lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Зуев, Сергей Васильевич. - Информационное обеспечение уголовного процесса: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Омск, 2002 199 с. РГБ ОД, 61:03-12/435-5

Posted in:

Министерство внутренних дел Российской Федерации

Омская академия

На правах рукописи Зуев Сергей Васильевич

Информационное обеспечение уголовного процесса

Специальность 12.00.09 - Уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель -заслуженный работник высшей школы РФ, доктор юридических наук, профессор Лившиц Ю.Д.

Омск-2002

Оглавление

стр.

Введение ., 3

Глава 1. Теоретические основы информационного

обеспечения уголовного процесса 14

§ 1. Понятие информации. Роль и значение информационного

подхода в познании 14

§ 2. Виды информации в уголовном процессе 32

§ 3. Основные категории информационного обеспечения

уголовного процесса 50

Глава 2. Уголовно-процессуальное познание и его средства 65

§ 1. Соотношение познания и доказывания в уголовном

процессе 65

§ 2. Требования, предъявляемые к информации,

используемой в уголовном процессе 69

§ 3. Носители информации как средства

уголовно-процессуального познания 77

§ 4. Способы собирания информации 90

Глава 3. Направления и пределы использования информации 134

§ 1. Основные направления использования информации 134

§ 2. Пределы использования информации 151

Заключение 174

Список используемой литературы 179

Приложение 198

2

Введение

Актуальность темы исследования. Современное развитие уголовно- процессуального законодательства, осуществляемое в условиях информациализации общественных отношений, характеризуется появлением информационных начал в сфере борьбы с преступностью. Защита прав и законных интересов лиц и организаций, пострадавших от преступления становится главной целью уголовного судопроизводства (ст. 6 УПК РФ). В случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные законом меры по установлению события лрестулления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (ч. 2 ст. 21 УПК РФ). От того, насколько лица (прежде всего должностные) будут своевременно и полно обеспечены информацией, зависит результативность уголовно-процессуальных мер.

Информационное обеспечение уголовного процесса приобретает в настоящее время особую значимость, так как является важным элементом реализации идеи информационного превосходства правоохранительных органов над преступностью.

В этой связи целесообразно обратиться к популярному ныне термину «информационная война» . Хотя нам интересна не столько названная война, сколько связанное с ней «информационное превосходство». Сущность информационного превосходства заключается, во-первых, в накоплении и своевременности использования информации для принятия решений, во-вторых, в защите от противника сведений, о которых он знать не должен, и, в-третьих, в продуманном снабжении отдельных лиц дезинформацией для решения тактических задач расследования преступлений.

Информационное превосходство прекрасно вписывается в принципиальное положение о необходимости ведения
наступательной

См., например. Почепцов ГГ. Информационные войны. - М., 2000.

3

борьбы с -преступностью. _Насту_пательность предполагает упреждение, опережение действий преступников, последовательную реализацию превентивного подхода к делу борьбы с преступностью. В случае совершения преступлений должны быть лриняты все меры, .которые исключали бы для преступника возможность уклониться от следствия и суда1.

Об уровне уклонения преступников от следствия и суда в нашей стране свидетельствует статистика. По данным Главного Информационного Центра МВД России в 1997г., нераскрытыми остались 646487 преступлений, в 1998г. - 568315, в 1999г. - 784335, в 2000г. - 706211.

Несмотря на то, что за 2000 год в стране зарегистрировано 2952 тыс. преступлений, что на 1,6% меньше, чем в 1999 году, выросло число наиболее общественно опасных преступлений.

Так, на 2,2% увеличилось количество убийств и покушений на убийство, на 4,4% - фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью. На 3,8% выросло количество фактов хищения либо вымогательства огнестрельного оружия, деталей к нему, боеприпасов, взрывных веществ или взрывных устройств.

В 2000 году выявлено 376,4 тыс. преступлений экономической направленности, что на 23,9% больше, чем за 1999 год. По сравнению с 1999 годом на 84,9% (всего 1784) возросло количество выявленных фактов легализации (отмывания) денежных средств или иного имущества, приобретенного незаконным путем. Количество зарегистрированных преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотиков, увеличилось на 12,6% и составило 243,6 тыс.

Не раскрыто 706,2 тыс. (-10,0%) преступлений, в том числе 636,3 тыс. тяжких и особо тяжких преступлений, что на 11,3 % меньше, чем в целом за 1999 год, и составляет 90,4% от общего числа нераскрытых преступлений.

Основы государственной политики борьбы с преступностью. Теоретическая модель-М, 1997.-С. 30.

4

Среди них -5,9 тыс. убийств и покушений на убийство, 9,5 тыс, фактов умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, 532,6 тыс. краж, 54^,4 тыс. грабежей, 12,3 тыс. разбойных нападений.1

Согласно Директиве МВД РФ от 5.01.2002 «Об итогах оперативно- служебной деятельности органов внутренних дел и служебно-боевой деятельности внутренних войск МВД России в 2001 году и задачах _на 2002 год», сохраняются тенденции роста тяжких и особо тяжких преступлений, технической оснащенности и .профессионализма преступников. JB ряде регионов меры, принятые по противодействию организованной преступности, оказались не соответствующими сложившейся ситуации. Количество выявленных и привлеченных к уголовной ответственности участников организованных преступных групп сократилось более, чем в половине субъектов Российской Федерации.

Отсутствие законодательного разрешения .многих вопросов информационного обеспечения уголовного процесса затрудняет реализацию идеи информационного превосходства правоохранительных органов над преступностью и делает ее утопической.

С принятием Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации информационное обеспечение уголовного процесса приобретает признаки правового явления. Закрепив в УПК РФ ряд норм (ст.ст. 28, 84, 144, 148, 166, 328), регулирующих информационные вопросы, законодатель, вместе с тем, к сожалению, не обратился к фундаментальным научным разработкам и сформировавшейся практике регулирования информационных отношений. Обращает на себя внимание отсутствие системности в подходе законодателя к учету в уголовном судопроизводстве информационных начал. Отчасти это выражается в использовании разной терминологии при регулировании сходных правоотношений, в отказе от применения результатов развития теории информации.

Краткая характеристика состояния преступности в России в 2000 году // Рос. юстиция. - 2001. -№ 3. - С. 77-78.

э

Непоследовательное использование _в УПК РФ заимствованных понятий «информация», «носитель информации», а также отсутствие законодательного определения роли и значения информационно- познавательной стороны уголовного судопроизводства практически лишает возможности правоприменителя представить всю полноту информационного обеспечения уголовного процесса. Возникают проблемы с определением соотношения таких категорий, как «информация», «сведения», «данные» и «доказательства», что, в свою очередь, порождает путаницу и недоверие к нормотворчеству.

Таким образом, недостаточная теоретическая исследованность вопросов информационного обеспечения уголовного судопроизводства, некоторая неопределенность отдельных норм уголовно-процессуального законодательства, практическая потребность в рекомендациях, адекватно отражающих смысл, назначение и правовую сущность информационного обеспечения уголовного процесса, обусловили выбор темы диссертационного исследования.

Степень научной разработанности проблемы. Широкая применимость методов теории информации и бурные темпы ее развития, новизна предмета исследования и трудности истолкования природы информации не могли не привлечь внимание философов. Эти и другие не менее важные вопросы нашли отражение в работах Р.Ф. Абдеева, И.А. Акчурина, Н.М. Амосова, Л.Б. Баженова, Б.В. Бирюкова, Е.К. Бойшвилло, В.М. Глушкова, И.И. Гришкина, Д.А. Гущина, JC.E. Морозова, И.С. Нарского, И.Б. Новика, Б.С. Тюхнина, А.Д. Урсула, Ю.А. Шрейдера и других ученых.

Информационные технологии уже давно положительно зарекомендовали себя в других областях науки. Однако в уголовном процессе вопросы информационного обеспечения освещены недостаточно. Мнения ученых, которые рассматривали в своих исследованиях информационные отношения, весьма противоречивы. При этом комплексного монографического исследования вопросов информационного

б

обеспечения уголовного процесса не проводилось. Различные аспекты данной проблемы анализировались Д.И. Бедняковым, Б.Т. Безлепкиным, PC. Белкиным, А.И. Винбергом, Н.А. Громовым, А.Н. Гущиным, А.А. Давлетовым, В .Я. Дороховым, 3.3. Зинатуллиным, В.Я. Холдиным, A.M. Лариным, Л.М. Салтевским, М.П. Поляковым, А.Р. Ратиновым, М.Е. Токаревой, В.Т. Томиным, А.И. Трусовым, Ф.Н. Фаткуллиным, Ю-В. Франциферовым, С.А. Шейфером и др. Однако они затрагивали частные вопросы информационного обеспечения уголовного процесса, и, как правило, в качестве не основных, а сопутствующих аспектов соответствующих тем и на примере отдельных правовых норм.

Цели и задачи исследования. Целями диссертационного исследования являются: выявление специфики информационного обеспечения уголовного процесса, определение его гюли и места в механизме правового регулирования порядка расследования и рассмотрения уголовных дел, а также оценка действующего уголовно-процессуального законодательства и выработка предложений по его совершенствованию.

Достижение указанных целей предопределило постановку и разрешение следующих задач:

исследовать понятия «информация», «доказательственная информация», «ориентирующая информация», «вспомогательная информация», «информационное обеспечение уголовного процесса» и сформулировать предложения по использованию названных понятий в уголовно- процессуальном праве;

  • обосновать преимущества информационного подхода перед другими формами познания;

исследовать средства уголовно-процессуального познания с информационных позиций;

  • проанализировать способы собирания информации, используемые при расследовании преступлений;

7

  • определить основные направления и пределы использования информации в уголовном судопроизводстве;

  • рассмотреть правовые аспекты защиты информации, связанные с соблюдением этических и юридических норм, предусматривающих защиту информации от несанкционированного доступа и предотвращение любой возможности использования ее не по назначению;
  • разработать научно обоснованные рекомендации по использованию оперативной.информации в уголовном продессе;
  • изучить в ходе сбора и обобщения эмпирического материала практику применения норм, регулирующих вопросы информационного обеспечения уголовного процесса, выявить возникающие при этом трудности.
  • Объект и предмет исследования. Объектом исследования являются информационные отношения, возникающие между участниками уголовного судопроизводства, регулируемые нормами уголовно- процессуального права и ведомственными нормативными актами. В предмет исследования входят нормы уголовно-процессуального права, положения ведомственных нормативных актов, регулирующие вопросы информационного обеспечения, их взаимосвязь, а также порядок и проблемы использования информации в уголовном судопроизводстве.

Методологическая и теоретическая основа исследования. Диссертационное исследование базируется на общенаучном диалектическом методе познания объективной действительности. Обоснованность выводов и рекомендаций, содержащихся в диссертации, достигается за счет комплексного применения диалектического и частнонаучных методов: исторического, логико-юридического, сравнительно-правового, формальнологического, а также метода конкретно-социологических исследований.

Теоретической основой диссертационного исследования послужили разработки представителей наук теории государства и права, уголовно- процессуального и уголовного права, а также труды в области социологии, философии, теории информации и кибернетики. Кроме
того, в работе

8

анализируются российское уголовно-процессуальное законодательство, решения Конституционного Суда-РФ, постановления и определения Пленума Верховного Суда РФ, ведомственные нормативные акты.

Эмпирическая база исследования.

Сбор эмпирического материала проводился в 1999-2002 гг. в подразделениях органов внутренних дел, прокуратуры и судах Челябинской, Екатеринбургской, Курганской, Оренбургской и Омской областей. Изучены 267 уголовных дел, по специально разработанной диссертантом анкете были опрошены 102 следователя органов внутренних дел и прокуратуры, 97 дознавателей органов внутренних дел, 143 сотрудника оперативных аппаратов органов внутренних дел и 30 судей.

При подготовке работы использовались результаты эмпирических исследований, полученные другими авторами по проблемам, имеющим отношение к теме диссертации.

Кроме того, в работе нашел отражение практический опыт службы диссертанта в органах внутренних дел в качестве следователя, а также преподавательский опыт в Челябинском лоридическом институте МВД России на кафедре уголовного процесса.

Проанализированы статистические данные Главного информационного центра МВД России, Информационного центра УВД Челябинской области по вопросам, касающимся информационного обеспечения уголовного процесса.

Научная новизна проведенного исследования заключается прежде всего в том, что впервые на монографическом уровне предпринята попытка комплексного изучения основных вопросов информационного обеспечения уголовного процесса. Даются оценка и прогноз развития соответствующего правового явления в условиях нового уголовно- процессуального законодательства.

9

Основные положения, выносимые на защиту

  1. Информационный подход занимает достойное место в уголовно- процессуальном познании, позволяя отслеживать прохождение информации

ij; от адресата к потребителю, а также рассматривать уголовно- процессуальные

отношения с точки зрения их информационного содержания.

  1. Выступая в качестве универсального и практически неистощимого ресурса, информация используется всеми участниками уголовного судопроизводства для отстаивания государственных, личных или защищаемых (представляемых) прав и интересов.
  2. Развитие уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации в условиях современной судебно-правовой реформы имеет отчетливо выраженную тенденцию к увеличению норм, регулирующих вопросы информационного обеспечения. Такие нормы позволят более полно представить порядок
    судопроизводства. Они призваны раскрывать
  3. ^ информационные начала уголовно-процессуальной деятельности
    и

содержательную сторону принимаемых решений.

  1. Информационное обеспечение уголовного процесса носит межотраслевой характер, обязывая учитывать в практической деятельности основы теории информации. Вместе с тем, будучи «встроенным» в уголовно- процессуальную деятельность, органически взаимодействуя с ней, информационное обеспечение приобретает новое качество, что дает возможность говорить о нем как о правовом явлении в уголовном судопроизводстве.

  2. Имеется острая потребность в унификации
    терминологии, ф отражающей учет в уголовном судопроизводстве его
    информационного

обеспечения. Понятийный аппарат, предложенный законодателем в УПК РФ, и редакция отдельных норм не позволяют определить соотношение таких категорий, как «сведения», «данные», «информация» и «доказательства»,

ю

провоцируя конфликт норм и искусственно порождая
проблемы правоприменения.

  1. Используемое законодателем в ст.ст. 28, 84, 144, 148, 166, 328 УПК РФ понятие «информация» в нормах уголовно-процессуального законодательства не раскрывается. В связи с этим целесообразно в законе дать определение «информации» следующим образом: «информация - это форма выражения материальных объектов (в том числе живых лиц) и явлений, возникшая как результат произошедших процессов отражения совершенного преступления и используемая участниками уголовно- процессуальных отношений для отстаивания государственных, личных или защищаемых (представляемых) прав и интересов».

  2. В процессе расследования органами дознания, следователями и прокурорами принимаются различные по своей природе, основаниям и юридическим последствиям уголовно-процессуальные решения, для обеспечения которых требуется неоднозначная информация. Доказательственная информация является основным видом информации и используется в уголовном процессе в качестве содержания доказательств. Иная (дополнительная) информация призвана обеспечивать ориентирующую и вспомогательную функции расследования. С информационных позиций нет никаких препятствий для использования информации, полученной в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности, в качестве содержания доказательств.

  3. Познание направлено на получение любой информации о событии, тогда как уголовно-процессуальное доказывание предусматривает оперирование лишь доказательственной информацией. Средствами познания являются: а) информация; б) носители информации; в) способы собирания информации.
  4. Использование информации представляет собой заключительный этап работы с ней. Основными направлениями использования информации являются: а) обоснование версий и принимаемых решений; б) проверка
  5. и

версий и другой информации; в) получение новой информации и формирование доказательств; г) .моделирование; д) использование информации для преодоления противодействия расследованию.

Теоретическое и практическое значение диссертационного исследования состоит в том, что его результаты расширяют и углубляют научные знания о предмете исследования, являются теоретической основой для оптимизации практической деятельности и комплексного применения норм, регулирующих вопросы информационного обеспечения уголовного процесса.

В работе не только констатируется наличие значительной правовой проблемы в современном российском уголовном судопроизводстве, но и дается ее развернутое теоретическое обоснование, формулируются направления и способы разрешения основываясь на анализе научных и прикладных работ.

Теоретические выводы и практические рекомендации по результатам исследования могут использоваться работниками правоохранительных органов и суда в их повседневной деятельности, а также при совершенствовании законодательства, разработке инструкций и других ведомственных нормативных актов.

Кроме того, изложенные в диссертации предложения, выводы и рекомендации могут найти применение в преподавании курса «Уголовный процесс», спецкурсов, посвященных изучению правоприменительной деятельности правоохранительных органов, в системе повышения квалификации практических работников, подготовке научных работ и учебно-методических материалов по данной проблематике.

Апробация результатов исследования. Результаты проведенного исследования, сформулированные на их основе выводы, предложения и рекомендации прошли обсуждение на кафедре уголовного процесса Омской

12

академии МВД России, использовались при подготовке
научных публикаций.

Теоретические и прикладные положения диссертации стали предметом обсуждения на четырех научно-практических конференциях, которые состоялись в Челябинском юридическом институте МВД России «Уголовно-правовые, криминологические и уголовно-процессуальные аспекты обеспечения безопасности граждан в современных условиях» (Челябинск, декабрь 1998 г.), в Омской академии МВД России «Судебно- правовая реформа в России и современные проблемы выявления и расследования преступлений» (Омск, май 2000 г.), в Южно-Уральском государственном университете «Актуальные проблемы экономики и законодательства России» (Челябинск, апрель 2000 г.), «Актуальные проблемы реформирования законодательства и экономики России и стран СНГ» (Челябинск, апрель 2002 г.).

Ряд научных работ, касающихся вопросов исследования, был опубликован в федеральном издании журнала «Следователь» под общей рубрикой «Информационное обеспечение уголовного процесса».

К печати подготовлено учебное пособие на тему «Использование оперативной информации в уголовном процессе», которое внедрено в практическую деятельность органов внутренних дел и ряда учебных заведений системы МВД России.

Положения диссертационного исследования используются в учебном процессе Челябинского юридического института МВД России.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, списка использованной литературы и приложения.

Глава 1. Теоретические основы информационного

подхода уголовно-процессуального познания

§ 1. Понятие информации. Роль и значение

информационного подхода в познании.

Одним из аспектов исследования теоретических основ любой науки является анализ основных понятий. Именно в понятийном аппарате отражается специфика изучаемой предметной области.

Процесс становления и развития научных понятий, познания свойств и отношений реальности в философском понимании предстает в форме всеобщих характеристик познавательного процесса. Познавательный процесс в данном случае рассматривается как выражение закономерных форм деятельности в связи с потребностями изучения природы материальных систем. Эти потребности реализуются, в конечном счете, в создании новых и изменении содержания уже существующих понятийных средств.

Основным понятием настоящего исследования является понятие «информация».

Само слово «информация» происходит от латинского слова informatio, что в буквальном смысле означает «разъяснение, изложение» . В русский язык слово «информация» привнесено в Петровскую эпоху и изначально употреблялось в значении «идея, наука» .

Однако информация лишь в 20 веке стала предметом подлинно научного изучения. Начало новой науки - теории информации - было положено в 1928 году, когда американский ученый Хартли опубликовал в журнале «Bell system» статью «Передача информации». Позже, в 1948г., Клод Шеннон предложил определять меру количества информации через

Советский энциклопедический словарь. -М., 1989. -С. 304.

Смирнов Н.А. Западное влияние на русский язык в петровскую эпоху. - СПб., 1910.-С. 123.

14

единицу информации - бит , принятую в настоящее время. Единица информации использовалась для оценки качества устройства связи: скорости передачи, способов кодирования и пропускной способности. При этом понятие «информация», вводимое через количество информации, по существу не отличалось от содержания обыденного его понимания -«отображение, знания, сведения».

Современная информационная служба человечества довольно-таки широка, она охватывает единую систему почтовой, телеграфной, телефонной связи, радиосвязи, книги, газеты и журналы, библиотеки и книгохранилища. Особенно больших успехов информационная техника достигла в последние годы. Массовая компьютеризация, внедрение и развитие новейших информационных технологий привели к впечатляющему рывку вперед в сферах образования, бизнеса, промышленного производства, научных исследований и социальной жизни. Р.Ф. Абдеев отмечает: «Информация превратилась в глобальный, в принципе неистощимый ресурс человечества, вступившего в новую эпоху развития цивилизации - эпоху интенсивного освоения этого информационного ресурса и «неслыханных возможностей» феномена управления» .

В философии более трех десятилетий существуют два различных подхода, две противостоящие друг другу концепции информации - атрибутивная и функциональная.

«Атрибутисты» определяют информацию как свойство всех материальных объектов, то есть как атрибут материи (Р.Ф. Абдеев, А.Б. Баженов, Б.В. Бирюков, К.Е. Морозов И.Б., Новик Л.А., Петрушенко, А.Д. Урсул и др.). Так, А.Д. Урсул понимает информацию как существенную связь отражения и разнообразия, или более кратко - как отраженное разнообразие”. Р.Ф. Абдеев, развивая эту мысль, считает, что информация -

Бит - это единица информации, которую получает приемник информации, осуществляя выбор одной из двух равновероятностных возможностей.

Абдеев Р.Ф. Философия информационной цивилизации. -М., 1994. -С.7. Урсул А.Д. Информация и мышление. - М., 1970. - С. 16.

15

мера изменений, которые происходят постоянно во _веех лроцессах мировой цивилизации1.

«Функционалисты», напротив, связывают информацию лишь с функционированием самоорганизующихся систем (В.В. Вержбицкий, Г.Г. Вдовиченко, Д.И. Дубровский, Н.И. Жуков, A.M. Коршунов, М.И. Сетров, Г.И. Царегородцев и др.)

К представителям функционального подхода, по нашему мнению, можно отнести и таких ученых, как Н. Винер и К. Шенонн. Они по-существу являются основоположниками информационной теории. По мнению Н. Винера, «информация - это обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процессе нашего приспособления к нему и приспособления к нему наших чувств» . К. Шеннон считает, что информация это сообщение, уменьшающее неопределенность, как то, что уменьшает количество возможных вопросов, гипотез, предложений3.

Идею обязательной адресации информации к ее потребителю (все тот же функциональный подход) развивает В.Н. Тростников, который подчеркивает, что без наличия потребителя, хотя бы воображаемого, потенциального, говорить об информации также бессмысленно, как и без наличия сообщения. Информация есть ле математическая сущность, а способ описания взаимодействия4.

В настоящем исследовании мы будем придерживаться взглядов «функционалистов», так как в уголовно-процессуальном познании, исходя из смысла ст. 86 УПК РФ, дознаватель, следователь, прокурор, суд и другие участники уголовно-процессуальных отношений при
собирании

информации выступают в роли непосредственных потребителей.

До сегодняшнего дня ученые не пришли к единому толкованию понятия «информация». Справедливо в этом плане замечание В.Н. Цигичко о

Абдеев РФ. Философия информационной цивилизации. - М., 1994 - С. 182. Винер Н. Кибернетика и общество. -М., 1958. - С.31. 3 Шеннон К. Работы по теории информации. - М., 1963. - СЮ. Тростников В.Н. Человек и информация. - М., 1970. - С. 5.

16

том, что в настоящее время каждая область науки и практики формулирует понятие информации применительно к целям и конкретному содержанию своей деятельности. При этом ни одно из определений не может претендовать на полноту и строгость даже в рамках какой-либо одной сферы информационной деятельности1.

Однако это не помешало определить общий информационный подход в познании. По мнению отдельных авторов, основное содержание информационного подхода заключается в «выделении и исследовании именно информационного аспекта самых различных явлений, органически дополняющего вещественный и энергетический аспекты, познание которых

2

исторически началось раньше и потому уже имеет немалые традиции» .

Одной из основных задач нашего исследования также является определение информационного аспекта уголовно-процессуальных отношений и выработка общих подходов информационного обеспечении уголовного процесса.

Кроме того, для В.З. Когана информационный подход обозначает создание системы «познание-информация». Эта система, по его мнению, отражает факт познания человеком мира и сообщения результатов своей познавательной деятельности другим людям»3. Указанная автором идея имеет непосредственное отношение к специфике уголовно- процессуального познания, и мы ее будем развивать далее в процессе исследования проблемных вопросов.

Подчеркивая общенаучную значимость информационного подхода, по мнению ряда ученых4, нельзя допускать его абсолютизации в ущерб другим средствам познания, равно как и ставить под сомнение его познавательную ценность вообще. Мы полностью согласны с указанной позицией.

1 Цигичко ВЫ. Руководителю - о принятии решений - М., 1996. - С. 103.

2 Готт B.C., Семенюк Э.П., Урсул А.Д. Категория современной науки. - М., 1984. - С. 154.

3 Коган В.З. Маршрут в страну информологию. - М, 1985. - С.9.

4 Готт B.C., Семенюк Э.П., Урсул АД. Указ. раб. - С. 155.

17

Информационный подход в науке уголовного судопроизводства в середине 60-х годов XX века был успешно применен В.Я. Дороховым в качестве объяснения природы уголовно-процессуальных доказательств . Ю.К. Орлов, анализируя ценность данного лодхода _для процессуальной науки, справедливо отмечает, что он (подход), несмотря да отдельные недостатки, принес в теорию доказательств достаточно новаций, разрешивших многие проблемы. В частности, была создана информационная модель доказательств, согласно которой доказательством является единство сведений о фактах и их источников2.

Кроме того, под информационным углом Р.С. Белкиным и А.И. Винбергом были рассмотрены данные, полученные оперативно- розыскным путем. Применительно к уголовно-процессуальному доказыванию они были названы ориентирующей информацией .

Ярким представителем информационного подхода в оперативно- розыскной науке является С.С. Овчинский. Последовательное применение постулатов теории информации привело его к выводу, что «при единой гносеологической природе методов познания оперативно-розыскная информация, полученная разными путями (наблюдение, опрос, изучение документов, оперативный эксперимент, внедрение негласных сотрудников), отражает явления и события на едином познавательном уровне, и нужны лишь процессуальные гарантии для использования фактических данных в процессе доказывания»4.

Идея содержательной стабильности информации при ее дальнейшем

Дорохов В.Я. Понятие доказательств в советском уголовном процессе // Советское государство и право. - 1964. - №9. - С. 108-117. См. также: Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 197-228.

Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. - М., 2000. - С. 37-38.

Белкин Р.С, Винберг А.И. Криминалистика и доказывание. - М., 1969. - С. 181-182.

Овчинский С.С. Оперативно-розыскная информация / Под ред. А.С. Овчинского и B.C. Овчинского. - М. 2000. - С. 61.

18

использовании в процессе доказывания, высказанная С.С. Овчинским , была поддержана В.П. Хомколовым . Такой подход придает дополнительную уверенность при использовании оперативной информации в другой сфере отношений - уголовно-процессуальной.

Применение информационного подхода позволило в иной плоскости рассматривать содержательный аспект данных, полученных оперативно- розыскным путем.

Но прежде чем применять информационный подход к осмыслению информационного обеспечения уголовного процесса в целом, следует уточнить роль и значение информации в уголовном процессе.

Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР не содержал понятия «информация». Казалось бы, что законодатель исключает проникновение в процессуальную деятельность и в науки, изучающие ее, информационных терминов. Однако «маленькая революция», на наш взгляд, в практике нормотворчества все же произошла с принятием Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Так, согласно ч. 2 ст. 84 УПК РФ к документам могут относиться материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи, а также иные носители информации (выделено - авт.), полученные, истребованные и представленные в порядке, установленном ст. 86 УПК РФ. Существуют и другие положения Уголовно-процессуального Кодекса Российской Федерации, где встречается понятие «информация» (см., например, ст.ст. 143, 144, 148, 166). Таким образом, российский законодатель все же решился на использование понятия «информации». Однако в законе не определено понятие данного термина. Перед правоприменителем встает вполне обоснованный вопрос: как понимать новое слово «информация»?

Появление в отечественном законодательстве нового слова «информация»
нельзя считать непредвиденным явлением, наоборот, это

ОБНИНСКИЙ С.С. Указ. раб. - С. 61.

Хомколов В.П. Организация управления оперативно-розыскной деятельностью: системный подход. - М. 1999. - С. 53-54.

19

произошло закономерно. В подзаконных нормативных актах1, а также в современной юридической литературе _и в следственно- криминалистической практике слово информация в последние годы стало употребляться довольно часто и широко. Более того, понятие «информация» используется как эквивалент таких понятии, как «данные», «сведения», «показания», а.иногда даже и как «доказательства».

На наш взгляд, существует необходимость указать на смысловое различие (сходство) указанных понятий и обоснованно показать преимущества информации перед другими его эквивалентами.

Термин «данные», который использовал законодатель при определении доказательств в УПК РСФСР, является синонимом слов «сведения», «информация» и означает «известие, извещение, сообщение о ком или о чем-либо, характеризующее кого или что-либо, а также осведомленность или знакомство о чем-либо»2. Таким образом, можно считать, что, оперируя формулой «фактические данные», законодатель имел в виду данные о фактах, сведения о фактах, информацию, поскольку прилагательное «фактические», содержащееся в ч. 1 ст. 69 УПК РСФСР, относится не к самим фактам, а к сведениям об этих фактах. Прилагательное «фактический» означает «отражающий действительное состояние чего-нибудь, соответствующий фактам» .

В подтверждении тому, в УПК РФ законодатель в определении понятия «доказательства» заменил слова «фактические данные» на «сведения» (ч. Г ст. 74). Кроме того, в ч. 2 ст. 74 УПК РФ законодатель использовал понятия «сведения» и «информация» в качестве синонимов для характеристики содержания документа.

1 См., например, Приказ МВД СССР № 415 от 11 ноября 1990 г. «Об утверждении Примерной инструкции о порядке приема, регистрации. Учета и разрешения в органах и учреждениях внутренних дел заявлений, сообщений и другой информации о преступлениях и происшествиях».

2 См.: Словарь русского языка. - М., Том 4 С-Я, 1988. С. 549; Ожегов СИ., Шведова НЮ. Толковый словарь русского языка. - М., С. 847.

Ожегов СИ. Словарь русского языка: Ок. 57 000 слов/ Под ред. Чл.-корр. АН СССР Н.Ю. Шведовой. - 18-е изд., стереотип. - М., 1986. - С. 736.

20

Но есть и серьезные понятийные различия между названными словами. Слово «сведения» в русском языке трактуется как «некоторые результаты чувственных восприятий» . Это соответствует антропогенным, то есть исходящим от человека выражениям, заключенным в словесной, цифровой форме или передающимся с помощью условных знаков.

Как справедливо заметил A.M. Ларин, в понятии «сведения» плохо укладывается понимание доказательств иного рода, возникающих вне и помимо сознания человека: предметов, которые в силу особых физических свойств могут быть использованы для установления обстоятельств уголовного дела. Нож, явившийся орудием убийства, похищенную у потерпевшего и найденную у обвиняемого одежду отнести к сведениям, видимо, нельзя. Понятием, объединяющим сведения (сообщения) как продукцию сознания, так и признаки, свойства, особенности материальных объектов (систем), является информация. Поэтому, имея в виду уголовно-процессуальные доказательства, понятия «фактические данные» и «информация» можно считать и использовать как тождественные . Предложенная законодателем в ч. 2 ст. 84 УПК РФ синонимическая пара «сведения» - «информация» уступает более близкому по смыслу союзу «данные» - «информация». Однако действующий закон не предусматривает использование слова «данные», которое имеет явные преимущества перед словом «сведения».

Если рассуждать далее, то можно заметить, что понятие «информация» по сравнению с понятием «данные» более прогрессивно и удобно в плане реализации назначения уголовного судопроизводства. Во-первых, в криминалистике и оперативно-розыскной деятельности уже накоплен определенный опыт в работе с информацией, и он может быть успешно использован в уголовном процессе. Во-вторых, при оперировании понятием

1 Ожегов СИ. Словарь русского языка. - М., 1986. - С. 608.

2 Ларин A.M. Доказательства и доказывание // Ларин A.M., Мельникова Э.Б., Савицкий В.М. Уголовный процесс России. Лекции-очерки / Под ред. В.М. Савицкого. - М., 1997.-С. 87.

21

«информация» в уголовном процессе более четко, на наш взгляд, будут просматриваться каналы движения информации, что позволит отслеживать качественные и количественные изменения накапливаемой информации, ее влияние на принятие процессуальных и иных решении, принимаемых в рамках уголовного процесса.

Проанализируем имеющиеся в литературе попытки, связанные с толкованием понятия «информация».

По мнению Ф.Н. Фаткуллина, информация - это та база, на основе которой устанавливаются и осмысливаются обстоятельства (факты), выясняемые в ходе уголовного процесса1.

При таком понимании, на наш взгляд, необходимо дополнительно разъяснить, что следует понимать под словом «база». Кроме того, в данном случае прослеживается лишь цель использования информации - установление и осмысление обстоятельств, и ничего не сказано об основных признаках информации, на которые, мы думаем, следовало бы указать для обозначения характера ее использования.

А.А. Давлетов считает, что информация это сообщение, сигнал, имеющий своего потребителя и способный удовлетворить ту или иную его потребность, то есть выполняет определенную функцию .

Рассмотрение информации с потребительской точки зрения вполне соответствует взглядам «функционалистов» и не вызывает у нас каких- либо возражений, однако, на наш взгляд, следует учитывать, что потребитель может быть потенциальным и в какой-то момент времени он конкретно неопределен. Кроме того, применительно к уголовному процессу хотелось бы уточнить: - что является источником сообщения (сигнала), кто является его потребителем и какую функцию этот потребитель выполняет? Такие требования к определению информации
необходимы, так как в рамках

1 Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань. 1973. -С. 6

Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. - Екатеринбург, 1997.- С.31.

22

уголовно-процессуальных отношений мы не претендуем на всеобъемлющее определение значений рассматриваемых категорий.

Кроме того, А.Р. Белкин представляет информацию, в качестве сведений о событии как предмете доказывания1.

Действительно, предмет доказывания является центральным звеном расследования и рассмотрения уголовных дел в суде, однако, на наш взгляд, информация способна дать более широкий кругозор в познании, выходя за рамки предмета доказывания, представляя картину исследуемого события в различных существующих и существовавших ранее отношениях.

Небезынтересны попытки определить понятие информации применительно к оперативно-розыскной деятельности.

Так, А.Ю. Шумилов рассматривает оперативную информацию, как информацию, полученную в результате оперативно-розыскной деятельности . Такое жесткое сцепление понятия оперативной информации с оперативно-розыскной деятельностью определяет специфику получения данной информации в условиях быстрого, конспиративного и в то же время законного раскрытия преступлений.

Многие авторы” в своих работах указывают на ориентирующий характер информации, полученной оперативным путем. Кроме того, Д. И. Бедняков, рассматривая оперативную информация под углом анализа материалов документирования, наряду с общим ориентирующим характером оперативной информации различает предметы и документы, могущие быть доказательствами при соответствующих условиях.4
Таким образом,

1 Белкин А.Р. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. - М., 2000. -С. 77.

Шумилов А.Ю. Новый оперативно-розыскной закон России: Учебно- практическое пособие. 6-е изд., испр. и доп. - М, 1998. - С. 34.

См.: Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. Методическое пособие. - М., 2000. - С.29.; Мешков В.М., Попов В.Л. Оперативно-розыскная тактика и особенности легализации полученной информации в ходе предварительного следствия. Учебно- практическое пособие. - М., 1999. - С 53.

4 Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. -М., 1991.-С. 84.

23

указанный ученый выделяет оперативную доказательственную информацию как самостоятельный вид информации, которая получена в результате оперативно-розыскной деятельности, и при определенных законом условиях может служить содержанием доказательств.

Прежде чем лредл ожить определение понятия «информация» применительно к уголовному лроцессу, рассмотрим ее свойства.

Исходя из проведенного нами анализа лоридической литературы, свойства информации могут быть как общеправовыми, так и специальными.

Родоначальником .информационно-правового направления в науке принято считать А.Б. Венгерова, который определил следующие признаки (свойства) информации: а) известная самостоятельность информации ло отношению к своему носителю; б) возможность многократного использования одной и той же информации; в) неисчерпаемость информации при потреблении; г) способность к сохранению, агрегированию, интегрированию, накоплению, «сжатию»; д) количественная определенность; е) системность1.

Хочется заметить, что не все вышеперечисленные признаки информации в полной мере приемлемы для уголовного процесса. Так, например, согласно ч. 2 ст. 193 УТЖ РФ не может проводиться повторное опознание лица или предмета тем же опознающим и по тем же признакам. Поэтому признак неисчерпаемости допустим в уголовном процессе условно, то есть в определенных случаях.

Кроме того, количественная характеристика информации в уголовном процессе понимается несколько иначе. Так, получение информации об уже известных фактах, если даже достоверность имеющейся доказательственной информации о них не вызывает сомнения, то есть ее качество достаточно высокое, еще не приближает нас к истине, хотя может показаться количественное увеличение информации. На самом деле увеличивается не

1 Русская юридическая энциклопедия. / Гл. ред. А.Я. Сухарев. - М., 1999. - С. 510.

24

количество информации, а число ее источников, например свидетельских показаний об одном и том же факте . В этом заключается сущность процессуальной проверки полученной информации.

К специальным свойствам информации с учетом особенностей применения общей теории информации к теории уголовно-процессуального познания можно отнести следующие.

  1. Информация должна иметь своего носителя. Им может быть один из материальных объектов - предмет , документ или человек .

В обосновании выдвинутого тезиса обратимся к гносеологической характеристике информации как элемента ретроспективного познания. Это возможно благодаря основному свойству материи - отражению. Известно, что отражение обусловлено законом всеобщей космической связи, согласно которой все явления, вещи, процессы реального мира находятся во взаимосвязи и взаимозависимости.

В научной литературе можно встретить различные подходы к изучению взаимодействующих объектов, где основным дискуссионным вопросом является наличие информационных процессов в живой, а также и в неживой природе.

Приведем некоторые из них, достаточно определяющие суть проблемы. Так, по мнению Б.В. Бирюкова, информация лежит в основе процессов саморегулирования и управления в живой природе и в человеческом обществе3.

#

Белкин АР. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. - М., 2000. -С. 84

2 См., например, п. 7 ч. 2 ст. 29 УПК Российской Федерации.

3 Бабурина И.Н., Гольдштейн СВ., Громов Н.А. Документ как источник доказательств: понятие и их классификация // Следователь. - 2002. - № 1. - С. 39.

Гущин АН. Понятие доказательства, средств доказывания и отграничение их от оперативно- розыскной деятельности // Следователь. - 2000. - № 6. - С. 15.

5 Бирюков Б.В. Кибернетика и методология науки. - М., 1974. - С. 414.

25

Кроме того, ряд ученых прямо утверждают, что информация возникает лишь на определенном уровне организации материи при наличии процессов управления и обнаруживается только в системах биологической и социальной природы. Такая позиция, на наш взгляд, слишком категорична и, как справедливо заметил Л.Н. Серавин, отрицание информации в объектах неживой природы и предположение, что только люди вычленяют из них некоторые характеристики, которые не являются информацией по своей природе, привело бы логически к выводу, что информация отражает не материю и различные формы ее существования, а волю и желания человека, который по-своему толкует о вещах окружающей его среды. Было бы явным субъективизмом считать, что заключенная в следах информация создается человеком, а не сохраняется в них. Другое дело, что человек может извлекать эту информацию и использовать ее в своих интересах .

Мы не может согласиться с теми юристами , которые отстаивают концепцию, связывающую информацию лишь с человеческим общением и поддерживаем иную точку зрения, согласно которой информацию несет не только человеческая речь, но и любые объекты, явления, которые подчиняются закономерным процессам природы. По нашему мнению, в ходе расследования информация о готовящемся, совершенном или совершаемом преступлении извлекается из самых разных источников неживой природы. Информация должна иметь своего потребителя, пусть даже потенциального .

В юридической литературе имеются различные предложения по поводу классификации взаимодействующих объектов, воспринимающих информацию при совершении преступлений. На наш взгляд,
наиболее

См., например: Украинцев Б.С. Отображение в неживой природе. - М., 1969. - С. 238; Петрушеко Л.А. Принцип обратной связи. - М., 1967. - С. 54.

2 Серавин Л.Н. Теория информации с точки зрения биолога. - Л., 1973. С. 21-22.

3 См.: Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. - М., 1964. - С. 85, 91; Эксархопуло Л.А. Понятие криминалистических объектов // Правоведение. - 1980. -№3. -С. 62.

4 В этом есть суть функционального подхода, которого мы придерживаемся в рамках настоящего исследования

26

удачная и простая классификация представлена М.В. Салтевским , который считает, что такими объектами являются:

  • люди;
  • живые организмы (живые организмы, микроорганизмы, растения);
  • неживые тела (твердые, сыпучие, жидкие, газообразные).
  • Данная классификация достаточно полно охватывает разнообразие объектов материального мира и подчеркивает дифференциацию уровней их организации, что и определяет специфику характера отражения. Информация по отношению к своим объектам (носителям), на наш взгляд, является именно их формой выражения, благодаря чему мы может говорить о различии этих объектов.
  1. Информация должна иметь определенную форму. Информация должна быть воспринимаема чувственно,

непосредственно субъектом познания, и поэтому она облекается в устную, письменную, электронную и другие формы передачи. Кроме того, правовая форма фиксации предусматривает соблюдение необходимых реквизитов для письменного документа, нарушение которых исключает возможность использования имеющейся информации. Так, любое постановление имеет юридическую силу лишь с момента его подписания; результаты выемки или обыска не имеют значение для дела, если в соответствующих протоколах отсутствуют данные о понятых и т.д.

Информация, интересующая субъекта уголовно-процессуального познания, может содержаться в постановлениях, в копиях приговора, в справках, в ведомственных документах, в письмах и т.д.

  1. Информация должна обладать свойством относимости, что определяется в зависимости от этапа расследования события.

Так, на стадии возбуждения уголовного дела зачастую полученная информация несет в себе незначительные сведения о познаваемом факте и

Салтевский М.В. Собирание криминалистической информации техническими средствами на предварительном следствии. - Киев, 1980. - С. 11.

27

имеет «процессуальное отношение», представляющее собой минимальную связь с расследуемым лреступлением. На дальнейших стадиях уголовного процесса относимость информации определяется, как правило, JB зависимости от ее значения по отношению к предмету доказывания (ст. 73 УПК РФ).

  1. Информация должна быть значима, то есть ценна и необходима субъекту уголовно-процессуального познания и в то же время ее необходимо использовать не валом, а избирательно - в зависимости от решения им процессуальных, поисковых или организационных задач.

Ценность информации напрямую связана с количеством и качеством используемой информации. Только та информация ценна, которая содержит что-то новое о предмете доказывания. Кроме того, информация в уголовном судопроизводстве ценна даже в том случае, если она подтверждает или опровергает уже имеющуюся информацию. В этом проявляется сущность такого важнейшего элемента доказывания, как проверка.

  1. Информация всегда множественна и разнообразна. Любое событие согласно законам природы, во-первых, отражается во множестве окружающих объектах, а.во-вторых, отражается^ каждом из них по- своему, по-разному.

Историка, археолога, следователя, на наш взгляд, объединяет то, что они исследуют явления, события действительности, ушедшие в прошлое. Такое познание возможно только благодаря тому, что «…прошлое, будучи тем, что было и что более не существует, вместе с тем не исчезает совершенно бесследно в небытие, поскольку не исчезает сама материя как объективная реальность»1.

Ретроспективное отражение, которое лежит в основе уголовно- процессуального познания, представляет собой «процедуру опосредованного,

Иванов Г.М. Исторический источник и историческое познание. - Томск, 1973. -С. 125.

28

выводного получения знания о прошлых предметах на основе знания о настоящих или о других прошлых предметах»1.

Принципиальным положением получения информации при расследовании преступлений является способность объектов некоторое время сохранять следо-отображение после прекращения взаимодействия. Время же, в течение которого объект может быть отождествлен по его следам, в теории идентификации названо «идентификационным периодом» .

Кроме того, как справедливо заметил М.В. Салтевский, «…индивидуальность предмета проявляется в его внешнем строении - форме, размере, расположении, рельефности поверхности, внутреннем качественно-количественном и структурном разнообразии. Тождественность вещи, явления и события самому себе представляет первое принципиальное условие возможности получения информации для судебно-следственного познания» .

Возможно, именно эта тождественность вещи только самой себе не позволяют воспринимать двум субъектам полностью идентично нечто происходящее. Каждый из них видит то, что он может, или то, что он хочет увидеть.

  1. Информация может собираться, исследоваться, оцениваться и использоваться для решения задач уголовного процесса. При собирании информация может обнаруживаться, фиксироваться, изыматься.
  2. Субъектом использования информации является лицо, в чьем производстве находится уголовное дело, а также иные участники уголовно-процессуальных отношений, чьи права и интересы затрагиваются в уголовном судопроизводстве.
  3. Никитин Е.П. Метод познания прошлого // Вопр. философии. - 1966. № 8. - С. 34. Колмаков В.П. О криминалистическом понятии идентификационного периода. / Проблемы социалистической законности на современном этапе развития Советского государства. - Харьков, 1968. -С. 256.

3 Салтевский М.В. Собирание криминалистической информации техническими средствами на предварительном следствии. - Киев, 1980. - С. 23.

29

Использование информации подчинено, прежде всего, назначению уголовного судопроизводства, которое определено в ст. 6 УПК РФ. Данное направление использования информации возлагается на плечи властных участников уголовно-процессуальных отношений, JC которым относится следователь, дознаватель, прокурор и суд.

Помимо всего прочего, уголовно-процессуальное законодательство предоставляет возможность и иным участникам (потерпевшему, обвиняемому, защитнику и т.д.) использовать информацию в уголовном процессе для отстаивания своих, представляемых или защищаемых прав и интересов.

Попав в процессуальное положение обвиняемого или подозреваемого, лицо, совершившее преступление, обычно вовсе не заинтересовано в объективном, полном и всестороннем расследовании преступления. По различным соображениям (из страха перед грозящим наказанием, из чувства стыда за причиненное зло, из боязни расплаты во внесудебном порядке со стороны пострадавших и т.д.) обвиняемые (подозреваемые), как правило, отрицают свою причастность к преступлению до тех пор, пока не бывают изобличены бесспорными доказательствами. Признав же факт совершения преступления, они пытаются изменить в свою пользу его квалификацию, выдвигают версию о наличии обстоятельств, смягчающих наказание и т.д.

Исследованию обстоятельств совершения преступления нередко противодействует и потерпевший, который из-за боязни личной расправы со стороны виновного и его близких, а порой под воздействием подкупа искажает картину преступления, умалчивает о важных фактических обстоятельствах, а то и вовсе меняют свои показания1.

Противодействие осуществлению правосудия в ряде случаев оказывают и свидетели. Не говоря о случаях дачи недостоверных показаний в силу субъективного ошибочного восприятия событий. Практика знает

Капинус НИ. Меры пресечения в российском уголовном процессе // Следователь. -1998.- №8.-С. 21.

30

множество случаев, когда свидетели уклоняются от сотрудничества с органами расследования и судом, не осознавая своего гражданского долга. Не единичны факты намеренного искажения истины свидетелями. Так, по данным исследования, проведенного О.М. Кирюшинон, около 25 % заявителей и свидетелей ло делам о взяточничестве « на следствии и в суде меняют свои показания о преступлениях, причем значительная их часть - под воздействием угроз и принуждения со стороны обвиняемых»1.

Информация может быть искажена либо ее источником, либо при передаче ее по каналам связи2.

Поэтому использование участниками уголовно-процессуальных отношений результатов произошедших процессов отражения совершенного преступления нельзя ограничивать назначением уголовног о

судопроизводства. Более правильным, на наш взгляд, будет выглядеть позиция, при которой предпочтение отдается отстаиванию сторонами уголовного процесса (п.п. 45, 46, 47 ч. 1 ст. 5 УТЖ РФ) своих или защищаемых (представляемых) прав и интересов, что является основой принципа состязательности.

С учетом вышеизложенного, можно сделать следующий вывод: информация (в уголовном процессе) — это форма выражения материальных объектов (в том числе живых лиц) и явлений, возникшая как результат произошедших процессов отражения совершенного преступления и используемая участниками уголовно-процессуальных отношений для отстаивания государственных, личных или защищаемых (представляемых) прав и интересов.

1 Кирюшина О.М. Предварительное расследование уголовных дел о взяточничестве (процессуальные и тактические аспекты). Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1997. - С. 17.

2 Шеин Д.П. Основные понятия теории информации. Лекция / Под ред. П.Г. Месоедова. - М, 1974. - С.8.

31

§ 2. Виды информации, используемой в уголовном процессе

Огромное информационное поле, окружающее органы судопроизводства, занимающиеся расследованием преступлений, предполагает уголовно- процессуальные средства отбора поступающей информации с целью эффективного использования наиболее значимой. Но прежде, чем говорить о какой-либо значимости информации, необходимо обратить внимание на то, что требование относимости следует понимать несколько иначе, нежели относимость доказательств.

Так, при появлении повода к возбуждению уголовного дела появляется процессуальная необходимость в накоплении первичной и, как правильно заметил А.А. Давлетов, «сырой» процессуальной информации»1. С этого момента начинается процесс ретроспективного познания.

При осмотре места происшествия, опросе пострадавших и очевидцев преступления и проведения других поисковых действий выявляется и фиксируется любая информация, имеющая отношение к преступлению или каким-либо образом проясняющая картину происшедшего. В данном случае нет прямого отношения к предмету доказывания, которое является обязательным условием определения относимости доказательств2.

В процессе расследования органами дознания, следователями и прокурорами принимаются различные по своей природе, основаниям и юридическим последствиям уголовно-процессуальные решения, для обеспечения которых требуется неоднозначная информация.

В традиционном понимании значимость или ценность есть способность предмета, вещи удовлетворять некие потребности индивида или социальной группы. В таком понимании ценность может быть использована и применительно к информации. По мнению А.А. Харкевича, информация

1 Давлетов А.А. Указ. раб. - С. 142.

2 Белкин АР. Указ. раб. - С. 142.

32

ценна, поскольку она способствует достижению поставленной цели. Одна и та же информация может иметь различную ценность, если рассматривать ее с точки зрения использования для различных целей1.

Однако в теории уголовного процесса и в практике правоприменения, как представляется, отсутствует четкое представление о методике использования в конкретной правовой ситуации различной ло значению информации. Информация в сфере оперативно-розыскной деятельности представляет собой достаточно распространенное явление. Информационная природа оперативно-розыскной деятельности хорошо освещена _в юридической литературе2.

Другая ситуация наблюдается в процессуальной деятельности, где на фоне обсуждения спорных вопросов доказывания проблемам изучения природы информации, на наш взгляд, не уделяется должного внимания. Между тем именно информация дает возможность появлению доказательств, а также предположения о существовании еще неизвестной, но значимой информации.

Информацию можно классифицировать по различным основаниям. В.А. Образцов предлагает проводить классификацию информации в рамках двух подходов: 1) по признакам самой классификации и по отношению ее к особенностям и элементам порождающего ее события; 2) по отношению к признакам познающей системы, то есть поисково-познавательной деятельности”.

В рамках первой из упомянутых подсистем (по признакам информации) исследователем выделяется несколько относительно автономных структур по следующим основаниям:

1 Харкевич А.А. О ценности информации //Проблемы кибернетики. - 1960. - Вып. 4.-С. 54.

См., например, Овчинский С.С. Оперативно-розыскная информация / Под ред. А.С. Овчинского и B.C. Овчинского. - М. 2000; Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. - М. 1991.

3 Образцов В.А. Криминалистика: Курс лекций. - М, 1996. - С. 61.

33

  • по видам познаваемых событий: информация о преступлении - информация о других познаваемых событиях;

  • по объему: полная (исчерпывающая) - неполная информация;

  • по форме отображения: идеальная (психическая) информация - материально-фиксированная информация;

  • по физической природе: зрительная, слуховая, вкусовая, осязательная, обонятельная информация;
  • по степени доступности: общедоступная - ограниченно доступная;
  • по сфере распространения: информация для широких кругов населения - информация для отдельных категорий пользователей;

  • по режиму использования: открытая - закрытая (конфиденциальная);
  • по уровню восприятия: очевидная - скрытая;
  • по форме представления: вербальная, буквенно-знаковая, графическая, цифровая, магнитная запись, иная;

  • по видовому распределению носителей информации: личностная (гомологическая), предметная, документальная, а также информация, содержащаяся в наркотических, радиоактивных и иных веществах;
  • по виду источников: информация первоисточников - информация производных источников.
  • В свою очередь указанные группы информации могут быть подвергнуты самостоятельной классификации в научных, практических и дидактических целях.

Так, в группе необщедоступной информации могут быть выделены, в частности, подгруппы, составляющие государственную, коммерческую и следственную тайну. А в группе информации для отдельных категорий пользователей можно выделить информацию для служебного пользования, информацию с грифами «секретно» и «совершенно секретно».

Весьма разветвленной является классификация информации по отношению к системе поисково-познавательной
деятельности.

34

Множественность лризнаков .последней системы предопределяет и множественность рассматриваемых классификационных построений.

Базовой в их структуре является классификация информации по видам, функциям и этапам поисково-познавательной деятельности.

На этой основе выделяется информация, собираемая и используемая в оперативно-розыскной, следственной, экспертной деятельности и т.д., информация, способствующая достижению целей в рамках поисковой, познавательной функций, а также функций уголовного преследования, пресечения, профилактики преступлений.

По назначению возможно деление информации на обвинительную и оправдательную. По значению выделяется также доказательственная информация и иная (ориентирующая и вспомогательная) информация. Применительно к участникам уголовного судопроизводства выделяется, например, информация, собираемая следователем, прокурором, судьей, специалистом, потерпевшим, защитником, обвиняемым, дознавателем. В уголовном судопроизводстве функционирует как анонимная информация, так и информация, полученная из известного источника; процессуально зафиксированная и не нашедшая отражения в документах; полученная процессуальным путем и по оперативным каналам; информация, воспринимаемая с помощью чувств и воспринимаемая лишь на основе применения специальных технических средств, устройств, аппаратуры . В

составе доказательственной информации различают также « актуальную ,

латентную и потенциальную информацию» .

В юридической литературе ^ожно встретить и другие варианты классификаций. Хотелось бы обратить особенное внимание на предложенную классификацию информации, проведенную в зависимости от ее значения, так как анализ действующего уголовно- процессуального

1 Образцов В А. Указ. раб. - С. 62-63. Колдин В.Я., Полевой НС. Информационные процессы в криминалистике - М., 1985.-С. 134.

35

законодательство позволяет сделать вывод, что решения, принимаемые при расследовании преступлений, могут основываться на различной по степени важности информации.

Лицо, в чьем производстве находится уголовное дело, принимает различные по своей природе, основаниям и юридическим последствиям процессуальные решения. В юридической литературе они классифицируются по содержанию и назначению, субъектам, времени, форме принятия и длительности действия, юридической силе и т.д.1.
Соответственно этому

выделяются основные и вспомогательные (промежуточные) решения, внутренние и внешние, коллегиальные и единоличные, вступившие и не вступившие в законную силу3, требующие для этого вынесения постановления и не требующие такового, начинающие и завершающие предварительное расследование и т.п.

Классификацию принимаемых решений можно продолжить и далее. Однако при всем их разнообразии в перечисленных видах отсутствует указание на главный, содержащийся в законе классификационный признак -обязательность или необязательность совокупности доказательств для принятия какого-либо решения. На это особое внимание обратил Д.И. Бедняков, указывая дополнительно на то, что «законодатель весьма избирательно пользуется терминологией в определении оснований для принятия процессуальных решений»4.

Исходя из проведенного нами анализа норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, можно сказать, что в одних случаях - это «достаточные данные» (ч. 3 ст. 11, ч.2 ст. 140 УПК РФ, ч. 1 ст. 182 УПК РФ), в других случаях - «достаточные доказательства» (ч.1 ст. 171, ч. 1 ст. 215 УПК РФ). Помимо этого, в уголовно-процессуальном законе содержится

1 Лупинская П. А. Решения в уголовном судопроизводстве. - М., 1976. - С. 26. Карнеева Л.М., Генрихов Г.М. Особенности оценки доказательств на разных этапах предварительного следствия // Сов. государство и право. - 1966. - № 8. - С. 74-75. 3 Лупинская ПА. Указ. раб. - С. 26-39. Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. -Горький, 1991.-С. 85.

36

целая группа решений, которые проводятся в случае «необходимости» (ч.1 ст. 191,ч. 1 ст. 181, ч. 1 ст. 187, ч.1 ст. 202 У1Ж РФ), при наличии «достаточных основании», но требований к ним законодатель никаких не предъявляет (ч. 1 ст. 97 УПК РФ) и т.д.

Та же ситуация сохраняется при принятии судьей уголовно-правовых решений. Особое внимание заслуживают положения статей, в которых характер принятия решений определяется использованием законодателем таких устойчивых штампов, как «может быть назначено» (ст. 60 УК РФ), «могут учитываться» (ст. 61 УК РФ), «суд учитывает» (ст. 73 УК РФ), «может постановить» (ст. 74 УК РФ), «суд может возложить на осужденного обязанности» (ст. 79 УК РФ), «может быть полностью или частично освобождено» (ст. 80 УК РФ) и т.д.

Изменение вида и размера наказания или полное освобождение от него, согласно вышеперечисленным статьям уголовного закона, предполагает факультативный характер принятия решения, который определяется тем, что учет дополнительных условий при назначении наказания и определение некой исключительности ситуации составляет право, а не обязанность судьи. При этом может учитываться «характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи» (ч. 3 ст. 60 УК РФ).

Исходя из всего вышеизложенного, можно сделать сказать о том, что все решения, принимаемые следователем, дознавателем, прокурором или судом, могут быть поделены на две такие группы:

  • решения, принимаемые на основе доказательственной информации; решения, которые могут быть приняты на основе иной (дополнительной) информация.

В.А. Образцов, как уже было отмечено, предлагает выделить два вида информации: - доказательственная информация и иная.

37

Аналогичную классификацию предлагает и А.Р. Белкин, который справедливо называет доказательственную информацию основной1. Исходя из логики рассуждений, иная информация занимает место дополнительной.

0 доказательственной информации высказываются практически все ученые-криминалисты, а также ряд ученых-процессуалистов.

По мнению Р.С. Белкина, «доказательственной является лишь та информация, которая составляет содержание доказательств, служит средством доказывания2. На наш взгляд, мнение автора достаточно точно отражает сущность соотношения информации и доказательств.

Доказательственная информация может быть использована в качестве содержания доказательств для принятия по делу наиболее существенных процессуальных решений. Так, при наличии достаточных доказательств, дающих основания для обвинения лица в совершении преступления, следователь выносит постановление о привлечении данного лица в качестве обвиняемого (ст. 171 УПК РФ).

Однако взгляды отдельных ученых на теорию доказывания, касающиеся вопросов информационного обеспечения, вызывают у нас некоторые возражения.

Во-первых, если рассматривать доказательства лишь как одну из форм доказательственной информации, то непонятно, в каких еще формах она может быть представлена. Доказательства для доказательственной информации, как нам представляется, является не одной из некоторых, а единственной и неизбежной формой, без которой невозможен сам информационный процесс, лежащий в основе доказывания. Доказательственная информация составляет содержание доказательств и служит средством доказывания, тогда как основным средством получения

1 Белкин А.Р. Указ. раб. - С. 144.

2 Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования / Под ред. проф. ТВ. Аверьяновой и проф. Р.С. Белкина. - М, 1997. - С. 149.

3 Колдин В.Я., Полевой Н.С. Информационные процессы в криминалистике - М., 1985.-С. 39.

38

информации является производство следственных действий. На это, в частности, указывает и PC. Белкин, подчеркивая, что доказывание представляет собой информационный процесс собирания, исследования, оценки и использования доказательственной информации1.

Во-вторых, по нашему мнению, считать доказательственной информацией «…любую информацию о расследуемом событии и связанных с ним обстоятельств с целью обнаружения, собирания и оценки доказательств
в процессе раскрытия, расследования и судебного

4 2

рассмотрения уголовных и гражданских дел» не совсем правильно. Безусловно, работа правоохранительных органов и суда направлена на выявление доказательственной информации. Однако, если информация по каким-то причинам не отвечает требованиям, предъявляемым к доказательственной информации, то это не означает, что она не может быть использована для решения иных задач, стоящих перед расследованием и рассмотрением уголовного дела (например, организационных).

Доказательственная информация, на наш взгляд, - это информация, являющаяся непосредственным содержанием доказательств, необходимых для доказывания виновности (или невиновности) лица, совершившего деяние, и используемых для принятия по делу наиболее важных процессуальных решений (предъявление обвинения, вынесение приговора и т.д.).

Профессор 3.3. Зинатуллин рассматривает доказательственную информацию, как совокупность фактических данных . Однако, ранее мы определили синонимичность слов «информация» и «данные» в понятийном отношении поэтому, на наш взгляд, не следует определять одно понятие через другое.

Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования / Под ред. проф. Т.В. Аверьяновой и Р.С. Белкина. -М., 1997. - С. 152.

2 Колдин В.Я., Полевой НС. Указ. раб. - С. 40.

3 Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 199.3. - С. 87.

^	^	39

Понятие «информация» в содержание доказательства включают и другие авторы .

Иная (дополнительная) информация - это второй вид информации, представленный в классификации информации в зависимости от ее значения.

Использование подобной информации зависит от ее значения для принимаемого решения, если законодатель предоставляет такую возможность. А эта возможность имеется в тех случаях, когда законодатель не требует наличия доказательств для принятия решений.

Как правильно заметил И.А. Копылов, дополнительная информация может быть использована в тактике производства следственных и процессуальных действий, а также при оценке последствий
принятия

2

тактического решения.

Очень часто информация оперативного характера используется в качестве дополнительной при недостатке данных, указывающих на признаки преступления, полученные процессуальным путем. В такой ситуации оперативный работник может либо поставить в известность следователя о наличии оперативно-розыскной информации, либо, если это возможно, ознакомить его с имеющимися данными .

В научной литературе ряд авторов прямо или косвенно высказывается о возможности выделения подвидов дополнительной информации.

Так, А.Р. Белкин считает, что дополнительная информация, играет значительную роль в установлении истины по делу и относит к ней ориентирующую и вспомогательную информацию . По его мнению,
с

1 См., например, Ларин A.M. Доказательства и доказывание // Уголовный процесс России. Лекции-очерки / Под ред. В.М. Савицкого. - М., 1997. - С. 86-87; Гущин А.Н., Франциферов Ю.В., Громов Н.А. Оценка доказательств и оперативно-розыскной информации при уголовно-процессуальном доказывании // Следователь. - 2001. - № 1. - С.7.

2 Копылов И. А. Следственная ситуация и тактические решения. Волгоград, 1988г. -С.5.

Николюк В.В., Кальницкий ВВ., Марфицин П.Г. Стадия возбуждения уголовного дела (В вопросах и ответах): Учебное пособие. - Омск, 1995. - С. 20. 4 Белкин А.Р. Указ. раб. - С. 144.

40

РОССИЙСКАЯ

ГОСУДАРСТВЕННА^

БИБЛИОТЕКА

помощью ориентирующей информации следователь и другие участники процесса доказывания ориентируются в событиях, фактах, так или иначе связанных с исследуемым событием, но не входящим в предмет доказывания , тогда как вспомогательная информация служит целям идентификации и розыска и содержится в данных криминалистической регистрации и образцах для сравнительного исследования .

Наряду с этим, некоторые ученые употребляют такие понятия, как ориентирующая, вспомогательная, дополнительная информация в качестве синонимов, что противоречит существующим синонимическим рядам4.

3.3. Зинатуллин, считает, что отдельные способы собирания доказательств и их источники, которые указаны в уголовно-процессуальном законе, могут быть применены только при наличии определенного информационного, ориентирующего материала, который «позволяет понять происхождение и существо тех или иных обстоятельств уголовного дела, наметить направления следствия (предварительного или судебного) и ^’ возможные версии, выяснить личность потерпевшего,
установить

причастность к расследуемому или разрешаемому делу лиц, определить, что, где и как искать»3.

Однако, в данном случае исследователь, на наш взгляд, смешивает ориентирующее и установочное (идентификационное) значение и незаслуженно присваивает последнее информационному, ориентирующему материалу.

#

1 Белкин АР. Указ. раб. - С. 81.

2 Белкин А.Р. Указ. раб. - С. 144.

3 См., например: Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. Методическое пособие. - М, 2000. - С. 32.

4 Словарь синонимов русского языка. / Под ред. Л. А. Чешко. Изд. 4-е. - М., 1975. - С. 245,397,371.

5 Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993. - С. 103.

41

С помощью этой ориентирующей информации следователь и другие участники процесса доказывания ориентируются в событиях, фактах, так или иначе связанных с исследуемым событием , и не более того.

Кроме того, на наш взгляд, ориентирующая информация также может быть отражена в научных трудах, методических рекомендациях, касающихся вопросов расследования преступлений.

Существующая путаница в определении роли и значения той или иной информации приводит нас к необходимости законодательного регулирования этих вопросов. Однако в нормах уголовно- процессуального законодательства ничего не сказано о таких категориях, как доказательственная информация, ориентирующая информация, вспомогательная информация, что, на наш взгляд, затрудняет понимание информационных процессов, лежащих в основе уголовно- процессуальных отношений.

Мы считаем, что ориентирующая информация (в уголовном процессе) - это информация, лолученная процессуальным или непроцессуальным путем, которая используется для общей оценки события преступления, определения направления расследования, разработки и проверки следственных версий и способствует наиболее эффективному поиску виновных в содеянном лиц, а также вещей, предметов, документов, имеющих значение для дела.

Вспомогательная информация, по нашему мнению, - это информация, служащая целям идентификации и розыска, содержащаяся в данных криминалистической регистрации, образцах для сравнительного исследования, в научных трудах, методических рекомендациях и справочных пособиях.

Вспомогательная информация, как верно отметил А.Р. Белкин, служит целям идентификации и розыска и содержится в
данных

1 Белкин А.Р. Указ. раб. - С. 84.

42

криминалистической регистрации и образцах для сравнительного исследования .

В данном случае следует отличать регистрационную информацию, которая может иметь доказательственное значение, от той же информации, которая ни при каких условиях не становится содержанием доказательств.

В настоящее время в научной литературе широко обсуждается вопрос относительно использования регистрационных данных в процессе доказывания по уголовному делу, особенно о том в какую форму должна быть облечена эта информация в тех случаях, когда она может иметь доказательственное значение.

Ряд ученых2 придерживаются той точки зрения, что при определенных условиях, регистрационная информация может быть использована в качестве содержания доказательств. Мы согласны с тем, что справки регистрационных органов могут быть отнесены к категории «иных документов», приобщаемых к делу, даже в том случае, если в них содержится отрицательный ответ. Такой ответ может установить то или иное смягчающее обстоятельство, например, совершение преступления впервые. Однако, на наш взгляд, доля доказательственной информации в регистрационных массивах существенно меньше той информации, которая используется в качестве дополнительной для получения новых доказательств путем проведения специальных исследований.

В.А. Образцов справедливо считает, что вспомогательная информация может быть получена следователем, оперативным работником, специалистом, судебным экспертом не только из учетов, но и от подозреваемых, обвиняемых, а также из других источников информации, функционирующих при подготовке, совершении, сокрытии преступления (образцы почерка, крови, стреляных пуль и гильз). Данные
образцы

1 Белкин АР. Указ. раб. - С. 144.

2 См., например: Белкин PC. Курс криминалистики. Т. 2. - М., 1997. - С. 188; Ялышев С.А. Криминалистическая регистрация: проблемы, тенденции, перспективы. - М., 1998.-С.57.

43

используются для решения диагностических (распознавательных) и идентификационных задач1.

На наш взгляд, вспомогательная информация может содержаться и в научных трудах, а также в методических рекомендациях, справочных пособиях, касающихся вопросов раскрытия и расследования преступлений.

Вспомогательная информация - это разновидность дополнительной информации, которая как мы уже отметили, не имеет доказательственного значения.

С.А. Ялышев, рассматривая вспомогательную информацию , предлагает классификацию.

  1. Актуально криминалистически значимая информация. Она находится в прямой причинно-следственной связи с событием преступления (информация, характеризующая способ совершения, предметы преступного посягательства, приметы лиц его совершивших, орудия преступления и др.).

  2. Условно криминалистически значимая информация. Хотя она и не находится в прямой причинно-следственной связи с событием преступления, но характеризует лиц, попавших в сферу интересов правоохранительных органов, их связи и взаимоотношения и другие могущие оказать содействие следствию факты, события, отношения или состояния.

  3. Потенциально криминалитически значимая информация. К ней относится сугубо справочная информация об источниках происхождения, качественном и количественном составе известных веществ и материалов, их физических, химических и иных свойствах, сведения об образцах изделий или продукций и др.

Такая классификация, на наш взгляд, достаточно убедительно показывает видовые различия вспомогательной информации, однако, мы считаем, что вторую и третью группы следовало бы объединить под общим названием:
криминалистически значимая информация, не имеющая

1 Образцов В.А. Указ. раб. - С. 61.

2 Ялышев С.А. Указ. раб. - С. 59.

44

причинно-следственной связи с событием преступления, так как, в противном случае, классификация, предложенная С.А. Ялышевым предполагает два основания: наличие или отсутствие причинно- следственной связи с событием преступления и особенность характеризующего объекта, что усложняет систему в целом.

Кроме того, исходя из практических целей вспомогательную информацию можно было бы классифицировать по отношению к объекту на объектную и межобъектную (или узловую).

Объектная информация, на наш взгляд, - это вид вспомогательной информации, содержащей сведения об объекте.

Межобъектная (или узловая) информация - это информация, характеризующая отношения, связи, расстояния, существующие между объектами.

Объектами в данном случае могут быть различные явления, предметы, документы, живые лица и т.д.

Так, при объявлении в розыск одновременно с отдельным поручением в орган дознания должна направляться справка о личности обвиняемого. В ней указывается необходимая для розыска обвиняемого информация, установленная следователем: фамилия, имя, отчество обвиняемого, все изменения касающиеся фамилии, если таковые имели место, год, месяц, число и место рождения, национальность, образование, семейное положение, профессия, место регистрации и место жительства (а также все прежние места проживания), место работы; отношение к военной обязанности, сведения о судимости.

В справке приводятся сведения о родственниках, их адреса. Заполняя справку, следователь должен изложить известные ему данные, позволяющие предположить местонахождение обвиняемого. К справке прилагается фотография обвиняемого. В случае отсутствия фотографии - подробное описание внешности и особых примет, а также фоторобот. Перечисляются также черты характера, привычки, склонности, наличие заболеваний, в том

45

числе хронических. Помимо этого указываются обстоятельства уклонения обвиняемого от следствия. К справке (при наличии) прилагается дактокарта1.

Предложенная нами классификация позволяет более тщательно рассматривать объект регистрации как совокупность признаков и свойств. Вспомогательная информация в большинстве своем подлежит криминалистической регистрации (регистрационная информация ), которую можно считать своеобразной информационной системой, концентрирующей и обрабатывающей информацию о преступлениях, собранную органами, непосредственно ведущими борьбу с преступностью .

В информационном плане представляет интерес сам объект регистрации, который можно определить как сложное понятие, объединяющее в себе две категории объектов: носителей регистрационной информации и ее источников. Эти объекты могут сливаться в один (например, неопознанный труп, похищенная вещь и т.д.), а могут выступать порознь, например, учет неизвестных преступников (объект - источник информации) осуществляется по следам пальцев, обнаруженным на месте преступления (объект - носитель информации).

В юридической литературе встречается и разграничение информации, используемой в уголовном процессе, на процессуальную и непроцессуальную. Подобное разграничение информации происходит по двум основным критериям: соблюдение установленной процессуальной формы и соответствие источника информации требованиям, предъявляемым законом к качественной стороне доказательств. К сожалению, ряд ученых-

Решняк М.Г. Совершенствование механизма предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и розыска скрывшегося обвиняемого // Следователь. - 1998. -№ 1.- С. 20-21.

2 Ялышев С. А. Указ раб. - С. 60.

3 Белкин АР. Указ. раб. - С. 322.

4

См., например: Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. - М., 2000. -С. 29.

46

юристов не достаточно четко различает, например, процессуальную ориентирующую и процессуальную доказательственную информации, а непроцессуальную информацию рассматривают лишь в качестве ориентирующей информации. Такие подходы, на наш взгляд, не совсем оправданы.

Как показывает судебная практика, в основу вынесения приговоров может быть положена информация, полученная как процессуальным, так и не процессуальным путем с тем условием, что она должна отвечать требованиям, предъявляемым к доказательственной информации.

Примером тому может служить использование аудиозаписи разговора по обстоятельствам взятки, лолученной лри проведении оперативно-розыскных мероприятий по делу Северовой и Игошина.

Так, из заявлений Масляковой и Коробковой от 27 января 1997 года органу дознания стал известен факт дачи взятки следователю Северовой через адвоката Игошина. Поэтому в соответствии с законом были проведены ^ оперативно-розыскные мероприятия, направленные на получение
записи

разговора Масляковой с Северовой и Игошиным об обстоятельствах получения взятки.

Материалы о проведении такой записи начальник УОП при УВД области 5 февраля 1997 года направил прокурору области, на основании полученных данных в тот же день следователем прокуратуры было возбуждено уголовное дело.

Результаты оперативно-розыскной деятельности были проверены и оценены следователем прокуратуры, кассета с записью приобщена к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства2.

1 См., например: Гущин А.И. Понятие доказательства, средств доказывания и отграничение их от оперативно-розыскной информации // Следователь. - 2000. - № 6. - С. 19; Бедняков Д.И. Использование процессуальной информации при возбуждении и расследовании уголовных дел о хищениях. - Горький. 1998. - С. 27.

2 Ласточкина С.Г., Хохлова Н.Н. Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. Издание второе, переработанное и дополненное. - М., 2000. - С. 593.

47

Помимо всего прочего, лицо, производящее расследование, широко использует информацию, полученную непроцессуальным путем для решения организационных, тактических и других задач.

Таким образом, на наш взгляд, наиболее правильным будет считать основными видами информации, используемыми в уголовном процессе, доказательственную (в качестве основной) и ориентирующую, вспомогательную (в качестве дополнительной), тогда как получение и использование указанной информации может осуществляться в определенных - процессуальных и непроцессуальных - организационных формах1.

В сфере юридической деятельности и правовой информатизации можно выделить такой вид информации, как «правовая информация». К ней относятся прежде всего правовые акты, а также вся информация, которая связана с правом: материалы подготовки законопроектов и других нормативных правовых актов, материалы их обсуждения и принятия, учета и упорядочения, толкования и реализации правовых норм. В правовую информацию включаются также материалы о правовом образовании и разработке научных концепций развития права.

Исходя из сказанного, правовую информацию можно определить как массив правовых актов и тесно связанных с ними справочных, нормативно-технических и научных материалов, охватывающих все сферы правовой деятельности .

Правовую информацию в зависимости от того, кто является ее автором, то есть от кого она исходит и на что направлена, можно разделить на три большие группы: официальная правовая информация, информация индивидуально - правового характера, имеющая юридическое значение, и неофициальная правовая информация.

1 Белкин А.Р. Указ раб. - С. 130.

2 Введение в правовую информатику. Справочные правовые системы Консультант Плюс: Учеб. пособие / Под ред. ДБ. Новикова и В. Л. Камынина. - М., 1999. - С. 21.

48

Официальная правовая информация - это информация, исходящая от полномочных государственных органов, имеющая юридическое значение и направленная на регулирование общественных отношений.

Информация индивидуально - правового характера, имеющая юридическое значение, - это информация, исходящая от различных субъектов права, не имеющих властных полномочий, и направленная на создание (изменение, прекращение) конкретных правоотношений.

Неофициальная правовая информация - это материалы и сведения о законодательстве и практике его осуществления (применения), не влекущие правовых последствий и обеспечивающие эффективную реализацию правовых норм .

Правовая информация необходима субъекту уголовно-процессуального доказывания, так как она, во-первых, определяет предмет доказывания, требования, предъявляемые к допустимости доказательств (официально- правовая информация - это прежде всего Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации), во-вторых, ориентирует на ту правовую ситуацию, которая возникла между гражданами и организациями до наступления уголовно-процессуальных отношений (информация индивидуально-правового характера - договоры, жалобы, заявления и т.д.), в-третьих, ориентирует на сложившуюся судебную практику, методику расследования, на научные разработки по вопросам права (неофициальная правовая информация - комментарии законодательства, научные статьи, учебные пособия и т.д.).

В.А. Образцов предложил всю ориентирующую информацию разделить на две группы в зависимости от функционального назначения: 1) связанную с отражением познавательного события; 2) не связанную с отражением познавательного события. На наш взгляд, подобную классификацию информации можно распространить на
информацию,

Там же. - С. 22.

49

используемую в уголовном.процессе _в целом. К первой группе прежде всего будет относиться та информация, которая получена в результате обнаружения следов преступления, допроса свидетелей оказавшихся очевидцами преступления по вопросам, касающихся события преступления. Ко второй группе можно отнести информацию характеризующую личность потерпевшего, обвиняемого (подозреваемого), информацию, содержащуюся в свободных образцах, полученных для проведения сравнительного исследования, в справочных лособиях и т.д. К той же группе относится, на наш взгляд, и правовая информация.

В качестве вывода следует отметить, что информацию, используемую в уголовном процессе, предпочтительно делить на два вида: доказательственная и иная (дополнительная) информация.

Доказательственная информация является основным видом используемой информации и служит содержанием доказательств. К иной информации следует относить ориентирующую и вспомогательную. Иная лнформация предназначена для ориентирования в расследовании и рассмотрении уголовных дел, а также для решения идентификационных и розыскных задач.

Информация о преступлении может быть получена как процессуальным, так и непроцессуальным путем.

§ 3. Основные категории информационного обеспечения

уголовного процесса

Информационное обеспечение правоохранительных органов в борьбе с преступностью в целом, а органов внутренних дел в частности и в особенности, является необходимым условием их успешной деятельности по раскрытию и расследованию преступлений1.

1 Кожевников ВВ. Проблемы участия в допросе третьих лиц: юридическая теория практике // Следователь. - 1999. - .№ 3. - С. 4.

50

Для уяснения категории «информационное обеспечение уголовного процесса» имеет смысл рассмотреть такие категории, как: «обеспечение», «информационное обеспечение», которые в последние годы активно используются в различных областях науки.

В справочной литературе «обеспечение» толкуется как «совокупность

1 *}

мер» ; «снабжение; создание условий для осуществления чего-либо» ; «предоставление достаточных материальных средств»3; «гарантирование надежности»4 и т.п.

В вышеуказанном определении понятия «обеспечение» просматривается некоторая направленность деятельности для достижения предполагаемой цели.

Из всех определений, раскрывающих научное содержание понятия «информационное обеспечение», достаточно, на наш взгляд, рассмотреть лишь те, которые дают адекватное и наиболее полное представление об этом понятии.

С.С. Филиппов указывает, что «информационное обеспечение - это прежде всего специфическая деятельность, направленная на реализацию комплексного процесса по подготовке и доведению информации до специалистов»5. На профессиональную принадлежность информационного обеспечения указывают также другие ученые6.

Однако применительно к нашему исследованию такими специалистами
являются не только суд, прокурор, следователь и

1 Большой юридический словарь / Под ред. А.Я. Сухарева, В.Д. Зорькина, BE. Крутских. - М., 1999. - С. 427.

2 Словарь синонимов русского языка. /Под ред. Л.А. Чешко. Изд. 4-е. - М. 1975. - С. 291.

3 Ожегов СИ. Словарь русского языка: Около 57000слов. - Екатеринбург, 1994. - С. 427.

4 Большой толковый словарь русского языка. / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. - Спб., 1998.-С. 666.

5 Филиппов С.С. Информационное обеспечение советской физической культуры: Дис. . . докт. педагог, наук. - Л. 1991. - С. 61.

6 См., например, Иванов Р.Н. Организация и методика информационной работы. - М., 1982. -СИЗ.

51

дознаватель, но и иные участники уголовно-процессуальных отношении, имеющие право требовать доведение до них определенной информации, касающейся их прав и интересов. Такое право гражданам Российской Федерации предоставляет ч. 2 ст. 24 Конституции РФ, которая гласит: «Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомиться с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом». Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации применимо к участникам уголовно-процессуальных отношений более подробно регламентирует порядок получения ими информации (см., например, п. 12 ч. 2 ст. 42, п. 1 ч. 4 ст. 46, п. 6 ч. 1 ст. 53, п. 9, 13, 15 ч. 2 ст. 54, п. 1 ч. 3 ст. 57, 216, 217).

СВ. Звежинский полагает, что «информационное обеспечение представляет собой организованный непрерывный технологический процесс подготовки и выдачи информации потребителям в соответствии с их нуждами для поддержания эффективной научно-технической деятельности» .

Информационное обеспечение и эффективность неразрывно связаны между собой. Согласно ч.2 ст. 21 УПК РФ, в случае обнаружения признаков преступления прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают предусмотренные законом меры (выделено - С.З..) по установлению события преступления, изобличению лица или лиц, виновных в совершении.преступления. Эти меры, исходя из толкования закона, должны быть направлены на защиту прав и законных интересов лиц и организаций, пострадавших от преступления, а также на защиту личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод (ч. 1 ст. 6 УПК РФ). Информационное обеспечение как раз и направлено на реализацию этих мер. То, насколько лица (прежде всего должностные) будут

Звежинский СВ. Информационное обеспечение научно-технических разработок. -Львов, 1982.-С. 20-21.

52

своевременно и полно обеспечены информацией, настолько результативнее будут предприняты уголовно-процессуальные меры.

По мнению А.В. Блека, «под информационным обеспечением следует понимать совокупность любых средств, позволяющих ученым с наименьшими затратами времени получать всю или по крайней мере более полную информацию, необходимую им для выполнения научной работы»1. Мы полностью согласны с этим высказыванием, так как получить всю интересующую информацию потребителем практически невозможно и поэтому в любой сфере деятельности, в том числе и в уголовно-процессуальной, следует говорить о некоторой ее достаточности (ст.ст. 11, 140, 171 УПК РФ) как необходимом условии проведения качественной работы.

По отношению к национальной безопасности В.Ф. Ницевич определяет понятие «информационное обеспечение» как «… специфический, целенаправленный и непрерывный процесс сбора (выработки и добычи), накопления и предоставления субъектом национальной безопасности информации, способной влиять не ее обеспечение, осуществляемое специально созданными институтами, органами, службами государства и общества» . Способность информации влиять на объект обеспечения раскрывается в ее значимости в зависимости от принятия тех или иных решений. Для этого в уголовно-процессуальном законодательстве предусмотрено различное назначение «данных» (см., например, ч. 2 ст. 140 УПК РФ) и «доказательств» (см., например, ч.1 ст. 171 УПК РФ)

Наиболее полное толкование и широкое толкование понятия «информационное обеспечение» предлагает Д.И. Блюменау. Он, в частности, пишет: «Под информационным обеспечением научно- исследовательских и опытно-конструкторских работ понимается комплексный, целенаправленный

1 Блек А.В. Информационное обеспечение научных исследований (На примере физиологии). -Л.: Наука. 1972. - С. 3.

Ницевич В.Ф. Информационное обеспечение национальной безопасности России: Дис. … канд. юрид. наук. -М., 1996. - С. 33.

процесс доведения информационных материалов, созданных в сфере документального, фактографического и концептуального обслуживания, до непосредственных исполнителей разработки с учетом их информационных потребностей и имеющихся информационных ресурсов (методов, средств и т.д.)» . Для уголовного процесса при таком подходе имеет существенное значение наличие информационных ресурсов, так как они достаточно специфичны, формальны и строго определены в законе. Исходя из толкования ч. 1 ст. 86 УПК РФ основным средством получения информации является производство следственных и процессуальных действий.

Для юридических наук понятие «информационное обеспечение» также не ново. Так, в криминалистике под информационным обеспечением понимаются действия по выявлению и представлению (передаче) криминалистически значимой информации ее непосредственному пользователю, в том числе лицу, осуществляющему оперативно- розыскную, следственно-дознавательскую, надзорно-прокурорскую и иные виды деятельности, сопряженные с раскрытием, расследованием и предупреждением преступлений .

На наш взгляд, последний приведенный вариант определения информационного обеспечения достаточно продуктивен. Однако недостаточно четко просматривается основная цель. Раскрытие, расследование и предупреждение преступлений, по нашему мнению, больше похоже на решаемые задачи. Использование же такой категории как «криминалистически значимая информация», мы считаем, удачным, так как в данном случае подчеркнуто то, что информация может быть различной по своему значению.

Приведенные выше определения информационного обеспечения отличает разница в полноте характеристик, и в то же время они в определенной степени дополняют друг друга. Как явствует из приведенных

1 Блюменау Д.И. Информация и информационный сервис. - Л., 1989. - С 120.

2 Криминалистика // Учебник. Под ред. Н.П. Яблокова. - М. 1995. - С. 101.

54

определений, общим для них является информационная деятельность, выраженная в информационном процессе, потребители информации
и

наличие у них информационных потребностей, а также определенная целенаправленность. Последнее возможно благодаря, во-первых, тому, что для принятия какого-либо решения необходимо использование различной по значению информации, а, во-вторых, эта информация необходима для осуществления какой-либо деятельности.

В самом общем виде информационное обеспечение всегда представляет собой специфическую деятельность, которая направлена на подготовку и доведение информации до ее потребителей.

Специфика информационного обеспечения в конкретной области применения заключается в том, что информация собирается, обрабатывается и представляется в определенной форме. А весь процесс подготовки информации направлен на создание информационных ресурсов1. Именно информационные ресурсы являются тем самым необходимым компонентом, на основе которого с помощью информационных средств потребитель может получать необходимую информацию.

Важной чертой информационного обеспечения служит то, что оно реализуется в строгом соответствии с информационными потребностями участников информационных отношений. Только в этом случае могут быть созданы условия для их эффективной деятельности.

Исходя из вышеизложенного, можно сделать вывод, что информационное обеспечение (в общем виде) - это совокупность мер, применяемых участниками информационных отношений в ходе осуществления какой-либо деятельности, направленной на
получение

1 Согласно ст. 2 Федерального Закона Российской Федерации «Об информации, информатизации и защите информации» от 25 января 1995г. информационные ресурсы - это отдельные документы и отдельные массивы документов, документы и массивы документов в информационных системах (библиотеках, архивах, фондах, банках данных, других информационных системах).

55

информации о чем-либо и создания необходимых условий для достижения конкретной цели.

Для представления об информационном обеспечении в отношении уголовного процесса необходимо определиться с понятием категории «уголовный процесс», который выступает объектом информационного обеспечения.

Исследователи по-разному трактуют понятие «уголовный процесс», подчеркивая в нем те или иные его стороны (форма деятельности, порядок отношений, система действий, юридически установленный порядок и др.).

Так, П.С. Элькинд считает, что уголовный процесс - это особый, точно регламентированный нормами права порядок возбуждения, расследования, рассмотрения и разрешения дел о преступлениях, равно как и исполнения приговоров (определений, постановлений)1.

Ключевым словом данного определения является порядок, под которым в русском языке понимается следующее: «правила, по которым совершается что-нибудь»3.

Под порядком уголовного судопроизводства П.С. Элькинд предлагает понимать «прежде всего, точно и детально упорядоченный нормами права порядок деятельности (выделено автором - З.С. как ключевое выражение) органов дознания, следствия, прокуратуры и суда по возбуждению, расследованию, рассмотрению и разрешению дел о преступлениях» .

Ряд исследователей напрямую связывает понятие «уголовный процесс» с понятием «деятельность». Однако и в данном случае нет однозначного понимания указанной категории. Так, А.С. Кобликов связывает деятельность суда, органов следствия, дознания и прокуратуры с общим направлением

Уголовный процесс. -М., 1972. - С. 10.

Ключевые слова - это полнозначные слова текста, которые используются для его координатного индексирования. Каждое ключевое слово представляет собой элемент основного смыслового содержания.

Ожегов СИ. Словарь русского языка: Около 57000слов. - Екатеринбург, 1994. -С. 489.

Уголовный процесс. - М., 1972. - С. 11.

56

(выделено автором - З.С.) по обеспечению правосудия, с тем, чтобы совершивший преступление был справедливо лаказан, а невиновный не был осужден1.

К.Ф. Гуценко в деятельность органов дознания, следствия, прокуратуры и суда включает выявление, предупреждение и раскрытие преступлений. Кроме того, он в понятие «уголовный процесс» включает возникшие в связи с этой деятельностью правовые отношения (выделено автором - З.С.) между органами и лицами, участвующими в нем .

И.В. Тыричев, подчинил деятельность по расследованию, рассмотрению и разрешению судом уголовных дел, задаче (выделено автором - З.С.) по обеспечению охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности, конституционного строя Российской Федерации от преступных посягательств3.

П.С. Элькинд исключает из определения понятия «уголовный процесс» деятельность обвинителей, обвиняемых (подсудимых), их защитников, потерпевших и других лиц, указав на их место в общем содержании уголовно-процессуальной деятельности .

М.С. Дьяченко в содержании понятия «уголовный процесс», кроме деятельности суда, вообще не рассматривает чью-либо деятельность3.

В юридической литературе имеются различные попытки определить роль и значение деятельности иных государственных, общественных организаций, должностных лиц и граждан по отношению к деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда. Так, АС. Кобликов определяет деятельность граждан и организаций
по

1 Учебник уголовного процесса. - М. 1995. - С. 8.

2 Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. - М., 1997. -С.12.

3 Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П. А. Лупинская.-М, 2000.-С. 13

4 Уголовный процесс. - М., 1972. - С. 11.

5 Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред. П.А. Лупинская. - М., 2000. - С. 13.

57

отношению к деятельности суда и предшествующей ему деятельности органов следствия, дознания и прокуратуры через категорию «с участием»1.

Наряду с этим, ряд ученых предлагают использовать слово «вовлечение» для определения характера участия иных субъектов уголовного процесса по отношению к деятельности уполномоченных законом государственных органов2;

Однако, на наш взгляд, наиболее правильно определено отношение деятельности иных государственных, общественных организаций, должностных лиц и граждан по отношению к деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда профессором К.Ф. Гуценко, который рассматривает значение деятельности всех участников уголовно-процессуальных отношений как однопорядковое, используя в определении понятия «уголовный процесс» соединительный союз «и» .

Такой подход, можно объяснить тем, что категория «с участием» указывает на некую второстепенную роль деятельности граждан и организаций. Слово «вовлекаемый» в большей степени приемлемо для характеристики деятельности указанных лиц по преступлениям публичного обвинения, тогда как по делам частного и частно-публичного обвинения, исходя из смысла ст. 20 УПК РФ, за потерпевшим сохраняется инициативный характер его волеизъявления. Кроме того, закон допускает сбор доказательств потерпевшим, обвиняемым, подозреваемым, их законным представителем, защитником (ст. 86 УПК РФ). Это говорит о достаточно активной позиции этих лиц в деятельности по отстаиванию своих, представляемых и защищаемых интересов в уголовном судопроизводстве.

1 Учебник уголовного процесса. - М., 1995. - С. 8.

2 Башкатов Л.Н., Ветрова Г.Н., Донценко А.Д., Зажицкий В.И., Шестаков В.И. Уголовный процесс. - М., 2000. - С. 2.

3 Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. - М., 1997. -С.12.

58

Мы разделяем ту точку зрения, согласно которой активность граждан в уголовном процессе в наибольшей степени и, прежде всего, проявляется в информационном обеспечении правоохранительных органов в борьбе с преступностью1. Это касается, в основном, непосредственного участия общественности в раскрытии и расследовании преступлений (при производстве следственных действий - участие лонятых; при обращении следователей, прокуроров, дознавателей - через средства массовой информации об оказании помощи населением по установлению отдельных обстоятельств дела и т.д.).

Само понятие «процесс» [от лат. processus - «течение, ход»] в русском языке понимается неоднозначно. Во-первых, - как «последовательная смена состояний в развитии чего-либо; ход, развитие какого-либо явления». Во-вторых, - как «совокупность последовательных действий, направленных для достижения определенного результата». И, наконец, - как «порядок разбирательства судебных дел; судопроизводство»2.

С точки зрения информационного подхода довольно-таки важным моментом уголовного процесса является движение информации как от одного участника уголовно-процессуальных отношений к другому, так и от стадии к стадии уголовного процесса. Именно поэтому, мы считаем, важным при характеристике уголовного процесса как деятельности придание ее содержанию информационного оттенка.

Что касается отношений (правоотношений), целей и задач уголовно- процессуальной деятельности, то их смысловое значение в определении понятия «уголовный процесс» зависит от рассмотрения его через призму понятия «информационное обеспечение», которое, как мы уже отметили выше, имеет целенаправленный характер. В уголовном процессе этой целью, исходя их смысла ст. 6 УПК РФ, является защита прав и законных интересов

Кожевников ВВ. Проблемы участия в допросе третьих лиц: юридическая теория практике // Следователь. - 1999. - № 3. - С. 4.

Большой толковый словарь русского языка. / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. -Спб., 1998. -С. 1037.

59

участников общественных поручений, пострадавших от преступлении. В законе указана также и попутная, хотя и весьма важная цель, - защита личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.

Таким образом, информационное обеспечение уголовного процесса -это совокупность мер, применяемых участниками уголовно-процессуальных отношений, направленных на добывание информации о событии совершенного, совершаемого или готовящегося преступления и создание необходимых условий (в том числе информационно-правовых) для отстаивания личных, государственных или представляемых (защищаемых) прав и интересов.

Основные черты информационного обеспечения уголовного процесса можно сформулировать следующим образом:

совокупность мер, предусмотренных действующим

законодательством;

  • меры применяются всеми участниками уголовно-процессуальных отношений;
  • используемая информация имеет процессуальное отношение к расследуемому событию;
  • информация необходима для создания условий для отстаивания личных, государственных или представляемых (защищаемых) прав и интересов.
  • В принципе, информационное обеспечение уголовного процесса сводится к тому, чтобы субъекты уголовно-процессуальных отношений своевременно получали необходимую, достоверную и полную информацию.

Рассматривая информационное обеспечение, нельзя не упомянуть о качественных и количественных характеристиках информации. Мы должны знать, как происходит передача информации, какими языковыми средствами произошла фиксация информации, в чем состоит ее содержательный ^и ценностно-полезный характер. В данном случае,
для удобства можно

60

использовать такие категории, как информационные отношения, информационный процесс, информационная система, информационный поток, информационный канал.

В юридической литературе вопрос по поводу существования информационных отношений как самостоятельного вида общественных отношений является спорным. Так, А.Б. Венгеров признает относительную самостоятельность информационных отношений и рассматривает их как один из видов общественных отношений . Г.А. Туманов считает, что «отношения по поводу информации (вплоть до права собственности на нее) существуют как всеобщее явление» .

Ряд ученых, соглашаясь с А.Б. Венгеровым о наличии в сфере управления информационных отношений, в то же время считают их частью или элементом более общих отношений, например, управленческих .

Мы придерживаемся позиции тех авторов4, которые признают право на существование информационных отношений как относительно самостоятельного вида общественных отношений. Анализ понятия «информационные отношения» требует этимологического толкования термина «отношения», который выступает в этом случае в методологической роли. В толковом словаре понятие «отношение» трактуется как «взаимная связь разных величин, лредметов, действий; .взаимное общение, связь между кем-нибудь, образующаяся из общения
на какой-нибудь почве»5. Такое

Венгеров А.Б. Право и информация в условиях автоматизации управления (Теоретические вопросы). - М., 1978. - С. 46.

Туманов А.Г. О монографии Венгеров А.Б. «Право и информация в условиях автоматизации управления (Теоретические вопросы)» // Советское государство и право. - 1979.-№ 6.-С. 176.

См.: Юсупов В.А. Право и советское государственное управление. - Казань, 1976. С. 178, Сиренко В.Ф. Организационно-правовые вопросы вычислительных центров, функционирующих в условиях АСУ. - Киев, 1976. - С. 38.

См., например: Карелов Ю.Ф. Об информационных отношениях при расследовании преступлений / Процессуальные и криминалистические проблемы предварительного следствия. - Ташкент, 1980. - С. 139.

5 Ожегов СИ. Словарь русского языка: Около 57000 слов. - Екатеринбург, 1994. -С. 408.

61

понимание, на наш взгляд, позволяет рассматривать информационные отношения с позиции, высказанной А-Б Венгеровым.

Федеральный закон Российской Федерации «Об информации, информатизации и защите информации» от 25 января 1995г. определяет некоторые понятия применительно к общим информационным отношениям.

С учетом специфики уголовно-процессуальных отношений, информационные процессы (в уголовном процессе) - это процессы сбора, обработки, накопления, хранения, поиска и распространения информации о событии совершенного преступления, осуществляемые участниками уголовно-процессуальных отношений.

Информационная система (в уголовном процессе) - это организационно упорядочная совокупность процессуальных и непроцессуальных документов (массивов документов) и информационных технологий, в том числе с использованием средств вычислительной техники и связи, реализующих информационные процессы.

Относительно информационного потока имеются определенные мнения ученых-юристов1. Понятие «поток» рассматривает в равном значении с понятием «связь», обуславливая это тем, что вне обмена веществом, энергией или информацией не может быть и связи. Само же использование категории «информационный поток» определяется исходя из необходимости и возможности структурировать информационное поле на информационные потоки в зависимости от предмета и цели исследования.

Исходя из специфики информации, поступающей лицу, производящему расследование, или в суд, можно выделить в уголовном процессе несколько информационных потоков.

См.: Евкладов Б.В. Некоторые особенности социальной информации. / О методологических проблемах общественных наук. Вып.1. -Новосибирск, 1969. - С. 70-71; Коган В.З. Человек в потоке информации. - Новосибирск, 1981. - С. 24-27, Суханов А.П. Информация в жизни человека. - М, 1983. - С. 11-14.

62

  1. Информация, которая может быть использована для решения тактических и организационных задач (согласно нашей вышеприведенной классификации, - это ориентирующая и вспомогательная информация).

  2. Ложная информация, включающая в себя информацию добросовестно заблуждающегося носителя информации, а также информация, используемая для преднамеренного введения в заблуждение.

  3. Информация, которая не имеет отношения ни к исследуемому событию, ни к процессу расследования или рассмотрения дела в суде и не оказывает явного отрицательного влияния на деятельность участников уголовно-процессуальных отношений, направленная на осуществление правосудия1.

Любой поток информации может проходить по тому или иному информационному каналу.

Под понятием «канал» следует понимать следующее: «линия связи, коммуникации; путь, средство для достижения чего-нибудь»2.

Информационный канал (в уголовном процессе) - это процессуальный или непроцессуальный путь (форма) получения информации, используемой для решения задач уголовного процесса.

Согласно ст. 86 УПК РФ, доказательства по уголовному делу могут быть представлены подозреваемым, обвиняемым, защитником, обвинителем, а также потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями. Но это не единственный канал поступления информации. На наш взгляд, каналов поступления информации в уголовный процесс может быть несколько. Они подвергаются определенной классификации. Мы предлагаем выделить в зависимости от формы закрепления информации процессуальный информационный канал и непроцессуальный информационный канал.

1 Доспулов Г.Г. Информационно-доказательственный процесс и психологические основы деятельности следователя. Автореф. докт. диссер. Санкт-Петербург. 1992. С. 28.

2 Ожегов СИ. Словарь русского языка: Ок. 57000 слов/ Под ред. Чл.-корр. АН СССР Н.Ю. Шведовой. - 18-е изд., стереотип. - М: Рус. Яз., 1986. - С. 227.

63

предлагаем выделить в зависимости от формы закрепления информации процессуальный информационный канал и непроцессу алъный информационный канал.

По мнению А.И. Гущина, процессуальные действия, совершаемые в условиях процессуальной формы, являются информационным каналом, связывающим носителя информации с уголовным процессом1.

Оперативно-розыскные меры в данном случае рассматриваются нами как частный случай получения информации по непроцессуальному каналу.

Применительно к ориентирующей информации, которую А.Р. Белкин рассматривает как критерий классификации информационных каналов, можно считать, что «основным каналом получения такой информации служат оперативно-розыскные меры, осуществляемые органом дознания»2.

Подводя итог первой главы, необходимо отметить следующее. Информационный подход в уголовно-процессуальном познании позволяет рассматривать уголовно-процессуальные отношения с точки зрения их информационного содержания. Информация, как главный атрибут информационных процессов представляет собой некую форму отражения исследуемого события. Информация в зависимости от ее значения для принятия решений в ходе расследования уголовного дела может быть использована в качестве доказательственной или иной (дополнительной). Ориентирующая и вспомогательная информация играет немаловажную роль при раскрытии и расследовании преступлений. Кроме того, особого внимания заслуживает правовая информация, благодаря которой возможен и сам уголовный процесс. Понимание информационного обеспечения невозможно без уяснения основных категорий информационной теории, таких как: информационные отношения, информационные ресурсы и т.д.

Гущин А.И. Понятие доказательств, средств доказывания и отграничения их от оперативно-розыскной информации // Следователь. - 2000. - № 6. - С. 16. 2 Белкин А.Р. Указ. раб. -С. 81.

64

Глава 2. Уголовно-процессуальное познание

и его средства

§ 1. Соотношение познания и доказывания

в уголовном процессе

Любая практическая деятельность человека основывается на познании им окружающей действительности. Познание есть процесс приобретения знаний, постижения закономерностей объективного мира1. Оно выражается в определенном отношении субъекта к объекту познания. В процессе установления этого отношения субъект овладевает объектом, получает о нем необходимую информацию, содержание которой зависит от частных задач познавательной деятельности, используемых средств и методов .

Познавательная сторона уголовного процесса постоянно находится в центре внимания ученых. Однако однозначное понимание уголовно- процессуального познания в науке до сих пор отсутствует. Наиболее важным был и остается вопрос, касающийся объемов понятий «доказывание» и «познание» в уголовном процессе. Мнения юристов по данному вопросу разделились. Одни считают, что доказывание исчерпывает пути познания” и что познание в уголовном судопроизводстве возможно «не иначе, как путем процессуального доказывания» .

Другие ученые утверждают, что познание в уголовном процессе включает в себя доказывание. Так, рассуждая о концепции «доказывание - познание» А.В. Агутин приходит к выводу, что сторонники последней гиперболизируют значение процессуальной формы, что приводит к акцентированию не познания

Большой толковый словарь русского языка. / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. - Спб.: «Норинт», 1998.-С. 891.

2 См.: Логика научного исследования. - М.: Наука, 1965. - С. 65.

3 См., например: Лузгин ИМ. Методологические проблемы расследования. - М.: Юрид. лит., 1973. - С19; Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред. Н.В. Жогина. - М., 1973. - С. 290 и др.

4 Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1976. - С. 16.

65

обстоятельств совершенного преступления, а удостоверения ее результатов. Отрицательные последствия такого подхода особенно негативно сказываются на процедуре использования фактических данных, полученных в ходе оперативно-розыскной и частно-детективной деятельности1. Часть ученых высказываются о том, что знания, относящиеся к делу, могут быть получены из непроцессуальных источников и от них отказываться не следует2.

Нам представляется, что познание в уголовном процессе намного шире доказывания. Обосновать такое утверждение мы попытаемся с информационных позиций.

Безусловно, все усилия субъектов доказывания направлены на поиск и обнаружение доказательственной информации, которая является центральной категорией при информационной трактовке процесса доказывания3. В то же время в процессе расследования и раскрытия преступлений субъект познания широко использует различную, в том числе и дополнительную (ориентирующую, вспомогательную) информацию, которая может быть использована для решения некоторых процессуальных, организационных и тактических задач.

С информационных позиций доказывание как познавательный процесс можно представить в качестве процесса извлечения, накопления, переработки, передачи и использования доказательственной информации4. Таким образом, наглядно просматривается прочная связь «доказывание - доказательственная информация». Познание же - это приобретение знаний, полученных на основе извлечения, накопления, переработки и передачи различной информации, для постижения закономерностей объективного мира.

Агутин А.В. Правовые и тактические аспекты частной сыскной деятельности. Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Н. Новгород, 1996. - С. 18.

2 Лупинская ПА. Основания и порядок принятия решений о недопустимости доказательств // Российская юстиция. - 1993. - № 11. - С. 2; Маркушин А.Г. Оперативно- розыскная деятельность - необходимость и законность. - 2-е изд., перераб и доп. - Н. Новгород, 1997. -С. 219, 140.

3 Колдин В.Я., Полевой НС. Указ. раб. - С. 35.

4 Белкин АР. Указ. раб. - С.75.

66

В.А. Образцов выделяет в познании такие элементы, как добывание, осмысление и использование информации . Но в любом случае познание находится в жесткой «сцепке» с понятием «информация», которое намного шире понятия «доказательственная информация».

Таким образом, доказывание, ограниченно связанное с доказательственной информацией, является лишь частью (безусловно, основной) уголовно-процессуального познания, которое направлено на добывание различной по значению информации.

В подтверждении хочется сослаться на мнение А.Р. Белкина, который по этому поводу пишет следующее: «Подобно тому, как доказывание не исчерпывает содержание расследования и судебного рассмотрения уголовных дел, так и доказательственная информация не является единственным видом информации, с которой имеет дело субъект доказывания» .

Мы считаем, что в криминалистике удачно, используется для характеристики процессов познания категория «криминалистически значимая информация», под которой можно подразумевать любую полезную информацию для раскрытия и расследования преступлений . Любая полезная информация может быть использована для уголовно- процессуального познания, но не любая информация способна устанавливать обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Отождествление познания с доказыванием приводит, на наш взгляд, к ошибочному представлению многих авторов о средствах уголовно- процессуального познания. В процессуальной литературе средства познания часто рассматривают, основываясь лишь на нормативной их регламентации и отождествляя их со средствами доказывания.

Мнения ученых по этому поводу можно сгруппировать следующим

Образцов В. А. Криминалистика: Курс лекций. - М., 1996. - С. 57.

2 Белкин АР. Указ. раб. - С. 81.

3 При расследовании преступлений в сферу уголовно-процессуальных отношений возможно проникновение информации, которая не имеет отношения ни к исследуемому событию, ни к процессу расследования, и не оказывает отрицательного влияний на ход расследования.

67

образом.

  1. Средствами доказывания служат источники доказательств (А.И. Винберг, М.С. Строгович, Г.М. Миньковский, Р.Д. Рахунов, И.Д. Перлов, В.М. Галкин, и др.). Так, например, М.С. Строгович называет средством доказывания источник сведений о факте .

  2. Средствами доказывания выступают способы получения доказательств, источники доказательств и собственно доказательства (Ф.Н. Фаткуллин).

  3. Средства доказывания - процессуальные действия, посредством которых получают доказательства3 (А.И. Трусов).
  4. Средства доказывания - доказательства - фактические данные, сведения о фактах (А.Р. Белкин).
  5. Нам представляется, что имеющиеся в теории уголовного процесса концепции средств доказывания являются примером узконормативного подхода к уголовно-процессуальному познанию. В действующем законе законодатель достаточно много внимания уделил вопросам допустимости доказательств, а также значению процессуальной формы. Эти вопросы чаще всего и рассматриваются в юридической литературе. Однако информационно-познавательная сторона не нашла, на наш взгляд, должного отражения в законе. Средства уголовно-процессуального познания, используемые в расследовании любого преступления, позволяют получить информацию, которая при определенных условиях может стать содержанием доказательств. Какие средства и как их использовать - вот вопросы, требующие ответов от законодателя. Используя результаты проведенных исследований по вопросам, касающимся доказывания, мы попытаемся определить средства уголовно-процессуального познания с информационных позиций.

Первая группа средств уголовно-процессуального познания может быть

1 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. - М., 1968. - С. 290.

2 Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. - Казань, 1976. - С 101

Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. - М., 1960. - С. 11. 4 Белкин А.Р. Теория доказывания. - М., 2000. - С. 10.

68

представлена как основа выводов и решений по делу и выступать в качестве самой информации.

Вторая группа средств уголовно-процессуального познания - это носители информации. Носитель существует и служит для сохранения информации о преступлении и лицо, его совершившем, во время переноса ее (информации) в пространстве .

К третьей группе средств уголовно-процессуального познания следует отнести способы, при помощи которых информация становится достоянием органов следствия, дознания, прокуратуры и суда. Свое непосредственное выражение это находит в предусмотренных уголовно-процессуальным законом действиях органа следствия, прокуратуры и суда2.

Далее мы подробнее рассмотрим каждое из указанных средств уголовно- процессуального познания.

§ 2. Требования, предъявляемые к информации, используемой в уголовном процессе

Появление в уголовном деле информации еще не означает, что следователь или суд располагает полноценными уголовно-процессуальными доказательствами, то есть пригодными для использования средствами установления обстоятельств события преступления. Прежде чем использовать собранную по делу информацию, следователь, прокурор, суд подвергают ее критическому анализу в целях выяснения доброкачественности, ибо только такая информация позволяет приобрести истинное знание.

Однако в законе ничего не сказано о требованиях, предъявляемых к качественным и количественным характеристикам информации. Упоминание

Гущин А.И. Понятие доказательств, средств доказывания и отграничения их от оперативно-розыскной информации // Следователь. - 2000. - № 6. - С. 16.

2 Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск, 1993. - С. 134.

69

же о требованиях, предъявляемых к доказательствам лишь отчасти можно распространить на их информационную природу. Кроме того, закон не содержит никаких требований, предъявляемых к иной (дополнительной) информации. Но после того, как информация (любая) оказалась в сфере уголовно-процессуальных отношений она должна обладать необходимыми юридическими свойствами. Попытаемся их определить на основе анализа действующего законодательства и разработанности данных вопросов в научной литературе.

Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности -достаточности для разрешения уголовного дела (ч. 1 ст. 88 УПК РФ).

В ст. 74 УПК РФ указано, что доказательствами признаются лишь такие сведения, которые «устанавливают (выделено - С.З.)… наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела».

Под относимостью доказательств в научной литературе принято понимать внутренне присущее доказательству свойство, в силу которого фактические данные, способные устанавливать обстоятельства, имеющие значение для правильного решения уголовного дела . Отдельные же исследователи подчеркивают, что данное свойство присуще сведениям о фактах объективно .

Учитывая вышесказанное, под относимостью информации, на наш взгляд, следует понимать связь информации с обстоятельствами дела как способность ее информировать о факте. Требование относимости, как мы считаем, распространяется одинаково как на доказательственную, так и иную (дополнительную) информацию.

Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. / Под ред. Гуценко К.Ф. -М., 1997. —С. 111.

2 Гущин АН., Ю.В. Франциферов Ю.В., Громов НА. Оценка доказательств и оперативно- розыскной информации при уголовно-процессуальном доказьгеании / Следователь. - 2001. - № 1. - С.4.

70

Ограниченность предмета познания задачами уголовного процесса предопределяет «отсев» поступающей информации, отбор только нужной информации. Другими словами, перед потоком информации всегда стоит сито, оставляющее необходимую и пропускающее не нужную по делу информацию. В качестве такого сита выступает требование относимости информации.

Иными словами, информацию, имеющую отношение к процессу расследования, можно именовать как информация, имеющая процессуальное отношение к делу.

Относимость информации, на наш взгляд, будет определяться при решении двух вопросов: 1) находился ли объект - носитель информации - во взаимодействии с устанавливаемым фактом дела; 2) располагает ли носитель в настоящее время информацией по данному факту.

Таким образом, относимость информации есть свойство информации, приобретенное ее носителем в результате взаимодействия с выясняемыми по делу фактами и обладающее способностью указывать на данный факт.

Допустимость доказательств выражается, согласно ст. 74 УПК РФ, в способности содержащихся в них сведений устанавливать обстоятельства «в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом», причем они должна быть облечены в определенную процессуальную форму: показания свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, заключение эксперта и др.

Доказательство, полученное с нарушением закона, является недопустимым, и не может быть положено в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 75 УПК РФ).

Однако, как справедливо заметил заместитель председателя Нижегородского областного суда В. Попов, не любое нарушение закона изначально предопределяет возможность признания доказательства недопустимым, а лишь то, которое непосредственно связано с установленной

71

законодателем процессуальной формой сбора и фиксации фактических данных, нарушение которой порождает неустранимые сомнения в истинности содержания доказательственной информации1.

Поэтому очень часто в юридической литературе свойство допустимости ограничивается законностью источника, методов и приемов получения сведений или как законностью источников получения фактических данных, способов их собирания и оформления3. Такое понимание допустимости обусловлено избранной двучленной концепцией доказательства (единство содержания - фактических данных и формы - порядка их закрепления).

А.А. Давлетов, рассматривая доказательства, как концепцию, включающую носитель, информацию и форму их закрепления, также считает, что допустимость доказательства складывается из доброкачественности носителя информации, законности способа их получения и соблюдения предусмотренного законом порядка применения процессуального способа закрепления информации .

Таким образом, допустимость определяется благодаря двум элементом доказательства: носителю и форме закрепления информации. Третий элемент - сама доказательственная информация свойством допустимости не обладает. По аналогии не обладает этим свойством и иная (дополнительная) информация.

О достоверности доказательств достаточно много сказано в научной литературе. Так, по мнению Л.Т. Ульяновой, достоверность доказательств - это соответствие действительности фактических данных,
полученных из

Попов В. Типичные ошибки при определении судом допустимости доказательств // Рос. юстиция. -2001.-№ 1.-С. 52.

2 Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред. Н.В. Жогина. - М., 1973. - С 229; Горский Г.Ф, Кокорев Л.Д., Элькинд ПС. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978. - С. 104.

3 Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд ПС. Проблемы доказательств… - С. 107-116.

4 Давлетов А.А. Указ. раб. - С. 89.

72

предусмотренных законом источников .

Однако не все ученые включают это свойство в понятие доказательств. Некоторые из них прямо подчеркивают, что «достоверность доказательства находится за пределами данного понятия. Фактические данные, полученные в установленном законом порядке, считаются доказательствами независимо от того, достоверны они или недостоверны»2.

А.А. Давлетов, анализируя данную ситуацию, считает, что причина исключения свойства достоверности из понятия доказательств - отсутствие в теории четкого размежевания доказательств и обстоятельств уголовного дела. В результате достоверность доказательств смешивается с достоверностью обстоятельств или, иначе говоря, ставится знак равенства между проблемой соответствия действительности информации и проблемой соответствия действительности знания, приобретенного при помощи этой информации3.

Если исходить из того, что проверка доказательства для использования по назначению происходит до того момента, когда оно будет положено в основу принимаемых по делу процессуальных решений, то рассуждение о доброкачественности доказательства теряет смысл, ибо зачем проверять доброкачественность средства, если оно уже применено.

Поэтому, на наш взгляд, только информация о существовании или несуществовании факта бывает достоверной, вероятной или предположительной, а само доказательство всегда должно быть достоверным. В том случае, когда законодатель говорит об оценке доказательства с точки зрения его достоверности (ч. 1 ст. 88 УТЖ РФ), то это требование необходимо рассматривать по отношению к содержанию доказательства, то есть к доказательственной информации.

Ориентирующая информация, как правило, носит вероятный и

Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. / Под ред. Гуценко К.Ф. - М., 1997. - С. 111.

Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость и достоверность доказательств в уголовном судопроизводстве // Сов. юстиция. - 1982. - № 3. - Сб. 3 Давлетов А. А. Указ. раб. - С. 93.

73

предположительный характер, что вытекает из смысла самого названия вида информации. Вспомогательная информация, на наш взгляд, должна отвечать требованиям достоверности, если с помощью ее устанавливаются обстоятельства, подлежащие доказыванию.

Таким образом, можно сказать, что достоверность информации - это есть свойство информации, приобретенное ее носителем в результате взаимодействия с выясняемыми по делу фактами и обладающее способностью соответствовать действительности.

В качестве объекта процессуального познания выступает не только отдельно взятое доказательство, изучаемое с позиций относимости, допустимости и достоверности, но и некоторое количество, определенная их совокупность.

Достаточность доказательств - это требование, содержащееся в законе (ч. 1 ст. 88 УПК РФ), представляющее собой «определяемую по внутреннему убеждению совокупность относимых, допустимых, достоверных доказательств, необходимых для установления обстоятельств преступления в соответствии с действительностью и вынесения обоснованных решений в процессе расследования и рассмотрения уголовного дела»1.

Действительно, каждое обстоятельство, входящее в предмет доказывания требует, как правило, не одного, а нескольких доказательств, поскольку в обосновании процессуального решения всегда необходима совокупность доказательств. Этот аспект уголовно-процессуального познания выражен в понятии «достаточность доказательств». Требование достаточности доказательств содержится в ряде норм уголовно-процессуального закона. Так, в соответствии с ч. 1 ст. 171 УПК РФ лицо привлекается по делу в качестве обвиняемого «при наличии достаточных доказательств, дающих основание для

1 Ульянова Л.Т. О достаточности доказательств // Вест. МГУ. Сер. 12: Право. - 1974. - № 6. - С. 30.

74

обвинения лица в совершении преступления».

Однако наряду с этим законодатель в обосновании иного рода принимаемых решения использует понятие «достаточность данных». Так, согласно ч. 3 ст. 11 УПК РФ «при наличии достаточных данных о том, что потерпевшему, свидетелю или иным участникам уголовного судопроизводства, а также их близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества либо иными опасными противоправными деяниями, суд, прокурор, следователь, орган дознания и дознаватель принимают в пределах своей компетенции в отношении указанных лиц меры безопасности…».

С позиций информационного подхода в данном случае можно говорить о достаточности информации, так как данные и информация являются понятийными синонимами по отношению друг к другу.

Поэтому, исходя из анализа норм Уголовно-процессуального Кодекса, можно провести различие достаточности информации и достаточности доказательств, необходимых для принятия того или иного решения. Однако, на наш взгляд, в том и в другом случае просматривается необходимый «запас прочности» информационного фундамента, который служит основой устанавливаемых по делу обстоятельств.

С методологической стороны проблема достаточности доказательств также обусловлена свойствами информации, но только доказательственной информации. На лицо разница лишь в качестве, или другими словами, в ее значении для решения задач уголовного судопроизводства.

Так, рассмотрев в открытом заседании в зале суда дело по обвинению гр. Кушныренко С.А., суд счел возможным вынести приговор, основываясь на информации, содержащейся в показаниях потерпевшего, свидетелей, в протоколах выемки, осмотра и прослушивания двух аудиокассет с записью телефонных разговоров .

1 Уголовное дело № 45607. Архив федерального суда Правобережного района г. Магнитогорска.

75

Другой пример, когда для избрания меры пресечения законодатель не требует наличия доказательственной информации (доказательств).

Следователь СУ при УВД Курчатовского района г. Челябинска, капитан юстиции Новиков В.В., рассмотрев материалы уголовного дела и учитывая, что А.А. Череповский чистосердечно раскаялся в содеянном, имеет постоянное место работы и жительства, содержит престарелую больную мать, его сестра Н.А. Зенина выразила готовность внести залог в сумме 5 тысяч рублей избрал в отношении А.А. Череповского меру пресечения, не связанную с содержанием под стражей, - залог1. Для принятия такого решения потребовалась дополнительная информации, которой оказалось достаточно, чтобы принять решение не связанное с ограничением свободы.

Таким образом, достаточность информации, на наш взгляд, выражает то количество относимой и достоверной информации, которое необходимо для установления существенных обстоятельств дела, а также принятия соответствующих решений.

Проанализировав положения закона и мнения ученых-процессуалистов, мы приходим к такому выводу, что любой информации присущи свойства относимости, достоверности, достаточности. Требование допустимости имеет отношение не к самой информации, а к ее носителю, способам получения и закрепления. Информационный подход подтвердил справедливость забытой традиции, различающей принципы относимости и допустимости доказательств на двух отличных друг от друга уровнях: информационный, на котором информация допускается в орбиту исследования, и доказательственный уровень, когда следователь, а затем и суд вправе использовать информацию в качестве доказательств для обоснования решений .

1 Уголовное дело № 17001. Архив федерального суда Ленинского района г. Челябинска.

2 Доспулов ГГ. Информационно-доказательственный процесс и психологические основы деятельности следователя. Автореф. дисс… докт. юрид. наук. - Санкт-Петербург, 1992.-С. 33.

76

§ 3. Носители информации как средства уголовно-процессуального познания

Ко второй группе средств уголовно-процессуального познания мы относим носителей и соответствующие им формы передачи доказательственной информации.

В научной юридической литературе понятия «носитель информации» и «источник информации» иногда понимаются как синонимы1. Кроме того, некоторые ученые приравнивают значение понятий «носитель информации» и «источник информации» к понятию «источник доказательств» .

На наш взгляд, понятия «источник информации» и «носитель информации» можно использовать как синонимы только при условии, если речь идет о материальном объекте, наделенном информацией. Исходя из этимологического анализа указанных категорий, можно определить их особенность, которая заключается в способности хранить информацию3. Однако, если речь идет о процессе извлечения информации, то, правильней будет говорить об «источнике информации», так как «источник» имеет еще и другое значение - выражать информацию, что трудно сказать о носителе информации.

Данные современной науки свидетельствуют, что информация всегда переносится и хранится материальными системами. Поэтому носителями и хранителями информации являются материальные предметы, процессы, вещества, которые при определенных условиях могут быть (выделено - С.З.) ее источниками4, то есть, носитель информации может при определенных условиях являться источником, тогда как источник информации всегда уже ее

1 См., например, Поляков М.П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Монография / Под науч. ред. проф. ВТ. Томина. - Нижний Новгород, 2001. - С. 94

Гущин А.И. Понятие доказательств, средств доказывания и отграничения их от оперативно-розыскной информации // Следователь. - 2000. - № 6. - С. 16.

3 Ожегов СИ. Словарь русского языка -М., 1986. -С. 222, 359.

4 Пахомов А.В. К вопросу о понятии справочных вспомогательных учетов // Следователь. - 1998. - № 5. - С. 46.

77

носитель.

На неправомерность отождествления понятий «источник информации» и «источник доказательств» указывает ГГ. Доспулов. По его справедливому замечанию, источником информации об объекте является сам объект познания следователя. Все иные объекты системы и среда, посредством которых осуществляется передача информации от источников, являются каналами связи, носителями информации. Источники же доказательств указаны в законе. Они появляются с момента «превращения» информации в доказательства по делу . Мы полностью согласны с подобным утверждением ученого.

Носителем (источником) информации может быть человек, предмет, документ, протокол. Информационная же сущность носителей выражается, прежде всего, в их способности фиксировать происходящие изменения события, при которых происходит следующее:

а) производится перекодировка информации, содержащейся в ее материальном носителе, и перенос ее на средство познания;

б) обеспечивается сохранение информации для неоднократного ее использования;

в) благодаря сохранению зафиксированной информации обеспечивается ее накопление (собирание) до пределов, выражающих полное установление предмета доказывания;

г) получает свое материальное выражение отбор информации о событии: фиксируется не вся поступающая информация, а лишь та, которая относится к предмету доказывания и является существенной с точки зрения решения задач уголовного судопроизводства, - иная (дополнительная) информация;

д) запечатлевается не только сама информация, но и информация о путях, способах и средствах ее получения (дополнительная информация) как необходимое условие ее допустимости по делу.

1 Доспулов ГГ. Указ. автореф. - Санкт-Петербург, 1992. - С. 28.

78

Множественность носителей информации, используемых в уголовно- процессуальном познании (протоколы, предметы, документы, планы, схемы, слепки, оттиск, фонограммы и т.д.), делает необходимым выявление их общих черт, то есть их классификации, которую целесообразно осуществлять по такому основанию, как способ сохранения и передачи информации. При этом имеется в виду то, что каждый носитель информации обусловлен характерным способом фиксации и приспособлен к наиболее эффективному запечатлению информации.

На первый взгляд может показаться, что данное гносеологическое основание классификации не имеет правового значения, ибо носители информации имеют много существенных черт, лежащих за его пределами (таких, например, как процессуальное положение лица, от которого обнаружена или получена информация, надежность источников, из которых извлекается информация, и т. д.).

Однако нельзя не учесть, что указанное основание является наиболее существенным, вследствие чего частично уже взято законодателем в основу подразделения доказательств на виды. И это вполне оправдано именно с правовой точки зрения, с учетом задач доказывания: оценивая и используя доказательства, субъекты доказывания обязаны учитывать наиболее общие различия в способах запечатления и передачи информации. Для дальнейшей дифференциации носителей информации законодатель использует процессуальное положение лица, дающего показания, и некоторые другие менее общие основания деления.

По названному основанию могут быть выделены четыре вида носителей информации:

  • знаковые, применяемые для закрепления вербальной, выраженной в слове информации;

  • предметные;
  • наглядно-образные;
  • 79

  • графические, применяемые для закрепления информации, выраженной в физических признаках материальных объектов.

Рассмотрим сущность применения каждого из указанных видов носителей.

  1. К знаковому виду носителей информации в первую очередь относится протокол. По ряду свойств (возможность описания любых, в том числе длительных процессов, простота изготовления и использования, отсутствие избыточной информации и т. п.) протокол следственного действия представляет собой высокоэффективное и поэтому ставшее универсальным средство запечатления.

Составление протокола - необходимое условие правильного развития процесса познания. В материалах дела должно быть зафиксировано то, что следователь непосредственно воспринял конкретные факты для того, чтобы можно было судить об условиях и результатах непосредственного восприятия и о правильности принятого на его основе решения.

Принимая в этих случаях решение, следователь, лицо, производящее дознание, опираются непосредственно на результаты наблюдения над соответствующими обстоятельствами. При этом протокол составляется, прежде всего, для последующих стадий доказывания.

На основании протокола суд воспринимает доказательственную информацию, которая послужила следователю основой для формулирования достоверного вывода об исследуемых фактах1.

Наряду с доказательственной в протоколах следственных действий можно встретить достаточно много иной (дополнительной) информации. Проведенный анализ уголовных дел показал, что в протоколах допроса содержится различного рода ориентирующая информация. Так, по уголовному делу, возбужденному в отношении гр. Штурмина А.Ф., в протоколе допроса обвиняемого содержится следующая информация: «по указанному адресу я

Громов НА., Пономаренков В.А., Гущин АН. Процессуальное закрепление представленных предметов и документов // Следователь. - 1999. - № 1. - С. 39.

80

проживаю вместе со своим братом Олегом похищенные вещи я продал

неизвестному мне мужчине на колхозном рынке протокол прочитан вслух,

записано верно»1.

Не вызывает сомнения доказательственная ценность протоколов осмотра, освидетельствования, выемки, обыска, задержания, предъявления для опознания, следственного эксперимента и др. следственных действий, если они соответствуют требованиям, установленным Уголовно-процессуальным Кодексом.

Уточнение пределов применения протокольной фиксации зависит от определения объема понятия «документ». Развиваемая в работах В. Д. Арсеньева и А. Н. Копьевой широкая трактовка документа как предмета материального мира, в котором (или с помощью которого) зафиксированы сведения о фактах, имеющих значение для дела, делает трудноразличимой грань между документом и вещественным доказательством. Такая трактовка подвергнута справедливой критике В. Я. Дороховым. Вместе с тем ученый ограничивает понятие документа лишь письменными актами, в которых мысль автора выражена словами . При таком подходе топографические карты, математические расчеты, тексты, полученные при использовании ЭВМ, нельзя считать документами, с этим, конечно, трудно согласиться.

Поэтому все большее признание в науке получает взгляд на документ как на сообщение о существенных для целей доказывания обстоятельствах, зафиксированное в материальной форме должностным лицом или гражданином, располагающими сведениями об этом обстоятельстве . Близко к этому представление о документе как об описании того или иного обстоятельства в письменном или ином акте4.

1 Уголовное дело № 53015. Архив федерального суда Ленинского р-на г. Челябинска.

2 Понятие документа в советском праве // Правоведение. - 1982. - № 2. - С. 56-59.

3 Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред. Н.В. Жогина. - М, 1973.-С. 664, 668.

4 Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд ПС. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж, 1978. - С. 190.

81

Важнейшим признаком документа, отражающим специфический способ сохранения и передачи доказательственной информации, является знаковость. Какой бы прием документирования ни применял автор, он всегда сводится к комбинированию знаков, внешне не сходных с обозначаемым предметом, явлением, но имеющих определенное значение и поэтому пригодных для описания. Системой знаков-слов является естественный человеческий язык, знаками являются топографические обозначения, математические, химические, логические символы и т. д. Обращение к знаку как понятию семиотики как нельзя лучше раскрывает специфику документа и поэтому завоевывает признание в теории доказательств1.

Кроме протоколов в уголовном процессе достаточно активно используются документы как самостоятельные носители информации.

Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации» дает понятие документа как зафиксированной на материальном носителе информации с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать.

Г.М. Миньковский предложил классифицировать документы в зависимости от характера их составления. Согласно предложенной классификации, документ может быть составлен следующим образом:

а) по поручению органов расследования и суда об обстоятельствах, имеющих значение для дела (характеристики, акты ревизий, справки и т.п.);

б) по инициативе администрации предприятий, учреждений, организаций, контрольно-ревизионных органов, органов охраны общественного порядка, общественности в связи с совершенным правонарушением (например, акт личного досмотра и досмотра вещей при административном задержании);

в) вне связи с делом, содержание которого имеет для него значение (приказы, инструкции, письма и т.п.).

Однако, на наш взгляд, в указанной классификации первые два пункта («а» и «б») можно было бы объединить под общим названием - документы,

1 Теория доказательств… Изд. 2-ое. -С. 665.

82

составленные в связи с отражением познавательного события, что в полной мере соответствовало бы альтернативному пункту «в», а сама классификация была бы проведена по тому же основанию, по которому в первой главе мы предлагали классифицировать информацию - по отношению к отражению познавательного события.

Имеется еще одно неотъемлемое качество документа: документ можно рассматривать в качестве «ворот», через которые в уголовный процесс может свободно проникать почти любая информация. Такая мысль была высказана А.А. Давлетовым и В.А. Камышиным в обосновании идеи о присутствии в системе источников доказательств «свободного» доказательства. Согласно высказанной мысли, в отличие от других доказательств, которые оцениваются формально, допустимость иных документов определяется по оценке и по усмотрению лиц, ведущих уголовное дело. «Свобода» данной формы доказательств выражена в независимости от процессуальных условностей. К тому же нельзя и регламентировать все многообразие жизни1.

Для нас важно то, что через документы в уголовный процесс наряду с доказательственной информацией проникает огромное количество иной (дополнительной) информации, которая может способствовать расследованию преступлений. С другой стороны, настораживает тот факт, что информацию в таких документах субъект уголовно-процессуального познания может использовать не по назначению.

Так, в материалах уголовного дела, возбужденного по факту причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего смерть, в основу приговора был положен рапорт сотрудника милиции, обнаружившего труп с признаками насильственной смерти . Ничего, кроме самого факта обнаружения трупа, в рапорте не содержалось, поэтому, на наш взгляд, информация об этом имеет лишь ориентирующее значение для органов дознания и
следователя и

Давлетов А.А., Камышин В.А. «Свободное» доказательство в уголовном процессе // Вестник Удмуртского университета. Правоведение. - 1998. -№ 1. - С. 91.

2 Уголовное дело № 323041. Архив федерального суда Калининского р-на г. Челябинска.

83

определяет направление проведения проверочных действий с целью обнаружения дополнительных признаков преступления. Поэтому в приговоре, на наш взгляд, не следовало бы ссылаться на этот рапорт как на документ, подтверждающий вину подсудимого.

Документальная фиксация информации о преступлениях и происшествиях может быть осуществлена вне материалов уголовного дела, но в то же время широко использована в расследовании. Так, согласно ч. 1 ст. 10 Федерального закона «Об ОРД», органы, осуществляющие оперативно - розыскную деятельность, для решения задач, возложенных на них настоящим Федеральным законом, могут создавать и использовать информационные системы, а также заводить дела оперативного учета.

Кроме того, все заявления и сообщения о преступлениях регистрируются в Книге № 1, а другая информация - в журнале учета информации, поступающей в орган внутренних дел по телефону, телеграфу, в виде срабатывания приборов охранной сигнализации и иных сигналах о происшествиях].

По результатам проведенного анализа указанных регистрационных материалов, информация, содержащаяся в Книге № 1, в среднем, в 73 случаях из 100 реализуется в виде повода к возбуждению уголовного дела, в остальных случаях в возбуждении уголовного дела было отказано. В среднем, информация, содержащаяся в журнале учета информации, лишь в 11 случаях из ста становится поводом к возбуждению уголовного дела. Это объясняется тем, что в указанном журнале фиксируется различная информация о каких-либо происшествиях, в том числе об административных проступках, несчастных случаях и т.д.

1 Приказ МВД СССР № 415 от 11 ноября 1990г. «Об утверждении Примерной инструкции о порядке приема, регистрации, учета и разрешения в органах и учреждениях внутренних дел заявлений, сообщений и другой информации о преступлениях и происшествиях».

84

  1. Предметы — носители информации в натуральном виде. В этом случае информация передается не через описание признаков объекта, а через их непосредственное представление. Размер, форма, цвет, вес и другие физические признаки предмета либо следов, оставшихся на нем, непосредственно воспринимаются последующим адресатом уголовно-процессуального познания. Так, по изученным 125 уголовным делам, связанным с хищением имущества, предметы представлялись на опознание в 97 случаях. По остальным делам предметы не представлялись на опознание из-за их громоздкости, уникальности или предшествующего случайного или преднамеренного наблюдения потерпевшими своих вещей (например, в случае задержания с поличным при совершении открытого хищения имущества).

Информационный процесс происходит и при воспроизведении признаков предмета путем изготовления физически-подобных ему моделей, т.е. слепков и оттисков. Они не воспроизводят подлинного материала объекта, его веса, цвета и некоторых других признаков, однако успешно фиксируют, сохраняют и передают истинные размеры, объем, форму и другие существенные особенности объекта.

  1. Наглядно-образные носители информации, как и предметные, применяются для сохранения и передачи информации, выраженной в физических признаках материальных объектов. Однако они существенно отличаются от предметных носителей тем, что объект не приобщается к уголовному делу в своем натуральном виде, а лишь воспроизводится в виде изображения, наглядного образа.

Следует подчеркнуть отличие этого вида носителей информации от знакового. Знаковый носитель информации предполагает описание предмета с помощью слов или иных знаков, которые не имеют черт внешнего сходства с обозначаемым предметом.

Наглядно-образные носители, хотя и неспособны передать натуральные параметры и объем предмета, представляют собой его изображение, сходное с оригиналом в предметно-пространственном отношении,
воспроизводящее

85

такие его существенные черты, как форма, составные элементы, их соотношение и т. д. К наглядно-образным носителям информации относятся фотографии, кинофильмы, а также рисунки и рисованные портреты.

При осмотре места происшествия, как правило, присутствует специалист, который в случае необходимости производит фотосъемку следов преступления. Однако анализ уголовных дел и практики расследования преступления показал, что не всегда это делается. Причины, по которым в уголовных делах отсутствуют фототаблицы к протоколам осмотров мест происшествия, могут быть следующие: 1) на месте происшествия не осталось следов преступления либо из-за большого промежутка времени от момента совершения преступления до его обнаружения, либо в результате осмотра следов совершенного преступления не обнаружено (чаще всего это такие преступления, как хулиганство, грабеж и т.д.); 2) технические, например, низкое качество фотоматериалов и др.

  1. Графические носители информации представляют собой планы и схемы. По способу сохранения и передачи информации они занимают промежуточное место между знаковыми и наглядно-образными носителями. Планы и тем более схемы всегда условны, поскольку воспроизводят лишь некоторые пространственные характеристики предмета. Так, на масштабных планах могут быть зафиксированы границы и размеры места происшествия, контуры предметов и т. п. Однако степень физического подобия здесь значительно ниже, чем у наглядно-образных носителей. Схематичность этих носителей, использование топографических и иных условных знаков приближают их к протокольной фиксации.

На практике схемы составляются достаточно редко, небрежно и неточно. Анализ уголовных дел показал, что очень часто схемы составляются от руки, иногда даже прямо в протоколе (например, в протоколе осмотра места происшествия), не указывается масштаб, ориентирование по отношению к сторонам света и т.д., что, безусловно, приводит к определенным информационным потерям.

86

Рассмотренные носители информации различаются степенью адекватности отображения. По мере перехода от знаковых носителей к графическим, от графических к наглядно-образным, от наглядно-образных к предметным адекватность повышается.

Единое основание деления носителей информации налицо: это способ сохранения и передачи информации. Отсутствует и пересечение классификационных групп: наглядно-образный вид носителей, будучи изображением материального объекта, не охватывает предметный вид — представления объекта в натуральном виде (и наоборот).

Графические носители действительно можно считать частью протокола следственного действия.

Рассмотренные носители информации обычно применяются в комплексе. Например, к протоколу могут быть приобщены не только слепки следов орудий взлома, но и фотоснимки, изображающие эти следы. При проведении следственных действий, в основе которых лежит восприятие материальных объектов и одновременно сообщений (предъявление для опознания, проверка показаний на месте), может применяться комбинация изображения и звука, то есть сочетание знакового и наглядно-образного носителей.

С учетом изложенного представляется ошибочной рекомендация распространить на слепки и оттиски режим документов. Такая рекомендация не соответствует природе этих объектов, которые передают информацию не с помощью знаков, а непосредственно своим размером, формой, объемом. Трудно возражать ученым, рассматривающим слепки и оттиски в качестве производных вещественных доказательств . Хранение и использование слепков и оттисков в режиме документов (ст. 84 УПК РФ) не обеспечивает их должной сохранности. И наоборот, распространение на них режима вещественных доказательств (ст. 81 УПК РФ) послужит эффективной гарантией сохранения «вещной» информации.

1 См. Теория доказательств… Изд. 2-ое. - С. 642-644.

87

Предложенный выше критерий дифференциации способов сохранения и передачи информации достаточно определенно указывает на различия предметных и наглядно-образных носителей информации. Фотографирование — качественно иное запечатление информации, чем приобщение предмета или его физически подобной модели к делу. Да и какую пользу принесет практике распространение на подобные фотоснимки требований, относящихся к вещественным доказательствам: описать их в протоколе, приобщать к делу особым постановлением и т. д.?

При определении доказательственной ценности фотоснимков, фиксирующих результаты следственного действия, нельзя упускать из вида, что объектом запечатления являются не только вещественные доказательства. Путем фотосъемки фиксируется также обстановка места происшествия, условия и ход опыта при следственном эксперименте, группа объектов, предъявляемых для опознания, особенности местности, на которой происходит проверка показаний, тайники, в которых хранились изъятые при обыске предметы и т. д. По-видимому, доказательственная ценность фотоснимков должна определяться общими типичными особенностями этого способа запечатления, а не особенностями отдельных изображаемых на них предметов.

Небезупречна и трактовка фото- и киноизображений как свето-документов. Помимо уже отмеченных ранее различий между знаковыми и наглядно- образными носителями информации, следует подчеркнуть такой в данном случае специфический признак фиксации, как ее объективность. В отличие от документа фотоснимок и кинофильм не содержат мысленного преобразования «вещной» информации в систему знаков. Фотоснимок и кинофильм объективно отображают материальный объект с помощью оптических средств. Субъективный момент присутствует и здесь в виде определения точки съемки, отбора для съемки соответствующих эпизодов следственного действия. Тем не менее отражательный процесс при фото- киносъемке протекает по схеме, исключающей сознание человека.

88

Совершенно обоснованно к числу документов следует отнести звукозапись. И в протоколе, и в фонограмме информация выражена в знаке-слове и в знаковых сочетаниях-фразах. Однако существенное своеобразие отмечается и здесь: в отличие от протокольной записи знаки-слова фиксируются не в буквенной форме, а в переменном намагничивании ленты, изменении рельефа грампластинки и т.д. И в этом случае фиксация не сопровождается мысленной переработкой информации, поступающей к следователю, как это бывает при протоколировании показания. Эти особенности привели к тому, что для изготовления фонограмм правила протокольной фиксации оказались неприменимыми, в связи с чем законодатель установил особую процедуру звукозаписи (ч. 5 ст. 166 УПК РФ).

С учетом сказанного нельзя признать бесспорным и широко распространенное в правовой литературе суждение о том, что фотографии, фонограммы, кинокадры являются частью протокола следственного действия. Очевидны различия в физической природе сигнала, передающего информацию: письменные знаки в протоколе, участки намагничивания в фонограмме, участки различного помутнения эмульсии на фотоснимке и киноленте. Кроме того, изображения, то есть наглядные образы объекта, не могут быть частью протокола - знакового описания. Нам представляется, что протокол и приложения к нему образуют достаточно сложное сочетание различных средств фиксации. При наличии протокола эти средства фиксации выступают в качестве дополнительной гарантии объективности и полноты запечатления информации, не являясь частями друг друга Протокол и приложения к нему составляют как бы комплексное доказательство, элементы которого, фиксируя полученную информацию с помощью различных средств, взаимно дополняют и обогащают друг друга.

Однако, на наш взгляд, все-таки недостаточно указать в законе на доказательственное значение материалов, полученных в результате применения научно-технических средств, как предлагают некоторые ученые- юристы. Правовая регламентация факультативных средств фиксации должна быть более

89

дифференцированной и, в частности, учитывать описанные выше различия в формах сохранения и передачи информации.

Чтобы информация могла быть использована в уголовно-процессуальном познании, ее следует собрать, выделить из всей существующей информации, то есть получить как средство уголовно-процессуального познания. Способы собирания информации мы рассмотрим далее.

§ 4. Способы собирания информации

О сборе информации в законе ничего не сказано. Согласно ст. 85 УПК РФ доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств.

В юридической литературе чаще всего идет полемика по поводу способов собирания доказательств. Так, например, А.И. Винберг рассматривал собирание доказательств как «совокупность действий по обнаружению, фиксации, изъятию и сохранению различных доказательств»1. A.M. Ларин рассматривает в качестве самостоятельных стадий процесса доказывания поиск, обнаружение доказательств и их закрепление (фиксирование) , и И.Б. Михайловская -обнаружение, собирание и закрепление доказательств .

Некоторые авторы говорят об информационных процессах при собирании доказательств. Так, АР. Ратинов применительно к понятию собирание доказательств рассматривает обнаружение и получение (извлечение) содержащейся в них информации4, С.А. Шейфер - отыскание, восприятие и закрепление доказательственной информации3.

Однако мы придерживаемся точки зрения А.Р. Белкина, согласно которой

1 Винберг А.И. Криминалистика. Раздел 1. Введение в науку. - М., 1962. - С. 16-17.

2 Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. - М, 1966. - С. 43.

3 Уголовно-процессуальные основы деятельности органов внутренних дел. - М., 1968. - С. 62.

4 Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 300.

5 Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М., 1981. -С. 18;

90

субъект уголовно-процессуального познания на данной стадии «фактически имеет дело не с доказательствами, а с фактическими данными… о доказательственном значении обнаруженных данных можно судить только после их исследования»1. Событие преступления не рождает и не оставляет готовых доказательств2. Некоторые ученые процессуалисты высказываются за формирование доказательств3.

Исходя из того, что доказательства в готовом виде в природе не существуют вполне уместно, на наш взгляд, говорить о формировании доказательств, в котором процесс собирания, проверки и оценки доказательственной информации имеет первостепенное значение.

В зависимости от особенностей протекания события преступления оставленные им следы могут иметь достаточно большой объем информации. Информационный процесс, представляющий собой перенос информации со следов преступления на те носители, которые в дальнейшем приобретут статус материалов уголовного дела, никак нельзя назвать сбором доказательств. Деятельность, направленная на выявление и фиксацию информации о преступлении - это только собирание информации в установленном законом порядке. Такая деятельность в принципе характерна для стадии возбуждения уголовного дела.

Кроме того, собирание информации, при определенных условиях, на наш взгляд, может стать первоначальным этапом в формировании доказательств. Одним из таких действий может быть получение образцов для сравнительного исследования. Указанное следственное действие необходимо для проведения сравнительного исследования (ст. 202 УПК РФ), что предполагает собой целенаправленное получение доказательств. В
данном случае собирание

1 Белкин А.Р. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. - М., 2000. - С. 140.

2 Доспулов ГГ. Информационно-доказательственный процесс и психологические основы деятельности следователя. Автореф. дисс… докт. юрид. наук. - Санкт-Петербург, 1992.-С. 13-14.

3 См.: Хмырев А.А. Косвенные доказательства. - М., 1979. - С.5, Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М., 1981. - С.5.; Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание: Учебное пособие. - Ижевск, 1993. - С. 91.

91

информации является неотъемлемой частью доказывания.

Сбор информации может осуществляться в зависимости от выбранного способа. Само понятие «способ» означает «действие или систему действий, применяемых при исполнении какой-либо работы, для осуществления чего- нибудь»1.

Мы считаем, что способ собирания информации в рамках уголовно- процессуального познания - это действие, направленное на добывание информации, используемой в дальнейшем для принятия как процессуального, так и тактического решения.

Способы собирания информации для удобства их рассмотрения можно классифицировать. В зависимости от непосредственного или опосредованного характера добывания информации их можно разделить на две группы.

0 непосредственном характере добывания информации свидетельствует такой способ собирания, как обнаружение.

Информация может быть обнаружена любым участником уголовного процесса. Для такой ситуации законодатель предусмотрел дополнительную процедуру обращения с ней - представление или истребование (ст. 86 УПК РФ). Это необходимо для того, чтобы обнаруженная информация оказалась в поле зрения властных участников уголовного судопроизводства и использовалась ими в дальнейшем наравне с другой информацией, находящейся в материалах уголовного дела.

Представление и истребование информации являют собой формы такого опосредованного способа собирания информации, как получение.

Истребование и представление различаются между собой в зависимости от того, кому принадлежит инициатива осуществления процедуры передачи информации. Для истребования характерна ситуация, когда субъект уголовно-процессуального познания инициативно требует от других лиц и организаций представления материалов, имеющих значение для дела, а также поручает соответствующим органам производство специальных
исследований с

1 Ожегов СИ. Словарь русского языка. - М, 1986. - С. 658.

92

представлением актов, справок, а также получение образцов для сравнительного исследования1. Для представления - когда участники уголовного процесса, организации, учреждения, а также граждане по своей личной инициативе представляют предметы и документы с информацией, имеющей процессуальное отношение к делу.

Кроме того, нам представляется, что характер восприятия информации может служить критерием для формирования еще одной классификации способов собирания информации.

Во-первых, это единоличное восприятие субъектом уголовно- процессуального познания поступающей информации. Это происходит, как правило, при производстве таких следственных действий, как допрос, освидетельствование, получение образцов для сравнительного исследования и только в тех случаях, когда лицо, производящее расследование самостоятельно, без приглашения специалистов, понятых и других участников уголовного судопроизводства, осуществляет процессуальную деятельность.

Во-вторых, это собирание информации субъектом уголовно- процессуального познания с привлечением отдельных лиц. Так, следователь вправе привлекать к участию в следственных действиях, а значит и в собирании информации специалиста (ч. 1 ст. 168 УПК РФ), должностное лицо органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность (ч. 7 ст. 164 УПК РФ). Таким образом, это касается тех случаев, когда субъекту уголовно-процессуального опознания затруднительно (или невозможно) самостоятельно осуществлять сбор информации.

В-третьих, это привлечение информации, собранной (обнаруженной или полученной) в ходе осуществления иной, относительно автономной деятельности. В ходе собирания такой информации субъект уголовно- процессуального познания, как правило, не присутствует. Прежде всего, это относится к привлечению информации, собранной в ходе проведения судебной

Николюк ВВ., Кальницкий ВВ., Шаламов В.Г. Истребование предметов и документов в стадии возбуждения уголовного дела. - Омск, 1990. - С. 20.

93

экспертизы или оперативно-розыскных мероприятий. Привлечение такой информации может происходить как в форме представления, так и в форме истребования.

Понятие «привлечение» очень точно, на наш взгляд, отражает характер одного из способов собирания информации. «Привлечь» в буквальном смысле означает «примкнуть к чему-нибудь; взять, использовать для какой- либо цели»1.

Привлечение информации можно охарактеризовать как процесс, протекающий от принятия решения о проведении тех или иных мероприятий для относительно автономного получения информации до ее использования в принятии процессуальных решений, когда иными средствами невозможно обеспечить защиту прав и законных интересов участников уголовно-процессуальных отношений. Привлечение информации может сопровождаться использованием специальных средств, методов, научных исследований, а также путем привлечения большого количества людей.

Таким образом, способы собирания информации можно рассматривать в зависимости от принятой той или иной классификации.

При любой выбранной классификации такие элементы, как фиксация, изъятие и закрепление информации, больше походят на условия, нежели на способы собирания информации, так как условия - это «правила, установленные в какой-нибудь области жизни, деятельности» . Применительно к уголовно-процессуальной деятельности соблюдение правил фиксации и закрепления информации позволяет говорить о допустимости тех или иных способов собирания информации.

Мы подробнее остановимся на способах собирания информации с тем, чтобы детально проследить механизм информационного обеспечения уголовного процесса.

1 Большой толковый словарь русского языка. / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. - СПб.: «Норинт, 1998. - С. 972.

2

Ожегов СИ. Словарь русского языка. - М., 1986. - С. 728.

94

Итак, согласно первой предложенной нами классификации, к непосредственному способу собирания информации мы относим ее обнаружение.

Понятие «обнаружить» имеет несколько значений в русском языке, наиболее приемлемое для уголовного процесса, на наш взгляд, имеет такое толкование этого слова, как «сделать явным, видимым, отыскать, раскрыть» . Отсюда обнаружение информации можно определить как способ собирания информации, выражающийся в ее отыскании, выявлении, обращении внимания на ту информацию, которая в дальнейшем может стать доказательственной информацией (доказательствами) или может служить иной (дополнительной) информацией, способствующей принятию процессуальных и иных решений.

Обнаружение информации в уголовном процессе имеет различные формы. Так, согласно ст. 143 УПК РФ, сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источниках, чем указанные в статьях 141 и 142 УПК РФ, принимается лицом, получившим данное сообщение, о чем составляется рапорт об обнаружении признаков преступления. Таким образом, рапорт является своего рода юридическим актом реагирования на обнаружение информации о преступлении.

Соответствующая информация содержится, как правило, уже в самом сообщении (поводе) о совершенном или готовящемся преступлении.

В уголовном процессе информация в качестве сообщения о преступлении может быть обнаружена органом дознания, следователем, прокурором и судом в ходе осуществления уголовно-процессуальной деятельности. Информацию, на наш взгляд, может также обнаружить и любой другой участник уголовного процесса и даже любой гражданин.

Обнаружение информации в большей степени проявляет себя при производстве таких следственных и судебных действий, как осмотр (ст.ст. 176, 287 УПК РФ), обыск (ст. 182 УПК РФ), выемка (ст. 183 УПК РФ), освидетельствование (ст. 179, 290 УПК РФ), при которых лицо производит эти

1 Ожегов СИ. Указ. раб. - С. 369.

95

следственные действия именно с целью обнаружения следов преступления, то есть информации, находящейся на определенных носителях. В указанных статьях закона законодатель, на наш взгляд, достаточно верно обозначил цели проведения данных следственных действий. В данном случае нельзя говорить об обнаружении доказательств, так как нельзя заранее знать значение предполагаемого объекта или документа, подлежащего обнаружению. Обнаружение информации как нельзя лучше определяет характер производства этих следственных действий.

В процессуальной литературе вопросы, связанные с производством следственных действий, достаточно глубоко и всесторонне освещены1. При этом высказано много заслуживающих внимания предложений как по совершенствованию правового регулирования некоторых следственных действий, так и относительно практики их применения2. В силу сказанного нет необходимости в данной работе останавливаться на подробной характеристике всех указанных выше следственных действий и раскрытии их роли в собирании и исследовании доказательственной информации.

Следует лишь заметить, что в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации по сравнению с УПК РСФСР законодатель исключил из перечня следственных действий задержание, наложение ареста на имущество. И это не случайно. Следственные действия (на наш взгляд) - это совершаемые следователем (дознавателем) по уголовному делу процессуальные действия, направленные на обнаружение, получение и проверку доказательственной информации. Не вызывает сомнений исследовательский характер следственных действий, тогда как другие процессуальные действия имеют исключительно

См.: Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. - М., 1981; Следственные действия: Учебное пособие. //Под ред. Б.П. Смаргоринского. - М., 1994; Гинзбург А.Я. Опознание в следственной, оперативно-розыскной и экспертной практике. - М., 1996; Рыжаков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. Учебное пособие. -Тула, 1996.

2 Виницкий Л.П. Теория и практика освидетельствования на предварительном следствии. - Караганда, 1982.; Казинян Г.С, Соловьев А.Б. Проблемы эффективности следственных действий. - Ереван, 1987.; Николюк В., Кальницкий В. Применение статьи 51 Конституции РФ в уголовном судопроизводстве // Законность. - 1997. - № 8. - С. 14-18.

96

обеспечительную функцию. Задержание и наложение ареста на имущество производятся с целью обеспечения нормального хода расследования и возмещения причиненного ущерба, соответственно, поэтому более правильно их считать процессуальными действиями.

Каждый вид информации и его материальные носители для своего извлечения требуют выполнения определенного следственного действия и соответствующих операций со стороны следователя. Ученые справедливо считают, что перечень следственных действий, приведенный нами выше, будет расти по мере обнаружения новых способов обнаружения и извлечения информации .

Однако нельзя увлекаться введением новых следственных действий, если можно обойтись традиционными, устоявшимися, имеющимися в законе следственными действиями. Вот тому пример.

Обыск, связанный с извлечением компьютерной информации, имеет ряд особенностей. Некоторые авторы считают, что из-за своеобразия тактики самого обыска, а также технических средств, применяемых для обнаружения и изъятия информации, хранящейся на физических носителях или в оперативной памяти компьютера, можно выделить новый вид обыска - обыск средств компьютерной техники . Это, возможно, и верно, если речь идет непосредственно как бы об «обыске памяти компьютера». Хотя этот вид обыска, собственно говоря, практически всегда является частью традиционного обыска.

При проведении обыска по делам, связанным с необходимостью извлечения компьютерной информации, идет обычный активный поиск и изъятие объектов, в том числе информации, представляющей интерес для дела. Особенностями здесь являются следующие: характер информации, место ее

Алексеев Н.С. Доказывание и его предмет в советском уголовном процессе. / Актуальные проблемы советского государства и права в период строительства коммунизма -Л., 1967.-С. 433.

2 См., например, Комиссаров В., Гаврилов М., Иванов А. Обыск с извлечением компьютерной информации // Законность. - 1999. - № 3. - С. 12.

97

хранения и способ изъятия. Еще перед началом обыска следователь должен четко представлять себе, что и где надо искать, а также принять решение о форме изъятия компьютерной информации. От этого будет зависеть тактика обыска, а также состав лиц, в том числе и специалистов.

Существует два способа изъятия компьютерной информации: изъятие всех обнаруженных средств компьютерной техники с последующим изучением имеющейся на ней информации или изучение всей компьютерной информации непосредственно во время обыска с последующим изъятием только представляющей интерес для дела.

Каждый способ имеет свои позитивные и негативные стороны. Изъятие всех средств компьютерной техники ускоряет сам процесс обыска, дает возможность направить все силы на поиск иных материальных следов, имеющих отношение к расследуемому преступлению (документы, технические средства тиражирования, упаковки, полиграфические наклейки и т.д.), снижает психологическую нагрузку на граждан; не требует привлечения высококвалифицированного специалиста в области компьютерных технологий к непосредственному участию в обыске, так как грамотное изъятие средств компьютерной техники вполне доступно и специалисту средней руки.

К несомненным достоинствам такого подхода можно отнести и возможность в последующем более детально, привлекая необходимых специалистов, изучить всю информацию, имеющуюся в памяти компьютера. Это практически исключает возможность необнаружения даже профессионально скрытой информации.

Но, с другой стороны, иногда существуют чисто технические сложности изъятия всех средств компьютерной техники (объединение в разнообразные сети, возможность потери информации при отключении и т.п.) или такое изъятие просто нецелесообразно.

Также следует помнить, что выход из строя компьютерных систем банков и ряда предприятий может привести к полной дезорганизации их работы и значительным материальным убыткам, что грозит претензиями пострадавших

98

организаций.

Поэтому иногда рекомендуется применять второй способ: изъятие информации со средств компьютерной техники непосредственно в ходе обыска. В таких случаях в целях снижения вероятности необнаружения скрытой информации или ошибок непосредственно при снятии информации в обязательном порядке необходимо привлекать специалистов в области компьютерной техники и информатики: программиста, системного аналитика, инженера по сетевому обслуживанию.

Особенность данной ситуации - ограниченность во времени. Поэтому крайне важно привлечь именно высококвалифицированного специалиста и правильно его сориентировать относительно информации, которая может иметь значение для того или иного дела.

Второй важный момент - наличие необходимых средств снятия информации технических средств, например, переносного компьютера, дискет и т.п. В некоторых случаях оптимален компромиссный вариант, когда выделяется для изъятия один компьютер, отсоединяется от сети и на него осуществляется дополнительно копирование обнаруженной и подлежащей изъятию информации1.

Помимо всего прочего, на наш взгляд, понятые, присутствующие при проведении обыска, должны обладать хотя бы средними знаниями в области компьютерных технологий для того, чтобы быть в состоянии удостоверить факт, содержание и результаты действий, при производстве которых они присутствуют.

На стадии возбуждения уголовного дела могут быть получены объяснения от различных лиц. Уголовно-процессуальный кодекс не содержит никаких требований к порядку получения объяснений, однако на большинство вопросов получение объяснения, на наш взгляд, аналогично проведению допроса как следственного действия (например, порядок получения объяснения

1 Исаева Л. Обыск: роль специалиста // Законность. - 2001. - № 6. - С. 18-19.

99

с несовершеннолетнего, способ фиксации информации полученной от лица, представляющего интерес для расследования, порядок удостоверения правильности оформления документа и т.д.).

Чаще всего информация, содержащаяся в объяснении, является лишь ориентирующей. Однако, если лицо, предоставившее объяснение, по каким- то причинам не сможет дать показания при допросе после возбуждения уголовного дела, то ранее составленное объяснение, по нашему мнению, будет иметь статус документа как доказательства, а информация, полученная как ориентирующая, будет иметь доказательственное значение. Поэтому правильно, на наш взгляд, поступил следователь СУ при УВД Ленинского р-на г. Челябинска Г.М. Сиротенко, который по уголовному делу, возбужденному по факту причинения вреда средней тяжести гр. Осиповой А.П., положил в основу предъявленного обвинения гр. Сычеву О.М. данные, содержащиеся в объяснении потерпевшей, которая к моменту возбуждения уголовного дела скоропостижно скончалась .

Обнаружение имеет такое уникальное свойство, как непосредственность, которое проявляется в том, что лицо, производящее расследование или рассмотрение уголовного дела в суде лично воспринимает информацию’ о событии преступления. Ярким подтверждением тому является производство судебных действий (осмотр местности и помещений - ст. 287 УПК РФ, освидетельствование - ст. 290 УПК РФ и др.), которые, возможно, дублируя действия, проводимые на досудебных стадиях, производятся судом с целью личного восприятия информации из первоисточника.

После обнаружения информации происходит ее фиксация всеми возможными средствами на материальные носители. Фиксация предполагает перенос информации с одного объекта на другой. Как известно, всякая передача, перенос информации неизбежно сопровождается ее потерей. Поэтому задача лиц, осуществляющих фиксацию информации, - применять наиболее эффективные способы фиксации, адекватно закрепляющие
происходящее

1 Уголовное дело № 632101. Архив федерального суда Ленинского р-на г. Челябинска.

100

событие.

Изъятие информации преследует цель - обеспечить возможность использования информации вместе с тем ее первоначальным носителем. Если по каким-то причинам (например, громоздкие размеры, значительный вес) объект не возможно изъять в натуральном виде, то применяются способы фиксации.

Достаточное количество ориентирующей информации можно почерпнуть в обстановке, находящейся за рамками процессуальных действий, а также в ходе проведения процессуальных действий в тех случаях, когда такая информация по каким-то причинам не нашла документального отражения. Например, информация, почерпнутая в результате наблюдения следователя за реакцией допрашиваемого, вызванной поставленными вопросами, за особенностями его поведения, за тем, как он держится на допросе, в каком состоянии находится его одежда, а также сведения, содержащиеся в доверительных сообщениях каких-либо лиц, как говорится, не для протокола, не желающих фигурировать по делу.

Ориентирующая информация такого характера, как правило, не фиксируется в материалах уголовного дела, но может быть использована для получения более полного представления о личности наблюдаемого человека.

Поэтому следует сделать вывод, что не вся информация, используемая в расследовании, подлежит документированию. Определенная информация откладывается в подсознании субъекта уголовно-процессуального познания и используется им для дополнительной ориентации при решении некоторых вопросов.

Опосредованное получение информации о совершенном преступлении должно быть простым, свободным от формальностей, могущих затруднить обращение граждан и организаций к органам государства. Процедура пополнения уже полученных данных также не должна быть чрезмерно сложной, требующей длительных затрат времени.

Профессиональные и своевременные меры, принятые следователем и

101

работниками ОРД, позволяют получить очень много крайне важной информации, причем возможность получить ее обратно пропорциональна количеству времени, прошедшего с момента совершения преступления до начала следственных действий .

Получение информации, как мы уже отмечали ранее, может происходить в форме истребования и представления информации.

Представление информации мы рассматриваем как форму получения информации, которая характеризуется тем, что инициатива о представлении информации исходит от лица, во владении которого она находится, кроме того, получатель информации до момента представления не знает о ее нахождении или существовании.

Представление информации в уголовном процессе обращено, как правило, к лицу, в чьем производстве находится уголовное дело, и это понятно, так как ему предстоит принимать важные процессуальные решения.

Представление информации в уголовном судопроизводстве может быть выражено прежде всего следующим образом: 1) получение информации в качестве поводов и оснований для возбуждения уголовного дела; 2) получении доказательственной информации на различных материальных носителях (вещи, ценности, документы и т.д.); 3) получении жалоб, заявлений, справок, рапортов, содержащих различную по значению информацию и т.д.

Как правило, информация о преступлении исходит от лиц и организаций в добровольном порядке, но для некоторых должностных лиц направление сведений о совершенном преступлении является обязанностью. Так, персонал лечебных заведений обязан немедленно сообщать в органы внутренних дел о всех случаях обращения за медицинской помощью по поводу ножевых и огнестрельных ранений, а также причинения иного вреда здоровью, если есть основания полагать, что он связаны с преступлением.

Мы согласны с мнением Г.М. Миньковского о том, что правила

1 Сотов А.И. Методические основы расследования убийств, совершенных организованной преступной группой // Следователь. - 1998. - № 5. - С. 53.

102

собирания доказательств учитывают особенности возникновения, сохранения, передачи, восприятия, закрепления каждого вида информации1. Так, Инструкция о порядке представления результатов ОРД следователю, дознавателю, прокурору и в суд содержит требования, распространяющиеся на представление только доказательственной информации .

Познавательная ситуация на стадии возбуждения уголовного дела характеризуется значительной информационной неопределенностью . Получение первичной информации о преступлении, как правило, выражено в качестве повода к возбуждению уголовного дела, предусмотренного п. 1 или 2 ч. 1 ст. 140 УПК РФ. Такая информация подлежит проверке уголовно- процессуальными и оперативно-розыскными средствами и оценке со стороны лиц, правомочных принимать уголовно-процессуальные решения.

Ведомственные нормативные акты Министерства внутренних дел в отличие от федеральных законов достаточно подробно регламентируют порядок получения информации властными субъектами уголовно-процессуального познания.

Согласно Приказу МВД СССР № 415 от 11 ноября 1990г. «Об утверждении Примерной инструкции о порядке приема, регистрации, учета и разрешения в органах и учреждениях внутренних дел заявлений, сообщений и другой информации о преступлениях и происшествиях», информация о преступлениях и происшествиях подразделяется в зависимости от формы поступления на две группы:

  • заявления и сообщения о преступлениях, поступающие в органы внутренних дел и являющиеся в соответствии с уголовно-процессуальным законом поводом к возбуждению уголовного дела;

  • другая информация о преступлениях и происшествиях.

Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. Изд. 2-е, перераб. и доп. - М, 1997. - С. 142.

См. Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. - М., 2000. - С. 106-115. 3 Зинатуллин 3.3. Указ. раб. - С. 96.

103

В силу принципа публичности (ст.ст. 20, 21 УПК РФ) следователь, дознаватель и прокурор не вправе оставить без внимания ни один сигнал о совершенном преступлении, реагируя на него с максимальной активностью и быстротой. Активность реагирования при этом несовместима с возложением на заявителя обязанности обосновать наличие признаков преступления. Быстрота реагирования обеспечивает реальную возможность раскрыть преступление по сохранившимся следам1.

Такая информация вне зависимости от места и времени их совершения, а также полноты сообщаемых сведении принимается в любом органе внутренних дел круглосуточно штатными дежурными, их помощниками или работниками, назначенными на дежурство в установленном порядке.

Заявления и сообщения о преступлениях и происшествиях, поступившие в канцелярию (секретариат) органа внутренних дел по почте, телеграфу, от нарочных и т.д., регистрируются по общим правилам регистрации входящей корреспонденции, о них докладывается начальнику органа внутренних дел или лицу, его заменяющему, которое в зависимости от содержания информации дает письменное указание о регистрации заявления или сообщения в дежурной части и принимает решение о порядке его проверки. Передача такой информации для проверки и исполнения без регистрации в дежурной части категорически запрещена.

Данная информация может быть реализована в качестве поводов к возбуждению уголовного дела в виде заявления, явки с повинной или сообщения о совершенном или готовящемся преступлении, полученного из других источников (ст. 140 УПК РФ). Факт получения информации о совершенном или готовящемся преступлении оформляется рапортом об обнаружении признаков преступления.

В результате анализа архивных уголовных дел мы выявили, что на заявления приходится около 70% от всех поводов к возбуждению уголовных

1 Зинатуллин 3.3. Указ. раб. - С. 96.

104

дел, тогда как на рапорта - около 25%, а на явку с повинной - не более 3%.

Вопрос о представлении информации, полученной в результате оперативно-розыскной деятельности, заслуживает особого внимания, так как является одним из актуальнейших в настоящее время.

В Федеральном законе «Об оперативно-розыскной деятельности» говорится о результатах ОРД. Однако не вызывает сомнений то, что в функциональном плане результат ОРД представляет собой в первую очередь информационный продукт1. Не всякая информация является результатом ОРД, тогда как результат ОРД это всегда информация с тем лишь отличием, что она формализована путем фиксации в оформленных оперативно-служебных документах . Авторы комментария к закону РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» предлагают под представлением результатов оперативно-розыскной деятельности в орган дознания, следователю или в суд, в производстве которого находится уголовное дело, их представление для использования в качестве доказательств . Поэтому далее, представление результатов ОРД с информационных позиций можно рассматривать как представление оперативной информации, имеющей доказательственное значение.

Представление указанной информации имеет строго определенный порядок, регламентированный Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности», а также Инструкцией «О порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд», утвержденной приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России, ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998г. № 175/226/336/201/410/56.

1 А.Ю. Шумилов также понимает под результатами ОРД «информационный и (или) материальный объект». См.: Шумилов А.Ю. Основы уголовно-правовой оценки сыскной информации. -М., 2000. -С. 14-15.

2 Поляков МП. Основы уголовно-процессуальной интерпретации результатов оперативно-розыскной деятельности / Под ред. В.Т. Томина. Н. Новгород, 2000. С. 93.

Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» научно-практический комментарий / Под ред. проф. В.В. Николкжа и доц. ВВ. Кальницкого, А.Е. Чечетина. Изд. перераб и доп. - Омск, 1999. - С. 70.

105

Оперативная информация согласно ч. 3 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», может быть представлена органу дознания, следователю или в суд. В числе этих органов не назван прокурор. Вместе с тем возникают ситуации, когда обнаруженное преступление подследственно следователю того ведомства, оперативное подразделение которого осуществляло оперативно-розыскную деятельность. Например, оперативные подразделения ФСБ России могут обнаружить преступления, расследование которых отнесено к компетенции военного следователя, следователя прокуратуры, МВД или управления налоговой полиции. В подобных случаях информацию, полученную в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности, правомерно представлять именно прокурору, который в пределах своей компетенции вправе самостоятельно возбудить уголовное дело или направить полученные материалы компетентному органу предварительного следствия1.

Для закрепления представленной оперативной информации следует составлять протокол. На необходимость составления протокола в случае представления предметов и документов указывает большинство ученых- процессуалистов и практиков. Так, A.M. Ларин и Б.В. Фуфлыгин считают, что доставление к следователю объекта лицом, им обладающим, оформляется протоколом принятия предмета или документа .

Однако, как справедливо отмечает С.А. Шейфер, действия лица, доставившего предмет или документ, «и возникшие в связи с этим правоотношения неминуемо останутся в тени, если протокол будет назван

Зажицкий В.М. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности // Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» / Под ред. Шумилова. -М., 1997. -С. 108.

См.: Ларин A.M. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования // Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. - Ташкент, 1982. - С. 67, Фуфлыгин Б.В. Представление доказательств в советском уголовном процессе / Уголовно-правовые и процессуальные гарантии защиты конституции, прав граждан. - Калинин, 1992. - С. 35.

106

протоколом принятия доказательств», хотя позже автор указывает на то, что наилучшим образом процедура представления материалов, которые послужат основанием для признания его доказательством, может являться протокол представления доказательств2.

Необходимо также отметить, что не каждый представляемый объект подлежит принятию следователем. Уже на этом (первом) этапе процессуального закрепления объектов следователь может прийти к выводу, что они не относятся к делу, и принять решение об их возвращении владельцу. В этом случае именование процессуального документа протоколом принятия доказательств не будет соответствовать его содержанию. Поэтому оформление передачи представляемого объекта в досудебных стадиях уголовного процесса должно производиться протоколом представления, но не доказательства, а

предмета, который на этом этапе лишь «претендует» стать вещественным

з доказательством .

В подтверждение данной точки зрения В.Н. Григорьевым высказана мысль, что в подобных ситуациях и в рамках действующего законодательства целесообразно составлять протокол представления предметов (документов)4.

Однако требования к содержанию указанного протокола закон не содержит. В рекомендациях ученых-процессуалистов по этим вопросам немало разночтений.

Так, например И.М. Гуткин, считает, что протокол должен содержать сообщение об обстоятельствах обнаружения предмета и мотивах, побудивших к его сдаче. Протокол подписывает только должностное лицо,
принявшее

Шейфер С. А. Пути развития процессуальной формы получения доказательственных материалов на досудебных стадиях процесса // Уголовно-процессуальные проблемы предварительного следствия и пути его совершенствования. - Волгоград, 1985. - С. 18.

См.: Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий. // Государство и право. - 1997. - № 9. - С. 62.

См.: Семенцов В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя. - Екатеринбург, 1995. - С. 58.

См.: Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел. - Ташкент, 1986. - С. 78-79.

107

предмет, и гражданин, сдавший его .

Несколько иначе указанную проблему решает А.С. Косенко, предлагая отражать в протоколе только сам факт и обстоятельства обнаружения предметов и документов, поскольку приобщение их к делу происходит в обычном порядке (путем допроса граждан, нашедших эти предметы, вынесения постановления) .

Кроме того, В.Т. Томин предлагает, помимо данных о лице, доставившем предметы и документы, в протоколе указывать и обстоятельства их обнаружения, а само лицо следует письменно предупредить об ответственности за дачу ложных показаний3.

По нашему мнению, в протоколе представления предметов (документов) кроме сведений, общих для всех протоколов следственных действий (ст. 166 УПК РФ), должны найти отражение также заявление о добровольной выдаче объектов следователю, сам факт представления и обстоятельств принятия предметов и документов, по возможности происхождение представленного объекта, а также ходатайство лиц, передающих объект и имеющих собственный интерес в данном уголовном деле о приобщении представленных материалов к делу. Принимая объект, следователь, дознаватель, прокурор, судья (суд) оценивают его с точки зрения относимости к делу и при установлении этого обязаны принять и приобщить представленный предмет или документ к уголовному делу.

Требования к указанному протоколу должны предъявляться в соответствии с положениями ст. 166 УПК РФ. Копия протокола под роспись должна передаваться лицу, который представил предмет или документ.

Представление информации может осуществляться в отношении не

Гуткин И.М. Взаимодействие милиции с общественностью при производстве дознания. -М, 1963. - С. 32.

2 Косенко АС. Правовые вопросы фиксации хода и результатов розыскных действий / Проблемы повышения эффективности деятельности органов внутренних дел. - Омск, 1990. - С.112-113.

3 Томин В.Т. Взаимодействие органов внутренних дел с населением в борьбе с преступностью. - Омск, 1975. - С. 53.

108

только властных участников уголовного судопроизводства. Право на информационное обеспечение деятельности иных (не властных) участников уголовного процесса обеспечено нормами действующего законодательства. В соответствии с п. 2 ст. 24 Конституции Российской Федерации на органы государственной власти и органы местного самоуправления, а также на должностных лиц этих органов возложена обязанность обеспечения каждому возможности ознакомления с информацией (документами и материалами), затрагивающей его права и свободы.

Закон от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации» устанавливает, что информационные ресурсы по вопросам прав, свобод и обязанностей граждан создают органы государственной власти и органы местного самоуправления. Согласно ст. 14 указанного закона граждане и организации имеют право на доступ к документированной информации о них, на уточнение этой информации в целях обеспечения ее полноты и достоверности, имеют право знать, кто и в каких целях использует или использовал эту информацию. Ограничение доступа граждан и организаций к информации о них допустимо лишь на основаниях, предусмотренных федеральными законами.

Уголовно-процессуальное законодательство с целью обеспечения прав участников уголовного процесса специально оговаривает случаи предоставления информации лицам, чьи интересы затрагиваются в связи с рассмотрением заявлений (сообщений) о совершенном преступлении, расследованием и судебном рассмотрении уголовных дел.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации регламентирует и другие правовые ситуации, позволяющие участникам уголовного процесса получать необходимую информацию. Такие ситуации можно классифицировать по разным основаниям: 1) является ли информирование участников уголовно-процессуальных отношений обязанностью лица, в чьем производстве находится уголовное дело, или закон не содержит такого требования; 2) в зависимости от формы (письменного или
устного)

109

информирования; 3) на какой стадии уголовного процесса происходит информирование и т.д. Однако в рамках настоящего исследования нас больше всего интересует классификация процессов информирования, проводимых в зависимости от значения предоставляемой информации.

Так, доказательственная информация предоставляется, например, в следующих случаях:

  • в ходе проведения очной ставки следователь вправе предъявить вещественные доказательства и документы (ч. 3 ст. 192 УПК РФ);
  • в ходе ознакомления, согласно ч. 4 ст. 47 УПК РФ, обвиняемого по окончании предварительного расследования со всеми материалами уголовного дела;
  • в результате вручения обвиняемому копии обвинительного заключения с приложениями (ч. 2 ст. 222 УПК РФ).
  • В Уголовно-процессуальном Кодексе предусмотрено значительное количество случаев предоставления иной (не доказательственной) информации лицам, чьи интересы затрагиваются в связи с рассмотрением заявлений (сообщений) о совершенном преступлении, в связи с расследованием и судебным рассмотрением уголовных дел, например:

  • согласно ч. 3 ст. 148 УПК РФ, информация об отказе в возбуждении уголовного дела по результатам проверки сообщения о преступлении, рассмотренного средством массовой информации, подлежит обязательному опубликованию;

суд, прокурор, следователь, дознаватель обязаны разъяснять подозреваемому, обвиняемому, потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику, а также другим участникам уголовного судопроизводства их права и обязанности (ч. 1 ст. 11 УПК РФ). Другими словами, необходимо доводить (как правило, в устной форме) до указанных лиц правовую информацию. Так, о дате, времени и месте рассмотрения уголовного дела судом кассационной инстанции стороны должны быть извещены не позднее 14 суток до дня судебного заседания (ч. 2 ст. 376 УПК

но

РФ).

Иная информация, как правило, либо доводит до сведения указанных лиц о совершении каких-либо действий или принятии определенных решений по уголовному делу, либо ориентирует их на совершение ими каких-либо действий или принятие решений.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что все участники уголовного судопроизводства в той или иной степени заинтересованы в представлении информации, касающейся их личных, защищиаемых (представляемых) или государственных интересов.

Жалобы, заявления, ходатайства, замечания, справки, рапорта чаще всего адресуются лицам (или органам), производящим расследование или рассмотрение уголовных дел. Они имеют относительно свободную форму изложения информации и к ним не предъявляются строгие требования процессуальной формы. Порядок и форма их подачи определяется различными нормативными актами.

В пятом разделе УПК Российской Федерации определен порядок подачи ходатайств и жалоб.

Ходатайства, согласно ч. 1 ст. 120 УПК РФ, могут быть заявлены в любой момент производства по уголовному делу. Письменное ходатайство приобщается к уголовному делу, устное заносится в протокол действия или судебного заседания.

В соответствии с ч. 1 ст. 17, 18, ч. 1 ст. 46, ст. 52 и 56 Конституции РФ, ст. 1 и 3 Закона РФ «Об обжаловании в суде действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», гражданами могут быть обжалованы в суд любые действия и решения органов и должностных лиц, кроме действий и решений, проверка которых отнесена законодательством к исключительной компетенции Конституционного суда РФ либо в отношении которых предусмотрен иной порядок судебного обжалования.

Законодатель в ст. 123 УПК РФ закрепил право участников уголовного судопроизводства и иных лиц в той части, в которой процессуальные действия

ш

и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы обжаловать не только действия и решения органа дознания, дознавателя, прокурора и суда, но и их бездействие, что, на наш взгляд, очень важно.

Согласно ч. 1 ст. 125 УПК РФ, в суд могут быть обжалованы также постановления дознавателя, следователя, прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а также иные решения и действия (бездействие), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию.

Учитывая разъяснения Конституционного Суда РФ по делу о проверки конституционности статьи 133, части первой статьи 218 и статьи 220 уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами гр. В.К. Борисова, Б.А. Кехмана, В.И. Монастырецкого, Д.И. Фуфлыгина т общества с ограниченной ответственностью «Моноком»1, можно сделать вывод, что ст. 125 УПК РФ позволяет любому участнику уголовного процесса обжаловать в судебном порядке решение любого должностного лица. Такая позиция законодателя, на наш взгляд, в полной мере отражает конституционное положение ст. 46, гарантирующее каждому гражданину судебную защиту его прав и свобод.

Наряду с правом обжалования в суд в уголовно-процессуальном кодексе определен и порядок обжалования действий (бездействия) и решений следователя и органа дознания прокурору (ст. 124 УПК РФ).

Специфика уголовно-процессуальной деятельности определяет особую процедуру обжалования действий и решений осуществляющих ее лиц (см. гл. 16 УПК РФ).

Жалобы, по всей видимости, могут иметь только письменную форму.

Представление справок, рапортов в большей степени имеет отношение, прежде всего к представлению оперативно-розыскной информации следователю, дознавателю, прокурору или в суд. В юридической литературе

1 Постановление Конституционного Суда РФ от 23.03.99 № 5-11 // Собрание законодательства. - 1999. -№ 14. - Ст. 1749.

112

зачастую говорится о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности. Не вызывает сомнений то, что в функциональном плане результат ОРД представляет собой, в первую очередь, информационный продукт . Однако оперативно-розыскную информацию следует, на наш взгляд, отличать от результатов ОРД как часть и целое. Результатом ОРД информация станет лишь после ее формализации путем фиксации в оформленных оперативно-служебных документах2.

В справках, рапортах содержится оперативно-розыскная информация, как правило, ориентирующего характера. Их представление не требует специальной процедуры. Чаще всего они представляются лично сотрудником, их составившим, реже - через секретариат.

Так, например, в рапорте старшего оперупономоченого В.А. Аккермана содержалась следующая информация: «По результатам проведенного поквартирного обхода свидетелей и очевидцев совершенного преступления не выявлено»3. Несмотря на отрицательный результат проделанной работы, ориентирующий характер содержания рапорта очевиден, что определяет необходимость проведения других, более сложных оперативно-розыскных мероприятий.

Истребование - это достаточно часто встречающаяся форма получения информации, заключающаяся в праве следователя, дознавателя, прокурора, суда, а также защитника путем официального запроса требовать от физических или юридических лиц выдачу предметов или (и) документов с информацией, имеющей значение для дела.

На то, что истребованию подлежат предметы и документы указывают

А.Ю. Шумилов также понимает под результатами ОРД «информационный и (или) материальный объект». См.: Шумилов А.Ю. Основы уголовно-правовой оценки сыскной информации. - М., 2000. - С. 14-15.

2 Поляков МП. Основы уголовно-процессуальной интерпретации результатов оперативно-розыскной деятельности: Учебное пособие / Под науч. ред. проф. В.Т. Томина. - Н. Новгород, 2000. - С. 93.

3 Уголовное дело № 21209. Архив федерального суда Ленинского р-на г. Челябинска.

113

многие ученые-процессуалисты . Однако однозначного толкования этому нет. Некоторые ученые считают, что истребованию подлежат только документы2. К такому выводу действительно можно придти путем анализа тех норм закона, в которых определяется порядок осуществления доказывания.

Так, согласно ч. 2 ст. 86 УПК РФ, защитник вправе собирать доказательства путем истребования справок, характеристик и иных документов. В статье 286 УПК РФ также говорится об истребовании судом документов, но нет ни одного слова об истребовании предметов.

Однако, на наш взгляд, это лишь показывает несовершенство действующего законодательства.

Вывод о том, что истребованию подлежат предметы и даже живые лица, вытекает на основе анализа главы 54 УПК РФ, регламентирующей выдачу лица для уголовного преследования или исполнения приговора в рамкам взаимодействия судов, прокуроров, следователей и органов дознания с соответствующими компетентными органами и должностными лицами ^ иностранных государств и международных организаций. О передаче предметов в порядке запроса сказано в ст. 468 УПК РФ, о передаче лица - в статьях 460, 467 УПК РФ.

В ч. 2 ст. 406 УПК РФ указано также, что судья, рассматривающий надзорную жалобу или представление, вправе истребовать в пределах компетенции любое уголовное дело. А, как известно, в материалах уголовного дела могут содержаться и документы, и предметы.

Пленум Верховного Суда СССР в Постановлении «О применении судами

законодательства, регламентирующего пересмотр в порядке надзора

приговоров, определений, постановлений по уголовным делам» от 5 апреля

  • 1985 года № 2 разъясняет, что при рассмотрении уголовного дела в порядке

надзора могут быть использованы дополнительные материалы, поступившие с

1 См., например: Николюк ВВ., Кальницкий В.В., Шаламов В.Г. Истребование предметов и документов в стадии возбуждения уголовного дела. - Омск, 1990. - С. 10.

2 Щерба СП., Химичев А.П., Донковцев Н.Н., Чувилев А. А. Рассмотрение органами дознания заявлений и сообщений о преступлениях. - М, 1987. - С. 30.

114

протестом или истребованные по инициативе суда, если они относятся к обстоятельствам, которые были предметом исследования в суде и не свидетельствуют о наличии вновь открывшихся обстоятельств1. По нашему мнению, под термином «материалы» понимаются не только документы, но и предметы.

С информационных позиций, нам представляется, что может быть истребована любая информация, находящаяся на любом материальном носителе. Носителем информации может быть предмет, документ или физическое лицо. Для того чтобы об истребовании в полном объеме можно было бы говорить в уголовном процессе, необходимо законодательно закрепить разновидности порядка истребования.

Вопрос о том, на какой стадии может быть осуществлено истребование, на наш взгляд, должен решаться в пользу общего дозволения, то есть истребование может применяться на любой стадии уголовного процесса. Действующее законодательство по этому поводу не содержит никаких запретов.

Есть еще один вопрос, решение которого неоднозначно предлагается в научной юридической литературе. Это вопрос о том, обеспечивается ли истребование материалов государственным принуждением.

По мнению ряда ученых-процессуалистов, в соответствии с принципом неприкосновенности личности применение мер уголовно-процессуального принуждения допустимо только для обеспечения расследования и судебного разбирательства, то есть при наличии уже возбужденного дела . Отсюда следует, что действия в стадии возбуждения уголовного дела, связанные с собиранием доказательственной информации, обнаружением
источников

Ласточкина СТ., Хохлова Н.Н. Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. Издание второе, перераб. и доп.-М., 2000.-С. 437.

См.: Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное принуждение. -М., 1985. - С. 57.; Кудин Ф.М. Теоретические основы принуждения в советском уголовном судопроизводстве: Авторефер. дис…. д-ра юрид. наук. - Киев, 1987. - С. 25.

115

доказательств, не могут носить принудительный характер. Этим и объясняется то, что законодателем строго разрешено проводить до возбуждения уголовного дела лишь одно следственное действие - это осмотр места происшествия, да и то лишь «в случаях, не терпящих отлагательства» (ч. 2 ст. 178 УПК РСФСР).

Однако в ч. 4 ст. 21 УПК РФ законодатель указал на то, что требования прокурора, следователя, органа дознания, дознавателя, предъявленные в пределах их полномочий, установленных законом, обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами. Это положение дает основание полагать, что лица, указанные в статье имеют право истребовать также предметы и документы, содержащие информацию, имеющую значение для дела, а лица, к которым обращаются с такими требованиями, обязаны эти материалы предоставить.

Обязанность органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных определений и организаций предоставлять запрашиваемые документы или их копии защитнику нашла отражение в ч. 3 п. 2 ст. 86 УПК РФ.

Закон не содержит никаких запретов по поводу принудительного истребования предметов и документов, в том числе и на стадии возбуждения уголовного дела. Общее же положение об обязанности предоставлять требуемые материалы предполагает использование элементов принуждения. В чем может быть выражено это принуждение, законодатель ответа не дает.

На наш взгляд, в законе следовало бы предусмотреть порядок и пределы истребования информации, а также степень ответственности предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан в случае уклонения или отказа в предоставлении информации, истребуемой лицом, производящим расследование или рассмотрение уголовного дела в суде, в порядке уголовно-процессуального законодательства. Истребование информации коренным образом отличается от истребования доказательств. Во-первых, необходимая для расследования информация может иметь доказательственное значение, а может быть использована как иная (дополнительная) информация. То есть

пб

истребование информации охватывает более широкий диапазон информации в зависимости от ее значения для уголовного судопроизводства. Во-вторых, истребование доказательств предполагает получение уже готовых доказательств, которые могут быть получены, очевидно, в результате производства расследования по другому уголовному делу, так как в природе готовых доказательств не существует. Кроме того, истребование информации предполагает возможность получения информации в устной форме, вне всякого материального носителя информации, что, как известно, невозможно для истребования доказательств.

Большое количество вспомогательной информации может быть получено на основании письменного запроса или по личной инициативе сотрудника экспертно-криминалистического подразделения, ответственного за ведение данного вида учета, путем истребования. Как справедливо заметил С.А. Ялышев, конечным результатом такой деятельности является информационное обеспечение следователя и иного лица, ведущего уголовно-процессуальную деятельность, о наличии или отсутствии в учетных массивах максимально схожих, наиболее подобных объектов1.

Основной массив регистрационной информации сосредоточен в информационных центрах (ИЦ) МВД, ГУВД, УВД и Главном информационном центре (ГИЦ) МВД России. Система информационных центов действует с 1970 г. Практически ни одно уголовное дело не расследуется без использования регистрационных данных.

Помимо подразделений МВД, ГИЦ обслуживает органы прокуратуры, Министерства юстиции, ФСБ, Государственного таможенного комитета, Министерства обороны, Федеральной службы налоговой полиции, некоторых других ведомств России, а по специальным соглашениям - соответствующие органы государств ближнего и дальнего зарубежья.

Необходимость обмена криминалистической информацией между

1 Ялышев С.А. Криминалистическая регистрация: проблемы, тенденции, перспективы. -М, 1998.-С. 58.

117

государствами СНГ обусловила подписание 24 апреля 1992 г. в Алма-Ате Соглашения о взаимодействии МВД независимых государств в сфере борьбы с преступностью. На основании общего решения представителей МВД было решено создать Межгосударственный информационный банк (МИБ).

Значительная часть централизованных учетов сосредоточена в экспертно- криминалистических подразделениях, которые действуют в МВД, ГУВД, УВД и гор-, райорганах внутренних дел, а в МВД России - в Экспертно- криминалистическом центре МВД России (ЭКЦ).

В зависимости от уровня централизации учетов они подразделяются на местные (гор-, райорганы внутренних дел), региональные (ИЦ МВД республик, УВД, УВДТ) и централизованные (ЭКЦ и ГИЦ МВД России). Многие из них дублируются на разных уровнях. Централизованные криминалистические учеты функционируют на межгосударственном и федеральном уровнях в ГИЦ, а республиканские, краевые и областные - в ИЦ МВД, ГУВД и УВД.

Истребование результатов оперативно-розыскной деятельности возможно при условии, если следователю известно о наличии у органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность информации, имеющей отношение к делу.

Форма истребования материалов у тех или иных физических или юридических лиц в законе не определена. Поэтому, на наш взгляд, она может быть как устной, так и письменной. Однако, если требование (запрос) о предоставлении материалов адресуется в учреждение, общественную организацию, то, мы считаем, что должно оно иметь письменную форму. Это видно на практике, мы исходим из анализа архивных материалов уголовных дел и личного опыта следственной работы. Копия такого запроса приобщается к материалам проверки или материалам уголовного дела.

Для закрепления результатов истребования ученые неоднократно предлагали ввести в практику расследования уголовных дел составление соответствующего протокола. В настоящее время следователи и дознаватели составляемый документ именуется по-разному: «акт изъятия»,
«протокол

118

обнаружения», «протокол изъятия» и т.п. Интерес в этом плане представляют предложения именовать данный документ как «протокол передачи (получения)» или «протокол передачи истребованного документа» . Последний вариант, на наш взгляд, более четко проявляет специфику проводимого действия.

Требования к протоколу должны предъявляться в соответствии с положениями ст. 166 УПК РФ. Вопрос об участии понятых необходимо решать также, как и в случае представления предметов и документов, то есть по усмотрению лица, производящего расследование. Копия протокола под роспись должна передаваться лицу, у которого истребуется предмет или документ.

Участники уголовного процесса, не имеющие властных полномочий, имеют право на доступ к информации о них, на уточнение этой информации в целях обеспечения ее полноты и достоверности, имеют право знать, кто и в каких целях использует или использовал эту информацию. При этом, согласно ст. 14 Федерального закона «Об информации, информатизации и защите информации», владелец документированной информации о гражданах обязан предоставить бесплатную информацию по требованию тех лиц, которых она касается. Ограничения возможны лишь в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации. Ограничение доступа граждан и организаций к информации о них допустимо лишь на основаниях, предусмотренных федеральными законами.

Таким образом, мы рассмотрели способы собирания информации в зависимости от непосредственного или опосредованного характера добывания ее. Способы собирания информации, представленные в классификации в зависимости от характера восприятия информации, дополняют уже рассмотренные нами способы и позволяют более полно представить общую картину средств уголовно-процессуального познания.

1 Николюк ВВ., Кальницкий ВВ., Шаламов ВТ. Указ. раб. - С. 26.

2 Давлетов А.А. Возбуждение уголовного дела. Указ. раб. - С. 21

119

/

Единоличное восприятие субъектом уголовно-процессуального познания поступающей информации проявляется в данном следователю праве самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий (п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ). Кроме того, следователь вправе единолично, без приглашения специалистов, понятых и других участников уголовного судопроизводства проводить ряд следственных действий, (например,
допрос,

освидетельствование, получение образцов для сравнительного исследования).

Единоличное восприятие информации характерно и для других участников уголовного судопроизводства. Так, согласно ч. 4 ст. 278 УПК РФ, при необходимости обеспечения безопасности свидетеля суд вправе провести его допрос в условиях, исключающих визуальное наблюдение свидетеля другими участниками судебного разбирательства.

Защитник вправе собирать доказательства, необходимые для оказания юридической помощи (п. 2 ч. 1 ст. 53 УПК РФ). Кроме того, собирать информацию могут участники уголовного процесса, указанные в части 2 статьи 86 УПК РФ, а именно: подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, гражданский ответчик, гражданский истец и их представители.

В отношении других лиц закон не содержит каких-либо предписаний, однако, мы считаем, что собирать информацию может любое физическое лицо, которое в дальнейшем может ее представить тому или иному участнику уголовно-процессуальных отношений.

Собирание информации может происходить с привлечением других лиц. Особенностью такого привлечения является то, что, во-первых, субъект познания обращается к физическим или юридическим лицам с просьбой оказать содействие в обнаружении информации; во-вторых, для обнаружения информации необходимо применение специальных познаний, различных технических средств, большого количество людей.

Привлечение специалистов может быть реализовано следующим образом: 1) в ходе производства следственных действий; 2) в результате использования

120

специалистов в иной процессуальной и непроцессуальной деятельности.

Следователя вправе привлекать к участию в следственных действиях специалиста, что указано в ч. 5 ст. 164 УПК РФ.

В качестве специалистов могут выступать представители различных отраслей знания: криминалист, химик, биолог, врач, инженер-строитель, искусствовед, инженер по эксплуатации автотранспорта и т.п.

Специалисты оказывают помощь следователю в обнаружении следов преступления, установлении механизма их образования, в розыске, изъятии и сохранении предметов и документов с информацией, имеющей значение для дела. При этом они могут применять технические средства и способы обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств (ч. 6 ст. 164 УПК РФ).

Специалисты чаще всего привлекаются при производстве таких следственных действий, как осмотр места происшествия (ст.ст. 176, 287 УПК РФ), осмотр трупа (ст. 178 УПК РФ), освидетельствование, проводимое с участием врача (ст.ст. 179, 290 УПК РФ).

Привлечение специалистов для производства других процессуальных действий возможно при разъяснении прав и обязанностей участникам уголовного процесса (например, при задержании - ст. 92 УПК РФ), при составлении процессуальных документов (например, постановления о назначении экспертизы - ст. 195 УПК РФ) и т.д.

К непроцессуальным формам привлечения специалистов, прежде всего, относится обращение к ним с целью получения консультаций. Суть консультативной деятельности заключается в передаче интересующемуся лицу предварительной информации, позволяющей ориентироваться в создавшейся обстановке1.

Специалист не дает никаких заключений и выводов, имеющих доказательственное значение. Согласно Постановлению № 5
Пленума

1 Аверьянова ТВ, Белкин Р.С, Корухов ЮГ., Российская ЕР. Криминалистика. - М., 2000.-С. 398.

121

Верховного суда РСФСР «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел» от 17 сентября 1975г. и изм. и доп., внесенными постановлениями Пленума № 7 от 20 декабря 1976г. , № 10 от 20 декабря 1983г., № 7 от 27 августа 1985г., № Ю от 24 декабря 1985г. в ред. постановления Пленума № 1 от 21 декабря 1993г., мнение специалиста не может быть приравнено к заключению эксперта1.

Поэтому при использовании специалистов мы может говорить о получении не доказательственной, а иной (дополнительной) информации. Хотя в информационном отношении мнение специалиста и заключение эксперта тождественны.

И, наконец, в-третьих, субъект познания может привлекать информацию, собранную (обнаруженную или полученную) в ходе осуществления иной, относительно автономной деятельности.

Привлечение информации как способа собирания информации характерно для: 1) контроля и записи переговоров (ст. 186 УПК РФ); 2) производства ревизий; 3) производства судебной экспертизы (гл. 27 УПК РФ); 4) проведения оперативно-розыскных мероприятий; 5) использования сил общественности.

Контроль и запись переговоров направлены на привлечение информации, так как это проводится по поручению, обращенному к органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность. Данная деятельность определяется нами как относительно автономная по отношению к процессуальной деятельности, так как регулируется отдельной отраслью права, имеет собственные цели и задачи.

1 Ласточкина С.Г., Хохлова Н.Н. Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. Издание второе, перераб. и доп.-М, 2000.-С. 392.

122

Несмотря на отсутствие в настоящий момент сложившейся практики применения нового следственного действия уже сейчас возникает ряд вопросов, нуждающихся в дополнительном нормативном регулировании.

Согласно ч. 1 ст. 186 УПК РФ, контроль и запись телефонных и иных переговоров можно осуществлять при производстве по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях. Такое ограничение, на наш взгляд, вряд ли оправдано, так как по ряду составов преступления прослушивание переговоров может являться наиболее оптимальным средством получения доказательственной информации. Это, прежде всего, относится к угрозе убийством (ст. 119 УК РФ), вымогательству (ч. 1 ст. 163 УК РФ), получению взятки (ч.ч. 1,2 ст. 290 УК РФ), незаконному лишению свободы (ч. 1 ст. 127 УК РФ).

Вызывает опасение законодательное закрепление формулировок, позволяющих расширительное толкование круга лиц, переговоры которых могут прослушиваться в связи с расследуемым преступлением, так как это чревато нарушениями законности. К такому выводу приводит формулировка закона, предоставляющая право прослушивания переговоров в отношении «других лиц, которые могут располагать сведениями, имеющими значение для дела», помимо подозреваемых и обвиняемых.

Под «другими лицами», о которых говорит новый закон, следует понимать достаточно широкий круг лиц: родственники, члены семьи, близкие люди подозреваемого и обвиняемого, а также потерпевшие и свидетели, по каким- либо причинам не давшие показания. К ним также можно отнести оставшихся неразоблаченными соучастников преступления и тех лиц, в жилище или по месту работы которых могут находиться важные для дела доказательства, лиц, укрывающих подозреваемых или обвиняемых, заподозренных, то есть лиц, которых следователь подозревает в совершении преступления.

Термин «другие лица» весьма неопределенный, и существует опасность, что в следственной практике его будут трактовать очень широко, что может

123

привести к нарушению прав и законных интересов граждан .

В данном случае, следователь, на наш взгляд, должен руководствоваться исключительно наличием законных оснований для производства рассматриваемого следственного действия. Таким основанием, согласно ст. 186 УПК РФ, является информация о том, что эти лица могут располагать сведениями, имеющими значение для уголовного дела. Под сведениями, на наш взгляд, следует понимать ту информацию, которая способна устанавливать обстоятельства, подлежащие доказыванию, сформулированные в ст. 73 УПК РФ.

Кроме того, как справедливо заметил В. Быков, под «иными сведениями, имеющими значение для уголовного дела» и могущими служить основанием’ для проведения контроля и записи переговоров, следует понимать те, которые имеют значение для раскрытия преступления, установления
лиц, его совершивших, а также содержат сведения, имеющие тактическое значение при

2

следственных действиях .

Согласно действующему законодательству следователь не может самостоятельно решить вопрос о проведении данного следственного действия ни при каких обстоятельствах. Однако при производстве расследования может возникнуть ситуация, требующая принятия незамедлительного решения, касающегося контроля и записи телефонных переговоров.

Интерес в этом плане представляют некоторые положения уголовно- процессуального кодекса Республики Узбекистан. Так, согласно ч. 2 ст. 170 указанного нормативного акта прослушивание переговоров может проводиться с согласия прокурора или по определению суда. Однако, ч. 3 той же статьи предусматривает, что в случаях, не терпящих отлагательства, дознаватель, следователь вправе вынести постановление о проведении прослушивания переговоров с последующим немедленным
письменным уведомлением

Быков В. Контроль и запись телефонных и иных переговоров // Законность. - 2001. -№10.-С. 12.

Быков В. Указ. раб. - С. 13.

124

прокурора. Не санкционированное прокурором постановление имеет законную силу в течение одних суток .

Кроме того, согласно ч. 3 ст. 8 Федерального закона Российской Федерации «Об оперативно-розыскной деятельности» в случаях, которые не терпят отлагательства и могут привести к совершению тяжкого преступления, а также при наличии данных о событиях и действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации, может проводиться прослушивание переговоров в качестве оперативно-розыскного мероприятия на основании мотивированного постановления одного из руководителей органа, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, с последующим обязательным уведомлением судьи.

В связи с изложенным мы считаем, что законодателю следовало бы в уголовно-процессуальном законе Российской Федерации предусмотреть право следователя в случаях, не терпящих отлагательства, производить контроль и запись переговоров без судебного решения, но с последующим сообщением суду о производстве данного следственного действия с целью получения соответствующего разрешения.

Согласно ч. 5 ст. 186 УПК РФ срок действия постановления о проведении контроля и записи переговоров не может превышать шести месяцев со дня вынесения постановления и прекращается по постановлению следователя в случае, если необходимость в этом отпадает, но не позднее окончания предварительно расследования по данному уголовному делу. Однако остается непонятным: продолжать или нет проведение данного следственного действия, если, например, обвиняемый от следствия скрылся, а уголовное дело приостановлено согласно п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ по истечении срока на его производство. На наш взгляд, исходя из того, если по приостановленному уголовному делу не могут производиться никакие следственные действия (ч. 5 ст. 208 УПК РФ), то осуществление контроля и записи переговоров подлежит

1 Уголовно-процессуальный кодекс Республики Узбекистан. - Ташкент, 1999. - С.338.

125

прекращению, в дальнейшем же прослушивание переговоров может быть осуществлено в качестве оперативно-розыскного мероприятия.

Высока вероятность, что в практике применения статьи 186 УПК РФ возникнет еще один вопрос: какие переговоры следует считать иными? В буквальном смысле это переговоры «другого образа и способа», чем телефонные. Мы считаем, что к иным переговорам должен быть отнесен всякий обмен сообщениями, передаваемыми с помощью различных типов коммуникационного оборудования (сетей подвижной и беспроводной связи, персонального радиовызова общего пользования и т.д.).

Вместе с тем буквальное содержание ч.ч. 1 и 2 ст. допускает еще одно толкование термина «иные переговоры»: непосредственный речевой контакт двух или нескольких лиц, обычная беседа. Если законодатель не исключает такого понимания иных переговоров, то для технического обеспечения их контроля и записи требуется проследить за собеседниками в условиях непосредственного речевого общения и зафиксировать соответствующую информацию, т.е. фактически выполнить действия, аналогичные наблюдению.

Негласные по своему характеру указанные действия могут быть сопряжены с ограничением конституционного права граждан не только на тайну телефонных переговоров, но и на неприкосновенность жилища. Поэтому правильнее будет, на наш взгляд, в ходатайстве следователя отражать основания для ограничения этого права .

И последнее, в статье 186 УПК РФ содержится, по нашему мнению, не совсем удачная с технико-юридической точки зрения формулировка: «участием понятых и при необходимости специалиста, а также лиц, телефонные и иные переговоры которых записаны». Такая грамматическая конструкция в буквальном истолковании не позволяет однозначно определить, обязательно ли должны участвовать в осмотре и прослушивании фонограммы лица, которые вели переговоры.

1 Котухов М. Контроль и запись переговоров // Законность. - 2000. - № 12. - С. 28.

126

Между тем их обязательное участие вряд ли оправдано, если, например, следователь истребует для прослушивания записи переговоров обвиняемого (подозреваемого) по мере их поступления. Узнав, что переговоры контролируются, эти лица найдут другой способ передачи информации.

Однако, несмотря на наличие нерешенных и проблемных вопросов, касающихся контроля и записи переговоров, новое следственное действие, на наш взгляд, найдет сове должное применение, и производство его будет способствовать привлечению доказательственной и иной (дополнительной) информации.

Рассматривая привлечение информации, характерными особенностями которого являются наличие обращения (поручения), участие специалистов, производство действий, нерегламентированных уголовно-процессуальным законодательством, нельзя не упомянуть о назначении и производстве судебной экспертизы, что как нельзя лучше отражает особенности привлечения информации, когда иными средствами доказывания нельзя устранить противоречие в доказательствах1.

В данном случае имеет место обращение в форме вынесения постановления о производстве экспертизы (ч. 1 ст. 195 УПК РФ) и участие специалистов (ст. 199 УПК РФ).

Кроме того, общая теория экспертизы включает в себя методологические основы, предмет, задачи, методы и методики, что позволяет судить о ее относительной автономности по отношению к деятельности следователя, дознавателя, прокурора и суда по собиранию информации.

Поэтому, можно говорить о том, что проведение экспертизы является одним из способов собирания информации путем ее привлечения.

Производство ревизий в ходе расследования и
судебного

разбирательства также характеризуется привлечением информации. Порядок проведения ревизий специально в УПК не регламентируется и определяется

1 Кудрявцева А.В. Судебная экспертиза как институт уголовно-процессуального права. Автореф. дисс… док. юрид. наук. -Санкт-Петербург, 2001 -С. 15.

127

различными законодательными и ведомственными нормативными актами. Ревизия проводится относительно самостоятельными ревизионными службами и органами.

В постановлении (определении) о ее проведении указывается, какому органу поручается проведение ревизии, а в случае необходимости - вид ревизии, ее объем и порядок, формулируется задание и устанавливаются сроки.

Закон «О бухгалтерском учете»1 устанавливает обязательные случаи аудита и инвентаризации (разновидности ревизий), в том числе при выявлении фактов хищения, злоупотребления или порчи имущества.

Таким образом, производство ревизий можно рассматривать как форму привлечения доказательственной информации в уголовный процесс.

Очень важным для уголовного процесса является вопрос о привлечении информации, полученной в результате осуществления оперативно- розыскной деятельности.

Привлечение оперативной информации связано с исключительностью ситуации, при которой не представляется возможным процессуальными средствами установить виновных в совершении преступления, обнаружить доказательства, похищенное имущество и т.д.

Основанием для проведения оперативно-розыскных мероприятий согласно ч. 3 ст. 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», является наличие поручения следователя, органа дознания, указания прокурора или определения суда по уголовным делам, находящимся в их производстве. На момент составления такого поручения указанные лица и органы не располагают необходимой информацией, не знают ее местонахождение, и этим существенно, по нашему мнению, отличается привлечение информации от ее истребования или представления.

Органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность вправе проводить только те мероприятия, которые перечислены в ст. 6 Федерального

1 См.: Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 48. - Ст. 5369.

128

закона «Об оперативно-розыскной деятельности».

Конкретные способы ввода оперативных данных зависят от вида полученной информации .

Порядок (форма) привлечения результатов ОРД и другой оперативной информации, получившей документальное закрепление, ничем не отличается от такого способа собирания информации, как ее получение в виде представления или истребования, что и было нами рассмотрено выше.

Однако привлечение информации может происходить и в устной форме. Ни одна из формулировок закона не указывает на право следователя, связанное с ознакомлением уже имеющимися у органов дознания материалами оперативно-розыскной деятельности. Очевидно сохранение законодательных требований, лишающих следователя возможности реально контролировать осуществление оперативно-розыскных мероприятий по расследуемому им уголовному делу, обусловлено сложившимся мнением о том, что пребывание следователя в неведении относительно имеющихся в оперативных аппаратах данных исключает сращивание оперативно- розыскной деятельности с процессуальной, ограждает следователя от формирования у него предвзятого мнения о преступлении, вине обвиняемого и обеспечивает тем самым объективный характер расследования.

Это мнение неверно, так как является результатом смешения разных понятий. Следователь, знакомясь с результатами оперативно-розыскной деятельности, не занимается этой деятельностью, так как она не входит в его компетенцию.

Совершенствование федерального законодательства, а, соответственно, и ведомственной нормативной базы должно осуществляться с учетом накопленного и порой забытого опыта работы отечественных правоохранительных органов.

1 Громов Н.А., Франциферов Ю.В., Гришин А.И. Основные направления использования результатов оперативно-розыскной деятельности в процессе доказывания // Следователь. - 1999. - № 11. - С. 42.

129

В связи с вышеизложенным представляет определенный интерес подход к решению рассматриваемого вопроса, имевший место после принятия в 1963 г. Указа Президиума ВС СССР «О предоставлении права охраны общественного порядка». Согласно Положению об организации и деятельности следственного аппарата в органах Министерства ООП РСФСР, принятого во исполнение данного Указа, следователи, пользуясь правами, предоставленными им УПК были вправе:

1) знакомиться со всеми оперативно-розыскными данными и материалами, имеющими отношение к возбуждаемым и расследуемым ими уголовным делам;

2) вносить предложение руководству МООП об устранении недостатков в оперативно-розыскной работе;

3) информировать подразделения органов охраны общественного порядка, которые осуществляют оперативно-розыскные функции, о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для оперативно-розыскной работы, а в необходимых случаях предоставлять работникам этих подразделений возможность знакомиться со всеми материалами уголовного дела1.

Таким образом, следователь мог не только знакомиться с материалами оперативно-розыскной деятельности, но и в некотором роде контролировать ее, требовать устранения замеченных им недостатков. При таком подходе, если его перенести в современные условия, повышается эффективность взаимодействия и всей оперативно-следственной работы. На наш взгляд, следователь может подмечать в оперативных материалах информацию, на которую оперативный работник не обратил бы должного внимания в связи с отсутствием его полной осведомленности об обстоятельствах преступления. Кроме того, у следователя появляется возможность более целенаправленно и конкретно давать задания оперативному работнику и активно участвовать в определении направления

1 Приказ МООП РСФСР № 318 от 08.06.63 «Об утверждении и введении в действие «Положения об организации и деятельности следственного аппарата в органах Министерства охраны общественного порядка РСФСР».

130

дальнейшей оперативной работы .

По данному вопросу нами был проведено анкетирование, в результате которого 73% следователей из числа опрошенных заявили, что в ходе расследовании уголовных дел в случае необходимости знакомятся с оперативной информацией, полученной негласными методами. Дознаватели только 61% из числа опрошенных используют в расследовании негласную оперативную информацию. Сами сотрудники оперативных аппаратов при опросе практически единодушно высказались о том, что неоднократно предоставляли оперативную информацию, полученную в результате проведения негласных оперативно-розыскных мероприятий лицу, производящему расследование.

Привлечение информации за счет использования сил общественности связано с уведомлением ее представителей о тех или иных обстоятельствах дела. Органы предварительного следствия зачастую просят граждан помочь им в розыске обвиняемых, в установлении личности потерпевшего или в установлении иных каких-либо обстоятельств дела. Значимая информация может быть обнаружена в ходе осуществления гражданами определенных действий или мероприятий, что может быть выражено в дополнительном наблюдении за поведением посторонних, не проживающих в данной местности, в опознании по фото- и видеоматериалам, представленным в средствах массовой информации, лиц, предметов, документов, имеющих значение для дела и т.п.

Подводя итог второй главы, необходимо отметить следующее.

Доказывание представляет собой основной элемент информационно- познавательного процесса. Познание направлено на получение любой информации о событии, тогда как доказывание предусматривает оперирование лишь доказательственной информацией.

Информационное обеспечение уголовного процесса - это совокупность

1 Голубев ВВ. Организация взаимодействия при расследовании преступлений, совершаемых организованными преступными группами // Следователь. 1997. № 4. С. 38.

131

Информационное обеспечение уголовного процесса - это совокупность мер, применяемых участниками уголовно-процессуальных и иных правоотношений в ходе уголовно-процессуальной и иной деятельности, направленной на добывание информации о событии совершенного, совершаемого или готовящегося преступления и создания необходимых условий (в том числе информационно-правовых) для осуществления правосудия.

Информационное обеспечение уголовного процесса основано на средствах уголовно-процессуального познания. Ими являются следующие: 1) информация как основа выводов и решений по делу; 2) носители информации; 3) способы собирания информации.

Любой информации, используемой в уголовном процессе, присущи свойства относимости, достоверности, достаточности. Требование допустимости имеет отношение не к самой информации, а к ее носителю, способам собирания и закрепления информации.

Множественность носителей информации, используемых в уголовно- процессуальном познании (протоколы, предметы, документы, планы, схемы, слепки, оттиск, фонограммы и т.д.), делает необходимым выявление их общих черт, то есть их классификации. Классификацию этих носителей информации целесообразно осуществлять по такому основанию, как способ сохранения и передачи информации. По названному основанию могут быть выделены четыре вида носителей информации: а) знаковые, применяемые для закрепления вербальной, выраженной в слове информации; б) предметные; в)

наглядно-образные; г) графические, применяемые для закрепления информации, выраженной в физических признаках материальных объектов.

Способы собирания информации можно разделить на две группы в зависимости от непосредственного или опосредованного характера добывания информации. О непосредственном характере добывания информации свидетельствует такой способ собирания, как обнаружение. К опосредованному

132

способу собирания информации относится получение. Формами последнего являются истребование и представление.

Кроме того, характер восприятия информации может служить критерием для формирования другой классификации способов собирания информации: во-первых, это единоличное восприятие субъектом уголовно- процессуального познания поступающей информации; во-вторых, собирание информации субъектом уголовно-процессуального познания с привлечением отдельных лиц; в-третьих, это привлечение информации, собранной в ходе осуществления иной, относительно автономной деятельности.

Способы собирания информации, представленные в различных классификациях, прекрасно дополняют друг друга и позволяют более полно представить возможности уголовно-процессуального познания.

133

Глава 3. Направления и пределы использования

информации в уголовном процессе § 1. Основные направления использования информации

Использование информации представляет собой заключительный этап работы с информацией: после ее собирания, исследования и оценки субъект уголовно-процессуального познания оперирует ею, решает с ее помощью те или иные задачи.

В юридической литературе1 вопрос об использования информации чаще всего подменяется вопросом об использования доказательств. Однако, на наш взгляд, прежде всего, необходимо рассматривать вопросы использования информации, так как субъект уголовно-процессуального познания первоначально сталкивается с информацией, а уже потом работает с доказательствами.

На наш взгляд, основными направлениями использования информации в уголовном процессе являются следующие:

а) обоснование версий и принимаемых решений;

б) проверка версий и другой информации;

в) получение новой информации и формирование доказательств;

г) моделирование;

д) использование информации для преодоления противодействия расследованию.

Некоторые из этих направлений требуют специального рассмотрения, так как по отношению к ним по разному решается вопрос о том, какая используется при этом информация - доказательственная или
иная

См., например: Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. - Спб., 1910. - С. 160-164; Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие. - М., 1965. С. 208; Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. - М., 1973. - С. 307; Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 371 и др.

134

(дополнительная), в отношении остальных можно ограничиться кратким комментарием. Под углом использования различной информации мы и будем рассматривать вышеуказанные направления.

Обоснование версий заключается в подтверждении предположения о факте, явлении имеющейся информации. Долгое время существовало мнение, что исходными данными для построения версий могут служить только доказательства. Впоследствии от этого отказались, справедливо рассудив, что, поскольку версия - предположение, которое подлежит проверке независимо от своего основания, нецелесообразно искусственно сужать базу ее исходных данных . Данное утверждение подтверждается результатами проведенного опроса следователей, дознавателей, оперативных сотрудников и судей. 70% из числа опрошенных респондентов (всего по этому вопросу было опрошено 263 человека) считают, что версии могут быть построены на любой информации (см. приложение).

3.3. Зинатуллин считает, что версии должны быть обоснованы «собранным материалом» . Однако для информационного подхода использование такой формулы невозможно, так как она отражает лишь предметную сторону, относящуюся к носителю, а не к самой информации. Поэтому, на наш взгляд, версии должны быть обоснованы собранной информацией, которая может быть представлена как в письменной, так и в устной форме.

Обоснование принимаемых решений отличается от обоснования версий тем, что решение представляет собой вывод, заключение о способе управления, принятое следователем, дознавателем, прокурором или судом на основе правовых норм и преобразования некоторой исходной информации об обстоятельствах исследуемого события , то есть
решения в уголовном

1 Аверьянова ТВ., Белкин Р.С, Корухов ЮГ., Российская ЕР. Криминалистика. -М. 2000. - С. 473.

Зинатуллин 3.3. Указ. раб. - С. 67.

3 Доспулов ГГ. Информационно-доказательственный процесс и психологические основы деятельности следователя. Автореф. докт. диссер. - Санкт-Петербург, 1992. -С. 15.

135

процессе должны быть подчинены нормативным требованиям. Правовая информация должна быть использована при принятии любого решения в уголовном судопроизводстве. Такая информация содержится в нормах уголовно-процессуального законодательства. Норма уголовно-

процессуального права, по мнению П.А. Лупинской, - это записанное в законе обязательное правило, содержащее указание на условия его исполнения субъектами регулируемых отношений, их права и обязанности, санкции за неисполнение обязанности или за нарушение запрета1.

С таким определением можно было бы согласиться, так как оно в достаточно полной мере отвечает общим теоретико-правовым положениям. Однако с учетом современных условий развития общества следовало бы, по нашему мнению, исключить из него слово «записанное», так как правовая информация может быть получена не только из письменных источников, но и из других материальных носителей.

Такие средства массовой информации, как радио и телевидение, также могут быть использованы для распространения правовой информации. Кроме того, все более массовый характер приобретает использование различных компьютерных баз правовой информации. Уже сотни тысяч специалистов используют правовые системы в своей работе, и число пользователей СПС будет и дальше стремительно расти . Другое дело, что в настоящее время у авторов информации нигде в мире нет полностью продуманных процедур официального опубликования правовых актов в электронном мире, хотя специалисты многих стран исследуют эту проблему и возможные пути ее решения. Официальное опубликование в данном случае выступает в качестве дополнительной гарантии достоверности правовой информации. Если нормативный документ опубликован в Российской газете или Собрании законодательства, то ни
у кого не вызывает сомнений в подлинности

1 Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник/ Отв. ред. ПА. Лупинская. М.,-С. 53.

2 Введение в правовую информатику. Справочные правовые системы Консультант Плюс: Учеб. пособие / Под ред. ДБ. Новикова и В.Л. Камынина. - М., 1999. - С. 39.

136

правовой информации содержащейся в данном документе. При реализации идеи, связанной с официальным опубликованием правовой информации в электронном виде, возникает ряд трудностей принципиального характера.

Во-первых, нельзя однозначно сказать, будет ли опубликование документов исключительно в компьютерной форме достаточным для того, чтобы считать документ общедоступным и реально обнародованным. Объективно в настоящее время далеко не все специалисты имеют доступ к персональным компьютерам и соответствующий опыт работы.

Во-вторых, практическое использование официальных электронных документов пока затруднено. Еще не сложились традиции решения двух конкретных технических проблем.

Первая проблема связана с подтверждением того, что конкретный файл получен именно из официальной системы. Другими словами, каким образом судья может убедиться, что распечатка документа, представленная ему, или изображение файла на экране является именно официальной версией акта и не содержит искажений. Реальная возможность изменять информацию в компьютере вызывает у многих специалистов при использовании компьютерных текстов определенный психологический барьер. Они, безусловно, активно используют базы данных ведущих компаний, но при решении ответственных вопросов ссылаются на привычные бумажные копии официальных публикаций.

Вторая проблема заключается в том, что никто пока не предложил простой и понятный способ фиксации даты включения документа в базу данных и, соответственно, даты вступления документа в силу. Очевидно, что разработчики базы данных всегда имеют возможность поменять любую информацию в своей системе, могут сделать это даже задним числом. Именно поэтому вряд ли представляется возможным в ближайшем будущем для целей официального опубликования использовать базы данных, хранящиеся исключительно в
компьютере разработчика и всегда

137

находящиеся под его контролем, а пользователям доступные только через телекоммуникации.

Однако имеющиеся проблемы не умаляют принципиальной возможности использования правовой информации, полученной на основе компьютерной базы данных.

На наш взгляд, в нормах права также не всегда содержатся какие-либо определенные указания, в них может содержать и информация общего характера. Так, в ст. 5 УПК РФ указаны значения основных понятий, используемых в Уголовно-процессуальном кодексе.

Трудно также согласиться с тем, что нормы права содержатся только в законах.

В соответствии с юридической силой нормативные правовые акты подразделяются на законы (законы РФ и законы субъектов РФ), подзаконные акты, международные договоры и соглашения, внутригосударственные договоры. Помимо этого, существует масса действующих ведомственных нормативных актов, которые направлены на регулирование процессуальных отношений, в том числе и принятие соответствующих решений.

Поэтому с учетом вышеизложенного норма уголовно-процессуального права, на наш взгляд, - это обязательное правило, содержащее указание на условия его исполнения, на субъекты регулируемых отношений, их права и обязанности, санкции за неисполнение обязанности или за нарушение запрета, а также указание на иную полезную правовую информацию.

Обоснование принимаемых решений - это важное направление использования информации. Использование информации напрямую зависит от характера принимаемых решений, которые по своей направленности могут быть тактическими и процессуальными.

Под тактическим решением понимается выбор цели тактического воздействия на следственную ситуацию в целом или на отдельные ее компоненты, на ход и результаты процесса расследования, его элементы и определение методов, приемов и средств для достижения поставленной цели.

138

Тактическое решение состоит из трех частей: информационная, организационная и операционная. В аспекте предмета нашего рассмотрения интерес представляет информационная часть решения.

На основе содержания информационной части тактического решения, А.Р. Белкин выделяет два вида информации: переменную и условно- постоянную. В состав первой, по словам автора, входит доказательственная информация о следственной ситуации и соответствующая оперативная информация. К условно-постоянной информации относятся нормы материального и процессуального права, иной нормативный материал, научные данные, обобщенные опытные данные о действиях следователя в аналогичной ситуации .

Такой взгляд на тактическое решение вполне вписывается в построенную нами общую схему принятия решений, в основу которых вкладывается наряду с доказательственной информацией и иная (дополнительная), в том числе и правовая информация.

При рассмотрении основ принятия процессуальных решений дело обстоит несколько иначе.

Значение используемой информации в качестве основания для принятия процессуального решения зависит от того, связывает ли законодатель принятие решения с наличием доказательств или нет.

Исходя из анализа положений уголовно-процессуального закона, доказательственная информация может быть использована в качестве содержания доказательств для принятия по делу наиболее существенных процессуальных решений, а именно:

предъявление обвинения (ст. 171 УПК РФ);

составление обвинительного заключения (ст. 215 УПК РФ);

вынесение приговора (ст. 240 УПК РФ).

Принятие указанных решений законодатель строго связывает с

1 Белкин А.Р. Указ. раб. - С. 274.

139

наличием доказательств, содержанием которых является информация, имеющая доказательственное значение.

Очень близко, на наш взгляд, к данной группе решений находятся решения о прекращении уголовного дела. О том, что основания для прекращения уголовного дела должны быть доказаны, неоднократно высказывались ученые-процессуалисты1. Однако законодатель не связывает это с наличием доказательств, оперируя формулой «при наличии оснований, предусмотренных статьями 24 и 28 Уголовно- процессуального Кодекса» (ч. 1 ст. 212 УПК РФ). Однако в названных статьях мы не находим и намека о наличии доказательств. Нам представляется, что обстоятельства установленные в ходе расследования и послужившие основанием для прекращения дела, должны быть подтверждены доказательственной информацией, то есть доказательствами. В комментарии к ст. 209 УПК РСФСР профессор АС. Кобликов также указывал на обязательность подтверждения решения о прекращении уголовного дела фактическими данными2, что равнозначно доказательствам.

Поэтому в законе, на наш взгляд, следовало бы отразить доказательственное значение информации, положенной в основу принятия решения о прекращении уголовного дела.

В юридической литературе давно ведется дискуссия по поводу возможности использования оперативной информации в качестве доказательств по уголовному делу. Могут ли результаты ОРД быть использованы в качестве доказательств - вопрос, безусловно, очень важный, однако с информационных позиций для этого нет никаких препятствий.

Основываясь на содержании нельзя идентифицировать информацию как
оперативно-розыскную или, скажем доказательственную. В момент

1 См., например: Доспулов Г.Г. Оптимизация предварительного следствия. Алма- Ата. 1984. С. 73; Поляков МП. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Монография / Под научн. ред. проф. ВТ. Томина. - Н. Новгород, 2001. - С. 241.

2 Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. Изд. 2-е, перераб. и доп. - М., 1997. - С. 365

140

совершения преступления возникают следы, на базе которых и возможно воссоздание криминального факта. По мнению некоторых ученых, эти следы и есть информация, но информация вообще, безотносительно к уголовному процессу или оперативно-розыскной деятельности.

«Изменения в среде, как результат отражения в этой среде события, -писал Р.С. Белкин, - есть информация об этом событии… Информация о событии распределена… по всем объектам отражающего комплекса, т.е. по всем будущим доказательствам, каждое из которых содержит только порцию информации»1.

Из сказанного можно сделать вывод, что содержание информации о преступном событии определяется самим этим событием. Цель получения информации проявляется в ходе познания, изучения события. Тогда можно говорить о потенциальной информации.

Учитывая то, что в рамках настоящего исследования рассматривается лишь принципиальная возможность использования информации, то, не вдаваясь в тонкости происходящих «баталий» по данному вопросу, хочется отметить, что мы придерживаемся той точки зрения, что оперативная информация может быть использована в качестве содержания доказательств в уголовном процессе. Этот вывод мы делаем на основе употребления законодателем такой формулы для определения понятия доказательства, как «любые сведения», а также как основа анализа сложившейся практики использования результатов ОРД в доказывании.

Примером тому может служить использование аудиозаписи разговора по обстоятельствам взятки, полученной при проведении оперативно- розыскных мероприятий по делу Северовой и Игошина.

Так, из заявлений Масляковой и Коробковой от 27 января 1997 года органу дознания стало известно о даче взятки следователю Северовой через адвоката Игошина, поэтому в соответствии с законом были проведены

1 Белкин Р.С. Курс криминалистики. Общая теория криминалистики. - М., 1997. Том 1.- С. 119, 121.

141

оперативно-розыскные мероприятия, направленные на получение записи разговора Масляковой с Северовой и Игошиным об обстоятельствам получение взятки.

Материалы о проведении такой записи начальник УОП при УВД области 5 февраля 1997 года направил прокурору области, на основании полученных данных в тот же день следователем прокуратуры было возбуждено уголовное дело.

Вполне справедливо в настоящее время происходит актуализация исследований информационного аспекта понятий, ибо прочие их стороны производны от указанной (информационной) составляющей, и, следовательно, их понимание также всецело зависит от глубины постижения последней. Кроме того, как справедливо заметил М.П. Поляков, без информационного анализа все попытки разработать добротную концепцию уголовно-процессуального использования результатов ОРД заведомо обречены на неудачу1.

Для принятия процессуальных решений, кроме доказательственной информации, широко используется иная (дополнительная) информация.

Иная информация может быть использована как наряду с доказательственной, так и самостоятельно.

Так, согласно ч. 1 ст. 97 УПК РФ, дознаватель, следователь, прокурор, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому одну из мер пресечений, предусмотренных Уголовно- процессуальным Кодексом, при наличии достаточных оснований. Используя формулу «достаточные основания», законодатель допускает обоснованности решения об избрании меры пресечения не только доказательственной, но и иной информации. Иная информация может указывать на различные обстоятельства, учитываемые при избрании меры пресечения (ст. 99 УПК РФ).

Поляков М.П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно- розыскной деятельности. - Н. Новгород, 2001. - С. 136.

142

Большое значение для правильного применения конкретной меры пресечения имеет учет данных, характеризующих личность обвиняемого (подозреваемого). В этой связи применительно, например, к залогу представляется совершенно очевидным то, что данная мера пресечения не приемлема в отношении неоднократно судимых лиц, ведущих аморальный образ жизни, не желающих приобщаться к социально- активной жизни общества. И, наоборот, к лицам, впервые совершившим преступление, имеющим семью, постоянное место работы и место жительства, избрание залога в качестве меры пресечения может стать доступным и наиболее целесообразным уголовно-процессуальным средством воздействия на обвиняемого.

Анализ проведенного анкетирования следователей, дознавателей и судей показал, что 35% из числа опрошенных считают, что на решение об избрании меры пресечения может повлиять оперативная информация. Положительно в данном случае отозвались 42% дознавателей, 45% следователей (см. приложение). Это объясняется более тесным взаимодействием следователей и дознавателей с сотрудниками оперативных подразделений по вопросам принятия подобных решений.

Интерес представляет вопрос о возможном влиянии поведения обвиняемого на избрание той или иной меры пресечения. 20% следователей из числа опрошенных считают, что поведение обвиняемого может повлиять на избрание меры пресечения; дознавателей, ответивших подобным образом, 30%; судей - 12%. Возможно, что судьи усматривали в этом вопросе некий подвох. Однако, если рассматривать основания принятия решения с точки зрения буквы закона, то становится очевидным, что информация о поведении обвиняемого легко укладывается в формулу «достаточно оснований» (ст. 97 УПК РФ).

Иная (дополнительная) информация может быть также использована и в качестве обоснования таких процессуальных решений, принятие которых законодатель допускает без доказательственной информации. Так, согласно

143

ч. 2 ст. 140 УПК РФ, основанием для возбуждения уголовного дела является наличие достаточных данных, указывающих на признаки преступления.

На практике иногда возникают спорные вопросы, касающиеся использования оперативной информации для принятия таких решений, как возбуждение уголовного дела, обыск, вызов свидетелей и т.д. Ученые также не приходят к единому мнению по указанным вопросам.

Мы считает, что если законодатель либо прямо указывает в законе на возможность такого использования , либо не связывает основание принятия такого решения с обязательным наличием доказательств , то оперативная информация может быть использована для принятия процессуальных решений при условии, если «такая информация соответствует (не противоречит) установленным по делу обстоятельствам и не вызывает сомнений в достоверности» .

Проверка версий, как известно, осуществляется путем выведения из них следствий и последующих действий по установлению наличия или отсутствия фактов, составляющих эти следствия. Результатом таких действий служит получаемая информация, только она может быть средством такой проверки. Используемая в этих’ целях информация может подтверждать или опровергать версию либо служить основанием для ее корректировки. Опровержение одной версии требует выдвижения иной, корректировка версии - вынесения соответствующих изменений или уточнений в ее содержание. Процесс использования информации в этих целях повторяется до тех пор, пока истина по делу не будет установлена.

Проверка одной информации на базе другой по делу осуществляется путем сопоставления их содержания и выяснения их согласуемости друг с

Например, согласно ч. 2 ст. 11 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативно-розыскной деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела.

2 Например, решение о производстве обыска (ст. 182 УПК РФ), выемки (ст. 183 УПК РФ), освидетельствования (ст. 179 УПК РФ) и т.д.

3 Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» научно- практический комментарий /Под ред. проф. В.В. Николюка и доц. В.В. Кальницкого, А.Е. Чечетина. Изд. перераб и доп. - Омск, 1999. - С. 67.

144

другом. Обнаружение информационных противоречий служит основанием для выбора путей их преодоления; выявление несоответствия доказательственной информации иной (дополнительной) информации ставит под сомнение надежность их источников, может потребовать их замены, получения другой информации, пересмотра решений, принятых на основе этой информации. Доказательственная информация всегда имеет приоритет над иной (дополнительной) информацией, но и из этого правила возможны, на наш взгляд, исключения в том случае, если у субъекта уголовно-процессуального познания при таком сопоставлении вызывает сомнения сама доказательственная информация или ее источники.

Получение новой информации и формирование доказательств -одно из основных направлений использования уже имеющейся информации. Это направление реализуется путем проведения следственных действий, например, проверки показаний на месте, следственного эксперимента, предъявления для опознания и т.п., или принятием мер к получению требуемой информации путем проведения оперативно-розыскных мероприятий. Во всех этих случаях имеющаяся информация используется в качестве обосновывающей, исходной для проведения следственных действий или оперативно-розыскных мероприятий.

Очень важным элементом указанного направления является предоставление уже имеющейся информации лицу или органу, от которого предполагается получить новую информацию.

Так, для обеспечения проведения разного рода оперативно-розыскных мероприятий лицу, обратившему с просьбой об их проведении, следует предоставить необходимый объем информации.

Следователи, как показывает анализ уголовных дел, зачастую формально подходят к исполнению своих обязанностей по раскрытию преступлений, обеспечению всесторонности и полноты расследования. Они, используя право, предоставленное им в п. 4 ч. 1ст. 38 УПК РФ, в буквальном смысле слова «забрасывают» отдельными поручениями все

145

службы милиции, не контролируя их реальное исполнение, заботясь лишь о получении краткой информации из как можно большего количества служб, что создает видимость активной работы по уголовному делу.

По нераскрытым уголовным делам дача поручения органу дознания о проведении оперативно-розыскных мероприятий носит, как правило, характер «отписки», что делается ради того, чтобы со спокойной душой приостановить следствие за неустановлением лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых. Тогда как успешное раскрытие и расследование преступлений напрямую зависит от взаимного обмена информацией. Таким образом, для того, чтобы более эффективно привлекать оперативную информацию, лицо, в чьем производстве находится уголовное дело, должно максимально проинформировать органы, осуществляющие оперативно-розыскную деятельность об имеющейся информации.

Этот вопрос еще более остро стоит при объявлении в розыск обвиняемых, скрывшихся от следствия (п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ).

Одновременно с отдельным поручением в орган дознания должна направляться справка о личности обвиняемого. В ней необходимо указать, по возможности, всю необходимую для розыска обвиняемого информацию.

Таким образом, информационное обеспечение уголовного процесса предполагает, что для того, чтобы собрать полезную информацию в ряде случаев необходимо предоставить уже имеющуюся.

Моделирование как направление использования информации, как метод познания, как средство получения новой значимой информации получило достаточно широкое распространение в правоохранительной практике с конца 70-х годов1.

См. такие работы, как: Куванов В.В. Реконструкция при проведении криминалистических экспертиз. - Караганда, 1974., Лузгин ИМ. Моделирование при расследовании преступлений. - М., 1981. и др. авторов.

146

Характерной особенностью любых моделей , конструируемых при познании, является то, что они используют информацию, относящуюся к исходной, для их построения. Целями моделирования при уголовно- процессуальном познании служат следующие:

  • определение направлений познания, выбор оптимальных средств и методов познания;
  • выявление информационных связей, построение информационных систем;
  • систематизация и пополнение знаний об объектах, явлениях и процессах, имеющих значение для дела (механизм преступления, личность виновных и т.п.);
  • создание условий и предпосылок для проведения следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий.
  • Определение направлений расследования получает свое отражение в следственных версиях. Но практика построения мысленных моделей не исчерпывается построением версий. Познание и оценка следственной ситуации также в конечном счете позволяют построить ее информационную мысленную модель и уже на ее основе принимать то или иное тактическое решение. Обобщенной информационной моделью служит и криминалистическая характеристика преступления (своего рода дополнительная информация - авт.), соответствие элементов которой имеющейся информации - предпосылка ее адаптации к обстоятельствам конкретного уголовного дела2.

Моделирование - необходимый компонент судебной экспертной деятельности. В этом случае используются как предметные, так и мысленные модели. С предметными моделями эксперт имеет дело преимущественно в

Под моделью понимается такая мысленно представляемая или материально реализованная система, которая, отображая или воспроизводя объект исследования, способна заменить его так, что ее изучение дает нам новую информация об этом объекте.

2 Протасевич А.А., Степаненко Д.А., Шиканов В.И. Моделирование в реконструкции расследуемого события. - Иркутск, 1997. - С. 20.

147

случаях реконструкции той или иной вещной обстановки на основе доказательственной и иной информации, имеющейся в деле, при произведении течения различных процессов, приведших к возникновению следов, содержащих доказательственную информацию. Особенно значительна роль мысленных моделей при установлении идентификацированного объекта с событием преступления и во многих случаях при решении диагностических экспертных задач.

Ю.Г. Коруховым предложен перечень информационных моделей, используемых при решении диагностических задач, а именно:

а) установление пространственной структуры обстановки преступного события;

б) установление механизма отдельных этапов (стадий) события;

в) определение вещественной структуры обстановки места происшествия;

г) установление временных характеристик преступного события;

д) определение свойств действовавших объектов;

е) ретроспективное исследование причинно-следственных связей;

ж) прогнозирование действий причинно-следственных связей;

з) установление в целом механизма преступного события;

и) установление соответствия ситуации, излагаемой участником процесса1.

Моделирование используется не только при производстве криминалистических действий, но и при проведении различных иных судебных экспертиз. Общим во всех случаях остается использование для построения моделей необходимой для этих целей наличной информации.

Построение мысленных моделей - обязательный компонент розыскной деятельности следователя. В этом случае модели носят преимущественно прогностический характер, ибо нацелены на предвидение
действий

Корухов Ю.Г. Основы теории криминалистической диагностики // Криминалистика. Т. 1 Учебник для вузов МВД. - М., 1995. - С. 116-117.

148

скрывшегося лица, мест сокрытия разыскиваемых объектов, установление подлинных причин безвестного отсутствия лица. И в данном случае опорной базой для построения розыскной версии как мысленной модели служит наличная информация.

Моделирование с опорой на имеющуюся информацию позволяет выявить все связи между различной информацией и построить целостную систему по делу. В модели этой системы находят свое место совпадающая ориентирующая информация и отчетливее проявляется невозможность случайного совпадения множества признаков доказательств. «Вероятность случайного совпадения быстро уменьшается по мере увеличения числа вероятных улик», - отметил А.А. Эйсман .

Об умелом использовании ориентирующей информации в целостной системе свидетельствует следующий пример.

Гражданка И. подала заявление о том, что она была изнасилована в своей комнате ее знакомым К. По показаниям И., обстановка в комнате к моменту ее осмотра следователем оставалась той же, что и в момент совершения преступления. По словам И., преступник приподнял ее и бросил плашмя на кровать, где после непродолжительной борьбы сумел парализовать сопротивление с ее стороны и овладеть ею. Никакие вещи в комнате в период борьбы, по заявлению И., со своих мест не сдвигались и не падали.

Изучение обстановки места происшествия показало несостоятельность заявления И. Комната ее находилась в сборном щитовом доме, толщина межкомнатных стен которого едва достигала 10 см, что обеспечивало хорошую слышимость. Однако соседи показали, что ни шума борьбы, ни криков о помощи они не слышали. Кровать, на которой И., по ее заявлению, была изнасилована, находилась у стены. Сбоку от кровати, соприкасаясь с ней, стояла неустойчивая деревянная подставка с
большим цветочным

1 Эйсман А.А. Логика доказывания. - М., 1971. - С. 82.

149

горшком. Даже при легком прикосновении к кровати подставка начинала колебаться. Подставка и цветок, будучи расположенными с единственно доступной стороны кровати, оставляли проход к ней шириной около 140 см -явно недостаточный для того, чтобы бросить на кровать И., рост которой достигал 165 см, и не задеть при этом подставку. Одна из веток находившегося на подставке цветка выступала в сторону кровати на 35 см и неминуемо должна была быть задета при борьбе, что не могло не повлечь за собой падения цветочного горшка.

Все эти пространственные характеристики объектов на месте их расположения, взятые в комплексе, послужили основанием для построения динамичной модели предполагаемого преступления. Но эта модель позволяла сделать лишь один вывод: при описанных И. обстоятельствах изнасилование не могло быть совершено. Действительно, в дальнейшем был установлен факт оговора К1.

Ни один из предметов, находившийся на месте мнимого изнасилования, сам по себе не обладал никакой доказательственной информацией. Комплекс же их в совокупности с пространственными связями сыграл немаловажную роль в формировании у следователя сомнительного отношения к показаниям И. В данном случае можно говорить о наличии так называемых негативных обстоятельствах, то есть обстоятельствах, противоречащих представлению об обычном ходе вещей в данной ситуации .

Использование информации для преодоления противодействия расследованию преследует, в сущности, общую цель - нейтрализация действий, противостоящих следователю (или дознавателю), лиц, их попыток скрыть от расследования сущность, мотивы или субъект преступления.

Задачами использования информации лицом, производящим расследование, для реализации указанной цели могут быть следующие:

1 Белкин АР. Указ. раб. - С. 163.

2 Криминалистика: Краткая энциклопедия / Авт. Сост. PC. Белкин. - М., 1993.

С. 45.

150

  • установление факта утаивания информации о преступлении и (или) ее носителей;

установление факта уничтожения следов преступления и преступника;

  • установление факта маскировки информации и (или) ее носителей;
  • установление ложности информации и (или) ее носителей1.
  • Для противодействия расследованию большую роль играет оперативная информация, которая в этом случае выполняет функцию «обратной связи», позволяя следователю (дознавателю) оценить свои действия «глазами партнера» по его высказываниям третьим лицам2.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что направления использования информации в одних случаях зависят от значения используемой информации, в других случаях может быть использована любая информация, - все зависит, как правило, от наличия или отсутствия в законе требований, предъявляемых к решению того или иного вопроса.

§ 2. Пределы использования информации

Пределы использования информации в уголовном процессе, на наш взгляд, определяются предметом уголовно-процессуального познания и во многом зависят от необходимости ограничения прав и свобод человека и гражданина. Познание, как и любая человеческая деятельность, предметно, то есть направлено на определенный круг свойств и отношений изучаемого объекта. Каждый вид познания характеризуется, кроме того, его предметом.

В юридической литературе проблема объекта уголовно-процессуального познания не подвергалась специальному исследованию.

1 Белкин А.Р. Указ. раб. - С. 285-286. Зорин Г. А. Тактический потенциал следственного действия. - Минск, 1989. -С.17-19.

151

Одним из первых попытку решить проблему объекта познания в уголовном процессе предпринял B.C. Зеленский. Он так определил данное понятие: «Совокупность обстоятельств, явлений, процессов, истинное и достоверное познание которых определяет правильное разрешение уголовного дела, выполнение задач уголовного процесса»1.

В дальнейшем были даны и иные определения данного понятия. Так, по мнению В.Д. Арсеньева, объектом уголовно-процессуального познания являются «реальные обстоятельства происшедшего события, на установление которых направляется доказательственная деятельность по уголовному делу» . Н.Г. Стойко характеризует данный объект своеобразно. Вначале он определяет его в познавательном аспекте как обстоятельства дела и доказательства, а затем в предметно-практическом аспекте считает объектом лишь обстоятельства дела, тогда как доказательства относятся к предмету доказывания .

Нельзя, разумеется, говорить о правильности или неправильности той или иной точки зрения. В науке вообще нет ничего абсолютно истинного. Но расценивая различные взгляды, можно и нужно ставить вопрос об их системности, последовательности, непротиворечивости. Лишь с этих позиций следует принимать или отвергать тот или иной научный подход.

Общие предпосылки решения проблемы объекта имеются в философии.

«Объектом познания является реальность, выступающая противоположностью субъекта. На нее направлена
предметно-

Зеленский B.C. Объект уголовно-процессуального познания действительности // Вопросы государства и права развитого социалистического общества. - Харьков, 1975. - С. 247.

Арсеньев В. Д. К вопросу о предмете и объекте доказывания по уголовным делам // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. - Красноярск, 1987. -С. 26.

См.: Стойко Н.Г. Объект и предмет уголовно-процессуального доказывания // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. - Красноярск, 1987. -С. 24.

152

преобразующая и гносеологическая деятельность субъекта» . То есть объект познания можно характеризовать как явления, вещи, процессы реального мира, которые выделены из окружающей действительности для приобретения знания о них с целью решения практических задач, стоящих перед субъектом.

Но это общее, философское определение объекта, которое применительно к уголовному процессу нуждается в конкретизации.

Познавательный процесс субъекта уголовного процесса направлен на множество явлений, вещей, процессов реальной действительности. Но это не хаотичное, не случайное скопление объектов. Центральное место среди них занимает преступное событие (ст. 73 УПК РФ). Все остальные явления берутся для изучения только в том случае, если они так или иначе связаны с преступлением. Эти разнообразные объекты разграничиваются в процессе познания на две группы.

  1. Объекты, отграниченные от субъекта уголовно-процессуального познания пространственно-временными рамками и поэтому недоступные непосредственному восприятию. Это - само преступление, которое является всегда событием прошлого, а также иные явления, происшедшие или существующие вне личного восприятия.
  2. Объекты, обладающие следами преступления и сохранившие их к моменту уголовно-процессуального познания, в силу чего изучаемые непосредственно. Таковыми являются материальные объекты - люди, вещи, документы, доступные личному, чувственному восприятию.
  3. В единстве объекты первой и второй групп образуют целостный объект, который можно определить как преступное событие и иные, связанные с ним явления окружающей действительности, вовлеченные в сферу уголовно-процессуальной познавательной деятельности с целью решения задач уголовного судопроизводства.

1 Субъект и объект как философская проблема. - Киев, 1979. - С. 84.

153

Понятие предмета уголовно-процессуального познания является производным от определения понятия объекта.

Проблема предмета познания в философии обстоятельно разработана, и решается через понятие объекта. В начале процесса познания субъект, руководствуясь задачами, стоящими перед данным видом познавательной деятельности, очерчивает в окружающей реальности тот «кусок» действительности, который подлежит изучению и выступает в качестве объекта. В силу философского закона о всеобщей связи любой объект обладает неисчислимым многообразием свойств и отношений. Исследование их всех в одном познании практически невозможно, да и не нужно, поскольку каждая разновидность познания ограничена своими задачами, для решения которых достаточно лишь некоторого количества свойств и связей объекта. «В зависимости от субъекта - его целей, интересов и т.д. -выделяются разные стороны объекта и, на этой основе, формируется предмет познания», - отмечает В.И. Кириллов1. Значит, если объектом познания служат цельные явления, вещи, взятые в единстве всех их свойств и отношений, то предметом познания выступают лишь некоторые из них. Поэтому предмет познания определяется в философии как «зафиксированные в опыте и включенные в процесс практической деятельности человека стороны, свойства и отношения объектов, исследуемые с определенной целью в данных условиях и обстоятельствах» .

Многие юристы решают вопрос о предмете познания просто: предмет познания по уголовному делу (именуемый ими предметом доказывания) составляют те обстоятельства, которые подлежат доказыванию.

Представляется, что здесь имеет место узконормативнй подход к одному из важных вопросов теории уголовно-процессуального познания.

Кириллов В.И. Логика познания сущности. - М., 1980. - С. 62. 2 Философский словарь. - М, 1972. - С. 326.

См.: Теория доказательств… С. 142-145; Назаров ВВ., Илларионов В.А., Гелескул В.В. Предмет доказывания в советском уголовном процессе: Анализ содержания / Вопросы организации суда и осуществления правосудия в СССР. - Калининград, 1977. -С. 21.

154

Уязвимость такого подхода заключается в следующем. Во-первых, законодатель не формулировал понятие предмета познания или доказывания, а закрепил перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию по делу как нормативно выраженный ориентир для практической деятельности, тогда как предмет уголовно-процессуального познания - понятие научное, которое может и должно быть выработано наукой, теорией, опирающейся, разумеется, на закон, но не сводящейся к повторению его положений.

Во-вторых, решение проблемы предмета уголовно-процессуального познания нельзя сводить лишь к обстоятельствам, устанавливаемым по делу. Ведь кроме них в уголовном процессе познаются иные явления - доказательства, в которых также выясняются определенные юридические свойства. Неточная трактовка в юридической литературе объекта познания по уголовному делу, то есть ограничение его лишь фактами дела и оставление за рамками объекта доказательств, породила неточное определение предмета уголовно-процессуального познания, который сводится к обстоятельствам (не случайно он именуется предметом доказывания, а не познания), тогда как в содержание предмета входят и доказательства, точнее их правовые свойства.

Многочисленные и разнообразные юридические обстоятельства, познаваемые в уголовном процессе, необходимо систематизировать согласно их роли и назначению в уголовно-процессуальном познании. Юридические свойства, в свою очередь, являются ориентиром группировки фактических обстоятельств.

Критерием дифференциации таких обстоятельств может быть только назначение уголовного судопроизводства.

Главное назначение уголовно-процессуального познания определить несложно. Это вопрос о преступлении и наказании, точнее об обстоятельствах, лежащих в основе вопроса о преступлении и наказании. Данное назначение отражено в ч. 2 ст. 6 УТЖ РФ и в ряде других положений уголовно-процессуального закона (ст.ст. 24, 212, 308 и др.)

155

Вопросы о преступлении и наказании урегулированы уголовным правом. Поэтому главное познавательное назначение расследования по уголовному делу - уголовно-правовая, а обстоятельства, устанавливаемые для решения данной задачи, имеют уголовно-правовой характер.

Нередко в результате преступления причиняется материальный ущерб потерпевшим (гражданам) или юридическим лицам (учреждениям, предприятиям, организациям). Если такой ущерб имеет уголовно- правовое значение, то есть определяет уголовно-правовую квалификацию деяния, например, по делам о хищении, то обстоятельства ущерба подлежат установлению в соответствии с центральным назначением уголовного судопроизводства. Данное направление уголовно- процессуального познания выражено в п. 4 ч. 1 ст. 73 УПК РФ, в котором указано на необходимость установления таких обстоятельств, как «характер и размер вреда, причиненного преступлением». Но если нанесенный ущерб не охватывается составом преступления, то вопрос от причиненных преступлением последствиях выступает в виде отдельного назначения уголовного процесса. Его можно назвать сопутствующим. Предъявление требований о возмещении имущественного ущерба является правом лица, которому причинен ущерб преступлением. Такое предъявление может быть осуществлено после возбуждения уголовного дела, но до окончания предварительного расследования (с. 2 ст. 44 УПК РФ). Поскольку сопутствующее назначение связано с гражданским иском, то выясняемые при этом факты носят гражданско-правовой характер.

Кроме того, укрепление законности и правопорядка, предупреждение и искоренение преступлений, охрана интересов общества, прав и свобод граждан, их воспитание в духе законности образуют единое направление уголовно-процессуальной деятельности. В ч. 2 ст. 73 УПК РФ оно сформулировано более узко - как необходимость выявления обстоятельств, способствовавших совершению преступления. Обстоятельства, выясняемые с этой целью, имеют криминогенное значение, а назначение, реализуемое при

156

их помощи, может именоваться вспомогательным, поскольку оно подчинено главной и способствует ее решению.

Итак, можно выделить три вида обстоятельств - уголовно-правовые, гражданско-правовые и криминогенные, каждое из которых подчинено разрешению специфического познавательного назначения.

Но есть еще одна разновидность юридических обстоятельств, без установления которых никакое назначение уголовного судопроизводства не может быть разрешено. Это обстоятельства уголовно-процессуального характера. Они познаются и служат основаниями сугубо процессуальных решений, например, о производстве выемки, обыска, привода, заключения под стражу и т.д. Установление уголовно-процессуальных обстоятельств создает необходимые условия реализации всех назначений уголовного судопроизводства, обеспечивая тем самым надлежащий порядок, предусмотренную законом форму процессуальной деятельности. Поэтому данное направление уголовно-процессуального познания можно именовать обеспечительное.

Таким образом, в уголовном процессе познаются четыре вида юридических обстоятельств: уголовно-правовые, гражданско-правовые, криминогенные и уголовно-процессуальные. Уголовно-правовые обстоятельства играют главную, ведущую роль, им сопутствуют гражданско-правовые. Криминогенные же обстоятельства имеют вспомогательное, содействующее значение. И обеспечительную функцию выполняют обстоятельства уголовно-процессуального характера.

Пределы использования информации, как было отмечено выше, во многом зависят от необходимости ограничения прав и свобод человека и гражданина.

В Конституции Российской Федерации закреплена система прав человека и гражданина, гарантией соблюдения которых выступает сохранение тайны. Так, любой человек имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту свое чести и доброго

157

имени. Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных и иных сообщений. Ограничение этого права допускается только на основании судебного решения (ст. 23 Конституции РФ). Кроме того, сбор хранение, использование и распространение информации о частной жизни не допускаются (ст. 24 Конституции РФ), что также предполагает сохранение тайны всеми субъектами уголовно-процессуальных отношений, независимо от того, каким образом ими получена указанная информация.

Разумеется, законодатель предусмотрел возможность ограничения вышеперечисленных прав в необходимых случаях, например, в ходе расследования преступлений.

Так, в уголовном судопроизводстве компетентные должностные лица и государственные органы имеют возможность, соблюдая определенную законом процедуру, налагать арест на почтово-телеграфную корреспонденцию, осуществлять контроль и запись переговоров, а также собирать, хранить и использовать информацию о частной жизни лица в целях раскрытия и расследования совершенного преступления.

Следует учитывать, что и сами должностные лица, осуществляющие производство по уголовному делу, не только имеют право, но и обязаны принять меры (ст. 161 УПК РФ) к тому, чтобы информация, собранная в ходе расследования уголовного дела, не получила преждевременной огласки.

Нельзя не согласиться с мнением Г.В. Дроздова о том, что необоснованное предание огласке данных предварительного следствия может существенно осложнить решение задач производства по уголовному делу и повлечь за собой нарушение прав и законных интересов граждан, и, следовательно, гласность на предварительном следствии в силу его специфичности допустима лишь в строго ограниченных пределах1.

В связи с этим возникают закономерные вопросы: «Что представляет собой тайна? Предусмотрены ли действующим
законодательством

Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодекс РСФСР / Под ред. В.М. Лебедева. - М, 1997. - С. 261-262.

158

процессуальные гарантии, надежно ограждающие право на сохранение тайны всех участников уголовного процесса?

Для того чтобы ответить на поставленные вопросы, прежде всего, необходимо установить, что же понимается под термином «тайна».

СИ. Ожегов в словаре русского языка толкует данное понятие, выделяя три значениях: 1. «нечто неразгаданное, еще не познанное»; 2. «нечто скрываемое от других, известное не всем, секрет»; 3. «скрытая причина чего-нибудь»1.

В.И. Даль указывает такое понятие слову «тайна»: «все сокрытое, неизвестное, неведомое, нечто скрытно хранимое, что скрывают от кого- либо с намерением, таят». Прилагательное «тайный» В. Даль толкует следующим образом: «сокрытый, сокровенный, неизвестный кому или скрываемый от кого, секретный, неоглашаемый»2.

В контексте же слово «тайна» реализует гораздо больше значений, поскольку местоимения «все» и «нечто», заложенные в само понятие, подразумевают всевозможные варианты толкования, однако, с точки зрения юриспруденции, данная лексема нуждается в конкретизации.

По мнению Л.О. Красавчиковой, под «тайной» следует понимать определенную информацию о действиях (состоянии и иных обстоятельствах) определенного лица (гражданина, организации, государства), не подлежащую разглашению .

И. Смолькова, анализируя это определение, отмечает, что в него не вошли такие существенные признаки тайны, как обязанность хранить тайну и ответственность за ее разглашение. По ее мнению, тайна представляет собой секретную или конфиденциальную информацию (сведения),
которая

1 Ожегов СИ. Словарь русского языка. / Под ред. НЮ. Шведовой. - М., 1989. - С. 785.

2 Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. - М., 1955. - С. 386.

3 Красавчикова Л.О. Личная жизнь под охраной закона. - М., 1983. - С. 119.

159

известна или достоверна узкому кругу субъектов и разглашение которой влечет за собой юридическую ответственность .

По нашему мнению, понятие «тайна», данное И. Смольковой, наиболее полно раскрывает ее внутреннее содержание, применительно к уголовному судопроизводству. Однако представляется, что в толковании данного понятия следует включить также информацию, которая сама по себе не является секретной или конфиденциальной, но преждевременное разглашение которой в зависимости от конкретных обстоятельств уголовного дела может повлечь за собой нарушение прав и законных интересов граждан.

Анализируя действующее российское законодательство и принимая за критерий предмет тайны, то есть информацию, которая ее образует, можно выделить несколько основных видов тайны. Необходимо отметить, что эта классификация достаточно условна, поскольку различные виды тайны тесно связаны между собой законодательным регулированием, предметом, субъектом и ответственностью за ее нарушение, и в то же время эти виды тайны различаются как по своему содержанию, так и правовому регулированию.

Принимая во внимание вышесказанное, мы предлагаем выделять три основные вида тайны.

  1. Государственная тайна. Понятие и содержание государственной тайны раскрыты в Законе Российской Федерации от 21 июля 1993 года № 5485-1 «О государственной тайне» в редакции Федерального закона от 6 октября 1997 года «131-ФЗ»2, где она определяется как «защищаемые государством сведения в области его военной, внешнеэкономической, экономической, разведывательной, контрразведывательной и оперативно- розыскной деятельности, распространение которых может нанести ущерб безопасности РФ». Указ Президента № 61 от 24 января 1998 года содержит

1 Смолькова И. Гласность и тайна в уголовном процессе. // Законность. - 1998. - № 7.-С. 41-42.

Российская газета от 21 сентября 1993 года, 9 октября 1997 года.

160

уточненный перечень сведений, отнесенных к государственной тайне. Эти сведения разделены законодателем на 4 группы: 1) сведения в военной области; 2) сведения о внешнеполитической и внешнеэкономической деятельности; 3) сведения в области экономики, науки и техники; 4) сведения в области разведывательной, контрразведывательной, оперативно-розыскной деятельности и организации государственной защиты .

Термин «государственная тайна» встречается также в Законе Российской Федерации от 5 марта 1992 года № 2446-1 «О безопасности» в редакции Указа Президента Российской Федерации от 24 декабря 1993 года № 22882, а ответственность за разглашение тайны установлена статьями 283 и 284 УК РФ.

  1. Профессиональная тайна. Российское законодательство не содержит специальных нормативных актов, закрепляющих понятие и регламентирующих профессиональную тайну. Институт профессиональной тайны базируется на отдельных нормах различных правовых актов (ст. 139 Гражданского кодекса Российской Федерации; Указ Президента Российской Федерации от 6 марта 1997 года № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера»3; Указ Президента Российской Федерации от 22 декабря 1993 года № 22 67 «Об утверждении Положения о федеральной государственной службе» в редакции Указа Президента Российской Федерации от 11 января 1995 года № ЗЗ4).

Профессиональная тайна связана с ее носителем по признаку профессии или вида деятельности. Указанную тайну можно подразделить на два вида: служебную и коммерческую.

Служебная и коммерческая тайны специально выделяются и регулируются статьей 139 Гражданского Кодекса Российской Федерации.

1 Российская газета от 3 февраля 1998 года.

2 Российская газета от 6 мая 1992 года, 10 января 1993 года.

3 Российская газета от 14 марта 1997 года.

4 Сборник законодательства Российской Федерации. - 1994. - № 2. - Ст. 76; - 1995. -№33.-Ст. 3358.

161

Состав сведений, образующих служебную и коммерческую тайны, определяется самими участниками гражданского оборота с учетом установленных законодательством ограничений. К такого рода сведениям предприниматели обычно относят данные о проведенных переговоров, заключенных сделках, контрагентах, имущественном положении и т.п. К служебной и коммерческой тайнам, с точки зрения действующего законодательства, можно отнести и информацию, касающуюся применяемых технологий, технических решений, методов организации производства и т.п., то есть всего того, что обычно охватывается понятием секрет производства («ноу-хау»).

Разновидностями служебной тайны являются следующие:

1) тайна предварительного следствия и судопроизводства (Федеральный закон от 17 января 1995 года № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» в редакции Федерального закона от 10 февраля 1999 года № 31-ФЗ; ст. 161 УПК РФ; ст. 130 УК РФ).

Реализация назначения уголовного судопроизводства предостерегает от разглашения информации, собранной на досудебных стадиях.

Согласно ч. 3 ст. 161 УПК РФ данные предварительного расследования могут быть преданы гласности лишь с разрешения прокурора, следователя, дознавателя и только в том объеме, в каком ими будет признано это допустимым, и при условии, если разглашение не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства. В то же время, разглашение данных о частной жизни участников уголовного судопроизводства без их согласия не допускается.

Для предупреждения разглашения данных предварительного следствии следователь предупреждает участников уголовного судопроизводства о недопустимости разглашения без соответствующего разрешения ставших им известными данных предварительного расследования, о чем у них берется

162

подписка о предупреждении об уголовной ответственности в соответствии со статьей 310 УК РФ.

В соответствии с п. 3 ст. 5 Закона РФ «О прокуратуре Российской Федерации» никто не вправе без разрешения надзирающего прокурора разглашать материалы проверок и предварительного следствия, проводимые органами прокуратуры, до их завершения.

2) нотариальная тайна (ч. 2 ст. 16 Основ законодательства о нотариате, ст. 137 УК России); 3) 4) врачебная (медицинская) тайна (ч. 3 ст. 61, ст. 35 Основ законодательства РФ «Об охране здоровья граждан», ст. 9 Закона РФ «О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании», ст. 14 закона РФ «О трансплантации органов и (или) тканей человека», ст. 137 УК РФ); 5) 4) тайна страхования (ст. 946 ГК России, ст. 137 УК России);

5) адвокатская тайна (ч. 2 ст. 53 УПК РФ, ст. 7 Положения об адвокатуре, ст. 137 УК России); 6) 7) журналистская (редакционные данные) тайна (ст. 41 Закона «О средствах массовой информации», ст. 144 УК России). 8) Вторым видом профессиональной тайны является коммерческая.

К коммерческой тайне, например (см. Федеральный закон от 21 ноября 1996 года № 129-ФЗ «О бухгалтерском учете» в редакции Федерального закона от 23 июля 1998 года № 123-ФЗ), относятся содержание регистров бухгалтерского учета и внутренней бухгалтерской отчетности. Уголовным кодексом Российской Федерации (ст. 183) установлена уголовная ответственность за собирание в целях разглашения или незаконного использования сведений, составляющих коммерческую или банковскую тайну (см. также ст. 857 ГК РФ), и за само незаконное разглашение или использование таких сведений.

К недобросовестной конкуренции Законом Российской Федерации от 22
марта 1991 года № 9481 «О конкуренции и ограничении

163

монополистической деятельности на товарных ранках» в редакции Федерального закона от 6 мая 1998 года № 70-Фз отнесено получение, использование и разглашение коммерческой тайны.

Российское законодательство содержит нормы, регулирующие два вида тайн, которые, являясь самостоятельными правовыми институтами, могут рассматриваться как виды коммерческой тайны. Ими являются:

а) банковская тайна (тайна вкладов - ст. 26 Закона РФ «О банках и банковской деятельности»; ст. 857 ГК РФ; ст. 183 УК России);

б) конфиденциальная информация (ст. 727, 771, 1032 ГК РФ, ст. 16 Таможенного кодекса РФ, Указ Президента РФ от 6 марта 1997г. № 188 «Об утверждении перечня сведений конфиденциального характера»). Федеральным законом «Об информации, информатизации и защите информации» от 20 февраля 1995 года № 24-ФЗ определено само понятие конфиденциальная информация: это «документированная информация, доступ к которой ограничивается в соответствии с законодательством Российской Федерации».

Следует отметить, что налоговые органы обязаны обеспечить сохранность и конфиденциальность сведений о налогоплательщиках. Федеральным законом «Об информации, информатизации и защите информации» от 20 февраля 1995 года № 24-ФЗ предусмотрена ответственность как за противоправное осуществление экспертиз, проверок финансово- экономической деятельности, имущественного и финансового положения граждан, юридических лиц, общественных организаций, так и за нарушение режима и правил предоставления информации.

  1. Личная тайна.

Конституция Российской Федерации и иные нормативные акты содержат целый комплекс фундаментальных личных прав человека и гражданина, соблюдение которых неразрывно связано с сохранением тайны. Это - право на неприкосновенность частной жизни, на личную и семейную тайну, право на защиту своей чести и доброго имени, право на свободу

164

совести, свободу вероисповедания и т.п. В зависимости от вида охраняемого законом права в личной тайне можно выделить следующие виды:

а) тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений (ст. 23 Конституции РФ, Закон РФ О связи, ст. 137 и 138 УК России);

б) тайна усыновления (ст. 139 Семейного кодекса РФ, ст. 155 УК России);

в) тайна исповеди (Закон РФ «О свободе вероисповедания»);

г) тайна голосования (Федеральный закон «Об основных гарантиях избирательных прав граждан РФ, ст. 142 УК России).

Каждый из всех видов тайны имеет свои особенности, тем не менее можно выделить некоторые их общие черты, а именно:

1) владелец сертифицированного информационного ресурса несет ответственность за полноту и достоверность сопровождаемой информации; 2) 3) несанкционированный доступ к информации несет за собой гражданскую и (или) уголовную ответственность; 4) 3) использование информации сопровождается строгим соблюдением требований ее защиты;

4) граждане имеют право на защиту информации от несанкционированного доступа, а также право на получение компенсации за фактически причиненный ущерб, если имел место несанкционированный доступ к информации.

Охрана чести и достоинства личности, судебная защита прав и свобод человека и гражданина - основополагающий принцип уголовного процесса, означающий, что при производстве по уголовному делу органы предварительного следствия, дознания, прокуратуры, суд обязаны охранять права и свободы граждан, допуская их ограничения лишь по основаниям и в порядке, установленном законом, в случае действительной необходимости не

165

унижать достоинство участвующих в деле лиц, а также принимать меры к охране безопасности этих лиц и членов их семей1.

Этот принцип крайне важен, так как именно при производстве по уголовным делам в интересах выполнения задач уголовного процесса, защиты граждан и общества от преступлений приходится ограничивать права и свободы отдельных лиц. Это носит комплексный характер и выражается в ряде законодательных установлений, отражающих общий нравственно-правовой принцип гуманизма, сформулированный в ст. 2 Конституции РФ: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства».

В то же время существует ряд случаев, предусмотренных ст. 23 Конституции РФ, при которых допускается ограничение прав. Возможность ограничения конституционных прав предусмотрена в п.З ст. 55 Конституции РФ. Необходимость ограничения рассматриваемых прав человека и гражданина обычно возникает в трех основных сферах: в области борьбы с преступностью, при защите здоровья граждан и в условиях чрезвычайного и военного положения.

В рамках настоящего исследования нас более всего интересуют вопросы ограничения прав граждан при решении задач уголовного судопроизводства, что является одним из условий решения отдельных вопросов в борьбе с преступностью.

Действующее уголовно-процессуальное законодательство допускает возможность проведения следственных и судебных действий, связанных с ограничением права на личную жизнь (обыск, выемка, наложение ареста на почтово-телеграфную корреспонденцию, ее осмотра и изъятия, освидетельствование и др.).

1 Громов НА., Пономаренков В.А., Франциферов Ю.В. Уголовный процесс России: Учебник. - М., 2001. - С. 66.

166

Уголовный процесс Российской Федерации предполагает получение информации с использование различных технических средств специального назначения, позволяющих осуществлять скрытую запись телефонных переговоров, запись разговоров в служебных и личных помещениях (ст. 186 УТЖ РФ), производить скрытую фото- и видеосъемку (при проведении оперативно-розыскных мероприятий по поручению следователя в порядке ст.ст. 38, 21 УПК РФ) и т.д.

Случаи ограничения права граждан на неприкосновенность частной жизни предусмотрены в различных законах РФ: «Об оперативно- розыскной деятельности», «О федеральных органах налоговой полиции», «Об органах Федеральной службы безопасности» и др. Так, в соответствии с пунктом 5 ч. 3 ст. 11 закона РФ «О федеральных органах налоговой полиции» возможно проникновение в жилые помещения, используемые для индивидуальной и предпринимательской деятельности, против воли проживающих в них граждан, с последующим уведомлением прокурора. Статья 9 закона РФ «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации» допускает «осуществление контрразведывательной деятельности, затрагивающей тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений граждан».

Правовые аспекты защиты информации, связанные с соблюдением этических и юридических норм, предусматривающих защиту данных от несанкционированного доступа и предотвращение любой возможности их использования не по назначению, находят свое выражения в определенных гарантиях, которые определяются деятельностью органов, осуществляющие защиту прав и интересов граждан.

Высшим органом, обеспечивающим решение вопросов по защите информации, является Государственная техническая комиссия при Президенте Российской Федерации, которая на основе принципа представительства объединила 19 министерств и ведомств - основных держателей сведений, относящихся к государственной и служебной тайне.

167

Новый федеральный орган, возглавляя государственную систему защиты информации, осуществляет регулирование этой отрасли безопасности и несет ответственность за ее состояние и развитие. Непосредственное подчинение Президенту Российской Федерации обеспечивает независимость Гостехкомиссии России от региональных, ведомственных и корпоративных влияний, гарантирует соответствие ее деятельности высшим государственным интересам.

В соответствии с ч. 1 ст. 17, 18, ч.1 ст. 46, ст. 52 и 56 Конституции РФ, ст. 1 и 3 Закона РФ «Об обжаловании в суде действий и решений, нарушающих права и свободы граждан», гражданами могут быть обжалованы в суд любые действия (решения) органов и должностных лиц, кроме действий (решений), проверка которых отнесена законодателем к исключительной компетенций Конституционного Суда РФ либо в отношении которых предусмотрен иной порядок судебного обжалования.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении «О рассмотрении судами жалоб на неправомерные действия, нарушающие права и свободы граждан» разъяснил, что не могут быть обжалованы в суд в порядке, предусмотренном законом действия прокурора, следователя, дознавателя, в отношении которых уголовно-процессуальном законодательстве предусмотрен иной порядок судебного обжалования.

Порядок судебного обжалования решений дознавателя, следователя, прокурора об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные их решения и действия (бездействия), которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, определен ст. 125 УПК РФ, а также Законом РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан».

Обжалованию подлежат как активные действия органов расследования, прокурора и суда,’так и их бездействие. Правом на обжалование обладает

168

любое лицо - как физическое, так и юридическое, полагающее, что ущемлены его законные интересы. Это право должно быть разъяснено при первом контакте с субъектом, вовлекаемым в сферу уголовного судопроизводства (ст. 11 УПК РФ).

Статья 124 УПК РФ предусматривает особый порядок обжалования действий органа дознания и следователя в связи с расследованием ими уголовного дела. Во-первых, эти жалобы подаются конкретному должностному лицу - прокурору, осуществляющему надзор за расследованием данного дела либо непосредственно, либо через дознавателя, следователя, на действия которых эта жалоба приносится; во-вторых, сам факт подачи жалобы не может приостановить приведение в исполнение обжалуемого действия.

Нормы законодательства призваны определять порядок, средства и способы защиты информации от несанкционированного доступа, а также процедуру получения закрытой информации в случае необходимости.

Уголовно-процессуальный кодекс содержит ряд норм, определяющих порядок ограничения прав и свобод граждан, а также гарантии их защиты при производстве по уголовному делу.

Так, Закон обязывает следователя принимать необходимые меры к тому, чтобы не были оглашены выявленные в ходе обыска и выемки обстоятельства частной жизни, личная и (или) семейная тайна, а также обстоятельства частной жизни других лиц (ст.ст. 182, 183 УПК РФ).

Однако не всегда нормы закона должным образом реализуются на практике. Так, согласно ч. 3 ст. 161 УПК РФ для предупреждения разглашения данных предварительного следствии следователь предупреждает участников уголовного судопроизводства о недопустимости разглашения без соответствующего разрешения ставших им известными данных предварительного расследования, о чем у них берется подписка о предупреждении об уголовной ответственности. На практике же такое делается крайне редко. Из 267 изученных нами уголовных дел не было

169

установлено ни одного случая отобрания подписки о неразглашения данных следствия. Причина такой практики заключается в том, что следователи, как правило, не придают должного значения положениям закона, не заботятся о сохранении тайны следствия, а также личной тайны участников уголовного судопроизводства.

Если требования закона не будут выполнены, а информация получит публичную огласку, то ситуацию уже не изменить. Так, для обеспечения сохранения государственной и иной охраняемой федеральным законом тайны предусмотрено закрытое судебное разбирательство (ч. 2 ст. 241 УПК РФ). Однако, как справедливо заметила З.В. Макарова, если дело рассматривалось в открытом судебном разбирательстве в то время, как должно было рассматриваться в закрытом судебном заседании, то это обстоятельство не может служит основанием для отмены приговора, так как «требование закона о неразглашении определенных сведений не удастся исполнить»1. В данном случае выносится частное определение в адрес суда, нарушившего требования закона о проведении закрытого судебного разбирательства.

Вопрос соблюдения необходимости ограничений прав и законных интересов граждан во многом зависит от правового информирования самих граждан. Это объясняется тем, что граждане, знающие свои права и свободы, в ряде случае могут потребовать от должностных лиц принятия соответствующих мер по защите информации от несанкционированного доступа к ней. Кроме того, проблема правового информирования приобретает особую остроту, если учитывать тот факт, что правовая безграмотность населения может быть использована отдельными сотрудниками органов внутренних дел в корыстных целях.

Низкое правосознание граждан, на наш взгляд, является результатом слабой работы соответствующих служб по правовому информированию населению. Не зная о наличии у него того или иного права, индивидуум,

Макарова З.В. Гласность уголовного процесса. - Челябинск, 1993. - С. 174.

170

естественно, не может его защищать. Поэтому важнейшим условием для защиты тех или иных прав является наличие информации о них.

Конституция РФ закрепила важное положение, которая гласит: «законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».

Законом РФ от 14 июня 1994 г. № 5-ФЗ «О порядке опубликования и вступления в силу федеральных законов, актов палат Федерального Собрания» устанавливается механизм вступления в силу и доведения до сведения граждан содержания правовых актов Федерального Собрания. Официальным считается первое опубликование полного текста правового акта Федерального Собрания в «Российской газете» и в «Собрании законодательства Российской Федерации». Порядок опубликования и вступления в силу актов Президента РФ, правительства РФ и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти определяется Указом Президента от 23 мая 1996 г. № 763.

В то же время возникает ряд проблем, связанных с возможностью получения гражданами полной, достоверной и актуальной информации из этих источников.

Во-первых, очевидно неудобство получения информации через такой вид средств массовой информации, как газета. Крупный формат и непрочность делают ее не вполне применимой для более или менее систематического использования.

Этого недостатка лишено «Собрание законодательства Российской Федерации». Но данное издание выходит со значительной задержкой, не позволяет точно определить момент его, а кроме всего прочего, «Собрание законодательства РФ» распространяется только по подписке. Те же самые проблемы характерны и для такого вида издания, как «Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти».

171

Во-вторых, возникает необходимость просматривать все предыдущие выпуски этих изданий для получения информации об изменениях, вносимых в рассматриваемый документ.

В-третьих, даже в том случае, когда имеется информация обо всех изменениях, изучение актов в «бумажном виде» технически осложняется необходимостью воспринимать текст одновременно из нескольких источников.

И, наконец, в-четвертых, почти полное отсутствие систем тематического поиска делает практически невыполнимой задачу изучения всей совокупности правовых актов, касающихся интересующих вопросов.

Однако проблемы реализации прав граждан на доступ к правовой информации следует понимать гораздо шире, нежели просто указывать на сложности в получении тех или иных текстов правовых актов.

Как не раз отмечалось в юридической литературе, современное законодательство достаточно объемно и сложно для адекватного восприятия его установлений без специальной подготовки. Внутренние противоречия, зачастую встречающиеся в нем, нередко ставят в тупик даже опытных правоведов. Динамичность нормотворческого процесса еще более усложняет и без того нелегкую задачу восприятия необходимых норм. Поэтому необходимость поиска источников правовой информации, отвечающей требованиям актуальности, полноты, удобства в пользовании, и к тому же снабжению необходимыми комментариями, ощущается как никогда остро.

Нетрудно заметить, что такое количество проблем, встречающихся в процессе реализации права на доступ к правовой информации, практически сводит на нет все усилия законодателей в этой области. Вряд ли можно говорить о реальности каких бы то ни было прав граждан (в частности, права на неприкосновенность частной жизни) при условии «пробуксовки» механизма получения информации об этих правах, способах их осуществления и защиты.

Подводя итог третьей главы, необходимо отметить следующее.

172

Основными направлениями использования информации являются: 1) обоснование версий и принимаемых решений; 2) проверка версий и другой информации; 3) получение новой информации; 4) моделирование; 5)

использование информации для преодоления противодействия расследованию.

Пределы использования информации в уголовном процессе определяются предметом уголовно-процессуального познания.

В уголовном процессе познаются четыре вида юридических обстоятельств: уголовно-правовые, гражданско-правовые, криминогенные и уголовно-процессуальные. Уголовно-правовые обстоятельства играют главную, ведущую роль, им сопутствуют гражданско-правовые. Криминогенные обстоятельства имеют вспомогательное, содействующее значение. Обстоятельства уголовно-процессуального характера выполняют обеспечительную функцию. Совокупность указанных обстоятельств и составляет предмет уголовно-процессуального познания.

Расследование и рассмотрение уголовных дел невозможно без получения информации путем ограничения прав и законных интересов человека и гражданина, однако это должно происходить в строго определенном законом порядке и в случаях реальной необходимости.

Тайна представляет собой секретную или конфиденциальную информацию, которая известна узкому кругу субъектов, и разглашение ее влечет за собой юридическую ответственность, а также информацию, которая сама по себе не является секретной или конфиденциальной, но преждевременное разглашение которой может повлечь за собой нарушение прав и законных интересов граждан.

Подавляющее большинство граждан не имеет четкого представления об объеме своих прав и о способах их защиты. Это свидетельствует, прежде всего, о низком правосознании граждан, а также о слабой работе соответствующих служб по правовому информированию населения.

173

Заключение

Проведенное исследование вопросов информационного обеспечение уголовного процесса сформулировать следующие основные выводы, рекомендации и предложения.

  1. Широкая применимость методов теории информации и бурные темпы ее развития, новизна предмета исследования и трудности истолкования природы информации не могли не привлечь внимание ученых процессуалистов. С середины 60-х годов 20 века информационный подход занимает достойное место в уголовно-процессуальном познании, позволяя отслеживать прохождение информации от адресата к потребителю, а также рассматривать уголовно-процессуальные отношения с точки зрения их информационного содержания.

  2. Информация, выступая в качестве универсального и неистощимого ресурса, используется всеми участниками уголовного судопроизводства для отстаивания государственных, личных или защищаемых (представляемых) прав и интересов. Выделяются следующие свойства информации, используемой в уголовном процессе: а) информация всегда имеет своего носителя; б) имеет определенную форму; в) обладает свойством относимости; г) информация всегда значима; д) всегда множественна и разнообразна; е) может собираться, исследоваться, оцениваться и использоваться для решения задач уголовного процесса; ж) субъектом использования информации является лицо, в чьем производстве находится уголовное дело, а также иные участники уголовно-процессуальных отношений, чьи права и интересы затрагиваются в уголовном процессе.

  3. Развитие уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации в условиях современной судебно-правовой реформы имеет отчетливо выраженную тенденцию к увеличению норм, регулирующих вопросы информационного обеспечения. Такие нормы дают более полное

174

представление о порядке судопроизводства. Они отражают информационные начала уголовно-процессуальной деятельности и, как правило, раскрывают содержательную сторону принимаемых решений.

  1. Информационное обеспечение уголовного процесса носит межотраслевой характер, обязывая учитывать в практической деятельности основы теории информации. Вместе с тем, будучи «встроенным» в уголовно- процессуальную деятельность, органически взаимодействуя с ней, информационное обеспечение приобретает новое качество, что дает возможность говорить о нем как о правовом явлении в уголовном судопроизводстве.

Информационное обеспечение уголовного процесса - это совокупность мер, применяемых участниками уголовно-процессуальных и иных правоотношений в ходе уголовно-процессуальной и иной деятельности, направленной на добывание информации о событии совершенного, совершаемого или готовящегося преступления и создание необходимых условий (в том числе информационно-правовых) для осуществления правосудия.

  1. Имеется острая потребность в унификации терминологии, отражающей учет в уголовном судопроизводстве его информационного обеспечения. Понятийный аппарат, предложенный законодателем в УПК РФ, и редакция отдельных норм не позволяют определить соотношение таких категорий, как «сведения», «данные», «информация» и «доказательства», провоцируя конфликт норм и искусственно порождая проблемы правоприменения.

Используемое законодателем в ст.ст. 28, 84, 143, 144, 148, 166, 328 УПК РФ понятие «информация» в нормах уголовно-процессуального законодательства не раскрывается. В связи с этим целесообразно в законе дать определение «информации» следующим образом: «информация - это форма выражения материальных объектов (в том числе живых лиц) и

175

явлений, возникшая как результат произошедших процессов отражения совершенного преступления и используемая участниками уголовно- процессуальных отношений для отстаивания государственных, личных или защищаемых (представляемых) прав и интересов».

  1. В процессе расследования органами дознания, следователями и прокурорами принимаются различные по своей природе, основаниям и юридическим последствиям уголовно-процессуальные решения, для обеспечения которых требуется неоднозначная информация. Доказательственная информация является основным видом информации и используется в уголовном процессе в качестве содержания доказательств. Иная (дополнительная) информация призвана обеспечивать ориентирующую и вспомогательную функции расследования. С информационных позиций нет никаких препятствий для использования информации, полученной в ходе осуществления оперативно-розыскной деятельности, в качестве содержания доказательств.

  2. Уголовно-процессуальное познание направлено на получение любой информации о событии, тогда как доказывание предусматривает оперирование лишь доказательственной информацией. Средствами познания следует считать: а) информацию; б) носителей информации; в) способы собирания информации.

Любой информации, используемой в уголовном процессе, присущи свойства относимости, достоверности, достаточности. Требование допустимости имеет отношение лишь к способам собирания и закрепления информации.

Множественность носителей информации, используемых в уголовно- процессуальном познании (протоколы, предметы, документы, планы, схемы, слепки, оттиск, фонограммы и т.д.), делает необходимым выявление их общих черт, то есть их классификации. Классификацию носителей информации целесообразно осуществлять по такому основанию, как способ сохранения и передачи информации. По названному основанию могут быть

176

выделены четыре вида носителей информации: а) знаковые, применяемые для закрепления вербальной, выраженной в слове информации; б) предметные; в) наглядно-образные; г) графические, применяемые для закрепления информации, выраженной в физических признаках материальных объектов.

Способы собирания информации можно разделить на два виды в зависимости от непосредственного или опосредованного характера добывания информации. О непосредственном характере добывания информации свидетельствует такой способ собирания, как обнаружение. К опосредованному способу собирания информации относится получение. Формами получения информации являются истребование и представление. Кроме того, характер восприятия информации может служить критерием для формирования другой классификации способов собирания информации: во-первых, это единоличное восприятие субъектом уголовно-процессуального познания поступающей информации; во-вторых, собирание информации субъектом уголовно- процессуального познания с привлечением отдельных лиц; в-третьих, это привлечение информации, собранной в ходе осуществления иной, относительно автономной деятельности.

  1. Использование информации представляет собой заключительный этап работы с ней. Анализ практики расследования уголовных дел свидетельствует, что основными направлениями использования информации являются: а) обоснование версий и принимаемых решений; б) проверка версий и другой информации; в) получение новой информации и формирование доказательств; г) моделирование; д) использование информации для преодоления противодействия расследованию.

Лица, не производящие расследование или рассмотрение уголовных дел, также принимают активное участие в информационных процессах, что, безусловно, определяет специфику всего информационного обеспечения уголовного процесса.

177

  1. Пределы использования информации в уголовном процессе определяются предметом уголовно-процессуального познания и границами необходимых ограничений прав и законных интересов граждан.

В уголовном процессе познаются четыре вида юридических обстоятельств: уголовно-правовые, гражданско-правовые, криминогенные и уголовно-процессуальные. Уголовно-правовые обстоятельства играют главную, ведущую роль, им сопутствуют гражданско-правовые. Криминогенные обстоятельства имеют вспомогательное, содействующее значение. Обстоятельства уголовно- процессуального характера выполняют обеспечительную функцию. Совокупность указанных обстоятельств и составляет предмет уголовно- процессуального познания.

  1. Расследование и рассмотрение уголовных дел невозможно без получения информации путем ограничения прав и законных интересов человека и гражданина, однако это должно происходить в строго определенном законом порядке и в случаях реальной необходимости. В Конституции Российской Федерации закреплена система прав человека и гражданина, гарантией соблюдения которых выступает сохранение тайны.

Тайна представляет собой секретную или конфиденциальную информацию, которая известна узкому кругу субъектов, и разглашение ее влечет за собой юридическую ответственность, а также информацию, которая сама по себе не является секретной или конфиденциальной, но преждевременное разглашение которой может повлечь за собой нарушение прав и законных интересов граждан. Выделяются три основных вида тайны: 1) государственная; 2) профессиональная (в том числе тайна предварительного следствия и судопроизводства); 3) личная.

Подавляющее большинство граждан не имеет четкого представления об объеме своих прав и о способах их защиты. Это свидетельствует, прежде всего, о низком правосознании граждан, а также о слабой работе соответствующих служб по правовому информированию населения.

по

Список использованной литературы

I. Нормативные акты, официальные материалы

  1. Конституция Российской Федерации. Основной Закон // Официальный текст. - М.: Изд. группа ИНФРА. М-НОРМА , 1996 г.

  2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. - М.: ИКФ «ЭКМОС», 2002 г.

  3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. - М.: Проспект, 2001. -240 с.
  4. Уголовный кодекс Российской Федерации. - М.: Юристь, 1999 г.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Узбекистан. - Ташкент: «Адолант». 1999 г.

  6. Уголовно-процессуальный кодекс Республики Казахстан. - М.: Изд-во «НОРМА - М». 1998 г.
  7. Закон Российской Федерации «Об информации, информатизации и защите информации» от 25 января 1995г. // Российская газета. 1995. 22 февраля.
  8. Закон РСФСР «О милиции» // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. - 1991. - № 16. - Ст. 503.

  9. Закон РФ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» от 21 июня 1995 г. // Собрание законодательства РФ. - 1995. - № 29. - Ст. 2759.

  10. Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Закон РФ О статусе судей в РФ» // Собрание законодательства РФ. - 2001. - №
    • Ст. 4834.
  11. Федеральный закон «О государственной защите судей, должностных лиц правоохранительных и контролирующих органов» // Собрание Законодательства РФ. - 1995. -№ 17. - Ст. 1455.

179

  1. Федеральный закон «О статусе судей в Российской Федерации» // Ведомости съезда народных депутатов РФ и Верховного совета РФ. -
    • № 30.-Ст. 1792.
  2. Федеральный закон от 17 ноября 1995 г. «О прокуратуре» // Собрание законодательства РФ. - 1996. - № 47. - Ст. 4472.
  3. Федеральный закон РФ № 144 - ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г. // Собрание законодательства РФ. -
  4. -№33.-Ст. 3349.
  5. Приказ МВД СССР № 415 от 11 ноября 1990г. «Об утверждении Примерной инструкции о порядке приема, регистрации, учета и разрешения в органах и учреждениях внутренних дел заявлений, сообщений и другой информации о преступлениях и происшествиях». / Вопросы расследования. Справочное пособие / Под общ. ред. И.Н. Кожевникова. 3-е изд., перераб. и доп.-М.: Спарк, 2000.
  6. Инструкция «О порядке представления результатов оперативно- розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд», утвержденная приказом ФСНП России, ФСБ России, МВД России, ФСО России, ФПС России, ГТК России, СВР России от 13 мая 1998г. № 175/226/336/201/410/56.
  7. Концепция судебной реформы в Российской Федерации / Сост. С.А. Пашин. - М.: Республика, 1992. - 111 с.
  8. Решения судебных органов

  9. Постановление Конституционного Суда РФ от 23.03.99 № 5-11 // Собрание законодательства. 1999. № 14. Ст. 1749.
  10. Постановление № 1 Пленума Верховного Суда РФ от 29 апреля 1996 г.
    № 1 «О судебном приговоре» // Сборник постановлений
    Пленумов
  11. 180

Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: СПАРК, 1999. - С. 560 с.

  1. Постановление № 2 Пленума Верховного Суда СССР от 5 апреля 1985 «О применении судами законодательства, регламентирующего пересмотр в порядке надзора приговоров, определений, постановлений по уголовным делам» / Ласточкина С.Г., Хохлова Н.Н. Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. Издание второе, перераб. и доп. - М., 2000.

  2. Постановлению № 5 Пленума Верховного суда РСФСР от 17 сентября 1975г. и изм. и доп., внесенными постановлениями Пленума № 7 от 20 декабря 1976г. , № 10 от 20 декабря 1983г., № 7 от 27 августа 1985г., № 10 от 24 декабря 1985г. в ред. постановления Пленума № 1 от 21 декабря 1993г. «О соблюдении судами Российской Федерации процессуального законодательства при судебном разбирательстве уголовных дел» / Ласточкина С.Г., Хохлова Н.Н. Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации (СССР, РСФСР) по уголовным делам. Издание второе, перераб. и доп. -М., 2000.
  3. Постановление № 13 Пленума Верховного суда РФ от 24 декабря 1993г. «О некоторых вопросах, связанных с применением ст. 23, ст. 25 Конституции Российской Федерации» // Сборник постановлений Пленумов Верховных судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. - М.: Издательство «Спарк», 1997 г.
  4. Обзор кассационной практики Верховного Суда РФ по делам с частными протестами на определения судов о направлении уголовных дел для дополнительного расследования // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1995.-№12.
  5. Обзор судебной практики Верховного Суда РФ по рассмотрению уголовных дел в кассационном и надзорном порядке в 1995 году // Бюллетень Верховного суда РФ. - 1996. - № 7.
  6. 181

  7. Обзор судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей // Бюллетень Верховного Суда РФ. - 1993-№9.

  8. Книги и монографии

  9. Абдеев Р.Ф. Философия информационной цивилизации. - М.: ВЛАДОС, 1994.-334 с.
  10. Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. -М.: Юрид. лит., 1964. - 178 с.
  11. Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. - М.: Юрид. лит., 1991. - 208 с.
  12. Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказывание (методологические проблемы). -М: Юрид. лит., 1969. - 216 с.

30 . Бирюков Б.В. Кибернетика и методология науки. - М.: Наука, 1974. - 414с.

  1. Блек А.В. Информационное обеспечение научных исследований (На примере физиологии). -Л.: Наука, 1972. - 151 с.
  2. Блюменау Д.И. Информация и информационный сервис. - Л.: Наука, 1989.-188 с.
  3. Венгеров А.Б. Право и информация в условиях автоматизации управления (Теоретические вопросы), - М.: Юрид. лит., 1978. - 208 с.
  4. Винер Н. Кибернетика и общество. / Перевод Е.Г. Пакорилова. Общая ред. и предисл. Э.Я. Кольмана. - М.: Изд-во иностр. лит., 1958. -200 с.
  5. Виницкий Л.В. Теория и практика освидетельствования на предварительном следствии. - Караганда: КВШ МВД СССР, 1982. - 158 с.
  6. Вышинский А.Я. Теория судебных доказательств в советском праве. - М.: Госюриздат, 1950. - 308 с.
  7. 182

  8. Галкин И.С, Кочетов В.Г. Процессуальное положение подозреваемого. - М.: Юрид. лит., 1968.- 68 с.

  9. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. - Воронеж: Изд-во Воронеж, ун-та, 1978.
    • 303 с.
  10. Готт B.C., Семенюк Э.П., Урсул А.Д. Категория современной науки. - М.: Мысль, 1984. - 268 с.
  11. Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел. - Ташкент. ТВШ МВД СССР, 1986. - 84 с.
  12. Давлетов А.А. Основы уголовно-процессуального познания. - Екатеринбург: Издательство Гуманитарного университета, 1997. - 191 с.
  13. Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно- розыскной деятельности. - М.: Издательство «СПАРК», 1996. - 111 с.
  14. Доспулов Г.Г. Информация в уголовном процессе. - Алма-Ата, 1981.- 82 с.
  15. Звежинский СВ. Информационное обеспечение научно- технических разработок. - Львов: Выща школа, 1982. - 208 с.

  16. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. - Ижевск: Изд-во Удм. ун-та, 1993. - 180 с.
  17. Иванов Р.Н. Организация и методика информационной работы. -М.: Радио и связь, 1982. - 191 с.
  18. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. - М.: Юрист, 1995. - 128 с.

  19. Кириллов В.И. Логика познания сущности. - М.: Высш. школа, 1980.- 175 с.
  20. Коган В.З. Человек в потоке информации. - Новосибирск: Наука, 1981.-177 с.
  21. Колдин В.Я., Полевой Н.С. Информационные процессы в криминалистике. - М.: Изд-во МГУ, 1985. - 133 с.

183

  1. Копылов И. А. Следственная ситуация и тактические решения. - Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1988. - 24 с.
  2. Красавчикова Л.О. Личная жизнь граждан под охраной закона. - М.: Юрид. лит., 1983.-160 с.
  3. Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования / Под ред. проф. Т.В. Аверьяновой и проф. Р.С. Белкина. - М.: Новый Юрист, 1997. - 400 с.

  4. Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. - М.: Юрид. лит.,
    • 156 с.
  5. Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. -М.: Юрид . лит., 1981. - 152 с.
  6. Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования. - М.: Юрид. лит., 1973.-215 с.
  7. Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве, их виды, содержание и формы. - М.: Юрид. лит., 1976. - 168 с.
  8. Мазур М. Качественная теория информации. / Пер. с польск. О.И. Логмеля. - М.: «Мир», 1974. - 239 с.
  9. Макарова З.В. Гласность уголовного процесса: Монография / Под ред. 3.3. Зинатуллина. -Челябинск: ЧГТУ, 1993. - 177 с.
  10. Маркушин А.Г. Оперативно-розыскная деятельность - необходимость и законность. - 2-е изд., перераб и доп. - Н. Новгород: НЮИ МВД РФ, 1997.-219 с.

  11. Михайлов В.А. Применение залога в Российском уголовном процессе.
    • Омск: Изд-во ОмГТУ, 1994. - 146 с.
  12. Образцов В.А. Криминалистика. - М.: Ассоциация работников правоохранительных органов РФ, 1996. - 448 с.
  13. Овчинский С. С. Оперативно-розыскная информация / Под ред. АС. Овчинского и B.C. Овчинского. - М.: ИНФРА-М, 2000. - 367 с.
  14. Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе. -М.: Проспект, 2000. - 144 с.
  15. 184

  16. Петрухин И.Л. Личная жизнь: пределы вмешательства. - М.: Юрид. лит., 1989.- 189 с.

  17. Петрушеко Л.А. Принцип обратной связи. (Некоторые философские и методологические проблемы управления) - М.: «Мысль», 1967.-276 с.

  18. Поляков М.П. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности: Монография / Под научн. ред. проф. В.Т. Томина. - Нижний Новгород: Нижегородская правовая академия, 2001. - 262 с.

  19. Протасевич А.А., Степаненко Д.А., Шиканов В.И. Моделирование в реконструкции расследуемого события. -Иркутск, 1997.
  20. Рассолов М.М. Управление, информация и право. - Москва: Из-во «Мысль», 1983.-157 с.
  21. Семенцов В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя. - Екатеринбург: ЕВШ МВД России, 1995. - 116 с.
  22. Салтевский MB. Собирание криминалистической информации техническими средствами на предварительном следствии. - Киев: КВШ, 1980.-111 с.
  23. Серавин Л.Н. Теория информации с точки зрения биолога. - Л.: Изд- воЛГУ, 1973.-160 с.
  24. Сиренко В.Ф. Организационно-правовые вопросы вычислительных центров, функционирующих в условиях АСУ. Киев, 1976.
  25. Смирнов НА. Западное влияние на русский язык в Петровскую эпоху.
    • СПб., 1910. - 228 с.
  26. Суханов А.П. Информация в жизни человека. - М.: Политиздат, 1983.- 112 с.
  27. Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред. Н.В. Жогина. Изд. 2-е испр. и доп. - М.: Юрид. лит., 1973. - 735 с.
  28. Тростников В.Н. Человек и информация. - М.: Изд-во «Наука», 1970.-187 с.

185

  1. Украинцев Б.С. Отображение в неживой природе. - М.: «Наука», 1969.-272 с.
  2. Урсул А.Д. Информация и мышление. Изд. 2-е испр. и доп. - М.: Изд- во «Знамя», 1970. - 206 с.
  3. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. 2-е изд. доп. - Казань: Изд-во Казан, ун-та, 1973. - 206 с.
  4. Хмыров А.А. Косвенные доказательства. - М.: Юрид. лит., 1979. -127 с.
  5. Хомколов В.П. Организация управления оперативно-розыскной деятельностью: системный подход. -М.: Закон и право, 1999. - 191 с.

  6. Шеин Д.П. Основные понятия теории информации. Лекция / Под ред. П.Г. Месоедова. - М.: Академия МВД СССР, 1974. - 22 с.
  7. Шейфер С.А. Следственные действия: система и процессуальная форма. -М.: Юрид. лит., 1981. - 127 с.
  8. Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. - Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1986. - 169 с.
  9. Шеннон К. Работы по теории информации. - М.: Изд-во иностр. лит., 1963.-829 с.
  10. Щерба СП., Химичев Г.П., Донковцев Н.Н., Чувилев А.А. Рассмотрение органами дознания заявлений и сообщений о преступлениях. -М.: Юрид. лит., 1987. - 131 с.
  11. Шумилов А.Ю. Основы уголовно-правовой оценки сыскной информации: Монография. - М.: Изд-ль Шумилова И.И., 2000. - 140 с.
  12. Эйсман А.А. Заключение эксперта (Структура и научное обоснование). -М.: Юрид. лит., 1967. - 152 с.
  13. Эйсман А.А. Логика доказывания. - М.: Юрид. лит., 1971. - 112 с.

  14. Юсупов В.А. Право и советское государственное управление. - Казань, 1976.

186

  1. Ялышев С.А. Криминалистическая регистрация: Проблемы, тенденции, перспективы. - М.: Академия управления МВД России, 1998. - 140 с.

  2. Статьи

  3. Алексеев Н.С. Доказывание и его предмет в советском уголовном процессе. / Актуальные проблемы советского государства и права в период строительства коммунизма. - Л., 1967.
  4. Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в отдельных стадиях советского уголовного процесса / Вопросы борьбы с преступностью по советскому законодательству. - Иркутск, 1969.
  5. Арсеньев В.Д. К вопросу о предмете и объекте доказывания по уголовным делам / Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. - Красноярск, 1987.
  6. Арсеньев В. Д. Понятие документов и значение их как доказательств в советском уголовном процессе / Труды Иркутск, ун-та, т. XIII, сер. юрид. - Иркутск, 1955.
  7. Безлепкин Б.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Советское гос. и право. - 1991. - № 8.
  8. Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость и достоверность доказательств в уголовном судопроизводстве // Советская юстиция. - 1982. -№3.
  9. Быков В. Контроль и запись телефонных и иных переговоров // Законность. - 2001. - № 10.
  10. Василенко В.П., Трофимов AT. О понятии исследования доказательственной информации. / Труды ВСШ МВД СССР, Вып. 12. - Волгоград, 1976.

  11. Версии и планирование расследования / Межвузовский сборник научных трудов. - Свердловск: Свердловский юридический институт, 1985.

187

  1. Винберг А., Корухов Ю. Регламентация применения научно- технических средств // Социалистическая законность. - 1983. - № 11.
  2. Гайдаш В.Г., Новожилов С.Л. Теоретические средства организации информирования в процессе выявления, раскрытия и расследования преступлений / Теория и практика собирания доказательственной информации техническими средствами на предварительном следствии. - Сборник научных трудов. - Киев: НИ и РИО Киевской высшей школы МВД СССР им. Ф.Э. Дзержинского, 1980.
  3. Голубев В.В. Организация взаимодействия при расследовании преступлений, совершаемых организованными преступными группами // Следователь. - 1997. -№ 4.
  4. Голунский С.А. Вопросы доказательственного права в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик / Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве СССР. - М., 1959.
  5. Громов Н.А., Гущин А.Н. О совершенствовании процессуальных норм, регламентирующих понятие доказательств в уголовном процессе // Следователь. - 1998. - № 4.
  6. Громов Н.А., Пономаренков В.А., Гущин А.Н. Процессуальное закрепление представленных предметов и документов // Следователь. -
  7. -№1.
  8. Громов НА., Франциферов Ю.В., Алферов В.Ю. Критерий использования доказательств и результатов ОРД при доказывании по уголовному делу // Следователь. - 2000. - № 1.
  9. Громов Н.А., Францифоров Ю.В., Гришин А.И. Основные направления использования результатов оперативно-розыскной деятельности в процессе доказывания // Следователь. - 1999. - № 11.
  10. ПО. Гущин А.И. Понятие доказательства, средств доказывания и отграничение их от оперативно-розыскной информации // Следователь. -
  11. -№ 6.

188

  1. Гущин АН., Ю.В. Франциферов Ю.В., Громов Н.А. Оценка доказательств и оперативно-розыскной информации при уголовно- процессуальном доказывании // Следователь. - 2001. - № 1.
  2. Давлетов А.А., Камышин В.А Свободное доказательство в уголовном процессе // Вестник удмуртского ун-та. Правоведение. - 1999. -№1.
  3. Данилюк С, Виноградов С, Щерба С. Как прослушивать телефонный разговор // Социалистическая законность. - 1991. - № 1.
  4. Дашков Г. Полномочия прокурора: какой опыт заимствовать? // Законность. - 1995. - № 6.
  5. Доля Е. Прослушивание телефонных и иных разговоров - следственное ли это действие? // Советская юстиция. - 1992. - № 19-20.
  6. Дорохов В.Я. Понятие доказательств в советском уголовном процессе // Советское государство и право. - 1964. - № 9.
  7. Дорохов В.Я. Понятие источника доказательств / Актуальные проблемы доказывания в советском уголовном судопроизводстве. - М., 1981.
  8. Евкладов Б.В. Некоторые особенности социальной информации. / О методологических проблемах общественных наук. Вып.1. - Новосибирск, 1969.
  9. Зажицкий В.И. Источники осведомленности в уголовно- процессуальном доказывании // Советская юстиция. - 1993. - № 8.

  10. Зажицкий В. и др. Быть ли новому следственному действию? // Советская юстиция. - 1990. - N 23.

  11. Зеленский B.C. Объект уголовно-процессуального познания действительности / Вопросы государства и права развитого социалистического общества. - Харьков, 1975.

  12. Исаева Л. Обыск: роль специалиста // Законность. - 2001. - № 6.
  13. Карнеева Л.М., Генрихов Г.М. особенности оценки доказательств на разных этапах предварительного следствия // Советское государство и право. - 1966. - № 8.
  14. 189

  15. Карелов Ю.Ф. Об информационных отношениях при расследовании преступлений / Процессуальные и криминалистические проблемы предварительного следствия. - Ташкент: ТВШ МВД СССР, 1980.

  16. Козусев А. Законность прослушивания телефонных и иных переговоров // Законность. - 1993. - № 2.

  17. Колмаков В. П. О криминалистическом понятии идентификационного периода. / Проблемы социалистической законности на современном этапе развития Советского государства. - Харьков: Изд-во Харьк. ун-та, 1968.

  18. Комиссаров В., Гаврилов М., Иванов А. Обыск с извлечением компьютерной информации // Законность. - 1999. - № 3.
  19. Косенко А.С. Правовые вопросы фиксации хода и результатов розыскных действий / Проблемы повышения эффективности деятельности органов внутренних дел. - Омск, 1990.
  20. Котухов М. Контроль и запись переговоров // Законность. - 2000. - №12.
  21. Ларин A.M. Истребование и представление предметов и документов в стадии расследования / Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. - Ташкент, 1982.
  22. Ларин A.M. Представление документов и предметов при расследовании // Социалистическая законность. - 1981. - № 3.
  23. Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решений о недопустимости доказательств // Российская юстиция. - 1993. - № 11.
  24. Львова Е., Макаров А. Официальный документ как предмет преступления. // Российская юстиция. - 2000. - №10.
  25. Назаров ВВ., Илларионов В.А., Гелескул ВВ. Предмет доказывания в советском уголовном процессе: Анализ содержания / Вопросы организации суда и осуществления правосудия в СССР. - Калининград, 1977.

  26. Никитин Е.П. Метод познания прошлого // Вопросы философии. - 1966.-№ 8.

190

  1. Николюк В.. Кальницкий В. Применение статьи 51 Конституции РФ в уголовном судопроизводстве // Законность. - 1997. - № 8.
  2. Пахомов А.В. К вопросу о понятии справочных вспомогательных учетов // Следователь. - ] 998. - № 5.
  3. Попов В. Типичные ошибки при определении судом допустимости доказательств // Российская юстиция. - 2001. - № 1.
  4. Пономарев В.А., Гущин А.Н., Громов Н.А. О формах вхождения в уголовный процесс информации, полученной с помощью применения оперативно-розыскных мер // Следователь. - 1999. - № 7.
  5. Решняк М.Г. Совершенствование механизма предупреждения уклонения обвиняемого от следствия и розыска скрывшегося обвиняемого // Следователь. - 1998. - № 1.

  6. Рощаковский В. Цвет глаз и характер // Смена. - 1990. - 8 мая.
  7. Понятие документа в советском праве // Правоведение. - 1982. -№2.
  8. Селиванов Н. А. Основания и формы применения научно- технических средств и специальных знаний при расследовании преступлений. // Вопросы криминалистики. - 1964. - № 12.

  9. Сифонов В.И. Методологические вопросы науки об информации // Вопросы философии. - 1974. - № 7.

  10. Скрыпников, А.Ю. Лаговский, Л.А. Бегунова Частные вопросы визуальной диагностики особенностей личности // Следователь. - 1996. - №2.

  11. Сотов А.И. Методические основы расследования убийств, совершенных организованной преступной группой // Следователь. - 1998. -№5.
  12. Смолькова И. Гласность и тайна в уголовном процессе. // Законность. - 1998. - № 7.
  13. 191

  14. Стойко Н.Г. Объект и предмет уголовно-процессуального доказывания / Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. -Красноярск. 1987.

  15. Тетерин B.C. О способах собирания доказательств в уголовном процессе // Правоведение. - 1964. -№ 2.
  16. Туманов А.Г. О монографии Венгерова А.Б. «Право и информация в условиях автоматизации управления (Теоретические вопросы)» // Советское государство и право. - 1979. - № 6.
  17. Ульянова Л.Т. О достаточности доказательств // Вест. МГУ. Сер. 12: Право. - 1974. -№ 6.
  18. Харкевич А.А. О ценности информации // Проблемы кибернетики. - 1960.-Вып. 4.
  19. Хлынцов М.Н. О криминалистической терминологии. / Актуальные проблемы отраслевых юридических наук. - Саратов, 1982.
  20. Фуфыгин Б. В. Представление доказательств в советском уголовном процессе / Уголовно-правовые и процессуальные гарантии защиты конституции, прав граждан. - Калинин, 1992.
  21. Шабалин BE. Документальная фиксация и формирование доказательств / Теоретические проблемы криминалистической практики. - Свердловск, 1981.
  22. Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий // Государство и право. - 1997. - № 9.
  23. Шейфер С.А. Пути развития процессуальной формы получения доказательственных материалов на досудебных стадиях процесса / Уголовно-процессуальные проблемы предварительного следствия и пути его совершенствования. - Волгоград, 1985.
  24. Эксархопуло Л.А. Понятие криминалистических объектов. // Правоведение. - 1980. - № 3.

192

  1. Авторефераты и диссертации

  2. Агутин А.В. Правовые и тактические аспекты частной сыскной деятельности. Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Н. Новгород. 1996.

  3. Галаган В.И. Использование следователем информации на первоначальном этапе расследования. Автореф. дис… канд. юрид. наук, - Киев, 1992.
  4. Доспулов Г.Г. Информационно-доказательственный процесс и психологические основы деятельности следователя. Автореф. дис… докт. юрид. наук. - Санкт-Петербург. 1992.
  5. Кирюшина О.М. Предварительное расследование уголовных дел о взяточничестве (процессуальные и тактические аспекты). Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1997.

  6. Копьева А. Н. Документы как доказательства в советском уголовном процессе. Автореф. дис… канд. юрид. наук, - М., 1969.
  7. Кудин Ф.М. Производные доказательства и их источники в советском уголовном процессе. Автореф. дис…канд. юрид. наук. -Свердловск, 1967.
  8. Кудин Ф.М. Теоретические основы принуждения в советском уголовном судопроизводстве. Авторефер. дис… докт. юрид. наук. - Киев, 1987.
  9. Кудрявцева А.В. Судебная экспертиза как институт уголовно- процессуального права. Авторефер. дис… докт. юрид. наук. - Санкт- Петербург. 2001.
  10. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Авторефер. дис. …канд. юрид. наук. - Харьков, 1980.
  11. Поляков МП. Уголовно-процессуальная интерпретация результатов оперативно-розыскной деятельности. Автореф. дисс… докт. юрид. наук. - Н. Новгород, 2002.

193

  1. Ницевич В.Ф. Информационное обеспечение национальной безопасности России, дис. … канд. юрид. наук. - М., 1996.

  2. Тетенькин Б.А. Проверка доказательств в структуре уголовно- процессуального доказывания. Автореф. дис… канд. юрид. наук. -М., 1983.

  3. Филиппов С.С. Информационное обеспечение советской физической культуры. Дис. … докт. педагог, наук. - Л., 1991.

  4. Учебная и справочная литература

  5. Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов ЮГ., Российская ЕР. Криминалистика. Учебник для вузов. Под ред. Заслуженного деятеля науки Российской Федерации, профессора Р.С. Белкина. - М.: Издательство НОРМА (Издательская группа НОРМА - ИНФРА-М), 2000.
    • 990 с.
  6. Башкатов Л.Н., Ветрова Г.Н., Донценко АД., Зажицкий В.И., Шестаков В.И. Уголовный процесс. - М.: Издательская группа НОРМА - ИНФРА М, 2000. - 352 с.
  7. Белкин А.Р. Теория доказывания. Научно-методическое пособие. - М.: Издательство НОРМА, 2000. - 429 с.

  8. Белкин Р.С. Курс криминалистики. Общая теория криминалистики. - М.: Юрист, Т.1, 1997. - 408 с.

  9. Большой толковый словарь русского языка. / Сост. и гл. ред. С.А. Кузнецов. - Спб.: «Норинт», 1998. - 1536 с.
  10. Большой юридический словарь. / Под ред. А.Я. Сухарева, В.Д. Зорькина, В.Е. Крутских.2-е изд., перераб. и доп. - М.: ИНФРА-М, 1999. - 748 с.
  11. Введение в правовую информатику. Справочные правовые системы Консультант Плюс: Учеб. пособие / Под ред. Д.Б. Новикова и В.Л. Камынина. - М.: ЗАО «Консультант Плюс», 1999. - 320 с.

194

  1. Вопросы расследования. Справочное пособие / Под общ. ред. И.Н. Кожевникова; Науч. ред. А.Я. Качанов. 3-е изд., перераб и доп. - М.: Спарк,
    • 862 с. т 180. Гинзбург А.Я. Опознание в следственной, оперативно- розыскной

и экспертной практике. Учебно-практическое пособие / Под ред. Проф. Р.С. Белкина. - М.: Ассоциация работников правоохранительных органов, 1996. -128 с.

  1. Громов НА., Пономаренков В.А., Францифоров Ю.В. Уголовный процесс России: Учебник. - М.: Юрайт-М, 2001. - 556 с.

  2. Давлетов А.А. Возбуждение уголовного дела. Комментарии. Учебно-практическое пособие. - Екатеринбург: Екатеринбургская школа МВД России, 1994. - 59 с.

  3. Даль В. Толковый словарь живого великорусского языка. - В 4- х т.

  • М.: Изд. центр «Терра», 1955.

184. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу

Российской

Федерации / Под общ. ред. В.В. Мозякова. - М.: Изд-во «Экзамен XXI», 2002.

  • 864 с.
  1. Комментарий к Федеральному закону «Об оперативно- розыскной деятельности» / Под ред. Шумилова. - М.: Вердикт, 1997. - 234 с.

  2. Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. Методическое пособие. - М.: ООО Издательство «Юрлитинформ», 2000. - 152 с.

  3. Леви А.А., Пичкалева Г.И., Селиванов Н.А. Поучение и проверка Ф показаний следователем: Справочник. - М.: Юрид. лит., 1987. - 109 с.

  4. Мешков В.М., Попов В.Л. Оперативно-розыскная тактика и особенности легализации полученной информации в ходе предварительного следствия. Учебно-практическое пособие. - М., 1999. - 80 с.

195

  1. Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу РСФСР. Изд. 2-е, перераб. и доп. - М.: Издательство “Спарк”, 1997. -788 с.

  2. Николюк ВВ., Кальницкий В.В., Марфицин П.Г. Стадия возбуждения уголовного дела (В вопросах и ответах): Учебное пособие. - Омск: Высшая школа милиции МВД России, 1995. - 108 с.

  3. Общая теория права и государства: Учебник / Под ред. В.В. Лазарева. - М.: Изд-во МГТУ им Н.Э. Бумана, 1996. - 383 с.
  4. Ожегов СИ. Словарь русского языка: Ок. 57 000 слов/ Под ред. Чл.-корр. АН СССР НЮ. Шведовой. - 18-е изд., стереотип. - М.: Рус. Яз., 1986.-797 с.
  5. Поляков М.П. Основы уголовно-процессуальной интерпретации результатов оперативно-розыскной деятельности: Учебное пособие / Под науч. ред. проф. В.Т. Томина. - Н. Новгород: Нижегородская правовая академия МВД РФ, 2000. - 114 с.
  6. Русская юридическая энциклопедия. / Гл. ред. А.Я. Сухарев. - М.: Издательский Дом ИНФРА-М, 1999. - 1110 с.
  7. Рыжаков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. Учебное пособие. - М.: Информационно-издательский дом «Филинь», 1996. - 336 с.
  8. Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. - М.: Спарк, 1999. -560 с;
  9. Следственные действия: Учебное пособие. / Под ред. Б.П. Смаргоринского. - М.: УМ1Д при ГУК МВД РФ, 1994. - 234 с.
  10. Словарь русского языка. - В 4-х т. - Т. 4, С-Я. - 2-е изд. испр. и доп. - М.: Рус. яз. 1984. - 782 с.
  11. Словарь синонимов русского языка. /Под ред. Л.А. Чешко. Изд. 4-е. - М.: Изд- во «Русский язык», 1975. - 600 с.
  12. 196

  13. Смирнов Н.А. Западное влияние на русский язык в Петровскую эпоху.-СПб., 1910.-228 с.
  14. Советский уголовный процесс. Особенная часть. Под ред. Б.А. Викторова, В.Е. Чугунова. - М.: Акад. МВД СССР, 1976. - 46 с.
  15. Советский уголовный процесс / Под ред. Д.С. Карева. - М.: «Высш. школа», 1968. - 552 с.
  16. Советский энциклопедический словарь. - М.: Советская энциклопедия, 1989. - 1630 с.

  17. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - В 2-х т. -Т.
  18. Основные положения науки советского уголовного процесса. - М.: Наука, 1968.-476 с.
  19. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - В 2-х т. -Т.
  20. Порядок производства по уголовным делам по советскому уголовно- процессуальному праву. - М.: Наука, 1970. - 516 с.
  21. Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических институтов и факультетов. - М.: Юрид. лит., 1972. - 584 с.

  22. Уголовный процесс России. Лекции-очерки / Под ред. В.М. Савицкого. - М.: Наука, 1997. - 497 с.

  23. Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов. / Под ред. Гуценко К.Ф. - М.: Зерцало, 1997. - 575 с.
  24. Уголовно-процессуальное право Российской Федерации: Учебник / Отв. ред П.А. Лупинская. - 3-е изд., перераб. и доп. - М. : Юрист, 2000. - 696 с.
  25. Федеральный Закон «Об оперативно-розыскной деятельности»: Научно-практический комментарий / Под ред. проф. В.В. Николюка и доц. В.В. Калъницкого, А.Е. Чечетина. Изд. перераб. и доп. - Омск: Юридический институт МВД России. 1999 г. -180 с.
  26. Философский словарь / Под ред. М.М. Розенталя. - М.: Политиздат, 1972. - 496 с.

197

Приложение

Результаты анкетирования следователей, дознавателей, сотрудников оперативных аппаратов и судей

Количество опрошенных лиц: 263

Среди них:

следователи РУВД - 75 человек;

следователи РУБОП - 27 человек;

дознаватели - 97 человек;

сотрудники оперативного аппарата РУВД - 113 человека;

сотрудники оперативного аппарата РУБОП - 30 человек;

судьи - 31 человек.

Вопросы и варианты ответов Количество положительных ответов (%)

След оват ели РУВ Д След оват ели РУБ ОП Дозн ават ели РУВ Д Сотр. опер, аппа рата РУВ Д Сотр. опер, аппа рата РУБ ОП Судь и 1. Как вы считаете, нуждается ли уголовно-процессуальное законодательство в реформировании?

-Да -Нет

  1. Может ли оперативная информация способствовать принятию таких решений:
  • возбуждение уголовного дела;

  • избрание меры пресечения;

  • производство обыска;

  • предъявление обвинения;

  • вызов свидетеля; 100

42 44 66 11 80 100

40 46 44 16 48 100

42 43 65 16 64 100

40 51 93 15 41 100

72 53 58

40 100

74 15 80

41 198

  • производство выемки; 40 48 40 47 30 40
  • задержание; 40 40 48 49 47 81
    1. Как вы считаете, кто должен

заниматься сбором информации о

личности обвиняемого?

  • следователь (дознаватель); 82 100 32

81 - сам обвиняемый;

60

  • адвокат обвиняемого; 24 82 16

74 - специальный сотрудник; 10 42 24

  • психолог; 10 36 24

  • оперативный сотрудник

21

  1. На какие решения, на ваш взгляд,

могут повлиять данные о личности

преступника:

  • возбуждение уголовного дела; 40 40 46

82 - избрание меры пресечения; 64 100 70

74 - приговор суда 20 85 6

  1. Считаете ли вы возможным

сосредоточить данные о личности

обвиняемого в отдельном документе

(анкете)?

-да; 40 34 47

41 - возможно; 40 50 34

50 - нет; 10 16 10

3 - затрудняюсь ответить 10 30 8

6 6. Как вы считаете, каким методам

необходимо отдать предпочтение, если

обвиняемый скрывает свои анкетные

данные:

  • уголовно-процессуальным; 32 40 40 34 48 74
  • оперативно-розыскным; 80 84 74 75 52 26
  • гражданско-процессуальным

10 8 16

  1. Может ли повлиять поведение

обвиняемого (манера разговаривать,

культура речи, мимика, жесты и т.д.) на

принятие таких процессуальных

решений:

  • задержание; 20 16 40 42 72 8
  • избрание меры пресечения; 19 20 30 29 31 12
  • приговор суда 64 81 25 25 24 82
  1. Приходилось ли вам принимать

процессуальные решения, основываясь

не только на доказательственной

информации, но и на иной

непроцессуальной информации?

  • Да; 48 54 18 97 93 100
  • Нет 52 46 82 3 7
  1. Как вы считаете, на какой информации

основываются следственные версии?

  • на доказательственной

информации; 40 52 21 34 36 10 - на оперативной информации; 42 48 30 34 36 56 - на непроцессуальной информации;

21

  • на ориентирующей информации; 22 42 24 20

3 - на любой из вышеуказанных 72 74 63 68 73 71 10. Приходилось ли вам знакомить (-ся) с

оперативной негласной информацией в

ходе расследования какого-либо дела?

-да; 32 68 32 56 34 56 - неоднократно; 40 16 8 34 66

  • нет 28 16 60 10

44 11. Может ли оперативная информация

быть содержанием доказательств по

уголовному делу?

-да; 32 42 32 44 56 16 - нет; 32 28

14 24 32 - оперативная информация играет

только вспомогательную роль 36 30 68 42 20 36 12. Как вы считаете, соблюдаются ли на

практике права граждан на защиту от

несанкционированного или случайного

распространения информация о их

личной жизни?

-да; 16 16 20 20 44 20 -нет; 48 30 24 32 24 28 - не всегда 36 54 56 48 32 52