lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Бадиков, Константин Николаевич. - Становление и перспективы развития дерматоглифики в криминалистике : Дис. ... канд. юрид. наук :. - Владивосток, 2002 235 с. РГБ ОД, 61:03-12/685-4

Posted in:

ДАЛЬНЕВОСТОЧНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

БАДИКОВ

Константин Николаевич

СТАНОВЛЕНИЕ И ПЕРСПЕКТИВЫ РАЗВИТИЯ ДЕРМАТОГЛИФИКИ В КРИМИНАЛИСТИКЕ

Специальность 12.00.09 — уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

Диссертация на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Науч ный руко водит ель: докто р юрид ическ их наук, проф ессор В.А. Жба нков

Владивосток

2002

2

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ 3

Глава I. ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ДАННЫХ ДЕРМАТОГЛИФИКИ В ПРОЦЕССЕ УСТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА 10

§ 1. Понятие дерматоглифики и ее место в криминалистике 10

§ 2. Основные теоретические положения применения данных дерматоглифики в процессе установления личности преступника. … 23 § 3. История развития дерматоглифических исследований 38

ГЛАВА II. ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ДАННЫХ ДЕРМАТОГЛИФИКИ

ПРИ УСТАНОВЛЕНИИИ ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА 69

§ 1. Диагностирование свойств личности 69

§ 2. Построение криминалистической модели личности, основанной на данных криминалистической дерматоглифики 116

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 143

СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 147

ПРИЛОЖЕНИЕ 163

  1. Глоссарий (2 стр.)
  2. Атлас специфических дерматоглифов (47 стр.)
  3. Рисунки, схемы, таблицы (15 стр.)

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. В настоящее время в России сохраняется обостренная криминогенная обстановка. В 2000 году на 100 тыс. населения по России зарегистрировано: убийств и покушений на убийство — 31,8; умышленных причинений тяжкого вреда здоровью - 49,8; разбоев -39,4; грабежей — 132; краж - 1310; преступлений, связанных с оборотом наркотиков - 244\

Среднее значение коэффициентов преступности (КФ) в 1996-2000 годах почти на 5% превысило среднее значение КФ за предшествующее столетие. С ростом числа амнистированных лиц почти в такой же пропорции увеличивается число тех, кто вновь совершает тяжкие и особо тяжкие преступления2.

В структуре общеуголовной преступности сохраняется рост преступлений против личности, а в таможенных правонарушениях - высокий процент «бесхозяйной контрабанды». Велико влияние психологического фактора на поведение. Среди правонарушителей наблюдаются тенденции к психопатологическим эксцессам поведения. Важной составной частью сложной криминогенной обстановки в России является рост числа тяжких преступлений против личности, совершенных лицами с аномалиями психики, в том числе и страдающих алкоголизмом и наркоманией.

Исходя из анализа УК РФ, УПК РФ, криминалистической теории и практики современных дактилоскопических экспертиз и применения специальных знаний, нам представляется важным обратить внимание на следующее:

а) криминалистикой накоплен научный и практический потенциал, позволивший
решать идентификационные, классификационные и

1 Россия в цифрах: крат. стат. сб. Госкомстат России. - М., 2001. - С. 137, 139.

2 Долгова А. Преступность и борьба с ней: законотворчество и теоретические устои // Уголовное право. - 2001.-№4.-С. 88, 91.

4

диагностические задачи посредством анализа дерматоглифических элементов в расширенном идентификационном поле и кожи в целом;

б) для решения широкого круга диагностических задач целесообразно применение криминалистической дерматоглифики;

в) необходимость использования инструментального метода (не формально логического) для построения поисковой криминалистической модели преступника.

Анализ следственной практики показывает, что на местах происшествий кроме папиллярных узоров концевых фаланг пальцев рук обнаруживаются также и следы дерматоглифов ладонной поверхности кистей рук и стоп. Чаще всего это следы тенара, гипотенара, пальцевых трирадиусов и т.д., которые по объему отраженных папиллярных линий превышают следы фаланг пальцев рук, поэтому возможности исследования могут быть расширены за счет внутренних поверхностей ладоней.

Следы кожного покрова широко используются в практике борьбы с преступностью. В процессе исследования установлено, что изучение указанных следов осуществляется по двум направлениям: первое -дактилоскопией, исследующей особенности папиллярных узоров ладонных поверхностей и стоп ног. В предложенной работе дерматоглифы стопы рассматривались в ограниченном объеме в силу отсутствия специального учета их в ИЦ УВД.

Второе направление - дерматоглифика, исследующая особенности строения кожи в целом, за исключением флексорных (функциональных) линий.

Изучению папиллярных узоров и особенностям их использования в борьбе с преступностью посвятили свои работы В.И. Титов, Г.Л. Грановский, В.Е. Корноухов, Т.Е. Осинцев, В.Ф. Берзин, Л.В. Петрушенко, Т.Т. Садиков и др. Исторически сложилось так, что дактилоскопия исследована более полно по сравнению с дерматоглификой.

5

Значительное время дерматоглифика рассматривалась как антинаучное направление, что, естественно, сдерживало развитие исследований в этой области. Вместе с тем, такое положение не лишало возможности генетиков и антропологов заниматься решением определенных задач с применением дерматоглифов как неспецифических маркеров. Среди них - Т.Д. Гладкова, М.И. Вильямовский, М.В. Волоцкий, С.С. Канаева, А.А. Левина и др.

На современном этапе перед криминалистической наукой стоит проблема разработки методики сбора, анализа, оценки и использования следов дерматоглифов кистей рук. По нашему мнению, наибольшие перспективы развития криминалистической дерматоглифики раскрываются в аспектах составления поисковой криминалистической модели личности. Этот вывод построен на информации, что медицинская дерматоглифика уже имеет достаточную по объему научную и практическую базу для распознавания антропологических, морфологических и психологических особенностей человека, основанную на исследованиях дерматоглифов ладонной поверхности [2.38; 2.168; 2.169; 2.177; 2.179].

В настоящее время, как в дактилоскопии, так и в дерматоглифике собран значительный материал, который требует обобщения и разработки на этой основе рекомендаций по определению дальнейших путей развития криминалистической техники. Учитывая, что в современной криминалистической дерматоглифике появились исследования по близкой проблематике, нами продолжены исследования в русле построения поисковой криминалистической модели на основании анализа дерматоглифов ладонной поверхности кистей рук с учетом материалов исследований по медицинской и антропологической литературе прежних лет (Т.Ф. Моисеева, В.В. Яровенко, С.С. Самищенко, А.Н. Чистикина, А.И. Хвыдя-Олинтер, Л.Г. Эджубов, и др.).

Изложенное и определило выбор темы диссертационного исследования.

6

Цели и задачи исследования — на основе анализа современного состояния дерматоглифических исследований и практики их применения в деятельности экспертно-криминалистических подразделений разработать комплекс научных предложений по повышению эффективности применения данных дерматоглифики в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.

Достижение указанной цели обеспечивается решением следующих взаимосвязанных задач:

анализа имеющейся литературы по проблеме применения дерматоглифики в криминалистике;

  • уточнения понятия «криминалистическая дерматоглифика» и определения ее значения в борьбе с преступностью;

  • определения места дерматоглифики в системе криминалистических знаний;
  • анализа научных основ дерматоглифики и определения их значения для разработки проблемы;
  • выявления корреляционных связей дерматоглифов с биологическими, социальными и психологическими свойствами личности преступника;
  • построения поисковой криминалистической модели на основе полученных дерматоглифических данных.

Методология и методы исследования. Методологическую основу проведенного исследования составляют положения диалектического метода как всеобщего метода познания, кроме того, в процессе исследования применялись такие общенаучные методы, как системно-структурный подход, моделирование, сравнение, тестирование и другие.

Выводы и предложения, представленные в работе, основываются на положениях Конституции Российской Федерации, уголовного и уголовно-процессуального законодательства, иных законов РФ, нормативных документов МВД. При
написании работы использована литература по

7

философии, юриспруденции, психологии, психиатрии, клинической медицине.

Выдвинутые теоретические положения и рекомендации базируются на работах Р.С. Белкина, Н.П. Яблокова, Г.Л. Грановского, В.И. Шиканова, Д.А. Турчина, Л.Я. Драпкина, Е.П. Ищенко, СМ. Потапова, Н.А. Селиванова. В работе учтены теоретические исследования проблем дерматоглифики, нашедшие отражение в трудах И.Ф. Крылова, Н.В. Терзиева, Л.Г. Эджубова, В.В. Яровенко. В связи с тем, что проблемы генетического детерминизма поведения человека и дерматоглифики описаны зарубежными авторами, использовались работы Ф. Гальтона, Е. Каспари, Э. Локара, Н. Полла.

Была изучена отечественная литература по антропологической и медицинской дерматоглифике (работы Т.Ф. Абрамовой, Г.И. Акинщиковой, Н.Н. Богданова, Т.Д. Гладковой, И.С. Гусевой, Т.О. Жиленковой, В.М.Кондик, В.П. Лунегова, А.Н. Чистикина, Т.А. Чистикиной.).

Эмпирической базой исследования являются дерматоглифы ладонной поверхности трех групп субъектов:

Первая группа - лица, находящиеся на учете в ИЦ УВД Приморского края (в количестве 3000 человек);

Вторая группа - студенты высших учебных заведений города Владивостока (в количестве 300 человек);

Третья группа — лица, находящиеся на учете в наркологическом диспансере с диагнозом хронический алкоголизм или наркомания (в количестве 300 человек).

Объект исследования - состояние дерматоглифических исследований на современном этапе и практика их использования в криминалистике.

Предмет исследования — закономерности, определяющие применение дерматоглифических исследований в криминалистике, а также в практической деятельности правоохранительных органов с целью создания поисковой криминалистической модели.

8

Научная новизна исследования определяется новым комплексным подходом к экспертному исследованию дерматоглифов ладонной поверхности кистей рук человека, которые нами рассмотрены как целостный объект, обладающий единым информационным полем с морфологией организма, центральной нервной системой и психической деятельностью человека. Результатом такого подхода явилось создание поисковой криминалистической модели личности, построенной на дерматоглифической информации.

Статистическое исследование дерматоглифических особенностей дактилокарт лиц, состоящих на учете в ИЦ УВД Приморского края, позволило определить специфические признаки и элементы папиллярных узоров лиц, совершивших корыстные и насильственные преступления.

Выявленные особенности систематизированы в атласе, который может служить пособием-иллюстрацией в работе оперативно-следственного состава, и будет способствовать оптимизации построения поисковой криминалистической модели личности, методов и способов проведения следственных и оперативно- розыскных мероприятий.

Теоретическое и практическое значение исследования. Теоретические выводы и практические рекомендации, сформулированные в диссертации, вносят определенный вклад в следственную и оперативно-розыскную деятельность, а также расширяют возможности криминалистической идентификации и диагностики и позволяют повысить эффективность криминалистических и комплексных судебных психолого-технических экспертиз.

Положения, выносимые на защиту:

  1. Научные основы возникновения и развития криминалистической дерматоглифики.
  2. Определение места криминалистической дерматоглифики в системе криминалистических знаний.

I

9

  1. Определение содержания и сущности криминалистической дерматоглифики и ее значения в криминалистике.
  2. Выявление корреляционных связей с биологическими, социальными и психическими свойствами субъекта преступления, полученных на основе анализа дерматоглифов.
  3. Построение поисковой криминалистической модели преступника с помощью данных криминалистической дерматоглифики.
  4. Особенности использования данных криминалистической дерматоглифики в поиске преступника и проведения следственных действий.
  5. Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации, выводы и предложения автора были предметом обсуждения на научно-практических конференциях, проведенных Российской

криминологической ассоциацией (Суздаль. 2001г.), Владивостокским филиалом Российской таможенной академии (2000 г., 2001 г.). \ Теоретические положения нашли свое отражение в курсе лекций по

^криминалистике, судебной медицине, спецкурсе по психологическим аспектам разбирательства гражданских дел в суде и научных статьях.

Материал прошел апробацию в ЭКО УВД г. Находка, имеет положительный отзыв и рекомендуется к внедрению в практическую деятельность.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, двух глав, заключения, списка используемой литературы, насчитывающего 195 источников, и приложений. Тема диссертации определена основной тематикой научных исследований кафедры правовых дисциплин ВФ РТА и утверждена Ученым советом РТА.

10

ГЛАВА I.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ ДАННЫХ

ДЕРМАТОГЛИФИКИ В ПРОЦЕССЕ УСТАНОВЛЕНИЯ ЛИЧНОСТИ

ПРЕСТУПНИКА

§1. Понятие дерматоглифики и ее место в криминалистике

Термин «дактилоскопия» сложился раньше, чем дерматоглифика. Первое научное описание узоров пальцев и ладоней человека в рамках дактилоскопии осуществлено Grew, 1684; Bidloo, 1685; Malpighi, 1686 [2.38. С.5,8]. Термин «дерматоглифика» предложен X. Камминс и Ч. Мидло в 1926 г. для нужд антропологии, понимавшие под «дерматоглификой» совокупность эпидермальных узоров гребней пальцев, ладоней, подошв человека и приматов3 [2.38. С.4, 5, 8].

С середины прошлого столетия термин «дерматоглифика» упоминается в энциклопедической литературе. Авторы Энциклопедического словаря (1980) пишут: «Дерматоглифика (от гр.derma «кожа» и glipho «вырезаю», «гравирую») — раздел морфологии животных и человека, изучающий папиллярные линии и узоры». Авторы Советского Энциклопедического словаря указывают: «дерматоглифика, изучает детали рельефа кожи ладоней и стоп. Данные дерматоглифики применяются в расоведении, генетике человека, криминалистике и т.д.» [2.143. С.377].

Биологическая наука рассматривает дерматоглифику как совокупность папиллярных узоров, расположенных на пальцах рук, ладонных поверхностях и коже стоп, кожном покрове головы и кожном покрове в целом [2.1. С.4; 2.20].

В монографии ведущего эксперта РФ ЦСЭ, кандидата биологических наук Т.Ф.
Моисеевой, рассматривается соотношение дактилоскопии и

3 Данное понятие было признано на 42-й ежегодной сессии Американской ассоциации анатомов, состоявшейся в апреле 1926 года.

11

о

дерматоглифики: «Дактилоскопия — это раздел трасологии, основанный на дерматоглифическом исследовании следов гребешковой кожи человека (рук и ног), а также, изучающий средства и методы их обнаружения, фиксации и изъятия в целях криминалистической регистрации и идентификации человека и решения диагностических задач по следам, обнаруженным на месте происшествия». Автор считает, что дактилоскопия — понятие более широкое, чем дерматоглифика, в частности, «по существу, дактилоскопия — это дерматоглифика, имеющая целью идентификацию человека» [2.105. С. 11].

В настоящее время термин «дерматоглифика» широко используется в криминалистической литературе [2.39; 2.176; 2.177; 2.180], но до настоящего времени нет его единообразного толкования.

/

/

В криминалистической науке существенное внимание дерматоглифике уделено в работах В.В. Яровенко. Под дерматоглификой он понимает науку, занимающуюся изучением папиллярных узоров и других особенностей рельефа кожи ладоней и стоп человека. Предметом изучения / дерматоглифики являются особенности строения папиллярных узоров рук, обусловленные генетическими, национальными, географическими / \ признаками, которые характеризуют состояние и функциональные свойства организма человека: предрасположенность к отдельным видам заболеваний, поведение человека в экстремальных ситуациях, склонность к определенным видам профессий, совместимость супружеских пар и др. [2.177. С. 32].

Новейшие достижения в области генетики и диагностической медицины, использование математических методов и компьютеризации в исследовании дерматоглифов4, привели к расширению возможностей дактилоскопических и комплексных судебных экспертиз. При их производстве изучают психологические и психофизиологические свойства

6

4 Дермат оглифы, это основн ые рисунки , находя щиеся гребешк овой коже. Согласн о принято й междун ародно й классиф икации, на дермато глифах ладони различа ют: а) направл ение главных ладонн ых линий (индекс Каммин са); б) узоры межпал ьцевых промеж утков; в) осевые и гипотен арные триради усы; г) дефектн ые узоры в области тенара; д) дисплаз ии папилля рных линий и другие знаки, которые применя ют в антропо логии, анатом ии человек а и примат ов.

12

личности. Подобный подход позволяет распознавать (диагностировать) психологические свойства преступников, устанавливать спорное отцовство, а также определять многие характеристики человека — его рост, пол, наличие скрытых генетических заболеваний, склонность к творческим или силовым видам деятельности, даже предрасположенность к авариям и т.д.

В дерматоглифических исследованиях теоретические положения основ дактилоскопии оказываются недостаточными. С точки зрения статистических подходов, для уяснения сущности применяемых количественных методов, эти общие утверждения (за исключением такого свойства, как восстанавливаемость) требуют детализации и математического обоснования. В настоящее время эта проблема решена с появлением статистического раздела в криминалистике [2.147. С.5]. Возможности применения статистических характеристик папиллярного узора нами рассмотрены в рамках решения задач криминалистической диагностики, а идентификационные признаки дополнены дерматоглифическими элементами.

В дактилоскопических исследованиях индивидуальность

обеспечивается наличием общих и частных признаков. Они используются как для идентификационных, так и для диагностических исследований. Первые позволяют отнести папиллярные узоры к определенной группе, вторые индивидуализировать его, выделив из общей группы.

Идентификационные признаки могут быть классифицированы по различным основаниям. На наш взгляд, в рамках дерматоглифических исследований применима классическая классификация: на общие (групповые) и частные.

К общим относятся те, которые свойственны однородным объектам. В дерматоглифических исследованиях общие признаки позволяют выделить группу узоров (например, петлевидные) из других подобных групп (например, дуговых узоров), а так же отнести объект по отображению его

13

общих признаков (количество видов дактилоскопических узоров на пальцах группы) к данной группе — основной дактилоскопической формуле при систематизации и поиске в картотеке ИЦ УВД.

В качестве частных признаков ладонной поверхности фигурируют детали папиллярного узора - дельты, вилочки и т.д., дерматоглифические элементы — трирадиусы ладонной поверхности, узоры на тенаре, гипотенаре и т.д. В дерматоглифических исследованиях используется более 180 элементов, что значительно расширяет идентификационное поле, увеличивая идентификационные, диагностические возможности экспертных исследований [2.177; 2.179; 2.167; 2.169; 2.38].

С нашей точки зрения, количественные параметры дерматоглифики (ширина гребней, ширина борозд, гребневый счет, тип и ориентация узора) также несут значительную нагрузку в экспертных исследованиях в качестве идентификационных и диагностических признаков и являются частными по отношению к дерматоглифическим элементам. Расширение идентификационного поля за счет дерматоглифических элементов и их количественных параметров может использоваться в качестве одного из критериев в диагностических исследованиях. Что позволяет криминалистической диагностике, среди прочих задач, заниматься построением поисковой криминалистической модели личности.

Решение проблем дерматоглифических исследований не представляется без участия специалистов названной отрасли. В криминалистической литературе по проблемам идентификационных и диагностических задач, отмечено значение роли специальных знаний при осуществлении трасологических экспертиз. Признано, что «…важнейшей формой использования специальных знаний в процессе доказывания по уголовному делу является проведение экспертизы, в результате которой экспертом устанавливаются определенные факты. Последние могут быть использованы в качестве доказательств для установления истины по делу,

14

при условии, если между доказательственными фактами и главным фактом имеют место определенные связи — пространственные, временные, связи однозначные и многозначные» [2.175. С. 12-30; 2.90. С. 37].

Круг решаемых дерматоглификой задач весьма широк, а диапазон применения разносторонен. Дерматоглификой занимаются представители различных наук: биологии, генетики, медицины, антропологии, криминалистики и т.д. Что же касается последней, то она использует достижения дерматоглифики в своих целях: при изучении соответствующих закономерностей, проявляющихся в формировании кожи человека, ее отражении в окружающей действительности и разработке на этой основе практических рекомендаций по раскрытию, расследованию преступлений. Поэтому, с нашей точки зрения, вполне правомерно говорить о криминалистической дерматоглифике.

Впервые данный термин был введен В.В. Яровенко, который, однако, не раскрыл его содержание. Определение «криминалистической дерматоглифики» было предложено Т.В. Патрушевой [2.116. С.90-93]. В определении криминалистическая дерматоглифика представлена как «самостоятельный раздел трасологии, изучающий признаки и характеристики папиллярных узоров кожи человека по следам, обнаруженным на месте происшествия, в целях криминалистической идентификации, определения черт характера, свойств организма, повлиявших на поведение, необходимых для осуществления розыскных мероприятий» [2.116. С.92-93]. Т.В. Патрушева формулирует этот термин в узком значении, сужая данное определение до «папиллярных узоров кожи человека», сводя возможности раздела трасологии до рамок дактилоскопии.

В широком понимании криминалистическая дерматоглифика изучает морфологические особенности поверхностного слоя кожи для решения идентификационных, классификационных и диагностических задач, результатом
которых и является возможность «…определения черт

15

характера, свойств организма, повлиявших на поведение необходимых для проведения розыскных мероприятий» [2.116. С.92-93]. Полагаем, что такая возможность возникает, как результат разработки средств и методов по собиранию, исследованию, и оценке следов кожного покрова, в целях регистрации, расследования и предупреждения преступлений. Причем, объем криминалистически значимой информации, отраженной на кистях рук и стоп столь значителен, что в нашем исследовании мы вынуждены рассматривать только дерматоглифы кистей рук.

Учитывая разносторонность и объем научных исследований кожного покрова человека, В.В. Яровенко в 1996 году предложил заменить название раздела криминалистики «дактилоскопия» названием «дерматоглифика», что, по его мнению, соответствует не только этимологическому значению (кожный рисунок), но и современному состоянию научных исследований. На основании изложенного возникает вопрос о соотношении дактилоскопии и дерматоглифики.

В современной отечественной криминалистике дактилоскопия рассматривается как раздел трасологии, изучающий свойства и характеристики папиллярных узоров кожи, преимущественно пальцев рук, средства и методы их обнаружения, фиксации, изъятия и исследования, в целях криминалистической регистрации и идентификации по следам, обнаруженным на месте происшествия [2.16. С.57], а дерматоглифика — как раздел трасологии, изучающий кожу в целом [2.176. С.34, 40]. Индивидуально и внешнее строение других участков кожи, в частности, применительно к кожным покровам головы общие и частные признаки выделены СИ. Ненашевым [2.106] и др.

Таким образом, следует, что и дактилоскопия, и дерматоглифика изучают папиллярные узоры рук, но, если дактилоскопия изучает лишь строение папиллярных узоров, то дерматоглифика изучает связь морфологии (внешнего строения) кожи человека с внутренней средой (эндокринной,

16

иммунной системой и т.д.) организма и национальными, расовыми, географическими и иными факторами [2.4; 2.5; 2.134; 2.161; 2.177].

С нашей точки зрения, дактилоскопия является частью криминалистической дерматоглифики. В современной антропологии и медицине принята следующая классификация к более крупной совокупности объектов: «пальцевые дерматоглифы», «дерматоглифика пальцев рук», «дерматоглифика кистей», «дерматоглифика ладонных поверхностей», «дерматоглифика стоп», «дерматоглифика лба, предплечья», и т.д. [2.2. С.6; 2.145; 2.166; 2.161; 2.97; 2.104]. Полагаем правомерным говорить о «пальцевых дерматоглифах», «дерматоглифике ладоней», «дерматоглифике стоп» как объектах и в криминалистике, что позволит более углубленно разрабатывать и решать диагностические задачи.

Значение дерматоглифических исследований может быть представлено в аспектах проблемы выявления статистических связей между признаками папиллярного узора, а также между этими признаками и характеристиками (морфологическими, биологическими, психологическими) личности, необходимых для решения криминалистических задач расследования преступлений.

Рассматриваемые типы связей и закономерностей нами исследованы с применением инструментально-аналитических, статистических и системно- структурных методов исследования в целях решения криминалистических задач, возникающих в криминалистических системах. В нашем исследовании криминалистической системой признана дактилоскопическая карта. В науке, под криминалистической системой понимают любой объект научного и практического криминалистического исследования, характеризующийся, определенным типом организации, целостной структурой и, допускающей применение принципов системного подхода. В предложенной В.Я.Колдиным классификации криминалистических систем и соответствующих типов системного подхода [2.73] нас интересуют физические, биологические и

17

социально-психологические взаимосвязи. Как установлено В.В. Яровенко, А.Н. Чистикиным и Л.Г. Эджубовым, такое влияние выражено различными типами объектных связей в криминалистических системах, в том числе, и в генетической связи - связи между причиной и следствием, условием и обусловленностью [2.147; 2.149; 2.177]. Количественные и качественные параметры эпидермальных узоров кисти формируют представление о возможности проведения статистических исследований в рамках раскрытия темы диссертационного исследования.

Исходным материалом для установления статистических закономерностей выступают отпечатки ладоней и всех десяти пальцев обеих рук (и ступней), отпечатки ладони и пальцев одной руки и единичные

^ отпечатки пальцев или единичные следы, обнаруженные на
месте

происшествия. Почти все единичные дерматоглифические исследования, которые проводят биологи и судебные медики, обычно основываются на полной, т.е. декадактилоскопической информации. В криминалистике многие выводы сформулированы на базе эпидермального узора единичного следа [2.147. С.95]. Поэтому, столь важное значение приобретает комплексный подход при решении криминалистических задач, а также проведение экспертных исследований на
новом информационном уровне (с

t> использованием рисуночного теста ДДЧ, привлечением
данных

антропологии и медицинской дерматоглифики)5.

Выявление статистических связей в рассматриваемой области имеет большое значение, как для повышения эффективности судебных экспертиз, так и для решения следственных и оперативных задач [2.147. С. 92]. При изучении статистических связей перед экспертами-криминалистами стоит задача выявления количественных соотношений между признаками внутри самого узора. «Эти связи условно названы внутренней статистикой. Вторая

& задача нацелена на выявление статистических связей между признаками

5 См.: Глава II.

18

папиллярного узора и характеристиками личности, т.е. занимается внешней статистикой» [2.147. С.92]. При установлении внешних статистических связей также существует два взаимосвязанных направления.

Первое — эндогенное (внутреннее), которое связанно с установлением связей между признаками папиллярного узора и внутренними свойствами личности, а именно, психологическими и внутренней морфологии (например, наличием наследственных заболеваний, скорость прохождения нервного импульса т.д.).

Второе — экзогенное (внешнее), отражающее статистические связи между признаками папилярного узора и внешними характеристиками человека (например, его ростом, полом и пр.).

Л.Г. Эджубов, В.З. Поляков, А.И. Хвыля-Олинтер обоснованно предлагают классифицировать поисковые возможности внешних статистических связей определением пола, роста, возраста и приобретенных (дополнительных) статистических особенностей [2.147. С.97-104].

Все статистические исследования, связанные с подсчетом частоты встречаемости типов и видов папиллярных узоров, частоты встречаемости макро - и микродеталей, определению пальца, фаланги, которыми оставлены следы, отнесены к внутренней статистике.

Экзогенные (внешние) связи делятся на две группы: генетические и приобретенные. К первым относятся особенности, которые определены генетической структурой личности. Вторые - приобретаются человеком в процессе производственной деятельности или других жизненных обстоятельств [2.147. С.97].

В дактилоскопии процесс установления связей между признаками папиллярного узора и морфологическими характеристиками человека достаточно разработан. В нашем исследовании рассмотрены корреляты морфологических и психологических свойств личности, определяемых в результате анализа
дерматоглифов кистей рук, и установлены

19

психологические особенности личности, отраженные на дерматоглифах ладонной поверхности.

В методической литературе по дактилоскопической экспертизе [2.67] в качестве полового признака используются «размерные характеристики» следов кисти и пальцев рук человека. С точки зрения дерматоглифических экспертиз более обоснованным является использование для определения пола «различия… в частоте встречаемости типов узоров, их разновидностей на пальцах рук у мужчин и женщин… в частоте встречаемости и топографическом расположении на площади папиллярных узоров, количественных совокупностей элементных признаков, а также корреляции признаков» [2.77]. Наши исследования являются дополнением данных положений.

Для выявления значения криминалистической дерматоглифики нас интересуют возможности построения криминалистической поисковой модели преступника, при установлении внешних и внутренних статистических связей. Совокупное исследование которых, с нашей точки зрения, расширяет границы познания психологических и морфологических особенностей, обусловленных генетически, а также предел их изменчивости.

В свою очередь, эндогенные связи подразделены исследователями на три группы: генетические, патофизиологические и психологические, которые наиболее полно позволяют формировать представление о личности при осуществлении розыскных и следственных мероприятий [2.147. С.101-114].

Современные достижения научных исследований в области биологии, медицины и дактилоскопии значительно расширили возможности исследования следов рук человека. Возникли новые направления в области дактилоскопии в рамках микробиологических и статистических исследований. Перечисленные факторы вызвали предпосылку для создания современного понятия «криминалистическая дерматоглифика».

20

С нашей точки зрения, при формировании определения «криминалистическая дерматоглифика», следует исходить из четырех базовых понятий: «папиллярный узор», «волярные поверхностей кистей рук и стоп», «флексорные (сгибательные), функциональные складки и «кожа в целом».

В криминалистической литературе под папиллярным узором понимается: «…узор, образуемый папиллярными линиями. Наиболее криминалистически значимыми являются папиллярные узоры ладонной поверхности концевых фаланг пальцев рук …». На коже других частей тела, кроме внутренней поверхности стоп, папиллярных линий не существует [2.16. С. 54]. Эта кожа содержит большое количество нервных окончаний. Она лишена волос и сальных желез, но потовые железы здесь обильны, их протоки открываются на верхушках гребешков [2.38. С. 5]. Гребешковая кожа не всегда образует узор на волярных поверхностях. Но при этом всегда сохраняет определенные дерматоглифические элементы.

Антропологический термин «волярные поверхности»6 раскрыт Гладковой Т.Д. Это подушечки (бугры), образованные скоплением подкожно-жировой ткани, и развились у млекопитающих как своеобразная подкладка, служащая опорой, приспособлением при ходьбе. Их также называют «осязательными» (от лат. tactus — осязание, прикосновение), «ходильными» [2.38. СП].

Кроме кожных гребешков на ладонях и подошвах имеются сгибательные или флексорные борозды. Главные из них, находящиеся в области суставов, формируются в эмбриональном периоде развития организма и остаются
неизменными всю жизнь. Мелкие флексорные

6 Генерализованная волярная поверхность пятипалой конечности млекопитающих имеет одиннадцать таких возвышений, которые, по местоположению делятся на три группы: 1. Пять пальцевых (апикальных) подушечек на концевых фалангах пальцев; 2. Четыре межпальцевые полушечки на ладонях и подошвах против межпальцевых промежутков; 3. Две проксимальные подушечки - тенар у основания большого пальца и гипотенар на проксимально-ульнарном (противоположном по расположению к тенару) крае. Такое расположение типично, но в силу ряда причин, как генетических так и функциональных, волярные возвышения подвергаются модификации, и редуцироваться [2.38. С. 11,12].

21

бороздки образуются как результат функциональной деятельности индивидуума в постэмбриональном состоянии и варьируют по расположению и количеству. «Дерматоглифика изучает только папиллярные линии и узоры, сгибательные борозды сюда не включаются» [2.38. С. 5].

Проанализировав указанные положения, мы предлагаем следующее определение криминалистической дерматоглифики: «криминалистическая дерматоглифика - раздел трасологии, изучающий строение папиллярных узоров и волярных поверхностей кистей рук, стоп и кожного покрова человека в целом (за исключением флексорных линий) и разрабатывающий средства и методы по собиранию, исследованию, оценке и использованию следов кожного покрова в целях решения классификационных, идентификационных и диагностических задач в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений».

Таким образом, «криминалистическая дерматоглифика изучает эпидермальные7 узоры и кожу человека в целом в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений».

Исходя из изложенного, значение дерматоглифических исследований в криминалистике может быть выражено возможностями комплексных экспертиз и методами статистической дактилоскопии. Значительный объем генетической информации, простота получения отпечатков и их аналитической обработки, формируют значительный поисково-познавательный потенциал в практике применения комплексных судебных экспертиз. На основе анализа характерных особенностей дерматоглифов возможно построение общей и частной типологии человеческого организма и решение проблем классификационных, идентификационных и диагностических задач. А также, в процессе детального анализа системно-структурных связей, получить данные относительно риска возникновения тех или иных проблем в социальной и психологической адаптации личности.

7 поверхностный слой кожи, состоящий из многослойного плоского эпителия [2.143. С. 1547].

22

Перечисленное, с нашей точки зрения, имеет важное значение не только в криминалистике, но и в криминологии в связи со значительным ростом преступности. В конечном итоге, изученные особенности позволяют наиболее эффективно решать задачи построения поисковой криминалистической модели личности.

Место дерматоглифики в криминалистике нами раскрыто через ее значение в системе криминалистических знаний. Такое решение позволило дифференцировать экспертные возможности исследования следов рук и подчеркнуть: во-первых, особые диагностические возможности выявления эндогенных и экзогенных связей; во-вторых, расширение «идентификационного поля», за счет эпидермальных узоров и кожи в целом, а не только гребешковой кожи; в-третьих, предпосылки к введению расширенного понятия «криминалистическая дерматоглифика»; в-четвертых, расширение идентификационных, классификационных и диагностических границ исследований; в-пятых, значение статистических (количественных) параметров дерматоглифики для решения проблем классификационных, идентификационных и диагностических экспертных исследований; в-шестых, особый механизм прогнозирования свойств человека (морфологических и психологических) при анализе экзогенных и эндогенных связей дерматоглифических узоров.

23

§2. Основные теоретические положения применения данных дерматоглифики в процессе установления личности преступника

Теоретические положения применения дерматоглифических данных рассмотрены в рамках изучения морфологических и психологических свойств личности в отношении криминалистических исследований следов рук. Применительно к криминалистике методы получения сведений о личности, посредством дерматоглифической информации, включает: а) общенаучные методы криминалистики: наблюдение, сравнение, описание, змерение, вычисление, моделирование; б) специальные, как разработанные в криминалистике, так и заимствованные из психологии, социологии, антропологии и т.д. С нашей точки зрения, многообразие методов оптимально корреспондируют системно-структурному подходу,

педложенному в данной работе.

Рассмотрение элементов папиллярного узора в рамках системно-структурного подхода, дает возможность познания общего через частное, совокупности признаков через составной элемент, т.е. дерматоглифических элементов, которые содержатся в дактил о картах. Дактилокарта отражает не только тождественность или не тождественность эпидермальных узоров, но и служит объектом познания целого - личности человека, в единстве биологического и психологического. Исходя из предложенной позиции, мы сочли корректным применение системно-структурного анализа для решения идентификационных и диагностических задач в дактилоскопии как разделе трасологии.

Новизна предложенной концепции заключается в привлечении расширенного информационного поля — папиллярных узоров, волярных поверхностей и кожи в целом. Генетический детерминизм эпидермальных

Информационное поле мы признали общим по отношению к частному идентификационному полю.

24

узоров (кожи в целом) и свойств личности, с нашей точки зрения, формирует значительный поисковый материал в рамках диагностирования морфологических и психологических особенностей.

«При исследовании биологических свойств личности следует учитывать, что в соответствии с общебиологическими программами человек, … является закономерно функционирующим и прогрессивно развивающемся индивидом. Согласно этим программам человек является представителем групповых признаков, а также совокупностью индивидуальных особенностей». Причем, «наличие многочисленных биологических свойств обеспечивает его биологическую индивидуальность» [2.58. С. 13].

К биологическим свойствам личности среди прочих, относят «внешнюю анатомию тела, включающую морфологию кожных узоров, биохимические особенности, включающие специфику состава крови, слюны,…» и т.п. [2.58. С. 14].

Человек, являясь активным носителем социальных, психологических и биологических свойств, имеет возможность оказывать влияние на материальную среду, как «следоноситель». «Указанные свойства отображаются в материальной действительности в процессе его жизнедеятельности, в том числе, и при совершении правонарушения» [2.58. С. 14]. Неповторимость человека «…обуславливается уже природными факторами, которые играют важную роль в определении индивидуального бытия. Специфический кожный узор покрова пальцев рук, например, служит одним из средств установления индивидуальной идентичности и опознания человека» [2.135. С.32].

При рассмотрении в криминалистике следа, как основной гносеологической категории в расследовании преступлений, ученые признают, что « …необходимо иметь в виду не только механическое отображение и трасологические следы» [2.156. СП]. «Каждое отдельное движение, то есть, каждый индивидуальный
процесс изменения имеет

25

своеобразные черты. Это могут быть пространственные, временные, энергетические характеристики процесса, причины, его вызывающие, степень его упорядоченности, несомая им информация о других процессах и т.д.» [2.171. СП].

Рассматривая криминалистические следы в совокупности их значений и проявлений, раскрывается возможность познания преступления в расширенном идентификационном поле. Следовательно, необходимо констатировать системность отражения следов, как единой информационной системы, отражающей объективную реальность преступления. Что в свою очередь, вызывает необходимость системного подхода к проблемам исследования дерматоглифов.

Системный подход при выявлении следов преступления требует, чтобы при исследовании объектов материальной обстановки раскрывались взаимосвязи и взаимозависимости между ее отдельными элементами. Именно данная позиция позволяет формировать представление о поисковых возможностях дерматоглифических экспертиз. Установление конкретной структурной связи между элементами системы зависит от задач исследования, методов и той области исследования, в сферу которой попадает исследуемый предмет. Учитывая, что «структура связи определяется составом, направлением и способом соотношения ее частей, элементов» [2.136. С.23], и выражена в знаковой форме, трасологические следы рассматриваются как знаки, сигналы и образы, имеющие информационное значение [2.156. С. 17-20]. Все это подчеркивает знаковое содержание материального мира и процесса отражения, в общем, и эпидермальных узоров в специфических условиях расследования преступлений в частности.

В целях расследования преступлений, криминалистика опирается на криминалистические средства и методы. В.А. Жбанков, рассматривая вопрос о
криминалистических средствах и методах установления «лиц,

26

совершивших преступления, указывает на решение с их помощью в процессе расследования ряда задач, в том числе… идентификации личности правонарушителя, поиск скрывшихся правонарушителей» [2.58. С.6]. Данная позиция нашла свое продолжение в нашем исследовании. Она выражена поисковыми и диагностическими возможностями эпидермальных узоров кожи.

Дактилоскопические экспертизы решают широкий круг определенных задач по исследованию следов рук, но оставляют за пределами установление поисковой криминалистической модели личности. Возникающие вопросы, сложности, неоднозначность дополнительных и повторных экспертиз, вызывают необходимость проведения комплексных экспертиз.

Основоположником комплексных криминалистических исследований свойств человека на основе использования специальных знаний в решении задач расследования, является В.Е. Корноухов. В общем виде, выводы и предложения В.Е. Корноухова касаются криминалистического анализа дактилоскопической информации. В частности:

обоснования индивидуальности папиллярных узоров;

изучения возможности определения принадлежности нескольких отпечатков одному человеку, когда личность последнего не установлена;

разработки научных основ методик по распознаванию пола по концевым фалангам пальцев рук;

установлению отцовства, материнства по отпечаткам пальцев рук;

возможности выведения вероятной дополнительной

дактилоскопической формулы по единичным отпечаткам пальцев рук;

проверки связи между папиллярными узорами концевых фаланг с признаками внешнего облика, длины «линии Гальтона» с ростом человека [2.78].

Нашими исследованиями установлены и другие корреляции, полученные при
анализе дерматоглифов, в рамках статистических и

27

комплексных исследований, которые подтверждают возможность устанавливать морфологические и психологические особенности личности. Осуществление названных исследований применено в идентификационных, классификационных и диагностических экспертизах.

Изложение основных теоретических положений применения данных дерматоглифики в криминалистике имеет отличие от дактилоскопии. С нашей точки зрения, они основаны на материалах современных комплексных и статистических исследований в данной отрасли и заключаются в особенностях информационного поля, что в свою очередь, вызывает необходимость пересмотра сущности криминалистической идентификации и диагностики, а также индивидуальности, относительной устойчивости, отобраэ/саемости и взаимосвязи со свойствами личности.

Идентификация отдельного элемента папиллярного узора невозможна, иначе это противоречило бы понятиям материалистической диалектики о закономерном и случайном. Какая-либо деталь узора может повториться и случайно в другом однородном объекте (той же группе). Но индивидуализировать объекты способна только совокупность (комплекс) общих признаков в теории криминалистической идентификации, которую именуют индивидуальной совокупностью. В нашем исследовании это эпидермальные узоры кистей рук.

Идентификационные признаки классифицированы на качественные (атрибутивные) и количественные, что призвано отразить различие в способах их фиксации, видовых и количественных характеристиках узоров.

Атрибутивные излагаются в виде терминов, содержащих качественную характеристику объекта. Эта характеристика типа и разновидности папиллярного узора — дуговой, петлевой, завитковый и особенностей отобразившихся в следе - шрамы, дисплазии.

28

Количественные признаки выражаются числовыми величинами, определяющими величину следов-отображений, количество папиллярных линий в узоре и т.д.

Идентификационные признаки папиллярного узора и

дерматоглифических элементов могут быть охарактеризованы в количественном или качественном отношении. Например, идентифицируют наличие, количество дисплазий и их расположение, а также наличие завиткового узора на следах отображениях и количество дельт, величина угла дельты т.д.

Совокупность общих папиллярных признаков способна индивидуализировать объект потому, что распределение их на поверхности объекта носит «случайный» характер, (генетически детерминированный наследственными факторами), а, следовательно, по теории вероятностей, практически неповторим в данной совокупности.

В следах, обнаруживаемых на местах происшествия, отображается лишь небольшая часть папиллярного узора, на которой чаще всего не просматриваются отображения потовых отверстий и особенности рисунка границ папиллярных линий. Даже сочетание этого небольшого количества деталей настолько индивидуализирует узор, что 7-10 макродеталей оказывается достаточно для отождествления, хотя в полном узоре одной ногтевой фаланги пальца содержится таких деталей в среднем от 50 до 150 [2.147. С. 15]. Расширение информационного поля за счет дерматоглифов ладонной поверхности расширяет возможности криминалистической идентификации.

Сущностью криминалистической идентификации является процесс сопоставления объекта и его отображений. Основой такого сопоставления служат криминалистические постулаты об использовании

материалистической теории отражения как свойств живой и неживой

29

материи. В соответствии с этим учением следы-отображения указывают на закономерности:

  • возникновения отображения как результат воздействия на объект;
  • свойств отобразившегося объекта;
  • использования полученных данных для установления обстоятельств дела.
  • Таким образом, криминалистическая идентификация обусловлена выделением единичного материального объекта в массе однородных объектов и приспособленной для этого методикой и техникой их индивидуализации. С нашей точки зрения, дерматоглифическая составляющая идентификации построена на генетическом уровне и выражена корреляциями с морфологией и психологическими свойствами человека.

Особое значение для криминалистической идентификации имеет градация различий на существенные и несущественные. Первая свидетельствует о значительных отличиях отождествляемого объекта, например - отпечатков пальцев кистей рук в дактилоскопической картотеке ИЦ УВД ПК от пальцевого отпечатка подозреваемого. Несущественные различия вызваны изменениями лишь некоторых свойств предмета, оставшегося в своей основе прежним. Пример: руки «прачки», когда, папиллярные линии под воздействием водной среды, приобретают искаженную форму, но восстанавливаются через некоторое время после устранения внешней причины.

При детальном рассмотрении термина «криминалистическая идентификация» наблюдается многозначность трактовки. Во-первых, им обозначают цель (задачу) и результат исследования [2.73]. Во-вторых, -характеристику процесса идентификации [2.139]. В-третьих, этим термином обозначают метод познания, включающий, учение об общих принципах и приемах отождествления материальных объектов как способа установления истины по уголовному, гражданскому, административному, арбитражному делу [2.15].

30

С философской точки зрения, «отождествление означает усмотрение одного и того же, как того же самого, в его различных проявлениях. При этом, один и тот же предмет, рассматривается как тот же самый во всех своих различных состояниях, или во многих предметах усматривается одна и та же общая черта, по которой эти различные предметы сходствуют между собой, образуя ряд однородных предметов» [2.131. С.120].

Задача установления тождества объекта по его признакам условно именуется в уголовном процессе криминалистической идентификацией и на разных стадиях процесса возникает весьма часто. Правильное разрешение этой задачи очень важно, так как нередко нельзя раскрыть преступление не установив, что данные следы на месте преступления оставлены именно данным лицом или предметом, что была похищена данная вещь, а не другая и т.д. Рассматривая теорию идентификации с позиций расширения информационного поля дерматоглифами ладонных поверхностей, возникает возможность создания поисковой криминалистической модели личности.

Классификационные исследования дерматоглифических элементов выходят за пределы нашей работы и не рассматриваются в силу значительного объема информации. Диагностические исследования выражены широким полем применения в результате влияния эндогенных и экзогенных связей. В процессе поиска криминалистически значимой информации, «…могут возникнуть различные … неидентификационые задачи, решение которых… нередко сопряжено с использованием специальных знаний» [2.72. С.80]. С нашей точки зрения, комплексное применение методов статистической дактилоскопии и криминалистической дерматоглифики позволит решать диагностические задачи при исследованиях следов рук.

В аспектах статистической дактилоскопии диагностические исследования относительной устойчивости имеет ряд особенностей. Теоретическими
проблемами относительной устойчивости занимались:

31

СМ. Потапов, Н.В. Терзиев, В.Я. Колдин, и др. Исходя из анализа учения названных авторов, понятие относительной устойчивости, точнее относительной неизменяемости дерматоглифов, с одной стороны, предполагает, относительную устойчивость объекта, с другой - показывает, что объект подвержен и каким-то изменениям. Относительная устойчивость может быть рассмотрена на примере старения кожи с возрастом. В результате: на коже появляются морщины, а папиллярные линии несколько сглаживаются, но это не изменяет основного рисунка узора. Кроме того, подверженность узора к изменениям основана на анатомических и морфологических особенностях кожного покрова, а именно, его эластичности, т.е. способности растягиваться на одних участках и сжиматься на других, в зависимости от направления силы нажима и количества подлежащей под кожей подкожножировои клетчатки; неустойчивости к агрессивным агентам внешней среды - воде, огню, острым предметам и т.д., с последующим ее рубцовым изменением. В этом случае, также главной особенностью названных изменений является возможность полного или частичного восстановления прежнего узора.

Анализ дактилоскопических отпечатков показывает, что особенно сильно деформируются макродетали узора. Но бывают случаи искажения и общих признаков узора. Причем два отпечатка, отобранные один за другим, могут иметь заметные различия. Особенно сильно искажаются папиллярные узоры при традиционной прокатке. Во всяком случае, пальцевые следы, которые обычно отображаются в результате прямого касания рукой следовоспринимающего предмета, в наибольшей степени отличаются именно от дактилоскопических отпечатков, отобранных прокаткой.

Таким образом, папиллярный узор, обладая высокой степенью собственной устойчивости (не изменчивость в течение жизни), одновременно с этим обладает невысокой устойчивостью к деформации в момент следообразования. Следовательно, для более полного
анализа свойств

32

папиллярного узора следует выделить понятие собственной устойчивости и устойчивости узора к деформации в момент следообразования.

Кожный узор покрова пальцев рук служит одним из средств установления индивидуальной идентичности и опознания человека [2.125. С.32]. Значительный объем криминалистической и диагностической информации, отраженной на дерматоглифах ладонной поверхности, имеет значение для решения криминалистических задач, а именно: идентификации и диагностики. С точки зрения криминалистической диагностики, нашим исследованием установлены возможности построения поисковой криминалистической модели в ее морфологических и психологических составляющих.

Криминалистическая идентификация и диагностика имеют общую цель - установление фактов, свидетельствующих о происшедшем событии преступления. Есть у них и различия. В первом случае - установление индивидуального объекта, во втором - определение конкретного ситуативного условия события. Оба процесса тесно связаны между собой. Так, определение условий следообразования всегда сопутствует отождествлению объекта по его следу- отображению. При диагностическом установлении механизма следообразования всегда учитываются свойства и состояние следообразующего объекта.

Значение и важность криминалистического анализа следов-отображений определяются возможностями установления фактических обстоятельств расследуемого события. В криминалистических исследованиях решаются идентификационные и диагностические задачи. К первым относится отождествление объекта по оставленным им следам и установление групповой принадлежности. Ко вторым - установление механизма образования следов: взаимодействие объектов в момент возникновения следов.

33

Таким образом, при решении диагностических задач как «учении о способах диагноза», [2.112. С. 159] решается проблема установления (определения, раскрытия) объективной истины, путем изучения и объяснения свойств и состояний объекта (явления). «Следовательно, диагностика может быть определена как процесс познания, в основе которого лежат общие события (явления, факты), по их результатам» [2.3. С. 105]. Рассматривая дерматоглифы кистей рук с точки зрения решения задач криминалистической и медицинской диагностики, возникает возможность определения генетических маркеров определенных заболеваний, что информационно расширяет поисковую криминалистическую модель.

Изучение различий следов-отображений устраняет сомнение и помогает уяснить и объяснить факт тождества, определить допустимую меру отличительных признаков дерматоглифических элементов, не исключающих вывода о тождественности предмета, которые могут возникать в случаях различного давления на ладонную поверхность, микродвижений при получении следа и т.д. Искусственные изменения, вызывающие различия по своему основанию, могут быть подразделены на необходимые и случайные. Необходимые - закономерно обусловлены каким-либо фактором. Например, у гимнастов и спортсменов, тренирующихся на брусьях, вследствие омозоления и стирания волярного рисунка, отпечатки ладонных поверхностей, на первый взгляд, имеют множественные дисплазии. В результате детального анализа дерматоглифов, осуществленного в рамках комплексного и системно - структурного подхода к изучению свойств личности, возможность ошибочных выводов если и не исключена, то значительно снижена.

В аспектах дерматоглифических исследований криминалистическая диагностика приобретает новые возможности. В результате диагностического исследования можно получить ответы, например, на такие вопросы: какой рукой и какими пальцами оставлены следы?» [2.17. С.22].

34

Широкое информационное поле позволяет решать проблемы установления психологических свойств личности, и создавать поисковую криминалистическую модель.

При разрешении прогностических задач в новом информационном поле возникает возможность создания поисковой криминалистической модели личности. Именно анализ эндогенных и экзогенных связей между дерматоглифами и характеристиками человека позволят решать проблемы определения пола, роста, возраста, дополнительных (приобретенных) статистических особенностей, психологических и патопсихологических индивидуальных свойств.

Специфика, выделяющая человека из органического мира, связана с морфофункциональной деятельностью мозга. Нейро - и

психофизиологические качества не только видоспецифичны, но и наиболее адаптивно ценны для человека в многообразных условиях его существования. В работах И.П. Павлова, М.Е. Лобашева, К. Лоренца, Е.Каспари, Л.В. Крушинского и других генетиков и физиологов показано, что поведение является высшей формой активной адаптации к разнообразным условиям внешней среды. Исследователи полагают, что особое место в многоуровневом изучении генетических механизмов адаптационных процессов в популяциях человека принадлежит поведенческим (и среди них - относительно жестко генетически детерминированным нейро - и психофизиологическим) признакам [2.113; 2.94; 2.95; 2.69].

Влияние генов на поведение имеет опосредованный характер. Генетика поведения - это область науки о поведении, основывающаяся на основах генетики и изучающая, в какой степени и каким образом различия в поведении определяются наследственными факторами. Исследование генетики поведения имеет существенное значение для изучения в индивидуальных различиях
высшей нервной деятельности и выявления

35

относительной роли врожденных и индивидуально приобретенных особенностей поведения, для объяснения роли генетически обусловленных особенностей поведения в популяции.

Основные методы исследования генетики поведения — статистический и генеалогический анализ в сочетании с близнецовым и цитогенетическими методами, а также биохимический метод. Успехи в развитии генетики человека сделали возможным предупреждение и лечение наследственных болезней. А с точки зрения криминалистики, расширили поисковые, идентификационные и диагностические возможности.

Формула - «наследственная и средовая» содержит независимые понятия, имеющие в судебной медицине определенное содержание и четкие методы исследования, понятие же «среда» включает в себя все виды внешних, негенетических воздействий, в том числе эмбриональную среду. Взаимодействие этих факторов создает широкий диапазон человеческих индивидуальностей, хотя вклад каждого из них в формирование разных психологических функций, черт, явлений различен. Конечно, содержание человеческой психики в наших генах не кодируется. Оно передается по законам культурной преемственности, которые Н.П. Дубинин назвал «социальной наследственностью» [2.52. С.95-108].

Такой подход с позиций современной генетики соответствует и психологическим представлениям об индивидуальности как уникальности психологического облика каждого человека, ибо генотип каждого из нас абсолютно уникален. «Таким образом, парадигма «наследственное и средовое», и, по-видимому, только она, удовлетворяет всем условиям, необходимым для экспериментального исследования факторов, формирующих межиндивидульную вариативность: она содержит два независимых и высоко индивидуализируемых фактора» [2.122. С.26]. Именно эта концепция, позволяет решать проблемы поисковой криминалистической модели.

36

Исследования, проведенные в области клинической психиатрии и наши собственные материалы по установлению дерматоглифических особенностей, позволяют сделать выводы относительно некоторых особенностей психотипа и психомодели поведения лиц, страдающих алкоголизмом. Сделанный вывод подтвержден и клиническими исследованиями [2.11; 2.46]. Это заболевание характеризуется наличием синдрома зависимости (абстинентного синдрома), изменением толерантности к алкоголю, появлением соматических и психических нарушений, социальной деградацией личности [2.11. С. 109-117].

В аспектах криминалистической дерматоглифики, алкоголизм диагностируется определенной совокупностью эпидермальных отражений. Что позволяет говорить о некоторой генетической обусловленности специфических эпидермальных узоров, отраженных на коже кистей рук. Современная патопсихология алкоголизм определят как эндогенное психическое заболевание.

Изучение дерматоглифических особенностей лиц, страдающих алкоголизмом, в нашем исследовании, вызвано необходимостью обоснования возможности построения поисковой криминалистической модели личности.

Исследования физиологов раскрывают проблемы алкоголизма со стороны динамики биохимических показателей состава крови. Биохимические исследования показали, что беспробудное пьянство, как правило, является следствием нарушения обмена веществ [2.11]. Что также является важным фактором при проведении комплексных экспертиз.

Если рассматривать биохимические показатели во взаимосвязи с обменом веществ, возникает вывод относительно возможности поиска маркеров предрасположенности к алкоголизму через принцип регуляторной функции желудочно-кишечного тракта. Известно, что регуляторная функция желудочно- кишечного тракта, кроме прочих, подразумевает: «…регуляцию психических функций » и «… регуляцию обмена веществ» [2.29. С. 163].

37

Прослеживается эндогенная связь биохимических показателей крови, обмена веществ и психических функций, что позволяет решать проблемы поисковой криминалистической модели. Кроме того, исследования Г.И.Акинщиковой, В.А. Жбанкова и ряда авторов указывают на корреляты уже названных показателей с совокупностью других составляющих, в том числе, и папиллярных узоров кистей рук [2.4; 2.58], которые расширяют возможности получения информации о морфологических и психологических параметрах личности.

Учитывая вышеизложенные позиции, касающиеся влияния экзогенных и эндогенных факторов на социальное поведение личности, с нашей точки зрения, возникает необходимость поиска и изучения простых генетических маркеров адаптации организма к внешней среде. Проведенные дерматоглифические исследования ряда отечественных и зарубежных ученых [2.25; 2.64] в аспектах социальной, профессиональной, климатической и других вариантов адаптации личности и рассмотренные с позиции системного или (и) комплексного подходов [2.55; 2.179] приобретают дополнительный импульс к расширению их значимости в рамках поставленной проблемы. Значение может быть представлено решением широкого спектра разнообразных задач, от генетических до социальных. Именно в целях криминалистической идентификации и диагностики следов (диагностический компонент), оставленных на месте преступления, мы и предприняли попытку исследовать дерматоглифы ладонных поверхностей кистей рук. Что в конечном итоге служит целям обнаружения преступника как поисковый компонент криминалистических исследований.

38 § 3. История развития дерматоглифических исследований

Разграничить начальные периоды истории развития

дерматоглифических исследований как науки от ее внедрения в практику не представляется возможным, в силу непосредственного влияния и проникновения научных сведений о морфологических и иных особенностях дерматоглифов в практическую деятельность правоохранительных органов.

Так, по мнению Т.Д. Гладковой, дерматоглифика как особый раздел знаний сложилась в конце XIX - начале XX века [2.38]. Но интерес к папиллярным линиям и узорам уходит далеко в глубь веков, задолго до их научного изучения. По всей вероятности, восточные народности обратили внимание на пальцевые отпечатки значительно раньше, чем европейские. Предполагают, что древние китайцы, вавилоняне, ассирийцы и египтяне заменяли отпечатками пальцев подписи. Коренные американские народы, возможно, еще до европейской колонизации обращали внимание на кожный рельеф ладоней и пальцев. Известен, например, индейский петроглиф из Новой Шотландии, датируемый несколькими сотнями лет н. э., с нацарапанными на камне очертаниями руки, где грубо изображены беспорядочно идущие флексорные и папиллярные линии, а большой палец имеет завиток.

В развитии дерматоглифики как науки, на наш взгляд, необходимо выделить — биологический (исследующий анатомические и морфологические составляющие), антропологический (этнические составляющие), медицинский (наследование) и криминалистический аспекты.

  1. Наиболее ранние сообщения о дерматоглифике как науке относятся к XVII столетию. Они связаны с анатомическими исследованиями кожи и морфологии гребешков эпидермиса. Одно из первых описаний устройства кожных гребешков и потовых пор принадлежит английскому анатому Грю

39

(Grew, 1684), представившему в Лондонское королевское научное общество отчет о своих наблюдениях над рельефом пальцев и ладоней. К отчету был приложен рисунок ладони. В 1685 г. Бидлу (Bidloo) опубликовал книгу по анатомии человека, в которую включил рисунок и описание устройства кожных гребешков большого пальца.

Описание узоров ладоней и пальцев рук человека сделал Марчелло Мальпиги (Malpighi), в своих анатомических работах, относящихся к 1686 году. Им впервые дано научное обоснование папиллярных линий пальцев рук. Рассматривая кожные узоры в микроскоп, он заменил даже поры, расположенные «по средине хребтов». Параллельное изучение узоров пальцев рук и ладоней, проведенное Марчелло Мальпиги, позволяет отнести проведенные им исследование не только к дактилоскопии, но и к дерматоглифике.

После Марчелло Мальпиги различные ученые неоднократно упоминали в своих сочинениях о папиллярных линиях, но никто из них до Яна Пуркинье не заинтересовался рельефом ладони. Ян Пуркинье изучил проблемы сгибательных борозд и устройства папиллярных линий ладоней. Описывая трирадиусы, ход папиллярных гребней на тенаре и гипотенаре, он отметил, что на них нередко встречаются петли и завитки. Таким образом, он лишь заинтересовался особенностями названных узоров, но не пытался классифицировать их. Ян Пуркинье сделал это в своей диссертации «О физиологическом исследовании органа зрения и строения кожи», опубликованной в 1823 г. Классифицируя папиллярные узоры, Ян Пуркинье распределил их на 9 типов. Пятая глава диссертации посвящена исследованию кожного рельефа ладони [2.96. С.20]. Исходя из вышеизложенного, следует признать, что с именем Яна Пуркинье связан начальный этап исследований дерматоглифов ладони, основанный на их систематизации в рамках физиологии человека.

40

В период 20-30-х годов прошлого столетия были продолжены исследования в области морфологии кожи рук. Из них наибольшего внимания заслуживают работы американского ученого Харольда Камминса (Cummins, 1923, 1926, 1929) по исследованию факторов, обусловливающих развитие и направление кожных гребешков, а также по эмбриональному развитию кожных подушечек.

  1. Этап развития антропологических исследований кожи человека, в рамках этнической (расовой) дерматоглифики связан с именем Уайлдера. Он впервые разработал метод исследования папиллярных линий и узоров на ладонях и подошвах. Много лет Уайлдер посвятил изучению кожного рельефа у разных человеческих рас (Wilder, 1904, 1913, 1922). Им установлены расовые различия в направлении кожных линий и в частоте встречаемости узора кожных гребешков на ладонных подушечках, которые выявить можно лишь в значительных по объему выборках из популяций. Он рекомендует для групповых исследований брать не менее 80-100 субъектов.

За работами Уайлдера последовали многочисленные исследования в этой области этнической дерматоглифики. Начиная с 20-х годов XX столетия, опубликованы обширные сведения по дерматоглифике различных народов мира, которые все более и более заполняют белые пятна на карте расовых особенностей кожного рельефа [2.161; 2.162; 2.168].

Из отечественной антропологической литературы по проблемам дерматоглифики следует назвать работы В.И. Лебедева (1912) и П.С.Семеновского (1923). Последний впервые опубликовал большой материал по пальцевым отпечаткам русских (1927). В области дерматоглифики много работал М.В. Волоцкой, интересовавшийся методикой изучения кожного рельефа человека (1936,1937).

Независимо от исследований X. Камминса, он предложил дактилоскопический индекс и составил карту его распространения по земному шару. М.В. Волоцкой исследовал и пальцевые узоры рук многих

РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННА^ 41 БИБЛИОТЕК

народностей СССР (1941). Позднее появились работы по этнической дерматоглифике (Т.Д. Гладкова, 1957, 1958, 1959, 1961, 1964; Т.Д. Гладкова и А.А. Левин, 1960; В.А. Григорьева, 1961; А.Г. Гаджиев, 1962; Г.Л. Хить, 1964). Единичные исследования посвящены генетике кожного рельефа (М.И.Вильямовская, 1930; С.С. Канаев, 1935; М.В. Волоцкой, 1936, 1937; Т.Д. Гладкова, 1964), а также общим вопросам дерматоглифики (Т.Д.Гладкова, 1962, 1964).

Значительный вклад в развитие криминалистического учения о следах внесли такие советские криминалисты, как И.Ф. Крылов, Д.А. Турчин, Б.И.Шевченко, Г.Л. Грановский, Е.И. Зуев, B.C. Сорокин, И.Н. Якимов и др., в их трудах получили обоснование общие положения этого учения. Были исследованы вопросы механизма образования следов, разработаны основы их классификации, описаны современные способы моделирования следов и т. д.

  1. Особое направление в дерматоглифике создала профессор университета в Осло Бонневи (Bonnevie, 1924, 1927, 1929), изучавшая эмбриональное развитие пальцевых узоров в связи с наследственностью. Она предложила рассматривать дерматоглифы как дополнительные генетические маркеры в диагностической медицине. Одновременно и независимо друг от друга Камине и Бонневи установили связь пальцевых и ладонных подушечек с типами папиллярных узоров.

В начале и середине XX века много работ было посвящено изучению наследственности кожного рельефа (Elderton, 1920; Gruneberg, 1928; Bonnevie, 1931; Geipel, Verschuer, 1935; Ennenbach, 1939; Penrose, 1949; Holt, 1961 и др.) и дерматоглифике близнецов (Н. Newman, 1930; Meyer-Heydenhagen, 1935; Mac Arthur, 1938; Rife, 1933; Wilde, 1963 и т.д.). Следует отметить также изучение связей между узорами на пальцах и ладонях (Holt, 1949, 1959; Pons, 1956; Mavalwala, 1962), имеющее вспомогательное значение для этнических исследований кожного рельефа и изучения его наследственности у человека.

42

Из отечественных ученых, занимающихся проблемами медицинской дерматоглифики, особый вклад внесли: С.С. Усоев (1971), Т.Д. Никуда (1979), Т.Ф. Абрамова, С.С. Самищенко (1995), В.Г. Солониченко (1997), А.Н.Чистикин; Т.А. Чистикина.

Следует подчеркнуть многопрофильность исследований в области дерматоглифики, которые имеют значительный интерес для антропологов, биологов, медиков и криминалистов, позволяющие решать специальные задачи. Например, в послевоенные годы большой известностью в области дерматоглифики пользуются работы X. Камминса и Ч. Мидло. В результате многолетних исследований, основываясь на своих оригинальных материалах и литературных данных, они опубликовали две фундаментальные монографии - по кожному рельефу приматов (1942) и общей дерматоглифике (1943). Детальность разработки отличительных морфологических признаков кожного рисунка и диагностических маркеров позволили применять данные этих исследований в экспертной практике. Таким образом, прослеживается и другая особенность исследований в области дерматоглифики -неразрывная связь теории и практики применения.

История развития дерматоглифики связана с дактилоскопией. Основаниями взаимосвязи является не только введение термина «дерматоглифика» в 1926 году, но и проведение исследований дерматоглифов как ладоней, так и пальцев рук одними и теми же авторами под рубрикой «дактилоскопия» (Марчелло Мальпиги, Яна Пуркинье и другими ранее названными авторами в истории развития дерматоглифики) 9.

  1. Первые шаги в создании учения о следах пальцев рук — дактилоскопии, как науку сделали итальянский биолог Марчело Мальпиги (1628 -1686 гг.) и выдающийся чешский биолог Ян Пуркинье (1787-1869 гг.) Изучение истории развития дактилоскопии позволило Э. Локару с полным

9 См.: Глава 1§1.

43

основанием назвать М. Мальпиги дедом дактилоскопии, а второго — ее общепризнанным законным отцом [2.45. С.6-20].

Кроме изучения исторических вопросов дактилоскопии и формирования научных основ пороскопической экспертизы, Э. Локар обратил внимание на различия папиллярных узоров, которые мы рассматриваем как биологический аспект нашего исследования. В свою очередь, Гершель анализирует различия в папиллярных узорах у мужчин и женщин. Так, папиллярные линии у женщин «тоньше и более сближены», но, по мнению Э. Локара, анализ такой закономерности, основывается, в большей степени на интуиции, чем на научно-разработанной методике [2.96]. Впоследствии П.С. Семеновский и др. ученые стали изучать частоту встречаемости типов, разновидностей папиллярных узоров у мужчин и женщин и пришли к выводу, что она не одинакова, и основана на строго научном анализе.

  1. Исследования английского ученого Френсиса Гальтона многоплановы и разнообразны по сферам применения. В 1865 году он опубликовал статью «Наследственный талант и характер», положившую начало серии работ по наследственности у человека. С тех пор проблема наследственности стала центральной в научных интересах Ф. Гальтона. Занимаясь изучением антропологии и физиологии, Ф. Гальтон около 1866 г. начал исследование папиллярных узоров с биологической стороны, в результате которых ему удалось научно доказать возможность использования пальцевых отпечатков для целей криминалистики [2.35]. Полученные материалы Ф. Гальтон изложил в книге «Отпечатки пальцев», изданной в 1892 г. Следовательно, английский ученый Ф. Гальтон является основоположником применения дактилоскопии в криминалистике, а ее практическое применение строится на научном фундаменте.

В это время впервые практически начали применять пальцевые отпечатки для опознания личности (Herschel,1880; Faulds,1880; Galton, 1892)

44

[2.38.С.8]. С именем Ф. Гальтона также связано формирование психогенетики как науки об этиологии индивидуальных различий. О Ф. Гальтоне К.А. Тимирязев писал, как об «одном из оригинальнейших ученых-исследователей и мыслителей современной Англии» [2.141. С.406].

Интересно наблюдение Ф. Гальтона, трансформированное в первый в психогенетике вывод по результатам исследования близнецов: «единственный элемент, который варьирует в различных индивидуумах, но постоянен в каждом из них, это природная тенденция». Все это позволило В. Томпсону и Г. Уайльду [2.154. С.206-229] утверждать, что Ф. Гальтон с большим правом, чем кто-либо другой может быть назван основателем генетики поведения, а его работы, вместе с работой Ч. Дарвина «Выражение эмоций у человека и животных», отнесены ими к первой фазе истории генетики поведения.

Приведенный анализ исторических материалов позволяет сделать вывод о первоначальном применении идентификации по дерматоглифам ладонной поверхности рук, а не только по отпечаткам пальцев. Поэтому, разграничить применение дерматоглифики и дактилоскопии в деятельности правоохранительных органов России не представляется возможным в силу отсутствия термина «дерматоглифика» до 1926 года [2.38. С.5].

До создания антропометрии и дактилоскопии личность неопознанных трупов устанавливалась главным образом путем визуального опознания. Практика организации опознания трупов в различных государствах имела значительные отличия.

Первые упоминания о возможности идентификации человека по отображениям его кистей рук, встречается в русской научной литературе, начиная с 1867 года. Так, А. Квачевский в книге «Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по судебным уставам 1864 года» писал о возможности идентификации преступника по следам рук, приводил рисунки отображений окрашенных

45

кровью кистей рук человека, отмечал разнообразие и индивидуальность форм ладони и пальцев.

За рубежом также проводились исследования морфологии папиллярных узоров. В. Гершель обратил внимание на индивидуальные особенности строения каждого отпечатка пальца, что придает ему идентификационное значение. Свое открытие он неоднократно использовал для опознания заключенных, бежавших из тюрем и для удостоверения личности в других случаях. Однако никаких публикаций по поводу своих наблюдений В. Гершель не сделал до тех пор, пока не появилась в 1880 г. публикация Генриха Фолдса.

Генрих Фолдс занялся изучением отпечатков пальцев у современных ему японцев. Результатом изучения явилась статья, опубликованная в лондонском журнале «Природа» 28 октября 1880 г. Изложенное указывает на возникновение взаимосвязи научных открытий и их практического применения, а также разработки научной базы криминалистических исследований, позволивших решать идентификационные,

классификационные и диагностические задачи на практике.

Оценивая научное значение этой статьи, Э. Локар говорит: «Надо признать, что упомянутое письмо Фолдса содержит в сжатом виде все, чего с тех пор достигла дактилоскопия. Это - документ чрезвычайной важности» [2.96. С. 10]. В этой связи следует отметить, что, во-первых, в период становления дактилоскопии исследовались лишь свойства папиллярных узоров ногтевых фаланг пальцев рук в целях идентификации личности, во-вторых, на начальных этапах криминалистических исследований отпечатков внутренних поверхностей кистей рук дифференциации понятий «дактилоскопия» и «дерматоглифика» не существовало.

В истории развития дерматоглифики необходимо различать несколько научных направлений. Первое из них можно назвать естественнонаучным. Основоположниками его справедливо считают Марчелло Мальпиги, Яна

46

Пуркенье. Более поздние исследования, предпринятые Вильямом Гершелем, Генри Фулдсом, Френсисом Гальтоном, Эдуардом Ричардом Генри, Вуцетичем, были направлены на решение уже специальных задач — разработку систем регистрации преступников. На основе результатов этих исследований Э. Локар дал общую характеристику свойств папиллярных узоров, выделив среди них те, которые, во-первых, имеют значение для идентификации («постоянство, неизменяемость и разнообразие»); во-вторых, отражают закономерности наследования; в-третьих, указывают на половые и возрастные различия; в- четвертых, свидетельствуют о наследственных заболеваниях.

С нашей точки зрения, значение естественнонаучного направления исследований для развития основ дактилоскопической экспертизы заключается в следующем: на его основе, во-первых, показано, что папиллярные узоры не есть что-то внешнее по отношению к организму, поскольку они отражают сложные функциональные зависимости в таком системном образовании, как организм человека; во-вторых, определены пути специальных научных исследований с целью разработки новых экспертных методик, направленных на решение тех задач, которые возникают в процессе расследования преступлений.

Последующие исследования ученых посвящены изучению двух фундаментальных проблем. Первая связана с более глубоким анализом отражения наследственных заболеваний в структуре внутренней поверхности кисти рук человека. Результаты таких исследований были обобщены В.А.Маккыюсиком [2.98].

Большой вклад в познание этих закономерностей внесли советские ученые [2.52; 2.158]. Следует отметить и значительный вклад в дерматоглифические исследования медицинских генетиков, избравших дерматоглифы ладонных поверхностей кистей рук, генетическими (дополнительными) маркерами
дизэмбриогенеза центральной нервной

47

системы. Это исследования Т.Ф. Абрамовой, Н.Н. Богданова, Н.П. Бочкова, Л.В. Бец, Т.Л. Кураевой и других отечественных ученых, занимающихся проблемами медицинской дерматоглифики. В медицине признается установленным фактом высокая достоверность дерматоглифической диагностики предрасположенности к заболеваниям (до 97 %) [2.27. С.8-12].

Близко к данной проблеме примыкают, хотя и образуют самостоятельную ветвь, исследования Г.И. Акинщиковой, изучающей связи папиллярных узоров с разными уровнями организации человека [2.5]. В русле этих поисков находятся исследования румынских ученых, которые наряду с решением других проблем изучают связи папиллярных узоров с группами крови [2.155].

Вторая проблема, разрабатываемая учеными, направлена на познание закономерностей распределения папиллярных узоров в различных расах. Как в СССР, так и за рубежом были проведены многочисленные исследования, связанные с указанной проблемой. Среди последних работ, опубликованных в СССР, следует назвать работы Т.Д. Гладковой, Г.Л. Хить [2.38; 2.161].

Второе направление исследований связано с совершенствованием научных основ дактилоскопической экспертизы. В рамках названных исследований следует обратить внимание на работы, связанные с классификацией папиллярных узоров и частных признаков, потому что их систематика, принятая для выведения дактилоскопических формул, не отвечала задачам экспертизы. Среди отечественных криминалистов серьезный вклад в решение данной проблемы внесли: Г.Л. Грановский, А.А.Гусев, Г.П. Давыдов, Г.А. Цимакуридзе.

Кроме того, проводилась работа по оценке идентификационной значимости частных признаков (Е.И. Зуев, Л.Г. Эджубов, А.Я. Палиашвили, П.Г. Орлов, А.А. Фокина), поскольку данная информация могла использоваться для обоснования факта тождества на основе применения математического аппарата. Необходимо указать, что первое исследование в

48

этом направлении провел французский ученый Бальтазар, который попытался обосновать «критерий дактилоскопического тождества». Как показали исследования советских криминалистов (Г.Л. Грановского, Л.Г.Эджубова, Н.А. Селиванова), расчеты Бальтазара основывались на неправильных посылках, что привело его к необоснованным выводам.

Параллельно с совершенствованием научных основ экспертных методик по идентификации, учеными проводилась и проводится большая работа по совершенствованию методов дерматоглифической диагностики в криминалистике. Отметим, что сегодня разработано множество методов и приемов, а это, определило проблему их систематизации, поиска общей теории разработки экспертных диагностических методик (В.А. Жбанков, С.С. Самищенко, В.В. Яровенко).

Следует признать, что дерматоглифика как наука формировалась с учетом практических рекомендаций и требований, в то же время и практическая деятельность криминалистов построена на фундаменте научных достижений.

Возможности применения дерматоглифики в криминалистике и судебной медицине освещены российскими учеными С.С. Самищенко, А.Н. Чистикиным, В.В. Яровенко [2.134; 2.168; 2.176]. Ими рассмотрены вопросы: дерматоглифика и ее роль в диагностике предрасположенности к заболеваниям; дерматоглифический метод исследования кожного узора кистей рук; дерматоглифические маркеры определенных профессиональных групп; дерматоглифы серийных убийц т.д. В перечисленных исследованиях освещены вопросы дерматоглифической и дактилоскопической терминологии, а также, представлен краткий обзор информации по общим и частным вопросам дерматоглифики, что исключает необходимость их повторения в данной работе.

В настоящее время группа ученых кафедры антропологии МГУ им. Ломоносова
продолжает поиск конституциональных маркеров

49

функционального состояния организма в связи с его резистентностью в норме и при различных патологических состояниях. Такой подход существен как в аспекте теоретической конституциональной биологии человека, так и для решения задач современной криминалистической диагностики [2.4; 2.19; 2.134; 2.144]. Выделение признаков, имеющих диагностическую ценность (антропометрических и дерматоглифических), и их последующее применение в криминалистике, может быть представлен как еще один подход для решения задач построения криминалистической модели.

Рассмотрение истории дерматоглифики невозможно без акцента на понятийный аппарат в отрыве от развития научного понимания проблем трасологии на различных этапах. С целью разграничения понятий «дактилоскопия» и «дерматоглифика» нами рассмотрена хронология экспертиз, с разграничением дактилоскопических и дерматоглифических экспертиз по категориям дел и субъектам, осуществлявшим исследования:

I. Дактилоскопическая экспертиза по делам о спорном отцовстве.

  1. Дактилоскопия в антропологических исследованиях при разрешении вопроса о наследовании пальцевых узоров родителей и детей, в делах о спорном отцовстве.

1.1. В 1880 г. Фолдс указал на наблюдающееся в некоторых случаях большое сходство пальцевых узоров родителей и детей [2.159]. 1.2. 1.3. Ф. Гальтон разделял мнение Фолдса. В 1892 г. в своей монографии о пальцевых узорах Ф. Гальтон уделил особое внимание вопросу о наследовании узоров [2.34]. 1.4. 1.5. В 1892 г. Форжо в своей диссертации «Об отпечатках пальцев в судебно- медицинском отношении» высказал противоположное мнение, но в то же время воздержался от категорического вывода и указал на необходимость дальнейших исследований для окончательного выяснения возможности наследования пальцевых узоров. 1.6.

50

1.4. В 1906 г. Родольфо Сенет (Ла - Плата) представил Международному криминологическому конгрессу в Турине доклад на тему «Дактилоскопия и наследственность», в котором сообщил о результатах проведенного им исследования пальцевых узоров у пяти поколений одной семьи. Сенет отрицал передачу узоров по наследству.

1.5. В 1908-1909 гг. Чевидалли и Бенасси констатировали известную тенденцию к наследованию папиллярных узоров, перешедших к детям. Не от отца, но от деда, и даже более ранних предков. Они же провели исследование папиллярных узоров у однояйцевых близнецов, у которых выявленные папиллярные узоры схожи, но не идентичны [2.96].

И. Исследования криминалистов в области дактилоскопии как метода регистрации.

Опасения за регистрационную дактилоскопию обусловили отрицательную реакцию криминалистов на возможности наследования папиллярных узоров [2.149. С.113]. Криминалисты подчас рассматривали угрозу регистрационной дактилоскопии в самой постановке вопроса о передаче папиллярных узоров по наследству.

2.1. Отстаивая возможности передачи папиллярных узоров по наследству и значение регистрационной дактилоскопии, Рейцин указывал следующее: «Не наследуемость папиллярных узоров пальцев совместима с наследуемостью известных элементов узоров …; в узорах может иметься ряд общих признаков; все это общее (включая аномалии) и есть то, что может передаваться по наследству в узорах; личное, в узком смысле слова случайное, не передается по наследству» [2.63].

2.2. Накопленный исследовательский материал позволил сформулировать ответ - какие именно типы и элементы папиллярного узора могут быть признаны наследственными, и по каким законам происходит это наследование. Исследования начал Амадео Вольта в 1913 г. и продолжены в 1916 г. Уайльдер, Полл и Лауэр в 1920 - 1929 гг. [2.96].

51

Кроме исследования дактилоскопических признаков появились исследований в развернутом информационном поле. Дерматоглифические исследования вопросов наследования связаны с именем Уайдлера. В 1916 г. Уайдлер описал результаты произведенных им посемейных исследований папиллярных линий на ладонях рук и подошвах ног. Таким образом, был применен дерматоглифический метод и установлена взаимосвязь наследуемости папиллярного узора пальцев рук родителей и дерматоглифов ладоней их детей.

2.3. Наиболее известные вопросы по изучению наследования пальцевых узоров принадлежат К. Бонневи. В развитии ее теории наблюдались два этапа: первый относится к периоду 1922-1929 гг. и второй - к 1929-1931 гг. К. Бонневи провела количественный анализ папиллярных узоров. При сравнении количественных значений узоров родителей и детей, предположила, что количественная характеристика узоров является наследственным признаком. Она также теоретически обосновала некоторые закономерности наследования папиллярных узоров [2.24. С. 1-111].

2.4. Вопрос о наследственности папиллярных узоров был рассмотрен в работах группы ученых, занимающихся исследованиями близнецов.

Авторы, проводившие близнецовые исследования, изучали в числе прочих признаков также и папиллярные узоры. Не вдаваясь в подробности исследований, необходимо указать, что все эти авторы констатировали значительное сходство папиллярных узоров близнецов [2.159. С.605].

2.5. В криминалистической литературе, посвященной вопросам наследования папиллярных узоров, неоднократно приводились данные о сходстве узоров близнецов. Исследования количественной характеристики папиллярных узоров, начатые К. Бонневи, продолжил Ньюман. В частности, произведенное Ньюманом детальное сравнение пальцевых узоров на руках отдельных пар близнецов показало, что, в одних случаях наблюдается

52

параллельное сходство, в других — зеркальное, а в некотором числе случаев — отсутствие сходства в пределах каждой пары.

III. Исследование вопросов наследования пальцевых узоров (советский период) в судебной медицине.

3.1. Пионерами в научной разработке проблемы наследственности пальцевых узоров в СССР являются А.А. Сальков (1924 г.), П.С.Семеновский (1926 г.) и С.А. Матвеев.

П.С. Семеновский, констатируя факт передачи известных элементов папиллярных узоров по наследству, не предлагал немедленно ввести это исследование в судебную практику по делам о спорном отцовстве, как это рекомендовал А.А. Сальков.

3.2. В 1926 г. профессор Н.Л. Поляков (Ленинград) предлагал ввести в судебную практику комплексную экспертизу. В схеме исследования сходства морфологических признаков ребенка и предполагаемого отца дактилоскопические признаки занимали 10 пунктов из 125 [2.119. С.82-99]. 3.3. 3.4. Широкое применение в Ленинграде экспертиз сходства, включая также и исследования пальцевых узоров, судебно-медицинскими экспертами В.А. Надежиным и А.Г. Леонтьевым [2.93]. 3.5. 3.4. Наибольшее количество работ по наследуемости папиллярных узоров принадлежит М.В. Волоцкому. Он предложил собственную теорию наследования папиллярных узоров (1934-1936 гг.). Суть теории: исходить не из локальных, а из общих факторов и сравнивать между собой не отдельные одноименные пальцы, а все 10 пальцев вместе, с учетом общего количества дельт на всех пальцах.

В 1937 г. М.В. Волоцкий обращает внимание на генетику папиллярных узоров и публикует работу по материалам исследований «Генетика кожного рельефа», тем самым впервые в России заявляет о возможности генетического детерминизма не только папиллярных узоров, но и кожного

53

рельефа в целом [2.33. С.404-439]. Такой подход к проблеме вызвал необходимость дальнейшего проведения дерматоглифических исследований.

История развития российской дерматоглифики как метода регистрации и идентификации основана на исследованиях конца XIX - XX столетий. По данным С.С. Самищенко и Ш.Н. Хазиева информация о возможностях этого метода первый раз была представлена российскому читателю в учебнике по судебной медицине д- ра Германа Корнфильд [2.157. С.235-242]. Затем была опубликована статья под заголовком «Отпечатки рук и их значение в судебной практике». Следовательно, рассматривая заявленный термин «отпечатки рук» как дерматоглифы пальцев рук и ладоней, можно говорить о формировании именно дерматоглифических исследований.

Эффективность предложенного метода послужила поводом для публикации в 1895 г. в «Правительственном вестнике» практически в форме приказа к действию материала под названием «Папиллярные линии ладони как средство удостоверения личности преступника». Что позволяет признать 1895 годом признания дактилоскопии и дерматоглифики как направления криминалистической техники и метода криминалистики российским правосудием.

Такими современными исследователями, как Н. Терзиев-Порошин, С.С. Самищенко, Ш.Н. Хазиев, В.В. Яровенко, и др. [2.149; 2.157; 2.166] хронология развития предмета понимается неоднозначно. С нашей точки зрения, это связано, во-первых, с различным подходом к понятию предмета, исследователи не всегда разграничивают понятия «дерматоглифика» и «дактилоскопия», (только волярные участки пальцев рук, либо дерматоглифы ладони и кожный рисунок в целом); во- вторых, связано с особенностями межотраслевых и разноотраслевых исследований (психогенетики, генетики, антропологии, медицины, криминалистики).

54

Предложенная С.С. Самищенко и Ш.Н. Хазиевым [2.157. С.235-242] хронология истории развития дактилоскопии, начиная с 1900 года, может быть расширена за счет более ранних этапов. Они предлагают разграничить российскую историю развития дактилоскопии на 5 периодов по 20 лет. Мы предлагаем этапы внедрения дактилоскопии и дерматоглифики в практическую деятельность Российских правоохранительных органов рассматривать с момента признания дактилоскопии и антропометрии в отечественной криминалистике. Причем, на начальных этапах возможность четкого разграничения дактилоскопических и дерматоглифических экспертиз, в силу ранее названных причин, нами не выявлена.

Первый период, (вторая половина XIX века - 1900 г.) характеризуется параллельным применением дерматоглифики и антропометрии при опознании трупов и установлении личности преступника.

С изобретением фотографии и внедрением ее в уголовное судопроизводство и розыскную практику, опознание производилось по фотоснимкам трупов. Однако, наиболее эффективно служило делу установления личности неопознанных трупов применение дерматоглифики и антропометрии [2.87. С. 19].

В июле 1892 г. в «Юридической газете» была опубликована статья под названием «Отпечатки рук и их значение в судебной практике» [2.164]. К этому времени в Московской сыскной полиции уже начали снимать оттиски пальцев у отдельных категорий преступников. С 1903 г. аналогичная практика была введена в Киеве. Через год в печати появилась заметка с предложением о повсеместном введении в практику дактилоскопии. Г.Досталь отмечал достоинства применявшегося в те годы антропометрического способа идентификации личности и одновременно указывал, что существует и другой способ, «не менее верный, легкий, без особых расходов и всегда применимый - это способ «дактилоскопия», т.е. снятие оттисков пальцев.

55

Первые упоминания о возможности идентификации человека по отображениям его кистей рук, встречается в русской научной литературе, начиная с 1864 года. А. Квачевский в книге «Об уголовном преследовании, дознании и предварительном исследовании преступлений по судебным уставам 1864 года» писал о возможности идентификации преступника по следам рук, приводил рисунки отображений окрашенных кровью кистей рук человека, отмечал разнообразие и индивидуальность форм ладони и пальцев.

Россия, так же как и многие другие страны, впервые официально ознакомилась с антропометрической системой регистрации преступников на III международном пенитенциарном конгрессе в Риме в 1885 году из доклада доктора Альфонса Бертильона.

Бертильонаж в России был введен 31 мая 1890 года приказом Санкт- Петербургского градоначальника. Было устроено антропометрическое бюро, соединенное с фотографическим павильоном. Проводились следующие измерения: 1) рост стоя; 2) высота тела сидя; 3) длина распростертых рук; 4) длина и ширина уха; 5) длина и ширина головы; 6) длина локтя; 7) длина пальцев; 8) длина ступни; 9) определение особых примет измеряемого. В нашем исследовании наибольший интерес представляет изучение длины пальцев.

Н.А. Козлов по согласованию с председателем русского антропологического общества, профессором Военно-медицинской Академии А.И. Таренецким, пополнил бертильоновскую систему и другими измерениями, в числе которых длина кисти руки.

Министерством Юстиции было принято решение о введении в России дактилоскопической системы регистрации преступников. Для этого при Главном Тюремном Управлении было учреждено Центральное Дактилоскопическое Бюро. 16 декабря 1906 года Министром Юстиции Щегловитовым были утверждены «Правила о производстве и регистрации дактилоскопических снимков», а Главным Тюремным Управлением был

56

издан циркуляр «О введении дактилоскопии в тюремном ведомстве для регистрации преступников». Этими правилами было установлено, что обязательному дактилоскопированию подвергаются обвиняемые в преступлениях, влекущих за собой наказания, соединенные с лишением всех прав состояния; присужденные к ссылке в каторжные работы или на поселение; обвиняемые в бродяжничестве.

В 1900 г. антропометрическая служба была создана в Московской сыскной полиции. Единые правила антропологической регистрации были приняты в 1907 г. циркулярным распоряжением Министерства Внутренних Дел от 9 апреля 1907 г. №110.

Однако решение о введении дактилоскопии в России было принято лишь в 1906 г. Правительство, объясняя введение дактилоскопии, ссылаясь на необходимость усиления борьбы с бродяжничеством, а «такая борьба возможна путем применения предупредительных мер» [2.87].

Приложенные к циркуляру «Правила о производстве и регистрации дактилоскопических снимков», утвержденные министром юстиции 16 декабря 1906 г., предусматривали широкий круг лиц, подлежавших регистрации. Она вводилась для всех обвиняемых в преступлениях, влекущих за собою наказание, соединенное с лишением всех прав состояния, а также для всех лиц, присужденных к ссылке в каторжные работы или на поселение.

Одновременно с Главным тюремным управлением Министерства юстиции дактилоскопическая регистрация была введена в департаменте полиции Министерством внутренних дел. 29 декабря 1906 г. департамент полиции направил на имя начальника жандармских управлений циркуляр №1 «О применении антропометрии и фотографии к регистрации преступников». В инструкции, приложенной к этому циркуляру, рекомендовалась дактилоскопия как самостоятельное (без фотографии), или как дополнительное средство
удостоверения личности - для чего

57

антропометрическая карточка снабжалась шестью оттисками указательного и большого пальца левой руки и большого, указательного, среднего и безымянного пальцев левой руки преступника [2.86].

Второй период, (с 1900 г. по 1920 г.) характеризуется признанием дактилоскопического способа исследования отпечатков ладонных поверхностей, как самостоятельного метода связанного с установлением личности.

В разделе хроники еженедельной юридической газеты «Право» от 28 марта 1910 года было опубликовано следующее сообщение: «При Министерстве юстиции образовано, под председательством товарища министра юстиции Т.С. Веревкина, особое совещание для рассмотрения вопроса о применении дактилоскопического способа исследования отпечатков, оставляемых злоумышленниками на месте преступления. Указанный способ исследования дал уже в некоторых государствах поразительные случаи раскрытия весьма запутанных преступлений» [2.164].

Совещание признало крайне желательным применение в России дактилоскопического способа исследования отпечатков, оставляемых злоумышленниками на месте преступления, ввиду существенного значения его для целей уголовного правосудия.

В отчете кабинета министру юстиции за период работы с 9 декабря 1912 года до 1 января 1914 года указывалось, что в кабинет за это время поступило 365 исследований, из которых 272 по уголовным делам и 93 по гражданским. Исследования эти распределялись следующим образом: исследование и сличение почерков - 169 случаев, дактилоскопия - 43 случая, исследование чернил - 30, исследование волос - 7, выезды на места совершения преступлений - 5 и иные исследования - 57. Кабинет принимал участие в таких выдающихся процессах, как дело Лыжина, Ющинского, графа Роникера, об убийстве Тиме, д-ра Губерта, баронессы фон-дер-Ховен, об убийстве кн. Друцкого-Любецкого и др. [2.164].

58

Исходя из изложенного, следует признать особый вклад российских юристов- практиков в создании современной школы криминалистических исследований в области дерматоглифики, осуществляемых в рамках идентификационных, классификационных и диагностических задач. Этот период характеризовался отсутствием различий в понимании терминов «дактилоскопия» и «дерматоглифика».

В целом, второй период связан с внедрением дактилоскопии как средства регистрации преступников. В декабре 1906 г. Главное тюремное управление издало циркуляр №32 «О введении дактилоскопии в тюремном ведомстве для регистрации преступников». В 1908 г. дактилоскопирование было введено приказом во всех уголовно-полицейских отделениях России.

История развития дактилоскопической экспертизы и уголовной регистрации в СССР начинается с образования рабоче-крестьянской милиции. Она тесно связана с историей советских следственных органов и развития специальных экспертных учреждений, т.к. вопросы дактилоскопии являются как научными вопросами, так и организационными. Причем, советская дактилоскопия и, в особенности уголовная дактилоскопическая регистрация, не имела какой-либо базы ввиду отсутствия дореволюционной регистрационной информации [2.65. С.25-26].

Теоретические и практические основы дактилоскопии разрабатывались в работах И.И. Ганна, В.И. Лебедева, С.Н. Трегубова, Д.П. Косоротова. М.А.Жабчинский, Н.Ф. Лучинский, П.И. Прохоров, Н. Сумиров писали о значении дактилоскопии для сыскного дела, следствия и регистрации преступников. Опыт зарубежных ученых и практиков в области дактилоскопии нашел свое отражение в рефератах A.M. Смысловой и В.Таранухина. Вопросы техники работы со следами рук освещались в работах В.И. Лебедева, С.Н. Трегубова, Е.С. Ельчанинова, В.О. Русецкого. А.И. Люблинский в 1912 г. писал о возможности исследования отображения пор в целях идентификации. Вопросы дактилоскопии нашли свое отражение

59

в работах и других авторов: Н.С. Бокариуса, Н.П. Гирченко, А.А. Громова, В.О. Жеребцова, В. Случевского и др.

Третий период (с 1920 г. по 1940 г.) охватывает деятельность по совершенствованию дактилоскопической регистрации и идентификации в России и СССР.

До 1922 г. регистрация преступников проводилась без единой системы, на местах, по усмотрению местных органов уголовного розыска. Именно в этом году делается попытка установления единой централизованной системы уголовной дактилоскопической регистрации. Приказом Управления уголовного розыска республики за № 32 от 15 июня 1922 г. вводится: 1. Инструкция по дактилоскопированию; 2. Правила дактилоскопирования; 3. Таблица распределения карточек преступников по роду преступления и круг лиц, подлежащих регистрации. Тогда же было создано центральное регистрационное бюро, куда местные органы уголовного розыска должны были отправлять отпечатки пальцев рук преступников.

В 1922 г. в составе Народного Комиссариата Внутренних Дел СССР был организовал научно-технический подотдел, на который возлагалось производство криминалистических исследований вещественных доказательств для управления уголовного розыска. Этот подотдел длительное время возглавлял советский ученый - криминалист, профессор СМ. Потапов.

Первой Российской монографией следует признать работу «Дактилоскопия как метод регистрации» П.С. Семеновского (1923 г.). В ней отражаются вопросы распределения папиллярных узоров на пальцах рук, а также представлена их классификация. В дальнейшем он издает еще несколько работ по той же тематике. Основы классификационной системы папиллярных узоров, заложенные П.С. Семеновским, используются в ручных дактилоскопических картотеках в настоящее время. Таким образом, можно

60

говорить, что теоретические основы советской дактилоскопии были заложены П.С. Семеновским.

В конце 1923 г. был учрежден Харьковский кабинет научно-судебной экспертизы, возглавлявшийся крупным специалистом в области судебной медицины и криминалистики проф. Н.С. Бокариусом. Такие же кабинеты научно- судебной экспертизы были созданы в Киеве и Одессе.

В 1924 г. при управлении уголовного розыска республики был создан кабинет научно-технической экспертизы, который, наряду с другими видами экспертизы, проводит и дактилоскопическую экспертизу.

В том же году приказом НКВД РСФСР № 53 был определен круг лиц, подлежащих дактилоскопической регистрации. Это сыграло большую роль для установления профессиональных преступников. Число опознанных субъектов значительно увеличилось. Примером могут служить следующие цифры: 1925 г. — 702 случая; 1926 г. - 1182 случая; 1927 г. - 1200 случаев.

26 октября 1925 г. были реорганизованы в научно-исследовательские институты, ранее существовавшие кабинеты судебной экспертизы УССР. К 1927 г. относится создание научно-технических отделений в системе органов милиции. В 1929 г. организован Белорусский институт криминалистики и судебной экспертизы.

Если существовавшие до 1925 г. кабинеты научно-судебной экспертизы имели своей задачей только научно-экспертную работу по обслуживанию органов следствия и суда, то с этого времени институты стали сочетать ее с широкой научно-исследовательской деятельностью.

Вопросы дактилоскопической экспертизы и регистрации разрешались до 1931 г. самостоятельно каждой союзной республикой, входящей в СССР, ввиду отсутствия союзного центра. Только в 1931 г. была создана при ОГПУ Главная инспекция милиции, руководившая всей работой милиции и, в том числе, уголовной регистрацией общесоюзного масштаба. Тогда же была

61

введена единая система уголовной дактилоскопической регистрации для всех союзных республик, входивших в СССР [2.165. С.24].

15 августа 1931 г. циркуляром № 269 Главной инспекции милиции ОГПУ была объявлена новая инструкция по регистрации преступников для всех органов уголовного розыска в СССР, которая имела силу до 1935 г. Новая инструкция введена приказом МВД СССР № 00221 от 2 июня 1935 г. Руководство дактилоскопической регистрацией в общесоюзном масштабе осуществлялось с 1931-1934 гг. оперотделом ГУМ ОГПУ, с 1935-1937 гг. -отделом уголовного розыска ГУРКМ (Главное управление рабоче-крестьянской милиции) НКВД СССР, с 1938- 1939 гг. - паспортно-регистрационным отделом ГУРКМ НКВД СССР, с 1940-1957 гг. Спец. отделом МВД.

В 30-х годах появляются работы, касающиеся отдельных вопросов техники выявления и фиксации следов рук. Так, П. Кочетков писал о методике выявления следов рук на шероховатой поверхности. В области разработки средств выявления следов рук, следует выделить работы А.Д.Хананина. А.А. Сальков освещал вопросы установления родства по папиллярным узорам, дактилоскопирования трупов и некоторые другие.

Особое внимание следует обратить на дерматоглифические исследования. В 30-х годах ряд работ публикует М.В. Волоцкой. Он исследовал распространенность дерматоглифических показателей у народов СССР. В то же время появились исследования И.И. Канаева в области генетики и эмбриологии папиллярных узоров.

В конце 30-х годов были защищены две диссертации на соискание степени кандидата юридических наук, которые в отдельных главах затрагивали проблемы дактилоскопии (Е.У. Зицер, 1938 г., СП. Митричев, 1939 г.) В своей докторской диссертации по вопросам спорного отцовства Н.В. Терзиев-Порошин (1939) в шестой главе отразил эффективность генетико-дактилоскопической экспертизы.

62

В описываемом периоде продолжается работа по информационному внедрению дактилоскопии (К. Бонневи, В.И. Громов, Г.И. Данилевский, Ю.М.Кубицкий, С.Н. Матвеев, СМ. Потапов, И.Н. Якимов и др.). Опубликован ряд учебников, в которых была представлена дактилоскопия, и пособий для практических работников. Эти издания сыграли значительную роль в подготовке кадров, расширив круг лиц, профессионально работающих в области дактилоскопии (В.П. Власов, Н.Д. Вороновский, В.И. Громов, А.А.Елисеев, Е.У. Зицер, Б.М. Комаринец, С.Н. Кренев, Ю.М. Кубицкий, Я.Л.Лейбович, В.А. Надеждин, СМ. Потапов, И.Н. Якимов).

Данный период развития дактилоскопии характеризуется окончательным становлением дактилоскопии как средства идентификации и регистрации людей, а также дерматоглифики как науки, использующей папиллярные узоры в целях изучения человека, и появлением научных разработок по отдельным направлениям дактилоскопии и дерматоглифики.

Четвертый период (с 1940 г. по 1960 г.) характеризуется следующим:

  • «значительно уменьшилось количество работ, имеющих информационно- агитационную направленность. Дактилоскопия прочно заняла свое место в криминалистической технике как самый практичный и надежный метод идентификации и регистрации человека и более не нуждалась в рекламе;
  • исследования направлены на детальное рассмотрение разнообразных теоретических и практических аспектов дактилоскопии» [2.157. С.238]. Р.С Белкин назвал период 40-х годов этапом формирования развитых криминалистических теорий [2.14; 2.15].
  • В 1951 г. в ряде республик и областей Советского Союза были учреждены научно-исследовательские криминалистические лаборатории МЮ союзных республик. Эти лаборатории наряду с институтами судебной экспертизы производят дактилоскопические экспертизы для органов прокуратуры и суда. Кроме того, для органов милиции дактилоскопические

63

экспертизы проводятся в НТО и НТГ при областных, краевых, республиканских управлениях милиции МВД СССР.

Научная проработка вопросов дактилоскопической регистрации нашла свое отражение в диссертационных работах Князева А.И. (1941) и Рассейкина Д.П. (1941). Развитие дактилоскопии и других идентификационных методов исследования в криминалистике стало возможным благодаря теоретическим разработкам вопросов идентификации в работах СМ. Потапова, В.Я. Колдина, М.Я. Сегая, основ криминалистической экспертизы в работах А.И. Винберга, вопросов, связанных с классификацией следов и механизмом следообразования, исследованных Б.И. Шевченко.

Вопросы выявления, фиксации, изъятия и изучения следов при проведении экспертизы исследовались и нашли отражение в работах В.П.Абросимова, Л.М. Ванцевича, А.А. Выборновой, Г.Л. Грановского, Г.П.Давыдова, В.Н. Евсикова, Н.М. Зюскина, Г.А. Самойлова, А.Д.Хананина. Б.М. Розанов рассмотрел вопрос оценки достоверности результатов дактилоскопической экспертизы.

В этот период продолжаются научные исследования по дерматоглифике. В одной из них И.И. Канаевым (1959) представлены результаты исследования дерматоглифического сходства и различий близнецов.

Таким образом, описываемый период характеризуется исследованием почти по всем наиболее актуальным вопросам дактилоскопии и дерматоглифики: классификации, оценке частных признаков папиллярных узоров, средств выявления и фиксации следов рук, искажения папиллярных узоров и многие другие.

Значительный вклад в исследования по вопросам дактилоскопии внесли Г.Л. Грановский и Л.Г. Эджубов. Исследования Л.Г. Грановского

64

отличаются широким охватом наиболее значимых вопросов дактилоскопии и детализацией нюансов методов дактилоскопии.

В 1957 г. Л.Г. Эджубовым с С.А. Литинским был разработан способ автоматического сравнительного исследования папиллярных узоров и оборудования для его осуществления. В отличие от ранее существовавших регистрационных систем, использовавших семантические и количественные признаки узора, система Эджубова-Литинского базировалась на координатных характеристиках.

Пятый период (с 1960 г. по 1980 г.) характеризуется углубленным развитием отдельных проблем дактилоскопии. Совершенствовались теоретические основы проведения дактилоскопических экспертиз (В.А.Андрианова, Г.Л. Грановский, А.А. Гусев, Е.И. Зуев, П.П. Кабанов, П.Г.Кулагин, Х.Э. Линдмяэ, А.П. Моисеев, Г.А. Самойлов.). С помощью математических расчетов решались проблемы дактилоскопической регистрации, обоснованности идентификационных и диагностических экспертных выводов (В.П. Абросимов, В.А. Андрианова, В.Ф. Берзин, Г.Л.Грановский, Е.И. Зуев, П.Г. Орлов, А.Я. Палиашвили, А.А. Фокина, Л.Г.Эджубов и др.)

В связи с потребностями практики большое значение предавалось вопросам совершенствования средств и методов выявления, фиксации, изъятия и обработки потожировых и иных следов рук. (В.А. Андрианова, А.Н.Басалаев, К.К. Бобев, В.Н. Евсиков, Р.Н. Капелеович, В.Е. Капитонов, И.Г.Маландин, В.Н. Малышев, А.И. Миронов, З.И. Мурзин, А.Г. Омельченко, СИ. Поташник, М.Я. Сегай, Н.А. Селиванов, B.C. Сорокин.).

Как и прежде, уделялось внимание различным сторонам установления следообразующего участка руки (Л.Ю. Челепов), диагностики свойств личности человека, оставившего следы рук (Г.В. Дашков, Ю.И. Лавров, Г.А.Самойлов), вопросам трасологического значения следов рук (Ю.И.Ильченко),
биологических исследований потожирового вещества

65

(Н.С.Свирский) и некоторым другим. Были опубликованы работы, посвященные дактилоскопированию трупов (М.В. Кисин, А.Н. Ратневский, Л.В. Станиславский и др.).

В отличие от прошлого, в описываемый период активно исследовались разнообразные вопросы дерматоглифики и генетики папиллярных узоров (Г.И. Акинщикова, З.К. Тимошек и др.).

По дактилоскопии было выполнено несколько диссертационных исследований. Л.Г. Эджубов посвятил свою работу проблеме использования средств и методов кибернетики в дактилоскопии. М.В. Кисин (1964 г.) исследовал вопросы дактилоскопирования трупов, Х.Л. Линдмяэ (1968 г.) -проблемы идентификации личности по следам папиллярных узоров, А.А.Фокина (1970 г.) рассмотрела аналогичные проблемы, при этом ею эффективно использованы вероятностно- статистические методы исследования.

Фактически к концу 70-х, годов дактилоскопия как метод идентификации и регистрации достигла своих максимальных возможностей, при ручном варианте работы с базами данных, в этот же период зародилось ее новое направление - автоматизация процессов обработки дактилоскопической информации.

Шестой период (с 1980 г. по 2000 г.). В течение последних двух десятилетий XX века в дактилоскопии доминировало направление автоматизации. Фактически за эти годы теория и практика организации дактилоскопических учетов прошли путь от систем с ручным кодированием узоров до систем, в которых участие человека сводится лишь к контрольным функциям. Автоматизации дактилоскопических учетов посвящено достаточно много работ. На эту тему писали: В.Н. Бичигов, А.В. Губин, В.Н.Елисеев, П.А. Зайцев, B.C. Зубаха, В.А. Ивашков, В.К. Ковшов, А.Н.Матаруев, В.А. Лунев. С.С. Самищенко, В.И. Титов, А.А. Федорович,

66

В.И. Фонарев, А.И. Хвыля-Олинтер, И.Ф. Шаволов, В.А. Шмаков, Л.Г.Эджубов и др.

Проблемами совершенствования методов и средств выявления, фиксации, обработки и сохранения следов рук занимались авторы: Н.Е.Гнидин, Г.Л. Грановский, А.А. Зархин, В.Е. Корноухов, Т.Ф. Моисеева, Г. Равилов, A.M. Руднев, Р.И. Сайфиев, СВ. Соколов, В.И. Фокин, Н.А. Хакимов, В.В. Яровенко.

В работах ряда авторов рассматривались вопросы диагностики свойств человека по следам рук (И.А. Аполонова, В.А. Жбанков, В.Е. Корноухов, Ш.Н. Хазиев. В.В. Яровенко).

В области медицинской дерматоглифики значительными исследованиями следует признать работы Т.Ф. Абрамовой, Н.Н. Богданова, А.Н. Чистикина; криминалистической дерматоглифики В.В. Яровенко; судебной медицине и криминалистике В.Н. Звягина, И.Б. Тарасова, А.Н.Чистикина; комплексные криминалистические исследования проведены В.А. Жбанковым.

Значительным вкладом в развитие дактилоскопии стала работа монографического плана — «Дактилоскопическая экспертиза: современное состояние и перспективы развития» (1990 г.).

В 80-90 - х годах защищены несколько диссертаций, связанных с дерматоглификой и дактилоскопической регистрацией. Докторские -В.Е.Корноухов, В.В. Яровенко; кандидатские - Е.Н. Виноградова, А.И.Железняков, А.И. Хвыля-Олинтер.

В 2000 г. продолжены исследования в области криминалистической диагностики. Защищен ряд диссертаций: А.П. Пацкевич - «Вопросы теории и практики повышения эффективности использования криминалистических учетов в раскрытии, расследовании и предупреждении преступлений», Т.Ф.Моисеева - «Криминалистическое исследование потожировых следов человека».

67

Исходя из проведенного анализа истории развития и современного состояния методов судебно-экспертного исследования следов рук в России следует:

  1. В 20-30 - е годы наиболее сильное влияние на российскую дактилоскопическую науку и практику оказывала германская криминалистическая школа и, соответственно, немецкая система организации дактилоскопической службы. В настоящее время заметно усилилось влияние американской системы, сопровождающееся превалированием потока научно-практической информации из США и Канады. Эта тенденция в области дактилоскопии, возможно, в какой-то степени является отражением изменения геополитических приоритетов и других объективных и субъективных проявлений глобального масштаба.
  2. Несмотря на большую загруженность, эксперты продолжают исследовательскую деятельность в области поиска новых средств и методов выявления и исследования латентных следов.
  3. Отсутствие в России всеобщего дактилоскопирования населения обусловило постоянный повышенный интерес ученых и криминалистов- практиков к вопросам получения из следов максимальной информации о человеке (пол, возраст, рост, патология и т.д.). Такая информация крайне важна в целях сужения круга проверяемых лиц.
  4. В последние несколько лет стала очевидной необходимость специализации экспертов в области дактилоскопии и выделения дактилоскопической службы из состава трасологических или трасолого- баллистических подразделений. Это обусловлено как осознанием сложности и специфичности множества методов выявления и исследования латентных следов, так и накоплением в арсенале дактилоскопии значительного объема методической информации, требующей длительной и скрупулезной подготовки экспертов.

68

  1. Периодически встречающиеся ошибочные заключения и наблюдающиеся в последние годы некоторые сложности проведения дактилоскопической экспертизы могли бы быть в значительной степени преодолены при условии введения в законодательство изменений, направленных на внедрение дерматоглифических экспертиз в криминалистике.

Для истории развития исследований папиллярных узоров ладонных поверхностей характерно: накопление эмпирических данных, развитие науки и техники, которые вызвали необходимость систематизации и совершенствования исследований дерматоглифов. Постепенно изучение папиллярных узоров перешло на более высокий уровень научного обобщения, что послужило отправным пунктом для исследований дерматоглифов в рамках криминалистических диагностических экспертиз.

69

ГЛАВА II.

ИСПОЛЬЗОВАНИЕ ДАННЫХ ДЕРМАТОГЛИФИКИ ПРИ

УСТАНОВЛЕНИИ ЛИЧНОСТИ ПРЕСТУПНИКА

§ 1. Диагностирование свойств личности

В криминалистике под диагностикой понимается установление сходства изучаемой ситуации с некоторой типовой моделью (типовой ситуацией). Различить - значит отдифференцировать эту ситуацию от других ей подобных. Определить - значит через сходство с типовой моделью осуществить различение исследованного, выявить индивидуально конкретное, присущее данной исследуемой ситуации [2.3. С. 105].

Рассматривая криминалистическую диагностику в аспектах изложенных терминов, ее общая задача раскрывается как установление (определение, раскрытие) объективной истины путем изучения и объяснения свойств и состояний объекта. Следовательно, диагностика может быть определена как процесс познания, в основе которого лежат общие события (явления, факты), по их результатам. В нашем исследовании криминалистическая диагностика представлена с позиций генетического детерминизма эпидермальных узоров и совокупности морфологических, биологических и психологических свойств человека, раскрываемых в процессе производства дерматоглифических экспертиз.

Теоретические основы криминалистической диагностики рассмотрены в ряде работ. Авторами проанализированы и систематизированы теоретические аспекты познавательной деятельности, имеющие самостоятельное направление в трасологии, но не решающие идентификационные задачи [2.141; 2.142; 2.110; 2.81]. Рассмотрение диагностики как частной криминалистической теории позволяет разрешать задачи поисковой криминалистической модели личности.

I

В общем виде задачи криминалистической диагностики классифицированы по трем категориям свойств и условий:

  • внутренних (свойства и состояние объекта);

О

  • внешних, обстановочных (время, место, функционирование объектов);
  • механизма возникновения и развития процессов (взаимодействия объектов между собой и т.п.) [2.3. С. 106].
  • Учитывая изложенные позиции, Ю.Г. Корухов определяет предмет криминалистической диагностики как «исследование свойств и состояний объекта с целью установления происшедших в нем изменений, определение причины этих изменений и ее связи с совершенным преступлением» [2.79;

2.81]. С точки зрения дерматоглифических исследований в рамках

о ~

построения поисковой криминалистической модели личности предмет

i криминалистической диагностики, на наш взгляд, может быть расширен

исследованием генетической, морфологической и психологической

информацией полученной в результате анализа информационного поля

ладонных поверхностей.

В.А. Снетков высказал идею о развитии криминалистической

диагностики как учения о распознавании различных объектов. Мы

рассмотрели его позиции в аспектах построения криминалистической

поисковой модели. Проблемы криминалистической диагностики

разрабатывалась многими учеными. Одни из них полагали, что диагностика

охватывает все задачи неидентификационных исследований, другие

j (Ю.Г.Корухов, 3. И. Кирсанов) пытались выделить лишь те задачи, для

’ решения которых используются методы распознавания [2.70. С.20].

В этой связи необходимо рассмотреть сущность диагностики,

диагностического процесса, чтобы выделить те из них, в решении которых

применимы процедуры распознавания дерматоглифических особенностей в о

целях построения поисковой криминалистической модели.

71

Понятия «распознавание» и «диагностика» являются синонимами, с точки зрения содержания они обозначают процедуры различения, определения. Понятие «диагностика» впервые стало употребляться в медицине в связи с разработкой теории диагноза, то есть теории распознавания болезней по симптомам [2.111]. Значительно позднее в математике, кибернетике была разработана теория для решения различных народнохозяйственных задач, получившая название — «теория распознавания образов»; в рамках данной теории ученые занимаются исследованием математических методов и алгоритмов распознавания, обеспечивающих отнесение по некоторому набору признаков объекта к определенному классу [2.40. С. 7-16].

Таким образом, как в медицине, математике, так и в кибернетике, в сущности, разрабатывается одна и та же теория, описывающая процесс отнесения неизвестного объекта к определенному классу. Однако в последние годы в теории распознавания стала выделяться подзадача — техническая диагностика, цель которой — выявление средств и методов по определению состояния объектов. Очевидно, что в криминалистике теория распознавания должна создаваться для решения того и другого класса задач.

Данный вывод послужил поводом использования такого основания, как специфика процесса распознавания, выделить три группы диагностических задач: классификационные, состояния и атрибутивные. В 1983 году Ю.Г. Корухов, рассматривая проблемы трасологической диагностики, привел классификацию задач по исследованию, во-первых, свойств, состояния объектов, отображений; во-вторых, результатов действий (событий), соотношения фактов (событий, действий) или объектов. В этот же период З.И. Кирсанов подразделил задачи на две группы: по установлению типологических характеристик и состояния; по определению функциональных особенностей [2.70. С.20]. Н.С. Романов разделил задачи

72

на субстанциональные, реставрационные, реконструкционные

(ситуалогические, механогностические), казуальные, хронологические.

В теории распознавания, используя такой критерий, как особенности процесса, можно выделить две группы задач. Первая связана с познанием природы явления (объекта, процесса). Данную группу авторы называют по-разному: классификационной и атрибутивной (А.И. Рудниченко), типологических характеристик (З.И. Кирсанов), субстанциональной (Н.С.Романов). Несмотря на терминологические отличия (каждое из приведенных названий в принципе может быть использовано для обозначения группы), все авторы едины в главном: данная группа имеет специфику, которая связана с распознаванием природы объекта.

Однако более детальный анализ характера задач, входящих в эту группу, позволяет выделить в ней две подгруппы. Сущность одной из них заключается в том, что перед исследованием неизвестна природа объекта, поэтому требуется ее распознать. Такие исследования названы атрибутивными (определительными). Другая подгруппа характеризуется тем, что исследователю уже известен класс объектов и требуется установить, к какому его звену относится исследуемый объект. Данную подгруппу задач вполне обоснованно можно назвать классификационными. В этой связи можно отметить, что дактилоскопические экспертные методики по распознаванию руки, пальца и пола входят в подгруппу классификационных задач. Вторая группа задач по теории распознавания связана с исследованием состояния объектов, процессов. В дерматоглифических исследованиях такая группа задач формирует необходимость применения
данных

статистической дактилоскопии и медицинской дерматоглифики. Названный подход позволяет решать проблемы построения поисковой криминалистической модели личности.

Таким образом, анализ задач, возникающих в процессе расследования, доказывает, что теория распознавания действительно имеет самостоятельный

73

объект исследования, и определяет целесообразность применения дерматоглифических данных полученных в результате статистической дактилоскопии и медицинской дерматоглифики при построении поисковой криминалистической модели личности.

Общая характеристика процесса распознавания может быть уточнена исходя из структуры сравнения двумя методами. Если сравнение проводится одновременно по нескольким комплексам признаков, оно называется векторным. Данный метод в основном используется при автоматическом распознавании. Сущность второго метода (последовательного) заключается в том, что каждый из признаков распознаваемого объекта сопоставляется с таким же признаком распознающих объектов, и на этой основе формируется вывод об отнесении распознаваемого объекта к одному из классов либо звену классификационной системы.

Если признак является строго специфичным, то следует достоверный вывод об отнесении объекта к классу или звену класса, но такие признаки встречаются редко. Чаще мы имеем дело с вероятностными признаками, которые на отдельном этапе сравнения не позволяют решить задачу распознавания, поэтому происходит вначале постепенное накопление информации, а затем применяется система методов оценки результатов исследования. Естественно, что выбор того или иного метода сравнения обусловливает специфику применения методов решения.

В нашем исследовании мы применяем два названных метода. Совокупное их применение расширяет возможности поисковой криминалистической модели, построенной на идентификационных, классификационных и диагностических возможностях дерматоглифических исследований.

Разработка и систематизация методов решения являются важнейшими проблемами в теории распознавания вообще и в криминалистике в частности. В простейших случаях в качестве меры близости распознаваемых

74

и распознающих объектов используют среднеквадратичные отклонения, а в более сложных - иные математические методы, например, метод условного риска, где принятие решения описывается формулой Байеса. В нашем исследовании мы применяли статистическую обработку

дерматоглифических элементов в системе идентификационных, классификационных и диагностических задач.

В аспектах криминалистической диагностики как учения о распознавании различных объектов, на наш взгляд, целесообразно выделить вторую группу задач, которая связана с исследованием состояния объектов, процессов. Такое исследование может основываться на достижениях в различных областях науки - медицины, психологии, психогенетики и медицинской дерматоглифики, в частности. Следовательно,

криминалистическая дерматоглифика наиболее полно использует комплексный подход для решения поставленных перед ней задач.

В криминалистических исследованиях комплексный подход принят и широко применяется в борьбе с правонарушениями. В.А. Жбанков обращает внимание на то, что выявление социальных, психологических и биологических свойств личности правонарушителя имеет большое значение в борьбе с правонарушениями. Во-первых, это позволяет определить систему и структуру личности правонарушителя. Во-вторых, социальные, психологические и биологические компоненты системы личности правонарушителя являются основой для построения классификации различных свойств его личности. В- третьих, выявление социальных, психологических, биологических свойств позволяет составить криминалистическую, типологическую характеристику свойств личности преступников, основываясь на криминалистической классификации преступлений [2.58. С. 16,17].

Исследования, проведенные В.А. Жбанковым, показали, что для лиц каждого уровня характерен определенный набор личностных свойств, знание

75

которых дает возможность проанализировать особенности отображения свойств личности правонарушителей при совершении деяния и определить источники информации, содержащие сведения об указанных лицах. Кроме того, наличие соответствующей обобщенной модели личности, позволяет разработать криминалистические средства и методы получения и использования информации о свойствах личности правонарушителей в процессе раскрытия, расследования и предупреждения преступлений и иных правонарушителей [2.58. С.20,21].

Исходя из анализа проведенных нами комплексных исследований, основные направления диагностических исследований в дерматоглифике представлены следующим образом:

• диагностирование биологических свойств, в том числе и заболеваний; • • диагностирование психологических свойств; • • диагностирование психопатологических и психопатоподобных состояний (шизофрении, эпилепсии, алкоголизма, наркомании и т.д.); • • диагностирование социальных свойств: • а) предрасположенность к преступному поведению;

б) возможность выбора определенной профессии;

• диагностирование расовой и региональной принадлежности.

Следует отметить главную особенность, характерную для предложенной классификации основных направлений диагностики в дерматоглифике - такое деление условно, а их составляющие взаимосвязаны и эффективны в комплексных исследованиях для построения поисковой криминалистической модели. В то же время, дерматоглифические исследования могут применяться как отдельный метод в криминалистике, так и в совокупности с исследованиями социального, биологического или иного статуса. Кроме того, дерматоглифические исследования могут проводиться в случаях дефицита следов, для решения задач, направленных на восстановление и восполнение недостающих деталей дерматоглифов [2.78.

76

С.37], а также иметь оперативное значение при выдвижении следственных версий и розыске преступников [2.147. С. 107].

Рассмотрим основные направления диагностических исследований:

  1. Общие положения диагностирования биологических свойств личности (в том числе заболеваний).

С точки зрения диагностирования биологических свойств личности нас интересуют морфологические следы, которые отображают внешнее строение тела и его частей: следы эпидермальных узоров тела в целом, а также следы папиллярных узоров пальцев рук, ладонных поверхностей и стоп. Изучение морфологических следов с позиций системно- структурного подхода позволяет рассматривать генетическую обусловленность морфологии кожного покрова внутренних поверхностей кистей рук и функционирования организма в целом. В результате возникает возможность исследовать биологические свойства (предрасположенность к заболеваниям, установить родственные связи и т.д.) т.е. провести диагностический анализ с помощью дерматоглифических экспертиз. Анализ корреляций папиллярных узоров и морфологии человека невозможен без исследований основной и дополнительной дактилоскопических формул, выявления статистических связей.

Проведенные исследования отечественных ученых по выявлению статистических связей (методами статистической дактилоскопии) между признаками папиллярного узора, характеристиками личности и внешности человека [2.90; 2.147], с нашей точки зрения, указывают, именно на возможности построения поисковой криминалистической модели личности. Статистические связи позволяют, с одной стороны, выявлять психологические свойства личности, с другой - ее морфологию. Значительный объем диагностической информации отраженный на эпидермальных узорах формирует представление о
необходимости

77

привлечения результатов дерматоглифических исследований в криминалистику.

Так, установленный медицинской дерматоглификой дополнительный генетический маркер дизэмбриогенеза центральной нервной системы - дерматоглифы ладонных поверхностей, [2.22. С.62-64; 2.144. С113-117] расширяет возможности криминалистической дерматоглифики

диагностическим компонентом. В настоящее время накоплен достаточный фактический материал, позволяющий говорить о дерматоглифике как науке, имеющей практическое значение в решении проблем прогнозирования, поиска преступника и профилактики преступного поведения. Примером может служить наличие строго определенной совокупности дерматоглифических признаков у серийных убийц [2.134. С.61-65], а также результаты наших собственных исследований1 .

Следовательно, в результате проведения специальных дерматоглифических исследований возникает возможность определить способность центральной нервной системы к адаптации во внешней среде, а как следствие и варианты влияния на окружающую действительность — адекватно или правомерно, не адекватно или не правомерно, и психологическую норму либо патологию личности. Учитывая изложенное, мы считаем, важным изучение психологии личности посредством анализа дерматоглифов ладонной поверхности кистей рук.

Рассматривая личность как систему взаимосвязанных социальных, психологических и биологических свойств, формируется вывод о необходимости проведения исследований в рамках системно-структурного подхода, позволяющего исследовать любую личность в качестве открытой, и динамически сложной функциональной системы с множеством взаимосвязанных элементов. Систематизация знаний об установлении личности преступника осуществляется на основе уже имеющихся с учетом

10 См.:С.95-106;С. 109-112; С.122-123.

78

их значимости для науки и практики применением познавательных процедур системно-структурного подхода.

Центральное понятие системного подхода — система, которая может быть определена как множество взаимосвязанных элементов, обладающих определенной целостностью, объединенных некоторой формой взаимодействия или взаимной зависимости с точки зрения реализуемых целей. Энциклопедическое определение структуры представлено как «…совокупность устойчивых связей объекта, обеспечивающих его целостность и тождественность самому себе, т.е. сохранение основных свойств, при различных внешних и внутренних изменениях» [2.143. С. 1276 ].

С позиций медицинской дерматоглифики, «система» и «структура», могут быть рассмотрены в аспектах взаимосвязи и информационной целостности центральной нервной системы с кожей, обеспечивающих индивидуальность по отношению к внешнему не тождественному самому себе, а так же относительной устойчивости к различным изменениям.

Индивидуальность выражается в социальных, психологических, биологических (морфологических) характеристиках. В криминалистических исследованиях эпидермальных узоров нас интересуют морфологические особенности папиллярного узора, оформленные в криминалистических учетах. Структура основных видов учетов по «Наставлению» среди прочих указывает на криминалистические учеты — пофамильный и дактилоскопический учет лиц [1.7].

Индивидуальность включает в себя, во-первых, общие черты, свойственные индивиду, как представителю биологического вида и человеческого общества, во- вторых, особенные признаки, которые присущи ему как члену определенной экономической формации, в-третьих, единичные признаки, обусловленные специфичностью его биологической организации и социальной микросреды [2.58. С.9].

79

Важным является то, что, «социальные и биологические факторы становятся детерминантами криминального поведения не сами по себе, а интегрируясь в личностно-психологических качествах преступника, преломляясь в обобщенных способах поведения» [2.175. С. 112]. Анализ эпидермальных следов, отображающих свойства личности преступника, в зависимости от видов взаимодействия позволяет разрабатывать криминалистические средства и методы по их обнаружению, собиранию, исследованию и использованию, а также установлению модели структуры личности преступника.

Криминалистической наукой признано, что социальные, психологические и биологические компоненты системы личности преступника являются: а) одним из средств установления индивидуальной идентичности и опознания человека; б) основой для построения криминалистических классификаций различных свойств его личности; в) позволяют составить криминалистическую типологическую характеристику свойств личности преступников, основываясь на криминалистической классификации преступлений [2.58. С. 15-17].

Мы придерживаемся мнения В.А Жбанкова, что практическое значение имеет классификация следов, отображающих свойства личности правонарушителя, в зависимости от характера связи с ним. По этому основанию они подразделяются на: состоящие в непосредственной связи с правонарушителем; состоящие в опосредованной связи [2.58. С.30]. Рассмотрим первую группу следов, которая отображает свойство личности непосредственно по схеме: свойство личности - след, в силу отражения морфологии человека. Например, следы преступления могут содержать информацию о профессиональных признаках правонарушителя. Так, при анализе следов пальцев рук следует обращать внимание на отображение мозолистых образований и рубцов. Следы пальцев рук, найденных на месте преступления, могут указывать на количество лиц, участвовавших в

80

преступлении. Кроме того, В.В. Яровенко указывает на диагностический компонент «криминалистической дерматоглифики» [2.177].

Диагностирование биологических свойств человека по результатам дерматоглифических исследований раскрывает генетические особенности морфологии (формы и строения) [2.4; 2.6], расовые, региональные [2.168] приобретенные профессиональные и функциональные признаки, которые нашли отражение на коже в виде шрамов, мозолей и т.п.

  1. Общие положения диагностирования психологических свойств личности.

Проблема связей между организмом, т.е. его морфологией и психическими особенностями личности, отраженными в форме определенных маркеров (комплекса морфологических признаков) - одна из наименее разработанных проблем антропологии и психологии. В настоящее время этот пробел устранен. С нашей точки зрения, криминалистические диагностические исследования, в силу комплексного подхода к разрешению задач дерматоглифических исследований привлекают эти результаты.

Свойства личности, особенности психики формируют поведенческие акты, которые несут информацию о субъективной стороне преступления. Элементы субъективной стороны преступления характеризуют содержание и направленность деяния виновного (умышленного или неосторожного). Поэтому мотив и цель являются признаками преступления, неразрывно с ним связанными, а не признаками личности преступника. Мнение о том, что мотив не обязательно связан с определенным конкретным деянием и может существовать в психике субъекта без попытки объективизировать его в действия, превращает его из «двигателя» поведения в черту характера личности. А это далеко не так.

Мотив преступления тесно связан с целью действий виновного: именно на основе мотива, руководствуясь им, субъект ставит себе цель, достижению которой он
подчиняет свои действия. Поэтому мотив и цель не могут

81

противоречить друг другу. Но мотив и цель - не совпадающие понятия, они по- разному характеризуют волевой процесс, выражают различные стороны его содержания. Если мотив характеризует субъективную причину, психологический источник преступления, то цель характеризует направленность действий виновного. Следовательно, при одном и том же мотиве возможна постановка различных целей, и, наоборот, одна и та же цель может ставиться из различных побуждений.

Мотивы поведения человека, включая и мотивы преступлений, представляют собой сложное психологическое явление. «Мотивы нашей воли крайне разнообразны: здесь и желания, и чувства, окрашивающие наши желания в тот или другой эмоциональный тон, и идеальные стремления, и понятия о долге, и укоренившиеся привычки» [2.130. С.29]. Мотивы преступления могут быть сложными не только по источнику возникновения, но и по своему содержанию. Например, «хулиганские побуждения» - это общее наименование целой гаммы мотивов, характеризующихся явным неуважением к обществу: озорство, стремление открыто показать пренебрежение к окружающим, к обществу, противопоставить свое поведение общественному порядку, стремление проявить бесчинство, бахвальство, грубую силу, пьяную удаль, поиздеваться над беззащитными и пр.» [2.46. С. 172]. Кроме того, преступление может порождаться не одним, а целой системой не противоречащих друг другу мотивов, допускающих постановку общей цели. Если преступление состоит из ряда различных действий, каждое из них может иметь свою ограниченную цель, то все они объединяются единством общего мотива и цели [2.49.С. 20-21].

Мотив и цель преступления - понятия конкретные. А это обязывает следственные и судебные органы достоверно устанавливать и доказывать их наличие (ч.1.п. 2 ст. 73 УПК РФ). Важную роль в установлении мотивов и целей может сыграть судебная экспертиза. Высшие судебные инстанции страны неоднократно требовали от нижестоящих судов, что они «не должны

82

ограничиваться формулировками в виде неопределенной ссылки на низменные побуждения, а должны в каждом отдельном случае конкретно указывать, в чем именно заключались эти побуждения, толкнувшие виновного на совершение преступления» [2.180. С.444-445].

В нашем исследовании мотивы рассмотрены с точки зрения криминалистической диагностики, ее поискового и собственно диагностического компонентов. На формирование мотивов оказывают влияние психологические особенности самих преступников, особенности их восприятия, понимания и оценки собственных действий. Для корыстных и насильственных преступников характерны и определенные

патопсихологические особенности. Нами установлены психологические свойства лиц, страдающих алкоголизмом. Мотивы злоупотребления алкоголем нами не исследовались, но установленные дерматоглифические особенности указывают на генетическую причину заболевания11.

Представляется важным установить определенные психологические свойства личности для построения поисковой криминалистической модели, которая, как подтверждают отечественные, зарубежные и наши собственные исследования, может быть построена на основании анализа отпечатков кистей рук.

  1. Диагностирование психопатологических (шизофрении, эпилепсии и т.д.) и психопатоподобных (алкоголизм, наркомания, и т. д.) состояний. С нашей точки зрения, проблема диагностирования названных состояний в рамках построения криминалистической поисковой модели преступника является особенно острой. Как замечено современными исследователями: наблюдается тенденция одновременного роста числа наркоманов и корыстных преступлений, совершенных лицами, страдающими наркоманией. Одним из самых общественно опасных последствий влияния наркотизации

11 См.:С.95-!06.

83

на общество является рост общеуголовной преступности. Таковых совершается до 50% от всех регистрируемых общеуголовных преступлений [2.36. С.99].

Проведенные нами исследования психологических свойств лиц, страдающих алкоголизмом и наркоманией, в сравнении с психологическим статусом студентов высших учебных заведений, позволяют сделать вывод относительно значительных различий названных групп, в способах и возможностях личности адаптироваться к внешней среде. В результате исследования установлено, что около 70% лиц, страдающих алкоголизмом, при тестировании по методу «Дом, дерево, человек» решают проблемы с социальной средой неадекватно или методом «ухода». С нашей точки зрения, одни только социальные «искажения» не способны сформировать конкретную, устойчивую модель поведения у значительного количества носителей определенного психологического свойства без влияния генетических корреляций.

Исследованиями отечественных ученых установлено, что «диагностика психического расстройства у конкретного лица создает для него новую субъективную и объективную ситуацию» [2.8. С. 12], результатом которой является неадекватность поведения, а также снижение возможностей центральной нервной системы к адаптации, и как следствие многосторонняя перестройка позиций и отношений между личностью и ее окружением. Могут усиливаться эгоистические мотивы и тенденции, что наносит ущерб социальному престижу данного субъекта и его коммуникативным механизмам во всем их функциональном многообразии. Психические аномалии изменяют характер и содержание реакций на внешние и внутренние стимулы, ограничивают возможности выполнения некоторых социальных функций.

По имеющимся выборным данным, среди лиц, совершивших убийства, хулиганство, изнасилование, кражи, грабежи и разбои, а также нанесших

84

тяжкие телесные повреждения, более половины имеют не лишающие их вменяемости расстройства психики. «Тесная связь пьянства, алкоголизма и преступности в значительной мере обусловлена, … тем, что… алкоголизм и преступность взаимно влияют друг на друга: как алкоголизм является важным условием, способствующим преступности, так и преступное поведение способствует алкоголизму» [2.8. С. 14].

«Лица, длительное время ведущие антиобщественный образ жизни и совершающие преступления, … в большинстве случаев являются пьяницами или алкоголиками, что особенно характерно для дезадаптивных преступников и многократно судимых рецидивистов». В то же время, «… пьянство и алкоголизм определяют содержание и уровень потребностей, содержание и круг социальных контактов, время препровождения» [2.8. С.15].

Личность алкоголика, как и наркомана, характеризуется большим количеством отрицательных качеств и свойств. Алкоголь постепенно разрушает нравственные и моральные ориентиры, личность становится асоциальной, безвольной, бесстыдной, готовой ради спиртного на любые действия, включая антиобщественное, преступное. Изменения в личности под воздействием алкоголя чаще носят неотвратимый характер. Человек незаметно для себя превращается в лживое, изворотливое, трусливое, склонное к насилию и агрессии существо [2.128. С.245].

Второй по расположенности психической аномалией среди преступников является психопатия. По выборным данным, среди всех, в том числе здоровых лиц, совершивших корыстные и насильственные преступления, психопатов было около 19%, а без учета здоровых - около 20%. По данным чешских исследователей, подавляющая часть имущественных и половых преступлений совершается психопатами. Среди рецидивистов от 40 до 90% психопатических личностей [2.85.С.127].

85

Эти и другие расхождения в определении удельного веса лиц с психическими аномалиями среди преступников, можно, по-видимому, объяснить различными подходами к диагностике психических расстройств, различными критериями установления последних, действительной долей лиц с дефектной психикой среди правонарушителей и другими причинами.

Констатация влияния психических аномалий на преступность вовсе не означает биологизации ее причин и отрыва последних от социальных условий. Как отмечает А.Б. Сахаров, «коренное отличие диалектического подхода от всевозможных антинаучных концепций буржуазной криминологии… заключается в том, что, признавая зависимость преступного поведения от психики, ее индивидуальных особенностей, мы исходим из социальной обусловленности самой психики» [2.135. С. 175].

Исследования, проведенные группой отечественных ученых, среди виновных в совершении тяжких преступлений против личности, показали, что доля лиц с аномалиями психики (психопатия, олигофрения в фазе дебильности, алкоголизм, наркомания, эпилепсия шизофрения в состоянии стойкой ремиссии и некоторые другие психические расстройства и болезни), составляют около 68% [2.9. С. 100]. Аналогичные данные получены А.П.Закалюком, А.И. Коротченко и Л.Н. Москалюком. По результатам проведенного ими выборочного исследования оказалось, что среди правонарушителей удельный вес лиц, страдающих расстройством психики, равен 68,8% [2.60. С.145].

К такому же выводу следует прийти, изучая дактилоскопический массив Информационного центра УВД Приморского края. По материалам наших собственных исследований 2001-2002 гг. 65%, исследованных дактилокарт, имеют признаки не сбалансированной нервной системы или

12

психопатии врожденного генеза .

2См.:С.95-106;С. 109-112; С.122-123.

86

Эти данные свидетельствуют не только о серьезности и масштабах проблемы и необходимости осуществления специальных профилактических, принудительных, медицинских и иных мероприятий по борьбе с преступностью лиц, страдающих психическими аномалиями, но и о диагностических возможностях криминалистической диагностики. Вместе с тем нужно отметить, что в числе лиц, имеющих преступные аномалии, учитываются и лица, страдающие алкоголизмом. Без последних удельный вес преступников с психической патологией составляет около 30% [2.8.С. 14].

Исходя из современной классификации наук «криминального» профиля, необходимо различать следующие аспекты влияния психических аномалий на преступность:

  1. Криминологический, оказывающий влияние на формирование личности преступника, восприятие им ситуации, мотивацию преступного поведения и соответственно на деятельность по профилактике преступности;

  2. Криминалистический, влияющий на поведение преступника после совершения преступления и соответственно на деятельность по организации, тактике и методике раскрытия и расследования преступлений и т.д. Разумеется, между этими аспектами нет абсолютно четких границ.

С учетом вышеперечисленного, следует признать, что проблема преступности — многоплановая. Построение поисковой криминалистической модели по результатам исследования эпидермальных узоров раскрывает поисковый и диагностический потенциал криминалистических экспертиз. Изучение эпидермальных узоров с названных позиций устраняет пробелы в познавательной деятельности оперативно-следственного состава, работников суда и прокуратуры.

Исследования Л.И. Романовой и других авторов формируют представление о генетическом детерминизме алкоголизации и наркотизации личности, которой, в свою очередь, способствует и определенная психологическая характеристика личности. А именно, 23% нуждающихся в

87

лечении от наркомании характеризуются эмоциональной неустойчивостью, 21% имеют психоастенический тип, 14% - смешанный, 9,5% -эпилептоидно- возбудимый и шизоидный, 8% гипертимный и циклоидный, 6% - возбудимо- неустойчивый, 1% - истероидный [2.127. С 70].

Следовательно, генетическая предрасположенность к преступному эксцессу имеет место. Учитывая изложенную точку зрения, причины наркотизма и причины, побудившие конкретного человека стать хронически больным наркоманом, могут представлять поисковый и диагностический интерес в криминалистике.

Для нас представляет определенный интерес система причин наркомании, содержащейся в изданиях ВОЗ. Согласно этой теории все причины наркомании расположены на трех уровнях. В аспектах криминалистической диагностики нас интересуют два из трех, первый и второй.

Первый уровень - биофизиологический. К этим причинам относятся те, которые связаны с наследственной предрасположенностью к употреблению психоактивных веществ, с влиянием генетически передающихся особенностей расового, этнического, морфологического планов с психофизиологическими особенностями индивида (нехватка энзимов и витаминов, врожденные и приобретенные нарушения метаболизма, эндокринные нарушения, патологии мозга и др.)

Второй уровень - индивидуально-психологический, или микросоциальный. Здесь речь идет о таких особенностях психологии и личного опыта, которые обусловливают неполноценный образ жизни и соответствующую тягу к его компенсации за счет искусственной регуляции своего психоэмоционального состояния с помощью психоактивных веществ [2.26. С.30-31].

Третий - это макросоциальный уровень. Как бы ни было сильно негативное влияние причин наркомании на социальных уровнях, «…их

88

воздействие на человека может оказаться только через его сознание и волю» [2.127. С.97]. Именно поэтому ученые, практические работники правоохранительных органов и медицинские работники разделяют точку зрения, что для понимания действия причин наркомании необходимо глубоко исследовать особенности характера, темперамента, психики, индивидуальных черт и свойств личности. Такие глобальные исследования характерологических особенностей личности возможны на базе комплексных экспертиз с использованием дерматоглифических маркеров человека.

Криминалистические исследования следов не ставят своей целью изучение причин наркомании или алкоголизма. Но криминалистическая дерматоглифическая экспертиза, с учетом медицинских данных, реализует диагностический компонент трасологии. В криминалистической дерматоглифике диагностический компонент, на наш взгляд, состоит из двух элементов - поискового и собственно диагностического.

Под поисковым компонентом мы понимаем совокупность идентификационных методик, направленных на решение задач идентификации следов папиллярного узора, найденных на месте совершения преступления, с их фактическим носителем. Собственно диагностический компонент может быть рассмотрен, как совокупность специальных методик медицинской дерматоглифики, применяемой криминалистикой с целью выявления генетических маркеров заболеваний органов и систем, психологического и неврологического статуса, необходимых для создания поисковой криминалистической модели, результаты которой оформлены процессуально и имеют доказательственное или опосредованное значение для раскрытия преступлений.

Учитывая сложившуюся практику применения в криминалистике результатов диагностических исследований кожи кистей рук, и значительный объем разнообразной морфологической, генетической и психологической информации, отраженной на коже кистей рук, мы предлагаем назвать их

89

новым термином — собственно диагностические исследования дерматоглифов. Что в свою очередь, позволит разграничить диагностические и поисковые возможности дерматоглифических экспертиз.

Косвенное подтверждение мнения, касающегося применения дерматоглифических данных, мы находим у ряда исследователей Российского федерального центра судебной экспертизы при МЮ РФ, изложенных в методических указаниях. «Устанавливаемые особенности личности, хотя они во многом носят медицинский характер, могут иметь и криминалистическое значение. Не вызывает сомнения тот факт, что сведения о таких возможных отклонениях от нормы и заболеваниях, как ожирение, кожные заболевания, диабет и другие, могут иметь оперативное значение при выдвижении следственных версий и розыске преступника» [2.147. С. 107].

В следственной практике возникает необходимость исследовать папиллярные узоры, которые являются единственным объектом пригодным для исследования. Возникшая потребность извлечения информации из минимума следов, вызывает необходимость их всестороннего исследования. Тем более, теми же методическими указаниями заявлена возможность о том, что некоторая часть перечисленных свойств личности или заболеваний может устанавливаться по единичным папиллярным следам.

С нашей точки зрения, криминалистические диагностические исследования следов ладонных поверхностей имеют много общего с диагностическими методиками в клинической медицине. Так, медицинская дерматоглифика формирует представление о наличии или отсутствии определенных нозологических единиц у конкретного лица. В свою очередь, криминалистическая дерматоглифика по анализу совокупности диагностических результатов исследований формирует представление о личности как генетически опосредованной структуре индивидуальных признаков. Как нам представляется, с точки зрения криминалистики, важным в этой структуре является определение общих
и специальных

90

дерматоглифических признаков, характерных для больших групп и отдельной личности, психологической нормы и патологии, оформленных и закрепленных в определенной форме (на носителях дактилоскопических учетов).

Существенным моментом диагностических исследований в криминалистической дерматоглифике является и использование результатов генетических исследований психопатологии личности в специальных целях. Причем, криминалистическая дерматоглифика в настоящее время достаточно подготовлена, чтобы использовать результаты исследований генетиков для решения диагностических задач при расследовании преступлений.

Как указывают современные исследования, изучение папиллярных узоров позволяет дифференцировать некоторые способности человека, а также устанавливать генетическую предрасположенность к определенным видам умственной деятельности. Установлено, что низкий дельтовый коэффициент свидетельствует о выносливости, высокий - о способности к сложно координируемой деятельности. Дельтовый коэффициент складывается из следующих данных: дуговые узоры — 0, петлевые узоры — 2. Лица с десятью дуговыми узорами имеют коэффициент равный 0, а при всех десяти пальцах с завитковыми узорами — 20 [2.147. С. 108]. Кроме того, высокий дельтовый коэффициент, как правило, свойствен лицам, способным к активной творческой работе, к вариабельности действий. Напротив, низкий коэффициент чаще всего связан с более прямолинейным мышлением [2.12].

С нашей точки зрения, для решения задач расследования преступлений следует рассматривать дерматоглифику психологической нормы и патологии, во взаимосвязи с факторами внешней среды. В свою очередь, это невозможно сделать без рассмотрения базовых факторов влияния на поведение личности.

Эти проблемы остаются актуальными в теоретическом и прикладном отношениях. Многолетние клинические наблюдения за большими группами

91

больных различного возраста с пограничными нервно-психическими нарушениями (6 тыс. человек) позволили выявить ряд значимых факторов, влияющих на психическое здоровье [2.181.С.З-5].

Важнейший из них биологический фактор. Он занимает первое место в шкале значимых детерминант, воздействующих на психический статус. Выявлена прямая корреляционная зависимость между показателями физического статуса и психическим здоровьем личности и в целом группы населения. При этом установлено, что даже незначительные отклонения в физическом состоянии неизбежно трансформируются в переходящие психические расстройства (чаще всего на уровне пограничных неврозоподобных нарушений).

Вторым в шкале значимых является фактор, отражающий психологические особенности индивида, сформированные на генетическом уровне. Он, как показали наблюдения, обусловливает многообразие и мозаику различных клинических форм, типов и вариантов нарушений психического статуса, возникающих при прочих разных условиях. Влияние данного фактора воздействует на такие параметры, как длительность, выраженность нервно- психических расстройств, степень нарушений адаптационных возможностей личности.

Социальный фактор занимает третье место в шкале детерминантных, оказывающих влияние на психическое здоровье индивида. Его структура полигофическая и включает воздействие микросоциальных условий, психогений в рамках социальных отношений и ситуаций негативного плана, возникающих как в производственных коллективах, так и в микрогруппах семейно-бытового уровня. Влияние данного фактора реализуется через деформацию социально- значимых сторон личности (чувство собственного достоинства, устойчивость ролевых позиций, признание окружающими социально-значимых результатов деятельности личности, реализация коммуникационных возможностей,
удовлетворенность итогами работы,

92

устойчивость мотивационных установок). Одной из характерных особенностей данного фактора является масштабность одновременного влияния на значительные группы населения. Характерно, что ответной реакцией личности часто оказывается стремление избежать такого влияния, уклониться от него. Примером этого типа реакции может быть смена места жительства, миграция на значительные расстояния (беженцы), что приводит к деформации привычного, многолетнего уклада жизни и, в конечном итоге, к относительной дезадаптации личности в новых условиях.

Перечень факторов, влияющих на поведение, не может быть исчерпывающим. Вследствие индивидуальных особенностей психики, гормонального статуса и других причин следует анализировать личность в аспектах системно- структурного подхода к личности.

Индивидуальное поведение формируется из совокупности экзогенных и эндогенных факторов. Становление психики человека начинается очень рано. Самые первые чувственные восприятия (зрительные, осязательные, вкусовые и обонятельные) человек получает с помощью пяти органов чувств. Эти восприятия начинают формировать мыслительную деятельность новорожденного. Ребенок постепенно учится ассоциировать каждый предмет или событие с определенным словом. Они приобретают значения символов и образуют круг словесных образов, формирующих основу умственного развития. В результате появляется индивидуальная символика слов.

Основатель психоанализа 3. Фрейд для обозначения единства представления и эмоциональной ассоциации использовал термин «раннее сознание». Если раннее сознание развивается нормально, то для психики человека будет характерна высокая адаптационная способность к внешней среде. С точки зрения психоанализа - ассоциативные образы будут легко перетекать из прошлого в настоящее и будущее, с одного символического уровня на другой. Таким образом, происходит нормальное развитие психики, в процессе которого
приобретается механизм адаптации к сложным

93

жизненным ситуациям. Но индивидуальное развитие личности подразумевает и особую организацию нервной системы. Человек приобретает индивидуальность не только через пережитое, но значительное место занимает то, на какой «материал», на какой тип нервной системы накладывается информация. Именно почему один и тот же раздражитель вызовет нестандартную психическую реакцию у различных типов природной организации. Например, холерик проявит себя в единовременном напряжении сил, которые быстро истощаются. Флегматик, наоборот, равномерно распределяет свои силы на весь процесс ответа на раздражитель. Он усидчив, достигает успеха в деятельности, которая требует равномерного напряжения сил [2.115. С.300, 533].

Исследованиями генетиков установлено, что форма пальцевых дерматоглифов и количество кожных гребешков косвенно указывает на скорость развития нервной системы. В свою очередь, «… развитие нервной системы в большой степени определяет конечный фенотип, что в итоге определяет род деятельности, предпочтительный для конкретного человека» [2.2. С.6].

Род деятельности может быть выражен 4 полюсами. Холерический тип поведения — резкая, быстрая, короткая деятельность. Такой тип деятельности характерен для спринтеров. В аспектах дерматоглифики «спринтеры находятся в самой низкой интенсивности узоров» [2.2. С.7].

Флегматичный тип поведения - деятельность, требующая долгих усилий, терпения «выносливость, которая представляет собой набор среднего уровня качеств» [2.2. С.7].

Сангвинический тип поведения - прямолинейная, циклическая деятельность. Для таких людей характерно комбинационно - аналитическое мышление.

Меланхолический тип поведения - координационная деятельность, т.е. характеризующаяся частой сменой типа и темпа поведенческих проявлений.

94

Сложно-координационная деятельность находится в области самых сложных узоров, наиболее насыщенных по количеству завитков. Например, Олимпийский чемпион по вольной борьбе А. Карелин является носителем 10 сложных узоров.

Исследования группы ученых под руководством профессора Б.Г.Ананьева, проведенные с целью поиска корреляционной зависимости морфо- функционального потенциала и дактилоскопических показателей, установили такую взаимосвязь. Это, в свою очередь, подтверждает наличие взаимосвязанных дерматоглифических показателей и психических свойств личности [2.4].

Таким образом, можно говорить о видах индивидуальной деятельности в ее скоростных, длительных, устойчивых неврологических и психопатологических параметрах соотносительно с различной степенью сложности волярных узоров и особенностями их расположения. На наш взгляд, предпочтительный род деятельности основан на типах темперамента и присущим им психологическим свойствам человека. В соответствии с правилом Локка, [2.75] а также материалов клинических исследований [2.179; 2.79], мы приходим к выводу о возможности установления не только тождества личности в ее криминалистических аспектах, но и установления ведущих психических свойствах личности по индивидуальной дактилокарте лиц, находящихся на криминальных учетах в ИЦ УВД.

Однако в индивидуальном поведении кроме экзогенных факторов имеет значение и внутренняя среда организма, то есть эндогенные факторы. Причем, не следует забывать о взаимном влиянии названных групп факторов и их взаимосвязи и взаимодействии, оказанном на поведение человека.

Эндогенные факторы, с точки зрения решающей роли вегетативной нервной системы и взаимосвязи между всеми органами и системами через эндокринную систему. Назначение вегетативной нервной системы следует раскрыть в двух
аспектах. Первый (более традиционный) сводится к

95

поддержанию постоянства внутренней среды организма — гомеостаза. Механизмы, поддерживающие гомеостаз, позволяют человеку хорошо адаптироваться ко всем изменениям внешней среды. Важно отметить, что некоторые константы внутренней среды (рН-крови, концентрация Н-ионов и др.) влекут грозную патологию внутренних органов. Другие могут колебаться в определенных пределах - АД, температура тела, уровень содержания сахара в крови. Нарушение гомеостаза проявляется не только множеством вегетативных расстройств, но и существенно влияет на поведение человека.

Вторым аспектом, является обеспечение вегетативной нервной системы различных форм психической и физической деятельности. В период интенсивной деятельности резко усиливаются катаболические процессы, позволяющие человеку более-менее адекватно отвечать на внешний раздражитель. Таким образом, формируются конкретные формы поведения в ответ на конкретный раздражитель, но в случаях расстройства вегетативного обеспечения деятельности (недостаточное или избыточное) нарушается поведение человека, что обусловлено пониженной способностью к адаптации.

Следовательно, можно говорить о том, что «гены играют ведущую роль в детерминации анатомических и биохимических признаков» [2.7. С.5]. Гены определяют и особенности поведения, хотя, конечно, влияние факторов окружающей среды может быть значительным. «Поведение в целом неизбежно является результатом взаимодействия обоих компонентов». Кроме того, следует указать на важность индивидуальной способности к адаптации: «эмоции, мотивации и научение относятся к двум другим категориям адаптивности — физиологической гибкости и эволюционной пластичности» [2.7. С.63]. В целом, поведение должно рассматриваться как результат взаимодействия генотипа и окружающей среды.

96

В нашем исследовании изучение адаптационных, психологических и функциональных особенностей личности представлено в аспектах построения поисковой криминалистической модели. Комплекс объективной и разнообразной (морфологической, биологической и психологической) информации, получаемой при проведении дерматоглифических экспертиз, имеет не только криминалистическую, но и криминологическую составляющую, что позволяет решать разнообразные задачи оперативно-следственного, профилактического уровня, а также теоретические и практические задачи.

Подводя итог сказанному, следует подчеркнуть, что деятельность и поведение человека зависят от экзогенного (социальных условий, в которых формировалась личность - семья, школа, работа) и эндогенного факторов (особенностей функционирования центральной нервной системы, вегетативной и эндокринной систем). Перечисленные факторы указывают на необходимость изучения личности с точки зрения многофакторного подхода. В таком случае, дактилокарта и ее дерматоглифические элементы несут информацию не о мотивах поведения личности, а об особенностях развития нервной системы и степени ее возможности к адаптации во внешней среде.

Именно с этой точки зрения, мы рассматриваем криминалистическую дерматоглифику. Мы понимаем, что в дерматоглифике сложно найти генетический маркер поведения, но существует реальная возможность найти там дополнительный маркер способности нервной системы к адаптации в окружающей действительности.

Результаты исследования множества различных характеристик внешней среды, проведенного в рамках разных психогенетических методов, позволяют утверждать, что генетические факторы значительно влияют на то, как мы ищем, накапливаем и выбираем и среду, в которой наиболее адекватно сможет проявляться наш генотип. Вероятно, именно она и оказывается актуальной для формирования индивидуальности [2.122. С.115].

97

Учитывая, что внешняя среда является одной из составляющих поведения, следует рассмотреть возможности ее негативного влияния. Причинами девиантного поведения служат маргинализация и распространение различного рода социальных патологий. Конечно, маргинализация общества — это не единственный фактор усиления девиантного поведения. Но этот фактор может быть и доминирующим, в зависимости от социально-экономической обстановки или положения человека в обществе.

Что касается роста психических заболеваний, алкоголизма, наркомании, ухудшения генетического фонда населения, то они, на наш взгляд, являются следствием воздействия внутренних и внешних факторов.

Для следственной практики имеет существенное значение определение генетических особенностей организма в плане склонности к совершению преступления и выработке конкретных предупредительных мер. Эта концепция является важной для юридической практики. Так, в частности, неоднократно обращается внимание ряда авторов (В.А. Жбанков, В.В.Яровенко, Л.П. Яцков и др.), на целесообразность рассмотрения особенностей нервной системы личности, оказывающей влияние на ход события. Такие данные могут быть получены как методами медицины (неврологии и психиатрии), так и методами генетики.

В научной литературе обоснованно отмечалась необходимость широкого внедрения в следственную практику новейших достижений дерматоглифики [2.39; 2.44; 2.169]. Например, были проведены дерматоглифические исследования так называемых серийных убийц. На основании результатов сделано предположение, что, девиантное поведение маньяка-убийцы может определяться редким конституционным типом организации его центральной нервной системы, сводящимся к определенному типу левшества. Весьма
показательно в этом случае

98

отсутствие редких ладонных узоров в области тенара, а также редкий тип асимметрии в распределении узоров различной сложности [2.22]. Дерматоглифика патологически меняется:

а) при хромосомных болезнях;

б) не хромосомных генетически детерминированных врожденных пороках;

в) при пороках периферической кровеносной системы.

Интерес для следователя представляют признаки, свидетельствующие о связи узоров с наследственными заболеваниями психики (эпилепсия, шизофрения и др.), встречаемости дуг, уменьшением размера папиллярных узоров, низким гребневым счетом и нарушением гребневой конфигурации. Так, например, у лиц, страдающих эпилепсией, обнаружена повышенная частота встречаемости дуг, уменьшение размера папиллярных узоров, низкий гребневой счет и нарушение гребневой конфигурации [2.72. С. 143]. Отмечено уклонение дерматоглифики концевых фаланг пальцев при олигофрении, в частности, некоторое упрощение папиллярного узора ладони и пальцев рук, найдено увеличение частоты узоров на гипотенаре, тенаре и др. [2.53. С.47-50].

Каждая форма олигофрении вносит свой специфический вклад в эти различия и затрагивает лишь часть показателей.

Шизофренический патологический процесс нарушает нормальную регуляцию в модификационном звене генов папиллярного узора [2.43. С151-161]. У больных с кататонической формой шизофрении видны явные нарушения в системе эпистатически взаимосвязанных генов завитки-дуги и в звене генов- модификаторов Х-хромосомы [2.145. С.109-111]. По многим показателям дерматоглифика шизофреников отличается от дерматоглифики общей популяции. Часть этих различий зависит от пола [2.101. С.139-145]. У больных отдельными формами шизофрении увеличен общий гребневой счет, повышена
частота встречаемости поперечных складок на правой руке,

99

имеются изменения в отношении частоты встречаемости типов, разновидностей папиллярных узоров на пальцах рук.

Современный уровень развития дерматоглифики выявил ряд признаков, свидетельствующих о связи кожных узоров с наследственными психическими заболеваниями (эпилепсия, шизофрения и др.). Поэтому, на наш взгляд, в необходимых случаях следует назначать дерматоглифическую экспертизу, возможность проведения которой не противоречит требованиям ст.ст. 17, 57, 58, 285 УПК РФ [1.5].

Производство данной экспертизы следует поручать специалистам, компетентным в области дерматоглифики, работающим в медицинских институтах и университетах, в других научных учреждениях.

Заключение дерматоглифической экспертизы в соответствии со ст. 57. УПК РФ равноценно остальным доказательствам. Оно может быть полезно экспертам-психиатрам при обследовании обвиняемого (подозреваемого). Кроме того, результаты исследований позволяют также рекомендовать метод дерматоглифики для диагностики заболеваний различного генеза, с последующей разработкой поисковых криминалистических моделей, и следственных версий и т.д. При детальной разработке он может принести определенную пользу следственной практике. Несомненно, что указания на генетическую склонность организма подследственного к заболеваниям, прежде всего нервной системы, его психофизиологические особенности и особенности поведения, как во время исследуемого события, так и во время производства отдельных следственных действий, имеют доказательственное значение.

Учитывая изложенное, мы считаем, что использование нетрадиционных методов исследования индивидуальных биологических особенностей человека, с целью получения дополнительной информации о личности, является важным условием реализации криминалистических целей на современном этапе.

100

  1. Диагностирование социальных свойств. С целью систематизации возможностей применения криминалистической дерматоглифики материал представлен с позиций поиска дерматоглифов предрасположенности к преступлениям и профессиональной деятельности. В свою очередь, обозначенный подход раскрывает возможности применения поискового и диагностического компонента дерматоглифических экспертиз.

Логика наших рассуждений нашла подтверждение в результатах исследований других авторов. В Ленинградском университете, под руководством профессора Б.Г. Ананьева, в 70-х годах прошлого столетия произведен корреляционный и факторный анализ связей между вегетативными, биологическими и психологическими показателями [2.4].

Из литературных источников также известно о связи признаков дерматоглифики с широким кругом заболеваний различных систем организма, в том числе и нервной системы [2.4; 2.72; 2.145; 2.146; 2.147]. Это убедило нас в возможности существования генетической предрасположенности к совершению преступлений. Тем более, в мировой литературе описаны отличия дерматоглифики у лиц с уголовной психопатологией [2.99. С.83-85].

А также установлено, что психофизиологические состояния лиц, страдающих пограничными психическими недостатками, в качестве внутренних условий могут оказывать определенное влияние на форму преступного поведения, направляя его в сторону преступлений насильственного или неосторожного типа [2.88].

Поскольку психологические, психофизиологические особенности состояния личности являются одним из существенных внутренних условий, способствующих совершению преступления, с нашей точки зрения, установление доступных генетических маркеров позволяет достоверно установить эти особенности.

101

Дебаты о «биологическом и социальном в человеке» могут продолжаться. Но криминалистическая наука формирует представление о взаимосвязи этих двух составляющих индивидуального поведения. В то же время, современная генетика более успешно, чем прежде, продолжает давно начавшиеся, но бывшие малопродуктивными, поиски генетических маркеров поведения [2.122. С.33].

Под генетическими маркерами следует понимать все признаки, которые достаточно четко наследуются и по их изменениям можно судить об изменениях генотипа. Примером генетических маркеров служат анатомические образования, в частности кожные узоры ладоней, подошв, сгибательных поверхностей пальцев - дерматоглифика. Не случайно Б.А.Никитюк относит некоторые признаки дерматоглифики к абсолютным маркерам - с большой наследственной детерминированностью. Что нашло свое отражение в последующих работах отечественных и зарубежных генетиков [2.107. С. 152-169]. В криминалистике не принята к употреблению медицинская терминология, именно поэтому мы рассматриваем термин «маркер», идентичный понятию «совокупность признаков».

Особенности применения системного подхода к изучению личности в криминалистике ориентирует исследовать психосомофункциональный потенциал личности методами психологии и генетики [2.56]. А именно, поиск простого генетического маркера предрасположенности к заболеванию алкоголизмом может быть осуществлен дерматоглифическим методом [2.168]. Исследование социальной адаптации и социальной деградации личности нами проведено методом рисуночного теста «Дом, дерево, человек» («ДДЧ» по методике Дж. Бука).

С нашей точки зрения, диагностические возможности «криминалистической дерматоглифики» позволяют криминалистам в некоторой степени сузить субъективный состав преступления, исключив лиц не имеющих «искомые» дерматоглифы. Так, известно, что современная

102

дерматоглифика выделяет 180 дерматоглифических признаков [2.177]. В свою очередь, анализ рисуночных тестов «ДДЧ» больных, страдающих алкоголизмом и находящихся на излечении в наркологическом стационаре, является расширительным, поисковым компонентом к психологическому портрету личности.

Нами исследованы отпечатки кожного покрова ладонной поверхности кистей рук, полученных методом типографской краски (50 мужчин и 50 женщин). Анализу подвергались оценочные листы (70 мужчин и 30 женщин) теста «ДДЧ» по методике Дж. Бука и количественное соотношение дактилоскопических узоров - дуга, петля, завиток (50 мужчин, 50 женщин), в процентном отношении ко всей массе исследованных в группе и лиц, не страдающих алкоголизмом.

Анализ рисуночного теста показал наличие низкой способности к продуктивной деятельности (элемент № З1 ), значительную потребность в защите и неуверенность в социальной среде (элементы № 4, 7, 814).

Общий анализ распределения пальцевых дерматоглифов у мужчин страдающих алкоголизмом представлен следующим соотнесением:

Петли: Завитковые узоры = 40 %;

Завитковые узоры = 20 %;

Дуги: Петли: Завитковые узоры = 40%.

Из общего количества дерматоглифов: 0,2% - Дуги;

4%-Петля R; 34%-Петля U; 62% - Завитковые узоры.

У мужчин дисплазия на волярных поверхностях отмечена в 40% случаях; дисплазия ладонной поверхности - 40%; дисплазия тенара - 20%.

Общий анализ распределения пальцевых дерматоглифов у женщин

13 См.: таблица на стр. 103.

14 Там же.

103

представлен следующим образом:

Дуга : Петли = 40%;

Дуги : Петли: Завитки = 40%;

Петли : Завитки = 20%.

Из общего количества дерматоглифов - 0,3% Дуги.

У женщин дисплазия на различных участках ладонной поверхности диагностируется у 40% исследованных; у 60% - узорность гипотенара и тенара.

Результаты сравнительно-аналитической обработки 100 оценочных листов теста «ДДЧ» представлены таблицей:

№ Элементы М Ж м м м М М Ж ж м

Лицо - анфас

Профиль:

Левый

Правый 1 1 1 1 1 1

1 1 I 1 Глаза -точки

Плохо прорисованные Глаза - широко открытые 1 1 1 1 1 I

1 1 1 3 Руки - не прорисованы 1 1 1 1 1 1

1 1 1 4 Плечи - широкие - узкие

1 1 1 - 1

1 1 1 5 Уши - сбалансированные Правое Левое Плохо прорисованные 1 1 - - 1 -

- 1 1 6 Дом - одноэтажный

Двухэтажный

Четырехэтажный

Высокий порог

Высоко расположенный первый этаж

Низко расположенный первый этаж и отсутствие цоколя 1

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 ] 1 7 Дверь- наличие

Низкая и маленькая

Отсутствие

Плохо прорисованная и перечеркнутая

Заштрихованная 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 8 Дерево - путаница линий вместо ветвей

ветки - не соединенные со тволом

  • заштрихованный ствол 1 1 1 1 Тре- уголь ная пальма 1 1 1 1 1

104

Наше исследование согласуется с данными РАМН. Один носитель имеет на втором и третьем пальцах правой и левой руки дуги; другой носитель имеет дугу на четвертом пальце левой руки. По данным РАМН [2.151], обладатели дуг - трезвенники поневоле: алкоголь не вызывает у них расслабления. Они имеют хрупкое здоровье. В целом, в популяции на 1000 человек 3 или 4 человека являются носителями дуг на папиллярных поверхностях.

Большинство людей — «петленосители». В нашем исследовании общий вывод распределения узоров в популяции подтвержден. По результатам исследований РАМН, носители завитковых папиллярных узоров, несмотря на свою колоссальную выносливость нетерпимы к неблагоприятным для себя обстоятельствам. В силу этого они неуживчивы, склонны к мучительным сомнениям, самокопанию. Постоянно не довольны сами собой, но в то же время, взявшись за дело, могут его бросить, утратив к нему всякий интерес [2.23].

Исходя из результатов проведенного нами исследования следует, что виды папиллярных узоров мужчин, страдающих алкоголизмом, не отличаются от физиологической нормы распределения в популяции. Но обращают внимание специфические особенности:

наличие большого количества дисплазий, которые нами рассмотрены как маркеры дезэмбриогинеза центральной нервной системы (генетическая предрасположенность);

практически полное отсутствие дуговых узоров (гормональная предрасположенность);

  • низкий процент радиальных петель, и значительное количество ульнарных петель (гормональная предрасположенность).

Таким образом, рисуночный тест «ДДЧ» и дерматоглифический метод является достаточно показательными. В свою очередь, дерматоглифические исследования
могут быть использованы в криминалистике как

105

диагностический элемент при проведении комплексных экспертиз. Не исключена и возможность построения поисковой криминалистической модели, а так же, как ориентир к постановке диагноза «алкоголизм» или других психоподобных изменений личности, обусловленных эндогенными факторами.

Анализ клинических, психологических и статистических особенностей (количественного соотнесения) дактилоскопических узоров у женщин показал низкие способности энергопотенциала и потребность к стимулированию центральной нервной системы (ЦНС) внешними факторами, а именно:

  • соотнесение Дуг и Петель (45%), является показателем низкого энергетического гомеостаза организма. Носители названных узоров даже при незначительных нагрузках действуют на пределе своих возможностей;

  • соотнесение Дуг, Петель и Завитков (45%), сигнализирует о неумении правильно рассчитывать свой физический потенциал;

соотнесение Петель и Завитков (10%), указывает на высокие адаптационные возможности организма при значительных физических нагрузках.

Комплексный подход, с нашей точки зрения, расширяет диагностические возможности и позволяет говорить о низкой адаптационной возможности ЦНС исследованных лиц, необходимости применения профилактических мер (в аспектах криминологии) и поисково-диагностического компонента дерматоглифов (криминалистический аспект). Вышеперечисленные данные в целом могут служить единой цели, вынесение обоснованного и законного судебного решения и исследованию всех обстоятельств дела.

Мы проанализировали своеобразную группу риска - лиц, страдающих алкоголизмом. Среди них выявлены лица, склонные к совершению или совершившие преступления. В то же время, привлекавшиеся к уголовной

106

ответственности или отбывающие наказание в местах лишения свободы, в своем большинстве склонны к злоупотреблению спиртных напитков. Следовательно, обе группы должны иметь общие и специфические дерматоглифы.

  1. Диагностирование предрасположенности к преступлению.

В целях построения вероятностной (поисковой) криминалистической модели личности, основанной на данных дерматоглифики, нами проанализировано около 3 тысяч дактилокарт лиц, находящихся на учете в ИЦ УВД Приморского края. Перед нами стояла задача - выделить особенности элементов папиллярного узора и классифицировать их. Полученные данные обработаны в аспектах системно-структурного анализа идентификационных и диагностических методов исследований.

В целях расширения идентификационного и классификационного компонентов дактилоскопических и дерматоглифических экспертиз, нами предложена методика исследования тождества следов папиллярного узора по результатам исследования угла дельты. В свою очередь, идентификация папиллярного узора, в предложенном ракурсе, позволяет проводить дальнейшее исследование уже и в рамках решения диагностических задач.

Предложенная методика исследования тождества следов папиллярного узора по результатам исследования угла дельты применима к фактам установления родства, отцовства, установления признаков гомогенных пальцев при сопоставлении «след-отпечаток» и других идентификационных исследованиях. Возможно ее применение и в рамках выполнения диагностических задач.

Методика исследования состоит в следующем. Выбирается ульнарный или радиальный край узора. В нашем исследовании мы применили вариант отсчета от радиального участка узора на правой и левой руках. Естественно, на правой руке радиальные дельты расположены справа, а на левой - слева, что связано с
особенностями принятой в дактилоскопии методики

107

расположения пальцев на дактилокарте. Исследование проводится по всем видам узоров при наличии дельты. Первая прямая линия проводится из дельты узора через внутреннюю папиллярную линию. Вторая прямая проводится по линии сгибательной (флексорной) линии ногтевой фаланги. Центр транспортира устанавливается на дельту, а его нижний край ориентирован параллельно линии проведенной по центру сгибательной линии ногтевой фаланги.

Материал исследования: 300 дактилокарт лиц, состоящих на учете в ИТД УВД Приморского края (мужчины русской национальности). Отпечатки получены методом типографской краски. Исследованы особенности выраженности углов дельт гомогенных пальцев рук.

Результаты исследования распределены по группам.

Первая группа - установление тождества кровных родственников по углу дельты папиллярного узора. Исследовано десять дактилокарт, в том числе близнецы, родители, дети, братья (по обоим родителям).

Установлены корреляционные зависимости градусов углов папиллярных узоров у всего количества исследованных. Идентичность узора близнецов составляет 90% от общего количества дерматоглифов. Другие 10% дерматоглифов, в целом, так же близки по строению, но невозможность идентификации вызвана, скорее, не разными видами узора, а его искажениями шрамами или дисплазиями. Причем, наличие дисплазии, их характер и особенности не заимствуются кровными родственниками, в том числе и близнецами.

Установлено, что наличие другого типа узора или увеличение-уменьшение количества внутренних папиллярных линий на гомогенных пальцах не влечет изменение угла папиллярного узора. В любом случае диагностика проводится по внутренней, первой папиллярной линии узора.

Тождество углов, в узорах других групп когнатов составляет, 80-90%. К ранее
перечисленным причинам не совпадения угла присоединяется

108

наличие в 10% случаях не характерного узора на гомогенных пальцах когнатов или значительная выраженность (не выраженность) угла папиллярного узора, в зависимости от различного наклона папиллярного рисунка.

Вторая группа. Исследования угла папиллярного узора лиц, совершивших насильственные преступления (убийства, тяжкие телесные повреждения). В данной группе исследовано 300 дактилокарт. Группа классифицирована на подгруппы. Основанием классификации послужили следующие признаки:

I. Рецидив и аффект.

I. 1. Рецидив преступления, с точки зрения дерматоглифики, может быть характеризован особенностями внутреннего строения папиллярного узора: несбалансированностью удаленности центра узора от дельты по всей окружности узора; наличием пальцевых дисплазий - 30% исследованных (см.: приложение диссертации. С.1. Пример-иллюстрация Трутнев 5 палец левой руки); деформация второй дельты в сложных видах узоров; особенностями положения левой дельты (см.: приложение диссертации. С.2-4. Пример- иллюстрация: Богацкий 2 палец, 4 и 5 пальцы правой руки).

1.2. Преступления, совершенные в состоянии сильного душевного волнения, характеризуются: наличием пальцевых дисплазий в 60% (см.: приложение диссертации. С.5. Пример-иллюстрация: Данилов 2 палец левой руки); несовпадением угла папиллярного узора гомогенных пальцев на 20-30°. Количество гомогенных пальцев с несовпадающим углом варьирует от 50 до 85%. Отмечено преобладание низких (по высоте) петель и завитков с большим количеством внутренних папиллярных линий (см.: приложение диссертации. С.6,7. Пример-иллюстрация: Шаповал 1 - е пальцы рук).

И. Насильственные и корыстные преступления.

11.1. Дерматоглифическая составляющая убийств проявляется: значительным расхождением (20-30°) угла проведенного через центр узора

109

или дельты внутренней папиллярной линии на гомогенных пальцах (см.: приложение диссертации. С.8,9. Пример - иллюстрация: Смаляев 2-е пальцы правой и левой рук); дельты узоров у всех носителей расположены симметрично; преобладанием высоких петлевидных папиллярных узоров по отношению к дельте в 80% случаев (см.: приложение диссертации. С.10,11. Пример- иллюстрация: Сармантаев); не симметричностью завиткового узора, которая составила - 90% (см.: приложение диссертации. Пример — иллюстрация: Смаляев 2-е пальцы правой и левой рук); наличие пальцевых дисплазий - 35%.

II.2. Дерматоглифическая составляющая грабежей проявляется: несовпадением углов дельт на гомогенных пальцах, с разницей 10° -69% носителей; несовпадением, углов дельт на гомогенных пальцах, более чем на 10° у 30% носителей; в целом, отмечено, несовпадение углов дельт на гомогенных пальцах, у 95% исследованных; появлением специфических элементов наружного участка узора у 50% носителей, совершивших данный вид преступления (см.: приложение диссертации.. С. 12. Пример — иллюстрация: Шукуров 1 палец); у 35% исследованных, ульнарная и радиальная дельты завиткового узора одного и того же пальца расположены на разных высотных уровнях (см.: приложение диссертации. С. 13. Пример-иллюстрация: Губеня 3 палец левой руки); характерной выраженностью изогнутости ножки петли у 20% носителей (см.: приложение диссертации. С. 14-16. Пример - иллюстрация Щукин 1 палец; Секретов 1, 3 пальцы левой руки); отсутствие выраженной изогнутости ножки петли - 40% случаев (см.: приложение диссертации. С. 17. Пример - иллюстрация: Шолохов 5 палец правой руки. Для сравнения предложен пример: Сармантаев 2 палец левой руки, осужденного за убийство. См.: приложение диссертации. С. 19); переходные состояния, когда отмечается наличие и тех и других вариантов изогнутости петли на разных пальцах у одного носителя - 40% (см.: приложение диссертации. С. 17,18. Пример - иллюстрация: Шолохов 5 и 1

по

пальцы правой руки); низкое положение внутренних папиллярных линий петли, у 20% исследованных (тип «лежащей» петли. Термин наш. См.: приложение диссертации. С.20,21. Пример-иллюстрация: Канцеров 1 палец левой руки и 1 палец правой руки).

П.З. Проведен системно-стуктурный анализ 300 дактилокарт лиц, совершивших преступления квалифицированные как хулиганство.

Отмечены следующие дерматоглифические особенности:

В 75% ульнарная и радиальная дельты гомогенных пальцев расположены на разных уровнях узора (см.: приложение диссертации. С.22, 23. Пример: Бой 1 палец правой и левой рук), в 25% - на одном; деформация внутреннего рисунка всех видов узора независимо от его сложности в 40% случаях (см.: приложение диссертации. С.24,25. Пример сложного узора -Топорков 5 палец левой руки; простого — Мартынов 2 палец правой руки); в 80% дуги и петли имеют «изогнуто-лежащую» форму (см.: приложение диссертации. С.26-28. Пример: Аверин 2, 3 пальцы правой руки; Овчинников 5 палец правой руки); в 30% ульнарные и радиальные дельты одного и того же пальца расположены на разных уровнях (см.: приложение диссертации. С.29. Пример: Климов 1 палец левой руки); завитковый узор симметричен в 30% (см.: приложение диссертации. С.30,31. Пример: Климов, Борисевич 1 палец правой руки). Для сравнения представлена иллюстрация не симметричного узора. См.: приложение диссертации. С.32-35. Пример: Бой 1, 2 правой и левой руки.

При работе с завитковыми узорами возникает необходимость идентифицировать подобные узоры в больших выборках. В частности, установить их симметричность, или степень их не симметричности. Для установления тождества (отсутствия тождества) завитковых узоров, мы предлагаем использовать авторскую методику определения центра при помощи специального лекала материалом, которого является прозрачный

Ill

плексиглас прямоугольной формы 3 см. на 3 см. В центре находится точка с расходящимися к периферии градуированными шкалами.

Методика заключается в следующем: выделении внутреннего строения узора; совмещении центра узора с центральной точкой лекала; ориентации углов лекала на дельты и совмещении этих углов с прямой линией проведенной по флексорной линии ногтевой фаланги.

II.4. Исследовано 300 дактилокарт лиц, совершивших корыстные преступления. Отмечены следующие дерматоглифические особенности корыстных преступлений: 40% исследованных имеют пальцевые дисплазии; в 95% отмечено несовпадение угла дельты на гомогенных пальцах; ульнарные и радиальные дельты одного и того же пальца находятся на одном уровне у 60% (см.: приложение диссертации. С.36- 39. Пример-иллюстрация: Терин. Узоры 2, 3 пальцев левой руки, не совпадают со 2, 3 пальцами правой); у 35% носителей диагностирован узор (петля и завиток) типа «кувалда» (термин наш). (См.: приложение диссертации. С.40,41. Пример -иллюстрация: Данилов 2 палец правой руки, Горобец 2 палец левой руки); узор близкий к типу «кувалда», (см.: приложение диссертации. С.42. Пример: Яковлев 5 палец левой руки); у 40% исследованных, выявлено наличие низко расположенных петлевидных узоров с углом 25-30° (см.: приложение диссертации. С.43. Пример-иллюстрация: Горобец 4 палец левой руки); наличие высоко расположенных петлевидных узоров — 60% с углом более 30° (см.: приложение диссертации. С.44. Пример: Ячнов. 3 палец правой); завиток со средним положением левой дельты - 20%; особенности завиткового узора 1 пальца левой и правой рук - 50% (см.: приложение диссертации. С.45-47. Пример-иллюстрация: Трутнев, Данилов).

Общий анализ дерматоглифической составляющей исследованных преступлений отражен в определенной динамической системе:

дерматоглифы лиц, совершивших убийства, проявляются преобладанием высоких петлевидных узоров — 80%; не симметричностью

112

завиткового узора - 90%; несовпадением углов дельт на 20-30° на гомогенных пальцах у 95% носителей.

  • дерматоглифы лиц, совершивших грабеж, отражают несовпадение углов дельт гомогенных пальцев, выраженное менее значительно, чем у лиц, совершивших убийство; отмечено появление специфических элементов наружного участка узора - 40% (характерная изогнутость ножки петли у 20% и низкое положение внутренних папиллярных линий петли у 20%);

дерматоглифы лиц, совершивших корыстные преступления, характеризуются преобладанием завитковых узоров - 70% от всего числа исследованных; 35% носителей обладают специфический узором типа «кувалда» (термин наш); у 50% носителей завиткового узора выявлены особенности элементов узора на первых пальцах правой и левой рук.

Исходя из статистического и корреляционного анализа дерматоглифов, выявленные особенности формируют представление о наличии диагностических составляющих характерных как для лиц, совершивших насильственные, так и корыстные преступления.

Установлены следующие статистические и корреляционные связи:

• количественные и элементарные соотношения определенных папиллярных узоров и видов преступлений; • • соотнесение углов дельт гомогенных пальцев и некоторых видов преступлений. • С целью установления диагностических возможностей основных дактилоскопических формул проведен системно-структурный анализ количественного соотнесения числителя и знаменателя. Отправным пунктом наших исследований послужили положения генетического детерминизма эпидермальных узоров кожи, особенностей функционирования центральной нервной системы человека и влияния внешнего фактора - социальной среды на поведение человека. В результате взаимодействия внешних и внутренних факторов личность оказывается способной к правомерному поведению либо

113

нет, которое выражается в виде корыстной либо насильственной линии

поведения. Приведенные в таблицах15 основные
дактилоскопические

1 32 формулы от — до — классифицированы по количественным признакам —

четные числитель (знаменатель), нечетные числитель (знаменатель) и числитель (знаменатель) больше (меньше) числителя (знаменателя).

Вывод по результатам исследований основных формул и их числовым корреляциям заключается в следующем: выявить глобальную систему в динамике корыстных и насильственных преступлений в результате анализа только основных формул на данном этапе исследования не представляется возможным; установленные числовые корреляции некоторых основных дактилоскопических формул, названные нами «латеральными» или «переходными», которые выражены крайне малым количеством лиц, их составляющих, ориентируют эксперта- криминалиста на прогноз последующего количественного скачка в ближней основной формуле лиц, совершивших преступления и обязательным изменением преступной направленности поведения в корыстную или насильственную составляющую.

Незначительное количество лиц, имеющих основные формулы:

11 1 31 13 4

— — — — —и т.д., 23 29 15 3 2

ориентируют на поиск социальной или иной ситуативной составляющей предрасположенности к преступному поведению, и на последующую аналитическую обработку дополнительных формул, а также формируют представление о наличии корреляционных связей между особенностями типа папиллярных узоров, их частными признаками и психологией личности. С нашей точки зрения, именно в особенностях дополнительной формулы находится «ключ» к диагностическим возможностям морфологии эпидермальных узоров.

15 См. Приложение. Таблицы №№ 1-8.

114

Выявлены некоторые статистические особенности основных дактилоскопических формул имеющих аналогичные показателя числителя

13 или знаменателя. Так, основная дактилоскопическая формула —

3 представлена одним носителем, совершившим корыстное преступление и —

также представлена единичным носителем; основные дактилоскопические формулы — и — лишь ориентирована на значительное количество

носителей данных формул, но корреляционная связь основной дактилоскопической формулы и корыстной или насильственной составляющими преступного поведения не прослеживается.

Исходя из изложенных позиций и современных возможностей криминалистической диагностики, полученная криминалистическая информация о личности может быть использована для построения поисковой криминалистической модели неизвестного преступника, а также в целях оптимизации следственных действий.

Как доказывает проведенное исследование диагностических свойств личности, т.е. выявление корреляционных и статистических

закономерностей, взаимосвязи и взаимной обусловленности следов эпидермальных узоров и свойств личности, возможно в результате комплексного подхода. Предложенный подход объединяет усилия специалистов в различных областях знаний - генетиков, психологов и криминалистов, а также требует привлечения специальных методов исследования, что снижает вероятность ошибочных экспертных заключений. Из приведенного материала видно, в какой тесной корреляционной связи находятся морфологические и функциональные, функциональные и психологические характеристики человека.

Метод корреляций отдельных морфологических признаков — дерматоглифов и
относительных показателей биологии, вегетатики и

115

психики - изменчивость, приспособляемость, эмоциональная возбудимость и т.п. имеет свои преимущества перед генетическими исследованиями структур ДНК и РНК человека и является носителем генетической информации о человеке.

116

§ 2. Построение криминалистической модели личности, основанной на данных криминалистической дерматоглифики

На основании принятой в криминалистической науке концепции применения технических средств, приемов и методов, которые не только порождают самостоятельные доказательства, но и во многих случаях дают возможность проверить (подтвердить) или опровергнуть достоверность полученной информации [2.76. С.59], мы предлагаем использование комплексного подхода для решения проблем построения криминалистической поисковой модели. С нашей точки зрения, комплексный поход позволяет не только рассматривать в исследовании информацию различных наук и отраслей, но и применять различные методологические концепции. Такой подход к исследованиям дерматоглифов кистей рук обеспечил выявление статистических связей, проведенного в рамках системно-структурного анализа.

Предпосылками к исследованию послужили постулаты диалектического материализма: «Если быть последовательным материалистом, то неизбежно следует признать существование связей между биологическими и психологическими особенностями человека» [2.4. С.80]. Вопрос лишь в том, какими методами, с большей или меньшей обоснованностью удается доказать их взаимодействие. Одни исследователи анализируют психологические особенности личности в аспектах системно-структурного подхода — Г.И. Акинщикова, С.А. Полуэктова [2.145; 2.146], другие — выявлением статистических связей: Л.Г. Эджубов, В.З. Поляков, В.Н.Елисеев, А.И. Хвыля-Олинтер [2.147].

Анализ исследований в аспектах системно-структурного подхода, характеризующий личность как психо-физиологическую структуру, позволяет сделать следующие выводы:

1 17

го «…показатель кислотности слюны обнаружил связь рты на экзамене (г=0,30). А именно, интенсивная ггресса сопровождалась понижением кислотности , «кислотность слюны связана с экстраверсией и яющейся по тестам Айзенка (г=Ю,29). Согласно этим иные к интраверсии, характеризуются большей в то время как экстраверсированные личности щелочной реакцией слюны» [2.4. С.80]. ытов.

ie показатели отразить в форме символов 6, то: юлотыост ь;

тност ь Pyajr, iCLH реакция. Р\сг\

работы на экзамене» мы рассматриваем: как узку.

;е интеркорреляций обнаружено: «…чем выше оценка, е, тем ниже кислотность слюны после экзамена» [2.4. учившие на экзамене неудовлетворительные оценки, замена характеризовались значительно более высокой по сравнению с индивидуальной нормой (4,5 и 5,0 ме слюна нейтральная [2.4. С 46].

«…связь между изменениями оксигемоглабина в некоторыми характеристиками дерматоглифики, в тером папиллярного рисунка. Испытуемые с ^й в папиллярных узорах отличаются значительными ого содержания оксигемоглабина в условиях стресса,

118

в сторону его повышения (г=0,29). В свою очередь, «…показатели оксигемометрии связаны с характеристиками тремора рук в условиях стресса отрицательной корреляционной зависимостью (г=0,34), тем самым, чем выше насыщенность крови кислородом, тем меньше тремор рук» [2.4.С.80-81].

Вторая группа опытов может быть выражена в виде следующих символов:

% сложных узоров ( W ) = > %-о/г. в условиях стресса;

% простых узоров ( А ) = < %-о/г. в условиях стресса;

(спирали в дактилокартах) => тремор.

  1. «Испытуемые, склонные к интраверсии, характеризуются повышением оксигемоглабина в условиях повышенной интеллектуальной нагрузки и, наоборот, экстраверты отличаются снижением оксигемоглобина в тех же условиях. Отрицательная же связь обнаружена между изменениями оксигемоглобина и склонностью к нейротизму» [2.4. С.81].

Третья группа опытов17: и/в. = > % в условиях интеллектуальной нагрузки;

э/в = < % в условиях интеллектуальной нагрузки;

и/в = > % о/г. = < нейротизм;

э/в = < % о/г = > нейротизм. Как диагностический показатель, важна и взаимосвязь основного обмена с тремором рук. Исследованиями установлено: «чем выше основной обмен в условиях стресса, тем меньше тремор» [2.4. С.81]. Таким образом, субъект с высоким уровнем основного обмена более стоек в условиях стресса.

  1. В аспектах нашего исследования значимой «…представляется зависимость, существующая между степенью повышения основного обмена в условиях интеллектуальной нагрузки и коэффициентом интеллектуальности,

17 Р(а) - активная работа; Р(-) - вне работы; И/в. - интроверт; Э/в - экстраверт; О/г - оксигемоглобин

119

общим и вербальным». В результате исследования установлено, «…чем выше интеллект, тем меньше энергетические затраты организма на экзамене» [2.4. С.81]. Также существует положительная зависимость между частотой сердечных сокращений (ЧСС) и интенсивностью работы при

интеллектуальных нагрузках: чем интенсивнее работает испытуемый, тем значительнее у него повышение частоты сердечных сокращений (ЧСС) по сравнению с фоновыми показателями [2.4.С.81].

Четвертая группа опытов:

IQ = Ин => % о/г. В условиях интеллектуальной нагрузки => нейротизм; ЧСС: Р(а).

  1. Установлена связь изменений основного обмена, интенсивности работы с общим коэффициентом интеллектуальности. Чем выше коэффициент интеллектуальности, тем меньше сдвиги в основном обмене при повышенной интеллектуальной нагрузке [2.4.С.81].

Следовательно, интеллектуалы при повышенной нагрузке компенсированы эффективным основным обменом, что позволяет им работать в режиме «штурма мозгов», сохраняя достаточно высокий энергопотенциал.

  1. Между интенсивностью работы в стрессе и характером папиллярного рисунка существует положительная корреляционная связь (г=0,29). Испытуемые, с преобладанием среди папиллярных узоров петель, отличаются в стрессовой ситуации более интенсивной работой. Этот же показатель дерматоглифики высоко коррелирует с экстраверсией, связь отрицательная «… т.е. среди испытуемых с большим процентным содержанием петлевых узоров (показатели дополнительной формулы 2, 3, 4, 5, 6 в дактилокартах) преобладают интроверты» [2.4. С.84].

Следовательно, обладатели петлевидных папиллярных узоров лучше, чем остальные, приспособлены к изменяющимся условиям среды. В данном

120

случае, у них существуют особые приспособительные (компенсаторные) свойства характерные для уравновешенной центральной нервной системы.

  1. Установлена и «…связь между пульсом и характером папиллярного рисунка испытуемых. Чем выше процент дуг (№1 в показателях дополнительной формулы дактилокарт) в папиллярных узорах …, тем значительнее учащение пульса в условиях стресса» [2.4. С.84].

Обращаясь ко второй группе опытов, определяется корреляционная связь на следующем уровне:

%W =>% —> о / г в условиях стресса =< ЧСС в условиях стресса =< тремор > % А=<%—> о I г в условиях стресса => ЧСС в условиях стресса => тремор

Таким образом: «характер сдвигов по различным функциям свидетельствуют о том, что сдвиги эти не случайны, а обусловлены целым комплексом индивидуальных особенностей человека» [2.4. С.85]. Этот комплекс формирует поисковую криминалистическую модель личности. Изучение и анализ вегетативных и биохимических параметров человека имеют поисковое и собственно диагностическое значение
в

криминалистических исследованиях следов рук. Мы делаем вывод, что вегетативные и биохимические особенности, характеризующие человека, связаны, с одной стороны, с психическими особенностями личности и, с другой стороны - с особенностями его морфологического строения.

Исследования ученых лаборатории дифференциальной психологии и антропологии [2.4] послужили информационной базой для наших собственных выводов, относительно использования данных дерматоглифики при построении криминалистической модели личности:

  1. Психологические особенности личности связаны с особенностями протекания процессов на вегетативном и биохимическом уровне. В результате опосредованных взаимосвязей между вегетативными, биохимическими и дерматоглифическими показателями, не сложно установить некоторые особенности индивидуальной психики.

121

  1. Чем выше процент сложных узоров, тем выше процент оксигемоглобина в условиях интеллектуальной нагрузки. Что позволяет им решать «задачи» с меньшими энергетическими затратами, и на более высоком интеллектуальном уровне, по сравнению с испытуемыми, имеющими простые папиллярные узоры.

  2. Интроверты характеризуются большим процентом петлевых узоров. Среди экстравертов нет обладателей петлевых узоров.
  3. Более высокий уровень интеллектуального развития характерен для интровертов, которые дают меньший процент нейротизма, что, в свою очередь, должно ориентировать сотрудников правоохранительных органов. Причем, вегетососудистые реакции, у интровертов менее выражены.
  4. Интроверт более эмоционально стоек, но, чем интенсивнее работает испытуемый (на эмоциональном или интеллектуальном уровне), тем значительнее повышается у него частота сердечных сокращений, что связано с коэффициентом энергопотенциала высокоразвитого интеллекта с силой раздражителя.
  5. В результате дозированного смещения психоэмоционального равновесия интроверт, как интеллектуальная личность, решает проблемы адекватно раздражителю. Но превышение эмоциональной и интеллектуальной пороговой нагрузки, для данного субъекта, влечет за собой увеличение ЧСС, появление тремора и нейротизма. Тем самым снижается интеллектуальный и эмоциональный контроль, следовательно, повышается возможность появления не контролируемой логикой вербальных и невербальных признаков намеренной лжи.

  6. Петлевые узоры (в дактилокартах показатели дополнительной формулы - 2, 3, 4, 5, 6.) представляют собой средний вариант функциональной нормы по биохимическим, вегетативным и психологическим показателям. А именно: обладатели петлевых узоров более интеллектуально развиты и эмоционально стойки, но более реактивны, по

122

неврологическому статусу, что делает их, в конечном счете, склонными не только к сомнению, но и к внушению (эмоциональная вязкость).

  1. Завитковые узоры (показатели дополнительной формулы 7, 8, 9.), сигнализируют о повышении содержания оксигемоглобина в условиях стресса, при этом происходит снижение возможности появления тремора и нейротизма. Интенсивная интеллектуальная нагрузка вызывает у данной категории лиц появление ЧСС, а, следовательно, появление тремора. Таким образом, спирали являются другим крайний вариант нормы.

Исследованиями Г.И. Акинщиковой и С.А. Полуэктовой установлена зависимость между типом темперамента и типом папиллярных узоров. Так, холерик имеет больше 50% завитковых узоров (остальные петли); сангвиник - больше 50% петлевых (остальные завитки); флегматик, как правило, -петлевые узоры: меланхолик имеет хотя бы одну дугу и чем их больше, тем слабее центральная нервная система. Кроме того, Г.И. Акинщиковой выявлена связь угла, образуемого на ладони трирадиусом, с умственными способностями человека. Если угол, образуемый трирадиусами, находится в пределах от 33° до 57°, то умственные способности достаточно развиты, если же он меньше этого диапазона, то интеллект значительно ниже среднего [2.6].

Исследования других авторов выявили взаимосвязь между особенностями строения папиллярных узоров и выбором профессиональной деятельности: высокий гребешок папиллярных узоров чаще всего встречается у лиц с наклонностью к радиоэлектронике, военному делу и технике, тогда как у искусствоведов - более низкий утонченный гребень. Дуговые узоры более присущи женщинам, встречаясь преимущественно у лиц женских профессий (филологов, журналистов, работников сферы обслуживания), тогда как у электриков, радиотехников, химиков они обнаруживались заметно реже [2.171. С.21 -22].

123

Анализ выявил корреляционную систему связей между вегетативно-биохимическими и психологическими особенностями испытуемых. Прежде всего, мы имеем дело с относительно замкнутой системой связей, в центре которой находится показатель оксигемоглобина (признак 3.). Он связан, с одной стороны, с основным обменом (признак 4), с другой стороны - с экстраверсией (признак 10) и нейротизмом (признак 11). Оксигемоглобин, связанный с морфологическими характеристиками головы и с показателями основного обмена, является связующим звеном между морфологией, биохимией и психологическими характеристиками.

Замкнутая система связей (рис.1) образуется также четырьмя

признаками: показателями артериального давления (признак 2), показателями

о пульса (признак 5), основным обменом (признак 4) и тремором (признак 9)

[2.4. С.81-82]. Пульс (признак 5) обнаруживает связь с процентным

содержанием в папиллярных узорах дуг (признак 7) [2.4. С.82].

10

14

7 5

11

О

9

Рис.1

Таким образом, целый ряд психологических особенностей личности

оказывается связанным с особенностями протекания процессов на

вегетативном и биохимическом уровне. И это не случайно, так как

о психическая деятельность обеспечивается работой всех систем

См.: Рис.1

124

человеческого организма, начиная с биохимических процессов и кончая процессами, протекающими на высшем кортикальном уровне [2.4. С.82].

Установленные антропологами морфологические свойства человека применимы в комплексных криминалистических исследованиях эпидермальных узоров. Полученная информация позволяет выявить корреляционные связи между морфологическими и психологическими свойствами личности. Которые в свою очередь формируют криминалистически значимую информацию, необходимую для построения поисковой криминалистической модели личности.

Наше исследование ставит целью обосновать возможности применения криминалистической дерматоглифики в рамках идентификационных и диагностических методик. Невозможность проведения диагностических исследований дерматоглифов без применения комплексных исследований очевидна. Данная позиция и вызвала необходимость привлечения результатов исследований, проведенных генетиками и клиницистами для решения криминалистических задач. В современной криминалистической науке эта позиция инициировала исследования и создание новых направлений — криминалистической дерматоглифики и статистической дактилоскопии.

Статистическая дактилоскопия решает проблемы криминалистических исследований следов ладонных поверхностей, опираясь на математическую специфику обработки папиллярных линий, подсчет частоты встречаемости деталей папиллярного узора, выявление статистических закономерностей и связей между признаками папиллярного узора и характеристиками личности, в том числе, и для установления генетических заболеваний [2.4. С.84].

Анализ статистических связей между признаками папиллярного узора и характеристиками личности основан на изучении эндогенных связей. Как мы ранее отмечали, связи принято классифицировать на три группы [2.4. С.101]. Предложенная нами классификация позволит более полно раскрыть

125

возможности построения поисковой криминалистической модели, основываясь на исследованиях дерматоглифов ладонной поверхности, учитывая материалы исследований в области медицинской дерматоглифики:

  1. Дерматоглифика психофизиологических состояний и предрасположенности к психоэмоциональным срывам.

  2. Диагностика профессиональной предрасположенности.

  3. Дерматоглифика расовой и региональной принадлежности.
  4. Прогнозирование и восстановление папиллярного узора.
  5. Дерматоглифика психофизиологических состояний и предрасположенности к психоэмоциональным срывам.

Кроме предрасположенности к заболеваниям, дерматоглифы позволяют осуществлять поисковую деятельность в аспектах психофизиологических состояний. Так, исследованиями установлены корреляции социальных и биологических факторов. В частности, психофизиологические состояния, в качестве внутренних условий, могут оказывать определенное влияние на форму преступного поведения, направляя его в сторону преступлений насильственного или неосторожного типа [2.88].

Психологические и психофизиологические особенности состояния личности являются одним из существенных внутренних условий, способствующих совершению преступления. Они имеют значение для дифференциации ответственности и индивидуализации наказания, а их наличие должно быть доказано. Средством доказывания в данном отношении, как нам представляется возможным, может служить и дерматоглифическая экспертиза.

Учитывая общность синдромальной патологии и некоторых психических свойств пациентов с синдромами Туретта, Вильямса, Рубенштейна-Тейби и болезни Дауна, мы предполагаем с помощью дерматоглифических признаков, названных
синдромов, выявить

126

дерматоглифическии маркер индивидуальной агрессивности в силу их генетической обусловленности.

Многолетний клинический опыт подтверждает связь между нарушениями в развитии центральной нервной системы и отклонениями в характере дерматоглифических узоров [2.134; 2.167; 2.168].

Данная зависимость исследована методикой подсчета частоты встречаемости деталей папиллярного узора и его типов [2.147. С.8].

С нашей точки зрения, специфика синдромальной патологии носителей синдромов проявляется не только в дерматоглифике, но и в типичных характерологических чертах. Основным и общим для названных симптомов является неустойчивая нервная система, и как следствие - агрессивность поведения.

Исключением считается болезнь Дауна, в симптомокомплексе которой нет элементов агрессивности. Но дерматоглифические признаки болезни Дауна мы рассматриваем как классический маркер дизэмбриогенеза центральной нервной системы, и соответственно олигофрении. Дерматоглифика болезни Дауна представлена «…знаменитой «четырехпальцевой» складкой на ладони, высокими осевыми трирадиусами по типу t, высокими ульнарными петлями с низким гребневым счетом на пальцах» [2.23. С.73].

Отдельные признаки этой дерматоглифической картины (т.е. болезни Дауна) могут встречаться и в норме, что, конечно, указывает на определенную ослабленность нервной системы, но ни в коей мере не позволяет считать человека неполноценным, исходя только из дерматоглифических данных [2.23. С.71].

В «неполных формах», т.е. при отсутствии четкой клинической картины болезни Дауна (и при выявлении неполного комплекса дерматоглифических признаков), определенные психологические свойства проявятся как обязательное
свойство: неспособность осуществлять

127

ситуативный анализ и предусматривать последствия действий (бездействий) [2.21. С.113-117].

Несколько иная картина наблюдается при симптоме Рубенштейна-Тейби (характеризуется, помимо многочисленных уродств и интеллектуальной недостаточности, агрессивностью, редкой для олигофренических состояний.) Здесь, кроме типичных для патологической дерматоглифики признаков («четырехпальцевая» складка и высокие осевые трирадиусы), отмечаются сложные и достаточно специфические узоры: «трехдельтовые» завитки на первых пальцах, на вторых-третьих - дуги; на ладонях часты редкие узоры в области тенара [2.20].

Дополнительная дактилоформула симптома Рубенштейна-Тейби может быть выражена следующим образом: показатели № 7 (8, 9.) на 1 пальцах обеих рук; № 1 (2) на 2 и 3 пальцах обеих рук.

Близкую дерматоглифическую картину можно наблюдать при наследственной неврологической болезни Жиль де ля Туретта, которая проявляется в специфическом сочетании моторных и вокальных тиков. Отсутствие патологических признаков, в первую очередь, узоров в области тенара, позволяет проводить параллель в агрессивности пациентов. Видимо, у таких детей нервная система отличается большей возбудимостью, чем может объясняться и агрессивность при симптоме Рубенштейна-Тейби или Жиль де ля Туретта, когда отмечаются тенарные узоры [2.20].

Для более детального изучения личности следует обратить внимание и на асимметричность в распределении волярных рисунков. Завитки «…как узоры более высокой сложности, чаще всего расположены на пальцах правой руки. Причем, главным образом - на указательном (2 палец) или безымянном (4 палец). Это норма, достаточно близкая к петлям» [2.20]. В дополнительной дактилоформуле завитки выражены показателями - 7, 8, 9; петли -показателями от 2 до 6, в зависимости от особенностей внутреннего рисунка.

128

«Но если асимметрия в расположении узоров различной сложности превышает два признака, то такой человек, скорее всего, отличается сильной неуравновешенностью» [2.20].

Например: «…три из четырех «завитков» у Маяковского расположены на пальцах правовой руки, и только один на левой. Это подтверждает чрезмерную неуравновешенность и вспыльчивость характера поэта. Отсюда и его пресловутая маска «хулигана», …и боязнь одиночества, …отсутствие твердых убеждений» [2.151].

«Когда завитки отмечаются преимущественно на правой руке», то их носитель «вспыльчив, но отходчив, однако чем асимметрия больше, тем отходчивость меньше. Если картина обратная, то такие люди легко ранимы…, а бывает, мстительны» [2.20]. Несколько другой вариант асимметрии определен исследованиями Н.Н. Богданова у группы серийных убийц (состоящей из 17 осужденных):

  1. «Тип асимметрии определяется распределением петельных и завитковых узоров» [2.22.С.63].

  2. «Локализация узора более высокой сложности на первом пальце левой руки - самый редкий тип левшества, состоящий всего из 25% в популяции» [2.22. С.63].
  3. «Высокий гребневый счет по всем пальцам» [2.22. С.63].
  4. «Отсутствие редких ладонных узоров в области тенара».
  5. «Практически полное отсутствие дуг» [2.22. С.63-64]. Исследования Н.Н. Богданова, В.Г. Солониченко особенностей

дерматоглифической картины при синдроме Вильямса, позволяют предполагать определенный нейропсихологический тип, указывающий на модель генетически детерминированного правополушарного доминирования.

Особенности доминирования правого полушария отражаются на психологическом статусе пациентов с синдромом Вильямса [2.21. С. 126-131].

Этот уникальный комплекс черт, включает в себя:

129

  1. Нарушение сенсорной интеграции с гиперчувствительностью к звуку и «гравитационной тревожностью» [2.10].

  2. Гиперреактивность с эмоциональной лабильностью, импульсивностью, дефицитом внимания, навязчивой коммуникабельностью;

  3. Повышенную тревожность, страх новизны;
  4. Нарушения экспрессивной и импрессивной речи;
  5. Трудности обучения, особенно в усвоении математики, наряду с относительной легкостью в овладении чтением;

  6. Хороший музыкальных слух и чувство ритма [2.103. С. 256]. Проведенные исследования показали, что «…дерматоглифическая

картина кисти детей с синдромом Вильямса позволяет говорить об определенном дерматоглифическом типе, характеризующемся

преобладанием правильно сформированных, симметричных, сложных (имеющих два трирадиуса) узоров на пальцах - завитков с высоким гребневым счетом. При этом узоры большей сложности располагаются преимущественно на левой руке. Отмеченная межпальцевая асимметрия наиболее часто встречается на 3 или 5 пальцах кисти. У двух детей были так называемые «мономорфные руки» - рисунок на двух пальцах был одинаков». «В одном случае это были завитки, в другом, ульнарные петли), однако гребневый счет в этих случаях также был выше слева. Узорность ладонных полей была очень незначительной, осевые трирадиусы и сгибательные складки не отклонены от нормальных» [2.21. С. 128].

Преобладание завитков является относительно редким признаком в норме, еще более редким является преобладание узоров большей сложности на левой руке.

Различая дерматоглифические признаки правополушарного доминирования, мы можем судить о генетических аномалиях психики лиц, совершивших преступления. Что может являться дерматоглифическим маркером аффективной, несбалансированной психики.

130

В результате адаптированного анализа, в аспектах статистических характеристик синдрома Вильямса, нами выделены следующие дерматоглифические признаки названного состояния:

  1. Преобладание завитковых узоров - показатели 7, 8, 9 (с различным внутренним положением левой дельты) - на пальцах обеих рук;
  2. На пальцах левой руки больше процент показателей 7, 8, 9 (узоры большей сложности).
  3. Асимметрия ДБ больше дд, 3 палец Асимметрия ДБ больше дд, 5 палец Асимметрия ДБ больше дд, по любым пальцам.19

Следовательно: в случаях преобладания в дополнительной формуле

показателей № 7, 8, 9 на пальцах 3 и 5 левой руки можно делать вывод о

наличии эмоциональной неустойчивости, импульсивности, повышенной

тревожности их носителей. Предположительный вывод подтверждается

фактическими результатами проведенного статистического исследования в

ИЦ УВД ПК. Такая зависимость прослеживается по дактилокартам, которые

находятся в ИЦ УВД ПК в единственном числе либо в минимальном

количестве. (От двух до семи дактилокарт на основную формулу).

32 32 Примером могут служить основные формулы: — и —

Мы назвали такие основные формулы «латеральными» - переходными (термин наш.). С нашей точки зрения, установленное преобладание узоров большой сложности на пальцах левой руки является дополнительным маркером импульсивно совершенного деяния. И наоборот, меньшее количество латеральных дактилокарт имеют более высокие цифры ополнительной формулы на правой руке, что косвенно указывает на осознанное, спланированное противоправное действие.

19 as - число дельт на пальцах левой руки; дд - число дельт на пальцах правой руки.

20 Архивные материалы ИЦ УВД ПК. 1930-2000 гг.

131

Нам ясно, что анализ отдельных признаков оказывается некорректным, поскольку важную роль может играть и внешняя среда, а также наличие редкой комбинации совершенно нормальных признаков «нейтральных» в других комбинациях. В рамках предложенного подхода, кроме изучения дерматоглифических признаков синдрома Вильямса, мы предлагаем уделить внимание и дерматоглифическим признакам синдрома Туретта, который клинически «…характеризуется очень сильным и едва ли не постоянным возбуждением высших отделов мозга. По- видимому, это хроническое возбуждение вносит весьма значительный вклад в легкость невротических срывов» [2.20].

В целом, клиническая картина проявляется и вокальными тиками. Как указывают Н.Н. Богданов, В.Г. Солониченко, «…для синдрома Туретта характерна комбинация очень сложного (завиток, с показателями - 7, 8, 9 на 1 пальце) и очень простых - дуги и петли с низким гребневым счетом на 2 и 3 пальцах обеих рук» [2.20] - по определению криминалистов - показатели - 1, 2,3.

Н.Н. Богданов, В.Г. Солониченко, на основании анализа полученных данных, выделили полные и неполные формы дерматоглифических признаков синдрома Туретта, которые имеют полную или неполную клиническую картину. Одна из неполных форм дерматоглифического синдрома представляет собой вариант ассоциации сложного узора на первом пальце с более простым на втором-третьем пальцах без узорности в области7^. Можно выделить и вторую
неполную форму

дерматоглифического синдрома с узорами на первых трех пальцах одинаковой сложности и редкими узорами по типу завитков в области Th(

билатерально, сходным положением ладонных трирадиусов и одинаковым редким узором в области гипотенара на правых ладонях. Дактилоскопические показатели синдрома Туретта:

132

  1. В дополнительной дактилоскопической формуле обеих рук 1 палец имеет показатели 7 (8, 9); вторые пальцы имеет показатели 1, 2 (3).

  2. Определенный папиллярный узор на первом - третьем пальцах проявляется в сочетании с узором в области7^ (1 палец - показатели 7, 8, 9;

2 и 3 пальцы - показатели 1, 2, 3). Полученный вывод сделан на основании структурного анализа дактилокарт ИЦ УВД ПК.

Данная закономерность проявляется не только в большинстве дактилокарт основных формул, но и в «латеральных», переходных формулах дактилоскопического массива ИЦ УВД ПК. Нашим исследованием установлено, что, специфика дактилоскопических показателей проявляется в односторонней зависимости - на пальцах левой руки (либо только на правой), а не билатерально, как в случае классического синдрома Туретта.

Таким образом, мы выделяем третью неполную формулу дерматоглифического синдрома Туретта, проявляющуюся в

дактилоскопическом массиве ИЦ УВД ПК: в дополнительной формуле левой руки первый палец имеет показатели 7, 8 (9), вторые - третьи пальцы -показатели 1, 2 (3), т.е. в силу отсутствия отпечатков ладонных поверхностей на дактилокартах ИЦ УВД ПК, мы не имеем возможности анализировать количество узоров в области Th/ m

Например, основная формула —.

Всего на дактилоскопическом учете с такой формулой - 7 носителей. Из них: двое совершили кражу, один из них имеет рецидив кражи, один -хулиганство, двое - хищение, один - разбойное нападение.

Три носителя данной основной формулы обладают именно такой односторонней зависимостью:

38394

71367

— кража;

133

67594

кража;

71368

59295

хулиганство.

72447

В приведенном примере показатель 7 первого пальца и показатель 1 и

2, второго пальца левой руки рассмотрен нами в
аспектах

дерматоглифического синдрома Туретта, Рубенштейна -Тейби; третий и

пятый пальца рассмотрены в аспектах синдрома Туретта и Вильямса с целью

поиска дерматоглифов эмоциональной неустойчивости.

г- а л. 30 69496 Следует обратить внимание на формулу: — -лица,

совершившего разбойное нападение. Эта формула под
перечисленные

дерматоглифические синдромы не подпадает, что косвенно указывает на

склонность к планированию действий. Так, второй палец левой руки (в

отличие от вышеперечисленных дополнительных формул), имеет большую

сложность - показатель 4.

Другой пример:

л 32 67480

Формула: — разбойное нападение — один носитель.

г 1 72857

32 38480

Формула: умышленное причинение вреда - один носитель.

^ J 2 72887

л 32 67596

Формула: рецидив кражи — один носитель.

^ J 2 72987

Обращает на себя внимание факт отсутствия дактилокарт с основными

30 32 32 формулами: —; —;— в добровольной дактилоскопической регистрации и

дактилоскопическом учете сотрудников правоохранительных органов. Что также подтверждает наш вывод о важности анализа латеральных дактилокарт, в которых наиболее четко проявляется выявленная закономерность.

134

В настоящее время медицинскими генетиками разработаны и успешно применяются маркеры-дерматоглифы психического статуса [2.4; 2.6; 2.21; 2.22; 2.27; 2.105].

Современный перечень найденных маркеров-дерматоглифов для клинической медицины не может быть полностью приведен в данном исследовании, в силу двух причин, а именно: не соответствия целям и задачам исследования, а также значительного числа источников литературы. (210 источников литературы). Мы привели некоторые из них, указывающие на возможности поискового диагностического маркера - дерматоглифов ладонной поверхности.

  1. Диагностика профессиональной предрасположенности.

В профессиональной деятельности играют большую роль индивидуальные особенности всех органов и систем организма человека. Следовательно, психофизиологические особенности индивидуальны и проявляются, непосредственно в выборе профессии, в интенсивности и качестве труда. С точки зрения юридической, социальной и клинической психологии свойства организма, адекватные определенным профессиям, видам деятельности, могут являться дополнительным диагностическим компонентом в криминалистических исследованиях отпечатков ладонных поверхностей кистей рук.

Классические генетические методы определения свойств организма достаточно сложны, дорогостоящи, длительны и недоступны для широкого применения в криминалистике. Но, с нашей точки зрения, метод дерматоглифики можно использовать и для определения склонности человека к конкретной профессиональной деятельности, что также позволит решать задачи криминалистической диагностики.

Исследованиями ряда авторов проведен статистический анализ ладонных дерматоглифов у работников многих предприятий, но особенно показательны
данные по трем профессиональным группам - продавцы,

135

бухгалтеры, инженеры различных специальностей [2.162; 2.169]. Поскольку статистические показатели дерматоглифики в группе инженеров не имеют существенных отличий от приведенных в литературе для женщин русской национальности, эта группа использована в качестве контрольной [2.162].

В результате проведенных исследований дерматоглифических показателей, установлено, что у продавцов увеличены узорность гипотенара, количество добавочных межпальцевых трирадиусов на правой руке, количество ульнарных петель на втором пальце этой же руки [2.169. СП].

Выявлены специфические дерматоглифические особенности: линия А чаще оказывается в поле 3 на правой руке; линия Д чаще в поле 7 на левой руке и увеличен дельтовый индекс. В группе бухгалтеров увеличены узорность гипотенара, количество добавочных межпальцевых трирадиусов на правой руке; линия В оканчивается на левой руке в поле 7; увеличен дельтовый индекс; снижен индекс Гайпеля; значительно уменьшено количество окончаний линий А в поле 3 на правой руке [2.169. СП].

Проведенное А.Н. Чистикиным. и В.В. Яровенко исследование выявило сходные изменения признаков дерматоглифики у группы продавцов и бухгалтеров [2.169]. В обеих группах: увеличены узорность гипотенара, количество добавочных межпальцевых трирадиусов; кроме того, на втором пальце левой руки в обеих группах уменьшено количество дуговых узоров; увеличено количество радиальных петель на обеих руках; в обеих группах увеличен дельтовый индекс. Но есть и дерматоглифические особенности в группах продавцов и бухгалтеров: индекс Камминса у продавцов снижен, у бухгалтеров увеличен по сравнению с инженерами; линия А оканчивается в поле 3 на правой руке у продавцов чаще, у бухгалтеров реже, чем у инженеров; линия В, наоборот, оканчивается в поле 7 на левой руке у продавцов реже, у бухгалтеров чаще, чем у инженеров; линия Д на левой руке в поле 7 у продавцов оканчивается чаще, а у бухгалтеров реже, чем у инженеров [2.169. СП].

136

Профессия водителя транспортных средств предъявляет определенные психофизиологические свойства к их носителям. Эксплуатация автотранспортных средств связана с повышенными психо- эмоциональными и физическими нагрузками. Тестирование психо- эмоциональных

возможностей может проводиться с помощью методов дерматоглифики. «Несомненно, что многочисленные тесты, не учитывающие генетические особенности человека, не позволяют осуществлять правильный подбор профессии. Считается возможным осуществлять такую работу с использованием метода дерматоглифики [2.169. С.11]».

С целью решения вопроса о возможности использования метода дерматоглифики в профотборе работников этой категории А.Н. Чистикинам и В.В. Яровенко проведено специальное исследование, выполненное на отпечатках ладоней 42 мужчин-водителей со стажем работы более 10 лет, контрольную группу составили отпечатки рук 100 мужчин [2.169].

Установлено, что у водителей имеются отличия в окончаниях главных ладонных линий: линия А у водителей реже оканчивается в поле 3 на левой руке, на правой она оканчивается в поле 5; линия В на левой руке чаще оканчивается в поле 7; линия С реже оканчивается на правой руке в поле 7; линия Д на правой руке чаще оканчивается в поле 9. Выявлены отличия в узорности концевых фаланг: на первом пальце обеих рук уменьшено количество завитковых узоров и увеличено количество петлевых; на втором пальце увеличено количество дуговых узоров, но уменьшено количество петлевых и завитковых; на третьем пальце увеличено количество дуговых, но уменьшено количество завитковых; на пятом пальце увеличено количество дуговых узоров [2.169. С.11,12].

Из дерматоглифических особенностей обращено внимание на: более частое промежуточное положение осевого трирадиуса t левой руки; снижение узорности гипотенара (в тоже время, повышена узорность тенара); отсутствие узорности на втором межпальцевом промежутке.

137

Исследованием выявлены и количественные характеристики кожных узоров, которые также имеют особенности: уменьшение гребневого счета на первом и втором пальцах левой руки, снижение гребневого счета обеих рук и общего гребневого счета [2.169. С. 12].

У работников сельского хозяйства на втором пальце левой кисти имеется уменьшение количества дуговых узоров и увеличение количества ульнарных петель. На правой кисти увеличено количество дуговых узоров на первом и втором пальцах, увеличено количество ульнарных петель и уменьшено количество завитковых узоров. На третьем пальце левой кисти увеличено количество дуговых узоров, на третьем пальце правой кисти увеличено количество петлевых узоров, но снижено количество ульнарных петель и уменьшено количество завитковых узоров. На пятом пальце левой кисти увеличено количество ульнарных петель, на правой кисти уменьшено количество завитковых узоров. Однако имеются также и однозначные уклонения дерматоглифики у работников управленческих структур сельского хозяйства и работников совхоза. Так, у последних увеличено количество дуг и завитковых узоров на первом пальце левой кисти, увеличено количество ульнарных петель на третьем пальце левой кисти, уменьшено количество завитковых узоров на четвертом пальце левой кисти и увеличено их количество на пятом пальце левой кисти. На правой кисти лишь на третьем и пятом пальцах увеличено количество дуг у работников совхоза по сравнению с работниками управленческих структур Агропрома [2.169. С. 10].

Отмечены также некоторые сходные уклонения дерматоглифики у работников городских учреждений по сравнению с работниками совхозов -увеличено количество завитковых узоров на третьем пальце левой кисти [2.169.С.9-10].

  1. Дерматоглифика расовой и региональной принадлежности.

Кроме диагностических возможностей дерматоглифики, позволяющих анализировать профессиональную принадлежность, исследователями

138

выделены генетические маркеры расовой и региональной принадлежности [2.161; 2.179]. Проведенным статистическим исследованием [2.169. С. 14] установлено, что у мужчин Крайнего Севера и юга Тюменской области имеется увеличение количества петлевых узоров и уменьшение количества дуговых и завитковых узоров. Соответственно, у мужчин имеется уменьшение дельтового индекса.

У женщин такой закономерности не отмечается — у них количественное соотношение рисунков на концевых фалангах пальцев соответствует литературным данным. Индекс Камминса у мужчин и женщин Крайнего Севера уменьшен по сравнению с литературными данными, у жителей юга Тюменской области он занимает промежуточное положение. У мужчин и женщин Крайнего Севера повышена узорность на тенаре, 3 и 4 межпальцевых промежутках, чаще встречается проксимальное положение осевого трирадиуса по сравнению с литературными данными.

Разумеется, на результатах подобных исследований могут сказываться многие специальные факторы, в том числе и унаследованные от дальних предков по материнской или отцовской линии расовые показатели дерматоглифики (доминантный или рецессивный гены).

При сравнении результатов исследования с данными, проведенными Г.Л. Хить и Долиновой, другие авторы, в частности В.В. Яровенко, А.Н.Чистикин выявляют наличие выраженных монголоидных черт в обследованной группе — снижение дельтового индекса, снижение узорности на гипотенаре, снижение количества дополнительных осевых трирадиусов, увеличение количества проксимально расположенных трирадиусов [2.169. С.14; 2.161; 2.162; 2.169; 2.179].

Также установлены особенности окончания главных ладонных линий у жителей Тюменской области и Западной Сибири. Исследованы отпечатки кистей рук 301 женщины русской национальности.

139

Материал классифицирован на три группы. Первая группа - женщины, родители которых родились в Европейской части страны. Вторая группа -родители которых родились в разных регионах - один в Европейской, второй в Азиатской части страны. Третья группа — женщины, родители которых родились в Азиатской части страны. Количество обследованных по группам составляет 136, 74 и 191 соответственно [2.169. С. 14].

Полученные результаты представлены следующими позициями: линия А на левой кисти чаще имеет низкие окончания (в полях 1-2).Причем, во 2 и 3 группах низкие окончания встречаются в 2 раза чаще, чем высокие. На правой кисти линия А чаще оканчивается в поле 3 и приобретает высокий тип окончания этой линии (поля 5,6,7); на левой руке линия В оканчивается в полях 5* и 5** чаще, чем обычно.

Анализ результатов позволил А.Н. Чистикину и В.В. Яровенко сделать определенные выводы. С позиций . построения поисковой криминалистической модели они, как нам представляется, могут быть выражены следующим образом:

  1. Признаки дерматоглифики могут служить показателем адаптивных возможностей организма к внешней среде;

  2. Существование дерматоглифов профессиональной предрасположенности может представлять интерес для криминалистического исследования, в том числе и построения поисковой криминалистической модели.

Наши выводы оформлены в рамках построения поисковой криминалистической модели. Причем, в исследовании, акцент сделан на получение собственно диагностической информации, позволяющей анализировать психологические, морфологические и генетические особенности личности. Дальнейший анализ дерматоглифов не исключает возможность получения информации и о других особенностях личности, в том числе энергопотенциале и т.д.

140

  1. Прогнозирование и восстановление папиллярного узора.

Прогнозирование и восстановление папиллярного узора является одной из немногих эндогенных генетических связей, которая заинтересовала криминалистов и была развита именно ими. Указанная проблема наиболее детально была поставлена В.Е. Корноуховым и подробно рассмотрена в работе, посвященной комплексным исследованиям личности [2.179. С. 121]. Предложения, высказанные в данной работе, а также составленные им статистические таблицы используются на практике.

В аспектах проблемы построения поисковой криминалистической модели нас интересует возможность, имея некоторые исходные количественные данные, моделировать прогностический образ полного папиллярного узора и дополнять не полностью пропечатанный узор недостающими деталями. Такие операции позволяют использовать результаты статистического анализа в основном в двух направлениях: в работе монодактилоскопических регистрационных картотек и при производстве дактилоскопических экспертиз.

Первое направление позволяет дополнить рисунок узора и проводить поиск в картотеке по более полному узору, что увеличивает отборочную точность автомата и уменьшает список подозреваемых лиц. Второе направление повышает надежность и обоснованность экспертного вывода по неполным следам папиллярного узора.

К авторским методикам относится установление, тождества отпечатка ладонной поверхности кисти рук, и отпечатка второй фаланги 3-го пальца. Суть заключается в следующем: длина второй фаланги, измеренная по ограничивающим флексорным (сгибательным) линиям, равна длине и ширине ладони. Длина ладони (АВ), измерена от конца третьей фаланги, до сгибательных складок гипотенара и тенара. Ширина ладони (СД), определяется по межпальцевым сгибательным складкам (См. Приложение.

141

Рис. 7. Отпечаток ладонной поверхности кисти руки человека). Тождество длины третьей фаланги 3-го пальца и ладони определяется по формуле:

АВ 9 CD~ 4

Следует признать, что построение криминалистической модели личности, осуществляемое в рамках криминалистических экспертиз, является необходимым условием во многих случаях следственной практики. Попытка сформулировать их закрытый перечень в любом случае обречена на провал, в силу неоднозначности требований следственной и экспертной практики. Важным показателем значения дерматоглифических экспертиз служит значительное число их производства в деятельности криминалистических лабораторий правоохранительных органов.

В настоящее время накоплен значительный банк дерматоглифических данных, позволяющий с большой степенью вероятности диагностировать определенные биологические, психологические и социальные свойства личности. Причем, эффективность криминалистических экспертиз значительно возрастет в случаях применения современных, комплексных судебных [2.3. С.417], кроме прочих составляющих использующих и данные дерматоглифики.

Проведенное исследование обосновывает применение

дерматоглифических экспертиз в криминалистике. Поскольку психологические, психофизиологические особенности состояния личности являются одним из существенных внутренних условий, способствующих совершению преступления, с нашей точки зрения, установление доступных генетических маркеров позволяет достоверно установить эти особенности. Таким образом, возникает возможность использования комплексного подхода для решения проблем построения криминалистической поисковой модели. В результате, осуществляется системно-структурный анализ с выявлением статистических связей в
рамках дерматоглифического

142

исследования, что характеризует личность как психо-физиологическую структуру. В свою очередь, анализ статистических связей между признаками папиллярного узора и характеристиками личности основан на изучении эндогенных связей, ориентирующих на познание личности в единстве биологического, психологического и социального.

Дерматоглифы ладонной поверхности кистей рук человека, рассмотрены как целостный объект, обладающий единым информационным полем с морфологией организма, центральной нервной системой и психической деятельностью человека. Результатом такого подхода явилось создание поисковой криминалистической модели личности, построенной на дерматоглифической информации.

143

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Кожный рельеф ладонных поверхностей рук человека представляет собой одну из наиболее информационных составляющих комплексного изучения биологических, морфологических и психологических свойств личности. Становление понятия «дерматоглифика» и применение результатов дерматоглифических исследований в криминалистике создали предпосылку для установления психологических свойств личности преступника при построении поисковой криминалистической модели.

Для начальных периодов истории развития дерматоглифических исследований в криминалистике характерно широкое использование папиллярных узоров для идентификации личности и отсутствие исследований в области диагностирования психологических свойств. Возможности получения криминалистически значимой информации из следов эпидермальных узоров неуклонно возрастает. Широкое внедрение новейших достижений науки и техники в криминалистику привело к образованию новых научных направлений на стыках криминалистики с другими науками. Проникновение идей математики в криминалистику и судебную экспертизу привели к созданию статистической дактилоскопии. Проникновение генетики и медицины - криминалистической дерматоглифики.

Установленные морфологические свойства человека применимы в комплексных криминалистических исследованиях эпидермальных узоров. Полученная информация позволяет выявить корреляционные связи между морфологическими и психологическими свойствами личности. Которые в свою очередь формируют криминалистически значимую информацию необходимую для построения поисковой криминалистической модели личности.

144

Проведенное нами исследование ставит целью обосновать возможности применения криминалистической дерматоглифики в рамках идентификационных и диагностических методик. Невозможность проведения диагностических исследований дерматоглифов без применения комплексных исследований очевидна. Данная позиция и вызвала необходимость привлечения результатов исследований проведенными антропологами, генетиками и клиницистами для решения криминалистических задач. В современной криминалистической науке эта позиция инициировала исследования и создание новых направлений - криминалистической дерматоглифики и статистической дактилоскопии.

Нами предпринята попытка получения морфологической, биологической и психологической информации в результате комплексного подхода к изучению личности. Проведенное исследование эпидермальных узоров кистей рук представлено поисковым и диагностическим компонентами поисковой криминалистической модели преступника. Реализация задач поиска преступника осуществлена методами статистической дактилоскопии и криминалистической дерматоглифики.

В предложенной диссертационной работе использованы положения уголовно- правовой, уголовно-процессуальной и криминалистических наук, также данные медицинских дерматоглифических исследований. Предпринята попытка рассмотреть вопросы, связанные с применением данных дерматоглифики в криминалистике:

  1. В процессе работы проведен анализ понятийного аппарата дерматоглифики и уточнение определения «криминалистической дерматоглифики». При формировании определения «криминалистическая дерматоглифика» мы исходили из четырех базовых понятий: «папиллярный узор», «волярные поверхности», «флексорные складки» и «кожа в целом».

145

  1. Значение дерматоглифических исследований представлено в аспектах статистических и корреляционных связей, что, в свою очередь, выражено достоверностью и точностью комплексных экспертиз.

  2. Исследованы проблемы становления и исторического развития дерматоглифических экспертиз. Хронология названных экспертиз дополнена начальным этапом, характеризующимся параллельным проведением антропологических и дерматоглифических экспертиз. Изучение истории развития позволило разграничить и установить сферы применения дерматоглифических экспертиз на различных этапах развития науки и техники.

  3. Предпринята попытка систематизации общих и частных дерматоглифических элементов, наиболее характерных для 3-х групп субъектов: находящихся на дактилоскопическом учете, находящихся на учете у врача-нарколога с диагнозом хронический алкоголизм, студентов высших учебных заведений (контрольная группа).

  4. Определено место дерматоглифики в системе криминалистики как одной из частных теорий раздела «криминалистическая техника».

  5. Установлены корреляционные связи дерматоглифов с биологическими, морфологическими и психологическими свойствами личности.

  6. Проведено исследование статистических связей между признаками папиллярного узора и характеристиками личности. Установленные связи дают возможность с одной стороны рассматривать психологические свойства личности, с другой - его морфологию.
  7. Обосновано применение:
  • статистического анализа дерматоглифических элементов в целях построения поисковой криминалистической модели;
  • системно-структурного анализа дерматоглифических элементов в целях построения поисковой криминалистической модели;

146

корреляционного анализа биологических, социальных и психологических свойств личности.

  1. Обосновано применение дерматоглифического исследования как самостоятельного или комплексного метода построения и (или) проверки криминалистической поисковой модели преступника.
  2. Составлен атлас дерматоглифов наиболее часто встречаемых среди: корыстных и насильственных преступников (по материалам дактилоскопического учета ИЦ УВД ПК).
  3. Предложена методика установления тождества отпечатка по выраженности угла папиллярного узора.

  4. Проведенным исследованием подтверждено значение криминалистической дерматоглифики как частной теории раздела криминалистической техники для решения идентификационных, классификационных и диагностических задач.

147 СПИСОК ИСПОЛЬЗУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Нормативный материал:

1.1. Конституция (Основной закон) Российской Федерации. — М., 1994. 1.2. 1.3. Уголовный кодекс России. -М., 1994. 1.4. 1.5. Уголовный кодекс Российской Федерации. Официальный текст. - М.: Издательская группа ИНФРА М-НОРМА,1996. 1.6. 1.7. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. — М., 1996. 1.8. 1.9. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации // СЗ. - № 52. (Часть 1). - 24 декабря 2001. 1.10.

1.6. Федеральный закон Российской Федерации «О государственном регулировании в области генно-инженерной деятельности» // Российская газета.- 1996, 12 июля. 1.7. 1.8. Федеральный закон Российской Федерации «О государственной дактилоскопической регистрации в Российской Федерации» от 25.07.1998 // Уголовное право № 3, 1999. 1.9. 1.10. Федеральный закон Российской Федерации «О государственной дактилоскопической информации». Принят Государственной Думой 3 июля 1998 г. 1.11. 1.9. Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР (1924-1974 гг.): В 2-х частях. -М., 1978.

1.10. Наставление по формированию и ведению централизованных оперативно-справочных, розыскных и криминалистических учетов, экспертно-криминалистических коллекций и картотек органов внутренних дел Российской Федерации: Приказ МВД РФ от 31 августа 1993 г.№ 400.

1.11. Приказ МВД РФ от 21 июля 1993 г. № 349 «Об организации медико- криминалистического обеспечения установления личности неопознанных трупов».

148

1.12. Приказ МВД РФ от 28 декабря 1994 г. № 437 «О введении правил производства судебно-медицинских экспертиз». (С последующими изменениями и дополнениями).

1.13. Приказ Генеральной прокуратуры РФ от 9 августа 1996 г. № 48 «О государственной дактилоскопической регистрации в РФ». 1.14. 1.15. Информационное письмо Генеральной прокуратуры РФ от 3 октября 2000г. № 36/839-00 «О повышении эффективности работы по идентификации неопознанных трупов». 1.16. 2. Научная литература:

2.1. Абрамова Т.Ф. Пальцевые дерматоглифы - генетические маркеры энергопотенциала человека // Научные труды Всероссийского НИИ физической культуры и спорта. - Т. 1. - 1995.

2.2. Абрамова Т.Ф. Маркировка таланта // Физкультура и спорт. - 1995. - №4.

2.3. Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Криминалистика: Учебник для вузов / Под ред. заслуженного деятеля науки Российской Федерации, профессора Р.С. Белкина. - М.: Издательство НОРМА, 2001.

2.4. Акинщикова Г.И. Телосложение и реактивность организма человека. - Л.:Изд-во ЛГУ, 1969. 2.5. 2.6. Акинщикова Г.И. Соматическая и психофизиологическая организация человека. - Л.: Изд-во ЛГУ, 1977. 2.7. 2.6. Акинщикова Г.А., Полуэктова С.А. Дерматоглифика в системе комплексного изучения человека // Человек и общество. - Л., 1971. - Вып.8.

2.7. Актуальные проблемы генетики поведения / Ред. коллегия В.К. Федоров и В.В. Пономаренко. -Л.: Изд-во Наука, 1975. 2.8. 2.9. Антонян Ю.М., Бородин СВ. Преступность и психические аномалии / Ответственный редактор академик Кудрявцев В.Н.. - М.: Изд-во Наука, 1987. 2.10.

149

2.9. Антонян Ю.М., Виноградов MB., Голумб Ц.А. Преступность и психические аномалии // Советское государство и право, 1997. - № 7. 2.10. 2.11. Ayres A.J. Sensory integration and the child. Los Angeles, 1981. 2.12. 2.11. Балабанова Л.М. Судебная патопсихология (вопросы определения нормы и отклонений). - Д.: Сталкер, 1998.

2.12. Баландин Р. Дар судьбы по отпечаткам пальцев // Наука - техника -бизнес. - 1994. - №4. 2.13. 2.14. Белкин Р.С. Криминалистика.- М.,1984. 2.15. 2.16. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. - М.: Юрид. лит., 1988. 2.17. 2.18. Белкин Р.С. Курс криминалистики. - М., 1997. - Т. 2. 2.19. 2.20. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. - М.: Издательство БЕК, 1997. 2.21. 2.22. Белкин Р.С. Криминалистика: краткая энциклопедия. — М: Большая Российская энциклопедия, 1993. 2.23. 2.24. Берзин В.Ф. О локализации участка ладонной поверхности рук человека по деталям папиллярных узоров // Криминалистика и судебная экспертиза. -Вып. 3.- Киев, 1966. 2.25. 2.19. Бец Л.В., Дженибекова И.В., Лебедев Н.В., Кураева Т.Л. Конституционально-дерматоглифическая характеристика детей с сахарным диабетом // Проблемы эндокринологии. - 1994 .- Т.40.

2.20. Богданов Н.Н. Ваши пальчики пахнут ладаном. (Электрон, ресурс). - M.:OIM. RU, 2000. - Режим доступа: World Wide Web. URL: http.7/ www. nnov. city, ru/medin/ 18.02.00.

2.21. Богданов Н.Н., Солониченко В.Г. Синдром Вильямса - модель генетически детерминированного правополушарного доминирования //Физиологический журнал им. И.М. Сеченова. -1995. - № 8.

2.22. Богданов Н.Н., Самищенко С.С., А.И. Хвыля-Олинтер. Дерматоглифика серийных убийц // Вопросы психологии. - 1997. - № 4.

150

2.23. Богданов Н., Абрамова Т. Так нас природа сотворила… // Природа. -1998.- №6. 2.24. 2.25. Bonnevie К. Studies on papillary patterns, “Journal of Genetics”, 1924, v. XV, № 1. 2.26. 2.27. Bonnevie K. Main results of a statistical investigation of finger prints from 24 518 individuals, “Eugenics, Genetics and Family” vol. 1, 1923. 2.28. 2.29. Борьба с наркоманией. Проблемы и перспективы. - Кишинев, 1990. 2.30. 2.27. Бочков Н.П., Буланов А.Г., Бураковский Г.Г. Количественный дерматоглифический метод диагностики болезни Дауна // Вопросы охраны материнства и детства. - 1972. - Т. 17. - № 6.

2.28. Бочков Н.П. Генетические аспекты комплексного изучения человека/ Человек в системе наук / Отв. Ред. Фролов И.Т. - М., 1989. 2.29. 2.30. Брин В.В. Физиология человека в схемах и таблицах. - Ростов на /Д: Изд-во Феникс, 1999. 2.31. 2.30. Векленко С. Интеллектуальное содержание умышленной вины// Уголовное право. - 2001.- № 4.

2.31. Вильяме С. Питание после болезней. - М., 1990. 2.32. 2.33. Волоцкой М.В. К вопросу о генетике папиллярных узоров пальцев. Труды Медико-генетического научно-исследовательского института им. М. Горького. T.IV, М.-Л., 1936. 2.34. 2.35. Волоцкой М.В. Генетика кожного рельефа и анализ дельтообразования как количественного признака // Антропологический журнал. - 1937. - № 3. 2.36. 2.37. Galton. Patterns in thumb and finger-marks, “ Philosophical transactions”, 1892. 2.38. 2.39. Гальтон.Ф. Наследственность таланта. - M., 1996. 2.40. 2.41. Галузин А. О наркоситуации в Самарской области // Уголовное право. - 2001.-№3. 2.42.

151

2.37. Георгиев Ф.И., Коршунов A.M. и др. Проблемы отражения. - М., 1979. 2.38. 2.39. Гладкова Т.Д. Кожные узоры кистей и стопы обезьян и человека. - М., 1966. 2.40. 2.39. Гладкова Т.Д. Дерматоглифический метод в антропологии, антропогенетике, медицине и криминалистике. - М.: ВИНИТИ, 1989.

2.40. Горелик А.Л., Скрипник В.А. Методы распознавания. М.,- 1977.

2.41. Грановский Г.Л. Методы судебно-трасологической экспертизы // Методы экспертных криминалистических исследований. - М., 1977. - Вып. 29.

2.42. Грановский Г.Л. Идентификация личности при искаженном отображении признаков папиллярных узоров в следах // Криминалистика и судебная экспертиза. - Киев, 1966. - Вып.З

2.43 Гусева И.С., Красницкая СП. Материалы по пальцевой дерматоглифике больных различными формами шизофрении // Вопросы антропологии. -1975. - №51.

2.44. Дактилоскопическая экспертиза: современное состояние и перспективы развития / Анциферов В.К, Корноухов В.Е., Ярослав Ю.Ю. и др. -Красноярск: Изд- во Красноярского ун-та, 1990. 2.45. 2.46. Дактилоскопическая экспкртиза: Курс лекций. - Саратов: СЮИ МВД России, 2000. 2.47. 2.48. Даньшин И.Н. О мотивах хулиганства // Правоведение. — 1965. - № 2. 2.49. 2.50. Дворкин А.И., Викторова Л.Н. Возможности отождествления человека по отпечаткам губ. - М., 1980. 2.51. 2.48. Демина Р.Е. Проблемы криминалистической регистрации и ее использования в расследовании преступлений: Автореф. дис… канд. юрид. наук. — Саратов, 2001.

2.49. Дело Папашвили // Бюллетень Верховного Суда СССР. - 1964. - № 1.

152

2.50. Dilts C.V., Morris C.A., Leonard CO. Hypothesis for development of a behavioral phenotype in Williams Syndrome// Amer. J. Med. Genetics. Suppl. - 1990.-Vol.6.

2.51. Долгова А. Преступность и борьба с ней: законотворчество и теоретические устои // Уголовное право. — 2001. - №4.

2.52. Дубинин Н.П., Булаева К.Б. Сравнительно-популяционное исследование генетически основ индивидуально-психологических различий // Психологический журнал. - 1984. - № 4.

2.53. Ермолка Т.С., Эйхгорн А.В., Удовиченко А.С и др. Сравнительный анализ топографии кожных узоров кисти у здоровых и больных олигофренией // Здравоохранение Казахстана. - 1984. - № 11.

2.54. Жалинский А.И., Герасун А.А. Криминологические аспекты непредумышленных преступлений // Вопросы борьбы с преступностью. - 1972. Вып.15.

2.55. Жбанков В.А. Принципы системного подхода в криминалистике и практической деятельности органов внутренних дел при собирании, исследовании, оценке и использовании доказательств.- М.: Академия МВД СССР, 1977. 2.56. 2.57. Жбанков В.А. Человек как носитель криминалистически значимой информации. — М.: Ассоциация «Профессиональное образование», 1993. 2.58. 2.57. Жбанков В.А. О свойствах личности членов организованных преступных структур в сфере экономики. Актуальные проблемы борьбы с коррупцией и организованной преступностью в сфере экономики.(18-19 апреля 1995 года) - М.: МИ МВД РФ, 1995.

2.58. Жбанков В.А. Свойства личности и их использование для установления лиц, совершивших таможенные правонарушения: Монография. - М.:РТА, 1999. 2.59. 2.60. Железняков А.И. Следы кожного покрова, не имеющего папиллярного рисунка, и его использование на предварительном следствии // Теория и 2.61.

153

практика использования специальных познаний при расследовании преступлений: Сборник научных трудов. - Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1989.

2.60. Закалюк А.П., Коротченко А.И., Москалюк А.Н. Допреступное поведение и механизм совершения преступления при нарушениях психики пограничного характера // Проблемы изучения личности правонарушителя. - М., 1984.

2.61. Звягин В.Н., Тарасов И.Б. Судебно-медицинские критерии родства по признакам дерматоглифики стоп // Судебно-медицинская экспертиза. - 1994. -№3.

2.62. Зелинский А.Ф., Коржанский Н.И. Психологическое содержание умышленной вины // Проблемы совершенствования уголовного законодательства на современном этапе: Сб. науч. трудов. - Свердловск, 1985.

2.63. Zur Analyse der Vererbungsfactoren der Papillarmuster, “Hereditas”, IV, 1923. 2.64. 2.65. Zur Frage der Veretbung der Papillarzeichnung, “Zeitschrift fur die induktive Abstammungs - und Vererbungslehre”, XXX, 1923. 2.66. 2.67. Иванин А.И. Техника раскрытия преступлений // Новый путь. - № 5. -1923. 2.68. 2.69. Иванов В.Н. Девиантное поведение: причины и масштабы // Социально- политический журнал. - 1995.- № 2. 2.70. 2.71. Ивашков В.А. Работа со следами рук на месте происшествия: Учебное пособие. -М., 1992. 2.72. 2.73. Карпов И., Павлов В. Как не стать заложником и что делать, если вы им стали // Русские командос. Альманах МОО «ВЫМПЕЛ» - Ветераны подразделений специального назначения органов госбезопасности. - М, 2001. 2.74. 2.69. Caspari E. Introduction to part 1 and remarks on evolutionary aspects of behavior// Behavior genetic analysis/Ed. Hirsh J. N.Y.: St. Louis, 1967.

154

2.70. Кирсанов З.И. Понятие и сущность криминалистического распознавания // Криминалистические и процессуальные проблемы расследования. - Барнаул, 1983.

2.71. Кисин М.В., Чантурия А.В. Следы губ как объект комплексного исследования при идентификации личности // Судебно-медицинская экспертиза. - М., 1983. - № 3. 2.72. 2.73. Коган Б.И.. Антипов Ю.С., Гальперина 3.3. и др. Дерматоглифика в разработке генетики количественных признаков человекам // Генетические маркеры в антропогенетике и медицине: Тез. 4-го Всесоюз., симпоз. -Винница, 1988. 2.74. 2.75. Колдин В.Я. Идентификация при расследовании преступлений. М., 1978. 2.76. 2.77. Колмаков В.П. Идентификационные действия следователя. - М., 1977. 2.78. 2.79. Кондик В.М. , Жиленкова Т.О. О связи папиллярных узоров кисти и стопы у некоторых народностей СССР// Вопросы антропологии. - 1981. -Вып. 67. 2.80. 2.81. Корневский Ю. Криминалистика для судебного следствия // Уголовное право. - 2000. - № 4. 2.82. 2.83. Корноухов В.Е. Комплексное судебно-экспертное исследование свойств человека.-Красноярск, 1982. 2.84. 2.85. Корноухов В.Е. Теория и практика комплексных криминалистических исследований свойств человека на основе использования специальных знаний: Автореф. … д.-ра юрид. наук. — М., 1986. 2.86.

2.79. Корухов Ю.Г Понятие и сущность криминалистической диагностики. -М, 1984. 2.80. 2.81. Корухов Ю.Г. Трассологическая диагностика. - М., 1982. 2.82. 2.83. Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика. - М., 1998. 2.84. 2.85. Краткий словарь по логике. Д.П. Горский, А.А. Ивин, А.Л. Никифоров / Под ред. Д.П. Горского. - М.: Просвещение, 1991. 2.86.

155

2.83. Криминалистика: Учебник / Под ред. Т.А. Седовой, А.А. Эксархопуло. - СПб.: Издательство Лань, 2001. 2.84. 2.85. Криминалистика: Краткая энциклопедия / Авт.- сост. Р.С. Белкин. — Большая Российская энциклопедия, 1993. 2.86. 2.87. Криминология: Пер. с чешского. - М.: Прогресс, 1982. 2.88. 2.89. Крылов И.Ф. Были и легенды криминалистики. - Л., 1987. 2.90. 2.91. Крылов И.Ф. Криминалистическое учение о следах. - Изд-во ЛГУ. — Л., 1976. 2.92. 2.93. Кузнецова Н.Ф., Лейкина Н.С. Криминологический аспект соотношения социального и биологического // Советское государство и право. - 1977. - № 9. 2.94. 2.89.Курашвили Г.К. Изучение следователем личности обвиняемого. - М: Юрид. лит., 1982.

2.90. Ларин И.М. Работа следователя с доказательствами. - М., 1966. 2.91. 2.92. Lauer A. und Poll H. Der Vaterschaftsnachweis mit Hilfe der Papillarmuster der Fingerbeeren, “Kriminalistische Monatshefte.” — 1929. - № 3. 2.93.

2.92. Lauer A.. Uber papillarmuster, “Zeitschrift fur die induktive Abstammungs-und Vererbungslehre”, Bd. 50. - № 1. 2.93. 2.94. Леонтьев А.Г. Материалы к современному состоянию вопроса об экспертизе установления отцовства. Диссертация на степень доктора медицинских наук. Работа не напечатана. Цитируется по экземпляру из архива Комитета по высшей школе. 2.95.

2.94. Лобышев М.Е. Изучение приспособления животных методом условных рефлексов//Журн. общ. биологии. -1955. -Т. 14. - № 2. 2.95. 2.96. Lorenz К. Evolution and modification of behavior. Chicago; London: Univ. Chicago Press, 1965. 2.97. 2.96. Локар Э. Руководство по криминалистике / Пер с франц. С.В.Позднышева, Н.В. Терзнева / Под ред. СП. Митричева. - М.:Юриздат, НКЮСССР, 1941.

156

2.97. Лунегов В.П. О взаимосвязи пальцевых дактилотипов со свойствами нервной системы человека / Человек, экология, симметрия: Материалы Международ. Симпоз. (с участием Междунар. РГ по пробле. Чернобыля), г. Минск, 9-11 окт. 1991 г. / Под ред. Л.И.Тегако, Э.Б.Матулиса. 2.98. 2.99. Маккьюсик В.А. Наследственные признаки человека / Пер. с англ. — М.: Мир, 1973. 2.100. 2.99. Martin - Lucas M. Arbisoneto J. Spanish male prison population. 2. Dermatoglyphic./Genet.: iber, 1985: - 37. - N1- 2.

2.100. Микельсаар Р.В. Особенности дерматоглифики при шизофрении // Вопросы медицинской генетики и генетики человека. - Минск, 1971. 2.101. 2.102. Микельсаар Р.В. Особенности дерматоглифики при шизофрении // Генетика. - Т.7. - 1971. - №3. 2.103. 2.102. Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.20.

2.103. Маринчева Г.С, Гаврилова В.И. Умственная отсталость при наследственных болезнях. - М., 1998.

2.104. Мглинец В.А. Дерматоглифика кистей у пациентов с изолированной трифалгией и синдромом Холта-Орама // Генетика. — 1995.- № 8.

2.105. Моисеева Т.Ф. Комплексное криминалистическое исследование потожировых следов человека. — М.: ООО «Городец-издат», 2000.

2.106. Ненашев СИ. Криминалистическое исследование следов кожного покрова головы человека: Учебное пособие. - М.: МССШМ МВД СССР, 1990. 2.107. 2.108. Никитюк Б.А. Генетические маркеры - конституция - клиника // Генетические маркеры в антропогенетике и медицине: Тез. 4-го Всесоюзн. Симпоз.-Хмельницикий, 1988. 2.109.

2.108. Newman. The fingerprints of twins//”Journal of Genetics”, XXIII, 1930. 2.109. 2.110. Образцов В.А. Криминалистическая классификация преступлений. - Красноярск: Изд-во Краснояр. ун - та, 1988. 2.111.

157

2.110. Орлова В.Ф., Шляхов А.Р. Принципы классификации задач криминалистической экспертизы // Актуальные проблемы теории судебной экспертизы. - М., 1984.

2.111. Осипов И.Н., Копнин П.В. Основные вопросы теории постановки диагноза. - Томск, 1962.

2.112. Ожегов СП. Словарь русского языка. М: - Сов. энциклопедия, 1968. 2.113. 2.114. Павлов И.П. Поли. Собр. Соч. Т.З. Кн. 2. М.-Л., 1951. 2.115. 2.116. Павлов И.П. Полное собрание сочинений. - М: П.: Изд-во АН СССР, 1951. 2.117. 2.118. Павловские среды. - Т.З. М.-Л., 1949. 2.119.

2.116. Патрушева Т.В. Понятие криминалистической дерматоглифики. Дальневосточные криминалистические чтения. Вып.5: Сб. научн. тр / Отв. ред. В.В. Яровенко. - Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2000. 2.117. 2.118. Petraneck G., Schicht H. Gerichtschemische Untersuchungen und kriminalistische Identifizierung.- Iur. Diss. Berlin, 1968. 2.119. 2.118. Poll H. Uber Zwillingsforschung als Hilfsmittel menschlicher Erbkunde, “Zeitschrift fur Ethnologie”, 1914.

2.119. Поляков Н.Л. Значение антропологических признаков при определении сходства или не сходства у кровных родственников (экспертиза «отцовства»), «Судебно-медицинская экспертиза» / Труды II всероссийского съезда судебно-медицинских экспертов, 1926.

2.120. Потапов СМ. Введение в криминалистику. - М., 1946. 2.121. 2.122. Практическая психодиагностика. Методика и тесты. Учебное пособие. - Самара: Издательский Дом «Бахрах - М.», 2000. 2.123. 2.122. Психогенетика. Учебник / И.В. Равич-Щербо, Т.М. Марюкина, Е.Л.Григоренко. Под ред. И.В. Равич-Щербо. - М.:Аспект Пресс, 1999.

2.123. Психология. Словарь / Под общ. ред. А.В. Петровского, М.Г.Ярошевского. - 2-е изд., испр. и доп. - М.: Политиздат, 1990.

2.124. Регионы России: Стат. сб. в 2 т. Т.2 / Госкомстат России. - М., 2000.

158

2.125. Резвицкий И.Н. Личность, индивидуальность и общество. - М.: Политическая литература, 1984.

2.126. Роль среды и наследственности в формировании индивидуального человека/ Под ред. Равич-Щербо. - М.: Педагогика, 1988. 2.127. 2.128. Романова Л.Н. Наркотики и преступность. Уч. пособие.- Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 1998. 2.129. 2.130. Романова Л.И. Наркотики: преступление, ответственность. Монография - Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 2000. 2.131. 2.132. Россия в цифрах: крат. стат. сб. Госкомстат России.- М., 2001. 2.133. 2.134. РудикП.А.. Психология.-М., 1955. 2.135. 2.136. Савинов А.В. Логические законы мышления. - М., 1958. 2.137. 2.138. Садолева Т.С. Формирование полозависимых характеристик у девочек и девушек на фоне занятий спортом / С.-Петерб. гос. мед. ун-т им. И.П. Павлова: Автореф. докт. мед. наук. - СПб, 1996. 2.139. 2.140. Садиков Т.Т., Осинцев Т.Е. К вопросу о диагностической ценности дактилоскопии /Современные вопросы медицины и экспертной практики. -Ижевск, 1970. 2.141.

2.134. Солодкая Т.Л. Некоторые особенности дерматоглифики у больных хроническим алкоголизмом / Алкогольная интоксикация и зависимость: Механизмы развития, диагностика, лечение: Респ. межвед. сб. науч. работ / Мин.гос.мед. ин-т: Редкол.:А..И.Балаклаевский, 1988. 2.135. 2.136. Сахаров А.Б. О личности преступника и причинах преступности в СССР. - М.: Юрид. лит., 1961. 2.137. 2.138. Свидерский В.И. О диалектике элементов и структуры в объективном мире и познании. - М.,1962. 2.139. 2.140. Селиванов Н.А. Криминалистическая идентификация. - Советская криминалистика. Теоретические проблемы. - М., 1978. 2.141. 2.142. Селиванов Н.А. Советская криминалистика: система понятий. - М., 1982. 2.143.

159

2.139. Селиванов Н.А., Эйсман А.А., Грабовский В.Д., Каминский М.К. Теория криминалистической идентификации, дифференциации и дидактические вопросы специальной подготовки сотрудников аппаратов БХСС. - Горький, 1980.

2.140. Singh P. Footprint classification based on papillary ridge patterns. Interpol.

  • 1978.-N. 321.

2.141. Снетков В.А. Проблемы криминалистической диагностики. - M., 1972.

  • Вып. 23.

2.142. Снетков В.А. Экспертная криминалистическая диагностика. - М., 1984.

2.143. Советский Энциклопедический словарь. Главный редактор А.М.Прохоров. Издание 2 — е. - М.: «Советская Энциклопедия».- 1983.

2.144. Солониченко В.Г. и др. Дерматоглифика при синдроме Туретта // Физиология человека. - 1997. - Т. 22. - № 1.

2.145. Сорокина Т.Т., Гусева И.С. Пальцевая дерматоглифика как неспецифический маркер шизофрении. Материалы Международного симпозиума, г. Минск, 9-11 окт. 1991 г. / Под ред. Л.И. Тегако, Э. В. Матулиса. 2.146. 2.147. Сорокина ТТ., Гусева И.С. Пальцевая дерматоглифика как неспецифический маркер шизофрении // Человек, экология, симметрия. -Минск, 1991. 2.148.

2.147. Статистическая дактилоскопия: Методологические проблемы / Авт. и исслед. коллектив: Эджубов Л.Г., Поляков В.З., Елисеев В.Н., Хвыля-Оинтер А.И. и др.; Под ред. Л.Г. Эджубова; Рос. федер. центр судеб, экспертизы при МЮ РФ. - М.: Городец, 1999. 2.148. 2.149. Schauman В., Aiter M. Dermatologlyphics in medical disorders.New York, 1976. 2.150. 2.149. Терзиев Н. Генетико-дактилоскопическая экспертиза как судебное доказательство в делах о спорном отцовстве // Советское государство и право. - 1940. -№ 1

160

2.150. Тимирязев К.А. Френсис Гальтон // Соч. - Т.8. М, 1939.

2.151. Ткаченко Ю.А. Аурикулодиагнностика и аурикулотерапия. Унифицированные методы для врачей Западной и Восточной медицины (Электрон, ресурс). - M.:OIM. RU, 2000. - Режим доступа: World Wide Web. URL: http://www. nnov. city, ru/medin/ 18.02.00.

2.152. Тимошек З.К. Дерматоглифика при болезни Дауна. Материалы докладов научно-практической конференции медицинских генетиков // Медико- генетические исследования на Дальнем Востоке / Отв. ред. профессор Мотавкина Н.С. - Владивосток, 1983. 2.153. 2.154. Титов В.И., Петрушенко Л.В. К вопросу об определении половой принадлежности лица, оставившего следы пальцев рук на месте происшествия // Криминалистические и процессуальные проблемы расследования. - Барнаул, 1983. 2.155. 2.156. Thompson W.R. Wild G.J. S. Behavior Genetics//Handbook of General Psychology. N.Y., 1973. 2.157. 2.158. Turai C, Leonida Joan C. Amprentele papilare. Buharest, 1979. 2.159. 2.156. Турчин Д.А. Научно-практические основы криминалистического учения о следах. - Владивосток: Изд-во Дальневосточного ун-та, 1996.

2.157. Уголовный процесс и криминалистика на рубеже веков (Юбилейные чтения, посвященные 45- летию кафедры управления органами расследования преступления). - М.:Академия управления МВД России, 2000. 2.158. 2.159. Усоев С.С. Значение дерматоглифики в выявлении пороков нервной системы // Вопросы медицинской генетики и генетики человека. - 1971. 2.160. 2.161. Faulds. On the skin furrows of the hand, “ Nature”, 1880. -T. XXXII. 2.162. 2.163. Физиологическая генетика и генетика поведения. -Л.: Наука, 1981. 2.164. 2.165. Хить Г.Л. Дерматоглифика народов СССР. - М.: Наука, 1983. 2.166. 2.167. Хить Г.Л., Долинова М.А. Расовая дифференциация человечества. -М., 1990. 2.168.

161

2.163. Why men don’ t listen and women can’t read maps. Copyright by Allan Pease, 1998. 2.164. 2.165. ЦГИ СССР, ф.1405, on. 532, ед. хр. 135, л.34,182. 2.166. 2.165. Цимакуридзе Г.А. Основные вопросы дактилоскопии в советсткой криминалистике / Под. ред. Колмакова В.П. Минюст ГСССР. — Тбилисси.:Тбилисская научно-исследовательская криминалистическая лаборатория, 1957.

2.166. Чень Лун, Дэн Даошань. Анализ ладонной и пальцевой дерматоглифики у 170 китайских мужчин-легкоатлетов // Российские морфологические ведомости. - 1993.

2.167. Чистикин А.Н. Дерматоглифика в клинической практике. - Тюмень: Тюменский гос. мед. ин-т, 1993.

2.168. Чистикин А.Н., Яровенко В.В. Опыт определения психопатологических состояний методом дерматоглифики // Актуальные проблемы правоведения в современный период. - Томск, 1993.

2.169. Чистикин А.Н., Яровенко В.В. Применение дерматоглифики в медицине и криминалистике. — Тюмень: Тюменский гос. мед. ин-т, 1994.

2.170. Чистинина Т.А. Дерматоглифика населения Западной Сибири и ее зависимость от уровня солнечной активности: Автореф. дис. … канд. мед. наук. -М, 1999 2.171. 2.172. Щекин Г.В. Визуальная психодиагностика: познание людей по их внешнему облику. - М.: Ассоциация профессиональный образ. - 1992. - Вып. 12. 2.173. 2.172. Шалютин С. Высшие и низшие формы движения. - М.,1967.

2.173. Шишов Е. Об использовании специальных знаний для получения криминалистически значимой информации в ходе расследования // Уголовное право. - 2001. - № 4. 2.174. 2.175. Schicht H. Zum Gegenstand der kriminalistischen Jdentifizierung. - Forum der Krim., Sondezheft 3, 1971. 2.176.

о

162

2.175. Эминов В., Еникеев М. Криминологические проблемы юридической психо логии // Уголо вное право. - 2001. - № 2.

2.176. Эйсман А.А. О формах связи косвенных доказательств // Вопросы крими налис тики. - М, 1964. - № 11.

2.177. Я ровен ко В.В. Пробл емы приме нения дерма тогли фичес ких иссле дован ий в крими налис тике: Автор еф. дис. … д-ра юрид. наук. — Екате ринбу рг, 1996. 2.178. 2.179. Я ровен ко В.В. Дерма тогли фичес кий метод иссле дован ия — нетра дицио нное крими налис тичес кое иссле дован ие // XXI век: Юрид ическ ая наука — практ ике (проб лемы теори и, закон отвор чества и право приме нения ). - Влади восто к: Изд- во Дальн евост очног о униве рситет а, 1999. 2.180.

2.179. Я ровен ко В.В., Чисти кин, А.Н. Дерма тогли фика в крими налис тике и судеб ной медиц ине. - Тюме нь: Высш ая школа МВД РФ, 1995. 2.180. 2.181. Я ровен ко В.В., Вороп аев Г.С. Дерма тогли фика как нетра дицио нный метод идентификации в криминалистике//Дальневосточные криминалистические чтения. Вып.6: Сб. науч. тр. - Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2001. 2.182. 2.183. Я цков Л.П. Факто ры, влияю щие на психи ческо е здоро вье насел ения / Охран а психи ческо го здоро вья // По матер иалам научн о- практ ическ ой конфе ренци и с межд унаро дным участ ием, посвя щенно й Всеми рному дню охран ы психи ческо го здоро вья, 10-12 октяб ря 1994. - Влади восто к: Дальн евост очный филиа л НИИ i i3 ТНЦ СО РАМН . Отв. ред. профе ссор Л.П. Яцков . 2.184.

о

ПРИЛОЖЕНИЕ

о

ГЛОССАРИЙ

Генетический маркер — совокупность элементов (признаков), пригодных для идентификационных и диагностических исследований в генетике.

Генотип — генетически обусловленная конституция.

Гипофиз — железа внутренней секреции, влияет на рост, развитие, обменные процессы, регулирует деятельность других желез внутренней секреции.

Гомеостаз - равновесие внутренней среды организма.

Дерматоглифы - волярные узоры и количество внутренних папиллярных линий на внутренних поверхностях кистей рук и стоп.

Катоболические процессы - регулируют обмен веществ.

Морфология - наука о форме и строении организмов.

Морфо-функциональный потенциал — совокупность наблюдаемых особенностей организма, сформировавшаяся под влиянием генетических факторов и факторов внешней среды, в которой протекало его индивидуальное развитие.

Нейротизм - неадекватная реакция психики на раздражители внешней среды.

Нейро-гуморальная регуляция - совместное регулирующее воздействие нервной системы и гуморальных факторов (биологически активных веществ крови, лимфы и тканевой жидкости) на органы, ткани и физиологические процессы. Обеспечивает нормальное функционирование организма в меняющихся условиях среды.

Онтогенез - процесс развития индивидуального организма.

Пограничные состояния - обозначение слабых, стертых форм нервно- психических расстройств, находящихся вблизи условной границы между психическим здоровьем выраженной патологией.

Психосомофункциональныи потенциал - совокупность внутренних и внешних свойств и качеств человека, обеспечивающие его пригодность к успешному ведению той или иной деятельности.

Психогении - расстройства психики, возникающие под влиянием психических травм.

Синапс — область контакта (связи) нервных клеток (нейронов) друг с другом и клетками исполнительных органов. Основная функция нейрона — возбуждение, распространяемое в виде нервных импульсов.

Тремор — непроизвольные ритмические сокращения, вызывающие колебательные движения конечностей, туловища. Наиболее часто наблюдается тремор пальцев рук, кистей, головы, век.

Фенотип — совокупность всех свойств организма, сформировавшихся в процессе его индивидуального развития.

о

о

ПРИМЕРЫ - ИЛЛЮСТРАЦИИ

о

Е>

©

О

о

РЕЦ ИДИ ВИС ТЫ, СОВ ЕРШ ИВШ ИЕ КОР ЫСТ НЫЕ ИЛИ НАС ИЛЬ СТВ ЕНН ЫЕ ПРЕ СТУ ПЛЕ НИЯ

1

о

Трут нев: 5 пале ц лево й руки

Дисп лазия . Реци див коры стны х прест упле ний

о

Богацкий: 2 палец правой руки. Рецидив насильственного преступления

3

о

Богацкий: 4 палец правой руки

4

<5

Бога
икий
5 пале ц прав ой руки

о

о

о

ДЕР МАТ ОГЛ ИФЫ ЛИЦ,

СОВ ЕРШ ИВШ ИХ НАС ИЛЬ СТВ ЕНН ЫЕ ПРЕ СТУ ПЛЕ НИЯ В

СОС ТОЯ НИИ СИЛ ЬНО ГО ДУШ ЕВН ОГО ВОЛ НЕН ИЯ

^rZ^^^S^^^^^^

Л’

о

Дани лов:
2 пале ц прав ой руки

We=s***^g% шш^^/^^J^

Шаповал: 1 палец правой руки

ч4-

.ГжяАъ

+&&Щт&’^&*

с

Шап овал:
1 пале ц лево й руки

о

Q

с

о

ДЕР МАТ ОГЛ ИФЫ ЛИЦ, ОСУ ЖДЕ ННЫ Х ЗА УБИ ЙСТ ВО

Q

Смаляев. 2 палец правой руки

!•

Смал яев. 2 палец левой руки

10

о

о

Сарм аитае в. 2 пале ц лево й руки

11

о

о

Сарм аптас в. 2 пале и прав ой руки

о

о

ДЕРМАТОГЛИФЫ ЛИЦ, ОСУЖДЕННЫХ ЗА ГРАБЕЖИ

О

12

Шукуров. 1 палец правой руки

13

G

Губеня: 3 палец левой руки

14

Щукин. 1 палец правой руки

15

о

Секр етов.
1 пале ц лево й руки

16

о

Секр етов. 3 пале ц лево й руки

17

о

Шол охов. 5 пале ц прав ой руки

18

о

Шолохов. 1 палец правой руки

19

о

о

Сарм антае в. 2 пале ц лево й руки

20

i4« if

• » ?» •

-nl#

Канцеров. 1 палец левой руки

21

т

О

Канц еров.
1 пале ц прав ой руки

о

Q

о

о

ДЕР МАТ ОГЛ ИФЫ ЛИЦ, ОСУ ЖДЕ ННЫ Х ЗА ХУЛ ИГА НСТ ВО

22

S/Y/y/yt&z^Zz,

Бой: 1 палец левой

руки

23

Бой: 1 палец правой руки

24

Р

Топо рков. 5 пале ц лево й руки

25

О

Мар тын ов: 2 пале ц прав ой руки

26

9\ •»^*- s…* v

4 I

Аверин; 2 палец правой руки

27

О

О

Авер ин. 3 пале ц прав ой руки

28

О

Jf**
т.— -

Q

Овчи нник ов: 5 пале ц прав ой руки

29

?» ?

•4. » .— V

• i

Климов. 1 палец левой руки

’ * - V . i .

ц* ?- ,;г •??ГУ.’

30

О

Клим ов. 1 пале ц прав ой руки

31

о

Бори севич . 1 пале ц прав ой руки

32

О

Бой: 1 пале ц прав ой руки

“*Г

33

№?

о

Бой: 1 пале ц лево й руки

34

G

О

Бой:
2 пале ц прав ой руки

35

??nit

О

Бой: 2 пале ц лево й руки

Q

О

ъ

о

ДЕР МАТ ОГЛ ИФЫ ЛИЦ, ОСУ ЖДЕ ННЫ Х ЗА КОР ЫСТ НЫЕ ПРЕ СТУ ПЛЕ НИЯ

36

о

  • CJ H

о

Тери н. 2 пале ц лево й руки

37

Терин. 2 палец правой руки

38

SaL^aga»»»» »

палец правой руки

39

•«jfc’f/frWif’Am.V ••>•* rfrfift » AV4 0 V1 “>Wf

:•*

-* Ш*

*0?l

c-

н. З пале ц лево й руки

40

Данилов. 2 палец правой руки

41

Q

Горо бец: 2 пале ц лево й руки

42

^^K^S^^/^^^^^^^^^iV >

t

Яко
влев
5 пале ц лево й руки

43

О

о

t

Гор
обец
4 пале ц лево й руки

44

С

Q

Ячно в. 3 пале ц прав ой руки

45

О

,wv

Трутнев. 1 палец правой руки

46

т

.:’~ Г^^’^.-Г1

Трутнев: 1 палец левой руки

tt>

• «

•• *?

О

Дани лов: 1 пале ц лево й руки

о

РИСУНКИ, СХЕМЫ, ТАБЛИЦЫ

о

о

Рис. 1. Отпе чаток ладо ни.

  1. Па льцев ой трир адиус а.
  2. Па льцев ой трир адиус в.
  3. Па льцев ой трир адиус с.
  4. Па льцев ой трир адиус д.
  5. До полн итель ный осево й трир адиус в центр ально м поло жени и.
  6. Уз ор на гипот енаре .
  7. Ос евой трир адиус в прокс имал ьном поло жени и ‘.
  8. 1 А.Н.
    Чистики
    н, В.В.
    Яровенк
    о.
    Примен
    ение
    дермато
    глифики
    в
    медици
    не и
    кримин
    алистик
    е.-
    Тюмень
    Тюменс кий гос.мед. ин.-т,
  9. С.5.

о

3?l0

–•ar-iictv

.*?**

Рис. 2. Отпечаток ладони.

1.-13 — обозначения ладонных полей. Главная ладонная линия А оканчивается в поле 1. Главная ладонная линия В оканчивается в поле 5’. Главная ладонная линия С оканчивается в поле 5”. Главная ладонная линия Д оканчивается в поле 71.

1 В.В. Яровенко. Проблемы применения дерматоглифических исследований в криминалистике: Автореф. дис. д-ра юрид. наук.- Екатеринбург, 1996.

Рис. 3. Отпечаток ладони.

  1. Пальцевой трирадиус с.
  2. Пальцевой трирадиус д.
  3. Дополнительный трирадиус д.
  4. Главная ладонная линия Д имеет обозначение 9-7’.

1 ВВ. Яровенко. Проблемы применения дерматоглифических исследований в криминалистике: Автореф. дис. д-ра юрид. наук.- Екатеринбург, 1996.

Рис. 4. Схема ладонных полей, трирадиусов, линий и узоров (модификация по Камминс, Мидло, 1943)

1-13 — ладонные поля; а, в, с, d - пальцевые трирадиусы; А, В, С, D — главные ладонные линии; t, t\ t» - карпальныи, промежуточный и центральный осевые трирадиусы .

1 A.M. Чистикин, В.В. Яровенко. Применение дерматоглифики в медицине и криминалистике.-Тюмень: Тюменский гос.мед.ин.-т, 1994. С.7.

’‘%Ш?Ш:

Q

Рис. 5. Отпе чаток ладо ни.

  1. Па лец IV.
  2. Па льцев ой трир адиус в.
  3. Па льцев ой трир адиус д

’ В.В. Яровенко. Проблемы применения дерматоглифических исследований в криминалистике: Автореф. дис. д-ра юрид. наук.- Екатеринбург, 1996.

Рис. 6. Схема ладонной топографии

1-4 - межпальцевые промежутки; I — IVмежпальцевые подушечки; тенар (Th); гипотенар (Ну); пястно-фаланговая складка (9pfmph); дистальная сгибательная складка ладони (10 pftd); проксимальная сгибателъная складка ладони (11 -pftp); сгибателъная складка большого пальца (12 -pfp); дистальная сгибательная складка запястья (13 -pfc) .

1 А.Н. Чистикин, В.В. Яровенко. Применение дерматоглифики в медицине и криминалистике.-Тюмень: Тюменский гос.мед.ин.-т, 1994. Сб.

о

о

Рис. 7. Отпе чаток ладо нной повер хност и кисти руки

.fr

ТАБЛИЦА 1. Корреляционные связи основных дактилоскопических формул с показателями преступлений г—^ .__ __ Нечет> Нечет< Дак/фор 9 1 Л 1 12

3 2!

1 15 1

25 1

25 15 25 19

Осм. Дак/карт 71 63 3 100 35

45

66 54

Всего д/к суб. 53 ^55 К ^70 35/

^24

/42

66/

^48 45

Кор/суб. 24 21 1 37 6

15

19 16

Нас/суб. 27 28

30 12

21

25 24

Брод. Пар. Нарк. Хр./н.о. Хищен/ Суб. 5 4 5 2

подде

яка

до к-в

1

4 хр /о -

2 Нед. о

преет

-1

Сам.

остав.

части

-1 7

2 1 2 2

4

5

2 1

2 1 1

Укл от в/с — 1

а/’ав -1 5

4 2

2 2

Из них Rk /суб 6 3 - 8 1

-

5 1

RH/ суб. 2 - - 6 -

-

3 3

К+н/е 5 6 - 9 2

-

4 2

R-1-xp. оруж.

Подделка док-1

ПРИМЕЧАНИЕ: Дак/фор - основная дактилоскопическая формула; Осм. Дак/карт - осмотрено дактилокарт; Суб.- субъекты;

Кор/суб. - лиц, совершивших корыстные преступления; Нас/суб. - лиц, совершивших насильственные преступления; Rk - рецидив корыстного преступления; RH - рецидив насильственного преступления; К+н/е - лицо, совершившее корыстное и насильственное преступления.

Oi

—1 CN СЧ (N СЧ - *-H

СЧ

d

ml *-< —<| m о

ЧО О

ЧО

00 СЧ ГО i ~^ —’ СЧ ~ 1Г> ЧО Сам. о

в/с

ЧО

О X

-‘3 чО ЧО

m ?”” *~~

н

IT)

~”S

00 OS m i in i ^ СЧ ЧО

ON

f- ^

ч 7 ‘==

-4 Г-

[– СЧ 2

укл. с

ал им - ел ‘— “* ^t- Пар прави вожд. УКЛ. ОТ

—1 m чО

СЧ СЧ СЧ о.

m I Tf • • 1 т | 1 сч ?

“Г — а к ‘

+

^^ = < :

X

ЬЙ ю

X a, V Л
О

N.

1

ние X*

ш f- 5 “^

о о О f > о о, а. о Э Я

< 1* cr “ь2 S о u, o. о

X О ел ^2 о Г С

h- о <L) 03 о (.) о о 03 И С С С X

X +

Ж ГС EL о и CQ

Г С

S СС О С и

ГО CN

СП m r–

m

CN о m —« i CN <—? Г- 1П СП m in 11арушение правил вал. опер.-1 in

CN CN

СП 00

in V h- VO CN » © >» га ~- 1 in VO

in CN о со 00 i o со OO

m т ° з

CN —’ CN —? i « • •

03 И П СЗ л л I in vO VO

Ш CN

со in

oo 4 °

V

1 CN CN

СП ‘t ГО П i CN oo t~- VO

СП CN

СП о •Члп (N CN t–

CN m —? m i vo in CN CO н я г:

с

0 __

«J С.

1 s

^ 5 CM VO CN о

VO voN^r 00 О CN i i i ^^ ^^ in in 00

Ш CN CN m \? CN OO CN 1 Tf - 1 CN in

in vO in = — CN

  • о VO m i ‘ i ‘— — Г– ~

m О

Г– m s 7 ^ ^ ‘• —? —’ CN ~й аз
>. S ?, 3 - 1 CN CN га г^ о — CN о \CN l\СП ^f oo i i CM CN - CN

ON О СП VO

in б© ш m ON о VO CN i

Ш oo

CN oo m А сю rn\4 о О

г—ч m — c^ ^ i — m CN i

m •* m rnV^ vo\ oo 00 CN i CN — i ~ CN m х> о — ~ CN -^ 00

?4- in

CN i —? —?? i i - i 1

я

< -

VO CN о m Xs r-> CN , ~ ~ ТГ CN

-* CN CN in \й со ON U О О - ТГ VO ю

“Г “с

11т ~ VO VO 1 oo ON CN –M - m in ^1-

~ О CN in 4 ^

CNVT1 in \ m ON с ^ a о. Й .

я и н . я -2 jj

•ч-г— ;-, о — IE r^ CJ m

en en ri- Ч.ТГ <N

— rj — га

Н е ч е т < a о

л &

?*§

<U СЗ bs

2

О ^vo

и

о о

(_ U

<U <L»

о о

СО СО VQ о

“a о VO

о

о

сЗ

X VO

о д

О О- Си^: Я С, СЗ СЗ CU
S

w С Д X X vo

s x м

X* vo

X vd о

+

<

Я”

s

<

ml см о

ON о о m о о. § 3 •—’ ~* СМ ^ ^ -л си >•

03 S СП ОО ^г

ml — Ox см CN ЧО г» 1

н о СМ 1 П - i _§• ^

“о. и: »

- -

w-i ЧО

см| ~ m

ЧО \8 Ох ЧО СМ Г) i N i - ?ч- СП СМ

l/~> OO
CN —?

Vo i \ «Л CN Ох

см (S i (N чО = 3 m о m “Ч- ^Г

WO CN

—1 (N in \ <=> V”

1 ‘ СМ 00 CS i ifl - i - г- -

i/”>| “^ CM

СМ СП СМ *, о >, 3 - с м -

2|f4 m m Ох г– а: ~-

оа m СП с м

?|<N ЧО 00 oo Г» СМ СМ см ~ тг С ^ 1/~> Tf чО Похищен ие чел- ка

-1 Н е ч е т > Чет <

Дак/ фор О с м . д/ к Всего
д/к Всего
суб. К о р/ с у б. Н а с/ с у б. Брод.

Пар.

Нарк.

Х/н.о.в-в

Хищен./суб. Из них: Rk
/суб . R H
/ с у б. К + Н /с у б.

rt

IT)

<

X

s

<

Ol CS

CNI со со

CN . in

CO \ CN
N -“3- Os • i •—i i i CN CN i

ool о *— 1 со CN 4
CN CN \

- i i i .—i i i 1 i

ool oo

—1 CN in ^v in m N - - 1

Укл от ал-тов

нарк. -1

^1 CS

—1 CO OO SO \ OS oo \

SO N CN SO —ч | CN CN i

-4-1 oo — 1 CN r-

t– Г- ••—? 1 ? ? ? in CN CO — ^1 О

-4 со uo \ 00 i
N in

CN о

CN ~ , ~ , ~ CN —

CNI CN

—1 CO CN \ 00

\ rf os \

OS X r-. СО CN СО *-н 1 -н Tt »п CN CN

CNll OO —<l CN CN X ^ CN
\ Г- CN 1 i 1/0 •—I 1 in “Ч” -

CNI О — 1 CO OS in X “”>

X “^

OS \

in \ 16,1-
нез. прелпр. чо т-г 1 | ГО^ — - I

C)| О —1 CN r» X CN П- 1-» 1 1 CN I I in - ^r Пол уче ние взят ки

CO \ CO CO \ 1 -
нар. прож.
в погр зоне

•—i ? ? ? ? — -

2 поб ега Ol OO о x. cn О СМ ОО | | f^,-*^ in CN

^-Ico5 CN \ CN CN \ -

^’CN1 CO \ CN

CO N.

СП

Ч е т < Чет> Дак/ фор О с м. д/ к Всего д/к

Всего

суб. Кор/ суб. Н ас/ су б. • .; о ё

ч • -* . =г

О О, qu д Д fl СЗ
СЗ ?^ 5

w С XXX Из НИХ: Rk /суб. R H/ с у б. K + H /с у б

*J

н

<

Я”

S

<

CN ЧО

ml <N

X о

CN СЛ m i ~^ i ю CN m CN

CN О

ml CN t– X CN о m I i 1Л CS i U~i .—( CN

CN О

ml m OOl CN

^rl r- \ oo i X CN CN CN i —< —< — ^t CN ^r

CN О

ml -и r- X. ^ - CN Укл. от

У/н-1,

Занятие

запрещ.

про.мыс

лом -1

o| n-m| — o

CN X. «n

<=> X.

CN N i/-> »/-> CN i —« —? - i CN 1 Уклон от исправит. работ Ol О

ml -^ m m X> - - Укл. от уплаты ал-тов -1 i i ‘

ЯК чо m ч
<^ X ^ чоХ. m
X OO ON — , . О — CN

m1~

X t”~

X ^ о

CN CN 1 1 «-Н 1—С 1 CN <N - 11115 OOl О

CN| —? CO \ ^

X ^ ^X

m \ as »/-> mi — -^ i CN CN CN

Ol rt

CN| CN os. X -ч-

as \ as vO —< i CN i CN - CN

CN| ^ о

CN <=> X

CN \ VO OO 3

а/ав-1 CN i ^f

CNl О

CNI — r-~ X* m - ~ , ~ — i i

00 ЧО

CN| — О

чо X ^ X in ЧО CN О m чо -^ ^ —н i ЧО -

o -ч-

ml —’ о

CN o\ a\

CN X^-i tn 4~) С  » О — fN X СО i —

Ч е т > Чет< Дак/ фор Осм . д/к Всего
д/к Всего
суб. К о р/ с у б. Н ас /с у б. Брод. Пар. Нарк. Х/н. о.б/п Хищен. Из них: Rk /суб. R H/ с у б. К + Н /с у б

*0

<

х

5 <

001 ON

—1 <ч о " - СМ i ? <—i i i - — ~ “4-1 —

~| СП ^t - - m i i i i —?* (N -

—1 (N — \ in

ТГ| Г- о

00 - - m 5

10 3 а/ав- 1 СМ »/~> г- ^S - " ON id

сз

е-

ooi^: ч- > V 2 - поп ытк и кра жи ^?ч i i •—i i i ~

^? ~ "

1 х у л и г.

Ч е т < Неч ет> Дак/ фор 0 с м . д/ к Всег о д/к Всег о
суб. Кор /суб . Н а с/ с у б. Брод. Пар. Нарк. Х/н. о.б/п Хищен. Из них: Rk /суб. R H/ с у б. К + Н /с у б

(N Г-

ml <N (N «о

*N

Os —– (N - -

(N| m ml (N m m\ oo m i i f—i i •—i i - -

CN to

ml —? ю \ oo

2\ 1—1 ю ~* — m i i ?

ml -и ( Выра

щива

ние

коно

пли -

1. (N| О

ml ~^ r- " - (N Занятие запрещ. промыс лом ? ‘ i

Ol — ml ~ (N У ~

~

°l ml —- 00 oo \ m - 1 | _ | (N) -

©1 ml o*\ 1 1

001 Ю

CNI — f- к - чО s (N

н Ь Я i i m о
а- я) ? ? i Нарт- хул (Nl —i

CNI — ,

-

(N

(Nl OS

^

(Nl Ю

CNI —<

Уг он а/т

(Nl Г-

CM| —? 00

m \ 0О \ (N

oo\ m \ - (N

<N

<NI OO m N:

m \ — (N

(N (N ? 11олуч ение взятк и 1 vol (Nl iO rr \s О Г- тз- I —. —«
(N i (N m Л’авар 1. Укл. от

V/H 1 CNI (Nl «O ~- X” m m

i i —

(Nl

<NI -H *t ^* (N ^t 1 ^ (N 1 i — — —

ч ет > Нече т< Дак/ фор О с м. д/ к Всег о д/к Всег о суб. К о р/ с у б. Н ас /с у б. Брод. Пар. Нарк. Х/н. о.б/п Хищен. Из них: Rk /суб. R H/ с у б. К + Н /с у б