lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Ножкина, Анжелика Владимировна. - Система источников уголовно-процессуального права России: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Москва, 2003 190 с. РГБ ОД, 61:03-12/1079-7

Posted in:

6/: 03 -/<Z//0 ?f~ ?

осударственное учреждение «Всероссийский научно- исследовательский институт

МВД России»

На правах рукописи

р

Нож кина Анже лика Влад имир овна

СИС ТЕМ А ИСТ ОЧН ИКО В

УГО ЛОВ НО- ПРО ЦЕС СУА ЛЬН ОГО ПРА ВА

РОС СИИ

Спец иальн ость 12.00 .09 - уголо вный проц есс, крим инал истик а и судеб ная

экспе ртиза ; опера тивно - розы скная деяте льнос ть

Диссертация на соискание ученой степени кандидата I) юридических наук

/

Научный руководитель — Заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор В.В. Николюк

i> ^deo cr Ш.ОА

Москва - 2003

СОДЕРЖАНИЕ

Стр.

Введение 3

Глава 1. Понятие, значение и основные 13

направления развития системы источников уголовно- процессуального права

§ 1. Понятие, значение и общая характеристика 13

источников уголовно-процессуального права

§ 2. Теоретические основы развития системы 28

источников уголовно-процессуального права

Глава 2. Некодифицированные источники 50

уголовно-процессуального права

§ 1. Конституция Российской Федерации как 51

основной источник уголовно-процессуального права

§ 2. Уголовно-процессуальные нормы 71

международного права

§ 3. Федеральные законы как источники уголовно- 10 9

процессуального права

§ 4. Иные некодифицированные источники уголовно- 121

процессуального права

4.1. Решения Конституционного Суда Российской 121 Федерации 4.2. 4.3. Судебная практика как источник уголовно- 139 процессуального права 4.4. 4.5. Подзаконные нормативные акты как источники 156 уголовно-процессуального права 4.6. Заключение 175

Библиография 180

2

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность диссертационного исследования. Нормативно-правовое регулирование уголовного судопроизводства в России неразрывно связано с социально-экономическими и политическими изменениями общественных отношений. Процессы демократических преобразований и интеграции Российской Федерации в мировое сообщество предопределили необходимость обновления уголовно-процессуального законодательства и приведения его в соответствие с общепризнанными принципами и нормами международного права. Резко изменившиеся экономические и социально-политические условия жизни российского общества, произошедшие на рубеже XX и XXI веков, а также принятие и вступление в силу с 1 июля 2002 г. нового УПК Российской Федерации вызвали необходимость обращения к одной из основных теоретико- прикладных проблем уголовно-процессуальной теории - пониманию источников права.

Актуальность изучения источников уголовно-процессуального права в рамках российской правовой системы определяется, прежде всего, сменой приоритетов государственной политики, ее целевой направленности. Изменение официальной идеологии публичной власти, провозглашение в качестве высшей ценности человека, его прав и свобод, а главной задачей государства - их признание, соблюдение и защиту (ст. 2 Конституции Российской Федерации) требует научного поиска путей достижения указанных целей.

В настоящее время становится очевидным, что нормативистская концепция права, признающая в качестве источника права нормативно- правовой акт, уже не в состоянии быть теоретическим фундаментом деятельности государства и всего общества по обеспечению неотъемлемых прав и свобод человека, приоритета его интересов.

4

Если раньше идея множественности источников права категорически отрицалась, то сейчас ее признание связывается с потребностями реализации сущностных свойств правовой материи - свободы, справедливости и равенства в конкретных общественных отношениях.

Бурная законотворческая деятельность нашей страны, принятие нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации требуют пересмотра традиционных представлений отечественной науки относительно источников уголовно-процессуального права.

Официальное признание источником уголовно-процессуального права только закона опровергается самой жизнью, так как практически в целях регулирования уголовно-процессуальных отношений применяются и другие источники уголовно-процессуального права. Очевидно, что наука уголовно-процессуального права не в полной мере отвечает на поставленные практикой проблемные вопросы.

Известно, что уголовно-процессуальное законодательство многих цивилизованных государств строится в соответствии с принципами и нормами международного права. Для России же такая постановка вопроса является новой, что порождает массу споров в теории уголовного процесса и трудностей в правоприменительной практике. Так, например, остается нерешенной проблема о том, каким образом и в каких пределах общепризнанные нормы и принципы международного права могут стать источниками российского уголовно-процессуального законодательства. Из текста ст. 1 УПК РФ не ясно, какие именно общепризнанные нормы и принципы международного права должны признаваться источниками уголовно-процессуального права России.

Между тем в отраслевой науке уголовного процесса не уделялось должного внимания вопросу о месте и роли международного права во внутреннем уголовно-процессуальном законодательстве. Диссертационные исследования по этому вопросу были проведены на основе УПК РСФСР 1960 г., поэтому достигнутые в них научные результаты не соответствуют

5

положениям нового уголовно-процессуального законодательства России. Возникает необходимость анализа принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации как источников уголовно-процессуального права.

Для юридической науки и правоприменительной деятельности важное значение имеет определение юридической силы решений Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, ведомственных нормативных актов по вопросам применения уголовно-процессуальных норм и степени обязательности таких документов. Сегодняшняя российская юридическая доктрина позволяет по-новому взглянуть на проблему законодательного закрепления судебного прецедента как источника уголовно- процессуального права.

Исключительная важность разрешения возникших в последнее время проблем относительно источников российского уголовно- процессуального права, острая необходимость их теоретического осмысления и недостаточно отвечающая потребностям практики степень их изученности определяют актуальность и стратегию настоящего диссертационного исследования.

Объект и предмет исследования. В качестве объекта исследования рассмотрены закономерности общественного развития правовой системы с точки зрения действия и применения источников уголовно- процессуального права.

Предметом диссертационного исследования являются нормы права, теоретические воззрения на разрабатываемую проблему, судебная и следственная практика, отраженная в материалах уголовных дел и иных носителях информации.

Цель и задачи исследования. Цель диссертационного исследования состоит в том, чтобы на основе научных исследований и эмпирического материала разработать систему источников российского уголовно- процессуального права и подготовить предложения по ее использованию в уголовно-процессуальной науке и практической
деятельности

6 правоохранительных органов. Для достижения указанной цели перед исследованием были поставлены следующие задачи:

выявить характерные черты источников уголовно-процессуального права и на их основе дать определение понятию «источник уголовно- процессуального права»:

классифицировать источники уголовно-процессуального права;

определить основные направления развития системы источников уголовно-процессуального права;

раскрыть значение Конституции Российской Федерации как основополагающего (фундаментального) источника уголовно-

процессуального права;

выявить особенности использования и применения норм международного права субъектами уголовно-процессуальных отношений;

обосновать место федеральных законов в системе источников российского уголовно-процессуального права;

определить место в уголовном процессе некодифицированных источников уголовно-процессуального права;

разработать предложения по совершенствованию действующего уголовно-процессуального законодательства и практики его применения.

Методология и методика исследования. Инструментом в добывании теоретического и прикладного материала явились общенаучные и частнонаучные методы познания: исторический, формально-логический, статистический, социологический, сравнительно-правовой, системно- функциональный, а также наблюдение, анализ, синтез, аналогия, абстрагирование, моделирование и обобщение.

Теоретическую базу исследования составили труды отечественных и зарубежных авторов по философии, социологии, теории государства и права, конституционному, уголовному, уголовно-процессуальному праву и иным областям научного знания, в которых рассматривались проблемы источников права.

7

Нормативная база исследования представлена Конституцией Российской Федерации, уголовным, уголовно-процессуальным и другим федеральным законодательством РФ, постановлениями Конституционного Суда РФ, руководящими постановлениями Пленума Верховного Суда СССР и РФ, постановлениями Президиума Верховного Суда РФ, ведомственными подзаконными актами правоохранительных органов страны (приказами, указаниями, распоряжениями и инструкциями). В работе также использованы основополагающие международные правовые акты Организации Объединенных Наций и Совета Европы.

Эмпирической основой диссертационного исследования являются материалы 150 выборочно изученных по специальной программе уголовных дел, рассмотренных судами; результаты анкетирования и опросов 180 судей, прокуроров, следователей органов внутренних дел и прокуратуры; обзоры правоохранительных органов и ведомственные обобщения судебно-следственной практики.

Изучение уголовных дел, анкетирование и опросы респондентов производились в г.г. Волгограде, Москве, Нижнем Новгороде, Омске, Рязани, Санкт-Петербурге, а также в Московской области.

Таким образом, теоретические выводы, законодательные предложения и практические рекомендации автора обоснованы достаточным, необходимым и достоверным фактическим материалом, определяющим репрезентативность полученных результатов.

Научная новизна диссертационного исследования. Проблема источников уголовно-процессуального права является частью более общей теоретической проблемы - источников права в целом. Заметный вклад в ее разработку внесли Н.Г. Александров, С.С.Алексеев, В.Н.Баранов, А.Б.Венгеров, В. В. Дол и некая, С.З. Зивс, Д.А. Керимов, С.Ф. Кечекьян, Е.В.Колесникова, Р.З.Лившиц, И.И.Лукашук, Е.А.Лукьянова, В.И.Миронов, А.В. Мицкевич, Г.И.Муромцев, Р.А.Мюллерсон, А.В.Наумов, В.В.Николюк, И.Б. Новицкий, СВ.
Поленина, Н.Н.Разумович, И.С. Самощенко,

8

В.Н.Синюков, В.И.Смолярчук, Л.Р. Сюкияйнен, Ю.А.Тихомиров, Я.Ф.Фархтдинов, В.М.Чхиквадзе, А.Ф. Шебанов,
П.С.Элькинд,

Ю.В.Ячменев и другие. Однако вопросы, связанные с источниками уголовно-процессуального права в большинстве работ указанных авторов затронуты лишь фрагментарно.

Разработкой проблем источников уголовно-процессуального права занимались Л.Б. Алексеева, В.П. Божьев, В.В.Вандышев, В.М.Волженкина, К.Ф.Гуценко, А.М.Ларин, П.А.Лупинская, А.В.Смирнов, М.С.Строгович, Л.В.Яковлева, Р.Х.Якупов и другие авторы. Не умаляя ценность результатов их исследований, мы, тем не менее, отметим, что разработки этих ученых осуществлялись на базе устаревшего нормативного материала и, в частности, на основе УПК РСФСР (1960 г.), который ныне уже не действует. Поэтому проблема источников российского уголовно-процессуального права продолжает оставаться весьма актуальной.

Настоящая диссертация является новым в юридической науке монографическим исследованием, специально посвященным рассмотрению проблемы источников российского уголовно- процессуального права. В диссертации впервые предпринята попытка разработать обобщенную систему источников уголовно-процессуального права на базе новейшего уголовно-процессуального и иного законодательства России.

Соискатель видит новизну полученных результатов во введении в научный оборот определения понятия источника уголовно- процессуального права, в обосновании множественности некодифицированных источников уголовно-процессуального права. В результате исследования выявлены и описаны основные направления развития системы источников уголовно-процессуального права.

На базе результатов проведенного исследования автором разработаны предложения о внесении изменений и дополнений в действующие нормативные акты, а также рекомендации по практике их применения.

9 Основные положения, выносимые на защиту:

  1. Источники уголовно-процессуального права - это внешние формы выражения уголовно-процессуальных норм, выработанные в процессе осуществления уголовного судопроизводства и закрепленные органами государственной власти при выполнении возложенных на них функций в законодательной, исполнительной и судебной сферах, а также сложившиеся в практике международного сотрудничества в области уголовного правосудия и защиты прав человека и гражданина.
  2. Система источников уголовно-процессуального права - это единая, целостная, целесообразно и иерархически организованная, стремящаяся к логическому завершению совокупность нормативно-правовых актов и правовых обычаев, которые независимо от их форм регулируют общественные отношения, являющиеся предметом уголовно- процессуального права.
  3. Система источников уголовно-процессуального права фактически состоит из Конституции РФ, международных (межгосударственных, межправительственных, межведомственных) договоров, федеральных законов, судебного прецедента Конституционного Суда РФ, Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ, подзаконных нормативных актов (Указов Президента РФ, постановлений и распоряжений Правительства РФ, приказов и указаний Генерального прокурора РФ, подзаконных актов министерств и ведомств).
  4. Взаимосвязанность и сопоставимость источников уголовно- процессуального права подтверждают их множественность и одновременно целевой характер отдельно взятого источника.

  5. Нормы федеральных законов, являющихся источниками уголовно- процессуального права, можно классифицировать в зависимости от их назначения на три самостоятельные группы: 1) нормы федеральных законов, содержащие организационно-функциональные предписания для производства по уголовным делам; 2) нормы федеральных законов,
    на

10

которые ссылается Уголовно-процессуальный кодекс РФ; 3) нормы федеральных законов, связанные с порядком производства по уголовным делам. В соответствии с этой классификацией в работе дан перечень и раскрыто содержание норм федеральных законов, включенных в каждую из названных групп.

  1. Общепризнанные принципы и нормы международного права, ратифицированные международные договоры РФ являются составными элементами системы источников уголовно-процессуального права России. С учетом изложенного предлагается ч. 3 ст. 1 УПК РФ изложить в следующей редакции; «Общепризнанные принципы и нормы международного права и ратифицированные в установленном порядке международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила ратифицированного в установленном порядке международного договора».

  2. Решения Конституционного Суда Российской Федерации (КС РФ) являются совершенно новым и важнейшим источником российского уголовно-процессуального права. Принимаемые Конституционным судом РФ решения существенно влияют на содержание и юридическую силу уголовно-процессуального законодательства, они не только констатируют соответствующие обстоятельства по исследуемым делам, но и формируют правовые положения, которые имеют нормативный характер и вызывают юридические последствия в виде возникновения, изменения и прекращения уголовно-процессуальных отношений.
  3. Признание судебного прецедента в качестве источника уголовно- процессуального права отвечает существующим тенденциям развития, оно способствует обеспечению основных прав и свобод человека и гражданина.

11

  1. Комплекс предложений по совершенствованию уголовно- процессуального законодательства и практики его применения.

Теоретическое и практическое значение диссертационного исследования определяется тем, что сформулированные автором теоретические выводы, законодательные предложения и практические рекомендации развивают и углубляют научные познания о предмете исследования, определяют дальнейшую стратегию развития системы источников российского уголовно-процессуального права.

В диссертации впервые на монографическом уровне осуществлена научная интерпретация регулятивных свойств и юридической ценности каждого входящего в эту систему источника уголовно-процессуального права.

Основные положения диссертационного исследования,, а также подготовленные на его основе научные публикации, методические, и практические разработки могут быть использованы в законотворческой и ведомственной нормотворческой деятельности Российской Федерации, в учебных и практических пособиях, методических рекомендациях, научно- исследовательской работе и учебном процессе, а также непосредственно в практической деятельности правоохранительных органов.

Апробация результатов исследования происходила в форме обсуждения полученных результатов на научно-практических конференциях и теоретических семинарах, подготовки научных публикаций, внедрения соответствующих научных разработок в учебный процесс и правоприменительную деятельность судебно-следственных органов.

Результаты диссертационного исследования доложены на 5 международных, всероссийских, межвузовских теоретических и научно- практических конференциях, проводившихся в г. Омске (1998 г.), Москве (2000-2002 г.г.).

Подготовленные соискателем на базе диссертации научные разработки,
материалы и рекомендации внедрены в практическую

12 деятельность территориальных подразделений Следственного комитета при МВД России.

Основные идеи и положения диссертационного исследования также внедрены в учебный процесс Юридического института МВД РФ, Московского университета МВД РФ, Московской академии экономики и права.

Результаты исследования нашли отражение в 5 научных публикациях автора.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, двух глав, шести параграфов, заключения, а также библиографии.

13

ГЛАВА 1. ПОНЯТИЕ, ЗНАЧЕНИЕ И ОСНОВНЫЕ НАПРАВЛЕНИЯ РАЗВИТИЯ СИСТЕМЫ ИСТОЧНИКОВ

УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА

§ 1. Понятие, значение и общая характеристика источников уголовно- процессуального права

Происходящая в России правовая реформа влияет не только на количество институтов уголовно-процессуального права, но и на иное качественное понимание отдельных понятий, употребляемых в науке и законодательстве. В связи с этим особый интерес предоставляет одно из таких понятий - «источник права», которое до сих пор недостаточно четко разработано в теории права1.

Считается, что «источник права» - это не более чем образ, который скорее должен помочь пониманию, чем дать понимание того, что обозначается этим выражением2. Однако, реализация концепции правового государства в целях обеспечения устойчивого развития российского общества в целом предполагает наличие научно обоснованной концепции источников права3.

Понятие «источник права» уже более двух тысяч лет является одной из фундаментальных категорий юриспруденции. Впервые употребил данную терминологию Тит Ливии, назвавший в своей Римской истории законы XII таблиц источниками всего публичного и частного права. Указанные законы

См.: Муромцев Г.И. Источники права (теоретические аспекты проблемы) // Правоведение. 1992. № 2. С. 23-24.

См.: Лукьянова Е.А. Закон как источник советского государственного права. М, 1988. С. 6.

См.: Гурова Т.В. Источники российского права. Автореф. дис.канд. юрид. наук. Саратов, 1998. С. 3.

14

представляли собой основу, на которой сложилось современное ему римское

4

право .

Следует отметить многозначность понятия в русском языке

«источник», под которым понимается то, что дает начало чему-либо, откуда

исходит что-нибудь; «источниками» называют также
письменные

памятники, документы, на основе которых строятся научные исследования5.

В дореволюционной России в юридической литературе давалось

различное смысловое значение понятию «источник права». В частности,

Н.М.Коркунов определял источник права как форму, в
которой

объективировано правило поведения - юридическая норма, выраженная в

виде обычая, судебной практики и государственного закона .
Г.Ф.

Шершеневич понимал под источниками права: а) силы, творящие право (воля

бога, народа, государственная власть); б) материалы, положенные в основу

законодательства; в) исторические памятники, которые ранее имели значение

действующего права; г) средства познания действующего права .

В советский период отечественная наука в основном использовала термин «источник права» в его буквальном значении - в смысле силы, создающей право (источник права в материальном смысле), а также в формальном, условном (собственно юридическом) смысле - обозначая им форму выражения правовых норм.

Отправной методологической посылкой исследований советских ученых являлось определение права как совокупности правил поведения (норм), установленных или санкционированных государством, применение которых обеспечивается его принудительной силой.

См.: Шебанов А.Ф. Форма советского права. - М., 1968. С. 32-33; Новицкий И.Б. Источники советского гражданского права. М., 1959. С. 6.

5 Ожегов СИ. Словарь русского языка. - М., 1975. С. 237.

6 Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 1909. С.66.

7 См.: Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Вып.2. Т. I. - М., 1911. - С. 368- 369.

15

Можно сделать вывод о том, что в советской науке произошло огосударствление права: право рассматривалось как нечто вторичное по отношению к государству, как продукт, результат его деятельности, как его функция и инструмент.

Непосредственным источником возникновения правовых норм ученые считали волю господствующего класса, государственную власть или правотворческую деятельность государства , а под источником права в формальном смысле понимали форму выражения государственной воли9, способ закрепления правил поведения, которым государство придает правовую силу °.

Значительное большинство юристов отмечало, что только законодательство, как форма права в виде нормативных актов может быть источником права11. Считалось, что сама форма должна:

нормативно закреплять волю граждан;

обусловливаться существующим социально-экономическим базисом;

обеспечивать политическую власть;

служить интересам народа;

утверждать приоритетное значение законов как наиболее демократической
формы выражения интересов процедуры подготовки и

См., напр.: Голунский С.А., Строгович М.С. Теория государства и права. М, 1940. С. 173; Аржанов М.А. Государство и право в их соотношении. М., 1960. С. 46-49; Шебанов А.Ф. Форма советского права. М., 1968. С. 37-39 и

др.

9 См., напр.: Керимов Д.А. Философские проблемы права. М., 1972. С. 218; Мицкевич А.В. Акты высших органов Советского государства. М., 1967. С. 15 и др.

10 См.: Голунский С.А., Строгович М.С. Указ. соч. С. 173.

11 См., напр.: Шебанов А.Ф. Указ.соч.. С.67; Зивс С.Л. Источники права. М., 1981. С. 3; Алексеев С.С. Общая теория права. Т. 1. М, 1982. С.314; Халфина P.O. Что есть право: понятие и определение // Сов.государство и право. 1984. № 11. С.23; Явич С.Л. Сущность права. Л., 1985. С.34; Лукьянова Е.А. Закон как источник советского государственного права. М., 1988. С.7.

16 прохождения нормативных актов в правотворческом органе12.

Источник советского права определялся как нормативно-правовой акт - «правотворческий акт компетентного органа социалистического государства, которым формулируются, устанавливаются, изменяются или отменяются правила поведения общего характера (правовые нормы), направленные на регулирование общественных отношений» .

Поэтому не случайно понятие «система источников права» традиционно заменялось понятием «система законодательства», а внешняя форма права обычно смешивалась с внешней формой законодательства. В частности, Е.А.Лукьянова утверждала, что «нормативные акты, составляющие систему советского законодательства, являются источниками советского права, а система источников соответствует системе законодательства» .

В советский период исследование источников права осуществлялось в рамках проблематики советского права с позиции противоборства капиталистических и социалистических систем. Это привело к консерватизму взглядов и пониманию того, что «правовая норма оказывается источником … правовой нормы, т. е. самой себя» .

Необходимо отметить, что в 60-80-х годах прошлого столетия официально признанное понятие права начало подвергаться пересмотру как одностороннее и внутренне противоречивое. Среди советских
юристов

См., напр.: Сюкияйнен Л.Р. Система, источники и форма права. Право в странах социалистической ориентации. М., 1979. С.60; Алексеев С.С. Указ.соч. С.208; Разумович Н.Н. Источники и форма права // Сов.гос-во и право. 1988. № 3. С. 22; Комаров С.А. Общая теория государства и права. М., 1995. С. 147 и др.

13 Теория государства и права. М., 1977. С.304.

14 Лукьянова Е.А. Закон как источник советского государственного права. Дисс… канд.юрид.наук. М, 1984. С. 20.

Спиридонов Л.И. Теория государства и права. СПб., 1995. С. 138.

17 появились сторонники позиции различения права и закона . Проводились специальные исследования, посвященные раскрытию
теоретической

17

несостоятельности советского позитивизма .

Настоятельная необходимость пересмотра традиционных

представлений отечественной юриспруденции о праве и его источниках возникла в нашей стране с принятием Декларации прав и свобод человека и гражданина РСФСР (1991 г.) и Конституцией РФ (1993 г.), в которых были впервые официально закреплены идеи естественно-правовой доктрины. Данные документы содержат основополагающие предписания о том, что человек, его права и свободы признаются высшей ценностью, что основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения и др.

Следует отметить, что правовая реформа, осуществляемая в нашей стране, внесла в исследуемую область правовой системы большую неопределенность. В сфере источников российского права стали происходить сложные, во многом неоднозначные процессы.

Основной юридический источник российского права - закон становится реальным, а не сугубо формальным источником. На пути данного восстановления появляются проблемы, правильная постановка и разрешение

См., напр.: Миколенко Я.Ф. Право и формы его проявления // Сов. гос-во и право. 1965. № 7. С. 47-54; Назаров Б.Л. Социалистическое право в системе социальных связей (развитие взглядов на основные внутренние и внешние связи социалистического права). М., 1976; Козюбра Н.И. Социалистическое право и общественное правосознание. Киев, 1979; Тененбаум В.О. О сущности права. // Правоведение. 1980. №1. С.35-42; Иванова Г.П. О понятии права (к соотношению права и законодательства). // Правоведение. 1983. №1. С.20-27.

См., напр.: Нерсесянц B.C. Право и закон: из истории правовых учений. М., 1983; Лившиц Р.З. Государство и право в современном обществе: необходимость новых подходов. // Сов. гос-во и право. 1990. № 10. С. 17- 20; Алексеев С.С. Право: время новых подходов. // Сов. гос-во и право. 1991. №2. С. 6-7.

18 которых будет способствовать возрождению роли закона в отечественной правовой культуре.

Не вызывает никакого сомнения, что в целом тенденция к введению правового регулирования жизненно важных, принципиальных сфер, связанных с правами человека, новых форм жизнедеятельности в рамки законодательной формы - является безусловно положительной. Однако уже в настоящее время в соотношении законов и подзаконных актов необходимо видеть грань, переход которой на путях безудержного производства законов не менее опасен и вреден с точки зрения эффективности права, нежели другая крайность - неконтролируемое правительственное и ведомственное нормотворчество.

Каждый источник права - и закон, и подзаконный акт, и индивидуальное решение выполняют специфические функции в правовой системе, обслуживают «свои» участки общественных отношений. Поэтому суть проблемы состоит не в устранении или ограничении подзаконного регулирования как такового, вытеснении его большей части регулированием законодательным, а в изменении самого законодательства как юридического и социального института. Смысл такого изменения - в придании российскому законодательству характеристик элемента национальной правовой системы, в определении его меры и удельного веса в этой системе, которые не должны вести к утратам структур подзаконного регулирования. Ведь подзаконные акты всегда ближе к правоприменительной деятельности.

Современные авторы, исследующие проблемы источников права, высказывают новые, нередко противоречивые взгляды на источники права. Среди факторов, определяющих формирование права, наряду с экономическими, выделяют, в частности, такие, как политические, социальные, национальные, идеологические и внешнеполитические. К примеру, А.В. Наумов определяет генетические источники (источники происхождения) норм положительного права, под которыми признает нормы морали (нравственности), религиозные нормы, положения
естественного

19

права, нормы зарубежных государств, заимствованные отечественным правом, нормы международного права18.

Шибков О.Н. в содержание источников права включает материальные условия жизни общества (источник права в материальном смысле), причины юридической обязательности нормы (источник права в формальном смысле), материалы, посредством которых познается право (источники познания права) и исторические источники права (вклад внутреннего и иностранного права в создание какой-либо правовой системы)19.

Т.В.Гурова относит к источникам права экономические рыночные отношения, государственную волю, правовые принципы, биосоциальную природу человека и формальные источники права (закон, подзаконные акты, судебный прецедент) . Данный подход трудно признать верным, так как круг источников права расширяется за счет причисления к ним других элементов правовой системы и социальных явлений. Это может привести к тому, что вся правовая система будет представлять собой сплошные источники права.

В последнее время многие авторы относят к источникам права помимо нормативно-правовых актов санкционированные обычаи, судебный
и

? 1

административный прецедент, а также нормативно-правовой договор . Ю.А. Тихомиров называет отнесение к источникам права только нормативных актов государственных органов «огосударствлением» права, оставляющим в стороне от нормообразования гражданское общество и общественные объединения. Думается, нужно согласиться с ним в том, что «разгосударствление» права означает придание праву
смысла

См.: Наумов А.В. Источники уголовного права.// Уголовное право: новые идеи. М, 1994. С.4.

19 См.: Шибков О.Н. Принципы и нормы международного права как источники уголовного права. Автореф. дис.канд.юрид.наук. Ставрополь, 2000. С.9.

20 См.: Гурова Т.В. Указ. соч. С. 5-10.

21 См., напр.: Гурова Т.В. Указ. соч. С. 23; Муромцев Г.И. Указ. соч. С. 26; Разумович Н.Н. Указ. соч. С. 24 и др.

20 общепризнанного публичного согласия граждан, слоев, наций, общества в целом22. По мнению Л.В.Яковлевой, в правовом государстве множественность источников права обусловлена большим объемом экономических и социальных вопросов, особенностями механизма государства и его организационной структуры, а также выполняемыми им функциями, которые диктуют соответствующие методы государственно- правового регулирования 3.

Некоторые авторы предлагают считать источником права юридическую науку (правовую доктрину). Так, например, В.Н. Баранов утверждает: «В российском государстве юридическая наука имеет большое значение для развития правовой практики, совершенствования законодательства, правильного толкования закона, но официальным источником не признается» 4. Возможно в дальнейшем, по мере развития гражданского общества и его правосознания, труды ученых-юристов станут источником права, но в настоящее время наша правовая система еще не готова к таким коренным преобразованиям. Сейчас мы можем только признать, что доктрина оказывает влияние на законодателя, так как последний выражает те тенденции, которые установились в доктрине и воспринимает подготовленные ею предложения.

При решении рассматриваемой проблемы следует учитывать опыт государств, в правовых системах которых могут признаваться и функционировать одни источники права, и отрицаться - другие. Большинство развитых стран уже решили для себя эту проблему и признали множественность источников права. К таким странам относятся Дания, ФРГ (законодательство, прецедент, договор, обычай),
Швейцария, Швеция,

Тихомиров Ю.А. Конституция, закон, подзаконный акт. М., 1994. С. 8, 126-127.

См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис.канд.юрид.наук. СПб., 1999. С. 63.

24 Баранов В.Н. Источники права. Общая теория права (курс лекций). Н. Новгород, 1993. С. 12.

21 Франция (законодательство, прецедент, обычай), Норвегия

(законодательство, прецедент, работы ученых-юристов, договор) и др. В некоторых странах (США, Великобритания) признается множественность источников права, однако отдельные из них, например, обычай, утрачивает свою роль в результате бездействия или замены их законодательными актами.

Значение прогрессивных правовых концепций, имеющихся в других правовых системах, нельзя недооценивать. Однако, их имплементация в национальном законодательстве должна осуществляться только с учетом приемлемых форм и методов, особенностей развития правовой системы нашей страны. Мы уже неоднократно убеждались в ошибочности механического копирования зарубежных моделей, которые на самом деле не всегда отвечают российским условиям.

К сожалению, в России процесс признания множественности источников права происходит достаточно медленными темпами. В нашей стране сложилась ситуация, когда, кроме законов, практически действуют такие источники права как подзаконный нормативный акт, прецедент (судебный и административный), договор, обычай, но формально они не признаются государством.

В правовой системе все виды источников обладают ценностью. На наш взгляд, необходимо бороться не с теми или иными разновидностями, а с низким качеством их содержания, формы, некультурным использованием. Социальная и юридическая ценность не есть привилегия каких-либо источников права. Правовая культура - это целостный организм, включающий самые разнообразные юридические средства. Каждый вид нормотворческого акта должен быть рассчитан на определенный уровень, локализацию общественных отношений. Среди последних достаточно много таких, регулировать которые законами трудно и неэффективно. Поэтому система источников российского права нуждается в ясном разделении труда.

22

К формам, не менее приоритетным, чем закон, должны относиться:

судебные акты по конкретным делам;

акты юридических сделок (договоры), юридическая сила которых, если они приняты в рамках закона, должна быть приравнена к силе последнего;

уставы организаций и объединений самого различного -политического, экономического, научного, творческого характера, прошедшие соответствующую регистрацию;

обычаи, имеющие ныне незначительный и неупорядоченный статус в правовом регулировании .

При определении понятия «источник права», необходимо учитывать, что источник права является одним из элементов национальной правовой системы и его сущность определяется понятием самого права. Учитывая, что право взаимосвязано со всеми видами общественных отношений, можно сказать, что источники права предназначены для правового урегулирования этих отношений и для безупречного функционирования правовых норм. Следует согласиться с Ю.В. Ячменевым, утверждающим, что источник права - это понятие, посредством которого раскрываются факторы, вызывающие к жизни, обусловливающие правовые нормы . Не случайно Л.И. Спиридонов, рассматривает источник права как «процесс селективной эволюции культуры, аккумулирующей в своих нормах поведения социальный опыт человечества (или опыт того общества, в котором они действуют)». Таким образом, по его мнению, источник права - «это культура, которая в процессе селективной эволюции вбирает в себя социальный опыт и выражается в

97

общеобязательных правилах поведения» .

Право представляет собой содержание его источников, то есть выражается через источники права. Следовательно, источники права
в

95

См.: Синюков В.Н. Российская правовая система: Введение в общую теорию. Саратов, 1994. С.359-360.

9А _

Ячменев Ю.В. Формы (источники права). СПб., 1997. С. 38. 27 Спиридонов Л.И. Указ. соч. С. 138.

23 зависимости от происхождения правовых норм представляют собой виды проявления права. Только через восприятие источников права мы можем судить о степени проявления права и его регулировании общественных отношений. Они конкретизируются в формах, приемлемых для определенных правовых систем. Как правильно считает Л.И. Спиридонов, виды источников права различаются по тем юридическим формам, в которых воплощаются общеобязательные нормы, ставшие правом. Каждый источник права выражается через юридические формы, которые определяют его название. Следовательно, «по форме выражения правила поведения юридического характера можно судить и о степени участия государства в

28

правотворческом процессе» .

Таким образом, объективные по своей природе источники права, могут субъективироваться, воплощаясь в юридических формах. Признавать одни источники права, а отрицать другие, значит, не признавать и часть права, то есть жить с ограниченным правом.

Подводя итог вышесказанному, можно определить источник права как особый элемент правовой системы, предназначенный для правового урегулирования общественных отношений и безупречного

функционирования правовых норм, выражающийся через юридические формы, характерные для определенной национальной правовой системы.

Исследование теоретических проблем источников права позволяет перейти к решению проблемы определения понятия «источник уголовно- процессуального права».

Применительно к большинству отраслей права теоретические проблемы их источников разработаны более или менее полно. Об источниках уголовно- процессуального права сказать этого нельзя, хотя эта отрасль права считается давно сформировавшейся.

Статья 1 УПК РСФСР (1960 г.) закрепляла положение, согласно которому порядок производства по уголовным делам определяется Основами

28 Спиридонов Л.И. Указ. соч. С. 142.

уголовного судопроизводства СССР и союзных республик, а также издаваемыми в соответствии с ними другими законами СССР и уголовно- процессуальным кодексом РСФСР. Таким образом, утверждалось, что единственной формой выражения уголовно - процессуальных норм может быть только закон.

В юридической литературе советского периода авторы, которые обращались к анализу источников уголовно-процессуального права, как правило, ограничивались перечислением основных законов, содержащих нормы уголовно-процессуального права. При этом большинство из них утверждало, что источником уголовно-процессуального права может быть только закон или нормативно-правовой акт. В частности, П.Ф. Пашкевич приходит к выводу, что понятие уголовно-процессуального права и уголовно-процессуального закона совпадают29.

Л.Б.Алексеева, считая источником уголовно-процессуального права только законы, аргументирует это тем, что уголовно-процессуальные нормы имеют особое значение, а уголовно-процессуальные отношения затрагивают «существенные интересы как общества в целом, так и конкретных личностей»30.

П.С.Элькинд полагает, что нормы права и источники права - не одно и то же. По ее мнению, нормы уголовно-процессуального права - это общие и общеобязательные правила поведения участников уголовного судопроизводства, а источники - форма юридического закрепления и выражения этих правил поведения31.

В то же время ученые признавали значение других нормативных актов, фиксирующих правила уголовного судопроизводства и изданных
на

Пашкевич П.Ф. Указ. соч. С. 20. 30 Курс советского уголовного процесса: общая часть. М., 1989. С. 79.

См.: Элькинд П.С. Толкование и применение норм уголовно- процессуального права. М., 1967. С.21.

25

основании и во исполнение действующих законов . Поэтому говоря о законодательстве как источнике уголовно-процессуального права, исследователи подразумевали под ним кроме законов также такие нормативно-правовые акты, как указы и постановления Президиума Верховного Совета СССР и союзных республик , а также постановления Совета Министров СССР34.

В отдельных работах, со ссылкой на ст. 32 УПК РСФСР, указывалось на существование такого источника права, как международный договор. Однако при этом имелись в виду лишь нормы, регулирующие порядок взаимодействия следственных, прокурорских и судебных органов со следственными органами иностранных государств, а также определяющие пределы действия советского уголовно- процессуального закона вне

тс

территории СССР .

В последующие годы ситуация относительно понятия источников уголовно-процессуального права практически не изменилась. Так, В.П. Божьев определяет источники уголовно-процессуального права как «нормативные акты, которые регулируют уголовно-процессуальные отношения». В то же время он утверждает, что «в отличие от многих других областей общественных отношений сфера уголовного
судопроизводства

См.: Уголовный процесс РСФСР / Под общей ред. В.Е. Чугунова и Л.Д. Кокорева. Воронеж, 1968. С.36.

33 См., напр.: Уголовный процесс / Отв. ред. Н.С. Алексеев, В.З. Лукашевич, П.С. Элькинд. М., 1972, С. 57; Советский уголовный процесс / Под ред. Д.С. Карева. - М., 1968. С. 39; Советский уголовный процесс / Под ред. Н.В. Тыричева. - М., 1985. С. 23-24; Советский уголовный процесс / Под ред. М.И. Бажанова, Ю.М. Грошевого. Киев, 1983. - С. 19- 24; Божьев В.П. Уголовно-процессуальные правоотношения. М., 1975. С. 69.

См., напр.: Якупов Р.Х. Правоприменение в уголовном процессе России (юридические проблемы). М., 1993. С. 17; Ларин A.M. Уголовный процесс: структура права и структура законодательства. М., 1985.С.120- 121. 35 См.: Советский уголовный процесс. Общая часть. - М., 1973. С.50; Уголовный процесс / Отв. ред. Н.С. Алексеев, В.З. Лукашевич, П.С. Элькинд. М., 1972.С.59.

26

‘У/Г

регулируется только законом» . Следовательно, под нормативными актами он понимает только законы.

Аналогичную позицию еще недавно занимала П.А.Лупинская, поместив в главу вторую учебника «Уголовный процесс» параграф под названием «Закон - единственный источник уголовно-процессуального права . В третьем же издании автор данный параграф называет менее категорично — «Источники уголовно-процессуального права», где упоминает решения Конституционного Суда РФ, а также разъяснения Пленума Верховного Суда России по вопросам судебной практики . Ценность данных актов в обеспечении надлежащего применения Конституции нашей страны очевидна. Однако из текста учебника нельзя сделать однозначный вывод: относит ли П.А.Лупинская к числу источников уголовно-процессуального права решения Конституционного Суда РФ и руководящие разъяснения Верховного Суда РФ либо упоминает о них как о чрезвычайно важных, но все же не входящих в перечень источников средств оптимизации правоприменения?

Непоследовательную позицию относительно источников уголовно- процессуального права занимает Н.А.Громов. В качестве единственного источника он называет Конституцию РФ и федеральное законодательство . Одновременно в перечне источников он называет и Положение о милиции общественной безопасности (местной милиции), утвержденное Указом Президента РФ 12 февраля 1993 года40.

Ряд авторов высказывает прогрессивные суждения относительно источников уголовно-процессуального права, включая в их содержание подзаконные нормативно-правовые акты, судебную и следственную практику, правовые обычаи, прецеденты, традиции. В частности, В.Г. Даев к

Божьев В.П. Уголовный процесс. Общая часть. М., 1997. С. 10. См.: Уголовный процесс / Под ред. П.А.Лупинской. М, 1995. С. 15-19. См.: Уголовный процесс / Под ред. П.А.Лупинской. М, 1999. С. 25-26. См.: Громов Н.А. Уголовный процесс в России. М., 1998. С.36-43. 40 См.: Громов Н.А. Указ.соч. С.38.

27 разряду источников относит акты толкования действующего законодательства41. В.В. Вандышев и А.В. Смирнов считают источниками уголовно-процессуального права, кроме закона судебную практику и правовой обычай42.

Наиболее широкий перечень источников уголовно-процессуального права предлагает К.Ф.Гуценко. По его мнению, под источниками уголовно- процессуального права следует понимать совокупность (систему) правовых актов, содержащих соответствующие нормы4 . К таким правовым актам он относит действующее законодательство, международно-правовые акты, постановления Конституционного Суда РФ, касающиеся уголовного судопроизводства, разъяснения Пленумов Верховного Суда РФ, а также

44

нормативные акты министерств и ведомств .

Все вышеуказанные точки зрения заслуживают самого пристального внимания, так как они наглядно демонстрируют глубину и неоднозначность проблемы вычленения источников уголовно- процессуального права.

Изучение той немногочисленной юридической литературы, в которой рассматривались обозначенные вопросы, привело нас к выводу, что проблемы источников уголовно-процессуального права имеют такую же основу, что и источники права в целом. Однако если в теории права происходит ломка взглядов на проблему множественности источников права, то в отношении источников уголовно-процессуального права до сих пор превалирует утверждение, что ими могут быть только законы. Мы считаем, что данная проблема требует скорейшего разрешения с позиции множественного подхода к источникам уголовно-процессуального права.

См.: Советский уголовный процесс / Под ред. Н.С.Алексеева и В.З.Лукашевича. Л, 1989. С. 14.

42 Уголовный процесс: общая часть уголовного процесса и досудебные стадии. СПб., 1996. С. 10-11.

43 См. Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1997. С. 26.

44 См.: Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. С. 26-57.

28 Теоретические положения, изложенные нами при исследовании общей проблемы источников уголовно-процессуального права, дают нам основание сделать вывод о том, что под источником уголовно- процессуального права следует понимать внешние формы выражения уголовно-процессуальных норм, выработанных в процессе осуществления уголовного судопроизводства и закрепленных органами государственной власти при выполнении возложенных на них функций в законодательной, исполнительной и судебной сферах, а также сложившихся в практике международного сотрудничества в области уголовного правосудия и защиты прав человека и гражданина.

§ 2. Теоретические основы развития системы источников уголовно- процессуального права

Признание множественности источников права требует соответственно их взаимного урегулирования. Включение норм в определенные источники права должно соответствовать их форме по отношению к содержанию. Источники права - это не хаотичный набор их форм, а элемент единой внутренне согласованной правовой системы российского права. Совершенно справедливо сделал вывод Ю.В. Ячменев о том, что «одним из важнейших свойств системы источников права является их скрытая иерархия»45.

Следует отметить, что система источников права находится в двух плоскостях: вертикальной и горизонтальной. Вертикальная система источников права образуется по признаку главенства одних источников права и второстепенности других в различных правовых системах. Горизонтальная система источников права образуется на основе их соподчинения.

Ячменев Ю.В. Формы (источники права). СПб., 1997. С. 38.

29

Согласно системе права в целом, источники права распределяются и по отраслям права, то есть каждой отрасли права присущи свои виды проявления права, соответственно тем отношениям, которые регулируются данной отраслью. Кроме того, в зависимости от места источника права в отраслевой системе, формы их выражения образуют свою структуру, которой, как и структуре законодательства, присущи связи координации, субординации, развития. По нашему мнению, в первую очередь творческая мысль в решении проблем источников права должна быть сориентирована на отраслевые науки, чтобы можно было опереться на них при разработке положений и понятий, общих для всей системы права. Исследования источников права в отраслевых науках проводились и раньше, но они сводились лишь к перечислению и описанию действующих в этой отрасли нормативных актов и отрицанию других источников права46. В настоящее время подавляющее большинство авторов, которые занимаются исследованием источников права отраслевых наук, не придерживаются закостенелых взглядов, а рассматривают проблемы источников с позиции их множественности. Это объясняется новым представлением о проблемах источников права и появлением новых аспектов при исследовании теоретических основ построения правового государства в нашей стране. Следует подчеркнуть, что отраслевые системные свойства источников права можно рассмотреть только на основе комплексного подхода к отдельным отраслям системы права, то есть путем исследования их элементов, предмета и метода регулирования.

В связи с тем, что право обладает системными свойствами, его источники также находятся между собой в закономерной связи. Это положение непосредственно относится и к источникам различных отраслей, в частности, источникам уголовно-процессуального права. Данный вывод

См., напр.: Смолярчук В.И. Источники советского трудового права. М., 1978; Фархтдинов Я.Ф. Источники гражданского процессуального права. Казань, 1986 и др.

30 позволяет предположить, что в совокупности источники уголовно- процессуального права также должны образовывать систему. Только в этом случае можно говорить о целесообразности, роли и месте каждого из источников.

Проведенное нами исследование в предыдущем параграфе наглядно демонстрирует глубину и неоднозначность проблемы вычленения источников права. Мы считаем, что для ее оптимального разрешения целесообразно выдвинуть тезис о невозможности однозначной оценки права ввиду его особого социального назначения и детерминации множеством конкретных факторов. Данный тезис касается и уголовно- процессуального права.

С одной стороны право можно представить как статичное явление, которое существует в определенном временном промежутке. Познавая такое право, его единственным источником следует считать только нормативно-правовой акт, так как только он выступает носителем содержания права.

В другом случае право нельзя понять без современных представлений о его динамике. Право постоянно адаптируется к потребностям общества. Иначе трудно планомерно и последовательно развивать громадные правовые массивы. Это особенно важно в непрерывном потоке правотворчества, когда ситуационная скорость и узкая предметность регулирования тех или иных вопросов затрудняют видение общеправовых процессов. При этом существенное влияние на развитие права оказывает не только обновленное законодательство, но и те носители информации, которые определенным образом воздействуют на законодательную власть.

Подобное разделение можно признать условным, так как право в режиме «реального времени» одновременно имеет и статическую, и динамическую составляющие. Учитывая данное обстоятельство, все источники
уголовно-процессуального права можно разделить на две

31 взаимосвязанные, но различные по своей природе группы: нормативные источники и информационные источники47.

К нормативным источникам относятся:

  1. Конституция Российской Федерации, которой принадлежит совершенно особая роль как источнику уголовно-процессуального права. Все более полно выявляется потенциал Конституции, которая формирует и закрепляет отправные принципы правового регулирования, является базой всего законодательства и представляет собой акт, обладающий высшей юридической силой. Важнейшее значение имеет сочетание конституционных норм и норм уголовно-процессуального права, когда первые служат нормативным ориентиром. Достигаемое совмещенное действие норм предотвращает юридические коллизии48.

Велико влияние Конституции на формирование законодательства об уголовном судопроизводстве. Основному закону нашей страны принадлежит универсальная роль, которая проявляется в:

установлении высшей юридической силы конституционных положений;

ее прямом действии на территории Российской Федерации;

недопустимости противоречия нормам Конституции положений законов и иных нормативных актов;

всеобщей обязанности соблюдать Конституцию и законы;

установлении иерархии нормативных актов;

включении в правовую систему России общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ;

признании в качестве условия применения законов и других нормативных актов о правах человека и гражданина их опубликование;

См.: Гриненко А.В. Источники уголовно-процессуальных принципов // Журнал рос. права. 2001. № 5. С.23-27.

48

См.: Конституционное законодательство России. М., 1998.

32

установлении правила, по которому законы и другие правовые акты, действовавшие на территории нашей страны до вступления Конституции в силу, применяются только в части ей не противоречащей49.

Кроме этого, в данном источнике уголовно-процессуального права сосредоточена большая группа норм, закрепляющих права личности в сфере уголовного судопроизводства, а также определяющих оптимальное функционирование соответствующих правоохранительных органов. В Конституции РФ приведены развернутые формулировки большинства принципов уголовного судопроизводства (неприкосновенность личности (ст. 10 УПК), неприкосновенность жилища (ст. 12 УПК), тайна переписки (ст. 13 УПК), презумпция невиновности (ст. 14 УПК), состязательность сторон (ст. 15 УПК), обеспечение права на защиту (ст. 16 УПК) и др.), что обеспечивает неизменность их содержания и надежность применения.

  1. Общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации.

Чрезвычайно важное значение для законодательных реформ и правоприменительной практики в рассматриваемой области имеют конституционные установления о том, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы (ч. 4 ст. 15). В соответствии со ст. 15 Конституции при коллизии между требованиями международного договора и закона государства применению принадлежат правила международного договора. Тем самым в России конституционно установлен приоритет международного договора, открывающий дорогу непосредственному применению нормы права в различных областях внутригосударственной деятельности, в том числе в уголовном судопроизводстве.

См.: Божьев В.П. Научно-практический комментарий к ст. 1 УПК РСФСР // Уголовное право. 1999. № 4. С.38-39.

33

О том, что международное право занимает все более видное место в правовой системе, свидетельствует новый УПК, в котором закреплено положение о том, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью законодательства нашей страны, регулирующего уголовное судопроизводство (ч.З ст.1).

Придание общепризнанным принципам и нормам международного права юридической силы принципов и норм уголовно-процессуального законодательства России осуществляется либо путем ратификации международных договоров Россией °, либо путем инкорпорации принципов и норм международно-правовых актов при издании нашей страной соответствующих законов уголовно-процессуального содержания.

Международные акты характеризуются обилием наименований, которые не влияют на их юридическую силу. Основное требование, предъявляемое к ним как к нормативным источникам - наличие в их содержании норм права . Следует отметить, что значительное число общепризнанных принципов и норм международного права реализовано в новом российском уголовно-процессуальном законодательстве, в том числе в Части пятой УПК «Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства».

Положения официально опубликованных международных договоров Российской Федерации, не требующие издания внутригосударственных актов для применения, действуют в нашей стране непосредственно. Следует отметить, что Россия является правопреемницей СССР и РСФСР в части международных договоров по вопросам борьбы с преступностью, в том числе имеющих уголовно-процессуальное содержание. Мы солидарны с

50 См.: Федеральный закон «О международных договорах
Российской Федерации» // СЗ РФ. 1995. № 29. Ст.2757.

51 См.: Лукашук И.И. Нормы международного права в международной нормативной системе. М., 1997. С.115.

34 С.Ю.Марочкиным, который показывая юридическое значение международного договора отмечает, что «нередко органы решают дела не выходя за рамки законодательства, в то время как соответствующий договор предусматривает иное решение тех же вопросов. В результате принимается неверное, необоснованное решение и определение, затягивается рассмотрение дела» .

В соответствии с ч. 3 ст.1 УПК если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом, то применяются правила международного договора. При этом необходимо иметь в виду, что при ратификации международных договоров законодатель вправе ограничить пределы действия в России заключенного международного договора, сделав об этом специальные оговорки.

  1. Базовый источник уголовно-процессуального права - Уголовно- процессуальный кодекс Российской Федерации, утвержденный Федеральным законом от 18 декабря 2001 года и вступивший в законную силу 1 июля 2002 года.

Данный закон является наиболее объемным нормативно-правовым актом, призванным наиболее полно и всесторонне регламентировать производство по уголовным делам. В УПК РФ по сравнению с УПК РСФСР 1960 года, отражены совершенно новые нормативные явления и соответственно демократические, гуманитарные идеи и принципы, вытекающие из положений Конституции.

Статьи Уголовно-процессуального кодекса располагаются в строгой логической последовательности, отражают внутреннюю структуру уголовно-процессуального права. Каждая статья имеет относительно самостоятельное значение и вместе с тем является составным элементом Уголовно-процессуального кодекса. В нем закреплены общие принципы уголовно-

Марочкин СЮ. Применение в СССР норм международных договоров // Проблемы реализации норм международного права. Свердловск, 1989. С. 11.

35

процессуального права и исключены повторения и противоречия между статьями. Как и все кодексы, он имеет Общую и Особенную части, что вызвано целесообразностью его структурного построения. Такая структура преследует цель избежать повторения общих положений при изложении каждого правового института или статьи. Структурное построение Уголовно-процессуального кодекса соответствует параметрам, предъявляемым к такому виду законов.

Новый УПК по характеру, содержанию и форме относится к числу федеральных законов. Он определяет порядок уголовного судопроизводства на территории нашей страны. В соответствии с ч. 1 ст. 1 УПК РФ основой данного закона является Конституция. Поэтому, в случае пробела в уголовно-процессуальном праве или в случае противоречия уголовно-процессуальной нормы Конституции применяются соответствующие положения основного закона.

Структура нового УПК обусловлена содержанием и стадийностью судопроизводства по уголовным делам. Все нормы сгруппированы в 5 частях, 18 разделах, 55 главах, 473 статьях и в Приложении бланков процессуальных документов. УПК РФ регулирует основную массу вопросов уголовного судопроизводства. Именно его нормы устанавливают деятельность уполномоченных на то органов и должностных лиц по возбуждению уголовных дел, их расследованию, судебному разбирательству и при наличии к тому оснований - по пересмотру принятых решений в вышестоящих судебных инстанциях, а также по исполнению судебных решений после их вступления в законную силу.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ имеет достаточное количество новелл. Впервые в него включена специальная глава 2, в которой содержится перечень принципов уголовного судопроизводства. Более подробно принципы, вытекающие из Конституции РФ, будут исследованы нами в следующем параграфе диссертации.

36

Четко обозначена и наполнена конкретным содержанием функция уголовного преследования (глава 3). Раньше данная функция находилась в тени таких понятий, как раскрытие преступления, обвинение и ряда других. В настоящее время выделены виды уголовного преследования: публичное, частно-публичное и частное. В законе определен правовой статус его субъектов, порядок осуществления преследования, основания возбуждения и прекращения уголовных дел.

Все участники уголовного судопроизводства классифицированы в четыре группы:

суд (глава 5);

участники уголовного судопроизводства со стороны обвинения: прокурор, следователь, начальник следственного отдела, орган дознания, дознаватель, потерпевший, частный обвинитель, гражданский истец, представители потерпевшего, гражданского истца и частного обвинителя (глава 6);

участники уголовного судопроизводства со стороны защиты: подозреваемый, обвиняемый, законные представители несовершеннолетнего подозреваемого и обвиняемого, защитник, гражданский ответчик, представитель гражданского ответчика (глава 7);

иные участники уголовного судопроизводства: свидетель, эксперт, специалист, переводчик, понятой (глава 8).

Таким образом, появились новые процессуальные фигуры (например, частный обвинитель), существенно расширился правовой статус уже известных закону субъектов уголовно-процессуальных отношений. В частности, потерпевший вправе инициировать уголовное преследование, отстаивать свои материальные и моральные интересы, влиять на привлечение того или иного лица к уголовной ответственности и др. Тем самым произошло выравнивание прав данного участника судопроизводства с обвиняемым.

37

Существенным образом изменен понятийный аппарат. Одна только статья 5 УПК содержит 60 понятий, большинство из которых являются совершенно новыми для правоприменителя.

Появилась новая мера пресечения - домашний арест, назначаемый по решению суда (ст. 107 УПК). В этом случае в отношении подозреваемого или обвиняемого применяются ограничения, связанные со свободой передвижения, а также запретом обращаться с определенными лицами, получать и отправлять корреспонденцию, вести переговоры с любых средств связи. После заключения под стражу данная мера является самой строгой.

Произошли существенные изменения относительно применения заключения под стражу. Стали более ограниченными, более жесткими как порядок избрания данной меры пресечения, так и сроки, которые значительно снижены.

Кроме упоминавшихся нами случаев, только с разрешения суда можно будет: продлевать сроки содержания под стражей; помещать подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для проведения судебно- медицинской или судебно-психиатрической экспертизы; производить осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем граждан; производить обыск и (или) выемку в жилище, а также выемку предметов и документов, содержащих информацию о вкладах на счетах в банках и иных кредитных организациях; налагать арест на корреспонденцию и выемку ее в учреждениях связи.

Пересмотрена подследственность уголовных дел. Деятельность следователей теперь будет сосредоточена на расследовании уголовных дел по тяжким и особо тяжким преступлениям. К компетенции дознавателей отнесено досудебное производство по противоправным посягательствам небольшой и средней тяжести. Они весьма многочисленны, однако в большинстве своем очевидны.

38

Уголовные дела теперь будут возбуждаться только с согласия прокурора, что вызвано заботой об обоснованности и законности принятия данного решения. Следователь или дознаватель должны получить его незамедлительно.

Долгое время не признавалось такое следственное действие, как проверка показаний того или иного участника процесса на месте, где происходило событие. Появление в кодексе ст. 194 благополучно разрешило эту проблему.

На судебных стадиях также произошли существенные изменения: осуществлен отказ от услуг народных заседателей, закреплен особый порядок принятия судебного решения, если обвиняемый согласен с обвинением (соглашение о признании вины), существенно изменен порядок судебного надзора и т.д.

К сожалению, рамки нашего исследования не позволяют более подробно рассмотреть указанные и многие иные новеллы уголовно-процессуального законодательства. Мы постараемся обращаться к ним при освещении других вопросов диссертационного исследования.

  1. Иные федеральные законы в части, регламентирующей уголовно- процессуальную деятельность.

Отдельные процессуальные вопросы, данные в развитие положений УПК, содержатся в других законодательных актах, регулирующих отношения близкие к уголовно-процессуальным (о статусе судей, о мировых судьях, о милиции, о прокуратуре, о содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений и др.), либо предназначенные для регламентации отношений, порой весьма отдаленных от уголовного судопроизводства (о реабилитации жертв политических репрессий, о психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании и др.).

В идеале эти законы и УПК не должны вступать в противоречие друг с другом. Более того, нормы иных федеральных законов в части регулирования процессуальных отношений должны формироваться на основе и в развитие

39

норм УПК. Однако в последние годы правоприменителю все чаще приходится решать вопрос о доминирующем значении тех или иных отраслевых норм, о порядке и времени введения в действие других норм. Нередко возникают разрывы правовых нитей и юридические коллизии . «Сегодня нам приходится принимать много законов - для того, чтобы быстрее адаптироваться к изменяющимся экономическим и социальным условиям. Между тем, даже это не может оправдать, что принятые законы часто противоречат друг другу. Будучи принятыми - не
исполняются.

~ 54

Постоянно подвергаются изменениям, иной раз - даже не вступив в силу»
.

Чтобы этого не происходило, в новом УПК закреплена модель взаимосвязи норм разных актов и, одновременно, иерархия соответствующих нормативных актов. Так, в части 1 статьи 7 содержится положение, согласно которому суд, прокурор, следователь и дознаватель не вправе применять федеральный закон, противоречащий Уголовно- процессуальному кодексу. Таким образом, последнему придан приоритетный статус по отношению к другим федеральным законам в части уголовно-процессуальных отношений. Мало того, в части второй этой же статьи имеется указание на то, чтобы суд, установив в ходе производства по уголовному делу несоответствие федерального закона и иного нормативного правового акта Уголовно-процессуальному кодексу, принимает решение в соответствии с последним. Тем самым законодатель распространяет приоритет УПК не только над федеральными законами, но и над нормативными правовыми актами иного уровня (например, подзаконными нормативными актами).

К информационным источникам относятся:

См.: Тихомиров Ю.А. Публично-правовое регулирование: динамика сфер и методов // Журнал рос. права. 2001. № 5. С.9.

54 России надо быть сильной и конкурентоспособной. Послание Президента РФ В.В.Путина Федеральному Собранию Российской Федерации // Рос. газета. 2002. 19 апр.

40

  1. Решения Конституционного Суда РФ по вопросам нормативной регламентации уголовно-процессуальной деятельности являются совершенно новым явлением для источников уголовно-процессуального права.

Конституционный Суд РФ выносит постановления, которыми:

признает несоответствующими Конституции положения,

содержащиеся в той или иной статье УПК;

предлагает Федеральному Собранию решить вопрос о внесении изменений в УПК;

ориентирует правоохранительные органы до внесения изменений в уголовно-процессуальный закон решать рассматриваемые вопросы на основе применения положений Конституции.

Решения Конституционного Суда РФ, определяющие соответствие уголовно-процессуального законодательства конституционным положениям, не содержат норм права. Однако они имеют столь властный характер, что немедленно с момента их вынесения приостанавливают применение неконституционной нормы вплоть до ее изменения или отмены в соответствии с установленной процедурой. Таким образом, принимаемые Конституционным Судом РФ решения существенно влияют на содержание и юридическое значение законодательных предписаний в сфере уголовного судопроизводства. Все постановления Конституционного Суда РФ учтены в новом уголовно-процессуальном законодательстве (например, в части, касающейся допуска адвокатов к участию в деле, реализации гражданами их права на обжалование и судебную защиту своих прав и свобод и др.).

  1. Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, а также решения Верховного Суда по конкретным делам (судебный прецедент), которые достаточно широко используются в уголовном судопроизводстве.

Вопрос о необходимости дачи разъяснений Пленумом Верховного Суда, как правило, возникает в связи с рассмотрением судебными и кассационной коллегиями и президиумом Верховного Суда РФ уголовных

РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ/

БИБЛИОША А 41

дел в кассационном и надзорном порядке, запросами нижестоящих судов,

других правоохранительных органов.

Повышенную активность Верховному Суду РФ пришлось проявлять после того, как он стал самой высокой судебной инстанцией для судов общей юрисдикции. В связи с упразднением Верховного Суда СССР ему пришлось оказывать значительную помощь нижестоящим судам в применении постоянно обновляющегося уголовно-процессуального и иного законодательства.

Данные информационные источники уголовно-процессуального права побуждают законодателя устранить пробелы права, обобщают положительный опыт в сфере уголовного судопроизводства, дают практические рекомендации по оптимальному применению норм - структурных элементов этой системы.

Разъяснения Пленума Верховного Суда РФ о практике применения уголовно-процессуального законодательства распространяется не только на суды, но и на другие правоохранительные органы и их должностных лиц, применяющих законы.

В последние годы в юридической литературе судебная практика все чаще признается источником права55. Повышенное внимание уделяется решениям Верховного Суда по конкретным делам. Особенность таких источников уголовно-процессуального права состоит в том, что они выявляют результат применения положений закона в каждом конкретном случае. Исследуя недостатки уголовной процедуры, например, можно внести предложение об изменении действующего уголовно- процессуального законодательства. В тоже время, решения по конкретным уголовным делам обобщаются в виде руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ и в последующем используются в ходе правотворчества.

См.: Судебная практика как источник права. М., 2000.

42 3. Подзаконные нормативные акты также играют существенную роль при решении вопросов, возникающих в связи с производством по уголовным делам.

Основным условием юридической состоятельности нормативно-правовых актов является их соответствие действующему законодательству. Благодаря им обеспечивается динамизм государственно-правового регулирования уголовно-процессуальных отношений, так как положения этих актов отражают «динамику жизни, легче откликаются на ее изменения, оперативнее стимулируют развитие» . Многие из подзаконных актов направлены на правильное применение норм других источников права (законов, международных договоров и др.) В связи с этим отмечается, что «в каждой правовой системе немалую роль играют нормы, призванные определять порядок разработки, введения в действие и реализации тех норм, которым предназначено быть непосредственным регулятором общественных отношений («нормы о нормах») . Подзаконные акты, детализирующие законы, нужны как необходимая профессиональная и компетентная система юридической практики, обеспечивающая реализацию законодательства.

Особую роль в упорядочении нормативных актов имеют «Правила подготовки нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти и их государственной регистрации», утвержденные постановлением Правительства Российской Федерации № 1009 от 13 августа 1997 года, которые распространяются на постановления, приказы, распоряжения, правила, инструкции и положения, издаваемые федеральными органами исполнительной власти58.

Гурвич Г.С. Некоторые вопросы советского государственного права // Советское государство и право. 1957. № 12. С. 104.

СП

Игнатенко Г.В. Взаимодействие внутригосударственного и международного права. С. 3. 58 СЗ РФ. 1997. № 33. Ст. 3895

43

Следует отметить, что информационные источники отличаются от законов, прежде всего, отсутствием явно выраженной иерархии. Это обусловлено следующими причинами:

различна правовая природа информационных источников;

информационные источники могут использоваться как законодателем, так и правоприменителем;

различна степень обязательности исполнения положений, закрепленных в информационных источниках.

Однако, не нужно преуменьшать роль информационных источников уголовно-процессуального права. Их гибкость, возможность принятия в кратчайшие сроки обеспечивают развитие права в целом.

Более подробно некодифицированные источники уголовно- процессуального права будут рассмотрены нами во второй главе диссертации.

Таким образом, изучение источников уголовно-процессуального права как целостной системы позволит охватить не только все имеющиеся источники, но и определить место каждого из них в этой системе, их взаимосвязь, значение в механизме правового регулирования общественных отношений в сфере уголовного судопроизводства.

Совершенно очевидно, что для полного и всестороннего изучения проблемы источников уголовно-процессуального права недостаточно простого перечисления и анализа содержания каждого их них. Необходимо включение их в более широкое понятие «система источников уголовно- процессуального права».

В юридической литературе обоснованно отмечается, что система источников отдельной отрасли права, как и система источников права в целом, «несмотря на множественность их форм, на многогослойность и различную силу актов, - это не произвольное построение, а именно система,

44

закономерно сложившийся комплекс»59. У каждого акта в системе должно быть свое место, свое основное назначение. Это в полной мере относится и к источникам уголовно-процессуального права.

Несмотря на общие закономерности построения систем, в каждой отраслевой системе источников права есть свои особенности. Это зависит от следующих основных факторов:

от вида общественных отношений, которые регулируются данной отраслью права;

от вида источников права рассматриваемой отрасли.

Своеобразие системы уголовно-процессуального права состоит в том, что она представляет собой совокупность норм, регулирующих уголовно- процессуальные отношения, а также в том, что уголовно-процессуальные отношения регулируются множеством источников права. При этом отмечается, что «система источников права является органической»60. В связи с этим для прочности системы источники права не должны находиться в противоречии между собой, а действовать слаженно, дополнять друг друга.

Любая система должна иметь три главные особенности:

строгая иерархия;

центральное место определенных источников права;

целесообразная дифференциация.

Проведенное нами сопоставление источников уголовно-процессуального права, позволяет отметить, что каждый источник имеет свое назначение в сфере регулирования уголовно-процессуальных отношений. В частности, Уголовно-процессуальный кодекс, иные федеральные законы, международные договоры Российской Федерации регулируют наиболее значимые уголовно-процессуальные отношения. В свою очередь, положения, содержащиеся в отдельных информационных
источниках (решениях

Лукьянова Е.А. Закон как источник советского государственного права. М., 1988. С. 50. 60 Лукьянова Е.А. Указ. соч. С. 19.

45 Конституционного Суда РФ, постановлениях Пленума Верховного Суда РФ и др.) начинают действовать только в том случае, если в законах отсутствуют необходимые для этого предписания. Можно сказать, что подзаконные акты дополняют все другие перечисленные источники уголовно-процессуального права. Следует согласиться с В.Н. Синюковым, который утверждает следующее: «В правовой системе все виды источников обладают ценностью. Надо бороться не с теми или иными их разновидностями…, а с низким качеством их содержания, формы, некультурным использованием. Социальная и юридическая ценность не есть привилегия каких-то видов источников правовой формы» .

Таким образом, по степени необходимого и целесообразного дифференцирования все источники уголовно-процессуального права находятся в одной горизонтальной плоскости. Однако, как нами было уже отмечено, источники уголовно-процессуального права функционируют, дополняя друг друга. Если в определенном законе уже имеется конкретная норма, то нет необходимости в создании подобной нормы в другом источнике права. Это свидетельствует о том, что даже в горизонтальной плоскости проявляется иерархия источников уголовно- процессуального права.

Безусловно, иерархия источников права зависит от их юридической силы. Проведенное нами исследование источников уголовно-процессуального права позволяет сделать вывод о том, что на первом месте находится Конституция РФ, которая является Основным законом нашей страны. Уголовно-процессуальный кодекс, другие федеральные законы расположены на следующей ступени вниз от Конституции.

Высшую юридическую силу нельзя смешивать с общеобязательной силой нормативного акта. Подзаконные акты тоже имеют общеобязательную силу. Разная же степень юридической силы актов отнюдь не означает, что

61 Синюков В.Н. Российская правовая система. Введение в общую теорию. Саратов, 1994. С. 359-360

46

они обладают разной степенью обязательности для субъектов уголовно- процессуальных отношений. Другое дело, что степень ответственности и мера наказания за нарушение таких актов может быть разная. Степень юридической силы актов - это вопрос не большей или меньшей обязательности их для исполнения и применения, а вопрос взаимодействия и соподчиненности актов62.

С учетом результатов исследования принципов и норм международного права, международных договоров Российской Федерации, как источников уголовно-процессуального права, следует отметить их двойственное положение. С одной стороны при регулировании международных отношений они должны занимать верховенствующее положение по отношению к любому закону государства, в том числе и Конституции РФ. С другой стороны они являются составной частью нашей правовой системы и в значительной степени реализованы в новом российском уголовно-процессуальном законодательстве. Таким образом, принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации не могут стоять в одном ряду с законами (а также непосредственно выше или ниже их), а располагаются параллельно с Конституцией.

Безусловно, Конституция, принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации являются правовой основой для всех отраслей права. Однако в уголовно-процессуальном праве решающую роль играют нормы, содержащиеся в УПК. Именно они устанавливают порядок досудебного и судебного производства по уголовному делу на территории нашей страны. Таким образом, УПК занимает центральное место среди источников уголовно-процессуального права и является ядром не только среди законов, но и среди всех других источников уголовно-процессуального права.

Лукьянова Е. А. С. 33

47

Подводя итог изложенному, можно сформулировать следующую дефиницию: система источников уголовно-процессуального права - это единая, целостная, целесообразно и иерархически организованная, стремящаяся к логическому завершению совокупность нормативно- правовых актов и правовых обычаев, которые независимо от их форм регулируют общественные отношения в сфере уголовного судопроизводства.

Система источников уголовно-процессуального права строится на основе взаимоотношения целого и его частей, когда одно явление, будучи сложным и единым целым, представляет собой объединение других явлений, образовано из них, как из своих частей, и не существует иначе, как в этих частях. Категории целого и части - соотносительные. Применение данного философского положения к источникам уголовно- процессуального права означает, что любой из них представляет нечто целое и вместе с тем часть другого целого - системы. Очевидно, что эффективность воздействия такой системы будет тем выше, чем более слаженно и целеустремленно действуют на общественные отношения источники уголовно-процессуального права, чем совершеннее они по своему содержанию, чем теснее взаимосвязаны друг с другом. Поэтому непризнание и игнорирование некоторых из них ведет к снижению эффективности норм уголовно-процессуального права, а также к беспорядку в их системе63.

В ходе проведенного нами опроса следователей органов внутренних дел и прокуратуры на вопрос «Какие источники уголовно-процессуального права необходимы для успешного осуществления уголовно- процессуальной деятельности?» опрошенные ответили:

Уголовно-процессуальный кодекс (96%);

Конституция (83%);

иные федеральные законы (64%);

руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда (58%);

63 См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис.канд.юрид.наук. СПб., 1999. С. 192.

48

постановления Конституционного Суда (52%);

подзаконные нормативные акты (44%);

принципы и нормы международного права, международные договоры Российской Федерации (41%);

судебная практика (9%).

Таким образом, правоприменительная практика подтверждает множественность, разноплановое и многоуровневое строение сложившейся системы источников уголовно-процессуального права.

Российское законодательство - явление историческое, сложившееся не только под воздействием партийных директив, но и объективной логики юридического прогресса. Введение в него новых элементов может быть полезным, если будет проходить в виде ненасильственного эволюционного процесса. В этом плане нуждаются, на наш взгляд, в сохранении и укреплении центры ориентирования правовой системы с параллельным избавлением ее от прямого вмешательства политической, в том числе законодательной и исполнительной властей.

Поэтому, целесообразно усилить координирующую роль Конституционного Суда и Верховного Суда РФ, придать им более ясный официальный статус руководителей юридической практики, основанной на прямом и экстерриториальном действии принципов гуманизма и защиты прав человека.

Следует, вероятно, шире использовать практику издания Основ законодательства, в том числе и уголовно-процессуального, в которых бы содержались правила толкования и коллизионные нормы. В этом случае суды и другие правоохранительные органы смогут нейтрализовать действие неправовых, дефектных источников, откуда бы они ни исходили, путем применения к конкретным ситуациям общих принципов Основ законодательства. Такой порядок соответствует мировому юридическому опыту (Германия, Швеция, Норвегия и др.).

49

В последние годы мы наблюдаем такое явление, когда задержка в кодификации основных актов привела к принятию нормативных актов по частным вопросам, где регулируются отдельные институты и процедуры уголовного судопроизводства, устанавливаются гарантии их реализации. Очевидна необходимость более полной кодификации уголовно- процессуального права. Подобный подход неминуемо приведет к увеличению объема Уголовно-процессуального кодекса. Однако, как известно, российский Устав уголовного судопроизводства 1864 года насчитывал свыше 1000 статей. Решение данной проблемы могло бы устранить нежелательную практику установления различными подзаконными актами процедур, которые нередко весьма существенно затрагивают конституционные права и свободы граждан.

В то же время не следует исключать и перспективного значения подзаконных нормативно-правовых актов в качестве источников уголовно-процессуального права. Конкретизируя нормы федерального законодательства, подзаконные акты обеспечивают оптимальные условия для их реализации. В случае несоответствия того или иного закона определенным требованиям, они могу более оперативно, чем законодатель, это обнаружить и предложить собственное разрешение существующей проблемы. По этому направлению развивается нормотворческая деятельность отдельных стран. В частности, в США многие нормы, имеющие отношение к расследованию, содержатся в
подзаконных ведомственных

64

актах .

Власихин В.А. Федеральная система правоохранительных органов // Уголовная юстиция. Пособие для занятий с российскими судьями (сравнительно-правовые материалы). М., 1999. С. 14-15.

50

ГЛАВА 2. НЕКОДИФИЦИРОВАННЫЕ ИСТОЧНИКИ УГОЛОВНО- ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ПРАВА

В системе источников уголовно-процессуального права можно выделить две группы: кодифицированные и некодифицированные источники.

Кодификация является, как правило, выражением и в известной степени формирующим началом таких качественно своеобразных подразделений системы права, как отрасли права65. В кодифицированный акт включаются как ранее действовавшие, так и вновь принимаемые законодателем по данному вопросу нормы. Существенной чертой кодифицированного акта является нормативное обобщение, формулирование общих положений, которые закрепляют юридические особенности определенной отрасли . Это имеет существенное значение для уголовно-процессуального права, так как Уголовно-процессуальный кодекс - это не обычный закон, объединяющий систему норм этой отрасли права.

Кодифицированные законы отличаются тем, что в них систематизируются юридические нормы, регулирующие определенный вид, область общественных отношений. При кодификации достигается системное нормативное регулирование уголовно-процессуальных отношений путем издания единого юридически и логически цельного, внутрисогласованного нормативного акта, выражающего содержание и юридическую специфику структурно обособленного подразделения системы права. Как показывает нормотворческая практика, кодифицирование законодательства в настоящее время является основным направлением его развития.

Кодифицированный акт не следует рассматривать наряду с инкорпорацией лишь как способ систематизации нормативно- правовых

Алексеев С.С. Общая теория права. М, 1982. Т. 2. С. 255. Алексеев С.С. Проблемы теории права. Свердловск, 1972. Т. 2. С. 27.

51

актов. Главное назначение кодифицированного акта - обеспечить стройное, логически непротиворечивое, исчерпывающее регулирование сферы уголовно-процессуальных отношений.

Мы не ставим перед собой задачу рассмотрения Уголовно- процессуального кодекса, так как он является общепризнанным источником уголовно-процессуального права. Особое внимание на последующих страницах нашей работы будет уделено прежде всего некодифицированным нормативным актам, обращение к которым обусловлено, прежде всего, сменой приоритетов государственной политики нашей страны.

§ 1. Конституция Российской Федерации как основной источник уголовно-процессуального права

Конституция 1993 года занимает особое место среди всех законодательных актов и является основным законом Российской Федерации. В ней содержатся самые главные, отправные моменты, отражающие правовую концепцию нашего государства и общества на современном этапе их развития. Особенность данного основополагающего акта состоит в том, что он - результат длительного конституционного развития, вместившего как мировой, так и сугубо национальный правовой опыт67.

Положения Конституции Российской Федерации всегда являются первичными, учредительными. Как таковая она является первостепенным источником и права в целом, и каждой правовой отрасли в отдельности. Естественно, этот общепризнанный принцип относится и к такой отрасли, как уголовно-процессуальное право.

Рассматривая Конституцию РФ, в первую очередь, необходимо отметить, что целью ее принятия послужило возрождение подлинной суверенной
государственности России, которую она обрела только с

См.: Синюков В.Н. Российская правовая система: Введение в общую теорию. Саратов, 1994. С.361.

52 принятием Декларации о государственном суверенитете (1990 г.) , обеспечение благополучия и процветания нашей страны. Кроме того, Основной закон направлен на формирование подлинно демократического правового государства. До принятия Конституции данный вопрос неоднократно подвергался обсуждению, так как было
недостаточно

69

определено понятие правового государства .

Идея построения правового государства впервые в истории отечественного конституционализма получила прямое закрепление в ныне действующей Конституции (ч. 1 ст. 1.). В современной политико-правовой доктрине правовым государством признается демократическое государство, в котором обеспечивается верховенство закона, последовательно проводится принцип разделения властей, а также признаются и гарантируются права и

70

свободы каждого человека .

Россия как суверенное, независимое государство не может не иметь правового характера, поскольку связанность его деятельности правом и законом соответствует современным социально-экономическим и политическим преобразованиям. Однако реализация этих возможностей зависит, с одной стороны, от того, в какой мере идея правового государства обосновывается конституционными гарантиями, с другой, от степени ее реального осуществления в условиях российской действительности.

В научной литературе в большей или меньшей степени допускается тенденция к преувеличению значения либо конституционного законодательства, либо отраслевого. Между тем необходимо использовать правильное, взвешенное представление об их
взаимоотношениях.

68 См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1991. № 23. Ст.651.

69 См., напр.: Алексеев С.С. Правовое государство - судьба социализма. М., 1988. С.49; Теоретические проблемы республиканской Конституции // Сов. гос-во и право. 1992. № 2. С. 31; Бачило И.Л. Факторы, влияющие на государственность // Гос-во и право. 1993. № 7. С. 28-30.

См.: Седых В.М. Основы конституционного строя / Комментарий к Конституции Российской Федерации. М., 1996. С. 14.

53

Конституция и отраслевое законодательство в целом представляют единую систему. Конституция, как и нормы других отраслей, составляет лишь часть единой системы. Поэтому суждение об институтах конституционного права и об институтах различных отраслей права можно сделать лишь на основании их обобщенного анализа.

В отличие от очень распространенного представления о том, будто источником той или иной отрасли могут быть лишь конституционные нормы, которые непосредственно закрепляют и регулируют отношения, образующие предмет данной отрасли, следует подчеркнуть, что Конституция в целом — юридическая база каждой отраслевой дисциплины. Содержащиеся в Конституции идеи носят руководящий характер, служат первоосновой для формирования отраслевого законодательства; их не может и не должна игнорировать наука. Словом, применительно к отдельной отрасли права о Конституции как о юридическом источнике следует говорить и в широком, и в узком смыслах.

В качестве аргумента в пользу первого утверждения можно указать на общее предписание действующего Основного закона о том, что нормы Конституции имеют прямое действие. Конституция РФ — провозглашается в ст. 15 — имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории нашей страны . Законы и иные правовые акты, принимаемые в нашей стране, не должны противоречить Конституции Российской Федерации. Данным положением закреплено место Конституции среди других нормативных актов, а также ее верховенство и многогранное значение в правовой системе России72. Кроме того, вытекает общее правило: все правоохранительные органы, должностные лица в процессе применения норм Уголовно- процессуального кодекса обязаны исходить из принципов и идей, провозглашенных Конституцией.

См. также ст. 18 Конституции.

Уголовный процесс // Под ред. К.Ф.Гуценко. М., 1997. С. 27.

54

О решающем влиянии положений Конституции на отраслевое законодательство свидетельствует конкретная законотворческая практика. Так, после принятия Основного закона в стране начался новый виток нормотворческой деятельности по разработке соответствующих ей законов и внесению изменений и дополнений в уже действующие законы. Применительно к уголовному процессу можно назвать такие законы: «О статусе судей в Российской Федерации» (1992 г.), «О судоустройстве РСФСР» (1993 г.), «О прокуратуре Российской Федерации» (1995 г.), «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (1995 г.), «О судебной системе Российской Федерации» (1996 г.) и многие другие. Это объясняется тем, что общественные отношения в уголовно-процессуальной сфере тесно связаны со всем комплексом экономических, политических и социальных отношений, регулируемых Конституцией РФ. Поэтому на любую сферу общественных отношений Конституция РФ воздействует всем своим содержанием.

Таким образом, Конституция РФ является общим мерилом законности всех актов, естественным и единственным центром развития всего законодательства. Однако, будучи высшим по своей силе актом, Конституция сама является элементом системы законодательства. Она не вынесена ни за рамки системы законодательства, ни за рамки системы действующего права, а является их органической составной частью. Положение о том, что Конституция РФ - сама часть действующего права, является одним из выражений реальности конституционных положений. В то же время ее нельзя считать обычным источником права. Конституция - это особый, уникальный источник российского права, что связано, прежде всего, с ее свойствами как Основного закона. Конституция представляет собой закон, который в отличие от других правовых актов закрепляет не отдельные стороны общественного и государственного строя страны, а все главные его начала. Представляется, что когда речь идет о ведущей роли Конституции в системе источников права, то это относится ко всем отраслям права без

55

исключения. В то же время, отдельные авторы продолжают утверждать обратное. В частности, ЗА. Незнамова утверждает, что Конституция не является источником уголовного права, так как «не содержит правовых норм,

74

и вообще норм охранительного характера» .

По общему правилу, упомянутые идеи и принципы выражены в Основном законе РФ в весьма обобщенной форме. Поэтому отраслевое законодательство с возможно доступной полнотой призвано конкретизировать их, выработать эффективный механизм реализации, а отраслевая наука — обеспечить теоретическое обоснование этого. Несмотря на то, что нормы Конституции имеют прямое действие, ее эффективная реализация в решающей степени определяется полнотой и действенностью отраслевого законодательства. «Мы сделали существенный шаг в модернизации судебно-правовой системы. Большинство необходимых указов, актов, законов уже принято. Средства на их реализацию - выделены. Теперь нужно четко исполнять принятые решения. Ключевым считаю то, что изменения коснулись не только организации и условий работы судов, но прежде всего - процедур, обеспечивающих защиту прав личности и доступность правосудия»74.

Судя по Посланию Президента Федеральному Собранию, для реализации Конституции и укрепления Российской Федерации уже принято достаточно конституционных и федеральных законов, в том числе новый Уголовно-процессуальный кодекс, а также другие акты, направленные на обеспечение безопасности общества и личности. В связи с этим судебные и правоохранительные органы должны решить многие организационные вопросы, чтобы УПК работал в полной мере. Президент обратился с просьбой к Федеральному Собранию «оперативно рассмотреть необходимые

74

Уголовное право. Общая часть / под ред. И.Я. Козаченко, З.А. Незнамовой. М, 1997. С. 26.

74 России надо быть сильной и конкурентоспособной. Послание Президента РФ В.В.Путина Федеральному Собранию Российской Федерации // Рос.газета. 2002. 19 апр.

56 изменения в УПК и в закон о введении его в действие. В том числе - нормы, которые касаются передачи судам полномочий по арестам»75.

Для развития отраслевой правовой науки необходимо овладеть новым конституционным понятийным аппаратом, используемой действующей Конституцией терминологией, ее структурой, т. е. характером размещения в ней главных, комплексных институтов, понять особенности каждого из них и т. п.

Дело в том, что Конституция 1993 г. в данном плане существенно отличается от прежних советских конституций, на основе которых разрабатывалось отраслевое законодательство и формировалась наука. Как бы не относиться к происшедшим переменам, но из конституционного законодательства ушли в прошлое такие понятия и категории, как «основы советского социалистического строя», «советский народ», «общенародное государство» и пр. Отсюда ясно, что этим так или иначе определялось множество правовых институтов, сущность и содержание которых, а также непосредственная внутренняя структура отрасли в целом составляющих ее институтов диктовались Конституцией СССР. Теперь в фундаменте Основного закона лежат другие ценности, другие понятия и категории. В соответствии с их характером будут и должны формироваться научные понятия и правовые институты всех отраслей.

Уголовно-процессуальное право, будучи одной из основополагающих отраслей российского права, основывается и развивается в соответствии с нормами Конституции. В.П. Божьев отмечает, что изучение исторического опыта свидетельствует о развитии уголовно-процессуального законодательства в соответствии с конституционными положениями, так как УПК «не только воспроизводил конституционные положения, но и развивал их, детализировал, предусматривал механизм их реализации
в процессе

Там же.

57 судопроизводства» . Следовательно, связь основного кодифицированного закона, регламентирующего уголовно- процессуальную деятельность и норм, закрепленных в Конституции нашей страны, не является нововведением. Однако ранее УПК воспроизводил в своих статьях все относящиеся к уголовному процессу конституционные нормы, поэтому вопрос о прямом действии последних в те времена не поднимался. К тому же и Конституция в связи с этим не давала оснований к такой постановке вопроса, так как не провозглашала даже идеи прямого действия своих норм7 .

В настоящее время Конституция содержит немало норм, которые либо прямо, либо косвенно регулируют и закрепляют предмет уголовно- процессуального права. Во всяком случае, их значительно больше, чем в

по

прежних отечественных конституциях . Это объясняется тем, что в нынешней Российской Конституции содержится много норм, закрепляющих юридические гарантии прав и свобод человека и гражданина, а также осуществления правосудия79.

Следует еще раз подчеркнуть, что Конституция РФ 1993 г. является непосредственным источником всех отраслей права. Однако, каждая из существующих и могущих возникнуть правовых отраслей с различными разделами Конституции связана по-своему, по-разному: в одних случаях более тесно, в других — менее.

Нормы уголовно-процессуального права выполняют в целом правоохранительную функцию государства, и они, как и другие отрасли, направлены на обеспечение, охрану и реализацию всех установлений и предписаний Конституции. В первую же очередь нормы этой и смежных с нею отраслей нацелены на охрану и защиту основ конституционного строя

Уголовный процесс. Общая часть. М, 1997. СП.

77

Уголовный процесс. Общая часть. СП.

78

Гурова Т.В. Источники российского права. Автореф. дис.канд.юрид.наук. Саратов, 1998. С. 21.

79

См.: Доля В. Новая Конституция РФ и уголовно-процессуальная деятельность // Рос.юстиция. 1994. № 4. С. 18.

58 Российской Федерации (гл. 1), прав и свобод человека, ее граждан (гл. 2). Как известно, первые две главы Основного закона РФ (наряду с его гл. 9) в силу предписаний самой же Конституции (ст. 135) обладают наибольшей степенью стабильности. Дело в том, что Конституция устанавливает особую, более сложную процедуру внесения поправок и изменений в эти главы.

Действующая ныне Конституция РФ провозгласила права и свободы человека и гражданина в качестве высшей ценности, а их защиту - обязанностью Российской Федерации. Такая характеристика в полной мере отвечает общепризнанным международным документам. Следуя указанным документам, наша Конституция отдала приоритет основным, прежде всего личным, правам и свободам. Это выразилось хотя бы в том, что ее глава 2 открывается именно названной группой прав. О том значении прав и свобод человека и гражданина, которое придает Основной закон Российского государства, свидетельствует объем закрепляющих их конституционных норм. В количественном отношении он составляет чуть менее половины текста всей Конституции, если, конечно, считать нормы не только ее второй, но и других глав.

Права и свободы человека и гражданина неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ст. 17), являются непосредственно действующими (ст. 18). Согласование содержания прав и свобод на международном и национальном уровнях хорошо выражено в регламентации права на жизнь (ст.20), защиту достоинства личности (ст.21), свободу и личную неприкосновенность (ст.22), неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (ст.23), неприкосновенность жилища (ст.25), защиту собственности (ст.35) и др.

Из подобного весьма красноречивого факта должны исходить представители отраслевых наук, в том числе и уголовно-процессуального права. Конституция, стремясь возможно полнее и эффективнее обеспечить и защитить достоинства личности, ее права и свободы, записала целый ряд положений, из которых должен исходить весь комплекс правоохранительных

59 отраслей. Уголовному процессу здесь отводится не последнее место. Цель конституционных положений в данном случае состоит в том, чтобы повысить прежде всего роль норм и институтов этих отраслей в защите основ правового статуса личности, по возможности, путем регламентации законодательных средств, оберегающих личность от общественно опасных и противоправных действий.

Конституция говорит не только о правах и свободах гражданина России, но и о правах и свободах человека. Мимо этого факта нельзя проходить. Это в свою очередь означает, что конституционные права и свободы распространяются прежде всего на граждан РФ, но кроме того и на лиц, которые, не будучи таковыми, так или иначе подпадают под юрисдикцию нашего государства. Говоря конкретно, под действие уголовно- процессуального закона, согласно Конституции, подпадают лица без гражданства, лица с двойным гражданством, если они на момент совершения преступления находились на территории РФ, и иностранцы, не пользующиеся экстерриториальностью.

Реальность закрепленных в Конституции основных прав и свобод обеспечивается как индивидуальными возможностями гражданина, который вправе защищать свои права и свободы всеми, не запрещенными законом способами, так и государством в целом. При этом реализуется, прежде всего, связь граждан со всем государством, а не только с его отдельными органами или должностными лицами. Именно поэтому ст. 45 Конституции провозглашает гарантированность в первую очередь государственной защиты прав и свобод человека и гражданина в нашей стране и лишь затем -право каждого на самозащиту. Причем в самих конституционных правах заложена, предоставленная гражданам, возможность требовать от государства и его органов совершения определенных действия либо воздержания от действий, препятствующих реализации тех или иных прав и свобод. При всем разнообразии интересов лиц, участвующих в уголовном

60

судопроизводстве, Основной закон предполагает равную для всех защиту права, признаваемых и поддерживаемых уголовно-процессуальным правом80.

В условиях подлинной демократии права и свободы не только признаются и юридически закрепляются государством, но и реально обеспечиваются путем создания фактических и правовых условий их действительного осуществления. Социальное назначение гарантий - обеспечить фактическое функционирование институтов и учреждений государства в соответствии с принципами народовластия и свободы личности81.

Особое значение в современных условиях имеет закрепление в Конституции гарантий на судебную защиту прав и свобод каждого гражданина (ст. 46). Любые права и свободы могут считаться гарантированными лишь тогда, когда при их нарушении гражданин вправе обратиться с жалобой в суд и получить защиту.

При этом судебный порядок рассмотрения жалоб граждан имеет весьма существенные преимущества перед административным порядком, производимым иными органами государства. Прежде всего, он осуществляется органом, не зависимым от кого бы то ни было и подчиняющимся только закону. Вместе с тем он обеспечивает беспристрастное рассмотрение дела, ибо суд, в отличие от других органов, разрешающих жалобы граждан, совершенно не заинтересован в том или ином результате их рассмотрения. Наконец, особый процессуальный порядок

См.: Корнуков В.М. Правовой статус личности в уголовном судопроизводстве // Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе. М., 1981. С. 41; Куцова Э.Ф. Вопросы применения закона и перспектив развития уголовно-процессуального законодательства России // Вестн. Моск. ун-та. Право. 1994. № 5. С.46.

О 1

См.: Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный суд.М., 1996. С. 96-97.

61 рассмотрения судебных дел предоставляет сторонам необходимые права и

82

гарантирует их реализацию в ходе процесса .

Конституционные гарантии тесно переплетаются с

конституционными принципами уголовного процесса. Совершенно справедливо В.П. Божьев рассматривает принципы уголовного процесса в качестве основополагающих правовых идей, закрепленных в Конституции и определяющих построение всего уголовного процесса, его сущность, характер. Он считает, что именно они «и составляют базу, фундамент всего

83

уголовного процесса» .

Впервые конституционные принципы уголовного судопроизводства закреплены в самостоятельной главе УПК РФ, достаточно обширной по своему объему. На первый взгляд, может показаться, что они декларативны. На самом деле, являясь исходными идеологическими постулатами, регулирующими в концентрической форме уголовно- процессуальные отношения, принципы наполнены непосредственной конкретикой.

Принцип законности при производстве по уголовному делу (ст. 7 УПК) имеет общеправовой характер и по своему содержанию означает точное и неуклонное исполнение и соблюдение закона. Реализация данного принципа предполагает соблюдение каждой нормы (правила, требования, предписания) Уголовно-процессуального кодекса, в том числе с учетом соответствующих решений Конституционного Суда РФ и руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ. Содержание части третьей статьи 7 УПК основано на положении части второй ст.50 Конституции, согласно которому при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона. Данное конституционное положение предусматривает признание доказательства недопустимым в случае, если содержащиеся в нем сведения

См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. СПб., 1999. С.92-93. 83 Божьев В.П. Указ. соч. С. 47

62 собраны в нарушение хотя бы одной нормы, регламентирующей порядок получения доказательства. Таким образом, в УПК предусмотрен стабильный режим законности, который выступает надежной гарантией для реализации целей уголовного судопроизводства.

Следующим конституционным принципом, закрепленным в УПК, является осуществление правосудия только судом (ст.8 УПК). Положенная в основу Конституции идея разделения властей, хотя и осуществленная не полностью, выразилась, в частности, в том, что система органов правосудия провозглашается особой, самостоятельной ветвью власти, принадлежащей народу. Согласно ст. 118 Конституции, судебная система устанавливается Конституцией Российской Федерации и федеральным конституционным законом. Судебная власть в стране осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Отсюда вместо прежней выборности судей Конституция предусматривает процедуру их назначения, принцип их несменяемости, а также в определенных случаях функционирование суда присяжных заседателей и ряд других общепризнанных в мире принципов. В связи с конституционной установкой на разделение властей, по- видимому, существенно будут изменены в системе государственных органов место и роль прокуратуры. Поэтому, «надо привести в соответствие с новыми законодательными актами и положения Закона «О Прокуратуре Российской

од

Федерации» .

В соответствии с ч.2 ст. 8 УПК никто не может быть признан виновным в совершении преступления и подвергнут уголовному наказанию иначе как по приговору суда и порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом. Прерогатива суда в решении данных вопросов обусловлена
тем, что правовой статус суда и порядок судебного

России надо быть сильной и конкурентоспособной. Послание Президента РФ В.В.Путина Федеральному Собранию Российской Федерации // Рос.газета. 2002. 19 апр.

63

разбирательства в наибольшей степени обеспечивают обоснованное и законное разрешение уголовных дел.

Уважение чести и достоинства личности - самостоятельный принцип уголовного судопроизводства, согласно которому запрещаются действия и принятие решений, унижающих честь любого участника судопроизводства, а также обращение, унижающее его человеческое достоинство либо создающее опасность для его жизни и здоровья (ст. 9). В соответствии с ч. 2 ст. 9 в процессе расследования преступления, судебного разбирательства, а также исполнения приговора никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Тем самым в новом УПК напрямую закреплены положения п. 2 ст. 21 Конституции РФ.

Нормами Конституции впервые суду предоставлено право принимать решение об аресте, заключении под стражу. Также в Основном законе закреплено правило, в соответствии с которым до судебного решения лицо не может быть подвергнуто задержанию на срок более 48 часов (ст.22). Развивая данные конституционные нормы, новый УПК предусмотрел принцип неприкосновенности личности. В статье 10 УПК содержатся основания и условия ограничения свободы человека по уголовным делам, а также меры пресечения незаконного ограничения свободы. При отсутствии данных оснований должностные лица, осуществляющие уголовное судопроизводство, действуя в пределах своей компетенции, обязаны немедленно освободить всякого незаконно ограниченного в свободе.

Следующий принцип - охрана прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве (ст.11 УПК). В нем развивается и конкретизируется применительно к правосудию общий принцип охраны прав и свобод человека и гражданина, предусмотренный Конституцией (ст.2, 17). В соответствии с ч. 1 ст. 11 УПК, осуществляя свои процессуальные обязанности, уполномоченные на то должностные лица обязаны разъяснять участникам уголовного судопроизводства их
права, обязанности и

64 ответственность, а также обеспечивать возможность осуществления этих прав. Невыполнение данных предписаний является нарушением уголовно- процессуального закона и влечет негативные последствия для производства по уголовному делу (к примеру, в соответствии со ст. 381 УПК это расценивается как кассационное основание отмены судебного решения).

Впервые в Уголовно-процессуальном кодексе четко закреплена обязанность применения специальных уголовно-процессуальных мер защиты участников процесса, если им угрожают опасными противоправными деяниями. При этом в ч.З ст. 11 УПК содержится перечень конкретных мер, содержащихся в новом уголовно- процессуальном законодательстве.

Новым содержанием наполнен принцип неприкосновенности жилища (ст. 12 УПК), который приведен в полное соответствие с конституционными предписаниями о том, что никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения (ст.25 Конституции). В соответствии с вышеуказанным принципом осмотр жилища теперь производится только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения (ч.1 ст. 12 УПК). Кроме того, обыск и выемка в жилище допускается лишь на основании судебного решения (ч.2 ст. 12 УПК).

Конституцией также гарантировано право на частную жизнь. Каждый имеет право на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений. Ограничение данного права допускается только по судебному решению (ст.23 Конституции). Теперь данное положение непосредственно закреплено в новом Уголовно- процессуальном кодексе в виде отдельного принципа - тайны переписки. Развивая конституционные положения, закон обязал участников уголовного процесса со стороны обвинения обыск, наложение ареста на почтовые и телеграфные отправления, их выемку в учреждениях связи, контроль и запись телефонных и иных переговоров производить только на основании судебного решения.

65 Принцип презумпции невиновности, закрепленный в ст.49 Конституции, является одним из основных принципов уголовного судопроизводства и содержится в ст. 14 нового Уголовно-процессуального кодекса. Неукоснительное выполнение требований, изложенных в данной статье закона, предоставляет суду возможность принять обоснованное и справедливое решение о наказании виновного либо о реабилитации невиновного, чему и служит принцип презумпции невиновности.

Особенностью УПК РФ является то обстоятельство, что практически весь новый закон пронизан реализацией конституционного принципа состязательности сторон (ч.З ст. 123 Конституции). Об этом свидетельствует хотя бы то обстоятельство, что теперь данный принцип распространяется не только на судебные стадии, но и на стадию предварительного расследования (с того момента, когда в деле появляется подозреваемый или обвиняемый). В ст. 15 УПК закреплено положение о разграничении функций обвинения, защиты и разрешения дела, относящееся в полной мере к главной стадии уголовного процесса - судебному разбирательству. Особое внимание уделено суду, который в соответствии в рассматриваемым принципом не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав (ч.З ст. 15 УПК).

Конституция гарантирует каждому право на получение квалифицированной юридической помощи (ст.48). В случаях, предусмотренных законом, и в первую очередь уголовно- процессуальным, юридическая помощь оказывается бесплатно. Наконец увенчалось победой требование общественности о широком участии защитников в производстве по уголовным делам. По Конституции (п. 2 ст. 48), каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под
стражу или предъявления

66 обвинения. Данные положения Конституции нашли отражение и получили дальнейшее развитие в ст. 16 УПК, в котором закреплен принцип уголовного судопроизводства - обеспечение права на защиту.

Принцип обеспечения права пользования родным языком в ходе судопроизводства вытекает из конституционных положений, содержащихся в ст. 17, 24, 26 и др. Основного закона. В ст. 18 нового УПК содержатся правила, обеспечивающие участнику процесса, не владеющему или не достаточно владеющему языком, на котором ведется производство по уголовному делу, реализацию его права делать заявления, давать объяснения и показания, заявлять ходатайства, приносить жалобы, знакомиться с материалами дела, выступать в суде на родном языке или другом языке, которым он владеет. Данным лицам также предоставляется возможность бесплатно пользоваться помощью переводчика в порядке, установленном законом.

В Конституцию РФ включена специальная норма (ч.2 ст. 46) о возможности обжалования в суд решений и действий (или бездействия) органов государственной власти, местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц, нарушающих права и свободы граждан. В новом УПК это положение закрепляется и развивается в статье 19, где закреплен специальный принцип - право на обжалование процессуальных действий и решений, а также в
самостоятельном разделах и главах

ос

Уголовно-процессуального кодекса .

Проведенное нами исследование позволяет сделать вывод о том, что все конституционные принципы полностью включены в новое уголовно- процессуальное законодательство. Они содержатся и развиваются в специальной главе УПК. В других нормах определяется механизм их действия применительно к той или иной стадии производства по делу.

См. раздел V, главы 43-45, 48, 49 УПК.

67 Пределы осуществления того или иного принципа определяются назначением уголовного судопроизводства и непосредственными задачами конкретной стадии . На стадии предварительного расследования некоторые из них не действуют (осуществление правосудия только судом) или действуют в ограниченных рамках (состязательность сторон).

Само наличие принципов говорит о многоуровневой структуре права, в которой они являются наиболее глубинными элементами и относятся к разряду нормативных обобщений. До принятия нового Уголовно- процессуального кодекса многие авторы предлагали свою систему принципов уголовного процесса, слагаемую посредством их классификации .

Имеется немало конституционных норм, которые определяют и регулируют порядок формирования федеральных правоохранительных органов. По общему правилу, все кадровые вопросы этих органов относятся к полномочиям Президента и Совета Федерации — верхней палаты российского парламента. Согласно ст. 83 (е) Основного закона, Президент представляет Совету Федерации, а последний назначает на должности судей Конституционного суда, Верховного суда. Высшего арбитражного суда, а также Генерального прокурора Российской Федерации (ст. 102 (ж)).

Таким образом, содержащиеся в Конституции принципиальные положения условно, пожалуй, можно разделить натри группы. Первую могут составить те из них, которые определяют условия действия и применения уголовно-процессуального закона, а также нормы других, связанных с ними

См.: Уголовно-процессуальное право / Под ред. П.А. Лупинской. М., 1997. С. 117.

См., напр.: Агеева Т.Н. Принципы советского уголовного процесса, их сущность и значение // Труды ВЮЗИ. М., 1972. С. 6; Громов Н.А., Николайченко В.В. Принципы уголовного процесса, их понятие и система // Гос-во и право. 1997. № 7. С.35-36; Добровольская Т.Н. Указ. соч. С. 12; Михеенко М.М. Понятие и система принципов советского уголовного процесса. Киев, 1984. С. 91 - 95; Организация судебной деятельности. М, 1977. С. 5-9.

68 отраслей, например уголовно-исполнительное право; ко второй группе можно было бы отнести нормы, устанавливающие порядок формирования и организацию федеральных и правоохранительных органов; третья — наиболее многочисленная группа складывается из правомочий в упомянутой

оо

области федеральных органов и в первую очередь органов правосудия .

Примерно в этих рамках выражают себя и конституции республик в составе России, естественно, там, где они приняты. В одних случаях в Конституции содержатся прямые предписания, не требующие конкретизации, в других же — предусматривается издание отдельного федерального закона (либо конституционного, либо обыкновенного). Подробный анализ указанных групп положений Конституции дает материал для наиболее углубленного раскрытия обсуждаемой темы и требует отдельного исследования.

Таким образом, рассмотрев правовые основания воздействия, а также особенности взаимосвязи Конституции с уголовно-процессуальным правом, мы можем сделать ряд выводов. Конституция заключает в себе как общие положения, влияющие на построение норм всех отраслей права, так и непосредственно относящиеся к уголовно-процессуальному праву. Она является нормативной базой для уголовно-процессуального права не только потому, что содержит нормы, имеющие прямое действие в уголовном процессе, но и потому, что в ней имеются основные принципы и гарантии прав и свобод граждан, которые могут быть затронуты при осуществлении уголовно-процессуальной деятельности. Следовательно, положения Конституции развиваются и конкретизируются уголовно-процессуальным законодательством, а последнее, в свою очередь, черпает идеи и принципы из Конституции. В связи с этим Конституцию можно причислить к источнику уголовно- процессуального права, влияющему на его развитие и правовое

См.: Воеводин Л.Д. Конституция Российской Федерации и правовые отрасли: проблемы соотношения // Вест. Моск. ун-та. Серия 11, Право. 1994.

№ 5. С.35-37.

69 состояние.

Чрезвычайно важное значение для законодательных реформ и правоприменительной практики в рассматриваемой области имеют конституционные установления о том, что общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы (ч.4 ст. 15). В тексте Конституции общепризнанные принципы и нормы международного права, кроме ч.4 ст. 15, упоминаются еще несколько раз. В преамбуле Основного закона говорится об общепризнанных принципах равноправия и самоопределения народов. В других статьях Конституции предписывается руководствоваться общепризнанными принципами и нормами международного права: при обеспечении прав и свобод человека и гражданина (ст. 17), при предоставлении политического убежища (ст.63), при обеспечении прав коренных малочисленных народов (ст.69).

Следует отметить, что в конституциях большинства европейских государств уделяется особое внимание вопросу сближения международно- правовых и внутренне - государственных норм (ст. 25 Основного закона ФРГ, ст. 55 Конституции Французской Республики, ст. 10 Конституции Испании и др.). Примерно так же решен вопрос об общепризнанных принципах и нормах международного права в конституциях стран, которые входят в Содружество Независимых Государств (ст. 6 Конституции Республики Армения, ст. 16 Конституции Кыргызской Республики, ст. 11 Конституции Азербайджанской Республики и др.).

Общепризнанные нормы международного права и международные договоры становятся составной частью внутреннего законодательства, как правило, после их ратификации. Применение международных норм, противоречащих положениям конституции соответствующего государства, не допускается. Понятие «общепризнанные принципы международного права» широкого применения в текстах конституций не получило, но в

70

конституциях отдельных государств эти принципы определяются
как

89

принципы международного сотрудничества .

Однако, не все государства придерживаются подобной позиции. В частности в Конституции США и Конституции Японии общепризнанные

90

принципы и нормы международного права даже не упоминаются

Как мы видим, наша страна пошла по пути большинства европейских государств и Основным законом поставлена задача разрешения проблем взаимодействия российской правовой системы и международного права91. В настоящее время данная задача решается путем взаимной рецепции правовых предписаний, имплементации соответствующих норм и принципов на базе международных стандартов в процессе проведения судебной реформы9 .

Необходимо отметить, что рассматриваемое конституционное положение об общепризнанных принципах и нормах международного права до настоящего времени вызывает бурную полемику на страницах юридической литературы. В частности, Е.Т.Усенко возражает против включения в правовую систему России общепризнанных принципов и норм международного права на том основании, что они предназначены для регулирования только международных отношений . Совершенно противоположной позиции придерживается И.И. Лукашук, который отмечает что все без исключения нормы международного права предназначены для регулирования межгосударственных отношений. Однако, одни нормы реализуются только в международных
отношениях, а другие подлежат

См.: Конституции государств Европейского Союза. М., 1997. С. 372-392. 90 См. Конституции зарубежных государств. М., 1997. С. 456.

См.: Гуценко К.Ф. Конституция Российской Федерации и вопросы уголовного судопроизводства // Вест. Моск. ун-та. Право. 1994. № 5. С. 38.

Колосович С.А., Кузнецов И.А. Соотношение уголовно-процессуального и уголовного права (в свете современной концепции судебной реформы) // Государство и право. 1996. № 12. С. 76.

См.: Усенко Е.Т. Соотношение и взаимодействие международного и национального права в российской Конституции // Московский журнал международного права. 1995. № 2. С. 18.

71 реализации во внутренней сфере государств, пройдя соответствующие процедуры94.

Появлению подобных споров способствует то обстоятельство, что Основной закон не определил статус и место в иерархии правовых актов как общепризнанных принципов и норм международного права, так и международных договоров Российской Федерации. К тому же, в Конституции не сформулировано понятие общепризнанных принципов и норм международного права, что повлекло достаточно произвольное толкование «общепризнанности» и перечня подпадающих под этот признак принципов и норм, предопределила их декларирование в отраслевом законодательстве. Более подробно данные вопросы мы рассмотрим в следующем параграфе нашей работы.

§ 2. Уголовно-процессуальные нормы международного права

А. Общепризнанные принципы и нормы международного права

В нашей литературе уже предпринимались попытки рассмотреть как совокупность международные нормы и стандарты в области прав человека и уголовной юстиции95. Принципы и стандарты стали в Российской Федерации основой ряда работ, целью которых является определение более совершенных гуманитарно-правовых и организационных средств и способов усиления охраны прав и законных интересов личности в
уголовном

См.: Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997. С.48.

95 См., напр.: Гуценко К.Ф., Ляхов Е.Г. Устав ООН, его цели и принципы и актуальные проблемы разработки и применения международных норм, касающихся уголовного правосудия. М., 1980; Игнатенко Г.В. Международное сотрудничество в борьбе с преступностью. Свердловск, 1980; Бородин СВ., Ляхов Е.Г. Международное сотрудничество в борьбе с уголовной преступностью. М, 1983; Панов В.П. Сотрудничество государств в борьбе с международными уголовными преступлениями. М., 1993; Уголовная юстиция: проблемы международного сотрудничества. М., 1994.

72 судопроизводстве, повышение эффективности предварительного следствия и судебного разбирательства уголовных дел96.

С учетом того, что новый Уголовно-процессуальный кодекс признает общепризнанные принципы и нормы международного права, а также международные договоры Российской Федерации составной частью законодательства нашей страны, регулирующего уголовное судопроизводство (ч.З ст.1), мы попытаемся дать критический анализ данным институтам.

Изучение международных договоров, а также резолюций международных организаций показывает, что большинство положений, находящихся в них посвящены правам человека. И это понятно, так как в своей совокупности эти права определяют характер политико-правовой системы, уровень ее демократизма8. Государствами согласовываются общечеловеческие стандарты прав и свобод личности, обязательные для этих организаций меры по обеспечению прав и свобод и защите их от посягательств, а также предоставление самой личности юридической возможности реализовать и защищать признаваемые права и свободы”.

Особое внимание международным сообществом уделяется выработке и закреплению в соответствующих актах основных правовых гарантий, удовлетворяющих представлениям о справедливом правосудии. Во многом

См., напр.: Щерба СП., Зайцев О.А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по уголовным делам. М., 1996; Шадрин B.C. Обеспечение прав личности при расследовании преступлений. Волгоград, 1997.

Права человека и судопроизводство. Собрание международных документов. Варшава. OSCE. 1996.

Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукашук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. М., 1996. С. 5

99 См., напр.: Фельдман Д.И. Система международного права. Казань, 1983. С.62; Колосов Ю.М. Международные стандарты в области прав человека и проблемы советского законодательства // Сов.журнал международного права. 1991. N 2. С.67-68; Бирюков П.Н. Роль международно-правовых норм в обеспечении «права на правовую защиту» // Правоведение. 1992. N 2. С. 24.

73 этому способствовало расширение масштабов организованной преступности, опасности, которую она создает для правильного функционирования органов правосудия. По приблизительным подсчетам, доходы от незаконной преступной деятельности во всем мире составляют сотни миллиардов долларов США; их размер превышает бюджеты многих развитых стран100. С учетом указанных и ряда других обстоятельств появился целый ряд крупных международных инициатив и документов, направленных на повышение эффективности уголовного судопроизводства, улучшение правового положения субъектов уголовно- процессуальных отношений, содержащих общечеловеческие стандарты защиты их прав и свобод в ходе осуществления правосудия.

Такие стандарты конституируются в качестве нормативного минимума, который определяет уровень государственной регламентации с допустимыми отступлениями в форме его превышения или конкретизации.

В науке международного гуманитарного права принято обозначать следующие функции международных стандартов:

1) определение перечня прав и свобод, относящихся к категории основных и обязательных для всех государств; 2) 3) формулирование главных черт содержания каждого из этих прав, которые должны получить воплощение в соответствующих конституционных и иных нормативных положениях; 4) 5) установление обязательств государств по признанию и обеспечению провозглашаемых прав и введение на международном уровне самых необходимых гарантий, обуславливающих их реальность; 6) 4) фиксирование условий пользования правами и свободами, сопряженными с законными ограничениями и даже запретами101.

См.: Доклад IX Конгресса ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями. Каир, 1995. С.56.

01 См.: Игнатенко Г.В. Международные стандарты прав и свобод человека // Международное право. М., 1995. С.243.

74 Особое внимание в юридической литературе уделяется определению понятия принципов и норм международного права. В частности, Б.М. Клименко считает, что принципами международного права являются руководящие правила поведения субъектов, возникающие как результат общественной практики, юридически закрепленные начала международного права. При этом он отождествляет принципы международного права с нормами международного права, имеющими обязательный характер . Л.Н.Галенская полагает, что международный принцип - это функциональная, основополагающая идея, которая проявляется через совокупность норм права и выступает системообразующим элементом .

В науке под нормой международного права традиционно понимается правило поведения, которое признается субъектами международного права (государствами и иными субъектами) в качестве юридически обязательного. По своей сути такое правовое предписание представляет из себя «согласованную волю государств», имеющую диспозитивный императивный характер. Применительно к рассматриваемой проблеме международно-правовая норма должна иметь только императивный характер. Именно в силу повелительного характера любой субъект международного права обязан исполнять такие нормы, внося определенные изменения в уголовно-процессуальное законодательство.

В зависимости от характера своего действия предлагается следующая классификация императивных норм международного права:

а) имеющие опосредованное действие - нормы, которые могут не включаться во внутреннее законодательство того или иного государства;

б) имеющие непосредственное действие - нормы, подлежащие обязательному включению в уголовно-процессуальное законодательство.

См.: Клименко Б.М. Принципы международного права / Международное право: Учебник. М., 1998. С.ЗО.

103 См.: Галенская Л.Н. Правовые проблемы сотрудничества государств в борьбе с преступностью. Л., 1978. С.7.

75

Необходимо обратить внимание, что не только Конституция РФ, но и международные договоры не содержат перечня общепризнанности принципов и норм международного права, относящихся к правам и свободам человека, и не устанавливают правил для отнесения к таковым соответствующих международных норм.

В связи с этим возникает вопрос о том, а какие же принципы и нормы международного права являются общепризнанными? Имеются ли различия между терминами «общепризнанные принципы» и «общепризнанные нормы»?

Мы солидарны с И.М.Лукашуком, который под общепризнанными принципами и нормами международного права понимает нормы, складывающиеся в практике государств и признаваемые ими в качестве обязательных. По его мнению, особая роль в процессе создания общепризнанных норм принадлежит многосторонним договорам, если в них участвует большинство государств104.

Аналогичную позицию занимает А.Н.Талалаев, считающий общепризнанные принципы и нормы международного права прогрессивным актом многих государств и специфическим регулятором международных обязательств и внутригосударственных отношений105. Существенных различий между общепризнанными принципами и нормами А.Н.Талалаев не находит. Он относит их к специфическим регуляторам не только международных, но и внутригосударственных отношений, признавая их преимущество в случае коллизии с российским законодательством106.

См.: Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукашук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами Российской Федерации. М., 1996. С.8-9.

См.: Талалаев А.Н. Общепризнанные принципы и нормы международного права (конституционное закрепление принципа) // Вестник МГУ. Право. 1997.№З.С.68.

106 См.: Талалаев А.Н. Два вопроса международного права в связи с Конституцией РФ // Гос. и право. 1998. № 3. С. 64-70.

76

По мнению П.Н. Бирюкова, принципы международного права представляют собой основополагающие общепризнанные нормы, обладающие высшей юридической силой и являющиеся источниками международного права10 .

Отдельные ученые считают приоритетными перед национальными законами не только коллизионные правила международных договоров, но и общепризнанные принципы и нормы международного права, выделяя их в самостоятельную правовую категорию, довлеющую над российской правовой системой в целом .

Таким образом, можно прийти к выводу о том, что общепризнанность принципов и норм международного права должна означать их фундаментальность, согласие большинства государств на их исполнение. Такие принципы и нормы содержатся в международных правовых актах, юридическая сила и обязательность которых признаются многими странами, что придает им общепризнанный характер.

Общепризнанные принципы международного права и общепризнанные нормы международного права имеют равнозначный правовой статус и их следует рассматривать в единстве с международным договором. В зависимости от регулятивной функции принципов и норм они могут иметь общеобязательный характер или регулировать конкретные отрасли права и относиться к специальным принципам и нормам международного права, но также обязательного характера. Назначение общепризнанных принципов и норм международного права обусловлено присущей им функцией регулирования правоотношений межгосударственного сотрудничества. В этом их отличие от внутренних принципов права, предназначение которых

См.: Бирюков П.Н. Международное право. М., 1998. С. 16.

См., напр.: Несмеянова С.Э. Соотношение норм международного права // Российский юридический журнал. 1999. № 2. С.50-61; Бирюков П.Н. Взаимодействие органов ФСНП РФ с зарубежными правоохранительными органами при расследовании налоговых преступлений: правовые вопросы. Воронеж, 1999. С.47-49.

77 ограничено территорией государства и его внутренними правоотношениями .

Сами по себе общепризнанные принципы и нормы международного права не существуют, а существуют они в соответствующих источниках права общепризнанных международных организаций. Основным источником международного права является международный договор в различных его формах (международный пакт, конвенция, декларация и др.).

Среди всемирных, универсальных организаций, цели и задачи которых имеют существенное значение для международного сообщества, можно выделить деятельность Организации Объединенных Наций (ООН) и Совета Европы (СЕ). Уставы данных организаций опираются на общие правовые ценности, исходящие из принципа верховенства права, господства закона, признания и соблюдения прав и свобод человека. Эти положения являются фундаментальной основой того, что принято называть принципами и стандартами мировой и европейской цивилизации110.

Необходимо отметить, что число международных соглашений и документов, содержащих принципы и нормы в сфере уголовного судопроизводства, имеющих общее и частное применение в исследуемой области, весьма велико. В определенной степени некоторые из них даже дублируют друг друга. Поэтому в настоящее время перед мировым сообществом стоит прежде всего проблема имплементации принципов и норм международного гуманитарного права. На это обстоятельство справедливо указывалось еще в докладе VI конгресса ООН, где было признано, что увеличение количества международных принципов и стандартов может привести к снижению практической значимости принятых документов. Наиболее важной задачей является осуществление стандартов в различных регионах и странах в полном соответствии с имеющимися там

См.: Волженкина В.М. Нормы международного права в российском уголовном процессе. СПб., 2001. С.59-60. 110 См.: Действующее международное право. Т. 1. М., 1996. С. 9.

78 правовыми традициями и культурой. К тому же реализация международно-правовых норм является более сложной и ответственной процедурой, чем их принятие111.

Интеграция нашей страны в систему основных международных пактов и конвенций по правам человека и особенно вступление в Совет Европы обязывают ее привести свое законодательство в соответствие с международными и европейскими требованиями в сфере уголовного судопроизводства. За последние годы в России усилилась тенденция утверждения принципов и норм международного права. Этому способствует создание соответствующей правовой базы, обязательный учет основных положений документов ООН и СЕ при разработке законопроектов Федеральным Собранием РФ .

Следует отметить, что среди способов осуществления имплементации в России используется в основном рецепция (восприятие

внутригосударственным правом нормы международного права без изменения ее содержания), и трансформация (совокупность форм и методов преобразования норм международного права и нормы

внутригосударственного права113.

Политическое руководство России без колебаний заверяет другие государства, что оно готово применять в стране такие нормы в области прав человека, которые соответствуют высшим международным стандартам, включая стандарты Совета Европы114.

В государственно-правовой практике нередко возникают острые проблемы, для решения которых необходимо творчески
разрабатывать

111 См.: Лукашук И.И. Международно-правовое регулирование международных отношений (системный подход). М., 1975. С.16.

См.: Россия намерена вступить в Совет Европы. Что для этого делается // Рос.вести. 1995. 30 мая.

См.: Мингазов Л.Х. Эффективность норм международного права. Казань, 1990. С.189. 114 См.: Дипломатический вестник. 1992. N 21-22. С.14.

79 систему международных норм и механизм их реализации и действия в национальной правовой системе, в том числе и российской11 . Значение общепризнанных принципов и стандартов нельзя недооценивать. Однако, их имплементация в национальном законодательстве должна осуществляться только с учетом приемлемых форм и методов, особенностей развития правовой системы нашей страны. Мы уже неоднократно убеждались в ошибочности механического копирования зарубежных моделей, которые на самом деле не всегда отвечают российским условиям.

Специфика сложившейся ситуации обуславливает потребность тщательного исследования общепризнанных принципов и норм международного права, их систематизации, определения возможности их имплементации в правовую систему нашей страны.

Особое место в разработке принципов и норм в области предупреждения преступности и уголовного правосудия занимают документы Организации Объединенных Наций. Не случайно Экономический и Социальный Совет ООН в своей резолюции 1993/34 подчеркивает необходимость дальнейшего укрепления международного сотрудничества в области предупреждения преступности и уголовного правосудия и предлагает правительствам обеспечить максимально широкое применение стандартов, норм и принципов ООН116.

«Всеобщая декларация прав человека» - один из первых документов ООН, устанавливающих «общий стандарт», к которому должны стремиться все государства . Статья 3 Всеобщей декларации провозглашает три взаимосвязанных основополагающих права, а именно: право на жизнь, право

См.: Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России. М., 1997; Марочкин СЮ. Действие норм международного права в правовой системе Российской Федерации. Тюмень, 1998; Тихомиров Ю.А. Реализация международно-правовых актов в российской правовой системе // Журнал российского права. 1999. № 3-4. С.87-96.

116 См.: Doc. E/1993ANF/6.

117 Принята и провозглашена резолюцией 217 А (III) Генеральной Ассамблеи ООН от 10 декабря 1948 г.

80 на свободу и право на личную неприкосновенность. Эта статья служит первым столпом документа, открывая серию статей, в которых развиваются положения о гражданских правах. В частности, статья 5 содержит запрет на жестокое, бесчеловечное или унижающее достоинство обращение; статья 7 провозглашает право каждого, без всякого различия, на равную защиту закона; статья 8 предусматривает эффективное восстановление в правах компетентными национальными судами; статья 12 закрепляет защиту от произвольного вмешательства в личную и семейную жизнь, посягательств на неприкосновенность жилища и тайну переписки; статья 17 фиксирует право владеть имуществом как единолично, так и совместно с другими.

В этих и других стандартах Декларации воплощены те общечеловеческие ценности, которые необходимы для достойного развития каждого человека, обеспечения его прав и законных интересов. Они выражают опыт, накопленный мировым сообществом, и определяют ту планку, ниже которой цивилизованные государства не могут опускаться.

Любопытно, что многие концепции, впервые изложенные во Всеобщей декларации прав человека 1948 года, текстуально воспроизводятся в последующих международно-правовых документах, а на национальном уровне этот документ включается полностью или частично в конституции и законы о гражданских свободах во многих странах, в том числе и в России. И это несмотря на то, что Декларация не содержала обязывающих норм, а имела рекомендательный характер118.

Прямым развитием идей Всеобщей декларации, в том числе тех, которые касаются защиты человека, явилась разработка «Международного пакта о гражданских и политических правах»119. Ценность этого нормативного акта заключается в том, что он на более высоком уровне,

1 1 О

См.: Нагаев Е.А. К вопросу об источниках гарантий прав и законных интересов иностранных граждан в уголовном процессе //
Проблемы предварительного следствия и дознания. М., 2000. С. 70. 119 Принят резолюцией 2200А(ХХ1) Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1966 г.

81 детально и подробно определил международные стандарты в рассматриваемой области. Существенное отличие Пакта от Всеобщей декларации прав человека проявляется в стремлении в максимально возможной мере гарантировать провозглашаемые права. В качестве примера можно сослаться на такую норму данного международного договора, как статья 14, в которой общие формулировки относительно равенства людей перед судами дополняются конкретными обеспечительными предписаниями относительно гарантий в уголовном судопроизводстве.

В обобщенном виде подобный подход сформулирован в статье 2 Пакта, согласно которой каждое государство-участник обязуется уважать и обеспечивать всем находящимся в пределах его территории и под его юрисдикцией лицам права, а также, если это еще не сделано, принять необходимые законодательные и другие меры для осуществления этих прав.

Закрепленные Пактом стандарты и конкретные процедуры по их реализации являются обязательными для участвующих государств. В соответствии с п.З статьи 2 каждое государство должно:

а) обеспечить любому лицу, права и свободы которого, признаваемые в настоящем Пакте, нарушены, эффективное средство правовой защиты, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве;

б) обеспечить, чтобы право на правовую защиту для любого лица, требующего такой защиты, устанавливалось компетентными судебными, административными или законодательными властями или любым другим компетентным органом, предусмотренным правовой системой государства, и развивать возможности судебной защиты;

в) обеспечить применение компетентными властями средств правовой защиты, когда они предоставляются.

Деятельность органов ООН в области выработки международных принципов и стандартов также направлена и на формирование норм, определяющих действия должностных лиц судебных и правоохранительных

82 органов в сфере уголовного судопроизводства. Ведь от профессиональных и моральных качеств судей, прокуроров, следователей и других лиц, осуществляющих судопроизводство, во многом зависит эффективность принимаемых решений по уголовным делам.

На это обстоятельство обратила внимание еще «Каракасская декларация»1 , в которой подчеркивается, что политика в области уголовного правосудия и система его отправления должны основываться на принципах, гарантирующих наличие судебных органов, способных обеспечить быстрое и справедливое разбирательство дела, а также предоставлять всем максимальную охрану прав и свобод.

Не случайно в «Декларации о защите всех лиц от пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и

191

наказания» говорится о необходимости принятия эффективных мер (законодательного, административного и иного характера), направленных на недопущение жестокого, бесчеловечного или унижающего достоинства обращения, посредством которого человеку причиняется сильная боль, физическое или умственное страдание. В этом документе подразумеваются противоправные действия официального лица (или по его подстрекательству другого лица), которые осуществляются в ходе уголовного судопроизводства. Более подробно положения Декларации были раскрыты в «Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания»1 2.

Подобные нормы содержатся и в «Кодексе поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка» . Указанный документ является своего

Принята на VI Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 5 сентября 1980 г.

1 Л 1

Принята резолюцией 3452 (XXX) Генеральной Ассамблеи ООН от 9 декабря 1975 г.

199

Принята на 93-ем пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН 10 декабря 1984 г.

Принят резолюцией 34/169 Генеральной Ассамблеи ООН от 17 декабря 1979 г.

83

рода международным кодексом этических норм для полиции и других правоохранительных органов. В его основе лежит идея о том, что должностные лица, осуществляющие полицейские функции, при выполнении своих обязанностей должны уважать и защищать человеческое достоинство и права человека по отношению ко всем лицам. В частности, Кодекс предусматривает необходимость сохранения в тайне сведений конфиденциального характера, которые могут относиться к личной жизни других лиц или потенциально повредить интересам таких лиц и особенно их репутации (ст.4); запрещает осуществлять, подстрекать или терпимо относиться к любому действию, представляющему собой жестокие, бесчеловечные или унижающие достоинство виды обращения (ст.5).

Для достижения целей и задач, изложенных в этом документе, международным сообществом были разработаны «Руководящие принципы для эффективного осуществления Кодекса поведения должностных лиц по поддержанию правопорядка»124, которыми следует руководствоваться при осуществлении полицейских функций, а также при отборе, в ходе основного обучения и на всех последующих курсах переподготовки и повышения квалификации и подготовки сотрудников правоохранительных органов.

Целям правильного функционирования судебных и

правоохранительных органов служат также «Основные
принципы

125

независимости судебных органов» ; «Основные принципы, касающиеся роли юристов» и «Руководящие принципы, касающиеся роли лиц, осуществляющих судебное преследование»126. В этих документах указываются критерии, касающиеся положения данных лиц, в частности, в отношении их подбора и подготовки, квалификации, условий службы и

Приняты на 15-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН 24 мая 1989 г.

125

Приняты на VII Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 29 ноября 1985 г.

Приняты на VIII Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями 7 сентября 1990г.

84

сроков полномочий. Принципы также предусматривают необходимость обеспечения в уголовном правосудии эффективности, беспристрастия и справедливости в ходе разбирательства уголовного дела. Особая роль отводится закреплению и применению руководящих принципов на национальном, региональном и международном уровнях.

Наряду с процессом принятия международных норм, которые призваны обеспечить должное функционирование судебных и правоохранительных органов, шел процесс выработки документов, ориентированных на надежную защиту должностных лиц этих органов при добросовестном осуществлении ими своих функций.

В частности, в «Основных принципах, касающихся независимости судебных органов», отмечается, что безопасность судей необходимо надлежащим образом гарантировать государством и закреплять в конституции или законах страны (п. 11). Не должно иметь места неправомерное или несанкционированное вмешательство в процесс правосудия (п.4). Каждое государство обязано предоставлять соответствующие средства, позволяющие судебным органам надлежащим образом выполнять свои функции (п.7).

В «Основных принципах, касающихся роли юристов», обращается внимание на то обстоятельство, что профессиональные ассоциации юристов играют основополагающую роль в обеспечении соблюдения профессиональных норм и этики в защите своих членов от преследования, неправомерных ограничений и посягательств. Правительства государств должны предоставить юристам возможность выполнять все свои профессиональные обязанности в обстановке, свободной от угроз, препятствий, запугивания или неоправданного вмешательства. В тех случаях, когда возникает угроза безопасности юристов в результате выполнения ими своих функций, власти обеспечивают им надлежащую защиту.

Начиная с 1985 г. ООН стала проводить более интенсивную работу по выработке принципов и стандартов в сфере уголовного судопроизводства. В

85 частности, на VII Конгрессе ООН, проходившем в 1985 г. в Милане, был принят план действий по укреплению международного сотрудничества в области предупреждения преступности и уголовного правосудия на национальном и международном уровнях. На этом же Конгрессе рекомендованы «Руководящие принципы в области предупреждения преступности и уголовного правосудия в контексте развития и нового международного экономического порядка».

В этом же году была принята «Декларация основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью» , имеющая своей целью оказание помощи правительствам и международному сообществу в их усилиях, направленных на обеспечение справедливости и представление доступа к правосудию указанной категории лиц. Данный документ закрепил основные принципы правосудия для жертв преступлений. Сформулированные в соответствии с господствующими в обществе представлениями о наиболее справедливых и рациональных формах осуществления правосудия для указанной категории лиц, принципы образуют единую систему, так как находятся между собой в органической связи и взаимной обусловленности.

Среди них особо важное значение имеют следующие принципы:

справедливое обращение с жертвой преступления;

обеспечение жертве преступления доступа к механизмам правовой и административной защиты;

защита от запугивания и мести;

обеспечение права на представление необходимой информации;

использование неофициальных механизмов;

обеспечение права на реституцию, компенсацию и социальную помощь.

Принята на 96-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН 29 ноября 1985 г.

86

Декларация и факт ее принятия способствовали росту интереса к проблемам жертв преступления и обеспечили выдвижение новых инициатив

128

в отношении мер, направленных на улучшение ее положения .

Кроме проанализированных нами документов, международными правовыми актами, принципы и нормы которых допустимо относить к российскому уголовному судопроизводству, являются Принципы международного сотрудничества в отношении обнаружения, ареста, выдачи и наказания лиц, виновных в военных преступлениях и преступлениях против человечества (1973 г.), Конвенция о предотвращении и наказании преступлений против лиц, пользующихся международной защитой, в том числе дипломатических агентов (1973 г.), Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (1985 г.), Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению в какой бы то ни было форме (1988 г.), Венская конвенция ООН о борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ (1988 г.) и многие другие.

Анализ рассмотренных нами документов позволяет сделать вывод, что в деятельности ООН и действующих под ее эгидой организаций в последние годы отмечается тенденция перехода от разработки принципов и стандартов носящих для уголовного процесса общий характер, к созданию конкретных мер и механизмов их реализации в практической деятельности. Продолжая активизировать нормотворческую деятельность, ООН в настоящее время предпринимает новые инициативы, с тем, чтобы полнее гарантировать права человека и сделать еще более эффективным осуществление уголовного судопроизводства’ .

См., напр.: Waller I. Victims vs.Regina vs. Malefactor: justice for the next 100 years // Criminal Law in Action. Arnhem, 1987. P.421-422; Bienkowska S. Deklaracja ONZ о podstawowych zasadach sprawiedliwosci dla ofiar przestepstw i naduzyc wladzy // Panstwo i Prawo. 1987, N 6. P.95-96; Penders L. Guidelines for Polize and Prosecutors: An Interest of Victims; A Matter of Justice. Utrecht, 1988.

См.: Бутрос-Гали Б. Организация Объединенных Наций и права человека. М., 1995.С.144.

87

Кроме ООН принципы и нормы международного права вырабатываются и региональными международными организациями. Подобное сотрудничество осуществляется между государствами, имеющими сходные и близкие интересы.

Значительную деятельность в области правосудия осуществляет Совет Европы, в рамках которого принято более 180 конвенций, большинство из них были открыты для присоединения любых европейских государств. Ориентация на Совет Европы объясняется прежде всего тем, что эта организация межправительственного и парламентского сотрудничества считается самой авторитетной в Европе благодаря эффективной системе контрольных механизмов, обеспечивающих защиту прав человека . В документах Совета Европы определены базовые стандарты и принципы в области прав человека, которые эта организация требует эффективно осуществлять на национальном уровне.

Усиленный интерес нашей страны в последние годы к данному образованию вполне объясним, так как Россия в феврале 1996 г. получила официальный статус Члена Совета Европы. В соответствии со ст.З Устава этой организации от 5 мая 1949 г. «каждый Член Совета Европы должен признавать принцип верховенства Права и принцип, в соответствии с которым все лица, находящиеся под его юрисдикцией, должны пользоваться правами человека и основными свободами…».

В Заключении Парламентской Ассамблеи Совета Европы по заявке России на вступление в его содержится ряд обязательств по вопросам борьбы с преступностью, которые наша страна должна стремиться выполнить в рамках членства в этой межрегиональной организации. В частности, Россия намерена с момента вступления в Совет Европы соблюдать основополагающие принципы, закрепленные в европейских конвенциях; продолжить проведение правовой реформы с тем, чтобы
привести все

См.: Ледях И. Новый Уголовный кодекс РФ и международные стандарты по правам человека// Рос. юстиция. 1997. N 1. С.4.

88 национальное законодательство в соответствие с его принципами и стандартами.

Взаимодействие нашего государства с европейскими странами в сфере борьбы с преступностью с учетом норм и стандартов Совета Европы существенно расширяет возможности цивилизованно и эффективно осуществить правовую реформу. Западноевропейские международные документы представляют значительный интерес для анализа и использования в законотворческой и правоприменительной практике России в области защиты прав человека и обеспечения общественной безопасности.

Круг регулируемых в международно-правовых актах Совета Европы вопросов в сфере борьбы с преступностью широк и многогранен. Ряд его основополагающих документов достаточно подробно анализировался в юридической литературе131.

Нас прежде всего интересуют документы, содержащие общепризнанные принципы и нормы международного права в сфере уголовного судопроизводства. Этими принципами и стандартами должны руководствоваться правительства и другие органы власти, а также судебные и законодательные органы государств-членов Совета Европы.

Основополагающей и концептуальной по рассматриваемому направлению является «Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод» от 4 ноября 1950 г. (г.Рим), участниками которой могут быть исключительно члены Совета. Данный документ по уровню требовательности к механизмам реализации правовых положений на порядок выше других международных пактов, так как создает одну из самых радикальных и эффективных в мире систем международных норм для защиты прав человека. В соответствии с Конвенцией все лица, находящиеся

См., напр.: Крылов СБ. Правотворческая деятельность международных организаций. М., 1988; Топорнин Б.Н. Европейские сообщества: Право и институты. М, 1992; Тихонов А.А. Совет Европы и права человека: нормы, институты, практика // Сов. гос. и право. 1990. N 6.

89

на территории государства-члена Совета Европы, наделяются неотъемлемым правом на то, чтобы с ними обращались с учетом стандартов, определяемых рассматриваемым документом.

В этом нормативном акте провозглашаются основополагающие права человека, которые фиксируют проявления его и деятельности в сфере безопасности, индивидуальной и частной жизни. Среди них: право каждого лица на жизнь (ст.2); запрет на бесчеловечное или унижающее достоинство обращение (ст.З); право на свободу и личную неприкосновенность (ст.5); право на уважение личной и семейной жизни, неприкосновенности жилища и тайны корреспонденции (ст.8); право беспрепятственного пользования своим имуществом (ст.1 протокола № 1 к Конвенции) и др. Конвенция не только закрепляет субъективные права и свободы человека, но и обязывает государства защищать их.

Важность Конвенции о защите прав человека и основных свобод также обусловлена механизмами защиты, созданными для расследования предполагаемых нарушений и для обеспечения выполнения обязательств, предусмотренных данным документом. Ведется постоянный контроль за осуществлением Конвенции с целью расширить обеспечиваемую ею защиту как путем расширения перечня гарантируемых прав, так и путем совершенствования действующих процедур.

Благодаря Конвенции достигнуты хорошие результаты: процедурное право Европейской комиссии и Суда по правам человека оказывают все более глубокое влияние на законы и социальные реальности в государствах-участниках. К примеру, в таких странах, как Австрия, Германия и Италия в соответствии с Конвенцией было принято новое уголовно-процессуальное законодательство. Национальные суды европейских государств все чаще обращаются к страсбургскому прецедентному праву, принимая решения по вопросам прав человека в сфере уголовного судопроизводства, и применяют стандарты и принципы, разработанные Европейской комиссией и Судом. Известны многие случаи, когда вступившие в европейскую международную

90 организацию государства вносили изменения в свое национальное законодательство, прежде чем ратифицировать Конвенцию. Поэтому ратификация данного документа Россией приведет к очень серьезным юридическим последствиям, связанным с внедрением международных стандартов в законодательную и практическую правовую жизнь нашей страны.

Применение и толкование положений этой Конвенции относятся к компетенции Европейского Суда по правам человека, который со времени своего основания вынес свыше 700 решений, которые являются обязательными для государств-членов этой региональной международной организации. В своих решениях он стремится примирить между собой реальные потребности органов предварительного расследования и суда на получение информации о преступлении и использовании ее в качестве доказательств132. Делая акцент на равенстве сторон и состязательном характере судебных дебатов, Европейский Суд в то же время признает необходимость отдельного подхода в каждом конкретном случае.

Деятельность Совета Европы в области выработки международных принципов и стандартов также направлена на формирование норм, регулирующих действия должностных лиц судебных и правоохранительных органов в сфере уголовного судопроизводства.

В частности, принятая в Страсбурге 26 ноября 1987 г. в рамках Совета Европы «Европейская конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинство обращения или наказания» содержит ряд эффективных мер, пресекающих противоправные действия официальных лиц в ходе расследования уголовных дел.

Особого внимания заслуживают положения Декларации о полиции, которая является своего рода международным кодексом этических норм для

См.: Дженис М., Кэй Р., Брэдли Э. Европейское право в области прав человека (практика и комментарии). М., 1997. С.336-344.

91 работников правоохранительных органов европейских государств133. Этот документ возлагает на должностных лиц, осуществляющих полицейские функции, обязанности по защите граждан от общественно опасных действий в рамках действующего законодательства, уважая достоинство и права человека. Кроме того, Декларация ориентирует европейские государства на принятие мер по надежной защите должностных лиц правоохранительных органов при добросовестном осуществлении ими своих функций.

Комитет министров Совета Европы принял также один из важнейших правовых документов - Рекомендацию № R (94) 12, касающуюся «независимости, эффективной работы и роли судей». Этот документ определяет минимальные стандарты в данной области не только для государств-членов Совета, но и для подавших заявки на вступление государств Центральной и Восточной Европы. Желая увеличить независимость судей и тем самым обеспечить создание справедливой правовой системы, авторы Рекомендации призывают правительства активизировать все меры, необходимые для эффективной работы судебной власти. В процессе принятия решений по уголовному делу судьи должны быть независимы и иметь возможность действовать без каких-либо ограничений, ненадлежащего влияния, давления, угроз или вмешательства со стороны любых кругов и по каким бы то ни было причинам. В национальном законодательстве необходимо предусматривать санкции для лиц, пытающихся повлиять на судей подобным образом. Судьи должны иметь полную свободу решать дела беспристрастно, в соответствии со своей совестью и с толкованием фактов во исполнение действующих норм права. Они не обязаны сообщать об обстоятельствах рассматриваемых ими дел кому-либо вне судебных органов. На распределение дел не могут влиять

Принята 8 мая 1979 г. Парламентской Ассамблеей Совета Европы на 31- й очередной сессии. Резолюция 690 (1979).

92 желания любой из сторон в деле или любые лица, заинтересованные в исходе этого дела134.

Совет Европы также разработал ряд основополагающих международных документов, непосредственно касающихся правового статуса отдельных участников уголовного судопроизводства. Например, 24 ноября 1983 г. была принята Европейская конвенция по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений, 28 июня 1985 г. - Рекомендации относительно положения потерпевшего в рамках уголовного права и уголовного процесса, а 17 сентября 1987 г. - Рекомендации об оказании помощи жертвам и предупреждении виктимизации, которые охватывают многие области «Декларации основных принципов правосудия в отношении жертв преступлений и злоупотребления властью».

Европейская конвенция по возмещению ущерба жертвам насильственных преступлений обращает внимание прежде всего на положение лиц, которым в результате умышленных насильственных преступлений был нанесен серьезный урон физическому состоянию или здоровью, а также лиц, которые находились на иждивении погибших в результате такого преступления. Нормативное воплощение в Конвенции получил принцип обеспечения права на возмещение убытков вышеуказанным лицам со стороны государства, если компенсация за нанесенный ущерб не может быть обеспечена из других источников (ст.2).

Наибольший интерес представляют Рекомендации относительно положения потерпевшего в рамках уголовного права и уголовного процесса , которые явились первым такого рода европейским актом, направленным на укрепление доверия жертвы преступления к правосудию и склонение ее к сотрудничеству, особенно в качестве свидетеля.

См.: Права человека: постоянная задача Совета Европы. М., 1996. С.61- 62.

1 -5 С

Приняты Комитетом министров Совета Европы на 387-м заседании заместителей министров в 1985 г.

93

В данном документе было признано, что цели системы уголовного правосудия традиционно формулировались с точки зрения норм, которые прежде всего касаются отношений между государством и правонарушителем. Вследствие этого рабочий механизм такой системы может усугублять, а не облегчать проблемы потерпевшего.

Рекомендации призывают правительства государств обращать больше внимания на причиненный потерпевшему физический, психологический, материальный и социальный ущерб и рассмотреть меры, которые целесообразно принять в связи с этим для удовлетворения его запросов на всех стадиях уголовного процесса. Данные меры должны содействовать достижению целей уголовного права и судопроизводства и в конечном итоге примирению между потерпевшим и правонарушителем.

Особое внимание уделяется повышению доверия рассматриваемого участника судопроизводства к уголовному правосудию и поощрению сотрудничества потерпевших и свидетелей с правоохранительными органами. Главным достоинством рассматриваемого документа является выработка 16-ти руководящих принципов, которые рекомендованы правительствам государств для пересмотра национального законодательства и практики.

Советом Европы также были разработаны Рекомендации об оказании помощи жертвам и предупреждении виктимизации, которые дополняют вышеизложенные документы с учетом ряда соображений . В основном, в ней содержатся вопросы, относящиеся к потерпевшим, которые еще не заявили о преступлении в полицию. Государствам-членам Совета Европы рекомендуется определить, на какие из существующих общественных и частных организаций необходимо возложить функцию оказания содействия жертвам преступлений.

Приняты Комитетом министров Совета Европы 17 сентября 1987 года.

94 К сожалению, рамки нашей работы не позволяют рассмотреть все существующие документы ООН и Совета Европы, которые содержат общепризнанные принципы и нормы международного права. Однако, сопоставительный анализ рассмотренных нами основных документов данных общепризнанных международных организаций, касающихся уголовного судопроизводства показал, что основное содержание в законодательстве Российской Федерации, регулирующем уголовное судопроизводство, составляют научно обоснованные и апробированные на практике общепризнанные принципы и нормы международного права, выработанные международным сообществом и воспринятые большинством цивилизованных стран. Придание общепризнанным принципам и нормам международного права юридической силы принципов и норм уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации осуществляется либо путем ратификации международных договоров Россией, либо путем инкорпорации (заимствования) принципов и норм соответствующих международно- правовых актов при издании Россией соответствующих законов уголовно- процессуального содержания.

Таким образом, все ратифицированные Российской Федерацией международные договоры, являются источниками уголовно- процессуального права. Среди источников уголовно-процессуального права, носящих международный характер можно выделить две подгруппы: 1 Международные договоры, имеющие общее правовое значение, содержанием которых являются общепризнанные принципы и нормы о правах человека; 2)международные договоры, которые содержат общепризнанные принципы и специальные нормы по регулированию международной уголовно-процессуальной деятельности.

Доктринальные (научные) принципы международного права, не получившие нормативного оформления, не могут являться источниками уголовно-процессуального права.

95

Следует отметить, что большинство общепризнанных принципов и норм международного права реализовано в новом российском Уголовно- процессуальном кодексе, в том числе в части пятой УПК, о чем будет более подробно изложено на страницах нашей работы.

Б. Международные договоры Российской Федерации.

Центральным звеном международно-правового механизма сотрудничества различных стран в борьбе с преступностью следует считать международные договоры, регламентирующие обязательства государств по пресечению преступлений и наказанию преступников, и предусматривающие взаимосогласованные действия по обеспечению эффективной борьбы с преступностью международного характера. К числу таких документов относятся как многосторонние, ратифицированные нашей страной, договоры, так и двусторонние договоры Российской Федерации с конкретными государствами об оказании взаимной правовой помощи . На основе более 50 международных договоров в нашей стране применяется законодательство почти 90 стран. Их число пополняет законодательство государств, выполняющих ходатайства России по уголовным делам вне рамок России.

В связи с распадом Советского Союза на территории России также действует ряд конвенций и двусторонних договоров со странами СНГ об оказании правовой помощи. Среди них особое место занимает Минская конвенция о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам 1993 года (дополненная Протоколом 28 марта 1997г.), в которой содержится ряд международных принципов сотрудничества правоохранительных органов стран СНГ в борьбе
с

138

преступностью .

См.: Сборник международных договоров Российской Федерации по оказанию правовой помощи. М., 1996.

См.: ЕС после Маастриха: федерация, конфедерация или международная организация //Гос. и право. 1994. N4. С.105-113.

96 Поскольку нормы уголовно-процессуального законодательства стран СНГ создавались на единой правовой основе, то как в российском, так и в уголовно-процессуальном законодательстве других стран содружества, вопросы взаимодействия правоохранительных органов на международном уровне не были урегулированы. В связи с этим 17 февраля 1996 года был принят Модельный уголовно-процессуальный кодекс - рекомендательный законодательный акт для государств СНГ. В этом документе закреплено положение, согласно которому общепризнанные принципы и нормы международного права и положения вступивших в силу международных договоров независимых государств имеют преимущественную силу перед положениями законов, регулирующих порядок уголовного судопроизводства, и других актов. В случае противоречия между положениями международного договора независимых государств и какого бы то ни было закона или другого акта применяется положение международного договора. Регулирующие порядок уголовного судопроизводства положения какого бы то ни было закона или другого акта, противоречащего общепризнанным принципам и нормам международного права, применению не подлежат (ч.2 ст.5)

В этой связи Б.Н.Топорнин правильно отмечает, что существование европейской и международной систем не исключает и не принижает значения нашей региональной системы, которая поможет защитить права лиц, проживающих на территории бывшего Советского Союза. По мнению В.А.Карташкина, расширение и укрепление сотрудничества этих систем создаст наилучшие условия для сближения правовых норм и принципов в странах СНГ с международными стандартами в
области защиты прав

140

человека .

См.: Модельный уголовно-процессуальный кодекс для государств - участников СНГ: Приложение к Информационному бюллетеню Межпарламентской Ассамблеи. 1996. № 10.

140 См.: Российское законодательство и Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод // Гос. и право. 1997. N 5. С.93.

97

В соответствии с новым российским Уголовно-процессуальным кодексом международные договоры Российской Федерации также отнесены к уголовно-процессуальному законодательству в качестве его составной части.

Рассмотрение международных договоров как источников уголовно- процессуального права предполагает анализ понятия договора.

Представление о договоре как универсальном правовом источнике зародилось еще в античном мире. Как отмечается в литературе, согласие (consensus) народа римские юристы были склонны считать универсальным правообразующим фактором, сводя к договору и закон и обычное право141.

Федеральный закон «О международных договорах Российской Федерации» (1995 г.) международным договором нашей страны называет международное соглашение, заключенное Российской Федерацией с иностранным государством (или государствами), либо с международной организацией в письменной форме и регулируемое международным правом, независимо от того, содержится ли такое соглашение в одном документе или нескольких связанных между собой документах, а также независимо от его конкретного наименования .

Аналогичные положения высказываются и в юридической литературе. В частности, А. С. Пиголкин называет международным договором определенно выраженное соглашение между двумя или несколькими государствами относительно установления, изменения или прекращения их прав и обязанностей143. И.И.Лукашук и А.В.Наумов к международным договорам относят межправительственные и межведомственные договоры144.

141 См., напр.: Козлов А.Е. Конституционное право России. М., 1996. С. 11; Евдокимов В. Б. О договорах и соглашениях между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов // Современное право. 2002. № 3. С. 3-5.

142 См.: Собрание законодательства РФ. 1995. № 29. Ст.2757.

143 Общая теория права / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 1995. С. 39.

144 См.: Лукашук И.И., Наумов А.В. Международное уголовное право. М., 1999. С. 22-24.

98

При этом И.И. Лукашук отмечает, что правовая система государства должна строиться на основе взаимодействия с международным правом, разделяя право на внутреннее и международное. При этом он указывает на то, что международное право не способно регулировать внутренние отношения, «поэтому широко распространенное выражение «непосредственное действие норм международного права» в правовой системе страны носит условный характер»145.

Представители современной отечественной теории государства и права, других отраслей права традиционно рассматривают международный договор источником права146.

Если ранее в юридической литературе по уголовному процессу не учитывались нормы международного характера, то в настоящее время почти в каждом учебнике считается обязательным указать на то, что международно-правовые нормы и общепринятые принципы являются составной частью правовой системы России147, а международные договоры являются источниками уголовно-процессуального права .

Договор является родовым понятием. К нему относятся, заключаемые государствами соглашения, конвенции, декларации, пакты, уставы, протоколы и другие . СЮ. Марочкин подчеркивает, что при установлении их приоритета имеет значение уровень, на котором они заключаются: межгосударственный, межправительственный, межведомственный150. Можно

14 Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России.

М, 1997. С. 11.

146 См., напр.: Общая теория права / Под ред. А.С. Пиголкина. С 69-70;

Демин А.В. Нормативный договор как источник административного права //

Гос-во и право. 1998. № 2. С. 15-16.

14 Общая теория права / Под ред. А.С. Пиголкина. С. 169-175.

1 AQ

Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. С. 36; Уголовно-процессу- альное право / Под ред. П.А. Лупинской С. 26; Якупов Р.Х. Уголовный процесс. М., 1998. С. 44 и др. 149 Основы права / Под ред. В.В. Лазарева. М., 1998. С. 167.

Марочкин СЮ. Действие норм международного права в правовой системе Российской Федерации. Тюмень, 1998. С. 55.

99 ли считать все эти виды договоров источниками уголовно- процессуального права?

Для реализации в сфере внутригосударственных отношений международный договор должен приобрести внутригосударственную юридическую силу, посредством признания его национальным правовым актом151. Изложенные соображения имеют непосредственное отношение к международным нормам в системе уголовно-процессуального права. Для того, чтобы регулировать уголовно-процессуальные отношения, международное правило должно войти в правовую систему страны в установленном порядке, то есть трансформироваться или пройти процесс имплементации. В некоторых случаях договор полностью включается во внутреннее право (инкорпорация). Как справедливо указывает В.М. Волженкина, международные нормы приобретают действенную силу посредством признания их национальными правовыми актами152.

Следовательно, ратификация и официальное опубликование придают таким договорам юридическую силу федерального закона153. Ратификацию можно квалифицировать как высшую юридическую форму выражения согласия государства на обязательность договора.

В соответствии со ст.71 Конституции и п. 1 ст.З Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» заключение, прекращение и приостановление действия международных договоров находятся в ведении Российской Федерации. Конституция установила, что по предметам ведения Российской Федерации принимаются только федеральные конституционные и федеральные законы.

151 См., напр.: Лисовский В.И. Международное право. М., 1970. С. 104; Талалаев А.Н. Право международных договоров. М., 1980. С. 164; Усенко Е.Т. Теоретические проблемы соотношения международного и внутреннего права // Советский ежегодник международного права. М., 1979. С. 71-72 и др.

152 Волженкина В.М. Применение международного права в российском уголовном процессе (проблемы теории и практики). Дис. … канд. юрид. наук. М., 1999. С. 69.

153 Марочкин СЮ. Указ. соч. С. 57.

100 В то же время, п.2 ст.З, ст.П, 13 Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» к международным договорам нашей страны также относит международные договоры, заключенные от имени Правительства РФ, а также от имени федеральных органов исполнительной власти.

В связи с этим в отношении межправительственных и межведомственных соглашений указывается на то, что практика государств исходит из того, что, будучи разновидностью международного договора, такие соглашения не могут обладать приоритетом в отношении закона . В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года № 8 разъяснено, что применение договоров не должно всегда происходить автоматически, ибо их обязательность бывает разной: в одних случаях она признается федеральным законом, а в других - иными актами (например, правительства, министерства, ведомства). Если обязательность договора признана, скажем, ведомственным актом и такой договор вступает в коллизию с федеральным законом, то применяется последний. Кроме того, Пленум Верховного Суда РФ привлек внимание к тому, что, когда по условиям договора Российской Федерации требуется издание какого-то внутригосударственного акта (закона, постановления правительства и др.), то применяться должны и договор, и изданный в соответствии с ним акт155. Следовательно, не все вышеуказанные договоры превышают по юридической силе законы. Межправительственные и межведомственные соглашения носят скорее поддоговорной характер, так как они, во- первых, не

Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России. М, 1997. С. 240.

Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О не- которых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» // Сборник постановлений Пленумов Верховных судов. М., 1998. С. 493-494.

101

должны противоречить международным договорам, а во-вторых, - внутренним - государственным законам156.

Если признание источниками уголовно-процессуального права межгосударственных договоров Российской Федерации ни у кого не вызывает возражений, то в отношении межправительственных и межведомственных договоров по этому поводу существуют разногласия. В юридической литературе высказывается точка зрения о том, что ведомственные международные договоры не должны считаться источниками уголовно-процессуального права, а доказательства, полученные на их основе,

1 57

должны быть признаны незаконными . Другие же авторы заявляют, что ведомственные международные договоры являются составной частью российской правовой системы и обязательны для исполнения сотрудниками соответствующего ведомства .

Анализ правоприменительной практики показывает, что в основном международные соглашения заключаются Генеральной прокуратурой и МВД Российской Федерации . В соответствии со ст. 2 Закона о прокуратуре Генеральный прокурор в пределах его компетенции осуществляет прямые связи с соответствующими органами других государств и международными организациями, сотрудничает с ними, а также заключает соглашения по вопросам правовой помощи и борьбы с преступностью. На основании п. 42 «Положения об МВД России» данное ведомство вправе в рамках своей компетенции заключать международные договоры, осуществлять взаимодействие с международными организациями и правоохранительными органами иностранных
государств. На сегодняшний день МВД России

См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис … канд.юрид. наук. СПб., 1999. С. 106.

1 СП

Волженкина В.М. Оказание правовой помощи по уголовным делам в сфере международного сотрудничества. Спб., 1999. С. 6-9.

См.: Сборник международных соглашений МВД России. М., 1996. С.4.

См.: Международное сотрудничество в борьбе с преступностью Сб. документов. Воронеж, 1997; Сборник международных соглашений МВД России М., 1996.

102

участвует в общей сложности в выполнении обязательств, вытекающих из более чем 300 международных договоров Российской Федерации16 .

Таким образом, ведомственные международные договоры, хотя и не подпадают под понятие международного договора Российской Федерации, служат источниками уголовно-процессуального права. В этих документах существует реальная необходимость для осуществления международной уголовно-процессуальной деятельности, так как они существенно расширяют эффективность совместной работы наших правоохранительных органов с заинтересованными правоохранительными службами зарубежных стран. Межправительственное и межведомственное сотрудничество способствует укреплению взаимного уважения, государственного суверенитета1 .

Данный вывод подтверждают и результаты проведенного нами анкетирования следователей прокуратуры и органов внутренних дел. Подавляющее большинство из них (89 %) признают межправительственные и межведомственные международные договоры источниками уголовно-процессуального права.

Однако, необходимо учитывать, что договоры, заключенные на таком уровне обладают меньшей юридической силой по сравнению с межгосударственными международными договорами и при заключении подобного договора на межгосударственном уровне они должны полностью ее утрачивать. Тем более, ведомственные международные договоры ни в коей мере не должны вступать в коллизию не только с межгосударственными договорами, но и с внутренними законами, так как по юридической силе уступают и им.

Следует также отметить, что для производства по уголовным делам могут
иметь значение соглашения о статусе российских воинских

1 Москалькова Т.Н., Слюсарь Н.Б. Вступительная статья. Сборник международных соглашений МВД России. С. 4.

16 Голубовский В.Ю. Межгосударственное сотрудничество в борьбе с преступностью (теоретико-правовой аспект). Автореф. дис… канд.юрид.наук. СПб., 1995. С. 14.

103 формирований, находящихся на территории других государств, консульские конвенции, заключаемые на двусторонней основе, договоры о торговом судоходстве и другие. В этих документах рассматриваются вопросы, связанные с подсудностью уголовных дел, возможностью производства уголовно-процессуальных действий, особенностями осуществляемых при этом процедур и т.д.162.

В настоящее время в большинстве конституционных федеральных и федеральных законов нашей страны, регулирующих деятельность правоохранительных органов, осуществляющих уголовный процесс, имеются положения о приоритете международных норм (Закон о судебной системе Российской Федерации (ст.З), Закон о прокуратуре (ст.4), Закон об органах федеральной службы безопасности (ст.4), Закон о федеральных органах налоговой полиции (ст.4), Закон об оперативно-розыскной деятельности (ст.7) и др.).

Часть пятая нового Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации «Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства» пополняет круг российских законодательных актов, регулирующих международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства, устанавливает на уровне федерального закона единый процессуальный порядок регулирования вопросов оказания взаимной международной правовой помощи по уголовным делам, а также законодательно закрепляет уголовно-процессуальную природу

соответствующих правоотношений. В части пятой УПК содержится три главы, которые в развитие Конституции, а также Федерального закона «О международных договорах Российской Федерации» подробно регламентируют порядок сношений соответствующих правоохранительных органов по вопросам уголовного судопроизводства, направление и исполнение запросов о выдаче лиц,
совершивших преступление,

См. Уголовный процесс / Под ред. К.Ф.Гуценко. М., 1997. С.38-39.

104

иностранным государствам для уголовного преследования и исполнения приговора, а также запросов о передаче лиц, осужденных к лишению свободы, для отбывания наказания в страны, гражданами которых они являются. Уголовно-процессуальные нормы, содержащиеся в части пятой УПК призваны не подменять собой положения межгосударственных международных договоров нашей страны, а, напротив, действуя в системе иных национальных нормативных правовых актов, обеспечивать исполнение вытекающих из договоров международных обязательств России.

В частности, ст.453 и 454 УПК определяют порядок оформления и внесения запроса следователя, прокурора, суда компетентным органам иностранного государства об оказании правовой помощи. При этом, из положения ч.1 ст.453 следует, что правовым основанием запроса является не ст. 453, а норма международного договора РФ с соответствующим иностранным государством, предусматривающая оказание международной правовой помощи. При этом международная помощь может запрашиваться только в том объеме, который предусмотрен договором.

Если международным договором установлен иной язык, иные субъекты и иной порядок международных сношений, иные наименования и реквизиты оформляемых документов, то при составлении запроса следует применять соответствующую норму международного договора (например, ст. 5 договора между Российской Федерацией и Эстонской Республикой о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам).

В новом УПК закреплены юридическая сила доказательств, полученных на территории иностранного государства (ст.455 УПК); особенности вызова отдельных участников уголовного судопроизводства, находящихся за пределами территории нашей страны (ст.456 УПК); правила исполнения запроса о правовой помощи, об осуществлении уголовного преследования или о возбуждении уголовного дала
на территории

105

Российской Федерации (ст.457, 459 УПК); порядок направления материалов уголовного дела для осуществления преследования (ст.458 УПК).

Особое внимание в УПК РФ уделяется выдаче лица для уголовного преследования или исполнения приговора. Применительно к сфере международного права выдача (экстрадиция) предусмотрена значительным числом многосторонних и двусторонних международных договоров, участницей которых является наша страна. В новом УПК достаточно подробно регламентируются порядок направления и исполнения запросов о выдаче лица, находящегося на территории иностранного государства (ст.460, 462 УПК); пределы уголовной ответственности лица, выданного Российской Федерации (ст.461 УПК), отказ и отсрочка в выдаче лица, а также выдача лица на время (ст.464, 465); обжалование решения о выдаче лица и судебная проверка его законности и обоснованности (ст.463 УПК) и ряд других вопросов, связанных с экстрадицией.

Глава 55 УПК РФ закрепляет порядок передачи лица, осужденного к лишению свободы, для отбывания наказания в государстве, гражданином которого оно является. Следует отметить, что ч. 2 ст. 63 Конституции устанавливает, что передача Россией осужденных для отбывания наказания в других государствах, осуществляется на основе федерального закона или международного договора РФ. Что касается федерального закона, то УПК является по существу первым законодательным актом в сфере передачи лиц для отбывания назначенного им наказания в виде лишения свободы в страну, гражданами которой они являются. При направлении и исполнении просьбы о передаче лица, предусмотренной статьями главы 55 УПК, необходимо учитывать, что если у Российской Федерации имеется с определенной страной соответствующий договор и его нормы устанавливают иные правила и иной порядок передачи, чем предусмотренный в УПК, то в соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции должны применяться правила международного договора.

106 Таким образом, УПК РФ существенно восполняет правовые пробелы внутреннего законодательства в плане осуществления международной уголовно-процессуальной деятельности. С учетом этого не случайно 92% проанкетированных следователей и 95% прокуроров считают необходимым создание единой системы процессуального регулирования международного сотрудничества при расследовании преступлений .

В то же время уголовно-процессуальные нормы, содержащиеся в части пятой УПК, фактически повторяют наиболее типичные положения международных договоров, предоставляя возможность для сношения исключительно с компетентными органами иностранных государств, с которыми наша страна заключила международные договоры или соглашения или на основе принципа взаимности.

Тем не менее, УПК не заменяет положений, имеющиеся как в многосторонних, так и в двусторонних международных договорах Российской Федерации, поэтому в нем содержатся многочисленные ссылки на нормы международного права (ст. 453, 455, 456, 457, 460, 462, 463, 464 и

ДР-)-

Кроме того, в соответствии с ч. 3 ст. 1 УПК, если международным

договором Российской Федерации установлены иные правила,
чем

предусмотренные УПК РФ, то применяются правила
международного

договора. Некоторые авторы в связи с этим высказывают обоснованные

сомнения в отношении того, что международные договоры, заняв главное

место в регулировании взаимодействия по уголовным делам, не восполнят

пробелов в российском уголовно-процессуальном законодательстве,
что

может привести к нарушениям последнего, получение правовой помощи из

См.: Волеводз А.Г. Концептуальные проблемы совершенствования регламентации уголовно-процессуальных аспектов международного сотрудничества в проекте УПК // Юрист. 2001. № 1. С.72.

!>

107 значи тельн ого числа заруб ежны х стран при рассл едова нии уголо вных дел стане т вооб ще невоз можн ым164.

Дейст вител ьно, значи тельн ое число долж ностн ых лиц, осущ ествл яющи х уголо вное судоп роизв одств о, не имею т соотв етств ующе го опыт а прим енени я норм межд унар одны х догов оров Росси йской Феде раци и в уголо вно- проц ессуа льно й деяте льнос ти. К тому же, как мы указа ли выше , под указа нную катег орию доку менто в подп адаю т и межп равит ельст венн ые и межв едомс твенн ые межд унар одны е догов оры, котор ые явля ются нерат ифиц иров анны ми. С учето м изло женн ого, счита ем целес ообр азны м часть 3 стать и 1 УПК изло жить в следу ющей редак ции:

«Об щепр изнан ные прин ципы и норм ы межд унар одног о права и рати фици рова нные в устан овлен ном поря дке межд унар одны е догов оры Росси йской Феде раци и явля ются соста вной часть ю закон одате льств а Росси йской Феде раци и, регул ирую щего уголо вное судоп роизв одств о. Если межд унар одны м догов ором Росси йской Феде раци и устан овлен ы иные прав ила, чем пред усмот ренн ые насто ящим Коде ксом, то прим еняю тся прав ила рати фици рова нного в устан овлен ном поря дке межд унар одног о догов ора».

Труд но согла ситьс я с поло жени ями новог о УПК, допус кающ его чрез мерн о широ кий круг субъе ктов, котор ые могут напр авить запро с о прав овой помо щи (ст.45 3 УПК) . Дело в том, что уголо вно- проц ессуа льное закон одате льств о боль шинс тва госуд арств пред усмат ривае т возм ожно сть оказа ния межд унар одно й прав овой помо щи по уголо вным дела м тольк о по ходат айств у иност ранн ых судов . Изуч ение прав опри менит ельно й практ ики показ ывает , что почти по кажд ому треть ему росси йско му запро су об оказа нии прав овой помо щи госуд арств ами, не имею щими межд унар одны х догов оров с Росси ей, отказ ано по моти ву несоо тветс твия проц едур ы запро са.

См.: Воле водз А.Г. Указ. соч. С.73- 74.

108

Полагаем целесообразным законодательно наделить российские суды полномочиями по подтверждению запросов о правовой помощи при отсутствии соответствующего международного договора Российской Федерации. Указанное предложение подтверждается и проведенными в последние годы научными исследованиями .

В новом УПК РФ отсутствуют необходимые предпосылки для организации международного розыска, ареста и обеспечения конфискации денежных средств и имущества, полученных преступным путем, возмещения ущерба от преступлений за счет активов обвиняемых, находящихся за границей, а также о конфискации доходов от преступной деятельности1 .

Мы считаем необходимым, дополнить главу 54 нового Уголовно- процессуального кодекса специальной статьей, регулирующей процедуру оказания правовой помощи в вопросах розыска, ареста и обеспечения конфискации имущества.

Кроме того, целесообразно исключить из части 2 статьи 457 УПК РФ положение, допускающее применение процессуальных норм законодательства иностранного государства в соответствии с международными договорами Российской Федерации при исполнении запроса, если это не противоречит законодательству и международным обязательствам нашей страны. Дело в том, что ни Конституция, ни отраслевое законодательство не называют зарубежные уголовно- процессуальные законы в числе источников права. Таким образом, последние

См., напр.: Волженкина В.М. Применение норм международного права в российском уголовном процессе (проблемы теории и практики). Дис…канд.юрид.наук. М, 1999; Волеводз А.Г. Правовые и методические основы деятельности органов предварительного следствия России по розыску, аресту и обеспечению информации за рубежом денежных средств и имущества, полученных преступным путем. Дис…канд.юрид.наук. М., 1999.

См.: Волеводз А.Г. Международный розыск, арест и конфискация полученных преступным путем денежных средств и имущества (правовые основы и методика). М., 2000.

109 не должны произвольно включаться в правовую систему России международным договором.

И последнее. С учетом нарастания угрозы международного терроризма, развития транснациональной преступности может возникнуть необходимость создания и деятельности совместных международных следственных групп в целях быстрого и всестороннего расследования преступлений, совершаемых на территории нескольких стран. Однако новый УПК совершенно не предусматривает такой возможности, хотя требуют законодательного разрешения вопросы создания таких следственных групп, порядка расследования уголовного дела, взаимодействия как внутри группы, так и за ее пределами и др.

§ 3. Федеральные законы как источники
уголовно-

процессуального права

Законы Российской Федерации имеют верховенство на всей ее территории и высшую юридическую силу по отношению ко всем другим нормативным актам, издаваемым в нашей стране. Они регулирует наиболее значимые, типичные и устойчивые общественные отношения. Большинство авторов определяют объект правового регулирования закона как отношения

167

«основные» и «важнейшие» .

В большинстве своем нормы, содержащиеся в законе, регулируют уже сложившиеся и прошедшие длительную проверку практикой отношения. В тех же случаях, когда законом создаются новые отношения, критерием оценки здесь в первую очередь служит их особая актуальность, значимость для жизни государства и общества. Однако устойчивость и стабильность закона нередко вступает в противоречие с динамически развивающейся

См., например: Шебанов А.Ф. Форма советского права. М., 1968. С. 148; Лучин В.О. Источники советского государственного права. Куйбышев, 1976. С. 14; Керимов Д.А. Законодательная техника. М., 1998. С. 25.

по

общественной жизнью. Это противоречие снимается, во-первых, тем, что законом закрепляются принципиальные, основополагающие, устойчивые общественные отношения, свойственные для данного строя общества в относительно длительный период его существования; во-вторых, допустимостью в исключительных случаях отдельных, частных изменений (или дополнений) закона при возникновении острой необходимости приведения правового регулирования в соответствие с
требованиями

168

жизни .

Д.А. Керимов справедливо отмечает что, «в законе интегрируется сущность определенной законодательной системы, конкретное содержание требований (или дозволений), соответствующим образом структурно организованное и выраженное вовне»169. Исходя из этого суждения, следует согласиться с тем, что уголовно-процессуальный закон должен обладать всеми признаками, присущими данному источнику права. Основные и важнейшие признаки закона четко сформулированы в теории права170. К ним относятся следующие: закон принимается только высшими представительными органами государственной власти - парламентом страны или всенародным голосованием (референдумом) в особом порядке, предусмотренном Конституцией РФ; закон обладает высшей юридической силой в правовой системе страны и поэтому все подзаконные акты не должны ему противоречить, так как в противном случае они подлежат отмене; закон является нормативным актом, то есть устанавливающим общие правила поведения, обязательные для всех граждан государства и иных лиц, находящихся на территории этого государства; регулируя наиболее важные общественные отношения, закон наиболее устойчив и стабилен и подвергается изменению или отмене в исключительных случаях.

См.: Керимов Д.А. Указ.соч. С. 30.

Керимов Д.А. Указ.соч. С. 24.

См.: Спиридонов Л.И. Теория государства и права. СПб., С. 144-145.

Ill При анализе закона как источника уголовно-процессуального права в первую очередь необходимо отметить, что само понятие «закон» нельзя рассматривать однозначно. В соответствии со статьями 4, 5 и 76 Конституции РФ различают Конституцию РФ и федеральные законы (в том числе конституционные), обычные законы, а также конституции республик, уставы и законодательство других субъектов Российской Федерации. В случае противоречия между федеральным законом, изданным в соответствии с ч. 1 и 2 ст. 76 Конституции, и иным актом, изданным в Российской Федерации, действует федеральный закон (ч. 5 ст. 76 Конституции РФ). Это положение о приоритете федеральных законов обеспечивает единство основ правового регулирования в России.

Большинство авторов, обращающихся к законам как к источникам уголовно-процессуального права, ограничивались достаточно кратким перечислением некоторых законов, содержащих нормы уголовно- процессуального права и более подробным рассмотрением
Уголовно-

171

процессуального кодекса (в частности, его структуры)

Действительно, Уголовно-процессуальный кодекс является единственным законодательным актом, в котором систематизированы нормы уголовно- процессуального права. В соответствии с ч. 1 ст. 1 УПК РФ порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливаются Уголовно-процессуальным кодексом, основанным на Конституции нашей страны. Соответствие норм уголовно- процессуального закона Конституции очень важно в связи с тем, что в установленном уголовно-процессуальным законом порядке разрешаются вопросы, от которых зависят судьба человека, его доброе имя, честь и достоинство, свобода, и даже жизнь.

См., напр.: Божьев В.П. Уголовный процесс. Общая часть. М., 1997. С. 15 -18; Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1997. С. 33 - 35; Уголовно-процессуальное право/Под ред. П.А. Лупинской. М., 1998. С.23-24.

112

УПК является единственным не только уголовно-процессуальным законом, но и единственным источником уголовно-процессуального права, без применения норм которого невозможно производство уголовно- процессуальных действий. В связи с этим при осуществлении уголовно- процессуальной деятельности, в первую очередь обращаются к нормативному содержанию УПК, а уже затем при необходимости к другим законам.

В настоящее время в России сложилась достаточно сложная ситуация, когда кроме УПК имеется значительное количество федеральных законов, содержащих конкретные нормы, регулирующие те или иные уголовно- процессуальные отношения. Несмотря на то, что ряд из них непосредственно содержит или повторяет уголовно-процессуальные нормы, по нашему мнению, они не могут являться уголовно- процессуальными законами, так как в своей основе они имеют нормы других отраслей права. Следовательно, «уголовно-процессуальный закон» и «законы, как источники уголовно-процессуального права» неоднозначные понятия. В то же время данные федеральные законы следует считать источниками уголовно-процессуального права, так как без них невозможно правильное законное осуществление уголовного судопроизводства.

Рассматриваемые федеральные законы функционируют совершенно в различных сферах общественной деятельности, что вызывает серьезные затруднения по поводу их применения на практике. В юридической литературе предпринимались попытки их систематизации, но в основном применительно к конкретной стадии процесса или к определенным проблемам уголовно-процессуальных отношений172.

Учеными-процессуалистами предлагались различные классификации федеральных законов. В частности, В.П. Божьев разделяет законы, необходимые для регулирования уголовного судопроизводства, на УПК и

172 См.: Вопросы расследования преступлений. Справочное пособие. М., 2000.

113

законы, которые носят комплексный характер. Данным комплексным нормативным актам присущ свой основной предмет правового регулирования1 .

Однако, по нашему мнению, подобная классификация слишком неконкретна, ибо комплексные законы существенно различаются по своему содержанию. Так, в этой комплексной группе законов можно выделить законы, которые имеют своим основным предметом регулирования организацию и построение государственных организаций, а также определение функциональных прав и обязанностей должностных лиц, осуществляющих процессуальную деятельность. Например, Закон РФ «О статусе судей Российской Федерации» основным предметом регулирования имеет правовое положение судьи, гарантии его самостоятельности и независимости. Закон «О прокуратуре РФ» основным предметом имеет регулирование организации и построения прокуратуры, определение отраслей (направлений) прокурорского надзора и средств его осуществления. Именно основной предмет регулирования нашел внешнее выражение в названиях указанных нормативных актов. В отличие от УПК, в котором все статьи направлены на регулирование уголовного судопроизводства, вопросы уголовного процесса, включенные в них, имеют не основное значение. Это и понятно, ибо главное назначение указанных нормативных актов - регламентирование не уголовно-процессуальных, а организационных и специальных вопросов174. Поэтому соединение всех законов, имеющих отношение к уголовному процессу, в группу «комплексных» слишком обобщенно.

Мы предлагаем классифицировать нормы федеральных законов, в зависимости от их назначения, на следующие группы:

1) нормы федеральных законов, содержащие организационно- функциональные предписания для производства по уголовным делам;

См.: Божьев В.П. Уголовный процесс. Общая часть. М., 1997. С. 17. Божьев В.П. Указ. соч. С. 17-18.

114

2) нормы федеральных законов, на которые ссылается Уголовно- процессуальный кодекс;

3) нормы федеральных законов, связанные с порядком производства по уголовным делам.

К первой группе норм федеральных законов можно отнести: 1. Нормы,
содержащие организационно-функциональный характер, закрепленные в:

  • Федеральном конституционном законе «О судебной системе Российской Федерации» от 31 декабря 1996 года;

  • Законе РФ «О статусе судей в Российской Федерации» от 26 июня

1992 года;

  • Федеральном законе «О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О прокуратуре Российской Федерации» от 17 ноября 1995 года;
  • Законе РСФСР «О милиции» от 18 апреля 1991 года;
  • Федеральном законе «Об органах федеральной службы безопасности в Российской Федерации» от 3 апреля 1995 года;
  • Законе РФ «О федеральных органах налоговой полиции» от 24 июня
  • 1993 года;

  • Федеральном законе «Об исполнительном производстве» от 21 июля 1997 года и ряде других законов.

Примерами норм федеральных законов, на которые ссылается Уголовно- процессуальный кодекс, являются следующие.

  1. В соответствии с ч. 4 ст. 31 УПК РФ Верховному Суду РФ подсудны уголовные дела, отнесенные федеральным конституционным законом и федеральным законом к его компетенции. В частности, Федеральный конституционный закон от 23 июня 1999 г. «О военных судах Российской Федерации» закрепляет норму, согласно которой Президиум Верховного Суда РФ рассматривает дела по протестам на решения, приговоры, определения и постановления Военной коллегии Верховного Суда РФ и

115 военных судов, вступившие в силу; Кассационная коллегия Верховного Суда РФ рассматривает дела по жалобам и протестам на решения, приговоры, определения и постановления Военной коллегии, принятые ею в первой инстанции и не вступившие в силу. Военная коллегия рассматривает дела по жалобам и протестам на решения, приговоры, определения и постановления окружных (флотских) военных судов, принятые ими в первой инстанции и не вступившие в силу, а также дела по протестам на решения, приговоры, определения и постановления военных судов, вступившие в силу и дела по вновь открывшимся обстоятельствам в отношении решений и приговоров Военной коллегии, вступивших в силу (ст.9).

  1. На основании п.1 ч. 1 ст. 40 УПК РФ к органам дознания относятся органы исполнительной власти, наделенные в соответствии с федеральным законом полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности. Федеральный закон РФ «Об оперативно-розыскной деятельности от 12 августа 1995 г. отмечает, что полномочиями по осуществлению оперативно-розыскной деятельности обладают оперативные подразделения, входящие в структуру МВД России, Федеральной службы безопасности России, Федеральной службы налоговой полиции России, Федеральной службы охраны России, Федеральной пограничной службы России, Государственного таможенного комитета России, Службы внешней разведки России, Министерства юстиции России. Кроме того, правом проведения оперативно-розыскных мероприятий наделены оперативные подразделения органа внешней разведки Министерства обороны России и органа внешней разведки Федерального агентства правительственной связи и информации при Президенте РФ. Последние имеют право проводить оперативно-розыскные мероприятия только в целях обеспечения собственной безопасности и в случае, если проведение этих мероприятий не затрагивает полномочий вышеперечисленных органов (ст. 13).
  2. Часть 1 статьи 95 УПК РФ закрепляет положение, в соответствии с которым порядок и условия содержания подозреваемых под
    стражей

116 определяется федеральным законом. Нормами Федерального закона от 15 июля 1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» установлены принципы содержания под стражу (ст. 4), места содержания (ст.7), возможность использования учреждений, исполняющих наказания, для содержания под стражей обвиняемых и подозреваемых (ст. 10), основания перевода из следственных изоляторов в изоляторы временного содержания (ст. 13), режим и внутренний распорядок в местах содержания (ст. 15, 16). Специальная глава посвящена правам подозреваемых и обвиняемых, в том числе на свидания, личную безопасность, переписку, участие в следственных действиях и судебных заседаниях, особенностям содержания под стражей женщин и несовершеннолетних и др.

К последней группе норм федеральных законов можно отнести:

  1. Нормы федерального конституционного закона от 30 мая 2001 г. «О чрезвычайном положении», согласно которому правосудие на территории, где введено чрезвычайное положение, осуществляется только судом. На указанной территории действуют суды, учрежденные в соответствии с главой 7 Конституции. Учреждение каких-либо форм или видов чрезвычайных судов, применение любых форм и видов ускоренного или чрезвычайного судопроизводства не допускается. В случае невозможности осуществления правосудия судами, действующими на территории, на которой введено чрезвычайное положение, по решению Верховного Суда может быть изменена территориальная подследственность дел, рассматриваемых в судах.

  2. Нормы Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности от 5 июля 1995 г., допускающие использование результатов оперативно-розыскной деятельности в уголовном процессе (ст.П), закрепляющие положение о том, что в случае возбуждения уголовного дела в отношении лица, телефонные и иные переговоры которого прослушиваются, фонограмма и бумажный носитель записи переговоров
    передаются

117

следователю для приобщения к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (ст. 8).

  1. Норму Федерального закона «О банках и банковской деятельности» от 2 декабря 1990 г., в соответствии с которой справки по операциям и счетам юридических лиц и граждан, осуществляющих предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, а также по счетам и вкладам физических лиц, выдаются кредитной организацией органам предварительного следствия с согласия прокурора (ст. 26).
  2. Нормы Федерального закона от 31 мая 2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», определяющие основания, порядок и условия производства различного вида экспертиз. В частности, данным законом закреплено положение о том, что жалобы лиц, помещенных в медицинский стационар для проведения судебной экспертизы, поданные в соответствии с процессуальным законодательством Российской Федерации, цензуре не подлежат и в течение 24 часов направляются адресату (ч. 6 ст.31).
  3. Нормы Федеральных законов, регулирующих различные тайны и сведения конфиденциального характера, к числу которых в первую очередь относятся: государственная тайна (Закон РФ от 21 июля 1993 года «О государственной тайне»); тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых и телеграфных сообщений (ст.32 Федерального закона от 16 февраля 1995 г. «О связи»); тайна голосования (ст.7 Федерального закона от 19 сентября 1997 года «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»); редакционная (журналистская) тайна (ст.41 Закона РФ от 27 декабря 1991 года «О средствах массовой информации»); банковская тайна (ст.26 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 года «О банках и банковской деятельности в РСФСР» (в редакции Федерального закона от 3 февраля 1996 года) и др.

Однако это далеко не полный перечень законов, имеющих отношение к уголовно-процессуальному судопроизводству.

118

Особую группу составляют нормы федеральных законов, раскрывающие понятие должностных лиц, обладающих

неприкосновенностью и в отношении которых применяется особый порядок производства по уголовным делам, предусмотренный главой 52 УПК РФ. Среди них:

-ст.З Федерального закона «О гарантиях Президенту Российской Федерации, прекратившему исполнение своих полномочий, и членам его семьи» от 12.02.2001;

-ст.39 и п.6 ст.41 Федерального закона «О выборах Президента Российской Федерации» от 31.12.1999;

-ст.1, 19 и 20 Федерального закона «О статусе члена Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 08.05.1994 (в редакции от 04.08.2001);

-п. 10 ст.23 и п.7 ст.49 Федерального закона «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации» от 24.06.99 (в редакции от 10.07.2001);

-ст.20 Федерального конституционного закона «О референдуме Российской Федерации» от 10.10.95;

-ст.2, п. 13 ст.24 и п.4 ст.35 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» от 19.09.97 (в редакции от 10.07.2001);

-ст. 10, 13 и 14 Федерального закона «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» от 06.10.99 (в редакции 08.02.2001);

ст.1, 15, 16 и 18 Федерального закона «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» от 28.08.95 (в редакции от 04.08.2000);

-ст. 11,16 Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации» от 31.12.1996 (в редакции от 15.12.2001);

119

-ст. 16 Закона Российской Федерации «О статусе судей в Российской Федерации» от 26.06.92 (в редакции от 15.12.2001);

-ст. 15 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» от 21.07.94 (в редакции от 15.12.2001);

-ст.26-28 Федерального конституционного закона «О военных судах Российской Федерации» от 23.06.99;

-ст. 1-2 Федерального закона «О мировых судьях в Российской Федерации» от 17.12.98;

-ст.87 Закона РСФСР «О судоустройстве РСФСР» от 08.07.81 (в редакции от 02.01.2000);

-ст. 12 Федерального закона «О народных заседателях судов общей юрисдикции в Российской Федерации» от 02.01.2000 (в редакции от 18.12.2001);

-ст.7 Федерального закона «Об арбитражных заседателях арбитражных судов субъектов Российской Федерации» от 30.05.2001;

-ст.5, 6 и 20 Федерального закона «О Счетной палате Российской Федерации» от 11.01.95;

-ст.1, 8, 12 Федерального конституционного закона «Об Уполномоченном по правам человека в Российской Федерации» от 26.02.97;

-ст.42 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» от 17.01.92 (в редакции от 29.12.2001);

-ст.7 Федерального закона «Об органах Федеральной службы безопасности в Российской Федерации» от 03.04.95 (в редакции от 07.11.2000);

-ст. 17 и 18 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» от 31 мая 2002 г.

Приведенную нами классификацию нельзя назвать достаточно полной без распределения уголовно-процессуальных законов по юридической силе, так как в теории права она считается самой распространенной. Юридическая сила правовых актов зависит не от их большей или меньшей обязательности,

120 а от компетенции органа, принявшего правовой акт. В связи с этим и существует разделение законов и подзаконных актов, а законы в свою очередь имеют следующую иерархическую лестницу: Конституция РФ, федеральные конституционные законы, федеральные законы, законы (законы субъектов федерации). Такая же классификация распространяется и на законы, регламентирующие уголовно-процессуальную деятельность, так как среди них есть законы конституционные федеральные, федеральные, обычные.

Нормы УПК носят основной, а нормы других законов дополнительный характер. Однако это не исключает
подчиненного положения УПК по отношению к Конституции РФ как
акта имеющего верховенствующее правовое значение.

Кроме того, нормы федеральных законов в части регулирования уголовно-процессуальных отношений не должны вступать в противоречие с нормами Уголовно-процессуального кодекса. При выявлении коллизий между ними, предпочтение должно быть отдано нормам УПК. К примеру, в соответствии со ст. 126 нового УПК администрация места содержания под стражей немедленно направляет прокурору или в суд адресованные им жалобы подозреваемого, обвиняемого, содержащегося под стражей. В то же время, иные правила устанавливает ст. 21 Федерального закона от 15 июля 1995 г. «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления», согласно которой жалобы на действия и решения суда, органов расследования и прокурора направляются не позднее трех дней с момента их подачи. Поскольку порядок направления жалоб регламентируется именно уголовно-процессуальным законом, то должно применяться предписание ст. 126 УПК о немедленном направлении администрацией места содержания под стражей прокурору или в суд жалобы подозреваемого или обвиняемого.

121 § 4. Иные некодифицированные источники уголовно-

процессуального права

4.1. Решения Конституционного Суда Российской Федерации

Значение Конституционного Суда Российской Федерации - абсолютно нового для нашей страны правового института - чрезвычайно велико. Его деятельность способствовала укреплению демократии и законности, положила начало отечественной конституционной юстиции. За десять лет работы Конституционным Судом рассмотрено свыше 3 тысяч обращений, принято 200 постановлений, тысячи определений по жалобам граждан, направленных на защиту их конституционных прав и свобод. В области уголовного судопроизводства данный авторитетный орган принял свыше 30 постановлений, которыми утвердил и тем самым расширил многие демократические гарантии граждан в процессе, устраняя при этом скрытые препятствия на пути осуществления важнейших конституционных прав -права на защиту, права на правосудие и др. 175.

Конституционный Суд не подменяет собой законодателя, не вторгается в нормотворческую сферу исполнительной власти. Но такие полномочия, как общеобязательное толкование Конституции, объявление утратившими силу неконституционных правовых норм, выявление конституционно- правового смысла законов и соответствующие рекомендации законодателю принять законы, восполняющие пробелы в правовом регулировании, не могут не приводить к появлению нового права. Через конституционное правосудие на базе позитивного права и юридической науки рождаются совершенно новые правовые принципы, обеспечивающие гарантии прав и свобод граждан от возможных посягательств со стороны публичной власти.

См.: К 10-летию Конституционного Суда Российской Федерации // Гос-во и право. 2002. № 4.

122 В теории российской правовой науки вопрос о правовой природе решений Конституционного Суда до сих пор является дискуссионным.

Следует заметить, что имеется достаточное количество противников считать решения Конституционного Суда источниками уголовно- процессуального права . В российских учебниках по теории государства и права, уголовно - процессуальному, конституционному праву при раскрытии вопросов об источниках права решения Конституционного Суда не упоминаются ни в каком качестве177.

В частности, Б.С.Эбзеев отмечает, что решению Конституционного Суда действительно присуща материально-правовая сила закона (имеется в виду, прежде всего его обязывающая сила). В то же время он полагает, что это решение не является нормативным актом и не может выступать в качестве прецедента, имеющего нормативно-регулирующее значение . Т.Г. Морщакова отводит решениям Конституционного Суда роль судебной преюдиции . Н. А. Богданова называет их источниками науки конституционного права. По ее мнению, к оценке решений Конституционного Суда необходимо подходить с точки зрения правовой

См.: Ефимичев СП., Ефимичев П.С. Уголовно-процессуальное законодательство и решения Конституционного Суда РФ // Журнал российского права. 2000. № 1. С. 26-33; Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. 2000. № 12. С. 47-58 и др.

См., напр.:: Теория государства и права / Под ред. проф. В.Г. Сгрекозова. М., 1995; Общая теория права / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 1996; Теория государства и права: курс лекций / Под ред. М.Н. Марченко. М., 1996; Теория государства и права. / Под ред. В.М. Корельского и В. Д. Перевалова. М., 1997; Уголовный процесс Российской Федерации. / Отв. ред. А.С. Кобликов. - М., 1995; Уголовный процесс. / Под ред. В.Н. Галузо.- М, 1998; Стрекозов В.Г., Казанчев Ю.Д. Государственное (конституционное) право Российской Федерации. - М., 1995; Козлова Е.И., Кутафин О.Е. Конституционное право России.М, 1995.

178

См.: Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный суд. М., 1996. С. 164.

179 См.: Морщакова Т.Г. Разграничение компетенции между Конституционным Судом и другими судами Российской Федерации. // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. №6. С. 29.

123 системы, к которой относится российское право. Указывая на то, что в нашей стране действует правовая система, не признающая правотворческой функции за судебными органами, она отмечает, что «придание решениям Конституционного Суда качества нормативных актов разрушило бы идею и логику той концепции правового государства, на которой построена система российского права»180.

В юридической литературе имеются и противоречивые позиции по данному вопросу. Например, СВ. Боботов, считает, что Конституционный Суд является творцом права наряду с законодателем, однако затем отмечает, что «Конституционный Суд, как и обычный судья, не издает общезначимых

181

правил» .

В то же время ряд ученых признают за решениями Конституционного Суда силу источников права. В частности, В.В.Лазарев полагает, что решения Конституционного Суда представляют собой полноценные источники права182. Аналогичную позицию занимает Т.Я.Хабриева, которая считает, что толкование Конституционного Суда относится к высшему уровню официального толкования, а его решения хотя и не имеют силы закона, но по многим параметрам такой силой обладают183. В.А.Савицкий и Е.Ю.Терюкова указывают на то, что если решения Конституционного Суда могут быть источниками конституционного
права, то они же могут

184

становиться источниками и других отраслей права . Наконец, Н.В.Витрук

Богданова Н.А. Конституционный Суд Российской Федерации в системе конституционного права. // Вестник Конституционного Суда РФ. 1997. № 3. С.64. 181 Теория права и государства / Под ред. Г.Н. Манова. - М., 1995. С.265.

См.: Лазарев В.В. Техника учета решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. 1997. №11. С.49.

См.: Хабриева Т.А. Толкование Конституции РФ. Теория и практика. М., 1998. С.10-11.

См.: Савицкий В.М. Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1997. №З.С. 73.

124

отмечает, что в решениях Конституционного Суда, как правило, формулируются критерии нового законодательного регулирования, по существу, конструируются «модели» новых правовых норм185.

Подобных позиций придерживаются в последние годы и ряд ученых- процессуалистов. В частности, К.Ф.Гуценко отмечает, что решения Конституционного Суда являются источниками уголовно- процессуального права, так как они могут существенно влиять на содержание и юридическое значение законодательства, признать определенный закон полностью или частично противоречащим Конституции . По мнению Л.В. Яковлевой, появление решений Конституционного Суда как источников права обоснованно, так как позволяет федеральному судебному органу при рассмотрении конкретного дела, имеющего общегосударственную значимость,
устранять ошибки и пробелы в действующем

187

законодательстве .

Необходимо отметить, что в теории до сих пор нет единого мнения о том, к какому виду правовых источников следует отнести решения Конституционного Суда. Обобщая высказанные в юридической литературе различные позиции по данному вопросу, можно выделить следующие подходы. Решения Конституционного Суда являются:

  • нормативно - правовыми актами188;

См.: Витрук Н.В. Конституционный Суд Российской Федерации и законотворчество // Современное состояние российского законодательства и его систематизация. Москва - Тула, 1999. С.54.

Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко - М., 1997. С. 40.

19П

См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дисс.канд.юрид.наук. СПб, 1999. С. 156.

См., напр.: Конституционное право / Отв. ред. А.Е. Козлов. - М, 1996. С. 14; Хабриева Т.А. Толкование Конституции РФ. Теория и практика. М., 1998. С. 10.

125

  • судебными прецедентами189;

190

  • решениями преюдициального плана ;
  • решениями, сочетающими в себе все перечисленные или отдельные из названных свойств191.
  • При определении юридической природы решений Конституционного Суда, по нашему мнению, необходимо исходить из того, как сам законодатель подошел к решению данного вопроса. В этих целях следует определить, какие акты Конституционного Суда затрагивают сферу уголовного судопроизводства, а также их значение для регулирования последних.

Анализ федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» (1994г.) позволяет выделить два основных вида решений данного государственного органа в рассматриваемой сфере:

  • толкование положений Конституции, устанавливающих правовые основы осуществления уголовного судопроизводства (п. 4 ч. 1 ст. 3);
  • проверка конституционности уголовно-процессуального закона (п. 1«а», 3 ч.1 ст. 3).
  • См., напр.: Эбзеев Б. С. Конституция. Правовое государство. Конституционный Суд. М., 1996. С. 163,164; Теория государства и права. Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 1997. С. 265; Ржевский В.А., Чепурнова Н.М. Судебная власть в Российской Федерации: конституционные основы организации и деятельности. М., 1998. С. 68; Витрук Н.М. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное правосудие в посткоммунистических странах. М., 1999. 90 См.: Морщакова Т.Г. Судебный конституционный контроль в России: уроки, проблемы и перспективы // Гос-во и право. 1997. № 5. С. 8. 191 См., напр.: Савицкий В.М., Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источники конституционного права РФ. // Вестник Конституционного Суда РФ 1997. № 3. С. 76; Лазарев Л.В. Конституционный Суд России и развитие конституционного права. // Журнал российского права. 1997. № 11. С. 6.

126

Что касается первого вида решения, следует согласиться с мнением Т.Я. Хабриевой о том, что правотворческая природа актов толкования Конституции обусловлена максимально обобщенным характером конституционных норм, которые более других законодательных предписаний

1 92.

нуждаются в конкретизации . Наглядным примером нормативного толкования Основного закона является постановление Конституционного Суда от 16 июня 1998 г. о толковании ст. 125, 126, 127 Конституции РФ. В ходе их толкования Конституционный Суд установил новое правило, в соответствии с которым обязал суды общей юрисдикции обращаться с запросом о проверке конституционности закона в случаях, когда суд приходит к выводу о его несоответствии Основному закону. Кроме того, данная обязанность была распространена и на случаи, когда суд при рассмотрении конкретного дела приходит к выводу о неконституционности закона, принятого до вступления в силу Конституции РФ.

Характеризуя второй вид решений Конституционного Суда, можно отметить, что в соответствии с Федеральным конституционным законом «О Конституционном Суде Российской Федерации» признание отраслевого закона неконституционным влечет утрату им в целом или отдельными его положениями юридической силы (ч.З ст.79). Следовательно, подобные решения Конституционного Суда можно признать в качестве нормативно- правовых актов, которые по юридической силе выше нормативно- правовых актов законодательных и исполнительных органов государства, поскольку их принятие влечет фактическую отмену последних.

Как уже нами отмечалось, к настоящему времени накоплено достаточное количество постановлений Конституционного Суда в сфере уголовного судопроизводства, что позволяет положительно оценить влияние данных решений на уголовно-процессуальные правоотношения. С деятельностью данного государственного органа связано появление новых, прогрессивных правовых новелл. И здесь, наверное, сложно обосновать

192 См.: Хабриева Т.Я. Указ.соч. С. 25.

127

важность того или иного решения Конституционного Суда. Они все одинаково актуальны, направлены на защиту публичных, неотчуждаемых интересов, прав и свобод человека и гражданина, повышение эффективности уголовного судопроизводства.

В данной работе не ставится задача рассмотрения многочисленных решений Конституционного Суда. В юридической литературе уже имеется достаточное количество работ, в которых дается подробная характеристика тех или иных постановлений данного государственного органа193. Кроме того, новое уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации разработано с учетом имеющихся постановлений Конституционного Суда.

В этой ситуации мы считаем целесообразным, классифицировать решения Конституционного Суда в сфере уголовного судопроизводства, положив в основу совершенно различные критерии (субъект обращения, предмет обращения, характер принятого решения, основание принятого решения, содержание принятого решения).

В зависимости от субъекта обращения все решения Конституционного Суда о проверке конституционности закона могут быть разделены на две большие группы:

  • решения, осуществляющие абстрактный контроль;
  • решения, осуществляемые конкретный контроль. Абстрактный контроль возможен только при наличии запроса.
  • Для осуществления абстрактного контроля
    необходим

соответствующий запрос высших органов государственной
власти,

193 См., напр.: Ефимичев СП., Ефимичев П.С. Уголовно-процессуальное законодательство и решения Конституционного Суда РФ // Журнал рос. права. 2000. № 1. С. 26-33; Ковтун Н.Н. Постановления Конституционного Суда РФ по уголовно-процессуальным вопросам: проблемы законодательной техники и практического применения // Гос-во и право. 2001. № 11. С. 99-106; Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис.канд.юрид.наук. СПб., 1999. С.151- 163.

128 перечисленных в ч.2 ст. 125 Конституции. При этом он не связан с рассмотрением в суде конкретного дела. Изучение практики деятельности Конституционного Суда показывает, что за весь десятилетний период своей деятельности он не принял ни одного решения по проверке конституционности уголовно-процессуального закона в форме абстрактного конституционного контроля.

Конкретный контроль допускается только в том случае, если закон, являющийся предметом обращения в Конституционный Суд, был применен или подлежал применению в определенном деле. С обращением о рассмотрении вопроса о конституционности закона могут выступать как граждане, права и свободы которых нарушаются законом, так и суд, рассматривающий уголовное дело.

Решения Конституционного Суда о проверке конституционности уголовно-процессуального закона можно классифицировать в зависимости от того, нормы каких разделов УПК РСФСР были предметом рассмотрения. По этому критерию постановления Конституционного Суда могут содержать:

  • решения по проверке конституционности норм, определяющих общие положения уголовно-процессуального законодательства (постановления Конституционного Суда о проверке конституционности ст. 6 УПК РСФСР (от 28 октября 1996г.), ст.41, ч.1 ст. 42 УПК РСФСР (от 2 февраля 1999 г.), ст. 44 УПК РСФСР (от 16 марта 1998г.), ст. 47 УПК РСФСР (от 28 января 1997г); ч. 5 ст. 97 УПК РСФСР (от 13 июня 1996г.));

  • решения по делам о проверке конституционности норм, определяющих порядок досудебного производства (постановления Конституционного Суда о проверке конституционности ч. 4 ст. 113 УПК РСФСР (от 29 апреля 1998г.), ст. 113, ч.1 ст. 218, ст. 220 УПК РСФСР (от 23 марта 1999г.), ст. 220 (1), 220 (2) УПК РСФСР (от 3 мая 1995г.), ч.5 ст. 209 УПК РСФСР (от 13ноября1995г.);
  • решения по делам о проверке конституционности норм, определяющих
    порядок производства в суде первой инстанции

129 (постановления Конституционного Суда о проверке конституционности положений п. 1, 3 ч. 1 ст. 323, ч.4 ст. 248, ч.1 ст. 258 УПК РСФСР (от 20 апреля 1999г.), ч. 1,2 ст. 295 УПК РСФСР (от 15 января 1999г.));

  • решения по делам о проверке конституционности норм, определяющих порядок производства по уголовным делам в суде второй инстанции (постановления Конституционного Суда о проверке конституционности ст. 331, 464 УПК РСФСР (от 2 июля 1998г.), ч.5 ст. 325 УПК РСФСР (от 6 июля 1998г.), ч.2 ст. 335 УПК РСФСР (от 10 декабря 1998г. и др.);

решения по делам о проверке конституционности норм, определяющих порядок пересмотра вступивших в законную силу приговоров, определений и постановлений суда (постановления Конституционного Суда о проверке конституционности п.5 ч.2 ст. 371, ч.З ст. 374, п.4 ч.2 ст. 384 УПК РСФСР (от 2 февраля 1996г.), ч.3,4,5 ст.377 УПК РСФСР (от 14 февраля 2000г.);

  • решения по делам о проверке конституционности норм, определяющих особый порядок уголовного судопроизводства (производство по протокольной форме досудебной подготовки материалов) (постановление Конституционного Суда о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР (от 28 ноября 1996г.);

  • решения, предметом которых являются нормы различных разделов УПК (постановление Конституционного Суда от 14 января 2000г.), которое затронуло сразу несколько институтов уголовно - процессуального законодательства: принцип публичности, институт возбуждения уголовного дела, а также производство в суде первой инстанции.

По характеру принятого решения постановления Конституционного Суда могут быть классифицированы на две группы:

  • правоподтверждающие решения;
  • правопрекращающие решения.

130 Правотворческое значение решений Конституционного Суда о признании положения уголовно-процессуального закона соответствующим Конституции выражается, в том, что они устраняют вопросы о конституционности того или иного положения УПК и предрешают связанные с ними споры. Примером правоподтверждающего решения является постановление Конституционного Суда от 2 февраля 1999г., признавшего не противоречащими Конституции положения действующего законодательства, определяющие порядок реализации права граждан на рассмотрение их дел с участием присяжных заседателей.

Правопрекращающие решения Конституционного Суда о признании закона неконституционным в свою очередь, в зависимости от порядка вступления в силу, могут быть двух видов: прямого действия и не имеющих прямого действия.

Порядок вступления решения в силу, а также порядок, сроки и особенности его исполнения и опубликования определяет сам Конституционный Суд (п. 12 ч.1 ст. 75 Закона о Конституционном Суде). Примером правопрекращающих решений, не имеющих прямого действия, является постановление Конституционного Суда от 13 июня 1996 г. (о включении времени ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела в срок содержания под стражей), постановление Конституционного Суда от 6 июля 1998г. (о признании неконституционной ч.5 ст. 325 УПК РСФСР).

Следует отметить, что большинство постановлений Конституционного Суда о признании неконституционными отдельных положений уголовно- процессуального законодательства являются правопрекращающими решениями прямого действия. Значение данных решений состоит в том, что они влекут прекращение действия уголовно - процессуальных норм, фактически отменяя их. Это обусловлено тем, что решения Конституционного Суда являются окончательными и обжалованию не подлежат, вступают в силу немедленно после их провозглашения, действуют

131

непосредственно и не требуют подтверждения другими лицами и органами государственной власти.

Следует отметить то обстоятельство, что постановления Конституционного Суда о признании того или иного положения УТЖ неконституционным одновременно устанавливают новые нормы, изменяющие порядок уголовного судопроизводства, то есть являются одновременно актом позитивного нормотворчества.

В зависимости от основания принятого решения постановления Конституционного Суда могут содержать:

решения о признании уголовно-процессуального закона неконституционным в связи с установлением прямых или косвенных ограничений прав участников уголовного судопроизводства;

решения о признании уголовно-процессуального закона неконституционным в связи с наделением участников уголовного судопроизводства определенными правомочиями.

Решение Конституционного Суда о признании уголовно-процессуального закона не соответствующим Конституции в связи с наличием в нем прямо установленных ограничений влечет отмену установленных законом запретов и ограничений и, следовательно, автоматически - разрешение на осуществление ранее запрещенных действий. В частности, постановлением Конституционного Суда от 2 июля 1998г. предоставлена возможность обжаловать в кассационном порядке определения (постановления) суда первой инстанции о назначении судебного заседания, направлении уголовного дела для производства дополнительного расследования, о применении или изменении меры пресечения, о помещении лица в медицинское учреждение для проведения стационарной судебно-психиатрической экспертизы, об отложении разбирательства или приостановлении уголовного дела, а также о роспуске коллегии присяжных заседателей.

132 Признание уголовно-процессуального закона неконституционным в связи с установлением косвенных ограничений прав участников уголовного судопроизводства также влечет включение в УПК данных положений. К примеру, постановлением Конституционного Суда от 3 мая 1995 г. о признании неконституционным положения ч.5 ст. 209 УПК РСФСР (предоставляющей возможность обжалования постановлений о прекращении уголовных дел только прокурору) установлено право граждан на обращение с указанными жалобами в суд.

Решение Конституционного Суда о признании уголовно- процессуального закона неконституционным в связи с наделением участников уголовного судопроизводства определенными правомочиями влечет утрату субъектами уголовно-процессуальных отношений ранее предусмотренных в законе прав. При этом восполнение возможных пробелов в правовом регулировании осуществляется при помощи правовых позиций, вырабатываемых Конституционным Судом в мотивировочной части своего решения. В частности, установление неконституционности

предусмотренного уголовно-процессуальным законом правомочия суда принимать решения о возвращении уголовных дел на дополнительное расследование по собственной инициативе и о возбуждении уголовных дел, соответственно, исключило самостоятельное принятие судом этих процессуальных решении.

По содержанию принятого решения можно выделить следующие виды постановлений Конституционного Суда:

  • решения, расширяющие полномочия участников уголовного судопроизводства;
  • решения, ограничивающие полномочия участников уголовного судопроизводства.
  • Рассмотрим изменения, внесенные в порядок осуществления уголовного судопроизводства постановлениями Конституционного Суда указанных групп.

133 В результате принятия решений, относящихся к первой группе:

  • установлено право на обращение в суд с жалобой на применение заключения под стражу лиц, в отношении которых постановление о данной мере пресечения по каким-либо причинам исполнено не было (постановление Конституционного Суда о проверке ст. 220(1), 220(2) УПК

РСФСР (от 3 мая 1995г.));

  • расширен круг процессуальных решений, которые можно обжаловать в судебном порядке (постановления Конституционного Суда по проверке конституционности ч. 5 ст. 209 УПК РСФСР (от 13 ноября 1995г.), ч. 4 ст.113 УПК РСФСР (от 29 апреля 1998г.), ст. 331, 464 УПК РСФСР (от 2 июля 1998 г.), ст. 113,ч 1 ст. 218, 220 УПК РСФСР (от 23 марта 1999г.).

Основная часть решений, ограничивающих полномочия участников уголовного судопроизводства, исключает из компетенции суда право на принятие определенных процессуальных решений о ходе и движении уголовного дела, носящих обвинительный характер (постановление Конституционного Суда о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР (от 28 ноября 1996г.), постановление Конституционного Суда о проверке конституционности п. 6 ст. 108, п. 1, 2 ч. 3 ст. 109, ст. 112, 115 УПК РСФСР (от 14 января 2000г.), постановление Конституционного Суда о проверке конституционности ст. 44 УПК РСФСР (от 16 марта 1998г.), постановление Конституционного Суда о проверке конституционности п. 1, 3 ч. 1 ст. 323, ч. 4 ст. 248, ч. 1 ст. 258 УПК РСФСР (от 20 апреля 1999г.).

Следует отметить, что в своем решении Конституционный Суд может одновременно расширить полномочия одного участника уголовного судопроизводства и ограничить права другого. Например, осужденному, содержащемуся под стражей, предоставлено право принимать участие в заседании суда кассационной инстанции при изъявлении им такого желания. Одновременно было отменено ранее принадлежащее суду второй инстанции право самостоятельно решать вопрос об участии арестованного в судебном

134 разбирательстве (постановление Конституционного Суда о проверке конституционности ч. 2 ст. 335 УПК РСФСР (от 10 декабря-1998г.).

Приведенные нами классификации решений Конституционного Суда позволяют нам сделать вывод о том, что они играют значительную роль в регулировании уголовного судопроизводства, вносят изменения в уголовно-процессуальные отношения, приводя их в соответствие с положениями Конституции РФ.

До настоящего времени отсутствует единство подходов в вопросе о том, какие именно части решений Конституционного Суда необходимо считать источниками права, а какие из них не имеют юридической силы.

Так, отдельные авторы в своих исследованиях приходят к выводу о том, что решения Конституционного Суда в целом являются источниками

194

права

Другие авторы отдельно выделяют резолютивную часть решения и описательно-мотивировочную часть, где изложена правовая позиция Конституционного Суда . В частности, Г.А.Гаджиев полагает, что источником права может служить только решающий довод, образующий правовую норму и обязательный для других судов. Другие части решения, по

196

его мнению, в качестве источника права служить не могут

На основании определения Конституционного Суда от 7 октября 1997 года «правовые позиции, содержащие толкование конституционных норм либо выявляющие конституционный смысл закона, на которых основаны

См., напр.: Лазарев Техника учета решений Конституционного Суда Российской Федерации. С.51.

195 См., напр.: Анишина В. Правовые позиции Конституционного Суда России // Российская юстиция. 2000. № 7. С.11-12; Богданова Н.А. Конституционный Суд Российской Федерации в системе конституционного права // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации. 1997. № 3. С. 63.

9 См.: Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 1999. № 3. С. 82.

135 выводы Конституционного Суда Российской Федерации в резолютивной части его решений, обязательны для всех государственных органов и должностных лиц». Мотивировочная часть образует неразрывное единство с резолютивной частью. При этом раскрывается конституционное содержание правовой нормы, которая сопоставляется с позицией законодателя. Поскольку источником подобных позиций названы вообще решения Конституционного Суда, обязательные правовые позиции могут содержаться в любых его постановлениях и определениях197 .

На основании Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации» данный суд принимает три вида решений: постановления, заключения и определения. Постановления принимаются по делам о соответствии Конституции РФ федеральных законов, нормативных актов Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы и т.п. Заключение выносится Конституционным Судом по запросу о соблюдении установленного порядка выдвижения обвинения Президента РФ в государственной измене или совершении иного тяжкого преступления. Все иные решения, принимаемые Конституционным Судом в ходе осуществления судопроизводства, называются определениями.

Проведенный нами на страницах работы анализ постановлений Конституционного Суда, принятых по спорным вопросам уголовно- процессуального права, убедительно свидетельствует о том, что они кардинально меняют сущность и содержание норм и институтов действующего уголовно-процессуального законодательства и по существу создают новые правила поведения в уголовном судопроизводстве.

Что касается определений Конституционного Суда, то им, как правило, отводится роль как бы вспомогательных актов, принимаемых в ходе осуществления конституционного судопроизводства. В то же время данные документы обладают теми же юридическими свойствами, что
и

1Q7

См.: Анишина В. Правовые позиции Конституционного Суда России. СП.

136

постановления, и заключения. Вынесенные Конституционным Судом определения окончательны, не подлежат обжалованию, вступают в силу немедленно после их провозглашения. Однако, в отличие от постановлений и заключений, которые подлежат обязательному опубликованию, определения публикуются только по специальному решению при принятии самого определения в «Вестнике Конституционного Суда Российской Федерации», «Собрании законодательства Российской Федерации».

В качестве примера юридической значимости данных актов можно привести определение Конституционного Суда от 11 апреля 1997 года «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса Карабудахского районного суда Республики Дагестан». В данном определении признано, что ст. 27, 237, 253, 274 УПК РСФСР не содержат в себе каких бы то ни было предписаний, обязывающих суд принимать решения о возбуждении уголовного дела или совершать иные действия, относящиеся к полномочиям органа преследования. В силу этого они не имеют отношения к заявленному в запросе требованию о признании неконституционности возложения на суд одновременно функций обвинения и разрешения дела.

В последние годы ряд решений Конституционного Суда был подвергнут серьезной критике. Отдельные авторы заявляют о том, что Конституционный Суд не всегда прав в истинности принимаемых им в ходе конституционного правосудия решений . Была подвергнута сомнению обоснованность решений Конституционного Суда по делу о проверке конституционности положений ч. 1 и 2 ст. 18, ст. 19 и ч. 2 ст. 20 Федерального закона «О статусе депутата Совета Федерации и статусе депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации»; по делу о проверке конституционности положений п. 5 ч. 2 ст.

См., напр.: Корнукова Е.В. Взаимодействие конституционного правосудия и правосудия по гражданским и уголовным делам // Российская юридическая доктрина в XXI веке: проблемы и пути их решения: Научно- практическая конференция (3-4 октября 2001 г.). Саратов, 2001. С.71.

137 371, ч. 3 ст. 374 и п. 4 ч. 2 ст. 384 УПК РСФСР199; по делу о проверке конституционности положений п. 1 и 3 ч. 1 ст. 232, ч.4 ст. 248, ч. 1 ст. 258 УПК200 и ряд других решений Конституционного Суда. Все это порождает сложности и неясности в теории права, а также при осуществлении соответствующей правоприменительной деятельности судов и других правоохранительных органов.

Тем не менее, вышеизложенное позволяет сделать вывод о том, что решения Конституционного Суда официально нигде не именуются источниками уголовно-процессуального права, однако таковыми являются, так как имеют прямую возможность воздействовать на уголовное судопроизводство. Данное воздействие проявляется следующим образом:

  • в ограничении возможности применять в ходе уголовного процесса тот или иной закон ввиду признания его несоответствующим Конституции РФ;
  • путем дезавуирования принятого судом решения, которое обязывает к пересмотру уголовного дела в установленном законом порядке;
  • посредством обращения внимания законодательного органа на необходимость урегулирования соответствующего правового вопроса и внесения изменения в действующее уголовно-процессуальное законодательство, регулирующего порядок производства по уголовному делу.

На наш взгляд, решения Конституционного Суда являются совершенно новым явлением для источников российского уголовно-процессуального права, каковыми они являются. Эти решения выносятся от имени государства и их требования распространяются не только на участников уголовного судопроизводства, но и на все другие суды, а
также на иные

Ковтун Н.Н. Постановления Конституционного Суда РФ по уголовно- процессуальным вопросам: проблемы законодательной техники
и практического применения // Государство и право. 2001. № 11. С. 99- 106. 200 Божьев В. К вопросу о состязательности в российском
уголовном процессе. // Уголовное право. 2000. № 1. С.54.

138 правоохранительные органы. Принимаемые Конституционным Судом решения существенно влияют на содержание и юридическое значение уголовно-процессуального законодательства. Данные документы не только констатируют соответствующие обстоятельства по исследуемым материалам, но и формируют правовые положения, которые имеют нормативный характер и вызывают правовые последствия в виде возникновения, изменения или прекращения уголовно-процессуальных правоотношений. В то же время следует отметить, что такое их качество носит временный характер вплоть до внесения изменений в действующие уголовно-процессуальные нормы. После соответствующих изменений отпадает необходимость обращения к постановлению Конституционного Суда, в связи с чем оно утрачивает свойство источника уголовно- процессуального права.

Данный вывод подтверждает и правоприменительная практика. По данным Л.В.Яковлевой, 69,7% опрошенных (85 % судей, 82 % прокуроров, 54 % адвокатов, 58 % следователей) считают решения Конституционного Суда источниками уголовно-процессуального права201

Кроме того, анализ содержания резолютивных частей решений Конституционного Суда приводит к выводу о формировании системы прецедентов данного государственного органа. Впервые разрешив дело, характеризующееся конкретными обстоятельствами, Конституционный Суд рассматривает аналогичные дела с учетом первоначального решения. Так, в определении по жалобе Березиной Л.Ю. на нарушение ее прав (со ссылкой на п. 2 ч. 1 ст. 232 УПК РСФСР) Конституционный Суд указал, что данное положение не подлежит применению судами и иными субъектами юрисдикционной деятельности, так как содержит правовые предписания, аналогичные признанным ранее неконституционными202

См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис.канд.юрид.наук. СПб., 1999. С. 161. 202 См.: Рос. газета. 2000. 19 апр.

139 Отдельно хотелось бы остановиться на значении правовых позиций, сформулированных в постановлениях и определениях Конституционного Суда. Без преувеличения можно сказать, что они являются большой базой для нового правового сознания, для юридического мышления, основанного на достижениях не только отечественной юридической науки, но и европейской школы права, выраженных в решениях Европейского Суда по правам человека. Правовые позиции Конституционного Суда учитываются не только правоприменителями, но они имеют большое влияние на развитие уголовно-процессуального права в целом и совершенствование отдельных его институтов.

4.2. Судебная практика как источник уголовно-процессуального права

Вопрос о роли судов в формировании права является одним из наиболее дискуссионных в теории права.

В настоящее время большинство ученых поддерживают традиционную для отечественной науки советского периода позицию отрицания наличия у судей нашей страны правотворческих функций, прямо указывая на невозможность признания актов судебных органов источниками права .

Противоречивое отношение к признанию судебной практики источником права выразилось в различном решении этого вопроса среди ученых в учебниках по уголовному процессу. Так, если Н.Ф. Гуценко признает разъяснения Пленума Верховного Суда РФ источниками права204, то
другие авторы не упоминают акты судебных органов в системе

См., напр.: Теория государства и права / Под ред. В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. М., 1997. С.374-375; Основы государства и права / Под ред. О.Е. Кутафина. М., 1998. С. 32. 204 См.: Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1997. С. 42.

140

источников уголовно-процессуального права, признавая, однако, их важное значение для применения законов205.

Следует отметить, что современная судебная практика начала отражать и реализовывать гуманистические, справедливые, подлинно правовые начала. В связи с этим отпали теоретические предпосылки для непризнания ее источником права. Отход от нормативизма как единственного правопонимания дает теоретическую возможность признать судебную практику источником права. Такое явление в российской правовой науке А.В. Цихоцкий называет феноменом «резкого
сдвига в знаниях о

-у Of.

государственно-правовых явлениях» .

Среди сторонников признания судебной практики источником права всегда существовали споры о том, что же является формой выражения результатов судебного нормотворчества.

Еще в советский период велись дискуссии по данному поводу. Так, С.Ф. Кечекьян отмечал, что «руководящие указания Пленума Верховного Суда СССР, производимое ими обобщение судебной практики восполняет наше действующее законодательство. В этом смысле судебная практика

207

играет роль источника права в советском государстве» . Аналогичная точка

“7ПЙ

зрения была высказана и A.M. Лариным .

В то же время некоторые авторы считали, что нормы права, созданные судом, содержатся не только в постановлениях Пленума Верховного Суда СССР, но и в отдельных судебных решениях.

См.: Уголовно-процессуальное право / Под ред. П.А. Лупинской. М., 1998. С.25; Уголовный процесс / Под ред. А.С. Кобликова. М., 1995. С. 21-22; Уголовный процесс / Под ред. В.Н. Галузо. М, 1998. С. 38- 40.

Цихоцкий А.В. Судебное нормотворчество: научная дилемма о компетенции суда в современных условиях // Вестник международной Академии бизнеса и банковского дела. Серия «Юриспруденция». 1998. № 1. С. 3.

Кечекьян С.Ф. О понятии источника права // Ученые записки МГУ, Вып. 116. М. 1946, С. 19.

См.: Ларин A.M. Уголовный процесс: структура права и структура законодательства. М., 1985. С. 121.

141

Сторонником подобной позиции был СИ. Вильнянский, который говорил о судебной практике как источнике права, но понимал под нею не только постановления Пленума Верховного Суда СССР, но и его решения, а также решения других судов по отдельным делам. При этом он утверждал, что нормы права создает только «множественный прецедент» - совокупность накопленных судебных решений по одному вопросу . Аналогичные взгляды высказывали и некоторые другие ученые . Однако, идеи множественного или единичного прецедента не получили широкой поддержки в советской науке.

В настоящее время также дискутируется вопрос о том, в какой форме находят свое выражение созданные судом нормы. Ряд ученых считает, что можно говорить о таком источнике права, как постановления Пленума Верховного Суда РФ . При этом одни их называют нормативно- правовыми актами212, другие - судебным прецедентом213, третьи считают, что они являются как бы переходной гранью между подзаконными актами и судебными прецедентами .

В частности, В.В. Лазарев отмечает, что источниками права являются не только постановления Пленума Верховного Суда РФ, который с их

См.: Вильнянский СИ. Значение судебной практики в гражданском праве // Ученые труды ВИЮН. Вып. IX. М, 1947. С. 245,250.

См., напр.: Каминская В.И. Роль Верховного Суда СССР в развитии советского социалистического права (в порядке обсуждения) // Сов. гос-во и право. 1948. № 6. С. 44; Венгеров А.Б. О прецеденте толкования правовой нормы // Ученые записки ВНИИСЗ. Вып. 6. М., 1966. С 3-6. 211 См., напр.: Лившиц Р.З. Теория права. М., 1994. С. ПО; Иванов СА. Трудовое право переходного периода: новые источники // Гос-во и право. 1996. № 11. С 43-52; Венгеров А.Б. Теория государства и права. Том II. М., 1996. С. 134.

9 19

См., напр.: Хропанюк В.Н. Теория государства и права / Под ред. В.Г. Стрекозова. М., 1995. С 242-246.

91^

См., напр.: Бедняков Д.И. Некоторые аспекты судебно-правовой деятельности в РСФСР // Сов. гос-во и право. 1992. №1. С.30; Демидов В. О роли и значении постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации // Бюл. Верх. Суда РФ. 1998. № 3. С.21-24. 14 См., напр.: Богдановская И.Ю. Прецедентное право. М., 1993. С.5-14.

142

помощью в процессе обобщения практики нижестоящих судов устраняет несовершенство нормативного акта, но и судебные решения по отдельным делам. Таким образом, он признает наличие в нашей стране судебного прецедента, поскольку считает, что действие актов казуального толкования не исчерпывается одним случаем, так как дать толкование правовой нормы, подходящее только к этому случаю, невозможно и незаконно215.

Идея осуществления в России судебного правотворчества не только в форме постановлений Пленума Верховного Суда РФ, но и судебных решений

9 1 f\

по отдельным делам поддерживается также и рядом других ученых Например, С.С. Алексеев утверждает: «Опыт развитых демократических стран, причем не только англо-американской группы, свидетельствует, что высокий уровень правового развития достигается в обществе тогда, когда суд, опираясь на Конституцию, закон, общепризнанные права человека, творит право. Поэтому придание решениям всех судебных инстанций страны функций судебного прецедента представляется делом назревшим, вполне оправданным» ‘ .

В настоящее время отмечается, что судебный прецедент заслуживает «внимательного и свободного от принудительного влияния господствующей

См.: Общая теория права и государства / Под ред. В.В. Лазарева. М., 1994.-С. 131-132.

См., напр.: Наумов А.В. Судебный прецедент как источник уголовного права // Рос.юстиция. 1994. № 1. С.8-11; Наумов А.В. О судебном прецеденте как источнике уголовного права // Современные тенденции развития уголовной политики и уголовного законодательства. М., 1994; Комаров С.А. Общая теория государства и права. М., 1996. С. 149; Теория государства и права / Под ред. Н.И. Матузова, А.В. Малъко. М., 1997. С. 332; Жуйков В.М. Статус суда, его полномочия, судебная система, виды судопроизводства как условия обеспечения права на судебную защиту // Судебная реформа: итоги, приоритеты, перспективы. М., 1997. С.42; Голомазова Л. Роль и значение судебных актов в становлении прецедентного права в России // Юрист. 2000 № 1.С. 1-4.

9 1 *7

Алексеев С. Другое право // Независимая газета. 1992. 3 сент.

143 государственной идеологии изучения…» . Наблюдается значительный перевес мнений в пользу признания в российской правовой системе источником права судебного прецедента не только в теории государства и права, но и в отраслевых науках, в том числе и в уголовно- процессуальном праве.

Некоторые авторы стараются не смешивать такие понятия как «судебный прецедент» и «судебная практика». Так, например, Л.И. Спиридонов, перечисляя источники права, отдельно выделяет судебную практику и судебный прецедент , давая понять, что это близкие, но различные понятия. В.М. Жуйков подразумевает под судебной практикой разъяснения Пленума Верховного Суда СССР и Пленума Верховного Суда РСФСР, а под судебным прецедентом - конкретные решения Верховного Суда СССР и Верховного Суда РСФСР . Загайнова С.Н. предлагает рассматривать судебную практику в широком и узком смысле. К судебной практике в широком смысле она относит разъяснения, даваемые Верховными судами, а в узком смысле - решения всех нижестоящих судов221.

Отдельные ученые, признавая позитивное значение судебного правотворчества, достаточно осторожны в своих оценках возможности его существования в России. Ими высказаны пожелания о наделении судебной власти правотворческими функциями в будущем, когда будет достигнута ее истинная независимость и соответствующим образом развито правосознание

-222

судей .

Гурова Т.В. Источники российского права. Автореф. дис… канд.юрид.наук. Саратов, 1998. С. 7.

9 1 Q

См.: Спиридонов Л.И. Теория государства и права. СПб., 1995. С. 143 См.: Жуйков В.М. К вопросу о судебной практике как источнике права //

Судебная практика как источник права. М., 1985. С. 16.

См.: Загайнова С. Н. Судебный прецедент: историко-правовой аспект.

Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1998. С. 3.

222 См., напр.: Лившиц Р.З. Теория права. М., 1994. С 10; Основы государства

и права. Ростов на Дону, 1995. С. 159; Теория государства и права / Под ред.

В.М. Корельского, В.Д. Перевалова. М., 1997. С.288.

144 Мы считаем, что в настоящее время можно говорить о двух таких различных источниках права, как постановления Пленума Верховного Суда РФ и судебный прецедент. При этом необходимо отметить, что противопоставление правовой природы постановлений Пленума и решений Верховного Суда по отдельным делам, существовавшее в науке, вряд ли оправдано. Они различаются по форме выражения правовых предписаний, но не по их существу. В основе постановлений Пленума в большей части лежат решения Верховного Суда РФ по конкретным вопросам, возникавшим на практике. Пленум осуществляет обобщение последних для выявления закономерностей в допускаемых на практике ошибках. Поэтому способ изложения в постановлениях Пленума правовых позиций Верховного Суда по отдельным делам не имеет казуального характера, постановления заранее направлены на регулирование неопределенного круга общественных отношений, носят общий характер и не могут иметь силы судебного прецедента. Касаясь разъяснений Пленума Верховного Суда по вопросам судебной практики, Р.З.Лифшиц справедливо отмечал, что их авторитет очень велик, они безоговорочно принимаются судами. Каждое из разъяснений состоит из конкретных правовых норм, носит не персонифицированный характер и подлежит всеобщему применению в силу закона . Об обязательности решений Пленума Верховного Суда по вопросам судебной практики заявляют и другие авторы224

На основании Закона о судоустройстве Верховный Суд РФ изучает и обобщает судебную практику, анализирует судебную статистику и дает руководящие разъяснения судам по вопросам применения законодательства, возникающим при рассмотрении судебных дел. Руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда обязательны
для судов, других органов и

223 См.: Лифшиц Р.З. Судебная практика как источник права. М., 1997. С.9.

224 См., напр.: Уголовный закон и преступление. Иваново, 1997. С.32; Демидов В.В. О роли и значении постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. № 3. С.22.

145 должностных лиц, применяющих закон, по котором дано разъяснение (ст.56). Подобного рода разъяснения оформляются актами, именуемыми постановлениями, и публикуются в «Бюллетене Верховного Суда РФ». Обязательность и общеизвестность постановлений Пленума Верховного Суда важны именно как гарантия реализации судами законодательных норм.

В то же время следует отметить то обстоятельство, что ни Конституция, ни Федеральный конституционный закон «О судебной системе Российской Федерации» не содержат положений об общеобязательности разъяснений Пленума Верховного Суда. В настоящее время степень их обязательности определяется высоким авторитетом Верховного Суда, высокой квалификацией членов его Пленума, правильностью и обоснованностью даваемых разъяснений. Поэтому судебные и иные правоохранительные органы руководствуются разъяснениями и указаниями Верховного Суда, содержащимися в постановлениях его Пленума.

О роли постановлений Пленума Верховного Суда красноречиво свидетельствуют результаты проведенного нами опроса судей, подавляющее большинство которых в категоричной форме заявили о необходимости обязательного выполнения содержащихся в них разъяснений в правоприменительной практике (96 %).

В то же время, законодательная неопределенность относительно общеобязательности разъяснений Пленума Верховного Суда привела к появлению в юридической литературе точки зрения, согласно которой указанные постановления носят рекомендательный характер, поскольку противоположное положение вступает в противоречие с конституционным принципом независимости судей и подчинения их только Конституции

Мы не согласны с подобными взглядами по основаниям, указанным нами
выше на страницах работы и считаем, что для усиления

См., напр.: Демидов И. О реформировании Верховного Суда России // Законность. 1994. № 9. С. 29-30; Рарог А.И. Правовое значение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ // Гос-во и право. 2001. № 2. С. 53.

146

правотворческой функции судейских органов было бы целесообразным законодательно придать решениям Пленума Верховного Суда общеобязательное значение.

Некоторые авторы полагают, что решения Верховного Суда по конкретным делам нельзя признавать судебными прецедентами, так как они

99 f\

персонифицированы и относятся только к определенной ситуации

По этому вопросу мы придерживаемся противоположной точки зрения, так как считаем, что для уяснения смысла уголовно-процессуальных норм особое значение имеют решения Верховного Суда РФ именно по конкретным делам. Форма выражения содержащихся в них предписаний имеет казуальный характер, поэтому решения Верховного Суда по конкретным делам следует отнести к такому виду источников права, как судебный прецедент.

Необходимо отметить, что закрепление в уголовно-процессуальном законе данного института не является необходимым условием признания решения суда источником права и не может служить безусловным критерием его функционирования в определенной правовой системе. Показательно, что указанный принцип не выражен в позитивном праве стран англосаксонской правовой системы, что, впрочем не служит препятствием к признанию в них

997

судебного прецедента одним из основных источников права .

Решения Верховного Суда по конкретным делам систематически публикуются для всеобщего сведения в «Бюллетене Верховного Суда РФ», становятся образцом разрешения правовых вопросов, на который ориентируются другие судьи, предопределяя, таким образом, направление всей судебной практики. Поэтому они играют более важную роль по сравнению с решениями других судов. Одним из показателей значимости

99Л

См.: Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис.канд.юрид.наук. СПб., 1999. С.139.

997

См., напр.: Кросс Р. Прецедент в английском праве. М., 1985. С. 158; Максимов А.А. Прецедент как один из источников английского права // Государство и право. 1995. № 2. С. 102.

147 решений Верховного Суда является их регулярное опубликование в сборниках, обобщающих его судебную практику по отдельным категориям дел, кассационную или надзорную практику за определенный период по уголовным делам. В них решения группируются по разделам согласно структуре законодательства с выделением сути правовой позиции, занятой Верховным Судом по конкретному уголовному делу. Таким образом, официальные издания подобного рода призваны ориентировать правоприменителей на следование решениям Верховного Суда при разрешении аналогичных вопросов, возникающих при производстве по делу228.

Все это свидетельствует о том, что решения Верховного Суда по конкретным уголовным делам способны влиять на формирование уголовно-процессуальных правоотношений и поведение участников судопроизводства.

Необходимо отметить, что в нашей стране силой прецедента обладают решения только одной судебной инстанции - Верховного Суда. Приговоры нижестоящих судов могут быть признаны таковыми постольку, поскольку они апробированы в порядке надзора Верховным Судом и опубликованы в его «Бюллетене Верховного Суда РФ». Решения Верховного Суда по конкретным делам являются скорее убеждающим прецедентом, чем обязательным: судьи формально не связаны ранее принятым Верховным Судом решением по аналогичному вопросу. Особенность российского прецедента не только в аргументированности, но и в авторитете создавшего его суда, в возможности отмены противоречащего ему решения вышестоящими судебными инстанциями, вплоть до самого Верховного Суда

См., например: Сборник постановлений Пленума и определений коллегии Верховного Суда СССР по уголовным делам: 1959-1971 г.г. М., 1973; Вопросы уголовного права и процесса в практике Верховных Судов СССР и РСФСР (1938-1978 г.г.) М, 1980; Сборник постановлений Президиума и определений судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (1974-1979г.г.). М., 1981; Сборник постановлений Пленума и определений коллегии Верховного Суда СССР по уголовным делам: 1971-1979 г.г. М., 1981.

148

РФ. Осуществляя это правомочие, Верховный Суд координирует деятельность нижестоящих судов, тем самым фактически придавая своему решению обязательную силу. В связи с этим судья, прежде чем вынести решение по делу, идущее вразрез с позицией Верховного Суда по определенному вопросу, должен взвесить степень вероятности его отмены, что определяет, в конечном итоге, выбор им варианта принимаемого решения.

Значимость решений Верховного Суда подтверждает и правоприменительная практика. Большинство опрошенных нами судей руководствуется ими при принятии решений по конкретным уголовным делам (94 %).

Мы придерживаемся мнения, ранее уже высказываемого отдельными авторами, о необходимости законодательного закрепления права судей ссылаться в обоснование своих выводов на решения Верховного Суда РФ по конкретным делам, опубликованные в «Бюллетене Верховного Суда РФ», в которых решены вопросы применения и (или) толкования норм права . Данная мера, на наш взгляд, сможет повысить аргументированность, мотивировку решений судов общей юрисдикции, а также оценку с точки зрения их обоснованности.

Переходя от исследования форм судебного правотворчества к вопросу о его содержании, следует прежде всего выделить в нем два основных его вида. В зависимости от отношения к закону судебное правотворчество может быть первичным и вторичным. Первичным является правотворчество, которое корректирует и исправляет действующую систему законодательных норм. Вторичное судебное нормотворчество уточняет и развивает его положения.

По цели своей деятельности судебное правотворчество может быть подразделено на исправительное, восполнительное и интерпретирующее.

Федосеев А., Портнов В. И у третьей власти сила велика. // Российская газета. -1998.-16 декабря.

149

Исполнительным признается судебное правотворчество, направленное на изменение содержания закона в случае его противоречия источникам права более высокой юридической силы. Восполнительное - это правотворчество, призванное восполнять пробелы в правовом регулировании. И, наконец, правотворчество, устанавливающее определенное содержание закона, разъясняющее его положения, называется интерпретитующим.

Для любого вида судебного правотворчества характерен следующий набор способов создания правовых норм: толкование, конкретизация, аналогия и корректировка уголовно-процессуального закона.

Долгое время одним из основных в правовой теории страны являлось положение о том, что толкователь не вносит ничего нового в интерпретируемую им норму, а лишь уясняет ее действительный смысл и

9Ю ь

содержание . Под толкованием в советской литературе обычно понимали «выявление воли законодателя, выраженной в правовой норме … для правильного ее применения»231, «деятельность по установлению содержания правового акта для его практической реализации» , «уяснение содержания правовой нормы … истолкование другим лицам содержания правовой нормы, доведение интерпретации до сведения других лиц (органов)» .

Необходимо отметить, что во всем мире судебное толкование законов играет исключительно важную роль в правоприменительной практике. С помощью толкования устраняются неясность в законе, его двусмысленность, и выявляется его настоящий смысл. В современных условиях, когда законы нередко оказываются некачественными, когда их техническая подготовка оставляет желать лучшего, предоставление Верховному Суду РФ права

См., напр.: Элькинд П.С. Толкование и применение норм уголовно- процессуального права. М., 1967. С. 57; Теория государства и права / Под ред. Н.Г.Александрова. М., 1974. С. 551; Невская Н.В. Судебная практика и ее значение для укрепления законности в деятельности следователей. М., 1983. Сб.

Энциклопедический словарь правовых знаний. М., 1965. С. 464.

232 Алексеев С.С. Общая теория права. М, 1982. Т.2. С. 290.

233 Теория государства и права / Под ред. Н.Г. Александрова. М., 1974. С. 551.

150 толкования законов оправдано и необходимо. Как отмечает С.А. Иванов, «в теоретическом плане оно способствовало бы устранению неясностей в вопросе об источниках права, ибо он тесно связан с вопросом о толковании и во многом зависит от него» 4. Даже противники признания за судами правотворческих функций считают, что право толкования законов должно быть присуще судам, но при условии, что оно получит законодательное закрепление .

В настоящее время позиция о том, что толкование правовой нормы всегда несет в себе элемент нового понимания действующего законодательства 3 , находит все больше сторонников. В частности, по мнению В.А.Туманова, в ходе элементарного толкования норма не остается в первозданном виде, а может быть существенно модифицирована .

Следовательно, не любое толкование устанавливает новую правовую норму, а только то, которое привносит в понимание нормы закона новый элемент. Подобными видами толкования могут быть расширительное, ограничительное или альтернативное толкование.

Примером расширительного толкования, изменившего буквальный смысл закона, является трактовка Верховным Судом положений ст. 54 УПК РСФСР, предусмотрев возможность предъявления гражданского иска при наличии морального вреда

Иванов С.А. Судебные постановления как источник трудового права // Судебная практика как источник права. М., 1985. С. 28.

См.: Петрухин И.Л. Правовое государство и правосудие // Сов. гос-во и право. 1991.№ i.e. 26.

См.: Вопленко Н.Н. Официальное толкование норм права. М., 1976. С. 13-14.

Конституционный Суд РФ. // Гос-во и право. 1995. № 9. С. 6-7.

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ №10 от 20 декабря 1994г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по гражданским делам. М, 1995. С.369-373; Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 29 апреля 1996г. «О судебном приговоре» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 7. С.2-8.

151

Ограниченное толкование усматривается в трактовке Верховным

Судом ч.1 ст. 325 УПК РСФСР по делу Вихрева, где было установлено

правило о том, что лицо имеет право обжаловать приговор только в той

~ 239

части, в которой оно признано потерпевшим от преступления .

В качестве примера альтернативного толкования можно привести трактовку п. 4 ст.53 УПК РСФСР Верховным Судом, который пришел к выводу о том, что по делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть потерпевшего, один из близких родственников
признается

240

потерпевшим

Под конкретизацией судебного нормотворчества следует понимать приведение абстрактного содержания юридической нормы на более конкретный уровень посредством операции ограничения понятий241. В зависимости от предмета конкретизации можно выделить несколько ее видов: конкретизация оценочных понятий, конкретизация открытых перечней, конкретизация терминов.

В качестве примера деятельности Верховного Суда, результатом которой явилось создание норм, конкретизирующих оценочные положения уголовно-процессуального закона, можно привести уточнение термина «существенное нарушение уголовно-процессуального закона»242.

^ См.: Бюллетень ВС РСФСР. 1979. №11. С.4.

240 См.: Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 16 от 1 ноября 1985г. «О практике применения законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995. С.298.

См.: Белкин А.А. К соотношению Конституции и государственно- правовых актов (производное нормотворчество) // Правоведение. 1985. №5. С.З.

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ №84 от 8 декабря 1999г. «О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел на дополнительное расследование» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. №.2. С.З.

152

Следует отметить, что конкретизация осуществляется Верховным

Судом и при разрешении конкретных дел на практике. Иллюстрацией этому

243

являются конкретизация понятии «длительный срок» ,
«уважительная

244

причина» .

Другим видом конкретизации является разъяснение открытых перечней. Изучение практики Верховного Суда показывает, что он в процессе своей деятельности постепенно дополняет такие перечни. В частности, Пленум Верховного Суда СССР в своем постановлении уточнил основания вынесения частных определений, указав, что суд вправе реагировать ими на действия участников процесса или других лиц, свидетельствующие о неуважении к суду, нарушение порядка в судебном заседании, неявку в суд без уважительной причины245. По поводу другого «открытого перечня» Пленум Верховного Суда указал, что под «иными расходами» следует понимать расходы органов дознания, следствия и суда, непосредственно связанные с собиранием и исследованием доказательств и не перечисленные в п. 1,2,3 ст. 105 УПК РСФСР246.

Последним видом конкретизации уголовно-процессуального закона, осуществляемой Верховным Судом является разъяснение специальной юридической терминологии. Примерами такой конкретизации
может

См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1993. №2. С.13; Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. №2. C.I 1.

244 См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1983. № 7. С.9-10; Бюллетень Верховного Суда РФ. 1990. №5. С.8-9.

245 Постановление Пленума Верховного Суда СССР №11 от 29 сентября 1988г. «О практике вынесения судами частных определений (постановлений)» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М.:, 1995. С. 337.

246 Постановление Пленума Верховного Суда РСФСР № 8 от 26.09.1973 г. «О судебной практике по применению законодательства о взыскании судебных издержек по уголовным делам». Там же. С. 416.

153 послужить трактовка таких понятий, как «доказательства, полученные с

247 - 248

нарушением закона» , «моральный вред» и многих других.

Следующим способом создания судом правовых норм является аналогия. Длительное время вопрос о возможности применения аналогии в уголовно-процессуальном праве не был решен однозначно. Господствовала точка зрения о том, что применение аналогии в уголовно- процессуальном праве недопустимо 49.

Современная практика работы судов позволяет не согласиться с этим мнением. В частности, Конституционный Суд в своих решениях неоднократно указывал судам общей юрисдикции на необходимость при исполнении его постановлений, затрагивающих сферу уголовного судопроизводства, прибегать к аналогии . В юридической литературе отмечается, что правотворческая деятельность судов общей юрисдикции связана с принятием решения по аналогии251

Примером использования аналогии в уголовно-процессуальном праве служит ответ Пленума Верховного Суда на вопрос: как должен действовать

247 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31.10.1995г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуществлении правосудия» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 1. Сб.

248 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20.12.1994г. «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по гражданским делам. М , 1995. С. 370.

249 См., напр.: Элькинд П.С. К вопросу об аналогии закона в уголовном судопроизводстве // Актуальные проблемы укрепления законности и правопорядка. Куйбышев, 1982. С.76-77; Комментарий к уголовно- процессуальному кодексу РСФСР / Под ред. В.Т. Томина. М., 1999.C.I 5.

См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 28.11.1996г. по делу о проверке конституционности ст. 418 УПК РСФСР // Рос. газета. 1996. 6 дек.; Постановление Конституционного Суда РФ от 2.07.1998г. по делу о проверке конституционности отдельных положений ст. 331 и 464 УПК РСФСР. //Рос.газета. 1998. 14 июля.

См.: Смирнов Л.В. Деятельность судов Российской Федерации как источник права // Журнал рос. права. 2001. № 3. С. 53.

154 суд, если на стадии назначения судебного заседания поступает ходатайство о принятии судом решения о возвращении уголовного дела на дополнительное расследование? Восполняя возникший в законе пробел, Пленум Верховного Суда в своем постановлении указал на необходимость в таких случаях руководствоваться правилами, регламентирующими производство суде присяжных, а именно - ст. 432 УПК РСФСР. Тем самым было установлено, что суд должен назначить и провести судебное заседание с участием сторон и вынести соответствующее решение252. В указанной ситуации имела место аналогия закона - пробел в регулировании уголовно-процессуальных отношений был восполнен на основе норм уголовно - процессуального законодательства.

Последним способом судебного правотворчества, осуществляемого судами общей юрисдикции, является корректировка, под которой понимается изменение действующих норм закона, осуществляемое в целях приведения его положений в соответствие с конституционными и международными нормами. В судебном правотворчестве, корректирующем уголовно-процессуальный закон, можно выделить следующие две корректировки: изменение действующих норм закона и установление дополнительных к закону требований.

Изменение действующих норм закона предполагает полную или частичную замену его положений другими, созданными судом. Правоприменительная практика уже знает немало примеров судебного правотворчества такого рода. Среди них: закрепление права лиц, обвиняющихся в совершении преступлений, указанных в ч. 2 ст. 96 УПК

См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 84 от 8 декабря 1999г. «О практике применения судами законодательства, регламентирующего направление уголовных дел для дополнительного расследования» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. №2. С.2.

155

253

РСФСР, на обжалование заключения под стражу в суд ; закрепление права лиц, обвиняемых в совершении особо тяжкого преступления, за которое предусмотрено наказание в виде смертной казни, на рассмотрение дела

254

судом присяжных, независимо от возражении со стороны других лиц и др.

Другим способом корректировки является установление дополнительных к закону требований. Он применяется в том случае, когда законодатель не предусмотрел возможность существования определенных уголовно- процессуальных отношений. В данном случае суд создает норму, порождающую эти правоотношения. Примером такого рода корректировки является решение Пленума Верховного Суда об установлении правила, согласно которому лицо, задержанное по подозрению в совершении преступления в порядке ст. 122 УПК РСФСР, получило право обжаловать законность и обоснованность задержания в судебном порядке по правилам ст. 220(1) УПК РСФСР255.

Проведенное нами исследование позволяет сделать вывод о том, что Верховный Суд играет важную роль в регулировании уголовно- процессуальных отношений. Он вырабатывает предписания общего характера, содержащиеся в постановлениях его Пленума,
рассматривает

Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 27 апреля 1993г. «О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. С.557.

54 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 9 от 20.12.1994г. «О некоторых вопросах применения судами уголовно-процессуальных норм, регламентирующих производство в суде присяжных» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. С. 571.

255

Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 29 сентября 1994г. «О выполнении судами Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 апреля 1993г. №3 «О практике судебной проверки законности и обоснованности ареста или продления срока содержания под стражей» // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. С. 555.

156 конкретные правовые споры, в процессе которых формулирует правовые позиции, публикуемые для всеобщего сведения и становящиеся образцом разрешения аналогичных ситуаций для нижестоящих судебных инстанций.

Особенности полномочий и компетенции судов обуславливают их возможности наиболее объективно и в короткий срок выявлять пробелы, коллизии действующего уголовно-процессуального законодательства. Судьи могут быстро и эффективно принимать решения, восстанавливающие справедливость. Придание судебным органам правотворческой функции способно обеспечивать «самонастройку» уголовно-процессуального права, его качественное совершенствование и избавление от выявленных дефектов.

Признание правотворческой функции судов в качестве источника уголовно-процессуального права отвечает существующим тенденциям его развития, будет способствовать обеспечению основных прав и свобод человека и гражданина.

4.3. Подзаконные акты как источники уголовно-процессуального права

Общественные отношения, возникающие в уголовном судопроизводстве, регулируются подзаконными актами, имеющими как нормативный, так и ненормативный характер. Ненормативные подзаконные акты не будут предметом нашего исследования, так как они представляют собой персонифицированные акты, в связи с чем не могут быть отнесены к источникам уголовно-процессуального права.

Вопрос об отраслевой принадлежности тех или иных нормативных актов как источников права решается в зависимости от характера регламентируемых ими отношений. Источниками уголовно- процессуального права могут быть признаны лишь нормативные акты, определяющие порядок производства, то есть порядок принятия
процессуальных решений и

157 совершения процессуальных действий по уголовным делам. СВ. Поленина высказывает мнение, что в данном отношении уголовно-процессуальное право
принципиально отличается от гражданского процессуального,

256

источниками которого наряду с законами служат и подзаконные акты Однако обе отрасли права находятся в ведении Российской Федерации (ст. 71 Конституции РФ), в связи с чем вряд ли имеют принципиальные различия. Следует отметить, что
вопрос о подзаконных актах как источниках уголовно-процессуального права
возник не впервые. Так, еще

лет

И.Я.Фойницкий указывал на существование данных источников .

В теории права выделяют специфические черты, присущие подзаконным нормативным актам: они издаются на основе и во исполнение законов; принимаются органами или должностными лицами исполнительной власти; регулируют общественные отношения, которые нуждаются в правовом опосредовании, а также развивают, конкретизируют, детализируют законы; по своей юридической силе уступают законам, подчинены им, отменяются, перестают действовать при их противоречии или несоответствии законам; принимаются как коллективно, так и индивидуально уполномоченными должностными лицами исполнительной государственной власти в менее строгом и детализированном порядке, чем законы; рассчитаны на всех участников правоотношений или ограниченную их часть; действуют постоянно и непрерывно; применяются многократно при регулировании соответствующих общественных отношений .

Роль подзаконных актов определяется тем, что: во-первых, они регламентируют значительную часть отношений, неурегулированных законом; во-вторых, они детализируют и конкретизируют законоположения, которые носят наиболее общий характер. Эти обстоятельства обусловливают существование подзаконных актов. В результате их принятия образуется

?

Поле нина СВ. Указ. соч. С 45

Фойн ицки й И.Я. Курс уголо вного судоп роизв одств а. T.I. СПб., 1996. С. 51

Кери мов Д.А. Указ. соч. С 28- 29

158

множество правоустановлений, упорядоченность которых достигается тем, что они соответствуют закону, издаются на его основе и в его исполнение. Как законы не должны противоречить Конституции РФ, так и подзаконные акты не должны противоречить законам и, следовательно, Конституции РФ. В теории государства и права подзаконные
нормативные акты

259 /-ч

считаются источниками права . Однако в отраслевых науках такого мнения придерживаются далеко не многие авторы. В частности, при описании источников уголовно-процессуального права большинство авторов даже не упоминают о них не только в смысле причисления их к источникам, но и в плане обзора. Тем не менее, ряд авторов, отрицают подзаконные нормативные акты в значении источников уголовно- процессуального права в связи с тем, что органы, от которых они исходят, не вправе создавать новых норм уголовно-процессуального права. В то же время они признавали, что их точное и неуклонное соблюдение имеет большое значение . Другие авторы считают, что они являются источниками уголовно-процессуального права261. В некоторых учебниках упоминается, что «источником права могут быть Указы и распоряжения Президента Российской Федерации» со ссылкой на ст. 90 Конституции РФ262. На монографическом уровне некоторые подзаконные нормативные акты, регулирующие уголовно-процессуальные отношения, были рассмотрены A.M. Лариным. Автор выявил в некоторых из них нормы, противоречащие уголовно-процессуальному закону, которые продолжают применяться в уголовно-процессуальной деятельности, не нарушая его общих положений. Однако он так и не конкретизировал, можно ли эти акты считать источниками уголовно-процессуального права
.

259 Спиридонов Л.И. Указ. соч. С. 145

Элькинд П.С. Сущность советского уголовно-процессуального права. С.

117

Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. С. 44-47 Уголовно- процессуальное право / Под ред. П.А. Лупинской. С. 19

263 Ларин А.М. Указ. соч. С. 93-100

159

К подзаконным нормативным актам, которые могут регулировать или регулируют уголовно-процессуальные отношения относятся следующие: Указы Президента РФ, постановления, распоряжения правительства РФ, указания, приказы Генерального прокурора, совместные указания министерств и ведомств.

Проблема подзаконных актов как источников уголовно-процессуального права включает два относительно самостоятельных вопроса:

1 )можно ли данные подзаконные акты отнести к источникам уголовно- процессуального права;

2) существует ли в них реальная необходимость для урегулирования уголовно- процессуальных отношений. Выяснение этих вопросов требует конкретного анализа подзаконных актов, относящихся к производству по уголовным делам.

Исследование подзаконных актов, имеющих отношение к уголовному процессу мы начнем с нормативно-правовых актов, издаваемых от имени Президента РФ. В правотворческой деятельности такими нормативно- правовыми актами являются его Указы.

Для российского правотворчества Указы Президента являются довольно новым видом нормативных правовых актов, появившихся с введением поста Президента РФ. Правотворческая деятельность Президента РФ по изданию Указов основывается на нормах ст. 90 Конституции РФ, согласно которой Президенту РФ предоставлено право на издание этих актов. При этом была определена юридическая сила этих актов. Они «обязательны на всей территории Российской Федерации», «не должны противоречить Конституции Российской Федерации и федеральным законам». За время осуществления такой правотворческой деятельности в российской правовой науке появились разноречивые мнения по поводу необходимости, целесообразности и правовой оценки Указов. Причем мнения разделились по трем направлениям: 1) Указы
Президента

160

необходимы и целесообразны и законны, так как их издание вызвано тяжелым кризисным положением в стране, а законодатель не в состоянии быстро принимать необходимые для этого законы; 2) Издание Указов Президентом, в целом, не противоречит правовой системе в стране, главное чтобы они не противоречили Конституции и Федеральным законам и по юридической силе должны рассматриваться как подзаконные акты; 3) Указы Президента незаконны, так как он не должен вторгаться в компетенцию законодательной власти264. Большинство авторов сошлось во мнении, что Указы Президента являются подзаконными актами и медлительность законодателя не может служить оправданием для вторжения Президента в его прерогативы, так как это противоречит функции разделения властей. «Акты Президента могут уточнять, детализировать, развивать положения закона (т.е. содержать в себе лишь вторичные нормы права)»266. Действительно, Указы Президента РФ должны носить подзаконный характер, так как принимаются они им единолично. А.В. Мазуров подчеркивает следующие негативные черты издания указов: недостаточная юридическая проработанность некоторых из них; издание указов, опережающих принятие

Деревнин А.А., Петрушев В.А. Указы Президента Российской Федерации в системе нормативных правовых актов Российской Федерации // Проблемы правотворчества и совершенствования законодательства. Иркутск, 1996. С. 23-33.

265 Алексеев С.С. Государство и право. Начальный курс. М. 1994. С. 113; Поленина СВ. Новое в системе законодательства Российской Федерации // Государство и право. 1994. № 12. С. 28; Деревнин А.А., Петрушев В.А. Указ. соч. С.33, О соотношении закона и указа президента Российской Федерации // Вестник международной академии бизнеса. Тольятти. 1996. № 4. С. 16; Дымченко В. И. Шеховцев В.А. Конституция России: проблемы законодательства // Проблемы российского законодательства. Владивосток, 1997. С. 4; Еникеев З.Д. Воплощение справедливости в законах -правотворческая мысль // Вестник Удмуртского Университета. Ижевск, 1997. № 1.С. 54; Мазуров А.В. Указы Президента Российской Федерации как источник права: проблемы теории и практики. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук.М., 1999. С. 11,12

Деревнин А.А., Петрушев В.А. Указы Президента Российской Федерации в системе нормативных правовых актов Российской Федерации. С. 17.

161 законов; нестабильность указного законотворчества . Однако, главным аргументом в пользу определения подзаконности Указов Президента является то, что в Конституции РФ дважды указано на их подзаконность:

1) что Президент определяет основания направления внешней и внутренней политики государства «в соответствии с Конституцией РФ и федеральными законами» (ч. 3 ст. 80); 2) Указы и распоряжения Президента РФ не должны противоречить Конституции и Федеральным законам» (ч. 3 ст. 90). Кроме того, Конституционный Суд РФ в связи с запросом Государственной Думы установил, что «издание Президентом Российской Федерации указов, восполняющих пробелы в правовом регулировании по вопросам, требующим законодательного решения, при условии, что такие указы не противоречат Конституции Российской Федерации и федеральным законам, а их действия во времени ограничиваются периодом до принятия соответствующих законодательных актов, не противоречит Конституции Российской Федерации» . Сам Президент придерживается примерно такого

269

же мнения

В литературе отмечается, что «главной особенностью указов как источников норм права является их преимущественно многоотраслевой характер» и «нормы практически всех отраслей права имеют своим источником указы Президента Российской Федерации» . В
некоторых

20/ Мазуров А.В. Указ. соч. С. 12

Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 30 апреля 1996 г. № 11-П // СЗ РФ. 1996. № 19. Ст. 2320

Он определяет свою позицию следующим образом: «Пока не соблюдаются определенные предыдущими посланиями законодательные приоритеты, не упорядочен законотворческий процесс, медленно заполняются важнейшие правовые пробелы, нормотворчество с помощью указов Президента будет продолжено по тем вопросам, которые не урегулированы еще действующим законодательством. Разумеется, нормы этих указов будут соответствовать Конституции, а срок действия ограничивается принятием соответствующих новых законов». Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию «Россия за которую мы в ответе». М., 1996. С. 49 270 Мазуров А.В. Указ. соч. С. 17

162 отраслях, имеющих экономико-хозяйственную направленность, указы Президента даже являются в настоящее время доминирующими источниками права, что не соответствует принципам правового государства271.

Установление места Указов Президента РФ в ряду нормативно-правовых актов дает возможность перейти к рассмотрению вопросов регулирования ими уголовно-процессуальных отношений. Отметим, что Указы Президента РФ - редкое явление в сфере регулирования уголовно- процессуальных отношений. Самым дискуссионным из них являлся Указ «О неотложных мерах по защите населения от бандитизма и иных проявлений

272 гт г

организованной преступности» . данный указ был
подвергнут

271

справедливой критике не только со стороны общества , но и со стороны законодательной власти274. Этим указом Президент нарушил нормы Конституции и уголовно-процессуального закона. В соответствии с указом допускалось задержание подозреваемых в совершении преступления на срок до 30 суток, разрешалось проведение экспертиз до возбуждения уголовного дела. Кроме того, данным указом Президент РФ не только нарушил законные права граждан, но вступил в противоречие с собственными документами. В своем послании Федеральному Собранию от 16 февраля 1995 года он указал: «Сейчас такое время, когда необходимы кардинальные, иногда жесткие и болезненные меры для обуздания преступности, для нормализации жизни в

Мазуров А.В. Указ. соч. С. 4

О72

Российская газета. 1994. 17 июня

271

Деревнин А.А., Петрушев В.А. Указы Президента Российской Федерации в системе нормативных правовых актов Российской Федерации. С. 31, Дымченко В.И. Шеховцев В.А. Указ. соч. С. 54; Еникеев З.Д. Указ соч. С. 54; Москвитина Т.А. Конституция Российской Федерации и некоторые вопросы совершенствования уголовно-процессуального законодательства // Российское законодательство: теория, практика, проблемы развития. Пермь, 1997. С. 3 и другие

В постановлении Государственной Думы от 22 июня 1994 года «О защите конституционных прав и свобод граждан при осуществлении мер по борьбе с преступностью» было указано, что конституционные права и свободы человека не могут быть ограничены подзаконными актами. Российская газета. 1994. 7 июля

163 стране. Но ни в коем случае мы не должны переступить грань, за которой

27S

нарушения прав человека становятся системой и образом жизни» . По нашему мнению, рассматриваемым указом «гарант Конституции Российской Федерации» (ст. 80) сам переступил эту «грань», в связи с чем указ был отменен как незаконный . По видимому, из-за подобной практики у работников правоохранительных органов сложилось негативное отношение к Указам Президента РФ. Больше половины опрошенных не относят их к источникам уголовно-процессуального права. В пользу признания их источниками высказались только 39,2 % опрошенных. В своей практической деятельности к ним обращаются еще меньше (34, 2 %).

Кроме рассмотренного указа, который содержал уголовно- процессуальные нормы. Президент издает указы в целях организационного регулирования уголовно-процессуальной деятельности. К ним можно отнести, например, Указ Президента РФ № 1680 от 14 декабря 1996 года «Об участии органов внутренних дел Российской Федерации в работе по обеспечению поступлений налогов и других обязательных платежей в бюджеты»277, Указ Президента РФ № 1422 от 23 ноября 1998 года «О мерах по совершенствованию организаций предварительного следствия в системе Министерства внутренних дел Российской Федерации, приведения структуры следственных
подразделений в соответствие с реалиями

278

сегодняшнего дня» и другие. Некоторые Указы Президента, не имеющие прямого отношения к уголовному судопроизводству, необходимы для его регулирования: Указ Президента РФ № 763 от 23 мая 1996 года «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов
исполнительной

Российская газета. 1995. 17 февраля

Указ Президента РФ от 14 июня 1997 г. № 593 «О признании утратившим силу некоторых актов Президента РФ» // СЗ РФ. 1997. № 25. Ст. 2898

277 СЗ РФ. 1996. №51. Ст. 5768

278 СЗ РФ. 1998. № 47. Ст. 4935

власти»279. Указ Президента РФ № 188 от 6 марта 1997 года
«Об

.280

„ , ion

утверждении перечня сведении конфиденциального характера»

Следовательно, Указы Президента могут регулировать уголовно- процессуальные отношения, если они не противоречат Конституции и законам. Р.Х. Якупов отмечает, что «следственная и судебная практика развивается по пути признания Указов президента РФ в качестве источников уголовно-процессуального права». Однако, учитывая их подзаконное положение, мы не можем согласиться с ним в том, что Указы Президента РФ занимают «такое же место в иерархии правовых установлений как федеральный закон - УПК РСФСР» . Придерживаясь мнения, что источником уголовно-процессуального права являются только законы, автор в то же время не может отрицать реальную необходимость Указов Президента, так как «в условиях становления правового государства, разгула преступности, чрезвычайной медлительности и неупорядоченности законотворческого процесса в стране» необходим «механизм, обеспечивающий оперативную корректировку федерального

законодательства» . По всей вероятности автор сначала причисляет Указы Президента РФ к законам, а вследствие этого и к источникам уголовно- процессуального права.

При решении вопросов, возникающих при производстве по уголовным делам, существенную роль играют другие подзаконные акты. Особое место среди них занимают акты Генеральной прокуратуры. Некоторые авторы относят прокурорскую деятельность к отдельному виду государственной

279 СЗ РФ. 1996. № 22. Ст. 2663 280СЗРФ. 1997. №10. Ст. 1127

281 Якупов Р.Х. Указ. соч. С. 45-46

282 Якупов Р.Х. Указ. соч. С. 45-46

165

власти и считают ее «четвертой властью» . С научной, а не публицистической точки зрения, в единой деятельности государства по осуществлению власти был бы значительный пробел без контроля за соблюдением законности, причем не только со стороны суда, но и прокуратуры. Без прокурорского надзора, как и любого другого государственного контроля, неизбежна легализация коррупции, взяточничества, нарушений прав личности, паралич органов расследования и т.д.

В соответствии со ст. 17 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» Генеральный прокурор РФ вправе издавать приказы, указания, распоряжения и инструкции, обязательные для исполнения всеми работниками прокуратуры, к которым относятся, как известно и прокуроры, поддерживающие государственное обвинение, приносящие апелляционные, кассационные и надзорные жалобы на судебные решения, дающие заключения в вышестоящих инстанциях, и следователи, расследующие уголовные дела.

Так, в целях обеспечения точного исполнения органами прокуратуры положений Уголовно-процессуального кодекса РФ и Федерального закона «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», а также организационного подхода органов прокуратуры к работе в новых условиях уголовного судопроизводства, в соответствии с п.1 с. 17 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации» Генеральный прокурор РФ 20.02.2002 г. издал и направил на места приказ

Бойков А.. Скуратов Ю., Сухарев А. Преступление и наказание // Российская газета. 1994. 19 января; Бровин Г. Восстановить и развить идеи В.И. Ленина о «прокурорской власти» // Соц. законность. 1988. № 9. С. 15; Гницевич А.Е. Роль прокуратуры в формировании социалистического правового государства // Правовая реформа и проблемы ее реализации. Краснодар, 1989. С. 65-66; Петров Г.И. Сущность советского административного права. Л. 1959. С. 81

284 Бойков А.Д., Карпец И.И. О законодательстве, судебной власти
и правосудии // Государство и право. 1992. № 11. С 92

166

№7 «Об организации исполнения Федерального закона «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» и переходе органов прокуратуры к работе в новых условиях уголовного судопроизводства». В данном нормативном акте предусмотрен целый ряд мероприятий по практической реализации предусмотренных в УПК новелл, касающихся прежде всего возложения на прокурора ведущей роли в осуществлении уголовного преследования, обеспечения надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного следствия, соблюдения законности, конституционных прав и свобод граждан, углубления состязательных начал уголовного судопроизводства.

Анализ актов Генерального прокурора РФ в области уголовного судопроизводства показывает, что большинство из них направлено на организацию точного, безусловного и инициативного исполнения уголовно-процессуального закона, на ликвидацию недостатков в следственной и прокурорской практике. К ним относятся, в частности, приказ Генерального прокурора № 30 от 18 мая 1995 года «О задачах органов прокуратуры по повышению эффективности надзора за исполнением законов о несовершеннолетних»285, указание Генеральной прокуратуры РФ № 36/13 от 10 августа 1992 года «Об усилении прокурорского надзора за исполнением законодательства, направленного на защиту конституционных органов власти» и другие.

Однако Генеральная прокуратура РФ издает также акты, которые непосредственно связаны со сложностями уяснения смысла и содержания уголовно-процессуального закона, его расширительного толкования и введения новых норм, которые не содержатся в уголовно-процессуальном законе. Генеральному прокурору «не может не принадлежать право давать

Сборник нормативных актов по деятельности органов дознания и предварительного следствия. М., 1998. С. 131

Вопросы расследования преступлений. Справочное пособие. 2-е изд. / Под ред. И.Н. Кожевникова. М., 1997. С. 709

167 официальное и обязательное разъяснение уголовно-процессуального закона, регулирующего производство дознания, предварительного следствия и прокурорского надзора, если использование выработанных наукой способов толкования дает ему возможность раскрыть истинный смысл закона и тем

ЛОТ

самым обеспечить его правильное исполнение» . Однако в то же время отмечается, что эти акты не должны создавать новые уголовно- процессуальные нормы. На практике же некоторые акты Генеральной прокуратуры идут вразрез с такой правовой позицией. К их числу можно отнести, в частности, Инструкцию о выполнении функций органов дознания на морских судах, находящихся в плавании от 7 августа 1974 года . Инструкция предусматривает новые процессуальные сроки задержания, так как капитан передает материалы дознания прокурору по прибытии в ближайший российский порт, а до этого момента может длиться дознание и задержание (п. 43, 47); вводит новую меру пресечения, содержанием которой является запрещение подозреваемому увольняться на берег и принятие мер наблюдения за ним (п.39); расширяет круг неотложных следственных действий (п.4). Аналогичные проблемы в той или иной мере присущи и практике дознания, осуществляемого командирами воинских частей, начальниками ИТУ289.

Примером введения новых норм в уголовно-процессуальное право может служить и трижды измененное указание Генерального прокурора, касающееся соединения уголовных дел. В первом указании № 15-26-91 от 17 июня 1991 г. «Об усилении прокурорского надзора за соблюдением законов, регулирующих сроки следствия и содержания обвиняемых под стражей» вводится норма о том, что «при соединении нескольких уголовных дел в одном производстве срок следствия исчислять с того дела, которое было

287 Алексеева Л.Б. Указ. соч. С. 88

Справочник по законодательству для работников органов прокуратуры, суда и МВД. М., 1975. С. 675-68; Ларин A.M. Указ. соч. С. 100.

ООП

Сборник нормативных актов по деятельности органов дознания и предварительного следствия. С. 74

168 возбуждено ранее других. В общий срок по объединенному делу включать календарное время расследования по всем делам, при этом отрезки времени, которые совпадают, учитываются один раз». Во втором указании № 55/15 от 18 сентября 1996 года «Об изменении порядка исчисления срока предварительного следствия при соединении нескольких уголовных дел» предлагается «при соединении нескольких уголовных дел в одном производстве срок следствия исчислять со дня возбуждения уголовного дела, по которому он является наиболее длительным. При этом календарное время расследования по остальным делам поглощается наиболее длительным сроком и дополнительно не учитывается», В третьем указании № 18 от 30.03.99 г. «Об изменении указания от 18.09.96 № 55/15» из пункта 1 второго указания исключаются слова «со дня возбуждения уголовного дела». Таким образом, Генеральный прокурор сначала ввел новую норму, а затем дважды ее изменил.

В регулировании уголовно-процессуальных отношений существенную роль играют и нормативные акты министерств и ведомств. Акты, издаваемые министерствами имеют внутренний характер и распространяют свою силу на лиц, входящих в эту систему. Однако поскольку задачи, функции, выполняемые некоторыми министерствами имеют надведомственный, межотраслевой характер, постольку они наделяются правом на издание актов общего значения. Иногда принимаются совместные нормативные акты. При анализе этих актов следует обратить внимание не только на подзаконность, но и в прямом смысле на нормотворческий их характер. Министерства издают свои нормативные акты в форме приказов, инструкций, инструктивных указаний, инструктивных писем, правил и др. Их главная особенность - они не должны противоречить закону или корректировать его и издаются руководителями министерств либо ведомств в пределах предоставленных им полномочий. Эти полномочия обычно закрепляются в актах, определяющих основы организации и деятельности конкретного министерства или ведомства.

169

В соответствии с Положением о Министерстве юстиции РФ, утвержденным Постановлением Правительства РФ № 1187 от 4 ноября 1993 года290, нормативные акты, издаваемые этим министерством, обязательны для широкого круга лиц, в том числе для судей и судебных исполнителей. К примеру, большой известностью пока что пользуется изданная им в 1994 году Инструкция по делопроизводству, содержащая немало предписаний, которые должны выполняться судьями и работниками аппаратов судов в связи с подготовкой судебных заседаний, обращением к исполнению приговоров и выполнением других действий по уголовным делам, а также утвержденное в том же году по согласованию с рядом министерств и ведомств Положение о порядке оплаты труда адвокатов за счет государства291, где решены принципиальные вопросы, касающиеся обеспечения права обвиняемого (подсудимого) на защиту.

Согласно Положению о Министерстве внутренних дел РФ, утвержденному Указом Президента РФ от 17 июля 1996 года , руководитель и этого министерства вправе издавать обязательные к исполнению в системе МВД приказы, инструкции и иные правовые акты, в том числе по вопросам, тесно соприкасающимся с уголовным судопроизводством. К ним можно отнести, например, Инструкцию об организации и тактике розыскной работы органов внутренних дел от 5 мая 1993 года , где регламентируется порядок производства розыска лиц, скрывающихся от следствия. Любой следователь хорошо знает, что объявление в розыск лиц, обвиняемых в совершении преступлений, возможно тогда, когда соблюдаются предписания нормативных актов такого рода. А потребность в розыске на практике возникает по многим уголовным делам.

Российская газета. 1993. 12 декабря

Вопросы расследования преступлений. С. 315-317

СЗРФ. 1996. №30. Ст. 3605

Вопросы расследования преступлений. С. 653-654

170 Существует немало нормативных актов, издаваемых другими, министерствами и ведомствами. Акты такого рода также активно используются практическими работниками органов, ведущих производство по уголовным делам, и другими субъектами уголовного судопроизводства. Им приходится довольно часто обращаться при решении практических вопросов, к нормативным актам, издаваемым Министерством здравоохранения РФ по вопросам, касающимся производства судебно-медицинских экспертиз. Таким актом является, например, приказ данного министерства № 407 от 10 декабря 1996 года «О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз» (с изменениями от 5 марта 1997 г.)294, которым утверждено восемь документов (правила и положение), регламентирующих, в частности, порядок производства судебно-медицинских экспертиз трупов, тяжести вреда здоровью, причиненного преступлением, установления родства людей, вещественных доказательств и другие. Знание этих документов требуется для юридически грамотного назначения соответствующих экспертиз, контроля за их проведением, и для квалифицированной оценки заключений экспертов.

Указом Президента РФ «О порядке опубликования и вступления в силу актов Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации и нормативных правовых актов федеральных органов исполнительной власти» № 763 от 23 мая 1996 года установлены особые правила введения их в действие. В соответствии с данным Указом изданные после 1 марта 1993 года нормативные акты министерств и ведомств, затрагивающие права, свободы и законные интересы граждан, устанавливающие правовой статус организаций или носящие межведомственный характер, должны обязательно проходить регистрацию в Министерстве юстиции РФ. Они, кроме актов, содержащих сведения, составляющих государственную тайну или сведения конфиденциального характера, также подлежат опубликованию в газете «Российские вести» и в

294 Там же. С. 466 - 467

171 издаваемом издательством «Юридическая литература» Администрацией Президента РФ «Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти».

Акты, в отношении которых эти условия не соблюдены, применению не подлежат. Они «не влекут правовых последствий, как не вступившие в силу, и не могут служить основанием для регулирования соответствующих правоотношений, применения санкций к гражданам, должностным лицам и организациям за невыполнение содержащихся в них предписаний. На указанные акты нельзя ссылаться при разрешении споров» (ст. 10 названного Указа). Следовательно, на все другие акты можно ссылаться, в связи с чем их можно считать источниками права.

По вопросам, представляющим интерес для нескольких или всех органов, осуществляющих производство по уголовным делам, возможно издание руководителями этих органов совместных (межведомственных) нормативных актов, а также совместных актов с Генеральной прокуратурой. Среди них можно назвать, например:

  • Инструкцию по применению Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, от 2 марта 1982

295

года ;

  • Инструкцию о порядке изъятия, учета, хранения и передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами от 18 октября 1989 года ;

  • Указание о порядке исполнения Закона РСФСР от 18 октября 1991 года «О реабилитации жертв политических репрессий», утвержденное 13 января 1992 года ;

Вопросы расследования преступлений. С. 295-302 Там же. С. 380-383 Там же. С. 727-728

172

  • Приказ «Об утверждении Положения о совместных следственно- оперативных группах (бригадах) органов прокуратуры, внутренних дел, безопасности и налоговой полиции для пресечения и расследования деятельности организованных преступных групп» от 22 мая 1995 года ;

  • Инструкцию о порядке извещения иностранных дипломатических и консульских представительств на территории СССР о задержаниях и арестах граждан представляемого ими государства, а также о порядке посещения консульскими должностными лицами и сотрудниками посольств задержанных, арестованных и осужденных к лишению свободы граждан от 5 июня 1987 года299.

Акты министерств и ведомств издаются в целях конкретизации действий по исполнению Конституции РФ, законов, указов Президента РФ. Они «обязательны к исполнению на всей территории Российской Федерации» (ст. 115 Конституции РФ). Большинство актов носят организационно- функциональный характер, определяют и детализируют порядок и последовательность исполнения общих предписаний закона. Они содержат в основном организационно-правовые нормы. Такое положение оправдывается тем, что правительство лучше других субъектов власти информировано о том, какое законодательное обеспечение необходимо для проводимой им политики и каковы текущие потребности в изменении законодательства300. Однако акты, регулирующие уголовно- процессуальную деятельность должны исходить только от министерств и ведомств Российской Федерации, а не от ее субъектов. «Поэтому руководители МВД, УВД не должны стоять в стороне от
законодательной и иной

Сборник нормативных актов по деятельности органов дознания и предварительного следствия. С. 37-41 299 Вопросы расследования преступлений. С. 644-645

00 Селезенев Г.Н., Гневко В.А. Закон, власть, политика. Государственный и местный уровни. СПб. 1998. С. 108

173

нормотворческой деятельности субъектов Российской Федерации, а активно влиять на нее в общих интересах

Таким образом, исследование подзаконных актов, регулирующие уголовно-процессуальную деятельность, позволяет отметить, что они необходимы для правильного сбалансированного применения основополагающих норм уголовно-процессуального права, содержащихся в законах. По своей сути они производны от законов и призваны обеспечить их реализацию, но могут также осуществлять в определенных пределах самостоятельное правовое регулирование. В литературе отмечается, что они являются общеобязательными и имеют общегосударственное значение Несмотря на то, что ведомственное нормотворчество подвергается критике, необходимо учитывать, что «подзаконное регулирование необходимо в современных условиях и должно получить государственную поддержку»303. В целом, все рассмотренные нами акты относятся к подзаконным и обязательны для исполнения на всей территории Российской Федерации.

Результаты нашего исследования показывают, что более половины опрошенных работников правоохранительных органов считают их источниками уголовно-процессуального права (62,7 % придерживаются такого мнения в отношении подзаконных актов министерств и ведомств и 68,2 % в отношении актов, исходящих от Генеральной прокуратуры РФ). В

А.С. Куликов сделал такое заявление в связи с тем, что в последнее время по вопросам, касающимся компетенции милиции общественной безопасности, было издано много региональных правовых актов, в которых не всегда учитываются федеральные интересы. Достаточно сказать, что из 8 тысяч правовых актов субъектов Российской Федерации, представленных на экспертизу в Минюст России, около 3 тысяч содержат противоречия Конституции: Куликов А.С. Организация управления в звене МВД УВД и роль штабов в совершенствовании управленческой деятельности органов внутренних дел // Вестник МВД Российской Федерации. 1996. № 1. С. 83.

Ржевский В.А., Чепурнова Н.М. Судебная власть в Российской Федерации: конституционные основы организации и деятельности. М., 1998. С. 59 303 Гурова Т. В. Указ. соч. С. 25.

174 своей практической деятельности к ним обращаются еще больше работников (соответственно 71,2 % и 84,7 %).

Иерархию рассмотренных подзаконных актов можно представить следующим образом:

1) Указы Президента Российской Федерации, поскольку он имеет право приостанавливать действие актов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в случаях их противоречия Конституции РФ, федеральным законам, международным обязательствам РФ или нарушения прав и свобод человека и гражданина до решения этого вопроса соответствующим судом;

2) указания, приказы Генеральной прокуратуры, в связи с тем, что именно она претендует на роль «четвертой власти», осуществляя надзор и контроль за исполнением законов; 3) 4) подзаконные акты министерств и ведомств, нормы которых имеют существенное значение для единообразного правильного применения общих норм законов. 5) Таким образом, практика уголовного судопроизводства подтверждает необходимость и действенность рассмотренных нами нормативно- правовых актов в сфере уголовно-процессуальных отношений, считает их важнейшими источниками уголовно-процессуального права, несмотря на непризнание их таковыми официальной доктриной.

175

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Оценивая в целом проведенную научно-исследовательскую работу необходимо отметить, что цели и задачи, поставленные исследователем, достигнуты в полном объеме.

По результатам исследования можно сформулировать в обобщенном виде следующие теоретические выводы и положения, а также практические рекомендации.

  1. Проблемы источников уголовно-процессуального права имеют такую же основу, что и источники права в целом. Однако, если в теории права произошла ломка стереотипов и взглядов на проблему множественности источников права, то в отношении источников уголовно-процессуального права до сих пор превалирует утверждение, что ими могут быть только законы.
  2. Основываясь на множественном подходе к изучению понятия, содержания и значения источников уголовно-процессуального права в диссертации сделан вывод о том, что под источником уголовно- процессуального права следует понимать внешние формы выражения уголовно-процессуальных норм, выработанных и закрепленных органами государственной власти при выполнении возложенных на них функций в законодательной, исполнительной и судебной сферах, а также сложившихся в практике международного сотрудничества в области уголовного правосудия и защиты прав человека и гражданина.
  3. Взаимосвязанность и сопоставимость источников уголовно- процессуального права подтверждает их множественность и одновременно целевой характер отдельно взятого источника.

  4. Современная система источников уголовно-процессуального права
    • это единая, целостная, целесообразно и иерархически организованная, стремящаяся к логическому завершению совокупность
      нормативно-

176 правовых актов и правовых обычаев, которые независимо от их форм регулируют общественные отношения, являющиеся предметом уголовно- процессуального права.

  1. Российская система источников уголовно-процессуального права фактически состоит: 1) из Конституции РФ; 2) международных (межгосударственных, межправительственных, межведомственных) договоров; 3) федеральных законов; 4) решений Конституционного Суда РФ; 5) судебной практики (судебного прецедента) Верховного Суда РФ, Высшего Арбитражного Суда РФ; 6) подзаконных нормативных актов (Указов Президента РФ, постановлений и распоряжений Правительства РФ, приказов и указаний Генерального прокурора РФ, подзаконных актов министерств и ведомств).
  2. В работе осуществлена классификация норм федеральных законов, являющихся источниками уголовно-процессуального права, в зависимости от их назначения на три основные группы: 1) нормы федеральных законов, содержащие организационно- функциональные предписания для производства по уголовным делам; 2) нормы федеральных законов, на которые ссылается Уголовно-процессуальный кодекс РФ; 3) нормы федеральных законов, связанные с порядком производства по уголовным делам. В соответствии с этой классификацией в работе дан перечень и раскрыто содержание норм федеральных законов, включенных в каждую из названных групп.
  3. В Конституции РФ (Основном законе) следовало бы дать понятие, определить статус и место в иерархии правовых актов РФ общепризнанных принципов и норм международного права. Отсутствие в Конституции РФ указанных нормативных положений повлекло произвольное толкование «общепризнанности» и перечня подпадающих под этот признак принципов и норм, предопределило их декларирование в отраслевом законодательстве.
  4. Общепризнанные нормы международного права и международные договоры должны становиться составной частью
    внутреннего

177

законодательства, как правило, после их ратификации. В этой связи предлагается часть 3 статьи 1 УПК РФ изложить в следующей редакции: «Общепризнанные принципы и нормы международного права и ратифицированные в установленном порядке международные договора Российской Федерации являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила ратифицированного в установленном порядке международного договора».

  1. Целесообразно исключить из части 2 статьи 457 УПК РФ положение, допускающее применение на территории РФ процессуальных норм законодательства иностранного государства в соответствии с международными запросами, если это не противоречит законодательству и международным обязательствам нашей страны. Поскольку Конституция РФ, УПК РФ и другое отраслевое законодательство не допускают (не называют) зарубежные уголовно-процессуальные законы в числе источников права, то последние не должны произвольно включаться в правовую систему России.
  2. Считаем необходимым дополнить главу 54 УПК РФ специальной статьей, регламентирующей процедуры и механизмы оказания правовой помощи по уголовным делам при розыске, аресте и обеспечении конфискации имущества, добытого преступным путем.
  3. Решения Конституционного Суда Российской Федерации (КС РФ) являются совершенно новым и важнейшим источником уголовно- процессуального права постольку, поскольку они: 1) выносятся от имени государства; 2) их требования распространяются на все суды и на всех участников уголовного процесса; 3) их императивные правовые предписания ограничивают возможности применения в ходе судопроизводства того или иного закона в виду признания его несоответствующим Конституции РФ; 4) дезавуируют принятые другими судами решения и обязывают к пересмотру

178

уголовных дел в установленном КС РФ порядке; 5) обращают внимание законодательного органа на необходимость урегулирования соответствующего правового вопроса и внесения изменений в действующее уголовно-процессуальное законодательство. Таким образом, принимаемые Конституционным судом РФ решения существенно влияют на содержание и юридическую силу уголовно-процессуального законодательства, они не только констатируют соответствующие обстоятельства по исследуемым делам, но и формируют правовые положения, которые имеют нормативный характер и вызывают юридические последствия в виде возникновения, изменения и прекращения уголовно-процессуальных отношений.

  1. Придание судебным органам правотворческой функции способно обеспечить «самонастройку» уголовно-процессуального права России, его качественное совершенствование и избавление от выявленных дефектов. Признание судебного прецедента в качестве источника уголовно- процессуального права отвечает существующим тенденциям развития, оно способствует обеспечению основных прав и свобод человека и гражданина.

По целям своей деятельности судебное правотворчество может быть подразделено на исправительное, восполнительное и интерпретирующее. Исполнительным признается судебное правотворчество, направленное на изменение содержания закона, в случае его противоречия источникам права более высокой юридической силы. Восполнительное - это правотворчество, призванное восполнить пробелы в правовом регулировании. Интерпретирующее - это правотворчество, устанавливающее определенное содержание закона, разъясняющее его положения.

Верховный Суд РФ играет важную роль в регулировании уголовно- процессуальных отношений. Он вырабатывает предписания общего характера, содержащиеся в постановлениях его Пленума, рассматривает конкретные правовые споры, в процессе которых формулирует правовые позиции, публикуемые для всеобщего сведения и становящиеся образцом разрешения аналогичных ситуаций для нижестоящих инстанций.

179 13. Подзаконные нормативные акты являются источниками уголовно- процессуального права, поскольку они регулируют уголовно- процессуальную деятельность и необходимы для правильного сбалансированного применения основополагающих норм уголовно- процессуального права, содержащихся в законах. Они являются общеобязательными, имеют общегосударственное значение и подлежат «исполнению на всей территории Российской Федерации» (ст. 115 Конституции РФ). Акты, регулирующие уголовно-процессуальную деятельность, должны исходить только от министерств и ведомств Российской Федерации, а не от ее субъектов, так как принятие и толкование уголовно-процессуального законодательства является предметом ведения Российской Федерации.

Официальная доктрина должна признать их источниками уголовно- процессуального права, поскольку de facto они считаются таковыми во всей правоохранительной сфере России.

180

БИБЛИОГРАФИЯ

Книги и сборники нормативно-правовых актов

  1. Алексеева Л.Б., Жуйков В.М., Лукашук И.И. Международные нормы о правах человека и применение их судами РФ. М., 1996.
  2. Алексеев Н.С. и др. Очерк развития науки советского уголовного процесса. Воронеж, 1980.
  3. Алексеев С.С. Общая теория права. М., 1982.
  4. Алексеев С.С. Проблемы теории права. Свердловск, 1972.
  5. Баранов В.Н. Источники права. Общая теория права (курс лекций). Н.Новгород, 1993.
  6. Бирюков П.Н. Международное право. М., 1998.
  7. Бирюков П.Н. Взаимодействие органов ФСНП РФ с зарубежными правоохранительными органами при расследовании налоговых преступлений: правовые вопросы. Воронеж, 1999.
  8. Богдановская И.Ю. Прецедентное право. М., 1993.
  9. Божьев В.П. Уголовно-процессуальное законодательство и его развитие. М., 1993.
  10. 10.Божьев В.П. Уголовный процесс. Общая часть. М., 1997.

П.Бутрос-Гали Б. Организация Объединенных Наций и права человека. М.,

  1. 12.Волженкина В.М. Нормы международного права в российском уголовном

процессе. СПб., 2001. 13.Волеводз А.Г. Международный розыск, арест и конфискация полученных

преступным путем денежных средств и имущества (правовые основы и

методика). М., 2000. 14.Вопросы расследования преступлений. Справочное пособие. М., 2000. 15.Галенская Л.Н. Правовые проблемы сотрудничества государств в борьбе с

преступностью. Л., 1978.

181 16.Громов Н.А. Уголовный процесс в России. М., 1998. 17.Даев В.Г. Взаимосвязь уголовного права и процесса. Л., 1982. 18. Демидов И.Ф. Проблема прав человека в российском уголовном процессе:

(Концептуальные положения). М., 1995. 19.Дженис М., Кэй Р., Брэдли Э. Европейское право в области прав человека

(практика и комментарии). М., 1997. 20.Европейская конвенция о защите
прав человека и основных свобод

(Комментарий к ст.5 и 6). М., 1997. 21.3ивс С.Л. Источники права. М., 1981. 22.Игнатенко Г.В. Международное сотрудничество в
борьбе с

преступностью. Свердловск, 1980. 23.Керимов Д.А. Законодательная техника. М., 1998. 24.Комаров С.А. Общая теория государства и права. М., 1995. 25.Конституции государств Европейского Союза. М., 1997. 26.Конституции зарубежных государств. М., 1997. 27.Конституционное законодательство России. М., 1998. 28.Концепция судебной реформы в Российской Федерации. М., 1992. 29.Коркунов Н.М. Лекции по общей теории права. СПб., 1909. ЗО.Корнуков В.М. Конституционные основы положения личности в

уголовном судопроизводстве / Под. ред. В.А. Познанского.

Саратов, 1987. 31.Кросс Р. Прецедент в английском праве. М., 1985. 32.Крылов СБ. Правотворческая деятельность международных организаций.

М., 1988. 33.Курс советского уголовного процесса: общая часть. М., 1989. 34.Кутафин О.Е. Конституционное право России.М., 1995. 35.Ларин
A.M. Уголовный процесс: структура права и структура

законодательства. М., 1985. Зб.Лифшиц Р.З. Судебная практика как источник права. М., 1997.

182

37.Лукашук И.И. Нормы международного права в правовой системе России.

М, 1997. 38.Лукашук И.И., Наумов А.В. Международное уголовное право. М., 1999. 39.Лукьянова Е.А. Закон как источник советского государственного права.

М., 1988. 40.Марочкин СЮ. Действие норм международного права
в правовой

системе Российской Федерации. Тюмень, 1998. 41.Международные нормы и правоприменительная практика в области прав

и свобод человека. М., 1993. 42.Международное сотрудничество в
борьбе с преступностью Сборник

документов. Воронеж, 1997. 43.Мингазов Л.Х. Эффективность норм международного права. Казань, 1990. 44.Михеенко М.М. Понятие и система принципов советского уголовного

процесса. Киев, 1984. 45.Назаров Б.Л. Социалистическое право в
системе социальных связей

(развитие взглядов на основные внутренние и внешние связи

социалистического права). М., 1976. 46.Невская Н.В. Судебная практика и ее значение для укрепления законности

в деятельности следователей. М., 1983. 47.Нерсесянц B.C. Право и закон: из истории правовых учений. М., 1983. 48.Новицкий И.Б. Источники советского гражданского права. М., 1959. 49.Права человека и
судопроизводство. Собрание международных

документов. Варшава. OSCE. 1996. 50.Права человека и
судопроизводство. Собрание международных

документов. Вена, 1997. 51.Права человека. Основные международные документы. М., 1989. 52.Права человека: постоянная задача Совета Европы. М., 1996. 53.Ржевский В. А., Чепурнова Н.М. Судебная
власть в Российской

Федерации: конституционные основы организации и деятельности. М.,

1998.

183

54.Российское законодательство: проблемы и перспективы. М., 1995.

55.Сборник документов Совета Европы в области защиты прав человека и

борьбы с преступностью. М., 1998. 56.Сборник международных соглашений МВД России М., 1996. 57.Сборник постановлений Пленума и определений коллегии Верховного

Суда СССР по уголовным делам: 1959-1971 г.г. М., 1973.

  1. Сборник постановлений Президиума и определений судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР (1974-1979г.г.). М, 1981.
  2. Сборник постановлений Пленума и определений коллегии Верховного Суда СССР по уголовным делам: 1971-1979 г.г. М., 1981.
  3. 60.Сборник стандартов и норм Организации Объединенных Наций в области

предупреждения преступности и уголовного правосудия. Нью-Йорк, 1992. 61.Селезенев Г.Н., Гневко В.А. Закон, власть, политика. Государственный и

местный уровни. СПб. 1998. 62.Синюков В.Н. Российская правовая система: Введение в общую теорию.

Саратов, 1994. бЗ.Случевский В.К. Учебник русского уголовного процесса. СПб., 1913. 64.Спиридонов Л.И. Теория государства и права. СПб., 1995. 65.Стрекозов В.Г., Казанчев Ю.Д. Государственное (конституционное) право

Российской Федерации. - М., 1995. бб.Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1970. 67.Судебная практика как источник права. М., 2000. 68.Судебные уставы 20 ноября 1864 г. с изложением рассуждений, на

коих они основаны, изданные Государственной канцелярией. СПб.,

  1. 69.Тихомиров Ю.А. Конституция, закон, подзаконный акт. М., 1994. 70.Топорнин Б.Н. Европейские сообщества: Право и институты. М., 1992. 71.Уголовная юстиция: проблемы международного сотрудничества. М.,
  2. 72.Уголовный процесс: общая часть уголовного процесса и досудебные

стадии. СПб., 1996.

184 73.Уголовный процесс / Под ред. К.Ф. Гуценко. М., 1997. 74.Уголовный процесс РСФСР / Под общей ред. В.Е. Чугунова и Л.Д.

Кокорева. Воронеж, 1968. 75.Уголовный процесс / Под ред. П.А.Лупинской. М., 1999. 76.Фельдман Д.И. Система международного права. Казань, 1983. 77.Хабриева Т.А. Толкование Конституции РФ. Теория и практика. М., 1998. 78.Шадрин B.C. Обеспечение прав
личности при расследовании

преступлений. Волгоград, 1997. 79.Шебанов А.Ф. Форма советского права. - М., 1968. 80.Шершеневич Г.Ф. Общая теория права. Вып.2. Т. I. - М., 1911. 81.Щерба СП., Зайцев О.А. Охрана прав потерпевших и свидетелей по

уголовным делам. М., 1996. 82.Эбзеев Б.С. Конституция. Правовое государство. Конституционный суд.

М, 1996. 83.Элькинд П.С. Толкование и применение норм уголовно- процессуального

права. М., 1967. 84.Явич С.Л. Сущность права. Л., 1985. 85.Якупов Р.Х.
Правоприменение в уголовном процессе России

(юридические проблемы). М., 1993. 86.Ячменев Ю.В. Формы (источники права). СПб., 1997.

Статьи

87.Алексеев С.С. Право: время новых подходов. // Советское государство и

право. 1991. №2. С. 5-11. 88.Анишина В. Правовые позиции
Конституционного Суда России //

Российская юстиция. 2000. № 7. С. 11-12. 89.Бачило И.Л. Факторы, влияющие на государственность // Государство и

право. 1993. №7. С. 28-33. 90.Белкин А.А. К соотношению Конституции и государственно-правовых

актов (производное нормотворчество) // Правоведение. 1985. №5. С.2-11.

185 91.Бирюков П.Н. Роль международно-правовых норм в обеспечении «права

на правовую защиту» // Правоведение. 1992. N 2. С. 22-29. 92.Богданова Н.А. Конституционный Суд Российской Федерации в системе

конституционного права. // Вестник Конституционного Суда РФ. 1997. №

З.С.61-65. 93.Божьев В.П. Научно-практический комментарий к ст. 1 УПК РСФСР //

Уголовное право. 1999. № 4. С.35-42. 94.Божьев В. К вопросу о
состязательности в российском уголовном

процессе. // Уголовное право. 2000. № 1. С.49-56. 95.Власихин В.А.
Федеральная система правоохранительных органов //

Уголовная юстиция. Пособие для занятий с российскими судьями

(сравнительно-правовые материалы). М., 1999. С. 14-15. 96.Воеводин Л.Д. Конституция Российской Федерации и правовые отрасли:

проблемы соотношения // Вест. Московского университета. Серия 11,

Право. 1994. №5. С.35-37. 97.Волеводз А.Г. Концептуальные
проблемы совершенствования

регламентации уголовно-процессуальных аспектов международного

сотрудничества в проекте УПК // Юрист. 2001. № 1. С.69-75. 98.Голомазова Л. Роль и значение судебных актов в
становлении

прецедентного права в России // Юрист. 2000 № 1. С. 1-4. 99.Гриненко А.В. Источники уголовно-процессуальных принципов // Журнал

российского права. 2001. № 5. С.23-27.

  1. Громов Н.А., Николайченко В.В. Принципы уголовного процесса, их понятие и система // Государство и право. 1997. № 7. С.33-38.
  2. Гуценко К.Ф. Конституция Российской Федерации и вопросы уголовного судопроизводства // Вест. Московского университета. Право.
  3. №5. С. 34-39.
  4. Демидов И. О реформировании Верховного Суда России // Законность. 1994. №9. С. 29-30.

186

  1. Демидов В. О роли и значении постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. №
  2. С.21-24.
  3. Деревнин А.А., Петрушев В.А. Указы Президента Российской Федерации в системе нормативных правовых актов Российской Федерации // Проблемы правотворчества и совершенствования законодательства. Иркутск, 1996. С. 23-33.
  4. Доля В. Новая Конституция РФ и уголовно-процессуальная деятельность // Российская юстиция. 1994. № 4. С. 18-19.
  5. Евдокимов В.Б. О договорах и соглашениях между органами государственной власти Российской Федерации и ее субъектов // Современное право. 2002. № 3. С. 3-5.
  6. Еникеев З.Д. Воплощение справедливости в законах - правотворческая мысль // Вестник Удмуртского Университета. Ижевск,
  7. № 1.С. 51-58.
  8. ЕС после Маастриха: федерация, конфедерация или международная организация // Гос. и право. 1994. N 4. С. 105-113.
  9. Ефимичев СП., Ефимичев П.С. Уголовно-процессуальное законодательство и решения Конституционного Суда РФ // Журнал российского права. 2000. № 1. С. 26-33.
  10. ПО. Иванова Г.П. О понятии права (к соотношению права и законодательства). //Правоведение. 1983. №1. С.20-27.

  11. Ковтун Н.Н. Постановления Конституционного Суда РФ по уголовно-процессуальным вопросам: проблемы законодательной техники и практического применения // Государство и право. 2001. № 11. С. 99- 109.
  12. Колосов Ю.М. Международные стандарты в области прав человека и проблемы советского законодательства // Современный журнал международного права. 1991. N 2. С.67-68.
  13. Колосович С.А., Кузнецов И.А. Соотношение уголовно- процессуального и уголовного права (в свете современной концепции судебной реформы) // Государство и право. 1996. № 12. С. 71-78.

187

  1. Куцова Э.Ф. Вопросы применения закона и перспектив развития уголовно-процессуального законодательства России // Вестник Московского универчситета. Право. 1994. № 5. С.45-53.
  2. Лазарев Л.В. Конституционный Суд России и развитие конституционного права. // Журнал российского права. 1997. № 11. С. 4- 12.
  3. Лазарев В.В. Техника учета решений Конституционного Суда Российской Федерации //Журнал российского права. 1997. №11. С.44-51.
  4. Ледях И. Новый Уголовный кодекс РФ и международные стандарты по правам человека// Российская юстиция. 1997. N 1. С.4-5.
  5. Лившиц Р.З. Государство и право в современном обществе: необходимость новых подходов. // Советского государство и право. 1990. №10. С. 17-20.
  6. Лукьянова Е.А. Конституция в судебном переплете // Законодательство. 2000. № 12. С. 47-58.
  7. Максимов А.А. Прецедент как один из источников английского права // Государство и право. 1995. № 2. С. 98-103.
  8. Морщакова Т.Г. Разграничение компетенции между Конституционным Судом и другими судами Российской Федерации. // Вестник Конституционного Суда РФ. 1996. №6. С. 24-29.
  9. Муромцев Г.И. Источники права (теоретические аспекты проблемы) // Правоведение. 1992. № 2. С. 23-24.
  10. Наумов А.В. Судебный прецедент как источник уголовного права // Российская юстиция. 1994. № 1. С.8-11.
  11. Несмеянова С.Э. Соотношение норм международного права // Российский юридический журнал. 1999. № 2. С.50-61.
  12. Николюк В.В. Законодательная регламентация производства по делам несовершеннолетних в УПК РФ // Проблемы предварительного следствия и дознания: Сборник научных трудов - М.:ВНИИ МВД России, 2002.С.20-32.

188

  1. О соотношении закона и указа президента Российской Федерации // Вестник международной академии бизнеса. Тольятти. 1996. № 4. С. 16-21.
  2. Поленина СВ. Новое в системе законодательства Российской Федерации // Государство и право. 1994. № 12. С. 24-32.
  3. Правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации: понятие, природа, юридическая сила и значение // Конституционное право: Восточноевропейское обозрение. 1999. № 3. С. 78-86.
  4. Разумович Н.Н. Источники и форма права // Советское государство и право. 1988. №3. С. 28-36.
  5. Рарог А.И. Правовое значение разъяснений Пленума Верховного Суда РФ // Государство и право. 2001. № 2. С. 51-59.
  6. России надо быть сильной и конкурентоспособной. Послание Президента РФ В.В.Путина Федеральному Собранию Российской Федерации // Российская газета. 2002. 19 апреля.
  7. Российское законодательство и Европейская Конвенция о защите прав человека и основных свобод // Государство и право. 1997. N 5. С.91- 98.
  8. Россия намерена вступить в Совет Европы. Что для этого делается // Российские вести. 1995. 30 мая.
  9. Савицкий В.М. Терюкова Е.Ю. Решения Конституционного Суда Российской Федерации как источник конституционного права Российской Федерации // Вестник Конституционного Суда Российской Федерации.
  10. №3. С. 69-78.
  11. Смирнов Л.В. Деятельность судов Российской Федерации как источник права // Журнал российского права. 2001. № 3. С. 48-56.
  12. Талалаев А.Н. Общепризнанные принципы и нормы международного права (конституционное закрепление принципа) // Вестник МГУ. Право. 1997.№3. С.61-69.
  13. Талалаев А.Н. Два вопроса международного права в связи с Конституцией РФ // Государство и право. 1998. № 3. С. 64-70.
  14. Тененбаум В.О. О сущности права. // Правоведение. 1980. №1. С.35- 42.

189

  1. Тихомиров Ю.А. Публично-правовое регулирование: динамика сфер и методов // Журнал российского права. 2001. № 5. С.4-12.
  2. Тихомиров Ю.А. Реализация международно-правовых актов в российской правовой системе // Журнал российского права. 1999. № 3-4. С.87-96.
  3. Усенко Е.Т. Соотношение и взаимодействие международного и национального права в российской Конституции // Московский журнал международного права. 1995. № 2. С. 11-18.
  4. Усенко Е.Т. Теоретические проблемы соотношения международного и внутреннего права // Советский ежегодник международного права. М,
  5. С. 71-78.
  6. Цихоцкий А.В. Судебное нормотворчество: научная дилемма о компетенции суда в современных условиях // Вестник международной Академии бизнеса и банковского дела. Серия «Юриспруденция». 1998. № 1.С. 3-9.
  7. Халфина P.O. Что есть право: понятие и определение // Советское государство и право. 1984. № 11. С. 36-43.
  8. Диссертации и авторефераты диссертации

  9. Божьев В.П. Уголовно-процессуальные правоотношения. Дисс. …докт. юрид. наук. М., 1994.
  10. Волеводз А.Г. Правовые и методические основы деятельности органов предварительного следствия России по розыску, аресту и обеспечению информации за рубежом денежных средств и имущества, полученных преступным путем. Дис.канд.юрид.наук. М., 1999.
  11. Волженкина В.М. Применение международного права в российском уголовном процессе (проблемы теории и практики). Дис. … канд. юрид. наук. М., 1999.
  12. Голубовский В.Ю. Межгосударственное сотрудничество в борьбе с

190 преступностью (теоретико-правовой аспект). Автореф. дис… канд.юрид.наук. СПб., 1995.

  1. Гурова Т.В. Источники российского права. Автореф. дис…канд. юрид. наук. Саратов, 1998.
  2. Загайнова С. Н. Судебный прецедент: историко-правовой аспект. Автореф. дис…. канд. юрид. наук. М., 1998.
  3. Ляхов Ю.А. Сущность и тенденции развития уголовно- процессуальной политики Российской Федерации. Дисс. …докт. юрид. наук. Ростов-на-Дону, 1994.
  4. Лукьянова Е.А. Закон как источник советского государственного права. Дисс… канд.юрид.наук. М., 1984. С. 20.
  5. Мазуров А.В. Указы Президента Российской Федерации как источник права: проблемы теории и практики. Автореф. дисс. … канд. юрид. наук.М., 1999.
  6. Федоров И.З. Применение в досудебных стадиях уголовного процесса конституционных норм, допускающих ограничения прав и свобод человека и гражданина. Дисс. … канд. юрид. наук. М., 1997.
  7. Шибков О.Н. Принципы и нормы международного права как источники уголовного права. Автореф. дис…канд.юрид.наук. Ставрополь, 2000.
  8. Яковлева Л.В. Источники российского уголовно-процессуального права. Дис…канд.юрид.наук. СПб., 1999.