lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Веселков, Константин Владимирович. - Проблемы психологии формирования показаний потерпевшего и особенности тактики его допроса на следствии: По конкретным категориям дел : Дис. ... канд. юрид. наук :. - Краснодар, 2002 214 с. РГБ ОД, 61:03-12/482-7

Posted in:

Министерство образования Российской Феде!

Министерство образования ^Российской Федерации

Кубанский государственный университет

Иа правах рукописи

Веселков Константин Владимирович

Проблемы психологии формирования показаний потерпевшего и

особенности тактики его допроса на следствии

(по конкретным категориям дел)

Специальность 12.00.09 — “Уголовный процесс, криминалистика и

судебная экспертиза» оперативно-розыскная деятельность”

Диссертация на соискание ученой степени

кандидата юридических наук

Научный руководитель -Заслуженный юрист РФ кандидат юридических наук профессор ГЛ, Воробьев

Крас нода р - 2002

2

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение 4

Глава 1. Исторический аспект исследования тактики и психологии допроса потерпевшего в отечественной науке криминалистике 16

Глава 2. Закономерности формирования показаний потерпевшего 33

2.1. Объективные условия формирования показаний потерпевшего 36

2.1.1. Длительность периода времени, в течение которого происходит восприятие события преступления 37 2.1.2. 2.1.3. Сложность ситуации, в которой воспринимается процесс совершения деяния 39 2.1.4.

2.1.4. Расстояние до воспринимаемого события или объекта 42 2.1.5. 2.1.6. Характер воспринимаемого процесса 43 2.1.7. 2.1.8. Температура окружающей среды. Метеорологические явления, сопровождающие процесс восприятия 44 2.1.9. 2.1.10. Характер освещения при восприятии события преступления 45 2.1.11. 2.1.12. Маскировка преступником своей внешности и действий 46 2.1.13. 2.2. Субъективные закономерности формирования показаний потерпевшего. 47

2.2.1. Влияние эмоций на формирование показаний потерпевшего 58

2.2.2. Влияние алкогольного и наркотического опьянения на формирование показаний потерпевшего 74 2.2.3. 2.2.4. Влияние боли, болезненных состояний и нервных расстройств на формирование показаний потерпевшего 84 2.2.5. Глава 3. Особенности тактики и психологии допроса потерпевшего на предварительном следствии по конкретным категориям дел. 94

3.1. Общие положения использования тактических приемов допроса потерпевшего» 94

3

3.2. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам об изнасилованиях. 125 3.3. 3.4. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о грабежах и разбойных нападениях 134 3.5.

3.4. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о вымогательстве. 160 3.5. 3.6. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о дорожно-транспортных происшествиях. 167 3.7. 3.6. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о покушении на убийство по найму 182

Заключение 199

Библиографический список использованной литературы 203

4

Введение

Сложные социально-экономические преобразования, проводимые в нашем обществе и государстве на современном этапе развития, непроизвольно послужили причиной таких отрицательных
явлений, как социальная нестабильность, ослабление или отсутствие
авторитетных государственно-правовых институтов, переоценка
социальных ценностей и ряда других, сопровождаемых
закономерным ростом преступности. Характерной ее особенностью является рост числа насильственных преступлений, нередко сопряженных с применением оружия. Участились случаи заказных убийств, захвата заложников, применения пыток и издевательств в
отношении потерпевших от преступлений. Рост числа тяжких преступлений в сочетании с неспособностью правоохранительных органов осуществлять успешную борьбу с насильственной преступностью формирует в общественном сознании миф о
безнаказанности и вседозволенности преступников, беззащитности простых граждан. Так, в ходе всероссийских опросов (ВЦИОМ, 1997) 70% опрошенных указали, что не чувствуют себя в безопасности на улицах, переживают страх нападения. Подобная психологическая
установка, в формировании которой не последнюю роль играют
средства массовой информации, служит основой виктимного поведения граждан, причиной их неадекватных, в том числе и провоцирующих действий в ситуации совершения преступления, высокой латентности
насильственных преступлений и нежелания свидетелей и
потерпевших сотрудничать с работниками правоохранительных
органов. Таким образом, охрана прав и законных интересов
граждан должна обеспечиваться системой политических, экономических и юридических гарантий. К числу юридических
гарантий, относятся предусмотренные уголовно-процессуальным
законодательством средства, которыми обеспечиваются права и
законные интересы лиц, участвующих в уголовном процессе.
Значительное место среди уголовно-

’ Ьсновы государственной политики борьбы с преступностью в России. Теоретическая модель НИИ проблем укрепления законности и правопорядка при Генеральной Прокуратуре РФ, М, 1997, С. 15

5

процессуальных гарантий отводиться тем, которые призваны охранять и обеспечивать права и законные интересы лиц, потерпевших от преступления. Реализация потерпевшим своих прав направлена прежде всего на отстаивание и удовлетворение личных интересов также занимает определенное место в системе общегосударственных задач борьбы с преступностью, которые прежде всего находят свое выражение в обеспечении прав на неприкосновенность личности. Скорейшее достижение целей расследования возможно лишь при активном участии потерпевшего в процессе расследования, его содействии следственным и оперативным работникам. Практика успешного раскрытия преступлений при активном участии потерпевших формирует в обществе уверенность в том, что ни один правонарушитель не уйдет от заслуженного наказания, и может служить целям общей превенции правонарушений. В реализации поставленных задач большая роль принадлежит следственным органам, призванным обеспечить полное и быстрое раскрытие преступлений и своевременное привлечение виновных к ответственности. Это требует дальнейшего совершенствования научно обоснованной тактики расследования, производства следственных действий, в том числе допроса потерпевшего. Коренные изменения, происходящие в нашем обществе, настоятельно требуют совершенствования всех областей социальных отношений, включая и реформу судебно-правовой системы, которая является необходимым условием построения правового государства. Научное обеспечение судебной реформы предполагает выработку предложений, направленных на совершенствование всей правоохранительной деятельности, изучение многих теоретических и практических проблем, которые недостаточно исследованы юридической наукой.

Актуальной проблемой был и остается в настоящее время вопрос о допросе потерпевшего и тактике его проведения. В практике нередко недооценивается роль потерпевшего, что не может не сказаться отрицательно на результатах расследования, его эффективности.

6 В юридической литературе к проблемам, связанным с различными аспектами участия потерпевшего в уголовном судопроизводстве исследователи обращались неоднократно, что объяснимо, т.к. потерпевший по многим оценочным критериям является одной из центральных фигур среди участников уголовного процесса, важнейшими из которых являются:

  • важность потерпевшего как носителя криминалистически
    значимой информации;
  • наличие объективных предпосылок заинтересованности в ходе, направлении и результатах производства по уголовному делу;
  • сложности и самобытности психологической структуры его деятельности и т. д.
  • Проблеме допроса, в том числе потерпевших, посвящено немало работ, в которых все более используются данные психологической науки. Особое внимание уделялось разработке вопросов психологии потерпевших, их допроса и оценки полученных показаний. Анализ процесса формирования показаний прежде всего интересовал ученых криминалистов и процессуалистов: A.M. Алексеева, О.Я. Баева, В.П. Бахина, Р.С. Белкина, В.П. Божьева, А.Н. Васильева, С.А. Голунского, Г.Г. Доспулова, А.В. Дулова, Г.А. Зорина, Г.М. Кармашева, Л.М. Карнееву, B.C. Комаркова, Н.И. Кулагина, Ш.М. Мажитова, М.Н. Нагимова, С.К. Питерцева, Н.И. Порубова, А.Р. Ратинова, С.Я. Розенблита, В.И. Смыслова, А.Б. Соловьева, Е.Е. Центрова, Б.М. Шавера, А.Ю. Щепитько, М.П. Якуба и др.

Данные этих исследований явились той базой, на основе которой были рассмотрены такие проблемы, как вопрос об этапах формирования показаний, причинах возможных заблуждений, имеющих место со стороны потерпевшего, на каком этапе и почему могут происходить искажения, отклонения в показаниях от того, что имело место в действительности - помогали следователю создавать надлежащую процессуальную обстановку при допросе и получать полные и правдивые показания. Многие аспекты этой проблемы не нашли своего отражения в специальной литературе. Даже такие видные ученые,

7

занимавшиеся указанной проблематикой, как A.M. Алексеев1, Г.Г. Доспулов2, Ш.М. Мажитов , Н.И. Порубов4, М.Л. Якуб5 не показывали в своих работах специфику процесса формирования показаний у потерпевших и его отличия от формирования показаний свидетелей.

Показания потерпевшего позволяют правильно квалифицировать содеянное, установить наличие или отсутствие состава преступления, определить степень общественной опасности как самого противоправного деяния, так и лица его совершившего; выявить условия, способствовавшие совершению преступления (в том числе и виктимность поведения потерпевшего), выработать более эффективные меры предупреждения преступлений (общая и специальная превенция). Все это требует широкого и комплексного изучения и обобщения опыта допроса потерпевшего, выдвижения новых, перспективных подходов к дальнейшему углубленному исследованию проблем тактики и психологии допроса потерпевшего

. Допрос является одним из следственных действий, с помощью которых устанавливаются различные обстоятельства, являющиеся предметом доказывания по уголовному делу: событие преступления, мотив и цель действий обвиняемого (а иногда и потерпевшего), обстоятельства, которые способствовали совершению преступления, и т.д. Для допроса характерно сложное психологическое общение следователя с разными людьми. Вот почему это процессуальное действие отличается многоплановостью, имеет процессуальный, организационный, криминалистический, психологический и этический аспекты. С психологической точки зрения допрос - это управляемый допрашивающим процесс общения, в ходе которого от допрашиваемого получается информация, необходимая для расследования. Процесс общения при допросе регламентирован уголовно- процессуальным законом, а его результаты удостоверяются особым документом - протоколом допроса. Цель

Алексеев А.М. Психологические особенности показаний очевидцев, М., 1972

2 Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии, М, 1976

3 Доспулов Г.Г., Мажитов Ш.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших, Алма-Ата, 1975

4 Порубов Н. И. Тактика допроса на предварительном следствии. М., 1998 s Якуб МП. Показания свидетелей и потерпевших, М., 1968

8

допроса - получение от допрашиваемого правдивых полных показаний о событии преступления и лицах его совершивших, о причинах и условиях, способствовавших его совершению, и иных обстоятельствах, имеющих значение для дела. Чтобы решить вопрос, какую тактику допроса избрать, следователь прежде всего должен знать психологические особенности допрашиваемых лиц, т.к. их правовое положение различно. Можно выделить две группы таких лиц:

а) свидетели, потерпевшие и эксперты, которые не только вправе давать показания, но и обязаны это делать;

б) подозреваемые и обвиняемые, которые вправе, но не обязаны давать показания.

Данная точка зрения, основанная на положениях уголовно- процессуального закона, распространенная в российской криминалистике, страдает одним существенным изъяном - она не учитывает особенностей участников процесса, связанных с механизмом формирования показаний, мотивами участия в уголовном процессе, процессуальным статусом субъектов. Так, часто в рекомендациях по тактике проведения допроса проводят обобщенное рассмотрение допроса свидетеля и допроса потерпевшего. Это совершенно неверно, т.к. неучтенными остаются особенности механизма формирования показаний потерпевшего, его мотивация, личностные особенности, специфическое психо-эмоциональное состояние потерпевшего. Следствием этого является нарушение принципа индивидуального подхода к допрашиваемому. Именно по этой причине потерпевшие зачастую не желают оказывать помощь органам предварительного следствия, негативно относятся к тем следственным действиям, в которых принимают участие, часто отказываются в суде от показаний, которые они ранее давали на предварительном следствии. Таким образом, существует настоятельная необходимость выделения и отдельного рассмотрения вопросов, связанных с особенностями формирования показаний потерпевшего и тактики допроса его на предварительном следствии и в суде.

9

Выделяют процессуальный, психологический и тактический аспекты допроса. В настоящей работе в комплексе рассматривается система психологических и тактических основ допроса потерпевшего с целью выработки практических мер по оптимизации его участия в расследовании преступлений. При избрании темы данного диссертационного исследования автор руководствовался целью использования полученных результатов в практической работе правоохранительных органов, необходимостью повышения качества допросов потерпевших, проводимых органами предварительного следствия и дознания.

Сознавая бесспорную актуальность и недостаточную изученность указанных выше вопросов, автор избрал в качестве объекта данного диссертационного исследования проблемы психологии формирования показаний потерпевшего и особенности тактики его допроса на следствии по конкретным категориям уголовных дел.

Цели и задачи диссертационного исследования. Основываясь на изучении теоретического материала и практики деятельности следственных работников, нами была выдвинута следующая цель исследования: раскрыть психологические особенности механизма формирования показаний потерпевшего, выявить и исследовать объективные и субъективные закономерности формирования показаний потерпевшего с учетом специфики конкретных категорий уголовных дел. Достижение этой цели осуществлено решением следующих задач исследования:

1) Изучением психологических особенностей потерпевших с учетом
их процессуального положения по делу.

2) Выявлением объективных закономерностей формирования
показаний потерпевшего. 3) 4) Исследованием субъективных закономерностей формирования показаний потерпевшего. 5) 6) Обоснованием системы тактических приемов, используемых при допросе потерпевшего. 7)

10

5) Выявлением особенностей тактики- и психологии допроса потерпевшего по конкретным категориям дел, в свете данных криминалистической характеристики преступлений и с учетом специфики возникающих у потерпевшего психических состояний, проявляющихся в конкретных ситуациях совершения преступления. 6) 7) Определением наиболее эффективной методики проведения допроса потерпевшего на основе типичных следственных ситуаций по конкретным категориям дел. 8) Решение указанных выше задач исследования - уяснение специфических проблем формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по конкретным категориям уголовных дел - позволяет полнее уяснить факторы и условия, способствующие успешному проведению допроса потерпевшего, выявить специфические отрицательные факторы, детерминирующие процесс формирования показаний потерпевших и предложить способы устранения их вредного воздействия на исход всего процесса расследования.

Методология и методы исследования. Методологическую основу диссертации составляют положения материалистической диалектики об исторической обусловленности, объективных закономерностях развития и взаимосвязи явлений. Использованы историко-юридический, сравнительно правовой, статистический, социологический, формально логический, системный и др. методы исследования, а также методика комплексного, системно-структурного подхода, позволяющая понять и объяснить процесс формирования показаний потерпевшего (как в целом, так и по конкретным категориям уголовных дел), занятую им позицию, отношение к событию преступления и расследованию и наметить более эффективные способы воздействия на него с целью получения полных, достоверных и правдивых показаний.

Теоретическую базу исследования составило изучение трудов отечественных ученых криминалистов и процессуалистов: А.М. Алексеева, Р.С.

11 Белкина, В.П. Божьева, А.Н. Васильева, В.А. Васильева, Г.Г. Доспулова, А.В. Дулова, М.И. Еникеева, Г.М. Кармашева, Л.М. Карнеевой, Ш.М. Мажитова, М.Н. Нагимова, Н.И. Порубова, А.Р. Ратинова, Е.Е. Центрова, Ю.В. Чуфаровского, М.П. Якуба и др. При написании работы была использована новейшая научная литература по криминалистике, общей и юридической психологии, связанная с проблемами, анализируемыми в диссертационном исследовании, а также зарубежные публикации и монографические исследования, посвященные вопросам виктимологического поведения потерпевших и проблемам психологии формирования показаний потерпевших от насильственных преступлений.

Эмпирическую базу исследования составили данные изучения 245 уголовных дел, результаты интервьюирования 80 следователей прокуратуры и 60 сотрудников следственных подразделений органов внутренних дел, а также 30 адвокатов, принимавших участие в производстве предварительного следствия и судебного рассмотрения уголовных дел на стороне потерпевшего.

Новизна исследования состоит, прежде всего, в том, что в нем:

1) Впервые предпринята попытка на монографическом уровне комплексно, системно рассмотреть психологические особенности процесса формирования показаний потерпевших, а также проблемы тактики и психологии допроса потерпевших по конкретным категориям дел. 2) 3) Рассмотрен вопрос о наиболее типичных ошибках и искажениях, возникающих при восприятии, запечатлении и воспроизведении показаний потерпевшими, вызванных действием субъективных и объективных факторов при формировании показаний потерпевших и детерминированных особенностями конкретной категории уголовных дел 4) 5) Предложены методики, позволяющие снизить действие неблагоприятных психологических состояний, возникающих у потерпевшего, и вызванных совершением в отношении него преступления. 6) 7) На основе данных о типичных следственных ситуациях, возникающих на первоначальном этапе расследования по конкретным категориям уголовных 8)

12

дел, рассмотрены вопросы избрания времени проведения и планирования допроса потерпевшего;

5) Обосновано положение о необходимости и целесообразности проведения повторного допроса потерпевшего на основе оценки результатов первоначального допроса и с учетом специфики конкретных категорий уголовных дел. 6) 7) Предложен ряд мер, направленных на создание и реализацию гарантий защищенности потерпевшего, как участника уголовного процесса и устранения внепроцессуальных воздействий на потерпевшего со стороны заинтересованных в исходе дела лиц. 8) В соответствии с концепцией автора на защиту выносятся следующие положения:

  • о различиях процессов формирования показаний и тактики допроса участников судопроизводства, особенно свидетелей и потерпевших, не разграничиваемых в литературе;
  • обоснование тактики допроса потерпевшего вообще (универсальной) и применительно к конкретным категориям дел;
  • обусловленность процессов формирования показаний потерпевшего и особенностей тактики и психологии допроса потерпевшего по конкретным категориям дел на базе проявления психических процессов в конкретных ситуациях, с учетом объективных условий и субъективных факторов;
  • предложенная автором классификационная схема тактических приемов допроса потерпевшего и особенности их использования по конкретным делам и в конкретных ситуациях.
  • Научная и практическая ценность результатов исследования. Научная и практическая ценность результатов исследования заключается в том, что в нем уточнена специфика формирования показаний и допроса потерпевших, которая определяется их психологическим состоянием и категорией уголовных дел. Для практики имеет значение использование работниками следствия и органов дознания данных о механизме формирования
    показаний потерпевших, его

13

этапах и тех закономерностях (факторах), которые оказывают влияние на этот процесс и определяют его. Выяснение вопроса, как преломляются события в показаниях потерпевшего позволяет понять его отношение к событию преступления, к процессу расследования, а так же занятую им позицию. Это в свою очередь помогает следователю создать благоприятную процессуальную обстановку, лучше понять потерпевшего, разработать более эффективную тактику его допроса, позволяющую получить полные и правдивые показания Практическую значимость представляет также не только отделение потерпевших от свидетелей при характеристике процесса формирования их показаний и производстве допроса, но и выделение, с целью получения более полных и правдивых показаний, психологических особенностей, характерных для механизма формирования показаний потерпевших по конкретным категориям дел (изнасилования, вымогательства и др.). Результаты исследования, кроме того, могут быть использованы при проведении лекционных и практических занятий со студентами по курсу криминалистики и юридической психологии. Таким образом, положения, предложения и выводы, сформулированные в диссертации, могут быть использованы:

  • в научных исследованиях;
  • в правотворческой деятельности;
  • в практической деятельности правоохранительных органов
  • в преподавании курса криминалистики и юридической психологии в юридических учебных заведениях.
  • Диссертация выполнена на кафедре криминалистики и правовой информатики Кубанского государственного университета и обсуждена на ее расширенном заседании.

Апробация результатов исследования осуществлялась:

  • в публикациях автора:

• “Некоторые особенности процессуального статуса потерпевшего
в уголовном процессе Российской Федерации”. Краснодар, 1997 г.;

14

• “Особенности тактики и психологии допроса потерпевшего
на предварительном следствии по делам о вымогательстве”. Краснодар, 2000 г. - в его выступлениях на научно практических конференциях: Основные результаты диссертационного исследования, а также сделанные на его основе выводы нашли свое отражение в выступлениях диссертанта на следующих научно-практических и научно- теоретических конференциях Южного федерального округа РФ, проходивших в г. Краснодаре в 2000-2001 г.г., тезисы которых были опубликованы:

? “Закон и судебная практика” - межвузовская научно-практическая конференция, 2000 г.; выступление на тему “История исследования тактики и психологии допроса потерпевшего в отечественной науке криминалистике” ; ? ? “Актуальные проблемы правовых и гуманитарных наук” - первая научно-практическая конференция молодых ученых, адъюнктов, аспирантов и соискателей вузов Южного федерального округа Российской Федерации, 2001 г.; выступление на тему “Особенности формирования показаний потерпевшего и тактика его допроса на предварительном следствии по делам о грабежах и разбоях”; ? ? “Закон и судебная практика” - межвузовская научно-практическая конференция, 2001 г.; выступление на тему “Формирование показаний потерпевших по делам об изнасиловании”; ? ? “Современные проблемы законности в России” - “Уголовно- процессуальные и криминалистические проблемы законности в России” - межвузовская научно-практическая конференция, 2001 г.; выступление на тему “Особенности формирования показаний потерпевших по делам о покушении на заказное убийство”; ? ? Ежегодные пушкинские чтения - “Россия в новом тысячелетии” - научно- практическая конференция, 2001 г.; выступление на тему “Особенности формирования показаний потерпевшего по делам о ДТП: современные аспекты”. ?

15

Структура работы определяется целью и задачами исследования. Диссертация состоит из введения, трех глав, заключения, содержащего выводы, сделанные на основании проведенного исследования, и списка использованной литературы.

16 Глава 1. Исторический аспект исследования тактики и психологии допроса потерпевшего в отечественной науке криминалистике.

Вопросы тактики допроса в силу своей актуальности всегда интересовали отечественных ученых криминалистов. Долгое время основное внимание при их изучении уделялось тактике и психологии допроса подозреваемого и обвиняемого. Это было вызвано насущной необходимостью получения от лиц, совершивших преступления, полных и правдивых показаний по делу, необходимостью привлечения к ответственности лиц, виновных в совершении преступления, и недопущения осуждения невиновных. Тактика допроса свидетеля, в силу вышеизложенных причин, исследовалась менее интенсивно. Еще менее разработанными следует признать вопросы тактики и психологии допроса потерпевшего.

Чтобы обозначить перспективные задачи дальнейшего исследования тактики и психологии допроса потерпевшего, целесообразно рассмотреть, как велось исследование этих вопросов в отечественной криминалистике. Понимая невозможность упомянуть здесь всех ученых, которые в то или иное время занимались данной проблемой, нельзя не указать имена тех, которые, по нашему мнению, внесли наиболее значительный вклад в исследование проблем тактики и психологии допроса потерпевшего.

История исследования тактики и психологии допроса потерпевшего в отечественной науке криминалистике условно может быть разделена на три этапа. В частности, работы по тактике и психологии допроса потерпевшего можно подразделить на следующие группы:

а) работы, в которых рассматриваются вопросы тактики и психологии допроса потерпевшего в рамках целостных абстрактных исследований тактики и психологии допроса, без выделения особенностей допроса отдельных процессуальных фигур - подозреваемого, обвиняемого, свидетеля и потерпевшего. В основном, эти работы публиковались в 1950- х, середине 1960-х годов и представляют собой первый этап исследования тактики и психологии допроса потерпевшего в отечественной
криминалистике. Это

17

работы ученых: Б.М. Шавера1, С.А. Голунского2, Л.М. Карнеевой,
С.С. Ордынского, С.Я. Розенблита3, И. Кертеса4;

б) работы, рассматривающие вопросы тактики и психологии допроса потерпевшего в рамках общих исследований тактики и психологии допроса свидетелей и потерпевших. Большинство этих работ было опубликовано с середины 1960-х по конец 1980-х годов. К ним относятся работы А.Р. Ратинова5, Р.Д. Рахунова6, Н.И. Порубова7, Г.Г. Доспулова8, Ш.М. Мажитова9;

в) работы, посвященные исключительно исследованию тактики и психологии допроса потерпевшего. Данные работы представляют третий этап исследования этой проблемы, начало которого относиться к концу 1980-х годов. Он продолжается и сегодня.

Рассмотрим подробнее содержание каждого этапа исследований тактики и психологии допроса потерпевшего, а так же деятельность ученых криминалистов, внесших, по нашему мнению, наиболее значительный вклад в исследование данных вопросов.

Вопрос о тактике и психологии допроса потерпевшего впервые был поставлен в рамках обобщенных исследований тактики и психологии допроса, пик которых пришелся на 1940-е - 1960-е годы. В это время в отечественной криминалистике плодотворно разрабатывались вопросы криминалистической тактики, велась разработка основ юридической психологии (в те годы она именовалась судебной психологией), а так же изучался вопрос использования ее знаний для нужд криминалистической тактики. Одним из основоположников исследования тактики и психологии допроса был Б.М. Шавер, первым указавший, что “вопросы
приспособления данных психологии к задачам

Шавер Б.М. Методика допроса // Социалистическая Законность, М., 1940, № 4

2 Голунский С.А. Тактика допроса, Ашхабад, 1942

3 Карнсева Л. М., Ордынский С.С., Розенблит С.Я. Тактика допроса на предварительном следствии, М. 1958

4 Кертес И. Тактика и психологические основы допроса, М., 1965

5 Ратинов АР. Судебная психология для следователей, М., 1967

6 Рахунов Р.Д Свидетельские показания в советском уголовном процессе, М., 1955 1 Порубов НИ. Психологические основы допроса, Минск, 1966

8 Доспулов ГГ. Психология допроса на предварительном следствии, М, 2 976

9 Доспулов ГГ., Мажитов Ш.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших, Алма-Ата, 1975

18

расследования должны быть отнесены к компетенции
криминалистики”.1 Самостоятельно обобщая и анализируя материалы практики с применением данных общей психологии, он
сформулировал значительное количество научных рекомендаций, нашедших свое выражение в рамках предложенной им методики допроса2. Первым серьезным монографическим исследованием в данной области
явилась работа С.А. Голунского3, посвященная основам тактики допроса и основанная на использовании положений общей психологии для нужд криминалистики. Основной особенностью работ, опубликованных в это время, является рассмотрение тактики и психологии допроса в целом, безотносительно к тому, в отношении какого участника уголовного процесса производится допрос, - подозреваемого, обвиняемого,
свидетеля или потерпевшего. Также был поставлен вопрос об
общих закономерностях формирования показаний. К числу
наиболее интересных работ, опубликованных в это время, следует отнести монографию Л.М. Карнеевой, С.С. Ордынского и С.Я. Розенблита “Тактика допроса на предварительном следствии’ . В данной работе была впервые предпринята попытка осветить как вопросы тактики, так и
вопросы психологии допроса. В ней имеется специальный раздел
“Основные вопросы психологии допроса”. Следует отметить, что в данной работе психологические закономерности изложены безотносительно к процессуальному положению субъектов допроса - они могут быть отнесены как к обвиняемому, так и к потерпевшему. Основной уклон в изложении был сделан на рассмотрение закономерностей именно допроса, при этом в значительной степени в стороне оставался вопрос о закономерностях формирования показаний. Этому была посвящена другая значительная работа, опубликованная в данное время - монография
И. Кертеса “Тактика и психологические основы допроса”.5
Написанная на основе успешно защищенной им в Московском государственном университете кандидатской

1 Б.М. Шавер Предмет и методы советской криминалистики // Социалистическая законность, 1938, № 6, С. 79

2 Б.М. Шавер Методика допроса // Социалистическая законность, 1940, № 4

3 Голунский С. А. Тактика допроса, Ашхабад, 1942

А Карнеева Л. М., Ордынский С.С., Розенблит С.Я. Указ. соч. 5 Кертес И. Указ. соч

19

диссертации , данная работа представляет собой изложение механизма формирования показаний в целом и уже на его основе предлагается использовать те или иные виды тактических приемов допроса. Заслуга И. Кертеса состоит именно в том, что он предлжил выбирать тактические приемы и оценивать полученные показания не только в зависимости от той ситуации, которая складывается в процессе проведения допроса, но и в зависимости от тех условий, в которых проходило формирование показаний, с учетом основных факторов, оказывавших влияние на весь процесс формирования показаний. Таким образом, он обосновал тезис о том, что учет факторов, благоприятно и неблагоприятно влияющих на формирование показаний, может существенно улучшить качество полученых при допросе показаний. Данная работа, объединив в себе законмерности формирования показаний подозреваемого (обвиняемого), свидетеля и потерпевшего, явилась базой для дальнейшего дифференцированого исследования этих вопросов в отечественной науке криминалистике, и не потеряла своей актуальности и в настоящее время.

Следует отметить, что в настоящее время в работах С.К. Питерцева, А.А. Степанова , А.Ю. Щепитько3, Г.А. Зорина4, В.П. Бахина5 успешно используется вышеупомянутый обобщенный подход (безотносительно к процессуальному положению допрашиваемого лица) при рассмотрении проблем тактики и психологии допроса. Основными направлениями использования обобщенного подхода являются исследования теоретических проблем систематизации тактических приемов и разграничение тактики допроса на предварительном следствии и в судебном заседании. Среди работ первой группы особо выделяется монография Г.А. Зорина “Руководство по тактике допроса”, в

1 Кертес И Тактика и психологические основы допроса на предварительном следствии: Автореф. дисс. канд. юрид. наук, М.. 1961

2 Питерцев С.К. Степанов А.А. Тактические приемы допроса, СПб., 1996; Питерцев С.К. Степанов А.А. Тактика допроса на предварительном следствии и в суде, СПб., 2001

3 Щепитько АЛО. Теоретические проблемы систематизации тактических приемов в криминалистике, Харьков, 1995

4 Зорин Г.А. Руководство по тактике допроса М, 2001

5 Бахин В.П. Кочалов М.Ч. Карпов Н.С. Допрос на предварительном следствии (уголовно процессуальные и криминалистические вопросы), М., 1999; Бахин В.П. Допрос. Лекция, Киев 1999

20

которой автор предпринял попытку унификации тактических приемов применительно ко всем следственным действиям. По мнению Г.А. Зорина, для этого необходимо их унифицировать, придать специфику применительно к следственному действию и его тактическим целям и потенциалу следственного действия. Среди работ посвященных разграничению тактики допроса на предварительном следствии и в судебном заседании отметим монографию С.К. Питерцева, А.А. Степанова2, в которой рассматриваются основные тактические особенности допроса в условиях состязательности сторон в судебном заседании.3

На втором этапе исследование и изложение тактики и психологии допроса потерпевшего велось совместно с изложением тактики и психологии допроса свидетеля. Первые попытки исследования психологии формирования показаний и тактики допроса свидетелей в отечественной криминалистике предпринимались еще в конце 40-х годов.4 Наиболее полным исследованием указаной проблематики того времени следует признать монографию Р.Д. Рахунова “Свидетельские показания в советском уголовном процессе”5, в которой автор комплексно рассмотрел проблемы уголовного процесса, криминалистики и юридической психологии связанные непосредственно с допросом свидетеля. Необходимость объединения при изложении тактики и психологии допроса потерпевшего с тактикой и психологией допроса свидетеля впервые была обоснована и осуществленена в работе А. Р. Ратинова “Судебная психология для следователей”6, содержащей специальную главу, посвященную допросу свидетелей и потерпевших. Указанная монография
воспроизводила

1 Зорин Г.А. Руководство по тактике допроса М., 2001, С. 132

2 Питерцев С.К. Степанов А. А Тактика допроса на предварительном следствии и в суде, СПб., 2001

3 По данному вопросу также см. Г.А. Воробьев Планирование судебного следствия, М., 1978; Г.А. Воробьев Тактика судебного следствия // Криминалистика, под ред. Хмырова А. А, Зеленского В. Д., Краснодар, 1998, гл . ХХТХ, С. 364-372

4 Кривицкий К вопросу о психологии свидетельских показаний и тактике допроса свидетелей // Ученые записки Львовского гос. Университета т. 14, вып. 1, Львов, 1949; Настольная книга следователя (§ 1,2 гл. 2 ч. 2), М. 1949; Красносельских А. А. Учет психологических особенностей в формировании свидетельских показаний. Вестник МГУ. Серия экономика, философия, право. 1957, вып. 2.

5 Рахунов Р.Д. Свидетельские показания в советском уголовном процессе, М., 1955

6 Ратинов АР. Судебная психология для следователей, М, 1967; Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей, М., 2001

21

основные положения его докторской диссертации “Психологические основы расследования преступлений”, которая стала первым исследованием такого уровня в отечественной криминалистике1, основанным на данных психологии. А. Р. Ратинов писал: “Бесспорно, многие психические явления присущи как свидетелям, так и обвиняемым одновременно. Но не вызывает никакого сомнения наличие своеобразных психических актов, порожденных различным положением в деле участников процесса, которое требует дифференцированного рассмотрения психологии допрашиваемых: свидетелей и потерпевших, обвиняемых и подозреваемых” . На долгие годы подобное изложение вопросов психологии формирования показаний и тактики допроса - объединение тактики и психологии допроса свидетеля и потерпевшего - стало стандартом в отечественной литературе по криминалистике. Хотя сам А. Р. Ратинов в указанной работе, рассматривая вопрос о формировании показаний, писал об “особом отношении к происходящему”, характерном для потерпевшего.3 Позднее А. Р. Ратинов плодотворно исследовал проблемы самооговора4 и лжесвидетельства,5 подробно описав причины и условия возникновения этих явлений и предложив ряд способов предотвращения и изобличения ложных показаний, как со стороны подозреваемых, обвиняемых, свидетелей, так и со стороны потерпевших.

Предложенный А.Р. Ратиновым подход к рассмотрению тактики и психологии допроса был творчески развит в работах Г.Г. Доспулова. Им была написана и защищена кандидатская диссертация по теме “Процессуальные и психологические основы допроса свидетелей и потерпевших на предварительном следствии”6. В своей монографии “Психология допроса на

1 Ратинов А.Р. Психологические основы расследования преступлений”. Автореф. дисс. докт. юрид. наук, М.. 1966

2 Ратинов АР. Указ. соч. С. 172

3 Ратинов А.Р. Указ. соч. С. 28

4 Ратинов АР. Скотникова Т.А. Самооговор, Л., 1973

5 Ратинов А.Р. Адамов Ю.П. Лжесвидетельство. Происхождение, предотвращение и разоблачение ложных показаний, М., 1976

6 Доспулов Г.Г. Процессуальные и психологические основы допроса свидетелей и потерпевших на предварительном следствии, Автореф. дисс. канд. юрид. наук., Алма-Ата, 1968

22

предварительном следствии” он предложил систему тактических приемов допроса, опиравшуюся на работы А.Р. Ратинова2, Л.Б. Филонова, В.И. Давыдова , предложив ряд новых тактических приемов допроса (создание незаполненности, пресечение лжи). Выделив и описав отдельно каждый тактический прием, он разделил все тактические приемы на три группы, снабдив их все для удобства использования условными названиями:

  • тактические приемы, используемые в кооперативных ситуациях допроса;
  • тактические приемы, используемые в конфликтных ситуациях с нестрогим соперничеством;
  • тактические приемы, используемые в конфликтных ситуациях со строгим соперничеством.
  • В основу такого деления им был положен критерий наличия или отсутствия психологического конфликта между участниками допроса, и характер этого конфликта, если он имеет место при допросе, что позволяло в каждом отдельном случае выбрать и использовать строго определенный набор тактических приемов. Как и предполагал Г.Г. Доспулов, такое их освещение удобно для усвоения сущности тактических приемов и использования их практическими работниками. В качестве недостатка такого изложения необходимо отметить отсутствие выделения тактических приемов, наиболее характерных для каждого процессуального участника допроса. Так, например, для допроса потерпевшего в силу специфики процесса формирования его показаний будут характерны как тактические приемы, используемые в кооперативных ситуациях допроса, так и часть тактических приемов, используемых в конфликтных ситуациях с нестрогим соперничеством.

1 Доспулов Г.Г. Указ. соч.

2 Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей, М., 1967; Ратинов А.Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике // Правовая кибернетика, М., 1970, С. 185-197

3 Филонов Л.Б. Давыдов В.И. Психологические приемы допроса обвиняемого // Вопросы психологии, 1966, № 6, С. 111-122

4 Доспулов Г.Г. Указ. соч. С. 72 - 84

5 Доспулов Г.Г. Указ. соч. С. 72

23

Следует также отметить работу Г. Г. Доспулова и Ш. М. Мажитова “Психология показаний свидетелей и потерпевших”.1 В данной работе имеется раздел “Особенности формирования показаний потерпевшего” в котором авторы кратко излагают специфику формирования показаний потерпевшего, ее отличия от формирования показаний свидетеля, указывают некоторые объективные и субъективные факторы, оказывающие воздействие в процессе формирования показаний потерпевшего.

В это же время тактику и психологию допроса потерпевшего исследовали в своих работах такие ученые как А.Н. Васильев2, A.M. Алексеев3, Н.И. Порубов4, Н.И. Кулагин5, В.И. Смыслов6, А.Б. Соловьев7, B.C. Комарков8, М.П. Якуб9. Они продолжали творчески развивать предложенную А.Р. Ратиновым концепцию совместного рассмотрения тактики и психологии допроса свидетеля и потерпевшего. Такие ученые, как А.В. Дулов10, М.И. Еникеев11, В.А. Васильев12, Ю.В. Идашкин13 значительное внимание уделяли исследованиям психологии допроса, в том числе и психологии допроса потерпевшего.

Значительный вклад в исследование проблем тактики допроса, в том числе и тактики допроса свидетелей и потерпевших, внес Н.И. Порубов, занимающийся проблемами тактики и психологии допроса более 40 лет. Опубликовав в 1966 г. монографию “Психологические основы допроса”14. представляющую собой пособие для следователей и оперативных работников

1 Доспулов Г.Г., Мажитов Ш.М. Указ. соч.

2 Васильев А.Н. Карнеева Л.М. Тактика допроса, М., 1970; Васильев А.Н. Карнеева Л.М. Тактика допроса при расследовании преступлений, М., 1970; Васильев АН. Следственная тактика, М, 1976; Васильев А.Н. Тактика отдельных следственных действий, М., 1981 и др. работы

3 Алексеев А.М. Психологические особенности показаний очевидцев, М., 1972

4 Порубов Н.И. “Психологические основы допроса”, Минск, 1966; Порубов НИ. Допрос в советском уголовном судопроизводстве, Минск, 1973; Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1998

Кулагин НИ., Порубов Н.И. Организация и тактика допроса в условиях конфликтной ситуации, Минск, 1977

6 Смыслов В.И. Свидетель в советском уголовном процессе, М., 1973

7 Соловьев А.Б. Допрос свидетеля и потерпевшего, М., 1974

8 Комарков B.C. Тактика допроса, Харьков, 1975

9 Якуб М.П. Показания свидетелей и потерпевших, М., 1968

10 Дулов АВ. Судебная психология, Минск, 1975; Дулов А.В., Нестеренко П.Д. Тактика следственных действий, Минск, 1971

11 Еникеев М.И. Судебная психология. М., 1976; Еникеев М.И., Черных Э.А. Психология допроса. М., 1990;

12 Васильев В.А. Судебная психология. Л., 1979; Васильев В.А. Юридическая психология. М., 1991

13 Идашкин Ю.В. Проблемы психологии свидетельких показаний. Криминалистика и психология// Вопросы криминалистики, 1961, № 1-2

14 Порубов Н.И. Психологические основы допроса, Минск, 1966

24

МВД, он впервые поставил вопрос об отношении следственных и оперативно-розыскных мероприятий к допросу свидетеля или потерпевшего; использовании следователем данных о личности допрашиваемого свидетеля или потерпевшего, полученных оперативным путем, при подготовке и проведении допроса. Позднее им детально рассматривался вопрос об условиях организации и формах взаимодействия следователя с органами дознания при

1 *У

подготовке к допросу. Н.И. Порубов в работах 1968-98 г.г. сформулировал наиболее полную классификацию тактических приемов допроса. Тактические приемы классифицировались им по следующим основаниям:

  • в зависимости от законодательной регламентации;
  • по объему действия;
  • в зависимости от обстоятельств допроса;
  • в зависимости от направления воздействия;
  • в зависимости от личности допрашиваемого;
  • в зависимости от ситуации допроса (конфликтная, бесконфликтная) и др.
  • В работах Н.И. Порубова прослеживается ясная тенденция к обособлению тактики допроса потерпевшего. Однако, признавая особое психическое состояние потерпевшего в момент восприятия преступления, его заинтересованность в исходе дела, Н.И. Порубов и в настоящее время остается на позициях совместного рассмотрения тактики и психологии допроса свидетеля и потерпевшего, упоминая лишь об
    особенностях допроса

3

потерпевшего.

Серьезный и глубинный подход к проблемам тактики продемонстрировал А.Б. Соловьев в серии опубликованных им работ по проблемам допроса и очной ставки4. В работах А.Б. Соловьева были рассмотрены сложные проблемы

Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1998, С. 85-98

2 Порубов Н.И. Допрос, Минск, 1968, С. 60-67; Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве, Минск, 1973; Порубов Н.И. Научные основы допроса на предварительном следствии, Минск, 1978; Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1998, С. 60-66

3 Порубов Н.И. Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1998, С. 111-113

4 Соловьев А.Б Допрос свидетеля и потерпевшего, М., 1974; Соловьев А.Б Центров Е.Е. Допрос на предварительном следствии М., 1986; Соловьев А.Б. Очная ставка на предварительном следствии. М., 1970; Соловьев А.Б. Использование доказательств на допросе, М., 1981

25

психологического контакта, психологической борьбы,
рефлексии, психологического воздействия, а так же следственной этики.

В труде М.Л. Якуба “Показания свидетелей и потерпевших” всесторонне рассматриваются особенности процессуального статуса этих участников уголовного процесса, его влияние на тактику допроса, вопросы оценки полученных показаний. Особо отметим впервые сформулированную обобщенную классификационную схему причин, определяющих возможные ошибки в показаниях свидетелей и потерпевших, к которым автром были отнесены:

a) неблагоприятные условия (физические) восприятия; b) c) физические и психические недостатки свидетеля или потерпевшего и его состояние; d) e) избирательность, свойственная восприятию и памяти, а также предвзятость, односторонность отношения к тем или иным объектам, обусловленные направленностью личности, ее установкой и иными причинами; f) g) подмена действиетльного обычным (привычными представлениями), домыслы, фантазирование и, в частности, восполнение за счет этого пробелов восприятия и памяти; h) i) внушение со стороны заинтересованных лиц; j) k) эмоциональная реакция на преступление и на поведение или состояние причастных к нему лиц и на другие обстоятельства, сопутствующие преступлению.’ l) Указанная классификационная схема, по нашему мнению, отражает основные причины ошибок в показаниях, ниболее характерные для потерпевших и значительно реже встречающихся у свидетелей и может служить основой для детального рассмотрения данного вопроса в рамках настоящего диссертационного исследования.

Значительное внимание исследованию психологии допроса потерпевшего уделял А.В. Дулов. В его работах по судебной психологии были заложены

1 Якуб МП. Показания свидетелей и потерпевших, М, 1968, С. 81

26

основы психологического анализа на предварительном следствии, сформулированы положения тактики эмоционального эксперимента и ряд других приемов,1 используемых при допросе потерпевшего. Под его руководством в Белорусском государственном университете регулярно издавались сборники “Вопросы судебной психологии”, где, наряду с другими проблемами, продалжалась разработка вопросов психологии показаний свидетелей и потерпевших.

Сферой научных интересов Г.А. Зорина в указаный период являлись проблемы установления психологического контакта при производстве допроса. Им был предложен ряд приемов, направленных на формирование психологического контакта с допрашиваемым потерпевшим .

В.Е. Коновалова издала монографию о проблемах логики и психологии в следственной такике, в которй рассматриваются психоллогические вопросы допроса и других следственных действий3. Свое дальнейшее развитие эти вопросы получили в рамках изданного В.Е. Коноваловой курса правовой психологии.4

На третьем этапе происходит выделение тактики и психологии допроса потерпевшего, основанное на специфике всего процесса формирования показаний потерпевшего. Основой этого процесса послужили начатые в начале 70-х г.г. исследования специфики взаимоотношений преступника и потерпевшего в криминалистическом аспекте, особенностей

криминалистического анализа показаний потерпевших и их допроса. На развитие криминалистического учения о потерпевшем в этот период большое

Дулов А.В. Судебной психология, М., 1968; Дулов А.В. Введение в судебную психологию, М., 1970, Дулов А.В. Основы психологического анализа на предварительном следствии, М., 1970; Дулов А.В. Судебная психология, Минск, 1975

Зорин ГА. Психологический контакт при производстве допроса, Гродно, 1986, С. 137

3 Коновалова В.Е. Проблемы логики и психологии в следственной тактике, Харьков, 1965

4 Коновалова В.Е. Правовая психология, Харьков, 1990

5 Центров ЕЕ. Оценка достоверности показаний потерпевших // Социалистическая законность, 1971. № 6 ; Центров Е.Е. Специфика взаимоотношений преступника и потерпевшего по делам о половых преступлениях // Вопросы личности преступника, М., 1971; Закатов А.А Криминалистический анализ показаний потерпевших // Криминалистика и судебная экспертиза, Вып. 8, Киев, 1971; Сидоров В.Е. Тактические особенности допроса потерпевшего при раскрытии преступлений по горячим следам. Труды ВШ МВД СССР, Вып. 34 М., 1972; Мишин Н.Я. Значение виктимологических данных для тактики допроса потерпевших // 50 лет советской прокуратуры и проблемы совершенствования предварительного следствия, Л., 1972

27

влияние оказали работы в области виктимологии. Криминалтистическое учение о потерпевшем, не является составной частью виктимологии, однко использует в своих теоретических построениях некоторые ее концептуальные положения и специфическую виктимологическую
информацию в целях решения криминалистических задач. “Виктимология изучает личность потерпевшего, его связи, взаимоотношения с преступником, поведение как до и в момент совершения преступления, так и в последующий период. Большое внимание в виктимологических исследованиях отводится роли
жертвы в генезисе преступления, ее межличностным связям и отношениям”.1 Таким образом, учету подлежат: динамика изменения личностных особенностей и поведения потерпевшего, начиная с
периода, предшесвующего преступному посягательству, в момент
совершения преступления и в процессе предварительного и
судебного следствия; выявление психологических закономерностей, свойственных потерпевшим, их своеобразных психических состояний, а
так же взаимоотношений, сложившихся у них с лицами, совершившими преступление; тактика допроса, прогнозирование поведения и показаний потерпевшего по преодолению возникающих
в связи с эитм нежелательных тенденций. Основной вклад в постановку и развитие указанной проблематики внес Л.В. Франк, неоднократно подчеркивавший необходимость междисциплинарных комплексных исследований в крминологии, уголовном праве и криминалистике,
важность изучения личности и поведения потерпевшего в целях раскрытия и расследования преступления и особую роль виктимологических исследований при разработке
криминалистических проблем . Л.В. Франк обосновал специфичность жертвы, как самостоятельного объекта исследования: “Виктимология
убеждает в специфичности потерпевшего как самостоятельного
объекта изучения и показывает необходимость его глубокого и
всестороннего исследования. Проблема

1 Франк Л.В. Виктимология и виктимность. Душанбе, 1972, С. 17-18; Франк Л.В. Остроумов С.С. О виктимологии и виктимности // Советское государство и право 1976. № 4 , С. 74-75

2 Франк Л.В. Роль виктимоологических исследований в разработке криминалистической тактики // Актуальные проблемы государственного строительства и укрепления социалистической законности в Таджикской ССР. Душанбе, 1973; Франк Л.В. Виктимология и виктимность. Душанбе, 1972, С. 51-52

28

использования данных виктимологии в целях раскрытия преступлений остается мало изученной и недостаточно разработаной”1. С развитеим судебной психологии стали более обстоятельно исследоваться психологические особенности, свойственные жертве преступления и ее допросу. Виктимологические исследования в криминалистике концентрировались в основном вокруг таких аспектов: изучение личности потерпевшего, его психологические особенности; изучение взаимоотношений потерпевшего и преступника; специфика поведения потерпевшего в процессе предварительного и судебного следствия и особенности тактики его допроса. Все вышеуказанное привело к появлению тенденции к выделению проблемы допроса потерпевшего в качестве самостоятельной. Л.В. Франк обосновывал целесообразность разработки тактики допроса потерпевших, тактики охраны жертв от возможных дальнейших посягательств, а также приемов и методов выявления латентных и потенциальных жертв, создание системы тактических приемов и методов выявления причин и условий, способствующих совершению преступления, разработки методики изучения личности потерпевшего , обозначив перспективные проблемы, требующие своего разрешения. Все вышеизложенное закономерно привело к формированию положения, что несмотря на всю внешнюю схожесть тактики и психологии допроса потерпевшего и свидетеля, они существенно разняться по их внутреннему субъективному содержанию и что для более эффективного использования в практической деятельности следственных органов тактических приемов допроса необходимо рассматривать допрос потерпевшего обособленно от допроса свидетеля.

Франк Л.В. Потерпевший от преступления и проблемы советской виктимологии, Душанбе, 1977, С. 58 2 Закатов А. А. Тактика допроса потерпевшего, Волгоград 1976Центров ЕЕ. Яни С.А. Особенности допроса потерпевшего // Социалистическая законность. 1976№9, Порубов Н.И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве, Минск 1973 С. 178-186 Мишин Н.Я. Значение виктимологических данных для тактика допррса потерпевших, Франк Л.В. Роль виктимологических исследований в разработке криминалистической тактики. // Актуальные проблемы государственного строительства и укрепления социалистической законности в Таджикской ССР, Душанбе, 1973

Франк Л.В. Роль виктимологических исследований в разработке криминалистической тактики. // Актуальные проблемы государственного строительства и укрепления социалистической законности в Таджикской ССР, Душанбе, 1973, С. 263-264

29

Среди работ этого периода особенно следует отметить монографию Е.Е. Центрова “Криминалистическое учение о потерпевшем”.1 В данной работе автор впервые в отечественной криминалистике предпринял попытку сформулировать целостное криминалистическое учение о потерпевшем как объекте криминалистического исследования. В качестве важных составных частей данного криминалистического учения автор выделяет, в частности, “воздействие преступления и его последствий на личность потерпевшего и на формирование его показаний”, а так же “тактические особенности проведения предварительного следствия с учетом личности потерпевшего и его позиции по делу”, представляющие общие положения тактики допроса потерпевшего на предварительном следствии. В данной работе интересен и тот фактический материал реальных уголовных дел, анализ которого был проведен автором. Работа была написана на основе анализа и обобщения большого числа дел об изнасилованиях и по сути могла служить основой для схематичного, упрощенного описания специфики формирования показаний потерпевших по данной категории уголовных дел и использоваться в качестве упрощенных основ тактики допроса потерпевшего. Однако, тактика допроса потерпевшего рассматривалась Е.Е. Центровым весьма абстрактно, без учета типичных следственных ситуаций, возникающих по делу, специфики конкретной категории расследуемых уголовных дел, а также данных о личности потерпевшего. Все вышеизложенное может существенно затруднить для следователя избрание и использование наиболее результативных тактических приемов и тактических комбинаций в ходе допроса потерпевшего и отрицательно сказаться на результатах допроса и расследования в целом.

В это же время были написаны и успешно защищены две кандидатские диссертации, предметом исследования которых выступил потерпевший. Первая была написана в Алма-Атинском государственном университете М.Н.Нагимовым по теме “Процессуально-психологические
особенности

1 Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. М, 1998

30

допроса потерпевшего в советском уголовном процессе”1 и затрагивала как вопросы уголовного процесса, так и вопросы криминалистической тактики. Особо следует отметить разработанный в диссертации вопрос получения данных о психологических особенностях личности потерпевшего и использования полученных данных при подготовке и проведении допроса, что позволяет реализовать в следственной практике требование об индивидуальном подходе при проведении допроса потерпевшего. Также весьма интересен тщательно разработанный в диссертации вопрос об установлении психологического контакта при допросе потерпевшего. Вторая диссертация была выполнена несколько позже в Удмуртском государственном университете Г.М. Кармашевым по теме “Тактические и психологические основы допроса потерпевшего”2. Большое внимание в работе было уделено рассмотрению процессуального статуса потерпевшего и проблемам его законодательного совершенствования. Автор затронул в работе также вопрос о психологических особенностях формирования показаний потерпевшего. При этом рассматривается вопрос о влиянии на формирование показаний особенностей личности потерпевшего, характера и интенсивности преступного воздействия. Наибольший же интерес представляет раздел о ситуационных особенностях допроса потерпевшего, в котором рассматриваются вопросы анализа позиции потерпевшего по конкретному уголовному делу, его способности противостоять воздействию заинтересованных в исходе дела лиц.

Все выше изложенное наглядно демонстрирует, что вопросы тактики и психологии допроса потерпевшего всегда вызывали интерес у отечественных ученых криминалистов. Наш краткий обзор литературы дает основание полагать, что назрела необходимость сделать психологию показаний потерпевших предметом самостоятельного исследования. В настоящее время данный вопрос приобрел особую актуальность. В то время, когда наблюдается

1 Нагимов М.Н. Процессуально психологические особенности допроса потерпевшего в советском уголовном процессе. Автореф. дисс. канд. юрид. наук., Ташкент, 1986

2 Кармашев Г.М. Тактические и психологические основы допроса потерпевшего. Автореф. дисс. канд. юрид.

наук., Ижевск, 1993

31

резкий рост насильственных преступлений, зачастую совершаемых организованными преступными группами, получение от потерпевших наиболее полных и достоверных показаний становится крайне необходимым. Если лет 10 - 20 назад помимо потерпевшего получить информацию о событии преступления можно было и из показаний свидетелей, то сегодня свидетели, опасаясь за свою безопасность, зачастую, отказываются от дачи показаний, а некоторые дают заведомо ложные показания. Применение таких тактических приемов допроса, как использование положительных свойств личности в отношении допрашиваемого свидетеля не дает ожидаемого положительного результата - свидетель отказывается сотрудничать со следователем. В такой ситуации потерпевший зачастую остается единственным источником информации о преступнике. При этом следует отметить, что он часто заинтересован в исходе дела, выражает желание оказать посильную помощь следствию. Но в следственной практике бытует мнение, что показания потерпевшего страдают неполнотой, часто необъективны, предвзяты. Таким образом, у следователя возникает ошибочное представление о том, что не имеет смысла прикладывать усилия к получению достоверных и полных показаний от потерпевшего. При этом отрицательные результаты допроса потерпевшего часто вызваны тем, что следователь не учитывает тех субъективных и объективных факторов, под действием которых проходил весь процесс формирования показаний потерпевшего. Следует отметить, что тактика допроса потерпевшего должна определяться не только индивидуальными свойствами допрашиваемого, но и видом преступления, которое было совершено в отношении потерпевшего. Таким образом, тактика допроса потерпевшего по конкретным категориям дел будет существенно разниться. В настоящий момент стоит задача: в рамках общей тактики допроса потерпевшего, с учетом специфики процесса формирования показаний создать модели проведения допроса потерпевшего по конкретным категориям дел. Ни в коем случае не посягая на свободу оценки показаний потерпевшего следователем с точки зрения их полноты, достоверности и объективности,

32

следует предоставить в распоряжение следователя рекомендации по примерному набору тактических приемов, применение которых может помочь следователю достичь наилучших результатов при допросе потерпевшего, а следовательно, существенно облегчить установление истины по делу, обнаружения и привлечения к ответственности лиц, виновных в совершении преступления. Настоящая работа является попыткой предпринятой в этом направлении.

33

Глава 2. Закономерности формирования показаний потерпевшего.

Знание особенностей процесса формирования показаний потерпевшего является крайне важным для достижения целей предварительного следствия. Основное отличие процесса формирования показаний потерпевшего, позволяющее выделить его специфику, состоит в том, что формирование показаний полностью определяется ситуацией преступного посягательства. Особенности ситуации посягательства находят свое непосредственное выражение в наборе, характере и интенсивности действия объективных и субъективных факторов, детерминирующих процесс формирования показаний. Процесс формирования показаний потерпевшего, как непосредственного участника события преступления, являясь отражением событий конкретного пространственно-временного среза, не может быть обособлен от ситуации преступного посягательства, событий и обстановки ему предшествующих и последовавших после преступления. Уяснение особенностей ситуации преступного посягательства, объективных и субъективных факторов, детерминирующих процесс формирования показаний потерпевшего, позволяет адаптировать данные об общепсихологических закономерностях восприятия для нужд криминалистической тактики и выделить особенности тактики допроса потерпевшего. В основе тактики лежат закономерности психологии. Тактические приемы допроса потерпевшего разрабатываются не только на основе положений опыта следственной, судебной и экспертной практики, но и на основе данных иных наук: логики, информатики кибернетики, теории игр и особенно на основе данных психологии.

В криминалистике высказывались различные точки зрения на выделение отдельных этапов процесса формирования показаний. В криминалистической литературе процесс формирования показаний традиционно делится на три стадии:

  1. Стадия восприятия.
  2. Стадия запоминания.
  3. Стадия воспроизведения.

34

Такой точки зрения придерживается, например, Алексеев A.M. Он указывает, что в основе такого деления лежат закономерности протекания психических процессов и явлений человека и форма их реализации.

Доспулов Г.Г. считает, что формирование материала показаний проходит в два этапа:

  1. Допроцессуальный этап формирования показаний:

а) Получение, накопление и обработка информации;

б) Запоминание, сохранение и переработка информации;

в) Создание ложной информации;

  1. Процессуальный этап формирования показаний:

а). Словарное оформление и передача (репродукция) на допросе
ранее

воспринятой информации допрашиваемым;

б). Прием и переработка информации следователем;

Ратинов А.Р. выделяет пять этапов формирования показаний:

  1. Получение, накопление и обработка информации;
  2. Запечатление, сохранение и переработка информации;
  3. Воспроизведение, словесное оформление и передача информации;
  4. Прием, переработка и процессуальное закрепление информации;
  5. Повторное свидетельствование.
  6. Камащев Г.М. выделяет две стадии - восприятия и запоминания, стадия воспроизведения информации, по его мнению, не является составной частью процесса формирования показаний.

Еникеев М.И. подвергает критике устоявшуюся точку зрения на процесс формирования показаний: “В юридической литературе распространены термины “формирование показаний” и “стадия формирования показаний”. Эти термины не бесспорны, поскольку только в момент допроса воспроизводимые человеком образы памяти осознаются им как показания. Несостоятельно и

1 Алексеев А.М. Указ. соч. С. 14

2 Доспулов Г.Г. Указ. соч. С. 25.

3 Ратинов АР. Указ. соч. С. 176. Камашев Г.М. Указ. соч. С.5

35

сведение стадий формирования показаний к трем психическим процессам - восприятию, сохранению и воспроизведению. Восприятие явлений, процессы переработки информации и ее сохранения - это не отдельные стадии, а единый

Г! ^

процесс психической деятельности .

С высказанной точкой зрения нельзя согласиться. Не оспаривая положения о единстве и целостности процессов восприятия, запоминания и воспроизведения, следует признать, что восприятие - процесс определенного пространственно-временного среза, в то время, как переработка информации и ее сохранение в памяти - это самостоятельные процессы, следующие за восприятием. Поэтому следует признать, что восприятие, запоминание и воспроизведение являются самостоятельными стадиями (этапами) формирования показаний и таким образом, использование терминов “формирование показаний” и “стадии формирования показаний” в криминалистике вполне обосновано.

Наиболее приемлемой формой деления процесса формирования показаний на стадии по нашему мнению следует признать деление на стадии восприятия, запоминания и воспроизведения. Подобное деление позволяет четко выделить и уяснить специфические аспекты механизма формирования показаний потерпевшего на каждом этапе, а также в комплексе с учетом взаимосвязи этапов формирования показаний между собой. В диссертационном исследовании при рассмотрении особенностей механизма формирования показаний потерпевшего речь в основном идет о стадии восприятия, т.к. именно в ходе процесса восприятия могут быть прослежены основные отличия механизма формирования показаний потерпевшего от механизма формирования показаний других участников уголовного процесса. Р.Л. Грегори по этому поводу отмечал: “Восприятие - своего рода мышление, и в восприятии, как и в любом виде мышления, достаточно своих неоднозначностей, парадоксов, искажений и неопределенностей. Они водят за нос даже самый разумный глаз, поскольку именно они являются причинами

ъ Еникеев МИ. Основы общей и юридической психологии, М.. 1997, С. 450 - 451.

36

ошибок (и сигналами ошибок) как в наиболее конкретном, так и в наиболее абстрактном мышлении”.1 В то же время вкорне не верно ограничивать формирование показаний потерпевшего лишь стадией восприятия, т.к. восприятие не отделимо от процессов запечатления (запоминания, сохранения в памяти, забывания) и последующего воспроизведения. Как верно указывал Рубинштейн С.Л.: “Воспоминание и припоминание - процессы не изолированные друг от друга. Между ними существует двусторонняя взаимная связь. Припоминание является, с одной стороны, предпосылкой воспроизведения, а с другой - оно оказывается его результатом”.

Чтобы потерпевший мог сообщить полные и достоверные сведения о каких-либо событиях и обстоятельствах, он должен:

а) с ясным сознанием точно и полно воспринять их органами чувств (слухом, зрением и т.д.);

б) запомнить воспринятое, удержать в своей памяти;

в) вспомнить;

г) узнать и правильно воспроизвести.

Полнота и точность восприятия потерпевшего зависит от двух основных факторов: от объективных условий формирования показаний и от субъективных закономерностей и факторов восприятия.

2.1. Объективные условия формирования показаний потерпевшего.

К объективным условиям формирования показаний относятся условия восприятия события преступления, не зависящие от сознания и воли потерпевшего. Это внешние характеристики самого события преступления и условия окружающей среды. Традиционно сюда же принято относить и закономерности функционирования анализаторов человека, их характеристики. К объективным условиям, образующим ситуацию совершения деяния и формирования показаний относятся:

1 Грегори Р.Л. Разумный глаз, М., 1970, С. 68

2 Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М, 1946, С. 304

37

1) длительность периода времени, в течение которого происходит восприятие ситуации события преступления (долговременное восприятие, кратковременное восприятие); 2) 3) сложность ситуации, в которой воспринимается процесс преступления (простая, сложная); 4) 5) интенсивность воспринимаемого события; 6) 7) расстояние до воспринимаемого события или объекта; 8) 9) характер воспринимаемого процесса (динамический, статический); 10) 11) температура окружающей среды; 12) 13) метеорологические явления, сопровождающие процесс восприятия; 14) 15) характер освещения при восприятии события (нормальное, недостаточное); 16) 9) маскировка преступником своей внешности и действий (голос, одежда, маска и т.п.).

2.1.1. Длительность периода времени, в течение которого происходит восприятие события преступления.

В следственной практике достаточно часто приходиться сталкиваться с отрицательным влиянием кратковременности наблюдения объекта, явления на процессы его восприятия и запечатления. Это связано с внезапностью события и неспособностью потерпевшего в течение короткого отрезка времени мобилизовать внимание для точного восприятия происходящего события преступления, в особенности его деталей. Насильственные преступления, как правило, характеризуются внезапностью и высокой интенсивностью действий преступников, направленных на подавление воли потерпевшего к сопротивлению и достижение преступных целей. Таким образом, кратковременность восприятия, являясь прямым следствием особенности ситуации преступного посягательства и выбранного способа совершения преступления, оказывает отрицательное влияние на полноту формируемых показаний потерпевшего о событии преступления. Весьма характерным является следующий пример из следственной практики: “20 ноября 2000 г.

38

около 23 часов Игнатенко С.А. в Пашковском микрорайоне г. Краснодара, умышленно, с целью открытого хищения чужого имущества, из корыстных побуждений, совершил нападение на П., нанеся ей ряд ударов руками, после чего, сломив волю к сопротивлению, отнял у нее сумку с принадлежащими ей средствами и скрылся. На допросе П. сообщила, что не может указать приметы преступника - он напал на нее
сзади, нападение было неожиданным и кратковременным, однако точно указала особенности похищенного имущества и направление, в котором скрылся преступник, что и позволило в дальнейшем изобличить С.А. Игнатенко в совершении этого и ряда других грабежей”1. Показания потерпевшего о событии, длительность восприятия которого была незначительной (кратковременное восприятие), часто страдают неполнотой, обобщенностью, вызванными пробелами восприятия. Однако, такие показания, будучи неполными, являются добросовестными и
остаются одним из важнейших источников информации о событии
преступления. Следует учитывать, что “запоминание с воспроизведением является в большей степени реконструкцией, чем точным повторением”.1 Во многом подобная ситуация обусловлена и выбором грабителями
своей предполагаемой жертвы. Как правило, в качестве последних преступники стремятся выбрать физически и психически более слабых лиц, не способных оказать активное сопротивление и подчиняющихся при применении к ним психического насилия. При анализе показаний потерпевшего, воспринимавшего событие преступления в течение короткого промежутка времени, следователь должен иметь в виду,
что потерпевшие часто восполняют пробелы восприятия
субъективными представлениями о характере события, его динамике,
и деталях. Таким образом, необходимо проанализировать ситуацию преступного посягательства на предмет возможности восприятия и запечатления потерпевшим указанных данных о событии преступления,
вызывающих у следователя сомнение в достоверности, и постараться подтвердить или опровергнуть их на основе иных материалов, полученных в ходе предварительного расследования.

1 Архив Советского окружного суда г. Краснодара за 2001 г.

39

2.1.2. Сложность ситуации, в которой воспринимается процесс совершения

деяния.

Очевидно, что сложные процессы воспринимаются человеком значительно хуже, чем простые. Насильственные преступления, как правило, отличаются высокой степенью сложности, что особенно характерно для преступлений, совершаемых группой. При этом многие детали события преступления остаются не воспринятыми, либо воспринятыми, но плохо запечатленными потерпевшими. Следует учитывать, что люди часто не способны оценить количество воспринимавшихся предметов, расстояние между ними, их пространственное соотношение и размеры. Наиболее характерным примером в этом случае являются дела по факту изнасилования, совершенного группой лиц. Потерпевшая, как правило, затрудняется назвать точное количество преступников, характер распределения ролей между ними, последовательность развития события преступления. Например, типично дело по факту изнасилования К., совершенного группой лиц, которая, будучи приглашена домой к своему знакомому М., уроженцу Дагестана, была изнасилована его родственниками, приехавшими в Краснодар, с целью закупки сельхозпродукции. В своих показаниях потерпевшая сообщила, что ее знакомый М. также насиловал ее, однако в ходе предварительного следствия было установлено алиби М.

Потерпевшая К. в дальнейшем пояснила, что не может точно указать на М., как на одного из насильников, но полагала, что он мог быть среди группы лиц, совершивших изнасилование.2. Таким образом, весьма важно выяснять у потерпевших количество нападавших, их приметы, характер и направленность действий, распределение ролей между преступниками при совершения преступления. Это, помимо всего прочего, позволяет в дальнейшем, в ходе расследования, выявить пробелы и ошибки в показаниях потерпевших, обусловленные сложностью воспринятого и
запечатленного события

1 Бартлег Ф.Ч. Человек запоминает: Хрестоматия по общей психологии, М, 1979, С. 96-102

2 Архив Октябрьского окружного суда г. Краснодара за 2001 г.

40

преступления и устранить их, а также существенно снизить вероятность оговора потерпевшими невиновных лиц. Отметим, что на восприятие последовательности событий влияют следующие факторы: перцептивная установка субъекта, выражающаяся в готовности его к восприятию события; объективная упорядоченность событий; проявляющаяся в естественной организации стимулов; упорядоченность событий самим субъектом с использованием определенной последовательности событий, обладающих какими-то значимыми для субъекта признаками. Например, при одновременном нападении на потерпевшего нескольких преступников, того из них к восприятию которого потерпевший подготовился, предполагая возможное нападение, будет восприниматься в качестве представляющего наибольшую опасность, и выступит в показаниях потерпевшего в качестве организатора. Точно так же раздражитель, к которому потерпевший проявляет интерес, будет воспринят как предшествующий по сравнению с другим не интересным стимулом, что находит, например, свое непосредственное выражение в показаниях потерпевших по делам о разбоях - основное внимание потерпевшие уделяют детализации действий вооруженных членов преступной группы, как наиболее хорошо воспринятых и запечатленных.

2.1.3. Интенсивность воспринимаемого события.

Интенсивность воспринимаемого события оказывает существенное влияние на процесс формирования показаний потерпевшего. Привлечение внимания потерпевшего к тому или иному событию или явлению связано с его внезапностью или интенсивностью. Интенсивность события активизирует перцептивные процессы потерпевшего: ощущение, восприятие, с помощью которых он принимает сигналы окружающего мира, отражает свойства, различает признаки вещей, ощущает состояние собственного организма. Это обусловлено закономерностями функционирования анализаторов человека. Сильные раздражители в
большей степени действуют на анализаторы

1 Фресс П., Пиаже Ж. Экспериментальная психология. Вып. IV, С. 92

РОССИЙСКАЯ

ГОСУДАРСТВЕННАЯ БИБЛИОТШг

потерпевшего и как следствие сильнее привлекают к себе внимание. Существуют и определенные закономерности деятельности анализаторов человека. Так, для того, что бы анализатор человека мог воспринять раздражение, необходимо, что бы оно находилось между абсолютным нижним и абсолютным верхним порогом ощущения. Также важен дифференциальный порог - едва ощущаемое минимальное раздражение в силе двух однотипных

раздражителей. Следует отметить, что чувствительность каждого человека изменяется в зависимости от различных условий. Изменение чувствительности анализатора в результате его приспособления к действующим раздражителям принято называть адаптацией. Диапазон и скорость адаптации различается в зависимости от вида анализатора и вида раздражителя. Более быстро адаптируются обонятельные и тактильные анализаторы. Например, полная адаптация к запаху йода наступает через одну минуту. Через три секунды ощущение давления отражает только 1/5 силы раздражителя, еще медленнее адаптируются слуховой, вкусовой, зрительный анализаторы. Данные общей психологии свидетельствуют, что потерпевший попавший в затемненное помещение, через 3-5 минут начинает различать проникающий туда свет, видеть предметы. Для полной адаптации к темноте необходимо порядка 20-30 мин. После этого периода зрительная чувствительность увеличивается в 200 тыс. раз (самый высокий диапазон адаптации). Однако действие явления адаптации в процессе формирования показаний потерпевшего не однозначно. Р.Л. Грегори пишет о негативных видах адаптации, являющихся одной из причин ДТП: “Негативные виды адаптации - снижение чувствительности анализаторов. Отрицательное воздействие оказывает адаптация к свету и темноте, особенно в условиях тусклого освещения. В этих условиях у водителей
автотранспортных средств увеличивается время реакции,

1 Лурия А.Р. Ощущение и восприятие: Материалы к курсу лекций по общей психологии, М., 1975, С. 5

2 Минимальная величина раздражителя, впервые начинающего вызывать ощущение, называется нижним абсолютным порогом восприятия. Верхним абсолютным порогом восприятия называется величина раздражителя, при коей ощущение либо исчезает, либо качественно меняется. Минимальный прирост величины раздражителя, сопровождаемый едва заметным изменением ощущения называется, называется дифференциальным порогом восприятия. // Словарь практического психолога, М., 2001, С. 420

3 Общая психология //Под. ред. В.В. Богословского и др., М., 1981, С. 187

42

ухудшается локализация движущихся объектов. Темновая адаптация приводит к задержке передачи сигнала от затемненного глаза в мозг. Отсрочка в передаче сигнала ведет к тому, что человек видит предмет как бы с некоторым запозданием, что иногда способствует возникновению аварийных ситуаций на дорогах с интенсивным встречным автомобильным движением”1. Явление адаптации содействует отражению слабых раздражителей и предохраняет анализаторы от чрезмерного воздействия сильных раздражителей. Для формирования полных и достоверных показаний также важно адекватное восприятие и запечатление звуков потерпевшим в ходе совершения преступления. Слуховые ощущения отражают высоту, силу и тембр звука. Наибольшая звуковая чувствительность лежит в пределах 2000-3000 Гц, что соответствует крику испуганной женщины. Следует так же отметить, что сильное возбуждение одних анализаторов всегда понижает чувствительность других анализаторов. Так повышенный уровень шума понижает зрительную

2

чувствительность , например, в условиях воздействия очень сильного шума световая чувствительность сумеречного зрения может падать до 20 % своего прежнего уровня.

2.1.4. Расстояние до воспринимаемого события или объекта.

При значительном удалении предметы кажутся меньше, усиливается ослабление разницы между светом и тенью, происходит выпадение отдельных мелких деталей. Данное явление, весьма часто встречающееся в следственной практике, именуется линейной перспективой. Восприятие пространственных отношений связано с определением величины предметов и расстояний между ними. В психологии отмечена закономерность: большие расстояния недооцениваются, малые - переоцениваются. Следует иметь в виду, что наиболее правильно расстояния оцениваются потерпевшим в пределах 0,5 км.

1 Грегори Р.Л. Глаз и мозг. Психология зрительного восприятия, М., 1970, С. 72

2 Кравцов СВ. Взаимодействие органов чувств, М, Л., 1948, С.17

43

Отметим так же, что на воде или при восприятии через водную гладь предметы кажутся ближе их действительной отдаленности, т.к. вода в силу однородности среды субъективно делает расстояние более коротким. Освещение и окраска воспринимаемых предметов так же оказывает влияние на оценку расстояния: хорошо освещенные предметы, предметы белого, красного и желтого цвета в особенности при восприятии их на темном фоне кажутся ближе. Для восприятия удаленности предмета имеет значение и сравнение его величины с известной величиной других предметов. Это особенно актуально, если воспринимаемый предмет удален более чем на 450 м. (предельное расстояние, о котором поступает информация в результате взаиморасположения зрительных осей).

2.1.5. Характер воспринимаемого процесса.

Существует некоторая специфика восприятия динамических процессов. Человек не воспринимает очень медленные движения и может судить о них только по косвенным признакам, так же не замечаются и чрезмерно большие скорости движения. Чем дальше удаление до движущегося предмета, тем скорость его движения кажется меньшей. Нередко неверная оценка скорости движения транспортного средства потерпевшими становится одной из причин ДТП. Наглядно это демонстрирует пример В., на которую при переходе проезжей части в не положенном месте был совершен наезд транспортного средства. В своих показаниях В. сообщила, что в спешке оценила скорость приближающего автомобиля, как незначительную.2

Большое значение на формирование показаний о динамических процессах будет иметь хорошо развитый статический и динамически глазомер потерпевшего. Именно наличие динамического глазомера важно при оценке показаний потерпевшего о направлении и скорости движения объектов и лиц

1 Более подробно об общих закономерностях ощущений в приложении к криминалистической тактике см. Кертес И. Тактика и психологические особенности допроса, М., 1965; Еникеев МИ. Основы общей и юридической психологии, М., 1997 С. 79-92.

2 Архив Советского окружного суда г. Краснодара за 2001 г.

44

при совершении преступления. Важное значение имеет также острота зрения. Люди с нормальным зрением различают на расстоянии 100 м. объекты величиной в 3 см. При анализе показаний потерпевшего и с учетом известных данных о ситуации и механизме преступного посягательства, необходимо уточнять не страдает ли последний близорукостью, дальнозоркостью или иными дефектами зрения, способными существенно изменить возможность потерпевшего объективно воспринять данные о событии преступления и лицах его совершивших. Острота зрения увеличивается с освещенностью объекта, также на нее может влиять и установка на восприятие, окраска объекта и т.д.

2.1.6. Температура окружающей среды. Метеорологические явления, сопровождающие процесс восприятия.

Температура окружающей среды может оказать влияние на процессы восприятия потерпевшим болевых ощущений, вызванных причиненными телесными повреждениями. При низких температурах ощущение боли усиливается, высокая температура способствует ослаблению болевого ощущения.

Процесс восприятия события может быть существенно затруднен неблагоприятными метеорологическими явлениями (снегопад, дождь облачность). В случаях, когда событие преступления развивается на открытой местности, это непосредственно обуславливает характер освещения при восприятии события и может повлиять на процесс восприятия и запечатления. Следует также учитывать, что преступники сознательно могут совершать преступления при неблагоприятных метеорологических условиях, стремясь воспользоваться ими в качестве естественной маскировки, обеспечивающей скрытность и внезапность нападения, либо позволяющие им успешно скрыться.

45

2.1.7. Характер освещения при восприятии события преступления.

На формирование показаний потерпевшего влияет характер освещения в момент восприятия. В условиях яркого освещения потерпевший различает как цвета, так и контуры предметов. При слабой освещенности (в сумерках) потерпевший, обычно может различать только контуры, очертания предметов, а также черные и белые цвета. Другие цвета в сумерках человек обычно различать не способен, что является особенностью функционирования зрительного анализатора. В следственной практике встречаются случаи, когда потерпевшие воспроизводят в своих показаниях данные о преступлении и лицах его совершивших, восприятие которых в условиях существовавшего освещения было затруднено. Однако, следует в каждом случае проверять достоверность показаний с учетом данных об индивидуальных особенностях потерпевшего и возможности адаптации потерпевшего к условиям восприятия. Проведение следственного эксперимента в таких ситуациях позволяет проверить достоверность полученных показаний. Например, в темное время суток, на открытой местности в отношении Т. был совершен грабеж. На допросе Т. воспроизвел подробные данные об одежде и приметах преступников. На вопрос следователя, почему Т. так хорошо удалось запомнить приметы преступников в условиях недостаточного освещения, потерпевший показал, что до момента нападения он провожал знакомую девушку и в течение часа находился в условиях недостаточного освещения в результате чего зрение адаптировалось к темноте. В дальнейшем достоверность и полнота показаний Т. подтвердилась.1 В результате недостатков зрения некоторые люди могут не различать цвета и при нормальном освещении (дальтонизм) или плохо видят предметы при сумеречном освещении (куриная слепота). Для выявления таких недостатков зрения следователь может провести следственный эксперимент об установлении способности
потерпевшего

1 Архив Советского окружного суда г. Краснодара за 1999 г.

46

воспринимать события или явления в подобных условиях. Следует отметить, что резкая смена освещенности понижает зрительную чувствительность.

При анализе показаний потерпевшего важно также учитывать такое явление, как контраст ощущений. Контраст ощущений - это повышение чувствительности к одним свойствам под влиянием других противоположных свойств действительности. Так, например, одна и та же фигура серого цвета на белом фоне кажется темной, а на черном - светлой.

2.1.8. Маскировка преступником своей внешности и действий.

При совершении большого числа преступлений преступники, с целью затруднить их возможное последующее опознание потерпевшим, используют средства маскировки внешности. Совершая грабежи, разбойные нападения, покушения на убийство по найму, преступники, с целью исключить возможность восприятия и запечатления потерпевшим и иными свидетелями данных о внешности, пользуются различными вариантами масок. Нередко, в ходе совершения преступления, используются вымышленные имена, либо клички. По делам о вымогательствах при выдвижении своих требований преступники нередко пытаются изменить голос.

Как видно из выше изложенного, действие объективных условий формирования показаний взаимообусловлено и должно рассматриваться в комплексе. Таким образом, в ходе допроса следователь должен выяснить все объективные условия, в которых происходило восприятие события преступления потерпевшим (освещенность, продолжительность,

метеорологические условия и т.д.), их взаимное влияние, а так же их комплексное действие на механизм формирования показаний потерпевшего. Использование такого подхода позволяет выявить и устранить пробелы и ошибки в показаниях потерпевших, связанные с объективными условиями их формирования.

47

Рассмотрев объективные условия формирования показаний, необходимо подчеркнуть, что оно (формирование) непосредственно связано с закономерностями психики, поскольку ситуация влияет на восприятие и направленность внимания; отражает сложность события или явления, его структурность, целостность, избирательность, осмысленность и т.д.

2.2. Субъективные закономерности формирования показаний

пащмнзшст

Процесс формирования показаний начинается с ощущения и восприятия, основу которых составляет деятельность органов чувств, именуемых в психофизиологии анализаторами.

Восприятие - целостное отражение предметов, явлений, ситуаций и событий в их чувственно доступных временных и пространственных связях и отношениях.1 Восприятие является динамическим процессом и связанно с пониманием и осмыслением предметов и явлений. Основой восприятия является обследование объекта и построение его образа, т.е. установление отношений между частями и свойствами объекта восприятия.

Восприятие может быть классифицировано на виды по различным основаниям:

1) По модальности рецепторов: звуковые, зрительные, слуховые, осязательные, восприятия пространства, восприятия времени.

2) По специфике воспринимаемого объекта: величины и формы объекта, восприятие человека человеком, восприятие речи.

3) По степени участия воли в процессе восприятия: непроизвольное восприятие, произвольное восприятие.

Алексеев A.M. подразделял восприятие на три вида:
непроизвольное, произвольное (целенаправленное) и послепроизвольное. Данной классификация

1 Словарь практического психолога, М., 2001, С. 86

48

была произведена на основе деления внимания на
непроизвольное, произвольное и послепроизвольное.1

Субъективные условия формирования показаний потерпевшего на основе их зависимости от ситуации посягательства и личности потерпевшего можно разделить на две группы:

  1. Субъективные условия, в основе которых лежат психические закономерности. Это проявление общих закономерностей восприятия, внимания, памяти и мышления, свойственных любому человеку, а не специфические проявления закономерностей психики конкретного потерпевшего.
  2. Субъективные условия, зависящие от ситуации, т.е. условия, носящие ситуативный характер и напрямую зависящие от ситуации конкретного посягательства на потерпевшего, его родственников, его имущество и т.д. и личностных особенностей конкретного потерпевшего. Очевидно, что ситуативный характер формирования показаний связан со спецификой проявления в той или иной ситуации личностных свойств потерпевшего (например, эмоциональная устойчивость, восприимчивость к боли и т.д.).
  3. В психологии выделяют общие закономерности восприятия, которые детерминируют весь процесс восприятия человека. К общим закономерностям восприятия относят: 1) осмысленность и обобщенность восприятия, 2) целенаправленность, 3) структурность, 4) избирательность, 5) апперцепцию, 6) константность. Далее рассматриваются эти закономерности восприятия в контексте их влияния на формирование показаний потерпевшего.

1) Осмысленность и обобщенность восприятия. Воспринимая предметы и явления, мы осмысливаем то, что воспринимаем. Осмысление вызывается восприятием элементов происшествия, затрагивающих интересы потерпевшего. “Активизация мыслительной деятельности по осознанию ситуации, является с одной стороны предпосылкой, а с другой следствием активизации и других

1 Алексеев A.M. Указ. соч. С. 15

49

познавательных процессов очевидцев - ощущения и восприятия, воображения и памяти.”1

Связь восприятия с мыслительной деятельностью основана на соотнесении воспринимаемого предмета с определенным понятием. Чаще этот процесс основан на результатах деятельности второй сигнальной системы - с обозначением в слове воспринимаемые предметы осмысливаются. Связь восприятия с осмыслением не зависит от длительности восприятия, т.к. процесс восприятия и осмысления может быть сокращенным и даже мгновенным, при этом он обычно не осознается.

В тех случаях, когда у потерпевшего появляются затруднения или сомнения при восприятии, процесс осмысления и истолкования становится более длительным, развернутым. Причиной этого является “внутренний диалог” потерпевшего - он беседует сам с собой о том, что он воспринимает. Такой способ отражения положительно влияет на формирование показаний, улучшает их точность и объем. Но он же может явиться и причиной существенных искажений воспринятого, если ход мысли потерпевшего, его оценка воспринятого неверна, т.е. не соответствует действительности.

Процесс восприятия, во многом сходный с вышеизложенным, может иметь место и при понимании значения и смысла происходящего и возможных последствий действий посягающих лиц и самого потерпевшего в момент преступного посягательства. Восприятие тесно связано с мышлением, поскольку перцептивные образы нередко имеют разное смысловое значение. При осознании значения и смысла происходящего непроизвольное внимание переходит в целенаправленное, произвольное внимание. Это может качественно улучшить показания потерпевшего, т.к. изменяется весь процесс восприятия по объему, степени детализации, достоверности воспринятого.

Уровень осознания и осмысления восприятия индивидуален и зависит от развития интеллекта и объема знаний индивида. Совершенно прав В.В.

1 Алексеев А.М. Указ. соч. С. 15

50

Романов пишущий: “Мы не только воспринимаем, но и одновременно с этим изучаем предмет познания, пытаемся найти объяснение его сущности”.

В основе процесса восприятия лежат ощущения. Но восприятие осуществляется посредством интерпретации чувственных данных с точки зрения имеющихся знаний, а не простым суммированием чувственных ощущений. Поэтому психологи и говорят об обобщенности восприятия - т.е. отдельное отражается в восприятии, как проявление общего. В акте восприятия участвуют ранее сложившиеся у субъектов представления о предметах и явлениях и накопленные о них знания, т.е. воспринимаемое синтезируются с уже имеющимися представлениями о сходных предметах и явлениях. “Сознательно воспринять предмет - это значит мысленно назвать его, т.е. отнести к определенной группе, классу предметов, обобщить его в слове”. Таким образом восприятие тесно связанно с памятью, которая является основой жизненного опыта человека. Именно поэтому основной формой осмысления воспринятого является узнавание. Узнать предмет - значит воспринять его и сопоставить с уже имеющимся ранее сформированным образом. Вот, что писал об этом A.M. Алексеев: “Потерпевший еще до того, как стать очевидцем, в своем сознании имеет представление о возможном механизме происшествия - и поэтому в момент восприятия он как бы отыскивает определенные признаки, соотнося с имеющимися в его памяти эталонами аналогичных событий”.3 Из вышеизложенного можно сделать вывод, что при формировании показаний потерпевшего большое значение имеет его жизненный опыт, его профессиональная принадлежность, а также факт, являлось ли данное лицо ранее потерпевшим или свидетелем по сходному уголовному делу.

А.Р. Лурия писал о взаимосвязи между процессами восприятия и вербализацией воспринятого: “Процесс восприятия предмета никогда не осуществляется на элементарном уровне, в его состав всегда входит высший

1 Романов В.В. Юридическая психология, М., 1998, С. 99

2 Петровский А.В. Введение в психологию, М, 1977, С. 141

3 Алексеев А.М. Психологические особенности показаний очевидцев, М., 1972, С. 16

51

уровень психической деятельности, в частности речь”. Узнавание подразделяют на обобщенное (отнесение к группе) и дифференцированное (единичное). Процесс узнавания также характеризуют определенностью, точностью и быстротой.

Потерпевший, узнавая какое-либо явление или предмет, не выделяет всех его признаков, а использует характерные опознавательные признаки. В том случае, если количество характерных внешних признаков мало, - процесс узнавания может быть затруднен или невозможен. Причиной того, что потерпевший не может воспринять опознавательных признаков предмета чаще всего являются объективные условия восприятия, а также индивидуальные особенности анализаторов потерпевшего.

Таким образом, речь идет о единстве ощущений и мышления в процессе восприятия. Чтобы правильно оценить показания допрашиваемого нужно вычленить из них чувственные данные, которые явились материалом восприятия и проанализировать их интерпретацию потерпевшим.

2) Целостность восприятия. В основе указанной закономерности восприятия лежит такая особенность материального мира, как наличие постоянной устойчивой взаимосвязи между отдельными свойствами и признаками предметов и явлений. Целостность восприятия при формировании показаний потерпевших проявляется в том, что, воспринимая только некоторые признаки предмета или явления, они мысленно дополняют недостающие признаки и части, стремясь воспринять знакомое им целостное образование. Стремление к объединению разрозненных признаков при формировании показаний потерпевшего может трактоваться двояко. С одной стороны, при плохих объективных условиях восприятия (плохое освещение, скоротечность события) оно может существенно улучшить качество и объем показаний потерпевшего, однако в случаях сильных эмоциональных потрясений (стресс, страх), вызванных преступлением, потерпевшие нередко неверно дополняют недостающие признаки предметов и явлений (например, принимая муляж

1 Лурия АР. Ощущения и восприятия, М., 1975, С. 47

52

пистолета за боевое оружие, грабеж за покушение на убийство из корыстных побуждений). По общему правилу, чем хуже условия восприятия события или объекта, тем большее значение приобретает свойство целостности восприятия.

3) Структурность восприятия. На формирование показаний потерпевшего влияет такая закономерность восприятия, как его структурность. Процесс узнавания при восприятии возможен лишь благодаря устойчивой структуре признаков предметов и явлений. В процессе восприятия потерпевшим события преступления им производится выделение частей, свойств и сторон предметов (лиц и объектов) или явлений, в результате чего ему, удается адекватно запечатлеть индивидуализирующие их признаки (части, детали). Осознанность восприятия непосредственно связана с отражением связей между частями, элементами объекта восприятия. При увеличении степени осознания восприятия потерпевший способен расчленить воспринимаемое им событие преступления и выделить в нем наиболее важные, интересующие следствие моменты и связать их с другими. Качество и полнота показаний потерпевшего зависит от степени развития у потерпевшего подобной способности. В тех случаях, когда в силу объективных и субъективных причин выделение частей объекта затруднено, затрудняется и восприятие предметов в целом. Именно эта закономерность является причиной затруднения в восприятии скоростных динамических процессов потерпевшим, таких например, как преступления, совершаемые с использованием высокой скорости и фактора внезапности.

4) Избирательная направленность восприятия. При совершении преступления потерпевший воспринимает большое количество информации о субъектах, механизме и обстановке преступления. Почему же при воспроизведении показаний потерпевший подробно освещает одни вопросы, на другие же затрудняется ответить? Причиной этого является избирательная направленность восприятия, способность выделения из бесчисленного количества воспринимаемых предметов и явлений лишь некоторых из них, в настоящий момент интересующих лицо. Критерием выделения при избирательности восприятия выступают потребности и интересы лица. Как

53

правило, при нападении круг интересов потерпевшего весьма ограничен и сводятся к желанию избежать нападения, оказать сопротивление, либо скрыться, т.е. целиком и полностью продиктованы инстинктом самосохранения. По этой причине многие детали события преступления, которые в нормальных условиях могли бы быть восприняты потерпевшим, остаются вне сферы его интересов. В процессе восприятия преступления потерпевшим очень велика роль внимания1, представляющего собой сосредоточение всего сознания на запечатлении особенностей преступного посягательства. Зависимость восприятия от знаний и опыта, называемая установкой, существенно облегчает восприятие объектов и их запоминание, и выражается при формировании показаний потерпевшего в улучшении полноты и качества показаний. Выделяют три вида внимания: непроизвольное, произвольное (целенаправленное), послепроизвольное внимание, однако, для потерпевшего наиболее характерно непроизвольное внимание. Например, внешние проявления преступления (динамика и материальные следы) могут привлечь внимание своей необычностью (явно угрожающий характер), т.е. внимание потерпевшего привлекается к событию преступления непроизвольно.

Внимание зависит от значимости воспринимаемого объекта для потерпевшего - объекты относительно значимые для лица привлекают к себе его внимание. Внимание также зависит от интересов потерпевшего и связано с потребностями личности, желаниями, профессиональными или любительскими занятиями, а также с целями, которые лицо ставит перед собой. Значимость и интересы могут сочетать в себе как эмоциональные (страх, испуг, ненависть, жалость), так и интеллектуальные моменты (любопытство, желание увидеть что-то новое).

Потерпевший при посягательстве способен воспринять число преступников верно только в том случае если он способен выделить их силуэты из
окружающей обстановки (фона). На этой закономерности восприятия

1 Внимание - сосредоточенность деятельности субъекта в данный момент времени на каком-либо реальном или идеальном объекте - предмете, событии, образе, рассуждении и пр. // Словарь практического психолога, М., 2001, С. 71

54

основано использование преступниками маскировки при совершении преступления. При использовании маскировки преступник, готовясь к нападению на потерпевшего, чтобы не обнаружить себя раньше времени, стремиться слиться с фоном (например при покушении на заказное убийство), контуры посягающего становятся размыты и вписаны в линии фона. В такой ситуации потерпевший может быть не способен воспринять и запечатлеть в памяти особенностей действий и примет преступника, что может существенно осложнить расследование.

5) Апперцепция. - зависимость восприятия от опыта, знаний, интересов и установок личности. Потерпевший избирательно выделяет те или иные предметы, но именно благодаря апперцепции потерпевший выборочно воспринимает и различные части, свойства, стороны предметов и явлений, то есть избирательная направленность восприятия потерпевшего выделяет определенный объект из фона, а выделение каких либо особых примет, признаков производится благодаря апперцепции. Именно прошлый опыт, знания, профессиональная направленность деятельности определяют, какие приметы в момент посягательства будут восприняты, выделены и сохранены в памяти потерпевшего. Именно особенности личности во многом будут определять содержание будущих показаний потерпевшего. Следователю при планировании и проведении допроса потерпевшего, а также при анализе полученных показаний в целях определения их полноты и достоверности необходимо учитывать данные о личности потерпевшего, возрасте, профессиональном и жизненном опыте. Следует также отметить, что большое влияние на процесс восприятия могут оказывать “предвзятые мысли”. Например, заранее сложившееся представление о том, что означают поведенческие акты воспринимаемого субъекта, его слова и т.д.

6) Константность восприятия. Объективные условия восприятия предметов и явлений постоянно изменяются. Разнятся степень освещенности объекта, расстояние до объекта, изменяется угол восприятия. Подобные изменения объективных условий восприятия нередко происходят в процессе

55

совершения преступления. Однако благодаря константности восприятия большинство объективных качеств объекта воспринимаются неизменными. Константность восприятия в некоторых случаях может быть нарушена. Такое явление, встречающееся у потерпевших, называется аконстантностью восприятия. В качестве причин аконстантности восприятия могут быть названы непривычные условия восприятия, действие сильных эмоций, большая скорость при восприятии движения и динамических процессов. Нарушение константности восприятия может существенно исказить показания потерпевшего, хотя данное явление является достаточно редким в следственной практике. В том случае, если у следователя возникает подозрение о том, что у потерпевшего имела место аконстантность восприятия, необходимо установить, какая причина вызвала ее. Установив причину, следователь может попытаться понять, что воспринимал потерпевший, восстановить верные качественные и количественные характеристики объекта.

Изложенные выше закономерности восприятия позволяют следователю достаточно точно прогнозировать, как потерпевший воспринимал событие преступления и отграничить добросовестное заблуждение потерпевшего от заведомо ложных показаний. Основываясь на общих закономерностях восприятия, ученые говорят и о типичных ошибках, возникающих при формировании показаний. Говоря о восприятии, Ратинов А.Р. отмечает, что помимо оптических, слуховых и других искажений, на этом этапе типичны ошибки, связанные с неправильными оценками размеров, расстояний, количества, неправильные суждения о соотношении последовательности и других связях между предметами и явлениями.

Ниже будут рассмотрены отдельные специфические виды восприятия характерные для потерпевшего, имеющие сложный характер, и часто встречающиеся в следственной практике.

1 Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей, М, 1967, С. 179 Основные вопросы, связанные с указанными ошибками, подробно изложены в работе Кертиса И. Тактика и психологические основы допроса, М., 1965.

56

Для потерпевших, на которых имело место посягательство, в отличие, например, от потерпевших по делам о дорожно-транспортных происшествиях, характерен особый вид восприятия - восприятии человека - преступника, совершившего преступление (его внешности, действия, количество преступников при групповых преступлениях). Восприятие человека, основываясь на изложенных закономерностях, обладает и рядом особенностей. Воспринимая человека, потерпевший помимо восприятия и осмысления целостного облика и отдельных внешних (физических) качеств, что происходит на основе общих закономерностей восприятия, проводит осмысление и истолкование анатомических и социальных качеств субъекта: возраст, пол, национальность, род занятий, характер лица. Суждение о социальных качествах лица потерпевший делает на основе восприятия облика, особенностей речи, произношения и поведения. Точность восприятия социальных качеств у каждого потерпевшего зависит от его жизненного опыта и может быть различной. При даче показаний он акцентирует внимание на тех или иных индивидуальных качествах описываемого человека. На формирование показаний о человеке влияют и особенности личности самого потерпевшего, отношение к описываемому лицу, эмоции и чувства, пережитые при восприятии и после этого (переработка информации) и переживаемые на допросе.

Восприятие речи. Звуки, сведения, содержащиеся в устной речи людей, воспринимаются как и всё иное благодаря взаимодействию слуховых, двигательных и зрительных ощущений. В отличие от ощущений простых звуков восприятие речи в большей степени определяется деятельностью мышления, носит смысловой характер. Условием правильного формирования показаний потерпевшего о содержании воспринятого является понимание смысла и значения слов. Непонимание одного человека другим может быть вызвано набором разных причин, но наиболее важными являются причины, основанные на индивидуальных особенностях лица, как того, кто говорит, так и того, кто воспринимает речь.
Примерами подобных индивидуальных

57

особенностей могут быть: пониженная слуховая восприимчивость, плохое владение языком, непонимание смысла некоторых слов, дефекты речи, особенности произношения и др.

Восприятие времени. При восприятии времени отражается длительность, скорость и последовательность явлений. Восприятие времени, как и любое психическое отражение, является субъективным образом объективной реальности. В силу этой субъектности и происходят искажения в восприятии времени. Существует ряд закономерностей. Длительность небольших промежутков времени обычно преувеличивается. При восприятии больших промежутков времени воспринимающее лицо склонно оценивать их как более короткие, чем в действительности. При восприятии времени весьма существенна роль сопутствующих событий, развитие которых происходило в оцениваемый промежуток времени. Например, динамика развития события или явления оказывает влияние следующим образом: при быстром темпе интервал времени преуменьшается, при медленном - преувеличивается. При отрицательных эмоциях период времени переоценивается, что нередко можно наблюдать в показаниях потерпевших по делам о насильственных преступлениях (изнасилование, разбой и т.д.). На восприятие времени также оказывают влияние различные циклические природные явления (смена дня и ночи и др.).

Представление о времени у потерпевшего часто связано с впечатлением потерпевшего о последовательности отдельных моментов события. Для определения длительности события следователь должен выяснить у потерпевшего данные о начале события, его промежуточных фазах и конце, представив событие в виде суммы небольших временных промежутков.

Рассмотрев закономерности восприятия, следует более подробно остановиться на тех субъективных факторах, которые могут оказывать влияние на процесс восприятия. Так, Васильев АН. к субъективным факторам, отрицательно влияющим на процесс восприятия, относит дефекты органов чувств (глухота, слепота, близорукость, неспособность различать запахи и

58

цвета), болезненное состояние, усталость, сильные эмоции (страх и т.п.), нервное расстройство, опьянение.1 Ниже будет подробно рассмотрено действие большинства из этих факторов на формирование показаний потерпевшего.

В подробном рассмотрении такого фактора, как дефекты органов чувств, нет настоятельной необходимости. Это связано с тем, что действие данного фактора является очевидным. При производстве предварительного следствия он может быть легко выявлен следователем. Следует только отметить, что у людей, лишенных какого-либо вида чувствительности осуществляется компенсация (возмещение) этого недостатка за счет повышенной чувствительности других органов (например, повышение слуховой и обонятельной чувствительности у слепых). Данную закономерность необходимо учитывать следователю при проведении анализа показаний от потерпевшего, страдающего какими либо дефектами органов чувств.

2.2.1. Влияние эмоций на формирование показаний потерпевшего.

Эмоции - психический процесс импульсивной регуляции поведения, основанный на чувственном отражении значимости внешних воздействий. Эмоции и чувства - это субъективное отношение к предметам и явлениям.1

Эмоции различаются в зависимости от качества (положительные, отрицательные), глубины (глубокие, неглубокие), интенсивности (сильные, слабые), продолжительности (кратковременные и устойчивые), влияния на деятельность (стенические и астенические). Стенические эмоции побуждают к активной деятельности, мобилизуют силы человека; астенические эмоции расслабляют человека, парализуют его силы.

Процесс формирования показаний потерпевшего чаще всего происходит в критической ситуации совершаемого в отношении него преступления, что вызывает у него отрицательные эмоциональные реакции. Отрицательные эмоции также, как и их влияние на процесс формирования показаний могут быть различны. Как писал Алексеев A.M.: “влияние эмоционального состояния

1 Криминалистика, под ред. Васильева А.Н., М, 1980, С. 287

1 Еникеев МИ. Основы общей и юридической психологии, М., 1997, С. 161

59

на восприятие очевидца может быть двояким - оно может повышать качество восприятия, его объем и точность, а может снижать, тормозить и искажать его”.1 Еникеев М.И. отмечает: “эмоции влияют на все другие психические процессы, они могут быть как организующими, так и дезорганизующими факторами сознания, деятельности.

Отрицательные эмоции (их иначе называют конфликтные эмоциональные состояния) подразделяются на стресс, аффект и фрустрацию.

А) Стресс - нервно-психическое перенапряжение, вызванное сверх сильным воздействием. Причиной стресса является сверхсильное травмирующее воздействие - опасность, физические и умственные перегрузки, потребность в принятии экстренных решений большой важности.

Как же стресс действует на потерпевшего? Для стресса характерно чрезвычайно повышенное эмоциональное напряжение, что выражается в торможении психических процессов, понижении скорости мышления, ослаблении функций зрения, слуха, осязания, в организме наблюдаются вегетативные изменения, понижается способность принятия правильных решений. В силу того, что стресс вызывает дезорганизацию, понижение всех психических функций, о стрессе говорят как о пассивно оборонительном рефлексе, это неспецифическая адаптационная реакция.

Влияние стресса на формирование показаний потерпевшего: стресс вызывает ошибки в отражении действительности, потерпевшим неправильно оценивается качество и количество объектов, их пространственные и временные характеристики, сужается объем внимания, затрудняется его переключение. Характер стрессовой реакции зависит не только от оценки вредности причины стресса потерпевшим, но и от умения реагировать на нее определенным образом, т.е. от достижения приспособительного эффекта. Влияние стресса также зависит от особенностей личности потерпевшего - у

1 Алексеев A.M. Психологические особенности показаний очевидцев, М, 1972, С. 18

2 Основоположник теории стресса Г. Селье выделял две разновидности стресса: дистрес и эустрес (отрицательный и положительный стресс). В случае потерпевшего всегда имеет место дистрес, оказывающий отрицательно, деструктивное влияние. См. Селье Г. Стресс без дистресса. М., 1982

3 Еникеев М.И. Указ. соч.С. 167

60

одних картина стресса может быть ярко выраженной, длительной, у других 4» менее заметной, короткой.

В стрессовом состоянии выделяют три этапа (по Г. Селье)1:

  1. Тревога - состоит из фазы шока (депрессия центральной нервной системы) и фазы противотока (восстановление нарушенных психических функций).

  2. Резистентность - возникновение повышенной устойчивости к действию стрессоров (вредных для организма факторов).
  3. Истощение - имеет место при длительном воздействии, силы организма иссякают, возникают патологические дистрофические процессы (приводящие иногда даже к гибели организма).
  4. Все 3 этапа имеют существенное значение для определения времени допроса потерпевшего и подготовки к нему следователя - создания благоприятной обстановки допроса, выборе наиболее эффективных тактических приемов, применяемых при допросе потерпевшего.

При подготовке к допросу следователю необходимо учитывать, что травмирующее действие стресса на потерпевшего не ограничивается только моментами совершения преступления, но распространяется и на период времени, следующий непосредственно за совершением преступления. Общим правилом проведения допроса потерпевшего является: чем раньше потерпевший будет допрошен об известных ему фактах, тем с большей вероятностью от него будут получены полные и достоверные показания. Не отрицая вышеизложенного, следует отметить ряд особенностей. Наиболее продуктивным будет допрос, который проводиться тогда, когда потерпевший находиться на втором этапе развития стрессового состояния, т.е. на этапе резистентности действию факторов, являющихся причиной стресса (стрессоров). Распространенной ошибкой в практике органов, осуществляющих предварительное следствие, является проведение допроса потерпевшего, когда он находиться на первом этапе (тревога) развития стрессового состояния в фазе шока
или противотока. Получение полных, достоверных и объективных

1 Селье Г. Стресс без дистресса. М, 1982

61 показаний от потерпевшего в таком состоянии затруднено. Отсюда следует вывод, что задачей следователя является перевод потерпевшего в состояние резистентности действию стрессоров и предотвращение перехода стрессового состояния на этап истощения. Сказанное относиться лишь к тем случаям, когда имело место стрессовое воздействие высокой степени интенсивности и продолжительности, когда самостоятельный переход потерпевшего из одного этапа развития стрессового состояния в другой затруднен. При подготовке к допросу, следователю необходимо по внешним признакам действия стресса установить этап развития стрессового состояния потерпевшего, и на основании полученных данных определить время проведения допроса потерпевшего. Если потерпевший находится на первом этапе развития стрессового состояния (в фазе шока или противошока), следователю рекомендовать следующее: 1.Устранение действия травмирующих потерпевшего факторов (стрессоров). Предотвращение посторонних влияний заинтересованных в исходе дела лиц, в случае необходимости изоляция подозреваемого, а так же использование установленной законом процедуры защиты свидетелей и потерпевших.

  1. Предоставление потерпевшему определенного времени до проведения первоначального допроса, чтобы исключить травмирующее влияние стресса (для перехода развития стрессового состояния на этап резистентности).

  2. Понимая, что первоначальный этап расследования характеризуется дефицитом информации для выдвижения следственных версий по делу и учитывая, что потерпевший и его показания являются зачастую единственным источником такой информации, следователю может быть предложено провести первоначальный допрос потерпевшего непосредственно после совершения преступления (когда потерпевший находиться в фазе шока или противошока), в целях получения ориентирующей информации о событии преступления и лицах его совершивших, необходимой для успешного проведения оперативно- розыскных мероприятий и первоначальных следственных действий.. При этом в случае, если дача ответа на некоторые вопросы следователя вызывает у потерпевшего затруднение, а применение тактических приемов,
    имеющих

62

целью помощь в припоминании воспринятого не дает положительного результата, то следователю рекомендуется не настаивать на освещении данных вопросов. При этом следователь часто получает от потерпевшего информацию, достаточную для выдвижения следственных версий на первоначальном этапе расследования, следует иметь в виду, что потерпевший, находящийся в фазе шока или противотока, склонен преувеличивать тяжесть совершенного в отношении него преступления. После проведения допроса потерпевшему необходимо предоставить время для снижения вредного воздействия стресса и провести более тщательный повторный допрос потерпевшего.

При сильных эмоциональных переживаниях потерпевшего, по нашему мнению, необходимо проведение первоначальном допроса с участием специалиста - судебного психолога, способного оказать помощь следователю в установлении психологического контакта и проведении допроса, посредством снижения эмоционального напряжения при допросе, устранения действия психологической травмы на психику потерпевшего, вызванной преступлением. Решение о привлечении к участию в допросе судебного-психолога должно приниматься следователем в ходе подготовки к допросу, на основе данных об эмоциональном состоянии потерпевшего и с учетом категории расследуемого уголовного дела. Особо важны приведенные рекомендации при допросе потерпевших - жертв посягательств на жизнь, свободу и половую неприкосновенность.

Б) Аффект - внезапно возникающее в острой конфликтной ситуации чрезмерное нервно-психическое перевозбуждение, проявляющееся во временной дезорганизации сознания и в крайней активизации импульсивных действий.1

Причиной возникновения аффекта является действие сильного и неожиданного раздражителя (для потерпевшего им является совершаемое в отношении него преступление). Важен также и момент действия раздражителя: это должно происходить в условиях дефицита информации, необходимой для

1 Еникеев М.И. Указ. соч. С. 171

63

адекватного ситуации поведения, когда, человек не подготовлен к обдуманной реакции на действия раздражителя. Об аффекте говорят как об эмоциональном взрыве. “При аффекте поведение побуждается даже не чувством, а витальной эмоцией (эмоцией, связанной с инстинктом самосохранения)”. Другой причиной аффекта может явиться воспоминание о травмирующем событии. Следователю необходимо учитывать, что вспоминание о событии преступления может иметь место и до допроса, непосредственно предшествовать ему, что может существенно осложнить допрос потерпевшего. Возникновение аффекта в данном случае обусловлено явлением суммации - наложения чувств. Повод же для этого может быть самым незначительным, что необходимо учитывать следователю при проведении предварительного следствия. Примерами разновидностей аффекта могут быть (по Еникееву М.И.): страх, гнев, отчаяние, вспышка ревности и т.д.

Влияние аффекта на формирование показаний различается в зависимости от конкретной разновидности аффекта, которая имела место у потерпевшего. Чаще всего имеют место нарушение ясности сознания, аффекты сопровождаются амнезией, расстройством памяти, нарушением способности к установлению взаимосвязей между явлениями, наблюдается т.н. “сужение сознания” - явление доминирования в сознании какого-либо одного, зачастую, искаженного представления.

В силу специфичности картины протекания различных разновидностей аффектов и их влияния на формирование показаний, рассмотрим более подробно наиболее типичные для потерпевшего виды.

Страх - является наиболее распространенной реакцией потерпевшего на совершаемое в отношении него преступление. Г.Г. Доспулов и Ш.М. Мажитов приводят следующие данные: “Почти все потерпевшие в момент нападения на них преступников в большей или меньшей степени испытывали чувство страха. Однако, как видно из анализа изученных дел, большинство потерпевших (78,3%) на следствии смогли изложить
обстоятельства нападения на них,

2Еникеев МИ. Указ. соч. С. 175

64

половина же (50,6%) правильно описала внешность преступников а в последствии опознала их”1. В науке предложены различные определения страха:

Алексеев A.M.: “страх - это переживание скованности и беспомощности перед конкретной опасностью, выраженное стремлением не вступать в борьбу с ней и ее преодолеть, а избавиться от ситуации опасности, избежать ее”.

Центров Е.Е.: “страх - эмоциональное отражение опасности”.

Еникеев М.И.: “страх - безусловно-рефлекторная эмоциональная реакция на опасность, проявляющаяся в резком изменении жизнедеятельности организма”.4

Наиболее удачным следует признать определение А. М. Алексеева, которое, по нашему мнению, полно и четко отражает содержание указанного эмоционального состояния и его проявления во вне в ситуации насильственного посягательства.

Наиболее обоснованным и распространенным является мнение, что причинами испытываемого потерпевшим страха, в ситуации события преступления, являются неопределенность ситуации, неверие потерпевшего в свои силы, отсутствие информации о благоприятном выходе из создавшейся обстановки. Как писал Симонов П.В.: “страх возникает при недостатке информации, требующейся для организации своего поведения и успешной защиты .

Заслуживает внимания приводимая Еникеевым М.И. классификация причин страха на биологические и социально обусловленные.

При совершении целого ряда преступлений против личности (грабежи, изнасилования и т.д.) преступники угрожают потерпевшему применением физического насилия. Испытываемый потерпевшим в такой ситуации страх прежде всего обусловлен биологическими причинами: инстинктивный страх

1 Доспулов Г.Г., Мажитов Ш.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших, Алма-Ата, 1975, С. 125- 126

2 Алексеев А.М. Указ. соч. С. 20

3 Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем, М., 1988, С. 104

4 Еникеев М.И. Указ. соч. С. 175

1 Симонов П.В. Что такое эмоция, М., 1966, С. 50

65

(вызывается стимулом, который сигнализирует о возможной физической боли) и страх “по ассоциации с болью” (жизненный опыт человека и окружающих его людей). Потерпевшего страшит не боль сама по себе, а ее ожидание, что нередко находит свое выражение в преувеличении в показаниях потерпевшего длительности преступного посягательства.

При совершении ряда преступлений (вымогательство, изнасилование и др.), пытаясь оказать внепроцессуальное воздействие на потерпевших в ходе предварительного следствия, преступники (и иные заинтересованные лица), нередко угрожают потерпевшему распространением сведений позорящих его или его близких. В подобных ситуациях следователю приходится сталкиваться с социально обусловленными причинами страха: угроза общественного порицания, потери результатов длительного труда, унижение достоинства и т.п. Социально обусловленный страх, как правило, не приводит к существенному искажению материала показаний, но может явиться причиной дачи потерпевшим ложных показаний. Следует отметить, что данные причины страха вызывают те же физиологические симптомы, что и биологические причины страха.

У многих потерпевших страх является астенической эмоцией. Он вызывает аффектогенный ступор, неподвижность, оцепенелость или понижение мышечного тонуса, лицо потерпевшего приобретает маскообразное выражение, сухость во рту, резкое учащение пульса, повышение сахара в крови. Страх сопровождается сильным симпатическим разрядом - крик, гримасы и т.п. Такова обобщенная картина действия страха на потерпевшего.

Состояние страха у потерпевшего в процессе совершения преступления может приобретать различные формы, степени и оттенки. Могут быть выделены следующие формы: астеническая и стеническая форма. Доспулов Г.Г. выделяет также третью форму страха - состояние стенического возбуждения. Это достаточно спорцо, т.к. механизм действия и влияние на формирование показаний в этом случае настолько специфично, что позволяет выделить состояние стенического возбуждения в
качестве отдельного

66 психического состояния и рассматривать его отдельно, как особую разновидность аффекта.

  1. Астеническая форма страха, возникающая у потерпевшего, характеризуется кратковременностью протекания, и может перерасти либо в стеническую форму страха, либо в состояние стенического возбуждения. Внешне астеническая форма проявляется, как оцепенение, скованность, дрожь, а так же нецелесообразные поступки, совершаемые потерпевшим при посягательстве на него. Астеническая форма страха, являясь пассивно оборонительным рефлексом потерпевшего, парализует волю потерпевшего, который испытывает состояние растерянности, отчаяния, безысходности. Все выше перечисленное приводит к искаженному восприятию и запечатлению (запоминанию) события преступления потерпевшим. Влияние астенической формы страха на процесс формирования показаний потерпевшего выражается в преувеличении потерпевшим опасности посягательства. Потерпевший преувеличивает силы нападавших, недооценивает свои, преуменьшает возможность избежать посягательства. Как писал Центров Е.Е.: “неадекватное отражение ситуации, преувеличение опасности приводит в конечном счете и к увеличению силы страха”.1

  2. При стенической форме страха - потерпевшие пытаются оказывать преступникам сопротивление, часто активное; как пишет Е.Е.Центров: “Все их силы отдаются в это время борьбе с лицом или лицами, совершающими нападение, мыслительная деятельность направлена на оценку обстановки, выбор средств борьбы и принятие наиболее приемлемого решения”. При данной форме страха участие сознания связанно с активной мыслительной деятельностью, направленной на поиск различных способов предотвращения посягательства. Поэтому не прав ГГ. Доспулов, который говорит, что эта форма страха плохо или совсем не контролируется сознанием

Все выше перечисленное и определяет специфическое влияние стенической формы страха на формирование показаний
потерпевшего.

1 Центров ЕЕ. Указ. соч. С. 105

67

Внимание потерпевшего при данной форме страха концентрируется обычно на отдельных моментах события преступления, в частности на действиях, направленных на сопротивление преступнику или бегстве от преследующего потерпевшего преступника, четко запечатлевая их в сознании. В этом случае, естественно, многие существенные детали остаются невоспринятыми, либо плохо воспринятыми потерпевшим.

Следует также отметить имеющую место при стенической форме страха особую важность объективных условий формирования показаний потерпевшего, а именно сложности, кратковременности или высокой интенсивности воспринимаемого события преступления, недостаточной освещенности в ходе процесса восприятия и т.д. Их наличие может зачастую приводить к существенным искажениям в показаниях потерпевшего. Причиной этого является сочетание отсутствия концентрации внимания и плохих условий восприятия. Когда динамика преступных действий отличается быстротой, т.е. быстрыми действиями преступника, потерпевшие искаженно запоминают его приметы и последовательность предпринимаемых им действий; при восприятии нападения группы лиц потерпевшие не запечатлевают действий каждого и не могут вспомнить, кто из нападавших совершил те или иные действия.

Итак любые формы страха вызывают снижение уровня познавательных процессов (восприятия, мышления, памяти), внимание воспринимающего захватывается возникшей опасностью, что влечет за собой снижение полноты и точности отражения, сужение сознания и неверность оценки ситуации.

Некоторые ученые говорят об аффективных формах страха1 (ужас, паника), при которых происходит гиперболизация опасности, т.е. непомерное разрастание страха, который завладевает всей психикой потерпевшего. Это выражается в резком изменении психической деятельности, нарушении логического мышления, расстройстве ориентации в окружающей обстановке.

2 Центров Е.Е. Указ. соч. С. 106

’ Ушинский К.Д. Собр. Соч. Т. 9, М.-Л., 1948-1952, С 224. Центров Е.Е. Криминалистическое учение о

потерпевшем. М., 1998, С. 107.

6& Учитывая, что страх является разновидностью аффекта, говорить о самостоятельных аффективных формах не совсем верно. Эти состояния являются разновидностью двух выше приведенных форм страха, характеризующихся высокой степенью силы и глубины.

Испуг - психическое состояние, сходное со страхом , но в отличие от страха следует за воздействием и является следствием внезапного дефицита сведений об источнике и размерах неожиданной угрозы. Разграничение между страхом и испугом проводиться не по источнику - причине- возникновения, а по моменту возникновения данной разновидности аффекта. Установлено, что испуг угнетающе действует на запоминание воспринятого. После испуга круг представлений потерпевшего сужен и сосредоточен на пережитом впечатлении, а так же на связанных каким либо образом с ним обстоятельствах. Сознание потерпевшего постоянно возвращается к пережитому, и при этом потерпевший плохо воспринимает происходящее с ним в настоящий момент времени. При таком эмоциональном состоянии нарушается деятельность внимания. Таким образом, после пережитых отрицательных эмоций восприятие не получает достаточного количества разнообразных связей, необходимых для качественного запечатления пережитого. Этим и объясняются пробелы в показаниях потерпевшего.

Боязнь, тревога, беспокойство - эти сходные между собой состояния предшествуют страху; о них говорят как об ожидании опасности, когда конкретная опасность еще не наступила, когда исход ситуации не известен. Именно поэтому ситуация и беспокоит потерпевшего, т.к. он осознает возможность такого изменения обстановки, которая может потребовать адаптации к ней. Осознание этого вызывает сомнение у потерпевшего в его способности адаптироваться в данной обстановке. Возникает состояние неуверенности, которое и порождает чувство боязни.

Левитов Н.Д. определяет состояние беспокойства так: “беспокойство, тревога - такое состояние, которое вызывается возможными или вероятными неприятностями, неожиданностью, изменениями в привычной обстановке и

69

деятельности, задержкой приятного, желательного и выражающееся в специфических переживаниях (опасения, волнения, нарушения покоя и др.) и реакциях”.1

Особенностью этих эмоций является то, что они присутствуют и оказывают влияние на формирование показаний потерпевшего на этапе, предшествующем возбуждению уголовного дела и на начальном этапе расследования, равно, как и в момент совершения преступления. Причиной возникновения подобных эмоций в период времени после совершения преступления являются социальные последствия преступления. Снижение в результате преступления чувства личностной целостности нарушает субъективное представление потерпевшего о себе, приводит к потере душевного равновесия, беспокойству. На практике это зачастую находит свое выражение в отсутствии у потерпевшего уверенности в успешных результатах работы правоохранительных органов, в особенности в тех случаях, когда поведение потерпевшего явилось причиной совершения преступления (при виктимном поведении потерпевшего). Дело в том, что опасаясь разглашения порочащих его сведений и потери уважения окружающих, на фоне соматических и психических последствий посягательства, потерпевший испытывает угнетение, глубокую эмоциональную напряженность. Все эти факторы и вызывают психические состояния неуверенности, подавленности, беспокойства, тревоги. Этот отрицательный эмоциональный фон может существенно повлиять на формирование показаний, выражаясь в снижении уровня их объективности, и даже может привести к отказу потерпевшего сотрудничать с правоохранительными органами. Установив наличие данных эмоций у потерпевшего в процессе расследования, следователь должен попытаться устранить их причину - вселить уверенность в потерпевшего, разъяснить ему полезность его участия в процессе расследования. Все перечисленные выше отрицательные эмоции - страх, испуг, боязнь, тревога, беспокойство связанны с опасностью
наступления для лица каких-либо

1 Левитов Н.Д. Психологическое состояние беспокойства, тревоги // Вопросы психологии, 1968., № 9, С. 133

70

вредных последствий. Сами по себе, объективно, никакие действия не могут вызвать переживание опасности. Только будучи осознанными и понятыми они (раздражитель, ситуация) и могут вызвать эти чувства. В том случае, если опасность потерпевшим не осознается, данные чувства не возникают.

Опасность не всегда подавляет и угнетает умственную деятельность. Возможно появление реакции, носящей наступательный характер, реакции активно оборонительной. Примерами таких реакций могут быть стеническое возбуждение и гнев.

Стеническое возбуждение (его так же называют стеническое “боевое вобуждение”) активизирует психическую деятельность. Причинами возникновения данного психического состояния принято считать большое самообладание и стремление преодолеть нападение. Доспулов Г.Г. считает, что при стеническом возбуждении страх остается, но деятельность определяется мышлением и волей и человек способен напрячь все усилия для преодоления опасности. Данное состояние характеризуется тем, что поведение потерпевшего регулируется сознанием и направленно на преодоление опасности и подавление страха. Потерпевший находится в состоянии эмоционального подъема, он хладнокровен, ясно воспринимает и понимает ситуацию, быстро и правильно ориентируется в ней. Как пишет Центров Е.Е.: “практике известно немало примеров, когда потерпевшим в подобном состоянии удавалось избежать нападения или значительно его ослабить”.

Обычно, стеническое возбуждение положительно влияет на продуктивность восприятия и запоминания, их точность, полноту и объективность. С точки зрения ценности показаний для предварительного следствия, показания потерпевшего, сформировавшиеся в состоянии стенического возбуждения, являются наиболее полными и объективными. Поэтому задачей следователя в данном случае будет как можно более подробная фиксация показаний потерпевшего, с целью предотвращения искажения показаний в дальнейшем.

71

Гнев - другая разновидность активно оборонительной реакции на посягательство. В литературе высказывается мнение, что страх - пассивно оборонительная реакция на опасность, исходящую от более сильного лица. Если же угроза исходит от более слабого лица, то реакция приобретает активно оборонительный характер - гнев. В таком состоянии потерпевший предрасположен к мгновенному, часто импульсивному действию. Находясь в состоянии чрезмерно повышенного мышечного возбуждения, потерпевший при недостаточном самообладании может совершить активные, очень сильные действия, иногда направленные на неодушевленные предметы. Гнев сопровождается агрессивной мимикой и позой нападения. Влияние гнева на формирование показаний потерпевшего обычно выражается в потере объективности суждений, применении при описании нападения стереотипных фраз. Это является следствием того, что процесс восприятия у лица, испытывающего гнев, затруднен, т.к. при гневе происходит возбуждение в узкой сфере мозга, что тормозит все другие его области, сочетаясь с осуществлением потерпевшим мало контролируемых действий. Все это может существенно исказить показания потерпевшего о характере, механизме и субъектах посягательства.

Необходимо особо отметить особенности влияния гнева и сходных эмоций на формирование показаний в период, предшествующий возбуждению уголовного дела. Так, под влиянием гнева, чувства мести, возмущения и озлобления потерпевший может необъективно передавать сведения о степени участия в преступлении отдельных лиц и в связи с этим преувеличивать роль некоторых из них в совершении преступления. Таким образом, такие сходные психические состояния обусловливают искажения воспринятого на предварительном следствии.

В процессе совершения преступления потерпевший не находиться в статичном психическом состоянии, состояние потерпевших может меняться -переходить из одних разновидностей аффектов в другие. Так, стеническое боевое возбуждение в результате безнадежности сопротивления и применения

72

преступником грубых физических методов принуждения может после истощения сил перейти в стеническую или астеническую форму страха. В результате четко воспринятая и запечатленная в памяти потерпевшего картина начала нападения сменяется отрывистыми и искаженными воспоминаниями о перепетиях последующей борьбы. Следователю необходимо учитывать этот факт при планировании и проведении первоначального и в особенности повторного допроса. Необходимо различать, когда потерпевший сознательно утаивает или искажает материал показаний, а когда пробелы в показаниях являются следствием смены психического состояния.

В) Фрустрация (данное состояние так же именуют “растерянность”) - стойкое и глубокое отрицательное эмоциональное состояние, вызванное нарушением близко достижимой и значительной цели, срыв стратегических планов личности, сопровождающийся как правило, агрессивными проявлениями в отношении фрустратора.1 При фрустрации в качестве причины выступают внешние факторы, дезорганизующе действующие на внимание и мышление. То есть она - следствие данных процессов, производная от нарушений во внимании и мышлении. В состоянии фрустрации может находиться потерпевший, не сумевший отразить нападение преступника. Фрустрация является трудно преодолимым психическим состоянием, т.к. потерпевший не может устранить причины этого состояния. В состоянии фрустрации потерпевший ищет какие-либо компенсирующие выходы или несознательно совершает неадекватные действия. На формирование показаний данное состояние действует отрицательно и на практике очень трудно устраняется следователем. Фрустрация, представляя собой протяженное во времени психическое состояние, продолжает оказывает негативное воздействие на потерпевшего и после совершения преступления - в ходе предварительного и судебного следствия. В частности, это находит свое выражение при допросе потерпевшего. Фрустрация значительно затрудняет адекватную оценку обстоятельств дела потерпевшим и выбор
рациональной модели поведения.

1 Еникеев М.И. Указ. соч. С. 176

73

Потерпевшие, переживая потерю душевного равновесия, стрессовые ситуации расследования и неуверенность в отдельных случаях
в успехе предварительного следствия, нередко, стремятся уклониться
от участия в следственных действиях, относятся к ним формально, безразлично. По этому поводу А.В. Петровский отмечает, что
фрустрация ведет к различным изменениям в поведении личности которые могут проявляться в агрессивных действиях или различного
рода замещениях деятельности.1 В поведении потерпевших и их показаниях агрессивность может проявляться в более резкой оценке
совершенного посягательства и преувеличении его последствий. Следует согласиться Е.Е. Центровым , считающим, что
положительным моментом указанного состояния может быть
большая нетерпимость к совершенному преступлению и более стабильная позиция потерпевшего в ходе расследования. Установление психологического контакта с потерпевшим и избрание правильной
тактики, с использованием следователем приемов убеждения
допрашиваемого в правильности выбранной позиции, в ходе первоначального допроса потерпевшего позволяет следователю закрепит эту положительную установку и обеспечить активное участие потерпевшего в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства.
Ряд ученых высказывает мнение, что на формирование показаний может оказывать влияние и настроение потерпевшего. Доспулов Г.Г. например пишет, что характерной особенностью настроения является то, что в нем проявляются отношения не к отдельному факту, а ко всему, что воспринимается, осмысливается в том отрезке времени, на котором
сохраняется данное настроение.1 Если в отношении формирования показаний свидетеля с влиянием фактора настроения можно согласиться, то для потерпевшего это весьма спорно. При совершении посягательства потерпевший переживает сильные, взрывные эмоции, которые по сути и
детерминируют настроение потерпевшего. Настроение - это ситуативно обусловленное доминирование определенной эмоции, оно может

1 Общая психология // Под ред. А.В. Петровского, М., 1977, С. 120

2 Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. М., 1998, С. 130 1 Доспулов Г.Г. Указ. соч. С. 28

74

усиливать или ослаблять психическую деятельность на протяжении более или менее длительного периода времени. Следовательно, влияние настроения напрямую связано с рассмотренными выше эмоциональными состояниями, которые могут выступать в качестве доминирующих. Таким образом, выделение настроения в качестве эмоционального фактора формирования показаний потерпевшего излишне, т.к. не несет какого-либо практического значения и не может быть использовано в следственной практике.

Рассмотрев влияние эмоций на формирование показаний потерпевшего следует сделать ряд рекомендаций. При проведении допроса следователю необходимо установить, под действием каких эмоций проходило формирование показаний. Зная особенности внешнего проявления эмоций, это нетрудно сделать, т.к. данная цель может быть достигнута путем опроса потерпевшего о том, что он испытывал в момент совершения преступления, что он чувствовал. Эти вопросы могут быть заданы следователем при формировании психологического контакта с допрашиваемым. Полученные в результате сведения могут быть использованы как при выборе тактических приемов допроса, так и последующей проверке и криминалистическом анализе показаний с целью оценки их достоверности.

2.2.2. Влияние алкогольного и наркотического опьянения на формирование показаний потерпевшего.

Типичными формами опьянения, встречающимися в следственной практике, являются алкогольное и наркотическое опьянение. В силу того, что наркотическое опьянение не характерно для потерпевшего и встречается значительно реже, в данном исследовании оно будет рассмотренно обзорно.

Состояние алкогольного опьянения может явиться одной из причин ошибок и неточностей в показаниях потерпевших. Алкоголь, действуя на нервную систему потерпевшего, понижает ее подвижность, развивается торможение, которое охватывает вначале кору больших полушарий головного мозга, а затем и ниже лежащие его отделы. В таком
состоянии резко

75

ухудшается способность правильно оценивать временные и пространственные отношения, понижается мыслительная деятельность, критичность, возможность правильно воспринимать последовательность и ход событий.

Процесс протекания алкогольного опьянения во многом индивидуален. На него оказывают влияние тип высшей нервной деятельности, личностные качества, воспитание, особенности реагирования на алкоголь и др.

Различают легкую, среднюю и тяжелую степень алкогольного опьянения. В зависимости от этого различно и действие алкогольного опьянения на формирование показаний.

При легкой степени алкогольного опьянения имеет место эйфорическая фаза опьянения, при которой ослабевают процессы восприятия, снижается реакция на внешние воздействия, ослаблена чувствительность к боли, нарушается координация движений, снижается время и острота зрительных, слуховых, осязательных и других реакций, понижается тактильная чувствительность к изменениям температуры. Снижается продуктивность умственной деятельности, нарушается цветоощущение, особенно цветов красного спектра, увеличивается число ошибок восприятия. Потерпевший утрачивает способность различать расстояние до предметов, их взаимное расположение.

Все выше изложенное учитывается при оценке и проверке полученных от потерпевшего показаний. Нет необходимости сомневаться в достоверности показаний потерпевшего, находившегося в легкой степени алкогольного опьянения, т.к. он способен достаточно полно и четко воспроизвести механизм развития преступного посягательства, его субъектный состав, искажения в показаниях возможны лишь в отношении отдельных выше перечисленных деталей, а не всего события в целом.

При средней степени алкогольного опьянения эйфорическая фаза переходит в наркотическую фазу опьянения. В начале этой фазы восприятия и представления улучшаются, появление ассоциативных связей и, следовательно, запоминание ускоренно. Затем ассоциативные процессы замедляются и могут

76

быть затруднены, понижается внимание, память, способность осмысления и ориентирования в сложной обстановке. По данным И.В. Стрельчука у 15 % испытуемых при средней степени алкогольного опьянения отмечалось изменение способности различать обособленность предметов, определять примерное расстояние нахождения того или иного предмета.1

Характерной чертой средней степени алкогольного опьянения является фрагментарность и нестойкость восприятия при глубоком нарушении психических функций. “В состоянии средней и тяжелой степени опьянения восприятие потерпевших резко ухудшается, намного удлиняя время слуховых, зрительных, обонятельных и других реакций”. Психическое возбуждение сменяется угнетением, сознание затуманивается, переходя в состояние оглушенности, потерпевший становится безразличен к окружающей его обстановке.

Находясь в состоянии средней степени алкогольного опьянения, потерпевшие могут не почувствовать совершаемого в отношении их преступления и полученных при этом повреждений. Типичен и перерыв в восприятии, вызванный заторможенностью сознания. Как правило, сами потерпевшие этого не осознают, в результате чего их показания о развитии событий существенно разнятся с событиями, имевшими место в действительности. Особенно это характерно в тех случаях, когда имели место серьезные дефекты восприятия, а именно: появление бредовых идей, аффективных иллюзий и галлюцинаций. В таких случаях образуются ложные ассоциативные связи между фрагментами события: смешение действий, людей, явлений, в частности бывает “включение лиц, замеченных потерпевшим в начале опьяненного состояния, в последующие ситуации, в которых они не только не участвовали, но даже не присутствовали”.1 Возможны серьезные заблуждения потерпевшего относительно происшедшего, вплоть до оговора невиновных. Очень значительные
искажения может вызвать и сочетание

1 И.В. Стрельчук Алкоголь - враг здоровья, М., 1966, С. 28-29

2 Доспулов Г.Г., Мажитов Ш.М. Психология показаний свидетелей и потерпевших, Алма-Ата, 1975, С. 131 1 Центров Е.Е. Указ. соч. С. 121

77

вызванных алкоголем галлюцинаций и грубого физического насилия - потерпевший путает действия разных лиц, что может даже доходить до смешения одушевленных и неодушевленных предметов.

При отсутствии же серьезных дефектов показания потерпевшего о действиях преступников, несмотря на пробелы, в большинстве случаев соответствуют действительности и, пройдя тщательную и детальную проверку, не могут быть отброшены при оценке доказательств.

Типичные дефекты показаний при средней степени опьянения:

a) обобщенность и отсутствие детализации. В 70% случаев воспоминание о происшедшем носит сумбурный (обобщенный) характер, в 10 % наблюдаются пробелы в памяти или полная амнезия1; b) c) неточное описание внешности виновных лиц, указание неверных особых примет посягавших; d) e) потерпевшие смешивают и искажают события и действия, затрудняются их конкретизировать. f) Из этого следует, что потерпевшие при средней степени алкогольного опьянения в общих чертах сохраняют связность переживаний и ориентировок, действия потерпевших имеют определенную направленность и порождаются внешними факторами. Потерпевшие в достаточной степени улавливают ситуацию и согласовывают с ней в той или иной мере свои действия. Тяжелая степень опьянения не требует анализа с позиции влияния ее на формирование показаний потерпевшего, т.к. объективно исключает возможность восприятия и запечатления последним данных о событии преступления и лицах его совершивших.

Весьма сложным представляется вопрос о влиянии наркотического опьянения на процесс формирования показаний потерпевшего. Это обусловлено специфичностью развития состояния наркотического опьянения, напрямую зависящего от вида наркотического вещества,
под действием

1 Центров ЕЕ. Указ. соч. С. 120; Клиническая психиатрия / Под ред. Г. Груле, Р. Юнга, В Майер-Гроса, М. Миллера. М, 1969. С. 169-170; Стрельчук И.В. Острая и хроническая интоксикация алкоголем. М., 1966. С. 33- 36

78

которого находился потерпевший в момент восприятия события преступления. Рассмотрим особенности состояния наркотического опьянения, вызванного употреблением наркотических веществ, наиболее часто встречающихся в отечественной следственной практике, и его влияний на формирование показаний потерпевшего.

По механизму психофармакологического воздействия наркотики можно разделить на три большие группы:

а) Наркотики, угнетающие центральную нервную систему. При поступлении в организм эти вещества оказывают депрессивное воздействие на высшую нервную деятельность. К данной группе обычно относят опиум и его производные, а также барбитураты. Состояние наркотического опьянения, вызванного веществами данной группы, имеет много общего с алкогольным опьянением, хотя имеется и ряд существенных отличий. Общей чертой является способность к снятию психического напряжения, ослаблению неуверенности в себе и боязливости. Также они изменяют эмоциональную реакцию на боль, замедляют реакцию, нарушают координацию движений и сообразительность. В больших дозах вызывают сон, серьезные нарушения сознания вплоть до беспамятства. В России из наркотических веществ данной группы наиболее распространены опиум и его производные (морфин, героин, метадон). При внутривенном введении опиума быстро наступает состояние наркотического опьянения. Сильные ощущения, вызванные действием опиума, длятся недолго, после чего наступает физическое онемение и потом состояние, характеризующееся полным расслаблением, функция интеллекта приближается к нулю. Действие опиума также зависит от того, впервые ли человек его принимает или уже имеет некоторый опыт. Лица, в первый раз вводящие себе опиум, могут испытывать ощущение тошноты, рвоты. Эффектом действия морфина является угнетающее влияние на центральную нервную систему. В умеренных дозах морфин вызывает эйфорию и приятную сонливость, сопровождающуюся чувством расслабленности и беззаботности, человек чувствует себя уверено и безопасно, ощущение страха

79

забывается. Снижение порога торможения психических реакций провоцирует способность к быстрому принятию решений, однако, они больше являются результатом общих логических рассуждений, чем оценкой конкретной ситуации, поэтому вполне могут быть ошибочными. Длительная концентрация внимания обычно становится невозможной, полностью исчезает стремление к активным действиям, человек становится апатичным. Острота зрения снижается и наступает состояние летаргии. Психологические эффекты, вызванные действием морфина, сохраняются на несколько часов дольше, чем его обезболивающее действие. Значительно более сильными психофармакологическими свойствами обладает героин. Введенный внутривенно, он угнетающе действует на головной и спинной мозг. После укола обычно возникает дремота, зрачки максимально сужены, пульс и дыхание замедленны. Наркоман, находящийся под воздействием героина, не опасен. Обычно он находится в летаргическом состоянии, обусловленном применением препарата.

В показаниях потерпевшего, находившегося в момент восприятия события преступления в состоянии наркотического опьянения, вызванного препаратами данной группы, присутствуют существенные искажения, обусловленные трудностью осмысления происходящего по причине понижения его интеллектуальных функций. Запоминание преступления фрагментарное, т.к. даже восприняв его, потерпевший испытывает трудности с его запечатлением в силу понижения мыслительных функций и невозможности длительной концентрация внимания на определенном объекте или событии. В показаниях могут иметь место существенные пробелы и неточности, вызванные понижением остроты зрения, дезориентацией, и нарушением сознания потерпевшего. Напротив, под действием наркотиков в момент восприятия события преступления понижается влияние субъективных закономерностей формирования показаний: ослаблено воздействие отрицательных эмоций (стресса, страха, испуга), а обезболивающий эффект наркотических веществ понижает или устраняет влияние на процесс формирования показаний боли и

80

болезненных ощущений от полученных потерпевшим травм. Замедленная реакция, нарушение координации движений и сообразительности, апатия затрудняет или делает невозможным для потерпевшего оказание активного сопротивления.

Ь) Наркотики, возбуждающие центральную нервную систему. Наиболее типичными наркотическими препаратами данной группы являются амфетамины и кокаин. Эти препараты оказывают стимулирующее действие на высшие отделы нервной систем, затрудняя сон и снимая усталость, продлевают период бодрствования, пробуждают умственную и физическую активность, устраняют чувство голода. В больших дозах эти
вещества пробуждают агрессивность, общее беспокойство, более
выраженное психомоторное возбуждение, часто
сопровождающееся манией преследования и галлюцинациями. В первой фазе действия вещества данной группы вызывают ускорение мыслительного процесса, речи и движений. Во второй фазе действия
психостимулирующих средств наступает ослабление интеллектуальных и физических способностей, а также общий упадок сил. Среди наркотических препаратов этой группы в России наиболее
часто встречаются амфетамины, получившие в последнее время
широкое распространение в молодежной среде. Амфетамины устраняют
усталость, поднимают настроение, вызывают прилив сил. При приеме внутрь в средних дозах амфетамины повышают активность и выносливость организма, вызывают ощущение эмоционального подъема и эйфории. Находясь под их воздействием человек склонен переоценивать свои возможности. Наступает состояние, в котором обострены все чувства, и человек исключительно ясно воспринимает себя и свое окружение, однако, это состояние длиться недолго. Большие дозы вызывают изменения
психотического характера, галлюцинации, бред преследования,
серьезные искажения сознания (особенно если препарат вводился внутривенно). Амфетаминовые психозы, как правило, протекают при полном сохранении сознания и характеризуются сильным возбуждением и манией преследования.

81

В тех случаях, когда в момент восприятия события преступления потерпевший находился в состоянии наркотического опьянения, вызванного употреблением амфетаминов, его показания нередко отличаются высокой степенью полноты и достоверности. Это связано с психофармакологическим действием препаратов, оказывающих стимулирующее действие, в результате чего у потерпевшего обострены все чувства, и он отчетливо воспринимает себя и нападающих. Запоминание события преступления может быть достаточно ясным, что обусловлено повышенной умственной активностью потерпевшего, вызванной действием амфетаминов. Однако в случаях употребления больших доз наркотика, качество показаний резко падает. Связано это с чрезмерным психическим возбуждением и галлюцинациями, переживаемыми потерпевшим в таких случаях. Весьма низкое качество показаний потерпевшего наблюдается также в случаях, когда посягательство имело место непосредственно после окончания наркотического опьянения, вызванного приемом амфетаминов, что обусловлено наступающим ослаблением интеллектуальных и
физических способностей потерпевшего. Необходимо отметить, что,
находясь под действием амфетаминов, потерпевшие, переоценивая свои силы, склонны к виктимному поведению и, нередко, сами
провоцируют преступное посягательство. Например, в отношении потерпевшей П., находившейся в состоянии наркотического опьянения, вызванного приемом амфетамина, было совершено изнасилование группой лиц. Из материалов дела следует, что одним из факторов, способствовавших совершению преступления в отношении П., явилось ее
виктимное поведение. В своих показаниях П. пояснила, что, находясь под действием наркотического вещества, она не могла адекватно оценить опасность посягательства и предотвратить его.1 Наиболее типичной ошибкой в показаниях, вызванной действием амфетаминов,
является преувеличение потерпевшим характера и степени общественной опасности совершенного в отношении него посягательства. Во многих случаях это связано с манией преследования, спровоцированной
употреблением амфетаминов.

1 Архив Октябрьского окружного суда г. Краснодара за 2001 г

82

Таким образом, характер и степень общественной опасности посягательства подлежат оценке на основе всего объема полученных по уголовному делу данных (осмотр места преступления, освидетельствование потерпевшего и т.д.).

с) Наркотики, обладающие галлюциногенными свойствами. К данной группе принято относить марихуану, ЛСД и другие синтетические психоделики. Галлюциногенные наркотики вызывают очень серьезные нарушения в психической сфере, сопровождающиеся искаженным восприятием времени и пространства, а так же изменением восприятия собственной личности. В отличие от морфина и алкоголя они не вызывают количественных изменений сознания. Человек, находящийся под их воздействием, оказывается “выброшенным” в другой мир, в котором звуки и краски кажутся более живыми и наполненными иным смыслом. Эти процессы могут сопровождаться повышенной зрительной чувствительностью, приводящей к появлению видений и галлюцинаций. Из наркотических веществ группы галлюциногенов в России наиболее распространены марихуана и ЛСД.

При курении марихуаны канабинол быстро попадает в кровь и оказывает действие на головной мозг и нервную систему в целом. Первые эффекты появляются уже через пятнадцать минут, и действие наркотика длиться от двух до четырех часов. Непосредственно после употребления марихуаны человек может быть возбужден и слегка испуган. Первоначально наблюдаются физиологические изменения (ускоряется ритм сердца, артериальное давление, наступает обезвоживание организма). Вслед за этим наступают психические изменения, влияющие на настроение и ориентировку в окружающей обстановке, появляется эйфория, приятное расслабление и общее благодушие. Одновременно появляются искаженное восприятие времени и пространства, рассеивание внимания, фрагментарное мышление и нарушение памяти. Ощущение собственного “я” исчезает. Лицо становится зависимым от внушения извне. Под действием больших доз наркотика возникают признаки деперсонализации личности в результате разрыва эмоционального контакта с окружающим миром,
нарушение зрения, нередки галлюцинации и

83

параноидальные мысли. Значительно более сильным галлюциногеном, получившим распространение в последнее время, является ЛСД (диэтиламид лизергиновой кислоты). В случае употребления ЛСД оценка реальной обстановки может быть неадекватной, проявляются симптомы возбуждения нервной системы, возникает чувство необоснованного страха, появляется дрожь во всем теле, которую невозможно унять, тошнота, головокружение, учащенное сердцебиение, светобоязнь. В дальнейшем наступает измененное состояние сознания, которое длиться несколько часов и характеризуется богатыми галлюциногенными переживаниями. В типичных случаях психоделические ощущения протекают волнообразно. Между ними

существуют периоды более менее осмысленного восприятия и поведения, которые постепенно становятся все дольше вплоть до полного исчезновения психоделических изменений. Период наркотического опьянения, вызванного употреблением ЛСД составляет 8-12 часов. От момента приема наркотика до достижения ощутимого эффекта проходит от 40 мин до часа. В дальнейшем в течение 4-5 часов лицо переживает сильные психоделические галлюцинации, характеризующиеся богатыми субъективными ощущениями. Изменение восприятия окружающего мира, красочные пейзажи, нарушение ощущения времени, исчезает ощущение собственного единства. Между 7-9 часом, после употребления ЛСД, могут еще иметь место измененные состояния сознания. Полное восстановление исходного состояния наступает через сутки.1

Наркотическое опьянение, вызванное галлюциногенными препаратами, как правило, очень сильно искажает показания и во многих случаях исключает адекватное восприятие и запечатление события преступления потерпевшим. Рассеивание внимания и фрагментарное мышление, зачастую сопровождаемые нарушением памяти, приводят к объективной невозможности для потерпевшего ориентироваться в окружающей обстановке и осознавать характер происходящего. Ошибки в показаниях потерпевших, как правило, связаны с искаженным восприятием времени и пространства. Потерпевшие,

Петрова В.И. Ревяко Т.И Наркотики и яды: психоделики и токсические вещества, ядовитые животные и

84

при даче показаний, склонны к замене данных о реально происходивших событиях на воспоминания о пережитых ими в состоянии наркотического опьянения галлюцинациях.

Из выше изложенного следует, что характер воздействия наркотического опьянения на процесс формирования показаний напрямую обусловлен групповой принадлежностью наркотического вещества и его дозировкой. Влияние, оказываемое на процесс формирования показаний наркотическим опьянением, неоднозначно и варьируется от незначительного (амфетамины) вплоть до существенного (марихуана, ЛСД). Таким образом, следователю необходимо оценивать полноту и достоверность показаний, сформировавшихся в состоянии наркотического опьянения, с учетом данных о групповой принадлежности наркотика (могут быть получены в результате медицинского освидетельствования потерпевшего) и его влиянии на процесс формирования показаний

2.2.3. Влияние боли, болезненных состояний и нервных расстройств на формирование показаний потерпевшего.

Достаточно часто при совершении посягательств на жизнь, свободу и половую неприкосновенность преступники причиняют потерпевшему физический вред, что и является причиной возникновения боли. Болевые ощущения вызываются механическими, температурными и химическими воздействиями, которые достигают интенсивности, способной к разрушению организма. В соответствии с теорией Лазаруса Р.1 боль является типичным примером физиологического стресса. Это подтверждается и тем, что развитие болевого ощущения подчиняется общему механизму развития стресса, подразделяемому на три этапа:

  1. Возникновение болевого ощущения, состоит из фазы шока (резкое возбуждение болевых рецепторов в момент причинения травмы) и фазы противошока (начало процесса адаптации болевых рецепторов).

растения, Минск, 1996, С. 112-155 1 Лазарус Р. Теория стресса и психологические исследования // Эмоциональный стресс, Л., 1970

85

  1. Резистентность - снижение болевых ощущений в результате завершения процесса адаптации к боли вплоть до полной невосприимчивости к ней. После прекращения действия травмирующего фактора ощущение боли восстанавливается.
  2. Истощение - если действие травмирующего фактора не прекращается, возникает этап истощения, результатом которого являются тяжелые травмы, а также смерть потерпевшего. Особенностью этапа истощения является то, что несмотря на его необратимые фатальные последствия болевые ощущения не восстанавливаются, т.е. потерпевший в данном состоянии не ощущает боли и невосприимчив к ней.1 Восприятие болевых ощущений зависит как от объективных, так и от субъективных факторов. При низких температурах ощущение боли усиливается, тепло же способствует ослаблению болевого ощущения. Также важны и субъективные факторы - усталость, бессонница повышают болевые ощущения, при глубоком утомлении боль притупляется.
  3. Существует и подмеченная учеными взаимосвязь между переживаемыми эмоциями и восприятием болевых ощущений. Так, чувство боли усиливается при состоянии страха, субъективное переживание боли становится более ярким, более интенсивным. Тяжелые психические переживания, стресс подавляют чувство боли.

Боль затрудняет и изменяет течение психических процессов. Физиологический механизм действия боли связан с возникновением доминантного очага возбуждения, который притягивает возбуждение нервных центров, вследствие чего происходит подавление их деятельности.

Влияние боли на процесс формирования показаний весьма противоречиво, что связано с противоречивым влиянием боли на процессы восприятия. Болевые ощущения в целом дезорганизуют процессы восприятия и мышления, но могут способствовать активизации деятельности отдельных видов ощущений у потерпевшего. Лазарев П.П. отмечает, что по мере увеличения болевых раздражений чувствительность зрения повышалась. При

86

дальнейшем увеличении раздражения наступал максимум и затем при более сильных раздражениях, вызывающих уже разрушение тканей, наступало понижение предельной чувствительности.1 Изложенная выше закономерность является следствием мобилизации организма, а следовательно и мобилизации, то есть повышении чувствительности всех рецепторов организма на большую осторожность при выборе способа поведения. Таким образом, под действием боли повышается не только чувствительность “пораженной ткани”, но и чувствительность зрения, слуха, обоняния, статических и мышечно-суставных (кинестезических) ощущений. Такая мобилизация чувствительности анализаторов благотворно влияет на полноту, точность и объем воспринятой и запечатленной информации, что существенно повышает качество показаний потерпевшего. Болевые ощущения также сокращают время адаптации органов чувств, что необходимо учитывать при оценке показаний с точки зрения способности воспринимать какое-либо событие.

Наиболее типичным отрицательным результатом действия боли, проявляющимся в показаниях потерпевшего, является неверная оценка потерпевшим временных промежутков. Это может выражаться как в неверной оценке момента наступления события, так и в увеличении или уменьшении в показаниях потерпевшего длительности посягательства. Поэтому при оценке и проверке показаний потерпевшего, формировавшихся под действием боли, необходимо особо проверять при помощи всех других материалов дела достоверность оценки длительности времени потерпевшим.

Существенное влияние на формирование показаний может оказывать и болезненное состояние потерпевшего. Болезненные состояния потерпевшего можно подразделить на:

1 Более подробно о развитии болевых ощущений и адаптации к боли см. Кертес Имре Тактика и

психологические основы допроса, М., 1965.

1 Лазарев П.П. Исследования по адаптации, М., 1947, С. 158.

87

а) болезненные состояния, существовавшие у потерпевшего до совершения в отношении него преступления;1

б) болезненные состояния, возникшие у потерпевшего в момент совершения преступления и являющиеся его следствием.

Исключительно для потерпевшего характерны болезненные состояния второго типа, на которых мы и остановимся. В результате противоправных действий потерпевшему может быть причинен физический вред различной степени тяжести - различного рода травмы, увечья. С точки зрения особенностей формирования показаний наибольшее значение имеют вызванные преступными действиями сотрясения мозга различной степени тяжести, контузии или ушибы мозга. Результатом данных травм является нарушение нормального взаимодействия процессов возбуждения и торможения. В сочетании со сверх сильным психическим воздействием, вызванным преступлением, это приводит к возникновению торможения в качестве защитного механизма от нервного перенапряжения и истощения. Последствием торможения может быть более или менее кратковременное нарушение сознания, либо потеря сознания потерпевшим на незначительное время. Результатом данных процессов является угнетение психической деятельности, приводящее к нарушению процесса восприятия, дефициту информации.

Влияние данных состояний на формирование показаний потерпевшего может быть различным. Оно зависит от длительности и интенсивности данных состояний, а так же от ценности информации, которая остается не воспринятой при потере сознания. Таким образом, нарушение сознания не всегда приводит к существенному искажению фактического материала в показаниях потерпевших. В литературе отмечается, что нарушение
сознания может

1 Данные болезненные состояния могут существенно снижать концентрацию внимания потерпевшего, что приводит к искажению в показаниях; подробнее по данному вопросу см. Кертэс Имре Тактика и психологические основы допроса М, 1965.

Отельную группу болезненных состояний составляют хронические психопатологические состояния, которые могут полностью искажать воспринятое и приводит к ложному доносу, оговору невиновных. Подробнее см. Центров ЕЕ. Криминалистическое учение о потерпевшем, М., 1988, С. 122 -123.

88

занимать чрезвычайно малый промежуток времени, либо легкие нарушения сознания могут чередоваться с периодами осознанного восприятия.

В следственной практике наиболее типична ситуация, когда нарушение сознания наступает в самом конце преступного посягательства. При этом наиболее важные детали в описании события преступления являются воспринятыми и запечатленными в сознании потерпевшего. Дефекты в показаниях потерпевшего связанны с незначительными пробелами в воспринятом материале. Например, в ходе разбойного нападения потерпевшему К. преступником были нанесены множественные удары кастетом по голове, в результате К. получил сотрясение мозга и потерял сознание. На первоначальном допросе К. сообщил, что хорошо запомнил приметы преступника и сможет опознать его, однако, затруднился описать характер действий преступника при разбое, указать направление, в котором преступник скрылся с места совершения преступления, назвать точный список похищенного у него имущества.1

В результате травмирующего воздействия преступления у потерпевших могут возникать разнообразные психические расстройства, которые могут существенно повлиять на процесс формирования показаний потерпевшего и на саму возможность воспроизведения данных о событии преступления потерпевшим в ходе допроса. В силу того, что психические расстройства, вызванные преступлением, и их влияние на формирование показаний потерпевшего отличаются большим разнообразием, рассмотрим их общие закономерности:

  • Временные психические расстройства, сходные с маниакальными. шизофреническими, депрессивными. Потерпевшие в таком состоянии, воспринимая событие преступления, осознают нереальность происходящего, наблюдают за действиями преступников как бы со стороны. В результате действия данного состояния потерпевшие испытывают затруднения в припоминании отдельных деталей
    преступления и последовательности

1 Архив Советского окружного суда г. Краснодара за 2001 г

89

событий. В силу временного характера данных психических расстройств следует рекомендовать проведение повторного допроса для получения более полных показаний на основе явления реминисценции.

  • Аффазии - временное расстройство или потеря речи. Аффазии могут явиться причиной неспособности потерпевшего дать показания о событии преступления. С течением времени аффазии проходят и нарушенная речь восстанавливается. В том случае, если потерпевший утратил способность к устной речи, но сохранил навыки письменной речи, - следователю необходимо предложить потерпевшему изложить на бумаге его показания в письменной форме. Если же потерпевший утратил способность как к устной так и к письменной речи, то необходимо отложить проведение допроса потерпевшего до восстановления его речи.

  • Деперсонализация - психическое состояние, характеризующееся утратой личной определенности. Выражается в возникновении ощущения отчужденности. Потерпевший ощущает себя скорее наблюдателем, чем участником событий.

  • Ретроактивное обратно действующее торможение - потерпевшие не могут вспомнить об обстоятельствах, которые предшествовали событию преступления.
  • Проактивное торможение - у потерпевших возникают значительные трудности в припоминании того, что имело место сразу после события преступления, не могут вспомнить последующие события.
  • Ретроактивное и проактивное торможение являются временными психическими состояниями, и часто при проведении первоначального допроса потерпевшего являются причиной пробелов в показаниях. С течением времени данные состояния проходят и это объясняет, почему на повторных допросах показания потерпевшего более полные, чем на первоначальных допросах. Амнезия (провалы памяти) - частичное или полное выпадение из памяти потерпевшего сведений об определенном отрезке времени. Причиной амнезии является чрезмерное психическое напряжение, вызванное преступлением. Так у

90

потерпевшего амнезия может возникать в результате травмы или потери сознания, обмороке. Различают две формы амнезии:

а) ретроградная амнезия - захватывающая время до начала расстройства сознания;

б) антероградная амнезия - относящаяся к событиям, имевшим место после окончания расстройства сознания.

Дискуссионным является вопрос о том, являются ли пробелы, вызванные амнезией, невосполнимыми. Доспулов Г.Г. считает, что следователю, умело пользующемуся ассоциациями, удается добиться того, что провал памяти (амнезия) устраняется.1 Большинство же ученых склонно считать, что пробелы, вызванные амнезией, являются невосполнимыми. С этим следует согласиться, т.к. даже если воспоминание о событии, утраченное из-за амнезии, и будет восстановлено, то, в отличие от ретроактивного и проактивного торможения, это может произойти через значительный период времени. Это означает, что иногда, в рамках сроков предварительного следствия пробелы в показаниях потерпевшего, вызванные амнезией, невосполнимы.

  • Обманы памяти (“феномен пережитого” и др.). Потерпевший при данном состоянии абсолютно уверенно дает показания о событии, которого в действительности не было, или его развитие происходило иначе, чем это описывает потерпевший. Причиной этого является то, что с течением времени из-за обмана памяти потерпевший стал принимать за реальные факты свои собственные намерения или мысли. Выявить подобное добросовестное заблуждение потерпевшего можно путем сопоставления его показаний со всей совокупностью материалов дела. Разновидностью обмана памяти является “феномен пережитого” - потерпевшему кажется, что воспринимаемое в настоящий момент времени, когда-то в прошлом уже воспринималось им. Это может привести к неверному определению времени, места, динамики развития преступления и его субъектному составу. Причиной возникновения данного

1 Доспулов ГГ. Там же, С. 48

91

состояния может быть травмирующее воздействие на психику потерпевшего, так и “утомленное состояние допрашиваемого”.1

Отдельно следует рассмотреть вопрос о доказательственном значении протокола допроса (опроса) потерпевших, страдающих хроническими психическими расстройствами и болезненными состояниями в период предшествующий событию преступления. Понятие “умственная отсталость” имеет собирательное значение, которое объединяет самые разные по своему происхождению формы патологии психической деятельности. При этом патологическом состоянии страдают интеллект, мышление, восприятие, память, внимание, речь, двигательная и эмоционально волевая сфера.1 По глубине и тяжести психических нарушений умственную отсталость независимо от формы делят на идиотию, имбецильность и дебильность. Для умственной отсталости характерна более или менее равномерная недостаточность как предпосылок интеллекта (внимание, память), так и его высших функций (способность к сопоставлениям, обобщениям, анализу и синтезу). Процесс восприятия часто ограничен различными дефектами органов чувств, но и при хороших зрении и слухе восприятие внешних впечатлений затрудняется из-за недостаточности активного внимания. Отмечаются и заметные нарушения памяти. Наиболее существенным нарушением психической деятельности лиц с умственной отсталостью является недостаточная критическая оценка отношения к себе и ситуации, неспособность понять целесообразность своих поступков и предвидеть их последствия. Потерпевшие, страдающие умственной отсталостью в степени идиотии, не вменяемы и не способны давать показания о событии преступления. Умственно отсталые в степени имбецильности, ограниченно вменяемы и как потерпевшие не могут правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. Протокол опроса имбецилов, как правило, имеет ориентирующее значение и не может использоваться в качестве доказательства. Следственная практика свидетельствует, что лица, страдающие имбецильностью нередко

1 Доспулов Г.Г. Указ. соч. С. 45

92

становятся жертвами изнасилования, и в связи с этим они могут быть направлены на судебно-психиатрическую экспертизу для решения вопроса о возможности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значения для дела, и давать о них правильные показания. Потерпевшие с умственной отсталостью в степени дебильности, способны по психическому состоянию правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания; за исключением случаев выраженной дебильности они вменяемы и дееспособны. Например, потерпевшая в деле об изнасиловании В., умственная отсталая в степени дебильности в период следствия противоречиво сообщала о противоправных действиях, совершенных в отношении нее, меняла свои показания, все время называла разных лиц. Затем перестала давать какие- либо показания. Экспертная комиссия, проводившая судебно- психиатрическую экспертизу, пришла к заключению, что испытуемая обнаруживает признаки умственной отсталости в степени выраженной дебильности и по своему психическому состоянию не может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правдивые показания.3 В период следствия такие потерпевшие могут растеряться, давать путанные и противоречивые показания. Благодаря повышенной внушаемости они могут давать те или иные ответы в зависимости от формы поставленного вопроса и тона, в котором он был поставлен. Кроме того, показания могут быть неполноценными вследствие неумения охватить ситуацию в целом, плохой ориентировки во времени, невозможности воспроизвести ряд явлений в их последовательной связи, неумения устанавливать сходства и различия.

Таким образом, можно сделать вывод, что влияние боли, болезненных состояний и нервных расстройств на формирование показаний потерпевшего различно и зависит от конкретной ситуации преступного посягательства, личностных качеств жертвы и тяжести причиняемого вреда. Поэтому показания

1 Судебная психиатрия: Учебник для вузов // Под. ред. Б.Ф. Шостоковича, М.,1997, С. 329

2 Судебная психиатрия: Учебник для вузов // Под. ред. Б.Ф. Шостоковича, М.,1997, С. 342

3 Архив Прикубанского окружного суда г. Краснодара за 1998 г

93

потерпевшего, сформированные под действием этих факторов, могут быть как точными, полными, объективными, так и содержать искаженную, неполную информацию о событии преступления и лицах его совершивших.

94

Глава 3. Особенности тактики и психологии допроса потерпевшего на предварительном следствии по конфетным катета

3.1. Общие положения использования тактических приемов допроса

потерпевшего.

Прежде чем рассматривать проблему тактических приемов допроса потерпевшего необходимо кратко изложить критерии допустимости тактических приемов. Общепризнанными критериями допустимости тактических приемов являются :

  1. Соответствие их закону;
  2. Соответствие приемов нормам морали;
  3. Научность;
  4. Избирательность.
  5. Очень важным, по моему мнению, является и критерий соответствия приемов закономерностям психики человека, потому что допрос как общение не может не затрагивать психических процессов, состояний и свойств личности. Если тактический прием не соответствует закономерностям психики допрашиваемого, его не применяют. Применение тактического приема в нарушение указанного требования оказывается не эффективным и может во многих случаях послужить причиной дезорганизации психической деятельности допрашиваемого. Например, применение форсированного темпа допроса к флегматику объективно оказывается не эффективным, так как может дезорганизовать его психику и затруднить получение полных и правдивых показаний.

Требование о соответствии приемов критериям их допустимости должны соблюдаться без оговорок. Лишь в этом случае приемы обеспечивают эффективную реализацию норм процессуального закона. Особую значимость имеет соблюдение этих критериев при допросе потерпевшего. Дело в том, что

95

каждый человек, выступающий в уголовном деле в качестве потерпевшего, испытывая особое психологическое состояние, вызванное пережитым посягательством, очень чутко реагирует на поведение следователя. Потерпевший, как правило, легко распознает его искренность и объективность. Лицемерие, притворство и ложь возбуждают в потерпевшем неприязненное чувство, порождают недоверие к следователю, заставляют замыкаться в себе. Иногда это приводит к даче ложных показаний или отказу от дачи показаний. Целям расследования должны соответствовать подобающие средства. И для общества, и для государства небезразлично, каким образом осуществлено правосудие, что будет думать потерпевший, под воздействием следователя давший правдивые показания: его обхитрили, обманули или убедили. Аморальные способы нравственно разлагают следователя, роняют авторитет его самого и органов власти, которые он представляет. Тактические приемы, применяемые с соблюдением закона и нравственных правил, побуждая потерпевшего дать полные и правдивые показания, тем самым, вовлекают потерпевшего в деятельность, отвечающую целям и задачам правосудия, способствуют проявлению в нем положительных качеств. В этом состоит воспитательное значение тактических приемов.

Необходимо отметить и значение психологического воздействия при допросе. Всякая коммуникация, всякое общение - есть прежде всего психическое воздействие на собеседника. Допрос как взаимодействие следователя с допрашиваемым также предполагает психическое воздействие.

1 Р.С. Белкин Курс Криминалистики, М., 1997, т. 3, С. 220-221; О.Я. Баев Основы криминалистики, курс лекций, М, 2001, С. 204-212; Криминалистика, Учебник под ред. Хмырова А.А., Зеленского В.Д., Краснодар, 1998, С. 262-263

2 Наиболее полно система условий, составляющих критерий этической допустимости тактических приемов изложены в докторской диссертации И.Е. Быхвского. По его мнению, тактический прием расследования не должен: 1) унижать честь и достоинство обвиняемого, подозреваемого или иных лиц; 2) влиять на позицию невиновного, способствуя признанию им несуществующей вины; 3) оправдывать само совершение преступления и преуменьшать его общественную опасность; 4) способствовать оговору со стороны обвиняемого или иного лица других невиновных лиц, а также обвинению виновных лиц в большем объеме, нежели это соответствует их фактической вине; 5) строиться на неосведомленности подозреваемого, обвиняемого или иных лиц в вопросах уголовного права и процесса; 6) способствовать развитию у обвиняемого, подозреваемого или иных лиц низменных чувств, даче ими ложных показаний, совершения других аморальных поступков; 7) основываться на сообщении следователем обвиняемому, подозреваемому или иным лицам заведомо ложных сведений, в частности о происхождении предметов или документов; 8) подрывать авторитет органов прокуратуры, МВД, суда. См. Быховский И.Е. Ппроцессуальные и тактические вопросы следственных действий. Автореф. дисс. д-ра юрид. наук., М., 1976, С. 19-20

96

Воздействовать на допрашиваемого - это значит вызвать у него нужное чувство, стремление и действие, убедить и побудить думать и поступать так, как это необходимо в интересах его самого и правосудия. Такое воздействие в ходе допроса осуществляется с помощью тактических приемов. Тактические приемы допроса - это способы действия следователя, прокурора, судьи в конкретной ситуации (в данном случае при допросе
потерпевшего) в целях получения максимально полной информации по делу с наименьшей затратой времени и нервной энергии. Когда следователь предлагает дать пояснение по существу дела, то он
оказывает на потерпевшего прямое воздействие. Когда же следователь применяет тактические приемы допроса, то воздействие будет косвенным, так как потерпевшему сообщается информация, на которую он может
ориентироваться по собственному усмотрению немедленно или позже. Психологическое воздействие применяется при допросе любой категории
допрашиваемых лиц - подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего - в ситуациях, когда такое воздействие является необходимым. Психологическое воздействие на допрашиваемого допустимо и правомерно всегда, хотя цели такого воздействия различаются в зависимости от категории участников уголовного процесса и занимаемой ими позиции по уголовному делу. Если бы тактические приемы не обладали способностью оказать психическое воздействие, то они потеряли бы всякий практический смысл, а выполнение задач уголовного судопроизводства было бы затруднено. Психическое
воздействие на потерпевшего - это не давление на допрашиваемого, - не вымогательство от него “нужных” (угодных) показаний. Правильно применяемые тактические приемы обладают
избирательным действием только в отношении лиц, либо
испытывающих трудности в воспроизведении ранее воспринятого
материала, либо дающих заведомо ложные показания или отказывающихся от дачи показаний. Особенностью психологического воздействия, оказываемого на потерпевшего, является его нацеленность на устранение отрицательного психологического состояния, вызванного пережитым посягательством - снятие эмоционального напряжения

97

потерпевшего, внушение уверенности в собственной безопасности и необходимости его активного участия в расследовании и привлечении к ответственности виновных лиц. В процессуальном отношении психическое воздействие обусловлено природой, целями и задачами допроса и осуществляется в его рамках.

Необходимо отграничивать психическое воздействие от психического насилия. Психологическое воздействие правомерно и допустимо. В ряде случаев его применение является даже необходимым. Использование же психического насилия в любом случае абсолютно не допустимо. Ратинов А.Р. указывает, что грань между психическим насилием и правомерным воздействием определяется наличием при воздействии свободы выбора той или иной позиции. Свобода выбора позиции для допрашиваемого означает проявление критичности и самокритичности, осознание самостоятельностй^в принятии решения в соответствии со своим общественным долгом.

Исходя из сказанного, можно сформулировать следующее определение: насилие - всякое, противоречащее требованиям закона и профессиональной этике следователя, психическое воздействие на допрашиваемого, которое исключает свободный выбор правильной линии поведения, умаляет его права или затрагивает законные интересы других участников процесса.

Такая трактовка насилия ставит действия следователя в рамки закона, предоставляя ему возможность оказания правомерного воздействия на потерпевшего в тактических целях.

Таким образом, сущностью тактических приемов допроса является психическое воздействие, которое они оказывают на потерпевшего. Каждый тактический прием допроса имеет свои характерные особенности. Они возникают из своеобразного сочетания двух элементов: а) особенностей возникающей или создаваемой тактической ситуации и б) характера отношения, содержания тех реакций, которыми отвечает допрашиваемый,

А.Р. Ратинов “Судебная психология для следователей”, М, 1967

98

переживая какое-то чувство, сообщая определенные сведения, изменяя мотивы поведения, борясь со своими недостатками.

В любом тактическом приеме можно выделить: психологические и логические компоненты, а также средства его применения. Психологическими компонентами тактического приема является само воздействие на психику допрашиваемого; логическими компонентами - определенные закономерности мышления, используя которые следователь конструирует и применяет тактический прием; средствами применения (альбомы и иные наглядности) -инструменты, посредством которых тактический прием осуществляется.

Управление поведением допрашиваемого осуществляется следователем в зависимости от тактической ситуации в ходе допроса и позиции допрашиваемого. Основная цель допроса - получение правдивой информации об обстоятельствах, имеющих значение по делу. По отношению к данной цели в криминалистике выделяют три типичные ситуации, возникающие при допросе:

  1. Кооперативная (бесконфликтная) ситуация;
  2. Конфликтная ситуация с нестрогим соперничеством;
  3. Конфликтная ситуация со строгим соперничеством.1
  4. Кооперативная (бесконфликтная) ситуация характерна для допроса добросовестных потерпевших, дающих достоверные и правдивые показания. Она возникает и при повторном допросе потерпевших, занимавших из-за сильного эмоционального возбуждения на первоначальном допросе позицию не строгого соперничества, к которым в ходе первоначального допроса были успешно применены тактические приемы, направленные на снятие психической травмы1, вызванной посягательством. Кооперация при допросе характеризуется согласованным взаимодействием следователя и потерпевшего, между которыми существует психологический контакт. Поэтому функция тактических приемов, предназначенных для использования в таких ситуациях,

1 Г.Г. Доспулов “Психология допроса на предварительном следствии “, М., 1976, С. 15-16

99

состоит в оказании помощи допрашиваемому в припоминании забытого и в правильном воспроизведении того, что он помнит. Чтобы показать механизм воздействия тактических приемов, относящихся к этой группе, необходимо сделать небольшой экскурс в область психологии памяти.

Знания и представления, приобретенные в допроцессуальной стадии формирования материала показаний, обычно не исчезают бесследно. Они в зависимости от содержания запечатлеваются и сохраняются в образной, словесно-логической, эмоциональной и двигательной видах памяти. Образная память запечатлевает предметы, события в форме зрительных, слуховых, осязательных, обонятельных и других представлений. В словесно-логической памяти запоминаются выраженные в словах мысли, которые отражают сущность воспринятых явлений. Содержанием эмоциональной памяти являются пережитые человеком чувства. Двигательная память удерживает совершенные человеком различные движения. Сохранившийся в памяти материал может быть воспроизведен в форме воспоминания о пережитом, узнавания виденных предметов, припоминания былого и т. д. Описанные виды памяти дают возможность людям, выступающим в качестве потерпевшего в уголовном судопроизводстве, воспроизводить на допросе то, что ранее запечатлено ими. Когда потерпевший рассказывает обо всем, что он видел, слышал или делал, и не испытывает при этом трудностей в восстановлении фактов в памяти (актуальный слой запечатления), следователь может обойтись без применения тактических приемов. Он по мере надобности лишь задает допрашиваемому уточняющие или дополняющие вопросы. Подобные вопросы ставятся для того, чтобы обратить внимание допрашиваемого на те или иные моменты, которые следует более полно и ясно осветить. Постановка таких вопросов предусмотрена уголовно-процессуальным законом.

При воспроизведении информации, хранящейся в латентном слое запечатления, обычно возникают трудности, для преодоления
которых

1 Принято считать, что в психотравму в качестве составной части входит и ее эмоциональный компонент, наиболее активно проявляющийся при формировании показаний и находящий свое отражение в ходе допроса потерпевшего на следствии // Словарь практического психолога, М, 2001, С. 705

100

необходимо оживить память допрашиваемого с помощью тактических приемов. Так, если потерпевший не может припомнить какие-либо обстоятельства, затрудняется в словесном описании содержания воспринятого, то тактическая задача следователя усложняется. Он должен подобрать и применить тот тактический прием, который способен помочь потерпевшему преодолеть испытываемое затруднение.

Конфликтная ситуация с нестрогим соперничеством характерна для допроса потерпевших, в показаниях которых имеются наслоения, вызванные посягательством. Испытываемое потерпевшим негативное психическое состояние, причиной которого явилось преступное посягательство, существенно затрудняет установление психологического контакта следователя с допрашиваемым потерпевшим, является причиной дачи последним не достоверных, завышающих общественную опасность посягательства, показаний. Искажения в показаниях потерпевшего обычно связанны с пережитым испугом, стрессом, психическими переживаниями и физическими страданиями, причиненными преступлением. Результатом этого является возникновение конфликтной ситуации с нестрогим соперничеством, возникающей в ходе допроса потерпевшего, и обусловленной его психическим состоянием после совершенного в отношении него преступления. Крайней позицией в ситуации нестрогого соперничества становится отказ сотрудничать с правоохранительными органами. Потерпевшие по некоторым категориям дел, например, по делам о покушении на заказное убийство, нередко, отказываются сотрудничать со следствием, выражают желание лично отомстить обидчикам.

Противодействие потерпевшего на допросе в ситуации нестрогого соперничества может проявляться как негативизм, упрямство.

Негативизм выражается в немотивированном противодействии требованиям следователя. В состоянии негативизма допрашиваемый отказывается дать ответы на вопросы (пассивный негативизм) или дает заведомо ложные показания (активный негативизм). Обычно
негативизм

101

характерен для потерпевших, причиной посягательства на которых явилось их предшествующее виктимное поведение.

Упрямство заключается в мотивированном противодействии следователю. При этом потерпевший объясняет мотивы своего поведения ложными доводами, не имея объективных обоснований.

Тактические приемы, используемые в конфликтных ситуациях с нестрогим соперничеством строятся на том, чтобы убедить потерпевшего пересмотреть свою позицию, противоречащую задачам правосудия, а равно устранить негативное эмоционально-психическое состояние потерпевшего, вызванное преступлением. Они должны оказать воздействие на мыслительные процессы допрашиваемого, главным образом путем логического обоснования необходимости дать правдивые показания или выполнить другие действия (например, показать место совершения преступления, принять участие в составлении композиционного портрета преступника).

Конфликтная ситуация со строгим соперничеством при допросе потерпевших возникает, когда последние сознательно и целенаправленно дают заведомо ложные показания. После возбуждения уголовного дела потерпевшие практически остаются один на один с преступниками и, дав на первоначальном этапе расследования правдивые и достоверные показания о событии преступления и лицах его совершивших, в дальнейшем стремятся изменить их на противоположные, в пользу подозреваемого, обвиняемого, отказываясь от первоначальных уличающих показаний.. Как правило, причинами этого является воздействие извне - со стороны заинтересованных в исходе дела лиц. Формы внепроцессуального воздействия на потерпевшего различны. Воздействие может, например, выражаться в форме подкупа, угроз, шантажа, запугивания, уничтожении имущества, в применении насилия различной степени тяжести по отношению к потерпевшему и его близким родственникам и т.д. Следует учитывать, что посткрминальное воздействие, зачастую, выражается в формах, которые объективно не могут быть криминализированы, например, создание вокруг лиц, содействующих
правоохранительным и

102

судебным органам, атмосферы отчуждения, “социального вакума”.1 По данным В.В. Вандышева, изучившего более тысячи уголовных дел, внепроцессуальное воздействие осуществлялось в отношении 30% потерпевших от преступлений, вследствие чего большинство из них (64,5%) были вынуждены предпринимать меры, направленные на противодействие расследованию.2 Таким образом, при наличии единой негативной цели, выражающейся в необходимости дачи потерпевшим ложных показаний, обычно благоприятных для подозреваемого или обвиняемого, мотивы данного действия с его стороны могут существенно различаться, чем и определяется характер тактического воздействия. М.В. Игнатьева отмечает: “Разъяснения потерпевшему, что придерживаться ранее данных, правдивых показаний - его гражданский долг, что он обязан это делать и в соответствии с законом, как правило, остается пустым звуком, да и фактов привлечения потерпевших к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний практика почти не знает”. Это вынуждает потерпевших выбирать между исполнением гражданского долга, оказанием помощи следствию, правосудию или дачей ложных показаний в интересах преступников, обоснованно опасаясь за свою жизнь и безопасность своих родственников. В случаях, когда потерпевшего запугали, следователь должен убедить последнего в том, что его безопасность будет обеспечена и гарантируется процессуальным законом. Подобное убеждение позволяет наладить плодотворное взаимодействие с допрашиваемым потерпевшим, служит причиной выбора им правильной позиции по делу. Помощь в этом может оказать своевременное и правильное применение следователем в отношении потерпевшего мер безопасности, введенных в рамках уголовно- процессуального закона (ч. 3 ст. 11, ч. 9 ст. 166, ч. 2 ст. 186, ч. 8 ст. 193 УПК РФ - анонимное участие в уголовном процессе, контроль и запись телефонных

1 Брусницын Л.В. Правовое обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию, М., 1999, С. 7-8; Брусницын Л.В. использует термин “посткриминальное воздействие” - под которым понимается насилие преступников в отношении лиц, сотрудничающих с правоохранительными органами.

2 Вандышев В.В. Воздействие на жертву преступления как средство побуждения ее к участию в противодействии расследованию // Человек против человека, СПб., 1994, С. 156

Игнатьева MB. К вопросу обеспечения безопасности потерпевшего // Российский следователь, 2001, №5, с. 18

103

переговоров, опознание в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым) и нацеленных на превенцию средствами процессуального законодательства внепроцессуальных воздействий на потерпевшего со стороны заинтересованных в исходе дела лиц на стадии предварительного следствия. Основанием для применения мер безопасности является наличие достаточных данных о том, что потерпевшему, его близким родственникам, родственникам или близким лицам угрожают убийством, применением насилия, уничтожением или повреждением их имущества, либо иными опасными противоправными деяниями (ч. 3 ст. 11 УПК РФ).

Однако следует признать, что предусмотренные законом меры безопасности являются во многом недостаточными и их применение не сможет должным образом обеспечить безопасность потерпевших. Настоятельно требуется усиление системы защиты потерпевших, например, введение такой формы защиты, как запрет, накладываемый судом на общение заинтересованных лиц с потерпевшим, либо оказание различного рода воздействий на него (“ограничительный приказ”), влекущий в случае нарушения административную или уголовную ответственность. Подобная мера, применяемая в США на основании Закона о защите потерпевших и свидетелей 1982 года, доказала свою эффективность1. “Ограничительный приказ” выносится в отношении субъектов, оказывающих на потерпевших и свидетелей воздействие, не запрещенное уголовным законом. Приказ выносится окружным судом, если какое-либо лицо причиняет “беспокойство” потерпевшему. В приказе указываются запрещаемые действия и продолжительность запрета (на срок до трех лет). Под “беспокойством” понимается “серия актов в течение определенного, довольно короткого периода, причиняющих существенный эмоциональный стресс и преследующих незаконную цель”. Сходные положения существуют в рамках процессуального законодательства ряда зарубежных государств. Например, УПК Франции в рамках
“судебного

1 По данному вопрсу см. также Николайчик В.М. Уголовное правосудие в США // США: экономика, политика, идеология. 1995, №6, С. 71, Ф.М. Решетников Правовые системы стран мира. Справочник, М., 1993, С. 166-188

104

контроля” (комплексной меры пресечения, предусматривающей шестнадцать различных правоограничений) обвиняемому может быть запрещено посещать определенные места, встречаться с определенными людьми; в австрийском уголовном процессе возможно отобрание у обвиняемого (подозреваемого) обещания “не создавать помех расследованию, не посещать определенные жилища или места”1. Направленность этих мер наряду с другими целями, на предотвращение воздействия в отношении потерпевших позволяет предложить их в качестве мер безопасности в российском процессуальном законодательстве.

Остро стоит проблема оказания помощи потерпевшим в защите их прав в первую очередь со стороны профессиональных юристов - адвокатов.2 Участие представителя потерпевшего (п. 8 ч. 2 ст. 42 УПК РФ) - профессионального юриста3, в ходе допроса на предварительном следствии и в судебном заседании, создает благоприятную атмосферу в ходе допроса, облегчает установление психологического контакта с потерпевшим (атмосфера доверия между потерпевшим и следователем), влияет на тактику проведения допроса, позволяя устранить конфликтные ситуации, и нередко благоприятно отражается на полученных результатах.

Противодействие потерпевшего на допросе при строгом соперничестве может проявляться как несамостоятельность и действие по внушению.

Несамостоятельность допрашиваемого проявляется в даче заведомо ложных показаний в результате непосредственного воздействия на него заинтересованных в исходе дела лиц: по их совету или просьбе он исполняет их желание, руководствуется их мнением.

1 Бутов В.Н. Уголовный процесс Австрии, Красноярск, 1988, С. 78

2 Юношев С. Укрепление правового статуса потерпевшего и его представителя // Российская юстиция, 1998, № 11, С. 21

3 Игнатьева MB. Считает, что потерпевший должен быть в обязательном порядке обеспечен представителем - профессиональным юристом, так как потерпевший не имеющий представителя - защитника не может ничего противопоставить подозреваемому или обвиняемому, интересы которых защищает юрист-профессионал. По мнению указанного автора потерпевшему как и обвиняемому, по его просьбе должен быть предоставлен представительи в случаях, когда закон это не будет требовать в обязательном порядке. См. Игнатьева MB. Потерпевшему - равные права с подозреваемым и обвиняемым. // Адвокатская практика, 2000, № 2, С. 21

105

Действие по внушению является крайним проявлением несамостоятельности и безволия допрашиваемого. Ложные показания он сообщает по решению других людей, но из-за отсутствия критического отношения к внушенным сведениям выдает их за собственные, воспринятые им самим. Поэтому такого потерпевшего можно считать лгущим.

В поведении недобросовестного потерпевшего волевыми являются такие процессы, которые характеризуются своеобразным усилием и направлены на достижение противоправных целей. Эти процессы выражаются в постановке цели, мотивировании поведения и обосновании целесообразности ложных показаний.

Эмоциональные процессы недобросовестного потерпевшего - это его сложные переживания, способствующие принятию им решения - дать ложные показания. Такого рода переживания, отображая предстоящую или сложившуюся ситуацию допроса, могут указывать на возможное или необходимое поведение, заставлять потерпевшего поступать определенным образом. У лица, принимающего решение дать ложные показания и исполняющего его в ходе допроса, происходят и мыслительные процессы, состоящие в переработке информации. Они выступают в реальности, как процессы его воли. В свою очередь воля немыслима без мышления и эмоций.

В тактических приемах, используемых в кооперативных ситуациях допроса, средствами воздействия могут быть такие элементы как понятия, шкала цветов, рисунки, фотоснимки, документы, различные вещи, обстановка места происшествия, имитация различных движений, звуков и т. д.

В тактических приемах, предназначенных для использования при конфликтной ситуации допроса, в качестве средств воздействия выступают речь следователя, различные вещи, документы, фотоснимки, обстановка места происшествия и пр.

Различие между тактическими приемами, используемыми в кооперативных и конфликтных ситуациях состоит в том, что первые оказывают воздействие на память потерпевшего, чтобы облегчить припоминание забытого,

106

а вторые - на мыслительные, эмоциональные и волевые процессы недобросовестного допрашиваемого, чтобы побудить его дать правдивые показания.

Все средства, с помощью которых осуществляются тактические приемы допроса, можно подразделить на: 1) речевые, 2) вещественные, 3) письменные и 4) имитационные.

Таким образом, если потерпевший на воздействия следователя в кооперативных ситуациях допроса отвечает припоминанием забытого, воспроизведением того, что сохранил в памяти о предмете допроса, а в конфликтных ситуациях допроса дает правдивые и полные показания, то это означает, что примененный тактический прием оказался результативным.

Прежде чем приступить к рассмотрению особенностей тактики допроса потерпевших по конкретным категориям уголовных дел, по-нашему мнению, было бы весьма полезно остановиться на рассмотрении тактических приемов, характерных для допроса потерпевшего.

Для получения от потерпевшего достоверных, правдивых и полных показаний необходимо достижение следующих общих целей допроса:

  1. Формирование контакта следователя с допрашиваемым потерпевшим. Следует отметить, что одни ученые (Васильев А. Н.)1 относят формирование контакта к тактическим приемам допроса, другие же (Ефимичев С. П., Доспулов Г. Г.) считают, что установление психологического контакта является самостоятельной стадий допроса и к тактическим приемам не относятся. По нашему мнению, установление психологического контакта это не тактический прием, а совокупность тактических приемов, позволяющих создать плодотворное взаимодействие и взаимопонимание между допрашивающим и допрашиваемым, т.е. важнейшее условие достижения тактических целей допроса. Нередко для установления и поддержания психологического контакта при первом допросе следователь использует целый ряд тактических приемов в

1 Васильев А.Н. Следственная тактика. М, 1976, С. 75

2 Ефимичев СП. Кулагин Н.И. Ямпольский А.Е. Допрос, Волгоград, 1978, С. 32; Доспулов Г.Г. Психология допроса на предварительном следствии, М., 1976, С. 72

107

определенной последовательности. Таким образом, установление психологического контакта с допрашиваемым следует рассматривать не как тактический прием, а как тактическую комбинацию. Высказанная Г.Г. Доспуловым точка зрения видется нам недостаточно обоснованной, а подход А.Н. Васильева к данной проблеме представляется нам более правильным, хотя и нуждается, по нашему мнению, в существенном уточнении.

  1. Анализ показаний в процессе допроса с целью установления их достоверности, правдивости полноты и уяснения позиции допрашиваемого.
  2. Помощь допрашиваемому для восстановления в памяти забытого, преодоления “наслоений” к воспринятому в процессе его “хранения” в памяти, а также для преодоления субъективных недостатков воспроизведения.
  3. Психологическое воздействие в процессе допроса, непосредственно направленное на преодоление установки на ложь и на получение правдивых показаний.

Васильев А. Н рассматривает указанные цели, как группы тактических приемов , что, по нашему мнению, не совсем обоснованно и приводит к смешению понятий. Это именно общие универсальные цели допроса, которые могут быть достигнуты посредством использования определенных групп логических, рациональных тактических приемов.

Отметим, что формирование контакта следователя с допрашиваемым потерпевшим, а также анализ показаний с целью установления их достоверности, правдивости, полноты и уяснения позиции допрашиваемого необходимы при допросе каждого потерпевшего.

Прежде чем рассмотреть систему тактических приемов, характерных для допроса потерпевшего, следует отметить, что в работах по криминалистике и юридической психологии излагались различные классификационные схемы тактических приемов допроса. Об этих тактических приемах речь идет в

Васильев А.Н. Следственная тактика. М., 1976, С. 75

108

работах значительной давности, например, в исследовании Карнеевой Л. М., Ордынского С.С., Розенблита С.Я.1 и в целом ряде других работ.

Л.Б. Филонов и В.И. Давыдов внесли значительный вклад в исследование психологических основ допроса обвиняемого. Приняв за основу положение о том, что в психологическом аспекте основную ценность в допросе представляет изучение эмпирического момента в деятельности следователя, как деятельности специфической, приспособительной, выработавшей ряд приемов и методов работы с людьми, они обобщили наиболее эффективные приемы допроса обвиняемого, используемые на практике лучшими следственными работниками страны..3 Подвергнув психологическому анализу тактические приемы допроса, они представили их рядоположно без анализа их взаимосвязи. Ими были описаны следующие 18 тактических приемов допроса обвиняемого: “внезапность”, “последовательность”, “создание напряжения”, “снятие напряжения”, использование положительных свойств личности, использование “слабых мест” в психике обвиняемого, допущение “легенды”, “пресечение лжи”, форсированный темп допроса, замедленный темп допроса, “инерция”, отвлечение внимания, повторность допросов, “выжидание”, создание впечатления хорошей осведомленности следователя, создание “незаполненности”, “вызов”, “настройка”, ставшие впоследствии классическими, широко растиражированными в криминалистической литературе по тактике допроса.

Л.Б. Филоновым и В.И. Давыдовым была предложенна следующая классификация тактических приемов допроса обвиняемого по их целевому назначению:

  1. информационные приемы: допущение “легенды”, “инерция”, отвлечение внимания, повторность допросов;
  2. контактные приемы: “настройка”;
  3. 1 Карнеева Л. М., Ордынский С.С., Розенблит С.Я. “Тактика допроса на предварительном следствии”, М. 1958

2 Филонов Л.Б. Давыдов В.И. Психологические приемы допроса обвиняемого // Вопросы психологии № 6, 1966, С. 111-122

3 Филонов Л.Б. Давыдов В.И. Указ. соч. С. 111

109

  1. приемы воздействия на состояния: “внезапность”, “создание напряжения”, “снятие напряжения”, форсированный темп допроса, “выжидание”;
  2. приемы воздействия на индивидуальные особенности личности: использование положительных свойств личности, использование “слабых мест” в психике обвиняемого;
  3. приемы, направленные на создание определенных представлений: “последовательность”, “пресечение лжи”, отвлечение внимания, создание впечатления хорошей осведомленности, создание “незаполненности”, “вызов”;
  4. Приемы определения истиности или ложности показаний обвиняемого: “повторность” .
  5. Признавая вклад Л.Б. Филонова и В.И. Давыдова в развитие тактики допроса, следует, однако, подчеркнуть целевую направленность указанных разработок на использование при допросе обвиняемого. Это, прежде всего, нашло свое отражение в их авторском понимании допроса, как “тактической борьбы двух сторон с противоположными интересами”2. Очевидно, что при допросе добросовестного потерпевшего имеет место совпадение интересов последнего с интересами следствия и правосудия, что, обычно, исключает противоборство сторон при допросе. Таким образом, следует признать, что не все тактические приемы допроса, предложенные Филоновым Л.Б. и Давыдовым В.И. могут быть использованы при допросе потерпевшего, а их классификационная схема не соответсует тактическим приемам допроса потерпевшего.

Позднее данный вопрос рассматривался Доспуловым Г.Г., предложившим свой вариант классификационной схемы тактических приемов допроса. В основу деления им впервые была положена адаптация к нуждам криминалистики положений кибернетики о конфликтных ситуациях., Доспулов

1 Филонов Л.Б. Давыдов В.И. Психологические приемы допроса обвиняемого // Вопросы психологин № 6. 1966, С. 120

2 Филонов Л.Б. Давыдов В.И. Указ. соч. С. 112

по Г. Г. в своей работе указывает, что управление поведением допрашиваемого осуществляется следователем в зависимости от тактической ситуации в ходе допроса и позиции допрашиваемого. В связи с этим и тактические приемы допроса подразделяются им по этому основанию на три группы:

а) тактические приемы, используемые в кооперативных ситуациях (“смежность”, “сходность”, “контрастность”, “разобщение”, “перифраза”, “наглядность”);

б) тактические приемы, используемые в конфликтных ситуациях с нестрогим соперничеством (“беседа”, “снятие напряжения”, “настройка”, “использование положительных свойств личности”, “создание незаполненности”, “пресечение лжи”, “выжидание”);

в) тактические приемы, используемые в конфликтных ситуациях со строгим соперничеством. (“допущение легенды”, “вызов”, “внезапность”, “последовательность”, “отвлечение внимания”, “форсированный темп”, “замедленный темп”, “инерция”, “использование слабых мест личности”, “создание напряжения”, “создание определенного представления об осведомленности следователя”, “повторность”).

Как видно набор тактических приемов Доспулова Г.Г., мало отличается от 18 тактических приемов допроса обвиняемого ранее, предложенных Л.Б. Филоновым и В.И. Давыдовым. Однако, Г.Г. Доспуловым была предпринята попытка их обобщенного рассмотрения и адаптации к допросу иных участников процесса (свидетеля, потерпевшего, эксперта и т.д.).

Формулирование классификационных схем тактических приемов допроса продолжается и в настоящее время. В последние годы изданы работы, в которых приводятся подробные классификации тактических приемов, например, исследования Г.А. Зорина, С. К. Питерцева и А.А. Степанова.

Г. А. Зорин предложил синтетическую (сводную) классификацию тактических приемов, которая, по мнению самого автора, представляет открытую (незаконченную) модель:

1 Г.Г. Доспулов “Психология допроса на предварительном следствии “, М., 1976

Ill логические приемы;

коммуникативные, направленные на оптимизацию взаимодействия; рациональные, основанные на активизации мышления; поисковые приемы;

конструктивные, направленные на создание решения проблемы; деконструктивные, обращенные на разрушение; перспективные, обращенные в будущее; ретроактивные, направленные в непознанное прошлое; познавательные, направленные на обнаружение и
использование информации;

управленческие, рассчитанные на управление эффективным взаимодействием;

организационно-технические, оптимизирующие условия

криминалистической деятельности;

простые-сложные (по сложности структуры и элементному составу); управленческие и организационно-тактические приемы; тактические игры, рассчитанные на прогнозный эффект; тактические реагенты, т.е. носители информации, вызывающие допустимые воздействия;

тактические инсценировки, композиции, направленные на получение заданного тактического результата;

тактическое перспективное использование сложившихся или создаваемых ситуаций;

тактическое использование алгоритмов, т.е. системы последовательно выполняемых действий;

тактическое использование криминалистических программ - типовых вопросников, перечисления обстоятельств, подлежащих выполнению по всем видам преступлений;

112

• тактические инверсии, т.е. перевертывание информации в целях ее наиболее полного использования; • • использование тактических интриг - “завязок”, заинтересованности в развитии ситуации; • • использование психологических “ловушек”, вызывающих ошибки процессуальных противников, например, демонстрация ложной цели, демонстрация неосведомленности • • допустимое тактическое воздействие, противодействие и т.д.1 • Предложенная Г.А. Зориным классификационная схема, охватывая различные области научного знания, в то же время представляется нам мало применимой в практической деятельности правоохранительных органов, и может быть применена только в рамках научной деятельности.

Иной подход к классификации тактических приемов допроса предложен С. К. Питерцевым и А. А. Степановым которые рекомендуют следующую систему тактических приемов:

  1. Приемы, используемые в бесконфликтном допросе - смежность, сходность, наглядность, контрастность;
  2. Приемы, используемые при конфликтном допросе - предъявление доказательств, комплексное использование приемов, беседа, снятие напряжения, использование положительных качеств личности допрашиваемого, пресечение лжи, выжидание, допущение легенды, внезапность вопроса или предъявления доказательства, отвлечение внимания, инерция, использование “слабых” мест личности, повторность допроса, демонстрация возможностей расследования, создание у допрашиваемого преувеличенного представления об осведомленности
  3. 2

следователя.

Данная классификационная схема, отличаясь простотой, во многом отвечает потребностям практики борьбы с преступностью. Отметим, однако,

1 Зорин Г. А. Руководство по тактике допроса. М., 2001

2 Питерцев С. К. Степанов А. А. Тактика допроса на предварительном следствии и в суде. СПб., 2001, С. 45- 77

113

что она незначительно отличается от схемы, предложенной Г. Г. Доспуловым и не учитывает характер конфликтной ситуации при допросе. Таким образом, представляется, что предложенную Г. Г. Доспуловым классификационную схему следует признать наиболее удачной при рассмотрении тактических приемов в целом, безотносительно к процессуальному положению допрашиваемого лица.

Детальное рассмотрение предложенных классификационных схем позволяет придти к выводу, что ни одна из них не может быть применена полностью при рассмотрении системы тактических приемов допроса потерпевшего. Приведенные классификационные схемы тактических приемов допроса составлены безотносительно к категории допрашиваемых, что нельзя признать правильным, так как остаются неучтенными особенности психологии формирования показаний допрашиваемых. Психология формирования показаний потерпевших существенно отличается от психологии формирования показаний подозреваемых, обвиняемых и свидетелей о чем подробно нами изложено в п. 2.1, 2.2.1, 2.2.3 главы 2 настоящего исследования. Формирование показаний потерпевших протекает под воздействием ряда объективных и субъективных факторов (страх, сильные эмоции, боль и т.д.), что в конечном счете позволяет говорить об особом психо-эмоциональном состоянии потерпевшего, детерминирующем тактику допроса. Следует высказать суждение, что ряд тактических приемов, включенных в классификационные схемы, приведенные выше, абсолютно неприменим к допросу потерпевшего, применимость некоторых вызывает сомнения, а некоторые могут быть применены только в конкретной ситуации (если потерпевший сознательно лжет или на него было оказано внепроцессуальное воздействие заинтересованными лицами). Напротив, ряд тактических приемов всегда может быть успешно использован при допросе потерпевшего.

Абсолютно не применимы к допросу добросовестного потерпевшего “создание напряжения”, “форсированный темп”, “внезапность”, “вызов”, “создание определенного представления об осведомленности
следователя”.

114

Применение их к добросовестному потерпевшему, испытавшему ш посягательство, сопряженное с тяжким физическим и психическим насилием,

может существенно ухудшить психологическое состояние потерпевшего, причинить существенный ему вред и затруднить получение показаний и процесс
расследования в целом, что совершенно не допустимо. Это объясняется механизмом психологического воздействия указанных тактических приемов допроса. Так, при “создании напряжения” следователь специально перегружает сознание
допрашиваемого, нередко создавая напряжение в эмоциональной сфере
допрашиваемого. Возникающее возбуждение допрашиваемого влечет за собой возбуждение всех психических реакций, что исключает для лица, дающего показания, время на обдумывание и адаптацию. Очевидно, что результатом применения
“создании напряжения” к добросовестному потерпевшему будет усиление существующей психотравмы, вызванной преступлением, приводящим к
развитию аффективных и фрустрационных состояний, нервно-психическому перенапряжению. Подобное воздействие может стать причиной изменения достоверных показании, отказа от дачи показаний, либо полное устранение потерпевшего от сотрудничества с органами предварительного следствия. Сходным по действию, хотя и менее отрицательным является использование “форсированного темпа” допроса (если “форсированного темп” создает перегрузку то имеет
место “создание напряжения”). При “форсированном темпе” допроса
потерпевший не в состоянии тщательно обдумать свои ответы, что не может не отразиться на полноте и достоверности получаемых показаний. Использование следователем в рамках “форсированного темпа” допроса заранее заготовленных вопросов и суждений воспринимается потерпевшим как недоверие к его показаниям и обычно крайне затрудняет установление и поддержание психологического контакта с допрашиваемым, затрудняет или полностью исключает достижение следователем
тактических целей допроса. Результатом применения “внезапности”,
“вызова”, “создания определенного представления об осведомленности
следователя” к добросовестному потерпевшему обычно

115

является развитие у последнего фрустрационного состояния, затрудняющего плодотворное взаимодействие сторон в ходе допроса. Таким образом, можно с уверенностью утверждать о неприменимости перечисленных тактических приемов при допросе добросовестных потерпевших. По нашему мнению, эти приемы составляют отдельную, обособленную группу тактических приемов допроса недобросовестного потерпевшего, сознательно дающего заведомо ложные показания, имеющего стойкую, трудно преодолимую установку на ложь, в ситуациях умышленного противодействия расследованию (оговор, подкуп, либо иная заинтересованность). Указанная группа тактических приемов не должна быть включена в классификационную схему тактических приемов допроса потерпевшего, т.к. данные приемы характерны для допроса подозреваемого, обвиняемого и их применение к потерпевшему носит факультативный характер и возможно только в ситуациях, когда последний превращается в лгущего субъекта, путем ложных показаний, а равно иным образом активно противодействующим расследованию, т.е. по сути, становится заинтересованным лицом на стороне подозреваемого, обвиняемого и должен допрашиваться по правилам допроса этих участников уголовного процесса.

Ограниченно применимы при допросе потерпевшего такие тактические приемы, как “смежность”, “сходность”, “контрастность”, “разобщение”. Данные тактические приемы обычно используются при допросе добросовестного свидетеля, дающего правдивые и достоверные показания, но испытывающего затруднение в припоминании воспринятого. Напротив, потерпевший является непосредственным участником события преступления - именно на него нападает преступник - запоминание им события преступления происходит лучше, чем у свидетеля, его показания являются более четкими, оказание помощи в воспроизведении забытого часто не требуется. Поэтому в случаях, когда потерпевшему требуется помощь в воспроизведении забытого, допрос потерпевшего должен проводиться по тактическим правилам допроса добросовестного свидетеля.

116 С учетом выше изложенного необходимо обозначить те группы тактических приемов, которые применяются для допроса потерпевшего в зависимости от тактической ситуации допроса и позиции допрашиваемого потерпевшего. Нами предлагается следующая классификация тактических приемов допроса потерпевшего:

  1. Тактические приемы, используемые в кооперативных ситуациях (“перифраза”, “наглядность”);

Эти приемы используются при допросе добросовестных потерпевших, дающих безупречные показания, с точки зрения полноты и достоверности, но испытывающих сложности при вербализации материала показаний. Основной целью их применения является избежать ошибок при вербализации верно воспринятого и запечатленного.

  1. Тактические приемы, используемые в конфликтных ситуациях с нестрогим соперничеством (“беседа”, “снятие напряжения”, “настройка”, “использование положительных свойств личности”, “пресечение лжи”, “выжидание”);

Эти приемы используются при допросе потерпевшего, пережившего сильную психическую травму, вызванную посягательством, которая не позволяет ему изложить достоверные показания, а также в отношении потерпевших, пытающихся по причинам виктимного поведения дать ложные показания, но не имеющих стойкой психической установки на ложь. Потерпевший, дающий правдивые показания, не всегда дает достоверные показания. Потерпевшему в ходе посягательства (особенно это касается преступлений, связанных с насилием) причиняется психическая травма, в силу чего он не всегда в состоянии давать показания или давать достоверные показания. Указанные тактические приемы нацелены на преодоление психической травмы причиненной преступлением и на приведение потерпевшего в состояние, при котором он будет в состоянии давать правдивые показания. Однако следует особо отметить, что правдивыми могут быть не только достоверные, но не вполне достоверные показания, если причиной последних были добросовестное

117

заблуждение, неполнота восприятия или забывание, или неосознанное влияние последующих воздействий на воспринятое. Данная группа
тактических приемов допроса является наиболее типичной, характерной
для допроса потерпевших, в особенности потерпевших по насильственным преступлениям. 3. Тактические приемы, используемые в
конфликтных ситуациях со

строгим соперничеством (“замедленный темп”, “инерция”,

“повторность”). Эти приемы используются при допросе потерпевшего, дающего ложные показания и имеющего стойкую психическую установку на ложь. В качестве причины подобного поведения потерпевших могут выступать внепроцессуальное воздействие на потерпевшего, подкуп, либо оговор невиновного. Тактические приемы этой группы по своей природе близки к аналогичным тактическим приемам допроса обвиняемого (подозреваемого), дающего ложные показания. В подобной ситуации, которая редко встречается в следственной практике, допрос потерпевшего должен проводиться по тактическим правилам допроса обвиняемого (подозреваемого).

Для удобства использования на практике предложенная классификация тактических приемов в соответствии с их целевым назначением может быть представленна следующим образом:

  1. Адаптивные (приспосабливающие) приемы: “беседа”, “настройка”, “выжидание”, “замедленный темп”, “пресечение лжи”.
  2. Информационные приемы: “перифраза”, “наглядность”, “инерция”, “повторность”.
  3. “Приемы, направленные на эмоциональное воздействие: “беседа”, “настройка”, “снятие напряжения”, “использование положительных свойств личности”, “выжидание”.
  4. Приемы, направленные на создание определенного представления: “беседа”, “пресечение лжи”, “выжидание”.
  5. Приемы определения истинности или ложности показаний: “замедленный темп”, “повторность”.

118

Как видим, некоторые приемы относятся одновременно к нескольким группам. Это связано с тем, что каждый из них может применяться при различных ситуациях и для достижения разных тактических целей.

Ниже приводится расшифровка содержания основных тактических приемов допроса потерпевшего в рамках предложенной классификации.

Перифраза. Потерпевший, по требованию следователя воспроизводя сведения, которыми он обладает, может пользоваться категориями или выражениями, подсказанными ему другими людьми. Для того, чтобы перепроверить достоверность сообщаемых сведений и правильность их словесного оформления, потерпевший по просьбе следователя дублирует важные элементы показания, повторяет их в виде перифразы (другими словами).

Наглядность. Этот прием применяется тогда, когда потерпевший затрудняется выразить словами те или иные свойства, признаки предмета, явления. Предъявляемые для наглядности шкала цветов, рисунки, модели могут помочь ему назвать то, что интересует следователя. Можно также попросить потерпевшего изобразить на бумаге то, что он затрудняется описать словами.

Беседа. Сущность этого приема заключается в том, что следователь, беседуя с потерпевшим, перед допросом или в ходе допроса проводит разъяснительную работу. Беседа, основанная на учете индивидуальных особенностей потерпевшего, может иметь целью завоевать расположение допрашиваемого, призвать его к даче правдивых показаний, побудить потерпевшего продумать и оценить свое поведение на допросе, пересмотреть свою позицию и т. д. В ходе беседы может быть получена дополнительная информация по делу, выяснены позиция и настроение потерпевшего. Беседа иногда служит для уяснения и проверки данных, полученных из других источников. Беседа является одним из основных тактических приемов, но она может играть и вспомогательную роль по отношению к другим тактическим приемам. Тематика беседы определяется самим следователем и может быть весьма разнообразной. При этом сначала

119

целесообразно говорить о таких вещах, использовать такие выражения, которые не могут вызвать нежелание потерпевшего вступить в разговор.

Снятие напряжения. Нередко во время допроса потерпевший не отказывается от дачи показаний, но из-за переживаемого напряжения не может связно и последовательно передать допрашивающему информацию. Одним допрашиваемым мешает сделать это волнение, непривычная обстановка, чувство тревоги, другим - опасения нежелательного, с их точки зрения, исхода встречи. Как бы не сказать чего лишнего, как бы следователь не “перехитрил” их. В силу этого потерпевший находится в состоянии напряжения, сдержан в своих ответах и старается разгадать “ход”, намерения следователя. В первом случае следователь, воздействуя на потерпевшего определенной информацией, помогает ему освоиться с обстановкой, снимает напряжение, дает возможность успокоиться, отвлечься. Наступившее у потерпевшего облегчение позволяет следователю постепенно перейти непосредственно к теме допроса. Во втором случае воздействие следователя направлено на то, чтобы убедить допрашиваемого в нереальности его планов и расчетов Направив разговор в русло так называемых “нейтральных интересов”, следователь снимает тревогу, беспокойство, создает “благожелательную атмосферу в отношениях”.

Настройка. Этот прием заключается в установлении эмоционального контакта с потерпевшим. Чтобы “настроить” себя на одну “волну” с заинтересованным потерпевшим и вступить с ним в деловой психологический контакт, следователь опрашивает его близких, друзей, знакомых, сам наблюдает за ним, стараясь понять черты его характера, темперамент, интересы. Уяснив также ценностные ориентации и социальные установки, следователь как бы входит во внутреннюю жизнь допрашиваемого и добивается создания атмосферы доверия и откровенности на допросе. Этот прием предусматривает” двойную адаптацию, т. е. с одной стороны, следователь сам приспосабливается к ситуации допроса данного лица, а с другой, - приспосабливает к
условиям допроса допрашиваемого. Такая

120

организация взаимодействия следователя с допрашиваемым устраняет отрицательные и нежелательные моменты в их отношениях.

Использование положительных свойств личности допрашиваемого. Во

многих случаях большую пользу приносит обращение следователя к положительным качествам потерпевшего, который дает ложные показания. Интерес каждого человека к собственной персоне является универсальным, и поэтому, апеллируя к честности потерпевшего, к заслугам в прошлом, авторитету в коллективе, среди товарищей, семейному и служебному положению, его можно побудить к даче правдивых показаний на допросе. Если потерпевший боится мести, то следует пробудить в нем чувства достоинства смелости, гарантировать безопасность.

Пресечение лжи. Такой прием применяется тогда, когда нет необходимости давать возможность потерпевшему “развертывать” ложь, когда следователь имеет достоверные данные по поводу обстоятельств, выясняемых во время допроса. В этом случае лживые показания потерпевшего немедленно отклоняется, ложь пресекается в “зародыше” путем предъявления имеющихся доказательств или других средств воздействия. Потеряв надежду на возможность дезинформировать следователя, изобличенный фактами, потерпевший часто переходит от лжи к правде.

Выжидание. В сознании недобросовестного потерпевшего происходит борьба мотивов, одни из которых побуждают к даче ложных показаний, а другие - к правдивости. Борьба противоположных мотивов не прекращается и может возникнуть с новой силой под тактическим воздействием следователя и процесса допроса. Учитывая колебания потерпевшего, следователь, сообщая определенную информацию, умышленно “закладывает” в его сознании основания, обеспечивающие победу полезных мотивов, и затем делает перерыв в допросе, выжидая, пока допрашиваемый сам не откажется от антиобщественных мотивов, побуждавших его к даче ложных показаний. Иногда прием “выжидание” применяется в другом плане: следователь отвергает стремление лгущего к
беседе. При этом потерпевшему напоминается об

121

ответственности, которая наступает за дачу ложных показаний. Таким путем вокруг недобросовестного субъекта создается своеобразный коммуникативный вакуум. Под коммуникативным вакуумом понимается временный тактический отказ следователя вступать в общение с допрашиваемым, выражение неодобрения позиции, занятой потерпевшим, и создание неинформированности его об обстоятельствах дела. У недобросовестного потерпевшего возникает впечатление, что следствие может обойтись и без его “услуг”, что доказательства об обстоятельствах, о которых он не хочет дать правдивые показания, будут выяснены через другие источники. Это психологически приводит к тому, что он, считая разоблачение его лжи неизбежным, проявляет готовность быть откровенным на допросе.

Следует отметить, что следователь может для достижения определенной тактической цели в конкретной ситуации допроса выбрать из всего разнообразия тактических приемов допроса (как допроса потерпевшего, так и допроса свидетеля, обвиняемого (подозреваемого), необходимый тактический прием и использовать его при допросе потерпевшего.

Положительных результатов в ходе допроса потерпевшего позволяет достигнуть использование систем тактических приемов, объединенных одним замыслом (тактических комбинаций). Например, последовательное применение тактических приемов, направленных на установление психологического контакта и снятие напряжения (“настройка”, “беседа”) и информационных приемов (“наглядность”, “перефраза”) позволяет следователю снизить действие психотравмы, помочь адаптироваться потерпевшему и получить достаточно полные и достоверные показания потерпевших непосредственно после совершения преступления, исключив необходимость проведения повторного допроса. Необходимо подчеркнуть, что использование систем тактических приемов объединенных одним замыслом во многом зависит как от ситуации расследования, так и от ситуации связанной с состоянием самого потерпевшего. Определение оптимального набора тактических приемов допроса потерпевшего следователем должно строиться на основе диагностики

122

психических состояний потерпевшего, категории уголовных дел и ситуации расследования. Как верно подчеркивал Р.С.Белкин: “наблюдение за поведением допрашиваемого позволяет опытному следователю судить о его психологическом состоянии, определит пути для установления контакта, выбрать тактический прием допроса, своевременно изменить его направление, определить по его реакции, какие вопросы требуют дополнительной детализации”.

Существенными особенностями характеризуется проведение повторных допросов потерпевших. Потерпевших, как правило, рекомендуется допрашивать как можно скорее после тех событий, о которых им следует давать показания, потому что время отрицательно влияет на сохранение воспринятого в памяти. Вместе, с тем следует учитывать, что допрос потерпевшего, бывает целесообразно отложить на некоторое время после события для того, чтобы они “пришли в себя”, успокоились, если оно очень сильно их взволновало, напугало и т. д.

Показания, даваемые в таком состоянии могут оказаться сбивчивыми, неточными и нечеткими. В таких случаях сразу же после события преступления рекомендуется ограничиться допросом в пределах того, что необходимо для принятия мер к пресечению преступления, предупреждению новых преступлений, выявлению и задержанию виновного и т.д., а затем, через несколько дней, произвести полный допрос (может быть, даже следовало бы принять за общее правило допрашивать потерпевших если их показания относятся к сильно взволновавшему их событию, дважды: сразу после события, а затем через некоторое время).

Если немедленный допрос потерпевшего невозможен (ранение и т.п.), с разрешения врача надо получить от потерпевшего как можно быстрее самые необходимые сведения. Иногда приходится ограничиваться лишь оперативной магнитофонной записью или допросом врача,
беседовавшего или

1 Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств, М, 1966, С. 156

123

присутствовавшего при беседе следователя с потерпевшим, или допросом иного лица, присутствовавшего при такой беседе.

Карнеева Л. Н., Ордынский С. С, Розенблит С. Я. в своей работе указывают, что несмотря на то, что предполагается, что допрашиваемый может что-либо еще вспомнить, повторный допрос допускается лишь в следующих случаях:

а). Когда выявляются новые обстоятельства, которые не были известны следователю во время первого допроса;

б). Когда выявляются противоречия в показаниях с другими имеющимися в деле доказательствами;

в). Когда появляются сомнения в достоверности или правдивости первых показаний данного лица; г). Когда нужна очная ставка.1

Нам представляется, что нет оснований ограничивать следователя в проведении повторного допроса и в случае, если по обстоятельствам дела видно, что допрашиваемый мог наблюдать и воспринять какие-то факты, обстоятельства, но не мог вспомнить их на первом допросе. Процессуальная экономия в ущерб качеству проведения предварительного следствия кажется нам неприемлемой, т.к. при этом будет нарушено процессуальное требование полноты и всесторонности расследования.

Бывает и так, что допрашиваемый не может ответить на какой-то вопрос в начале допроса, а потом сам вспоминает ответ на него. Поэтому в конце допроса, перед составлением протокола, еще раз рекомендуется повторить те вопросы, которые остались в ходе допроса без ответа. Если допрашиваемый в конце допроса или на повторном допросе сообщит о таких обстоятельствах, которые он не смог припомнить, когда ему в первый раз был задан относящийся к ним вопрос, то следователю нужно подумать и проверить: не является ли такое “освежение” памяти результатом внушения со стороны

1 Корнеева Л.М. Ордынский С.С. Розенблит С.Я. Тактика допроса на предварительном следствии, М., 1958.

124

следователя, других участников процесса или посторонних лиц. Но огульно проявлять недоверие к таким фактам припоминания нельзя.

Проведение повторного допроса можно рекомендовать и тогда, когда после первого допроса возникает возможность оказать содействие в восстановлении в памяти допрашиваемого каких-либо фактов. Так можно повторить допрос в случае необходимости на месте происшествия, после предъявления вещественных доказательств, документов, лиц.

Повторный допрос нужно вести в ином плане, чем первый. Очередность задаваемых вопросов и даже форма их должна быть иная, чем на первом. Это значительно затрудняет допрашиваемому воспроизвести точно изложенное на первом допросе показание и заставить его концентрировать внимание на припоминании оригинальных восприятий. Для того, чтобы было меньше посторонних влияний на повторное показание, следует предупредить добросовестного допрашиваемого о том, чтобы он никому не рассказывал, что было на допросе, ни с кем не делился впечатлениями. На повторном допросе следует прежде всего спрашивать допрашиваемого, с кем, когда и где он разговаривал после первого допроса об интересующих следствие фактах, по возможности точно нужно установить содержание разговора. Когда следователь заранее знает, что в будущем состоится повторный допрос, он может предупредить и об уголовной ответственности по ст. 310 УК РФ за разглашение данных предварительного следствия.

Таким образом, для допроса потерпевшего необходимо применять специальные тактические приемы, обусловленные ситуацией, в которой находился потерпевший в момент посягательства на него, и особенностями формирования его показаний.

Далее рассмотрим эти особенности применительно к конкретным категориям уголовных дел.

125

3.2. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам об изнасилованиях.

Механизм формирования показаний потерпевших по делам об изнасилованиях имеет ряд существенных особенностей. Учет этих особенностей при проведении допроса потерпевших по данной категории уголовных дел может существенно повысить качество получаемых от потерпевших показаний, а также оказать помощь в процессе анализа и оценки полученных показаний. Особенности эти связаны с объективными и субъективными условиями формирования показаний.

К объективным условиям формирования показаний потерпевших относятся место и время совершения преступления, динамика преступного посягательства и др. В этих условиях качество восприятия и запоминания в частности, зависит от освещенности, которая связана со временем и местом совершения преступления.

Типичные места, где совершаются изнасилования, можно разделить на две группы:

а) С относительно плохими объективными условиями восприятия события преступления. К ним относятся безлюдные, плохо освещенные участки местности, выбранные преступником для совершения преступления на открытой местности: парки,
скверы,

пустыри - в городах, лесополосы - в сельской местности. При совершении преступления в помещении - подъезды, чердаки, подвалы, лестничные клетки, лифты, хозяйственные постройки и т.д. Такие преступления, как правило, совершаются в вечерние часы или ночью. Эти места обычно выбирают незнакомые или
мало

знакомые потерпевшим лица. Такие условия могут повлиять на восприятие и запоминание события преступления, но искажения в восприятии часто бывают незначительными. Типичными являются ошибки в описании мелких деталей внешности преступника, особенно если преступник сознательно маскирует свою внешность и одежду.

126

b) С относительно хорошими объективными условиями восприятия события преступления. Это бывает, когда изнасилование совершено в жилых помещениях, принадлежащих насильнику, либо его знакомым. Такие изнасилования обычно совершаются лицами знакомыми с потерпевшими и мало связаны со временем суток. Если формирование показаний потерпевших проходило в подобных условиях и действие субъективных факторов было незначительным, то ошибки при восприятии события преступления отсутствуют и материал показаний, как правило, не содержит искажений.

Однако в большей степени на формирование показаний потерпевших влияют субъективные факторы. Они, прежде всего, зависят от личностных особенностей потерпевшей и интенсивности физического и психического воздействия (насилия), применяемого к ней в ходе совершения преступного посягательства. Все изнасилования, по данному критерию, подразделяют на следующие группы:

? к потерпевшим применялось физическое насилие; ? ? к потерпевшим применялось психическое насилие; ? ? к потерпевшим применялось комбинированное насилие
(психическое и физическое); ? ? потерпевшие находились в беспомощном состоянии1, и насилие
не применялось2 ? У каждой из выше названых групп потерпевших механизм формирования показаний имеет существенные особенности, обусловленные различиями в субъективных факторах, под действием которых формируются показания потерпевших.

Большую общественную опасность представляют изнасилования, совершаемые с применением физического насилия. Изнасилования, совершаемые

1 Принято выделять состояние “физической” и психической беспомощности. Состояние “физической” беспомощности устанавливается следователем. Заключение о состоянии психической беспомощности дает эксперт судебный психолог в рамках назначаемой по делу судебно-психологической экспертизы потерпевших. Состояние психической беспомощности обуславливается конкретной ситуацией, предшествовавшей преступлению и сопутствующей ему, комплексом индивидуально-психических особенностей потерпевших и психологическими состояниями, связанными с ситуацией преступления.

2 Криминалистика, Учебник под ред. Хмырова АЛ, Зеленского В.Д, Краснодар, 1998, С. 417

127

исключительно с применением физического насилия, как правило, совершают лица с психическими аномалиями, а так же лица, отбывавшие наказание за изнасилование. Для данной разновидности преступных посягательств характерна высокая интенсивность насильственных действий, нередки случаи садистских действий в отношении потерпевших. В качестве иллюстрации приведем пример из практики: “В ночь на 23 июня 1998 г. Ларин, ранее отбывавший наказание за изнасилование, в состоянии алкогольного опьянения в заброшенном саду напал на П., избил ее
и угрожая убийством, изнасиловал, после чего, удерживая потерпевшую на земле и вновь угрожая расправой, совершил с
ней насильственные действия сексуального характера”.1 Физическое насилие обычно выражается в формах избиения, удушения, связывания,
борьбы с жертвой. Физическое насилие призвано запугать, сломить сопротивление жертвы, оно, как правило, осуществляется до момента, когда жертва перестает оказывать активное сопротивление. Основным
фактором, оказывающим влияние на процесс формирования показаний в таких случаях, является вызванная физическим насилием над потерпевшей боль. Влияние боли на процесс формирования показаний неоднозначно, так как в ряде случаев болевые ощущения мобилизуют чувствительность анализаторов, что благотворно влияет на полноту, точность и объем воспринятой и запечатленной информации. Противоположно влияют на восприятие и формирование показаний потерпевших тяжкие телесные повреждения, в частности, сотрясения мозга различной степени тяжести, контузии или ушибы мозга, стрессовые и
иные душевные страдания потерпевших, обусловленные испытываемой
болью. В сочетании с сильным стрессом, вызванным преступлением, это приводит к более или менее кратковременным нарушениям сознания, либо потере сознания потерпевшими на незначительный период времени. Существует и подмеченная
учеными взаимосвязь между переживаемыми эмоциями и восприятием болевых ощущений. Так, чувство боли усиливается при состоянии страха,
субъективное переживание боли становится более ощутимым.

1 Бюллетень Верховного Суда РФ, №11, 2001, С. 10

128

Психическое насилие, применяемое при изнасиловании, как правило, выражается в угрозах причинения смерти или тяжкого вреда
здоровью потерпевших, либо их детям, близким родственникам,
судьба которых небезразлична потерпевшим. Психическое насилие, в этих случаях, применяется с целью сломить волю потерпевшей к сопротивлению, подчиниться воле насильника. Для подтверждения реальности своих угроз преступники часто применяют оружие, либо иные предметы, приспособленные в качестве оружия. Механизм формирования показаний в подобных ситуациях обусловлен такими факторами, как стрессовые состояния, испуг, страх, вызванные преступным посягательством. Для изнасилований, совершаемых с
применением психического насилия наиболее характерна астеническая форма страха, при которой парализуется воля потерпевших к
сопротивлению. “Развитию астенической формы страха у потерпевших способствуют не только угрозы преступника и интенсивность его действий, но и сама обстановка нападения, его внезапность, грубое, бесцеремонное обращение, что порождает состояние растерянности, отчаяния, безысходности и обреченности”. В таком состоянии потерпевшие часто преувеличивают опасность преступного посягательства. В показаниях потерпевших, сформировавшихся в таких условиях, общественная опасность совершенного в отношении них преступления
нередко преувеличивается, что является результатом добросовестного заблуждения со стороны потерпевших. Обычно повторный допрос, проведенный через определенный промежуток времени, позволяет существенно улучшить показания потерпевших в сторону большей полноты и достоверности.

При применении психического насилия иногда возникает и состояние стенического боевого возбуждения или стеническая форма страха, при которых потерпевшие начинают оказывать активное сопротивление насильнику. При таких реакциях качество восприятия существенно ухудшается, т.к. основные силы (и направленность внимания) нацелены на борьбу с насильником. Во многом возникновение таких реакций, как стеническое боевое возбуждение и стеническая

Центров Е.Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. М., С. 105

129

форма страха, обусловлено личностными особенностями потерпевших. Насильнику в таком случае или приходиться отказаться от совершения преступления или перейти к применению физического насилия, т.е. осуществить комбинированное насилие в отношении потерпевшей.

В случае применения в отношении потерпевших комбинированного насилия, оно, как правило, применяется по возрастающей - от

психического насилия до применения грубого физического насилия. Во многом такая последовательность является результатом реакции на действия потерпевших, направленных на защиту от преступных посягательств. Замечено, что интенсивность физического и психического насилия в отношении потерпевшей, с которой преступник был знаком длительное время до совершения преступления, как правило, невелика, но постепенно, в процессе совершения преступления, она может возрастать. В случае комбинированного насилия, если они не были знакомы, потерпевшие достаточно хорошо воспринимают лица преступников, совершающих изнасилование и начальный период преступного посягательства (т.к. к ним применяется психическое насилие) и значительно хуже воспринимают и воспроизводят в своих показаниях дальнейшее развитие события преступления (т. к. изменяется характер насилия, и соответственно возрастает интенсивность действий потерпевшего, направленных на защиту от преступного посягательства).

В тех случаях, когда потерпевшая находится в беспомощном состоянии, насилие, как правило, не применяется, т к потерпевшая не оказывает сопротивления насильнику. Беспомощное состояние

потерпевших обычно является результатом алкогольного или

наркотического опьянения. Как правило, беспомощное
состояние

потерпевших характерно для средней степени опьянения. Результатом средней степени опьянения является фрагментарность и нестойкость восприятия, поскольку глубокое нарушение психических функций (сознание затуманивается, переходя в состояние оглушености) приводит к тому, что потерпевшие становятся безразличными к окружающей их обстановке. В таких

130

случаях происходит образование ложных ассоциативных связей между фрагментами события (смешение действий, людей, событий). В этих случаях потерпевшие, как было отмечено выше, могут включить в число насильников лиц, которые не участвовали в совершении деяния, но были замечены потерпевшими в начале опьяненного состояния.1 Типичные дефекты показаний при средней степени опьянения: обобщенность и отсутствие детализации, неточное описание внешности виновных лиц, указание неверных особых примет посягавших, потерпевшие смешивают и искажают события и действия.

Значительно реже причиной беспомощного состояния по делам об изнасилованиях становиться обморочное состояние потерпевших. Обычно обморок является реакцией на действия преступников, вызванной сильными эмоциями либо болевым шоком. Обморочное состояние существенно ухудшает восприятие события преступления. Объем информации, воспринятой и запечатленной потерпевшей, о преступнике и событии преступления зависит от того, в какой момент преступного посягательства наступил обморок (в начале преступного посягательства или же нет). В том случае, если потерпевшая находилась в обморочном состоянии, необходимо выяснить: в какой момент преступного посягательства наступило данное состояние, чем оно было вызвано. Выяснение момента наступления обморочного состояния позволит следователю оценить полноту и достоверность показаний потерпевшей.

При изнасиловании, совершаемом группой лиц, отмечается более высокая интенсивность насильственных действий (особенно, в случаях совершения изнасилования группой несовершеннолетних преступников) по сравнению с изнасилованиями, совершаемыми одним преступником.

Типичной ошибкой восприятия потерпевшими данной разновидност и

изнасилований является неверное запечатление количества преступников, роли каждого из них при совершении преступления (часто в показаниях встречаются формулировки “все насиловали”, без указания роли каждого). Нередки случаи оговора потерпевшими невиновных лиц. Основное внимание
следователя в

1 Центров Е.Е. Там же. С. 121

131

подобной ситуации должно быть сосредоточено на выяснении роли и степени виновности каждого преступника. По данной разновидности изнасилований на потерпевших часто оказывается различного рода влияние со стороны заинтересованных в исходе дела лиц (угроза мести, распространения порочащих сведений, подкуп, обещание жениться и т. д.) с целью принудить их к даче ложных показаний. Поэтому следователю необходимо выяснять, не предпринимались ли попытки воздействия на потерпевших, в чем это воздействие выражалось, и своевременно их устранять.

Причиной изнасилований часто становиться виктимное поведение потерпевших (элементы легкомыслия, распущенности в их поведении), непонимание социального смысла совершаемых с ними действий. В таких случаях потерпевшие неохотно дают показания, нередко отказываются от ранее данных показаний. При анализе их показаний необходимо учитывать, что, пытаясь представить себя в более выгодном свете, они склонны давать неточные, искаженные показания, стремясь умолчать об отдельных сторонах своего поведения.

Типичными следственными ситуациями по делам об изнасилованиях являются:

1) Потерпевшей известна личность насильника или установление

заподозренного лица не представляет трудностей, так как имеющиеся

данные значительно облегчают его розыск. Допрос потерпевшей в данной следственной ситуации первоначального этапа расследования особых трудностей не представляет, Целью допроса является как можно более детальная фиксация показаний потерпевшей. Данное требование обусловлено частно-публичным характером дел об изнасиловании. Следователю необходимо учитывать, что в данной следственной ситуации потерпевшие, знакомые с насильником, нередко дав на первоначальном допросе изобличающие преступника показания, в дальнейшем могут попытаться отказаться от них, либо изменить раннее данные показания. Мотивами таких действий со стороны потерпевших могут являться жалость по отношению к знакомому лицу, совершившему изнасилование, его близким родственникам, материальная или иная заинтересованность (обещание

132

жениться, подкуп потерпевшей); нежелание потерпевшей принимать участие в судебном заседании, где могут публично обсуждаться подробности ее частной жизни. Детальное закрепление первоначальных показаний существенно затрудняет для потерпевшей отказ от них в дальнейшем на предварительном следствии и судебном заседании. В случае необходимости следователю не липшим будет напомнить потерпевшей об ответственности за заведомо ложный донос. Во многих случаях подобное напоминание позволяет устранить оказанное на потерпевшую внепроцессуальное воздействие со стороны заинтересованных в исходе дела лиц. Требование детализации показаний по данной категории дел также во многом обусловлено эмоциональным состоянием потерпевшей после изнасилования. Показания потерпевшей как правило носят сумбурный характер, нередко спутаны, что вызвано состоянием дискомфорта, испытываемым потерпевшей при сообщении об изнасиловании постороннему лицу (следователю). Поэтому детализация показаний в ходе первоначального допроса позволяет в дальнейшем уменьшить количество следственных действий, в которых будет принимать участие потерпевшая, избежать проведения повторных допросов. Подобную информацию полезно сообщить потерпевшей, т.к. по делам об изнасилованиях нередки случаи, когда потерпевшие уклоняются от участия в повторных допросах и иных необходимых следственных действиях, считая такое участие недостаточно обоснованным.

2) Личность насильника потерпевшей неизвестна и его розыск затруднителен. Проведение допроса потерпевшей в данной следственной ситуации отличается высокой степенью сложности. Основной целью допроса является получение достоверных данных о личности насильника, его особых приметах, позволяющих незамедлительно организовать его розыск. Как правило, потерпевшая находится в состоянии сильного эмоционального возбуждения, обусловленного совершенным изнасилованием, и поэтому следователю необходимо реально оценивать возможность получения от потерпевшей, находящейся в постстрессовом состоянии, полных и достоверных показаний. В случае необходимости следователь может ограничиться кратким допросом, получив от потерпевшей данные о приметах преступника,

133

необходимых для проведения его розыска, и через несколько дней провести повторный детальный допрос потерпевшей, в ходе которого им могут быть использованы данные, полученные в ходе осмотра места преступления и результаты проведенных по делу экспертных исследований. Весьма полезными при поведении допроса в данной следственной ситуации могут оказаться тактические приемы направленные на эмоциональное воздействие на потерпевшую, например такие, как “беседа”, “снятие напряжения” и др.

Наиболее часто по делам об изнасиловании применяются адаптивные (приспосабливающие) приемы, направленные на снятие эмоционального напряжения, снижение действия психотравмы, вызванной преступлением, приведение потерпевшей в состояние, в котором она способна дать полные, достоверные и объективные показания о событии преступления. Из числа наиболее эффективных тактических приемов допроса этой группы могут быть: “беседа”, “снятие напряжения”, “настройка”.

Использование приемов “беседа” и “настройка” позволяет следователю установить психологический контакт с потерпевшей, убедить ее в заинтересованности правоохранительных органов в лице следователя в установлении истины по делу, изобличении виновных лиц, охране законных прав и интересов потерпевшей. Эти приемы, позволяя наладить деловое коммуникативное взаимодействие между следователем и потерпевшей, оказывают помощь потерпевшей в воспроизведении данных о ее интимной жизни, обстоятельств изнасилования, описать приметы лиц, совершивших преступление. При воспроизведении в ходе допроса материала показаний, посвященного наиболее психотравмирующих моментов изнасилования, потерпевшая может быть крайне эмоционально возбуждена. В таких ситуациях следователю желательно активно применять тактический прием “снятие напряжения”, обеспечивающий снижение эмоционального возбуждения потерпевшей, затрудняющего получение от нее достоверных и полных показаний. В качестве эффективного средства диагностики эмоционального состояния потерпевшей в ходе допроса следует назвать наблюдение

134

за поведением потерпевшей., которое “в целом дает возможность
правильно “прочесть” ее чувства”.1

3.3. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о грабежах и разбойных

нападениях.

Грабежи и разбойные нападения составляют значительный объем в ряду преступлений, расследуемых органами внутренних дел. Их доля последние десять лет из года в год составляет около 1/10 от общего числа зарегистрированных преступлений, уступая первенство только совершаемым кражам, составляющим порядка 1/2 от общего числа
ежегодно

зарегистрированных преступлений. В то же время, очевидно, что грабежи и разбойные нападения существенно превосходят последние по степени общественной опасности деяния в силу того, что посягают не только на имущественные права граждан, но также и на их жизнь и здоровье. Однако, раскрываемость грабежей и разбойных нападений остается достаточно низкой и составляет в разные годы 45-48% для грабежей и 57-59% для разбоев соответственно. Это обусловлено целым рядом причин. В качестве одной из них может быть названо недостаточное использование работниками правоохранительных органов возможностей получения данных о событии преступления и лицах его совершивших от потерпевшего. Эти данные могут быть получены посредством проведения успешного допроса потерпевшего. Успешному достижению данной цели, по мнению диссертанта может способствовать использование в практической деятельности

правоохранительных органов приведенных ниже рекомендаций.

По характеру совершения и по особенностям формирования показаний потерпевших грабежи и разбойные нападения - это такой вид преступлений, которые имеют множество разновидностей. Учет особенностей каждой разновидности грабежей и разбоев при
допросе потерпевшего является

1 Якобсон П.М. Психология чувств, М, 1958, С. 149

135

условием избрания правильной тактики допроса и соответственно основой получения более полных и достоверных показаний. Но важно выделить и общие характеристики, присущие всем видам грабежей и разбоев.

Грабежи и разбои, как правило, совершаются вечером, в темное время суток на открытой безлюдной местности, либо в условиях плохой освещенности, в сумерках. Но грабежи с использованием фактора внезапности иногда совершаются и днем. Преступник сознательно выбирает такие условия, при которых жертва грабежа не могла бы его опознать, а так же не могла бы позвать на помощь.

По механизму совершения грабежи и разбои весьма разнообразны, но в целом характеризуются высоким темпом совершения преступных действий. Таким образом, скоротечность нападения является тем фактором, который затрудняет качественное и объективное восприятие события преступления. Для данных преступлений также характерно использование преступником маскировки с целью скрыть лицо и особые приметы. Отметим, что интенсивность действий преступника при грабеже часто бывает более высокой, чем при разбое - особенно это характерно для грабежей, совершаемых без применения насилия с использованием фактора внезапности (вырывание сумок, срывание меховых шапок, золотых цепочек и т.д.) При этом из-за кратковременности восприятия и скоротечности самого события потерпевший, зачастую, не в состоянии подробно описать внешность преступника. В показаниях потерпевшего могут наблюдаться существенные пробелы. В то же время восприятие фигуры преступника, особенностей его моторики, верхней одежды, особенностей речи могут быть вполне объективными.

Каждая разновидность грабежей и разбоев имеет свои особенности, которые оказывают существенное влияние на процесс
восприятия и формирования показаний. По особенностям
формирования показаний выделяют следующие разновидности грабежей и разбоев: а) С использованием фактора внезапности, без применения насилия.

136

b) Нападения на открытой местности с применением насилия или с угрозой применения насилия. c) d) Нападения на граждан в жилых помещениях, с проникновением в эти помещения под каким либо предлогом, либо с применением насилия. e) f) Нападения, совершаемые в помещениях торговых предприятий, финансовых учреждений, и других государственных или частных учреждений. g) h) Нападения на граждан в подвижном составе железнодорожного, водного и иного транспорта. i) j) Нападения на водителей такси с целью завладения их выручкой либо автомобилем. k) l) Нападения на водителей, осуществляющих международные или междугородние автомобильные перевозки с целью завладения грузом и автомобилем. m) Рассмотрим подробнее особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по некоторым видам грабежей и разбойных нападений, наиболее часто встречающимся в следственной практике.

Анализ следственной практики по делам о грабежах показывает, что наиболее значительное их количество возбуждается по фактам грабежей, совершенных с использованием фактора внезапности, а так же грабежей, совершенных на открытой местности с применением насилия или с угрозой применения насилия. Имея в виду эту закономерность, распространенность этой разновидности грабежей и значение для расследования полученных данных, руководствуясь целью использования результатов в практической деятельности правоохранительных органов, при рассмотрении особенностей механизма формирования показаний потерпевшего, а равно определения оптимальной тактики допроса по таким делам представляется важным в рамках настоящего исследования, основное внимание уделить рассмотрению именно этих разновидностей грабежей.

137

Ненасильственный грабеж1 с использованием фактора внезапности совершается обычно в вечернее время, а иногда и днем. Объективные условия восприятия события могут соответственно варьироваться от очень плохих до нормальных. Характерная этим деяниям очень высокая
интенсивность преступных действий влияет на восприятие
потерпевшим внешности преступника. Черты лица, особые приметы могут быть запечатлены очень плохо. Хорошо воспринимается верхняя одежда, особенности походки, т.к. часто в случае совершения подобных преступлений потерпевший сам пытается задержать преступника, догнать
его. Данный вид грабежей очень часто совершается
несовершеннолетними, а также лицами систематически употребляющими наркотические вещества и находящимися в
состоянии наркотической абстиненции (ломки) с целью получения средств на покупку наркотиков. Поэтому следователю необходимо выяснить у
потерпевшего, совершил ли данное преступление
несовершеннолетний или взрослый преступник, не было ли каких-либо особенностей в его поведении. Часто такое сужение круга подозреваемых, может существенно облегчить расследование преступления и
изобличение преступника. Наряду с выяснением примет преступника, основное внимание следует сосредоточить и на уточнении примет похищенного. Потерпевшие по таким делам часто хорошо помнят приметы похищенных вещей, хотя описывают их слишком кратко. Задачей
же следователя при расследовании дел данной категории является выяснение индивидуальных признаков похищенного. Следователю следует сосредоточить на этом особое внимание, т.к. оперативное
получение ориентирующей информации может существенно повысить вероятность раскрытия данного преступления. Поэтому подробное описание похищенного имущества является крайне необходимым.
Действие субъективных факторов формирования показаний при
такой разновидности грабежей ограничено. Обычно оно

1 Под термином “ненасильственный грабеж” следует понимать грабеж, совершаемый с использованием фактора внезапности, без применения насилия. Следует, однако подчеркнуть, что отсутствие физического насилия при данном виде грабежей, не исключает применение в отношении потерпевшего психического насилия, часто в форме угрозы физического насилия, даже в том случае, когда эта угроза не вербализована.

138

выражается в различных фрустрационных состояниях, вызванных внезапностью нападения, которые мало оказывают о влияние на формирование показаний. Таким образом, при допросе потерпевшего по данной категории дел основными задачами являются: выяснение условий восприятия события преступления и, если условия восприятия были неблагоприятными, -компенсация их при помощи уточняющих вопросов - о возрасте преступника, его одежде, особых приметах, особенностях моторики и речи и т.д. В силу того, что данный вид преступлений часто совершается без предварительной подготовки, а жертва выбирается случайным образом, потерпевший и лицо, совершившее преступление, как правило, не знакомы и получение от потерпевшего полных данных о личности преступника маловероятно.

Грабежи и разбои, совершаемые на открытой местности с применением угроз и насилия обычно совершаются группой, что во многом и определяет объективные закономерности формирования показаний. Зачастую потерпевшие затрудняются точно назвать количество нападавших на них лиц, вследствие стрессового состояния, вызванного совершенным в отношении них преступлением. При этом необходимо отметить, что преступники сознательно выбирают место и время нападения с целью затруднить их последующее обнаружение и опознание. Нападения обычно совершаются на открытой, плохо освещенной местности, либо в подъездах, на лестничных площадках и т.д. Процесс формирования показаний потерпевших по данной разновидности грабежей имеет существенные особенности по сравнению с другими видами грабежей. Но необходимость предъявления требования о передаче денежных средств и иных ценностей вынуждает преступников вступать в непосредственный контакт с потерпевшим. При этом потерпевший может запомнить внешность, черты лица, особые приметы нападавших, особенности голоса, моторики и описать их в своих показаниях. Наиболее типичной ошибкой в показаниях потерпевших является ошибка в изложении количества нападавших. Для улучшения качества материала показаний можно порекомендовать потерпевшему подробно описать механизм
совершения

139

преступления: в какой последовательности совершался грабеж, кто и в какой момент нападения совершал какие действия.

Непосредственно после совершения грабежа потерпевший склонен давать сумбурные, путанные показания, может опускать в изложении важные детали. Это бывает вызвано постстресовым состоянием, обидой, унижением, страхом, гневом, яростью по отношению к лицам, совершившим грабеж, желанием отомстить. При этом состоянии потерпевший часто склонен преувеличивать общественную опасность нападения, сознательно или бессознательно искажая материал показаний.
Нередки случаи, когда под влиянием показаний потерпевшего,
следователь квалифицирует деяние, как разбой, хотя в действительности имел место грабеж. Это необходимо учитывать при принятии заявления о совершенном преступлении и проведении
первого допроса потерпевшего. Следователю необходимо оценить эмоциональное состояние потерпевшего. Если потерпевший возбужден, напуган, испытывает сильные эмоции, вызванные преступлением, необходимо предоставить потерпевшему возможность успокоиться. В случае необходимости рекомендуется отложить проведение допроса (от 3 часов до 2 дней в зависимости от эмоционального состояния
потерпевшего). При проведении допроса рекомендуется использование такого тактического приема, как замедленный темп допроса (особенно в том случае, если допрос проводиться непосредственно после совершения преступления). Его применение обусловлено
необходимостью частичного снятия или полного устранения
волнения потерпевшего, вызванного преступлением, и приводит к
рациональной оценке события преступления потерпевшим. При этом потерпевший способен четко и подробно воспроизвести фактический
материал в своих показаниях. При анализе материала показаний и квалификации противоправного деяния, в том случае, когда
потерпевшему был причинен физический вред здоровью, следует опираться на данные медицинского освидетельствования. Некоторые
из потерпевших в силу нервного потрясения, вызванного
преступлением, воспринимают картину события в искаженном виде. Потерпевшему иногда

140

кажется, что преступников было больше, чем на самом деле, что это были люди “огромного роста”, “со звериными лицами” и т.д. Поэтому следователь должен критически относиться к информации, получаемой от потерпевших, и тщательно перепроверять ее, сопоставляя с другими доказательствами. У потерпевшего необходимо выяснить следующие факты: характер применявшегося насилия (психическое, физическое или комбинированное); использовалось ли грабителями при нападении оружие и если использовалось, то какое; применялась ли преступниками маскировка и какая именно (способ маскировки внешности); подлежат выяснению приметы скрывшихся преступников, количество нападавших, их действия.

В отличие от большинства иных видов уличных преступлений, успешные вооруженные ограбления никогда не являются для потерпевших тайными. Они требуют от правонарушителей непосредственного противостояния предполагаемым жертвам. По наблюдениям Дэвида Лакенбила в вооруженном ограблении есть компонент взаимодействия: закономерное психическое состояние, обусловленное противодействием потерпевшего действиям преступника. Психическое и физическое насилие, применяемое к потерпевшим при грабеже, становиться тем фактором, который побуждает потерпевших подчиняться преступникам, а так же одновременно определяет и весь процесс формирования показаний потерпевшего о событии преступления.

Важно разработать ясное понимание психологической стратегии используемой грабителями, с целью заставить жертву сотрудничать. Такая информация позволяет гражданам понять, как наилучшим образом действовать и противодействовать, если они станут жертвами грабежа. Это также может позволить работникам правоохранительных органов лучше оценить цели правонарушителей и их намерения в ходе ограбления, вычленить искажения и преувеличения в показаниях потерпевших о событии преступления, правильно квалифицировать совершенное деяние и виновность лица его совершившего, и

1 Криминалистика учебник под ред А.Г. Филипова и А.Ф. Волынского М, 1998, С. 392

2 LuckenbillD. Generating Compliance: The Case of Robbery. Urban Life 10-2546, 1981, P. 25

141

вместе с тем позволяет осуществлять более успешную
превенцию преступлений данного вида.

С целью определения особенностей механизма формирования показаний по делам о грабежах рассмотрим поэтапно механизм совершения преступлений данного вида. Знание закономерностей формирования показаний потерпевших по данной категории дел могут быть успешно использованы следователем при проведении допроса потерпевшего в целях детального установления механизма и обстановки совершения преступления. В случаях, когда потерпевший в силу чрезмерного эмоционального возбуждения или растерянности испытывает затруднения в изложении последовательности действий при совершении преступниками грабежа или разбоя обобщенное четкое представление о стадиях совершения этих преступлений могут быть использовано следователем в качестве примерного плана, на основе которого потерпевший может связно изложить свои показания о событии преступления и лицах его совершивших. При этом следователем могут быть использованы тактические приемы эмоционального воздействия на потерпевшего, а также приемы, позволяющие оказать потерпевшему помощь в адекватной вербализации его показаний. Практически в любом грабеже или разбойном нападении можно выделит четыре стадии:

• Приближение к жертве; • • Предъявление требований; • • Передача ценностей; • • Осуществление бегства. • Каждая из выше названых стадий с точки зрения механизма формирования показаний характеризуется существенными особенностями, имеющими значение для тактики допроса.

Приближение (подход) к жертве. Для того, чтобы преуспеть, грабители должны управлять правонарушением с самого начала. Они немедленно должны создать себе благоприятное положение, не оставляющее предполагаемой жертве возможности для несогласия. Это обычно выполняется посредством

142

создания иллюзии предстоящей смерти потерпевшего. Американские ученые Ричард Райт и Скот Декер, проводившие психологическое исследование насильственной преступности на примере вооруженных ограблений, отмечали следующее: “Само ограбление является иллюзией, вот что это такое. Человек, которому приставили пистолет к голове, никогда не умирал, он не знает как это чувствовать, но иллюзия смерти заставляет его делать, то что вы хотите, чтобы он делал. Действующие вооруженные грабители, которых мы опросили, обычно заставляют предполагаемые жертвы сотрудничать посредством создания убедительной иллюзии предстоящей смерти. Целью их должно быть поддержание такой иллюзии столько, сколько возможно без необходимости воплощения угроз. И это легче сказать, чем сделать.”1

Большую часть создания такой иллюзии составляет необходимость застигнуть потенциальную жертву беззащитной; элемент внезапности исключает для жертвы возможность противостояния. Именно с этого момента можно обосновано вести речь о формировании показаний потерпевшего. Эффект неожиданности и внезапности нападения незамедлительно вызывает у потерпевшего фрустрационное состояние, обусловленное не адекватным пониманием ситуации. Возникающее у потерпевшего подозрение о том, что возможно в отношении него будет совершен грабеж, вынуждает потерпевшего попытаться верно оценить происходящее. Однако, на данной стадии событие еще не оценивается потерпевшим как преступление, и в силу этого значительное количество воспринятых данных о преступнике оказывается утраченным. Это, как правило, обусловлено отсутствием целенаправленного восприятия события преступления со стороны потерпевшего. Нередко, потерпевшие не в состоянии указать откуда появились преступники, сколько их было, осуществляли ли они предварительное наблюдение за ним, выбирая удобный момент и место для нападения именно на него, либо поджидали случайную жертву, которой и оказался потерпевший.

1 Wright R.T. Decker S.H. CtaiingtelBusmcflmps^^ publication

of the Harry Frank Guggenheim Foundation - Crime of Violence, Fall 1997, vol. 2. №. 1, P. 10

143

Правонарушителями применяются два основных метода, чтобы приблизиться к потенциальным жертвам и не будить их подозрения. Первый метод включает использование грабителем различных уловок или высокой скорости при нападении, чтобы подкрасться к потенциальной жертве. Использование различного рода уловок, как правило, необходимо при проникновении в помещение (инсценировка обоснованного повода для проникновения). Второй метод включает в себя “управление нормальным появлением”. Цель правонарушителей в том, чтобы втиснуться в рамки социальных установок, так что жертвы рассматривают их присутствие как нормальное и не угрожающее потенциальным жертвам, и этим самым позволяющее им приблизиться достаточно близко для неожиданного нападения.!

Избрание метода приближения к потенциальной жертве обычно более продиктовано ситуационными показателями, чем индивидуальными идиосинкретическими предпочтениями правонарушителя. В зависимости от ситуации, большинство грабителей готовы использовать высокую скорость, уловки или представление себя, как не представляющего угрозы для потенциальной жертвы, чтобы переместиться на дистанцию, в пределах диапазона которой на жертву ими может успешно оказываться психологическое давление.

Независимо от метода, с помощью которого правонарушители приближаются к потенциальным жертвам, их цель почти неизменна - “установление соприсутствия” с жертвой не выдавая своих намерений. Это не дает потенциальной жертве возможность осознавать опасность и принять меры, чтобы избежать нападения либо оказать активное сопротивление. Подобная обстановка не только более безопасна для правонарушителя, но также позволяет создать для него прочную и устойчивую психологическую позицию, позволяющую заставить жертву безотлагательного сотрудничать с грабителем.

1 Luckenbill D. Указ. соч Р. 29

2 Luckenbill D. Указ. соч Р. 29

144

Таким образом, с точки зрения механизма формирования показаний потерпевших данная стадия является второстепенной, вспомогательной, в силу того, что значение события не осознается потерпевшим (не рассматривается в качестве преступления). Отсутствует присущая целенаправленному восприятию связь между процессами восприятия, осознания (мышления) и запечатления (запоминания). Показания потерпевшего о данной стадии грабежа или разбоя не отличаются особой полнотой, однако, их достоверность не вызывает сомнений, по причине того, указанная эта стадия характеризуется отсутствием влияния на процесс формирования показаний субъективных факторов, отрицательно влияющих на достоверность показаний, таких как отрицательные эмоции и болезненные состояния, порожденных совершением преступления.

Предъявление требований. Бесспорное и ясное объявление жертве о совершаемом в отношении нее преступлении грабители производят лично. С этого момента любое подобие нормальности отношений между жертвой и грабителем будет разрушено; и в дальнейшем, жертва будет действовать и реагировать, осознавая, что совершается ограбление. Таким образом, с этого момента восприятие принимает характер целенаправленного (наблюдение), однако, испуг страх, стрессовое состояние, т.е. весь эмоциональный фон сопутствующий грабежу оказывает отрицательное, искажающее воздействие на показания потерпевшего; все событие преступления и действия преступников осмысливаются и запечатляются потерпевшим гипертрофированно, через призму испытываемых отрицательных эмоций. Джек Катц на основании результатов анонимного опроса 86 грабителей, действовавших в Сент-Луисе, штат Миссури (США), указывает следующее: “Абсолютное большинство правонарушителей, которые мы опросили, рассматривали этот отрезок вооруженного ограбления, как “создающий или прерывающий” момент. Вызовом для них было “драматизировать с бесспорной ясностью, что былая ситуация будет вдруг безвозвратно превращена в преступление”.1 В силу этого

1 Katz J. Seductions of Crime. New York: Basic Books. 1988., P. 176

145

преобразования, грабители стремятся установить превосходство над своей предполагаемой жертвой, и тем самым поместить самих себя в положение, позволяющее устанавливать сроки открытия взаимодействия и его характер (управление жертвой). Большинство грабителей обычно
начинают вооруженные ограбления с требования, которое останавливает потенциальную жертву и вынуждает подчиняться им. Они часто соединяют это требование с однозначным провозглашением своих
грабительских намерений. Такое провозглашение намерений, в
свою очередь, обычно завершается предупреждением о страшных последствиях в случае не исполнения указанных требований. Все вышеуказанные заявления нередко намеренно “смягчаются” грабителями
посредством разъяснения потерпевшим, что их собираются ограбить, а не убить, и убеждения в том, что они не в том положении, чтобы сопротивляться. Захватив начальное управление
взаимодействием, правонарушители затем должны сообщить потерпевшим, что их ожидает. “Как указал один из опрошенных грабителей: “Вы должны говорить с жертвами, чтобы уговорить их сотрудничать. Они не знают что делать, лечь на землю, прыгнуть в угол, или танцевать, все, что угодно”.1 Эта информация обычно сообщается
жертве в форме коротких, четких приказов сопровождаемых бранью и расовыми эпитетами. Как правило, на данной стадии в эмоционально психическом состоянии потерпевшего превалируют различные формы страха, что обусловлено внезапностью нападения и внушением
потерпевшему грабителями, посредством применения психологического насилия, стойкой уверенности в реальности и неотвратимости их угроз. Сильные стрессовые эмоции, и в особенности страх, находит свое
объективное выражение в сужении “круга интересов” потерпевшего,
который, руководствуясь инстинктом самосохранения, замыкается
непосредственно на себя и на источник повышенной опасности, в качестве которого им рассматривается преступник. Преувеличенное чувство опасности в показаниях потерпевшего выражается в преувеличении степени общественной опасности преступления,

1 WrightR.T. Decker S.H. Указ. соч Р. 12

146

завышении характера психического и физического насилия примененного к потерпевшему в ходе совершения грабежа. Подобные искажения в показаниях потерпевших вызваны тем, что последние, при изложении на допросе данных о событии преступления, в процессе припоминания и вербализации переживают события, как бы заново, непроизвольно восстанавливая и включая в свои показания и тот неблагоприятный эмоциональный фон, который сопровождал процесс формирования показаний, что и приводит к неадекватному искаженному изложению событий.

Джек Катц пишет следующее: “Краткость, с которой правонарушители выдают приказы, может быть частично объяснена желанием удержать жертву в неуверенности путем демонстрации зловещей нечувствительности к их ненадежному эмоциональному состоянию. Несомненно, ругательства и расовые оскорбления помогают усилить это впечатление”.1

Почти все правонарушители обычно использовали какое-либо оружие, чтобы заявить свои требования при грабеже. Признано, что демонстрация огнестрельного оружия обычно позволяет избежать необходимости много говорить. “Один из правонарушителей выразил это таким способом: “оружие вроде говорит само за себя”. Большинство и них были уверены, что “большие, безобразные пистолеты” как например, 9мм или 45 калибра были наилучшим оружием чтобы побудить к сотрудничеству. На практике, тем не менее, многие грабители в действительности предпочитали небольшое огнестрельное оружие, поскольку оно лучше подходит для скрытного ношения и им было проще пользоваться.” Как показывает анализ отечественной практики по данной категории уголовных дел, даже минимального оружия было более чем достаточно, чтобы запугать большинство потерпевших и принудить их сотрудничать с грабителями. В подтверждение выше изложенного приведем пример из практики: “1 мая 2001 года около 14 часов, Гузь С. А. умышленно, действуя в составе группы лиц по предварительному сговору совместно с

1 Katz J. Указ. соч., Р. 177

2 Wright R.T. Decker S.H. Указ. соч Р. 13

147

Кушпелевым А. В., с целью открытого хищения чужого имущества, из корыстных побуждений, пришел в частный дом в г. Краснодаре, где, действуя согласовано и по предварительному сговору с Кушпелевым А. В., они нанесли ряд ударов руками, ногами и металлическим совком М., причинив ему телесные повреждения, а именно: сотрясение головного мозга, ушибленную рану мягких тканей головы, после чего, сломив волю к сопротивлению и лишив М. возможности сопротивляться их незаконным действиям, открыто похитили, совместно с Кушпелевым А. В., принадлежащее М. имущество”.1 Во многом подобная ситуация обусловлена и выбором грабителями своей предполагаемой жертвы. Как правило, в качестве жертвы преступники стремятся выбрать физически и психологически более слабых лиц, не способных оказать активное сопротивление и подчиняющихся при применении к ним психического насилия.

Дилемма, которая встает перед грабителями, чрезмерно опирающимися на использование оружия, чтобы породить страх у своей жертвы, состоит в том, что подобная стратегия может сработать слишком хорошо. Джек Катц отмечал, что демонстрация огнестрельного оружия может быть легко понята жертвами неправильно, как преступление более тяжкое, чем ограбление (например, изнасилование, похищение человека, убийство). Преступники, как правило, стремятся избежать такого неправильного понимания ситуации, поскольку оно может оглушить жертву, послужить причиной непонимания предъявленных требований или убедить их, что лишь решительное сопротивление со стороны жертвы представляет единственный шанс для выживания. “Когда вооруженные грабители предупреждают свои жертвы: “Это ограбление, не делайте из него убийство!” - они делают больше, чем передачу заслуживающей доверия смертельной угрозы. Парадоксально, что они также стремятся успокоить жертву, подчинение которой позволяет им не подвергать свои жизни опасности”.3 Очевидно, что необходимо выяснять характер
поведения

1 Архив Ленинского окружного суда г. Краснодара за 2001 г.

2 Kate J. Указ. соч., Р. 180

3 Wright R.T. Decker S.H. Указ. соч Р. 14

148

преступника на данной стадии, что позволяет верно оценить первоначальный умысел грабителя, в особенности в тех случаях, когда применение насилия к потерпевшему шло по возрастающей, что привело к переходу грабежа в разбойное нападение (эксцесс исполнителя). Подобные данные могут быть весьма важны при дифференциации наказания за сходные преступления.

Передача ценностей. Несомненно, наиболее трудным аспектом вооруженного ограбления является управление процессом передачи ценностей. Трудность состоит в том, что правонарушители должны держать жертву под строгим контролем и в то же самое время пытаться убедиться, что они получили все требуемое. Более того, все это должно быть выполнено как можно быстрее. Чем более длительный отрезок времени продолжается грабеж, тем больше возрастает риск для преступника быть обнаруженным прохожими или работниками правоохранительных органов.

Грабители используют две стратегии для управления передачей ценностей. При одной преступник просто приказывает жертве собственноручно передать ценности. При изложении на допросе сведений о данной стадии совершения грабежа следователю необходимо сосредоточить внимание потерпевшего на тщательном изложении всех похищенных у него ценностей, их особых примет, что может оказать помощь в обнаружении и изобличении преступника. Также необходимо проанализировать перечень похищенных предметов для выявления сферы интересов преступника, определения его преступного опыта (похищение только ценностей, не обладающих индивидуализирующими признаками, например, денег). Сделав жертву ответственной за передачу ценностей, грабители могут безраздельно посвятить себя внимательному наблюдению и выявлению признаков опасности. В возложении на жертву ответственноси за передачу ценностей есть, тем не менее, один серьезный недостаток; трудно узнать действительно ли они передали все свои ценности. Сознавая это, многие грабители используют жесткие угрозы и свирепое поведение, чтобы вынудить жертву отказаться от попытки обсчитать их. Некоторые из них, дабы усилить сообщение о том, что

149

попытка утаить что-либо будет весьма рискованной, могут обойтись
с потерпевшими довольно грубо, особенно с теми, которые оказывались в замешательстве или колебались. Но большинство грабителей,
которые позволяют потерпевшим самим передавать свои ценности, просто принимают то, что было им предложено, и успешно скрываются. Это основная стадия грабежа, сердцевина, которая должна быть основе показаний потерпевшего о преступлении. На этой стадии грабежа или разбойного нападения потерпевший психологически и эмоционально
сломлен и полностью подчиняется воле преступника. Воспроизводя этот момент на допросе, потерпевший в своих показаниях стремится реабилитировать себя в глазах следователя, оправдать свое малодушие, и с этой целью, зачастую опуская неприятные для него моменты при изложении показаний. Однако, с точки зрения расследования, это одна из важнейших стадий грабежа или разбойного нападения, неполное освещение которой может существенно затруднить изобличение
лица совершившего преступление. Очевидно, например, что
информация, сообщаемая потерпевшим о похищенном у него
имуществе, настоятельно требует детализации. Для этих целей в ходе допроса используются тактические приемы, направленные на снижение эмоционального напряжения потерпевшего и на припоминание забытого.
Положительный результат при детализация показаний потерпевшего достигается посредством использования замедленного темпа допроса. Вторая стратегия, используемая грабителями для выполнения передачи ценностей - брать ценности у жертв самим без ожидания, того, что будет предложено потерпевшими. Множество грабителей, предпочитали эту стратегию, не позволяя жертвам самим опустошить свои собственные карманы из-за страха, что они могут скрытно носить оружие.

Как уже было отмечено, все стратегии преступления применяются грабителями с намерением, хотя бы частично минимизировать возможность сопротивления жертвы. В целом эти стратегии работают очень хорошо. Тем не менее, почти все, грабители указывают, что они встречали потерпевших, которые стойко отказывались подчиняться
требованиям грабителей.

150

Сталкиваясь с непокорной жертвой, большинство преступников применяют серьезное не летальное насилие в надежде убедить человека сотрудничать. Часто это насилие заключается в нанесении жертве ударов по голове. Насилие, применяемое к потерпевшему при грабежах, как правило, имеет характер не опасного для жизни и здоровья потерпевшего. Поэтому влияние боли и болезненных состояний на формирование показаний потерпевшего не характерно для данного преступления. Исключение составляют случаи, (которые весьма не редки), когда, имея умысел на совершение грабежа, в силу несдержанности или неопытности, преступники применяют насилие, характерное для разбоев, т.е. опасное для жизни и здоровья потерпевшего. Как правило подобная ситуация характерна для преступлений совершаемых наркоманами, несовершеннолетними, а также при групповых преступлениях. При разбоях на данной стадии преступления потерпевшему не редко причиняются тяжкие телесные повреждения в результате чего резко снижается качество формируемых показаний. Потерпевший не может избежать ошибок, вызванных применением насилия и связанных с отрицательным действием боли и болезненных состояний.

В то время, как большинство грабителей предпочитают использовать не летальное насилие, чтобы подчинить сопротивляющиеся жертвы, некоторые из них допускали в прошлом и фатальное насилие в подобных случаях. Такие инциденты - редкость; лишь некоторые из правонарушителей, совершая вооруженное ограбление, намереваются убить или причинить серьезные повреждения жертве. “На самом деле, некоторые из грабителей допускали, что они вероятно откажутся от совершения грабежа, а не будут использовать чрезмерное насилие, чтобы подчинить несговорчивую жертву”.

Должно быть отмечено, что вооруженные грабители, для того, чтобы любым способом добыть немного “легких денег” действуют под интенсивным эмоциональным фоном в момент взаимодействия с жертвой, насквозь пронизанным неопределенностью и опасностью. Любое
предположение,

1 WrightR.T. Decker S.H. Указ. соч Р. 16

151

малейший намек на сопротивление жертвы может спровоцировать некоторых из них на ответное применение смертельного насилия. Один из грабителей, опрошенных в рамках исследования Ричарда Райта и Скота Декера, отмечал: “Когда вы совершаете, что-то подобное (грабеж), вы просто становитесь крайне нервным; вы нажмете на курок в любой момент, если что-нибудь пойдет не так”.

Осуществление бегства. После получения ими ценностей грабителям остается только осуществить успешное бегство. Сделать это, тем не менее, значительно труднее, чем это может казаться. Вплоть до этого момента, грабителям удается удерживать жертву под контролем, создавая убедительную иллюзию предстоящей смерти. Но эксплуатировать эту иллюзию становится чрезвычайно труднее, когда подходит время для грабителя осуществить успешное бегство. Каким образом преступники продолжают управлять жертвами, даже когда становятся физически более удалены них? В целом, преступники могут осуществить успешное бегство одним из двух способов; они могут покинуть место преступления сами или оставаться на месте и заставить жертву убегать. Большинство грабителей сами предпочитают скрываться бегством. Перед этим, однако, они должны убедиться в том, что жертва не попытается следовать за ними или поднять тревогу. Они добиваются этого путем использования словесных угроз нацеленных на то, чтобы растянуть иллюзию предстоящей смерти на достаточно длинный период времени, позволяющий им незаметно скрыться. Некоторые преступники пытаются продлить эту иллюзию на неопределенный отрезок времени, угрожая убить свою жертву если она когда-либо сообщит кому-либо об ограблении. Некоторые вооруженные грабители не довольствуются словесными угрозами, чтобы убедить жертву не преследовать их. Они принимают меры, чтобы сделать это трудным или невозможным для жертвы, тоесть чтобы покинуть место совершения преступления преступники связывают потерпевших или причиняют им телесные повреждения, способные существенно затруднить преследование.
Это может существенно затруднить поиск и поимку

152

преступников по горячим следам, имея в виду значительную удаленность во времени момента обращения потерпевшего в правоохранительные органы от момента совершения преступления. Поэтому следователю в ходе допроса потерпевшего необходимо подробно выяснять, когда было совершено преступление и какой отрезок времени отделяет его от момента обращения потерпевшего в правоохранительные органы.

В то время, как большинство преступников хотят первыми покинуть место преступления, многие из них напротив предпочитают приказывать жертве убегать. Это позволяет грабителям скрыться спокойно и неторопливо, и этим самым уменьшить шансы привлечь внимание к себе. Более того, вынуждая жертву первой покинуть место совершения преступления, преступник имеет возможность скрыться, не беспокоясь о возможном нападении сзади - критическое соображение для преступников, несклонных или неспособных травмировать жертву или лишить ее возможности двигаться до момента бегства. Некоторые грабители указывали, что они вынудили жертву убегать также по психологическим причинам; это демонстрировало продолжение их способности доминировать и управлять ситуацией. Самый ясный пример этого являет собой преступник, который насмехался над своими жертвами, приказывая им покинуть место совершения преступления в унизительных для потерпевшего обстоятельствах.1 В данной ситуации у потерпевшего, как правило, нет возможности запомнить и в дальнейшем указать направление, в котором скрылся преступник, охарактеризовать, как он покинул место совершения преступления, были ли у преступника соучастники, которые, не принимая непосредственного участия в совершении нападения, осуществляли наблюдение за прилегающей территорией в целях уведомления исполнителя в случае возникновения какой-либо опасности для него.

Короче говоря, грабители обычно заставляют сотрудничать потенциальных жертв посредством создания в их сознании убедительной иллюзии предстоящей смерти. Они создают эту иллюзию,
заставая

1 Wright R.Т. Decker S.H. Указ. соч Р. 17

153

потерпевших врасплох, и затем используя жесткую беседу, свирепое поведение и демонстрацию применения оружия, чтобы запугать их и добиться беспрекословного согласия. Цель - поддержать иллюзию столько, сколько возможно без необходимости воплощения угроз. Это легче сказать, чем сделать. Вооруженное ограбление - интерактивное диалоговое событие и по целому ряду причин жертвы могут вести себя иначе, чем ожидалось. Когда это случается, преступники обычно отвечают грубым серьезным, но не летальным, насилием, чтобы привести поведение жертвы в соответствие с их ожиданиями. Лишь некоторые из них желают убить свою жертву, хотя отдельные, несомненно, готовы прибегнуть к смертельному насилию, если это будет необходимо.

Непосредственно после совершения грабежа потерпевший склонен давать сумбурные, путанные показания, может опускать в изложении важные детали. Это бывает вызвано постстресовым состоянием, обидой гневом яростью по отношению к лицам, совершившим грабеж, желанием отомстить. При этом состоянии потерпевший часто склонен преувеличивать общественную опасность нападения, сознательно или бессознательно искажая материал показаний. Нередки случаи, когда под влиянием показаний потерпевшего, следователь квалифицирует деяние как разбой, хотя в действительности имел место насильственный грабеж. В подтверждение сказанного приведем пример из практики: “11 мая 1994 г. приблизительно в 10 часов во исполнение преступной договоренности о хищении чужого имущества Илюк, Сергеев, Савельев, имея при себе пистолет, прибыли на территорию АО “Мое. Фундамент Строй” примерно в 10 час.50 мин. Согласно распределению ролей Илюк для предупреждения об опасности остался поблизости от места предполагаемого нападения, а Сергеев и Савельев надели на головы маски и напали на кассира АО Топольскую и водителя Юдина, потребовав сумку с деньгами, при этом Сергеев произвел в их сторону 2 выстрела. Подавив таким образом волю потерпевших к сопротивлению, Сергеев вырвал из рук Юдина

154

сумку с деньгами и все трое с места происшествия скрылись”1. Судом первой инстанции данное деяние, на основании показаний
потерпевших, было квалифицировано как разбой. Верховный суд пересмотрел приговор, верно квалифицировав деяние, как грабеж.
Очевидно, что указанные ошибки в квалификации деяния были обусловлены высоко эмоциональными показаниями потерпевших о
событии преступления, в которых степень и характер общественной
опасности совершенного деяния был ими неумышленно значительно завышен. Это необходимо учитывать при принятии заявления о совершенном преступлении и проведении первого допроса потерпевшего. Следователю необходимо оценить эмоциональное состояние потерпевшего. Если потерпевший возбужден, испытывает сильные эмоции,
вызванные преступлением, необходимо предоставить потерпевшему
возможность успокоиться. В случае необходимости рекомендуется отложить проведение допроса (от 3 часов до 2 дней в зависимости от эмоционального состояния потерпевшего). При проведении допроса рекомендуется использование такого тактического приема, как замедленный темп допроса (особенно в том случае, если допрос проводиться непосредственно после совершения преступления). Его применение обусловлено необходимостью частичного снятия или полного устранения волнения потерпевшего, вызванного преступлением, и приводит к рациональной оценке события преступления
потерпевшим. При этом потерпевший способен четко и подробно воспроизвести фактический материал в своих показаниях. При анализе
материала показаний и квалификации противоправного деяния, в том случае если потерпевшему был причинен физический вред здоровью,
следует опираться на данные медицинского освидетельствования. Некоторые из потерпевших в силу нервного потрясения, вызванного преступлением, воспринимают картину события в искаженном виде. Потерпевшему иногда кажется, что преступников было больше, чем на самом деле, что это были люди “огромного роста”, “со звериными лицами” и

1 Бюллетень Верховного Суда РФ, №6, 2001, С. 10

155

т.д. Поэтому следователь должен критически относиться к информации, получаемой от потерпевших, и тщательно перепроверять ее, сопоставляя с другими доказательствами. ‘ У потерпевшего необходимо выяснить следующие факты: характер применявшегося насилия (психическое, физическое или комбинированное); использовалось ли грабителями при нападении оружие и если использовалось, то какое; применялись ли преступниками маскировка и какая именно (способ маскировки внешности); подлежат выяснению приметы скрывшихся преступников, количество нападавших, их действия.

По аналогичной схеме может быть рассмотрена любая разновидность грабежей и разбоев с целью выяснения объективных и субъективных факторов оказавших влияние на процесс формирования показаний и устранения их неблагоприятного действия при допросе потерпевшего на предварительном следствии.

Разбойные нападения, характеризуясь по сравнению с грабежами значительно большей общественной опасностью, обладают в тоже время очевидным сходством с последними. Поэтому верным следует признать разработку единой методики расследования данных видов преступлений, осуществляемой в отечественной криминалистике. Подобный подход по нашему мнению должен быть использован и при рассмотрении проблем формирования показаний потерпевших по данной категории уголовных дел.

Основным отличием механизма формирования показаний потерпевших по делам о разбойных нападениях, по сравнению с грабежами, является значительно более интенсивное влияние субъективных закономерностей формирования показаний, обусловленное возросшей интенсивностью физического и психического насилия, которое применяется преступниками к потерпевшему в ходе совершении разбойного нападения. Насилие, применяемое при совершении разбойного нападения, носит характер опасного для жизни или здоровья потерпевшего, что напрямую обуславливает тяжесть телесных повреждений, которые могут быть причинены потерпевшему при совершении преступления. Необходимо отметить, что

1 Криминалистика учебник под ред А. Г. Филипова и А.Ф. Волынского М., 1998, С. 392

156

нередки случаи перерастания преступления, начавшегося как грабеж, в разбойное нападение. Таким образом, очевидно, что механизм формирования показаний по большинству дел о разбойных нападениях незначительно отличается от грабежей. Наиболее четко основные особенности механизма формирования показаний по делам о разбойных нападениях нетрудно проследить на примере уголовных дел, возбужденных по фактам разбойных нападений на водителей, осуществляющих международные или междугородние автомобильные перевозки.

В последние годы в связи с интенсификацией международных и междугородних перевозок в России участились случаи совершения разбойных нападений на водителей, осуществляющих международные или междугородние автомобильные перевозки с целью завладения грузом и автомобилем Указанная разновидность разбойных нападений отличается наиболее интенсивным действием субъективных закономерностей при формировании показаний потерпевшего. Это напрямую связано с особенностями механизма совершения преступлений данного вида. Разбойные нападения на водителей, осуществляющих международные или междугородние автомобильные перевозки, совершаются организованными группами и преследуют цель получение большой материальной выгоды от преступления, за счет хищения перевозимого груза и транспортного средства. Действия организованной группы, совершающей данный вид разбоев, характеризуются четким распределением ролей (организатор, наводчики, исполнители и т.д.). Потерпевшие сталкивается с непосредственными исполнителями преступления, поэтому обычно он не может указать, по чьей наводке совершено разбойное нападение. Совершение данного преступления не зависит от времени суток и в большинстве случаев совершается днем, таким образом, объективные условия восприятия события преступления оказываются сравнительно благоприятными для адекватного запечатления преступления потерпевшими. На сравнительно безлюдном участке дороги, при отсутствием интенсивного движения транспорта преступники с помощью различного рода уловок (например, перегородив проезжую часть), либо под угрозой применения оружия или применив его, вынуждают водителей остановиться, либо свернуть в сторону от основной дороги. Особенностью данного вида разбойного

157

нападения является то, что преступники достаточно легко идут на применение оружия в отношении потерпевших, как в случаях неподчинения их требованиям или в случае опасности, так и в целях устрашения потерпевших. Это не может не отразиться на механизме формирования показаний. Потерпевшие, как правило, крайне напуганы, даже несмотря на то, что обычно в качестве потерпевших данной разновидности разбоев выступают достаточно
хорошо развитые физически и обладающие устойчивой психикой
мужчины. Сильные эмоции, стресс, страх обусловлены осознанием реальности угроз, исходящих со стороны преступников. В следственной практике
имели место случаи, когда преступники совершали покушения на убийство потерпевших с целью устранения ненужных свидетелей. Действие сильных отрицательных эмоций искажает показания потерпевших, что может отражаться на серьезных пробелах в их показаниях. При совершении разбойного нападения преступная группа обычно использует несколько транспортных средств для преследования и успешного бегства после совершения разбоя. В силу того, что потерпевшими по делу обычно выступают водители-профессионалы, они в состоянии запомнить и описать внешний вид и особые приметы транспортных средств, использованных преступниками, даже не смотря на то, что преступники нередко применяют маскировку (в том числе фальшивые государственные номера транспортных средств). Данные, сообщенные потерпевшим, характеризуются высокой степенью достоверности, т.к. восприятие транспортных средств происходит в начальный период развития события преступления и напрямую связано с профессиональной деятельностью потерпевших. Данная разновидность разбойных нападений
характеризуются высокой жестокостью действий преступников по отношению к потерпевшим. Применение психического насилия здесь весьма ограниченно и, как правило, выражается в запугивании потерпевших, обещании
наступления неблагоприятных последствий в случае обращения в правоохранительные органы. Напротив, физическое насилие, применяемое в ходе разбоев весьма разнообразно. Преступники, чувствуя безнаказанность и стремясь подавить волю потерпевших к сопротивлению, в ходе совершения разбоя причиняют последним телесные повреждения различной степени тяжести, нередко опасные для

158

жизни и здоровья потерпевших. Таким образом, следователю при проведении допроса и анализе полученных показаний необходимо учитывать характер полученных потерпевшим телесных повреждений.

По делам о грабежах и разбойных нападениях выделяются следующие следственные ситуации первоначального этапа расследования:

  1. В распоряжении следствия имеется достаточная информация и о событии преступления, и о лице, его совершившем. Лицо, подозреваемое в совершении грабежа или разбойного нападения, задержано на месте совершения преступления или непосредственно после его совершения. Допрос потерпевшего не вызывает трудностей, и сводится к фиксации получаемых от него показаний. В дальнейшем эти показания могут быть проверены на основе всех материалов дела и показаний заподозренного лица. Основное внимание при допросе потерпевшего необходимо уделять выяснению похищенного в целях его дальнейшего обнаружения в ходе проводимых по делу личного обыска, обыска по месту жительства заподозренного лица или иных мест и лиц.
  2. Лицо, подозреваемое в совершении грабежа или разбойного нападения, не задержано, но в распоряжении следователя имеется информация , позволяющая организовать его розыск и задержание. При данной следственной ситуации следствию известен более или менее узкий круг лиц, которые могли совершить преступление; как правило, преступник знакомиться с потерпевшим зарание и последний может описать физические и профессионально-психических свойства личности преступника. Тактика допроса в данной следственной ситуации должна совдиться к фиксации подробных данных о личности преступника и устранении неблагоприятного эмоционального состояния потерпевшего, вызванного преступлением, и затрудняющего получение полных и достоверных показаний. Во многих случаях данная следственная ситуация имеет место по делам о грабежах и разбоях напрямую связаных с виктимным поведением потерпевшего. Нередко посягательство совершается в отношении лица, находящегося в состоянии алкогольного опьянения. В подобных случаях следователю необходимо путем убеждения устранять в ходе допроса нежелание потерпевшего давать

159

показания о таких деталях события преступления, которые напрямую связаны с его виктимным поведением. Для этого весьма полезно проводить с потерпевшим беседу, в ходе которой объяснять значимость для следствия полных и достоверных показаний. По делам о разбоях также полезно использование такических приемов, направленных на снятие эмоционального напряжения. 3. Достаточная информация о событии преступления, но крайне ограничены сведения о лицах, его совершивших. Основной целью является получение от потерпевшего данных, позволяющих осуществить розыск преступника. Как правило, это весьма затруднительно в силу того, что данная следственная ситуация характерна для преступлений, отличающихся высокой динамикой и обычно совершаемых с использованием фактора внезапности. Показания потерпевших, являясь в целом достоверными, характеризуются наличием большого количества пробелов, обусловленных динамичным характером посягательства. Необходимо выяснять все возможные детали события преступления и в особенности данные о внешности преступника, которые удалось воспринять и запечатлеть потерпевшему. Основное внимание сосредоточено на фиксации особых примет похищенного у потерпевшего имущества, что в дальнейшем может позволить оперативным путем установить лицо, совершившее преступление.

Для допроса потерпевших по делам о грабежах и разбойных нападениях наиболее характерно использование информационных приемов допроса, таких как “перефраза”, “наглядность”, “повторность”. Указанные приемы позволяют получить в ходе допроса достаточно полные и достоверные данные об обстоятельствах грабежа или разбоя: ситуации события преступления, механизме его совершения, характере применявшегося насилия, лицах, совершивших преступление, достаточно подробно выяснить перечень похищенного у потерпевшего имущества.

В случаях, когда к потерпевшему в ситуации преступления применялось физическое насилие, и на допросе припоминание и воспроизведение обстоятельств преступного посягательства причиняет потерпевшему нравственные страдания, вызывает фрустрационные состояния, обусловленные осознанием неспособности потерпевшего оказать преступникам адекватное сопротивление, следователю

160

надлежит использовать тактические приемы “снятие напряжения” и “замедленный темп допроса”. Названные приемы позволяют потерпевшему адаптироваться к ситуации допроса, осознать необходимость подробного воспроизведения известных ему фактов. Правильное применение этих тактических приемов допроса как правило обеспечивает подробное воспроизведение сведений о ситуации преступного посягательства и лицах его совершивших, снижает возможность утраты, в силу не полноты показаний, данных, необходимых следователю для розыска и изобличения лиц, виновных в совершении грабежа или разбойного нападения.

3.4. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о вымогательстве,

Вымогательство относиться практическими работниками к категории трудно раскрываемых преступлений. В качестве одной из основных причин указывается частое отсутствие очевидцев преступления. Зачастую, единственным прямым доказательством в уголовном деле являются показания потерпевшего. Отметим, что поводом к возбуждению большинства дел данной категории служит заявление потерпевшего. Таким образом, исходная информация о факте совершения преступления, которой располагает следователь, получается им из показаний потерпевшего. Именно поэтому допрос потерпевшего является первым следственным действием, которое проводится по делам данной категории. Для вымогательства характерна высокая латентность. Среди основных причин такого положения — боязнь мести со стороны вымогателей и неуверенность в способности органов милиции эффективно бороться с вымогательствами . Так же не последнее значение имеет виктимное поведение потерпевшего (например, получение денежных средств незаконным путем), часто влияющее на выбор вымогателями

1 Валеев MX. “Криминалистическая характеристика и особенности первоначального этапа расследования вымогательства”, Автореф. дисс. канд. юрид. наук, Уфа, 1997. С. 3

161 своей жертвы, которая по этой причине опасается обращаться в правоохранительные органы.

В процессе формирования показаний потерпевшего по делам о вьтогательстве ведущее значение принадлежит субъективным закономфностям. Роль объективных закономерностей невелика. При совершении вымогательства вымогатели применяют в отношении потерпевшего прежде всего психическое насилие. Чаще всего оно выражается в использовании угроз различного характера Спектр таких угрш достаточно пгигюк - начиная от угроз разглашения порочащих потерпевшего сведений и заканчивая угрозами причинения тяжкого вреда здоровью или смерти, как самому потерпевшему, так и его близким. При этом у потерпевшего чаще всего не возникает сомнений в реальности реализации угроз вымогателями. Это вызывается рядом причин, среди которых не последнюю роль играет обоснованное представление об особой жестокости преступников, совершающих данный вид преступлений. Угрозы со стороны обвиняемого могут содержаться в письме, в телефонном разговоре, переданы лично. Часто способ, избранный преступниками для осуществления психического насилия над потерпевшим, позволяет определить степень реальной опасности для него и его близких, а также предположить, в какой форме будет выражаться воздействие на потерпевшего. Так, в случае совершения вымогательства организованной группой угрожают чаще в личной беседе; в случае же, когда вымогательство совершает лицо, хорошо знакомое потерпевшему, требование о передаче ценностей поступает или в письме или по телефону. Одной из основных целей психического насилия, совершаемого в отношении потерпевшего, - заставить потерпевшего отказаться от обращения в правоохранительные органы. Таким образом, формирование показаний потерпевшего протекает на фоне неблагоприятных психических переживаний, в качестве основного компонента которых выступает страх (чаще всего это хорошо контролируемые формы страха). Это приводит к тому, что потерпевшие, при изложении своих показаний, зачастую совершенно бессознательно, а иногда и с целью обеспечения большей безопасности для себя и своих близких, преувеличивают опасность совершаемых в отношении них протиюправных действий. Это следует

162

учитывать следователю при последующей оценке показаний. Данное требование приобретает особую значимость в тех случаях, когда показания потерпевшего являются единственными, имеющимися в уголовном деле, и не могут быть проверены на основе их сравнения с показаниями свидетелей. При этом, учитывая, что испьпъшаемый потерпевшим страх мести со стороны преступников зачастую хорошо контролируем сознанием, следователь может при допросе снизить неблагоприятное воздействие данного фактора путем убеждения потерпевшего в том, что с момента обращения в правоохранительные органы он находится в безопасности, что меры его защиты приняты.

Отдельно следует коснуться ситуаций, когда в отношении потерпевшего

или его близких применяется физическое насилие. Обычно это насилие применяется, когда

преступления совершаются организованными группами и могут носить характер

промысла - рэкет. Целью применения физического насилия в отношении

потерпевшего является желание вынудить его совершить определенные действия в

пользу вымогателей. Часто такие преступления сопряжены с похищением потерпевшего

либо членов его семьи и незаконным их удержанием с целью получения выкупа.

Данные действия направлены, прежде всего на то, чтобы сломить волю

потерпевшего, запугать, сформировать установку на отказ от обращения в

правоохранительные органы. Это, помимо виктимного поведения потерпевшего и

является одной из причин высокой латентности данного вида преступлений (в

правоохранительные органы обращается лишь одна треть лиц, ставших жертвами

вымогательства). Все выше изложенное может существенно повлиять на показания

потерпевшего. Испытываемые потерпевшим боль, унижение, стресс
вызванный

нарушением обычного течения жизни, приводят к тому, что психические личностные

установки потерпевшего легко поддаются деформации. Он вынужденно идет на

сотрудничество с преступниками. На основе изложенного механизма и построена

распространенная схема систематического получения денежных средств вымогателями,

носящее характер сбора дани. Подчеркнем, что лица, в отношении которых

вымогателями применялось физическое насилие (в особенности, если вымогательство

было сопряжено с похищением и длительным удержанием потерпевшего), неохотно

идут на сотрудничество с правоохранительными органами, часто уклоняются

163

от дачи показаний; такие потерпевшие в случае получения угроз со стороны вымогателей склонны и к изменению показаний, признанию данных ранее показаний ложными (самооговор). Следователю необходимо учитывать вышеизложенную специфику поведения жертв вымогательства и постараться оградить таких потерпевших от воздействия заинтересованных лиц, а также как можно более подробно фиксировать показания потерпевшего, даваемые им в ходе первоначального допроса, что также может существенно снизить вероятность последующего изменения показаний потерпевшим. Зачастую при выборе будущей жертвы вымогатели учитывают психологические особенности лица, определяют характер психического и физического насилия, которое будет необходимо применить для того, чтобы вынудить лицо совершить выгодные преступникам действия. Необходимо учитывать, что не физическое или психическое насилие над потерпевшим, а именно совершение потерпевшим действий в пользу вымогателей является основной целью преступников. Отметим, однако, что если вымогательство
совершается

несовершеннолетними, то часто оно сопряжено с применением чрезмерного физического насилия по отношению к жертве, которое, исходя из обстановки, часто не являлось необходимым. Таким образом, применение вымогателями физического насилия в отношении потерпевшего может существенно исказить показания, даваемые им в ходе предварительного следствия.

Среди специфических черт, характерных для вымогательства, криминалисты выделяют такие, как невозможность получения имущества без волеизъявления потерпевшего, необходимость личного контакта вымогателя с жертвой; для достижения преступной цели вымогателю требуется значительное физическое и психическое превосходство над потерпевшим.1

В ряде случаев вымогательство совершается лицами, с которыми потерпевший знаком. Установление лица, совершившего преступление, в этих случаях не представляет трудностей, т. к. потерпевший может прямо назвать преступников. В

1 Валеев М.Х. “Криминалистическая характеристика и особенности первоначального этапа расследования вымогательства”, Автореф. дисс. канд. юрид. наук, Уфа, 1997. С. 9

164

случаях же, когда вьшогательство совершено лицом, не знакомым потерпевшему, он

часто может подробно описать его на допросе. Таким образом, предложение после

пгюведениядотрсхиссклввигьгам

с целью сшзнаниялщсовершившихпреступление мсжетдатьпсшжитепьныйрезультат.

Одним из способов установления психологического контакта с потерпевшим по делам о вымогательстве служит разъяснение следователем потерпевшему, что он находиться в безопасности, под охраной правоохранительных органов. Что в целях его личной безопасности, а также безопасности членов его семьи, сведения о факте обращения в правоохранительные органы, данные предварительного следствия, а так же данные о личности потерпевшего до рассмотрения дела в суде не будут разглашены. Такое разъяснение поможет снять психологическое напряжение потерпевшего, вызванное сомнением в правильности обращения в правоохранительные органы за защитой, беспокойством за собственную безопасность, а также за безопасность членов семьи, боязнью мести со стороны преступников. Это также позволит сформировать у потерпевшего стойкое желание дать полные, правдивые и достоверные показания, увеличит объем доказательственной информации по делу, которая будет получена от потерпевшего, что существенно снизит вероятность последующего изменения данных потерпевшим показаний, а так же отказа потерпевшего от своих показаний. Не следует забывать, что именно в делах по фактам вымогательства, в особенности вымогательства, совершенного организованной труппой и носящего характер промысла (рэкет), на потерпевших и членов их семей оказывается наиболее интенсивное воздействие с целью их запугивания и отказа от сотрудничества с правтхранительными органами. Таким образом, усилия, затраченные следователем на формирование психологического контакта с

потерпевшим, в итоге могут существенно улучшить как результаты допроса, так и расследования в целом.

Рассмотрим тактические особенности проведения допроса потерпевшего в зависимости от следственной ситуации, складывающейся на первоначальном этапе расследования. При расследовании вымогательств выделяют следующие типичные следственные ситуации, складывающиеся по делу на первоначальном этапе

165

расследования: а) требование о передаче ценностей преступниками предъявлено потерпевшему, но требуемые ценности еще не переданы; б) потерпевший обращается в правоохранительные органы после передачи преступнику
требуемых ценностей (преступник зачастую уже скрылся).1 В первом случае основной целью допроса является получение необходимой информации для
осуществления тактической операции по задержанию вымогателя с поличным. Во втором случае целью является формирование информационной базы для обнаружения и изобличения преступника, уже совершившего вымогательство (это не касается
случаев, когда вымогательство носит систематический характер). На основе этих целей следователем и определяются приоритеты при проведении допроса
потерпевшего. В первом случае это информация о месте, времени, характере и размере ценностей, которые были затребованы, были ли встречи, звонки, ожидаются ли они в будущем, чтобы обеспечить контроль и запись переговоров, а также данные о количестве преступников, их вооруженности и оснащенности транспортными средствами, а также иная информация, необходимая для проведения операции по задержанию вымогателей и т. д. Во втором — это
описание внешности преступника, на основе которого может вестись его розыск, а также описание переданных ценностей, которые могут быть найдены у подозреваемого и содействовать его изобличению. Таким образом, это позволит следователю правильно осуществлять выбор тактических приемов допроса, а именно в случае уже совершенного
вымогательства ими могут стать тактические приемы, направленные на припоминание забытого, в том же случае, когда требуемые ценности еще не переданы вымогателям, т.е. когда вымогательство еще совершается, полезными могут стать приемы, направленные на снятие напряжения, в особенности это касается вымогательства, при
котором к потерпевшему применяется насилие.

При допросе должно быть выяснено когда, где, от кого и каким способом потерпевшему поступило требование о передаче ценностей. Совершается ли вымогательство первый раз или носило систематический характер, видел ли

1 Криминалистика, Учебник под ред. Хмырова А А, Зеленского В.Д. Краснодар, 1998, С. 455-456

166 потерпевший ранее вымогателя, знаком ли с ним или же впервые увидел его. Необходимо тщательно выяснить вопрос о личности преступника, а именно его внешность, одежда, манера поведения, особые приметы и т.д. Обычно подобные вопросы в случаях, если потерпевший встречался с вымогателем, не вызывают у него затруднений, т.к.. объективные условия формирования показаний благоприятны (восприятие в дневное или вечернее время, преступник вступает в близкий контакт с потерпевшим, восприятие достаточно длительное, т.к. преступнику требуется значительный период времени для изложения и обоснования своих требований). Как уже говорилось, искажение показаний может быть связано в основном с субъективными условиями - страх, физическое насилие и вызываемыми ими болевыми ощущениями и эмоциональными переживаниями Выяснению также подлежит тот предмет, по поводу которого было выдвинуто требование, был ли он передан и при каких обстоятельствах, носила ли передача одноразовый характер или совершается систематически; выясняется, была ли совершена передача или еще предстоит. (данный вопрос особенно важен для организации тактической операции задержания вьмогшеда с поличным).

Отдельно следует коснуться такой особенности дел данной категории, как викгимное поведение потерпевшего. Оно может оказывать влияние как на решение жертвы вымогательства не обращаться в правоохранительные органы, так и определять поведение потерпевшего на допросе. Опасение сказать лишнее может привести к тому, что у следователя создастся впечатление, что имеет место оговор или дача ложных показаний. Зачастую из опасения быть привлеченным к административной или к уголовной ответственности (такие ситуации достаточно редки, т.к. опасаясь уголовной ответственности жертвы вымогателей предпочитают просто не обращаться в правоохранительные органы), потерпевший упускает существенные детали в своем изложении (особенно часто подобная ситуация имеет место, когда жертвами вымогателей становятся поедприниматели). В таком случае следователю необходимо объяснить потерпевшему важность того или иного момента в его показаниях, необходимость подробного его изложения для изобличения виновного. В некоторых случаях

167

это может позволить существенно повысить качество получаемых от потерпевшего показаний.

Для уголовных дел по фактам вымогательства рекомендуется использование таких тактических приемов допроса потерпевшего, как группа приемов, направленных на эмоциональное воздействие на допрашиваемого (“настройка”, “использование положительных свойств личности допрашиваемого” и т.д.). Применение названных приемов позволяет закрепить у потерпевшего установку на дачу полных и правдивых показаний, побудить последнего к совершению действий в интересах следствия (например, принять участи в осуществлении тактической операции задержания вымогателей с поличным). Учитывая широкое распространение виктимного поведения потерпевших по данной категории уголовных дел (например, уклонение от уплаты налогов и сборов, участие в легализации финансовых средств, добытых 1треступным путем) высоко эффективными следует признать такие тактические приемы допроса, как “выжидание”,’ тгресечение лжи”, псввсяяюших получить достаточно полную и достоверную инффмацию о событии преступления, и закрепить путем убеждения у потерпевшего установку на сотрудничество с правоохранительными органами. Комплексное использование перечисленных тактических приемов допроса позволяет, во многих случаях, избежать сгауации изменения или отказа по различным причинам от изобличающих показаний со стороны потерпевших по фактам вымогательства в ходе предварительного следствия или в судебном заседании, ггредоставляющей возможность виновным лицам уйти от уголовного преследования даже в случаях когда на потерпевших оказывалось внепроцессуальное воздействие со стороны заинтересованных в исходе дела лиц

3.5. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о дорожно-транспортных

происшествиях.

Рост дорожно-транспортных происшествий на дорогах России в последние годы был непосредственно связан с увеличением количества транспортных средств. В то же время увеличилось также и число ДТП, при

168

которых лицо, совершившее ДТП, предпринимает попытку скрыться или скрывается с места совершения ДТП. Таким образом, существует объективная необходимость оперативного получения полной и достоверной информации о лице и транспортном средстве, совершившем ДТП, и использования ее для целей розыска и изобличения преступника. Ранее в 70-80 г.г. для целей розыска рекомендовалось использовать очевидцев ДТП, при этом предпочтение отдавалось свидетелям, а не потерпевшим от ДТП, т.к. показания последних признавались менее полными. В настоящее время в связи с падением уровня правовой культуры, а также с увеличением случаев правового нигилизма многие свидетели ДТП не желают оказывать помощь правоохранительным органам, отказываются от дачи свидетельских показаний. Также нередки случаи, когда иных очевидцев ДТП, помимо потерпевшего, просто не было. Именно в такой ситуации лицо, совершившее ДТП, чаще всего скрывается с места его совершения. В таких условиях существенно выросла ценность доказательственной информации, которая может быть получена из показаний потерпевших от ДТП (если они остались живы). Поэтому при расследовании ДТП необходимым признан обстоятельный допрос потерпевших, который в совокупности с исследованием материальных следов-отображений, являющихся следствием взаимодействия объектов, участвующих в ДТП, позволяет сделать правильный вывод о механизме события и служить основой для построения розыскных версий о личности и местонахождении скрывшегося водителя, угнанного транспортного средства и т.п.

С точки зрения особенностей механизма формирования показаний потерпевших криминалистическая классификация ДТП имеет следующий вид:

  • наезд на пешеходов (велосипедистов и т.д.);
  • столкновение, опрокидывание транспортных средств, падение (выпадение) пассажиров из транспортных средств и прочие ДТП.
  • Подобное выделение основано на учете условий, в которых происходит восприятие ДТП потерпевшими и запечатление ими фактического материала, психологических особенностей потерпевших, а также
    типичных телесных

169

повреждений потерпевших от ДТП. Подобная классификация позволяет следователю прогнозировать вероятную сложность допроса потерпевшего, т.к. как правило, наибольшую сложность в психологическом и тактическом плане, представляет допрос потерпевших, на которых был совершен наезд транспортного средства.

С точки зрения временного фактора ДТП является быстротечным, что негативно сказывается на восприятии события участниками движения и посторонними свидетелями. ДТП относятся к неосторожным преступлениям, что также во многом и определяет и специфику механизма формирования показаний потерпевших от ДТП, и тактику его допроса на предварительном следствии. К основным вопросам, подлежащим выяснению при допросе потерпевшего по данной категории дел, относятся: вид транспортного средства, модель, цвет, номерной знак, скорость движения транспортного средства, совершившего ДТП. Точные данные о типе и марке автомобиля, его цвете и номерном знаке имеют особую важность в случае, если автомобиль скрылся с места совершения ДТП, т.к. именно от полноты и достоверности этих данных непосредственно зависят сроки и результаты проведения розыска преступника и транспортного средства.

Анализ практики по данной категории дел показывает, что типичной ошибкой в показаниях потерпевших, как правило, является неверное определение марки автомобиля, совершившего ДТП. При этом данные об отечественных автомобилях, совершивших ДТП, полученные от потерпевших, обычно соответствуют действительности. Однако следует отметить, что запечатление индивидуализирующих данных грузовых автомобилей происходит значительно хуже, чем легковых транспортных средств. Потерпевшие в своих показаниях довольствуются отнесением транспортного средства, совершившего ДТП, к классу грузовых и при этом затрудняются назвать иные данные, позволяющие определить марку автомобиля. В силу того, что количество марок и моделей грузовых транспортных средств значительно ниже по сравнению с подобными данными для легкового автотранспорта, в

170

ходе допроса рекомендуется использовать фотоальбомы основных видов грузовых автомобилей. Полученные в ходе допроса данные, наряду с данными, полученными при проведении экспертиз (судебно-медицинской, трасологической, судебно-химической и т.д.), позволяют существенно ускорить розыск транспортного средства, а соответственно и лица, виновного в совершении ДТП за счет сужения круга транспортных средств, среди которых ведется поиск. При анализе материала показаний о типе и марке транспортного средства следователю необходимо учитывать возраст и пол потерпевших. Подобная рекомендация вызвана тем, что типы и марки машин плохо определяет большинство людей пожилого возраста и в особенности женщины, дети и девочки-подростки. С другой стороны, для указанного выше круга потерпевших характерными также являются ошибки, возникающие при вербализации данных о транспортном средстве. В памяти потерпевших сохраняется отчетливое представление об особенностях формы транспортного средства, но отсутствие у них определенного понятия не позволяет им адекватно выразить это представление в ходе допроса. Таким образом, следователю необходимо отграничивать случаи, когда ошибки в показаниях потерпевших возникают при восприятии и запечатлении ДТП, от ошибок при вербализации данных, т.к. последние, будучи обнаружены, могут быть легко устранены следователем в ходе допроса. В качестве отдельного субъективного фактора, положительно отражающегося на результатах при допросе по делам о ДТП в криминалистической литературе принято выделять профессиональные, либо специальные навыки и знания потерпевших в области транспорта (например навыки определения скорости, управления транспортным средством), позволяющие существенно детализировать материал показаний.

В том случае, если ДТП было совершено на автомобиле иностранного производства, показания потерпевшего о модели транспортного средства, совершившего ДТП, в большинстве случаев не соответствуют действительности. Потерпевшие не только не могут назвать модель транспортного средства, но часто не в состоянии точно назвать и фирму

171

изготовителя данного автомобиля. Во многом это связанно с разнообразием модельного ряда иномарок. При проведении допроса следователю рекомендуется использовать фотоальбомы с видами наиболее часто встречающихся на территории РФ иномарок. Отметим, что модели, выпущенные одной фирмой-производителем, могут иметь характерные особенности, позволяющие отличит их от моделей других фирм (радиаторные решетки, фары, форма кузова, выполненные в сходном дизайне). Припоминание потерпевшим таких характерных особенностей позволяет существенно сузить поисковую сферу, ограничив ее модельным рядом одного производителя.

В подтверждение вышеизложенных рекомендаций приведем пример из следственной практики. В светлое время суток на гражданку В. был совершен наезд, в результате чего потерпевшей был причинен тяжкий вред здоровью. Водитель транспортного средства с места происшествия скрылся. Потерпевшая на первоначальном допросе показала, что наезд на нее был совершен автомобилем марки “Мерседес” белого цвета. На вопрос следователя, по каким признакам потерпевшя определила марку автомобиля, она сообщила, что обратила внимание на вытянутую форму фар, сбившего ее автомобиля, что по ее мнению характерно только для автомобилей данной марки. При допросе потрпевшей было предложено просмотреть альбом с изображением автомобилей данного класса. В качестве автомобиля, сбившего ее, В. с уверенностью указала на автомобиль “Форд-Сиера”, имеющий сходную форму фар. При проведении розыска следователь, принимая во внимания скоротечность восприятия автомобиля потерпевшей и учитывая характер травм, полученных потерпевшей, не ограничился только автомобилями белого цвета. Проверялись автомобили данной марки окрашенные в светлые тона, близкие к белому. В результате розыскных мероприятий разыскиваемое транспортное средство было успешно обнаружено. Автомобилем, совершившим наезд на В., являлся “Форд-Сиера” светло голубого цвета, имевший характерные повреждения кузова, происхождение которых владелец

172

объяснить затруднился. Проведенные в дальней шем экспертизы подтвердили сделанные на основе показаний потерпевшей выводы. Под тяжестью предъявленных улик владелец автомобиля признал свою вину и показал, что он, нарушив скоростной режим, действительно совершил наезд на гражданку В. и опасаясь, что сбил ее насмерть немедленно скрылся с места совершения ДТП.1

Полученные от потерпевшего данные о цвете транспортного средства,

наряду с данными о его модели, имеют существенное значение
на

первоначальном этапе расследования и позволяют осуществить раскрытие

преступления по горячим следам. При этом, что особенно важно,
в

большинстве случаев достоверность данных, полученных от потерпевшего,

может быть проверена на основе результатов проведенных по
делу

криминалистических экспертиз. Восприятие цвета транспортного
средства

непосредственно зависит от объективных условий наблюдения, а также

особенностей зрительного анализатора потерпевшего. Под
особенностями

зрительного анализатора потерпевшего в данном случае следует
понимать

такие дефекты зрительного анализатора, как цветовая недостаточность
или

дальтонизм, объективно исключающие возможность правильного восприятия

цвета транспортного средства потерпевшим. Искажения данных о
цвете,

связанные с дефектами зрительного анализатора потерпевшего, достаточно

редки. Значительно чаще в следственной практике можно столкнуться с

искажением потерпевшими данных о цвете транспортного
средства,

вызванными эффектом ахроматизация и эффектом Пуркинье, а также
с

ошибками при вербализации данных о цвете. Как правило, восприятие ДТП

потерпевшим происходит в условиях дефицита времени,
вызванного

скоротечностью события, без предварительной подготовки, часто в сложных

условиях - при плохом освещении. При минимальном освещении все цвета

воспринимаются ахроматически, т.е., как различные оттенки серого цвета.

Ночью, в сумерках цвета меняют свой цветовой тон, насыщенность. При этом

1 Архив Советского окружного суда г. Краснодара за 2000 г.

173

для показаний потерпевших характерны ошибки, вызванные
действием эффекта Пуркинье. “В сумерках, при плохом освещении, все цвета красно-оранжевой части спектра воспринимаются более тёмными, напротив, цвета зелено синей области спектра оцениваются, как более светлые. Даже правильно воспринятый цвет автотранспортного средства очевидец может неправильно определить словесно”.1 Ошибки, допускаемые потерпевшим при вербализации данных о цвете транспортного средства, совершившего ДТП, также могут выступить в
качестве причины искажения материала показаний, что в дальнейшем может замедлить процесс расследования по делу.
Часто потерпевшие не могут правильно определить словесно верно воспринятый цвет. Во многих случаях причинами подобных ошибок является не недостатки зрительного анализатора допрашиваемого, а
уровень общей культуры потерпевших, не способных правильно назвать цвет в силу неосведомленности о его верном наименовании. Весьма часто потерпевшие пытаются определить цвет автотранспортного средства, совершившего ДТП, в различных житейских выражениях. В таком случае следователю необходимо уточнить какое именно содержание потерпевший
вкладывает в это определение цвета. С целью облегчения
воспроизведения данных о цвете транспортного средства в криминалистической литературе высказывается рекомендация в ходе допроса использовать цветовую шкалу. “Для того чтобы проверить не допускает ли очевидец ошибку в определении цвета при вербализации, следует предъявлять ему цветовую шкалу без надписей и попросить указать на ней тот цвет, о котором он дал показания. При такой проверке может выясниться, что очевидец то или иное понятие цвета наполняет неправильным содержанием”.! С подобной рекомендацией следует согласиться, однако, необходимо отметить некоторые особенности ее применения, связанные с учетом особенностей психологии потерпевших. Следует воздержаться от использования цветовой шкалы при каждом допросе потерпевших по данной категории дел. По нашему мнению, цветовая шкала должна использоваться только в случаях, когда у

1 Алексеев А.М. Психологические особенности показаний очевидцев, М., 1972, С. 94-95

174

следователя возникают обоснованные сомнения в точности
показаний потерпевшего. Обоснованные сомнения в точности воспроизведения данных о цвете транспортного средства при вербализации могут быть основаны на анализе данных о личности потерпевшего - состоянии здоровья, уровне образования и культуры потерпевшего, а также на учете эмоционального состояния потерпевшего
в период предшествующий допросу. Подобная рекомендация основана на известных данных о типичном психологическом состоянии потерпевшего после совершения ДТП, когда применение цветовой шкалы следователем трактуется потерпевшим, как необоснованный скептицизм со стороны следователя к его показаниям, а также к его, потерпевшего, физическим и интеллектуальным способностям. В подобной
ситуации потерпевший может посчитать такое, с его точки зрения
ничем не мотивированное, поведения следователя оскорбительным. Подобная неверная психологическая установка, связанная с заинтересованностью потерпевшего в исходе дела, может стать причиной отказа потерпевшего от сотрудничества с работниками правоохранительных органов, может затруднить установление психологического контакта с потерпевшим и привести к
значительному ухудшению качества и полноты получаемых от потерпевшего показаний, что может в дальнейшем существенно затруднить расследование по делу. Таким образом, применение цветовой шкалы при допросе потерпевшего ограничено в силу вышеназванных факторов, в то время, как при допросе иных свидетелей ДТП его можно считать обоснованным всегда, так, как иные свидетели не заинтересованы в исходе дела и соответственно не склонны эмоционально трактовать действия
следователя, что позволяет им воспринимать их объективно, адекватно ситуации. При применении в ходе допроса цветовой шкалы
также не лишним для следователя следует признать разъяснение потерпевшему необходимости и цели ее применения.

Не менее важным вопросом, подлежащим выяснению при допросе потерпевшего, является скорость движения транспортного
средства,

1 Алексеев А.М. Указ. сон С. 96

175

совершившего ДТП. Точность определения скорости потерпевшим напрямую зависит от целого ряда факторов, таких как наличие навыков восприятия движения (динамический глазомер), профессионального
опыта или любительских знаний потерпевшего в сфере
автомобильного транспорта. Выяснению на допросе подлежат, как данные о скорости транспортного средства в момент совершения ДТП,
так и за период непосредственно предшествующий ДТП, позволяющие полностью установить обстановку и механизм события преступления. Как правило, при допросе потерпевшего следователь сталкивается с
субъективной оценкой скорости движения, обусловленной направлением движения транспортного средства относительно потерпевшего. По общему правилу скорость воспринимается потерпевшими лучше, когда автомобиль движется перпендикулярно к лучу их зрения или под значительным углом к нему, с уменьшением угла движения относительно луча зрения и при движении по лучу,
точность дифференциации скорости исключительно низка. В качестве другого фактора, определяющего восприятие скорости, обычно выделяется абсолютная удаленность транспортного средства от наблюдателя (расстояние от объекта до очевидца), т.е. иными словами, чем дальше от движения автомобиля очевидец, тем меньшей кажется ему скорость движения автомобиля и тем больше ошибок он допускает при ее оценке. Как правило, подобная закономерность характерна для иных очевидцев ДТП и мало применима к потерпевшим, т.к. в силу быстрого сокращения дистанции межу транспортным средством и потерпевшим при ДТП
восприятие скорости затруднено. Тем не менее следователь при допросе должен подробно выяснить место, с которого потерпевший наблюдал
движение транспортного средства, расстояние между ним и
автомобилем, а так же направление движения автомобиля относительно луча зрения потерпевшего. Потерпевшие пешеходы, как правило плохо воспринимают и оценивают скорость, т.к. в подавляющем большинстве случаев они либо вовсе не замечают движущийся транспорт (что и является причиной происшествия), либо замечают его в последнее мгновение и
вследствие кратковременности восприятия и сильного
эмоционального

176

напряжения не имеют возможности правильно скорость оценить.1 Таким образом, в следственной практике приходится иметь дело с логической реконструкцией потерпевшим данных о скорости, что и обуславливает характерную ошибки в показаниях потерпевших по данной категории дел, т.е. преувеличение скорости. В большинстве случаев потерпевшие думают, что именно превышение скорости и привело к наступлению вредных последствий. Визуальная оценка скорости зависит от окраски транспортного средства. Существует следующая зависимость восприятия скорости в зависимости от окраски транспортного средства:

  • черный цвет - скорость воспринимается ниже, чем в действительности, дальность до транспортного средства - больше;

белый цвет - скорость - выше, дальность - меньше;

  • красный цвет - скорость воспринимается, как самая высокая (значительно выше действительной), дальность до транспортного средства, как самая низкая.

Отдельную по особенностям механизма формирования показаний о скорости группу составляют потерпевшие - водители и пассажиры транспортного средства. Для них, в отличие от потерпевших-пешеходов, характерен относительно высокий уровень определения скорости движущегося транспорта. Наиболее точными являются показания водителя-потерпевшего в особенности в том случае, если водитель какое-то время непосредственно перед происшествием ехал следом за машиной, ставшей причиной происшествия и фиксировал скорость своей машины по спидометру. При допросе же потерпевших-пассажиров, дающих показания на основе статико-динамических ощущений (без спидометра), следователю необходимо учитывать, что постоянную скорость равномерного прямолинейного движения человек не ощущает. Поэтому при допросе таких потерпевших необходимо выяснять к какому моменту движения относятся их показания - ускорения, торможения или равномерного движения. Как правило, в случае обоснованных

1 Алексеев A.M. Психологические особенности показаний очевидцев, М., 1972, С. 87

177

сомнений, способности потерпевших-пассажиров по определению скорости на основе статико-динамических ощущений проверяются с использованием возможностей следственного эксперимента. В качестве ошибок, характерных для показаний потерпевших-пассажиров, следует указать тенденцию к преувеличению данных о скорости другого транспортного средства, а машины, в которой они находились - к преуменьшению. Другой ошибкой, в показаниях потерпевших о скорости является недооценка малой скорости и переоценка большой. Подобная ошибка типична для всех групп потерпевших от ДТП. Однако после происшествия, связывая его с превышением скорости, эти же потерпевшие даже средние скорости склонны оценивать как большие. Учет подобных закономерностей позволяет следователю существенно уточнить данные о скорости транспортного средства , совершившего ДТП, при допросе потерпевшего.

Отдельно рассмотрим вопрос о возможности восприятия, запоминания и последующего воспроизведения в ходе допроса потерпевшим сведений о номерном знаке транспортного средства, совершившего ДТП. Как правило, подобный вопрос возникает в тех случаях, когда лицо, совершившее ДТП, скрылось с места его совершения. Правильное восприятие и запоминание номерного знака зависит от ряда объективных и субъективных факторов, а именно: продолжительности промежутка времени в течении которого происходило восприятие автомобиля, освещенности номерного знака и всего транспортного средства, положения потерпевшего относительно транспортного средства в момент восприятия, скорости и направления движения транспортного средства, особенностей дорожного покрытия и рельефа, загрязненности номерного знака и т.д. К субъективным факторам могут быть отнесены: эмоциональное и физическое состояние потерпевшего, вызванное дорожно-транспортным происшествием, а так же индивидуальные особенности потерпевшего - состояние зрения (дальнозоркость, близорукость), возраст, профессия и т.д. Действие всех вышеизложенных факторов, в сочетании с действием боли и травм, вызванных ДТП, по нашему мнению, исключают

178

возможность адекватного восприятия, запечатления и последующего воспроизведения сведений о номерном знаке автомобиля, совершившего ДТП. Данный вывод полностью подтверждается анализом материалов уголовных дел данной категории. Таким образом, в том случае если потерпевший воспроизводит на допросе полные данные о номерном знаке автомобиля, совершившего ДТП, велика вероятность попытки оговора невиновного с его стороны. Такие данные должны быть проверены в каждом конкретном случае, с целью выяснения возможности такого восприятия и запоминания, на основе всего доказательственного материала по данному уголовному делу. При этом необходимо учитывать характер телесных повреждений, полученных потерпевшими, и в особенности материал показаний иных свидетелей ДТП, если они имеются. Вышеназванные действия позволят исключить обоснованные сомнения в правдивости и объективности показаний потерпевшего и ускорить процесс расследования уголовного дела.

Рассмотрев закономерности механизма формирования показаний потерпевших по делам о ДТП, остановимся на типичных следственных ситуациях по данной категории дел. Типичными следственными ситуациями первоначального этапа расследования дел по фактам ДТП являются: 1. Водитель транспортного средства и потерпевший
находятся на месте

дорожно-транспортного происшествия (либо имеются
достоверные

сведения о них и их местонахождении). Как правило, при данной следственной ситуации лица и объекты, участвующие в событии находятся на месте происшествия, что значительно упрощает установление истины по делу. Основной целью проведения допроса потерпевшего для данной следственной ситуации является получение от допрашиваемого и фиксация его версии обстановки и механизма события преступления. Факторами, затрудняющими проведение допроса, могут явиться чрезмерное эмоциональное возбуждение потерпевшего, вызванное пережитым ДТП, а также его физическое состояние, обусловленное полученными в ходе ДТП телесными повреждениями. “Тактика допроса этих лиц характеризуется

179

своей спецификой, обусловленной, во-первых, узостью и неточностью восприятия обстоятельств события в силу их скоротечности и внезапности для свидетелей, во-вторых, заинтересованностью в ходе расследования со стороны свидетелей-участников события (водителей и пострадавших), в третьих эмоциональным состоянием очевидцев, вызванных тяжкими последствиями события и грозящей ответственностью”.1 Таким образом, основными тактическими приемами, используемыми при допросе потерпевшего в данной следственной ситуации, будут являться адаптивные (приспосабливающие) приемы. В качестве наиболее результативных могут быть названы такие приемы, как “беседа”, “настройка”, “замедленный темп допроса”, позволяющие значительно снизить или полностью устранить негативное эмоциональное возбуждение потерпевших, вызванное совершенным ДТП. В данной следственной ситуации данные, полученные в ходе допроса потерпевшего, могут быть проверены на основе соотнесения их с результатами работы оперативно следственная группы на месте ДТП, а так же иными материалами дела, что позволит быстро определить вид происшествия (столкновение, наезд и т.д.) и объективно установить обстоятельства события. В связи с этим при допросе потерпевшего необходимы максимальная детализация предмета допроса, состоящая в последовательном и детальном выяснении действий потерпевшего во время, предшествующее ДТП и в ходе него, сопоставление показаний допрашиваемого с фактической обстановкой происшествия и их критическая оценка. В случае, если в результате ДТП потерпевшему были причинены тяжкие или средней тяжести телесные повреждения, затрудняющие получение показаний, допрос потерпевшего осуществляется с разрешения его лечащего врача и после его медицинского освидетельствования. 2. Потерпевший находится на месте происшествия, а водитель и отсутствуют и

достоверных сведений о них нет. В ситуации, когда водитель, совершивший ДТП, с места происшествия скрылся вместе с
транспортом основной задачей на первоначальном этапе

1 Криминалистика, Учебник под ред. Хмырова А.А., Зеленского В.Д., Краснодар, 1998, С. 527

180

расследования является розыск водителя и транспортного средства. Данная задача определяет и особенности и характер допроса потерпевшего, который, прежде всего, направлен на получение данных, необходимых для установления личности водителя транспортного средства (выдвижения розыскных версий). В следственной практике при данной следственной ситуации потерпевший нередко может наблюдать лицо, совершившее ДТП, когда-то, прежде чем скрыться с места ДТП, выходит из автомашины, что бы убедиться, что потерпевший мертв или находиться в бессознательном состоянии. Воспринятые и запечатленные потерпевшим в такой ситуации сведения о лице, совершившем ДТП, и его транспортном средстве в дальнейшем могут оказаться весьма полезны и в сочетании с иными материалами дела позволяют ускорить розыск и изобличение виновного лица. При допросе потерпевшего в данной следственной ситуации помимо тактических приемов направленных на устранение отрицательного эмоционального фона, вызванного ДТП (стресс, испуг, болевой шок), весьма полезными могут оказаться информационные тактические приемы допроса, направленные на припоминание забытого и упрощающих воспроизведение фактического материала показаний. Нередко показания потерпевших от ДТП являются неполными в силу полученных потерпевшими травм в сочетании с высокой динамикой и скоротечностью ДТП, его особой сложности для восприятия и запечатления потерпевшими. В подобной ситуациях недостатки показаний потерпевших нередко могут быть компенсированы за счет использования при допросе иных материалов дела, например, результатов экспертных исследований материальных следов-отображений, позволяющих значительно уточнить показания потерпевших. 3. Потерпевший, транспортное средство находятся на месте происшествия, но

отсутствует водитель транспортного средства. Ряд ученых рассматривает следственную ситуацию, когда водитель покидает транспортное средство,
а сам скрывается, как нетипичную. По нашему мнению, особенностей механизма формирования показаний потерпевшего и

Криминалистика, Учебник под ред. Хмырова А. А., Зеленского В.Д., Краснодар, 1998, С. 523

181

тактики его допроса в подобной ситуации позволяют рассматривать
ее отдельно. Основная цель допроса потерпевшего - установление личности лица, виновного в совершении ДТП. Как правило, данная следственная ситуация характерна для тех случаев, когда ДТП совершено угонщиком на угнанном транспортном средстве. Также, в следственной практике,
нередки случаи инсценировки угона транспортных средства их владельцами, виновными в совершении ДТП, с целью избежать привлечения к уголовной ответственности. В подобных случаях, скрывшись после совершения ДТП с места совершения преступления, для достижения данной цели ими подается заведомо ложное заявление в милицию об угоне транспортного средства. В подобных ситуациях, когда транспортное средство, ставшее причиной ДТП, остается на месте совершения преступления и установление его владельца не представляет особых сложностей, полученные от потерпевшего при допросе данные о личности (особых приметах) виновного лица могут послужить основой для проведения розыска по горячим следам, а так же проверки заявления об угоне и опровержения ложного алиби в случаях инсценировки угона. Таким образом, основное внимание при допросе должно быть сосредоточено на получении данных о внешности и особых приметах
лица, совершившего ДТП. В дальнейшем полученные показания
могут быть проверены с помощью предъявления подозреваемого для опознания потерпевшему и свидетелям-очевидцам, а так же путем проведения судебно-медицинской экспертизы, в ходе которой по
полученным телесным повреждениям и ушибам устанавливается факт нахождения подозреваемого за рулем автомобиля. Таким образом
качественно проведенный допрос потерпевшего в сочетании с результатами различных криминалистических экспертиз
(трассологической, дактилоскопической, судебно-медицинской)
значительно повышают вероятность быстрого и успешного
проведения поисковых мероприятий, изобличения и привлечения к ответственности виновного лица

Наибольшей эффективностью при допросе потерпевших по делам о ДТП обладает группа информационных тактических приемов допроса (“перефраза”,

182

“наглядность”). Их использование при допросе по делам о ДТП позволяет достаточно точно и полно установить обстоятельства ДТП, ситуацию развития ДТП и виновных в его совершении лиц.

В силу того, что субъективные закономерности формирования показаний потерпевшего по делам данной категории ярко не выражены, применение тактических приемов допроса, направленных на адаптацию и эмоциональное воздействие на потерпевшего следует признать не целесообразным, в силу их малой эффективности при допросе потерпевших по делам о ДТП. Однако в случаях виктимного поведения потерпевшего, ставшего одной из причин ДТП, следует рекомендовать использование таких приемов, как “повторность”, “замедленный темп допроса”, позволяющих установить объективную и достоверную картину происшествия. Также в подобной ситуации эффективно может быть использован тактический прием “снятия напряжения”.

3.6. Особенности формирования показаний потерпевшего и тактики его допроса на предварительном следствии по делам о покушении на убийство

по найму.

Убийство по найму или иначе заказное убийство как массовое явление начало получать широкое распространение с начала 90-х г.г. В последние годы наблюдается тенденция устойчивого роста числа совершаемых преступлений данной категории. В качестве основной причины объективного роста числа таких убийств могут быть названы смена экономической формации и последующий передел собственности (способствующие социально-экономические и политические факторы), чем и вызвана популярность использования данного вида преступления, как одного из способов решения экономических и политических противоречий, раздела сфер влияния в теневой экономике. С другой стороны, неспособность правоохранительных органов успешно бороться с данным видом преступлений, низкая раскрываемость преступлений данной категории позволяет преступникам рассчитывать на возможность уйти от заслуженного наказания. Таким образом, на повестке дня

183

остро стоит вопрос качественного улучшения ситуации с расследованием и предотвращением данного вида преступлений. Указанная цель может быть достигнута лишь при условии использования на практике передовых разработок ученых-криминалистов, посвященных проблемам расследования дел данной категории. Одной из важных составляющих процесса расследования заказных убийств является сбор информации об исполнителе и заказчике данного преступления. В том случае, если имело место покушение на заказное убийство, т.е. потерпевший по причинам, не зависящим от исполнителей преступления остался жив, его показания могут явиться одним из ценнейших источников информации о событии преступления и лицах его совершивших. Этим и обусловлена необходимость разработки вопроса о тактике и психологии допроса потерпевших по делам о покушении на заказное убийство. Основными задачами при допросе потерпевших являются нейтрализация и устранение травмирующих психологических состояний, вызванных покушением на заказное убийство, снятие у потерпевшего отрицательной психологической установки, препятствующей даче полных показаний и сотрудничеству с правоохранительными органами.

Убийство по найму является тяжким преступлением, вызывающим широкий общественный резонанс. Подобная ситуация непосредственно связана с характеристикой личности потерпевших по делам о заказных убийствах. Как правило, ими являются политические и общественные деятели, банкиры, бизнесмены, работники правоохранительных органов и т.д. Нередко и совершение самого заказного убийства становиться следствием профессиональной или общественной деятельности потерпевших. Можно утверждать, что неудачи правоохранительных органов при раскрытии заказных убийств трактуются общественным мнением не всегда верно поэтому, как беспомощность силовых структур в борьбе с преступностью, формируют миф о невозможности раскрытия данного вида преступлений. Напротив, положительный результат расследования, обнаружение и привлечение к ответственности лиц,
виновных в совершении данного преступления, как

184

исполнителей, так и организаторов, может существенно повысить доверие к правоохранительным органам и служить целям общей превенции правонарушений, а также специальной превенции данного вида преступлений против личности.

Рассматривая отечественную практику по делам о заказных убийствах, следует отметить, что довольно значительное количество подобных дел являются делами о покушении на убийство, т.к. потерпевший по различным независящим от преступника причинам остается жив. Причины могут быть самыми разными: недостаточный профессионализм исполнителя преступления, появление нежелательных свидетелей, препятствующих реализации преступного замысла в полном объеме, неудачный выбор момента для совершения преступления, успешная работа службы безопасности лица, в отношении которого совершено данное преступление и т.д. В том случае, если имеет место подобная ситуация, у следователя возникает возможность получить информацию о событии преступления непосредственно от потерпевшего, посредством его допроса на предварительном следствии. Работники правоохранительных органов нередко считают, что показания потерпевшего, пережившего покушение на заказное убийство, не являются полными и достоверными. При этом следователи часто отдают предпочтение иным доказательствам. Для того, чтобы выяснить степень полноты и достоверности показаний потерпевшего, необходимо определить условия и факторы, которые влияют на формирование показаний потерпевшего. Эти факторы обязательно принимаются во внимание при избрании наиболее оптимальных тактических приемов допроса, обеспечивающих должное качество получаемых от потерпевшего показаний.

Объективные условия формирования показаний потерпевшего непосредственно связаны с данными криминалистической характеристики данного вида преступлений, и соответственно обусловлены местом, обстановкой совершения преступления, временем, а также способом его совершения. От способа совершения заказного убийства также во многом

185

зависит и характер субъективных факторов, определяющих процесс формирования показаний потерпевшего. Отечественной следственной практике известны примеры заказных убийств, совершенных с использованием различных видов холодного оружия, взрывчатых и отравляющих веществ, а так же огнестрельного оружия, которое чаще всего выступает в качестве орудия совершения заказных убийств. Однако лишь некоторые из способов совершения заказных убийств представляют интерес для целей настоящего исследования. Необходимо выделить те разновидности покушений на заказные убийства, в процессе совершения которых было бы четко выражено воздействие объективных и субъективных факторов, детерминирующих процесс формирования показаний потерпевшего, их содержание и полноту. Учет данных факторов позволяет выбрать наиболее подходящую в конкретном случае тактику допроса потерпевшего, обеспечивающую получение наиболее полных показаний по делу. Принимая во внимание указанный выше критерий отбора покушений на заказные убийства, проанализируем основные способы совершения заказных убийств. Очевидно, что покушения на заказные убийства, совершенные с применением взрывчатых либо отравляющих веществ (также сюда необходимо отнести токсичные, радиоактивные и др. вещества и материалы, которые могут быть использованы с целью причинения смерти потерпевшему) не отвечают выше перечисленным условиям, т.к. совершаются при отсутствии непосредственного контакта потерпевшего с исполнителем преступления, в силу чего показания таких потерпевших о событии преступления существенно не отличаются от показаний иных свидетелей преступления, а во многих случаях оказываются даже менее полными по причине оказанного на потерпевшего травмирующего воздействия, вызванного совершенным в отношении него покушением на убийство.

Заказные убийства, совершаемые с применением огнестрельного оружия, можно разделить на две основные группы, основываясь на учете дистанции, с которой огнестрельное оружие применялось:

186

a) Покушения на заказные убийства, совершаемые с использованием снайперского оружия со значительного расстояния до потерпевшего и как правило из укрытия, либо с заранее выбранной для стрельбы и оборудованной позиции. b) c) Покушения на заказные убийства, совершаемые с незначительного расстояния, либо при непосредственном контакте потерпевшего и исполнителей преступления. В качестве орудия преступления обычно выступает огнестрельное оружие, обеспечивающее высокую скорострельность и кучность стрельбы, а также высокую скрытность при ношении. Наиболее часто используются автоматические пистолеты и револьверы. В тех случаях, когда с целью совершения заказного убийства совершается нападение на транспортное средство, преступниками обычно используются различные типы автоматов и пистолетов-пулемётов, обладающие более высокой скорострельностью и убойной силой, и позволяющие быстро и с высокой степенью уверенности поразить водителя и пассажиров транспортного средства. d) Очевидно, что под указанный выше критерий выделения подпадает лишь вторая группа, т.к. именно при таких условиях нападения потерпевший имеет возможность и в состоянии воспринять, запечатлеть и впоследствии воспроизвести в ходе допроса данные о событии преступления и лицах его совершивших.

Отдельную группу составляют покушения на заказные убийства, в ходе которых используется холодное оружие, а также иные предметы, приспособленные в качестве такового. Как правило, используются ножи, топоры, кастеты и другие тяжелые предметы, позволяющие причинить потерпевшему повреждения, не совместимые с жизнью. Подобные орудия при совершении покушений на заказное убийство используются значительно чаще, чем принято считать. По мнению Кучинского А.В., занимавшегося изучением и анализом следственной и судебной практики по данной категории уголовных дел, можно предположить, что каждая десятая заказная смерть связана с

187

колото-резаными ранениями или черепно-мозговой травмой, вызванной ударом по голове.1 В качестве основных причин этого могут быть названы следующие:

  • доступность, легкость приобретения данных орудий для преступников;
  • способность данных орудий обеспечить бесшумность скрытность и внезапность нападения на потерпевшего;
  • совершение покушения на заказное убийство с применением данных орудий позволяют посеять сомнения в совершении заказного убийства - инсценировать грабеж, разбой или покушение на убийство из хулиганских побуждений.
  • Наиболее важной особенностью данного способа совершения преступления является прежде всего то, что он, как правило, не обеспечивает быстрое и смертельное поражение потерпевшего исполнителем преступления, в результате чего потерпевший после нападения может выжить. Таким образом, весьма важным является вопрос о степени профессионализма исполнителя преступления. Исполнитель для того, чтобы с высокой степенью уверенности причинить не тяжкий вред здоровью (что не исключено), а смерть потерпевшему должен, как правило, обладать специальными навыками обращения с холодным оружием, что не всегда возможно.

Отдельно следует отметить, что данный способ совершения заказного убийства наиболее часто используется преступниками с целью маскировки (сокрытия) убийства по найму, и представление (инсценировки) его, как иного вида убийства - убийства совершенного с целью ограбления, из корыстных или хулиганских побуждений, бытового убийства. Весьма характерным примером, подтверждающим изложенное выше, является следующий случай из следственной практики. 28 сентября 1994 г. едва не погиб член коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ Геннадий Соловьев. На судью, который

1 А. В. Кучинский Антология заказного убийства, Донецк, 1998, С. 148

188

возвращался с работы, напал незнакомец и дважды ударил ножом в грудь и в живот. К счастью полученные потерпевшим раны не были смертельными.

Другим весьма распространенным способом совершения данной разновидности заказных убийств является нанесение удара в затылок, либо в основание черепа потерпевшего тяжелым предметом. Данный способ позволяет инсценировать разбойное нападение, либо причинение тяжких телесных повреждений, повлекших смерть потерпевшего в ходе драки, либо из хулиганских побуждений. Так например, в начале ноября 1992 г. в Твери от единственного удара по голове погиб руководитель компании “Тверь-Алиса”. Его труп нашли на берегу реки Лазурь. При убитом осталась нетронутой крупная сумма денег, что развеяло версию о грабеже. По оперативным данным убийство директора “Тверь-Алисы” было совершено по заказу его кредиторов, отчаявшихся получить свои деньги.1

Следует признать обоснованным, что не все виды покушений на заказные убийства будут отвечать критериям их выделения для целей настоящей работы с целью предложения методик улучшения материала показаний потерпевших по данной категории уголовных дел. Таким образом, говоря в настоящем исследовании о покушении на заказное убийство, под последним мы будем понимать покушения, совершенные с использованием холодного оружия и иных предметов, приспособленных в качестве оружия, а так же огнестрельного оружия с близкой дистанции. Иные виды покушений на заказные убийства в силу вышеназванных причин останутся за рамками настоящего исследования.

Отечественная практика показывает, что преобладающее число покушений на заказное убийство происходит при типичных обстоятельствах: потерпевший выходит утром из дома или, напротив, возвращается вечером домой. Значительно реже данное преступление совершается на рабочем месте потерпевшего, либо на территории, прилегающей к месту его работы. Причиной этого является необходимость обеспечения для преступника внезапности и скрытности при совершении покушения на заказное убийство.

1 А. В. Кучинский “Антология заказного убийства”, Донецк, 1998, С. 155

189

Преступники также стремятся остаться незамеченными для третьих лиц, которые в последствии могли бы дать свидетельские показания и опознать исполнителей.

В качестве исполнителя заказного убийства, как правило, выступает лицо, незнакомое или малознакомое потерпевшему, что в последующем существенно затрудняет обнаружение заказчика. Время совершения преступления выбирается преступником в зависимости от повседневного распорядка потерпевшего, но, как правило, в утренние или вечерние часы. Поэтому чаще процесс восприятия события происходит в условиях недостаточной освещенности, что приводит к ошибкам в показаниях потерпевших при их воспроизведении следователю (данных о личности преступника, цвете его одежды и т.д.). В качестве места совершения преступления избираются лифты, лестничные площадки, подъезды, территория, непосредственно прилегающая к местам проживания и работы, тоесть выбор места совершения преступления, как правило, обусловлен особенностями личности потерпевшего, его образом жизни, привычками и т.д. Для получения этих данных непосредственному исполнителю преступления либо его сообщникам часто приходится проводить предварительное наблюдение за потерпевшим, изучать его жилье, маршруты его следования, распорядок дня и осуществлять иные подготовительные действия. В результате данные лица могут попасть и в поле зрения потерпевшего или иных свидетелей (например сотрудников службы безопасности потерпевшего), и в последствии могут быть ими опознаны. Поэтому при проведении допроса потерпевших по данной категории дел необходимо интересоваться у потерпевшего: не видел ли он исполнителя преступления ранее, не замечал ли он иных незнакомых подозрительных лиц в период, непосредственно предшествовавший покушению. Таким образом, потерпевший может припомнить и иные данные об исполнителе преступления, которые непосредственно не связаны с механизмом события преступления, но позволяют ускорить розыск лица, подозреваемого в совершении покушения на

1 А. В. Кучинский Указ. соч. С. 150

190

заказное убийство. Следователю при проведении допроса потерпевшего по данной категории дел также необходимо учитывать и характер полученных потерпевшим телесных повреждений, т.к. тяжесть и механизм телесных повреждений, причиненных потерпевшему при покушении на заказное убийство может как правило выступать в роли объективного фактора, отрицательно влияющего на формирование показаний, затрудняющего процесс восприятия и запоминания данных о событии преступления. Очевидно, что целью преступников является нанесение потерпевшему повреждений, не совместимых с жизнью, но иногда потерпевший остается жив. Рассматривая в качестве своей цели умышленное причинение смерти потерпевшему, преступниками как правило не рассматривается возможность, что потерпевший выживет и сможет давать показания о событии преступления на предварительном следствии. Это нередко является причиной отказа исполнителей преступления от использования маскировки при совершении покушения на заказное убийство. Болевой шок, вызванный полученными потерпевшим повреждениями часто служит причиной существенного ухудшения восприятия и соответственно искажения показаний. По данной категории дел у потерпевших часто имеет место потеря либо помутнение сознания различной продолжительности, вызванные полученными им черепно- мозговыми и иными видами травмами, большой кровопотерей, а также болевым шоком, что закономерно влечет за собой существенные пробелы в показаниях потерпевшего о событии преступления Таким образом, начальный момент нападения воспринимается потерпевшим сравнительно нормально, но из-за высокой скорости и интенсивности нападения возможны ухудшение восприятия и, следовательно, ошибки и искажения при запоминании. В дальнейшем, после нападения ошибки, обусловленные кратковременностью и скоротечностью восприятия отсутствуют, но на процесс формирования показаний начинает оказывать влияние боль, вызванная полученными травмами и кровопотерей. Отметим, что при совершении покушения на заказное убийство изложенная выше
закономерность отразилась и в

191

особенностях механизма совершения преступления, а именно в том, что, используя неожиданность нападения и застав потерпевшего врасплох, преступники после совершения преступления пытаются как можно быстрее скрыться с места его совершения с целью исключить восприятие и запоминание их примет потерпевшим, избежать встречи с ненужными свидетелями и не быть застигнутыми с поличным на месте совершения преступления. При этом учету подлежит характер полученных потерпевшим повреждений, что позволяет в дальнейшем, при анализе его показаний определить, что мог воспринять и запечатлеть потерпевший, а что, в силу изложенных выше причин, был не в состоянии, либо мог воспринять и запечатлеть с существенными искажениями. Весьма обобщенно, телесные повреждения, полученные потерпевшим, на основе их влияния на процесс формирования показаний по данной категории дел могут быть подразделены на две основные группы:

а) Телесные повреждения, вызывающие непосредственно после их нанесения болевой шок и потерю сознания. Подобные повреждения характерны для множественных пулевых ранений, а так же для повреждений, сопровождающихся черепно-мозговыми травмами различной степени тяжести. Как правило, потерпевшие либо не способны воспроизвести события, следовавшие непосредственно за покушением на убийство - затрудняются уточнить, в каком направлении скрылись преступники, как они покинули место совершения преступления, на каком транспортном средстве они могли скрыться и т.д. Подобные повреждения нередко сопровождаются в дальнейшем кратковременной амнезией, что может затруднить дачу потерпевшим показаний и о тех обстоятельствах события преступления, которые и могли быть им восприняты и запечатлены. Таким образом, можно утверждать, что получение от потерпевшего, которому были нанесены подобные повреждения, полных и достоверных показаний о событии преступления непосредственно после его совершения весьма затруднено. Основным правилом допроса потерпевшего по данной категории дел следует признать проведение допроса

192

потерпевшего непосредственно после совершения в отношении него преступления. Нередко проведение детального допроса потерпевшего непосредственно после совершения преступления затруднено в силу объективных причин, связанных с состоянием его здоровья, что в свою очередь может существенно отразиться на материале получаемых от него показаний. В то же время первоначальный допрос позволяет получить исходную, ориентирующую информацию о лицах, совершивших покушение на заказное убийство (исполнителях) - их внешности, особых приметах и т.д., позволяющую приступить к проведению неотложных следственных и оперативных действий, проводить розыск по горячим следам. Таким образом проведение первоначального допроса непосредственно после совершения преступления следует признать необходимым, но по нашему мнению, в силу вышеназванных причин, следует обязательно проводить повторный допрос потерпевшего, основываясь на данных о состоянии его здоровья, полученных от лечащего врача (в случае улучшения состояние здоровья потерпевшего), позволяющий детализировать и уточнить данные о событии преступления, полученные в ходе первоначального допроса.

Ь) Телесные повреждения, не вызывающие сильного болевого шока, но

сопряженные с обильной кровопотерей, сопровождающейся постепенным помутнением сознания, ухудшением восприятия, а также неадекватным восприятием происходящего. Подобные повреждения, как правило, имеют место при колющих и режущих ранениях, нанесенных холодным оружием, а также одиночных пулевых ранениях. Материал показаний, полученный от потерпевших, которым при совершении преступления были нанесены телесные повреждения данной группы, отличается, как правило, большей полнотой и объективностью, отличаясь постепенным ухудшением качества показаний о событиях, последовавших за нападением, и напрямую зависящих от протяженности промежутка времени, отделяющего момент нанесения телесных повреждений от описываемых потерпевшим фактов и событий. Как правило, весьма объективны и точны показания таких
потерпевших о событиях,

193

,следовавших непосредственно за моментом нападения. Потерпевшие в состоянии объективно воспроизвести в ходе допроса данные о числе и внешности преступников, их одежде, орудиях, использованных при совершении преступления. В том случае, если по состоянию здоровья такие потерпевшие могут давать показания, то они должны быть допрошены непосредственно после совершения преступления. В силу того, что их показания отличаются достаточной полнотой и точностью, проведение повторного допроса, как правило, не требуется. Требование о проведении допроса таких потерпевших непосредственно после совершения преступления, либо в промежуток времени, близкий к моменту совершения преступления также обусловлено необходимостью снижения или устранения действия субъективных закономерностей формирования показаний, таких, как испуг и состояние фрустрации, которые могут постепенно перейти в кумулятивное стрессовое состояние, вызванное пониманием тяжести совершенного в отношении потерпевшего преступления, осознанием своей незащищенности перед преступниками. С течением времени, под действием выше названных субъективных закономерностей формирования показаний, возможны существенное искажение показаний потерпевшего о событии преступления в направлении гиперболизации в показаниях общественной опасности совершенного деяния. Потерпевшие по данной категории дел с течением времени зачастую не склонны к сотрудничеству с правоохранительными органами, необоснованно обвиняя их в том, что именно они допустили покушение, а также в их неспособности защитить потерпевших от возможных будущих покушений. Таким образом, проведение первоначального допроса непосредственно после совершения преступления, может также существенно улучшить результаты повторных допросов потерпевшего в случае их проведения, а также положительно отразиться и на результатах расследования в целом.

Опираясь на сказанное можно выдвинуть предположение о том, что процесс формирования показаний на стадии восприятия и
запечатления

194

материала показаний по делам о покушении на заказное убийство условно может быть разделен на два этапа:

1) формирование материала показаний о событии преступления (восприятие и запечатление), происходящее до момента причинения телесных повреждений потерпевшему 2) 3) формирование материала показаний о событии преступления (восприятие и запечатление), происходящее после причинения телесных повреждений потерпевшему. 4) Формирование показаний на пером этапе детерминируется внезапностью нападения, что в свою очередь выражается в отсутствии целенаправленного восприятия события преступления потерпевшим. В качестве фактора, положительно отражающегося на процессе формировании показаний, на данном этапе выступает то, что восприятие развития события преступления, лиц, осуществляющих нападение на потерпевшего, происходит с близкого расстояния - расстояния непосредственного контакта. В том случае, если исполнители преступления не предприняли действий, направленных на маскировку внешности, что нередко случается, т.к. потерпевшие и исполнители преступления, как правило, не знакомы, потерпевшие достаточно хорошо способны запечатлеть особые приметы нападавших и впоследствии воспроизвести их на допросе. В настоящее время, очевидно, прослеживается тенденция роста числа покушений на убийства по найму с применением маскировки внешности преступниками не зависимо от того, знакомы исполнители преступления с потерпевшим или нет.

На втором этапе дальнейшее развитие процесса восприятия и запоминания механизма события преступления происходит уже под действием боли и болевых состояний, вызванных травмами и повреждениями, нанесенными потерпевшему при нападении на него. Субъективные факторы, детерминирующие восприятие и запоминание, такие как стресс, страх, испуг для данной категории дел, как правило, ярко не выражены в рилу скоротечности и кратковременности акта нападения и его
восприятия

195

потерпевшим. Их действие проявляется в дальнейшем на
стадии воспроизведения показаний в ходе допросов на предварительном следствии, когда потерпевший, в под действием названных субъективных факторов, боясь мести или повторного нападения на него со стороны преступников, не склонен давать ответы на такие вопросы, как “кому была выгодна его смерть”, “были ли угрозы причинения смерти, направленные в его адрес, предшествовавшие совершению преступления, и кем они были сделаны”, “кого подозревает сам потерпевший, в качестве организатора и исполнителей преступления” и т.д. Нередко, по данной категории
дел, под действием выше названых субъективных факторов, потерпевшие также предпочитают “разбираться” в подобных вопросах
самостоятельно, что может существенно осложнить процесс расследования. В том случае, если следователь, учитывая данные о качествах личности потерпевшего, его психическом состоянии, а также степени и характере полученных потерпевшим телесных повреждений, обоснованно предполагает, что потерпевший в дальнейшем будет давать неполные или недостоверные показания, либо будет уклоняться от
дачи показаний на предварительном следствии, особую значимость приобретает вопрос избрания времени и места проведения
первоначального допроса потерпевшего. В подобных случаях потерпевшего рекомендуется допрашивать в период его пребывания на излечении в медицинском учреждении, предварительно получив согласие лечащего врача на проведение данного следственного действия. В подобных условиях формируется психологическое состояние потерпевшего, детерминируемое испытываемым потерпевшим чувством незащищенности, во многом определяемым обстановкой медицинского
учреждения, а также чувством мести по отношению к лицам совершившим покушение на заказное убийство, по вине которых потерпевший оказался в таких условиях. Выше описанное психологическое состояние, как правило, вынуждает потерпевшего давать более полные и правдивые показания, что позволяет достаточно четко очертить и в дальнейшем отработать круг лиц, заинтересованных в смерти потерпевшего, а так же установить мотивы совершения покушения на заказное

196

убийство в отношении потерпевшего. Полученные от потерпевшего зачастую данные могут позволить изобличить не только исполнителей преступления, но и организаторов (заказчиков) заказного убийства. Проведение допроса при данных условиях позволяет также избежать формирования у потерпевшего негативного отношения к следственным и оперативным работникам, вызванного недостаточной, по мнению потерпевшего, активностью работников правоохранительных органов по раскрытию преступления и изобличению виновных лиц, что в свою очередь позволяет существенно улучшить материал показаний, получаемых от потерпевшего, облегчить установление психологического контакта с потерпевшим и его дальнейшее развитие и использование при проведении повторных допросов по данному уголовному делу.

При расследовании дел данной категории с целью получения дополнительной информации о событии преступления и лицах, его совершивших, особо рекомендуется проведение повторных допросов потерпевшего. Необходимо при повторных допросах потерпевших по делам о покушении на заказное убийство рекомендовать использовать замедленный темп допроса, позволяющий снять психологическое напряжение, вызванное стрессовым воздействием преступления, уменьшить эмоциональную окраску события в показаниях потерпевшего. В ходе повторного допроса потерпевшего следователю полезно использовать результаты проведенных по делу криминалистических экспертиз в сочетании с тактическими приемами, направленными на припоминание забытого. Вопрос обоснованности для потерпевшего вызова на повторный допрос приобретает особую значимость для целей успешного установления и развития психологического контакта с потерпевшим и максимального улучшения результатов допроса. Следователю необходимо объяснить потерпевшему, что проведение данного следственного действия является вынужденным, а не является недоверием к потерпевшему и его первоначальным показаниям со стороны лица, осуществляющего предварительное следствие, вызвано необходимостью проведения розыска лиц,

197

совершивших покушение на заказное убийство, и его показания являются исключительно важными для следствия и требуют наиболее подробного изложения при допросе

В последнее время весьма распространенным способом совершения данного вида преступления стало открытое вооруженное нападение на транспортное средство потерпевшего, по пути его следования. В таких случаях покушение на заказное убийство имеет ряд существенных особенностей при формировании показаний потерпевших, связанные с тем, что событие, как правило, происходит в дневные часы, что может существенно улучшить восприятие. Вместе с тем подобные преступления отличаются своей динамикой самого нападения и очень высоким темпом совершения. Отличия в динамике состоят и в том, что преступники пытаются осуществить сразу две цели: убийство потерпевшего и очень быстрое бегство с места совершения преступления. В таком случае необходимо выяснить, кто находился за рулем транспортного средства, принадлежавшего потерпевшему, т.к. данное лицо может обладать наиболее полной информацией о событии преступления и предшествовавшем ему периоду времени в силу своего целенаправленного наблюдения, необходимого для управления транспортным средством.

По делам о покушении на заказное убийство следует рекомендовать комплексное использование целого ряда тактических приемов допроса потерпевшего: адаптивных, информационных, приемов эмоционального воздействия. Весьма эффективно их использование как системы тактических приемов допроса, объединенных одним замыслом и направленных на достижение единой тактической цели (тактических комбинаций).

При допросе потерпевшего по данной категории уголовных дел следует использовать такие тактические приемы, как “беседа”, “снятие напряжения”, “использование положительных свойств личности допрашиваемого”, позволяющих установить психологический контакт с потерпевшим, снизить действие психотравмирующих факторов (страх, фрустрация и т.д.). Применение названных тактических приемов допроса потерпевшего позволяет

198

сформировать предпосылки успешного применения группы информационных приемов допроса (“перефраза”, “наглядность”), а также применения наиболее результативных для данной категории уголовных дел тактических приемов -“повторность”, “замедленный темп допроса”. Крайне важным тактическим приемом допроса потерпевшего по делам о покушении на заказное убийство следует признать использование приема “настройка”, правильное применение которого позволяет следователю прогнозировать изменение линии поведения потерпевшего, его отношения к расследованию и его результатам и своевременно путем убеждения корректировать позицию, занятую потерпевшим по уголовному делу.

199

Заключение

Проведенное исследование дает основание для следующих выводов и предложений:

  1. Анализ научных работ, посвященных проблемам тактики и психологии допроса потерпевшего показывает недостаточность исследования данной проблематики. Недостаточно разработанными следует признать вопросы учета влияние ситуации преступного посягательства на процесс формирования показаний потерпевшего
  2. На основе проведенного исследования диссертантом обосновано предложение дальнейшие научные разработки и исследования в области психологии и тактики допроса потерпевших проводить, четко выделяя два аспекта психологии и тактики их допроса:

a) универсальная тактика и психология допроса потерпевших; b) c) тактика и психология допроса потерпевших по конкретным категориям уголовных дел. d) В этом же плане рекомендовано издавать научно-практические пособия для следователей по наиболее распространенным категориям уголовных дел.

  1. Проанализировав отличия процесса формирования показаний и тактики допроса потерпевшего от психологии иных участников процесса, диссертантом сделан ряд рекомендаций по их разграничению в рамках криминалистического учения о тактике допроса.
  2. Исследовав влияние субъективных и объективных факторов на формирование показаний потерпевших, их зависимость от категории уголовных дел и ситуации посягательства, диссертантом сделан ряд практических рекомендаций по тактике и психологии допроса потерпевших.
  3. Исследовав отличия процесса формирования показаний потерпевшего от иных участников процесса на стадии восприятия события преступления, диссертант делает ряд практических рекомендаций основанных на учете особенностей психики допрашиваемого потерпевшего и характера

200

развития психотравмы и иных психических состояний,
вызванных преступлением.

  1. На базе проведенного исследования объективных условий формирования показаний потерпевших автором сделаны рекомендации по тактике и психологии допроса.
  2. Проанализировав субъективные условия формирования показаний потерпевшего на основе их зависимости от ситуации посягательства и личности потерпевшего, диссертантом сформулировано предложение о их разделении на две группы:

a) Субъективные условия, в основе которых лежат психические закономерности. Это проявление общих закономерностей восприятия, внимания, памяти и мышления, свойственных любому человеку, а не специфические проявления закономерностей психики конкретного потерпевшего. b) c) Субъективные условия, зависящие от ситуации, т.е. условия, носящие ситуативный характер и напрямую зависящие от ситуации конкретного посягательства на потерпевшего, его родственников, его имущество и т.д. и личностных особенностей конкретного потерпевшего. d) На основе изложенного диссертантом сформулированы
рекомендации по тактике допроса и анализу полученных показаний.

  1. Рассмотрев субъективные факторы, влияющие на формирование показаний потерпевшего и выделив в качестве основных сильные отрицательные эмоции (стресс, страх, фрустрация), в настоящей работе автором сформулированы рекомендации по тактике допроса, нацеленные на снижение воздействия отрицательных эмоций при допросе потерпевшего.
  2. Исследовав механизм формирования показаний потерпевшего, находившегося в состоянии алкогольного опьянения легкой, средней и тяжелой степени, даются рекомендации по тактике допроса таких потерпевших.
  3. Проанализировав механизм формирования показаний лиц, находившихся в состоянии наркотического опьянения, в работе излагаются

201

рекомендации по тактике допроса таких потерпевших, основанные на учете данных о групповой принадлежности наркотических веществ и особенностях оказываемого воздействия.

  1. Исследовав основания повышения чувствительности анализаторов потерпевшего под влиянием причиненной ему боли, в работе сформулированы конкретные рекомендации для их учета в ходе допроса.
  2. Рассмотрев влияние психических расстройств, вызываемых преступлением, на формирование показаний потерпевших, автором предложен ряд рекомендаций по тактике допроса таких лиц.
  3. Обосновав отличия тактики допроса потерпевшего от тактики допроса всех иных участников процесса, диссертант предлагает классификационную схему тактических приемов допроса потерпевшего, в том числе приемов его допроса по конкретным категориям дел.
  4. В настоящем исследовании обосновано положение о неоправданности применения тактических приемов для всех категорий допрашиваемых без учета специфики формирования их показаний и ситуации допроса.
  5. Проанализировав существующие в науке подходы к классификации тактических приемов допроса, автором предложено выделение группы тактических приемов, характерных для допроса потерпевшего.
  6. На базе настоящего исследования обосновано положение об эффективных тактических приемах допроса потерпевшего которыми признана группа тактических приемов, направленных на преодоление психической травмы, причиненной преступлением и приведение потерпевшего в состояние, при котором он будет способен дать полные и достоверные показания.
  7. В настоящем исследовании обосновано положение об использовании в ходе допроса потерпевшего систем тактических приемов, объединенных одним замыслом (тактических комбинаций) и сделаны рекомендации по их применению.

202

  1. Проанализировав предусмотренные УПК РФ меры безопасности, автором обоснованы положения использования названых мер для достижения тактических целей допроса потерпевшего, предложен ряд рекомендаций по совершенствованию процессуального закона, направленных на предотвращение внепроцессуальных воздействий на потерпевшего со стороны заинтересованных в исходе дела лиц.

Изучение уголовных дел подтвердило вывод о существенных отличиях в механизме формировании показаний потерпевших по различным категориям уголовных дел, наглядно продемонстрировав, что различие в наборе субъективных и объективных факторов формирования показаний, обусловленных категорией уголовного дела, определяет как весь процесс формирования показаний, так и особенности психологии и тактики допроса потерпевших по данной категории уголовных дел.

203

Библиографический список использованной литературы

Законодательные и другие нормативные акты.

  1. Конституция Российской Федерации. М. 1999.
  2. Уголовный Кодекс Российской Федерации от 24 мая 1996 г. М. 1999.
  3. Уголовно-процессуальный Кодекс РСФСР от 27 октября 1960 г. М., 1997
  4. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации от 22 ноября 2001 г. М., 2002
  5. Закон “Об оперативно-розыскной деятельности” от 5 июля 1995 г. СЗ РФ 1995, № 33, ст. 3349.
  6. Коментарий к УПК РСФСР, под ред. Томина В. Т. М., 1995
  7. Коментарий к УК Российской Федерации, под ред. Лебедева В. М. М, 1999.
  8. Коментарий к УПК Российской Федерации, под ред. Рыжакова А. П. М., 2001.
  9. Монографии, учебники и учебные пособия.

  10. Криминалистика, под ред. Хмырова А. А., Зеленского В. Д., Краснодар, 1998
  11. Кримналистика, под ред. Белкина Р. С, М., 1986
  12. Кримналистика, под ред. Белкина Р. С, М., 1999
  13. Кримналистика, под ред. Васильева А. Н., М., 1980
  14. Кримналистика, под ред. Пантелеева И. Ф., Селиванова Н. А., М, 1988
  15. Кримналистика, под ред. Образцова В. А., М., 1997
  16. Кримналистика, под ред. Филлипова А. Г., Волынского А. Ф., М., 1998
  17. Криминалистика. М., 1970
  18. Руководство для следователей, под ред. Найденова В. В., Олейника П. А., часть 1,М., 1981
  19. Алексеев А. М. Психологические особенности показаний очевидцев. М., 1972
  20. Антонян Ю. М. Психология убийства. М., 1997 12.Ароцкер Л. Е. Тактика и этика судебного допроса. М., 1969
  21. Баев О. Я. Основы криминалистики - курс лекций. М., 2001

  22. Баев О. Я. Содержание и формы криминалистической тактики. Воронеж., 1975
  23. Белкин Р. С. Криминалистическая энциклопедия. М., 2000
  24. Белкин Р. С. Курс криминалистики - в 3 томах. М., 1997
  25. Белкин Р. С. Курс советской криминалистики. М., 1978
  26. Белкин Р. С. Собирание исследование и оценка доказательств. М., 1966
  27. Белкин Р. С. Тактика допроса. // Белкин Р. С. Лифшиц Е.М. Тактика следственных действий. М., 1997
  28. Белкин Р. С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. М., 2001
  29. Бодалев А. А. Формирование понятия о другом человеке как личности. Л. 1970
  30. Быховский И. Е. Процессуальные и тактические вопросы проведения следственных действий. Волгоград. 1977
  31. Бородулин А. И. Убийство по найму: Криминалистическая характеристика. Методика расследования. М., 1997
  32. Брусницын Л. В. Правовое обеспечение безопасности лиц, содействующих уголовному правосудию. М., 1999
  33. Валеев М. X. Криминалистическая характеристика и особенности первоначального этапа расследования вымогательства: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Уфа, 1997
  34. Васильев А. Н. Основы следственной тактики. М., 1960
  35. Васильев А. Н. Следственная тактика. М., 1976
  36. Васильев А. Н. Тактика отдельных следственных действий. М., 1981
  37. Васильев А. Н. Карнеева Л. М. Тактика допроса. М., 1970
  38. Васильев А. Н. Карнеева Л. М. Тактика допроса. М., 1976
  39. Васильев А. Н. Корнеева Л. М. Тактика допроса при расследовании преступлений. М., 1970
  40. Васильев А. Н. Психологические основы организации труда следователя. Волгоград., 1976
  41. Васильев В. Л. Юридическая психология. М., 1991

205

  1. Волчецкая Т. С. Криминалистическая ситуалогия. М., 1997
  2. Волчецкая Т. С. Современные проблемы моделирования в криминалистике и следственной практике. Калининград, 1997
  3. Глазырин Ф. В. Конспект лекций по судебной психологии: Часть особенная. Свердловск, 1978
  4. Глазырин Ф. В. Психология следственных действий. М., 1983
  5. Голунский С.А. Тактика допроса, Ашхабад, 1942
  6. Гусаков А. Н. Следственные действия и тактические приемы. М., 1972
  7. Давыдов Г. П. Притузова В. А. Шевченко Б. И. Тактика следственных действий (учебное пособие по криминалистике). М., 1959
  8. Доступов Г. Г. Психология допроса на предварительном следствии. М., 1976
  9. Доступов Г. Г. Мажитов Ш. Н. Психология показаний свидетелей и потерпевших. Алма-Ата, 1975
  10. Драпкин Л. Я. Основы теории следственной ситуации. Свердловск, 1987
  11. Дулов А. В. Судебная психология. Минск, 1975
  12. Дулов А. В. Нестеренко П. Д. Тактика следственных действий. Минск, 1971
  13. Дулов А. В. Тактические опреации при расследовании преступлений. Минск., 1979
  14. Еникеев М. И. Основы общей и юридической психологии. М., 1997
  15. Ефимичев С. П. Кулагин Н. И. Ямпольский А. Е. Допрос. Волгоград, 1978
  16. Закатов А. А. О производстве превоначальных неотложных следственных действий. Свердловск. 1990
  17. Звирбуль А. К. Смыслов В. И. Расследование краж, грабежей и разбойных нападений. М. 1982
  18. Зорин Г. А. Психологический контакт при производстве допроса. М., 1986
  19. Зорин Г. А. Руководство по тактике допроса. М., 2001
  20. Ильченко Ю. И. Юридическая психология: система понятий по курсу. Краснодар, 1995

  21. Карнеева Л. М. Тактические приемы допроса обвиняемых. М., 1971

  22. Карнеева Л. М. Ордынский С. С. Розенблит С. Я. Тактика допроса на предварительном следствии. М. 1958
  23. Карнеева Л. М. Соловьев А. Б.Чувильев А. А. Допроса подозреваемого и обвиняемого. М., 1969
  24. Кертэс Имре Тактика и психологические основы допроса. М., 1965
  25. Ковалев А. Г. Психология личности. М., 1971
  26. Колесниченко А. Н. Общие положения методики расследования отдельных видов преступлений. Харьков, 1976
  27. Кони А. Ф. Избранные произведения, т. 1 М. 1959
  28. Коновалова В. Е. Теоретические проблемы следственной тактики. Харьков, 1966
  29. Коновалова В. Е. Правовая психология, Харьков 1990
  30. Комарков В. С. Тактика допроса, Харьков, 1975
  31. Комисаров В. И. Теоретические проблемы следственной тактики. Саратов, 1987
  32. Кулагин Н. И. Порубов Н. И. Организация и тактика допроса в условиях конфликтной ситуации. Минск, 1977
  33. Лазарев П. П. Исследования по адаптации. М., 1947
  34. Лазарус Р. Теория стресса и психологические исследования // Эмоциональный стресс, Л., 1970
  35. Ларин А. М. Криминалистика и паракриминалистика. М., 1996
  36. Лившиц Е. М. Белкин Р. С. Тактика следственных действий. М., 1997
  37. Любичев С. Г. Этические основы следственной тактики. М., 1976
  38. Митричев С. П. Теоретические основы Советской криминалистики. М., 1965
  39. Митричев С. П. Следственная тактика. М., 1975

  40. Новик Ю. И. Научные основы принятия тактических решений при производстве следственных действий. Минск, 1979

  41. Обозов Н. Н. Психология межличностных отношений. Киев, 1990
  42. Образцов В. А. Основы криминалистики. М., 1996

207

  1. Образцов В. А. Криминалистика - курс лекций. М., 1996
  2. Общая психология, под ред. Богословского В.В., М., 1973
  3. Павлов Н. Е. Долг свидетеля. М., 1989
  4. Питерцев С. К. Степанов А. А. Тактические приемы допроса. СПб., 1996
  5. Питерцев С. К. Степанов А. А. Тактика допроса на предварительном следствии и в суде. СПб., 2001
  6. Порубов Н. И. Допрос в советском уголовном процессе и криминалистике. Минск, 1973
  7. Порубов Н. И. Допрос в советском уголовном судопроизводстве. Минск, 1973
  8. Порубов Н. И. Научные основы допроса на предварительном следствии. Минск, 1978
  9. Порубов Н. И. Тактика допроса на предварительном следствии. М., 1998
  10. Проблемы психологии следственной деятельности. Сборник научных статей. Красноярск, 1986
  11. Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей. М., 1967
  12. Ратинов А. Р. Судебная психология для следователей. М., 2001
  13. Ратинов А. Р. Скотникова Т. А. Самооговор. Л., 1973
  14. Ратинов А. Р. Адамов Ю. П. Лжесвидетельство. Происхождение, предотвращение и разоблачение ложных показаний. М., 1976
  15. Рахунов Р.Д. Свидетельские показания в советском уголовном процессе, М., 1955
  16. Розовский Б. Г. Допрос обвиняемого. Ровно, 1969
  17. Романов В. В. Юридическая психология. М., 1998
  18. Рыжаков А. П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. М., 1997
  19. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. М., 1946
  20. Рубинштейн С. Л. Основы общей психологии. СПб., 1999
  21. Рубинштейн С.Л. Принцыпы и пути развития психологии. М., 1959
  22. Сафин Н. Ш. Допрос несовершеннолетнего подозреваемого в советском уголовном судопроизводстве. Казань, 1990
  23. Селиванов Н. А. Снетков В. А. Руководство для следователей. М., 1997
  24. Селье Г. Стресс без дистресса. М., 1982
  25. Симонов П. В. Что такое эмоция. М., 1966

  26. Словарь практического психолога, М., 2 001
  27. Смыслов В. И. Свидетель в советском уголовном процессе. М., 1973
  28. Советская криминалистика - теоретические проблемы. М., 1978
  29. Сокол В. Ю. Методологические и организационные аспекты тактико- криминалистического обеспечения раскрытия преступлений. Краснодар, 1998
  30. Соловьев А. Б. Допрос свидетеля и потерпевшего. М., 1974
  31. Соловьев А. Б. Использование доказательств при допросе. М., 1981
  32. Соловьев А. Б. Использование доказательств при допросе на предварительном следствии. М., 2001
  33. Соя-Серко Л. А. Организация следственного действия. М., 1974
  34. Центров Е. Е. Допрос на предварительном следствии. М., 1986
  35. Центров Е. Е. Криминалистическое учение о потерпевшем. М., 1988
  36. Цомармов В, Н. Тактические приемы допроса и пределы их допустимости. М., 1977
  37. Чуфаровский Ю. В. Психология в оперативно розыскной деятельности. Установление и развитие контактов с субъектами заинтересованности. М., 1996
  38. Шибутани Т. Социальная психология. М., 1969
  39. Шиканов В. И. Теоретические основы тактической операции в расследовании преступлений. Иркутск, 1983
  40. Щепитько В. Ю. Теоретические проблемы систематизации тактических приемов в криминалистике. Харьков, 1995
  41. Щерба С. П. Зайцев О. А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. М., 1996

  42. Якобсон П. М. Психология чувств. М., 1958
  43. Якуб М. Л. Показания свидетелей и потерпевших. М., 1968
  44. Якушин С. Ю. Тактические приемы при расследовании преступлений. Казань, 1983
  45. Luckenbill D. Generating Compliance: The Case of Robbery. Urban Life 10-2546,1981
  46. Katz J. Seductions of Crime. New York: Basic Books. 1988
  47. Диссертации и авторефераты диссертаций.

  48. Якушин С. Ю. Тактические приемы и критерии их допустимости при расследовании преступлений, дис. канд. юрид. наук. Казань, 1983
  49. Малютин М. П. Тактические приемы, их допустимость и использование для достижения тактических целей допроса, дис. канд юрид. наук. Краснодар, 2001
  50. Бабич В. А. Проблема этической допустимости тактических средств при расследовании преступлений. Автореф. дис. канд юрид. наук. Минск, 1979
  51. Багдасарян Ю. Н. Криминалистический анализ механизма дорожно- транспортного происшествия, Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 1982
  52. Быховский И. Е. Процессуальные и тактические вопросы системы следственных действий. Автореф. дис. д-ра юрид. наук М., 1976
  53. Доспулов Г.Г. Процессуальные и психологические основы допроса свидетелей и потерпевших на предварительном следствии , Автореф. дисс. канд. юрид. наук., Алма-Ата, 1968
  54. Камашев Г. М. Тактические и психологические основы допроса потерпевшего: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Ижевск, 1997
  55. Кертес И Тактика и психологические основы допроса на предварительном следствии: Автореф. дисс. канд. юрид. наук, М.. 1961
  56. Колесниченко А. Н. Научные и правовые основы методики расследования отдельных видов преступлений. Автореф. дис. д-ра юрид. наук. Харьков, 1967

210

Ю.Нагимов М. Н. Процессуально-психологические особенности допроса потерпевшего в советском уголовном процессе: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Ташкент, 1986

11 .Николайчук И.А. Сокрытие преступлений как форма противодействия расследованию. Автореф. Дис. д-ра юрид. наук. Воронеж. 2000

  1. Перлов С. Н. Доказывание при расследовании дел о дорожно- транспортных происшествиях (Процессуальные и криминалистические аспекты): Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 1997

  2. Полстовалов О. В. Совершенствование тактических приемов криминалистики на основе современных достижений психологической науки. Автореф. Дис. к-та юрид. наук. Уфа. 2000
  3. Решетников В. А. Сследственные ситуации и тактические операции по делам о завладении из жилища имуществом граждан. Автореф. Дис. к-та юрид наук. Саратов. 1995.
  4. Соловьев А. Б. Криминалистический анализ показаний в системе следственной тактики: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Ташкент, 1980
  5. Сокол В. Ю. Тактико-криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений (методологические и организационные аспекты), дис. канд. юрид. наук. М., 1998
  6. Ульянов В. Г. Реализация прав потерпевших в Российском уголовном процессе, дис. канд. юрид. наук. Краснодар, 1998
  7. Научные статьи.

  8. Абаков А. Защищать права потерпевшего. // Российская юстиция. 1997. № 3
  9. Ароцкер Л. Е. Судебная этика. // Социалистическая законность. 1969. № 9
  10. Балугина Т. С. Следственная ситуация и планирование расследования. // Следственная ситуация. Сборник научных трудов, М., 1985
  11. Безнасюк А. Абабков А. Государственная защита лиц,
    содействующих уголовному судопроизводству. // Российская юстиция.
  12. № 8
  13. Белкин Р. С. Перспективы исследования проблемы следственной ситуации. // Следственная ситуация. Сборник научных трудов, М., 1985

211

  1. Божьев В. Процессуальный статус потерпевшего. // Российская юстиция. 1994. № 1
  2. Брудный А. А. К теории коммуникативного воздействия. // Теоретические и методические проблемы социальной психологии. М., 1977
  3. Брусницын Л. В. Как обезопасить лиц, содействующих уголовному правосудию. // Российская юстиция. 1996. № 9
  4. Брусницын Л. В. Обеспечение безопасности потерпевших и свидетелей. // Законность. 1997. № 1
  5. Брусницын Л. В. Меры безопасности для содействующих уголовному правосудию. // Государство и право. 1998. № 9
  6. Брусницын Л. В. Проблемы защиты жертв преступлений в свете действующего и проектируемого законодательства. // Российский следователь. 2000. № 6
  7. Быховский И. Е. О допустимости и правомерности некоторых тактических приемов. // Совершенствовать следственное мастерство. Куйбышев, 1974
  8. Быховский И. Е. Об использовании фактора внезапности при расследовании преступлений // Совершенствовать следственное мастерство. Куйбышев, 1974
  9. Вандышев В. В. Воздействие на жертву преступления как средство побуждения ее к участию в противодействии расследованию. // Человек против человека. СПб. 1994
  10. Васильев А. Н. Тактические приемы - основа следственной тактики. // Социалистическая законность. 1974. № 4
  11. Винберг А. И. О научных основах криминалистической тактики // Правоведение. 1965. № 3

  12. Герасимов И. Ф. Следственные ситуации на начальном этапе расследования преступлений // Социалистическая законность. 1977. № 7

  13. Гончаров В. Б. Кожевников В. В. Проблемы безопасности участников уголовного процесса. // Государство и право. 2000. № 2

212

  1. Гриненко А. В. Потерпевшему нужна защита. // Адвокатская практика.
  2. №1
  3. Громыко А. Фридман А. Нарушаются права потерпевших. // Законность. 1997. №11
  4. Гуляев Н. И. Быховский И. Е. Исследование эмоционального состояния человека в процессе производства следственного действия. // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев. 1972
  5. Дербенев А. П. О психологических приемах допроса на предварительном следствии. // Правоведение. 1981. № 1
  6. Драпкин Л. Я. Первоначальные следственные действия в методике расследования преступлений и проблема повышения их эффективности. // Вопросы методики расследования преступлений. Свердловск. 1976
  7. Драпкин Л. Я. Тактические операции в расследовании преступлений и проблемы повышения их эффективности. II Вопросы методики расследования преступлений. Свердловск. 1976
  8. Игнатьева М. В. Потерпевшему - равные права с подозреваемым и обвиняемым. // Адвокатская практика. 2000. № 2
  9. Игнатьева М. В. К вопросу обеспечения безопасности потерпевшего. // Российский следователь. 2001. № 5
  10. Ильченко Ю. И. К проблеме о сущности психического воздействия на допрашиваемого // Проект УПК РФ и проблемы правоприменительной деятельности. Краснодар. 1999
  11. Ищенко Е. П. К вопросу о понимании и структуре тактической операции. // Тактическая операция и эффективность расследования. Свердловск 1986.
  12. Карнеева Л. М. Судебная этика и тактика допроса. // Советская милиция. 1976, №4
  13. Карнеева Л. М. Пределы использования тактических приемов допроса // Тактические приемы допроса. М., 1980
  14. Кирпичников А. И. О некоторых психологических приемах допроса. // Следственная практика. 1967. Вып. 73

213

  1. Князев В. А. О понятии тактической операции. // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев. 1982. Вып. 25

  2. Комиссаров В. Свидетель и потерпевший в уголовном судопроизводстве // Российская юстиция. 1994. № 8

  3. Кирпичников А. И. О некоторых психологических приемах допроса. // Следственная практика. 1967. Вып. 73
  4. Красунский В. Г. О некоторых психологических приемах расследования. // Следственная практика. 1964. Вып. 65
  5. Круглов А. П. Значение правильной оценки доказательств по делу о покушении на изнасилование. // Следственная практика. 1976. Вып. 109

  6. Кулаков Д. Процессуальная защита свидетелей и потерпевших. // Законность. 1994. № 9
  7. Кухнарев В. А. Филонов Л. Б. О некоторых способах установления психологического контакта с обвиняемым. // Вестник МГУ. Серия Право.
  8. №3
  9. Лагутин А. В. Тактические операции при расследовании преступлений // Криминалистика и судебная экспертиза. Киев. 1980. Вып. 20
  10. Левитов Н. Д. Психологические состояния беспокойства, тревоги // Вопросы психологи, 1968, № 9
  11. Левитов Н. Д. Фрустрация - один из психических состояний /ЛЗопросы психологи, 1967, № 6
  12. Лузгин И. М. Развитие методики расследования отдельных видов преступлений II Правоведение. 1977. № 2

  13. Митричев С. П. Следственная тактика - это мастерство. // Социалистическая законность. 1971. № 4

  14. Нам Н. А. Психологические аспекты раскрытия преступления. // Следственная практика. 1975. Вып. 107

  15. Ратинов А. Р. Теория рефлексивных игр в приложении к следственной практике. // Правовая кибернетика. М., 1970

  16. Осипкин В. В. В защиту прав потерпевшего. // Законность. 2000. № 2

214

  1. Тихонов А. К. О процессуальной безопасности свидетеля и потерпевшего. // Советская юстиция. 1993. № 2

  2. Хайрулин Ф. А. Опыт и рекомендации по обеспечению безопасности свидетелей и потерпевших в уголовном процессе. // Прокурорская и следственная практика. 2000. № 1-2

  3. Шиканов В. И. Тактические операции как важнейший структурный элемент следственной тактики и одна из форм сотрудничества органов следствия и дознания. // Совершенствование предварительного следствия в аспекте искоренения преступности в нашей стране. Иркутск. 1975. Вып. 9-10

  4. Юношев С. Укрепление правового статуса потерпевшего и его представителя. // Российская юстиция. 1998. №11.

  5. Wright R. Т. Decker S. Н. Creating the Illusion of Impending Death: Armed Robbers in Action, The HFG Review - A publication of the Harry Frank Guggenheim Foundation - Crime of Violence, Fall 1997, vol. 2. №. 1