А. Лупинская, практически все процессуальные решения в конечном итоге направлены на применение норм уголовного права3.

Законодатель обоснованно требует и обоснованности приговора, так как это его свойство связано с достоверным установлением всех обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу. Обоснованность приговора, от-

’ Указанный признак приговора в соответствии со ст. 297 УПК РФ таковым не является. Однако в ст. 303, 305, 307, ч. 3 ст. 351 (постановление приговора в суде с участием присяжных заседателей) к числу требований, предъявляемых к приговору, отнесено требование мотивированности. Можно сделать предположение, что обоснованность приговора включает в себя и его мотивированность.

2 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. - 1973. - № 12. - С. 4; См. также: Строгович М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров. - М., 1956. - С. 65; Каз Ц.М. Правовая природа приговоров в советском уголовном процессе. - Саратов, 1951. - С. 150; и др.

3 Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы.

М., 1976.-С. 16.

101

мечает Ю.М. Грошевой, это такое его свойство, «при котором выводы суда о событии преступления, о виновности или невиновности подсудимого, …а также решение всех иных вопросов, возникающих по уголовному делу, с достоверностью вытекают из собранных доказательств, рассмотренных судом в ходе судебного разбирательства» .

Наконец, приговор должен быть справедливым, всей своей формой и содержанием отражая точное соответствие избранной судом меры наказания содеянному и личности виновного. Это свойство приговора закреплено в статье 383 УПК РФ.

П.А. Лупинская полагает, что каждое из названных свойств должно быть присуще не только приговору, но и любому из процессуальных решений2. Правомерно поставить вопрос о мере соответствия этим требованиям вердикта присяжных, определяемого действующим УПК как «решение коллегии присяжных заседателей по поставленным перед ними вопросам, включая основной вопрос о виновности подсудимого» (п. 5 ст. 5 УПК РФ).

На наш взгляд, предусмотренный ст. 338-345 УПК РФ порядок признания подсудимого виновным в совершении преступления вердиктом при- сяжных не соответствует ни принципу презумпции невиновности, ни отдельным следствиям, которые из него вытекают. Более того, вердикт присяжных заседателей а, следовательно, и основанный на нем приговор не соответствуют ни одному из требований статьи 297 УПК РФ3, являющихся неотъемлемыми свойствами акта, завершающего процесс отправления правосудия. Приведем аргументы, свидетельствующие в пользу данного вывода.

Законность и обоснованность как необходимые свойства вердикта. Полагаем, что вердикт присяжных заседателей а, следовательно, и основанный на нем приговор изначально не отвечают свойствам законности и обосно-

1 Грошевой Ю.М. Указ. раб. - С. 29.

2 Лупинская П.А. Теоретические основы принятия решений в советском уголовном судо производстве: Автореф. дисс… д-ра юрид. наук. - М., 1973. - С. 38.

3 См.: Сноску 1 настоящего параграфа. - С. 100.

102

ванности процессуальных решений, поскольку законность, как уже отмеча- лось, неразрывно связана с точным соблюдением норм как процессуального, так и материального права, что не присуще вердикту.

Точного соблюдения процессуальных норм при вынесении вердикта добиться можно и необходимо. Сложнее обстоит дело с соблюдением норм материального права, ибо, регламентируя вопросы компетенции присяжных заседателей в части, касающейся вынесения вердикта (334 УПК РФ), законодатель вступает в противоречие с буквой закона: требуя, с одной стороны, чтобы присяжные разрешили вопросы, указанные в п. 1, 2 ч. 1 ст. 299 УПК РФ (а именно: доказано ли, что имело ли место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый, и доказано ли, что деяние совершил подсудимый), а с другой стороны, ожидая столь же прямого ответа и на вопрос п. 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ (а именно: виновен ли подсудимый в совершении этого преступления).

Необходимо отметить, что в соответствии с п. 1,2 ч. 1 ст. 299 УПК РФ присяжные заседатели отвечают на вопрос о «деянии», а в соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ - о «преступлении». Однако требовать ответа на этот вопрос можно только тогда, когда в ходе совещания присяжных будет получен положительный ответ не только на вопрос о том доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый (п. 1 ч. 1 ст. 299), но и на вопрос является ли это деяние преступлением и каким пунктом, частью, статьей Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено (п. 3 ч. 1 ст. 299). Однако данный вопрос не относится к компетенции присяжных заседателей, поскольку для своего разрешения, требует комплекса специальных юридических знаний. Поэтому, не ответив на этот вопрос, суд (в обычном составе) вообще не может перейти к обсуждению в совещательной комнате следующих вопросов ст. 299 УПК РФ: только положительное решение по предыдущему вопросу служит предпосылкой для постановки на обсуждение и голосование следующих вопросов статьи 299 УПК РФ. Отрица-

103

тельный ответ на любой предыдущий вопрос делает беспредметным обсуждение следующих вопросов статьи 299 УПК РФ.

Эти истины игнорируются при нормативной регламентации процессу- альной формы отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей. И потому здесь, не обсудив предварительно вопрос о составе преступления, не разрешив его, присяжным заседателям необходимо дать однозначный ответ на вопрос о виновности подсудимого в совершении преступления (п. 4 ч. 1 ст. 299 УПК РФ).

Поэтому мы считаем, что необходимая последовательность вопросов, требующих своего разрешения для принятия правильного решения по уголовному делу процедурой, предусмотренной в суде с участием присяжных заседателей, нарушена. Кроме того, вопросы, требующие разрешения профессиональным юристом отнесены к компетенции присяжных заседателей. Для получения качественного и полного решения присяжных необходимы разъяснения судьи.

Таким образом, представляется необходимым разрешение указанных выше вопросов совместно судьей и присяжными заседателями, что обуславливает необходимость нормативного закрепления данной процедуры.

С учетом данного требования председательствующий в напутственном слове обязательно сообщает присяжным заседателям содержание уголовного закона, предусматривающего ответственность за совершение деяния, в котором обвиняется подсудимый (ст. 340 УПК РФ), а затем напоминает им «сущность принципа презумпции невиновности».

Мотивированность как (потенциальное) свойство вердикта. Моти- вированность решения может выражаться в анализе доказательств, на которых оно основано, в приведении в решении как фактической, так и логической и правовой аргументации, обосновывающей конечные выводы, так как

104

именно мотивировка должна убеждать, что решение продиктовано не субъективным настроением тех или иных лиц, а требованием закона1.

К вердикту закон не предъявляет таких требований. Присяжные заседатели не обязаны мотивировать свой вердикт. Не требуется и приведения в нем установленных фактов. По нашему мнению, данное обстоятельство может быть объяснимо хорошо известным фактом, что категория вины — одна из сложнейших даже для высокопрофессионального юриста. Возможно, для голоса народной совести2 это допустимо, но для процессуального решения, разрешающего основной вопрос уголовного дела, - нет. Приговор, основанный на подобном вердикте также не нуждается в мотивировке, поскольку мотивируется ссылкой на вердикт присяжных заседателей (ст. 351 УПК РФ). В данном случае, мы считаем, справедливым утверждение У. Бернэма, который считает, что суд с участием присяжных заседателей не устанавливает истину, а ограничивается выводом «вне разумного сомнения»3.

Типичным примером такой действительности является уголовное’ дело по обвинению Краскиной В.А., ранее судимой по ст. 15, 103 УК РФ, суди- мость не снята и не погашена, в совершении преступления, предусмотренного ст. 102 п. «и» УК РФ. Подсудимая Краскина В.А. вину свою признала полностью. Вердиктом коллегии присяжных заседателей признаны доказанными факты причинения тяжкого телесного повреждения Краскиной потерпевшему Смирнову при обстоятельствах, указанных в обвинении и наступления его смерти от этого, но Краскина признана невиновной. На основании вердикта коллегии присяжных заседателей о невиновности подсудимой председательствующий судья постановил оправдательный приговор4.

См.: Лупипская П. А. Решения в уголовном судопроизводстве. - С. 159.

2 Именно так характеризуют суд с участием присяжных заседателей Ю. Ляхов и В. Золо тых, указывая на то, что «во всех странах суд присяжных в глазах общества предстает как суд народной совести». См.: Ляхов Ю. Суд присяжных - путь к справедливой юстиции / Ю. Ляхов, В. Золотых // Российская юстиция. - 1997. - № 3. - С. 9.

3 Бернэм У. Указ. раб. - С. 115.

4 Архив Ивановского областного суда, 1995 г.

105

Поэтому, полагаем необходимым своевременно обратить внимание за- конодателя на необходимость нормативного закрепления требования к присяжным заседателям мотивировать свое решение, при разрешении уголовного дела вместе с судьей. Такое предложение позволит поддерживать должный порядок принимаемого решения по делу присяжными заседателями и судьей, что в полном объеме сможет обеспечить авторитет решения не только судьи или взятых в отдельности присяжных, а всего суда и принятого им решения.

Справедливость как свойство вердикта. В. Воскресенский и Л. Ко- нышева, являясь сторонниками идеи суда с участием присяжных заседателей, пишут, что «цель этой группы (присяжных заседателей — Авт.) — принятие социально справедливого, морально безупречного решения по конкретному уголовному делу»1.

Необходимо подчеркнуть, что социальная справедливость подразумевает, прежде всего, справедливость решения для всего общества, для его граждан, для личности, потерпевшей от преступления и обоснованно обра- тившейся в суд за защитой своих нарушенных прав и интересов, полагаю- щей, что в соответствии с Конституцией РФ (ст.ст. 18, 46, 52) именно правосудие является их главным гарантом.

В связи с этим есть все основания усомниться в социальной справедливости вердикта присяжных заседателей, вынесенного без учета всех сведений

0 личности подсудимого, без исследования данных о его прошлых судимо стях; без учета сведений о его стойкой криминальной направленности и т. п. сведений о личности подсудимого, исследуемых в суде лишь после провоз глашения вердикта, после того как подсудимого уже признали заслуживаю щим снисхождения.

В качестве иллюстрации анализируемой проблемы служит уголовное дело № 54241 по обвинению гражданина Илларионова, ранее судимого за

1 Воскресенский В. Количество - склонно переходить в качество / В. Воскресенский, Л. Конышева // Рос. юстиция. - 1996. - № 12. - С. 11.

106

тяжкое преступление, судимость которого не снята и не погашена в установленном законом порядке и гражданина Белкина, в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Назначая наказание, суд учитывал характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также вердикт коллегии присяжных заседателей, признавших Илларионова и Белкина заслуживающими снисхождения. В результате суд не смог учесть требований ст. 68 УК РФ (особо опасный рецидив преступлений у Илларионова), мотивируя это вердиктом коллегии присяжных заседателей, и назначил наказание с применением ст. 65 УК РФ1.

Проблема эта требует серьезного анализа и скорейшего соответствующего решения. Подтверждением этого служат, к примеру, данные исследования К. Леви, согласно которым присяжные кардинально изменили бы свое решение о снисхождении в отношении подсудимого, если бы они были предварительно ознакомлены со всеми негативными данными о личности виновного2.

Следует отметить, что, как правило, не категория справедливости, а эмоции, сформированные под воздействием сторон, лежат в основе вердикта. В силу этого преждевременно говорить о социальной и моральной безупречности такого решения, ибо известно, что хотя эмоции и «сопровождают процесс познавательной деятельности, делают его более активным, но сами по себе не могут составлять основание решения» .

Кроме того, как таковой, вердикт не обладает свойствами судебного ре- шения, несмотря на то, что на его основе выносится приговор, а решение присяжных заседателей фактически имеет юридическую силу для судьи. Вердикт

Материалы уголовного дела№ 54241 // Архив Ивановского областного суда.

2 См.: Леви К. Судья определяет виновность, присяжные меру наказания? // Рос. юст. - 1997. - № 2. - С. 12; см. также: Садыков Ф. Я против суда присяжных // Российская юсти ция-1997.-№ 1.-С. 7-9.

3 См.: ЛупипскаяП.А. Указ. раб.-С. 63.

107

обязателен и для сторон, которые не могут ставить под сомнение его пра- вильность (ч. 4 ст. 347 УПК РФ), вопросы права сторонами не подлежат обсуждению при постановлении оправдательного приговора. Таким образом, возникает вопрос о том, чем обоснованна позиция законодателя при наделении такого вердикта юридической силой. Законодатель одевает на некомпетентных непрофессиональных «юристов» мантию, нормативно устанавливая обязательность вердикта для вынесения авторитетного, законного решения в лице всего государства.

В итоге, возникает вопрос и о преюдициальном значении фактов, лежащих в основе принятого на основе такого вердикта приговора, что недопустимо для правоприменительного процесса в целом.

Нарушение преюдиции, как средства доказывания, влечет деформацию авторитета судебного решения, дает возможность вынесения противоречивых судебных решений, усложняет доказывание по другим делам с использованием фактов, положенных в основу приговора, вынесенного судом с участием присяжных заседателей1.

Оправдательный вердикт обязателен для председательствующего, который вне зависимости от своего внутреннего убеждения об обстоятельствах дела обязан постановить оправдательный приговор (ч. 1 ст. 348 УПК РФ) при подобном решении присяжных заседателей. Его истинность презюмируется законодателем. Председательствующий не обязан вникать в вопрос о том, по каким основаниям он должен вынести оправдательный приговор, тем более что в ч. 1 ст. 348 УПК РФ установлено, что оправдательный вердикт коллегии присяжных обязателен для председательствующего и влечет за собой постановление им оправдательного приговора. В п. 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ оправдательный вердикт рассматривается как случай вынесения оправдательного при- говора.

1 См.: Карданец А.В. К вопросу о понятии «преюдиция российского права» // Молодежь, наука и цивилизация: Межвузовский сборник тезисов, докладов адъюнктов (аспирантов), курсантов, слушателей и студентов. — Красноярск, 2001. — С. 59-61.

108

Непонятно также и то, как быть с независимостью судьи, если мнение присяжных по вопросам вердикта и мнение председательствующего не сов- пали. Если в результате подобного вердикта судья вынужденно отходит от своего знания и убеждения (своей оценки) об обстоятельствах дела и подме- няет его мнением других участников процесса (в данной ситуации — присяжных). Полагаем, что его выводы, положенные в основу приговора, в подобной ситуации не будут носить правовой характер. Воля судьи, результаты его оценки доказательств (знание и убеждение) в данной ситуации насильственно подчинены интересу подсудимого, а не интересу установления истины по делу, либо интересу потерпевшего, нередко несогласного с подобным исходом процесса.

Этот же интерес довлеет над председательствующим и при вынесении обвинительного вердикта присяжными. Здесь его обязательность и истин- ность выводов уже не так безупречны.

Согласно смыслу ст. 348 УПК РФ не вердикт присяжных заседателей, а именно воля председательствующего, его оценка, знание и убеждение об обстоятельствах дела предрешают ход и дальнейшее движение дела. Несмотря на обвинительный вердикт, он может вынести решение о роспуске коллегии присяжных заседателей и направлении дела на новое рассмотрение в ином составе суда, если придет к выводу о том, что не установлено событие преступления или не доказано участие подсудимого в совершении преступления (ч. 5 ст. 348 УПК РФ). Если же судья признает, что в деянии нет состава преступления, он вправе вынести оправдательный приговор и при обвинительном вердикте присяжных заседателей (ч. 4 ст. 348 УПК РФ). Интересны вопросы о содержании и правовых свойствах вердикта. В одном случае - обязательного решения, истинность которого предписывается законодателем в обязательном порядке, в другом — не более чем мнения не обязательного для судьи. Поэтому возникают противоречия, где в одной ситуации мнение присяжных заседателей и мнение председательствующего судьи должны совпадать, а в другой - они уже не могут найти точек соприкосновения. Данное обстоятель-

109

ство подтверждает нарушение необходимого порядка разрешения судом вопросов при постановлении приговора. В случае совместного решения вопросов «факта» судьей и присяжными вышеуказанных казусов можно избежать, что, несомненно, будет способствовать эффективности процесса.

Поскольку председательствующий (посредством приговора) лишь обле- кает решение присяжных заседателей в надлежащую правовую форму, действительное решение о виновности все же принимают присяжные заседатели1. Поэтому вердикт - это надлежащая правовая форма, состоявшегося решения присяжных заседателей по вопросу о виновности подсудимого.

Вопрос в том, насколько соответствует конституционной идее презумп ции невиновности порядок признания виновными в совершении преступле ния не приговором суда, а - вердиктом присяжных. Полагаем, что никак, и эта ситуация далеко не единственная в анализируемом процессуальном поряд ке.

Так, нами уже отмечалось, что в суде с участием присяжных заседателей, достаточно своеобразно происходит установление истины по делу.

В отличие от обычного порядка отправления правосудия, присяжные заседатели исследуют не все обстоятельства, входящие в предмет доказывания (ст. 73 УПК РФ), а лишь те, которые не исключены из судебного следствия и не характеризуют негативно личность подсудимого. Даже если в материалах дела имеются данные о том, что подсудимый неоднократно судим и что он характеризуется крайне негативно, эти данные не могут быть оглашены перед присяжными заседателями. Добропорядочность такого подсудимого также презюмируется перед присяжными, которым, по мнению законодателя, должно хватить здравого смысла для того, чтобы правильно решить вопрос о виновности, но отказывается в праве знать, кого они судят .

См.: Ершов В.В. Проблемы рассмотрения уголовных дел судом присяжных7 В.В. Ершов, Л.С. Халдеев // Гос. и право. - 1994. - № 2. - С. 77. 2 Более подробно эта проблема рассмотрена в параграфе третьем настоящей главы.

по По этому поводу С.А. Голунский правильно писал, что «ошибки в судебных приговорах, а, следовательно, и нарушения…законности в уголовном процессе гораздо чаще имеют место в результате неполного или неправильного установления судом фактических обстоятельств дела, чем в результате неправильной правовой оценки этих обстоятельств» ‘.

Между тем проблема имеет и другую, практически не исследованную сторону. Профессиональный судья и двенадцать присяжных заседателей в своем диалектическом единстве образуют единый судебный состав, при- званный отправлять правосудие в данном процессе. Именно так должно пониматься это положение с позиций конституционного принципа осуществления правосудия только судом (ст. 118). Неизменность такого состава суда в рамках судебного следствия, полагаем, изначально презюмируется как содержанием данного принципа, так и содержанием ст. 242 УПК РФ.

Однако в суде с участием присяжных заседателей, как известно, одни доказательства исследуются судом в полном судебном составе, другие — только профессиональным судьей. Например, присяжные заседатели не должны присутствовать в зале судебного заседания при исследовании доказательств, которые, по мнению сторон, получены с нарушением требований уголовно-процессуального закона. Не присутствуют они и при исследовании той части заключения судебно-психиатрической (психологической, наркологической) экспертизы, которая связана с обстоятельствами, негативно характеризующими личность подсудимого (признание его алкоголиком, наркоманом, лицом с сексуальными отклонениями и т.п.). Складывается, на наш взгляд, достаточно слабо согласующаяся с рассматриваемым принципом ситуация, при которой присяжные судьи раз за разом то вынужденно покидают зал судебного заседания, то возвращается в него по воле председательствующего, ибо им позволено судить только в рамках обеляющих подсудимого.

хГолунский С.А. Об оценке доказательств в советском уголовном процессе // Советское государство и право. - 1995. - № 7. - С. 71.

Ill Сторонники идеи суда с участием присяжных заседателей избегают

комментария этой ситуации, либо намеренно делают акцент на тех «достоинствах» названного процессуального порядка, которые укладываются в их понимание сути судебно-правовой реформы в стране. По-видимому, с их точки зрения, это и есть наиболее демократичное проявление конституционных принципов процесса, которое надо не только понять, но и принять, в том числе и сомневающейся юридической общественности. Вне всякого сомнения, сторонники идеи суда с участием присяжных заседателей в его существующей форме обоснуют и этот вопрос, покажут его несостоятельность или надуманность.

Однако, при тщательном анализе норм, регламентирующих порядок от- правления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, подобного рода недостатков и противоречий найдется немало1. Поэтому существует рациональное зерно в предложениях уже упоминавшегося нами В.Н. Любимова об устранении этого эксперимента из практики отправления правосудия в Рязанской области, а также аргументы В. Зыкова — об его прекращении на всей территории страны2, ибо этот процессуальный порядок не в состоянии обеспечить не только равноправие сторон при отправлении правосудия, но и соблюдение, реализацию основополагающих, в том числе и конституционных принципов процесса.

Предлагаемые нами новации не исчерпывают собой всего круга проблем, связанных с установлением если не приоритетного порядка защиты прав и законных интересов законопослушного гражданина в уголовном процессе, то хотя бы подлинного паритета прав сторон в разрешении основных вопросов порядка отправления правосудия. Правовое государство и общество могут создать, сохранить и развить в его высшие формы лишь законопослушные члены этого общества, чьи права, свободы и законные интересы действи-

1 Отдельные из них будут дополнительно рассмотрены нами в третьем параграфе данной главы.

2 См.: Зыков В. Заблуждение // Юридическая газета. - 2000. - № 34 (460).

112

тельно определяют смысл, содержание и применение законов и иной государственной деятельности.

В связи с этим государству, законодателю, юридической науке и практике, следует принципиально определиться, на чьей они стороне, кому служат, чьи интересы и права защищают, зачем и с какой целью. От правильного и своевременного ответа на эти вопросы во многом зависит уже ближайшее существование нашего государства и общества.

Предпринятый нами анализ — очередной шаг в этом перспективном и социально оправданном научном направлении, которое является приоритетным в исследованиях нижегородской школы процессуалистов.

Таким образом, в рамках проведенного нами анализа, можно сформу- лировать вывод о том, что, предусмотренный законодателем порядок отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей полностью или отчасти не соответствует ни принципу состязательности процесса, ни таким процессуальным идеям (принципам), как равноправие прав сторон в процессе (ст. 123 Конституции РФ, ст. 15 УПК РФ), презумпции невиновности обвиняемого (ст. 49 Конституции РФ, ст. 14 УПК РФ), конституционному принципу отправления правосудия только судом (ст. 118 Конституции РФ) и пре-юдициальности судебных решений (ст. 90 УПК РФ). Не гарантирует он в целом ряде моментов и прав основных участников процесса, защиту их интересов, а также оптимальную реализацию назначения уголовного судопроизводства. Резюмируя изложенное, приходим к следующим заключениям:

  1. В современное время порядок отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей нуждается в усовершенствовании.
  2. В случае учета предложенных нами изменений суд с участием присяжных заседателей, безусловно, будет реальным гарантом обеспечения прав и обязанностей человека и гражданина в уголовном судопроизводстве.

113

§ 3. Соответствие института присяжных заседателей требованиям современных реалий отправления правосудия

Эффективная уголовно-процессуальная форма порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей призвана гарантировать не только обеспечение прав свобод и законных интересов личности в уголовном процессе1, но и оптимальные средства достижения цели правосудия, а также такой порядок реализации основных его процедур, который был бы внутренне согласован с буквой и духом закона, принципами правосудия и конечной целью процесса.

Сторонники суда с участием присяжных заседателей (СЕ. Вицин, С.А. Пашин, И.Л. Петрухин, Л.М. Карнозова и др.) считают, что все это имманентно присуще как нормам закона от 16.07.93 г., так и порядку его реализации в судах общей юрисдикции Российской Федерации. Более того, именно этот, по их мнению, предельно совершенный порядок, призван стать той моделью, которая в дальнейшем в своих сущностных чертах должна определить суть, содержание и основные процедуры судебного разбирательства в любом судебном составе и по любой категории дел , что и было проделано в новом УПК РФ.

Однако, на наш взгляд, реальное положение дел с порядком отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей не дает оснований для столь оптимистичных и далеко идущих выводов. Это связано с тем, что в ряде принципиальных моментов подобный порядок, ввиду явной сложности или пробельности своего нормативного регулирования, не гарантирует ни оп- тимальной реализации назначения процесса и правосудия в частности, ни

1 Насколько реально подобный порядок в состоянии обеспечить гарантии прав потерпев шего и отчасти обвиняемого, нами рассмотрено в параграфе втором настоящей главы.

2 Подробнее по этому поводу см., например: Карнозова Л.М. О суде присяжных // В кн.: Становление судебной власти в обновляющейся России. - М., 1997. — С. 3-31.

114

надлежащей реализации его основополагающих принципов, ни оптимальности основных своих процедур.

Так, нами уже отмечалось1, что в ряде моментов порядок судебного раз- бирательства в суде с участием присяжных заседателей противоречит конституционному принципу отправления правосудия только судом (ст. 118 Конституции РФ), а также установлению судебной истины по делу, поскольку отдельные из обстоятельств предмета доказывания (ст. 73, 299 УПК РФ) исследуются всем составом суда, другие, только профессиональным судьей.

Таким образом, в названном процессуальном порядке законодатель вольно или невольно игнорирует столь широко декларируемое равенство прав судей при отправлении правосудия и без разумных объяснений, императивно ограничивает полномочия коллегии присяжных в ряде основополагающих вопросов процесса. Проанализируем отдельные из этих моментов с тем, чтобы выяснить, насколько оптимален порядок отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей.

2.3.1. Пробельность процедур судебного следствия.

С позиций оптимальности порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, принципа состязательности и равенства прав сторон в нем, а также установления судебной истины по делу опреде- ленные вопросы вызывает еще ряд положений ст. 335 УПК РФ, определяющих процедуры судебного следствия в суде с участием присяжных.

Речь, прежде всего, идет об имеющейся пробельности правового регу- лирования производства отдельных судебных действий, призванных к непосредственному установлению обстоятельств предмета доказывания (ст. 73 УПК РФ) по данной категории дел,

Так, по действующему УПК исследование: а) заключения эксперта (а равно — назначение и проведение экспертизы в суде) (ст. 283 УПК РФ); б) ве- щественных доказательств по делу (ст. 284 УПК РФ); в) протоколов следст-

См.: параграф второй настоящей главы. - С. 109-112.

115

венных действий и иных документов (ст. 285 УПК РФ) происходит по аналогии с общим судебным порядком, лишь с некоторыми особенностями, предусмотренными разделом XII. Однако такой порядок не может вполне урегулировать все особенности и тонкости производства в суде с участием присяжных заседателей.

В связи, с чем проанализируем нормы УПК, определяющие порядок уголовного судопроизводства в суде с участием присяжных заседателей.

Рассмотрим нормы, регулирующие производство судебной экспертизы и исследование заключения эксперта в суде с участием присяжных заседате- лей. В нашем исследовании, считаем целесообразным, обратиться к нормам УУС.

Согласно УУС присяжные не ограничивались в исследовании, как фак- тической стороны заключения эксперта, так и сущности проведенных им исследований, непосредственно участвуя в назначении экспертизы, исследовании ее выводов, допросе экспертов1. Нормы УПК РФ не приводят необходимых особенностей исследования, назначения или производства экспертизы в суде применительно к порядку отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей. Однако они вытекают из самого порядка организации судебного следствия в подобном суде (ч. 7, 8 ст. 335 УПК РФ), в ходе которого, например, категорически запрещено упоминать о тех или иных обстоятельствах, негативно характеризующих личность подсудимого.

Поэтому с позиций закона остается нерешенным вопрос о том: а) как и в каком порядке - с участием или без участия присяжных заседателей — по- добные вопросы могут быть поставлены на разрешение экспертов, например, в рамках судебно-психологической экспертизы; б) в каком объеме (полностью или частично) в судебном следствии должны быть исследованы соответствующие части, например, судебно-психиатрической, судебно-психологической, наркологической и подобных экспертиз, негативно характе-

См.: параграф второй главы первой настоящей работы. - С. 58-59.

116 ризующих отдельные социальные свойства личности подсудимого (алкоголизм, наркомания, склонность к агрессии, сексуальным извращениям и т. п.).

Подобная постановка вопроса вызвана тем, что Пленум Верховного Суда РФ в п. 16 Постановления № 9 от 20.12.94 г. разъясняет, что по смыслу за- кона и с учетом компетенции присяжных заседателей с их участием не должны исследоваться данные, характеризующие личность подсудимого (характеристики, справки о состоянии здоровья, о семейном положении, медицинское заключение о том, что подсудимый нуждается в принудительном лечении от алкоголизма или наркомании и т. п.).

В указанном Постановлении Пленум разъясняет, что, во-первых, эти ас- пекты не имеют отношения к вопросам, подлежащим разрешению присяж- ными заседателями; во-вторых, в силу возможной криминальной окраски своего содержания они могут создать негативное предубеждение о личности подсудимого у присяжных заседателей, склонных, как правило, к эмоциональному восприятию доказательственного материала.

Однако, на наш взгляд, для того чтобы установить все обстоятельства предмета доказывания (ст. 73 УПК РФ), именно эти вопросы не только имеют прямое отношение к юридическому делу, достаточно характеризуя личность подсудимого, с целью установления всех юридических признаков инкриминируемого деяния, но и являются необходимой основой для законного, обоснованного и справедливого решения вопроса о возможном снисхождении к виновному.

Кроме того, они также необходимы для правильной оценки содеянного им, особенно в том случае, когда исследование объективной или субъективной стороны преступления неразрывно связанно с отдельными социальными свойствами личности, с его предыдущим жизненным или преступным опытом, наличием определенных преступных или профессиональных знаний, умений, навыков либо психологических установок и т. п.

Достаточно продуктивными в этом отношении выглядят, например, процедуры порядка отправления правосудия в суде присяжных США. Так, до-

117

казательства, характеризующие личность, допускаются в американском процессе лишь в том случае, если с их помощью подтверждают какие-то элементы преступления, в совершении которого обвиняется подсудимый. Но если обвиняемый представляет доказательства, положительно характеризующие его личность, тогда обвинение, в свою очередь, может представить доказательства, чтобы опровергнуть их1.

По поводу этого В. Воскресенский считает, что описываемый порядок предельно оправдан в тех ситуациях, когда защита умышленно дезинформирует присяжных, утверждая, к примеру, что обвиняемый, ранее признанный особо опасным рецидивистом, «впервые оступился»; когда данные, характеризующие личность, безусловно, относятся к фактической стороне дела (п. 3 ч. 1 ст. 73 УПК РФ) или могут быть доказательствами действительного умысла подсудимого или мотива преступления2.

С этим автором солидарен М. Гайсинович, который также указывает на то, что при подобном запрете на исследование отдельных выводов эксперта суд и стороны вместо использования достижений науки при доказывании определенных обстоятельств события рассматриваемого деяния (ст. 73 УПК РФ) фактически превращаются в простых фиксаторов показаний подсудимого, потерпевших и свидетелей. Между тем в изученных им случаях знания о судимости обвиняемого иногда являются мотивацией поведения потерпевшего, которая, например, зная о том, что подсудимый является особо опасным рецидивистом, совершенно реально воспринимала его угрозы при изнасиловании и соответственно вела себя в момент совершения преступления. Запрет оглашения таких сведений при допросе потерпевшей привел к тому, что при-

Подробнее по этому поводу см.: Тэймен С. Суд присяжных в современной России глазами американского юриста // Гос. и право. - 1995. - № 2. - С. 72. 2Воскресенский В. Указ. раб.-С. 5.

118

сяжные не смогли правильно оценить поведение потерпевшей, что соответственно сказалось на вынесении ими вердикта1.

Положение усугубляется и тем, что, тщательно оберегая одного подсу- димого, Пленум не запрещает исследовать все, возможно, и негативные данные о личности потерпевшего, забывая при этом, что эмоционально восприимчивые присяжные заседатели могут неадекватно оценить его поведение либо мотивы в момент совершения преступления, что объективно скажется на их вердикте.

В юридической литературе не раз отмечалось, что поскольку присяжные заседатели ранее вообще не знакомятся с материалами дела и все свои выводы основывают лишь на тех сведениях, которые были получены ими в рамках судебного следствия, неполная их информированность об отдельных обстоятельствах события или личности подсудимого нередко приводит к тому, что в ответах вердикта судебная ошибка не только весьма вероятна, она зачастую просто неизбежна .

К примеру, М. Тащилин, исследуя эти проблемы, однозначно указывает на то, что в условиях информационной недостаточности сведений о личности подсудимого присяжные заседатели просто наугад решают вопросы о снисхождении или особом снисхождении к опасным преступникам, предрешая, тем самым вопрос о размере возможного наказания, которое может быть назначено виновному в соответствии с их вердиктом. В результате подобной ошибки, отмечает он, присяжные заседатели, в частности, признали заслуживающими снисхождения 29% убийц, 33% насильников, 57% бандитов, а особого снисхоэ/сдения — каждого второго взяточника, каждого третьего

См.: Гайсипович М. Принцип состязательности в суде присяжных заседателей. - С. 29; см. также: Воронцов В. Участие прокурора в суде присяжных // Законность. - 1997. - № 3. - С. 38-40.

2 См.: Воскресенский В. Состязательность в уголовном процессе / В. Воскресенский, Ю. Кореневский //? Законность. - 1995. - № 7. - С. 8.

119

посягнувшего на жизнь работника милиции, каждого шестого насильника, каждого седьмого бандита .

Причины подобного положения дел, он видит в несовершенстве норма- тивного регулирования порядка отправления правосудия, при котором присяжные фактически не знают, кого они судят.

И. Овсянников и А. Галкин полагают, что возможен следующий вариант решения данной проблемы, - отнести вопрос о снисхождении к компе- тенции председательствующего судьи, во всяком случае, не задавать его присяжным, а ограничить их роль решением вопроса о виновности2. Нам же представляется верным, другой вариант решения данной проблемы.

Законодательные возможности, по нашему мнению, к исправлению такого порядка видятся в том, чтобы вопрос о возможном снисхождении к под- судимому решался присяжными заседателями совместно с судьей лишь, после того как ими совместно уже вынесен вердикт, обсуждены его последствия и суд с участием сторон и присяжных заседателей исследовал данные о личности виновного. Что же касается возможного негативного «предубеждения» присяжных заседателей, сформировавшегося под воздействием подобного рода сведений, то закономерно возникает вопрос: почему именно в этом вопросе присяжным заседателям отказывают в здравом смысле самостоятельно решать, какие из названных сведений принять на веру и положить в основу вердикта, а какие искусственно навязываются им стороной обвинения.

Вопрос, как представляется, вполне правомерен, поскольку в других достаточно существенных вопросах процесса за ними признается право на здравый смысл. Более того, именно последний, по мнению В. Мельника, со-

Тащжж М. Индивидуализация наказания в суде присяжных // Российская юстиция - 2000.- № 5.-С.5. .

Овсянников И. Одни ругают суд присяжных, другие прокурора /И. Овсянников, А. Галкин // Рос. юст. - 1999. -№ 3. - С. 9.

120

ставляет, чуть ли не главную ценность порядка отправления правосудия с уча- стием присяжных заседателей1.

Обобщая изложенное, а, также принимая во внимание то обстоятельство, что заключение эксперта может быть положено в основу вердикта, а в дальнейшем и приговора, решение проблемы о возможных пределах его исследования, в том числе и на законодательном уровне представляется, безусловно, необходимым. Полагаем, что в этом плане ч. 8 ст. 335 УПК РФ требует изменения, состоящее в исключении из ее текста выделенных слов:

Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей

«8. Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он об- виняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого».

Кроме того, ст. 335 может и должна быть дополнена ч. 9 с нормой такого содержания:

«9. Исследование заключения эксперта (экспертизы) допускается в суде с участием присяжных заседателей в полном объеме. В случае неясности отдельных выводов эксперта (экспертов) присяэюные заседатели вправе хо- датайствовать о вызове эксперта (экспертов) в суд и его (их) допросе с уча- стием присяжных заседателей».

Сказанное во многом касается и порядка исследования вещественных доказательств по делу. Согласно УУС они должны были быть доставлены в

См.: Мельник В. Здравый смысл в процессе доказывания // Рос. юст. — 1995. - № 8. - С. 8-9.

121

зал судебного заседания, если их объем и качество не препятствовали этому, и предъявлены суду, присяжным, а также сторонам (ст. 696-697).

В УПК РФ предусматривается лишь общий порядок осмотра веществен- ных доказательств (ст. 284)’ без участия присяжных заседателей. Вопрос о предъявлении вещественных доказательств сторонам (детально) и коллегии присяжных заседателей в нормах ст. 284, 335 УПК РФ не урегулирован.

Однако при подобном подходе возникает вопрос о круге лиц, которые могут участвовать в исследовании вещественных доказательств. Согласно ст. 697 УУС к этим лицам относятся: судьи, присяжные заседатели, подсудимый и потерпевший от преступления, если он находится в зале судебного заседания. Кроме того, как и в каком процессуальном порядке должны быть исследованы вещественные доказательства в суде с участием присяжных заседателей, - законом не определено. Поэтому, теоретический вопрос, в силу своей неурегулированности в законе (ст. 284, 335 УПК РФ), может иметь самые негативные последствия при судебном разбирательстве по конкретному уголовному делу2.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 31.10.95 г. «О некоторых вопросах применения Конституции Российской Федерации при отправлении правосудия…», действия, не урегулированные, УПК не имеют доказательственного значения и не влекут правовых последствий в части, касающейся доказывания вины обвиняемого3.

Поэтому чтобы исключить возможные злоупотребления отдельных субъективно заинтересованных лиц в этом вопросе, полагаем, что порядок ис-

1 См.: параграф второй главы первой настоящей работы. - С. 60-61.

2 Например, УПК Австрии достаточно широко регламентирует порядок исследования дока зательств с участием присяжных заседателей. Они имеют право задавать допрашиваемым любые вопросы, могут требовать дополнения судебного следствия, проведения очных ста вок, повторного допроса свидетелей и пр. См. по этому поводу: Радушная Н. Суд присяж ных в зарубежных правовых системах // Советская юстиция. - 1993. — № 5. - С. 3-5.

3 Указанное Постановление является действующим в соответствии с Федеральным законом «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» от 18.12.01 г. № 175-ФЗ // Российская газета. - 2001. - 22 декабря. - С. 9-10.

122

следования вещественных доказательств также должен быть детально урегу- лирован нормой закона. В этом плане, на наш взгляд, ст. 335 УПК РФ может и должна быть дополнена нормой (ч. 10) следующего содержания:

Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участие присяжных заседателей

«10. Если в ходе судебного следствия, по ходатайству сторон, принято решение об исследовании вещественных доказательств по делу, они долэюны быть предъявлены сторонам, коллегии присяэ/сных заседателей и председательствующему по делу. Каждый из участников судебного следствия вправе потребовать объяснений от лиц, имеющих отношение к исследуемому вещественному доказательству».

Уголовно-процессуальный закон не регулирует детально и порядок исследования в суде с участием присяжных заседателей протоколов следственных действий и иных документов по делу, поскольку опирается на норму ст. 285 УПК РФ. Однако мы не можем согласиться с этим порядком, поскольку он противоречит такому общему условию судебного разбирательства, как устность и непосредственность исследования доказательств в суде (ст. 240 УПК РФ). Получается, что если стороны не проявят инициативы в исследовании этих доказательств, то последние так и не будут оглашены в зале судебного заседания, а, следовательно, положены в основу вердикта и приговора. Поэтому если те или иные протоколы или документы не исключены из судебного следствия, они должны быть оглашены и исследованы в суде.

Это правило, на наш взгляд, также должно найти свое отражение в ст. 335 УПК РФ, которую следует дополнить соответствующей нормой (ч. 11).

Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей

«11. Протоколы следственных действий и иные документы по делу, если они не исключены судьей из судебного разбирательства, полностью исследуются судьей, присяжными заседателями и сторонами».

2.3.3. Постановка и обсуждение вопросов вердикта.

123

Существенным этапом судебного разбирательства в суде с участием присяжных заседателей является постановка и обсуждение вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями.

Согласно УПК РФ (ст. 338, 339) вопросы формулирует суд. Именно он с учетом мнения сторон в окончательном виде формулирует вопросы, которые должны быть поставлены на разрешение коллегии присяжных.

Именно эта (окончательная) формулировка находит свое отражение в вопросном листе.

Следует отметить, что согласно ч. 3 ст. 338 УПК РФ на время обсуждения и формулирования вопросов присяжные заседатели удаляются из зала су- дебного заседания. Указанная норма, представляется нам нецелесообразной.

Обратимся к исследованию УУС, согласно которому, в силу закона от 15.05.1886 г. формулировка вопросов могла быть исправлена и по замечаниям присяжных заседателей. Особенно существенно, то обстоятельство, что это право принадлежало не коллегии в целом, а каждому из присяжных в отдельности (ст. 762 УУС). Данное правило, по нашему мнению, продумано, обосновано и требует внимания современного законодателя.

Поскольку, во-первых, введение подобной нормы, например в ст. 338 УПК РФ, действительно уравняло бы права председательствующего и 12 присяжных заседателей как единой судебной коллегии, как единого и равноправного состава суда, призванного (в своем диалектическом единстве) к законному и справедливому отправлению правосудия. В конечном итоге это также объективно сказалось бы и на более эффективной реализации конституционного принципа осуществления правосудия только судом в его истинном значении.

Во-вторых, подобное нововведение, на наш взгляд, в некоторых случаях сделало бы ненужной ст. 344 УПК РФ, согласно которой коллегия присяжных заседателей вправе возвращаться из совещательной комнаты для уточнения формулировки поставленных перед нею вопросов, а в некоторых случаях и

124

соответствующего исправления вопросного листа. Громоздкость такого порядка, как представляется, очевидна, так как в дальнейшем требует (ч. 6 ст. 344) возобновления судебного следствия, нового напутственного слова пред- седательствующего по поводу изменений, а также и нового последнего слова подсудимого. Данный вывод обосновывается изучением уголовных дел, рас- смотренных Ивановским областным судом по материалам которых в 60% случаев коллегия присяжных заседателей возвращалась из совещательной комнаты для уточнения формулировки поставленных перед нею вопросов, что вело к исправлению вопросного листа.

Поэтому в целях оптимизации уголовно-процессуальной процедуры порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, считаем исключить из ст. 338 ч. 3. Кроме того ч. 2, 4 ст. 338 УПК РФ, на наш взгляд, должны быть дополнены следующим содержанием:

Статья 338. Постановка вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями

«2. Стороны, а также присяжные заседатели вправе высказать свои замечания по содерэюанию и формулировке вопросов и внести предложения о постановке новых вопросов (далее по тексту)».

«4. С учетом замечаний и предложений сторон и присяжных заседателей судья в совещательной комнате окончательно формулирует вопросы (далее по тексту)».

Разумеется, подобные предложения со стороны присяжных заседателей ни по Уставу, ни по УПК РФ не являются обязательными для суда, однако факт их постановки, уточнения со стороны присяжных заседателей должен найти свое отражение в протоколе судебного заседания, к которому в случае затруднений могли бы апеллировать стороны, оспаривая законность и обосно ванность приговора в вышестоящей инстанции. ‘

Процедура постановки вопросов имеет и еще одну сторону, никак не урегулированную в действующем УПК. Как известно, председательствующий представляет проект вопросного листа с учетом результатов судебного след-

125

ствия и по итогам прений сторон. Но практики знают, что по многоэпизодным делам, которые рассматриваются в отношении нескольких подсудимых, нередко вопросный лист включает в себя от нескольких сот до тысячи возможных вопросов, так как, по мнению Верховного Суда РФ, любая из даже впервые прозвучавших в зале судебного заседания версий должна быть внесена в вопросный лист и обсуждена при вынесении вердикта.

Присяжные заседатели, как отмечается в юридической литературе1, не только не могут разобраться в перечне данных вопросов, но даже правильно сориентироваться в них. Не привыкшие к работе с бумагами, не имея юридических знаний, они просто пугаются подобного обилия вопросов и, в нарушение тайны совещательной комнаты требуют присутствия в ходе совещания судьи, который, увы, не может помочь им в подобной ситуации.

В подобной ситуации трудно ожидать профессионализма, законности и обоснованности вердикта. Присяжным, легче оправдать подсудимого, чем взять на себя ответственность за его судьбу. Возможно, именно в этом кроются определенные причины тех оправдательных приговоров, которые умиляют сторонников суда с участием присяжных заседателей и о которых негативно отзывается население. В результате дестабилизируется социально-политическая обстановка в регионах, где действует суд присяжных2.

Так, в деле по обвинению Богатырева, рассмотренном Мособлсудом, было поставлено 19 вопросов для выяснения виновности в преднамеренном убийстве, что полностью запутало присяжных заседателей и, возможно, привело к противоречивому вердикту .

Однако И.Л.Петрухин утверждает, что «присяжные заседатели, сознание которых не сковано судебными стандартами несут в суд новые правовые идеи и представления о справедливости. Присяжные не подвержены чинов-

1 Подробнее по этому поводу см.: Выступление Статус Н.В. // В кн.: Суд присяжных. Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 32-33.

2 См. об этом: Любимов В.Н. Финансовая петля для суда присяжных //Российская юстиция.-1999.- №5.- С. 5-7.

3 См.: Тэймен С. Указ. раб. - С. 74.

126

ничьему духу, царящему в судебной вертикали, где только и думают о том, чтобы вынесенный приговор был благосклонно принят вышестоящей судебной инстанцией, не был ею не отменен, не изменен. Присяжные такого страха не испытывают. Им безразлично, как отнесется к их вердикту кассационная и надзорная инстанции»1. Данное утверждение представляется верным, но может быть объяснимо и с противоположной позиции. Судьи, удостоившись столь высокой государственной должности, стремятся оправдать доверенный им социально-правовой статус носителей судебной власти, а, следовательно, ставят своей целью, чтобы их решения были авторитетны, то есть, — как можно реже обжаловались в кассационной и надзорной инстанциях, являющихся составляющими правовой гарантии истинности приговора, как результата их профессиональной (!) юридической деятельности.

На основании изложенного, считаем необходимым, допустить судью к рассмотрению вопросов «факта» и принятию совместного вердикта. 2.3.4. Предмет оценки присяжных.

Порядок постановки вопросов присяжным имеет еще одну дискуссионную и не до конца урегулированную законодателем сторону. Как уже отмечалось, по смыслу нормы закона (на случай признания подсудимого виновным) на разрешение присяжных заседателей могут быть поставлены вопросы о снисхождении (ч. 4 ст. 340 УПК РФ). Авторы Комментария к УПК 1997 г., а также А.А. Демичев акцентирует внимание на то, что эта процедура в УУС 1864 г. и в действующем УПК имеет принципиальные отличия. Согласно УУС, полагают они, дореволюционные заседатели обсуждали вопрос о том, заслуживает ли подсудимый снисхождения. Современные заседатели решают, заслуживает ли снисхождения деяние, по которому подсудимый признан виновным2.

Петрухин И.Л. Суд присяжных: проблемы и перспективы // Государство и право. — 2001. - №3.-С7.

2 Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Под общ. ред. В.М. Лебедева. - М., 1997. - С. 725.

127

Отличие принципиальное, но только в том случае, если бы оно действи- тельно имело место в действующем уголовно-процессуальном законодательстве. Подобная формулировка нормы закона в определенной мере могла бы снять объективно имеющееся противоречие между тем, что в условиях неполной информированности присяжных заседателей о негативных свойствах личности подсудимого присяжные заседатели должны решить вопрос о снисхождении не к подсудимому, а к деянию, которое он совершил1.

В этой ситуации действительно «обстоятельства, характеризующие дея- теля, а равно смягчающие или отягчающие ответственность обстоятельства, лежащие за пределами исследуемого деяния (относящиеся к личности подсудимого), присяжными не рассматриваются и не учитываются — это прерогатива председательствующего» .

В силу этого присяжным заседателям приходится, не касаясь личности подсудимого, оценить лишь деяние и решить на этой основе вопрос о снисхождении.

Необходимо подчеркнуть, что искусственность данной конструкции, очевидна. Во-первых, оценивая деяние, присяжные все равно не могут абстрагироваться от личности подсудимого и в конечном итоге решают вопрос именно о снисхождении к подсудимому, а не к деянию. Во-вторых, чтобы правильно оценить деяние как преступное, надо знать все признаки элементов состава, его характеризующие. А это, как уже отмечалось, не входит в компетенцию присяжных заседателей, так как требует специальных юридических знаний.

Такой порядок, в частности, имеет место в США, где присяжные оценивают именно дея- ние, а не личность виновного. Однако присяжные США, как известно, не решают при этом принципиально важный вопрос о снисхождении либо особом снисхождении к виновному, а объективные данные о личности подсудимого подробно представляются суду службой апробации, на основе чего суд и решает вопрос о наказании // См.: Тэймен С. Суд присяжных в современной России глазами американского юриста. - С. 75; Феофанов Ю. Как у них судят // Российская юстиция - 1995. - № 4. - С. 7; Государство и право. — 1995. — № 5. -С 9; и др.

2 Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. - С. 725.

128

В-третьих, и это главное, закон в ч. 1 ст. 334, ст. 349 УПК РФ все же требует обсудить и решить вопрос о снисхождении к самому подсудимому, а не к деянию, как утверждают названные авторы.

Вполне возможно, вывод названных авторов был сформирован под влиянием решения Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.94 г., где высшая судебная инстанция страны, в частности, указала на то, что вопрос о снисхождении или особом снисхождении ставится отдельно в отношении каждого из деяний, вменяемых подсудимому в вопросном листе (ч. 1 и 2 п. 19 постановления Пленума)1. Однако из данной формулировки вовсе не следует вывод о том, что вопрос о снисхождении решается в отношении деяния, а не подсудимого, ибо это бессмысленно и с научных, и с рациональных позиций.

На основании изложенного, приходим к следующим соображениям. Во- первых, о необходимости предоставления присяжным заседателям в полном объеме информации (как негативной, так и позитивной) о личности подсудимого, что даст возможность судить о его психическом отношении к инкриминируемому деянию. Во-вторых, о целесообразности вынесения вердикта присяжными заседателями в совещательной комнате совместно с судьей, что позволит снять логически возникающие противоречия, рассмотренные выше, а также повысит эффективность и качество совместного решения.

2.3.5. Теория «права и факта» - краеугольный камень порядка отправления правосудия в суде присяжных.

Двусмысленность рассмотренной выше ситуации заключается в том, что законодатель, неоднозначно понимая назначение уголовного процесса, создал такую конструкцию отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, которая и внутренне противоречива, и нерациональна в одном из самых основных вопросов процесса.

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 9 «О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных» // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1995. - № 3. - С. 14.

129

Исключив, с одной стороны, возможность исследования присяжными заседателями обстоятельств, негативно характеризующих личность подсудимого, с другой - возможность оценки состава преступления, законодатель, тем не менее, считает возможным обязать присяжных заседателей законно и обоснованно решить вопрос как о личности подсудимого (вопрос о снисхождении), так и вопрос о виновности, упорно настаивая при этом, что «вопросы факта» и «вопросы права» в подобном суде априори должны решаться отдельно и в различных судебных составах. Полагаем, коллегия присяжных заседателей самостоятельно и безмотивно разрешает основной (главный) вопрос уголовного дела, так же, как это делают судьи при традиционной форме судопроизводства (ст. 339 УПК РФ). Таким образом, можно выделить механизм действия суда с участием присяжных заседателей. Образно его можно представить в виде «черного ящика», в который загружается доказательственная информация; там, в закрытом виде она перерабатывается и выдается в форме утвердительных или отрицательных ответов на основные вопросы1.

Однако один из сторонников суда с участием присяжных заседателей И.Л. Петрухин настаивает на том, что «в суде присяжных мы видим разумное (!) распределение труда: факты устанавливают присяжные, а юридическая оценка фактов, решение вопроса о допустимости доказательств, назначение наказания и разрешение гражданского иска - прерогатива судьи»2.

Между тем «теория права и факта», как не соответствующая задачам правосудия и существу самого института присяжных заседателей, была подвергнута серьезной критике еще в германской литературе 1860 гг. (Глазер, Гнейст, Гейнце, Бар и Гуго-Мейер), а позднее - в трудах известного российского процессуалиста И. Я. Фойницкого. Последний, в частности, неоднократно указывал на то, что в подобном процессе:

См.: Аптипов А.В. Суд присяжных: состязательность и объективная истина / А.В. Анти- пов, С.А. Чепель // Государство, право, юридическая практика в исследованиях слушателей. -1997.-С. 164. 2 Петрухин И.Л. Указ. раб. - С. 7.

130

1) отделение вопросов факта от вопросов права в принципе невозможно, так как суждение о факте в сфере уголовного судопроизводства всегда заключает в себе и юридический элемент и, наоборот, для разрешения вопросов права нередко необходимо возвращаться к установлению фактов. Поэтому профессиональным судьям предоставляется широкое участие в оценке фактов, а присяжным заседателям председательствующий (например, в резюме -И. К.) просто обязан разъяснять относящиеся к делу законы и юридические начала, необходимые для оценки имеющихся в деле доказательств; 2) 3) стремление к такому разделению ослабляет сознание ответственности, как в среде присяжных заседателей, так и в среде коронного (профес- сионального — И. К.) элемента, поскольку в своих выводах одни неизбежно будут полагаться на другого; 4) 5) подобным порядком создаются натянутые, иногда даже враждебные отношения между присяжными заседателями и судьями, так как стремление во что бы то ни стало разграничить вопросы права и факта не может не иметь в результате вторжения коронного (профессионального) элемента суда в область, отведенную для присяжных заседателей . 6) В настоящее время на эти же обстоятельства обоснованно обращают внимание И. Овсянников, Р. Абдрахманов, В. Воскресенский, М. Селезнев и частично Н. Радутная . К примеру, И. Овсянников, достаточно скрупулезно анализируя положения ч. 5 ст. 348 УПК РФ в части, касающейся полномочий председательствующего по делу, по роспуску коллегии присяжных в случае несогласия с их обвинительным вердиктом , останавливает наше внимание на том, что нормативная регламентация данной нормы в действующем УПК

См.: Фойнщкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства. - Т. 2. - С. 451.

2 См.: Овсянников И. Почему сомнение председательствующего «тяжелее» убеждений пяти присяжных // Рос. юст. - 2000. - № 2. - С. 12-13; Абдрахманов Р. Не поторопились ли мы? // Рос. юст. — 1995. - № 12. — С. 12—13; Воскресенский В. Проблемы доказывания обвине ния. - С. 3-5; Селезнев М. Суд присяжных действует, но… // Законность. - 1998. - № 4. - С. 4—8.; Радутная Н. Суд присяжных в континентальной системе права // Российская юс тиция-1995.-№ 1.-С. 8-10.

3 Овсянников И. Указ. раб. - С. 12-13.

131

крайне противоречива, поскольку объективно требует в названной ситуации вмешательства судьи «в вопросы факта», которые, как известно, в названном процессуальном порядке должны решаться исключительно присяжными засе- дателями1.

Заслуживает нашего внимания и позиция М. Селезнева по данному вопросу, который считает, что «суд с участием присяжных заседателей противоречит самой гносеологической природе судебной деятельности в результате искусственного разделения единого процесса познания и установления истины на фактическую и юридическую стороны. Обе они настолько взаимосвязаны, обуславливают одна другую, что не подлежат никакому чисто условному разделению. Особенно рельефно это видно в современном уголовном судопроизводстве, когда предмет доказывания настолько сложен, что требует не только специальных познаний в области права, но и немалого опыта правоприменительной деятельности. Так, разрешаемый присяжными заседателями основной вопрос - о виновности пронизывает все исследуемое событие и совершенное деяние. Поэтому отдавать его на суд довольно случайно отобранных людей, мягко говоря, вряд ли правильно»2.

Таким образом, при достаточно объективном анализе столь широко рекламируемая «теория права и факта», являющаяся краеугольным камнем порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, не выдерживает критики ни с теоретических, ни с практических, ни с методологических позиций.

В связи с этим обоснованным представляется мнение В. Воскресенского в вопросе о том, что в ряде случаев при отправлении в суде с участием присяжных заседателей невозможно (без ущерба для цели процесса и правосудия в частности) скрывать сведения о прежних судимостях обвиняемого, а

Достаточно подробный анализ противоречий названной нормы дан нами в параграфе втором главы второй настоящей работы. 2 См.: Селезнев М. Указ. раб. - С. 4.

132

также иные сведения о его личности1. Из сказанного вытекает необходимость, обусловленная допустимым и целесообразным разрешением вопросов «факта» совместно с судьей, который в свою очередь занимается и осуществлением своих должностных полномочий, то есть решениями вопросов «права».

. С одной стороны, недопустимо, когда доказывание обвинения подменя- ется сбором компрометирующих сведений о частной жизни обвиняемого, когда сторона обвинения использует подобные сведения с единственной целью -опорочить подсудимого, склонить присяжных заседателей к выводам стороны обвинения вопреки другим доказательствам по делу. Использование такого рода данных, никак не относящихся к делу, к исследуемому кругу обстоятельств (ст. 73 УПК РФ), действительно может создать предвзятое мнение у присяжных заседателей по поводу личности подсудимого и повлиять на их вердикт. С другой стороны, поскольку решение вопросов «факта» предлагается на совместное решение присяжных заседателей и судьи, вполне допустимо учитывать его роль, как опытного проводника, что должно исключить указанную проблему. Более того, законодательное закрепление такого положения позволило бы подсудимому заочно знать о том, что станет известным о его жизни присяжным заседателям, то есть cuius commodum, eius periculum2. По этой причине целесообразным видим возможность не ограничивать присяжных заседателей в изучении доказательств, содержащих, как позитивную, так и негативную информацию о подсудимом. Так как это позволит им вместе с судьей грамотно и объективно оценить сложившуюся ситуацию, а, следовательно, полно и качественно ответить на поставленные вопросы.

Вместе с тем, для оптимальной реализации назначения процесса и пра- восудия, в частности, представляется не только целесообразным, но и вполне оправданным исследование всех данных о личности подсудимого, которые имеют значение для правильного установления фактических обстоятельств

См.: Воскресенский. Указ. раб. — С. 5. 2 Чья выгода, того и риск.

133

дела, входящих в предмет доказывания (ст. 73, 299 УПК РФ), когда эти данные способствуют правильному установлению объективной стороны преступления (способа действий подсудимого; п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ), его действительного умысла или мотива преступления (субъективной стороны; п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ).

Тем более, данные социологических исследований объективно свиде- тельствуют о том, что присяжных заседателей крайне раздражает ситуация, при которой они вынулсденно покидают зал судебного заседания на время исследования (или обсуждения) судом вопроса о возможности оглашения тех или иных данных, негативно характеризующих подсудимого. Они, скорее всего, понимают определенную ущербность своей роли в рассмотренном процессуальном порядке . Сложившаяся ситуация, по нашему мнению, ярко описана Н. Злавратским «Общее впечатление формальной стороны суда присяжных на крестьян-присяжных было очень смутное, неясное; все они словно в тумане ходили и не могли ничего понять. Им все казалось, что их куда-то ведут, где-то сажают, поднимают, перекликают и все приказывают: «встаньте, сядьте, пойдите, отойдите»…». Однако судили, рассуживали, причем от-менить их вердикты в большинстве случаев было невозможно» .

На фоне этого любые заверения о том, что они и председательствующий по делу - равноправные судьи воспринимаются присяжными заседателями с известной долей скептицизма. Вполне вероятно, что в этом кроются причины того, что присяжные заседатели, не желая быть «пешками» в «игре» под названием правосудие, противопоставляют себя обвинительной и отчасти судебной власти (мало различимых для них) и выносят те многочисленные оправдательные вердикты, которые нередко вызывают резкое неприятие обще-

Исследование проводилось кафедрой социальной психологии факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова по итогам (4-х летней) деятельности суда присяжных в Московском областном суде. // См.: Судебное следствие в суде присяжных // Уч. фильм в трех частях. -М.,- 1999- ч.2.

2 Цит.: по Симкин Л. Присяжные заседатели в конце начала // Знамя. - 1993. - № 5. - С. 192.

134

ства. Полагаем наши доводы, вызовут резонанс среди ученых и послужат совершенствованию нового УПК РФ.

Таким образом, в результате проведенного нами анализа можно сделать вывод о том, что существующая форма отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей в принципиальных моментах также не соответствует надлежащей реализации принципов уголовного судопроизводства, требованиям оптимальности его процедур, а, кроме того, эффективной реализации назначения уголовного процесса. Помимо этого, в ряде моментов данный порядок, ввиду неурегулированности должным образом своих процедур, явно уступает процедурам порядка отправления правосудия в суде с участием профессиональных судей. Однако предложенные нами новации во многом модернизируют процедуру судопроизводства в суде с участием присяжных заседателей, что позволит соответствовать данному институту требованиям современных реалий отправления правосудия.

135

Глава 3.

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, СОЦИОКУЛЬТУРНЫЕ И НРАВСТВЕННО- ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ СОСТАВЛЯЮЩИЕ ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ СУДА С УЧАСТИЕМ ПРИСЯЖНЫХ ЗАСЕДАТЕЛЕЙ В СОВРЕМЕННОЙ РОССИИ

§ 1. Экономические составляющие функционирования суда с участием присяжных заседателей

Применительно к организации и функционированию суда с участием присяжных заседателей в условиях современной России, отмечает А.А. Деми-чев, можно выделить несколько групп проблем, которые объективно сказываются на эффективности функционирования данного уголовно- процессуального института. Основными из них являются проблемы экономические, социокультурные (связаны с исторической традицией, особенностями менталитета русского народа, спецификой современного российского общественного развития); нравственно-психологические (связаны с константами человеческой психологии) и, наконец, проблемы юридические (связаны с недостатками современного российского законодательства о суде с участием присяжных заседателей, несогласованностью его с основополагающими процессуальными принципами и институтами континентальной системы права)1.

В предыдущей главе рассмотрена значительная часть юридических проблем функционирования суда с участием присяжных заседателей2. Проведенный нами анализ нормативной регламентации порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей дает основание утверждать,

1 См.: Демичев А.А. Российский суд присяжных: история и современность. - С. 76-77.

2 Определенные срезы проблем социокультурного характера, связанные с исторической традицией российского народа, уже рассмотрены нами в рамках первой главы первой на стоящей работы.

136

что в настоящее время он далек от совершенства и в ряде принципиальных моментов не обеспечивает ни надлежащей реализации основополагающих принципов правосудия, ни оптимальности уголовно-процессуальной формы порядка его отправления, ни надлежащей защиты прав, свобод и законных интересов основных участников уголовного судопроизводства либо защиты интересов государства и общества.

Поэтому в дальнейшем мы оставляем за собой право рассматривать чисто юридические проблемы только тогда, когда это действительно необходимо для анализа оптимальности других (экономических, социокультурных, нравственно-психологических) составляющих функционирования данного уголовно-процессуального порядка в условиях современной России.

Известно, что в настоящее время суд с участием присяжных заседателей действует в девяти (из восьмидесяти девяти) субъектах Российской Федера- ции: с 1 ноября 1993 года - в Ставропольском крае, Ивановской, Московской, Рязанской1 и Саратовской областях, с 1 января 1994 года - в Алтайском и Краснодарском краях, Ростовской и Ульяновской областях. Выбор именно этих регионов был обусловлен их географическим, социальным и политическим положением, а также типичностью проблем правосудия для всей судебной системы России2. Основная же причина его столь ограниченного (лишь 10% по числу субъектов Федерации, но на этой территории проживает 30 млн. человек и рассматривается пятая часть всех уголовных дел в стране) распро-странения — недостаток финансовых средств .

1 Ранее уже отмечалось, что администрация Рязанской области фактически отказывалась от этого навязанного ей эксперимента. Однако данный отказ не был воспринят законодатель ной и исполнительной властью страны. Поэтому с формально-юридических позиций на званный суд продолжает действовать и в этом субъекте РФ.

2 Подробнее по этому поводу см.: Суд присяжных: возвращение в Россию. Программа меро приятий по поэтапному введению суда присяжных и других принципиально новых положе ний процессуального и судоустройственного законодательства // Советская юстиция. - 1993.-№ 3.-С.2-4.

3 См.: «Известия». - 1998. - 1 декабря.

137

В 1996 г. предполагалось ввести суд с участием присяжных заседателей еще в двенадцати субъектах Российской Федерации: с 1 января - в Республике Карелия, Челябинской области, городах Москве и С.- Петербурге; с 1 июня - в Белгородской, Нижегородской, Калининградской, Калужской, Орловской, Пензенской, Самарской и Тверской областях. По финансовым причинам этого не произошло, поскольку на реализацию данного проекта только в 1996 г. потребовалось бы из федерального бюджета 177,5 млрд. рублей’. В рамках реализации данной программы предполагалось и увеличение штатной численности судей, прокуроров, сотрудников МВД России почти на 1500 человек2. Однако в силу недостаточного бюджетного финансирования этого также не произошло. Поэтому ожидать в ближайшее время расширения границ эксперимента по осуществлению правосудия судом с участием присяжных заседателей вряд ли стоит, — прежде всего, по объективным причинам нехватки средств в федеральном бюджете. О том, что суд с участием присяжных заседателей пока «не по карману» нашему оскудевшему государству и обществу свидетельствуют и следующие цифры. В декабре 1992 г. Минюст России подготовил свод расходов на проведение в 1993 году в судах Ивановской, Рязанской, Саратовской, Московской областях и Ставропольском крае альтернативного судопроизводства, а всего на сумму 1159 млн. рублей. Генеральная прокуратура России также представила смету расходов в связи с участием ее работников в альтернативном судопроизводстве на сумму 356 млн. рублей. В полном объеме названные суммы так и не были выделены . Известно только по данным министра юстиции РФ, что процесс с участием присяжных обхо- дится в шесть с половиной раз дороже, чем аналогичный суд без такого участия4. Подобного мнения придерживается и 85% (170 чел.) проанкетирован-

1 Цит. по: ДемичевА.А. Российский суд присяжных: история и современность. - С. 71.

2 См.: Российская юстиция. - 1996.- № 2. - С. 1.

3 См.: Программа мероприятий по поэтапному введению суда присяжных… - С. 4.

4 Томип В. Т. «Права и свободы человека» — большой блеф XX века (уголовный процесс Рос сии: аспекты взаимодействия с международным правом) // Вестн. Нижегород. гос. ун-та им. Н.И. Лобачевского. - 1996. - С. 55-56.

138

ных нами судей и прокуроров, которые полагают, что уголовное судопроизводство России еще не в состоянии принять такую форму отправления правосудия во всех субъектах РФ. Причины приостановления введения суда с участием присяжных заседателей во всех субъектах РФ они находят 60% (120 чел.) в объективных причинах недостаточного финансирования судебной системы в т. ч. отсутствие помещений и других необходимых сопутствующих условий. Кроме того, 52,5% (105 чел.) указали на отсутствие нужного количества судей, как необходимых кадров для отправления этой формы осуществления правосудия, а 32,5% (65 чел.) указали на отсутствие нужного количества государственных обвинителей, как необходимых кадров для отправления этой формы осуществления правосудия и лишь 15% (30 чел.) участвовавших в нашем исследовании причины приостановления введения суда с участием присяжных заседателей во всех субъектах РФ видят в скрытом противодействии самого судебного корпуса.

Однако в связи с принятием нового УПК РФ с января 2003 года суд с участием присяжных заседателей запланировано ввести во всех восьмидесяти девяти субъектах Российской Федерации.

Таким образом, уже в 1996 г. экономические проблемы введения и под- держания функционирования суда с участием присяжных заседателей обозначились очень остро. Их игнорирование государством, попытки сделать вид, что ничего серьезного в судебной системе страны не происходит, привели к тому, что сомнения в целесообразности сохранения суда с участием присяжных заседателей перешли из области теоретических споров и рассуждений в область практических действий по фактическому отказу от данного процессуального порядка.

Так, 2 декабря 1998 года глава администрации Рязанской области В.П. Любимов в письме председателю Верховного Суда РФ В.М. Лебедеву и председателю Рязанского областного суда А.В. Гостеву заявил: «Администрация области сообщает, что в связи с острым дефицитом областного бюджета мы больше не в состоянии выделять значительные средства на проведение экспе-

139

римента по организации работы суда присяжных заседателей на территории области. На основании вышеизложенного администрация области прекращает проведение эксперимента на территории области и как следствие этого, не будут больше составляться общие и запасные списки присяжных заседателей»1.

Эта отнюдь не эмоциональная позиция администрации Рязанской области проявила себя и на заседании Совета Федерации от 27 января 1999 года, где В.П. Любимов главной причиной неудачи введения суда присяжных назвал экономическую несостоятельность государства, «…которое не может обеспечить все требуемые условия для этого вида судопроизводства»2.

Отметим, что в Правительстве РФ и в Верховном Суде России мало кто сомневается в том, что заявление главы администрации Рязанской области об экономических трудностях надлежащего функционирования суда с участием присяжных заседателей имеет под собой достаточные основания, но в то же время отказ этой области от продолжения деятельности суда присяжных на своей территории признается незаконным3.

Основным аргументом такого подхода со стороны Правительства РФ и функционеров Верховного Суда России - является конституционное закрепление этого процессуального порядка как действующей, а значит обязательной формы производства по уголовному делу в тех регионах, где она введена.

Между тем, первоначально (в 1992-93 г.г.) речь, как известно, шла о том, что введение суда с участием присяжных заседателей в перечисленных регионах является лишь экспериментом, который в любой момент (в том числе по инициативе указанных субъектов) может быть прекращен4. Однако, ни в одном из нормативных документов, регулирующих
введение, организа-

Любимов В.Н. Финансовая петля суда присяжных // Российская юстиция. - 1999. - № 5. — С. 5.; Рязанская область тратит ежегодно на организацию судебных заседаний с участием присяжных сумму в размере 80 тыс. рублей // Рос. газета. - 1999. - 2 февраля.

Там же. — С. 6.

3 См.: Любимое В.Н. Финансовая петля суда присяжных // Российская юстиция — 1999. - № 5. - С. 7.

4 См.: Демичев А. А. Указ. раб. - С. 80.

140

цию и функционирование суда с участием присяжных заседателей в названных регионах России, это положение не было закреплено, а обсуждалось, как правило, в ходе научных дискуссий, в разговорах среди юристов-теоретиков, практиков и представителей властных структур. Данный факт был рассмотрен, как недостаток в своей именно экспериментальной части использования ни срок эксперимента, ни дата подведения его итогов в законе не определены, в Постановлении Конституционного Суда от 2 февраля 1999 года. Именно это обстоятельство и явилось основным препятствием для прекращения на- званного эксперимента в ряде регионов страны, так как в Конституции РФ данный уголовно-процессуальный институт закреплен в качестве обязательной нормы и важнейшей конституционной гарантии прав обвиняемого. Таким образом, указанные края и области не имеют возможности отказаться от ранее предложенного, а скорее, навязанного им в пылу демократических преобразований эксперимента, не обеспеченного не финансово, ни кадрово, ни организационно.

Следует отметить и то, что изложенные негативные экономические тен- денции объективно проявляют себя даже в условиях крайне незначительного количества дел, рассматриваемых присяжными1.

Так, в 1994 г. с их участием было разрешено 173 дела в отношении 241 человека, в 1995 г. - 305 дел в отношении 544 граждан, в 1996 г. — 336 дел в отношении 622 человек, а в 1997 г. — 419 дел в отношении 825 лиц, в 1998 году — 405 дел в отношении 800 обвиняемых, в 1999 году - 422 дела в отношении 867 обвиняемых и в 2000 году - 406 дел в отношении 894 обвиняемых2. Для сравнения: всего по первой инстанции судами РФ в 1994 г. было рассмотрено - 976 тыс. уголовных дел; в 1995 г. - 1075 тыс. дел; в 1996 г. — 1189 тыс.

1 Так, в 1997 году из более 1300 тыс. подсудимых на суды присяжных пришлось 825 лиц, то есть всего 0,06%. См.: Ларин А. Иного пути для нас нет. Открытое письмо противникам су да присяжных // Российская юстиция. - 1999. — № 2. - С. 8.

2 См.: Рассмотрение дел судом присяжных: Научно-практическое пособие / Отв. ред. В.М. Лебедев. - М., 1998. - С. 5.; Шурыгин А. Суд присяжных должен действовать на всей территории России // Рос. юстиция. - 2000. - № 4. - С. 6-7.; Шурыгин А. Число обжалован ных приговоров растет // Рос. юстиция. - 2001. - № 6. - С. 24.

141

дел; в 1997 г. — 1056 тыс. дел; в 1998 г. — 1137 тыс. дел и примерно в 1999 г. -1216 тыс. дел; в 2000 г. - 1319 тыс. дел1.

Таким образом, доля дел, рассмотренных с участием присяжных засе- дателей, соответственно составила: в 1994 г. - 0,017%; в 1995 г. — 0,028%; в 1996 г. - 0,028%; в 1997 г. - 0,039%; в 1998 г. - 0,035% и примерно в 1999 г. -0,033%; в 2000 г. - 0,031% от всего количества уголовных дел, рассмотренных и разрешенных всеми судами Российской Федерации по первой инстанции. Следовательно, даже в этих мизерных объемах государство не в состоянии экономически обеспечить нормальное функционирование данного уголовно-процессуального порядка. По подсчетам одного из сторонников распространения суда с участием присяжных заседателей на всей территории Российской Федерации, расходы на содержание данной формы отправления правосудия в России составят: 2172800 рублей в год2. По данному поводу, хотелось бы до- полнить, что эта цифра включает в себя только лишь оплату человеко-дней в суде с участием присяжных заседателей, не учитывая другие расходы, связанные с его функционированием.

Сегодня суд с участием присяжных заседателей является самой дорогой формой суда, которую вряд ли может позволить себе наше государство в его сложном экономическом положении. К примеру, ст. 86 Закона «О судоустройстве» предусматривает, что труд присяжного заседателя должен оплачиваться из федерального бюджета в размере половины должностного оклада члена соответствующего суда, но не менее среднего заработка присяжного заседателя по месту его основной работы пропорционально времени (количеству рабочих дней) присутствия в суде.

См.: Обзор статистических сведений о состоянии судимости и работе судов по рассмотре- нию уголовных дел за 1994 - 1996 г.г. // Рос. юстиция. - 1997. - № 6. — С. 49-52.; Работа судов Российской Федерации в 1997 году // Рос. юстиция. - 1998. - № 6. - С. 55.; Работа судов Российской Федерации в 1998 году // Рос. юстиция. — 1999. - № 8. — С. 52.; Работа судов общей юрисдикции в 1999 году // Рос. юстиция. — 2000. — № 7. - С. 58.; Работа судов общей юрисдикции в 1999 году // Рос. юстиция. — 2000. — № 8. — С. 55.; Работа судов общей юрисдикции в 2000 году//Рос. юстиция. - 2001 .-№ 11.-С. 77. 2 Подробнее по этому поводу см.: Петрухин И.Л. Указ. раб. - С. 14.

142

Если предположить, отмечает А. Демичев1, что средняя заработная плата занятого в экономике Российской Федерации составляет 1000 рублей (по явно заниженным данным на IV квартал 1999 г.), то в среднем на оплату труда комплектных и запасных присяжных заседателей за одну десятидневную сессию в одном областном суде уйдет порядка 5600 рублей. И это не считая вознаграждения тем, кто по вызову явился в суд, хотя и не был отобран для рассмотрения дела, возможных транспортных издержек присяжных заседателей, их командировочных расходов, возмещение которых также предусматривается из государственного бюджета, расходов на инвентарь, переоборудование залов судебных заседаний и т. п. По данному поводу хотелось бы добавить, что не малые расходы финансовых средств требуются и для переподготовки персонала.

Существует еще одна не менее важная проблема, связанная с экономи- ческой составляющей деятельности суда с участием присяжных заседателей, которая выражается в неравенстве сторон в судебном процессе в связи с тем, что одна из сторон обладает более крупными материальными ресурсами, а, следовательно, и большими возможностями для использования услуг квалифицированного адвоката и обеспечения процесса.

В данном случае целесообразно привести более чем примечательный пример из практики заместителя отдела гособвинителей прокуратуры Краснодарского края Л.Н. Полянцевой в которой есть такие интересные факты.-«… адвокаты, извините, — отмечает она, парики какие-то надевают, еще что-то и ходят по месту жительства присяжных, любыми путями влияют на конечный результат. Точно также и родственники подсудимых. У нас край многообразный, не только бедные, есть и вполне состоятельные люди, которые пытаются

См.: Демичев А.А. Указ. раб. - С. 72. 2 На большинство из этих обстоятельств обоснованно обращалось внимание и при решении вопроса о целесообразности введения суда с участием присяжных заседателей в уголовном судопроизводстве России. См.: Ваксян А. Практика - критерий истины // Сов. юст. — 1993. — № 9. - С. 4; Слободкин Ю. Не стоит слепо подражать западу // Советская юстиция. - 1993. -№ 9. -С. 5-6.

143

подкупить присяжных, чтобы те вынесли нужное решение. Такие люди на все идут. Это появилось в последние годы. Какое же здесь правосудие? У нас тут все на поверхности: там дом продали, там машину, еще что-то. А присяжным-то не так много и надо. Они или безработные, или пенсионеры, или еще кто-то в этом роде. Семь человек - и все»1. Мнение М. Прусака губернатора Новгородской области более категорично, он считает, что достаточно подкупить всего одного из присяжных и решение коллегии окажется совсем иным или не состоится вовсе .

Как видим, проблема достаточно острая и актуальная. Суд с участием присяжных заседателей и с этой стороны оказался не таким безупречным, как это первоначально предполагалось при его экспериментальном введении. Успешное завершение процесса для сторон во многом определяется их финансовым положением, что подтверждает соответствие, в определенной степени, истине высказывание, что «правосудие зависит от того, сколько у человека денег». Адвокаты, движимые опять же материальной выгодой используют различные изощренные приемы воздействия на присяжных заседателей, забывая о данных им широких законных полномочиях в состязательном процессе. Принцип же равенства всех перед законом и судом в данном процессе остается пока мечтой для многих членов нашего общества.

Следующей проблемой, связанной с экономической составляющей функционирования суда с участием присяжных заседателей, является гро- моздкость и как следствие этого растянутость сроков процесса, что, во- первых, является фундаментальным нарушением прав граждан в сфере правосудия. В частности самого обвиняемого, который, в случае если, находится под стражей, подолгу ожидает формирования скамьи присяжных заседателей. Однако возможны случаи, когда длительная процедура отбора присяжных заседателей может осуществляться повторно, например, в случае серьезной бо-

1 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя: Дискуссии. — С. 30.

2 См.: Вы «за» судебно-правовые реформы в таком виде, в каком их предложил Президент РФ, или «против»? Почему? // Российская Федерация сегодня. —2001. — № 12. — С. 7.

144

лезни одного из подсудимых . Нет и каких-либо ограничений для роспуска коллегии присяжных заседателей и направления дела на новое рассмотрение это может происходить многократно. Таким образом, уголовно-процессуальный закон в его современном виде не обеспечивает завершения процедуры отправления правосудия в каждом конкретном случае2. Следует отметить, что такие обстоятельства нарушает ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, которая предусматривает то, что каждый обвиняемый обладает правом быть судимым без неоправданной задержки. Во-вторых, способствует снижению эффективности работы судебной системы. В-третьих, является результатом немалых бюджетных потерь. Происходит это ввиду того, что много времени требует строгое применение правил, касающихся доказательств, адвокаты должны быть убеждены, что присяжные пол- ностью понимают суть рассматриваемого дела, и им приходится выступать более подробно. Кроме того, присяжные не имеют профессиональной подготовки «слушателей», как, например, судьи, а потому устают и чаще возникает необходимость в перерывах. Следует также упомянуть, пишет У.Бернэм, что сам процесс выработки решений присяжными заседателями длится дольше. В ходе одного из исследований судов Манхеттена в Нью-Йорке, было подсчитано, что процесс суда присяжных требует приблизительно на 40% большего времени, чем процесс, проводимый судьями3.

Опыт данного порядка отправления правосудия в Англии показывает, что законодательство постоянно увеличивает число составов преступлений, преследуемых в суммарном порядке. Выделение в английском праве таких преступлений дает возможность упростить и ускорить судебный процесс. Что касается многочисленных «смешанных преступлений», которые могут оказаться как в юрисдикции суда Короны с участием присяжных, так и в юрис-

1 Подробнее см.: Селезнев М. Суд присяжных действует, но… - С. 6.

Подробнее по этому поводу см.: Овсянников В. Кем и как должен решаться главный во- прос уголовного судопроизводства в суде присяжных / В. Овсянников, И. Овсянников // Уголовное право. -2001. -№-3. — С.71. 3 Бернэм У. Указ. раб. - С. 16 - 17.

145

дикции магистратского суда без присяжных заседателей, то право выбора принадлежит обвиняемому. Обычно на практике почти 100% таких дел рассматриваются судом магистратов без участия присяжных заседателей. Показателен в данном случае и судебный опыт Франции, в которой значительное число судебных решений принимается судьями единолично. Это обосновано необходимостью ускорения и удешевления процесса1. Как отмечает исследователь зарубежных правовых систем СВ. Боботов, из года в год суды присяжных рассматривают всё меньшее количество дел: в США — 7,6%, в Англии — 3%, во Франции - менее 1% из общего числа поступающих в суды дел2. Думается, что стоит обратить внимание на эти цифры, поскольку суд присяжных в вышеперечисленных странах функционирует намного дольше, чем в России и опыт его использования в названных странах заслуживает более тщательного и внимательного изучения, которое в свою очередь позволит России избежать столкновения с теми проблемами, которые уже давно нашли свое конструктивное разрешение в других странах.

Необходимо также отметить что, выполняя обязанности присяжных за- седателей, граждане отвлекаются от своего основного вида деятельности, от производства экономических благ. Время, которое они проводят в суде в качестве присяжных заседателей, является потерянным с точки зрения экономики страны, производства валового национального продукта. Однако официальный анализ экономических затрат на этот отдельный компонент правоохранительной деятельности отсутствует, а точнее его не было вообще.

Нам могут возразить известной риторической фразой, к которой доста- точно часто апеллируют сторонники либеральных реформ: «дешевое правосудие—дорого стоит». Возможно, это и так, хотя обоснование такого тезиса, как правило, лежит за пределами юриспруденции, и в данном плане нам больше импонирует глубоко гражданская позиция профессора В.Т. Томина, которая

1 Подробнее см.: Судебные системы зарубежных государств - М., 1991. - С. 104-112, 164.

2 Боботов СВ. Буржуазная юстиция. Состояние и перспективы развития. — М., 1989. - С.42.

146

заключается в том, что никто и ничто не освобождает юристов от обязанности считать деньги государства и общества, выделенные на отправление этой отрасли государственной деятельности1, как, например, научились их считать в Рязанской области. Одним из путей разрешения сложившейся ситуации, нами видится, сокращение подсудности суда с участием присяжных заседателей до дел, где законом предусмотрена смертная казнь, а точнее не следует распространять рассматриваемый институт шире конституционных рамок (ч. 2 ст. 20), предусматривая его применение только по делам о тех преступлениях, за которые может быть назначена смертная казнь. В этом случае финансовых ресурсов государства потребуется намного меньше и возможно будет достаточно для введения суда с участием присяжных заседателей во всех регионах страны, чем не будут ущемлены права тех граждан, проживающих в местностях, на территории которых в данное время не действует суд с участием присяжных заседателей.

В связи с этим также заслуживает внимания мнение профессора М.И. Клеандрова, который считает, что «фактором, сильно сдерживающим развитие судебной системы России, является, что общеизвестно, недостаток финансовых средств. Но в то же время хорошо известно, что затраты на прогнозирование того или иного события или явления в 10-15 раз меньше, чем на ликвидацию последствий от ошибочно принятого решения. Это значит, что рациональное расходование средств в случае квалифицированного анализа ситуации и верного прогноза эквивалентны привлечению дополнительных, подчас весьма значительных инвестиций» .

Достаточно убедительным и не требующим комментариев является вы- сказывание депутата Государственной Думы С. Попова, который считает, «что для многих законодателей развитие судебной системы не является приоритетным в работе. Это достаточно тяжелый, кропотливый труд, плоды которого

1 Томин В. Т. Sapienti Sat… - С. 15-17.

2 Клеапдров М.И. Суды и судьи в XXI веке // Налоги. Инвестиции. Капитал. — 2000. - № 1- 2. - С. 62.

147

далеко не так видны избирателям, как усилия по строительству новой школы или больницы. Поэтому, когда встает вопрос о выделении средств для судебной системы, у депутатов зачастую находятся более важные дела. Но в итоге копеечная экономия оборачивается потерей многих тысяч рублей и не поддающимися материальному исчислению моральными издержками»1.

Небезынтересна и позиция депутата Государственной Думы РФ Хари- тонова Н., который полагает, что «прежде чем говорить о судебно- правовой реформе, надо перво-наперво просчитать механизм финансового ее обеспечения. Иначе, вызывает тревогу то, что благие намерения могут ими и остаться»2. Действительно уровень финансирования был совершенно недостаточен для проведения судебной реформы. Поскольку на судебную деятельность, институты судебной власти смотрели не как на архимедов рычаг переустройства, а как на рядового бюджетополучателя, поскольку и получили в результате ту судебную систему, которую мы имеем сегодня3.

Участие присяжных заседателей в процессе отправления правосудия, несомненно, делает судебную власть в нашей стране более прозрачной, менее замкнутой, менее кастовой, но без надлежащего прогнозирования и анализа деятельности данного уголовно-процессуального института он может стать не результатом прогрессивной, идущей в ногу со временем судебно-правовой реформы, а обстоятельством препятствующим гармоничному развитию государства и общества в целом. Следовательно, деятельность суда с участием присяжных заседателей, начиная с 1993 года, нуждается в полном и всестороннем анализе, как с теоретических, так и с практических позиций, который позволит выявить как положительные, так и отрицательные моменты этого

1 Попов С. Черепашьи шаги судебной реформы // Российская Федерация сегодня. - 2001. - №12.-С. 5.

2 См.: Вы «за» судебно-правовые реформы в таком виде, в каком их предложил Президент РФ, или «против»? Почему? // «РФ сегодня». - 2001. - № 12. - С. 6.

3 Побробнее см.: Краснов М. От концепции 1991 года до сегодняшнего дня Попытка инвен таризации // Росс. юст. - 2001. - № 11. - С. 6.

148

института и лишь после корректировки последних возможно распространение суда с участием присяжных заседателей во всех регионах страны.

Рассмотрев экономические составляющие функционирования суда с участием присяжных заседателей, представляется возможным выдвижение следующих предварительных тезисов:

  1. Поскольку суд с участием присяжных заседателей был введен в девяти регионах нашей страны в качестве эксперимента, прежде чем приступать к каким-либо дальнейшим действиям в отношении этого уголовно- процессуального института, в частности введения его на всей территории России, необходимо подвести итог этого эксперимента, в том числе сде- лать финансовые и организационные просчеты, а также всесторонний на- учно-обоснованный концептуальный подход к данному институту.
  2. Прежде чем претворять в реальность новые уголовно-процессуальные институты необходимо просчитать механизм их финансового обеспечения.
  3. В настоящее время экономическая составляющая жизнедеятельности государства и общества объективно не в состоянии обеспечить нормальное функционирование суда с участием присяжных заседателей в названных регионах, а тем более служить предпосылкой для его распространения во всех регионах страны.
  4. § 2. Социокультурные и нравственно-психологические составляющие функционирования суда с участием присяжных заседателей в современной России

3.2.1. Социокультурные составляющие функционирования суда с участием присяжных заседателей

В условиях демократии, построения правового государства и общества только экономические трудности вряд ли могут помешать дальнейшему функ-

149

ционированию суда с участием присяжных заседателей, так как решение ряда экономических проблем, вероятно, возможно уже в обозримом будущем. Разрешимо в принципе и большинство отмеченных нами юридических проблем1.

Однако для преодоления проблем социокультурного, особенно нравст- венно-психологического характера явно недостаточно мероприятий, проводимых правительством и деятельности законодателя. Для их решения необходимо изменение российского менталитета и правосознания как важнейшей его составной части.

Между тем менталитет, как отмечается в специальной литературе, тем и отличается, что он зачастую иррационален, его динамика и трансформация не поддаются объективному прогнозированию2.

На эти же обстоятельства при решении вопроса о введении суда с участием присяжных заседателей обоснованно обращал внимание Г. Хохряков, в частности, отмечая, что его пугает та легкость, с какой мы, не изучив мас- совое правовое сознание населения, идем на крутые перемены в сфере правосудия. Суд с участием присяжных заседателей, продолжает автор, плоть от плоти той системы, где он функционирует. Нельзя слепо копировать англоамериканскую систему. Там другая история, другое правосознание, другая ситуация. Нам нужно искать свой путь3. Убедительное подтверждение позиции Г. Хохрякова мы находим и в работе У. Бернема, который подчеркивает то, что даже те, кто верят в эффективность судов с участием присяжных заседателей понимают, что суды с участием присяжных заседателей, возможно, были сохранены в США спустя много лет после их отмены в других странах как раз именно по той причине, что данные суды отражают особенности специфически американской системы ценностей. Поэтому, не исключено, что суды с участием присяжных заседателей не будут успешно функционировать в рам-

1 На это обоснованно обращает внимание и А. Демичев. См.: Демичев А.А. Указ. раб. — С. 73,78.

2 См.: Япова Н.Г. Суд присяжных и государственный обвинитель // Социологические ис следования. - 1998. - № 5. - С. 84-85.

3 См.: Ершов В. Альтернативное судопроизводство: первые шаги. - С. 3.

150

ках других систем или же будут функционировать только при условии важных изменений в отношении к суду с участием присяжных заседателей и в за- конодательстве (выделено мной — И.К.) .

Высказанные опасения нашли свое объективное подтверждение в ходе исследования, проведенного А.А. Демичевым . Из общего количества опрошенных им граждан только 44,2% уверенно заявили о том, что знают, что такое суд с участием присяжных заседателей; 24,0% ответили, что что-то слышали об этом правовом институте; и 31,8% — вообще не знают что такое суд с участием присяжных заседателей .

Таким образом, спустя восемь лет с начала функционирования суда с участием присяжных заседателей в девяти регионах страны 55,8% опрошенных не совсем ясно представляют сущность и социальное назначение этого столь широко рекламируемого в средствах массовой информации уголовно-процессуального института, не знают где и как он функционирует, в чем его преимущества, является ли он российской правовой традицией и т. п.

Среди опрошенных значительно также число противников суда с участием присяжных заседателей. Причем большая часть опрошенных основную причину его ненужности видит в том, что этот суд не гарантирует прав личности (43,4%)А; 27,7% респондентов свое неприятие суда с участием присяжных заседателей объяснили его излишней дороговизной; 19,7% посчитали, что это иностранный правовой институт и поэтому не годится для Рос-

1 Берпэм У. Указ. раб. - С. 28.

2 В сентябре 1999 г. в г. Н. Новгороде был проведен социологический опрос, имевший це лью выявить отношение граждан к суду с участием присяжных заседателей. Среди жителей Н. Новгорода была проведена репрезентативная квотная выборка. Всего в опросе приняло участие 584 чел. В соответствии с половозрастной и образовательной структурой населе ния г. Н. Новгорода среди опрошенных мужчины составили 45,7%, женщины - 54,3%; воз растной состав: 18-29 лет - 19,2%, 30-39 лет - 19,9%, 40^9 лет - 21,7%, 50-59 лет - 14,6%, 60 лет и старше - 24,6%. См.: Демичев А. А. Указ. раб. - С. 78.

3 См.: ДемичевА.А. Указ. раб. - С. 80.

4 Таким образом, в этом вопросе мнение опрошенных (населения) резко расходится с мне нием отдельных теоретиков процессуальной науки, который год усиленно обосновываю щих в качестве главного тезис о том, что суд с участием присяжных заседателей — лучший гарант прав личности в уголовном процессе.

151

сии. Оставшиеся 9,2% предложили свои варианты неприятия суда с участием присяжных заседателей: слишком низкий уровень культуры, в том числе правовой граждан, нет стабильности в обществе, раньше и без суда с участием присяжных заседателей хорошо обходились, нет гарантий безопасности для присяжных заседателей, возможность коррумпированности заседателей и др.

Однако особенно ярко специфика российского правосознания проявилась при ответе на такой принципиальный вопрос, как: «Хотели бы Вы (лично) участвовать в суде в качестве присяжного заседателя?». Однозначно по- ложительно на этот вопрос ответило лишь 20,4% респондентов; 8,7% скорее хотели бы этого, чем не хотели; 57,4% высказались категорически против; 13,58% скорее не хотели бы, чем хотели стать присяжными заседателями.

Таким образом, только 29,1% (при 70,9% противников этого) согласились бы лично исполнять роль присяжных заседателей1. Это еще раз свиде- тельствует об определенной чужеродности данного уголовного процессуального порядка правовой традиции и менталитету русского народа. Приведенные данные объективно свидетельствуют, что большинство респондентов все еще воспринимает данный институт скорее как некую идеальную позитивную теоретическую абстракцию, которая не должна иметь ничего общего с их личным практическим опытом.

Данные социологических исследований объективно подтверждаются и практикой отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, ибо, как отмечают сами судьи, отправляющие правосудие с участием присяжных заседателей, многие граждане, вызванные в суд в качестве присяжных заседателей, стараются уклониться от исполнения этой «почетной» обязанности.

Так, за все время функционирования в Краснодарский краевой суд, где суд присяжных введен с 1 января 1994 года, является по вызову всего 15—20%

1 См.: ДемичевА.А. Указ. раб. - С. 80-84.

152

потенциальных присяжных заседателей, а в дальнейшем и многие из них не приходят1.

Достаточно категорична в этом отношении и судья Краснодарского краевого суда Т.Я. Желтушко. По ее признанию, к ней на отбор присяжных заседателей обычно приходит 25-30 человек. «Обычно, - отмечает она, — вызываем 180-300 человек. Так, на последний процесс у меня пришло 6 (!) человек. На следующий день телеграммами вызвали еще 100 человек, из них пришло 21. А из этого количества отобрать коллегию очень сложно. И ведь обязательно те, кто работают, уходят. Один раз в коллегии оказались одни женщины, второй раз — опять большинство женщин. А где мужчин найдешь? Нет мужчин! Отбирать коллегию не из кого!» 2.

Между тем достаточно хорошо известно, что на женщин легче воздей- ствовать эмоционально, они менее восприимчивы к объективной оценке до- казательств, больше предубеждены в своем негативном отношении к деятельности правоохранительных органов. В итоге, отмечает В.Я. Яговкина, мы имеем такую ситуацию: «…женщины-присяжные рыдают, когда подсудимый, убивший трех человек, бьет себя кулаком в грудь: «Да что вы, посмотрите, какой я хороший! Какой я красивый! Разве я мог?!». Он рыдает, присяжные рыдают рядом. И все, они уходят в совещательную комнату. Что дальше?»

Приведем еще одно мнение о составе присяжных заседателей. Судья из Краснодара Т.Я. Желтушко отмечает, что большинство из потенциальных присяжных заседателей — неработающие, домохозяйки, а также люди, зло- употребляющие алкоголем. Работающие сразу говорят: «не могу», «не могу», «не могу, — и расходятся. Остаются те, кто ни чем не заняты. Своего рода заработок у нас в судебном заседании. Некоторых, особенно пьющих, и не

1 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя: Дискуссии. — С. 15, 19.

2 См.: Выступление судьи Краснодарского краевого суда Желтушко Т.Я. // Суд присяжных: Пять лет спустя: Дискуссии. - С. 19, 58.

153

выгонишь (выделено мной — И.К.), они-то как раз хотят участвовать в процессе, потому что таким образом могут заработать1.

О том, что она не одинока в своей оценке действительной роли и порядка функционирования суда с участием присяжных заседателей, свидетельствует опыт работы с присяжными заседателями других судей Краснодарского краевого суда. К примеру, судья Н.А. Карпенко с тревогой отмечает, что ей «…страшно видеть, когда присяжные заседатели приходят в процесс в пьяном виде (выделено мной - И.К.). Или, извините, с синяком под глазом. Или в таком виде, который свидетельствует, что ночевал он, извините, не дома, а где то, …не на улице даже…» . Сегодня, отмечает она, мы систематически сталкиваемся с такими фактами. Причина - списки присяжных заседателей формируются очень формально. Поэтому в процесс приходят в основном либо «бомжи», либо пенсионеры, либо безработные. Как хочешь, так и формируй коллегию присяжных заседателей, которая должна решить судьбу человека. Отсюда главное, что нужно сделать — это изменить порядок формирования списка и порядок отбора присяжных заседателей, поскольку до тех пор, пока на этом этапе не поставят препятствие для проникновения в правосудие людей, которым не место в суде, до тех пор мы будем иметь несправедливые вердикты.

Данное предложение судьи, по нашему мнению, не конструктивно, в силу того, что для реализации предложенного ею понадобится нормативно-правовой акт, который будет ограничивать доступ к отправлению правосудия представителей определенных социальных групп, что будет являться явным нарушением и ограничением их конституционных прав.

Достаточно типична, отмечают судьи Краснодарского краевого суда, также ситуация, когда присяжный заседатель из списка не исключен, потому что он сам не судим, но у него вся семья судима. Бывает, что из тридцати че-

1 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя: Дискуссии. - С. 19-20.

2 См.: Выступление судьи Краснодарского краевого суда Желтушко Т.Я. // Суд присяжных: Пять лет спустя: Дискуссии. — С. 19.

154

ловек (вызванных в качестве присяжных заседателей) никого не остается: у того сын был, судим, у той - муж, зять, отец, и так далее1. Данное обстоятельство, безусловно, накладывает свой нравственно-психологический отпечаток на присяжного заседателя, который, оценивая свой пережитый негативный опыт, связанный с «психологической травмой» будет более снисходительно относиться к подсудимому.

Адвокат Т.А. Ткаченко, казалось бы, субъективно заинтересованная в функционировании именно данного уголовно-процессуального порядка, также указывает на то, что в суде присяжных «…обычно собираются люди, которые, ну скажем, не могут зарабатывать большие деньги, поэтому готовы потратить свое время на суд с участием присяжных заседателей: это домохо-зяйки, дворники, сантехники» .

Осложняет данную проблему то, что деятельность присяжных заседателей невозможно объективно, полно и всесторонне оценить по причине священного института тайны совещательной комнаты. Однако опрос присяжных заседателей вскрыл такие факты, как «частичные вердикты» (когда присяжные заседатели суммируют все голоса, поданные за обвиняемого, и делят полученный результат на двенадцать), подбрасывание монеты или вынесение решения на основе посторонних фактов, вроде слухов о том, что отец обвиняемого умер во время процесса и вынесение вердикта в пользу ответчика, поскольку присяжные заседатели считают, что он уже достаточно пострадал. Проиллюстрируем яркий исторический пример, в известном деле, имевшем место в 1785 году в Англии, лордом Менсфилдом было установлено правило, согласно которому судья обычно не вмешивается в вердикт, вынесенный на основании неспособности присяжных заседателей следовать процедурам его вынесения должным образом. Он отказался отменить вердикт, несмотря на то, что существовали доказательства, что вердикт был вынесен по жребию. При-

1 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. — С. 17.

2 См.: Выступление Т.А. Ткаченко // Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. — С. 15.

155

чина состоит в том, что подобная практика нарушила бы право на тайное совещание в комнате присяжных заседателей и способствовала бы попыткам проигравшей стороны найти свидетельства допущенных нарушений1. Однако этот исторический факт и подобные ему, по всей видимости, не были учтены при регламентации порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей.

Между тем, полагает адвокат Т.А.Ткаченко, решать судьбу человека в сфере уголовного судопроизводства, должен профессионал. И как бы суммируя свое восприятие, свой опыт работы в суде с участием присяжных заседателей, она достаточно категорично заявляет: «… я считаю, что в настоящий момент наша система еще не готова к тому, чтобы правосудие осуществлялось судом присяжных. Каждый должен профессионально заниматься своим делом. Не домохозяйка должна решать судьбу человека и оценивать правильность обвинения»2.

Существует и другая точка зрения на этот счет. Так, сторонники данного правового института считают непрофессионализм присяжных заседателей несомненным плюсом, особенно проявляющим себя в вопросе об объективной, полной и всесторонней оценке доказательств по делу.

К примеру, В. Мельник в целом ряде своих работ упорно обосновывает тезис о том, что по сложным делам, при неясной и непонятной картине расследуемого события, дефиците или противоречивости доказательств не каждый судья, следователь, прокурор и адвокат способен сообразить, догадаться и найти фактические основания для объективной проверки и оценки доказательств. Это происходит даже в тех случаях, когда фактические основания уже отражены в материалах дела, поскольку в подобных случаях решающее значение для обнаружения необходимых фактических осно-

1 Vaise v. Delaval, I. T. R. 11 (1785).; см. также: Мс Donaldv. Pless, 238 U.S. 264. (1915).

2 Выступление Т.А. Ткаченко // Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. -СП.

3 А именно это, как известно, наиболее присуще той категории дел, которая отнесена к подсудности суда с участием присяжных заседателей.

156

ваний имеют не юридические знания, а здравый смысл, основанный на естественной человеческой логике и выстраданных человеческим опытом разнообразных житейских знаниях об окружающей действительности1.

Именно эти житейские знания и опыт в процессе проверки и оценки доказательств, по мнению В. Мельника помогают понять, догадаться, обра- тить внимание на то, какие из собранных и представленных в материалах многотомного дела доказательства могут служить фактическим основанием для объективной проверки и оценки доказательственности, достоверности и отно-симости исследуемого доказательства. При дефиците исходных данных здравый смысл позволяет правильно сформулировать вопросы и рабочие версии, определяющие основные направления дальнейшего поиска других доказательств, на которые можно опереться при проверке и оценке исследуемого события. Чем шире и разнообразнее эти выстраданные человеческим опытом житейские знания, считает автор, тем выше способность субъекта доказывания «нащупать» не бросающиеся в глаза реальные фактические основания, имеющие значение для объективной проверки и оценки исследуемого доказательства. Поэтому наилучшие условия для такой проверки и оценки отдельных доказательств возникают в суде с участием присяжных заседателей благодаря совокупному потенциалу здравого смысла двенадцати заседателей. По его мнению, в отличие от пассивных народных заседателей, чья инициатива подавляется авторитетом судьи-профессионала, и самих профессио- нальных судей, чья профессиональная деформация вызывает сомнения в беспристрастности и объективности, присяжные заседатели, осознавая, что только от их решения зависит судьба человека, при проверке и оценке доказательств проявляют больше ответственности,
заинтересованности,

Еще ранее эти же обстоятельства указывал и анализировал Н.Н. Полянский. См.: Полян- ский Н.Н. Уголовный процессъ… - С. 64.

157

внимательности. Они ставят допрашиваемым вопросы и активно обсуждают доказательственную силу (значение) каждого исследуемого доказательства1.

На первый взгляд — казалось бы безупречная правовая позиция. Однако В. Мельник не приводит каких-либо статистических данных о количестве дел, где именно настойчивая и принципиальная позиция (вопросы, ходатайства и т. п.) присяжных в исследовании фактических обстоятельств дела кардинально повлияла на ход и результаты процесса, на установление истины по делу, где именно их здравый смысл не позволил, например, «профессионально деформированному» судье или прокурору, постановить неправосудный приговор. Поэтому вызывает сомнения научная и практическая достоверность теоретических конструкций, которые отстаивает этот автор. Практически каждый из его тезисов буквально рассыпается при более внимательном анализе или обращении к практике отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей.

Так, один из наиболее активных сторонников формы отправления пра- восудия - суда с участием присяжных заседателей С.А. Пашин, достаточно убедительно опровергает тезис В. Мельника о том, что профессиональным юристам (судьям, прокурорам), в отличие от присяжных, более присущи такие черты профессиональной деформации, как бездушие и черствость, чем присяжным заседателям. По данным С.А. Пашина, анкетный опрос 405 судей, прокуроров и адвокатов, практикующих в регионах, где введен суд присяжных, показывает, что уровень гуманности в правосознании профессиональных юристов гораздо выше, чем у россиян (в том числе надо полагать, и при-сяжных заседателей - И.К.) вообще .

Неубедительны, на наш взгляд, субъективные выводы В. Мельника о том, что житейские знания и опыт присяжных заседателей в процессе провер-

1 Мельник В. Здравый смысл в процессе доказывания//Российская юстиция. - 1995.- №8. -С. 8-9.

2 См.: Пашин С. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства // Россий ская юстиция. — 1995. - № 6 — С. 2-3.

158

ки и оценки доказательств помогают им лучше, чем судьям, понять, догадаться, обратить внимание на то, какие из собранных и представленных в материалах многотомного дела доказательства могут служить фактическим основанием для объективной проверки и оценки достоверности и относимости, исследуемого доказательственного материала.

Правосознание лиц, преимущественно отбираемых в присяжные заседатели (пенсионеры, безработные, домохозяйки), их нравственно-психологические и социальные установки объективно не могут измениться мгновенно, в силу одного лишь факта привлечения их к правосудию, даже в рамках столь прогрессивной его формы, как суд с участием присяжных заседателей, и, следовательно, объективно отражает именно их мировоззрение и мироощущение, как фактической, так и юридической стороны преступления и личности, его совершившего. Достаточно убедительный и красноречивый пример такого мироощущения приводит судья Краснодарского краевого суда Р.Ф. Бендюк: «Была у меня такая ситуация. В ходе процесса присяжный заседатель задает вопрос в письменном виде, передают судье, читаю: «А когда будет зарплата?» Я третий месяц с ними работаю, а она мне: «А когда будет зарплата?» Что, она о судьбе человека думает? Нет»1.

Симптоматичным в этом плане является следующий пример из практики Краснодарского краевого суда, имевший место в суде с участием присяжных заседателей: «…их (присяжных заседателей — И.К.) спрашивали, почему они вынесли оправдательный вердикт. Одна женщина сказала: «Да я видела, что он виноватый (здесь и далее выделено мной - И.К.), ну вот, подумала, у меня у самой такой сын. Другую спрашивают. У той тоже никаких сомнений не было, что все они виноваты, да те и сами признавали, но девушка — потерпевшая - вроде не совсем трезвая была, не хорошо себя вела. Вот так и объясняют»2. Показательно и то, что председательствующий по этому делу, пы-

1 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 20.

2 См.: Выступление председателя Краснодарского краевого суда А.Д. Чернова // Суд при сяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 7.

159

таясь оправдать подобную несуразность в решении основного вопроса процесса, сетует на то, что: «…ведь и людей-то вроде бы винить не стоит. Человек сел первый раз в процесс, дали ему такую возможность - определять, виновен или не виновен. Многие субъективно подходят, даже в большинстве случаев, потому что не профессионалы, не специалисты, понятия не имеют ни об относимости, ни о допустимости доказательств и пр.»1.

О вопиющем непрофессионализме присяжных заседателей в исследовании доказательственного материала свидетельствует и следующий пример из практики Краснодарского краевого суда, который приводит судья Т.Я. Жел-тушко: «Когда получился этот оправдательный вердикт…, я их спросила, почему вердикт оправдательный. Они говорят: «Отпечатков не было». — «Где отпечатков?». Он убил жену и дочь, жил с ними в одной квартире! Дальше спрашиваю: «Хорошо, а наркотики, почему не признали?» Наркотики у него в машине изъяли. Тоже, говорят, отпечатков на пакетиках нет. Какие там, на па-кетиках вы можете отпечатки найти?!» . В. Мельник в своих рассуждениях о феноменальных способностях присяжных заседателей более тонко, чем профессиональный судья, разбираться в относимости и допустимости доказательств, к сожалению, никак не комментирует эту и подобные ей ситуацию.

Представляется более обоснованной и приемлемой позиция М. Селезнева, пишущего о том, что любым делом должны заниматься профессионалы, что независимость суда с участием присяжных заседателей от публичной власти «полностью растворяется в «независимости» присяжных от элементарных знаний основ права (здесь и далее выделено мной - И.К.), опыта судебной деятельности и любой персональной ответственности за принимаемое решение, … это равносильно ситуации, когда случайно отобранные граждане ставят диагноз, а врач-профессионал, основываясь на нем, лечит»3.

См.: Выступление председателя Краснодарского краевого суда А.Д. Чернова // Суд при- сяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 6.

2 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 17-18.

3 Селезнев М. Суд присяжных действует, но… - С. 5.

160

В 1993-94 гг. в ряде регионов страны был проведен мониторинг по ре- зультатам деятельности суда с участием присяжных заседателей. В качестве, безусловно, положительного момента такого суда, в частности, указывалось на то, что в нем достаточно высок процент оправдательных приговоров, что это объективно свидетельствует о возрождении независимой судебной власти, о возросшей самостоятельности судей.

Действительно, публикуемые в печати данные о процентах подобных приговоров иногда выглядят достаточно внушительно по сравнению с подобными же данными отправления правосудия в обычных судах. Доля оправдательных приговоров в среднем по России составляет 0,37%, а в регионах, где действует суд с участием присяжных заседателей - их порядка 20%. К примеру, по всем субъектам РФ, где функционирует суд с участием присяжных заседателей оправдательные приговоры судами с участием присяжных заседателей были вынесены: в 1994 году- 18,2% обвиняемым, в 1995 году- 14,3%, в 1996 году - 19,1%, в 1997 году - 22,9%, в 1998 году - 20,1%, в 1999 году -16% и в 2000 году- 15,2 % обвиняемым1. Например, к 1 сентября 1994 года в Краснодарском и Алтайском краевом суде было зафиксировано соответственно 40% и 37,7% оправдательных приговоров, вынесенных в суде присяжных2. Однако если отойти от внешней внушительности этих процентов и провести анализ реальных цифр разрешенных уголовных дел и реальных подсудимых, выясняется, что в том же Краснодарском краевом суде (подчеркнем, за указанный период) судьи осмелились оправдать двоих из пяти, а в Алтайском краевом суде троих из восьми подсудимых.

Таким образом, в реальном исчислении доля оправдательных приговоров в суде с участием присяжных заседателей является скорее тщательно рек- ламируемым трюком, чем реальным свидетельством обретения независимости судебной власти. Еще больше «теряют» эти цифры, с учетом результатов кас-

1 См.: Пашип С. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства. - С. 2; и др. 2См.:Пашин С. Указ. раб.-С. 2.

161 сационного рассмотрения дел по жалобам и протестам. В 1998 г. Кассационной палатой Верховного Суда РФ отменено 43% из общего числа оправданных судом с участием присяжных заседателей по Краснодарскому краевому суду. По Московскому областному суду цифра не менее впечатляющая -48,2%’. Так, в 1996 г. Кассационной палатой Верховного Суда РФ было отменено 30,7% оправдательных приговоров, а обвинительных приговоров -20,6%, вынесенных присяжными заседателями, в 1997 г. соответственно оп-равдательных приговоров - 48,6%, а обвинительных - 16% . В 1998 г. было отменено 36,9% оправдательных приговоров. В 1999 г. оправдательные приговоры вступили в законную силу в отношении менее 8% оправданных. В 2000 г. оправдательные приговоры вступили в законную силу в отношении 7% оправданных. В остальной части оправдательные приговоры были отме- нены Кассационной палатой Верховного Суда РФ в связи с нарушением норм уголовно-процессуального закона при расследовании и судебном рассмотрении дел по протестам прокуроров и жалобам потерпевших и их представите-лей с направлением дел на новое судебное рассмотрение .

Приведенные цифры (в пределах допустимой погрешности) вполне кор- респондируют и с данными по другим регионам, что объективно свидетельствует об их достоверности. Так, за время существования суда присяжных в Рязанской области оправдательные вердикты вынесены в отношении 22 человек, или каждому шестому подсудимому. Эти “же приговоры были опротестованы государственными обвинителями, в результате чего оправдательные

См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 8.

2 См.: Степалгш Н. Почему отменяются оправдательные приговоры // Росс. юст. - 1998. - № 8.-С. 7.

3 См.: Шурыгип А. Суд присяжных должен действовать на всей территории России. - С. 6- 7; он же; Число обжалованных приговоров растет // Российская юстиция. - 2001. — № 6. - С. 24. Достаточно большое количество отменяется кассационной палатой и обвинительных приговоров, постановленных судами присяжных. В 1999 г., например, отменено 11,7% от числа обжалованных и опротестованных приговор, а в 2000 г. отменены обвинительные приговоры в отношении 10,7% осужденных.

162

приговоры отменены в отношении 12 человек, что составило уже 66,7% отмененных приговоров1.

Таким образом, реальная статистика оставленных в силе и отмененных приговоров, вынесенных в суде с участием присяжных заседателей, вновь заставляет усомниться в необходимости для нашей страны такой формы судопроизводства, следствием применения которой является кассация и последующая отмена, значительной части приговоров.

3.2.3. Нравственно-психологические основы функционирования суда с участием присяжных заседателей.

Немаловажным в настоящем исследовании, является анализ нравственно- психологических детерминант функционирования суда с участием присяжных заседателей в условиях современной России.

В последние полтора десятилетия все большую роль в жизни российского общества приобретает религия. Исповедование определенной веры, несо- мненно, накладывает на верующего серьезный отпечаток, проявляющийся в следовании признанным церковью морально-нравственным ценностям, оценивании своих поступков, поступков других людей и вообще явлений действительности с точки зрения догматов своей религии. Религиозность накладывает отпечаток и на отношение к такому элементу действительности как правосудие. Так, часть участников социологического опроса, проведенного А.А. Демичевым, на вопрос «Хотели бы Вы участвовать в суде в качестве присяжного заседателя?» дали отрицательный ответ по причине того, что суд, в их понимании, является сферой компетенции бога, а не человека2.

Ответы такого рода натолкнули нас на идею проведения собственного социологического исследования с целью выявления отношения представите-

См.: Шемонаев П. Подсудимые верят в справедливость суда присяжных // Российская юс- тиция. - 2000. - № 8. - С. 9.

2 См.: Демичев А.А. Указ. раб. — С. 84; он о/се. Суд присяжных глазами российских граждан // Законность. - 2000. - № 5. - С. 32.

163

лей различных конфессий к суду с участием присяжных заседателей. В январе 2002 г. под эгидой Нижегородской академии МВД РФ в Нижнем Новгороде под нашим руководством был проведен опрос представителей трех крупнейших нижегородских конфессий: христианской (православной), мусульманской и иудаистской. Всего было опрошено 102 человека, по 34 представителя каждой конфессии1. Опрос проводился в форме анкетирования около наиболее посещаемых православной церкви, мечети и синагоги.

Анкета состояла из семи основных вопросов и вопроса, касающегося ве- роисповедания респондентов. Анкета имела следующий вид:

  1. Знаете ли Вы, что такое суд с участием присяжных заседателей?

а) знаю;

б) не знаю;

в) имею поверхностные представления об этом.

  1. Считаете ли Вы целесообразным введение суда с участием присяж ных заседателей во всех регионах Российской Федерации?

а) считаю;

б) считаю, при условии наличия необходимых для этого материальных средств;

в) не считаю.

  1. Какой суд, по Вашему мнению, обеспечивает наибольшую справедли вость решений?

а) суд с участием присяжных заседателей;

б) суд с участием народных заседателей;

в) суд профессионалов.

г) другой вариант (укажите какой).

  1. Кто, по Вашему мнению, более независим в принятии решений?

1 Исповедание респондентов явилось единственным критерием их отбора, выборка по полу, возрасту и др. критериям не проводилась. Данное обстоятельство обусловлено главной целью нашего исследования. Естественно, проведенное исследование не претендует на абсолютную точность, однако, выявленные в его ходе тенденции отражают, на наш взгляд, действительную ситуацию.

164

а) профессиональный судья;

б) присяжный заседатель;

в) и тот, и другой в равной степени независимы.

  1. Кому, на Ваш взгляд, легче дать взятку?

а) профессиональному судье;

б) присяжному заседателю;

в) разницы нет.

  1. Считаете ли Вы целесообразным, чтобы вопросы, по которым при сяжные заседатели принимают решение рассматривались совместно с профес сиональным юристом — судьей?

а) считаю;

б) не считаю.

  1. Соответствует ли суд с участием присяжных заседателей догматам Вашей религии?

а) соответствует;

б) не соответствует.

В качестве основной цели опроса нами ставилось выявление отношения граждан к суду с участием присяжных заседателей через призму их вероисповедания. Также были определены три важные задачи: выявить общее представление респондентов о суде с участием присяжных заседателей (вопрос 1), определить их отношение к этому институту (вопросы 2-6), выяснить, соответствует ли суд с участием присяжных заседателей, по мнению опрашиваемых, догматам их религии (вопрос 7).

Из числа всех опрошенных 57,8% заявили, что знают, что такое суд с участием присяжных заседателей, 31,4% ответили, что имеют лишь поверхностные представления об этом институте, 10,8% не знают, что такое суд с участием присяжных заседателей.

Из граждан, имеющих представление о суде с участием присяжных за- седателей (те, кто выбрал варианты а) и в) при ответе на вопрос 1) 46,1% положительно ответили на второй вопрос анкеты. 20,9%) полагают, что повсеме-

165

стное введение суда с участием присяжных заседателей в Российской Федерации целесообразно только при наличии необходимых для этого материальных средств. Треть респондентов (33,0%) ответила, что суд с участием присяжных заседателей не нужно вводить во всех субъектах РФ.

Любопытным представляется факт, что при формальной поддержке суда с участием присяжных заседателей шестьюдесятью семью процентами опро- шенных (те, кто выбрал варианты а) и б) в вопросе 2), только 25,3% полагают, что именно суд с участием присяжных заседателей обеспечивает наибольшую справедливость решений. 11,0% считают самой справедливой формой суда суд с участием народных заседателей. Однако более половины респондентов (54,9%) твердо придерживается позиции, что с точки зрения справедливости наиболее эффективен суд профессионалов. «Другой вариант» назвали 8,8% участников опроса: половина их затруднилась ответить на поставленный вопрос, другая половина ответила достаточно формально, заявив, что все названные формы суда справедливы в равной мере.

На четвертый вопрос анкеты («Кто, по Вашему мнению, более независим в принятии решений?» ответы распределились следующим образом: 29,7% полагают, что наиболее независимы профессиональные судьи, 23,1% — присяжные заседатели; 47,2% опрошенных считают, что и профессиональный судья, и присяжный заседатель в равной степени независимы. Последний вариант ответа свидетельствует, что участники опроса не видят большой разницы между профессиональным судом и судом с участием присяжных заседателей.

Сказанное выше подтверждает и распределение ответов на пятый вопрос анкеты («Кому, на Ваш взгляд, легче дать взятку?»). Так, 19,8% думают, что дать взятку легче судье-профессионалу, 6,6% - присяжному заседателю, а почти три четверти (73,6%) считают, что разницы в данном случае нет. То, что только 6,6% респондентов высказали мнение, что взятку легче дать присяжному заседателю, нежели профессиональному судье, является, на наш взгляд, следствием неправильного понимания опрашиваемыми поставленного вопро-

166 са1. Дело в том, что многими данный вопрос был воспринят не в его буквальной формулировке, а в смысле «Кому наиболее эффективно дать взятку?». Учитывая, что присяжных заседателей двенадцать, а профессиональных судей либо один, либо трое, респонденты и ответили соответствующим образом.

Ответы на вопрос 6 («Считаете ли Вы целесообразным, чтобы вопросы, по которым присяжные заседатели принимают решение рассматривались со- вместно с профессиональным юристом - судьей?») очень показательны в плане проявления специфики российского менталитета. 78,0% ответили на него положительно, 22,0% - отрицательно. Интерпретация приведенных цифр может, на наш взгляд, быть двоякой, а именно: либо респонденты осознанно или на подсознательном, ментальном уровне понимают, что для России наилучшей формой является традиционный для стран Западной Европы вариант суда, состоящий из единой коллегии, объединяющей профессиональных и народных судей, либо участники опроса просто не понимают сущности суда с участием присяжных заседателей, что также может являться характеристикой правосознания опрошенных.

Отвечая на вопрос 7, 38,5% респондентов признали, что суд с участием присяжных заседателей соответствует догматам их веры, 61,5% высказали противоположное мнение. При сопоставлении этих цифр с данными, полу- ченными при ответе на вопрос 2 (46,1% считают необходимым введение суда с участием присяжных заседателей во всех регионах РФ, 20,9% согласны с предыдущей позицией, но при наличии необходимых материальных средств), выявляется несоответствие между гражданским отношением к суду с участием присяжных заседателей и догматами религии: 28,5% участников опроса, признавая несоответствие суда с участием присяжных заседателей особенностям своей веры, все же считают необходимым повсеместное введение этого института. Таким образом, данные опроса свидетельствует, что религия далеко

1 Данный вывод сделан нами на основании бесед с участниками опроса после его завершения.

167

не всегда определяет отношение верующих к правосудию (в частности, к суду с участием присяжных заседателей). Думаем, явление это следует в целом оценить как положительное.

Интересным, на наш взгляд, является распределение ответов на вопрос 7 по конфессиям. Из мусульман, имеющих представление о суде с участием присяжных заседателей1, только 6,9% заявили о соответствии суда с участием присяжных заседателей их религии, 93,1% высказали противоположное мнение. Иными оказались ответы на тот же вопрос представителей иудаизма2. Так, 71,9% опрошенных полагают, что суд с участием присяжных заседателей соответствует догматам их веры, 28,1% стоят на противоположной позиции. Что касается православных опрошенных , то 33,3% находят суд с участием присяжных заседателей соответствующим своей вере, 66,7% считают, что такого соответствия нет.

Таким образом, из приведенных выше цифр следует, что при учете ве- роисповедания потенциальных присяжных заседателей, вероятно наиболее эффективным будет привлечение к исполнению этих обязанностей последователей иудаизма, наименее эффективным - привлечение мусульман, так как религия первых (по мнению опрошенных) вполне соответствует данной форме суда, религия вторых (опять же по мнению опрошенных) ей противоречит. Возможно, по религиозным соображениям часть граждан будет избегать участия в судопроизводстве, что для нормального функционирования судебных органов нежелательно.

Естественно, наш вывод не следует рассматривать в качестве общей ре- комендации по отбору присяжных заседателей, так как, во-первых, кроме вероисповедания при формировании коллегии присяжных заседателей в суде

1 Из общего числа опрошенных мусульман 85,3% имеют представление о суде с участием присяжных заседателей (варианты а) и в) в вопросе 1), 14,7% не знают, что такое суд с уча стием присяжных заседателей.

2 Среди опрошенных представителей иудаизма имеют представление о суде с участием при сяжных заседателей 94,1%, не имеют - 5,9%.

3 Среди опрошенных представителей православия 88,2% имеют представление о суде с уча стием присяжных заседателей, 11,8% не имеют.

168

необходимо учитывать огромное количество других факторов, а, во- вторых, как уже говорилось ранее, вероисповедание далеко не всегда накладывает отпечаток на отношение к правосудию. Речь может идти об учете наших замечаний судьями, прокурорами и адвокатами лишь при рассмотрении отдельных специфических дел. Также при распространении суда с участием присяжных заседателей на территории с преобладающим мусульманским населением, вероятно, следует увеличить, по сравнению с прочими местностями, количество заседателей, вызываемых в суд для отбора в рассмотрении уголовных дел.

Подводя итоги нашего социологического исследования в целом, отметим, что опрошенные граждане, независимо от вероисповедания, в общем по- ложительно относятся к суду с участием присяжных заседателей. К сожалению, при этом они не видят большой разницы между этой и другими формами суда. Поэтому следует согласиться с мнением правоведов, считающих, что «если суд присяжных будет задушен, то общество этого не заметит, точно так же, как оно не заметило его введения»1.

Как известно, в судебном заседании на присяжных заседателей оказывает влияние огромное количество факторов: внешний вид подсудимого, его пол, возраст, поведение в суде, поведение потерпевшего, защитника, прокурора и т. д. Так, В.Л. Васильев прямо указывает на то, что на формирование судейского убеждения (речь идет о профессиональных судьях, но для присяжных заседателей это даже более характерно) серьезно «влияют социально-психологические (поведение подсудимого в суде и т.д.) и внесудебные факторы (требования общественных организаций, оценка средств массовой информации)»2. Социологические’ исследования объективно свидетельствуют о том, что в ряде случаев для присяжных заседателей профессионально-значимые

Становление судебной власти в обновляющейся России. - М., - 1997. - С. 48. 2 См.: Васильев В.Л. Юридическая психология. - СПб., 1997. - С. 594; На Круглом столе «Суд присяжных: пять лет работы. Итоги. Проблемы. Перспективы», проходившем 17 сентября 1999 года в г. Краснодаре юристы-практики также говорили о подобных вещах, ос- новываясь на собственном опыте. См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. — С. 11, 14, 16, 20 и др.

169

психологические качества, например, государственного обвинителя оказались существенно разбавленными признаками его внешнего поведения и антропометрическими свойствами (например, высокий рост прокурора делал его более убедительным в глазах присяжных заседателей)1.

Однако тревогу вызывает то обстоятельство, что, то же самое отчетливо проявляется по отношению к подсудимым, к их внешнему виду, поведению на суде и сказывается, на вынесении итоговых решений по делу. Под влиянием нравственно-психологических детерминант присяжные заседатели нередко начинают оценивать (судить) не столько событие преступления и доказательства, представленные сторонами, сколько внешнее поведение, одежду, облик самого подсудимого.

Заместитель начальника отдела государственных обвинителей прокура- туры Краснодарского края Л.Н. Полянцева, оценивая свой опыт поддержания обвинения в суде с участием присяжных заседателей, аргументирует свою позицию тем, что в практике названного суда были случаи, когда присяжные заседатели элементарно пожалели подсудимого. Жалость и симпатию присяжных заседателей могут вызвать обаяние, приятные манеры, несовершеннолетие подсудимого. Тяжело проходят дела о взятках, так как по ним делам обвиняются в основном люди солидные. Они умеют себя вести, защищаться, и это, конечно, сказывается на вердикте присяжных заседателей2.

Как видим, эмоции присяжных заседателей существенно влияют на принятие ими решений. Однако если эмоциональная непредсказуемость выводов вердикта присяжных заседателей, скажем, при отрицании подсудимым своей вины еще можно понять, то невозможно объяснить противоречивые выводы присяжных заседателей в случае безоговорочного признания подсудимым своей вины, где судьи просто бессильны что-либо изменить.

Интересно, что в этом плане практически нет никаких различий между дореволюционным, современным российским и зарубежным судами присяжных. См.: Демичев А.А. Указ. раб. -С. 71. 2 См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. — С. 23.

170

Подобная ситуация достаточно типична. Судья Краснодарского краевого суда Р.Ф. Бендюк, оценивая одну из них, недоумевает по поводу того, как при исчерпывающей системе обвинительных доказательств можно было принять оправдательный вердикт в отношении подсудимого, упорно признающего свою вину в ходе судебного заседания. «Они же (свидетели - И.К.) с ним вместе сидели, - отмечает он, - видели, как он эту гранату достал, как выдернул чеку, как бросил. А он: «Я клянусь, господа присяжные, я сделал это». Не виновен. И все. Как мы потом узнали, присяжным заседателям не понравился потерпевший. Вот и все. Подсудимый клянется: «Господа присяжные, я это сделал, я». Выпустила я его. И Верховный Суд не придрался, не было ни одного процессуального решения. А он говорит: «Я это сделал»1.

Однако некоторые авторы утверждают, что «приводимые устрашающие примеры не сопровождаются анализом причин, побудивших присяжных заседателей вынести справедливые вердикты или высказаться за смягчение наказания. Они считают, что наши присяжные - та же частица народа, страдающего от разгула преступности, поэтому их никак нельзя упрекнуть в излишней гуманности»2.

Следует, на наш взгляд, согласиться с выводом прокурора Быстрова А.Н.: «В суде присяжных шанс уйти от уголовной ответственности налицо, и тут, по-моему, комментарии не нужны» . Полагаем, профессиональные анализ и комментарии необходимы, именно они помогут более точно разобраться в этом достаточно принципиальном вопросе.

О том, что специфика уголовно-процессуального доказывания в суде с участием присяжных заседателей, специфика исследования личности подсудимого в нем, особенности вынесения вердикта и основанного на нем приго-

Монолог РФ. Бендюк, чтобы исключить возможные спекуляции в этом вопросе, приво- дится целиком и в авторской редакции. См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. -С. 53.

2 См.: Петрухин И.Л. Указ. раб. - С. 13.

3 См.: Выступление А.Н. Быстрова // Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. - С. 29.

171

вора и т. п. обстоятельства в целом ряде случаев позволяют легко уйти от ответственности, обвиняемые самостоятельно или с подачи своих адвокатов поняли давно. Косвенным доказательством этому, как уже отмечалось, является стремительный рост ходатайств обвиняемых на рассмотрение их дела именно судом с участием присяжных заседателей.

Интересным в этом плане представляется, и сопоставление данных о пожелавших бы судиться судом с участием присяжных заседателей с реальным количеством ходатайств обвиняемых о рассмотрении их дел с участием присяжных заседателей. В первом случае - это 75,8% обвиняемых. По данным же Верховного суда РФ, в среднем по девяти субъектам Российской Федерации, где институт присяжных заседателей функционирует, ходатайствовало о разбирательстве их дела судом присяжных в 1994 г - 20,4% обвиняемых, в 1995 г. - 30,9%, в 1996 г. - 37,3%, 1997 г. - 36,8%, 1998 г. - 43,2%, 1999г. - 44%’. Рост «заявок на безнаказанность», как видим, налицо. Отсюда вполне естественное желание со стороны остальных обвиняемых или их адвокатов к распространению подобного процессуального порядка на всю территорию страны.

Обратим внимание на один достаточно интересный факт. Его приводит С.А. Пашин, один из наиболее последовательных приверженцев суда с участием присяжных заседателей, и его вряд ли можно заподозрить в заказном очернении суда с участием присяжных заседателей.

Анализируя практику функционирования данного суда в ряде регионов страны, он, в частности, обращает внимание на то, что: 9,7% обвиняемых — в Московской; 9,6% - в Саратовской и 14,6% - в Ростовской области отозвали свое ходатайство о рассмотрении их дел судом присяжных. Причем отток желающих предстать перед этим судом по странному стечению обстоятельств

1 См.: Демичев А.А. Указ. раб. - С. 83.

172

произошел именно тогда, когда стало известно, что по одному из дел об умышленном убийстве судом присяжных был вынесен смертный приговор1.

С.А. Пашин не делает на основании данного факта однозначного и ка- тегоричного вывода, он напрашивается сам собой: увидев, что в суде с участием присяжных заседателей не всегда можно рассчитывать на безнаказанность, указанные лица предпочли «суду общественной совести» суд профессиональных юристов, где возможностей для обжалования неправосудного приговора, предусмотренного законодателем, намного больше, чем в исследуемом процессуальном порядке. Косвенно это признает и С.А. Пашин, отмечая, что довольно типичным мотивом отказа от суда с участием присяжных заседателей везде, где такой отказ заявлялся, служила боязнь установленных законом стеснительных условий обжалования приговоров2.

Таким образом, не явные или мнимые преимущества процессуальной формы суда с участием присяжных заседателей и не вполне естественное желание граждан положиться на «суд общественной совести», а во многом именно меркантильные интересы подсудимых, связанные с желанием любой ценой избежать ответственности за содеянное, лежат в основе популярности суда с участием присяжных заседателей среди обвиняемых, нанятых ими адвокатов, и во многом тем или иным образом ангажированных исследователей данного уголовно-процессуального порядка.

Приведем еще суждение, которое прозвучало из уст одного из самых ярких сторонников суда с участием присяжных заседателей, и которое, на наш взгляд, расставляет верные акценты в этом спорном вопросе.

Завершая научно-практическую дискуссию, посвященную итогам пяти- летнего функционирования суда с участием присяжных заседателей в ряде регионов страны, правозащитник Л.М. Карнозова подводит неутешительные итоги этого спектакля абсурда, в котором: «Основные его фигуры — безработ-

1 См.: Пашин С. А. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства. — С. 2.

2 См.: Пашин С. А. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства. - С. 4.

173

ные присяжные заседатели; растерянные судьи, лишенные возможности отбора нормальной коллегии; актерствующие подсудимые; сочувствующие им сердобольные женщины на скамье присяжных заседателей; ограниченные законом председательствующие, вынужденные исключать вполне «нормальные» доказательства из-за каких-то формальных погрешностей; открывающиеся двери клетки, из которой выходят оправданные убийцы, приводящие в ужас собственных адвокатов; прокуроры над которыми висит дамоклов меч быть отторгнутыми коллегами в случае оправдательного вердикта; адвокаты, стесненные в средствах для собирания доказательств, и т. п. В общем, не правосудие, кошмар. …Картина, право, не приглядная»1. Ну что же, как говорится, не отнять, ни прибавить, не возразить по этому поводу сторонникам суда с участием присяжных заседателей просто нечего.

Несмотря на сказанное выше, суд с участием присяжных заседателей яв- ляется реальностью закрепленной в российской Конституции. Следовательно, несмотря на все недостатки данной формы судопроизводства, говорить о полной и безоговорочной ее отмене было бы не вполне корректно. Многие проблемы, связанные в России с судом с участием присяжных заседателей носят социокультурный, психологический, ментальный характер.

Выходом из ситуации является, на наш взгляд, не ныне существующий вариант суда с участием присяжных заседателей по англо-американской и русской дореволюционной модели, а их синтез с моделью суда асизов, преобладающей в Западной Европе, которая по-иному сочетает участие представителей народа и профессиональных судей, определяя суд с расширенным составом, с учетом особенностей российского правосознания, а также (здесь следует согласиться с А.А. Демичевым) при условии формирование надлежащего правосознания населения через учебные заведения и средства массовой информации.

См.: Суд присяжных: Пять лет спустя. Дискуссии. — С. 61. 2 См.: Демичев А.А. Не надо бояться опросов граждан//Росс. юст. — 2001. -№4. -С. 26.

174

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты проведенного исследования позволяют изложить в тезисном виде наиболее важные и практически значимые положения, выводы и реко- мендации, касающиеся принципиальных возможностей, направлений использования и практических результатов применения уголовно- процессуальных норм при разрешении проблемных ситуаций, связанных с отправлением правосудия в суде с участием присяжных заседателей:

  1. Первые истоки появления современного прообраза суда с участием присяжных заседателей наблюдаются еще в VIII веке в Дании, которая объе диняла под своим началом племена норманнов. Откуда названный институт поступательно проникает наряду с норманнскими завоеваниями в X—XII в.в. в такие страны, как Франция, Англия и др., где первоначально присяжные засе датели сливались в процессуальной роли свидетелей и судей факта. Идею две надцати присяжных в качестве свидетелей и судей факта привнесли в законо дательство Киевской Руси Х-ХП в.в. князья династии Рюриковичей. Однако данный уголовно-процессуальный порядок в силу различных причин не полу чил своего дальнейшего развития.

И лишь в XV в. в Англии занесенный норманнами прототип суда при- сяжных под влиянием локальных условий оформился в своих основных чертах в ныне существующий.

  1. В настоящее время суд с участием присяжных заседателей не являет ся господствующим элементом национальной судоустройственной системы в ряде стран континентальной Европы и Азии. В некоторых из них (Франция, Австрия, Бельгия, Дания, Финляндия и др.) сам термин «суд присяжных» уже утратил свое первоначальное значение, и этим понятием зачастую пытаются характеризовать скорее шеффенские суды с расширенными составами.

Поэтому опыт функционирования суда с участием присяжных заседателей, в его действительном понятии, в указанных странах не мог и не может

175

служить достаточным доводом для заимствования этого института уголовным судопроизводством России.

  1. Появление суда присяжных в УУС 1864 г. было реально продиктовано объективной необходимостью, связанной с правовыми причинами отправления правосудия в дореформенной России. Названных, а также иных объективных предпосылок для введение суда с участием присяжных заседателей в России в конце XX - начале XXI в. не существовало.
  2. Введение некоторых процедур отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, содержащихся в УУС в современное законодательство, явилось бы прогрессивным шагом судебной реформы. Однако в положениях УПК РФ эти нормы объективно требуют дальнейшего усовершенствования в соответствии с современными условиями развития общественных отношений.
  3. Одним из основных составляющих механизма уголовно-процессуального регулирования отправления правосудия в суде является механизм обеспечения прав, свобод и законных интересов всех участников уголовного процесса, который в свою очередь содержит следующие составляющие компоненты:

6) уголовно-процессуальных норм и закрепленных в них прав и обязанностей участников процесса; 7) 8) . принципов уголовного процесса, понимаемых как руководящие правовые идеи, исходные начала, которыми должны руководствоваться участники уголовно- процессуальной деятельности; 9) 10) уголовно-процессуальной формы отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей; 11) 12) деятельности участников судебного разбирательства в суде с участием присяжных заседателей; 13) 10)системы контроля законности и обоснованности принимаемых процессуальных решений и процессуальных действий.

176

Полноценное функционирование данных элементов в результате направлено на успешную реализацию назначения уголовного судопроизводства.

  1. Основываясь на результатах исследования, диссертант считает, что процессуальное равенство сторон, предполагающееся в состязательном уго ловном процессе в ряде случаев нарушается, в связи с этим нормы ст. 216 УПК РФ, по нашему мнению, объективно нуждаются в дополнении частью третьей.

Статья 216. Ознакомление потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика или их представителей с материалами уголовного дела

«3. Следователь разъясняет потерпевшему или его представителю его право ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяэ/сных заседателей — в случаях, предусмотренных п. 1 части третьей статьи 31 настоящего Кодекса. При этом следователь разъясняет особенности рассмотрения уголовного дела этим судом, права потерпевшего или его представителя в судебном разбирательстве и порядок обжалования судебного решения. Если один или несколько потерпевших или их представителей отказываются от суда с участием присяжных заседателей, то следователь решает вопрос о выделении уголовных дел в отношении этих потерпевших в отдельное производство. При невозможности выделения уголовного дела в отдельное производство уголовное дело в целом рассматривается судом с участием присяжных заседателей».

Внесение этой новеллы требует изменения части 2 статьи 325 УПК РФ:

«2. Уголовное дело, в котором участвует несколько подсудимых и (или) потерпевших (их представителей), рассматривается судом с участием присяэ/сных заседателей в отношении всех подсудимых, если хотя бы один из подсудимых или потерпевших (их представителей) заявляет ходатайство о рассмотрении уголовного дела судом в данном составе».

  1. В стадии назначения судебного заседания (на предварительном слу шании), а также в судебном заседании у потерпевшего нет права возражать по

177

поводу прекращения уголовного дела судом, в случае отказа прокурора от обвинения, вследствие чего не учитывается законный интерес потерпевшего в прекращении либо продолжении рассмотрения дела и нарушает реализацию его права на судебную защиту и восстановление его прав и законных интересов, нарушенных преступлением. В связи с этим целесообразно, на наш взгляд, привести нормы ч. 1 ст. 239, а также п. 2 ст. 254 УПК РФ в соответствие с положениями Конституции РФ, регламентирующими равенство прав сторон в уголовном процессе (ст. 123) и их судебную защиту (ст. 18, 46, 52).

Статья 239. Прекращение уголовного дела или уголовного преследо- вания

«…в случае отказа прокурора от обвинения при отсутствии возраже- ний со стороны потерпевшего в порядке, установленным частью седьмой статьи 246 настоящего Кодекса, судья выносит постановление о прекращении уголовного дела».

Статья 254. Прекращение уголовного дела в судебном заседании

«2) В случае отказа обвинителя от обвинения при отсутствии возра- жений со стороны потерпевшего в соответствии с частью седьмой статьи 246 или частью третьей статьи 249 настоящего Кодекса».

  1. Представляется необходимым разрешение вопросов, указанных в ч. 1,2, 4 ст. 299 УПК РФ, совместно судьей и присяжными заседателями, что обуславливает необходимость нормативного закрепления данной процедуры.
  2. Принимая во внимание то обстоятельство, что заключение эксперта может быть положено в основу вердикта, а в дальнейшем и приговора, решение проблемы о возможных пределах его исследования, в том числе и на законодательном уровне представляется, безусловно, необходимым. Полагаем, что в этом плане ч. 8 ст. 335 УПК РФ требует изменения, состоящее в исключении из ее текста выделенных слов:
  3. Статья 335. Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей

178

«8. Данные о личности подсудимого исследуются с участием присяжных заседателей лишь в той мере, в какой они необходимы для установления отдельных признаков состава преступления, в совершении которого он об- виняется. Запрещается исследовать факты прежней судимости, признания подсудимого хроническим алкоголиком или наркоманом, а также иные данные, способные вызвать предубеждение присяжных в отношении подсудимого».

Кроме того, ст. 335 может и должна быть дополнена ч. 9 с нормой такого содержания:

«9. Исследование заключения эксперта (экспертизы) допускается в суде с участием присяжных заседателей в полном объеме. В случае неясности отдельных выводов эксперта (экспертов) присяжные заседатели вправе хо- датайствовать о вызове эксперта (экспертов) в суд и его (их) допросе с участием присяжных заседателей».

  1. Порядок исследования вещественных доказательств должен быть детально урегулирован нормой закона. В этом плане, на наш взгляд, ст. 335 УПК РФ может и должна быть дополнена нормой (ч. 10) следующего содержания:

Статья 335 Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей

«10. Если в ходе судебного следствия, по ходатайству сторон, принято решение об исследовании вещественных доказательств по делу, они должны быть предъявлены сторонам, коллегии присяжных заседателей и председательствующему по делу. Каждый из участников судебного следствия вправе потребовать объяснений от лиц, имеющих отношение к исследуемому вещественному доказательству».

  1. Уголовно-процессуальный закон не регулирует детально и порядок исследования в суде с участием присяжных заседателей протоколов следственных действий и иных документов по делу, поскольку опирается на норму ст. 285 УПК РФ. Однако мы не можем согласиться с этим порядком, посколь-

179

ку он противоречит такому общему условию судебного разбирательства, как устность и непосредственность исследования доказательств в суде (ст. 240 УПК РФ). Это правило, на наш взгляд, также должно найти свое отражение в ст. 335 УПК РФ, которую следует дополнить соответствующей нормой (ч. 11): «11. Протоколы следственных действий и иные документы по делу, если они не исключены судьей из судебного разбирательства, полностью исследуются судьей, присяжными заседателями и сторонами».

  1. Считаем целесообразным нормативное закрепление единства прав председательствующего и 12 присяжных заседателей как единой судебной коллегии, как единого и равноправного состава суда в целях оптимизации уголовно-процессуальной процедуры порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей. Поэтому в целях оптимизации уголовно- процессуальной процедуры порядка отправления правосудия в суде с участи ем присяжных заседателей, считаем исключить из ст. 338 ч. 3. Кроме того, ч. 2, 4 ст. 338 УПК РФ, на наш взгляд, должны быть дополнены следующим содержанием:

Статья 338. Постановка вопросов, подлежащих разрешению при-сяжными заседателями

«2. Стороны, а также присяжные заседатели вправе высказать свои замечания по содерэюанию и формулировке вопросов и внести предлоэ/сения о постановке новых вопросов (далее по тексту)».

«4. С учетом замечаний и предложений сторон и присяжных заседателей судья в совещательной комнате окончательно формулирует вопросы (далее по тексту)».

  1. Для реализации назначения процесса и правосудия, представляется оправданным исследование в суде с участием присяжных заседателей всех данных о личности подсудимого, которые имеют значение для правильного установления фактических обстоятельств дела, входящих в предмет доказы вания (ст. 73, 299 УПК РФ). Данный тезис имеет место, когда эти данные спо собствуют правильному установлению объективной стороны преступления

180

(способа действий подсудимого; п. 1 ч. 1 ст. 73 УПК РФ), его действительного умысла или мотива преступления (субъективной стороны; п. 2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ.

  1. По мнению диссертанта для повсеместного введения суда с участием присяжных заседателей в России необходимо: 1) подвести итог этого эксперимента, в том числе сделать финансовые и организационные просчеты, а также всесторонний научно-обоснованный концептуальный подход к данному институту; 2) просчитать механизм финансового обеспечения данного правового института.

В настоящее время экономическая составляющая жизнедеятельности государства и общества объективно не в состоянии обеспечить нормальное функционирование суда с участием присяжных заседателей повсеместно в России.

Подводя итоги исследования функционирования суда с участием при- сяжных заседателей в Российской Федерации, можно заключить, что данный уголовно-процессуальный институт отправления правосудия возник в странах романо-германской правовой системы. В России эта форма отправления правосудия, в своем подлинном понимании, нашла законодательное закрепление в УУС 1864 г., когда возникли соответствующие объективные предпосылки.

Существующая в настоящее время форма отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей в принципиальных моментах не соот- ветствует надлежащей реализации принципов уголовного судопроизводства, требованиям оптимальности его процедур, а, кроме того, эффективной реализации его назначения.

Помимо этого, в ряде моментов данный порядок, ввиду неурегулиро- ванности должным образом своих процедур, явно уступает процедурам порядка отправления правосудия в суде с участием профессиональных судей. Однако предложенные нами новации во многом модернизируют процедуру судопроизводства в суде с участием присяжных заседателей, что позволит со-

181

ответствовать данному институту требованиям современных реалий отправления правосудия.

Свертывание принципа участия народа в отправлении правосудия — яв- ление отрицательное. Народное представительство при отправлении правосудия делает судебную систему более прозрачной (к чему должна стремиться любая ветвь государственной власти), менее замкнутой, менее кастовой. Решения, выносимые (принимаемые) с участием судебных заседателей, более устойчивые: как вынесенные не только профессиональными судьями (не только единолично профессиональным судьей), они меньше подвержены предвзятости суда. Однако последовательная реализация указанного принципа не должна идти в ущерб уровню профессионализма судебной деятельности.

Поэтому оптимальной формой отправления правосудия в России является не ныне существующий вариант суда с участием присяжных заседателей по англо-американской и русской дореволюционной модели, а их синтез с моделью суда асизов, преобладающей в Западной Европе, которая по- иному сочетает участие представителей народа и профессиональных судей, определяя суд с расширенным составом.

В случае учета предложенных нами изменений предполагается, что суд с участием присяжных заседателей будет реальным гарантом обеспечения прав и обязанностей человека и гражданина в уголовном судопроизводстве.

182

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ, ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ПРИ НАПИСАНИИ ДИССЕРТАЦИИ

Нормативно-правовые акты и иные официально-документальные материалы

  1. Всеобщая декларация прав человека от 10 декабря 1948 г. // Права человека: Сборник международных документов / Сост. и автор, вступ. ст. Л.Н. Шестаков. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986. - С. 21-30.
  2. Европейская конвенция по предупреждению попыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания // Совет Европы: некоторые основные права и свободы человека. Сб. док-тов. - Нижний Новгород, 1998.-С. 70-79.
  3. Конвенция о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. // Сборник документов Совета Европы в области защиты прав человека и борьбы с преступностью / Сост. Т.Н. Москалькова и др. — М.: Изд-во «Спарк», 1998.-С. 34-49.
  4. Международный пакт о гражданских и политических правах от 16 декабря 1966 г. // Права человека: Сборник международных документов / Сост. и автор, вступ. ст. Л.Н. Шестаков. - М.: Изд-во Моск. ун-та, 1986. - С. 45-72.
  5. Конституция Российской Федерации // Российская газета. - 1993. - 10 ноября.
  6. Закон Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» от 16 июля 1993 г. // Ведомости Верховного Совета РФ 1993 г.-№33.-Ст. 1313.
  7. Закон СССР от 12.06.90 г. «О внесении изменений и дополнений в Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик» // Ведомости Верховного Совета… СССР. - 1990. - № 26. - Ст. 495.

183

  1. Федеральный Закон № 197-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» от 14 декабря 1995 г. // СЗ РФ. - 18 дек. 1995. - № 51. -Ст. 4970.-С. 9162-9164.
  2. Федеральный Закон № 26-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» от 20 марта 2001 г. // Российская газета. - 2001. - 23 марта. - С. 26.
  3. Федеральный Закон «О прокуратуре Российской Федерации» от 17 января 1992 г. (в ред. ФЗ от 23 декабря 1998 г.) // Российская газета. - 1999. - 17 февраля.
  4. Закон РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня 1992 г. // ВСНД и ВС РФ.-1992.-№30.-Ст. 1792.

  5. Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 г. // РГ. - 1997. - 6 янв.; СЗ РФ. - 1997. - № l.-Ст. 1.
  6. Закон «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» от 27 апреля 1993 г. № 4866-1 (в ред. ФЗ от 14 декабря 1995 г. № 197-ФЗ) // ВВС РФ.
        • № 19. - Ст. 685; СЗ РФ. - 1995. - № 51.-Ст. 4970.
  7. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» от 12 августа 1995 г. // РГ. - 1995. - 18 августа; СЗ РФ. - 1995. -№33.-Ст. 3349.
  8. 15.Уголовно-процессуальный кодекс Российской федерации: № 174—ФЗ РФ от 18 декабря 2001 г. // Российская газета. - 2001. - 22 декабря. - С. 1-8.

  9. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. //Ведомо сти Верховного Совета РСФСР. - 1960. - № 40. - Ст. 592. ‘*’ П. Уголовный кодекс Российской Федерации от 24 мая 1996 г. // Собрание за-

конодательства РФ. - 1996. - № 25. - Ст. 2954.

184

  1. Федеральный закон «О внесении изменения и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно- исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации» от 9.03.2001 г. № 25-ФЗ // Российская газета. - 2001.-14 марта. - С. 7.

19.Федеральный закон «О приостановлении действия части второй статьи 15 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР» от 9.07.1998 г. № 95 // СЗ РФ, 1998.-№ 28.-Ст. 3260.

  1. Федеральный закон «О введении в действие Уголовно-процессуального ко декса Российской Федерации» от 18 декабря 2001 г. № 175-ФЗ // Россий ская газета. - 2001. - 22 декабря. - С. 9-10.

  2. Федеральный закон от 9 марта 2001 г. № 25-ФЗ. «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс РФ и другие законодательные акты Российской Федерации» // Собрание законодательства Российской Федерации от 12 марта 2001 г. -№.11.- ст. 1002.
  3. Федеральный закон РФ № 26 от 20 марта 2001 года «О внесении изменения и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» // Российская газета. — 23 марта. - 2001 г.
  4. 23.Федеральный закон № 59-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Фе- деральный закон « О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» от 29 мая 2002 г. // Российская газета. -2002. - 1 июня.

  5. Федеральный закон № 58-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уго ловно-процессуальный кодекс Российской Федерации» от 29 мая 2002 г. // Российская газета. - 2002. - 1 июня.

  6. Указ Президента Российской Федерации от 15 марта 2000 г. - № 511 «О классификаторе правовых актов» // Российская газета. — 2000. — 21 марта.

185

  1. «Концепция национальной безопасности Российской Федерации» / Утв. Указом Президента РФ от 27 декабря 1997 г. № 1300 (в редакции Указа Президента Российской Федерации от 10 января 2000 г. № 24) // Собрание законодательства РФ. — 2000. - № 2. - Ст. 170.

21.Об организации прокурорского надзора за предварительным следствием и дознанием: Приказ Генеральной прокуратуры РФ от 18 июня 1997 г. -№ 31 // Сб. основных приказов и указаний Генерального прокурора РФ. -М., 1999. -С. 135.

28.Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно- розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд: приказ Федеральной службы налоговой полиции РФ, ФСБ РФ, МВД РФ, Федеральной службы охраны РФ, ФПС РФ, ГТК РФ и службы внешней разведки РФ от 13 мая 1998 г. № 175/226/336/201/286/410/56 // БНА.-1998.-№23.

  1. Обзор кассационной практики Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 2001. - № 7. - С. 21-26.

  2. Постановление Конституционного Суда Российской Федерации «По делу о проверке конституционности положений статьи 41 и части третьей статьи 42 УПК РСФСР, пунктов 1 и 2 постановления Верховного Совета Россий ской Федерации от 16 июля 1993 года «О порядке введения в действие За кона Российской Федерации «О внесении изменений и дополнений в Закон РСФСР «О судоустройстве РСФСР», «Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовный кодекс РСФСР и Кодекс РСФСР об административных правонарушениях» в связи с запросом Московского городского суда и жа лобам ряда граждан» от 2 февраля 1999 г. // Собрание Законодательства РФ. - 1999. -№ 6. - ст. 867.

31.Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» // Сборник постановлений пле-

186

нумов Верховного Суда РФ (СССР, РСФСР) по уголовным делам / Под ред. С.Г. Ласточкина, Н.Н. Хохлова, Е.М. Гриженко: Издание второе, переработанное и дополненное. - М.: ПБОЮЛ., 2000 - С. 4—11. 32.Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 21 апреля 1987 г. (в ред. от 21 декабря 1993 г.) «Об обеспечении всесторонности, полноты и объективности рассмотрения судами уголовных дел» // Сб. пост. ПВС РФ. -С. 278.

  1. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 9 «О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных» // Бюллетень Верховного Суда РФ. -1995.-№3.-С. 14.
  2. Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 1 от 16 марта 1971 г. «О судебной экспертизе по уголовным делам» // Сб. пост. ПВС СССР. - С. 786.
  3. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. — № 40 «О практике назначения судами уголовного наказания» // Российская юстиция. - 1999.-№ 9. - С. 54-58.
  4. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25 апреля 1995 г. — № 5 «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. - 1995. - № 7.
  5. Постановление Пленума Верховного Суда РФ. - № 8 от 31.10.95 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федера- ции при осуществлении правосудия»//Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1996.-№1.-С. 3-6.
  6. Постановление Пленума Верховного Суда РФ. — № 9 от 20.12.94 г. «О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федера-

187

ции) по уголовным делам. - М.: Изд-во «Спарк», 1997. - С. 514-525; Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1995. - № 3. - С. 2-8.

  1. Постановление Пленума Верховного Суда СССР «О дальнейшем укрепле нии законности при осуществлении правосудия» от 5 декабря 1986 г. // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Рос сийской Федерации) по уголовным делам. - М.: Изд-во «Спарк», 1997. - С. 281-286.

  2. ПостановлениеПленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами законов, обеспечивающих обвиняемому право на защиту» от 16 июня 1978 г. // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: Изд-во «Спарк», 1997. - С. 134- 139.
  3. Постановление Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами законодательства при предании обвиняемого суду» от 28 ноября 1980 г. //Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: Изд-во «Спарк», 1997.-С. 174-180.
  4. Постановление Пленума Верховного Суда СССР «О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» от 1 ноября 1985 т. II Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. — М.: Изд-во «Спарк», 1997. — С. 264-268.
  5. Постановление Пленума Верховного Суда СССР «О судебной экспертизе по уголовным делам» от 16 марта 1971 г. // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: Изд-во «Спарк», 1997. - С. 53-57.
  6. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. № 4 «О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества» // Бюллетень Верховного Суда. - 1972. — № 4.

188

  1. Концепция судебной реформы в Российской Федерации. Изд.: Верховного Совета Российской Федерации. - М., - 1992.
  2. Федеральная целевая программа «Об усилении борьбы с преступностью на 1999-2000 годы» / Утв. постановлением Правительства РФ от 10 марта 1999 г. № 270 // Собрание законодательства РФ. - 1999. - № 12. - Ст. 1484.
  3. 47.Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Рос- сийской Федерации) по уголовным делам. - М.: Изд-во «Спарк», 1997. -580 с.

  4. Сборник действующих постановлений Пленума и директивных писем Вер- ховного Совета 1924-1944 / Под ред. И.Т. Голякова. - М.: Юриздат Минюста СССР, 1946.-228 с.
  5. Сборник постановлений и определений коллегий Верховного Суда СССР по уголовным делам 1971-1979 / Отв. ред. Е.А. Смоленков. М.: Известия, 1981.-992 с.
  6. Обзор статистических сведений о состоянии судимости и работе судов по рассмотрению уголовных дел за 1994 - 1996 г.г. // Российская юстиция. -1997.-№6.- С. 49-52.
  7. Работа судов Российской Федерации в 1997 году // Российская юстиция. -1998.- №6.-С. 55-58.
  8. Работа судов Российской Федерации в 1998 году // Российская юстиция. -1999.- №8.-С. 52-54.
  9. 53.Работа судов общей юрисдикции в 1999 году // Российская юстиция. -2000-№7.- С. 57-60.

54.Работа судов общей юрисдикции в 1999 году // Российская юстиция. -2000.- №8.-С. 55-57.

55.Работа районных судов общей юрисдикции в первом полугодии 2000 года // Российская юстиция. - 2000. - № 12. - С. 54-57.

56.Работа судов общей юрисдикции в первом полугодии 2000 года (Верховные суды республик и приравненные к ним суды) // Российская юстиция. -2001.-№ 1.-С. 75-77.

189

57Работа судов общей юрисдикции в 2000 году // Российская юстиция. -

2001,-№ 11.-С. 76-77. 58.Законодательные памятники русского централизованного государства XV-

XVIII вв. Соборное Уложение 1649 года. Текст. Комментарии. - Л.: Изд-во

«Наука», 1987.-448 с.

  1. Русская Правда. Текст, изданный по трем спискам, с предисловием и кратким объяснительным словарем, составленными канд. прав А.Б. Гинцбургом.??- СПб.,
    • 48 с.
  2. Учреждение судебных установлений // Свод законов Российской Империи: В 16 т. - Спб.: Русское книжное товарищество «Деятель», 1913. - Т. 16.-560 с.
  3. Комментарии

  4. Комментарий к Конституции Российской Федерации / под ред. Л.А. Окунькова. Издание 2-е, дополненное и переработанное. - Институт законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве Российской Федерации // Справочная правовая система «ГАРАНТ» / Разъяснения, комментарии, схемы.
  5. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации /Под ред. В.И. Радченко и А.С. Михлина. - М.: Спарк, 2000. - 862 с.
  6. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Отв. ред. В.И. Радченко; Под ред. В.Т. Томина. - 2-е изд., перераб. и доп. - М.: Юрайт, 1999.-730 с.
  7. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации: Вводный /Под ред. В.Т. Томина. — М.: Юрайт-М, 2002. — 378 с.
  8. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР / Под общ. ред. В.М. Лебедева. - М.: Спарк, 1997. - 725 с.
  9. Систематический комментарий. Вып. IV. - М., 1915. — 1077 с.

190

Книги, монографии, учебники, учебные пособия

  1. Александров А. Апелляция в русском уголовном судопроизводстве / А. Александров, Н. Ковтун. - Нижний Новгород: Изд-во Волго-Вятской академии государственной службы, 1999. - 108 с.

  2. Александров АС. Диспозитивность в уголовном процессе. - Н. Новгород: НЮИ МВД РФ, 1997. - 209 с.

  3. АлексеевН.С. Очерк развития науки советского уголовного процесса / А.С. Алексеев, В.Г. Даев, Л.Д. Кокорев. — Воронеж, 1980. - 252 с.
  4. Арсенъев В.Д. Использование специальных знаний при установлении фак- тических обстоятельств уголовного дела / В.Д. Арсеньев, В.Г. Заблоцкий. — Красноярск: Изд-во красноярского университета, 1986. - 152 с.
  5. Бабаев В.К. Общая теория права: Краткая энциклопедия / В.К. Бабаев, В.М. Баранов. - Нижний Новгород: Нижегородский юрид. институт МВД РФ, 1998-203 с.
  6. Багрий-Шахматов Л.В. Уголовная ответственность и наказание. - Минск: Вышэйная школа, 1976.— 383 с.
  7. Баранов В.М. Истинность норм советского права. Проблемы теории и практики. — Саратов: Изд-во саратовского университета, 1989. - 398 с.

  8. Бернэм У. Суд присяжных заседателей. - М.: Московский независимый институт международного права, 1995. — 127 с.
  9. Библия. Книги священного писания Ветхого и Нового Завета. Канониче-ские: В Русском пер. С параллельными местами. - М.: «Новая Жизнь - Советский Союз»,
    • 1335 с.
  10. Боботов СВ. Буржуазная юстиция. Состояние и перспективы развития / Отв. ред. A.M. Яковлев.-М.: Наука, 1989.-253 с.

11.Боботов СВ. Правосудие во Франции. — М.: Издательство «ЕАВ», 1994. — ?? 198 с.

191

  1. Боботов СВ. Суд присяжных: история и современность / СВ. Боботов Н.Ф. Чистяков. -М.: Независимое издательство «Манускрипт», 1992. — 149 с.

  2. Бобрищев-Пушкин A.M. Эмпирические законы деятельности русского суда присяжных / Под ред. А.И.Снегиревой. - М.: «Русская мысль», 1896. -615 с.
  3. Боннер А.Т. Принципы диспозитивности советского гражданско-процессуального права. - М., 1987.
  4. Васильев В.Л. Юридическая психология: Учебник для вузов. Изд-е 4-е. — СПб.: «Питер», 2001. - 640 с.
  5. Владимиров Л.Е. Суд присяжных. - Харьков: Университетская типография, 1873.- 257 с.
  6. 17’. Владимирский-БудановМ.Ф. Обзор истории русского права. - Ростов=на^ Дону: Изд-во «Феникс», 1995. - 640 с.

IS. Вопросы уголовного процесса: Межвуз. науч. сб. Совершенствование дея- тельности правоохранительных органов по борьбе с преступлениями. — Саратов: Саратовский ун-т, 1984. - Вып. 3. — 127 с.

  1. Выдря М.М. Участники судебного разбирательства и гарантии их прав: Учебное пособие. — Краснодар: Кубан ГУ, 1979. — 101 с.
  2. Вышинский А.Я. Теория судебных доказательств в советском праве. Изд. 3-е доп.
    • М.: Государственное издательство юридической литературы, 1950 -308 с.
  3. Горский Г. Ф. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе / Г.Ф. Горский, Л.Д. Кокорев, П.С. Элькинд. - Воронеж: Изд-во воронежского университета. - 1978. — 303 с.
  4. Гросс Г. руководство к расследованию преступлений / Пер. с немец. И доп. И.Н. Якимовым. - М.: Изд-во НКВД РСФСР, 1930. - 144 с.
  5. Грошевои Ю.М. Правовые свойства приговора — акта социалистического правосудия. -Харьков, 1978.

192

  1. Давид Р. Основные правовые системы современности / Пер. с фр. и вступ. ст. В.А. Туманова. - М.: Прогресс, 1988. - 496 с.

  2. Демичев А А. Российский суд присяжных: история и современность: Учебное пособие. - Н. Новгород: Изд-во НГПУ. — 2000. - 104 с.
  3. Добровольская СИ. Суд, присяжных: актуальные проблемы организации деятельности. - М.: Изд-во МГУ им. М.В. Ломоносова, 1995. - 28 с.
  4. Елисейкин П.Ф. Судебное установление фактов, имеющих юридическое значение. М.: Юрид. лит., 1973. — 128 с.
  5. Законодательство Древней Руси // Российское законодательство Х-ХХ веков / Отв. Ред. В.Л. Янин: В 9 т. - М.: Юрид. лит., 1984. - Т. 1. - 430 с.
  6. Законодательство Древней Руси // Российское законодательство Х-ХХ веков / Отв. Ред. В.Л. Янин: В 9 т. - М.: Юрид. лит., 1984. - Т. 8. - 495 с.
  7. 30.Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, со- вершенствование: Сборник статей: В 2 т. / Под ред. В.М. Баранова. — Нижний Новгород, 2001. - Т. 1. - 544 с.

31.Законотворческая техника современной России: состояние, проблемы, со- вершенствование: Сборник статей: В 2 т. / Под ред. В.М. Баранова. - Нижний Новгород, 2001. — Т. 2. — 543 с.

  1. Зивс СА. Современный уголовный суд присяжных в Англии. — М., 1948.
  2. Зусь Л.Б. Правовое регулирование в сфере уголовного судопроизводства.
    • Владивосток: Изд-во ДВГУ, 1984. - 148 с.
  3. Исаев И.А. История государства и права России: Полный курс лекций. -М.: Юрист, 1994. - 447 с.
  4. Каз Ц.М. Правовая природа приговоров в советском уголовном процессе. - Саратов, 1951.
  5. Карамзин Н.М. История государства Российского. Изд-е 5-е: В 12 т., в 6 кн.
  • М.: Книжный сад, 1993.-Кн. 2. - Т. 3-4. - 336 с.

Ъ1 .Карнозова Л.М. Возрожденный суд присяжных. Замысел и проблемы ста- новления. М.: Юрид. лит., 2000 - 368 с.

193

ЪЪ.Карнозова Л.М. О суде присяжных // В кн.: Становление судебной власти в обновляющейся России. - М.: Ин-т гос. и права Рос. Акад. наук, 1997. - С. 3-31.

  1. Кенни К. Основы уголовного права: Пер. с англ. В.И. Каминской / Под ред. Б.С. Никифорова. - М.: Иностранная литература, 1949. - 600 с.

  2. Клеандров М.И. Статус судьи. - Новосибирск: Сибирская издательская фирма РАН, 2000. - 443 с.
  3. Клеандров М.И. Судья — центральное звено судебной системы. - Тюмень: ТГУ, 1999.-232 с.
  4. 42.Клеандров М.И. Статус граждан, участвующих в осуществлении правосудия. - М.: Институт государства и права РАН, 1999. - 72 с.

  5. Ковалевский М.М. История полицейской администрации (полиции безо- пасности) и полицейского суда в английских графствах с древнейших времен до смерти Эдуарда Ш.-Прага, 1877. - 231 с.
  6. Козлов Ю.Д. Народные заседатели - равноправные судьи / Ю.Д. Козлов, Х.Б. Шейнин. - М.: Юридическая литература. - 1965. - 62 с.
  7. Кокорев Л.Д. Участники правосудия по уголовным делам. - Воронеж: Изд- воВГУ, 1971.-160 с.
  8. Кони А.Ф. История развития уголовно-процессуального законодательства в России: Собрание сочинений в 4 т., - М. - 1967. - Т. 4. - 544 с.
  9. Курс советского уголовного процесса: Общая часть / Под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. - М.: Юрид. лит. - 1989. - 638 с.

  10. Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. -Минск: Изд- во. БГУ, 1969. - 203 с.
  11. Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе. — М.: Юрид. лит., 1973. - 114 с.
  12. Лавриненко В.И. Проблема социальных интересов в ленинизме. — М., 1978.
  13. Левченко О.В. Презумпция невиновности обвиняемого в доказывании по уголовным делам: Моногр. / Астрахан. гос. ун-т. — Астрахань: Изд-во АГ-ТУ,
  14. -148 с.

194

  1. Ленин В.И. Поли. собр. соч.: Изд-е 5. - М.: Политиздат, 1970. - 624 с.
  2. Ленский А.В. Дифференциация уголовного процесса /Под. общ. ред. М.К. Свиридова — М.: Экономическое образование, 2000. - 320 с.
  3. Либус И.А. Презумпция невиновности в советском уголовном процессе. — Ташкент: «Узбекистан», 1981.-232 с.
  4. Лшдблом П.Х. Введение в шведское право. - М.: Юрид. лит., 1986.
  5. Лубин А.Ф. Механизм преступной деятельности: Методология криминали- стического исследования. - Н. Новгород: НЮИ МВД России, 1997. - 336 с.
  6. Лубин А.Ф. Уголовный процесс: Учебно-методический комплекс / А.Ф. Лубин, СП. Сереброва. -Н.Новгород: Нижегородская правовая академия, 2001.-124 с.
  7. Лушнская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. - М.: Юрид. лит., 1976. - 168 с.
  8. Люблинский П.И. Очерки уголовного суда и наказания в современной Англии.- СПб., 1911.
  9. Максимейко Н.А. Опыт критического исследования Русской Правды: Вып. 1.- Харьков, 1914.
  10. Мартынчик Е.Г. Гарантии прав обвиняемого в суде первой инстанции. — Кишинев, 1975.

  11. Мартынчик Е.Г. Основы формирования приговора в советском уголовном процессе. — Кишинев: Штиинца, 1989. - 168 с.
  12. Мартынчик Е.Г. Особое мнение судьи по уголовному делу. — Кишинев: Штиинца, 1981.-130 с.
  13. Маслов А.А. Свод судебной практики. Книга первая. Систематизированные решения, постановления и определения высших судебных инстанций / А.А. Маслов, С.Д. Олейник, М.В. Помиров. - М.: Право и закон, 2001. — 912с.
  14. Матузов Н.И. Личность. Права. Демократия. - Саратов: Издательство Са ратовского университета , 1972. — 292 с.

бб.МейерД.И. Юридический сборник. - Казань, 1985.

195

  1. Миттермайер К.Ю. Уголовное судопроизводство в Англии, Шотландии и Северной Америке.— М., 1864.
  2. Морщакова Т.Г. Оценка качества судебного разбирательства (по уголовным делам) / Т.Г. Морщакова, И.Л. Петрухин - М.: Наука, 1987. - 236 с.
  3. Мотовиловкер Я.О. Показания и объяснения обвиняемого как средство защиты в советском уголовном процессе. - М.: Госюриздат, 1956. - 179 с.
  4. Ю.Мухин И.И. Объективная истина и некоторые вопросы оценки судебных доказательств при осуществлении правосудия. — Л.: Изд-во Ленинградского университета, 1971. — 184 с.

  5. Набоков В.Д. Систематический комментарий к Уставу уголовного судо- производства / Под ред. проф. М. Гернета., Вып. 1. - М., 1914. - 920 с.
  6. Немытина М.В. Российский суд присяжных: Учебно-методическое пособие. - М.: Изд-во БЕК, 1995.-218 с.
  7. Николайчик В.М. Уголовный процесс США. -М.: Наука, 1981. - 224 с.
  8. Нормативные материалы о судьях и суде присяжных / Государственно- правовое управление Президента Российской Федерации. — М.: Юрид. лит., 1994.- 111 с.
  9. Осипов Ю.К. К вопросу о соотношении судебного познания и судебного доказывания / Под ред. 3. Герасимова // Сб. ученых тр. - Свердловск: Изд-во Уральский рабочий, 1967. - Вып. 7. - С. 211—229.
  10. Петрухин И.Л. Теоретические основы эффективного правосудия / И.Л. Петрухин, Г.П. Батуров, Т. Г.Морщакова. — М.: Наука, 1979. — 392 с.

  11. Петрушевский Д.М. Великая Хартия Вольностей и конституционная борьба в английском обществе во второй половине XIII в. — М., 1918.
  12. Пиголкин А.С. Правоприменение в советском государстве / А.С. Пиголкин, М.Н.Николаева, М.С. Студеникина и др.; Отв. ред. И.Н.Кузнецов, И. С. Самощенко. - М.: Юрид. лит., 1985. - 304 с.
  13. Полянский Н.Н. Проблемы судебного права / Н.Н. Полянский, М.С. Строгович, Н.М. Савицкий, А.А. Мельников. - М., 1983.

196

  1. Полянский Н.Н. Очерк развития науки уголовного процесса. - М.: АН СССР, 1960.-212 с.
  2. Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса. - М., 1956.
  3. Полянский Н.Н. Уголовное право и уголовный суд в Англии. - М., 1969.
  4. Полянский Н.Н. Уголовный процессы Уголовный судъ, его устройство и деятельность. Лекции. — М., 1911.

  5. Практикум по советскому уголовному процессу / Под общ. ред. В.Т. Томина, Г.Н. Козырева. — Вып. 1. - Горький, 1988. - 98 с.

  6. Проблемы юридической науки в исследованиях докторантов, адъюнктов и соискателей: Сборник научных трудов: В 2 ч. / Под ред. В.М. Баранова и М.А. Пшеничного. - Н. Новгород: Нижегородская академия МВД России, 2001.-Вып. 7.-Ч. 1.-238 с.

  7. Проблемы юридической техники: Сборник статей / Под ред. В.М. Баранова. - Нижний Новгород, 2000. - 823 с.
  8. Радушная Н.В. Народный заседатель. -М.: Юрид. лит., 1970. — 120 с.
  9. Радушная Н.В. Народный судья. Профессиональное мастерство и подготовка. - М.: Юрид. лит., 1977. - 144 с.
  10. Рассмотрение дел судом присяжных: Научно-практическое пособие / Отв. ред. В.М. Лебедев. - М., 1998.
  11. Резник Г.М Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М.: Юрид. лит., 1977.-126 с.
  12. Решетников Ф.М. Правовые системы стран мира: Справочник. - М.: Юрид. лит.,
    • 254 с.
  13. Румянцев ОТ. Юридический энциклопедический словарь / О.Г. Румянцев, В.Н. Додонов. - М.: ИНФРА-М, 1997. - 384 с.

  14. Русские судебные ораторы в известных уголовных процессах XIX века / Сост. И. Потанчук. - Тула: «Автограф», 1997. - 816 с.
  15. Смолярчук В.И. Гиганты и чародеи слова: Русские судебные ораторы второй половины XIX - начала XX века. - М.: Юрид. лит., 1984. - 272 с.

197

  1. Совершенствование правовых основ уголовного судопроизводства: Во просы охраны прав граждан в сфере борьбы с преступностью: Сб. науч. тр. / Под ред. Л.Л. Крутикова. - Ярославль: Ярославский государственный университет, 1988. — 150 с.

  2. Советский уголовный процесс / Под. ред. Д.С. Карева. - М.: Юрид. лит., 1975.-566 с.

91.Сокирко В.В. Сумма голосов присяжных в поиске грани экономической свободы. М.: Юрид. лит., 2000-640 с.

  1. Состояние преступности в России за январь-декабрь 2000 года. — М.: ГИЦ МВД РФ, 2001.-56 с.
  2. Становление судебной власти в обновляющейся России / Под общ. ред. Б.Н. Топорнина. - М.: Институт государства и права Российской Академии наук, 1997.- 56 с.
  3. СтифенД. Уголовное право Англии в кратком очертании. - СПб., 1865.

  4. Сторогович М.С Курс советского уголовного процесса: В 2 т. — М.: «Наука», 1968. - Т. 1. - 472 с.
  5. Сторогович М.С. Курс советского уголовного процесса: В 2 т. — М.: «Наука», 1970. - Т. 2. - 515 с.
  6. Строгович М.С. Проверка законности и обоснованности судебных приговоров.-М.: «Наука», 1956.— 320 с.
  7. Суд присяжных в России: громкие уголовные процессы, 1864-1917 гг. / Сост. СМ. Казанцев. - Л.: Лениздат, 1991. - 510 с.

  8. Суд присяжных в России: история и современность: Материалы к спецкурсу / Авт.-сост. А.А. Демичев. — Н. Новгород: НГПУ, 2001. — 41 с.
  9. Суд присяжных. Пять лет спустя: Дискуссии / Под общ. ред. Л.М. Карнозовой. — М.: Изд-во Общественного Центра содействия реформе уголовного правосудия, 1999. - 64 с. “
  10. Судебное следствие в суде присяжных // Уч. фильм в трех частях. — М.: Общ. центр «Судебно-правовая реформа». - 1999. - Ч. 2.

198

  1. Судебные речи известных русских юристов: Сборник. Изд-е 2-е. - М.: Юрид. лит., 1957. - 872 с.
  2. Судебные системы западных государств. — М.: «Наука». - 1991. - 235 с.
  3. Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред. Н.В. Жогина, изд. 2-е исправленное и дополненное. - М.: Юрид. лит., 1973. -736 с.
  4. Толковый словарь русского языка: в 4 т. / Под ред. Д. Ушакова, - М: Терра, 1996.-752 с.

  5. Томин В.Т. Развитие уголовно-процессуального законодательства на постсоветском пространстве: Учебное пособие / В.Т. Томин, М.П. Поляков. — Нижний Новгород: Нижегородский юридический институт, 1999. — 62 с.
  6. Томин В.Т. Умножение субъектов и процедур отечественного уголовного судопроизводства: Учебное пособие / В.Т. Томин, М.П. Поляков. — Нижний Новгород: Нижегородский юридический институт, 1999. — 60 с.
  7. Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводста. - М.: Юрид. лит., 1991.-239 с.
  8. Треушников М.К. Судебные доказательства. Монография. — М.: Юриди- ческое бюро «ГОРОДЕЦ», 1997. - 320 с.
  9. Троицкий НА. Россия в XIX веке. - М. - 1997.

  10. Трубникова ТВ. Теоретические основы судебных производств. — Томск: Томский университет, 1999. - 132 с.

  11. Трусов А.И. Основы судебных доказательств (Красткий очерк). — М.: Государственное издательство юридической литературы, 1960. — 176 с.
  12. Уголовное законодательство зарубежных стран (Англия, США, Франция, Германия, Япония): Сборник законодательных материалов / Под ред. И.Д. Козочкина. - М.: «Зерцало», 1999. - 346 с.
  13. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. - М.: Юрист, 2000. - 696 с.

  14. Уголовный процесс зарубежных социалистических государств Европы / Под ред. В.Е. Чугунова. - М.: Юрид. лит., 1967. - 448 с.

199

  1. Уголовный процесс в европейских социалистических государствах. - М.: Юрид. лит., 1978. - 360 с.

  2. Уголовный процесс: Учебник / Под общ. ред. А.С. Кобликова. - М.: Юрист, 1999.-384 с.

  3. Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и фа- культетов / Под ред. К.Ф. Гуценко. Изд. 3-е перераб. и доп. - М.: Зерцало, ТЕИС, 1998.-608 с.
  4. Уолкер Р. Английская судебная система.-М.: Юрид. лит., 1980. - 631 с.
  5. Фойнщкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: В 2-х томах. -СПб.: Издательство Альфа, 1996. - Т. 1. - 552 с.
  6. Фойнщкий И.Я. Курс уголовного судопроизводства: В 2-х томах. — СПб.: Издательство Альфа, 1996. - Т. 2. - 607 с.
  7. Фридмэн Л. Введение в американское право. - М.: Юрид. лит., 1993. -286 с.
  8. Челъцов-Бебутов М.А. Курс советского уголовно-процессуального права: Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах: В 2 т. - М.: Государственное издательство юридической литературы, 1957. - Т. 1 . — 839 с.
  9. Челъцов-Бебутов М.А. Курс уголовно-процессуального права: Очерки по истории суда и уголовного процесса в рабовладельческих, феодальных и буржуазных государствах. - СПб.: «АЛЬФА», «РАВЕНА», 1995. - 846 с.
  10. Шпилев В.Н. Участники уголовного процесса. — Минск: Изд-во БГУ, 1970.- 143 с.
  11. Экимов А.И. Интересы и право в социалистическом обществе. — Л.: Изд-во ЛГУ, 1984. - 134 с.
  12. Элъкинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. - Л.: Изд-во Ленинградского университета, 1976. -143 с.

200

  1. Юшков СВ. Общественно-политический строй и право Киевского государства. — М.: Юрид. лит., 1949. — 107 с.

Диссертации, авторефераты диссертаций

  1. Абрамова М.А. Фактор религиозности в системе мотивации поведения индивида: Автореф. дисс… канд. филос. наук. - М., 2000. - 23 с.
  2. Акимичев А.А. Проблема истины в суде присяжных в российском уголовном праве: Дис… канд. юрид. наук. — Саратов, 2000. — 188 с.
  3. Афанасьев А.К. Суд присяжных в России (организация, состав и деятель ность в 1866-1885 г.г.): Дис… канд. ист. наук. -М., 1978.-223 с.

  4. Бадашханов В.И. Народный элемент в уголовном судопроизводстве в со- временных условиях: Дис… канд. юрид. наук. — Нижний Новгород, 1993. -238 с.
  5. Василенко О.Н. Проблемы онтологии и эволюции правосудия и форм права: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Волгоград, 2000. — 28 с.
  6. Великий Д.П. Единство и дифференциация уголовно-процессуальной формы: история, современность, перспективы: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 2001. - 23 с.
  7. Верещагина А.В. Реформа уголовной юстиции 1864 года и ее значение для преобразования уголовного процесса Российской Федерации: Автореф. дис… д-ра юрид. наук.-М., 1993. — 54 с.
  8. Гаврилин ГГ. Объективизация доказательств как фактор повышения эф- фективности суда присяжных: Автореф. дисс… канд. юрид. наук. — Екатеринбург,
    • 18 с.
  9. Гриненко А.В. Система принципов уголовного процесса и ее реализация на досудебных стадиях: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - Воронеж, 2001. -51с.
  10. Демидов В.Н. Уголовное судопроизводство и материальные затраты: Ав тореф. дис… канд. юрид. наук. — Казань, 1995. — 18 с.

201

  1. Демичев А. А. Деятельность российского суда присяжных в 1864-1917 гг.: историко-социальные аспекты (На материалах Московского судебного округа): Дис… канд. ист. наук. — Н. Новгород, 1998. - 301 с.
  2. Добровольская СИ. Суд присяжных: актуальные проблемы организации и деятельности: Автореф. дис… канд. юрид. наук -М., 1995. -21 с.
  3. Зарицкий А.В. Гарантии прав личности при реализации юридической от- ветственности: (Вопросы теории и практики): Автореф. дисс… канд. юрид. наук. - Волгоград, 1999. - 22 с.
  4. Иванова Ю.В. Этнос: социокультурная динамика и традиции: Автореф. дисс… д- ра филос. наук. -М., 2000. - 46 с.
  5. Левинова Т.А. Прекращение уголовных дел по реабилитирующим основаниям в механизме достижения цели уголовного процесса: Дис… канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 1998.-223 с.
  6. Лупинская П.А. Теоретические основы принятия решений в советском уголовном судопроизводстве: Автореф. дисс… д-ра юрид. наук. — М., 1973. - 52 с.
  7. Насонов С.А. Судебное следствие в суде присяжных: особенности и проблемные ситуации (теория, законодательство, практика): Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1999. — 26 с.
  8. Погодин СБ. Обвинение в суде присяжных в российском уголовном процессе: Дис… канд. юрид. наук. - Саратов, 2001. - 225 с.
  9. Попов В Ф. Судебное следствие: проблемы оптимизации: Автореф. дис… канд. юрид. наук. — Нижний Новгород: Министерство внутренних дел Российской Федерации, Нижегородский юридический институт, 1998. - 26 с.
  10. Степанова Е.А. Апелляция в России: историко-правовой аспект перспективы развития: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Екатеринбург: Министерство общего и профессионального образования Российской Федерации, Уральская государственная юридическая академия, 1999. - 25 с.

202

  1. Тарасенко Т.Г. Судебная власть в Российской Федерации: теоретико-правовой и институциональный анализ: Автореф. дисс… канд. юрид. наук. -М., 2000. -30 с.
  2. Тащилин М.Т. Индивидуализация наказания судом присяжных по уголовному праву России: Дис… канд. юрид. наук. — Кисловодск, 1999. — 186 с.
  3. 23.Тащилина СМ. Участие адвоката — защитника в уголовно-процессуальном доказывании: Автореф. дис.. .канд. юр. наук. — Саратов, 2001. - 24 с.

  4. Тренбак О.Н. Признание доказательств недопустимыми и исключение их из разбирательства дела в суде присяжных: Дис… канд. юрид. наук. — Са ратов, 2000. - 234 с.

  5. Шайкенов Н.А. Категория интереса в советском праве: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Свердловск, 1980. - 23 с.
  6. Яковенко И.Г. Национальные интересы как соуиокультурный феномен. Теоретический анализ на примере России: Автореф. дисс… д-ра филос. наук. - М.,
    • 34 с.
  7. Статьи

  8. Абдрахманов Р. Не поторопились ли мы? // Российская юстиция. — 1995. — №12.-С. 12-13.
  9. Антипов А.В. Состязательность в суде присяжных: цель или средства? / А.В. Антипов, С.А. Чепель // Вестник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. - 1996. - С. 137-145.
  10. Антипов А.В. Суд присяжных: состязательность и объективная истина / А.В. Антипов, С.А. Чепель // Государство, право, юридическая практика в исследованиях слушателей. — 1997. — С. 163—166.
  11. Бабенко А. Суд должен проявлять активность при сборе и исследовании доказательств // Советская юстиция. — 1993. - № 12. - С. 1-2.
  12. Балакшин В. Состязательность или оптико-акустический обман? // Законность.- 2001.-№ 15.-С. 23-27.

203

  1. Басков В.И. Поддержание государственного обвинения в суде присяжных // Вестник московского университета. — Сер. 11: Право. — 1994. — № 5. — С. 64-77.

  2. Божьев К. Новая заплата на рубящий УПК // Щит и меч. - 2001. - 24 мая (№ 20). - С. 6.

  3. Бозров В. Суд не обвиняет. Суд не защищает. Суд разрешает дело // Российская юстиция. - 1995. — № 9. — С. 22.
  4. Бородин СВ. О судебной власти в России / СВ. Бородин, В.Н. Кудрявцев // Государство и право. - 2001. - № 10. - С. 24-27.
  5. Брусницын Л. Обеспечение безопасности лиц, участвующих в уголовном судопроизводстве, как принцип уголовного процесса // Уголовное право. — 2001,- №2.-С. 60-62.
  6. Ваксян А. Практика - критерий истины // Сов. юст. - 1993. - № 9. - С. 4.
  7. Воронцов В. Участие прокурора в суде присяжных // Законность. — 1997. — №3.-С.38-40.

  8. Воскресенский В. Проблемы доказывания обвинения // Российская юсти ция.-1995.-№ 4.-С. 3-5.

  9. Воскресенский В. Количество — склонно переходить в качество /

B. Воскресенский, Л. Конышева // Российская юстиция. — 1996. — № 12. —

C. 11.

  1. Воскресенский В. Состязательность в уголовном процессе / В. Воскресенский, Ю. Кореневский // Законность. — 1995. - № 7. — С. 4—10.

  2. Вы «за» судебно-правовые реформы в таком виде, в каком их предложил Президент РФ, или «против»? Почему? // Российская Федерация сегодня. — 2001.- №12.-С. 5-7, 17.
  3. Гайсинович М. Принцип состязательности в суде присяжных // Законность. - 1995.-№ 9. - С. 29-32.
  4. Галкин А. Право на суд присяжных / А. Галкин, М. Немытина // Российская юстиция.-1995.-№ 12.-С 10-11.

204

  1. Галкин А.И. Судебная реформа в России и суд присяжных // Вестник сара- товской государственной академии права. — 1995. - № 1. - С. С. 27-31.
  2. Головко Л.В. Альтернативы уголовному преследованию в современном английском праве//Правоведение. - 1998.-№ 3. - С. 103-113.
  3. 21.21. Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства // Российская юстиция. - 1995. - № 8. - С. 39-42.

22.Демичев А. А. Не надо бояться опросов граждан // Росс. юст. - 2001. — № 4. -С. 26-27.

23.Демичев А. А. Почему сторонники суда присяжных боятся опросов граждан? // Законность. - 2001. - № 5. - С. 17-19.

24.Демичев А. А. Суд присяжных в представлениях нижегородцев // Социоло- гические исследования. - 2000. - № 4. - С. 57-58.

25 Демичев А. А. Суд присяжных глазами российских граждан // Законность. -2000.- №5.-С. 29-32.

26.Добровольская С. Суд присяжных — центральное звено или исключительная форма? // Российская юстиция. - 1995. - № 6. - С. 21—22.

21.Ершов В.В. Проблемы рассмотрения уголовных дел судом присяжных / В.В. Ершов, Л.С. Халдеев // Государство и право. - 1994. - № 2. —С. 80-82.

28.Ершов В.В. Проблемы рассмотрения уголовных дел судом присяжных / В.В. Ершов, Л.С. Халдеев // Государство и право. - 1994. - № 2.

29.Зыков В. Заблуждение // Юридическая газета. - 2000. - № 34 (460).

30.Ижнина Л.П. Участие защитника на предварительном слушании в суде присяжных / Л.П. Ижнина, А.В. Пичугин // Вестник нижегородского госу- дарственного университета имени Н.И. Лобачевского. — Серия: Право. — 2000. - Вып. 1 (2). - С. 249-255.

31.Карданец А.В. К вопросу о понятии «преюдиция российского права» // Мо- лодежь, наука и цивилизация: Межвузовский сборник тезисов, докладов адъюнктов (аспирантов), курсантов, слушателей и студентов. — Красноярск: Сибирский юридический институт МВД России. — 2001. - С. 59-61.

205

Ъ2.Карнозова Л.М. Суд присяжных в России: инерция юридического сознания и проблемы реформирования // Государство и право. - 1997. - № 10. - С. 50-58.

33.Кехлеров С. Новый плохой закон опасней плохого старого // Российская газета. - 2001. - 27 апреля. - С. 12.

Ъ4.Клеандров М.И. О совершенствовании правового статуса судебных заседателей // Российский юридический журнал. - 1999. - № 3. - С. 5-22.

  1. Клеандров М.И. Правовой статус судебных заседателей: проблемы становления и развития // Вестник тюменского государственного университета. — 1999.-№2.-С.З-21.
  2. Клеандров М.И. Суды и судьи в XXI веке // Налоги. Инвестиции. Капитал. - 2000. - № 1-2. - С. 55-66.
  3. Кобликов А.С. Преобразование стадий придания суду // Проблемы совершенствования уголовного и уголовно-процессуального законодательства России. -М.: МГУ, 1993. -С. 97-101.
  4. Ковтун Н.Н. И состязательность, и поиск истины // Российская юстиция. -1997.-№7.-С. П-12.
  5. Ковтун Н.Н. О роли суда в доказывании по уголовным делам в свете кон ституционного принципа состязательности процесса // Государство и пра во. - 1998.-№ 6. - С. 59-63.

  6. Колоколов Н. Уголовно-процессуальные гарантии // Юридическая газета. -2001.-№15.-С. 4, 14.
  7. Колоколов П. Институт народных заседателей: отвергнуть или реформировать? // Российская юстиция. — 1998. - № 5. - С. 8-9.
  8. Колоколов П. Сила суда - в его демократизации / П. Колоколов, Е. Горевой 7/ Юридическая газета. - 2001. - № 20. - С. 2, 14.
  9. Комарова Н.А. Принцип состязательности и равноправия сторон должен быть эффективным средством установления объективной истины в судеб ном разбирательстве / Н.А. Комарова, В.З. Лукашевич // Правоведение. - 2001.- №4. -С. 156-162.

206

  1. Коновалов В.В Судебные преобразования в России и сибирский суд во второй половине XIX - начале XX веков / В.В. Коновалов, Е.А. Крестьян-ников // Налоги. Инвестиции. Капитал. - 2000. - № 1-2. — С. 41-54.
  2. Кореневский Ю. Нужна ли суду истина? // Российская юстиция. — 1994. — №5.-С. 20-22.
  3. Королев Г.Н. Проблемы судебной защиты участников уголовного процесса по действующему законодательству Российской Федерации // Вестник Ни жегородского государственного университета им. Н.И.Лобачевского. — 1996.-С. 122-125.

  4. Краснов М. От концепции 1991 года до сегодняшнего дня Попытка инвен- таризации // Российская юстиция - 2001. - № 11. - С. 6.
  5. Краснов Н. Кто оправдает Деточкина?: 111 миллиардов рублей нужны для создания суда присяжных в России // Российская газета. — 2001. — 24 мая.
  6. Кузнецова Н.В. Суд присяжных: особенности функционирования и научно- педагогическое обеспечение // Государство и право. — 1995. — № 2. — С. 130- 135.
  7. Ларин А. Доверяйте правосудию нравственности // Российская юстиция. — 1999.- № 10.-С. 8-9.
  8. Ларин А. Доверяйте правосудию нравственности // Российская юстиция. — 1999.-№Ю.-С. 8-9.
  9. Ларин А. Иного пути у нас нет. Открытое письмо противникам суда при сяжных // Российская юстиция. - 1999. - № 2. - С. 8-10.

  10. Леей А. Судья определяет виновность, присяжные меру наказания? // Рос сийская юстиция — 1997. — № 2. — С. 12.

  11. Львова Е. Суд народа в XXI веке. По материалам международной конфе ренции в Сиракузах // Российская юстиция. - 1999. - № 12. - С. 10-11.

  12. Любимов В.И. Финансовая петля для суда присяжных. // Российская юстиция. - 1999.-№ 5. - С. 5-7.
  13. Ляхов Ю. Не допустить возврата к «следственному» суду // Российская юс- тиция. - 1997.-№ 10. - С. 8-9.

207

  1. Ляхов Ю. Суд присяжных - путь к справедливой юстиции / Ю. Ляхов, В. Золотых // Российская юстиция. — 1997. — № 3. —’ С. 9—10.

  2. Магун А.В. Судья-профессионал в суде присяжных (социально- психологическая характеристика) / А.В. Магун, И.А. Краснопольский // Со стязательное правосудие: труды научно-практических лабораторий. — М.: Международный комитет содействия правовой реформе: В 2 ч. - 1991. - Вып. 1.-Ч.2.-С. 393-419.

  3. Махов В. О проекте уголовно-процессуального кодекса РФ // Уголовное право.
      1. -№ 2. - С. 67-69.
  4. Махов В. Сделка о признании вины / В. Махов, М. Пешков // Российская юстиция.-1998.-№7.-С. 17-19.
  5. Мельник В. Здравый смысл в процессе доказывания // Российская юстиция.- 1995.-№ 8.-С. 8-9.
  6. Мельник В.В. Коллегия присяжных заседателей как субъект коллективного решения вопросов о виновности (социально-психологические аспекты) // Государство и право. — 2000. — № 1. - С. 26-34.
  7. Мельник В.В. Совесть — нравственная основа суда присяжных // Российская юстиция. - 1996. - № 2. - С.7-9.
  8. Мельник В.В. Суд присяжных в России: ретроспектива и день сегодняшний // Журнал российского права. - 1999. - № 5/6. - С. 34-44.
  9. Мельник В.В. Суд присяжных в России: ретроспектива и день сегодняшний // Журнал российского права. — 1999. - № 9. - С. 49-58.
  10. Митрофанов С. Мы все - присяжные заседатели // Независимая газета. — 2001.- 15 июня.-С. 3.
  11. Николайчик В.М. Уголовное правосудие в США // США. Экономика, политика, идеология. - М.: МГУ, 1995. - № 2. - С. 79-85.
  12. Ничипоренко Г. Кризис института народных заседателей // Российская юстиция.
      1. -№ 2.- С. 5-6.
  13. Объективность напутственного слова в положении Кассационной палаты, судей и ученых // Российская юстиция. - 1996. — № 1. — С. 6-9.

208

  1. Овсянников В. Кем и как должен решаться главный вопрос уголовного су- допроизводства в суде присяжных / В. Овсянников, И. Овсянников // Уголовное право. - 2001 .-№ 3.- С.71.
  2. Овсянников И. Основания оправдания в суде присяжных (критический анализ судебной практики) // Российская юстиция. - 1999. — № 7. — С. 10-11.
  3. Овсянников И. Одни ругают суд присяжных, другие прокурора / И. Овсянников, А. Галкин // Российская юстиция. - 1999. — № 3. — С. 7-9.
  4. Овсянников И. Одни ругают суд присяжных, другие прокурора / И. Овсянников, А. Галкин //Рос. юст. - 1999. - № 3. - С. 9.

  5. Овсянников И. Почему сомнение председательствующего «тяжелее» убеждений пяти присяжных // Рос. юст. — 2000. - № 2. - С. 12—13.
  6. Панасюк А.Ю. «Презумпция невиновности» в системе профессиональных установок судей // Государство и право. — 1994. - № 3. - С. 76-77.
  7. Пашин С.А. Суд присяжных и судебная власть // Бюллетень Верховного СудаРФ.-1992.-№2.-С. 11.
  8. Пашин С.А. Суд присяжных вчера и сегодня // Знамя. - 1996. — № 6. — С. 177- 188.
  9. Пашин С.А. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства: По материалам исследования деятельности судов присяжных // Российская юстиция. -
    • № 7 — С. 2—3.
  10. Пашин С.А. Эксперты оценивают эффективность нового судопроизводства: По материалам исследования деятельности судов присяжных // Российская юстиция. -
    • № 5 — С. 7-8.
  11. Петрухин И.Л. Суд присяжных: проблемы и перспективы // Государство и право.-2001.-№3 .-С. 5-15.

  12. Платонов В. Чтобы суд был скорый и правый / В.Платонов, Е. Мысловский // Российская Федерация сегодня. - 2001. -№ 10. — С. 41— 43.

209

  1. Подберезкин А.И. Нищий суд нищего и осудит // Парламентская газета. -2001.- 30 мая. - С. 3.
  2. Полякова М.Ф. Гибрид водопровода с канализацией: О проекте нового УПК // Новые Известия. -2001.-14 июня. - С. 1, 5.
  3. Попов С Черепашьи шаги судебной реформы // Российская Федерация сегодня. -
  4. -№ 12. - С. 1-5.
  5. Радушная И. Суд присяжных в континентальной системе права // Российская юстиция. - 1995. — № 1. - С. 8-10.
  6. Радушная И. Суд присяжных в зарубежных правовых системах // Совет ская юстиция. - 1993. - № 5. — С. 3-5.

  7. Романова Г. Был позвонок золотым, стал медным: [О судебной реформе] // Парламентская газета. — 2001. - 22 мая. - С. 4.

  8. Руднев В. Америка присяжных заседателей // Российская юстиция. — 1995. -№4.-С. 6.

  9. Рустамов X. Парадоксы суда присяжных // Законность. — 1995. — № 12. — С. 22.
  10. Рустамов X. У. Проблема отвода в суде присяжных // Государство и право. -
    • № 6. - С. 80-83.
  11. Садыков Ф. Я- против суда присяжных // Российская юстиция. — 1997. — №1.- С. 7-9.
  12. Селезнев М. Суд присяжных действует, но… // Законность. - 1998. — № 4. — С. 4-8.
  13. Сидоренко Ю.И. Судебная контрреформа: Кому выгодно ущемление неза- висимости и неприкосновенности судей? // Независимая газета. — 2001. — 16 мая. — С. 3. •
  14. Сидоренко Ю.И. Фемиге готовят поводок // Экономика и жизнь. — 2001. — май (№18).-С. 1.
  15. Симкин Л. Присяжные заседатели в конце начала // Знамя. - 1993. — № 5. — С.
    192.

210

  1. Слободкин Ю. Не стоит слепо подражать западу // Советская юстиция. - 1993.-№9.-С. 5-6^
  2. Смирнов В. Судебный допрос в состязательном процессе // Российская юстиция. - 1998. -№ 12. - С. 26-27.
  3. Смирнов В.П. Проблемы состязательности в науке российского уголовно-процессуального права // Государство и право. - 2001. - № 8. - С. 52-56.
  4. Соломонова О. Суд идет: Что мешает провести правовую реформу в короткое время // Труд. - 2001. — 24-30 мая. - С. 2.
  5. Старцева С. Назначение наказания судом присяжных при рецидиве преступлений // Законность. - 2001. - № 11. - С. 26-28.
  6. Степалин В. Почему отменяются оправдательные приговоры // Российская юстиция. - 1998. - № 8. - С. 7-9.
  7. Степалин В. Судебный марафон с препятствиями // Российская юсти- ция. - 1998.-№ 3.-С. 7-9.
  8. Суд присяжных: возвращение в Россию // Российская юстиция. —
  9. -№1.-С. 6-10.
  10. Суд присяжных: возвращение в Россию. Программа мероприятий по поэтапному введению суда присяжных и других принципиально новых по- ложений процессуального и судоустройственного законодательства // Со- ветская юстиция. - 1993. - № 3. - С. 2-4.
  11. Суд присяжных: от Саратова до Москвы. И далее? 2 взгляда на судебную реформу // Российская Федерация. - 1994. — № 8. — С. 35-41.
  12. Судебная реформа: острые углы // Московские новости.?— 2001. - 13-19 марта(№11).-С. 19.
  13. Тащилин М. Индивидуализация наказания в суде присяжных // Российская юстиция. - 2000. — № 5. - С. 5-6.
  14. Тащилин М. В новой системе координат правосудия // Советская юстиция. - 1993.-№ 8. - С. 2-3.
  15. Теймен С. Постановка вопросов перед коллегией присяжных // Российская юстиция.-1995.-№ 10.-С. 8-11.

211

ПО. Теймен С. Суд присяжных в современной России глазами американского юриста //Государство и право. - 1995. - № 2. — С. 67-76.

  1. Тенчов Э.С. Объективная истина и суд присяжных / Э.С. Тенчов, О.В. Кузьмина//Гос. и право. - 1994. - № 11. - С. 132-140.
  2. Томин В.Т. Предмет внимания - законопослушный гражданин//Вест- ник ННГУ им. Н.И. Лобачевского. Правовые средства и методы защиты законопослушного гражданина. - Н. Новгород. - 1996. - С. 3.
  3. Томин В.Т. Sapienti Sat. (Судебно-следственная реформа: взгляд из провинции) // Нижегородские юридические записки: Сб. научн. тр. / Под редакцией профессора В.Т. Томина. - 1995. - Вып. 1. — Н. Новгород: НВТТТ МВД РФ. - С. 3-39.
  4. Томин В. Т. О понятии принципа советского уголовного процесса // Труды Высшей школы МООП РСФСР. - 1965. - Вып. 12. - С. 193-198
  5. Томин В.Т Обязанности государства перед законопослушным гражданином: сфера уголовно-процессуальной деятельности. (Спасение утопающих — дело рук самих утопающих?) // Вестник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. — 1996. — С. 93—103.
  6. Томин В.Т Предмет внимания - законопослушный гражданин / В.Т. Томин, И.А. Скляров // Вестник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. - 1996. - С. 3-8.

  7. Томин В.Т. Презумпция невиновности и советский уголовный процесс / В.Т. Томин, Б.Т. Безлепкин // Развитие науки и практики уголовного судопроизводства в свете требований Конституции СССР. - М., —
  8. — С. 62— 66.
  9. Томин В.Т. Уголовный процесс России рубежа XX-XXI веков: аспекты взаимодействия с международным правом // Российская правовая система и международное право: современные проблемы взаимодействия. — Н.Новгород: НЮИ МВД РФ. - 1998. - С. 5.
  10. Томин В.Т. «Права и свободы человека» - большой блеф XX века (уголовный процесс России: аспекты взаимодействия с международным пра-

212

вом) // Вестник нижегородского государственного университета имени Н.И. Лобачевского. - 1996. - С. 54-60.

  1. Томин В.Т. Ленинские принципы советского уголовного процесса // Труды высшей школы - М., 1970. - Вып. 27. - С. 193-197.

  2. Томин В.Т. Понятие цели советского уголовного процесса // Правоведение. -
    • № 4. - С. 65-70.
  3. Томин В.Т. Принципы уголовного процесса: Фондовая лекция // Фонд кафедры уголовного процесса Нижегородской академии МВД России.
  4. Уголовно—исполнительная система Российской Федерации // Российская юстиция. - 2000. - № 9. - С. 61-62.
  5. Феофанов Ю. Как у них судят // Российская юстиция. - 1995. - №4 -С. 6-8.
  6. Филимонов Г. О качестве подготовки судом процессуальных документов: о делах, рассмотренных судом присяжных // Российская юстиция. -1996.-№9. -С. 8.
  7. Ходукина О. Участие представителей общественности в уголовном су- допроизводстве // Законность. — 2001. — № 4. - С. 46-47.
  8. Цыпкин А.Л. О диспозитивности в советском уголовном процессе // Советское государство и право. — 1958. - № 3. - С. 130-132.
  9. Шейфер С.А. О понятии и цели доказывания в уголовном процессе // Государство и право. - 1986. — № 9. - С. 62-66.
  10. Шемонаев П. Подсудимые верят в справедливость суда присяжных // Российская юстиция. — 2000. — № 8. — С. 9.
  11. Шурыгин А. За пять лет суд присяжных дошел до девяти регионов // Российская юстиция. - 1998. - № 12. - С. 5-7.
  12. Шурыгин А. Суд присяжных должен действовать на всей территории России // Российская юстиция — 2000. - №4.— С. 6—7.
  13. Шурыгин А. Число обжалованных приговоров растет // Российская юстиция -
    • № 6. - С. 24.

213

  1. Элъкинд П.С. Цели и средства их достижения в советском уголовно- процессуальном праве. — С. 62-67.
  2. Юридический вестник. - 1995. - № 31. - С. 21.
  3. Якуб М.Л. О понятии принципа уголовного права и уголовного про- цесса//Правоведение. - 1976. -№1.-С. 64.
  4. Якуб М.Л. Процессуальная форма в советском уголовном судопроизводстве (Понятие и свойства) // Сибирские юридические записки. - 1973. -Вып. 3.-Иркутск- Омск, -С. 161.
  5. Янова Н.Г. Суд присяжных и государственный обвинитель // Социоло- гические исследования. - 1998. - № 5. - С. 84-85.
  6. Иностранная литература

  7. Blau J. Zum Ausbau des staatlichen Repressionsapparates seit Ende der sechzi-ger Jahre. - Frankfurt a. M., 1977. - 85 p.
  8. Gindicelli-Delage G. Institutions judiciaires et juridictionnelles. — P., 1987. — 102 p.
  9. HffmanR. The bureaucratic spectre: New challenge tj the courts // Judicature. — 1982.-Vol. 66. P. 60-63.
  10. Judicial statistics: England and and Wales: Annu. rep. Lord Chencellor’s der. L., 1986.-42 p.
  11. Levasseur G Droit penal et procedure penale / G. Levasseur, A. Chevanne, J. Montreuil. - P., 1988. - 75 p.
  12. Vincent J. La jastice et ses institutions / J. Vincent, G. Montagnie, A. Varinare. — P., 1982.-197 p.

ПРИЛОЖЕНИЕ Ш ?

h

ь>

215

АНКЕТА ПРОКУРОРА/СУДЬИ

Уважаемый коллега! В связи с проведением Нижегородской академией МВД РФ научного исследования по проблеме функционирования суда с участием присяжных заседателей в современных условиях. В данной связи, просим Вас ответить на ниже приведенные вопросы. Полагаем, что эти вопросы будут интересны не только для исследователей, но и для Вас, поскольку непосредственно связаны с Вашей практической деятельностью.

Заранее благодарим за оказанную помощь в исследовании.

Суд Регион _____

  1. Возраст 25-30 40-45

30-35 45-50

35-40 больше 50

  1. Стаж работы в должности судьи /прокурора/ лет
  2. В рассмотрении уголовных дел, с участием присяжных заседателей участвую в течение лет
  3. Возвращение суда с участием присяжных заседателей в уголовный процесс России, считаю:
  4. -оправданным_ -своевременным

-не оправданным -преждевременным_

  1. Полагаю, что уголовное судопроизводство России уже в состоянии принять
    эту форму отправления правосудия во всех субъектах

РФ __ да/нет

5.1. Введение суда с участием присяжных заседателей в остальных субъектах РФ заморожено (приостановлено):

а) из-за объективных причин недостаточного финансирования судебной системы

б) отсутствия необходимых кадров для отправления этой формы осуще ствления правосудия: -судей

-гос. обвинителей

-защитников

-другое

в) причин (чисто) субъективного характера и, в частности, противодей ствия судебной реформе со стороны:

  • руководства высших судебных органов
  • администрации субъектов РФ ‘
  • правительства РФ
  • скрытого противодействия самого судейского корпуса •
  • руководства органов прокуратуры
  • Судебного департамента
  • г) иные причины ,

216

5.2. Введение суда с участием присяжных заседателей в УСП России вообще не было вызвано нуждами судебно-следственной практи ки да/нет;

И является скорее:

  • следствием конъюнктурных политических решений начала 90-х го дов ‘ ? да/нет

  • результатом лоббирования заинтересованных лиц_
  • слепым подражанием англо-американской модели отправления правосудия
  • нуждами оптимизации порядка отправления правосудия
    1. Действующая регламентация порядка отправления правосудия в суде с участием присяжных заседателей, на мой взгляд,

а) является оптимальной

б)нуждается в совершенствовании:

-значительно

-не значительно_

  1. Совершенствование должно быть направлено на:

7.1. а) расширение активности суда

  • в доказывании

  • в принятии значимых процессуальных решений ‘

-в руководстве присяжными заседателями .

  • в руководстве ходом судебного заседания “

б) суэ/сение активности суда

  • в доказывании

  • в принятии значимых процессуальных решений
  • в руководстве присяжными заседателями
  • в руководстве ходом судебного заседания
  • 7.2. а) расширение процессуальной компетенции:

стороны обвинения:

-в доказывании

-в принятии значимых процессуальных решений

-в отборе присяжных заседателей

стороны защиты:

-в доказывании

-в принятии значимых процессуальных решений

-в отборе присяжных заседателей : . ?

7.3.-ииое