lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Чеснов, Дмитрий Викторович. - Особенности доказывания по уголовным делам о производстве, приобретении, хранении, перевозке и сбыте немаркированной алкогольной продукции: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Москва, 2003 226 с. РГБ ОД, 61:04-12/199-5

Posted in:

московский УНИВЕРСИТЕТ МВД РОССИИ

Кафедра уголовного процесса

ЧЕСНОВ Дмитрий Викторович

ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗЫВАНИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ О ПРОИЗВОДСТВЕ, ПРИОБРЕТЕНИИ, ХРАНЕНИИ, ПЕРЕВОЗКЕ И СБЫТЕ НЕМАРКИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ

ИРОДУКЦИИ

Специальность 12.00.09 - уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

Диссертация

на соискание ученой степени кандидата юридических наук

Научный руководитель кандидат юридических наук, доцент О.В. Химичева

МОСКВА - 200^

ПЛАН

Введение 4

Глава I. Теоретические основы уголовно-процессуального доказывания производства, приобретения, хранения, перевозки и сбыта

немаркированной алкогольной продукции 13

§ 1. Доказывание преступлений, связанных с незаконным производством и оборотом алкогольной продукции: к истории вопроса ..13 § 2. Теоретические основы доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции..22 § 3. Процессуальные особенности доказывания отдельных видов

преступлений как самостоятельное направление теории доказывания 45

Глава II. Предмет доказывания производства, приобретения, хранения, перевозки и сбыта немаркированной алкогольной

продукции 60

Глава III. Особенности доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в

стадии возбуждения уголовного дела 82

§ 1. Значение стадии возбуждения уголовного дела в доказывании производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта

немаркированной алкогольной продукции 82

§ 2. Собирание и проверка доказательств в стадии возбуждения уголовного дела о производстве, приобретении, перевозке, хранении и

сбыте немаркированной алкогольной продукции 95

§ 3. Оценка фактических данных, полученных в стадии возбуждения уголовного дела о производстве, приобретении, перевозке, хранении и

сбыте немаркированной алкогольной продукции 109

Глава IV. Особенности доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в стадии предварительного расследования 126

з

§ 1. Собирание доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции в

стадии предварительного следствия 126

§ 2. Проверка и оценка доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной

продукции 152

Заключение 164

Список использованной литературы 176

Приложения 199

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. В начале нового тысячелетия Российская Федерация, находясь на переломном этапе политических и экономических преобразований, столкнулась с необходимостью совершенствования всех сторон жизни общества, в том числе и правоприменительной сферы. Проведение судебной реформы в части уголовно-процессуального законодательства, повышение эффективности предварительного следствия в нашем государстве уже давно переросли из правовой в политическую задачу. Необходимость реформирования этой сферы жизнедеятельности была отмечена и Президентом Российской Федерации в ежегодном Послании Федеральному Собранию. Так, В.В.Путин отметил: «…Сегодня нам крайне необходима судебная реформа. Отечественная судебная система отстает от жизни и на практике мало помогает проведению экономических преобразований. …Не лучше обстоит дело и с процессуальным законодательством как гражданским, так и уголовным. Поступает огромное число жалоб на необоснованное насилие и произвол при возбуждении уголовных дел, при следствии и в судебном разбирательстве. Предварительное следствие тянется годами. … в уголовном и гражданском процессах необходимо последовательно реализовывать конституционные принципы состязательности и равноправия сторон. …Важнейшей государственной задачей считаю совершенствование работы правоохранительных органов»

Вместе с тем, реформирование уголовно-процессуального законодательства не снимает с правоохранительных органов задачи борьбы с преступностью, в том числе - в экономической сфере, где гражданам и экономической безопасности государства причиняется наибольший материальный упіерб.

’ См. ежегодное Послание Президента Российской Федерации Федеральному Собранию «Не будет ни революций, ни контрреволюций».

Исследование доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции обусловлено высоким уровнем преступности в данной сфере. На протяжении 1999 - 2002 гг. количество уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, находящихся в производстве следователей органов внутренних дел Российской Федерации, остается высоким, при этом наблюдается увеличение количества изъятой из незаконного оборота немаркированной алкогольной продукции.

Так, в 1999 г. (т.е. в течение первых шести месяцев действия ст. 171-1 Уголовного кодекса Российской Федерациив производстве следователей находилось 199 уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, в 2000 г. их количество составило 513, за 2001 г. -294 дела, а за шесть месяцев 2002 г. - 148 уголовных дел^.

При этом в 1999 г. по оконченным производством делам этой категории было изъято 4 121 декалитр немаркированной алкогольной продукции, в 2000 г. - 38 702 декалитра, в 2001 г. - 25 186 декалитров, а только за первое полугодие 2002 г. - 40 143 декалитра^.

Вступивший в действие с 1 июля 2002 г. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации”^ не только по-новому регламентирует многие вопросы доказывания, но и закрепляет в ст. ст. 150 и 151 возможность осуществления предварительного расследования производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции как в форме дознания (ч. 1 ст.

’ Далее в тексте - УК РФ. Статья 171-1 УК РФ вступила в действие 14 июля 1999 года. (См. Федеральный закон № 158-ФЗ от 9 июля 1999 года «О внесении дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации и изменений и дополнения в статью 126 Уголовно- процессуального кодекса РСФСР» // Российская газета. 1999. 14 июля). ^ Данные ГИЦ МВД РФ. ^ Данные ГИЦ МВД РФ. Далее в тексте - УПК РФ.

171-1 УК РФ), так и в форме предварительного следствия (ч. 2 ст. 171-1 УК РФ).

В связи с этим, исследование процессуальных особенностей доказывания рассматриваемого вида преступлений актуально для уголовно-процессуальной деятельности органов дознания и следователей органов внутренних дел.

Указанные обстоятельства подтверждают актуальность и практическую значимость темы диссертационного исследования и предопределяют ее выбор.

Объектом диссертационного исследования является доказывание по уголовным делам и процессуальная деятельность органов предварительного следствия по доказыванию в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции. Обусловленный поставленными задачами предмет исследования представляет собой основные закономерности и существующие на их основе правовые отношения по доказыванию производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции.

Целью настоящего диссертационного исследования является выявление процессуальных особенностей доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции, что способствует дальнейшему развитию доказательственного права с точки зрения уголовного процесса, криминалистики и теории оперативно-розыскной деятельности, а также повышению эффективности расследования уголовных дел о преступлениях этого вида.

Для достижения этой цели автор ставит перед собой следующие чалачи:

во-первых, обосновать теоретическую и практическую целесообразность выделения процессуальных особенностей доказывания отдельных видов преступлений в направление теории доказывания;

во-вторых, определить предмет и пределы доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции;

в-третьих, исследовать поводы и установить основание для возбуждения уголовных дел о преступлениях рассматриваемого вида;

в-четвертых, выявить процессуальные особенности собирания, проверки и оценки доказательств производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования;

в-пятых, разработать пути совершенствования доказывания указанных преступлений.

Методологической базой диссертации служат всеобщий метод диалектического материализма, который адекватно выражает общие и существенные связи и отношения объективной действительности, а также частные методы, такие как анализ статистических данных, следственной и судебной практики, интервьюирование и сравнительный метод.

Нормативной базой исследования послужили нормы Конституции РФ, действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства, Налоговый кодекс РФ, постановления и распоряжения Правительства РФ, а также ведомственные нормативные акты, регулирующие порядок маркировки алкогольной продукции. Учтены постановления Пленума Верховного Суда РФ и Конституционного суда РФ.

Дополнительным источником информации послужили Интернет и различные электронные справочно-поисковые базы законодательства.

Эмпирическая база работы. Статистика свидетельствует^ что наибольшее количество уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции находилось в производстве следователей органов внутренних дел Центрального и Южного Федеральных округов. Так, только за шесть месяцев 2002 г. на их территории было возбуждено, соответственно, 38 и 53 уголовных дела о преступлениях, связанных с производством и оборотом немаркированной алкогольной продукции, что значительно больше, чем где бы то ни было на территории Российской Федерации и составляет 54,7 % от общего количества возбужденных уголовных дел этой категории.

Именно поэтому в ходе диссертационного исследования было изучено 366 уголовных дел о преступлениях рассматриваемого вида, находившихся в период с июля 1999 г. по октябрь 2002 г. (то есть более чем за три года) в производстве следователей органов внутренних дел Московской, Воронежской и Ростовской областей, г. Москвы, Краснодарского и Ставропольского краев, а также Республики Дагестан, входящих в состав Центрального и Южного Федеральных округов. Общее количество изученных уголовных дел, послуживших эмпирической базой исследования, составило 31,7 % от числа возбужденных на территории России^.

Из изученных уголовных дел 22,1 % прекращены по различным основаниям, 26,8 % - приостановлены производством, 42,6 % направлены в суд с обвинительным заключением. При этом изучению подверглись как сами уголовные дела, так и (частично) приговоры по направленным в суд делам.

’ Данные ГИЦ МВД РФ. ^ См. приложение I, таблицы №№ 1 и 2.

Кроме того, в течение июля — ноября 2002 г. осуществлен опрос- анкетирование’ 252 сотрудников правоохранительных органов г. Москвы, Московской и Воронежской областей, в числе которых 30,9 % - следователи органов внутренних дел, 8,4 % - их руководители (начальники и заместители начальников следственных отделений, отделов и управлений), 33,3 % - оперуполномоченные БЭП, 10,7 % - прокуроры, 7,6 % - адвокаты, 4,8 % - дознаватели, и 4,3 % - следователи налоговой полиции.

14,7 % опрошенных имеют стаж работы в правоохранительных органах до одного года, 30,2 % - от года до трех лет, 31,7 % - от трех до пяти лет, 15,9 % - от пяти до 10 лет, и 7,5 % - свыше десяти лет. Из числа опрошенных 72,6 % имели какой-либо опыт работы по уголовным делам о производстве и обороте немаркированной алкогольной продукции, у 27,4 % опрошенных такого опыта нет.

Использован собственный опыт работы автора в должности следователя и руководителя следственного отдела по расследованию преступлений экономической направленности, в том числе и рассматриваемого вида.

Степень научной разработанности темы диссертационного исследования. В юридической литературе проблемам теории и практики доказывания (как с позиций уголовного процесса, так и с позиций криминалистики) посвятили свои труды такие видные ученые, как В.Д. Арсеньев, О.Я. Баев, В.А. Ванин, В.И. Басков, Р.С. Белкин, В.П. Божьев,

A. И. Винберг, Г.Ф. Горский, В.Н. Григорьев, А.А. Давлетов, Е.А. Доля, Н.В. Жогин, В.И. Зажицкий, 3.3. Зинатуллин, Л.М. Карнеева, Л.Д. Кокорев, Н.П. Кузнецов, С.В. Курылев, A.M. Ларин, В.З. Лукашевич, П.А. Лупинская, Л.Н. Масленникова, А.Р. Михайленко, Я.О. Мотовиловкер, B. C. Т. Очередин, А.Р. Ратинов, М.С. Строгович, Ф.Н. Фаткуллин, Г.П. Химичева, С.А. Шейфер, П.С. Элькинд и др. D. ‘ См. приложение II, таблица № 1.

Вопросам доказывания также уделяли внимание правоведы дореволюционной России Л.Е. Владимиров, М.В. Духовский, А. Жиряев, А.Ф. Кони и И.Я. Фойницкий.

В рамках теории доказывания уголовного процесса детально разработаны и освещены ее принципы, средства доказывания - доказательства, предмет и пределы доказывания, а также способы собирания доказательств, высказаны мнения о соотношении теории доказательств с другими науками. Многие положения теории доказывания стали общепринятыми, некоторые носят дискуссионный характер.

Вместе с тем, предмет и пределы доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции до настоящего времени в теории не определены, не выявлены особенности собирания, проверки и оценки доказательств этого вида преступлений на стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые на комплексном монографическом уровне рассмотрены процессуальные особенности доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции.

На основе этого в диссертации выделены процессуальные особенности доказывания отдельных видов преступлений в направление теории доказывания, обозначен предмет доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции, пределы доказывания данного вида преступлений в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, проанализированы поводы и основание для возбуждения уголовных дел о преступлениях рассматриваемого вида, выявлены процессуальные особенности собирания, проверки и оценки доказательств таких преступлений в досудебных стадиях уголовного процесса, разработаны пути совершенствования законодательства и практики его применения.

На защиту выносятся следующие основные положения:

  1. Процессуальные особенности доказывания отдельных видов преступлений как направление теории доказывания.
  2. Предмет доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции.
  3. Основание для возбуждения уголовных дел о преступлениях рассматриваемого вида.
  4. Процессуальные особенности собирания, проверки и оценки доказательств производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования. Пределы доказывания рассматриваемой категории преступлений для этих стадий.
  5. Предложения по дальнейшему совершенствованию доказательственного права: а) возможность использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств по уголовным делам; б) предложения по совершенствованию норм УПК РФ в части фиксации изъятия, учета и хранения вещественных доказательств - немаркированной алкогольной продукции; в) предложения по совершенствованию норм УПК РФ, регламентирующих структуру постановления о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительного заключения (обвинительного акта), в части их содержания.
  6. Теоретическая значимость исследования заключается в разработке нового направления теории доказывания - особенностей доказывания отдельных видов преступлений, а также в выводах и предложениях диссертации, раскрывающих особенности доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции.

Практическая значимость исследования определяется разработкой предложений по совершенствованию норм доказательственного права.

Сформулированные выводы и предложения могут быть использованы в теории уголовного процесса, в правоприменительной деятельности для совершенствования и оптимизации доказывания по уголовным делам о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции.

Диссертационное исследование или отдельные его главы могут быть использованы в учебном процессе ВУЗов МВД РФ по курсам «Уголовный процесс», «Криминалистика» и др.

Апробация работы и внедрение результатов в практику. Апробация результатов диссертационного исследования осуществлялась в виде докладов на научно-практических конференциях «Теневая экономика и организованная преступность» (9-10 июня 1998 г.), «Российское государство и углубление реформ в контексте внешних и внутренних угроз безопасности России» (18-20 апреля 2001 г.), а также «Проблемы борьбы с преступностью в Центральном Федеральном округе Российской Федерации» (28-29 ноября 2001 г.).

По результатам исследования опубликовано три статьи и методические рекомендации, проведен курс семинарских занятий со следователями и оперуполномоченными УБЭП ГУВД Московской области. Материалы диссертационного исследования использовались при подготовке обзора и методических рекомендаций ГУВД Московской области, а также внедрены в учебный процесс Московского университета МВД РФ.

Диссертация выполнена в объеме, предусмотренном ВАК Министерства образования Российской Федерации, и состоит из введения, четырех глав, восьми параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

13

ГЛАВА I

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ УГОЛОВНО- ПРОЦЕССУАЛЬНОГО ДОКАЗЫВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВА, ПРИОБРЕТЕНИЯ, ПЕРЕВОЗКИ, ХРАНЕНИЯ И СБЫТА НЕМАРКИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ ПРОДУКЦИИ

§ 1. Доказывание преступлений, связанных с незаконным производством и оборотом алкогольной продукции: к истории вопроса

Производство и оборот алкогольной продукции в Российском государстве на протяжении веков находились в ранге важнейших государственных интересов. Контроль над ними позволял не только с успехом пополнять государственную казну, но и определенным образом воздействовать на настроения людей. По мере совершенствования правовой системы государства совершенствовались и методы борьбы с нелегальным оборотом алкогольной продукции.

Впервые государственную монополию на алкогольную продукцию в России объявил Иван Грозный, который специальным Указом передал право изготовления и сбыта водки казне. Сначала в Москве, на Балчуге (1552 г.), а затем по всей Руси, частные корчмы’ преследовались, и открывались «Царевы кабаки». Спиртное в них продавали «верные целовальники», целовавшие перст царя при даче клятвы на верность. Заведовали питейным делом на безвозмездных началах «Кабацкие головы», в обязанности которых входила заготовка запасов для выделки вина, сбор денег в виде податей с «верных целовальников», преследование частного кормчества и отчет перед вышестоящим Приказом. В московских кабаках «было велено только пить, и пить одному народу, то есть крестьянам, посадским, ибо им одним запреш^ено было приготовлять

’ Корчма - до революции: трактир, постоялый двор. См.: Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М., 1994. С. 292.

домашние питья» \ Боярам и служилым людям заниматься винокурением разрешалось.

Было такое право и у церкви. Более того, существовали монастырские запреты на изготовление и продажу алкоголя. В грамотах Соловецкого монастыря 1540 и 1679 гг. объявлялось: «людей, которые будут продавать вино, нигде не пускать на подворье, а казакам и крестьянам вина у них не покупать, да и своего не курить»^.

В 1598 г. царь Борис Годунов запретил частным лицам торговать водкой. Таким образом, была объявлена монополия государства на торговлю алкогольной продукцией.

Окончательно монополия государства на алкоголь была оформлена при Алексее Михайловиче - в 1649 г. все доходы от производства водки стали поступать в казну. Указом 1681 г. было «дозволено помеш;икам и вотчинникам всяких чинов курить вино про себя, на своих поварнях, или у себя на дворах, сколько кому на свои деловые расходы понадобится, но только не курить на дворах у крестьян и бобылей, …а за своими людьми следить накрепко»^ Этот указ был переиздан при Петре I в 1705 г.

Законодательно уже с середины XVII в. предусматривалась уголовная ответственность, способы преследования и виды наказания для ослушавшихся царского указа. По Соборному Уложению 1649 г.’^ «с тех людей, у кого корчму вымуть, правили от 5 до 20 рублей, кроме того их бити кнутами и пытати». Всякое приготовленное и проданное вино, по Уложению, требовалось «вынимать с понятыми, да с тех у кого вино вымуть … за первый привод по 25 рублей, и давать их на крепкие поруки, чтобы им впредь вина не курить, а кто приведен будет во второй раз, пени

’ Пыжов И. История кабаков России в связи с историей русского народа. СПб.

1Я68 С^ 51

^ Там же. С. 55. ^ Там же. С. 63.

Соборное Уложение 1649 года. Текст и комментарии. Л., 1987.

брать по 50 рублей…, кто приведен в третьи - пени иметь 100 рублей с человека и, бив их кнутом, ссылать в низовыя сибирские городы»’.

В конце XVII в. функции доказывания преступлений, связанных с алкогольной продукцией, были возложены на «корчемных сыщиков», которым разрешалось «входить в семейную жизнь с обысками, насилиями…». Все это делалось для того, «чтобы мимо кабаков вина не курили, вин не варили»^.

Таким образом, уже в XVII в. правом были предусмотрены специальные субъекты, способы и методы доказывания незаконного производства и оборота алкогольной продукции, а также санкции за осуществление такого рода деяний.

С 1732 г. право на винокурение было предоставлено только помещикам и винным поставщикам, а в 1759 г. - только помещикам, а купеческие винокурни и заводы было велено уничтожить.

Устав винокурения 1765 г. также дозволял курить вино «всем дворянам, а прочим никому».^

Казенное производство и продажа алкоголя просуществовали до середины XVIII в., после чего были заменены откупной системой. «Сущность откупной системы состояла в том, что казна сама заготовляла вино, а откупщикам предоставлялась только торговля им по цене, не выше договоренной с казной - по 2-4 рубля за ведро», - пишет И. Пыжов’’.

Из-за злоупотреблений откупщиков и в связи с массовыми крестьянскими движениями за трезвость в 1858-1861 гг. откупная система была заменена акцизной, которая просуществовала до 1893 г. Основным принципом акцизной системы стала свобода производства и торговли алкогольной продукцией, а пополнение казны осуществлялось путем

’ Пыжов И. Указ. соч. С. 109. ^ Там же. С. 86. ^ Там же. С. 65. ^ Тям жр Г 119

взимания акциза с выкуриваемого спирта и обложения мест продажи спиртных напитков питейным сбором. *

Так, уже в середине XIX в. появились косвенные налоги - акцизы, которые представляли собой суть нынешних общественных отношений по маркировке алкогольной продукции.

В июне 1894 г., после отмены акцизной системы, Госсовет при Николае II утвердил проект винной монополии.

В августе 1914 г. для ускорения мобилизации и уборки урожая был впервые введен «сухой» закон, который просуществовал до сентября того же года. Запрет на спиртное послужил причиной резкого увеличения самогоноварения. Заведующий лечебницей для алкоголиков в Петербурге И.Н. Введенский отмечал, что «в осенние месяцы в Москве на улицах раздавались бесплатно листовки с описанием способов домашнего приготовления водки и пива»^.

После революции нелегальное изготовление алкоголя каралось не менее жестко, чем при царе Алексее Михайловиче. Уже 11 декабря 1917 г. в целях пресечения «винных погромов» военно-революционный комитет издал приказ, в соответствии с которым «лица, занимающиеся тайной выделкой или продажей алкогольных напитков, предавались военно- революционному суду и наказывались штрафом вплоть до конфискации имущества».^

Первый Уголовный кодекс РСФСР”* 1922 г. (ст. 140) предусматривал уголовную ответственность за незаконное изготовление и сбыт алкогольной продукции. О важности обеспечения государственной монополии на производство спиртных напитков свидетельствует и тот

’ Краткий очерк 50-летия взимания налога с крепких напитков и 50-летия деятельности учреждений, заведывающих неокладными сборами. СПб., 1913. С. 23. ^ Введенский И.Н. Опыт принудительной трезвости. М., 1915. С. 31. ^ История советского уголовного права. М., 1948. С. 79.

Собрание Узаконений и Распоряжений Рабоче-крестьянского правительства рСФСР. 1922. № 15. Отдел Первый.

факт, что вступившая в действие в конце 1922 г. амнистия к пятой годовщине революции не распространялась на лиц, осужденных за самогоноварение с целью сбыта. Производство алкоголя осуществлялось только государственными организациями, для контроля за которыми в 1923 г. был создан Госспирт (с 1925-1926 гг. - «Центроспирт»).

Государство пресекало даже незначительные посягательства на монополию производства и реализации алкогольной продукции. С принятием нового Уголовного кодекса РСФСР с 1 января 1961 г, вступила в действие ст. 158, в соответствии с которой изготовление или хранение спиртных напитков, а так же аппаратов для их выработки признавались преступными деяниями. С изменениями относительно административной преюдиции деяния, перечня запрещенной к производству и хранению алкогольной продукции, а так же цели сбыта и наказания, указанная статья действовала до конца 1996 г.

В УК РФ данный состав преступления был декриминализирован.

С распадом СССР и началом приватизации Россия отказалась от монополии на производство и реализацию алкогольной продукции’, а производившие ее предприятия были приватизированы.

Разгосударствление предприятий, производящих спирт и спиртосодержащую продукцию, привело к резкому увеличению стоимости алкогольной продукции, ее дефициту на рынке, уменьшению поступлений в бюджеты различных уровней, а так же криминализации этой отрасли пищевой промышленности.

’ Закон РФ № 1531-1 от 3 июля 1991 г. «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» // Российская газета. 1991. 19 июля; Постановление Верховного Совета РФ № 2980-1 от 11 июня 1992 г. «О введении в действие Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации» // Российская газета. 1992. 9 июля; Постановление Правительства РФ № 708 от 4 сентября 1992 г. «О порядке Приватизации и реорганизации предприятий и организаций агропромышленного к-пмплекса» // Российские вести. 1992. № 60.

В целях усиления контроля и увеличения поступлений в бюджет Законом РСФСР «Об акцизах» от 6 декабря 1991 г.^ впервые после 1917 г. были введены акцизы - косвенные налоги на алкогольную и иную продукцию, которые включаются в ее стоимость. Этот Закон и принятые в соответствии с ним нормативные акты^ были нацелены, прежде всего, на увеличение сборов от производства и реализации алкогольной продукции.

После введения акцизов государство стало предпринимать меры по упорядочению и усилению контроля за алкогольным бизнесом^: на протяжении 1992 и 1993 гг. Правительство России, компетентные министерства и ведомства устанавливали на алкогольную продукцию ставки акцизов в соответствии с уровнем инфляции и реально складывающимся положением, разрабатывали методику по выявлению уклонений от уплаты акцизов’^, однако эти меры не привели к реальному увеличению поступлений в бюджет.

в этой связи, с июня 1993 г. в России вновь была объявлена монополия государства на оборот алкоголя.^ Декларирование монополии не означало восстановление государственной собственности на средства

’ Российская газета. 1992. 24 декабря.

^ Постановление Правительства РСФСР N° 74 от 26 декабря 1991 г. «О ставках акцизов на отдельные виды товаров» // Российская газета. 1992. 3 января; Инструкция Госналогслужбы РФ № 2 от 9 декабря 1991 г. «О порядке начисления и уплаты акцизов» // Экономика и жизнь. 1992. № 1.

^ Постановление Правительства России № 282 от 4 мая 1992 г. «О мерах по упорядочению производства винно-водочных изделий и пива и торговли этой продукцией» // Законодательство и экономика. 1992. № 10.

^ См.: Постановление Правительства РФ № 854 от 6 ноября 1992 г. «О лицензировании и квотировании экспорта и импорта товаров (работ, услуг), на территории Российской Федерации» // Российские вести. 1992. № 91; Приказ Государственного таможенного Комитета РФ № 603 от 11 декабря 1992 г. «О ставках экспортных пошлин, вводимых с 1 января 1993 года» // Экономика и жизнь. 1992. № 52; Постановление Совета Министров РФ № 985 от 30 сентября 1993 г. «Об утверждении ставок акцизов на отдельные виды товаров» // Собрание актов Президента и Правительства РФ. 1993. 4 октября. № 40. ст. 3758; Указание Государственного таможенного комитета РФ № 01-12/1046 от 28 декабря 1993 г. «О мерах по усилению контроля за достоверностью таможенной оценки отдельных подакцизных товаров» // Российские вести. 1994. № 21.

^ Указ Президента РФ № 918 от И июня 1993 г. «О восстановлении государственной монополии на производство, хранение, оптовую и розничную продажу алкогольной продукции» // Российская газета. 1993. 19 июля.

производства и алкогольные напитки, однако предусматривало комплекс мер, направленных на ужесточение контроля за их производством, реализацией и качеством.

В 1994 г. Правительством России в соответствии со складывающимися рыночными условиями трижды изменялись ставки акцизов на алкогольную продукцию и спирт\ а Государственный Таможенный комитет предпринимал меры по сбору таких акцизов .

Только в конце 1995 г. монополия государства на производство спиртных напитков была значительно усилена^ за счет восстановления монополии на производство и реализацию спирта, действующую по настоящий день.

Важнейшим и наиболее действенным инструментом в современной России по достижению задач государства в сфере контроля за производством, оборотом и качеством алкогольной продукции стала ее маркировка. При незначительных затратах на введение и применение маркировка позволяет контролировать уплату акцизов и иных платежей с каждой единицы алкогольной продукции, легко определять легальность и качество продукции.

’ Постановление Правительства РФ от 18 июля 1994 г. № 863 «Об изменении ставок акцизов по отдельным видам товаров, ввозимых на территорию Российской Федерации» (с изм. и доп. от 24 марта 1995 г.) // Российская газета. 1994. 2 августа. Постановление Правительства РФ от 25 мая 1994 г. № 543 «О некоторых изменениях постановления Совета Министров - Правительства РФ от 30 сентября 1993 года № 985 «Об утверждении ставок акцизов по отдельным видам товаров» (с изм. и доп. от 18 июля 1994 г.) // Российская газета. 1994. 4 июня; Постановление Правительства РФ от 14 февраля 1994 г. № 116 «О внесении изменений в некоторые решения Правительства Российской Федерации» (с изм. и доп. от 18 июля 1994 г., 1 февраля 1995 г.) // Российская газета. 1994. 22 февраля.

^ См., например, приказ Государственного таможенного комитета РФ № 193 от 12 мая 1994 г. «Об организации таможенного оформления алкогольных напитков и табачных изделий в приграничных таможнях» // Экономика и жизнь. 1994. № 24.

^ Федеральный Закон РФ от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции» // Российская газета. 1995. 29 ноября. См. также: Постановление Правительства РФ от 1 июля 1996 г. № 765 «О продлении сроков закрепления в Федеральной собственности пакетов акций акционерных обществ, производящих спиртовую и ликеро-водочную продукцию» // Российская газета. 1996. 13 июля.

Впервые в Российской Федерации маркировка импортной алкогольной продукции (спирта пищевого и винно-водочных изделий) марками акцизного сбора была введена в 1994 г.’, а отечественной алкогольной продукции специальными марками - с начала 1997 г?

Таким образом, к 1997 г. в российском законодательстве сформировалась нормативная база, регламентирующая маркировку алкогольной продукции, в соответствии с которой алкогольные напитки иностранного производства маркировались марками акцизного сбора, а отечественная алкогольная продукция - специальными марками^.

Как отмечалось, с 14 июля 1999 г. институт маркировки поставлен под защиту уголовного закона. В УК РФ введена ст. 171-1 «Производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт немаркированных товаров и продукции», в соответствии с которой действия по производству, приобретению, перевозке в целях сбыта или сбыт немаркированных товаров и продукции, которые подлежат обязательной маркировке марками акцизного сбора, специальными марками или знаками соответствия, защищенными от подделок, совершенные в крупном размере, наказываются штрафом от 200 до 500 минимальных размеров оплаты труда’^, или в размере заработной платы или иного дохода

’ См. Постановление Правительства РФ от 14 апреля 1994 г. № 319 «О введении на территории Российской Федерации марок акцизного сбора» // Российская газета. 1994. 20 апреля. См. также: Постановление Правительства РФ от 12 августа 1994 г. № 924 «О марках акцизного сбора» // Российская газета. 1994. 20 августа.

^ См. Постановление Правительства РФ от 3 августа 1996 г. № 938 «О введении специальной маркировки алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» // Российская газета. 1996. 14 августа; См. так же: Постановление Правительства РФ от 27 декабря 1996 г. № 1572 «О стоимости специальной марки для алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» (изм. и доп. 26 февраля 1998 г., 30 декабря 1998 г.) // Российская газета. 1997. 21 января; Постановление Правительства РФ от 12 июля 1999 г. № 797 «Об обязательной маркировке специальньвли марками алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» // Российская газета. 1999. 17 июля.

Подобный способ взимания акцизов не уникален. Алкогольная продукция маркируется, например, на Украине и в Абхазии, образцы марок которых представлены й приложении III.

^ Далее - МРОТ.

осужденного за период от двух до пяти месяцев либо лишением свободы на срок до трех лет. В качестве квалифицирующих признаков этого преступления предусмотрены совершение указанных действий организованной группой, неоднократно или в особо крупном размере. Соответственно, такие деяния наказываются лишением свободы на срок от двух до шести лет с конфискацией имущества или без таковой.

Примечанием к ст. 171-1 УК РФ разъяснено, что крупным размером в данном случае признается стоимость товаров и продукции, в 200 раз превышающая МРОТ на момент совершения преступления, а особо крупным размером - в 500 раз.

Указанная норма защищает в уголовно-правовом порядке маркировку и иных товаров (помимо алкоголя, маркировке в настоящее время подлежат табачные изделия), однако ее введение в УК РФ во многом обусловлено массовыми нарушениями именно в сфере маркировки алкогольной продукции. Так, анализ применения ст. 171-1 УК РФ следователями органов внутренних дел в 2002 г. показывает, что в 59,9 % случаев лица привлекаются к уголовной ответственности именно за преступные действия с немаркированной алкогольной продукцией (за первое полугодие 2002 г. зарегистрировано 446 преступлений, предусмотренных ст. 171-1 УК РФ, из которых 267 совершено в сфере оборота немаркированной алкогольной продукции).’

Таким образом, история развития отечественного законодательства, в том числе уголовного и уголовно-процессуального, свидетельствует о заинтересованности государства в установлении и обеспечении монополии на производство и извлечение прибыли от реализации спиртных напитков. Данное обстоятельство обуславливает уголовно-правовую охрану правоотношений в указанной сфере и влечет формирование уголовно-

’ Данные ГИЦ МВД РФ.

процессуальных особенностей доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции.

§ 2. Теоретические основы доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции

Статья 85 УПК РФ определила доказывание как собирание, проверку и оценку доказательств в целях установления обстоятельств, составляющих предмет доказывания, предусмотренный статьей 73 УПК.

л

В юридической литературе нет единого определения понятия доказывания. Так, М.С. Строгович считает, что «доказывание - это пользование доказательствами для выяснения обстоятельств уголовного дела»’. М.М. Гродзинский определяет доказывание как «деятельность следственно-судебных и прокурорских органов по собиранию, закреплению и оценке доказательств»^. Процессом установления фактов называет доказывание А.И. Трусов^ По мнению И.Б. Михайловской, доказывание «представляет собой осуществляемую в соответствии с требованиями процессуального закона деятельность органов расследования, прокуратуры и суда по собиранию, исследованию и оценке фактических данных об обстоятельствах, подлежащих установлению по уголовному делу»”^.

’ Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1. М., 1968. С. 295. ^ Гродзинский М.М. Государственный обвинитель в советском суде. М., 1954. С.

12.

^ Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. М., 1960. С. 8. Михайловская И.Б. Уголовно-процессуальные основы деятельности органов внутренних дел. М., 1988. С. 54.

Хотя указанные точки зрения отнюдь не исчерпывают имеющихся в литературе определений доказывания, сущность большинства из них сводится к тому, что доказывание представляет собой познавательную и удостоверительную деятельность, выраженную в собирании, проверке и оценке доказательств, направленную на установление истины по делу.

Итак, доказывание представляет собой процесс познания объективной действительности и, в этой связи, является разновидностью всеобщего познания человеком окружающего мира, а потому подчиняется законам общей теории познания - гносеологии, которая исследует общие закономерности познавательной деятельности, в том числе в сфере уголовного судопроизводства. При этом представляется неверным мнение некоторых авторов, противопоставлявших познание и доказывание, и предполагавших, что доказывание состоит лишь в обосновании истинности какого-либо утверждения или правильности решения’.

Как правильно отмечалось в литературе, доказывание - не только познавательная, но и удостоверительная деятельность^, и именно этим оно отличается от всеобщего познания. Процессуальная форма определяет основные стороны доказывания - цель, предмет, источники, способы и порядок познания и проверки информации об обстоятельствах, подлежащих установлению по делу, правила оценки, круг субъектов, их права и обязанности. При этом в доказывание входит не только практическая деятельность - собирание и проверка доказательств, но и мыслительная - их оценка, а поэтому представления некоторых ученых, сводящих доказывание только к практической деятельности^, или только к

’ Домбровский Р.Г. Логика и теория судебных доказательств // Оптимизация расследования преступлений. Иркутск, 1982. С. 14.

Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовно-процессуальные доказательства и доказывание. Воронеж, 1995. С. 5-8.

^ Например, Курылев С.В. считал, что оценка доказательств не входит в доказывание и находится за его пределами: Курылев С.В. Основы теории доказывания В советском правосудии. Минск, 1969. С. 26-27.

мыслительной’, представляются неверными. о совокупности познавательного и удостоверительного аспектов в доказывании отмечают и авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе»^.

Важным вопросом является установление цели доказывания. Статья 85 УПК РФ предусматривает в качестве цели установление всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу, что в свою очередь, должно способствовать достижению принципа уголовного судопроизводства, предусмотренного в ст. 6 УПК РФ - в равной мере назначения виновным справедливого наказания и реабилитации невиновных. Таким образом, целью уголовно-процессуального доказывания, как и общей теории познания является установление объективной истины - верного отражения действительности в сознании людей, «которое не зависит ни от субъекта, ни от человека, ни от человечества»^.

Установление истины в уголовном судопроизводстве осуществляется путем доказывания, хотя в юридической литературе является дискуссионным вопрос о средствах доказывания, то есть об орудии, с помощью которого достигается истина в доказывании’^.

М.С. Строгович считает средством доказывания источник сведений о факте^. Аналогичную позицию в понимании средства доказывания как источников доказательств занимают и другие авторы^.

’ А.А. Старченко писал, что «…доказывание - это исключительно мыслительный логический процесс, а действия, направленные на собирание и проверку фактических данных - предпосылки доказывания, поскольку логика оперирует готовыми понятиями». Старченко А А. Логика в судебном исследовании. М., 1958. С. 19-20.

Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н.В. Жогин, 2- е изд. испр. и доп. М., 1973. С. 289.

^ Ленин В.И. Материализм и эмпириокритицизм // Полное собрание сочинений. М., 1964. Т. 18. С. 330-380.

Средство - прием, способ действия для достижения чего-нибудь, орудие (предмет, совокупность приспособлений) для осуществления какой-нибудь деятельности. Ожегов с.и., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка / 2-е изд., испр. и доп. М., 1994. С. 749.

^ Строгович М.С. Указ. соч. Т.1. С. 290.

^ Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962. С. 133

В литературе отмечается также, что средствами доказывания выступают способы получения доказательств, источники доказательств и собственно доказательства^.

Для выяснения вопроса о средствах доказывания необходимо более подробно остановиться на понятии доказательства, в основе которого, как нам представляется, лежит философское учение об отражении как общем свойстве материи. Отражение - это способность любого предмета или явления изменяться при воздействии на него какого-либо другого предмета или явления. Способность предметов и людей к отражению (у людей оно выражено в форме запечатления произошедшего события), делает их носителями информации о фактах, интересующих следователя и суд. Задача этих органов заключается в том, чтобы обнаружить носитель информации, получить ее с помощью процессуальных действий и закрепить добытые сведения в установленном порядке. В результате этой деятельности формируется доказательство^.

«В доказательстве, как и в любом отражении, следует различать две главные его стороны - содержание отражения, именуемое обычно отображением или образом отображаемого, и форму, то есть способ существования и выражения отображения. Содержанием отображения в доказательстве являются заключенные в нем сведения, то есть фактические данные, а формой, способом существования и выражения отображения - источник фактических данных»^.

Таким образом, доказательство представляет собой единство содержания и формы, при этом содержание - это сведения о фактах.

’ Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. С. 219, 224-225; Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М., 1991. С. 48-50; Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань, 1976. С. 101.

^ Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России, дисс…. докт. юрид. наук. Воронеж, 1998. С. 174.

^ Курс советского уголовного процесса: Общая часть / под ред. А.Д. Бойкова, И.И. Карпеца. М., 1989. С. 551.

сведения о преступлении, а форма — установленный законом источник таких сведений, что и отражено в ст. 74 УПК РФ.

В юридической литературе высказываются и другие суждения, не согласующиеся с пониманием доказательства как единства его содержания и формы.

Так, М.А. Чельцов полагает, что «фактические данные» (указанные в ст. 69 УПК РСФСР 1960 г. в качестве доказательств) - это факты, то есть обстоятельства, события, имевшие место в реальной действительности. При этом каждый факт становится доказательством тогда, когда он надлежащим, указанным в законе способом установлен с помощью соответствующего средства доказывания, под которым автор понимал источники, перечисленные в ст. 69 УПК РСФСР 1960 г.’. Аналогичную позицию занимает Р.Д. Рахунов^,

С такими утверждениями согласиться нельзя, поскольку факты объективной действительности находятся вне упомянутых источников и уже произошли. А в ходе уголовного судопроизводства воссоздаются не эти факты, а информация, сведения о них. М.А. Чельцов, понимая под доказательствами факты объективной действительности, полагает, что они либо существуют, либо не существуют, они могут быть доказаны или остаются недоказанными, но они не могут быть сомнительными или недоброкачественными; таковыми могут быть лишь сведения об этих фактах^. Такая характеристика фактов является абсолютно верной, но именно она препятствует рассмотрению фактов в качестве доказательств. Предполагая оценку достоверности доказательств (ст. 88 УПК РФ), законодатель допускает возможность как их достоверности, так и недостоверности, из чего следует, что доказательствами являются не факты объективной действительности, а сведения о них.

’ Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962. С. 132. ^ Рахунов Р.Д. О понятии доказательства и главном факте доказывания // Советское государство и право. 1965. № 12. С. 97. ^ Чельнов М.А. Указ. соч. С. 135.

По мнению отдельных авторов, наряду со сведениями о фактах, доказательствами являются также и сами факты объективной действительности, которые могут непосредственно устанавливаться лицом, производящим дознание, следователем и судомі

С этим суждением также трудно согласиться, поскольку материальные следы преступления в качестве носителей доказательственной информации «молчат», пока они не восприняты субъектом доказывания, не отражены его сознанием и процессуально не оформлены^.

Отрицая понимание доказательства как единства его содержания и формы, некоторые авторы полагают, что под доказательствами следует понимать только фактические данные, факты, а показания свидетелей и т.п. являются источниками доказательств^. Это суждение вызывает возражение прежде всего потому, что и оно в своей основе строится на отрыве содержания доказательства от его формы. По этим же причинам нельзя согласиться и с мнением о так называемом «двойственном» понимании доказательств, согласно которому понятие доказательства имеет два значения”^. Фактические данные и их источники, взятые сами по себе, в отрыве друг от друга, не образуют доказательства. Сведения о фактах могут быть относимыми (то есть связанными с событием преступления), но недопустимыми, поскольку лишены какой-либо процессуальной формы. И наоборот, источник фактических данных может быть допустимым (так как он представляет собой форму доказательства), но не относимым (ибо, взятый изолированно от фактических данных, он лишен содержания).

Лукашевич В.З. О понятии доказательства в советском уголовном процессе // Правоведение. 1963. № 1. С. 114-115. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Указ соч. С. 101.

Карнеева Л.М. Развитие основных понятий теории доказательств в советском уголовном процессе // Социалистическая законность. 1978. № 2. С. 29.

См. Каз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Саратов, 1960. С. 23-26; Чельцов М.А. Указ. соч. С. 132-135; Белкин А.Р. Указ. соч. С. 10. “ Строгович М.С. Указ. соч.. Т. 1. С. 288-289.

Наконец, определяя источник доказательств, на наш взгляд, необходимо принять точку зрения тех ученых, которые представляют в качестве источников доказательств предметы материального мира, обладающие определенными свойствами, качествами, признаками, которые могут использоваться для установления имеющих значение для дела обстоятельств, а также людей, в сознании которых запечатлелись эти обстоятельства’.

Таким образом, единственным средством доказывания, орудием, с помощью которого оно осуществляется, являются доказательства, представляющие собой единство содержания - сведений о фактах объективной действительности, и формы - установленных законом (ч. 2 ст. 74 УПК РФ) источников этих сведений.

Рассматривая содержание доказывания, необходимо обратить внимание на виды деятельности, которые его составляют. В ст. 85 УПК РФ использован традиционный для науки уголовного процесса подход в понимании доказывания как деятельности по собиранию, проверке и оценке доказательств.

Между тем, такая позиция поддерживалась далеко не всеми авторами. Например, А.Н. Копьева считала возможным «оторвать» обоснование вывода от оценки доказательств и рассматривать их как самостоятельные элементы доказывания; по ее мнению, обоснование вывода - внешнее проявление внутренней мыслительной деятельности по оценке доказательств, также как и сам вывод, сделанный на основании такой оценки^.

Некоторые авторы к элементам доказательственной деятельности добавляют построение и динамичное развитие следственных версий, которые представляют собой вероятное, предположительное объяснение

t

Курылев С.В. Указ. соч. С. 170; Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Указ. соч. С. 114- 119.

Копьева А.Н. Доказывание по уголовным делам в вышестоящем суде. Иркутск IQQO С 70

Происхождения или свойств отдельных обстоятельств преступления или преступления в целом^ Более справедливым, однако, представляется мнение о том, что деятельность по построению и развитию версий поглощается оценкой доказательств^.

Н.П. Кузнецов в качестве самостоятельного элемента доказывания выделяет использование доказательств, куда включает не только обоснование выводов по делу, но и установление с помощью доказательств оснований для принятия процессуальных решений, в том числе и о производстве следственных действий^. Фактически соглашаясь с ним, А.Р. Белкин указывает: «…Использование доказательств, оперирование ими — и есть собственно доказывание, ибо сами по себе доказательства, не использованные для подтверждения или опровержения какого-либо тезиса доказывания, остаются за рамками этого процесса и, как невостребованные, могут вообще впоследствии по делу не фигурировать»”^.

Упоминается использование доказательств и в работах других авторов. Так, еще в 1910 г. М.В. Духовский, высказываясь о доказывании, указывает: «Вся деятельность процесса сводится, в сущности, к собиранию доказательств и пользованию ими. Искусство судопроизводства, говорит Бентам, есть не что иное, как искусство пользоваться доказательствами»^.

Очень кратко пишет об использовании доказательств М.С. Строгович: «Пользование доказательствами производится на основе процессуального закона и в соответствии с его требованиями»^. Из дальнейших его рассуждений становится ясно, что он ставит знак равенства между использованием доказательств и самим процессом доказывания.

’ Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч., С. 10-11; Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Указ. соч. С. 211.

^ Копьева А.Н. Указ. соч. С. 18-19.

^ Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России. Дисс… докт. юрид. наук. Воронеж, 1998. С. 73-78. Белкин А.Р. Теория доказывания. М., 2000. С. 270. ^ Духовский М.В. Русский уголовный процесс. М., 1910. С. 197. ^ Строгович М.С. Указ. соч. Т 1. С. 307.

зо

Несколько подробнее касаются этого вопроса авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе», которые считают, что, помимо собирания и проверки доказательств, доказывание включает в себя также операции по их использованию*.

Между тем, уголовно-процессуальный закон (как и УПК РСФСР 1960 г.) не предусматривает такого элемента доказывания, как использование доказательств. При этом доказательства используются в уголовно- процессуальной деятельности для обоснования проведения тех или иных процессуальных или следственных действий, принятия решений, в том числе таких, как предъявление обвинения, направление уголовного дела с обвинительным заключением в суд, вынесение приговора и т.д. Использование доказательств носит как процессуальный, так и непроцессуальный характер. Непроцессуальное использование доказательств выражается в проверке версий, в демонстрации доказательств участникам процесса на предмет изобличения в даче ложных показаний, убеждения в бессмысленности противодействия расследованию и во многих других случаях. В свою очередь, необходимость процессуального использования доказательств закон устанавливает в формулировках «мотивированное постановление», «при наличии достаточных доказательств» и т.д. Доказательства используются при предъявлении обвинения, избрании меры пресечения, наложении ареста на имущества, проведении следственных действий, прекращении

’ Теория доказательств в советском уголовном процессе. Указ. соч. С. 371. О том, что доказывание - это обоснование не только выводов о наличии или отсутствии обстоятельств, подлежащих установлению, но и о юридической квалификации деяния, справедливости наказания и всех иных выводов, которые могут быть сделаны на основании доказательств, указывали и другие авторы: См. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Указ. соч. С. 217- 218. При этом, Н.П. Кузнецов считал, что вопросы Квалификации и назначения наказания лежат за пределами уголовно-процессуального Доказывания, которое ограничивается лишь установлением фактических обстоятельств Дела. См. Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и Доказывание. Воронеж, 1995. С. 38-40.

уголовного дела или при вынесении постановления об отказе в его возбуждении, а также в судебных стадиях.

Таким образом, доказательства используются при осуществлении практически всех видов процессуальной деятельности, поэтому включение использования доказательств в качестве одного из элементов доказывания, на наш взгляд, фактически отождествляет доказывание со всей уголовно- процессуальной деятельностью.

кроме того использование доказательств само по себе не попадает под определение доказывания как познавательной и удостоверительной деятельности, направленной на установление истины по делу. По этим причинам использование доказательств не может рассматриваться как элемент доказывания, а сам термин «использование доказательств» может применяться при изучении деятельности, прав и обязанностей субъектов уголовного процесса.

Итак, доказывание состоит из собирания, проверки и оценки доказательств, между которыми существует тесная взаимосвязь. М.С. Строгович «условно» разделяет указанные составляющие доказывания как «этапы», «стадии» процессуального доказывания’. По мнению других авторов, деление доказывания на стадии, этапы или элементы носит исключительно условный характер и производится в научных целях, поскольку в практической деятельности собирание, проверка и оценка доказательств осуществляются одновременно и тесно взаимосвязаны между собой^.

Уголовно-процессуальный закон не дает определения собирания доказательств. В юридической науке относительно содержания этой деятельности высказываются самые различные суждения.

1

Строгович М.С. Указ. соч., Т. 1 С. 302. ^ Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 45; Белкин А.Р. Указ. соч. с. 270; Ларин A.M. Расследование по уголовному делу: Процессуальные функции. М., 1986. С. 19.

Весьма распространены представления о собирании доказательств как об их обнаружении (выявлении) и закреплении \ Поскольку доказательства могут быть не только собраны следователем, дознавателем, прокурором или судом, но и представлены по инициативе иных участников процесса, некоторые исследователи предпочитают говорить не только о собирании, но и о представлении доказательств^.

Другие ученые, наряду с обнаружением и закреплением, включают в собирание доказательств в качестве процессуального элемента их поиск (или розыск)^. Таким образом, различный подход обнаруживается уже в трактовке начального момента собирания доказательств.

Отсутствует единство и в представлениях о других элементах этой деятельности. Одни авторы включают в начальный этап доказывания не только обнаружение, но и рассмотрение доказательств (извлечение подлежащих установлению фактов/. В свою очередь Р.С. Белкин выводит рассмотрение доказательства и познание его содержания за пределы собирания доказательств, включая его в следующий этап доказывания - проверку (исследование) доказательств^.

1

См.: Советский уголовный процесс / Под ред. Д.С. Карева. М., 1968. С. 114; Уголовный процесс РСФСР / Под ред. В.Е. Чугунова и Л.Д. Кокорева. Воронеж, 1968. С. 101; Уголовный процесс / Под ред. М.А. Чельцова. М. 1969. С. 121; Уголовно- процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. М. 1997. С. 158; и др. Одним из первых охарактеризовал собирание доказательств, как их обнаружение и фиксацию (а также изъятие и изучение) А.И. Винберг. См.: Криминалистика / под ред. А.И. Винберга и С.П. Митричева. М. 1950. С. 6. Его позицию разделяет Р.С. Белкин. См.: Собирание, проверка и оценка доказательств. Сущность и методы. М., 1966. С. 29.

Арсеньев В.Д. Вопросы теории судебных доказательств в советском уголовном процессе. М., 1964. С. 29; Советский уголовный процесс. М. 1973. С. 181.

Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. М., 1966. С. 43-66; он же: Проблемы расследования в советском уголовном процессе. Автореф. дисс… докт. юрид. наук. М., 1970. С. 19-20; Теория доказательств в советском уголовном процессе. Часть общая / Отв. ред. Н.В. Жогин. М. 1966. С. 300-302.

Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962. С. 148-149; Строгович М.С. Указ. соч. Т. I.e. 302.

^ Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и методы. М.. 1966. С. 44-53.

Весьма различны позиции ученых и по вопросу о месте фиксации (закрепления) доказательств в системе доказывания. Некоторые авторы считают, что фиксация - не часть собирания доказательств, а самостоятельный элемент доказывания’. По нашему же мнению, фиксация является завершающим этапом собирания доказательств.

Плюрализм мнений относительно содержания собирания доказательств заставляет охарактеризовать такие его элементы как обнаружение и фиксацию, определить отношение собирания доказательств и их розыска, а также выяснить место фиксации доказательств в структуре доказывания.

Очевидно, что собирание доказательств невозможно без предварительного обнаружения источников доказательственной информации. Однако операции по поиску доказательств не всегда являются элементом их собирания как процессуально-правовой деятельности.

в обнаружении источников фактических данных важная роль принадлежит ориентирующей информации, которая добывается, в основном, с помощью проведения оперативно-розыскных мероприятий органом дознания. Эта деятельность не является процессуальной, однако сопутствует доказыванию и осуществляется одновременно с ним. Некоторые авторы считают, что «оперативно-розыскные меры… правомерно считать одной из составных частей процесса доказывания»^.

На наш взгляд, поиск источников доказательственной информации может осуществляться и в процессуальной форме - путем проведения следственных действий, и при подобных обстоятельствах он представляет

  • Подголин Е.Е. Теория и практика фиксации доказательств на предварительном следствии. Дисс…. канд. юрид. наук. М., 1970. гл. 1; Филиппова М.А. Фиксация фактических данных на предварительном следствии // Правоведение. 1975. № 1. С. 60; Лукашевич В.З. Гарантии прав обвиняемого в стадии предания суду. Ленинград, 1966. С. 59; Советский уголовный процесс. Киев, 1983. С. 123-124 и др.

Робозеров В.Ф. Оперативно-розыскная информация в системе судебного доказывания//Правоведение. 1978. № 6. С. 106-108.

собой самостоятельную операцию, структурный элемент начального этапа доказывания.

В юридической литературе обоснованно отмечается, что термин «собирание доказательств» в достаточной степени условный, поскольку следователь не получает их в готовом виде, а формирует в ходе предварительного расследования’. Кроме того, ст. 86 УПК РФ предусматривает, помимо активной деятельности дознавателя, следователя, прокурора и суда, также представление доказательств обвиняемым, потерпевшим, другими участниками процесса, любыми гражданами, учреждениями, предприятиями и организациями по их собственной инициативе. В этой связи некоторые авторы предлагали именовать начальный этап доказывания не собиранием, а «получением доказательств» . Такое предложение, на наш взгляд, не может быть принято, поскольку доказывание осуществляется не только и не столько в форме предоставления доказательств, сколько стороной обвинения (в основном, дознавателем, следователем и прокурором) путем проведения следственных и иных процессуальных действий. Кроме того, законодателем поставлена точка в этой дискуссии, поскольку доказывание определено как собирание, проверка и оценка доказательств.

Необходимо также отметить, что УПК РСФСР 1960 г., предусматривая в ст. 131 право дознавателя, следователя и прокурора отказать в удовлетворении ходатайства о приобщении предметов и документов в качестве доказательств по уголовному делу, тем самым практически ставил их единственными субъектами доказывания. В отличие от УПК РСФСР 1960 г., УПК РФ не только предоставляет защитнику, подозреваемому, обвиняемому, а также потерпевшему, гражданскому истцу, гражданскому ответчику и их представителям

^ Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. Саратов, 1986. С. 30.

^ Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств в советском Уголовном процессе. М.. 1964. С. 15.

реальное право собирания доказательств, которые, будучи собранными, в обязательном порядке подлежат приобщению к уголовному делу, но и детально регламентирует это право.

Так, подозреваемый, обвиняемый, а также потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик и их представители вправе собирать и предоставлять письменные документы и предметы для их приобщения к уголовному делу в качестве доказательств, а защитник вправе собирать доказательства путем получения предметов, документов и иных сведений, опроса лиц с их согласия, а также истребования справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций, на которые кодексом возложена обязанность предоставления запрашиваемых документов или их копий. Таким образом, правомерно говорить не о собирании и предоставлении доказательств, а о собирании доказательств участниками уголовного процесса.

Какова же роль фиксации (закрепления) доказательств в процессе доказывания? В решении этого вопроса следует, на наш взгляд, исходить из того, что без закрепления доказательств процесс его формирования не может считаться завершенным ибо данные, полученные субъектом доказывания в виде идеального образа, могут быть использованы в доказывании лишь после преобразования их в форму, доступную восприятию ^

Сторонники взгляда на фиксацию доказательств, как на самостоятельный элемент доказывания, аргументируют свою позицию тем, что от успешности фиксации зависят конечные результаты доказывания. Ссылаются также и на то, что собирание доказательств - это

’ «Пока доказательство не рассмотрено и не закреплено процессуально, - пишет М.С. Строгович, - нельзя утверждать, что доказательство действительно обнаружено, т.к. еще неизвестно, что именно обнаружено и является ли действительно доказательством то, что обнаружено». (См. Строгович М.С. Указ. соч., М. 1968. Т. 1 С 302).

познавательная деятельность, а фиксация — удостоверительная’. Кроме того, некоторые авторы указывали на то, что методы собирания доказательств были предусмотрены в ст. 70 УПК РСФСР 1960 г., тогда как методы фиксации нашли свое отражение в ст. ст. 141 и 141-1 УПК РСФСР 1960 г.^, что выступало аргументом собирания и закрепления доказательств как самостоятельных элементов доказывания. Представляется, что правы те авторы, которые считают, что фиксация неотделима от собирания доказательств, поскольку в доказывании познавательная деятельность неотделима от удостоверительной^.

Фиксация доказательств представляет собой систему осуществляемых в соответствии с уголовно-процессуальным законом действий следователя (суда), направленных на преобразование воспринятой ими доказательственной информации, а также информации об источниках, условиях и способах ее получения, в форму, обеспечивающую эффективное (максимально полное) сохранение и использование полученных данных в целях доказывания”^.

Необходимым структурным элементом деятельности по собиранию доказательств являются и правообеспечительные операции, в которых наиболее ярко проявляется специфика доказывания как процессуально- правового явления.

Познавательная деятельность в уголовном процессе осуществляется в рамках правоотношений, полноправными субъектами которых, с одной

^ Подголин Е.Е. Теория и практика фиксации доказательств на предварительном следствии. Дисс…. канд. юрид. наук. М., 1970. гл. 1.

^ Филиппова М.А. Фиксация фактических данных на предварительном следствии //Правоведение. 1975. № 1. С. 60.

^ Более подробно это положение рассмотрено Шейфером С.А. в статье: Познавательное значение следственных действий и их система // Вопросы борьбы с преступностью, вып. 15. М., 1972. С. 63. См. также: Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н.В. Жогин. 2-е изд., испр. и доп. М., 1973. С. 368; Быховский И.Е. Процессуальная регламентация проведения следственных действий // Вопросы борьбы с преступностью, вып. 21. М., 1974. С. 59.

Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. Саратов, 1986. С. 41.

стороны, являются органы государства, а с другой - обвиняемый, его защитник, подозреваемый, потерпевший, гражданский истец, гражданский ответчик, их представители. Это порождает обязанности дознавателя, следователя, прокурора и суда осуществлять облеченные в правовую форму действия, направленные на обеспечение фактической возможности реализации прав указанных лиц, охрану их законных интересов. Такие действия и являются правообеспечительными операциями.

Итак, собирание доказательств, как первоначальный этап доказывания, состоит в осуществлении дознавателем, следователем, прокурором, судом, подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителем, а также защитником поисковых, познавательных, удостоверительных и правообеспечительных операций в целях восприятия в достаточно большом объеме информации, заключенной в следах преступления и запечатления ее в материалах дела.

Проверка доказательств производится дознавателем, следователем, прокурором и судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства — достаточности для разрешения уголовного дела. В соответствии со ст. 17 УПК РФ судья, присяжные заседатели, а также прокурор, следователь, дознаватель оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы.

Относимость как объективное свойство доказательств, выражающееся в наличии связи между их содержанием и преступлением, присуща и данным о преступлении. Относимость присуща сведениям о фактах объективно, независимо от воли законодателя; закон лишь опосредует это объективное свойство’.

Допустимость доказательств - это их неотъемлемое свойство с точки зрения надлежащего субъекта доказывания, источника, способа собирания, порядка проведения и оформления процессуального действия^. Допустимость определяется соблюдением закона при формировании доказательства^.

Достоверность - соответствие доказательств объективной действительности. Достоверным называют вывод или сообщение, которое обеспечивает истинное знание о фактах, гарантирует достижение истинь/.

В юридической литературе высказывалось мнение о том, что окончательная оценка доказательств следователем возможна только при прекращении им уголовного дела^. Представляется, что данный подход не отражает сущности оценочной деятельности и не подчеркивает самостоятельность оценки. В нем смешивается правовое значение и оценочной деятельности^ субъекта доказывания. Осуществляя оценку доказательств, в том числе с точки зрения допустимости, каждый последующий субъект уголовного процесса осуществляет оценку заново, что было подчеркнуто большинством ученых- процессуалистов^. Данное

^ Однако некоторые авторы указывали, что относимость - это «…правовое свойство доказательства». (Например: Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость доказательств в уголовном судопроизводстве // Советская юстиция. 1982. № 3. С. 6).

Химичева О-В., Данилова Р.В. Допустимость доказательств в уголовном процессе (по материалам уголовных дел о преступлениях, совершенных организованными группами). М., 1998, С. 12.

^ Уголовный процесс. Общая часть. М., 1997. С. 121; Учебник уголовного процесса / под ред. Кобликова А.С. М., 1995. С. 71.

Гридчин А.А. Вопросы допустимости доказательств на предварительном следствии. Ставрополь, 2000. С. 36.

^ Строгович М.С. Указ. соч. Т. 1, М., 1968. С. 344.

Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве, их виды, содержание формы. М., 1976. С. 102.

^ Курс советского уголовного процесса / под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М., 1989. С. 217; Михеенко М.М. Доказывание в судопроизводстве. Киев, 1984. С. 20 и ЛР.

положение было отражено и в УПК РФ, закрепившем обязанность следователя, прокурора и дознавателя признать доказательство недопустимым (ч. 2 ст. 88 УПК РФ).

Оценка достаточности собранных доказательств базируется на таких понятиях теории доказывания, как предмет и пределы доказывания.

Понятие предмета доказывания тесно связано с предметом познания как таковым и предметом познания в уголовном процессе.

Понятие предмета познания, в свою очередь, вытекает из объекта познания. В философской науке под объектом понимают часть объективной действительности, который представляет собой то, на что направлена познавательная деятельность субъекта^ В этой связи предмет познания - это зафиксированные в опыте и включенные в процесс практической деятельности человека стороны, средства и отношения объектов, исследуемые с определенной целью в данных условиях и обстоятельствах^.

в уголовном процессе познавательная деятельность субъектов доказывания направлена на изучение преступления, которое в единстве всех свойств и связей с окружающим миром и выступает в качестве объекта доказывания^.

Как справедливо отмечает В.Д. Арсеньев, объектом доказывания в уголовном процессе является не только действительное, но и предполагаемое преступление, поскольку в ходе предварительного расследования или в суде преступление может не подтвердиться, а уголовное дело возбуждается именно по признакам преступления’^. Кроме того, объектом доказывания являются не все признаки преступления, а

’ Философский словарь / под ред. М.М. Розенталя. М., 1975. С. 399. ^ Там же. С. 326.

^ Давлетов А.А. Предмет исследования по уголовному делу // Развитие Социальной деятельности Советского Государства и Права. Свердловск, 1980. С. 112.

Арсеньев В.Д. К вопросу об объекте советского уголовного процесса и Уголовно- процессуального доказывания // Гарантии прав личности в социалистическом Уголовном праве и процессе. Ярославль, 1981. С. 26.

только те, которые связаны с вопросом об ответственности подсудимого за вмененное ему деяние \ Другие стороны преступления изучаются уголовным правом, криминалистикой, криминологией и другими науками.

Понятию объекта и предмета доказывания уделяют внимание многие видные ученые-процессуалисты. Еще в 1910 г. Л.Е. Владимиров пишет: «quid probandum (то, что подлежит доказыванию) есть вопрос того или другого отдельного уголовного случая, определяемого так или иначе в кодексе. Точное определение quid probandum совершается, следовательно, на основании материального уголовного права; судопроизводство как способ исследования исполняет программу, начертанную уголовным

законом».^

Поскольку, по мнению В.Д. Арсеньева, объектом доказывания является реальное и предполагаемое преступление, одной из задач уголовно- процессуальной деятельности является установление своего объекта исходя из гипотезы о его наличии. Такая гипотеза возникает на основе определенных данных; эти данные, а так же установленные с их помощью обстоятельства и составляют предмет уголовного процесса^.

Следует отметить, что, по нашему мнению, такое понимание предмета уголовного процесса является неполным, поскольку в нем уголовно- процессуальная деятельность сводится только к доказыванию.

Исходя из такого понятия предмета уголовного процесса, В.Д. Арсеньев определяет объект доказывания как «совокупность обстоятельств, явлений и процессов, истинное и достоверное знание которых определяет правильное разрешение дела и выполнение задач уголовного процесса. Поскольку этот объект устанавливается с помощью доказательств, они, в свою очередь, могут рассматриваться как

’ Мотовиловкер я.о. О принципах объективной истины, презумпции Невиновности и состязательности процесса. Ярославль, 1978. С. 68.

^ Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. Санкт-Петербург, 1910 С. 144.

3 Арсеньев В.Д, Указ. соч. С. 27.

РОССИЙСКАЯ ГОСудлрст’:еіінд ^ 4J БШШОїШк

вспомогательные объекты. А предмет доказывания - это данные о его объекте».’

А.А. Давлетов рассматривает объект уголовно-процессуального познания, которое тождественно доказыванию, как доказательства и факты — систему согласованно-организованных элементов, так или иначе связанных с преступлением и соотносящихся по схеме: средства-цели. Отсюда предмет познания, по его мнению, - это выявление круга свойств и связей объекта познания по уголовному делу, исследование которых необходимо для разрешения задач уголовного судопроизводства^.

По нашему мнению, в этих понятиях смешивается отражаемое и отражение, то есть обстоятельства, подлежащие установлению, и доказательства, то есть сведения об этих обстоятельствах. Для точности определения уголовно- процессуального доказывания, на наш взгляд, термин «доказательства» в этой формулировке излишен.

Некоторые авторы указывают, что предмет доказывания является средством познания объекта доказывания^. Думается, что такой подход также неверен, поскольку предмет доказывания - не средство, а ориентир в познании обстоятельств дела, который дает круг обстоятельств, подлежащих установлению.

Анализ приведенных мнений позволяет прийти к следующим выводам. Объект доказывания является составной частью объекта уголовного процесса, поскольку доказывание — это элемент уголовно- процессуальной деятельности. При этом объект доказывания — это фактическая сторона преступления, то есть сведения о его совершении. В свою очередь, предметом доказывания является часть этой фактической

^ Арсеньев В.Д. Указ. соч. С. 30.

^ Давлетов А.А. Объект и предмет уголовно-процессуального познания // Проблемы доказательственной деятельности по уголовному делу. Красноярск, 1985. С. 17-19.

^ См. Стойко Н.Г. Объект и предмет уголовно-процессуального доказывания // Проблемы доказательственной деятельности по уголовному делу. Красноярск, 1985. С. 26; Банин В. А. Предмет доказывания в советском уголовном процессе. Саратов, 1981. С 116 стороны, часть таких сведений, а именно те обстоятельства, знание которых важно и необходимо для правильного разрешения уголовного дела.

Содержание предмета доказывания, то есть обстоятельства, которые необходимо установить при доказывании каждого преступления, указаны в ст. 73 УПК РФ.

Не останавливаясь здесь подробно на каждом элементе предмета доказывания (что будет сделано при рассмотрении предмета доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыте немаркированной алкогольной продукции), отметим изменения, которым подвергнут в целом предмет доказывания с принятием УПК РФ.

Исходя из того обстоятельства, что предметом доказывания может являться не только действительное, но и предполагаемое преступление, законодатель ввел в предмет доказывания, помимо события преступления, виновности лица в его совершении, обстоятельств, характеризующих личность обвиняемого, характера и размера вреда, причиненного преступлением, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, такой элемент, как обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния. Такое нововведение уже не предоставляет субъекту доказывания право, а закрепляет за ним обязанность установления факта наличия или отсутствия указанных обстоятельств.

Проблема теоретического осмысления понятия «пределы доказывания» всегда была в центре внимания ученых-процессуалистов. Пределы доказывания, как правило, рассматриваются во взаимосвязи с предметом доказывания (обстоятельствами, подлежащими установлению по уголовному делу).

Так, Г.М. Миньковский отождествляет эти понятия’. Аналогичного мнения придерживается и М.С. Строгович, который считает, что «…

  • Миньковский Г.М. Пределы доказывания в советском уголовном процессе. М,

П А

  1. С. 4.

определение предмета доказывания означает определение пределов и направление исследования по делу»\

Другими процессуалистами высказывается мнение о том, что «пределы доказывания характеризуются совокупностью обстоятельств, исследование которых может иметь значение для правильного разрешения дела, и всех тех источников доказательств, посредством которых выясняются эти обстоятельства»^.

Наконец, по мнению Н.П. Кузнецова, пределы доказывания - это система доказательств, необходимая и достаточная для вывода о наличии или отсутствии обстоятельств, образующих основание соответствующего решения; оценить доказательства с точки зрения их достаточности - значит определить, были ли достигнуты надлежащие пределы соответствующих обстоятельств^.

Не отрицая неразрывной связи предмета и пределов доказывания, на наш взгляд, нельзя отождествлять эти понятия. Предмет доказывания - это совокупность подлежащих установлению по делу обстоятельств, а пределы - система доказательств, необходимая и достаточная для вывода о наличии или отсутствии обстоятельств, составляющих предмет доказывания. Пределы доказывания выражают определенную степень конкретизации и детализации каждого обстоятельства, составляющего предмет доказывания по уголовному делу, и тем самым опосредованно зависят от предмета доказывания.

  • Строгович М.С. Указ. соч.. Т. 1. С. 361. ^ Советский уголовный процесс / по ^ Кузнецов Н.П. Доказывание и его Йисс…. докт. юрид. наук. Воронеж, 1998.

Пределы доказывания - это объем доказательств, необходимый и достаточный для принятия правильного решения по делу, который варьируется на определенных этапах досудебного производства, и может представлять собой совокупность доказательств, которые необходимы и достаточны для признания доказанными как всей системы обстоятельств

^ Советский уголовный процесс / под ред. Д.С. Кокарева. М., 1968. С. 110. ^ Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса.

(фактов), составляющих предмет доказывания по делу, так и каждого из HIIX в отдельности, или группы таких фактов. Так, если для возбуждения уголовного дела о преступлении достаточно установить лишь его признаки, то при принятии решения об окончании предварительного следствия - все входящие в предмет доказывания обстоятельства совершенного деяния. Вот почему нельзя согласиться с мнением некоторых авторов^ о том, что пределы доказывания одинаковы для всех стадий уголовного процесса. Неоправданное расширение пределов доказывания на определенных этапах уголовного судопроизводства может привести к затягиванию срока принятия процессуальных решений и невыполнению назначения уголовного судопроизводства в целом. Наоборот, необоснованное сужение пределов доказывания влечет принятие необоснованных решений по делу.

Анализ теоретических основ теории доказывания позволяет сформулировать следующие выводы:

1) Доказывание представляет собой деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств для достижения объективной истины в уголовном судопроизводстве. При этом доказательство представляет собой единство содержания - сведений о фактах объективной действительности, и формы - установленных законом (ч. 2 ст. 74 УПК РФ) источников этих сведений. 2) 3) Собирание доказательств состоит в осуществлении участниками процесса поисковых, познавательных, удостоверительных и правообеспечительных операций, в целях восприятия в достаточно большом объеме информации, заключенной в следах преступления и запечатления ее в материалах дела. 4) ‘ Михайловская И., Петрухин И. Некоторые вопросы теории судебных ^доказательств // Советская юстиция. 1964. № 5. С. 7; Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы їіроцессуального доказывания. Казань, 1976. С. 72.

5) Проверка доказательств производится дознавателем, следователем, прокурором и судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство. 6) 7) Оценка доказательств осуществляется с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства — достаточности для разрешения уголовного дела. При этом относимость выражается в наличии связи между содержанием доказательства и преступлением, допустимость - в соблюдении закона при его формировании, достоверность - в соответствии доказательства объективной действительности, а достаточность собранных доказательств в совокупности - в наличии установленного пределами доказывания необходимого и достаточного объема доказательств, входящих в предмет доказывания. 8) § 3. Процессуальные особенности доказывания отдельных видов преступлений как самостоятельное направление теории доказывания

Процесс доказывания неразрывно связан с содержательной стороной доказательства - сведениями о совершенном преступлении, попадающем под ту, или иную статью УК РФ. В зависимости от сведений, которые необходимо получить, субъект доказывания выбирает тот или иной источник фактических данных, выбирает способы проверки доказательств и осуществляет их оценку. При этом, оценивая достаточность собранных доказательств, дознаватель, следователь, прокурор или суд неминуемо ориентируются на содержание предмета доказывания, которое, в свою очередь, напрямую зависит от того вида преступлений, доказывание которого осуществляется. Изучение такого взаимодействия и взаимосвязи, влияния наиболее общих признаков отдельных категорий преступлений на применение элементов и понятий доказывания в деятельности по расследованию преступлений, представляет не только научный, но и практический интерес, поскольку позволяет более эффективно осуществлять борьбу с преступностью. Именно поэтому в криминалистической науке обстоятельно разработан раздел - методика расследования отдельных видов и групп преступлений (криминалистическая методика)’.

Учеными давно замечена тесная связь теории доказывания и криминалистики - науки «о закономерностях механизма преступления, возникновения информации о преступлении и его участниках, собирания, исследования, оценки и использования доказательств и основанных на познании этих закономерностей специальных средств и методов судебного исследования и предотвращения преступлений»^. Обе эти отрасли знания имеют единую методологическую основу (теорию познания диалектического материализма), одинаковые задачи (разработка рекомендаций, обеспечивающих раскрытие преступлений, изобличение виновных, недопущение привлечения к ответственности невиновных, а также предупреждение преступных деяний), общую нормативную базу (уголовно-процессуальное право). Именно поэтому в работах криминалистов затрагиваются вопросы доказательственного права и теории доказательств, а процессуалисты в своих трудах касаются криминалистических аспектов доказывания.

Это обстоятельство и обуславливает необходимость в разграничении предмета теории доказывания и криминалистики. В ходе дискуссии по данному вопросу высказываются различные мнения. В частности, А.Н. Васильев отводит криминалистике служебную, и в определенной степени

’ См., например: Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. М., 1979. Т 4; Криминалистика / 2-е изд., перераб. и доп. под. ред. Филиппова А.Г. М., 2000. С. 405- 669.

Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общие и частные теории. М., 1987. С. 59.

вспомогательную роль, придавая ей значение прикладной по отношению к фундаментальной науке уголовного процесса. А теорию доказательств он рассматривает как руководящий метод криминалистики’. По этому поводу в литературе верно отмечено, что «ни одна наука, претендующая на самостоятельное существование, не является вспомогательной по отношению к другой науке. Наука может быть вспомогательной только по отношению к практике, использующей ее положения. Но в этом случае вспомогательной можно назвать и уголовно-процессуальную науку, также «обслуживающую» практику. Между самостоятельными науками не может быть отношений подчиненности»^.

Нельзя признать правильным и выраженное в литературе мнение о том, что теория доказательств в области процесса доказывания органически должна войти в общую теорию криминалистики, что теория доказательств в уголовном процессе должна заниматься лишь изучением доказательственного права и процессуальных принципов теории доказательств^. Такой подход явно недооценивает роль процессуальной науки. Криминалистика, разумеется, влияет на развитие теории доказательств в уголовном процессе, но это отнюдь не означает, что, наряду с процессуальной теорией, может и должна существовать какая-то особая «криминалистическая» теория доказательств. Двух подлинно научных теорий, имеющих один и тот же предмет, быть не може/.

По мнению В.Я. Колдина, криминалистика и теория доказательств при общей области исследования имеют различный предмет. Предметом теории доказательств является система правоотношений, реализуемая в

1

Васильев А.Н. Критические замечания о соотношении криминалистики и уголовно- процессуальной теории доказательств // Советское государство и право. 1979 № 4. С. 87-89.

Белкин Р.С. Закон, уголовно-процессуальная наука и криминалистика // Советское государство и право. 1979. № 4. С. 84-86.

^ Винберг А.И. Теория судебных доказательств в науке советской криминалистики // Советское государство и право. 1977. № 12. С. 72-73.

Пантелеев И.Ф. Предмет советской криминалистики и смежные науки // Советское государство и право. 1982. № 10. С. 78-79.

Процессе доказывания, а предметом криминалистики - осуществляемый в рамках этих отношений информационно-познавательный процесс’. Опираясь на это суждение, О.Я. Баев приходит к выводу, что главное при разграничении предметов рассматриваемых областей знания заключается в целях изучения ими закономерностей, связанных с возникновением, сохранением и передачей информации. Цель изучения информационных закономерностей теорией доказательств - учет их самих и результатов их проявления в возникновении и развитии норм доказательственного права, его институтов и систем. Криминалистика же исследует закономерности возникновения, сохранения и переработки информации в целях оптимизации средств и способов информационно-познавательной деятельности при расследовании преступлений и рассмотрении уголовных дел в суде^.

с подобными рассуждениями трудно согласиться. Нельзя противопоставлять процессуально-правовой и информационно- познавательный аспекты доказывания и делать вывод, что теория доказательств изучает только правовые отношения. Наука уголовного процесса, изучая конкретную разновидность правовых отношений, не может не вникать в их содержание, в сущность явлений, связанных с установлением истины, поскольку уголовное судопроизводство - это прежде всего деятельность, облеченная в форму правоотношений. Точно так же теория доказательств изучает не только правоотношения в сфере доказывания, но и доказательственную деятельность. Следовательно, предметом теории доказывания являются и процессуально- правовой, и информационно-познавательный аспекты этой деятельности. И конечной целью (задачей) этой отрасли знаний является выработка рекомендаций не

’ Колдин В.Я. Предмет криминалистики // Советское государство и право. 1979 №4. С. 83.

Баев О.Я. Предмет криминалистики и теория судебных доказательств // Правоведение. 1983. № 3. С. 98-99.

ТОЛЬКО по совершенствованию норм доказательственного права, но и практики их применения.

Таким образом, связь между теорией доказательств и криминалистикой выражается в общности их объекта - доказательственной деятельности. На совпадение объектов исследования теории доказывания и криминалистики еще в 1970 г. указывал Р.С. Белкин’, отмечавший, что каждая из названных наук изучает доказывание в своем аспекте и в своих целях. Думается, что такой подход к теории доказывания определяет ее междисциплинарный, комплексный характер и лишает практического смысла споры о том, относится ли эта теория к науке уголовного процесса или к криминалистике. Для практики доказывания не столь важно, какая из данных наук обладает приоритетом на исследование определенных закономерностей, хотя это имеет значение в гносеологическом, науковедческом и дидактическом планах.

Различие же состоит в предмете исследования. Представляется верным мнение авторов, полагающих, что теория доказательств изучает процессуально- правовую сторону доказывания, то есть доказательственную деятельность, урегулированную нормами права, а криминалистика разрабатывает проблемы техники, тактики и методики расследования преступлений и рассмотрения уголовных дел, которые не регламентированы законом^.

При этом в литературе неоднократно отмечается, что в современных условиях теория доказательств приобретает все черты комплексной области знания, которую невозможно разрабатывать в рамках только одной из рассматриваемых наук. Ее проблемы должны исследоваться совместными усилиями и процессуалистов, и криминалистов^.

’ Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы Криминалистики. М., 1970. С. 42.

^ Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Указ. соч. С. 21-23.

^ Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Указ. соч. С. 26: Белкин А.Р. Указ. соч. Введение

Наукой и практикой объективно подтверждено влияние тех или иных видов и групп преступлений на их доказывание. Такое влияние распространяется не только на криминалистические, но и на процессуальные аспекты доказывания различных видов преступлений, что еще раз подтверждает комплексный характер теории доказательств.

Например, согласно данным ГИЦ МВД РФ, удельный вес преступлений экономической направленности, расследование по которым в 2002 г. было окончено свыше двухмесячного срока, установленного УПК РФ, составил свыше 75 % от числа оконченных, тогда как в целом этот показатель не превышает 35 %.

Действительно, почти все понятия теории доказывания, такие как предмет, пределы, доказательства, способы их собирания, проверки и оценки приобретают законченное конкретное содержание и характерные признаки, а, следовательно, могут наиболее эффективно использоваться на практике только тогда, когда они рассмотрены и изучены в связи с оказанным на них влиянием норм уголовного и других отраслей права, которые характеризуют тот или иной вид преступлений.

Еще в 1973 г. В.Д. Арсеньев пишет: «… намечается создание еще одной отрасли теории судебных доказательств, где потребуются совместные усилия процессуалистов и криминалистов - особенности доказывания по отдельным категориям уголовных дел»\ Однако только недавно стали появляться первые работы в этом направлении. В 1997 г. состоялась защита кандидатской диссертации С.Н. Перлова «Доказывание при расследовании дел о дорожно- транспортных происшествиях»^, в 2000 г. - Т.В. Жуковой защищена кандидатская диссертация «Особенности доказывания незаконного сбыта наркотических средств, совершенных

’ Арсеньев В.Д. О соотношении криминалистики и теории судебных доказательств // Вопросы криминалистической методологии, тактики и методики расследования // Материалы Минской научной конференции. Минск, 1973. С. 21-22.

Перлов С.Н. Доказывание при расследовании дел о дорожно-транспортных происшествиях. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. М., 1997.

организованными группами»’. В 2001 г. увидела свет статья С.И. Бедрина «Некоторые особенности доказывания при расследовании мошенничества, совершенного группами в жилиш,ной сфере»^.

Несмотря на то, что отечественные правоведы уже приступили к рассмотрению процессуальных особенностей доказывания отдельных видов и групп преступлений, до настоящего времени, к сожалению, в науке не была предпринята попытка их выделения в самостоятельное направление теории доказывания. Соответственно, не рассматривалось соотношение процессуальных особенностей доказывания отдельных видов преступлений как направления теории доказывания и ряда положений криминалистической методики, таких как криминалистическая характеристика преступлений, следственная ситуация, этапы расследования преступлений и др.

Понимание соотношения теории доказательств и криминалистики в рассмотрении законодательно закрепленной уголовно-процессуальной деятельности и не отраженных в законе (но не менее важных) рекомендаций по технике, тактике и методике расследования преступлений, на наш взгляд, позволяет поставить вопрос и о процессуальных особенностях доказывания отдельных видов преступлений.

Исходя из рассмотрения методики расследования отдельных видов и групп преступлений (криминалистической методики) как системы научных положений и разрабатываемых на их основе рекомендаций по раскрытию и расследованию преступлений конкретных видов и групп^, логично прийти к выводу, что в рамках методики не рассматриваются вопросы процессуально- правовых особенностей доказывания отдельных

’ Жукова Т.В. Особенности доказывания незаконного сбыта наркотических средств, совершенного организованными группами. Дисс…. канд. юрид. наук. М., 2000. ^ Рукопись, написанная в Волгограде в 2001 г., депонирована в ИНИОН РАН. ^ Криминалистика. Учебник для высших юридических учебных заведений / 2-е изд., перераб. и доп. под. ред. Филиппова А.Г. М.. 2000. С. 405.

ВИДОВ преступлений, которые объективно существуют в действительности и отражены в законодательстве.

Необходимо отметить, что речь идет не только о доказывании отдельных категорий уголовных дел и в отношении отдельных категорий лиц, которые закреплены в части четвертой УПК РФ, но и об особенностях доказывания отдельных видов преступлений, которые прямо в УПК РФ не предусмотрены, но по-разному влияют на порядок применения норм о доказывании в зависимости от своего вида.

Это влияние выражается, прежде всего, в содержании предмета доказывания, которое непосредственно зависит от того или иного вида преступлений; в пределах доказывания в стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, порядке оценки достаточности собранных доказательств для принятия решения о возбуждении уголовного дела, предъявления обвинения, составления обвинительного заключения (обвинительного акта), а также принятия решения о прекращении уголовного дела.

Во-вторых, в зависимости от отдельных видов преступлений меняется конкретное содержание сведений об этих преступлениях, а значит - выбор субъектом доказывания источников таких сведений, способов их процессуального поиска, обнаружения, фиксации, а также способов проверки и оценки доказательств.

Наконец, в самом УПК РФ прямо предусмотрены особенности судопроизводства по отдельным видам преступлений: в части преступлений, связанных с производством и оборотом алкогольной продукции, эти особенности закреплены в ч. 3 ст. 82 УПК РФ, регламентирующей порядок хранения вещественных доказательств - алкогольной продукции,

В криминалистической методике достаточно полно освещены вопросы выявления, раскрытия и расследования различных видов преступлений, тогда как процессуальные особенности их доказывания ни в

Криминалистике, ни в уголовном процессе, к сожалению, не отражены. Удобство рассмотрения процессуальных особенностей доказывания именно отдельных видов преступлений обусловлено тем, что все преступления одного вида обладают схожими, типичными признаками, влияющими на их доказывание, и изучение упомянутых особенностей позволяет применять выявленные закономерности в практической деятельности при доказывании преступлений, принадлежащих к тому или иному виду.

Исходя из изложенного, целесообразно ввести в теорию доказывания раздел о процессуальных особенностях доказывания отдельных видов преступлений, которые предлагается рассматривать по следующей структуре:

  1. Предмет доказывания отдельных видов преступлений.
  2. Особенности собирания, проверки и оценки доказательств отдельных видов преступлений в стадии возбуждения уголовного дела. Выяснение основания для возбуждения уголовного дела о преступлении того или иного вида (ч. 2 ст. 140 УПК РФ).
  3. Особенности собирания, проверки и оценки доказательств отдельных видов преступлений в стадии предварительного расследования, выявление оснований для предъявления обвинения и составления обвинительного заключения (обвинительного акта); прекращения уголовного дела.
  4. Предмет доказывания по каждому конкретному делу составляют обстоятельства, факты конкретного совершенного преступления, которые в каждом конкретном случае индивидуальны. Таким образом, при расследовании различных видов преступлений элементы предмета Доказывания неодинаковы, что влияет на применение норм о предмете и Пределах доказывания и на принятие решений по уголовным делам.

Для обоснования необходимости выделения в теории доказательств раздела о процессуальных особенностях отдельных видов преступлений

Представляется важным определить соотношение предмета доказывания с категориями других наук, изучающих сведения о преступлении, к которым относятся криминалистическая, уголовно-правовая и оперативно- розыскная характеристики преступления.

Наиболее важным понятием в этом ряду является криминалистическая характеристика преступления.

Ее определяют как систему присущих тому или иному виду преступлений особенностей, имеющих наибольшее значение для расследования и обуславливающих применение криминалистических методов, приемов и средств’, к основным элементам криминалистической характеристики преступлений, как правило, относят непосредственный предмет преступного посягательства, способ совершения и сокрытия преступления, обстоятельства, при которых готовилось и было совершено преступление (время, место, способ, условия охраны объекта и т.д.), особенности оставляемых преступниками следов (механизм следообразования в широком смысле), а также личность преступника и потерпевшего^.

Все указанные элементы криминалистической характеристики преступления, исходя из ее определения, направлены на наиболее эффективное применение криминалистических методов, приемов и средств с учетом особенностей отдельных видов преступлений, при этом ни указанные элементы, ни криминалистическая характеристика в целом не направлены на изучение влияния отдельных видов преступлений на нормы уголовно-процессуального закона и их практическое применение в зависимости от вида преступлений.

Необходимо также отметить, что в рамках криминалистической методики некоторые авторы выделяют такой элемент, как «круг обстоятельств, подлежащих установлению по каждому виду

’ Криминалистика / под. ред. Филиппова А.Г. Указ соч. С. 407.

^ Тям же С 407 преступлений», указывая при этом, что это не механическое воспроизведение предмета доказывания, а дополнительное установление тех обстоятельств, которые имеют важное криминалистическое значение’.

В литературе нет единого мнения о том, следует ли в конкретной частной методике выделять обстоятельства, подлежащие установлению в процессе расследования в качестве самостоятельного элемента методики, или отражать их в криминалистической характеристике преступления.

По мнению А.р. Белкина, правильное понимание содержания криминалистической характеристики преступления делает ненужным приведение в качестве самостоятельного структурного элемента конкретной частной методики перечня обстоятельств, подлежащих доказыванию по данной категории уголовных дел, поскольку содержание криминалистической характеристики должно охватывать все элементы предмета доказывания с теми их особенностями, которые присущи именно расследованию конкретной категории преступлений. Иное решение вопроса неизбежно приводит либо к неполноте криминалистической характеристики, в которой не отражаются какие-то элементы предмета доказывания, дающие возможность судить о преступлении в криминалистическом аспекте, либо к дублированию содержания этих двух структурных элементов методики^.

Что же касается предмета доказывания по конкретной категории уголовных дел, то А.Р. Белкин отождествляет его с обстоятельствами, подлежащими установлению в процессе расследования, о соотношении которых с криминалистической характеристикой указано выше. Тем не менее, автор указывает, что «.. .круг этих обстоятельств, как правило, шире типового предмета доказывания, поскольку включает в себя обстоятельства, вытекающие из уголовно-правовой характеристики

’ Криминалистика / под. ред. Филиппова А.Г. Указ соч. С. 407. ^ Белкин А.Р. Указ. соч. С. 21- 22.

преступления»’, с этим утверждением нельзя согласиться, поскольку все обстоятельства, характеризующие деяние как преступление, включены в элементы предмета доказывания и являются его составляющими.

Л.Д. Кокорев и Н.П. Кузнецов считают, что криминалистическая характеристика совпадает по элементам с предметом доказывания, различие этих понятий заключается лишь в их детализации. Если элементы предмета доказывания одинаковы для всех преступлений, то в криминалистической характеристике рассматриваются особенности этих элементов для отдельной категории преступлений^.

Представляется, что и в этом случае соотношение понятий показано не совсем верно, поскольку элементами криминалистической характеристики являются не только элементы предмета доказывания отдельных категорий преступлений, но и закономерности следообразования, действия по сокрытию преступления и т.д.

В этой связи необходимо, по нашему мнению, выделять такое понятие, как предмет доказывания отдельных видов преступлений, рассматривая такие его признаки, свойства и закономерности, которые необходимы для правильного и эффективного доказывания и реализации назначения уголовного судопроизводства. В этом состоит функционально- целевое отличие предмета доказывания отдельных видов преступлений от криминалистической характеристики преступления.

Выделяя в качестве самостоятельного понятия предмет доказывания отдельных видов преступлений, необходимо также отразить его соотношение с упомянутой уголовно-правовой характеристикой преступления, в науке и на практике под уголовно-правовой характеристикой преступления обычно понимается совокупность его признаков, характеризующих деяние как преступное. При этом понятие

’ Тамже. С. 21

^ Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Указ. соч. С. 51-56.

уголовно-правовой характеристики тождественно понятию «состав преступления»’.

На наш взгляд, соотношение уголовно-правовой характеристики преступления (состава преступления) с предметом доказывания отдельного вида преступления представляет собой соотношение целого и части, поскольку элементы состава преступления являются обязательными, но не единственными элементами предмета доказывания. Именно наличие или отсутствие в конкретном деянии признаков преступления позволяет квалифицировать их как преступные и уголовно наказуемые. Вместе с тем, помимо обстоятельств, содержащих признаки субъекта, субъективной стороны, объекта и объективной стороны состава преступления, доказыванию по уголовному делу подлежат также обстоятельства, индивидуализирующие деяние (время, место, способ), а также иные обстоятельства (причины и условия, способствовавшие совершению преступления; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание и т.д.).

Как одну из типовых информационных моделей преступлений определенного вида некоторые авторы выдвигают идею формирования специфической оперативно-розыскной характеристики преступления - обобщенной информационной модели преступного события, имеющей специальную оперативно-розыскную направленность. В оперативно- розыскную характеристику преступления предлагается включать обобщенные данные о социально-экономических факторах в сфере охраны тех или иных прав, переменные данные о состоянии, динамике, структуре и уровне преступных посягательств, данные статистики об эффективности мер по борьбе с тем или иным видом преступлений, данные о способах

’ См., например: Уголовное право. Общая часть / Под ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1994. С. 88; Лазебник Ю.В. Уголовная ответственность за самогоноварение. Дисс… Канд. юрип. наук. М., 1989 и др.

совершения и сокрытия преступлений данного вида, структуре преступных групп и о личности преступника’.

Не вдаваясь в полемику о целесообразности научного исследования оперативно- розыскных характеристик, отметим, что предмет доказывания по отдельным видам преступлений отличается от оперативно-розыскной характеристики так же, как и от криминалистической характеристики преступлений. Это отличие заключается как в структуре, так и функционально-целевом назначении рассматриваемых определений.

Таким образом, предмет доказывания отдельных видов преступлений, как часть процессуальных особенностей их доказывания, представляет собой совокупность типичных обстоятельств преступлений отдельного вида, входящих в их предмет доказывания, и позволяет выявить и изучить закономерности их влияния на применение норм уголовно- процессуального права, которые не рассматриваются в рамках криминалистики (криминалистическая характеристика преступления), уголовного права (уголовно-правовая характеристика) и теории оперативно-розыскной деятельности (оперативно-розыскная

характеристика).

Анализ теоретических проблем доказывания позволяет сделать следующие выводы и предложения:

1) В теорию доказывания предлагается ввести раздел о процессуальных особенностях доказывания отдельных видов преступлений по следующей структуре:

  • предмет доказывания отдельных видов преступлений.
  • особенности собирания, проверки и оценки доказательств отдельных видов преступлений в стадии возбуждения уголовного дела. Пределы доказывания отдельного вида преступлений в стадии возбуждения уголовного дела - выяснение основания для возбуждения уголовного дела той или иной категории.
  • Белкин А.Р. Ука-Ї. соч. С. 107-108

  • особенности собирания, проверки и оценки доказательств отдельных видов преступлений в стадии предварительного расследования, пределы доказывания отдельных видов преступлений в стадии предварительного следствия - выявление оснований для предъявления обвинения и составления обвинительного заключения (обвинительного акта); прекращения уголовного дела.

2) В рамках процессуальных особенностей доказывания отдельных видов преступлений целесообразно выделять предмет доказывания отдельных видов преступлений, который отличается от криминалистической и оперативно- розыскной характеристик преступления по структуре и функционально- целевому назначению. 3) 4) Предмет доказывания отдельных видов преступлений соотносится с уголовно-правовой характеристикой преступления (составом преступления) как целое и часть, поскольку элементы состава преступления являются обязательными, но не единственными элементами предмета доказывания.

60

ГЛАВА II

ПРЕДМЕТ ДОКАЗЫВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВА, ПРИОБРЕТЕНИЯ, ПЕРЕВОЗКИ, ХРАНЕНИЯ И СБЫТА НЕМАРКИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ ПРОДУКЦИИ

Определяя процессуальные особенности доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции, остановимся на каждом элементе предмета доказывания этого вида преступлений.

Наиболее важными являются элементы предмета доказывания, образующие состав преступления’: объект, объективная сторона, субъект и субъективная сторона преступления. Именно эти признаки деяния характеризуют его как преступное и, в зависимости от их наличия или отсутствия, определяют необходимость принятия того или иного решения по делу.

Объект позволяет раскрыть социально-политическую природу производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции, а в силу этого - и необходимость борьбы с этими деяниями.

Объект - охраняемые законом общественные отношения, в отношении которых совершается преступное посягательство. В теории уголовного права принято деление объекта преступления по видам на общий, родовой (специальный) и непосредственный^. Общим объектом (на

’ Состав преступления - это совокупность обязательных объективных и субъективных признаков, установленных законом, характеризующих общественно- опасное деяние, как преступное. См.: Советское уголовное право. Общая часть. М., 1988. С. 67, 69 и др.; Куринов Б.А. Научные основы квалификации преступлений. М., 1984. С. 32; Уголовное право. Общая часть / Под. ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1994. С. 84.

^ См., например: Уголовное право. Общая часть. Указ. соч. С. 90-92; Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений. Л., 1979; Коржанский Н.И. Объект и предмет уголовно-правовой охраны. М., 1980; Лазебник Ю.В. Уголовная ответственность за самогоноварение. Дисс…. канд. юрид. наук. М., 1989. глава 2, § 1.

который посягает каждое преступление) является совокупность общественных отношений, охраняемых уголовным правом. Непосредственным объектом является одно общественное отношение, всегда нарушаемое при совершении того или иного преступления. Определение родового объекта, как группы однородных и взаимосвязанных общественных отношений, охраняемых уголовным правом, необходимо для систематизации преступлений, определения степени их общественной опасности и отграничения от других посягательств. Некоторые преступления посягают на несколько объектов сразу и являются многообъектными. В науке уголовного права выделяют основной и дополнительные объекты по признаку важности защиты той или иной категории общественных отношений.

Для характеристики объекта производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции наиболее важно определить родовой объект этих деяний, то есть выделить ту группу общественных отношений, на которые они посягают.

Статья 171-1 УК РФ не случайно помещена в главу 22 «Преступления в сфере экономической деятельности» раздела VIII «Преступления в сфере экономики». Уже одно это обстоятельство свидетельствует о том, что законодатель стремился поставить под охрану именно соответствующие экономические отношения, производство, приобретение, хранение, перевозка с целью сбыта и сбыт немаркированной алкогольной продукции прежде всего наносят ущерб экономическим интересам РФ за счет уменьшения доходной части казны от неуплаты в бюджет стоимости специальных и акцизных марок.

Цель охраны экономических интересов государства указана в качестве основной и в соответствующих законах, устанавливающих маркировку алкогольной продукции, как специальными так и акцизными марками’.

Таким образом, основным родовым объектом производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции являются экономические интересы Российской Федерации, выраженные в общественных отношениях по надлежащей маркировке алкогольной продукции и оплате в бюджет акцизов в виде стоимости специальных и акцизных марок.

Помимо пополнения государственной казны, маркировка алкоголя обеспечивает его надлежащее качество и защищает потребителя от подделки. Так, в соответствии со ст. ст. 1, 12 и 13 Федерального закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» государственное регулирование производства и оборота алкогольной продукции направлено не только на защиту экономических интересов Российской Федерации, но и на повышение ее качества. Это выражается, например, в том, что качество ввозимых на территорию России и подлежащих маркировке спиртных напитков должно быть не ниже качества, предусмотренного соответствующими стандартами, а в целях защиты от подделок субъекты Российской Федерации вправе вводить специальные защитные меры в отношении поступающих в розничную продажу спиртных напитков.

Необходимость обеспечения оборота качественной алкогольной продукции имеет важное значение. Так, за 11 месяцев 2001 года только на территории Московской области количество лиц, погибших с диагнозом «отравление некачественной алкогольной продукцией» составило 2 249

’ См. ст. 1 Федерального Закона РФ № 171-ФЗ от 22 ноября 1995 г. «О Государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции», (в редакции Федерального Закона РФ Jyfo 18-ФЗ от 7 января 1999 г.) // Российская газета. 1999. 19 января; ст. ст. 3, 179-206 Налогового кодекса РФ // Российская газета. 1998. 6 августа; Российская газета. 2000. 10 августа.

человек, а за и месяцев 2002 года их количество составило уже 2 826

человек\

Вышесказанное позволяет сделать вывод о том, что дополнительным родовым объектом производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции является здоровье населения.

Неразрывно с объектом преступления связан его предмет, который является материальным выражением объекта. Предмет - это те вещи материального мира, воздействуя на которые субъект причиняет вред объекту преступления^.

Анализ уголовно-правовой нормы, предусматривающей ответственность за производство, приобретение, перевозку, хранение и сбыт немаркированной алкогольной продукции, по нашему мнению, свидетельствует о том, что это преступление беспредметно. Определяя предмет преступления, В.К. Глистин указывает: «… Те предметы, которые стоят вне охраняемого общественного отношения, не относятся к объекту. Будучи компонентом преступления, они служат орудием воздействия на общественные отношения, в этом случае они являются элементом объективной стороны»^. Поскольку немаркированная алкогольная продукция является незаконной, она не может быть признана предметом таких деяний.

Объективная сторона”^ производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции включает в

’ По данным Бюро СМЭ Главного Управления Здравоохранения администрации Московской области.

^ См.: Трофимов С.В. Ответственность за занятие незаконным промыслом. Киев 1968. С. 25.

^ Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений. Л., 1979. С. 25.

Объективная сторона - это внешнее проявление преступления, проявление Преступного поведения и объективной действительности. См.: Уголовное право. Общая Часть / Под. ред. Б.В. Здравомыслова. М., 1994. С. 92; Тимейко Г.В. Общее учение об объективной стороне преступления. Ростов-на-Дону, 1977.

себя несколько элементов, подлежащих доказыванию. Так, по каждому уголовному делу необходимо установить время, место и способ совершения преступления. Именно способы совершения рассматриваемого преступления отражены в диспозиции ст. 171-1 УК РФ, Что же касается времени и места совершения преступления, то данные обстоятельства индивидуализируют деяние, определяя его пространственные и временные характеристики.

Законодатель в ст. 73 УПК РФ не указал, насколько точно должны быть установлены время и место, чтобы признать эти признаки доказанными.

Представляется, что по рассматриваемой категории уголовных дел следует детализировать место совершения преступления до почтового адреса или других соответствующих координат (километр дороги и т.д.), а время - с указанием даты и часов. Именно такая степень детализации времени и места рассматриваемой категории преступлений необходима и достаточна для признания указанных обстоятельств доказанными в ходе предварительного расследования.

Определение способов совершения преступлений, связанных с немаркированной алкогольной продукцией, - производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта, представляет определенную сложность, поскольку в настоящее время отсутствует соответствующее постановление Пленума Верховного Суда РФ, разъясняющее эти понятия. В этой связи, определить указанные способы возможно исходя из понятий, выработанных наукой уголовного права и отраженных в действующем законодательстве относительно других видов преступлений.

Производством алкогольной продукции является ее изготовление с получением готового продукта, содержащего свыше 1,5 % этилового спирта от объема готовой продукции, и его упаковка в тару, пригодную

ДЛЯ розничной реализации . В действующем законодательстве упомянуто только промышленное производство алкогольной продукции^, то есть производство такой продукции юридическим лицом, но ст. 171-1 УК РФ предусматривает производство, как таковое, которое может незаконно осуществляться гражданами без регистрации в качестве предпринимателей без образования юридического лица, а также без регистрации юридического лица.

Под приобретением немаркированной алкогольной продукции следует понимать любую форму ее получения, как безвозмездную, так и возмездную, в том числе и покупку.

Хранение выражается в действии, а иногда в бездействии виновного, которое состоит в том, что изготовитель алкогольной продукции или другое лицо по его просьбе хранят, то есть содержат алкогольную продукцию в своем жилище или укрывают в подсобных помещениях, хозяйственных постройках или специальных хранилищах. Хранение по своей правовой природе является длящимся преступлением, оно признается оконченным или при обнаружении хранимых напитков, или при их добровольной выдаче, или после уничтожения либо потребления.

Под перевозкой алкогольной продукции понимается любое ее перемещение. По нашему мнению, перевозкой также является погрузка на транспорт и разгрузка.

Сбыт - это действия лица, как состоящие в продаже немаркированной алкогольной продукции, так и иные действия, связанные с их возможной передачей другим лицам за выполнение различного рода работ либо получение услуг. Анализируя сбыт самогона (действия, аналогичного по сути сбыту немаркированной алкогольной продукции), С.С. Яценко

’ Ст. 2 Федерального Закона № 171-ФЗ от 22 ноября 1995 г. (в ред. Федерального Закона № 18-ФЗ от 7 января 1999 г.) «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции». Комментарий. С-Пб., 2000. С. 6-7.

^ Федеральный Закон № 171-ФЗ от 22 ноября 1995 г. Комментарий. Указ. соч., С.

пишет: «.. Под сбытом в данном случае понимается продажа и другие действия, связанные с извлечением материальных выгод - обмен на другие товары, оплата за работу» ^

По нашему мнению, производство, приобретение, хранение и перевозка в целях сбыта немаркированной алкогольной продукции образует состав оконченного преступления независимо от того, приступил виновный к сбыту или нет. Данное положение основано на разъяснениях Пленума Верховного Суда СССР по самогоноварению, состав которого, как отмечалось выше, аналогичен рассматриваемому деянию^.

По изученным делам в 32 % случаях способом совершения преступления выступало производство, в 1,6 % - приобретение, в 9,3 % - перевозка, в 16,1 % - хранение и в 41 % случаях - сбыт немаркированной алкогольной продукции.

Объективную сторону производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции характеризует и то обстоятельство, что указанные действия должны быть совершены в крупном и особо крупном размере. Крупным размером в ст. 171-1 УК РФ признается стоимость алкогольной продукции, в 200 раз превышаюш,ая МРОТ, а в особо крупном - в пятьсот. Иными словами, законодатель признает, что преступными являются действия только со значительным количеством немаркированных товаров и продукции и четко указывает размер этой значительности.

В случае, если указанное деяние совершается с алкогольной продукцией, сумма которой ниже 200 МРОТ, оно образует состав

’ Яценко С.С. Уголовно-правовая борьба с пьянством и алкоголизмом. Киев, 1997.

С. 25.

^ Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 15 от 1 ноября 1985 г. «О Практике применения судами законодательства, направленного на усиление борьбы с Пьянством и алкоголизмом» // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1986. № 1. С. 7 административного правонарушения, предусмотренного ст. 15.12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях’.

Элементами объективной стороны состава преступления также являются последствия деяния и причинная связь между деянием и его последствиями. Тем не менее, ст. 171-1 УК РФ сконструирована как формальный состав, то есть уголовная ответственность за производство, приобретение, хранение, перевозку и сбыт немаркированной алкогольной продукции наступает вне зависимости от наступления общественно- опасных последствий. В этой связи по данным уголовным делам нет необходимости доказывать последствия деяния и причинную связь.

По каждому уголовному делу необходимо доказать, что деяние совершено конкретным лицом, а также обстоятельства, характеризуюш;ие его личность, возраст, вменяемость. Субъектом^ рассматриваемого вида преступлений является вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет. Субъектами могут быть руководители предприятий, индивидуальные предприниматели, а также лица, занимающиеся подобной деятельностью без регистрации и при отсутствии соответствующей лицензии^.

По делам о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции необходимо исследовать не только эти признаки субъекта, но и роль каждого участника преступления, если оно совершено в составе организованной группы.

Рассматриваемое деяние совершается в составе организованной группы достаточно часто. Например, по более чем 30 % дел данной категории, находившихся в производстве следователей органов внутренних дел Московской области, лица привлекались к уголовной

’ Кодекс РФ об административных правонарушениях. Федеральный Закон № 195- ФЗ от 30 декабря 2001 г. М., 2002.

^ Субъект преступления - это совершившее преступление лицо, на которое по закону может быть возложена обязанность отвечать перед государством за содеянное. См.: Лазарев A.M. Субъект преступления. М., 1981; Лейкина Н.С. Личность Гтреступника и уголовная ответственность. Л., 1968.

Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации: Научно- Гірактический комментарий / Отв. ред. В.М. Лебедев. М., 2001. С. 195.

ответственности за совершение перевозки, приобретения, хранения, производства и сбыта немаркированной алкогольной продукции в составе организованной группы’.

Применительно к производству, приобретению, перевозке, хранению и сбыту немаркированной алкогольной продукции под организованной группой следует понимать устойчивую группу из двух и более лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Как правило, такая группа тщательно готовит и планирует преступление, распределяет роли между соучастниками, оснащается технически. Организованной группе, как квалифицирующему признаку рассматриваемого вида преступлений, присущи высокий уровень организованности, планирование, распределение ролей. Об устойчивости свидетельствует объединение двух и более лиц на сравнительно продолжительное время для совершения одного или нескольких преступлений, но сопряженного с длительной совместной подготовкой либо сложным исполнением. Организованность - это подчинение участников группы указаниям одного или нескольких лиц, решимость организованно достигать осуществления преступных намерений.

Объем участия в совершении преступления бывает различным. Некоторые члены организованной группы могут выполнять лишь часть действий, составляющих объективную сторону (осуществлять погрузку или разгрузку немаркированной алкогольной продукции, осуществлять ее подготовку к сбыту и т.д.), другие - осуществлять поиск мест сбыта и приобретения такой продукции. Даже если такие действия не выходят за рамки пособничества, но налицо устойчивые связи всех ее участников, они должны рассматриваться как соисполнительство и квалифицироваться без ссылки на ст. 33 УК РФ. Участие в организованной группе может выражаться и согласованным совершением преступлений рассматриваемой категории: одни члены организованной группы могут

’ Данные ИЦ ГУВД Московской области.

совершать производство немаркированной алкогольной продукции, другие - ее перевозку, третьи — сбыт\

Особую сложность по делам о преступлениях рассматриваемой категории имеет доказывание субъективной стороны^ состава преступления.

Все преступные действия с немаркированной алкогольной продукцией могут быть совершены только с прямым умыслом, когда виновный осознает характер и степень общественной опасности своего деяния и желает его совершить. Как правило, указанные преступления совершаются из корыстных побуждений, однако законодательно закреплена и, как следствие, подлежит обязательному доказыванию только цель сбыта при производстве, приобретении, хранении и перевозке немаркированной алкогольной продукции. Диспозиция ст. 171-1 УК РФ - «производство, приобретение, хранение, перевозка в целях сбыта или сбыт…» - построена таким образом, что невозможно определить, предусмотрел ли законодатель цель сбыта в качестве обязательной для всех указанных действий или только для перевозки. Это обстоятельство вызывает определенные сложности в доказывании, поскольку заставляет рассматривать цель сбыта в качестве обязательного признака для всех указанных выше способов совершения преступлений^.

Представляется, что цель сбыта должна быть обязательным признаком для всех деяний рассматриваемой категории, в противном

’ Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации. Указ. соч. С. 45.

Под субъективной стороной преступления принято понимать психическую деятельность лица, непосредственно связанную с совершением преступления, которая включает в себя вину, мотив и цель. Вина - психическое отношение лица к совершаемому им преступлению. Мотив - обусловленные определенными потребностями и интересами внутренние побуждения, которые вызывают у лица решимость совершить преступление и которыми оно руководствуется при его совершении. Цель преступления есть мысленная модель будушего результата, к достижению которого стремится лицо при совершении преступления. См.: Рарог А.И. Общая теория вины в уголовном праве. М., 1980; Он же. Вина в советском уголовном праве. Саратов, 1987.

^ Комментарий к уголовному кодексу Российской Федерации: Научно- практический комментарий. Указ. соч. С. 195.

случае законные действия по производству алкогольной продукции (до ее маркировки), перевозке, приобретению и хранению в режиме налогового склада должны быть признаны преступными^

Предметом доказывания являются все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, поэтому по всем уголовным делам, в том числе и этой категории, необходимо установить обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, смягчающие и отягчающие наказание, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, а также способствовавшие совершению преступления.

К числу обстоятельств, исключающих преступность и наказуемость деяния относятся: необходимая оборона (ст. 37 УК РФ), причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ), крайняя необходимость (ст. 39 УК РФ), физическое или психическое принуждение (ст. 40 УК РФ), обоснованный риск (ст. 41 УК РФ), исполнение приказа или распоряжения (ст. 42 УК РФ). Ни одно из этих обстоятельств для рассматриваемой категории деяний не характерно - ни одно из изученных уголовных дел по указанным основаниям не прекращалось.

Перечень обстоятельств, смягчающих наказание, содержится в ст. 61 УПК РФ, но не является исчерпывающим. В этой связи, доказыванию подлежат конкретные факты, позволяющие сделать вывод о наличии такого обстоятельства. Обстоятельства, отягчающие наказание указаны в ст. 63 УК РФ и их перечень является исчерпывающим. Обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности для рассматриваемого вида преступлений, содержатся в ст. ст. 77 и 78 УК РФ, освобождение от наказания - ст. ст. 81 и 82 УК РФ. При этом лицо может быть освобождено от уголовной ответственности вследствие изменения обстановки (ст. 77 УК РФ) только в случае, если оно

Режим налогового склада будет рассмотрен ниже.

привлечено к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171-1 УК РФ, как преступления средней тяжести.

Выделение законодателем обстоятельств, способствовавших совершению преступления в ч. 2 ст. 73 УПК РФ, и применение к ним термина «выявление» свидетельствует о том, что, как правило, эти обстоятельства не имеют квалифицирующего значения. Вместе с тем, по делам о преступлениях рассматриваемой категории важное значение имеет установление условий, способствующих совершению преступления - недостатков бухгалтерского учета алкогольной продукции, бездеятельности органов, осуществляющих контроль за маркировкой и сбытом алкогольной продукции.

Необходимо отметить, что предмет доказывания производства немаркированной алкогольной продукции шире, чем предмет доказывания остальных деяний этого вида, что обусловлено особым порядком маркировки алкогольной продукции федеральными и региональными специальными марками организациями-производителями.

Водка, вино или иная алкогольная продукция являются фактически произведенными после расфасовки, розлива соответствующего напитка в упаковку. При этом процесс маркировки в производственном цикле следует непосредственно или через некоторое время после упаковки. Очевидно, что сразу же после схождения с конвейера изготовленной алкогольной продукции отсутствие на ней маркировки не означает совершение действий, попадающих под признаки преступления, предусмотренного ст. 171-1 УК РФ, однако, если такие действия совершены в нарушение законодательства, регулирующего маркировку алкогольной продукции, то они могут быть квалифицированы как преступные, в этой связи представляется целесообразным внимательно рассмотреть порядок маркировки алкогольной продукции при ее производстве с целью определения круга обстоятельств, подлежащих доказыванию по такому преступлению, как производство немаркированной алкогольной продукции, установлению источников, из которых могут быть получены сведения об этих обстоятельствах, а также способов получения таких сведений.

Способы маркировки алкогольной продукции зависят от вида маркировки. Так, маркировка алкогольной продукции федеральными специальными марками осуществляется производителем непосредственно после изготовления продукцииа маркировка региональными специальными марками - в режиме налогового склада^.

В настоящее время ответственность за маркировку алкогольной продукции федеральными специальными марками возложена на организации- производители, поэтому ответственность за производство немаркированной алкогольной продукции несет руководитель организации, а также лица, которые заведомо знали о том, что совершают преступные действия по производству продукции без федеральных специальных марок.

Нормативными актами не установлено время нанесения федеральных специальных марок на емкости с алкогольной продукцией, однако, принимая во внимание, что ее сбыт образует состав уголовно-наказуемого деяния, очевидно, что спиртные напитки должны быть маркированы федеральными специальными марками до их первой реализации и до маркировки региональными специальными марками. Естественно, что с

I

Постановление Правительства РФ № 1428 от 23 декабря 1999 г. «О маркировке алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» // Российская газета. 1999. 31 декабря; Письмо министерства по налогам и сборам (далее МНС) № ВБ-6-31/707 от 8 сентября 1999 г. «О положении «О хранении, учете и продаже специальных марок для маркировки алкогольной продукции» // Финансовая Россия. 1999. 21 сентября, № 35 (изм.: Письмом МНС № ВБ-6-31/810 от 12 октября 1999 г. и Письмом МНС № ПВ-6-19/281 от 14 апреля 2000 г.).

^ Статьи 193, 196-197 Налогового Кодекса РФ; Постановление Правительства РФ № 1023 от 27 декабря 2000 г. «Об утверждении правил изготовления и реализации региональных специальных марок для маркировки алкогольной продукции, а также осуществления авансовых платежей по акцизам на алкогольную продукцию» // Российская газета. 2001. 13 января. №№ 7-8.

момента производства до момента реализации может пройти значительный период времени, при этом немаркированная алкогольная продукция может храниться как с целью, так и без цели сбыта. При этом собранные доказательства о факте сбыта с места хранения части немаркированной алкогольной продукции еще не являются прямым доказательством хранения всей партии продукции с целью сбыта. Для доказывания такой цели на всю партию необходимо собирание дополнительных доказательств, свидетельствующих об отсутствии у виновного лица намерений по маркировке всей хранящейся алкогольной продукции. О наличии или отсутствии таких намерений свидетельствуют документы, составление которых предусмотрено действующим законодательством

Прежде всего необходимо отметить, что федеральные специальные марки выдаются территориальными органами Министерства Российской Федерации по налогам и сборам (далее органы МНС) только после предоставления копии лицензии (специального разрешения) на осуществление соответствующих видов деятельности с алкогольной продукцией, поэтому отсутствие лицензии означает невозможность выдачи организации федеральных специальных марок и, как следствие, невозможность маркировки хранящейся алкогольной продукции, В таком случае, соответственно, намерение маркировки продукции отсутствуют. Федеральные специальные марки также не будут выданы, если организация-производитель не поставлена на учет в органах Госкомстата РФ.

Кроме того, в бухгалтерии организации-производителя (при наличии намерения руководителя и главного бухгалтера предприятия маркировать изготовленные спиртные напитки) должно находиться платежное поручение с обязательным указанием идентификационного налогового

’ Письмо МНС РФ № ВБ-6-31/707 от 8 сентября 1999 г. «О положении о хранении, учете и продаже специальных марок для маркировки алкогольной продукции» // Финансовая Россия. 1999. 21 сентября. № 35.

номера (ИНН) организации, а в графе «назначение платежа» - «оплата за специальные марки для маркировки алкогольной продукции (крепкие)», или «оплата за специальные марки для маркировки алкогольной продукции (слабые)». Копия такого платежного поручения, выписка из банка, подтверждающая снятие перечисленных денежных средств со счета организации, копии лицензии и документ о постановке на учет в органах Госкомстата РФ, а также заявление организации-производителя на получение федеральных специальных марок и доверенность на их получение, находятся в соответствующих органах МНС и в своей совокупности являются основанием для выдачи марок. При выдаче марок делается соответствующая запись в журнале органа МНС «учета выдачи специальных марок для маркировки алкогольной продукции», а также составляется накладная в двух экземплярах, один из которых остается в органе МНС, а второй - у представителя организации-производителя.

Таким образом, отсутствие указанных выще документов в бухгалтерии организации-производителя, органах МНС и Госкомстата, свидетельствует об отсутствии возможности и, как следствие, намерения руководителя организации-производителя о маркировке произведенной алкогольной продукции.

Маркировке региональными специальными марками подлежит вся реализуемая алкогольная продукция, произведенная на территории РФ. Маркировка импортной алкогольной продукции такими марками не предусмотрена.

Региональные специальные марки наносятся в так называемом режиме налогового склада, в соответствии с которым установлены особые время, место и субъект такой маркировки. Режим налогового склада - это комплекс мер и мероприятий налогового контроля, осуществляемых налоговыми органами в отношении алкогольной продукции с момента окончания ее производства и (или) поступления на склад до момента ее отгрузки (передачи) покупателям. В соответствии с законодательством.

регулирующим региональную специальную маркировку, хранение и перевозка алкогольной продукции в режиме налогового склада до поставки (передачи) покупателям без региональных специальных марок не является уголовно- наказуемым деянием, поскольку указанная продукция, находясь под действием режима налогового склада не считается реализованной. Под действием режима налогового склада находится территория, на которой расположены производственные помещения, используемые налогоплательщиком для производства алкогольной продукции, а также находящиеся вне этой территории специально учреждаемые акцизные склады для ее хранения.

Таким образом, если немаркированная региональными специальными марками алкогольная продукция реализована помимо акцизного склада, либо хранится вне его территории, налицо преступные действия, предусмотренные ст. 171-1 УК РФ. В этой связи, каждый раз при доказывании хранения, перевозки в целях сбыта и сбыта алкогольной продукции без региональных марок, необходимо получить сведения о том, находились ли такая продукция, а также территория или транспортное средство, где она хранилась или перевозилась, под режимом налогового склада. На наш взгляд, эти сведения являются необходимым элементом предмета доказывания рассматриваемой категории преступлений.

О том, что организация имеет право на учреждение акцизного склада, свидетельствует специальное разрешение на его учреждение, которое выдается организациям-производителям, имеющим федеральную лицензию - Министерством РФ по налогам и сборам, а организациям- производителям и организациям оптовой торговли - управлениями Министерства РФ по налогам и сборам по субъектам РФ (далее управления).

Разрешения на учреждение акцизного склада выдается организации- производителю при наличии лицензии на производство, хранение и поставку алкогольной продукции, приборов для определения подлинности марок, а также компьютерной системы учета движения алкогольной продукции. Помимо соблюдения указанных условий, разрешение на учреждение акцизного склада выдается организации оптовой торговли при отсутствии задолженностей по уплате в бюджеты различных уровней, а также при наличии банковской гарантии на сумму свыше полутора миллиона рублей и обеспечении оборота алкогольной продукции на значительную сумму.

При выдаче разрешения на учреждение акцизного склада в соответствующий орган представляется заявление на выдачу, согласие администрации субъекта РФ, нотариально заверенные учредительные документы организации, справка об отсутствии задолженности, сведения об обороте, план территории и документ, подтверждающий наличие банковской гарантии.

В случае различных нарушений режима налогового склада, в том числе реализации продукции без марок или с поддельными марками, разрешение на учреждение акцизного склада может быть приостановлено или аннулировано.

Свидетельством того, что алкогольная продукция прошла налоговый контроль, является наличие на товарно-транспортной накладной и счете- фактуре штампа «отпуск разрешен», заверенного подписью налогового инспектора.

Данные о намерении руководителя акцизного склада осуществить маркировку оставшейся на складе алкогольной продукции региональными специальными марками содержатся в документах, аналогичных тем, которые составляются при получении в территориальных органах МНС федеральных специальных марок.

В установлении обстоятельств, составляющих предмет доказывания рассматриваемого вида преступлений, важное значение имеет его отграничение от смежных составов. Производство, приобретение, Перевозка, хранение и сбыт немаркированной алкогольной продукции могут совершаться не только «в чистом виде», но и в идеальной и реальной совокупности с другими преступлениями.

в УК РФ указано, что незаконные действия должны быть осуществлены именно с товарами и продукцией, подлежащими маркировке. В соответствии со ст. 2 Федерального Закона «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» маркировке подлежит алкогольная продукция - пищевая продукция, произведенная с использованием этилового спирта, произведенного из пищевого сырья, с содержанием этилового спирта более 1,5 % объема готовой продукции, за исключением пива.

Возникает вопрос: как квалифицировать деяние, если обнаружен немаркированный алкогольный суррогат? Будет ли состав преступления, если маркировка отсутствует на бутылках с жидкостью, не соответствующих государственному стандарту (ГОСТу) для водки или иного спиртного напитка? Если этикетка на упаковке указывает на то, что продукция алкогольная, а в действительности подделка изготовлена не на основе пищевого спирта, а на основе спирта этилового денатурированного (денатурата) или вообще из воды?

По нашему мнению, в таких случаях действия лица необходимо квалифицировать по совокупности составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 171-1 УК РФ и 159 (мошенничество) УК РФ, при доказанности фактов сбыта фальшивой алкогольной продукции под видом настоящей, поскольку виновный осуществлял действия с указанным товаром именно как с алкогольной продукцией, несмотря на то, что подделка фактически не являлась таковой.

В настоящее время отсутствуют разъяснения Пленума Верховного Суда РФ по поводу того, как квалифицировать действия обвиняемого, если он осуществляет преступные действия с алкогольной продукцией, маркированной поддельными марками, и осознает это. На практике к решению этого вопроса существует два подхода. Согласно первому действия обвиняемого квалифицируются по совокупности составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 171-1 и 327-1 (изготовление, сбыт поддельных марок акцизного сбора, специальных марок или знаков соответствия либо их использование) УК РФ, как преступные действия с немаркированной алкогольной продукцией и использование поддельных специальных марок или марок акцизного сбора. При других случаях, исходя из того, насколько поддельные марки похожи на настоящие, квалифицируют действия обвиняемого либо по указанной выше совокупности, либо только по ст. 327-1 УК РФ (в случае, если поддельная марка имеет существенное сходство с настоящей).

По нашему мнению, действия обвиняемого, осуществляющего производство, приобретение, перевозку, хранение или сбыт алкогольной продукции, маркированной поддельными марками, и осознающего это, должны квалифицироваться по совокупности составов преступлений, предусмотренных ст. ст. 171-1 и 327-1 УК РФ. В пользу такого решения проблемы свидетельствует тот факт, что алкогольная продукция, маркированная поддельными марками, и фактически, и юридически остается немаркированной в установленном законом порядке. Кроме того, при маркировке алкоголя поддельными марками, как и при отсутствии маркировки как таковой, экономические интересы Российской Федерации нарушаются в равной степени.

Лицо подлежит уголовной ответственности и в том случае, если алкогольная продукция маркирована не полностью (к примеру, на алкогольную продукцию нанесены федеральные специальные марки, а региональные специальные марки отсутствуют).

Таким образом, анализ предмета доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции позволяет сделать следующие выводы:

1) Предмет доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции составляют:

  1. Объект - экономические интересы Российской Федерации, выраженные в общественных отношениях по надлежащей маркировке алкогольной продукции и оплате в бюджет стоимости специальных марок и марок акцизного сбора. Помимо пополнения государственной казны, маркировка алкоголя обеспечивает его надлежащее качество и защищает потребителя от подделки. Анализ ст. 171-1 УК РФ, предусматривающей ответственность за производство, приобретение, перевозку, хранение и сбыт немаркированной алкогольной продукции, свидетельствует о том, что это преступление беспредметно. Поскольку немаркированная алкогольная продукция является незаконной, она не может быть признана предметом таких деяний.
  2. Объективная сторона данной категории преступлений включает в себя время, место и способ совершения преступления. Способы совершения данных преступлений отражены в диспозиции ст. 171-1 УК РФ, а время и место совершения преступления индивидуализируют деяние, определяя его пространственные и временные характеристики.
  3. Производством алкогольной продукции является ее изготовление с получением готового продукта, содержащего свыше 1,5 % этилового спирта от объема готовой продукции, и его упаковка в тару, пригодную для розничной реализации. В действующем законодательстве упомянуто только промышленное производство алкогольной продукции, то есть производство такой продукции юридическим лицом, но ст. 171-1 УК РФ предусматривает производство, как таковое, которое может незаконно осуществляться гражданами без регистрации в качестве предпринимателей.

Под приобретением немаркированной алкогольной продукции следует понимать любую форму ее получения, как безвозмездную, так и возмездную, в том числе и покупку.

Хранение выражается в действии, а иногда в бездействии, то есть содержании алкогольной продукции в жилище или укрытии в подсобных помещениях, хозяйственных постройках или специальных хранилищах.

Под перевозкой алкогольной продукции понимается любое ее перемещение. Перевозкой также является ее погрузка на транспорт и разгрузка.

Сбыт - это действия виновного, состоящие в продаже немаркированной алкогольной продукции, так и иные действия, связанные с их возможной передачей другим лицам за выполнение различного рода работ, либо получения услуг.

Объективную сторону производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции характеризует и то обстоятельство, что указанные действия должны быть совершены в крупном (свыше 200 МРОТ) и особо крупном (свыше 500 МРОТ) размере.

  1. Субъектом рассматриваемого вида преступлений является вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет. Субъектами могут быть руководители предприятий, индивидуальные предприниматели, а также лица, занимающиеся подобной деятельностью без регистрации и при отсутствии соответствующей лицензии.
  2. Субъективная сторона. Все преступные действия с немаркированной алкогольной продукцией могут быть совершены только с прямым умыслом, когда виновный осознает характер и степень общественной опасности своего деяния и желает его совершить. Как правило, указанные преступления совершаются из корыстных побуждений, однако законодательно закреплена, и, как следствие подлежит обязательному доказыванию, только цель сбыта при производстве, приобретении, хранении и перевозке немаркированной алкогольной продукции. Доказывать цель сбыта необходимо для всех указанных способов совершения преступлений рассматриваемого вида.
  3. Предметом доказывания являются все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, поэтому по всем уголовным делам, в том числе и этой категории, необходимо установить обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, а также способствовавшие совершению преступления.

2) Предмет доказывания производства немаркированной алкогольной продукции шире, чем у других деяний данной категории, что обусловлено особым порядком маркировки алкогольной продукции федеральными и региональными специальными марками. Эти обстоятельства представляют собой сведения о намерении руководителя организации-изготовителя маркировать алкогольную продукцию, а также о ее прохождении в режиме или вне режима налогового склада, что предопределяет факт хранения немаркированной алкогольной продукции в целях или без цели сбыта.

82

ГЛАВА III

ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗЫВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВА, ПРИОБРЕТЕНИЯ, ПЕРЕВОЗКИ, ХРАНЕНИЯ И СБЫТА НЕМАРКИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ ПРОДУКЦИИ В СТАДИИ ВОЗБУЖДЕНИЯ УГОЛОВНОГО ДЕЛА

§ 1 ? Значение стадии возбуждения уголовного дела в доказывании производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции

Возбуждение уголовного дела - первоначальная и самостоятельная стадия уголовного процесса, которая представляет собой регулируемую законом деятельность органа дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда и возникающие при ее осуществлении правовые отношения по приему, оценке и проверке информации о совершенном или готовящемся преступлении и принятии решения о продолжении или не продолжении уголовно-процессуальной деятельности^.

Стадия возбуждения уголовного дела служит правовым основанием для всех дальнейших процессуальных действий при расследовании и разрешении уголовного дела^.

Впервые возбуждение уголовного дела в качестве самостоятельной стадии уголовного процесса в 1958 г. выделяет М.С. Строгович^. Однако до сих пор в науке уголовного процесса обсуждается необходимость существования стадии возбуждения уголовного дела, ее понятие, границы и т.д.

’ Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. М., 1997. С. 232; Павлов Н.Е. Производство по заявлениям, сообщениям о прест^лениях. Волгоград, 1979. С. 16.

Химичева Г.П. Рассмотрение милицией заявлений и сообщений о преступлении. М., 1997. С. 12

^ Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 261.

Так, некоторые авторы отделяют деятельность по проверке заявлений и сообщений о преступлении от возбуждения уголовного дела и сводят последнее фактически к процессуальному решению, лишая возбуждение уголовного дела статуса стадии уголовного процесса\ Однако такие высказывания поддержки в научном мире не нашли. Следует, на наш взгляд, присоединиться к мнению Н.В. Жогина и Ф.Н. Фаткуллина о том, что деятельность по возбуждению уголовного дела не исчерпывается этим актом. Она охватывает также ряд других действий и отношений, подготавливающих акт о возбуждении уголовного дела (либо отказ в возбуждении уголовного дела) и направленных на проверку его законности и обоснованности^.

Вряд ли применимы и предложения о ликвидации стадии возбуждения уголовного дела и проверочных мероприятий, которые во время нее осуществляются^.

По нашему убеждению, более обоснованно мнение ученых’^, признающих возбуждение уголовного дела в качестве самостоятельной стадии уголовного процесса.

В том или ином виде рассматриваемая стадия предусмотрена в уголовно- процессуальном законодательстве многих стран (Франции, Болгарии, Польши, Венгрии, Чехословакии и других)^.

’ См. Тадевосян А.Р. Прокурорский надзор в СССР. М., 1956. С. 116-117. Балашов А. Действительно ли возбуждение уголовного дела — первоначальная стадия уголовного процесса? // Социалистическая законность. 1989. № 8. С. 53-54; Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962. С. 231.

^ Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С. 35.

^ См., например, Бажанов С. Оправдана ли так называемая доследственная проверка? // Законность. 1995. № 1. С. 51-53.

См., например: Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983. С. 6-7; Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовным делам. М., 1993. С.З; Уголовный процесс. Учебник для иностранных слушателей ВУЗов МВД СССР / под ред. В.П. Божьева, М., 1989. С. 140. и др.

^ Амбасса Леон Шанталь. Предварительное следствие в уголовном процессе России и Франции. Дисс… канд. юрид. наук М., 1999; Павлов Н.Е. Производство по заявлениям, сообщениям о преступлениях. Волгоград, 1979. С. 6-9; Махов В. Законодательство о возбуждении уголовного дела // Законность. 1997. № 1. С. 34-36

Перед стадией возбуждения уголовного дела стоит исключительно важная задача. Нельзя не согласиться с точкой зрения В.М. Савицкого, утверждающего, что «…производство следственных действий до возбуждения уголовного дела опасно тем, что исчезает необходимый барьер, ограждающий жизнь граждан от вмешательства органов власти, создается атмосфера бесконтрольности в применении мер государственного принуждения, ибо в этих случаях оказывается утраченным то единственное основание, которое позволяет правомерно ограничивать свободу и неприкосновенность личности»’.

Выдающийся дореволюционный юрист А.Ф. Кони пишет: «Ни последующее оправдание судом, ни даже прекращение дела до предания суду очень часто не могут изгладить материального и нравственного вреда, причиненного человеку поспешным и неосновательным привлечением его к уголовному делу»^.

При решении вопроса о возбуждении уголовного дела, по нашему мнению, должен быть решен не менее важный вопрос - стоит ли осуществлять дальнейшее производство по делу. Достоверное установление на данной стадии отсутствия признаков преступления либо наличия обстоятельств, исключающих производство по делу, влечет вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела и позволяет избежать работы «на корзину» - ненужного собирания доказательств деяния, не являющегося преступлением, или в предвидении прекращения уголовного дела^. Именно поэтому стадия возбуждения уголовного дела предусмотрена и в УПК РФ (ст. ст. 140-149).

I

Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора в уголовном судоп|)оизводстве. М., 1975. С. 102.

Кони А.Ф. Избранные произведения. Воспоминания. М., 1959. Т. 2. С. 401.

Этого же мнения придерживаются авторы «Теории доказательств в советском уголовном процессе»: «….задачей доказывания стадии возбуждения уголовного дела является установление наличия или отсутствия оснований для ведения уголовного судопроизводства». Указ. соч. С. 299.

Действующее законодательство устанавливает два условия возбуждения уголовного дела и начала предварительного расследования: поводы и основание.

Под поводами для возбуждения уголовного дела в юридической науке понимаются установленные уголовно-процессуальным законом источники, из которых полномочные органы государства или должностные лица получают информацию о совершенном или готовящемся преступлении и которые обязывают их принять решение о возбуждении уголовного дела или отказать в его возбуждении’.

УПК РСФСР 1960 г. предусматривал шесть поводов к возбуждению уголовного дела: заявления и письма граждан; сообщения профсоюзных и комсомольских организаций, народных дружин по охране общественного порядка, товарищеских судов и других общественных организаций; сообщения предприятий, учреждений организаций и должностных лиц; статьи, заметки и письма, опубликованные в печати; явка с повинной, а также непосредственное обнаружение органом дознания, следователем, прокурором и судом признаков преступления.

Принятый УПК РФ (статья 140) сократил количество поводов для возбуждения уголовного дела до трех: заявление о преступлении; явка с повинной и сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников, в рамках исследования представляется целесообразным рассмотреть каждый из указанных поводов.

Статья 141 УПК РФ (также как и УПК РСФСР 1960 г.) предусматривает устную и письменную форму заявления о преступлении, при этом устное заявление заносится в протокол, который подписывается

^ Учебник уголовного процесса / Отв. ред. Кобликов А.С. М., 1995. С. 134; Карев Д.С., Савгирова Н.М. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1967. С. 6; Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора в уголовном судопроизводстве. Ы., 1975. С. 76; Уголовно-процессуальное право Российской Федерации / Под ред. П.А. Лупинской. М., 1997. С. 234.

заявителем. Кроме того, анонимное заявление не является поводом для возбуждения уголовного дела.

По делам о производстве, приобретении, хранении, перевозке и сбыте немаркированной алкогольной продукции заявления о преступлении послужили поводом для возбуждения 4,1 % изученных уголовных дел^.

Явка с повинной как повод к возбуждению уголовного дела (ст. 142 УПК РФ) состоит в добровольном сообщении лица о совершенном им преступлении. Для явки с повинной также предусмотрена устная и письменная форма, устное заявление лица о совершенном им преступлении также заносится в протокол. Явка с повинной подлежит тщательной проверке и критической оценке, поскольку она может быть в действительности вынужденной, ложной и даже спровоцированной^.

По изученным делам рассматриваемого вида преступлений явка с повинной ни разу не являлась поводом к возбуждению уголовного дела^.

Понятие повода «сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников», то есть не являющееся заявлением о преступлении и явкой с повинной, является новым для науки уголовного процесса.

Анализ норм УПК РФ и иного законодательства (например, об оперативно- розыскной деятельности), а также следственной практики, позволяет сделать вывод о том, что в содержание этого повода включены статьи, заметки и письма, опубликованные в печати, сообщения предприятий, учреждений организаций и должностных лиц, а также результаты оперативно-розыскной деятельности.

Изучение уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, показало, что в 95,9 % случаев поводом для возбуждения уголовного дела послужило

’ См. приложение I, таблица № 3. ^ Реабилитирован посмертно. М., 1989. С. 333. ^ См. приложение I, таблица № 3.

непосредственное обнаружение признаков преступления органом дознания’, что по ст. 140 УПК РФ также относится к «сообщению о совершенном или готовящемся преступлении, полученному из иных источников».

Аналогичный повод был предусмотрен п. 6 ч. 1 ст. 108 УПК РСФСР 1960 г. как «непосредственное обнаружение органом дознания, следователем и прокурором признаков преступления». При этом в литературе справедливо отмечалось несоответствие этого повода и ч. 2 ст. 11 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности»^. Помимо мнения о том, что результаты оперативно-розыскной деятельности являются поводом, предусмотренным в п. 6 ч. 1 ст. 108 УПК РСФСР 1960 г.^, не лишена основания и точка зрения о том, что результаты оперативно-розыскной деятельности могут рассматриваться как сообщения должностных лиц (п. 3 ч. 1 ст. 108 УПК РСФСР 1960 г.)’^.

В УПК РФ понятие обнаружения признаков преступления не закреплено. Тем не менее, выявление (синоним обнаружения)^ преступлений указано в качестве основной задачи оперативно-розыскной деятельности (ст. 2 Федерального Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности»), обязанность осуществления которой возложена на уполномоченные государственные органы.

Раскрывая понятие «обнаружение признаков преступления», необходимо отграничивать указанное обнаружение как деятельность уполномоченных органов и как результат этой деятельности.

’ См. приложение I, таблица № 3.

^ Федеральный Закон № 144-ФЗ от 12 августа 1995 г. «Об оперативно-розыскной деятельности» (изм. и доп. Федеральными Законами №№101-ФЗ от 18 июля 1997 г., 117-ФЗ от 21 июля 1998 г., 6-ФЗ от 5 января 1999 г., 225-ФЗ от 30 декабря 1999 г., 26- ФЗ от 20 марта 2001 г.) // Российская газета. 1995. 18 августа.

^ Селезнев М. Эксперимент или провокация (к вопросу о борьбе с коррупцией) // Российская юстиция. 1996. № 5. С. 50. Химичева Г.П. Указ. соч.. С. 39. ^ Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка / Под. ред. Л.А. Чешко. М.. 1968. С. 295.

Деятельность по обнаружению преступлений - это основная задача, стоящая перед органом дознания на стадии возбуждения уголовного дела, результаты которой (а именно в этом смысле непосредственное обнаружение признаков преступления было указано в УПК РСФСР 1960 г. в качестве повода) могут служить поводом к возбуждению уголовного дела (ст. 11 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности»). Поэтому, рассматривая обнаружение признаков преступления в качестве повода для возбуждения уголовного дела, нельзя руководствоваться определением В.Н. Григорьева, считающего, что «работа по обнаружению преступления» состоит в «деятельности органов внутренних дел и результатов этой деятельности»’.

Непосредственное обнаружение признаков преступления - это выявление сведений об обстоятельствах, указывающих на совершение и подготовку преступления^.

в ст. 143 УПК РФ предусмотрено, что сообщение о совершенном или готовящемся преступлении, полученное из иных источников (то есть не из заявления или явки с повинной), принимается лицом, получившим данное сообщение, о чем составляется рапорт об обнаружении признаков преступления.

Вместе с тем, рассматривать рапорт об обнаружении признаков преступления в качестве самостоятельного повода для возбуждения уголовного дела представляется неверным. Как отмечалось в литературе, рапорт - только один из элементов системы действий по обнаружению преступления. Повод для возбуждения уголовного дела, предусмотренный п. 3 ст. 140 УПК РФ, как «обнаружение органом дознания признаков

1

Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел. Ташкент, 1986. С. 4-5, 8-9.

Химичева Г.П. Рассмотрение милицией заявлений и сообщений о преступлении. М., 1997. С.34; Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С. 113; Григорьев В.Н. Указ. соч. С. 19; Павлов Н.Е. Обнаружение преступлений (уголовно- процессуальный аспект). М., 1995. С. 16-19; Научно-практический комментарий к УПК РСФСР / Под ред. В.Н. Божьева. М., 1995. С. 169.

преступления», наступает тогда, когда начальник службы криминальной милиции или милиции общественной безопасности, обладающие полномочиями органа дознания, сделав вывод о том, что предоставленные материалы содержат признаки преступления, передают их дознавателю или следователю для возбуждения уголовного дела с последующим получением согласия прокурора (в соответствии со ст. 146 УПК РФ)\

Необоснованным, на наш взгляд, следует признать и мнение, что рапорт является поводом для возбуждения уголовного дела, если сотрудник милиции сам обнаруживает признаки преступления или органу дознания стало известно о преступлении из данного документа^. Действительно, умозаключение работника дознания, выраженное в рапорте, - это и есть непосредственное обнаружение признаков преступления как повод, который был предусмотрен п. 6 ст. 108 УПК РСФСР 1960 г. (п. 3 ч. 1 ст. 140 УПК РФ)^ и такой повод, на наш взгляд, должен также подтверждаться данными, содержащимися в материалах доследственной проверки. Наконец, в соответствии со ст. 143 УПК РФ рапорт составляется лицом, получившим сообщение о преступлении из иных источников информации, то есть не может быть составлен лицом, непосредственно воспринимавшим преступление.

При этом сроки, предусмотренные ст. 144 УПК РФ, начинают течь с момента регистрации рапорта в книге учета заявлений и сообщений о преступлении, либо в журнале учета информации того или иного органа внутренних дел.

Важным вопросом является определение основания для возбуждения уголовного дела. УПК РФ не предусматривает каких-либо изменений в

^ Аналогичного мнения при действии УПК РСФСР 1960 г. придерживались: Химичева Г.П. Указ. соч. С.38; Дознание в органах внутренних дел / Под ред. А.А. Чувилева. М., 1986. С. 28-29; Уголовно-процессуальные основы деятельности органов внутренних дел / Под ред. Б.Т. Безлепкина. М., 1988. С. 30.

^ Давлетов А.А. Возбуждение уголовного дела. Образцы процессуальных документов. Комментарии. Екатеринбург, 1994. С. 9.

^ Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовным делам. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1990. С. 49.

регламентации основания для возбуждения уголовного дела. В ч. 2 ст. 140 УПК РФ в качестве основания предусмотрены достаточные данные, указывающие на признаки преступления. При этом в законе по-прежнему не разъясняются понятия «признаки преступления» и «достаточные данные».

Понятие «признаки преступления» является дискуссионным в науке уголовного процесса: в теории не выработано единой позиции относительного того, что необходимо установить для принятия решения о возбуждении уголовного дела - признаки состава преступления^; признаки преступления, относящиеся к объективной стороне^; общественную опасность деяния, объективные признаки (объект и объективную сторону) состава преступления и в некоторых случаях признаки, характерные для специального субъекта преступления^; наличие (или отсутствие) каждого из признаков, характеризующих общественно опасное деяние как преступление’^; данные о совершении общественно опасного, уголовно наказуемого деяния, предусмотренного определенной нормой уголовного закона^; признаки деяния и наступивших последствий^ и др.

Представляется, что для принятия решения о возбуждении уголовного дела необходимо установить, что совершено общественно опасное, противоправное деяние, о чем свидетельствуют его объект, объективная сторона, а также другие признаки состава преступления, если их наличие или отсутствие влияет на общественную опасность или противоправность.

’ Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962. С. 233-236.

^ Степанов В. В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлении. Саратов, 1972. С. 54.

Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983. С. 39- 43.

Павлов Н.Е. Производство по заявлениям, сообщениям о преступлениях. Указ. соч. С. 27; Его же. Обнаружение преступлений (уголовно-процессуальный аспект). Указ. соч. С. 9.

^ Николюк В.В., Кальницкий В.В., Марфицин П.Г. Стадия возбуждения уголовного дела (в вопросах и ответах). Омск, 1995. С. 16.

^ Рыжаков А.П. Уголовный процесс: возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Тула, 1996. С. 30.

Общественная опасность служит критерием, позволяющим квалифицировать правонарушения как преступления или проступки, а противоправность - это запрещенность деяния соответствующей нормой уголовного закона под угрозой применения к виновному наказания.

Законодатель не определяет, какие конкретно признаки состава преступления указывают на общественную опасность и противоправность деяния, поскольку у каждого из преступлений, предусмотренных Особенной частью УК РФ, эти признаки различны. Очевидно, что у того или иного вида деяний набор признаков, свидетельствующих о его общественной опасности и противоправности, различен, поэтому от правильного определения этих признаков зависит обоснованность решения о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении.

Именно по этой причине в науке не выработано единого подхода в понимании понятия «признаки преступления».

Таким образом, установление признаков того или иного вида преступлений является важным элементом процессуальных особенностей их доказывания.

Отметим, что основанием для возбуждения уголовного дела являются не сами признаки преступления, а достаточные данные, указывающие на них. Дискуссионным в науке и на практике являются вопросы определения объема таких данных и степени их обоснованности.

Установленные в законе «достаточные данные, указывающие на признаки преступления», определяют пределы доказывания в стадии возбуждения уголовного дела.

При описании основания для возбуждения уголовного дела - достаточности данных, указывающих на признаки преступления, некоторые авторы полагают, что для возбуждения уголовного дела достаточно иметь данные, позволяющие сделать предположительный вывод о том, имело ли место преступление’.

На наш взгляд, более предпочтительна точка зрения тех авторов, которые полагают, что «при разрешении вопроса о возбуждении уголовного дела следует исходить из достоверности самого факта, по поводу которого сделано сообщение, и из правильности оценки этого факта как преступления»^, что «успешное выполнение задач первоначальной стадии уголовного процесса возможно лишь при условии достоверного вывода о событии, содержащем признаки преступления»^, что «деяние и наличие в нем признаков преступления должны быть установлены достоверно»”*. Именно достоверное установление признаков преступления является существенной гарантией защиты прав личности от необоснованного вмешательства правоохранительных органов.

Соответственно, при отказе в возбуждении уголовного дела отсутствие признаков преступления также должно быть установлено достоверно^.

При возбуждении уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции для положительного решения вопроса о возбуждении уголовного дела должны

’ Степанов В.В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлении. Саратов, 1972. С. 55; Карнеева Л.М. Доказывание при отказе в возбуждении уголовного дела // Советское государство и право. 1975. № 2. С. 96; Ларин A.M. От следственной версии к истине. М., 1976. С. 134; Его же. Структура института возбуждения уголовного дела // Советское государство и право. 1978. № 5; С. 78. Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора в уголовном судопроизводстве. М., 1975. С. 92

^ Васильев А.Н. Рассмотрение сообщений о совершенных преступлениях. М., 1954. С. 6.

^ Ульянова Л.Т. О доказывании в стадии возбуждения уголовного дела // Вестник Московского университета, серия 12 «Право», 1971, № 3. С. 28-29.

Ясинский Г. Надзор прокурора за законностью возбуждения уголовного дела // Социалистическая законность. 1965. № 6. С. 54.

^ Химичева Г.П. Указ. соч. С. 62; Еремян А.Д. Основание к возбуждению уголовного дела. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1989. С. 173; Диденко В.И. Использование следователем фактических данных, полученных в результате оперативно-розыскных действий, аудио и видео записи, фото и киносъемки. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1996.

быть достоверно установлены такие признаки этих деяний, как объект, объективная сторона, а также некоторые элементы субъективной стороны.

Как отмечалось, объектом рассматриваемого вида деяний являются общественные отношения по маркировке алкогольной продукции, и в стадии возбуждения уголовного дела должно быть достоверно установлено, что они нарушены.

По данному виду преступлений в пределы доказывания стадии возбуждения уголовного дела входит и такие элементы объективной стороны состава преступления как время, место и способ его совершения размер (стоимость) алкогольной продукции, с которой осуществлялись незаконные действия. Время и место совершения преступления должны быть установлены настолько, чтобы была возможность индивидуализировать совершенное деяние, а способ (производство, приобретение, перевозка, хранение или сбыт) - позволяет квалифицировать их как преступные.

Установление размера (стоимости) алкогольной продукции, с которой осуществлялись преступные действия, влияет на общественную опасность производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции и позволяет квалифицировать деяние как административное правонарушение или преступление.

Действия по производству, приобретению, хранению или перевозке являются преступлением только тогда, когда они совершены с целью сбыта, и доказывание этого обстоятельства, входящего в субъективную сторону состава преступления, в стадии возбуждения уголовного дела обязательно, что является особенностью этой категории деяний и нетипично для большинства преступлений.

Совокупность указанных сведений о преступлении является необходимым и достаточным основанием для возбуждения уголовного дела и составляет пределы доказывания для данного вида преступлений в стадии возбуждения уголовного дела.

Выяснение других обстоятельств, входящих в предмет доказывания рассматриваемого вида преступлений, в том числе субъекта преступления, обстоятельств, влияющих на степень и характер общественной опасности, имело ли место приготовление или покушение на преступление, а также добровольный отказ от его совершения; причины и условия совершения преступления; есть ли необходимость в применении принудительных мер медицинского характера и т.д., в стадии возбуждения уголовного дела для рассматриваемых деяний не обязательно.

Сказанное позволяет сделать следующие выводы:

1) Возбуждение уголовного дела — самостоятельная стадия уголовного процесса, со своими задачами, субъектами, сроками и решениями; ликвидация в законе этой стадии может повлечь существенные нарушения конституционных прав личности. 2) 3) Для законного и обоснованного возбуждения уголовного дела признаки преступления должны быть установлены достоверно. 4) 5) Применительно к производству, приобретению, перевозке, хранению и сбыту немаркированной алкогольной продукции на момент возбуждения уголовного дела должны быть доказаны объект таких деяний (нарушение общественных отношений по маркировке алкогольной продукции), объективная сторона (время, место и способ совершения преступления, а также размер (сумма) алкогольной продукции, с которой осуществлялись незаконные действия), а также цель сбыта при совершении преступных действий, что составляет пределы доказывания рассматриваемого вида преступлений в стадии возбуждения уголовного дела.

§ 2. Собирание и проверка доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции в

стадии возбуждения уголовного дела

Решение задач стадии возбуждения уголовного дела осуществляется путем выяснения в установленном законом порядке наличия или отсутствия обстоятельств, необходимых для возбуждения уголовного дела, путем собирания, проверки и оценки сведений об этих обстоятельствах. Эта деятельность детально регламентирована действующим законодательством (прежде всего, уголовно-процессуальным): установлены субъекты, которые вправе ее осуществлять, порядок и сроки производства. Совокупность указанных признаков позволяет прийти к выводу о том, что доказывание присуще стадии возбуждения уголовного дела, однако с учетом ее сроков и пределов доказывания, оно имеет свою специфику\

в УПК РФ законодатель сохранил требование обоснованности акта возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 140 УПК РФ) и, как следствие, необходимость наличия в материале проверки достаточных сведений о преступлении. Очевидно, что собирание (а также проверка и оценка) этих сведений (данных) хотя и осуществляется не только процессуальным, но и непроцессуальным путем, тем не менее также является доказыванием в стадии возбуждения уголовного дела, поскольку результаты такой деятельности имеют процессуальный характер - выступают в качестве основания для возбуждения уголовного дела.

Анализ УПК РФ показывает, что до возбуждения уголовного дела прямо предусмотрен и подробно регламентирован только один способ собирания доказательств - осмотр места происшествия (ст. ст. 176 и 177 УПК РФ). Исходя из этого, логично сделать вывод, что и доказательства до

’ Наиболее подробно этот вопрос рассмотрен Н.П. Кузнецовым. См. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983.

принятия решения о возбуждении уголовного дела могут быть получены только путем проведения осмотра места происшествия.

Производство осмотра места происшествия по делам рассматриваемой категории весьма распространено. Так, по всем изученным уголовным делам проводилось указанное следственное действие. В 32,5 % случаев местом происшествия являлось жилище граждан, по 43,7 % дел - торговые помещения, в 9,3 % - транспортное средство и в 14,5 % случаев - подпольный цех по производству алкогольной продукции (в том числе на легальных производствах)’. Осмотр позволяет установить место и время совершения преступления, количество алкогольной продукции и факт отсутствия на ней маркировки, а также другие обстоятельства совершенного преступления.

Необходимо отметить, что в соответствии с ч. 5 ст. 177 и ст. 165 УПК РФ осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц должен проводиться на основании судебного решения.

Практика показывает, что при проведении осмотров места происшествия обычно обнаруживается немаркированная алкогольная продукция, осмотр которой осуществлялся в рамках проведения осмотра места происшествия. Однако в ст. 176 УПК РФ законодатель предусмотрел, что до возбуждения уголовного дела может быть проведен только осмотр места происшествия.

Иными словами, осмотр обнаруженной алкогольной продукции до возбуждения уголовного дела является незаконным. Представляется, что в законе необходимо предусмотреть, что до возбуждения уголовного дела в рамках одного следственного действия может быть проведен не только осмотр места происшествия, но и предметов и документов, которые в ходе этого осмотра обнаружены.

Для проверки сведений о готовящемся или совершенном преступлении (как и для получения дополнительных данных о нем) в УПК

РСФСР 1960 г. (ч. 2 ст. 109) было предусмотрено проведение иных процессуальных действий - получения объяснений и истребования необходимых материалов.

В УПК РФ получение объяснений на стадии возбуждения уголовного дела не предусмотрено, в связи с чем необходимо отметить, что исключение права их получения до возбуждения уголовного дела из инструментария органа дознания, следователя может негативно отразиться на практике, существенно помешать выполнению задач стадии возбуждения уголовного дела и повлечь либо увеличение количества необоснованно возбужденных уголовных дел, либо трансформации указанных действий в непроцессуальные и не предусмотренные законом и, следовательно, признание их недопустимыми, в том числе и при собирании данных о признаках преступления при возбуждении уголовного дела.

Изучение уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, находившихся в производстве следователей органов внутренних дел, показало, что по всем из них, как правило, органы дознания получали объяснения. В 88 % случаев объяснения были получены у лица, производившего, хранившего, перевозившего или сбывавшего немаркированную алкогольную продукцию, об обстоятельствах преступных действий и наличии цели сбыта при их совершении. По 253 изученным уголовным делам (в 69,1 % случаев) до их возбуждения были получены объяснения лиц, участвовавших в проверочной закупке немаркированной алкогольной продукции^

Надо отметить, что у объяснений и допроса одинаковый источник получения сведений (очевидец, правонарушитель), однако с учетом пределов доказывания в стадии возбуждения уголовного дела (необходимости установления только признаков преступления) и ограниченных сроков стадии, порядок получения объяснения существенно отличается от допроса.

Прежде всего, в отличие от допроса, дача объяснений - не обязанность, а право гражданина. Кроме того, лицо, дающее объяснения, предупреждается только об уголовной ответственности за заведомо ложный донос, а не за отказ или за дачу заведомо ложных показаний. Все эти меры, с одной стороны, призваны ограничить вмешательство правоохранительных органов в личную жизнь граждан, а с другой - позволяют органу дознания и следователю установить в деянии наличие признаков преступления и принять обоснованное решение о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении.

В этой связи нельзя согласиться с мнением Н.И. Николайчика, полагавшего, что дача объяснения — это обязанность каждого, к кому обращено требование должностного лица органа дознания, следователя, прокурора или суда’. Нельзя согласиться и с В. Хомичем, отстаивающим необходимость закрепления в законе уголовной ответственности за дачу заведомо ложных объяснений и привода лица для дачи объяснений^.

В настоящее время получение объяснений в стадии возбуждения уголовного дела может осуществляться сотрудниками милиции в рамках Закона «О милиции»^, в связи с чем проводится не в рамках уголовного процесса, как это было ранее, а в рамках административной проверки.

’ Николайчик Н.И. Проблемы доказывания, осуществляемого в стадии возбуждения уголовного дела. Проблемы совершенствования законодательства и правоприменительной деятельности в СССР. Минск, 1983. С. 329

^ Хомич В. Предварительная проверка материалов, послуживших поводом к возбуждению уголовного дела // Законность. 1995. № 12. С. 24.

^ Закон РФ от 18 апреля 1991 г. № 1026-1 «О милиции» (изм. и доп. Законами РФ от 18 февраля 1993 г. № 4510-1, от 1 июля 1993 г. № 5304- 1, Федеральными Законами РФ №№ 73-ФЗ от 15 июня 1996 г., № 68-ФЗ от 31 марта 1999 г., № 209-ФЗ от 6 декабря 1999 г., № 105-ФЗ от 25 июля 2000 г., № 135-ФЗ от 7 ноября 2000 г., № 163-ФЗ от 29 декабря 2000 г., № 104-ФЗ от 26 июля 2001 г., № 108-ФЗ от 4 августа 2001 г. // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. 22 апреля. № 16. ст. 503.

По нашему убеждению, получение объяснений является важным элементом уголовно-процессуального доказывания в стадии возбуждения уголовного дела и позволяет во многих случаях избежать принятия необоснованного решения о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении, кроме того, не всегда при наличии повода для возбуждения уголовного дела в материале проверки или в заявлении содержатся достаточные данные, указываюш;ие на признаки преступления, и в этом случае процессуальные действия по проверке сообш,ения о преступлении могли бы выступить суш,ественными гарантиями соблюдения законности в первоначальной стадии уголовного процесса. Именно этими обстоятельствами и обусловлена необходимость дополнения УПК РФ в части возможности получения объяснений до возбуждения уголовного дела как способов проверки сообщений о совершенном или готовящемся преступлении.

Указанное предложение поддерживает большинство (75,8 %) опрошенных (85,9 % следователей, 90,5 % начальников следственных отделений, отделов и управлений, 85,7 % оперуполномоченных БЭП и 90,9% следователей налоговой полиции)’. Хотя 66,7 % опрошенных прокуроров и 63,2 % адвокатов высказалось против подобного изменения в УПК РФ.

По изученным уголовным делам оперативные сотрудники органов дознания (по 79,8 % дел) и следователи (по 15,8 % дел)^ неоднократно истребовали необходимые материалы. При этом, как правило, истребуемые материалы являлись документами и были необходимы для установления права собственности определенного лица на хранилище, транспортное средство или производство (предприятие, склад готовой продукции, оптовые и розничные склады, торговые помещения и т.д.) то

’ См. приложение II, таблица № 2. ^ См. приложение I, таблица № 3.

есть места нахождения немаркированной алкогольной продукции, либо содержали данные о личности заподозренного.

A.M. Ларин различал истребование материалов, которое было предусмотрено ч. 2 ст. 109 УПК РСФСР 1960 г., и требование о предоставлении предметов и документов, предусмотренное ч. 1 ст. 70 УПК РСФСР 1960 г., на том основании, что истребование предметов и документов производится только по уголовным делам, а субъекты, осуществляющие указанную деятельность, появляются только после возбуждения уголовного дела’. Не отрицая этой позиции, необходимо отметить, что по сути указанные действия аналогичны и имеют одинаковые правовые последствия. Установление в ч. 4 ст. 21 УПК РФ единого порядка их производства стало гарантией более качественного проведения указанного процессуального действия.

Необходимо отметить, что ч. 2 ст. 144 УПК РФ предусмотрен новый способ собирания данных о преступлении - истребование документов и материалов, подтверждающих сообщение о преступлении, распространенное в средствах массовой информации. Редакция или редактор соответствующего средства массовой информации обязаны предоставить данные о лице, предоставившем указанную информацию, за исключением случаев, когда это лицо поставило условие о сохранении в тайне источника информации.

До возбуждения уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции сотрудники органа дознания, как правило, назначают и проводят исследования, направленные на установление соответствия изъятой алкогольной продукции ГОСТу. По 98,6 % изученных дел исследования назначались для выяснения соответствия изъятой алкогольной продукции

’ Ларин A.M. Истребование и предоставление предметов и документов в стадии расследования // Актуальные проблемы совершенствования проведения следственных действий. Ташкент, 1982. С. 63.

ГОСТу, по 16,4 % дел - для установления подлинности документов, в том числе акцизных и специальных марок, и по 4,1 % дел применялись иные специальные познания (в основном, для установления факта изготовления алкогольной продукции на оборудовании того или иного завода)’.

В науке уголовного процесса предметом дискуссии является вопрос о необходимости разрешения проведения экспертизы до возбуждения уголовного дела. В разное время авторы, выдвигая аргументы исключения дублирования исследований и экспертиз, высказывались за внесение в законодательство изменений, разрешающих проведение до возбуждения уголовного дела как экспертиз во всех областях науки, техники и ремесла^, так и их конкретных разновидностей^.

Аналогичными по сути аргументами руководствуются и другие ученые- процессуалисты, предлагающие разрешить проведение до возбуждения уголовного дела всех следственных действий, не связанных с принуждением”*, либо отдельных следственных и процессуальных действий - задержания^ и, как следствие, осмотра места задержания и

’ См. приложение I, таблица № 3.

^ См., например: Тетерин Б. Законодатель не учел мнение юридической общественности // Российская юстиция. 1994. № 12. С. 17; Хомич В. Указ. соч. С. 24; Гуляев А.П. О повышении надежности доказывания на стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы надежности доказывания в советском уголовном процессе. М., 1984. С. 49.

^ Проведение автотехнической экспертизы до возбуждения уголовного дела предложила Л.М. Карнеева в статье Основания отказа в возбуждении уголовного дела // Социалистическая законность. 1977. № 3. С. 58; экспертиза причин смерти и по установлению тяжести вреда здоровью предложена Г. Мудьюгиным, М. Похисом в работе Судебно-медицинскую экспертизу в стадию возбуждения уголовного дела // Социалистическая законность. 1971. № 9. С. 56-59; Баженов Н.А., Шейфер С.А. Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы требует усовершенствования // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1975. вып. 23. С. 152-156.

Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. С. 17.

^ Бекешко С.П., Матвиенко Е.А. Подозреваемый в советском уголовном процессе. Минск, 1969. С. 96-97; Степанов В.В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлениях. Саратов, 1972. С. 66-67.

ЛИЧНОГО обыска’, описи имущества^, допроса^, освидетельствования”^, обыска^ и выемки^.

По нашему мнению, в силу стоящих перед стадией возбуждения задач и узости пределов доказывания, переносить производство указанных следственных действий на этап, предшествующий возбуждению уголовного дела, нецелесообразно. В противном случае нарушится необходимый барьер, ограждающий граждан от необоснованного вмешательства правоохранительных органов. Стремление указанных авторов расширить средства доказывания в стадии возбуждения уголовного дела обусловлено естественной потребностью в увеличении возможностей следователя, органа дознания, однако закрепленный в законе набор средств достаточен для решения задач первоначальной стадии уголовного процесса.

Важно отметить, что УПК РФ разрешил производство до возбуждения уголовного дела не только осмотра места происшествия, но и освидетельствования и назначения судебной экспертизы (ч. 4 ст. 146 УПК РФ). Представляется, что такое расширение средств доказывания в стадии возбуждения уголовного дела применено неудачно.

’ Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М., 1961. С. 176; Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. Указ. соч. С. 31.

^ Мартинович И.И. Некоторые вопросы возбуждения уголовного дела // Ученые записки Белорусского университета. Минск, 1957. Вып. 34. С. 81.

^ Якуб М.Л. О совершенствовании уголовно-процессуального закона // Вестник Московского университета, серия № 10 «Право». 1964. № 2. С. 19; Незванова Г.Г. Проверка оснований к возбуждению уголовного дела // Научные труды Ташкентского университета. Ташкент, 1967. Вып. 309. С. 186; Тетерин Б. Законопроект не учел мнение юридической общественности // Российская юстиция. 1994. № 12. С. 17

^ Садовский И., Тыричев И. Вопросы теории и практики судебных доказательств // Социалистическая законность. 1963. № 11. С. 41; Гуляев А.П. Указ. соч. С. 49; Хомич В. Указ. соч. С. 24.

^ Мартинович И.И. Некоторые вопросы возбуждения уголовного дела // Ученые записки Белорусского университета. Минск, 1957. Вып. 34. С. 81; Незванова Г.Г. Указ. соч. С. 186.

^ Якуб М.Л. Указ. соч. С. 19; Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. Указ. соч. С. 51; Незванова Г.Г. Указ. соч. С. 186; Хомич В. Указ. соч. С. 24.

По изученным делам освидетельствование ни разу не проводилось (ни в стадии возбуждения уголовного дела, ни в стадии предварительного расследования), однако, если рассмотреть цель освидетельствования (ст. 179 УПК РФ), становится понятно, что оно направлено на установление и доказывание виновности лица, совершившего преступление (наличие на теле человека особых примет, следов преступления и т.д.).

Вместе с тем, в установлении субъекта преступления в стадии возбуждения уголовного дела необходимости нет, поскольку устанавливаются только достаточные данные, указывающие на признаки преступления. Кроме того, ст. 179 УПК РФ установлен исчерпывающий перечень участников процесса, которые могут быть освидетельствованы: подозреваемый, обвиняемый, потерпевший и свидетель. Очевидно, что до возбуждения уголовного дела все указанные участники процесса отсутствуют.

Возможность назначения судебной экспертизы при доказывании рассматриваемого вида преступлений до возбуждения уголовного дела также лишена практической целесообразности, поскольку сам факт назначения экспертизы доказательственного значения не несет.

Одним из процессуальных источников данных о признаках преступления может выступать заявление или сообщение о преступлении, которое выступает не только как повод для возбуждения уголовного дела, но и содержит данные о преступлении’. Сведения, содержащиеся в заявлении, указывают на признаки преступления и, на наш взгляд, могут выступать в качестве допустимых данных о нем. Следует отметить, что анонимные заявления или сообщения о преступлении не могут служить поводом для возбуждения уголовного дела именно потому, что невозможно определить источник сведений о

• в одном из своих решений Верховный Суд РСФСР сослался на заявление о преступлении (послужившее поводом к возбуждению уголовного дела) как на доказательство. См.: Сборник постановлений Президиума и определений судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. 1964-1972 г.г. М., 1974. С. 60.

Преступлении, поэтому необходимым критерием допустимости заявления является указание в нем данных о лице, подавшем заявление.

Существуют и непроцессуальные способы собирания фактических данных о готовящемся или совершенном преступлении, в соответствии с ч. 2 ст. 11 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативно-розыскной деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела. Иными словами, результаты оперативно- розыскной деятельности, являясь итогом непроцессуальных действий по сбору данных о преступлении, при определенных условиях могут нести процессуальные последствия, в частности, они могут повлечь решение о возбуждении уголовного дела.

По изученным уголовным делам в 71,3 % случаев до возбуждения уголовного дела проводились оперативно-розыскные мероприятия’, результаты которых впоследствии послужили поводом, а содержащиеся в них данные - основанием для возбуждения уголовного дела.

Анализ практики выявления производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции показывает, что для возбуждения уголовного дела, как правило, предоставляются только результаты тех оперативно-розыскных мероприятий, которые содержат данные о признаках подготавливаемого или совершенного преступления и проводились гласно. Только по 8,5 % изученных уголовных дел в распоряжение следователя предоставлялись рассекреченные материалы негласных оперативно-розыскных мероприятий.

Во всех материалах проверок, которые направлялись для решения вопроса о возбуждении уголовного дела, содержатся документы о двух оперативно- розыскных мероприятиях: исследовании предметов и документов (объектами которых являются либо немаркированная алкогольная продукция, либо марки, вызывающие сомнения в их подлинности) и проверочной закупке.

Следует отметить, что порядок проведения и документирования проверочной закупки на практике максимально приближен к проведению и оформлению следственного действия. При проведении проверочной закупки (по 261 уголовному делу, в то есть в 71,3 % случаев) сотрудники органов дознания составляли протокол с указанием места, времени, участников, содержания и результатов этого оперативно-розыскного мероприятия, по 65,8 % дел (то есть по 241 делу) в указанном протоколе отражено участие двух представителей общественности, которые, как правило, именуются «понятыми». При этом «понятым» перед началом проведения проверочной закупки обычно разъясняются права и обязанности, аналогичные правам и обязанностям понятых в уголовном процессе (по 231 делу, то есть в 63,1 % случаев)’.

Так, по уголовному делу № 0179937, находившемуся в производстве СУ при Таганрогском УВД Ростовской области, до его возбуждения у Фенченко М.Л. была произведена проверочная закупка - 500 бутылок фальсифицированной водки «Русская» емкостью 0,5 литров каждая на общую сумму 22 500 рублей. При проведении проверочной закупки был составлен акт ее проведения с участием представителей общественности. В акте были указаны данные и адреса представителей общественности, а также содержалась отметка о разъяснении им обязанности удостоверить содержание и результаты закупки и права присутствовать при проведении этого оперативно-розыскного мероприятия и делать замечания, подлежащие занесению в акт. В ходе предварительного следствия по черновым записям удалось доказать и другие эпизоды преступной деятельности Фенченко М.Л. Уголовное дело направлено с обвинительным заключением в суд, Фенченко М.Л. осужден к четырем годам лишения свободы условно.

с помощью проверочной закупки сотрудники органа дознания в зависимости от суммы закупленной немаркированной алкогольной продукции (свыше 200 или 500 МРОТ) получают данные о цели сбыта или сбыте в крупном или особо крупном размере немаркированной алкогольной продукции. Указанные сведения в совокупности с другими доказательствами выступают основанием для возбуждения уголовного дела, если они предоставлены органу дознания или следователю в установленном порядке’.

Неотъемлемым элементом доказывания в стадии возбуждения уголовного дела является проверка полученных сведений. По общему правилу, собирание именно доказательств до возбуждения уголовного дела не осуществляется (за исключением проведения осмотра места происшествия), однако, на наш взгляд, полученные в рамках доследственной проверки сведения, выступающие в качестве «достаточных данных, указывающих на признаки преступления», подлежат проверке так же, как и доказательства. Представляется, что данные о преступлении подлежат проверке по правилам проверки доказательств: путем сопоставления с другими данными, имеющимися в материале проверки, установления их источника, а также получения других данных, подтверждающих или опровергающих проверяемые данные. При этом критериями проверки могут служить ряд признаков недостоверности собранных данных, которые целесообразно привести в настоящем исследовании.

Об отсутствии немаркированной алкогольной продукции говорят такие признаки, как отсутствие в материалах проверки документов о транспортировке и сдаче изъятой алкогольной продукции на хранение, неточное указание в протоколе осмотра места происшествия ее количества

’ См. Инструкция о порядке предоставления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд. Утв. приказом № 175/226/336/201/286/410/56 от 13 мая 1998 г. // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. № 23. 1998. 14 сентября.

и наименования. Об этом может свидетельствовать также несовпадение времени изъятия алкогольной продукции и ее сдачи на хранение (большой разрыв во времени между изъятием и сдачей на хранение, либо продукция сдается на хранение раньше, чем была изъята).

Данные, указывающие на цель сбыта или сбыт немаркированной алкогольной продукции, вызывают сомнение в их достоверности тогда, когда в материале проверки отсутствуют сведения о местонахождении денег, служивших средством платежа, а также когда проверочная закупка осуществляется сразу же после пометки таких денег (что по объективным причинам невозможно).

Особое значение для проверки данных, указывающих на признаки производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции, имеют сведения о понятых и представителях общественности, участвовавших при проведении осмотра места происшествия и проверочной закупке. В целях конспирации сотрудники милиции иногда не указывают в соответствующих протоколах домашние адреса этих лиц, в связи с чем невозможно выяснить, существуют ли реально эти лица и участвовали ли они в данных мероприятиях, и, как следствие, проводились ли эти мероприятия в действительности. Еще большее сомнение в достоверности данных, полученных в результате осмотра места происшествия или проверочной закупки, возникает тогда, когда не только отсутствуют адреса понятых и представителей общественности, но и имеет место участие одних и тех же лиц в качестве понятых во всех проводимых мероприятиях.

Отсутствие указанных выше признаков не является окончательной гарантией установления достоверности данных, однако позволяет следователю или дознавателю по результатам сопоставления данных между собой, как способа их проверки, не ставить под сомнение результаты проверочных действий. Кроме того, наличие указанных признаков, само по себе, не свидетельствует о недостоверности полученных сведений о преступлении, однако указывает следователю или дознавателю на необходимость их дополнительной проверки.

Подводя итог вышесказанному, можно прийти к следующим выводам:

1) В стадии возбуждения уголовного дела доказывание осуществляется с учетом его пределов (установление признаков преступления) и ограниченных сроков. 2) 3) Способами собирания доказательств в стадии возбуждения уголовного дела являются осмотр места происшествия и истребование документов. Сведения о совершенном преступлении могут содержаться и в заявлении о преступлении. 4) 5) Непроцессуальным средством доказывания в стадии возбуждения уголовного дела рассматриваемого вида преступлений являются такие оперативно-розыскные мероприятия, как получение объяснений, проведение исследований и проверочная закупка. 6) 7) В статье 144 УПК РФ необходимо предусмотреть такое процессуальное средство проверки полученных данных о совершенном или готовящемся преступлении, как получение объяснений. 8) 9) Представляется правильным закрепить в законе возможность проведения до возбуждения уголовного дела не только осмотра места происшествия, но и осмотра предметов и документов, обнаруженных в ходе осмотра места происшествия. 10) 11) Проверка данных, полученных в стадии возбуждения уголовного дела, осуществляется по общим правилам проверки доказательств, указанным в ст. 87 УПК РФ, при этом достоверность полученных данных по делам о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции проверяется путем сопоставления данных о следующих обстоятельствах: 12) - обнаружении, фиксации и хранении немаркированной алкогольной продукции и ее количестве;

  • местонахождении денег, служивших средством платежа в проверочной закупке;
  • данных о понятых и представителях общественности, принимавших участие в осмотре места происшествия и оперативно-розыскных мероприятиях.
  • § 3. Оценка фактических данных, полученных в стадии возбуждения уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции

Оценка полученных доказательств осуш;ествляется на всех стадиях уголовного процесса, в том числе и на стадии возбуждения уголовного дела. Она производится непрерывно, на протяжении всего рассмотрения сообщения о преступлении. При этом оценивается вся поступившая информация (совокупность фактических данных), каждое из обстоятельств в отдельности, производится согласование вновь добытых данных с имеющимися.

Правовая оценка фактических данных о преступлении производится по внутреннему убеждению лиц, осуществляющих рассмотрение сообщения о преступлении, с учетом всей совокупности первичных сведений в соответствии с положениями уголовного и уголовно- процессуального законов, ведомственных нормативных актов’. На наш взгляд, все фактические данные должны быть оценены не только с точки зрения их достаточности, на что указывает ч. 2 ст. 140 УПК РФ, но также их относимости, допустимости и достоверности по правилам оценки, предусмотренным ст. 88 УПК РФ. При этом оценка данных в стадии возбуждения уголовного дела является одним из наиболее важных и сложных элементов доказывания, поскольку именно от ее правильности

’ Химичева Г.П. Рассмотрение милицией заявлений и сообщений о преступлении М.. 1997. С. 64.

по

зависит обоснованность принимаемого решения о возбуждении уголовного дела или об отказе в его возбуждении.

Процесс оценки в стадии возбуждения уголовного дела вызывает в практической деятельности определенные трудности еще и потому, что приходится оценивать данные, полученные непроцессуальным путем, которые не содержат дополнительных гарантий их достоверности, установленных уголовно-процессуальным законодательством для следственных действий. Кроме того, фактические данные о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, как правило, собираются органами дознания, в то время как оценивать эти данные приходится следователю и прокурору, которые в собирании данных участия не принимали. Так, 56 % изученных уголовных дел возбуждено следователями либо прокурорами, остальные - органом дознания (либо по ч. 1 ст. 171-1 УК РФ, либо по ч. 2 ст. 171-1 УК РФ в случаях, не терпящих отлагательства)’. Во всех случаях основанием для возбуждения дела послужили данные, содержащиеся в материалах доследственной проверки. Из-за того, что решение по сообщению о преступлении должно быть принято не позднее трех суток, а проверка следователем или дознавателем собранных данных о преступлении весьма затруднена, роль их оценки существенно возрастает.

Итак, данные о преступлении подлежат оценке с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

представляется, что собранные данные следует признать относимыми, то есть связанными с самим преступлением, если они являются сведениями об обстоятельствах, составляющих предмет доказывания. По рассматриваемой категории дел уже в стадии возбуждения уголовного дела наиболее распространенным отступлением от данного критерия оценки является проведение сравнительных исследований для выяснения вопроса о соответствии немаркированной алкогольной продукции Государственным стандартам (ГОСТу). Между тем, данное обстоятельство не относится к предмету доказывания производства, приобретения, хранения, перевозки и сбыта немаркированной алкогольной продукции, достаточно установить, что немаркированная продукция является алкогольной.

Оценивая достоверность полученных в стадии возбуждения уголовного дела данных, дознаватель или следователь выясняет соответствие их содержания действительности. Именно на подтверждение достоверности направлена проверка следователем или дознавателем собранных в стадии возбуждения уголовного дела данных о преступлении.

Собранные в первоначальной стадии уголовного процесса данные можно признать достаточными только тогда, когда они содержат в себе данные, указывающие на все необходимые признаки преступления. Именно признак достаточности данных о преступлении указан в УПК РФ в качестве обязательного (ч. 2 ст. 140), что свидетельствует о его исключительной важности. Оценка достаточности данных базируется на пределах доказывания в стадии возбуждения уголовного дела и, как следствие, основании для его возбуждения.

Так, следственным управлением при УВД Мытищинского района 14 января 2002 г. возбуждено уголовное дело № 74147 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 171-1 УК РФ, по факту обнаружения в ангаре, принадлежащем Ашхатуняну и расположенном на «Мытищинской ярмарке», немаркированной алкогольной продукции (водки «Русская»). Уголовное дело возбуждено без достаточных данных, указывающих на признаки указанного преступления, поскольку в рамках доследственной проверки не была установлена цель сбыта в действиях Ашхатуняна (проверочная закупка не проводилась). 13 октября 2002 г. дело прекращено по п. 1 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Одним из самых дискуссионных в науке и не получившим однозначного толкования на практике является вопрос допустимости данных, полученных в стадии возбуждения уголовного дела, в качестве доказательств. Для того, чтобы фактические данные могли рассматриваться как доказательства, необходимо, чтобы они были облечены в предусмотренную законом форму, получены в установленном законом порядке и отвечали всем требованиям допустимости. Одним из необходимых условий признания доказательств допустимыми является получение фактических данных только из предусмотренных в законе

источников\

Некоторые авторы считают, что полученные в стадии возбуждения уголовного дела фактические данные доказательствами не являются, поскольку попадают в сферу деятельности следственных и судебных органов в порядке, не установленном уголовно-процессуальным законом^. Другие полагают, что на момент возбуждения уголовного дела некоторые доказательства еще недостаточно сформированы^ либо могут быть использованы в качестве таковых после их проверки в ходе предварительного следствия”^.

Основную причину противоречия этих точек зрения, по нашему мнению, выразила Л.Н. Масленникова: «…Сложным оказался вопрос: не является ли эта деятельность доказыванием, а материалы проверки доказательствами. Статья 109 УПК РСФСР предусматривает возможность истребования необходимых материалов и объяснений, никоим образом не

Химичева О.В., Данилова Р.В. Допустимость доказательств в уголовном процессе. По материалам уголовных дел о преступлениях, совершенных организованными группами. М., 1998. С. 26.

См.: Крючатов И.А. Обоснованность возбуждения уголовного дела - гарантия соблюдения социалистической законности // Проблемы социалистической законности на современном этапе развития советского государства. Харьков, 1968; С. 232. Каз Ц.М. Пределы доказывания в стадии возбуждения уголовного дела // Ученые записки Саратовского юридического института. Саратов, 1964. Вып. 11. С. 44; Прокофьев Ю.Н. Процессуальная форма доказательств на стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы советского государства и права. Иркутск, 1975. Вып. 9-10. С. 126.

Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в отдельных стадиях советского уголовного процесса // Труды Иркутского государственного университета. Иркутск, 1969. Т. 45, вып. 8. ч. 4. С. 9-10.

Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. М., 1966. С 51 регламентируя производство проверочных действий… Отсутствие правовых предписаний, регламентирующих производство проверочных действий, породило возможность неограниченного получения в стадии возбуждения уголовного дела по сути той же информации, что и в ходе предварительного расследования при производстве таких следственных действий, как допрос свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, в результате производства экспертизы» \

Рассматривая этот вопрос, на наш взгляд, необходимо разграничить допустимость полученных данных и доказательств для принятия решения о возбуждении уголовного дела и их же допустимость в качестве доказательств в последующих стадиях уголовного процесса.

Уголовное дело может быть возбуждено только при наличии достаточных данных, указывающих на признаки преступления. Эти данные, полученные в соответствии с действующим законодательством, то есть в установленном порядке и в соответствующей форме, в своей совокупности образуют основание для принятия решения о возбуждении дела или об отказе в его возбуждении и, соответственно, допустимы в стадии возбуждения уголовного дела в качестве «достаточных данных», указанных в ч. 2. ст. 140 УПК РФ. Тем не менее, такие данные в связи с их получением в стадии возбуждения уголовного дела имеют свою специфику (в том числе и с учетом получения части из них непроцессуальным путем), в связи с чем не все из них в соответствии с действующим законодательством являются допустимыми в качестве доказательств в последующих стадиях уголовного процесса.

Как отмечалось, уголовно-процессуальным законом установлена возможность производства до возбуждения уголовного дела осмотра места происшествия, назначения экспертизы, освидетельствования, истребования документов, предусмотрен порядок проведения указанных

’ Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовным делам. М., 1993. С. 10-11.

процессуальных действий, соблюдение которого определяет допустимость полученных фактических данных и признание доказательствами по уголовному делу.

Однако не все полученные в стадии возбуждения уголовного дела данные в последующих стадиях процесса могут однозначно использоваться в доказывании, что обусловлено более существенными гарантиями достоверности доказательств, установленными в стадии предварительного расследования.

УПК РФ не дает однозначного ответа на вопрос о возможности использования в качестве доказательств документов, истребованных до возбуждения уголовного дела оперативными сотрудниками при выявлении преступления на основании Законов «О милиции» и «Об оперативно- розыскной деятельности».

Представляется, что вне зависимости от субъекта истребования все документы государственных и общественных организаций, должностных лиц, истребованные до возбуждения уголовного дела уполномоченными на то лицами, могут быть признаны иными документами в соответствии со ст. 84 УПК РФ. Данное мнение основывается на том, что законодатель в ст. 84 УПК РФ установил только одно требование к документам: изложенные в них сведения должны быть связаны с предметом доказывания по уголовному делу. При этом истребование документов не является следственным действием и может быть проведено до возбуждения уголовного дела. Необходимо также отметить, что вне зависимости от правового основания истребования документа (УПК РФ, Закон «О милиции», Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности»), содержание документа не меняется - одни и те же сведения предоставляются как в ходе доследственной проверки, так и в ходе предварительного следствия. Кроме того, законодателем не предусмотрено каких-либо дополнительных гарантий по обеспечению достоверности содержания документа, а дублирование запросов и полученных ответов может привести к затягиванию сроков предварительного расследования.

В теории и на практике вопрос доказательственного значения объяснений далеко не однозначен. Некоторые авторы полагают, что объяснения не могут быть использованы в качестве доказательств’. Так, В. Зажицкий указывает, что закон не относит объяснения к числу следственных и судебных действий, цель которых состоит в собирании доказательств, которое следует рассматривать как специальное розыскное действие^.

Другие авторы полагают, что объяснения сохраняют свое доказательственное значение и после возбуждения уголовного дела и должны рассматриваться как документы^

Есть мнение, что объяснения очевидцев служат документами (то есть доказательствами) только в стадии возбуждения уголовного дела, но не в последующих стадиях уголовного процесса, и не могут заменить показаний”^.

В литературе говорилось и о том, что объяснения не являются «иными документами», но могут фигурировать в этом качестве лишь по ходатайству защиты^.

Основные аргументы против использования объяснений в стадии предварительного расследования - это отсутствие при даче объяснений предупреждения об уголовной ответственности за отказ от их дачи или за

^ Незванова Г.Г. Указ. соч. С. 186; Воробейников М.А., Санишев Ж.А. Объяснения и показания обвиняемого в уголовном процессе России. М., 2000. С. 11.

Зажицкий В. Объяснения в уголовном процессе // Советская юстиция. 1992 № 6

С. 10.

^ Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Жогин Н.В., 2- е изд., испр. и доп. М., 1973. С. 669, 685; Сердюков П.П. Доказательства в стадии возбуждения уголовного дела. Иркутск, 1981. С. 72.

Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Указ. соч. С. 191, 194, 207-208. Григорьева Н. Исключение из разбирательства недопустимых доказательств // Российская юстиция. 1995. № И. С. 5-6.

дачу заведомо ложных объяснений, а также невозможность подмены показаний объяснениями.

Естественно, окончательные выводы по делу нельзя строить только на основании одних объяснений, они подлежат всесторонней проверке в ходе дальнейшего предварительного следствия, в том числе и путем допроса лиц, дававших объяснения. Однако доказательственное значение объяснений нельзя сбрасывать со счетов, поскольку в ходе предварительного следствия может отсутствовать возможность получения показаний, и в этом случае сведения, содержащиеся в объяснении, приобретают особую важность. Что же касается предупреждения об уголовной ответственности, то, например, подозреваемый и обвиняемый о такой ответственности не предупреждаются, и их показания при этом не теряют своего доказательственного значения.

Особое место в науке и на практике занимает вопрос дальнейшего использования в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности, которые наиболее часто выступают поводами и основаниями для возбуждения уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции.

Приведенная в ст. 89 УПК РФ формулировка о запрещении использования в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам, существенной ясности в эту проблему не внесла.

Тезис о том, что результаты оперативно-розыскной деятельности не могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, стал своего рода аксиомой в науке уголовного процесса. В.И. Зажицкий указывает, что при осуществлении оперативно-розыскной деятельности обнаруживаются не доказательства, а следы преступления, и уже они могут стать содержанием доказательств, если войдут в уголовный процесс посредством законных источников и законным способом^ Аналогичной точки зрения придерживаются и другие авторы^.

Наиболее полно вопрос использования в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности рассмотрел Е.А. Доляї По его мнению, результаты оперативно-розыскной деятельности не могут быть собраны по правилам уголовно-процессуального законодательства. Их формирование осуществляется согласно требованиям оперативно- розыскного законодательства. В уголовном процессе собираются, проверяются и оцениваются не результаты оперативно-розыскной деятельности, а уголовно- процессуальные доказательства’^.

Оперативно-розыскное законодательство по-разному трактовало возможность использования результатов оперативно-розыскной деятельности.

Так, в ст. 10 Закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» от 13 марта в 1992 года^ разрешалось использовать результаты оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств по уголовным делам после их проверки в соответствии с уголовно- процессуальным законодательством.

’ Зажицкий В.И. Закон «Об оперативно-розыскной деятельности» не идеален // Советская юстиция. 1993. № 5. С.20.

См.: Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М., 1991. С. 67. Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости доказательств // Российская юстиция. М., 1994. № 11. С. 3. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовно-процессуальном судопроизводстве. М., 1995. С. 9; Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовно-процессуальные доказательства и доказывание. Воронеж, 1995. С. 164; Очередин В.Т. Допустимость и недопустимость по уголовным делам доказательств. Учебно-методическое пособие. Волгоград, 1998.

Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности. М., 1996.

Доля Е.А. Новая Конституция и уголовно-процессуальная деятельность // Российская юстиция. 1994. № 4. С. 19.

^ Закон РФ № 2506-1 от 13 марта 1992 г. «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» // Ведомости Съезда народных депутатов Российской Федерации и Верховного Совета Российской Федерации. 1992. 23 апреля. № 17. ст. 892.

После принятия Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» изменилось отношение законодателя к результатам такой деятельности: они могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств.

Анализ указанных правовых норм и ст. 89 УПК РФ позволяет сделать вывод о недопустимости прямого использования результатов оперативно- розыскной деятельности в качестве доказательств. Такие результаты могут указывать на источники доказательств, формировать их, но полученные таким путем сведения сами по себе доказательствами не являются, поскольку, как указывает Е.А. Доля, не могут быть собраны по правилам уголовно- процессуального законодательства. Именно по этой причине формулировка, предложенная в УПК РФ, является противоречивой: результаты оперативно- розыскной деятельности не могут отвечать требованиям, предъявляемым к доказательствам, поскольку не могут быть собраны в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством, поэтому их использование невозможно ни в каком виде.

Среди основных аргументов недопустимости использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств выдвигаются отсутствие указания на источник полученных сведений при производстве негласных оперативно-розыскных мероприятий, возможность произвола сотрудников правоохранительных органов, а также отсутствие уголовно- процессуальной регламентации использования результатов оперативно- розыскной деятельности.

Бесспорно, проведение оперативно-розыскных мероприятий (в большей степени негласных, в меньшей степени гласных) таит в себе возможность нарушения прав личности, однако в ст. 8 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» предусмотрен комплекс мер, направленных на обеспечение этих прав (в том числе проведение ряда оперативно-розыскных мероприятий только на основании судебного решения). Помимо этого, в законодательстве предусмотрен прокурорский надзор за оперативно-розыскной деятельностью.

Таким образом, в настоящее время законом предусмотрены существенные гарантии достоверности и объективности оперативно- розыскных мероприятий, а также защиты прав и свобод личности от незаконного вмешательства правоохранительных органов. При этом возможно предусмотреть дополнительные меры, направленные на обеспечение прав личности, например, дополнив ст. 6 Федерального Закона «Об оперативно- розыскной деятельности» ч. 3 следующего содержания: «Сбор образцов для сравнительного исследования, проверочная закупка, обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, контролируемая поставка и оперативный эксперимент в случае, если они не содержат сведений, составляющих государственную тайну, проводятся с участием понятых».

Практическая деятельность показывает несостоятельность действующего положения о невозможности использовании результатов оперативно- розыскной деятельности в качестве доказательств по уголовным делам. Особенно это характерно для уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, обязательным элементом предмета доказывания этих преступлений (в том числе и в стадии возбуждения уголовного дела) является цель сбыта.

Установить ее наличие возможно только при проведении такого оперативно- розыскного мероприятия, как проверочная закупка, когда виновное лицо осуществляет сбыт хотя бы части имеющейся у него немаркированной алкогольной продукции. Доказать цель сбыта в стадии предварительного расследования путем проведения следственных действий, как правило, невозможно. Так, показания свидетелей о намерении (или действиях) гражданина о сбыте имеющейся у него немаркированной алкогольной продукции, будут входить в противоречие с показаниями самого лица об отсутствии у него таких намерений (или действий) и устранить это противоречие путем проведения очной ставки невозможно. Рассчитывать же на то, что совершившее преступление лицо даст «признательные показания» о наличии цели сбыта, естественно, не приходится.

На практике, как правило, невозможно установить лиц, приобретавших немаркированную алкогольную продукцию ранее, поскольку они также совершают противоправное деяние и, соответственно, действуют тайно. Что же касается розничных потребителей немаркированной алкогольной продукции, то, в основном, это люди, находящиеся в алкогольной зависимости, не имеющие возможность приобрести качественные спиртные напитки.

Так, по 28,7 % изученных уголовных дел проверочная закупка не проводилась, при этом 3 % таких дел (от числа изученных) направлены с обвинительным заключением в суд, 8,7 % прекращено, 17,2 % приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого’.

Таким образом, одной из предпосылок приостановления по п. 3 ст. 195 УПК РСФСР (п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ) большинства изученных уголовных дел этой категории (63 из 67) послужило непроведение до возбуждения уголовного дела проверочной закупки, и, как следствие, отсутствие фактических данных о наличии цели сбыта в действиях лица, осуществлявшего незаконные действия с немаркированной алкогольной продукцией.

В качестве характерного примера можно привести уголовное дело № 42285, возбужденное 7 сентября 2000 г. следственным управлением при Пушкинском УВД Московской области по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 171-1 УК РФ. При проведении оперативно- розыскных мероприятий сотрудниками БЭП Пушкинского УВД вблизи деревни Левково Пушкинского района Московской области был обнаружен «подпольный» цех по изготовлению фальсифицированной алкогольной продукции. Непосредственно после обнаружения был проведен осмотр места происшествия, в ходе которого в указанном цехе (обособленно стоящий ангар) было обнаружено 3 240 немаркированных бутылок водки «Столичная» и «Пшеничная» емкостью 0,5 литров каждая. В цехе находились две гражданки Республики Украина - Устинова В.В. и Ищенко С.В., которые показали, что были наняты на работу по изготовлению водки мужчиной кавказской национальности по имени «Яша». В ходе предварительного следствия установить цель сбыта в действиях Ищенко и Устиновой, а также мужчину по имени «Яша» не представилось возможным. Уголовное дело в отношении Устиновой и Ищенко прекращено в связи с отсутствием состава преступления в их действиях, производство по делу приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Сказанное выше позволяет прийти к выводу о том, что проверочная закупка - практически единственный возможный источник получения данных о наличии цели сбыта в действиях лица. Дальнейшие следственные действия - допросы участников проверочной закупки и присутствовавших при ее проведении представителей общественности, осмотры денежных средств, служивших средством платежа, и самой немаркированной алкогольной продукции, направлены по сути только на проверку полученных сведений о цели сбыта и установление достоверности проведенного оперативно- розыскного мероприятия.

Необходимо отметить, что по содержанию сведения о преступлении, полученные в результате проведения оперативно-розыскного мероприятия, идентичны по сути сведениям о преступлении, полученным в результате следственного действия. Разница заключается лишь в форме их закрепления.

По изученным уголовным делам полученные в результате проверочных закупок сведения о цели сбыта выступали в качестве доказательств, в том числе признавались таковыми и судом.

Так, Никулинским межмуниципальным судом г. Москвы Гусейнов Н.А.О. признан виновным в приобретении, хранении, перевозке и сбыте немаркированной алкогольной продукции - водки «Свобода» в количестве 2 800 бутылок емкостью 0,45 литров каждая на общую сумму 42 ООО рублей и приговорен к трем годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года. В качестве доказательств наличия цели сбыта и самого факта сбыта судом признаны сведения, полученные не только при проведении проверочной закупки, но и при проведении наблюдения, которые протоколировались.

Позиция признания сведений, полученных в ходе проведения оперативно- розыскных мероприятий, доказательствами поддержана и Верховным Судом РФ, который подтвердил, что результаты оперативно- розыскных мероприятий могут быть использованы в качестве доказательств, однако лишь в том случае, когда они проверены следователями в соответствии с уголовно- процессуальным законодательством’.

Отсутствие уголовно-процессуальной регламентации использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств лишний раз подтверждает важность изменения УПК РФ в этой части.

Назревшая практическая необходимость использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств нашла свое частичное отражение и в законодательстве. Так, Федеральным Законом

’ См.: П. 14 Постановления пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. 1996. № 2. С. 1 № 26-ФЗ от 20 марта 2001 г.^ в ст. 8 Федерального Закона «Об оперативно- розыскной деятельности» внесены дополнения, в соответствии с которыми сведения, закрепленные в фонограмме и бумажном носителе записи телефонных и иных переговоров, осуществлявшегося в рамках соответствующего оперативно-розыскного мероприятия, после возбуждения уголовного дела передаются следователю для приобщения к делу в качестве вещественных доказательств, а дальнейший порядок их использования определяется уголовно-процессуальным законодательством Российской Федерации. Иначе говоря, законодатель признал, что результаты одного из оперативно-розыскных мероприятий (прослушивания телефонных и иных переговоров), то есть полученные непроцессуальным путем, после возбуждения уголовного дела могут быть признаны доказательством.

Все вышесказанное позволяет сделать вывод о необходимости отражения в законе допустимости результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств по уголовным делам. В частности, ч. 2 ст. 11 Федерального Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» можно изложить в следующей редакции: «Результаты оперативно- розыскной деятельности могут служить поводом и основанием для возбуждения уголовного дела, предоставляться в орган дознания, следователю и в суд, в производстве которого находится уголовное дело, а также использоваться в качестве доказательств после их проверки в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством».

Нуждается в корректировке и ст. 89 УПК РФ, которую предлагается изложить в следующей редакции: «Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в качестве доказательств в случае.

’ Федеральный Закон № 26-ФЗ от 20 марта 2001 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» // Российская газета. 2001. 23 марта. № 58.

если указан источник полученных сведений о преступлении, а оперативно- розыскные мероприятия проведены в соответствии с оперативно- розыскным законодательством. Использование результатов оперативно- розыскной деятельности в качестве доказательств допускается только после их проверки в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством».

Предлагая такое изменение законодательства, нельзя не согласиться с положением о том, что обвинение не может строиться только на результатах оперативно-розыскной деятельности. Последние должны использоваться в качестве доказательств только в совокупности с другими сведениями, полученными в ходе проведения следственных действий. Кроме того, надежной гарантией достоверности проведенного оперативно- розыскного мероприятия должна послужить его тщательная проверка путем проведения следственных действий.

Предложенные изменения не переводят оперативно-розыскное мероприятие в разряд следственного действия, проведенного до возбуждения уголовного дела, и не подменяют доказывание в стадии предварительного следствия, поскольку в ограниченный срок проведения проверки по сообщению о преступлении реально можно выполнить лишь незначительное количество оперативно-розыскных мероприятий.

Необходимо сказать, что оперативно-розыскные мероприятия, в отличие от следственных действий, проводятся, как правило, во время подготовки или совершения преступления, сведения о котором в момент их формирования, сразу же отражаются в соответствующих документах оперативно-розыскных мероприятий. В свою очередь следственные действия обычно направлены на поиск, обнаружение и закрепление сведений об уже совершенном преступлении и не могут проводиться во время его совершения.

Подводя итог рассмотрению оценки фактических данных, полученных в стадии возбуждения уголовного дела о преступлениях рассматриваемого вида, отметим следующие выводы:

1) Оценка доказательств, полученных в стадии возбуждения уголовного дела, осуществляется по тем же правилам, что и оценка доказательств, полученных в ходе дальнейшего производства. Основным критерием оценки является их достаточность, которая закреплена в ч. 2 ст. 140 УПК РФ. 2) 3) Оценка допустимости доказательств осуществляется с точки зрения соблюдения порядка их собирания. 4) 5) Документы, истребованные в соответствии с Федеральным Законом «Об оперативно-розыскной деятельности» и Законом «О милиции», могут быть признаны в качестве доказательств - «иных документов», предусмотренных ст. 84 УПК РФ. 6) 7) Следует допустить результаты оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств при условии указания источника полученных фактических данных, проведения оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с законодательством, а также проверки результатов оперативно- розыскной деятельности в соответствии с уголовно- процессуальным законодательством.

126

ГЛАВА IV

ОСОБЕННОСТИ ДОКАЗЫВАНИЯ ПРОИЗВОДСТВА, ПРИОБРЕТЕНИЯ, ПЕРЕВОЗКИ, ХРАНЕНИЯ И СБЫТА НЕМАРКИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ ПРОДУКЦИИ В СТАДИИ ПРЕДВАРИТЕЛЬНОГО РАССЛЕДОВАНИЯ

§ 1 • Собирание доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции в стадии

предварительного расследования

В стадии предварительного расследования у дознавателя и следователя есть наиболее широкие возможности для собирания доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции. Как отмечалось, факт сбыта немаркированной алкогольной продукции доказывается чаще всего в стадии возбуждения уголовного дела, а прочие обстоятельства совершенного преступления - в последующей стадии производства по делу.

Следователь или дознаватель обладает определенным законом арсеналом средств собирания доказательств, в числе которых истребование документов (ч. 4 ст. 21 УПК РФ), проведение осмотра, освидетельствования и следственного эксперимента (ст. ст. 176-181), обыска, выемки, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления, контроль и запись переговоров (ст. ст. 182-186), допросы свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого (ст. 173, 187-191 УПК РФ), очная ставка, предъявление для опознания и проверка показаний на месте (ст. ст. 191-194), производство судебной экспертизы (ст. ст. 195-207).

Помимо этого, доказательства могут быть получены в результате международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства, а также собраны подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом и их представителями, а также защитником.

По нашему убеждению, использование того или иного способа собирания доказательств неразрывно связано с теми обстоятельствами, которые требуется установить. Поэтому в настоящем исследовании автор рассматривает способы собирания доказательств и особенности их осуществления применительно к возможности установления тех или иных обстоятельств, входящих в предмет доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции. Исходя из этого, способы собирания доказательств целесообразно сгруппировать в зависимости от того, какие обстоятельства они устанавливают.

Истребование документов.

Как отмечалось, истребование документов осуществляется как в стадии возбуждения уголовного дела, так и в стадии предварительного расследования, при этом в первоначальной стадии оно направлено на установление собственника хранилища, транспортного средства или производственного цеха, а в последующей - на получение сведений, характеризующих личность обвиняемого, а по делам о производстве немаркированной алкогольной продукции - еще и о наличии у руководителя организации-производителя намерения маркировать алкогольную продукцию федеральными и региональными специальными марками (наличие счетов- фактур, свидетельствующих о покупке специальных марок, перемещение алкогольной продукции в режиме налогового склада, и данных о том, что склад является налоговым).

Характерная особенность истребования (получения) документов состоит в том, что УПК РФ (равно как и УПК РСФСР 1960 г.) не регламентирует процедуру его осуществления. простота и незавершенность процессуальной регламентации этого процессуального действия имеют свои причины, с помощью указанного приема следователь или дознаватель получают, главным образом, документы, исходящие от государственных и общественных организаций. В производственной или общественной деятельности обычно применяется особый порядок составления документов, выступающий в качестве гарантии правильного отображения факта, содержащегося в документе. Поэтому оказываются излишними некоторые меры, предотвращающие искажение информации, предусмотренные нормами об обыске, выемке и других следственных действиях^. Следует также учесть, что истребуемые документы, как правило, не обладают индивидуальностью, могут быть продублированы, в связи с чем их утрата не причиняет такого вреда, как, например, утрата вещественного доказательства.

Отмечая предельную сжатость правового регулирования истребования документов, нельзя трактовать его как непроцессуальное действие. Поскольку оно закреплено в уголовно-процессуальном законе, его правовой характер не может вызывать сомнение: это процессуальное действие, направленное на получение доказательственной информации.

Истребование документов некоторыми своими чертами напоминает выемку. Существенные отличия заключаются в том, что при истребовании следователь не воспринимает связь объекта с окружающей обстановкой, имеющую нередко важное доказательственное значение. Например, нахождение экземпляра товарно-транспортной накладной на акцизном складе с отсутствием штампа налогового инспектора указывает на возможность нахождения перевозимой по этой накладной алкогольной продукции в незаконном обороте. Этих данных следователь не получит, если ограничится простым истребованием накладной. Кроме того, при истребовании объекта последний поступает в поле зрения следователя по истечении определенного времени, необходимого для доставки, в то время

’ На это существенное обстоятельство правильно обращают внимание авторы Теории доказательств в советском уголовном процессе. См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе. Указ. соч. С. 375.

как при выемке предмета и документа этот временной интервал отсутствует.

Поэтому к простому истребованию объекта целесообразно прибегнуть, если: а) точно известно, что у определенного лица или в организации хранится интересующий следователя предмет или документ; б) обстановка, в которой он хранится, не имеет доказательственного значения, либо она имела такое значение ранее, но первоначальная связь объекта с обстановкой уже нарушена ходом события (например, в случае передачи указанной накладной оперативным сотрудникам до возбуждения уголовного дела); в) отсутствуют опасения, что в период между предъявлением требования и доставкой предмета или документа последние могут быть умышленно или по неосторожности искажены.

в процессуальной литературе неоднократно отмечалась необходимость более детальной регламентации истребования документов’. Такая мера была бы полезной с различных точек зрения. Более широкое использование приема истребования доказательств (а этого можно ожидать после установления процедурных правил) в ряде случаев сделает ненужным проведение выемки - действия, сопряженного с немалыми затратами труда. В материалах дела получат более точное отражение сведения о том, откуда и по чьему волеизъявлению появилось доказательство, что имеет важное значение для оценки допустимости такого документа или предмета. Кроме того, создаются условия для предотвращения возможности нефиксируемого изъятия предметов и документов.

^ См., например: Быховский И.Е. Об актуальных вопросах совершенствования процессуальной регламентации следственных действий И Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. Ташкент, 1982. С. 5.

Немало суждений высказано и по усовершенствованию процедуры истребования документов*. По нашему мнению, процессуальная деятельность по истребованию доказательств есть совокупность операций, одни из которых выполняет следователь, а другие - лицо, обладающее доказательственным материалом. Истребование доказательств охватывает собой: а) направление требования лицу или организации; б) доставление истребуемого объекта, отражение этого факта и индивидуальных признаков объекта в материалах дела; в) приобщение доказательства к делу (сразу по получении или после установления его относимости и допустимости).

Следует, на наш взгляд, согласиться с мнением тех авторов, которые полагают, что истребование документа должно быть облечено в письменную формуй. Этим не только предотвращается получение ненадлежащего объекта, но и обеспечиваются интересы предприятий и организаций, т.к. предоставление предмета или документа по устному запросу не оставило бы следов в делопроизводстве предприятия, порождая неясность в вопросе о том, где находится соответствующий документ (в случае его наличия до истребования). Необходимость составления письменного запроса послужит препятствием и для неправомерного истребования предметов и документов. Наконец, наличие в деле письменного запроса объясняет пути появления доказательства в деле (особенно тогда, когда акт, справка и иной документ направляются следователю или суду по почте).

Обязательным элементом истребования доказательства является удостоверение факта представления соответствующего объекта, однако.

1

См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе. Указ. соч. С. 378- 379; Ларин A.M. Указ. соч. С. 62-68; Фуфыгин Б.В. Представление доказательств в советском уголовном процессе // Уголовно-правовые и процессуальные гарантии защиты конституционных прав граждан. Калинин, 1982. С. 28-37; Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. М., 1972. С. 84-89.

^ Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М., 1965. С. 155; Фуфыгин Б.В. Указ. соч. С. 29.

как правильно заметил A.M. Ларин, когда истребуются документы, специально составляемые по запросу следователя или суда, необходимость в особой процессуальной процедуре их приобщения к делу отсутствует, так как из самого документа видно, кем, когда, в связи с чем он составлен, какие обстоятельства удостоверяет’. К этому следует добавить, что во многих случаях документы такого рода пересылаются по почте с препроводительными письмами предприятий, учреждений и организаций, содержащими ссылку на запрос следователя или суда и объясняющими этим происхождение доказательства. Время появления доказательства может быть определено по почтовому штемпелю.

Осмотр, обыск, выемка.

Большая часть сведений о преступлении собирается путем проведения осмотра места происшествия, обыска или выемки, которые по своей сути направлены на исследование того или иного пространства (жилище, помещение, цех, транспортное средство и т.д.).

Значение в доказывании указанных следственных действий состоит в том, что они позволяют установить факт наличия немаркированной алкогольной продукции и ее количества (для установления суммы этой продукции, предусмотренной примечанием к ст. 171-1 УК РФ). При этом должно быть достоверно установлено, что данная продукция является алкогольной и немаркированной.

Например, по уголовному делу № 4979 по обвинению Свазьяна С.А., находившемуся в производстве следственного управления при УВД г. Сочи Краснодарского края до возбуждения уголовного дела был проведен осмотр места происшествия - помещения, принадлежащего ООО «Илона и К», в ходе которого обнаружены три полиэтиленовые емкости со спиртосодержащей жидкостью общим объемом 425,2 литров, 2 640 бутылок алкогольной продукции емкостью 0,5 литров каждая с этикетками зодок «Русская», «Московская» и «Царская», без маркировки, а также укупорочное устройство и спиртометр. По этому же уголовному делу были произведены осмотры мест происшествий в торговых помещениях, в ходе которых была обнаружена немаркированная алкогольная продукция.

В случае, когда маркировка на алкогольной продукции отсутствует, отразить данные об этом в протоколах указанных выше следственных действий не представляет труда. Однако так бывает не всегда. В целях сокрытия преступной деятельности и придания ей видимости законной, виновные лица зачастую маркируют алкогольную продукцию поддельными специальными или акцизными марками, при этом продукция и фактически и юридически остается немаркированной. Данное обстоятельство влечет необходимость отражения в протоколе следственного действия признаков несоответствия поддельных марок подлинным’.

Наличие или отсутствие признаков подделки марок достаточно легко обнаружить при проведении осмотра места происшествия или обыска. При этом для обнаружения большей части из них не требуется каких-либо специальных средств и приборов, нет необходимости в привлечении специалиста к участию в осмотре. Вместе с тем, неотражение в протоколе признаков поддельности акцизных или специальных марок, впоследствии влечет недоказанность факта совершения преступных действий с немаркированной алкогольной продукцией.

Необходимо отметить, что вне зависимости от количества и качества подделки, фальшивые марки (причем все обнаруженные) подлежат изъятию в ходе проведения осмотра места происшествия с целью их дальнейшего экспертного исследования.

Отдельно остановимся на доказывании при проведении осмотра места происшествия, обыска или выемки наличия алкогольной продукции, подлежаш;ей маркировке.

’ Образцы марок и признаки их подлинности указаны в приложении III.

Химический состав изъятой в ходе осмотра, обыска или выемки алкогольной продукции исследуется при проведении экспертиз, однако признаки, присущие именно алкогольной продукции, возможно выявить уже при ее обнаружении. Так, в протоколе осмотра подлежат закреплению следующие обстоятельства, характеризующие обнаруженную продукцию как алкогольную:

  • внешний вид, упаковка, объем и вид тары, в которой содержится данная продукция;
  • наличие этикеток, их содержание и форма. Указание на этикетках вида обнаруженной алкогольной продукции;
  • наличие и внешние признаки сырья, из которого изготовлена изъятая продукция.
  • О том, что алкогольная продукция находится в незаконном обороте, могут свидетельствовать и ряд признаков, которые установлены для ее внешнего вида действующим законодательством и государственными стандартами.

Особую важность при осуществлении осмотра, выемки или обыска представляет доказывание количества и суммы алкогольной продукции, находящейся в незаконном обороте. Данные, полученные при проведении указанных следственных действий, уже в стадии возбуждения уголовного дела (в результате осмотра места происшествия) или при проведении первоначальных следственных действий позволяют определить, является ли совершенное деяние преступным, либо за данные действия виновное лицо подлежит привлечению к административной ответственности.

о сумме немаркированной алкогольной продукции свидетельствуют следующие ее признаки, которые подлежат занесению в протокол выемки, обыска или осмотра: количество бутылок (емкостей), их объем, а также имеющиеся ценники на каждый вид продукции, выставляемой в розничную и мелкооптовую продажу. Как правило, нелегальная деятельность с немаркированной алкогольной продукцией находит свое отражение в черновых записях, поиск которых также является целью указанных следственных действий.

В целях доказывания обязательного признака, предусмотренного ст. 171-1 УК РФ, - совершения преступления с товарами и продукцией, подлежащими обязательной маркировке на сумму свыше 200 (а для особо крупного размера 500) МРОТ, в протоколе следственного действия необходимо отразить точное количество изъятой немаркированной алкогольной продукции, для чего ее необходимо пересчитать \

Стоимость изъятой алкогольной продукции определяется исходя из данных о цене одной единицы алкогольной продукции, установленной в ходе предварительного расследования (по изъятым ценникам, бухгалтерским документам, черновым записям и т.д.) путем перемножения на общее количество обнаруженной продукции. Вместе с тем, в некоторых случаях получить данные о цене при проведении следственных действий не удается, в связи с чем стоимость изъятой алкогольной продукции определяется исходя из минимальной стоимости алкогольной продукции, установленной действующим законодательством^ путем перемножения минимальной стоимости на установленное количество немаркированной алкогольной продукции.

При получении сведений о перевозке немаркированной алкогольной продукции в ходе осмотра транспортного средства дополнительные данные о месте производства, отгрузки и доставки, нелегальном или законном происхождении алкогольной продукции, а также данные о покупателе могут содержать документы, наличие которых при перевозке

’ Более подробно порядок осмотра алкогольной продукции в ходе осмотра места происшествия рассмотрен автором в методических рекомендациях «Доказывание преступлений в сфере производства и оборота немаркированной алкогольной продукции». М., 2002.

^ См. например: Письмо Министерства экономики РФ от 3 февраля 2000 г. № ИМ- 155/7-113 «Об утверждении минимальных цен на водку, ликеро-водочную и другую алкогольную продукцию крепостью свыше 28 процентов, производимые на территории российской Федерации или ввозимые на таможенную территорию Российской Федерации» // Нормативные акты для Бухгалтера. М., 2000. 17 февраля. № 4.

обязательно и установлено действующим законодательством\ В качестве обязательных документов предусмотрены копия сертификата соответствия, товарно-транспортная накладная установленного образца и справка к ней, а также акты об отгрузке и приемке спирта, вина и виноматериалов. При этом копия сертификата соответствия заверяется печатью владельца товара, а при каждой последующей оптовой перепродаже партия продукции должна сопровождаться заверенной копией сертификата соответствия. В справке к товарно-транспортной накладной должны быть указаны реквизиты производителя продукции, дата отгрузки, Ф.И.О. отправителя и его подпись, а также реквизиты организации-получателя.

В ходе осмотра, а также при производстве обысков или выемок данные о соучастниках преступления могут содержаться в товарно- транспортных и иных документах на алкогольную продукцию. Так, в товарно-транспортной накладной и в счете-фактуре содержатся данные об организации - производителе немаркированной алкогольной продукции, ее предыдущем собственнике, хранителе и перевозчике, которые могут быть проверены путем проведения обысков в месте расположения таких организаций. При производстве указанных следственных действий следователю необходимо предпринимать меры по обнаружению черновых записей, свидетельствующих о количестве приобретенной и реализованной немаркированной алкогольной продукции. Осознавая незаконность своих действий с продукцией, оборот которой без специальной маркировки запрещен, лица, совершающие преступление, тем не менее, вынуждены вести черновые записи для подсчета полученной прибыли.

Характеризуя осмотр, обыск и выемку, нельзя не отметить то обстоятельство, что в УПК РФ законодателем предусмотрен ряд

^ Постановление Правительства РФ от 15 августа 1997 г. № 1019 «Об утверждении перечня документов, подтверждающих легальность производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции на территории Российской Федерации» // Российская газета. 1997. 26 августа.

правообеспечительных операций, связанных с собиранием доказательств при проведении указанных следственных действий в жилище только по судебному решению с согласия прокурора (п.п. 4-5 ч. 2 ст. 29 и ст. 165 УПК РФ).

На наш взгляд, порядок получения судебного решения о проведении следственного действия в жилище чрезмерно усложнен - одно только получение согласия прокурора в настоящее время (судебное решение необходимо будет получать с 1 января 2004 года) занимает много времени, за которое следы преступления могут быть уничтожены.

Так, по уголовному делу № 128576, находившемуся в производстве следственной части ГСУ при ГУВД Московской области, имелись достаточные основания полагать, что в квартире Салимханова P.O. хранится значительное количество немаркированной алкогольной продукции и поддельных федеральных и региональных специальных марок. Поскольку надзор за деятельностью следственной части осуществляется прокуратурой Московской области, получение согласия прокурора Московской области заняло неделю (предоставление в прокуратуру всех необходимых материалов, правка постановления, болезнь курирующего зонального прокурора и т.д.), при этом жилище Салимханова расположено в Ступинском районе Московской области (130 километров от Москвы), а следственное подразделение расположено в г. Москве. В результате осмотра в квартире Салимханова P.O. было обнаружено две поддельные федеральные специальные марки, которые были сильно повреждены и к использованию не пригодны.

На наш взгляд, для проведения следственного действия в жилище достаточно только решения суда, что не противоречит Конституции РФ.

Допрос.

Важным средством получения сведений об обстоятельствах совершенного преступления, о психическом отношении лица к содеянному, а также о других признаках состава преступления и элементах, входящих в предмет доказывания рассматриваемого вида преступлений, являются допросы свидетеля, подозреваемого и обвиняемого. Получение показаний по делам о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции не имеет каких-либо процессуальных особенностей и не отличается от проведения допросов по другим уголовным делам. Необходимо лишь отметить, что показания участников проверочной закупки являются важным источником сведений о цели сбыта.

При допросах следует выяснить также возможные места хранения, производства или приобретения, немаркированной алкогольной продукции, а также данные о лицах, осуществляющих указанную деятельность.

Кроме того, ст. 187 УПК РФ предусмотрены правообеспечительные ограничения к производству допроса в части его длительности. Так, допрос не может длиться непрерывно более четырех часов, а его продолжение допускается после перерыва не менее чем на один час для отдыха и принятия пищи, причем общая продолжительность допроса в течение дня не может превышать 8 часов. Кроме того, при наличии медицинских показаний продолжительность допроса устанавливается на основании заключения врача.

Представляется, что прерывание допроса должно быть отмечено в протоколе следственного действия с указанием точного времени начала и окончания перерыва, а также его причин. Заключение врача, устанавливающего продолжительность допроса, также должно быть приобщено к материалам дела.

Для допроса обвиняемого законодатель в ч. 4 ст. 173 УПК РФ предусмотрел возможность повторного допроса по тому же обвинению только по просьбе самого обвиняемого в случае, если на первом допросе обвиняемый отказался от дачи показаний. На наш взгляд, в этом случае к материалам дела должно быть приобщено ходатайство обвиняемого о повторном допросе, либо должна быть сделана соответствующая отметка в протоколе дополнительного допроса обвиняемого.

Производство судебной экспертизы и получение образцов для сравнительного исследования.

Одним из способов собирания доказательств о преступлениях рассматриваемого вида является производство экспертизы, выводы которой могут содержать сведения о следующих обстоятельствах:

  • химический состав изъятой алкогольной продукции, является ли изъятая продукция алкогольной;
  • подлинность или поддельность федеральных и региональных специальных марок, а также акцизных марок, которыми была маркирована изъятая алкогольная продукция;
  • лицо (лица), выполнившее подписи или рукописный текст в изъятых документах на алкогольную продукцию.
  • При этом первое и второе из этих обстоятельств влияют на правомерность, противоправность или уголовную наказуемость действий с алкогольной продукцией, а третье непосредственно свидетельствует о субъекте преступления.

По всем изученным уголовным делам проводились экспертизы, причем по 54,4 % дел проводилось несколько экспертиз - как по алкогольной продукции, так и по поддельным маркам, которыми она была маркирована’.

Возможности экспертных учреждений не позволяют исследовать всю изъятую алкогольную продукцию, да такой необходимости и нет - несколько десятков или сотен бутылок, разлитых из одного резервуара с сырьем или произведенных на одной конвейерной линии, имеют один и тот же химический состав. Соответственно каждая из них отвечает или не отвечает признакам алкогольной продукции. Поэтому для изъятия образцов алкогольной продукции для сравнительного исследования (ст.

202 УПК РФ) существуют определенные правила, направленные на изъятие образцов таким образом, чтобы получить возможность исследования нескольких из них для получения объективных характеристик химического состава всей партии.

Более того, эти правила предусмотрены соответствующими государственными стандартами, а именно: ГОСТ 5363-93 «Водка. Правила приемки и методы анализа»; ГОСТ 14137-74 «Вина, виноматериалы, коньяки и коньячные спирты» и ГОСТ 4828-83 «Ликеро - водочные изделия. Правила приемки и методы испытаний». Без соблюдения указанных стандартов при изъятии в ходе осмотра и других следственных действий образцов алкогольной продукции для сравнительного исследования впоследствии эксперт не сможет дать категоричный вывод о химическом составе и других признаках всей партии алкогольной продукции. Эти стандарты не столь сложны для соблюдения и предусматривают следующее: вне зависимости от объема партии для определения физико-химических, органолептических показателей и микробиологической стойкости водки, вин, виноматериалов, коньяков и коньячных спиртов, а также ликеро-водочных изделий из партии необходимо методом случайной выборки отобрать четыре (емкостью 0,7- 0,8 л) или шесть (емкостью 0,5 л) бутылок алкогольной продукции. После отбора горла выбранных бутылок обертывают куском ткани или бумагой и обвязывают шпагатом, концы которого пломбируют или опечатывают. Считаем целесообразным при изъятии партии алкогольной продукции такое же количество образцов оставлять на базе (складе и т.д.) представителям администрации организации на случай возникновения разногласий по оценке качества, как это предусмотрено указанными выше ГОСТами.

Помимо этого, на наш взгляд, необходимо предусмотреть в действующем законодательстве обязанность субъекта доказывания обеспечить сохранность образцов, предоставляемых на сравнительное исследование. При доказывании рассматриваемого вида преступлений образцы алкогольной продукции или марок до их предоставления эксперту должны храниться в месте, исключающем какое-либо воздействие на них. Кроме того, следователь обязан принять меры по исключению такого воздействия как при транспортировке, так и при передаче образцов эксперту. Это достигается путем хранения образцов для сравнительного исследования в камере хранения вещественных доказательств, а также в их бережной транспортировке, исключающей как порчу образцов, так и их подмену заинтересованными лицами. Документы, которые составляет следователь при хранении и транспортировке образцов, могут иметь различную форму (акт сдачи на хранение, акт приема-передачи образцов, товарно-транспортная накладная и т.д.), поэтому, на наш взгляд, ст. 202 УПК РФ необходимо дополнить ч. 5 следующего общего содержания: «Следователь обязан принять меры к сохранности образцов для сравнительного исследования до передачи их эксперту».

Основным доказательством совершения производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции являются вещественные доказательства - сама алкогольная продукция и деньги, служившие средством платежа в проверочной закупке.

Для таких вещественных доказательств, как алкогольная продукция, в том числе немаркированная, наиболее острой проблемой, которая требует своего отражения в законодательстве и вызывает наибольшую сложность на практике, является ее хранение. Как уже отмечалось, по оконченным производством уголовным делам данной категории в Российской Федерации за 1999 г. было изъято 4121 декалитров немаркированной алкогольной продукции, в 2000 г. - 38702 декалитра, за 2001 г. -25186 декалитров, а за шесть месяцев 2002 г. - 40143 декалитров немаркированной алкогольной продукции’. Учитывая, что в декалитр входит 10 литров, а алкогольная продукция, как правило расфасована в бутылки емкостью 0,5 л, в среднем правоохранительными органами России за год изымается свыше полумиллиона бутылок алкогольной продукции.

Например, только по уголовному делу № 0165897, находившемуся в 2001 г. в производстве следственного отдела г. Железнодорожный Ростовской области, на складе завода «Пролетарский молот» было обнаружено и изъято 36 413 бутылок водки «Балтика» без специальных марок (свыше 1 800 яш,иков).

Хранение столь значительного количества вещественных доказательств, как правило, сопряжено со значительными материальными затратами (арендная плата, охрана и т.д.), а возможность их переработки до решения суда УПК РСФСР 1960 г. не предусматривал, поскольку алкогольная продукция не является скоропортящимся продуктом. При этом возвратить владельцу алкогольную продукцию невозможно, поскольку она изымается из незаконного оборота.

Для решения этой проблемы Правительством РФ, органами власти субъектов Российской Федерации принимались различные меры’ относительно изъятия в административном порядке и переработки этилового спирта и алкогольной продукции, которые, тем не менее, не решали проблему хранения вещественных доказательств - алкогольной продукции как таковой, и немаркированной, в частности.

’ Постановление Правительства РФ от 20 августа 1997 г. № 1056 «Об утверждении временного порядка изъятия, конфискации, и использования алкогольной продукции и этилового спирта, находящихся в незаконном обороте» // Российская газета. 1997. 28 августа; Постановление Правительства РФ от 16 февраля 1999 г. № 178 «Об изъятии из незаконного оборота и конфискации этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» // Российская газета. 1999. 23 февраля; Постановление Правительства РФ от 23 апреля 1999 г. № 459 «О реализации конфискованного и арестованного имущества» // Российская газета. 1999. 29 апреля; Постановление Правительства РФ от 21 декабря 2000 г. № 980 «О передаче функций Федерального долгового центра при Правительстве Российской Федерации Российскому фонду федерального имущества» // Российская газета. 2001. 6 января. № 3; Указ Президента РФ от 10 июля 1996 г. № 1025 «О неотложных мерах по укреплению правопорядка и усилению борьбы с преступностью в г. Москве и Московской области» // Российская гячетя. 1996. 16 июля. № 132.

В УПК РФ проблеме хранения вещественных доказательств - алкогольной продукции, уделено особое внимание: в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 82 УПК РФ вещественные доказательства в виде изъятых из незаконного оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции после проведения необходимых экспертных исследований передаются для их технологической переработки или уничтожаются, о чем составляется протокол в соответствии с требованиями ст. 166 УПК РФ.

Представляется, что данное положение закона, хотя и предусматривает действия с алкогольной продукцией (в том числе и немаркированной), изъятой из незаконного оборота, тем не менее не обеспечивает в должной мере достоверность сведений, полученных из вещественных доказательств, и их сохранность создает предпосылки для злоупотреблений со стороны сотрудников правоохранительных органов при технологической переработке алкогольной продукции.

Закрепление в протоколе осмотра места происшествия, обыска или выемки факта обнаружения немаркированной алкогольной продукции, а также последующее составление протокола о сдаче изъятой алкогольной продукции на технологическую переработку или о ее уничтожении, на наш взгляд, не достаточно достоверно обеспечивают отражение сведений о наличии такой продукции, ее количестве и других характеристик. Прежде всего, это обусловлено тем, что между изъятием продукции из незаконного оборота и ее сдачей на технологическую переработку неминуемо проходит определенный временной интервал, в период которого изъятая алкогольная продукция хранится в определенных условиях (например, на складе предприятия- изготовителя), которые в ряде случаев (при отсутствии надлежащей охраны и т.д.) недостаточно обеспечивают ее сохранность. Между тем, в п. 3 ч. 2 ст. 82 УПК РФ какие-либо правообеспечительные операции, направленные на обеспечение сохранности алкогольной продукции до ее переработки, и, как следствие.

на обеспечение достоверности факта изъятия алкогольной продукции, не предусмотрены.

Сказанное позволяет сделать выводы о том, что порядок хранения, учета и передачи таких вещественных доказательств, как алкогольной продукции, нуждается в более детальном законодательном регламентировании. Пункт 3 ч. 2 ст. 82 УПК РФ предлагается изложить в следующей редакции «изъятых из незаконного оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции, а также предметов, длительное хранение которых опасно для жизни и здоровья людей или для окружающей среды, после проведения необходимых исследований передаются для их технологической переработки или уничтожаются, о чем составляется протокол в соответствии с требованиями ст. 166 настоящего Кодекса.

До сдачи указанных предметов на переработку следователь или дознаватель, в производстве которого находится уголовное дело, должен обеспечить их сохранность, исключить воздействие на людей и окружающую среду, сфотографировать или снять на видео- или кинопленку, о чем составляется протокол в соответствии с требованиями ст. 166 настоящего Кодекса. В случае, если это не опасно для жизни или здоровья людей или окружающей среды, к уголовному делу может быть приобщен образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования».

Немалые проблемы существуют и при фиксации денежных средств, изъятых по уголовным делам.

По делам рассматриваемой категории деньги признаются вещественными доказательствами, как правило, тогда, когда они служили средством платежа в проверочной закупке и были впоследствии обнаружены у лица, сбывавшего немаркированную алкогольную продукцию, либо когда обнаруженные денежные средства не отражены в бухгалтерской отчетности предприятия и, в совокупности с остальными доказательствами, свидетельствуют о систематическом осуществлении производства, сбыта и других незаконных действий с немаркированной алкогольной продукцией.

По изученным делам во всех случаях средством платежа при проведении проверочной закупки выступали деньги. В ряде случаев для проведения проверочной закупки использовались денежные средства граждан, согласившихся принять участие в ее проведении. Необходимо также отметить, что деньги в виде бумажных банкнот, помимо номинала и вида валюты, обладают индивидуальными признаками в виде серии и номера. По делам о производстве, приобретении, перевозке, хранении или сбыте немаркированной алкогольной продукции отражения этих признаков в протоколах следственных действий достаточно для получения достоверных доказательств о сумме произведенной сделки.

Таким образом, в ряде случаев у субъекта доказывания нет особой необходимости для хранения денег в банке или иной кредитной организации, как это предусмотрено в подпункте «а» п. 4 ч. 2 ст. 82 УПК РФ, до вступления приговора в законную силу. Нельзя также исключать возможность необоснованного изъятия и признания денег вещественными доказательствами, а также последующего опровержения данных о том, что на изъятые ранее деньги, например, были направлены преступные действия (п. 2 ч. 1 ст. 81 УПК РФ).

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что по уголовным делам могут возникать случаи, когда необходимо возвратить деньги до вступления приговора в законную силу или прекращения производства по делу. Между тем такая возможность в кодексе не предусмотрена. С учетом того, что производство по делу длится значительное время (от двух месяцев и выше), а предварительное расследование может быть еще и приостановлено на неограниченный срок (например, в связи с неустановлением лица, совершившего преступление), необходимость отражения в законе возможности возврата денег до принятия решения по делу становится очевидной. Данное положение позволило бы также предотвратить тот ущерб, который может быть нанесен владельцу денежных средств от их необоснованного удержания правоохранительными органами.

При исследовании собирания доказательств по делам о преступлениях рассматриваемого вида нельзя не отметить важное значение международного сотрудничества в уголовном судопроизводстве.

Одним из инструментов такого сотрудничества, не предусмотренным уголовно-процессуальным законодательством, но играющим важную роль в поиске доказательств, является взаимодействие по линии Интерпола.

Так, субъектом доказывания могут быть запрошены сведения об установлении данных личности, местонахождении лица, и его проверки по оперативным учетам и др., не требующих документального подтверждения. Через полицейские органы Литвы, Латвии и Эстонии возможно также получение сведений о наличии банковского счета у клиента в конкретном банке, при предоставлении копии постановления о возбуждении уголовного дела’.

Необходимость в международном сотрудничестве в порядке уголовного судопроизводства возникала по 27,6 % изученных уголовных дел, и была, в основном, направлена на получение сведений, характеризующих личность обвиняемого, являющегося гражданином другого государства. Так, из уголовных дел с международными следственными поручениями в 96,1 % случаях запрашивалась информация о личности обвиняемого (сведения о судимости, смягчающих и отягчающих обстоятельствах), и только в 3,9 % поручениях содержалось требование о проведении следственных действий, направленных на установление обстоятельств преступления.

’ Приказ МВД РФ № 221 от 28 февраля 2000 г. «Об утверждении инструкции об организации информационного сотрудничества по линии Интерпола».

Проблема усовершенствования уголовно-процессуального правового регулирования международного сотрудничества особенно остро встала после распада Советского Союза. В условиях отсутствия границ между странами, образованными на постсоветском пространстве, были созданы естественные предпосылки для уклонения лиц, совершивших преступления, от уголовной ответственности, усугубившиеся отсутствием налаженного взаимодействия между правоохранительными органами. При этом в УПК РСФСР 1960 г. международному сотрудничеству было уделено всего две статьи, указывавшие, что взаимодействие правоохранительных органов осуществляется на основании международных договоров (см. ст. ст. 32 и 33).

Такое положение привело к резкому ухудшению взаимодействия с правоохранительными органами других государств, неясность в толковании и порядке использования полученных в результате такого взаимодействия результатов. Так, по изученным делам поручения об оказании правовой помощи (международные следственные поручения) направлялись в страны Содружества Независимых Государств и страны дальнего зарубежья, как уже отмечалось, в 27,6 % случаев, при этом результаты исполненных поручений только по 22,8 % уголовных дел поступили в течение трех месяцев, по 42,6 % дел - свыше трех месяцев, а по 34,6 % изученных дел ответы не поступили до настоящего времени\

в УПК РФ международному сотрудничеству в сфере уголовного судопроизводства посвящена часть пятая, состоящая из 20 статей, что уже само по себе является существенным шагом в регламентации этого вида деятельности в уголовном процессе. Вместе с тем, представляется, что некоторые нормы еще недостаточно совершенны и нуждаются в определенной доработке. Так, в соответствии со ст. 453 УПК РФ запрос о правовой помощи направляется на основании международного договора, соглашения или принципа взаимности. При этом принцип взаимности подтверждается письменным обязательством Верховного Суда РФ, Министерства иностранных дел РФ, Министерства юстиции РФ, МВД РФ, ФСБ РФ, Федеральной службы налоговой полиции РФ или Генеральной прокуратуры РФ оказать от имени Российской Федерации правовую помощь иностранному государству в производстве отдельных процессуальных действий. Таким образом, в законе не отражено, должен ли быть принцип взаимности подтвержден только одним министерством (ведомством), направляющим запрос о правовой помощи, или всеми, указанными в ч. 2 ст. 453 УПК РФ.

В соответствии со ст. 459 УПК РФ запрос компетентного органа иностранного государства об осуществлении уголовного преследования в отношении гражданина России, совершившего преступление за границей и возвратившегося на родину, рассматривается Генеральной прокуратурой России, а предварительное расследование и судебное разбирательство осуществляется в порядке, установленным УПК РФ. Однако, между возбуждением уголовного преследования за границей до поступления уголовного дела в орган предварительного следствия может пройти значительное время (свыше года), а сроки предварительного расследования ограничены ст. 162 УПК РФ.

Завершая исследование способов собирания доказательств преступлений рассматриваемого вида, нельзя не отметить собирание доказательств, осуществляемое подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом и их представителями, а также защитником.

По изученным уголовным делам доказательства предоставлялись обвиняемым или подозреваемым только в 2,7 % изученных уголовных дел. Защитником доказательства представлялись значительно чаще - по 47,3 % дел и, в основном (94,8 % случаев) представляли собой документы, характеризующие личность обвиняемого ^

Предоставление защитнику и иным участникам процесса права собирания доказательств, безусловно, является существенным шагом в сторону состязательного уголовного процесса, однако, на наш взгляд, процедура осуществления этого права все еще далека от совершенства.

В отличие от УПК РСФСР 1960 г., оставлявшим «последнее слово» по признанию предметов и документов доказательствами за дознавателем, следователем, прокурором и судом (ст. ст. 45-56, 68, 69 131), УПК РФ безоговорочно признает в качестве доказательств не только документы и предметы, представленные подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями, но и опросы лиц, проведенные защитником с их согласия, а также предметы, документы и иные сведения, полученные защитником. Суд, прокурор, следователь или дознаватель не вправе воспользоваться предоставленным ст. 88 УПК РФ правом признания доказательств, предоставленных иными участниками процесса, недопустимыми по мотивам отсутствия надлежащих гарантий их достоверности, поскольку такие гарантии не предусмотрены кодексом.

Так, для опросов, а также для получения предметов, документов и иных сведений, осуществляемых защитником, УПК РФ не предусмотрел каких- либо правообеспечительных операций, служивших гарантией достоверности собираемых доказательств. При допросе свидетель и потерпевший предупреждаются об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, а после дачи показаний протокол подписывается допрошенным лицом. Указанные действия при проведении опроса не предусмотрены, отсутствует даже формализованный бланк опроса.

Процедура получения защитником «иных сведений», упомянутых в п. 1 ч. 3 ст. 86 УПК РФ, вообще не предусмотрена, что влечет возможность приобщения к делу в качестве доказательств, например, слухов и сплетен.

а также иных домыслов без указания источника осведомленности защитника об этих сведениях.

Таким образом, законодатель не столько повысил степень состязательности процесса и предоставил стороне защиты больше полномочий в собирании доказательств, сколько уменьшил гарантии достоверности и допустимости доказательств.

Выход из такого положения нам видится в обязательной проверке доказательств, собранных участниками процесса как со стороны обвинения, так и со стороны защиты, путем проведения следственных действий.

проведение таких следственных действий, как следственный эксперимент, освидетельствование, наложение ареста на почтово- телеграфные отправления, контроль и запись переговоров, а также очная ставка, предъявление для опознания и проверка показаний на месте для уголовных дел о преступлениях рассматриваемой категории не характерно.

По изученным делам следственный эксперимент, освидетельствование, наложение ареста на почтово-телеграфные отправления и проверка показаний на месте не проводились ни разу, контроль и запись переговоров осуществлялись по одному уголовному делу, а предъявление для опознания и очная ставка проводились, соответственно, по 1 % и 6 % уголовных дел.

Рассмотрение проблем, связанных с собиранием доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, приводит к следующим выводам:

1) На стадии предварительного расследования у дознавателя и следователя есть наиболее широкие возможности для собирания доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции. При этом основными способами собирания доказательств рассматриваемой категории преступлений являются истребование документов, осмотр места происшествия, обыск, выемка, допросы свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого, а также производство судебной экспертизы. Помимо этого, доказательства могут быть получены в результате международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства, а также собраны подозреваемым, обвиняемым, защитником, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком или их представителями.

2) Способы собирания доказательств позволяют получить сведения о том или ином обстоятельстве производства, приобретения, перевозки, хранения или сбыта немаркированной алкогольной продукции, входящем в предмет доказывания указанных преступлений.

Истребование документов направлено на получение сведений, характеризующих личность обвиняемого, а по делам о производстве немаркированной алкогольной продукции - о наличии у руководителя организации-производителя намерения маркировать алкогольную продукцию федеральными и региональными специальными марками.

Осмотр, обыск, выемка позволяют получить доказательства наличия немаркированной алкогольной продукции, ее количества и стоимости.

Допрос свидетеля (в частности, участника проверочной закупки), подозреваемого и обвиняемого - сведения о цели сбыта и умысле, то есть психическом отношении лица к содеянному.

Заключение эксперта может содержать сведения о химическом составе изъятой алкогольной продукции (является ли изъятая продукция алкогольной), подлинности или поддельности федеральных и региональных специальных марок, а также акцизных марок, которыми была маркирована алкогольная продукция, и сведения о лице (лиц), выполнивших подписи или рукописный текст в изъятых документах на алкогольную продукцию.

Изъятие образцов алкогольной продукции для сравнительного исследования как действие, предшествующее экспертизе, необходимо проводить по правилам, установленным соответствующими государственными стандартами.

3) В УПК РФ целесообразно ввести следующие коррективы:

  • для упорядочения процесса истребования документа может быть предусмотрено право субъекта доказывания на выбор способа фиксации предоставленного или истребованного документа (ст. 84 УПК РФ);
  • необходимо возложить на следователя или дознавателя обязанность принять меры к сохранности образцов для сравнительного исследования до передачи их эксперту (ст. 202 УПК РФ можно дополнить частью пятой соответствующего содержания);
  • необходимо также предусмотреть ряд правил фиксации таких вещественных доказательств, как алкогольная продукция, среди которых обеспечение сохранности и фотографирование до переработки (п. 3 ч. 2 ст. 82 УПК РФ);
  • в законе важно предусмотреть возможность возврата вещественных доказательств - денежных средств владельцу до принятия решения по делу (например, в п. 4 ч. 2 ст. 82 УПК РФ);
  • в целях совершенствования международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства должен быть более определенно отражен порядок составления письменного обязательства о принципе взаимности (ч. 2 ст. 453 УПК РФ).

§2. Проверка и оценка доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции

Закон (ст. 87 УПК РФ) не предусматривает, какие именно доказательства и в каком объеме должны быть проверены в ходе доказывания, устанавливая (в отличие от ч. 3 ст. 70 УПК РСФСР 1960 г.) порядок проверки доказательств: путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Представляется, что по делам рассматриваемой категории исключительно важна и необходима проверка доказательств, полученных в стадии возбуждения уголовного дела. Это обстоятельство обусловлено тем, что в стадии предварительного расследования появляется ряд дополнительных гарантий достоверности и подтверждения истинности полученных доказательств. Результаты оперативно-розыскной деятельности и другие документы, содержащиеся в материале проверки, с точки зрения ч. 2 ст. 74 УПК РФ в настоящее время выступают в качестве «иных документов» и требуют проверки прежде всего потому, что являются производными доказательствами, то есть полученными субъектом доказывания не непосредственно, а через восприятие оперативными сотрудниками. Кроме того, внесенное нами предложение о допущении результатов оперативно- розыскной деятельности в качестве доказательств по уголовным делам требует более внимательного рассмотрения способов их проверки.

Акт (протокол) проверочной закупки, содержащий сведения о сбыте и цели сбыта в действиях лица, реализовавшего немаркированную алкогольную продукцию, как уже отмечалось выше, составляется с представителями общественности, а иногда и с применением аудио или видеозаписи. Денежные средства, используемые в качестве средства платежа, предварительно осматриваются, о чем составляется протокол.

Указанные документы проверяются путем допросов всех участников проверочной закупки, в том числе представителей общественности, обо всех обстоятельствах закупки, дополнительного осмотра денежных средств, сбытой немаркированной алкогольной продукции, а также путем проверки показаний на месте (ст. 194 УПК РФ).

Кроме того, результаты проверочной закупки могут быть сопоставлены с данными осмотра места происшествия, обыска (в том числе личного) и выемки относительно количества обнаруженных денежных средств, немаркированной алкогольной продукции, либо каких- либо документов, свидетельствующих о ее производстве или реализации.

Данные, содержащиеся в объяснениях, проверяются путем допросов лиц, давших объяснения до возбуждения уголовного дела.

Отдельно необходимо остановиться на проверке доказательств, собранных подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями, а также защитником (далее - иные участники процесса).

Доказательства, собранные иными участниками процесса, прежде чем они будут признаны достоверными, неминуемо нуждаются в проверке - путем проведения следственных действий дознавателем и следователем.

Сведения, содержащиеся в предоставленных иными участниками процесса предметах и документах, могут быть проверены путем допроса предоставивших их лиц об источнике происхождения предмета и документа, данные из истребованных справок, характеристик и иных документов — путем направления повторных запросов в соответствующие организации и учреждения, а проведенные защитником опросы лиц с их согласия - путем допроса опрошенных.

Представляется, что собранные иными участниками процесса доказательства после их проверки, если не будут опровергнуты.

приобретут необходимую степень достоверности, которая будет обеспечена процессуальными гарантиями следственных действий.

В этой связи ст. 86 УПК РФ предлагается дополнить частью 4 следующего содержания: «Доказательства, собранные подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями, а также защитником должны быть проверены путем получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство».

Особое значение и наибольший интерес с точки зрения исследования представляет собой оценка доказательств о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Оценка относимости доказательств о преступлениях рассматриваемого вида не представляет особой сложности и состоит в сопоставлении сведений, полученных при собирании доказательств, с предметом доказывания данных преступлений.

Вместе с тем, в практической деятельности более остро стоит вопрос об определении относимости доказательств не к доказываемому преступлению, а к уголовному делу. Очевидно, что в ходе предварительного расследования по уголовным делам могут быть получены доказательства, не только о совершении других преступлений обвиняемым, но и о совершении других преступлений иными лицами. Выяснение вопроса о необходимости доказывания в рамках одного уголовного дела других дополнительно выявленных преступлений, то есть относимости полученных доказательств к уголовному делу имеет важное значение, существенно влияет на объем работы субъекта доказывания, и, как следствие, на сроки предварительного расследования. Для предотвращения необоснованного расширения круга доказываемых обстоятельств и преступлений, закон предусматривает выделение уголовных дел (п. 3 ч. 1 и ч. 2 ст. 154 УПК РФ), а также материалов уголовного дела (ст. 155 УПК РФ). При этом выделение в отдельное производство материалов - это новелла в уголовно-процессуальном законодательстве, которая до введения в действие УПК РФ предусмотрена не была, хотя на практике широко применялась.

Представляется, что такое изменение уголовно-процессуального законодательства позволит существенно оптимизировать расследование по уголовным делам, в том числе о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции.

Как правило, вместе с доказательствами о производстве, перевозке, хранении, приобретении и сбыте немаркированной алкогольной продукции, следователь или дознаватель получает доказательства об изготовлении и использовании поддельных федеральных и региональных специальных марок, незаконном предпринимательстве и уклонении от уплаты налогов. Реже встречаются данные о выявлении мошенничества, а по изученным делам данные о совершении других общеуголовных преступлений ни разу не выявлялись. Несмотря на то, что получение доказательств о другом преступлении, либо преступлении, совершенном другим лицом, по таким делам не редкость, оценка относимости полученных доказательств к уголовному делу различна. На основании проведенного анализа, на наш взгляд, по делам рассматриваемой категории не допускается выделение уголовных дел и материалов при выявлении следующих обстоятельств:

а) в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений. Данное положение основано на том, что п. 2 ч. 1 ст. 153 УПК РФ предусматривает соединение уголовных дел в отношении одного лица, совершившего несколько преступлений. Несмотря на то, что соединение уголовных дел по этому основанию не обязанность, а право следователя, в практической деятельности, как правило, осуществляется соединение уголовных дел по этому основанию (удобство расследования, проведения следственных и процессуальных действий с обвиняемым, избежание дублирования следственных действий и т.д.). Для рассматриваемой категории преступлений характерно, что лицо, осуществляющее незаконные действия с немаркированной алкогольной продукцией, одновременно совершает незаконное предпринимательство и уклонение от уплаты налогов. Кроме того, при совершении производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в целях сокрытия следов преступления, как правило, изготовляются и используются поддельные федеральные и региональные специальные, а также акцизные марки. Налицо идеальная совокупность преступлений;

б) в отношении нескольких лиц, совершивших одно или несколько преступлений в соучастии;

в) в отношении лиц в соответствии с распределением ролей в организованной группе, осуществлявших производство, приобретение, перевозку, хранение или сбыт немаркированной алкогольной продукции. Данное положение, на наш взгляд, является существенным критерием эффективности борьбы с преступлениями этой категории.

Особую важность с точки зрения соблюдения конституционных прав граждан представляет собой оценка достаточности доказательств по рассматриваемой категории уголовных дел для предъявления обвинения и направления дела в суд, которая, на наш взгляд, должна базироваться на пределах доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в стадии предварительного следствия, а именно определения пределов доказывания при предъявлении обвинения и составлении обвинительного заключения (обвинительного акта). Рассмотрение этого вопроса невозможно без отражения произошедших с принятием УПК РФ изменений в части требований достаточности доказательств для предъявления обвинения и обвинительного заключения (обвинительного акта), а также суждений в юридической литературе по этому вопросу.

Статьи 143 и 144 УПК РСФСР 1960 г. предусматривали, что в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого должны быть указаны время, место и другие обстоятельства совершения преступления, поскольку они установлены материалами дела. Тем самым закон устанавливал объем доказательств (пределы доказывания), достаточных для предъявления обвинения.

Статья 171 УПК РФ, помимо времени и места совершения преступления, предписывает указывать в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и иные обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК. Таким образом, законодатель существенно изменил круг обстоятельств, которые должны быть доказаны на момент привлечения лица в качестве обвиняемого, фактически расширив его до предмета доказывания по делу.

Представляется, что подобное изменение уголовно-процессуального законодательства применено неудачно, поскольку лишает такое процессуальное действие, как предъявление обвинения, самостоятельности и его отличия от окончания предварительного следствия составлением обвинительного заключения. Если строго следовать такой норме закона, то сразу же после предъявления обвинения должно следовать объявление об окончании предварительного следствия и составление обвинительного заключения, поскольку все обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ и входящие в предмет доказывания, на момент предъявления обвинения уже установлены и доказаны. Кроме того, очевидно, что, если в ходе расследования будут установлены обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния, привлечение в качестве обвиняемого может просто не состояться, а уголовное дело подлежит прекращению. Определяя основания для предъявления обвинения, нельзя не остановиться на сущности самого понятия «обвинение». Наиболее точным, на наш взгляд, является мнение Ф.Н. Фаткуллина, выделявшего процессуальный и материально-правовой аспекты этого понятия. Под обвинением в процессуальном смысле понимается основанная на законе процессуальная деятельность компетентных органов и лиц по изобличению обвиняемого в инкриминируемом ему преступлении и по обоснованию его уголовной ответственности с тем, чтобы добиться публичного его осуждения’. Вот почему установление ряда обстоятельств, не связанных с инкриминируемым преступлением (данных, характеризующих личность обвиняемого, смягчающих или отягчающих его ответственность, а также обстоятельств, способствовавших совершению преступления), при предъявлении обвинения не обязательно. Под обвинением в материально- правовом смысле понимается совокупность установленных по делу и вменяемых обвиняемому в вину общественно опасных и противоправных фактов, составляющих существо того конкретного состава преступления, за которое это лицо несет уголовную ответственность и должно быть осуждено . Обвинение в материально- правовом смысле этого слова впервые формулируется в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого.

Такое постановление должно включать в себя три составные части: 1) фабулу обвинения, то есть реальное содержание инкриминируемого обвиняемому деяния, те установленные по делу факты, в которых усматриваются признаки соответствующего состава преступления; 2) юридическую формулировку, то есть те правовые признаки, которые присущи типичному понятию всякого вида преступления; 3) правовую квалификацию по соответствующей статье (части, пункту) Особенной части УК’. Именно обстоятельства, образующие фабулу обвинения, и составляют предмет доказывания при привлечении лица в качестве обвиняемого.

По мнению Н.В. Жогина и Ф.Н. Фаткуллина, к этому моменту должны быть установлены обстоятельства, характеризующие

^ Фаткуллин Ф.Н. Изменение обвинения. М., 1971. С. 11,12. ^ Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч. С. 11,12.

обязательные признаки состава преступления: то конкретное общественное отношение, охраняемое нормами уголовного права, которое нарушено или поставлено под угрозу нарушения; запреш;енное уголовным кодексом обш,ественно опасное деяние; факт совершения этого деяния привлекаемым в качестве обвиняемого лицом; обстоятельства, свидетельствующие о соответствии этого лица признакам субъекта преступления (достижение им возраста уголовной ответственности и вменяемость); вину этого лица в совершении деяния. Остальные факультативные признаки состава преступления, такие как время, место, способ, мотив и цель преступного деяния, вредные его последствия, предмет посягательства и отягчающие ответственность обстоятельства, некоторые авторы предлагают включать в предмет доказывания при привлечении лица в качестве обвиняемого только тогда, когда они либо предопределяют преступность и наказуемость содеянного, либо влияют на его квалификацию, то есть лежат в пределах самого состава преступления^.

Такое суждение вызывает определенные возражения. Факультативные признаки состава преступления не только являются конститутивными или квалифицирующими признаками составов отдельных преступлений, но и детализируют само деяние. Поэтому, на наш взгляд, при изложении фабулы обвинения необходимо отражать квалифицирующие признаки состава преступления не только тогда, когда они выполняют первую из указанных функций, но и вторую. Относительно времени и места совершения преступления в литературе высказывалось мнение, что они должны быть установлены к моменту привлечения в качестве обвиняемого в обязательном порядке^. Представляется, что к моменту привлечения лица в качестве обвиняемого эти обстоятельства могут быть установлены с

’ Фаткуллин Ф.Н. Указ. соч. С. 22-25.

^ Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. М., 1965. С. 185-186.

^ См.: Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в отдельных стадиях советского уголовного процесса // Тр. Иркутского университета. Сер. юрид. 1969 т. 45 нмп 8 ч 4 Г различной степенью точности, главное, чтобы они индивидуализировали совершенное деяние.

Некоторые авторы утверждают, что последствия деяния, которое вменяется в вину обвиняемому, а также причинная связь между деянием и наступившими последствиями должны быть доказаны и отражены в постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого вне зависимости от того, совершено ли преступление с формальным или материальным составом\ Действительно, в ч. 1 ст. 73 УПК РФ характер и размер вреда, причиненного преступлением, указаны в качестве обстоятельств, подлежащих доказыванию, однако вред, причиненный преступлениями с формальным составом, заключается в самом их совершении и не может быть конкретизирован и рассчитан.

Неудачность формулировки в УПК РФ круга обстоятельств, подлежащих установлению на момент предъявления обвинения, отмечена и большинством опрошенных при анкетировании. Так, 54 % интервьюируемых согласились с тем, что необходимость установления на момент привлечения лица в качестве обвиняемого всех обстоятельств, входящих в предмет доказывания, лишает обвинение процессуального статуса, 17,1 % посчитали, что новая формулировка не влияет на объем доказательств, и только 20,1 % опрошенных согласились с необходимостью установления всех обстоятельств по делу к моменту предъявления обвинения^.

Таким образом, п. 4 ч. 1 ст. 171 УПК РФ, на наш взгляд должен быть изложен в следующей редакции: «Описание преступления с указанием времени, места его совершения и других признаков состава преступления».

Исходя из данного предложения, в предмет доказывания уголовных дел о производстве, приобретении, перевозке, хранении или сбыте

’ Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России. Дисс…. докт. юрид. наук. Воронеж, 1998. С. 279. ^ См. приложение II, таблица № 4.

немаркированной алкогольной продукции на момент предъявления обвинения входят следующие обстоятельства: а) общественные отношения по маркировке алкогольной продукции марками того или иного вида, охраняемые уголовным правом; б) запрещенное законом деяние с немаркированной алкогольной продукцией. При этом обязательно должны быть указаны время, место и способ соверщения преступления (производство, приобретение, перевозка, хранение или сбыт, либо несколько из указанных действий) с указанием суммы немаркированной алкогольной продукции. Время совершения преступления может быть указано с установленной на момент предъявления обвинения степенью точности; в) вина привлекаемого к уголовной ответственности лица в совершении преступления в форме прямого умысла и осуществление действий по производству, приобретению, перевозке и хранению алкогольной продукции с целью сбыта, поскольку цель сбыта является обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 171- 1 УК РФ.

После привлечения лица в качестве обвиняемого доказывание по делу осуществляется с целью выяснения иных обстоятельств, указанных ст. 73 УПК РФ, установление которых после предъявления обвинения, на наш взгляд, не нарушит права обвиняемого на защиту. Все установленные по делу обстоятельства должны быть изложены в обвинительном заключении, о содержании которого говорится в ст. 220 УПК РФ. Однако редакция этой нормы также нуждается в совершенствовании.

Так, в п.п. 5 и 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ предусмотрено, что следователь в обвинительном заключении указывает перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и перечень доказательств, на которые ссылается сторона защиты. Представляется, что такая формулировка лишает обвинительное заключение ряда гарантий его мотивированности. Простое перечисление, в форме списка (перечня) доказательств, собранных в ходе предварительного следствия, не позволяет раскрыть в обвинительном заключении основной результат стадии расследования - вывод о доказанности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу. Термин «перечень доказательств» указан и в п. 6 ст. 225 УПК РФ, регламентирующей содержание обвинительного акта.

Проведенное интервьюирование сотрудников правоохранительных органов показало, что большинство из них — 65,9 % склоняются к необходимости отражения в обвинительном заключении всех собранных доказательств и представления их анализа (оценки), а 26,6 % опрошенных считают, что в обвинительном заключении достаточно отражать перечень собранных доказательств\

На наш взгляд, в указанных положениях закона более целесообразно применять не термин «перечень доказательств», а «доказательства».

Приводя в обвинительном заключении собранные доказательства, следователь дает их окончательную оценку, а также обосновывает вытекающие из этой оценки выводы. Представляется, что в ст. 220 УПК РФ необходимо закрепить право следователя на изложение оценки собранных доказательств, которое с учетом ч. 3 ст. 88 УПК РФ, запрещающей включение недопустимых доказательств в обвинительное заключение может выглядеть следующим образом: «Следователь вправе отразить в обвинительном заключении результаты оценки включенных в него доказательств».

Рассмотренные в настоящем параграфе проблемы проверки и оценки доказательств в стадии предварительного расследования преступлений о производстве, приобретении, перевозке, хранении и сбыте немаркированной алкогольной продукции приводят к ряду выводов.

1) Прежде всего проверке подлежат доказательства, полученные в стадии возбуждения уголовного дела и собранные иными участниками процесса без надлежащих процессуальных гарантий.

2) При оценке полученных доказательств с точки зрения их относимости необходимо руководствоваться предложенными правилами оценки относимости доказательств к расследуемому делу, что позволит осуществлять наиболее полное и объективное расследование. 3) 4) Пункт 4 ч. 1 ст. 171 УПК РФ, регламентирующий перечень обстоятельств, подлежащих установлению к моменту привлечения лица в качестве обвиняемого, предлагается изложить в следующей редакции: «Описание преступления с указанием времени, места его совершения и других признаков состава преступления». 5) 6) В пределы доказывания уголовных дел рассматриваемой категории на момент предъявления обвинения входят доказательства о следующих обстоятельствах: а) общественные отношения по маркировке алкогольной продукции марками того или иного вида, охраняемые уголовным правом; б) запрещенное законом деяние с немаркированной алкогольной продукцией. При этом обязательно должны быть указаны время, место и способ совершения преступления (производство, приобретение, перевозка, хранение или сбыт, либо несколько из указанных действий) с указанием суммы немаркированной алкогольной продукции. Время совершения преступления может быть указано с установленной на момент предъявления обвинения степенью точности; в) вина привлекаемого к уголовной ответственности лица в совершении преступления в форме прямого умысла и осуществление действий по производству, приобретению, перевозке и хранению алкогольной продукции с целью сбыта, поскольку цель сбыта является обязательным признаком состава преступления, предусмотренного ст. 171-1 УК РФ. 7) 8) В обвинительном заключении и в обвинительном акте должен быть указан не перечень доказательств, а сами доказательства, а, кроме того, дознавателю и следователю должно быть предоставлено право изложения оценки собранных доказательств.

164

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

История свидетельствует о заинтересованности Российского государства на всех этапах его развития в установлении и обеспечении монополии на производство и оборот алкогольной продукции.

При царе Алексее Михайловиче государству принадлежало право как производства, так и реализации спиртных напитков, «чтобы мимо кабаков вина не курили, вин не варили».’ В середине XVIII века полная монополия государства была заменена откупной системой, сущность которой состояла в том, что казна сама заготовляла вино, а откупщикам предоставлялась только право торговли им.

Из-за злоупотреблений откупщиков и в связи с массовыми крестьянскими движениями за трезвость в 1858-1861 г.г., откупная система была заменена акцизной. Основным принципом акцизной системы стала свобода производства и торговли алкогольной продукцией, а пополнение казны осуществлялось путем взимания акциза с выкуриваемого спирта и обложения мест продажи спиртных напитков питейным сбором.

Так, уже в середине XIX века появились косвенные налоги - акцизы, которые представляли собой суть нынешних общественных отношений по маркировке алкогольной продукции.

В современный период акцизная система была возрождена в 1991 году и постоянно совершенствовалась. Впервые в Российской Федерации для упорядочения и повышения эффективности взимания акцизов маркировка импортной алкогольной продукции марками акцизного сбора была введена в 1994 г., а отечественной - с начала 1997 г.

С 14 июля 1999 г. институт маркировки поставлен под защиту уголовного закона (ст. 171-1 УК РФ).

• Пыжов И. История кабаков России в связи с историей русского народа. Спб., iRfiR Г 86.

Важность уголовно-правовой охраны государственной монополии на производство и оборот алкогольной продукции обуславливает особенности доказывания преступлений, связанных с незаконным производством и оборотом алкогольной продукции, существование в разное время как специальных субъектов доказывания, так и особенных способов собирания доказательств. Например, в конце XVII века функции доказывания преступлений, связанных с алкогольной продукцией, были возложены на «корчемных сыщиков», которым разрешалось «входить в семейную жизнь с обысками, насилиями…».

Особенности доказывания таких преступлений существуют и в настоящее время.

Они выражены как в процессуальных, так и в непроцессуальных формах, при этом непроцессуальные особенности доказывания исследуются криминалистической методикой, а процессуальные - в рамках уголовного процесса.

Доказывание представляет собой деятельность по собиранию, проверке и оценке доказательств для достижения объективной истины в уголовном судопроизводстве. При этом доказательство представляет собой единство содержания - сведений о фактах объективной действительности, и формы - установленных законом (ч. 2 ст. 74 УПК РФ) источников этих сведений.

процессуальные особенности доказывания отдельных видов преступлений выражаются, прежде всего, в содержании предмета доказывания, которое непосредственно зависит от того или иного вида преступлений, в зависимости от этого содержания находятся пределы доказывания в стадиях возбуждения уголовного дела и предварительного расследования, порядок оценки достаточности собранных доказательств для принятия решения о возбуждении уголовного дела, предъявления обвинения, составления обвинительного заключения (обвинительного акта), а также принятия решения о прекращении уголовного дела.

Во-вторых, конкретное содержание входящих в предмет доказывания сведений о тех или иных преступлениях влияет на выбор субъектом доказывания источников таких сведений, выбор способов процессуального поиска, обнаружения и закрепления (фиксации) доказательств, а также на способы их проверки.

Наконец, в самом УПК РФ прямо предусмотрены особенности судопроизводства по отдельным видам преступлений: в части преступлений, связанных с производством и оборотом алкогольной продукции, эти особенности закреплены в ч. 3 ст. 82 УПК РФ, регламентирующей порядок хранения вещественных доказательств - алкогольной продукции.

Исходя из изложенного, мы предлагаем ввести в теорию доказывания раздел о процессуальных особенностях доказывания отдельных видов преступлений со следующей структурой:

  1. Предмет доказывания отдельных видов преступлений.
  2. Особенности собирания, проверки и оценки доказательств отдельных видов преступлений в стадии возбуждения уголовного дела. Выяснение основания для возбуждения уголовного дела о преступлении того или иного вида (ч. 2 ст. 140 УПК РФ).
  3. Особенности собирания, проверки и оценки доказательств отдельных видов преступлений в стадии предварительного расследования, выявление оснований для предъявления обвинения и составления обвинительного заключения (обвинительного акта); прекращения уголовного дела.
  4. Важными составляющими предмета доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции являются признаки состава преступления. Именно они определяют отличие доказывания рассматриваемого вида преступлений от преступлений других видов.

Объектом производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции являются экономические интересы Российской Федерации, выраженные в общественных отношениях по надлежащей маркировке алкогольной продукции и оплате в бюджет стоимости специальных марок и марок акцизного сбора. Помимо пополнения государственной казны, маркировка алкоголя обеспечивает его надлежащее качество и защищает потребителя от подделки.

Анализ ст. 171-1 УК РФ, предусматривающей ответственность за производство, приобретение, перевозку, хранение и сбыт немаркированной алкогольной продукции, свидетельствует о том, что это преступление беспредметно: немаркированная алкогольная продукция является незаконной, она не может быть признана предметом таких деяний.

Объективная сторона данного вида преступлений включает в себя несколько элементов, подлежащих доказыванию. По каждому уголовному делу необходимо установить время, место и способ соверщения преступления. Способы совершения данных преступлений отражены в диспозиции ст. 171-1 УК РФ, а время и место соверщения преступления индивидуализируют деяние, определяя его пространственные и временные характеристики.

Производством алкогольной продукции является ее изготовление с получением готового продукта, содержащего свыше 1,5 % этилового спирта от объема готовой продукции, и его упаковка в тару, пригодную для розничной реализации. В законодательстве упомянуто только промышленное производство алкогольной продукции, то есть производство такой продукции юридическим лицом, но ст. 171-1 УК РФ предусматривает производство, как таковое, которое может незаконно осуществляться гражданами без регистрации в качестве предпринимателей.

Под приобретением немаркированной алкогольной продукции следует понимать любую форму ее получения, как безвозмездную, так и возмездную, в том числе и покупку.

Хранение выражается в действии, а иногда в бездействии, то есть содержании алкогольной продукции в жилище или укрытии в подсобных помещениях, хозяйственных постройках или специальных хранилищах.

Под перевозкой алкогольной продукции понимается любое ее перемещение. Перевозкой также является погрузка на транспорт и разгрузка.

Сбыт - это действия виновного, состоящие в продаже немаркированной алкогольной продукции, так и иные действия, связанные с их возможной передачей другим лицам за выполнение различного рода работ либо получения услуг.

Объективную сторону производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции характеризует и то обстоятельство, что указанные действия должны быть совершены в крупном (свыше 200 МРОТ) и особо крупном (свыше 500 МРОТ) размере.

Субъектом рассматриваемого вида преступлений является вменяемое лицо, достигшее возраста 16 лет. Субъектами могут быть руководители предприятий, индивидуальные предприниматели, а также лица, занимающиеся подобной деятельностью без регистрации и при отсутствии соответствующей лицензии.

Особую сложность по делам о преступлениях рассматриваемого вида имеет доказывание субъективной стороны состава преступления.

Все преступные действия с немаркированной алкогольной продукцией могут быть совершены только с прямым умыслом, когда виновный осознает характер и степень общественной опасности своего деяния и желает его совершить. Как правило, указанные преступления совершаются из корыстных побуждений, однако законодательно закреплена, и, как следствие подлежит обязательному доказыванию.

только цель сбыта при производстве, приобретении, хранении и перевозке немаркированной алкогольной продукции. Доказывать цель сбыта необходимо для всех указанных способов совершения преступлений рассматриваемого вида.

Предметом доказывания являются все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения уголовного дела, поэтому по всем уголовным делам, в том числе и о преступлениях рассматриваемого вида, необходимо установить обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания, а также способствовавшие совершению преступления, в свою очередь, пределы доказывания - необходимый и достаточный для принятия решения объем доказательств, варьируются в зависимости от стадии уголовного процесса.

Предмет доказывания производства немаркированной алкогольной продукции шире, чем у других деяний данного вида, что обусловлено особым порядком маркировки алкогольной продукции федеральными и региональными специальными марками. Эти обстоятельства представляют собой сведения о намерении руководителя организации-изготовителя маркировать алкогольную продукцию, а также о ее прохождении в режиме или вне режима акцизного склада, что предопределяет факт хранения немаркированной алкогольной продукции в целях или без цели сбыта.

Возбуждение уголовного дела есть самостоятельная стадия уголовного процесса, со своими задачами, субъектами, сроками и итоговыми процессуальными решениями. На момент принятия первого процессуального решения - о возбуждении уголовного дела, или об отказе в его возбуждении - признаки преступления, указанные в ч. 2 ст. 140 УПК РФ, должны быть установлены достоверно.

Исследуя поводы для возбуждения уголовных дел, диссертант установил, что по 95,9 % изученных уголовных дел о производстве, приобретении, хранении, перевозке и сбыте немаркированной алкогольной продукции поводом послужило непосредственное обнаружение признаков преступления органом дознания (которое по ст. 140 УПК РФ относится к «сообщению о совершенном или готовящемся преступлении, полученному из иных источников»); заявления о преступлении - по 4,1 % дел; не выявлено ни одной явки с повинной, выступающей поводом для возбуждения уголовного дела^.

Применительно к преступлениям данного вида, на момент возбуждения уголовного дела должны быть доказаны объект таких деяний, объективная сторона, а также цель сбыта при совершении преступных действий, что составляет основание для возбуждения уголовного дела и служит пределами доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в стадии возбуждения уголовного дела.

В стадии возбуждения уголовного дела доказывание производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции осуществляется с учетом его пределов (установление признаков преступления) и ограниченных сроков, путем истребования документов, проведения оперативно-розыскных мероприятий и осмотра места происшествия.

в соответствии с ч. 2 ст. 21 УПК РФ до возбуждения уголовного дела дознаватель и следователь вправе истребовать предметы и документы, что является одним из основных способов собирания доказательств на стадии возбуждения уголовного дела (документы истребовались по всем изученным делам).

Хотя в уголовно-процессуальном законе не предусмотрено получение объяснений, как способ проведения доследственной проверки, по всем изученным уголовным делам имело место указанное действие, причем в 57,1 % случаев объяснения отбирались у участников проверочной закупки.

в 85,7 % - у лиц, совершивших преступление. В этой связи, в ст. 144 УПК РФ необходимо предусмотреть возможность получения объяснений.

Осмотр места происшествия также проводился по всем изученным делам до их возбуждения. В ходе проведения этого следственного действия всегда дознаватели всегда обнаруживали немаркированную алкогольную продукцию, а в 21,4 % случаев - и документы на нее. Поэтому необходимо закрепить в законе возможность проведения до возбуждения уголовного дела не только осмотра места происшествия, но и осмотра предметов и документов, обнаруженных в ходе осмотра места происшествия.

По изученным делам не удалось выявить ни одного факта производства освидетельствования и назначения экспертизы, что обусловлено отсутствием необходимости в проведении указанных следственных действий для доказывания признаков рассматриваемого вида преступлений. Исходя из этого диссертант приходит к выводу о том, что производство до возбуждения уголовного дела освидетельствования и назначения экспертизы, установленное по УПК РФ, распространения на практике не получит.

Проведение оперативно-розыскных мероприятий по собиранию данных, указывающих на признаки преступления, является непроцессуальным доказыванием, результаты которого влекут процессуальные последствия, выступая в качестве повода и основания к возбуждению уголовного дела. По делам о преступлениях рассматриваемого вида единственным способом доказывания цели сбыта (обязательного признака преступления, предусмотренного ст. 171-1 УК РФ) в действиях по производству, приобретению, перевозке и сбыту немаркированной алкогольной продукции диссертант считает проверочную закупку.

Так, по 28,7 % изученных уголовных дел проверочная закупка не проводилась, при этом 3 % таких дел (от общего числа изученных) направлены с обвинительным заключением в суд, 8,7 % прекращено, 17,2% приостановлено в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Таким образом, одной из предпосылок приостановления по п. 3 ст. 195 УПК РСФСР (п. 1 ч. 1 ст. 208 УПК РФ) большинства изученных уголовных дел этой категории (63 из 67), послужило непроведение до возбуждения уголовного дела проверочной закупки, и, как следствие, отсутствие фактических данных о наличии цели сбыта в действиях лица, осуществлявшего незаконные действия с немаркированной алкогольной продукцией.

Оценка полученных в стадии возбуждения уголовного дела сведений о преступлении осуществляется с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, то есть по тем же критериям, что и оценка доказательств.

Необходимо отметить, что полученные в результате проведения осмотра места происшествия, истребования документов и проведения оперативно- розыскных мероприятий, а также содержащиеся в заявлении и сообщении сведения о преступлении допустимы в качестве данных, составляющих основание для возбуждения уголовного дела (ч. 2 ст. 140 УПК РФ).

При этом сведения, содержащиеся в документах и полученные в результате осмотра места происшествия бесспорно являются доказательствами по уголовному делу.

Несмотря на допустимость в качестве данных о признаках преступления результатов оперативно-розыскной деятельности, в ст. 89 УПК РФ неоднозначно трактуется возможность использования в качестве доказательств результатов оперативно-розыскной деятельности. В оперативно-розыскное и уголовно-процессуальное законодательство необходимо внести изменения и дополнения о возможности использования результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств

При условии указания источника полученных фактических данных, проведения оперативно-розыскных мероприятий в соответствии с Федеральным Законом «Об оперативно-розыскной деятельности», а также проверки результатов оперативно-розыскной деятельности в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством.

В стадии предварительного расследования все обстоятельства, входящие в предмет доказывания производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции, устанавливаются, как правило, путем истребования документов, осмотра места происшествия, обыска, выемки, допросов свидетеля, потерпевшего, подозреваемого и обвиняемого, а также путем производства судебной экспертизы. Помимо этого, доказательства могут быть получены в результате международного сотрудничества в сфере уголовного судопроизводства, а также собраны подозреваемым, обвиняемым, защитником, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком им их представителями.

Истребование документов направлено на получение сведений, характеризующих личность обвиняемого, а по делам о производстве немаркированной алкогольной продукции - о наличии у руководителя организации-производителя намерения маркировать алкогольную продукцию федеральными и региональными специальными марками. Осмотр, обыск, выемка позволяют получить доказательства наличия немаркированной алкогольной продукции, ее количества и стоимости, а допрос свидетеля (в частности, участника проверочной закупки), подозреваемого и обвиняемого - доказательств о цели сбыта, а также о наличии умысла.

Заключение эксперта может содержать сведения о химическом составе изъятой алкогольной продукции (является ли изъятая продукция алкогольной), подлинности или поддельности федеральных и региональных специальных марок, а также акцизных марок, которыми была маркирована изъятая алкогольная продукция, и сведения о лице (лицах), выполнивших подписи или рукописный текст в изъятых документах на алкогольную продукцию.

В целях повышения достоверности результатов экспертизы по указанным преступлениям целесообразно проводить изъятие образцов алкогольной продукции для сравнительного исследования (ст. 202 УПК РФ), как действие, предшествующее экспертизе, в соответствии с установленными государственными стандартами, предусматривающими, в частности, метод случайной выборки образцов, порядок их опечатывания и оставления части образцов представителям организации - изготовителя.

Рассмотрение проблем собирания доказательств производства, приобретения, перевозки, хранения и сбыта немаркированной алкогольной продукции в стадии предварительного расследования привели к выводу о необходимости усовершенствования УПК РФ в части:

упорядочения процесса истребования документов путем установления права субъекта доказывания выбирать способ фиксации предоставленного или истребованного документа (ст. 84 УПК РФ);

  • возложения на следователя или дознавателя обязанности принять меры к сохранности образцов для сравнительного исследования до передачи их эксперту, о чем дополнить ст. 202 УПК РФ;
  • указания ряда правил фиксации таких вещественных доказательств, как алкогольная продукция, среди которых - обеспечение сохранности и обязательное фотографирование до переработки (п. 3 ч. 2 ст. 82 УПК РФ);
  • закрепления возможности возврата вещественных доказательств - денежных средств владельцу до принятия решения по делу (п. 4 ч. 2 ст. 82 УПК РФ);
  • оптимизации международного сотрудничества путем более четкого отражения порядка составления письменного обязательства о принципе взаимности (ч. 2 ст. 453 УПК РФ).
  • В ходе исследования установлено, что особенностями проверки доказательств в стадии предварительного следствия служит то, что в основном проверяются доказательства цели и факта сбыта немаркированной алкогольной продукции, полученные в стадии возбуждения уголовного дела.

В законе необходимо предусмотреть обязательную проверку доказательств, собранных подозреваемым, обвиняемым, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями, а также защитником путем проведения следственных действий.

При исследовании проблемы оценки доказательств в стадии предварительного расследования, в работе предложены правила оценки относимости собранных доказательств о незаконных действиях с немаркированной алкогольной продукцией, рассмотрены критерии оценки достаточности собранных доказательств о рассматриваемого вида преступлений для предъявления обвинения и составления обвинительного заключения.

В целях обеспечения своевременного предъявления обвинения п. 4 ч. 1 ст. 171 УПК РФ, устанавливающий перечень обстоятельств, подлежащих установлению к моменту привлечения лица к уголовной ответственности должен быть изложен в следующей редакции: «Описание преступления с указанием времени, места его совершения и других признаков состава преступления».

Применительно к обвинительному заключению (обвинительному акту) в ст. ст. 220 и 225 УПК РФ следует установить требование указания не перечня доказательств, а самих доказательств. При этом дознавателю и следователю должно быть предоставлено право изложения оценки собранных доказательств. Наличие указанных сведений в обвинительном заключении (обвинительном акте) позволит судье полнее оценить степень доказанности вины подсудимого и назначить ему справедливое наказание.

176

СПИСОК

ИСПОЛЬЗОВАННОЙЛИТЕРАТУРЫ

Нормативные правовые акты. Проекты законодательных актов.

  1. Конституция РФ. // Российская газета. 1993. 25 декабря.
  2. Соборное Уложение 1649 года. Л., 1987.
  3. Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. // Собрание Узаконений и Распоряжений Рабоче-крестьянского правительства РСФСР. 1922. № 15. Отдел первый.
  4. Уголовный кодекс РСФСР. М., 1996.
  5. Уголовный кодекс РФ. М., 2002.
  6. Уголовно-процессуальный кодекс РФ. Федеральный Закон от 18 декабря 2001 г. № 174-ФЗ. // Российская газета. 2001. 22 декабря. № 249.
  7. Налоговый кодекс РФ. М., 2002.
  8. Кодекс РФ об административных правонарушениях. Федеральный Закон от 30 декабря 2001 г. № 195-ФЗ. М., 2002.
  9. Федеральный закон № 158-ФЗ от 9 июля 1999 г. «О внесении дополнений в Уголовный кодекс РФ и изменений и дополнения в статью 126 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР». // Российская газета. 1999. 14 июля.
  10. Закон РФ № 1531-1 от 3 июля 1991 г. «О приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации». // Российская газета. 1991. 19 июля.
  11. Закон РФ «Об акцизах». // Российская газета. 1991. 24 декабря.
  12. Федеральный Закон от 22 ноября 1995 г. № 171-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции». // Российская газета. 1995. 29 ноября.
  13. Федеральный Закон от 7 января 1999 г. № 18-ФЗ «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта алкогольной и спиртосодержащей продукции». // Российская газета. 1999. 19 января.
  14. Федеральный закон от 19 июня 2000 г. № 82-ФЗ «О минимальном размере оплаты труда». // Российская газета. 2000. 21 июня.
  15. Закон РФ от 13 марта 1992 г. № 2506-1 «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации» (утратил силу). // Ведомости Съезда народных депутатов РФ и Верховного Совета РФ. 1992. 23 апреля. № 17. ст. 892.
  16. Федеральный Закон от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ «Об оперативно- розыскной деятельности», изм. и доп. Федеральными Законами РФ от 18 июля 1997 г. № 101-ФЗ, от 21 июля 1998 г. № 117-ФЗ, от 5 января 1999 г. № 6-ФЗ, от 30 декабря 1999 г. № 225-ФЗ, от 20 марта 2001 г. № 26-ФЗ // Российская газета. 1995. 18 августа.
  17. Закон РФ № 1026- I от 18 апреля 1991 г. «О милиции» (изм. и доп. Законами РФ № 4510-1 от 18 февраля 1993 г., № 5304- 1 от 1 июля 1993 г., Федеральными Законами РФ № 73-ФЗ от 15 июня 1996 г., № 68-ФЗ от 31 марта 1999 г., № 209-ФЗ от 6 декабря 1999 г., Хо 105-ФЗ от 25 июля 2000 г., № 135-ФЗ от 7 ноября 2000 г., № 163-ФЗ от 29 декабря 2000 г., № 104-ФЗ от 26 июля 2001 г., № 108-ФЗ от 4 августа 2001 г. // Ведомости Съезда народных депутатов РСФСР и Верховного Совета РСФСР. 1991. 22 апреля. № 16. ст. 503.
  18. Федеральный Закон № 26-ФЗ от 20 марта 2001 г. «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод» // Российская газета. 2001, 23 марта. № 58.
  19. Указ Президента РФ № 918 от 11 июня 1993 г. «О восстановлении Государственной монополии на производство, хранение, оптовую и розничную продажу алкогольной продукции» // Российская газета. 1993. 1 9 июля.
  20. Указ Президента РФ № 1025 от 10 июля 1996 г. «О неотложных мерах по укреплению правопорядка и усилению борьбы с преступностью в г. Москве и Московской области» // Российская газета. 1996. 16 июля. № 132.
  21. Постановление Верховного Совета РФ № 2980-1 от 11 июня 1992 г. «О введении в действие Государственной программы приватизации государственных и муниципальных предприятий в Российской Федерации на 1992 год» (прекратило действие) // Российская газета. 1992. 9 июля.
  22. Постановление Правительства РСФСР № 74 от 26 декабря 1991 г. «О ставках акцизов на отдельные виды товаров» // Российская газета. 1992.
  23. 3 января. 4
  24. Постановление Правительства РФ № 282 от 4 мая 1992 г. «О мерах по упорядочению производства винно-водочных изделий и пива и торговли этой продукцией» // Законодательство и экономика. 1992. № 10.
  25. Постановление Правительства РФ № 708 от 4 сентября 1992 г. «О порядке приватизации и реорганизации предприятий и организаций агропромышленного комплекса» // Российские вести. 1992, № 60.
  26. Постановление Правительства РФ № 854 от 6 ноября 1992 г. «О лицензировании и квотировании экспорта и импорта товаров (работ, услуг), на территории Российской Федерации» // Российские вести. 1992. №91.
  27. Постановление Совета Министров РФ № 985 от 30 сентября 1993 г. «Об утверждении ставок акцизов на отдельные виды товаров» // Собрание актов Президента и Правительства Российской Федерации. 1993.
  28. 4 октября. № 40. ст. 3758. 5
  29. Постановление Правительства РФ № 116 от 14 февраля 1994 г. «О внесении изменений в некоторые решения Правительства Российской Федерации» // Российская газета. 1994. 22 февраля.
  30. Постановление Правительства РФ № 319 от 14 апреля 1994 г. «О введении на территории Российской Федерации марок акцизного сбора» // Российская газета. 1994. 20 апреля.
  31. Постановление Правительства РФ № 543 от 25 мая 1994 г. «О некоторых изменениях постановления Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 30 сентября 1993 г. № 985 «Об утверждении ставок акцизов по отдельным видам товаров» (изм. и доп. от 18 июля 1994 г.). (утратило силу) // Российская газета. 1994. 4 июня.
  32. Постановление Правительства РФ № 863 от 18 июля 1994 г. «Об изменении ставок акцизов по отдельным видам товаров, ввозимых на территорию Российской Федерации» (изм. и доп. от 24 марта 1995 г., утратило силу) // Российская газета. 1994. 2 августа.
  33. Постановление Правительства РФ № 924 от 12 августа 1994 г. «О марках акцизного сбора» // Российская газета. 1994. 20 августа.
  34. Постановление Правительства РФ № 765 от 1 июля 1996 г, «О продлении сроков закрепления в Федеральной собственности пакетов акций акционерных обществ, производящих спиртовую и ликеро- водочную продукцию» // Российская газета. 1996. 13 июля.
  35. Постановление Правительства РФ № 938 от 03.08.96 «О введении специальной маркировки алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации». Российская газета, 14.08.96.
  36. Постановление Правительства РФ № 1389 от 23 ноября 1996 г. «О внесении дополнения в п. 1 постановления Правительства Российской Федерации от 3 августа 1996 г. № 938 «О введении специальной маркировки алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» (утратило силу) // Российская газета. 1996. 10 декабря.
  37. Постановление Правительства РФ № 1572 от 27 декабря 1996 г. «О стоимости специальной марки для маркировки алкогольной продукции.
  38. производимой на территории российской Федерации» (изм. и доп. 26 февраля 1998 г., 30 декабря 1998 г.) //Российская газета. 1997. 21 января.

  39. Постановление Правительства РФ № 297 от 14 марта 1997 г. «О внесении изменений в Постановление Правительства Российской Федерации от 3 августа 1996 г. № 938» (изм. и доп. 8 сентября 1997 г., утратило силу) // Российская газета. 1997. 27 марта.
  40. Постановление Правительства РФ № 1019 от 15 августа 1997 г. «Об утверждении перечня документов, подтверждающих легальность производства и оборота этилового спирта и алкогольной продукции на территории Российской Федерации» // Российская газета. 1997. 26 августа.
  41. Постановление Правительства РФ № 1056 от 20 августа 1997 г. «Об утверждении временного порядка изъятия, конфискации, и использования алкогольной продукции и этилового спирта, находящихся в незаконном обороте» // Российская газета. 1997. 28 августа.
  42. Постановление Правительства РФ № 1141 от 8 сентября 1997 г. «О внесении изменений в Постановление Российской Федерации от 3 августа 1996 г. № 938» (утратило силу) // Российская газета. 1997. 18 сентября.
  43. Постановление Правительства РФ № 178 от 16 февраля 1999 г. «Об изъятии из незаконного оборота и конфискации этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции» // Российская газета 1999. 23 февраля.
  44. Постановление Правительства РФ № 459 от 23 апреля 1999 г. «О реализации конфискованного и арестованного имущества» // Российская газета. 1999. 29 апреля.
  45. Постановление Правительства РФ № 797 от 12 июля 1999 г. «Об обязательной маркировке специальными марками алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» // Российская газета
  46. 17 июля.
  47. Постановление Правительства РФ № 1428 от 23 декабря 1999 г. «О маркировке алкогольной продукции, производимой на территории Российской Федерации» // Российская газета. 1999. 31 декабря.
  48. Постановление Правительства РФ № 980 от 21 декабря 2000 г. «О передаче функций Федерального долгового центра при Правительстве Российской Федерации Российскому фонду федерального имущества» // Российская газета. 2001. 6 января.
  49. Постановление Правительства РФ № 1023 от 27 декабря 2000 г. «Об утверждении правил изготовления и реализации региональных специальных марок для маркировки алкогольной продукции, а также осуществления авансовых платежей по акцизам на алкогольную продукцию» // Российская газета. 2001. 13 января.
  50. Постановление Пленума Верховного Суда СССР № 15 от 1 ноября 1985 г. «О практике применения судами законодательства, направленного на усиление борьбы с пьянством и алкоголизмом» // Бюллетень Верховного Суда СССР. 1986. № 1.
  51. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 8 от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации» // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1996. № 2.
  52. Инструкция о порядке предоставления результатов оперативно- розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд, утверждена межведомственным приказом Федеральной службы налоговой полиции РФ, Федеральной службы безопасности РФ, Министерства внутренних дел РФ, Федеральной пограничной службы РФ, государственного таможенного комитета РФ, и службы внешней разведки РФ № 175/226/336/201/286/410/56 от 13 мая 1998 г. // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1998. 14 сентября. № 23.
  53. Приказ МВД РФ № 221 от 28 февраля 2000 г. «Об утверждении инструкции об организации информационного сотрудничества по линии Интерпола».
  54. Приказ Государственного таможенного Комитета РФ № 603 от 11 декабря 1992 г. «О ставках экспортных пошлин, вводимых с 1 января 1993 г.» // Экономика и жизнь. 1992. № 52.
  55. Приказ Государственного таможенного Комитета РФ № 70 от 21 февраля 1994 г. «О частичном изменении ставок акцизов при ввозе товаров на территорию Российской Федерации» (утратил силу) // Таможенный вестник.
  56. №3(15).
  57. Приказ Государственного таможенного Комитета РФ 193 от 12 мая 1994 г. «Об организации таможенного оформления алкогольных напитков и табачных изделий в приграничных таможнях» // Экономика и жизнь. 1994. № 24.
  58. Приказ Государственного таможенного Комитета РФ № 377 от 20 июля 1994 г. «О внесении изменений и дополнений в приказ Государственного таможенного комитета РФ от 22 декабря 1993 г. № 549» (утратил силу) // Российские вести. 1994. 18 августа. № 154.
  59. Приказ Государственного таможенного Комитета РФ № 388 от 1 августа 1994 г. «Об изменении ставок акцизов по отдельным видам товаров, ввозимых на территорию Российской Федерации» // Таможенный вестник.
  60. № 9.
  61. Приказ Государственного таможенного Комитета РФ № 417 от 16 августа 1994 г. «О внесении изменений и дополнений в Приказ Государственного таможенного комитета РФ от 12 мая 1994 г. № 193, Указание Государственного таможенного комитета РФ от 28 декабря 1993 г. № 01-12/1046 и Письмо Государственного таможенного комитета РФ от 19 апреля 1994 г. № 01-13/4234» (утратил силу) // Российские вести. 1994. 29 сентября. № 184.
  62. Приказ Государственного таможенного комитета РФ № 420 от 17 августа 1994 г. «Об обеспечении уплаты таможенных платежей в отношении подакцизных товаров» (изм. и доп. 25 апреля 1995 г., утратил силу) // Экономика и жизнь. 1994. № 36.
  63. Указание Государственного таможенного комитета РФ № 01- 12/1046 от 28 декабря 1993 г. «О мерах по усилению контроля за достоверностью таможенной оценки отдельных подакцизных товаров» // Российские вести.
  64. № 21.
  65. Письмо Министерства экономики РФ от 3 февраля 2000 г. № ИМ- 155/7-113 «Об утверждении минимальных цен на водку, ликеро-водочную и другую алкогольную продукцию крепостью свыше 28 процентов, производимые на территории Российской Федерации или ввозимые на таможенную территорию Российской Федерации» // Нормативные акты для Бухгалтера. 2000. 17 февраля. № 4.
  66. Инструкция Государственной налоговой службы РФ № 2 от 9 декабря 1991 г. «О порядке начисления и уплаты акцизов» // Экономика и жизнь. 1992. № 1.
  67. Письмо Министерства по налогам и сборам РФ от 8 сентября 1999 г. № ВБ-6-31/707 «О положении «О хранении, учете и продаже специальных марок для маркировки алкогольной продукции» // Финансовая Россия. 1999. 21 сентября. № 35. (изм. Письмами Министерства по налогам и сборам РФ от 12 октября 1999 г. № ВБ-6- 31/810 от 14 апреля 2000 г. № ПВ-6-19/281) // Финансовая Россия. 1999. 21 сентября. № 35.
  68. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Проект / Под. ред. Л.Б. Алексеевой, М.М. Боброва, В.П. Божьева и др. // Юридический вестник. 1995. № 31. ст. 222. 283 с.

184

ЛИТЕРАТУРА Комментарии, книги, учебники, пособия.

  1. Комментарий к Федеральному Закону № 171-ФЗ от 22 ноября 1995 г. в редакции Федерального закона № 18-ФЗ от 7 января 1999 г. «О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции. Комментарий». С-Пб., 2000. 171 с.
  2. Комментарий к Уголовному кодексу РФ: Научно-практический комментарий / Отв. ред. В.М. Лебедев. М., 2001. 767 с.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. Комментарий / Отв. ред. В.И. Радченко; под ред. В.Т. Томина. - 5-е изд. перераб. и доп. М., 2001. 896 с.
  4. Александрова З.Е. Словарь синонимов русского языка / Под ред. Л.А. Чешко. М., 1968. 600 с.
  5. Алексеев Н.С., Лукашевич В.З, Ленинские идеи в советском уголовном судопроизводстве (возбуждение уголовного дела и предварительное расследование). Ленинград, 1970. 192 с.
  6. Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств в советском уголовном процессе. М. 1964. 179 с.
  7. Банин В.А. Предмет доказывания в советском уголовном процессе (гносеологическая и правовая природа). Саратов, 1981. 157 с.
  8. Бедняков И.Д. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М., 1991. 205 с.
  9. Бекешко С.П., Матвиенко Е.А. Подозреваемый в советском уголовном процессе. Минск, 1969. 128 с.
  10. Белкин А.Р. Теория доказывания. М., 2000. 418 с.
  11. Белкин Р.С. Криминалистика: Проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. М., 1987. 270 с.
  12. Белкин P.С. Собирание, исследование и оценка доказательств: Сущность и методы. М., 1966. 295 с.
  13. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы криминалистики. М., 1970.
  14. Васильев А.Н. Рассмотрение сообщений о совершенных преступлениях, М. 1954. 62 с.
  15. Введенский И.Н. «Опыт принудительной трезвости» М., 1915. 215
  16. с.

  17. Винберг А.И. Криминалистика / Под ред. А.И. Винберга и С.П. Митричева. М., 1950. 458 с.
  18. Владимиров Л.Е. Учение об уголовных доказательствах. Санкт- Петербург, 1910. 327 с.
  19. Воробейников М.А., Санишев Ж.А. Объяснения и показания обвиняемого в уголовном процессе России. М., 2000. 67 с.
  20. Глистин В.К. Проблема уголовно-правовой охраны общественных отношений, Ленинград, 1979. 68 с.
  21. Гродзинский М.М. Государственный обвинитель в советском суде. М., 1954. 307 с.
  22. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. 304 с.
  23. Григорьев В.Н. Обнаружение признаков преступления органами внутренних дел. Ташкент, 1986. 87 с.
  24. Гридчин А. А. Вопросы допустимости доказательств на предварительном следствии. Ставрополь, 2000. 112 с.
  25. Давлетов А.А. Возбуждение уголовного дела. Образцы процессуальных документов. Комментарии. Учебно-практическое пособие. Екатеринбург, 1994. 87 с.
  26. Давыдов П.М., Сидоров Д.В., Якимов П.П. Судопроизводство по новому УПК РСФСР. Свердловск, 1962. 450 с.
  27. Дознание в органах внутренних дел / под ред. А.А. Чувилева. М.,
  28. 254 с.
  29. Дознание и предварительное следствие. М., 1965. 146 с.
  30. Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно- розыскной деятельности. М., 1996. 112 с.
  31. Доля Е.А. Совершенствование правовой основы правоохранительной деятельности. Организованная преступность / под ред. А.И. Долговой, С.В. Дьякова. М., 1989. 84 с.
  32. Духовский М.В. Русский уголовный процесс. М., 1910. 241 с.
  33. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Возбуждение уголовного дела. М.,
  34. 368 с.
  35. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. - М., 1965. 368 с.
  36. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание: учебное пособие. Ижевск, 1993. 180 с.
  37. История советского уголовного права. М., 1948. 368 с.
  38. Каз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Саратов,
  39. 104 с.
  40. Карев Д.С., Савгирова Н.М. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1967. 134 с.
  41. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовно- процессуальном судопроизводстве. М., 1995. 128 с.
  42. Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж, 1995. 272 с.
  43. Колбая Г.Н. Соотношение предварительного следствия и судебного разбирательства. М., 1975. 152 с.
  44. Кони А.Ф. Избранные произведения. Воспоминания. Т. 2, М., 1959. 368 с.
  45. Копьева А.Н. Доказывание по уголовным делам в вышестоящем суде. Иркутск, 1990. 192 с.
  46. Краткий очерк 50-летия акцизной системы взимания налогов с крепких напитков и 50-летия деятельности учреждений, заведывающих неокладными сборами. 1863-1913. С-пб., 1913. 264 с.
  47. Криминалистика. Расследование преступлений в сфере экономики. Нижний Новгород, 1995. 230 с.
  48. Криминалистика. Учебник для высших юридических учебных заведений / изд. 2-е, перераб. и доп. Под ред. А.Г. Филиппова. М. 2000. 686 с.
  49. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983. 116 с.
  50. Курс советского уголовного процесса. Общая часть / под ред. А.Д. Бойкова и И.И. Карпеца. М., 1989. 640 с.
  51. Курылев С.В. Основы теории доказывания в советском правосудии. Минск, 1969. 203 с.
  52. Куцова Э.Ф. Гарантии прав личности в советском уголовном процессе (предмет, содержание, цель). М., 1973. 200 с.
  53. Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. М., 1966. 156
  54. с.

  55. Ларин A.M. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М., 1986. 160 с.
  56. Ларин A.M. От следственной версии к истине. М., 1976. 199 с.
  57. Ларин A.M. Презумпция невиновности. М., 1982. 199 с.
  58. Ленин В.И. Материализм и эмпириокритицизм // Полное собрание сочинений. Т. 18. С. 33-380.
  59. Лукашевич В.З. Гарантии прав обвиняемого в советском уголовном процессе (стадия предварительного расследования). М., 1959. 168 с.
  60. Лукашевич В.З. Установление уголовной ответственности в советском уголовном процессе. Л., 1985. 192 с.
  61. Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. М.,
  62. 102 с.
  63. Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве, их виды, содержание и формы. М., 1976. 167 с.
  64. Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовным делам. М., 1993. 85 с.
  65. Миньковский Г.М. Пределы доказывания в советском уголовном процессе. М., 1956. 114 с.
  66. Михайленко А.Р. Возбуждение уголовного дела в советском уголовном процессе. Саратов, 1975. 150 с.
  67. Михайловская И.Б. Уголовно-процессуальные основы деятельности органов внутренних дел. М., 1988. 94 с.
  68. Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном судопроизводстве. Киев, 1984. 133 с.
  69. Мотовиловкер Я.О. Установление истины в советском уголовном процессе. Ярославль, 1974. 71с.
  70. Мотовиловкер Я.О. О принципах объективной истины, презумпции невиновности и состязательности процесса. Ярославль, 1978. 96 с.
  71. Николюк В.В., Кальницкий В.В., Марфицин П.Г. Стадия возбуждения уголовного дела (в вопросах и ответах). Учебное пособие. Омск,
  72. 85 с.
  73. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка. М., 1994. 792 с.
  74. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка / 2- е изд., испр. и доп. М., 1994. 908 с.
  75. Очередин В.Т. Допустимость и недопустимость по уголовным делам доказательств. Учебно-методическое пособие. Волгоград, 1998. 48 с.
  76. Павлов Н.Е. Обнаружение преступлений (уголовно- процессуальный аспект). М., 1995. 36 с.
  77. Павлов Н.Е. Производство по заявлениям, сообщениям о преступлениях. Учебное пособие. Волгоград, 1979. 46 с.
  78. Павлов Н.Е. Уголовный процесс. Учебник для иностранных слушателей ВУЗов МВД СССР // под ред. В.П. Божьева, М., 1989. 264 с.
  79. Полянский Н.Н. Очерк развития советской науки уголовного процесса. М., 1960. 211 с.
  80. Пыжов И. История кабаков России в связи с историей русского народа. С-пб., 1868. 34 с.
  81. Реабилитирован посмертно. М., 1989. 387 с.
  82. Рыжаков А.П. Уголовный процесс: возбуждение и отказ в возбуждении уголовного дела. Тула, 1996. 69 с.
  83. Савицкий В.М. Очерк теории прокурорского надзора в уголовном судопроизводстве. М., 1975. 383 с.
  84. Савицкий В.М. Прокурорский надзор за соблюдением законности в деятельности органов дознания и предварительного следствия. М., 1959. 263 с.
  85. Сердюков П.П. Доказательства в стадии возбуждения уголовного дела. Иркутск, 1981. 54 с.
  86. Советский уголовный процесс. Киев, 1983. 287 с.
  87. Советский уголовный процесс / под ред. Д.С. Карева. М., 1968. 552
  88. с.

  89. Старченко А.А. Логика в судебном исследовании. М., 1958. 236 с.
  90. Степанов В.В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлении. Саратов, 1972. 142 с.
  91. Стремовский В.А. Предварительное расследование в советском уголовном процессе. М., 1958. 136 с.
  92. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т. 1, М., 1968.470 с.
  93. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. 704 с.
  94. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Общая часть. Гл. XXIX «Виды доказательств». М., 1989.
  95. Строгович М.С. Право обвиняемого на защиту и презумпция невиновности. М., 1984. 143 с.
  96. Тадевосян А.Р. Прокурорский надзор в СССР. М., 1956. 382 с.
  97. Теория доказательств в советском уголовном процессе / отв. ред. Н.В. Жогин, 2-е изд. испр. и доп. М., 1973. 735 с.
  98. Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. 240 с.
  99. Трофимов С.В. Ответственность за занятие незаконным промыслом. Киев, 1968. 126 с.
  100. Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. М., 1960. 176
  101. с.

  102. Уголовно-процессуальные основы деятельности органов внутренних дел / под ред. Б.Т. Безлепкина. М., 1988. 187 с.
  103. Уголовно-процессуальное право. Учебник / под ред. П.А. Лупинской. Изд. 2-е, перераб. и доп. М., 1997. 591 с.
  104. Уголовный процесс РСФСР / под ред. В.Е. Чугунова и Л.Д. Кокорева. Воронеж, 1968. 391 с.
  105. Уголовный процесс / Под ред. М.А. Чельцова. М., 1969. 464 с.
  106. Уголовный процесс. Общая часть. Учебник для учащихся в Вузах. М., 1997. 387 с.
  107. Уголовный процесс. Учебник для ВУЗов / под общ. редакцией Лупинской П.А. М., 1995. 544 с.
  108. Учебник уголовного процесса / отв. ред. А.С. Кобликов. М., 1995. 382 с.
  109. Фаткуллин Ф.Н. Изменение обвинения. М., 1971. 264 с.
  110. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания / 2- е издание, Казань, 1976. 206 с.
  111. Философский словарь / под ред. М.М. Розенталя. М., 1975. 544 с.
  112. Химичева Г.П. Рассмотрение милицией заявлений и сообщений о преступлении. М., 1997. 139 с.
  113. Химичева О.В, Данилова Р.В. Допустимость доказательств в уголовном процессе (по материалам уголовных дел о преступлениях, совершенных организованными группами). Учебное пособие. М., 1998. 74 с.
  114. Хмыров А.А. Косвенные доказательства. М., 1979. 183 с.
  115. Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М., 1962. 503 с.
  116. Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе: Методологические и правовые проблемы. Саратов, 1986. 169 с.
  117. Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. М., 1972. 130 с.
  118. Щерба С.П. и др. Рассмотрение органом дознания заявлений, сообщений о преступлениях. Учебное пособие. М., 1987. 66 с.
  119. Яценко С.С. Уголовно-правовая борьба с пьянством и алкоголизмом. Киев, 1997. 87 с.
  120. Статьи.

  121. Аресньев В.Д. О соотношении криминалистики и теории судебных доказательств // Вопросы криминалистической методологии, тактики и методики расследования. Материалы Минской научной конференции. Минск,
  122. С. 21-23.
  123. Арсеньев В.Д. К вопросу об объекте и предмете советского уголовного процесса и уголовно-процессуального доказывания // Гарантии прав личности и социалистическом уголовном праве и уголовном процессе. Ярославль, 1981. С. 22-30.
  124. Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в отдельных стадиях советского уголовного процесса // Труды Иркутского университета. Сер. юрид. 1969. т. 45. вып. 8. ч. 4. 195 с.
  125. Арсеньев В.Д. «Практическая достоверность» в уголовно- процессуальном доказывании // Проблемы надежности доказывания в советском уголовном процессе: тез. выступлений на теор. семинаре, проведен. ВНИИ МВД СССР совместно с ин-том Прокуратуры СССР 13 апреля 1983 г.. М., 1984. С. 26-27.
  126. Баев О.Я. Предмет криминалистики и теория судебных доказательств // Правоведение. 1983. № 3. С. 96-100.
  127. Бризицкий А., Зажицкий В. Относимость доказательств в уголовном судопроизводстве // Советская юстиция. 1982. № 3. С. 6-7.
  128. Бажанов С. Оправдана ли так называемая доследственная проверка? //Законность. 1995. № 1. С. 51-54.
  129. Баженов П.А., Шейфер С.А. Порядок проведения судебно- медицинской экспертизы требует усовершенствования // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1975. вып. 23. С. 154-171.
  130. Балашов А. Действительно ли возбуждение уголовного дела - первоначальная стадия уголовного процесса? // Социалистическая законность.
  131. № 8. С. 53-54.
  132. Басков В.И. Истина в уголовном судопроизводстве // Вестник МГУ. серия 11 «Право». 1995. № 3. С. 38-46.
  133. Бедрин С.И. «Некоторые особенности доказывания при расследовании мошенничества, совершенного группами в жилищной сфере» Рукопись, написанная в Волгограде, в 2001 году депонирована в ИНИОН РАН. 24 с.
  134. Белкин Р.С. Закон, уголовно-процессуальная наука и криминалистика // Советское государство и право. 1979. № 4. С 84-86.
  135. Быховский И.Е. Процессуальная регламентация проведения следственных действий // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1974. вып.
  136. С. 58-60.
  137. Быховский И.Е. Об актуальных вопросах совершенствования процессуальной регламентации следственных действий // В. кн.:
  138. Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. Ташкент, 1982, С. 4-6.

  139. Васильев А.Н. Критические замечания о соотношении криминалистики и уголовно-процессуальной теории доказательств // Советское государство и право. 1979. № 4. С. 87-89.
  140. Винберг А.И. Теория судебных доказательств в науке советской криминалистики // Советское государство и право. 1977. № 12. С. 71-75.
  141. Голунский С.А. О вероятности и достоверности в уголовном суде. // Проблемы уголовной политики. М., 1937. Кн. 4. С. 56-66.
  142. Григорьева Н. Исключение из разбирательства недопустимых доказательств // Российская юстиция. 1995. № 11. С. 5-7.
  143. Гуляев А.П. О повышении надежности доказывания на стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы надежности доказывания в советском уголовном процессе. Тез. выступлений на теор. семинаре, проведен. ВНИИ МВД СССР совместно с институтом прокуратуры СССР 13 апреля 1984 г. М., 1984. С. 48-50.
  144. Давлетов А.А. Объект и предмет уголовно-процессуального познания // Проблемы доказательственной деятельности по уголовному делу. Красноярск, 1985. С. 15-23.
  145. Давлетов А.А. Предмет исследования по уголовному делу // Развитие социальной деятельности Советского Государства и Права. Свердловск, 1980. С. 111-115.
  146. Доля Е.А. Новая Конституция и уголовно-процессуальная деятельность // Российская юстиция. 1994. № 4. С. 17-19.
  147. Домбровский Р.Г. Логика и теория судебных доказательств // Оптимизация расследования преступлений. Иркутск, 1982. С. 10-21.
  148. Зажицкий В. Объяснения в уголовном процессе // Советская юстиция. 1992. № 6. С. 10-11.
  149. Зажицкий В.И. Правовая регламентация деятельности по обнаружению признаков преступления // Правоведение. 1992. № 4. С. 18- 21.
  150. Зажицкий В.И. Закон «Об оперативно-розыскной деятельности не идеален // Советская юстиция. 1993. № 5. С. 19-21.
  151. Зеленицкий B.C. Объект уголовно-процессуального познания действительности. // Вопросы государства и права развитого социалистического общества. Харьков, 1975. С. 247-249.
  152. Каз Ц.М. Пределы доказывания в стадии возбуждения уголовного дела // Ученые записки Саратовского юридического института. Саратов, 1964. Вып. 11. С. 34-49.
  153. Карнеева Л.М. Доказывание при отказе в возбуждении уголовного дела // Советское государство и право. 1975. № 2. С. 93-98.
  154. Карнеева Л.М. Основания отказа в возбуждении уголовного дела // Социалистическая законность. 1977. № 3. С. 56-58.
  155. Карнеева Л.М. Развитие основных понятий теории доказательств в советском уголовном процессе // Социалистическая законность. 1978. № 2. С. 28-31.
  156. Колдин В.Я. Предмет криминалистики // Советское государство и право. 1979. № 4. С. 80 -84.
  157. Крючатов И.А. Обоснованность возбуждения уголовного дела - гарантия соблюдения социалистической законности // Проблемы социалистической законности на современном этапе развития советского государства. Харьков, 1968. С. 232-233.
  158. Ларин A.M. Истребование и предоставление предметов и документов в стадии расследования // Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. Ташкент, 1982. С. 62-68.
  159. Ларин A.M. Структура института возбуждения уголовного дела // Советское государство и право. 1978. № 5. С. 76-84.
  160. Лукашевич В.З. О понятии доказательства в советском уголовном процессе // Правоведение. 1963. № 1. С. 110 - 119.
  161. Лупинская П.А. Основания и порядок принятия решения о недопустимости доказательств // Российская юстиция. 1994. № 11. С. 2-5.
  162. Лупинская П.А. Некоторые процессуальные и логические вопросы доказывания в уголовном процессе // Советское государство и право. 1963. №
  163. С. 79-86.
  164. Манаев Ю.М. Обоснованность процессуальных решений следователя // Советское государство и право. 1978. № 5. С. 84-88.
  165. Мартинович И.И. Некоторые вопросы возбуждения уголовного дела // Ученые записки Белорусского университета. Минск, 1957. Вып. 34. С.65-83.
  166. Махов В. Законодательство о возбуждении уголовного дела // Законность. 1997. № 1. С. 34-36,
  167. Михайловская И., Петрухин И. Некоторые вопросы теории судебных доказательств // Советская юстиция. 1964. № 15. С. 5-8.
  168. Мудьюгин Г., Похис М. Судебно-медицинскую экспертизу в стадию возбуждения уголовного дела // Социалистическая законность. 1971. №9. С. 56-59.
  169. Незванова Г.Г. Проверка оснований к возбуждению уголовного дела // Научные труды Ташкентского университета. Ташкент, 1967. Вып. 309. С. 179-188.
  170. Николайчик Н.И. Проблемы доказывания, осуш,ествляемого в стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы совершенствования законодательства и правоприменительной деятельности в СССР. Минск, 1983. С. 328-330.
  171. Пантелеев И.Ф. Предмет советской криминалистики и смежные науки // Советское государство и право. 1981. № 10. С. 78-82.
  172. Пешков М.А. Особенности возбуждения уголовного дела в уголовном процессе США // Следователь. 1997. № 2. С.76-77.
  173. Проблемы оценки доказательств в советском уголовном процессе // Проблемы уголовной политики, М., 1937. кн. 4.
  174. Прокофьев Ю.Н. Процессуальная форма доказательств на стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы Советского государства и права. Иркутск, 1975. Вып. 9-10. С. 119-128.
  175. Рахунов Р.Д. О понятии доказательства и главном факте доказывания // Советское государство и право. 1965. № 12. С. 96-101.
  176. Робозеров В.Ф. Оперативно-розыскная информация в системе судебного доказывания // Правоведение. 1978. № 6. С. 33-36.
  177. Садовский И., Тыричев И. Вопросы теории и практики судебных доказательств // Социалистическая законность. 1963. № 11. С. 39-42.
  178. Селезнев М. Эксперимент или провокация (к вопросу о борьбе с коррупцией) // Российская юстиция. 1996. № 5. С. 50-51.
  179. Стойко Н.Г. Объект и предмет уголовно-процессуального доказывания. // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам. Красноярск, 1985. С. 23-30.
  180. Тадевосян B.C. К вопросу об установлении материальной истины в советском уголовном процессе // Советское государство и право. 1948 № 6. С. 65-72.
  181. Тетерин Б. Законодатель не учел мнение юридической общественности//Российская юстиция. 1994. № 12. С. 16-17.
  182. Трусов А.И. Проблемы надежности процессуального доказывания. // Проблемы надежности доказывания в советском уголовном процессе: Тез. выступлений на теоретическом семинаре, проведенном ВНИИ МВД СССР совместно с ин-том Прокуратуры СССР 13 апреля 1983 г. М., 1984. С. 3-8.
  183. Ульянова Л.Т. О доказывании в стадии возбуждения уголовного дела // Вестник Московского университета, серия 12 «Право». 1971. № 3.
  184. Г 72-29.

  185. Филиппова М.А. Фиксация фактических данных на предварительном следствии // Правоведение. 1975. № 1. С. 69-61.
  186. Фуфыгин Б.В. Представление доказательств в советском уголовном процессе // Уголовно-правовые и процессуальные гарантии защиты конституционных прав граждан. - Калинин, 1982.
  187. Хомич В. Предварительная проверка материалов, послуживших поводом к возбуждению уголовного дела // Законность. 1995. № 12. С. 22- 24.
  188. Шейфер С.А. Познавательное значение следственных действий и их система // Вопросы борьбы с преступностью. М., 1972. вып. 15.
  189. Шимановский В.В. Обоснованность привлечения лица в качестве обвиняемого на предварительном следствии // Пути совершенствования деятельности следственных аппаратов органов внутренних дел. Ташкент,
  190. С. 73-79.
  191. Якуб М.Л. О совершенствовании уголовно-процессуального закона // Вестник Московского университета. Серия 10 «Право». 1964. №2. С. 11-19.
  192. Ясинский Г. Надзор прокурора за законностью возбуждения уголовного дела// Социалистическая законность. 1965. № 6. С. 53-55.
  193. Диссертации и авторефераты.

  194. Акоев К.Л. Место совершения преступления и его уголовно- правовое значение. Автореф. дисс. канд. юрид. наук. М., 1989. 22 с.
  195. Амбасса Леон Шанталь. Предварительное следствие в уголовном процессе России и Франции: сравнительно-правовое исследование. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1999. 161 с.
  196. Василиади А.Г. Обстановка совершения преступления и ее уголовно- правовое значение. Автореф. дисс… канд. юрид. наук. М., 1988. П с.
  197. Диденко В.И. Использование следователем фактических данных, полученных в результате оперативно-розыскных действий, аудио и видео записи, фото и киносъемки. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1996. 241 с.
  198. Еремян А.Д. Основание к возбуждению уголовного дела. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1989. 214 с.
  199. Жукова Т.Н. «Особенности доказывания незаконного сбыта наркотических средств, совершенного организованными группами» Дисс… канд. юрид. наук. М., 2000. 188 с.
  200. Кузнецов Н.П. Доказывание и его особенности на стадиях уголовного процесса России. Дисс… докт. юрид. наук. Воронеж, 1998. 444 с.
  201. Лазебник Ю.В. Уголовная ответственность за самогоноварение, дисс… канд. юрид. наук. М., 1989. 196 с.
  202. Ларин A.M. Проблемы расследования в советском уголовном процессе. Дисс… докт. юрид. наук. М., 1970. 813 с.
  203. Масленникова Л.Н. Процессуальное значение результатов проверочных действий в доказывании по уголовным делам. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1990. 213 с.
  204. Орлов Ю.К. Вещественные доказательства в уголовно- процессуальном доказывании. Дисс… канд. юрид. наук. М., 1970. 351 с.
  205. Подголин Е.Е. Теория и практика фиксации доказательств на предварительном следствии. Дисс…. канд. юрид. наук. М., 1970. 399 с.

ПРИЛОЖЕНИЯ

ПРИЛОЖЕНИЕ I

РЕЗУЛЬТАТЫ ИЗУЧЕНИЯ УГОЛОВНЫХ ДЕЛ О ПРОИЗВОДСТВЕ, ПРИОБРЕТЕНИИ, ПЕРЕВОЗКЕ И ХРАНЕНИИ НЕМАРКИРОВАННОЙ АЛКОГОЛЬНОЙ

ПРОДУКЦИИ

п

J

а

й

S St

Cd о

о ^ о\ о

ti к

рз <Т)

Н Щ

JO О

! ® g

О Я S Sc

w

о

и ^

о

f S

о ^ Й S

W «

О О

s о

О О

о ся

н о

tr «

H

о

D3 О

я

‘-с

з

о w a E

n>

to S

P s

w

U> P

NO NO NO

as о

ю

UJ

g

s

CO

л

<D X

о

3 tl о

Ю

к cr

OJ

3 to

^ 8 о

ю

ю ю

ю

ON Ы

ON

NO

a>

a

X

E

П)

a

a о

В

a> о н ю

C D

a

U)

ta

3 Ы ^ §

Ю ON

О

ы

ю

to I

Ш

о

OJ

o\

to fC

к я E

X

H

И

и

a и a ^

to a о о

fH ^

H ^

a о a a о

3

a

о n

и

CD ^

03 p

a a

Ьз

2

ft’ ,

о w

• &5

K) Ю

I

00

NO

О

do n m

3

U) ?< 1

ил

00 О

ил О

о\ о\

К)

§

s л n>

0 1 2 3 о

2 a

a

ю

КІ -о

по

LiJ

ю

Ю

a о S

to о w Д Сі З Д

s

о

Ы

o\

V!

O)

X о

ю

О

Ю ЧО

LO

ON tjj

ON

LO

U)

00

5

a

о ^

n> a a ft

я g

s

n

к>

H C O

о

ю

ю

Ui ftri

Ю

NO

ІВ

T3

о

T3

о 2

W о

Ji, U)

H o^ ta «

5 to 6 7 о ^ X w о 8 1-І

w

g

л

0 1 2 3 U)

Ln

а\

?О ns

LiJ

оо

On

Ю

О

о

ох о

СҐ

о о н о

03

0 1 о

2 і 3 н tr

о о я

0 1 W

2 3 О Я

о

о «

и p

о

р КС

м о о

NJ О

о

К) О о

м о о о

to

о о

о !>

^ п

-1 о

ю о о о

о о о

^ І т о

о о о

п о

о о о

^ й

‘-1 о

О

о о

ЧО ЧО

чо

ЧО ЧО

р

я

о р

ю to

ft

X

о

ся ю

f t X о с я

ю

чо

-J

– а

оо

to

O S

о р

to

ю

to

сх )

U)

чо

-а ft

Е

fC

X

S »

кз

S

к

3

н Е ft

я о

S

W

v; л ft ж

X (Ґ

ю

U)

ft I

X о

to

ю

оо

•J

чо

н >

а

ю

и td дз §

LO

LtJ

Ю

NJ

о.

ю

a^

‘1 о ta О

са X сг

4D

L»J

4D

М S

Й о

ft п

X

о

н р

X

0 1 2 3 -J

UJ

чо

із ft

й р

2

ю

ОО

оо

Ш

н о 2

о i-rt Н ^ ,

to о < 2 О : i-d

ю

чо S о

”< п>

Э я ^ о я

а р

К) в _

KJ

тз S

о

й ft X S ft

Cd

g

. 2

^ Л ЧО S

^^ S

«  П)

^ э

^ о

г-1

‘-0

О

© о

I л

Ijj t

ю

П\

леї

О

а я

KJ

чо

ю

по

no

I І1

я о

й

Сґ «

&3 о W SC ^

КС

W

П

И ^

о

п

Й ti я 2

Q W я

I ^ S § I

g с g s

a I

Xi a

2 к s S о J^ ‘ 3 Д M

о я

U) Ы

s

D3 to О H О tr

4 ^ 5 E о

• ї=і пз

tl p

§

S о A S о t) їч

(3 3 н о 2

о

е о тз

to о н

‘С

а

ю

00 L n

4D

ЧО

(Jj

П)

я

О

о о о

й о

є

CD

а

ч ©

оо

KJ

to

OS

g §

fD n

я о

К ) O S

Q O

ю

ЧО

4D

го

н о

4D S g

П)

я я

й

ю о 00

я е :

п - е п

п

OS

to

03

Ui н

3 і

л

чО S

^ S

^ л

^ э

^ о а

‘X I

о

O S

•о

1, J

to о

я я

to

оо

00

00 ч*

ло

Xn

S

о

CS

о а> 2 v:

я §

S л

ГС

0 н 1 J3 л

а а Е

2 о оа я 3 ю о о о

tsj ^

о о о

^ і о

to о о

to о о о

о

S о о

о о

о ^

^ п

п о

о о

ю

о о о

ы о\ 0\

с» я

о о:

( Л

o

ю

OJ

OS

OS

чо

LO

s ft я о

0 3

із

Ы

•Л

O S

ил

to

а

тз

п>

я ^

р є

со я о

оо

LTi

U)

н >

и

tsi

д

а

43

ё о

й О)

я я

ы

ЧО

U)

UJ

Е ьс

n

о «

S

CO

о н

и о

о па

О

й о

рз э

й о _ в) W я

fa fa “тз о

Я О

§ S

Ю ?a о

я о

й

ю о

о\

OJ

u>

h3 1-І Д п) а о

to

оо

to

Хо

so

OS

ю

к>

TsJ

о

оо

so

4D

OS

to

оо

L»J

ю

oo

ю

to о

to

K J

U)

oo

СП

ON

MD OS

so

OS

оо

UJ

оо

чл

ю

а\

LAI

чо

“to

so to

оо

UJ

Ъо

to

?ч*

as

Oh

UJ

NJ

оо

LO

OS

OS

о

^ о

о и

^ Ё

Р fS

00

о ^

W ^

К ГЧ

о и ^ о

Р UJ

о

о

^ і

H

tr

о

о «

4 3 о

я о

§ ^^

« &І

2 ^

fa S

ю

0 1 2 3 S S ш

0 1 и> ол

2 3 О)

а к

v; ^

о о

СП К о

3 fa S

Со

t33 p

fa

si

о

о 7

s<

о р

о н

Ьґ

§ с

РОД SC ^

S о

Sc ‘

Сй о

я

о

о

о

С П . Е

S

о

о

«

S

fa

о

«

сз Е

и

р

д

S

»

я

о

S

00

л

а>

Я

Я

Е

S

о Н о

со > Я & І Е

2

ta S 2 е р

ю о

й ы fa

к

Я

ш

о

и>

ол

fa

О)

я

я

v;

о

о

С П

Я

о

о

fa

П)

tJ

р

U i

о я о о о о\

о ^

о «

S

fa

0 « 1 сг

03 р

2 3 »

а о

S

00

л а >

Д щ

о

5

S

о

й fp к

S п>

я я р

I 2 ^ І I « “ І

w

n

m ^

о

-4

ча

ос

Ы Ч©

KJ

сзе

ое

00 ч»

ОС

(Ji

so

f л

ое

s

о о

tl a>

Я о

<Т> о X S го М о g 03 I ^ з ^ % I ° О ^ Я о w X M Я -Є о X я s E П ) Н В S S § н и Ю « 0 1 2 3 w о я 0 й 1 2 3 03 о ё й § I ^" tr Ю h—I to UJ ю OJ -о о 03 ю Ю oo ON -J о о я ю so > tn H Д ^ ^ ^ і § SC 7 K> ЧО о То Ю ю к> Ю 4D Ю о со о я D3 I ю ю ON oo 0\ UJ 0^ UJ oo ON g о Q X s <ъ § п ^ - і іЗ о W Sc ' to LiJ OJ OS 4D bJ о p о и fH о a оо оо чо On ЛО OS чо "no I О ? ё g g Й ^ S ON чп JO ПО L> J ю LO KJ W О о ЧО 00 u> ON чо ЧО 0\ ю сл (jj <S\ 00 evt V* f/l fit п и ^ о о ел й о « о о я ^ я о ai H i=l в я я ^ л ^ 0 Н я р я со SC^ 1 2 о й ^ о ^ і ® s -S я 43 ^ P p SC 43 1 о >4 со р о о p о о 03 ё и в HH ы -- ю -о о ? s DO о о я 43 ^ ^ о Р -м " о -1 о -и о ^ о g й Р П> ^ 1 к 43 о 00 ч* С П to "--J чо LJ LJ Ю 00 ро о JO 1 — к to ^ OJ oo U) -vl U) ю ' s 00 о О Й W я о Й ^ § W о g ЯС -4 h-k OS 4> ЧО \o V ил OS so p "to OS vo V ы ^ 1 — к to to о LO VO LK) U) UJ so to uo ' s B3 о о Й 00 о я й ^ ОЧ43 я Od ^ S я н н р g ^ о ON у 00 СУ» 4D to OS oo oo On to so о Ч» to OS to so •-4 OS to ы ы s о OJ чо to --4 oo uo oo to uo § g я ^ ни о _ р Cd ^ Й ^ О ы ЧО JO OS oo 00 oo Ui OS Ч» UJ oo h-k о 'Л OJ UJ UJ ON to oo 1 я to о о ^ QJ CD о я " ц 3 я о Ї=І я 03 g ы 00 <1 LtJ OS Ur to 00 uo о OS to so Н- к о о to - to - ' S со о о Й о 1 ® со • ы о о OS U) Ю чд U) Ю to ы 1 — 1 1—» OS U) oo со о о Й я ьн я 43 ю і Й н oo ЧО so oo --J OJ "uj jvj OS On to to LTl OS о о K—I Ю о о и go ^ 00 ^ ^ q ю OS to Lk) -J OJ U) to О OS OJ U) UJ о о о о о О о о « 0 и 1 2 3 W о - со ^ Q о ^ о о о о о о о о о Й РЧ g и g о о о д я p p SC 43 SC о Ю о о 03 о Я « О tl к (И "-І ti fa О К тз р о о п> <1 о 0 1 ta 2 3 O S о П) О О О в о о н ш й fC я S Л) о я 0 43 1 2 3 со я 0 1 2 3 43 О U) Е о я я Е X S О) 43 О Я 43 К й к я о я п > я я № OO 00 « о и W « я я о OJ oo U) -vl к» о Й ЧО p OS § W о g Sc -J OS Lk) U) to UJ 00 О а Й ОЧ^ТЗ я й ^ « 03 g O d н л •-4 OS to й 3 0\ Ю о Ч» to о w о и Ю ?-J я ^ § я S н » ? из о X « to UJ C d н "л о н > и Н а > oo Ъо OS oo о QJ CD о S W а я я 43 я о UJ to On 4D oo о LtJ Ю і? Ю 4D "as и g oo § із о I » « ? Ю to Ю p\ "uj ^O і? О я Ьр. к о: І Й н § ^ л LO -О ON 'С 3 и о W я С Ґ --J "(Л --J LiJ С Ю 4D no V* 4D LiJ а 43 Я Й О й а> Я я ft 1 ч п > 2 g KJ CT s go OJ OJ U) Ijj Lk) J OS ?J K1 ns ю « 0 1 и 2 3 w n Т) СО о ^ н ю н Я ^ е g QO я 8 ^ 43 ю л п> > я s S X о о я 0 1 to to S ^ я 2 3 s о із л CD о н ш о о С П td н л я о о о а\ о ХІ я ^ Я П) Я о 5 ІЛ о ю a s ^ П а\ Е н ^ Е я о S л о о н го о П) о н о о do О ) § я о и я о § ю Ъо UJ oo O N о ю о о чо to UJ ON 0\ O N O J -J -J to 4 D Ю U) t- r> Ю oo to O N oo ON io "чо оо UJ UJ U) ^ч о Ъо K) KJ JO "е л L U 4 D O N Ji. oo OO -J OO K) O N (- П OO Ю Ю Ю -J 4D ON UJ 4D LO Ю UJ >J no O N vj UJ O J UJ Ю to U) Ю to 0 ^ y\ \o 4D \n 4D OO ^ s о to Ю ЧО to і ^ о S и " о о « СЯ to « Si н > W и S § д Я 0 1 2 3 Ca « ЯС § Яс « у P о so о н » § я о я w Л О) я я Є Ґ (Л я. о » § г о Я о о О С У» СҐ І- Ч to о я й й я я я Sq И 0 1 Й to Я Я S ю ^ я 2 3 СҐ Я о 3 S П) fa о tt Яс ' p о й аз П) я g ^ ОУ I to J-J Ъо U) oo І о ю я hn to ON -J UJ чо 4D ON Ю ^ я й о ^ о я я П) о Ю я О ^ О о я to Q oo ЧО Ю g ON СЗ ч Ю ОО ЧО о to 4D oo ЧО UJ to -О Ч » LiJ № О Н ^ О K> л es СЛ сл ЧО f <1 чо -о (3\ ON s* e\ § 2с и Я 43 fa о Q 0\ Й О Р н W о fD 41 о о ол о н о я ш X р р Д 43 2 § m О Р я 43 43 Я S о ГЕ я о ДЗ fa сг й X 3 о ^ « 2 о о н я О U ) Я о U) я о я ^ н я W ® нн И ^ S П) ё ® н Р и * о н л S о ГО Я S о я fb § м ^ ^ у и UJ О н л S о ы fa р 2 я І § ft) fa S 1 - я я р и й f D К д Е X S Л) із UJ сь 3 о я р ч» § Я О н оо ю ро 3 ^ X S о а Е Я bJ оо із DO О S о LO П) чо ю м u> Н О 2 Н > И tS! > сл а -а о fa § й fD Я Я (Т5 о о й g о їа 43 Й S Л о о tr а S St а On ч» UJ as ю СП оо оо L»J оо § й 43 Р П) ЧО ю "uj Ю Ы 4D ю L»J bJ OJ ОЧ bJ оо о ю >-1 S о а П) я о S U) v; дз ft и и БҐ U) оо -fi. 4D оо о ю LkJ NJ 4D ю KJ J-J Ъо ю U) ЧО to KJ О О О О сю Xs. чо tsj П1 и р 2 оо LO Lk J U) о s» ro О О LtJ оо (Л оо Ю чо (УІ СП ч» KJ ы ?о ы 0\ а\ U> Хе <1 UJ ЧО Ы fJl OS JX OS vo Ы о в о S* OS ПРИЛОЖЕНИЕ II РЕЗУЛЬТАТЫ ОПРОСА СОТРУДНИКОВ ПРАВООХРАНИТЕЛЬНЫХ ОРГАНОВ ВОПРОСЫ, заданные при анкетировании и варианты ответов на них: 1. Занимаемая Вами должность на момент заполнения анкеты: 2. а) следователь ОВД; б) начальник следственного отдела; в) оперуполномоченный БЭП; г) сотрудник прокуратуры; д) адвокат; е) дознаватель; ж) сотрудник налоговой полиции. 3. Стаж работы по специальности: а) до 1 года; б) от 1 года до 3 лет; в) от 3 до 5 лет; г) от 5 до 10 лет; д) свыше 10 лет. 4. 5. Имеется ли у вас опыт работы с уголовными делами о преступлениях, предусмотренных ст. 171-1 УК РФ? а) Да; б) нет. 6. 7. Считаете ли Вы необходимым предусмотреть в ст. 144 УПК РФ право следователя, дознавателя и прокурора истребовать предметы и документы, а также получать объяснения до возбуждения уголовного дела? 8. а) Да, это позволит избежать случаев необоснованного возбуждения уголовных дел; б) Нет, это затянет сроки проведения доследственной проверки; в) Иное . 9. Считаете ли Вы необходимым предусмотреть дополнительную возможность продления срока проведения проверки по материалу до возбуждения уголовного дела? 10. а) Нет; б) Да, в соответствии с ч. 3 ст. 144 УПК РФ еще на 10 суток (то есть всего срок проверки может составить 20 суток); в) Да, на срок свыше 10 дополнительных суток (то есть свыше 20 дней); г) Иное . 11. По Вашему мнению, должны ли быть допустимы результаты оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств ? 12. а) Они и так допустимы в качестве иных документов в случае указания источника информации после проверки путем проведения следственных действий и если результаты оперативно-розыскной деятельности получены с соблюдением оперативно-розыскного законодательства; б) Да, должны, но противоречивая конструкция ст. 89 УПК РФ требует совершенствования, в) Нет, и статья 89 УПК РФ не допускает использование результатов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств, г) Иное . 13. На Ваш взгляд, нуждается ли ст. 82 УПК РФ в совершенствовании в части хранения вещественных доказательств - алкогольной продукции? 14. а) Да, в части хранения и реализации алкогольной продукции; б) Нет; в) Иное . 15. Обладают ли доказательства, собираемые подозреваемым, обвиняемым, потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями, а также защитником достаточными гарантиями достоверности или требуют дополнительной проверки в ходе предварительного следствия? 16. а) Да, обладают; б) Нет, не обладают и требуют проверки следственным путем; в) Нет, не обладают, в УПК необходимо предусмотреть дополнительные гарантии достоверности таких доказательств; г) Иное . 17. На Ваш взгляд, необходимо ли для предъявления обвинения устанавливать весь круг доказательств, входящих в предмет доказывания по уголовному делу? 18. а) Да, необходимо; б) Да по УПК РФ необходимо, однако данное обстоятельство лишает предъявление обвинения самостоятельного процессуального статуса; в) Нет, формулировка в ч. 2 ст. 171 УПК РФ не влияет на объем доказательств, достаточных для предъявления обвинения; г) Иное . 19. Как вы считаете, в обвинительном заключении должен быть изложен перечень доказательств или сами доказательства? 20. а) Достаточно перечня доказательств; б) необходимо указывать все доказательства и давать их анализ: в) Иное У е г Е Н о н 3 ^ 3 ^^ ta о и> и ГС о и U) О О ® д fp н © л S о W о It; п о (Я ft) я о и о п и р OS С5 0 \о ю чо U) о "чо а\ ю о м й 6Ґ -о оо On ч* -J оо - і S оо Os 00 у\ O J UJ Ч О 1л to ю оо a^ м о ^ р н д м о Е о Э оо ю К) ю н > и S X Д > СП л ^ ^ 2 § tn S ^ § 0 1 о 0\ а\ ч» U) "uj ЧО о -о оо оо оо я S рз я Р Ч о н я ^ о D S ё я ы 2 3 а ы O n IjJ и> ю оо 4D S « > и оэ о X ^ р я н ^ S о н S « S о я ^ о Е П) я я С Ґ оо ил 00 KJ UJ чо ы оо сл S о U) Я Р ю чо оо \я LiJ Ъо а я о ^ о я я О) я о й S с IS я П о чо О 3 ся о Ht 4D о л ю I v) 00 О И ^ о ы -4 Ы ы о ю OS чо 00 о f о (=5 о© (Л ю в •о о л я О) ft) к ^ tn a SI о ta П) ї=| о н о й я 43 о о о я JH л ё tl о U) к р 03 й ta tr о fca й go го (Я о и 0^ ж Й п и о 03 о s • -С д s Й s 5 tr я S д я Е ft) о я тз р Е я 03 р ft) S г: X ю ^ S р X ? н Е о н 03 ft) н р П) U) ^ § Е ?а я « ft) н я ^ о 03 &3 я я sq о о « 0 1 2 3 и о л о t) о м П) « 0 tl 1 2 3 03 о л П) и о ю гь я « 0 tl 1 2 3 ts о « о и W о о м о л о tJ о ю о я 0 1 и 2 3 и о л о и о я 0 1 2 3 Cd о § и о л О) fca о ю о я -4 (Л 00 U) о 00 U) U) oo Ln --J чо о оо W4 чо > р ON -J ЧО MD чо UJ v; я я « о ю я р и о о X р я я й й t^ я Е X ш о я н tl S > ю ON ON - J 00 - J СП U) К) ю кг oo -J к> oo if: ю со 4D -J oo ы ю ю J-J U) "uj ое Ю ю ON оо чо -J ы UJ чо о ся я о 03 о я 43 о о р S ^ я Lh р я ?! П) н tn OS U) ON оо UJ U) UJ о о сл W о lS тз о о if: (Л 4D "гу э OS а 43 я ta о ^ ft) я я fD ро U) (Л ел ш p ю оо ( --J чо t л К) LiJ Ю го IjJ "( л "(Л о я о Xi ^ я g tn X о s о о й п> ^ н о л П) я я к SC о П) C3d w П) СҐ я о О О W Я Р ю § П) й и< я g S а S S » n и о D3 03 о t я Е о 0 я 1 ТЗ 2 3 я и р о 2 Е ><! tr я S д и р ТЗ я р я н з D3 (П н р (J я тз О) W v; 6Ґ р я « П) й о ю g я м о о 2 р « О й W о л S о ts а> я « о и ю о л S о ш ГС « о й ю о дз а и о ю о « § ю о л О) й о оа о « Lk) оо > ы <1 о\ 00 оо UJ оо ю ы ON V* U) я я « о 03 я тз р 03 о о X ^ р я я н П) іа tr я s X l-l н > S д > ил td (Jl ч* Кі 0^ •o to оо tjj w о я тз - о о ON ю ча oo Ю W \D (M t7l oo LO ю UJ оо -Сі as ю ГО U) чо ON 4D Ъо о и я о со о я ^ о о р 2 if ! о\ U) TjJ о ON o^ Lti сю оо чо U) LkJ о чо а и о я тз о о ю L M U) оо ЬІ о п> я я а» 00 -о UJ LO LiJ ?о оо tsj р я « ttl н h H ю ON "чо -J чп кл m о ( л у [ jj (О ю I >.1 to ( л О я о 43 Я о a> Д о ti о со ю а> й СП ( О ) о ^ § О ы К Р W ^ C D Й КҐ Н -С к S р S S ю n и ^ о b 0 1 H 2 3 s & К я E о о я ТЗ р в я ю fD 2 Е X и О « РЗ Н Sc О СТІ К a ^ cr a s Cd ^ s p X ? H E S DO P fD 00 v: й сг н ^ Е р Я « fD н я ^ о ю р я я » о о p « g I ю о л П) й о оа fD я я g § w 0 1 2 3 Cd О § t=l I Dd о 0 1 2 3 D3 о о и ю о л О) о W fD я § I D5 О Л S о ся П) я о и о л П) й о 03 П) Л о ся П) я ON U) Ьо ы ю Ю to ю oo оо ON із я я о ю я 43 р Dd о о X 43 «-ri U) и> Cd о я тз о о оо -p^ oo 4^ UJ оо СП К> © to to N.* оо н > &І S д К) UJ to ON 00 UJ to Cd ю oo bO ы ОО LtJ LtJ ON UJ Ъо ЧО оо ^LtJ ЧО 1л ON to bJ ОС ю UJ S tr я с X о 43 ?-1 р я о ю я о 03 о я 43 о 0 р 1 2 3 00 ЧО я if! к> о ю LO u> to yj оо > оо ЧО UJ 4D ON ил ЧО 4t -о Os U) ч* On ON ч» ЧО Cd о я ?о о о if: 4D ON (jJ 4s- ON СП Jb. ?J oo On О 0\ UJ ЧО П\ оо ч» L.J ЧО to ЧО и ю 00 -J U) Ы ю сл ч> сю UJ s» ?o Ъо Ю 4:^ я о ^ fD я я fD ы ON а\ ON ПО u> OS -о ГУ З ON "on IsJ oo oo Ю 4D LtJ оо Cd о я тз о о ON fJi On у> ON ON ^ no ЧО о (Л OO г ON Ю UJ ПГ ) ON —1 tn —1 on DN ЧО J fvi ON я fD <1 ч* ( л m ОО ON rts I 'Л 00 ІЛ Ю K-» ІЛ ON ( л 7 \Є> ПРИЛОЖЕНИЕ III ОБРАЗЦЫ МАРОК И ПРИЗНАКИ ИХ ПОДЛИННОСТИ ОБРАЗЦЫ федеральных специальных марок и признаки их подлинности 33mp.050l J# 0000000 , Формат марки 90 х 20 мм Формат марки 160 X 20 мм Формат марки 65 х 16 мм Описание элементов оформления и защиты Бумага белого цвета с мно- готоновым водяным знаком, представляющим собой слово АКЦИЗ. Бумага содержит защитные волокна двух видов: красные, не светящиеся в УФ- излучении, и зеленые, светящиеся в УФ- излучении зеленым цветом. Фоноаая печать (сетка с ирисом) г О. ЬНЫЕ НАПИТК1Г Лицевая сторона марок (фор- матов 160 X 20 и 90 X 20 мм частично, формата 65 х 16 мм полностью) запечатана сеткой из тонких цветных линий. Цвет сетки плавно переходит из зеленого в желтый без разрывов и смещений линий сетки. При этом желтая часть сетки и волнистая вертикальная полоса светятся в УФ-излучении желтым цветом. Металлографская печать Круглая розетка с аббревиатурой РФ; орнаментальная полоса (бордюр); тексты РОССИЙСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ, СПЕЦИАЛЬНАЯ МАРКА, а на марках формата 65 х 16 мм кроме того над орнаментальной полосой КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ — печатаются металлографской печатью. 52 Марка формата 65 х 16 мм Марки форматов 160 X 20 и 90 X мм Орнаментальная полоса в металлографской печати переходит из синего цвета в бордовый (на марках форматов 160 X 20 и 90 X 20 мм), из синего в зеленый цвет (на марке формата 65 х 16 мм) без нарушения линий рисунка. Спецэлвмвнт в правой части марок, а на марке формата 160 х 20 мм и в левой части, расположен фигурный элемент зеленого цвета, отпечатанный специальной краской, контролируемой приборами КПМ-А U д.5 t) О вя п '2 РАЗР 0001 ф 0000Ш о, 1 /» Марки форматов Марка формата 65 х 16 мм КРЕПКИЕ АЛКР^ЬНЫЕ ИАПИТКЯ КМНЮМ Ж«0Г<1ЛЬНЫЕ НАПНТ 160 X 7П U <30 у 9П ыи Микротвкст отпечатан метал- лографской печатью вдоль верх- ней и нижней сторон орнамен- тальной полосы и состоит из повторяющихся слов РОССИЙІСКАЯ ФЕДЕРАЦИЯ. Кртска с мэмфнткмщшст цветом W • W ] w ШФ a Овальная розетка со словом РОССИЯ (кроме марки формата 65 X 16 мм) при рассмотрении под разными углами меняет цвет с малинового на зеленый. Скрытое (латентное) изобра- жение При рассмотрении марок в косо падающем свете в орнаменталь- ной полосе (на марках формата 160 X 20 мм в правой части) видно скрытое изображение ромбов. Причем в зависимости от угла зрения внутренние ромбы видны то как светлые на фоне темного обрамления (при рассмотрении вдоль короткой стороны марки), то как темные на фоне светлого обрамления (при рассмотрении вдоль длинной стороны марки). Марка формата 65 х 16 мм 1 — зона, невидимая в ИК- диапазоне; 2 3 — зона, видимая в ИК- диапазоне; 4 5 — вид марок в ИК-диапазоне. 6 Цифровые коды располагаются в нижней части марки и обозначают следующее. На марках форматов 160 х 20 и 90 х 20 мм: 52 РАЗР. 0001 сМ ООО первые две цифры (кроме литража „їли выше") — код региона субъекта Российской Федерации; последующие четыре цифры — разряд, содержащий десять миллионов экземпляров марок; семь цифр после знака „№" — порядковый номер марки. Наименование литража может быть следующее: „от 0,25 л до 0,49 л"; „от 0.5 л до 0,69 л"; „от 0,7 л до 0,99 л"; „1 л и выше". ПРИЗНАКИ подлинности федеральных специальных марок Порядковый номер марки печатается красно-коричневой краской, обладающей магнитными свойствами. На марках формата 65 х 16 мм: Металлографские краски Круглая розетка с аббревиатурой РФ и текстом вокруг нее и орнаментальная полоса отпечатаны металлографской печатью красками, имеющими различные свойства при наблюдении в приборе „Корунд-1": Маока формата 160 х 20 мм РАЗГОрІ ч три цифры — разряд, содержащий один миллион экземпляров марок. Наименование литража может быть следующее: „до 0,1 л вкл.": „от 0.11 л до 0.24 л". ОБРАЗЦЫ региональных идентификационных марок ОБРАЗЦЫ поддельных специальных марок ВИЗУАЛЬНЫЕ ПРИЗНАКИ поддельности специальных марок: 1. Одинаковый порядковый номер. 2. 3. Отсутствуют водяные знаки. 4. 5. Несоблюдение цветовой гаммы рисунков. 6. 7. Расплывчатый микротекст. 8. г Li ОБРАЗЦЫ акцизных марок республики Абхазия ^^ГГ" АЦСНЫ І7?І757 АДЫРГА Ч Ы Д А ' ! 1 приложение ОБРАЗЦЫ акцизных марок республики Украина Red_new (1935х3104х16М тред) Утверждаю Утверждаю Эскиз региональной специальной марки Московской области для алкогольной продукции с объемной долей этилового спирта менее 25% Масштаб 3:1 8 Код региона с надпечаткой специальной фаской с антистоксовым соединением (АСВР) светящейся при ИК облучении малой мошности »ноааиие оегиона 14 Специальная форма марки со сложной вырубкой 1 Фольга голофвфичвская со скрытым ^ Ф«фмч«с1(иц наображахиам (61 17uu ) 3. Просечки П-о6рвэной формы для эаидкты от пврвклвивания 6 Поле для намесания индивидуальной контрольно- учетчой информации е виде штрихового Itqoa (28 х 15 мм) 9. Кап региона 10, Просечки S-оСраэной формы для защиты от пеоеклеикания 11. Герб Москоаской о&^асти еыгюлненмый с применением техники гравюры с цветовым решением герба 13 Надпись 'Россия" Цвет фасный 15. Просечки Г- обр«*ной формы для мщиты от первклеииния 2001Г 2001 г 2. Поле индивидуального номеоа марки 4 Серия и номер марки. Нумерация аысокой степени мщищенностм выполненная краской саеуящейся в УФ иалучении 5 Ириснвя п^ать гильоширо вам ного фона, рельеф выполнен с помощью пслъема линий 7 Ирисная печать гильоширова иного фона (кпассический гкльош и микрошрифт "РСМ") Цвет оранжево-красный для специальной марки с обьемной долей этилового спирта менее 254 17 Ив МасгілчіП 1 1 РЕГИОНАЛЬНАЯ СПЕЦИАЛЬНАЯ МАРКА Процентное содержание этилового спирта свыше 25% Формат, мм 17x65 /VI 2:1 Процентное содержание этилового спирта до 25% ' : - - РЕГИСИХЛЬНАЛ О: СПЕЦИАЛЬН АЯ : . МАРКА 1 Защитная голографическая фольга с изображением герба г. Москвы кода региона «77» и слова «Москва» 2 3 - Герб г. Москвы 4 5 - Гильоширная негативная сетка с ирисом толщиной линии 80 мкм 6 7 - Элемент метка «И» и «М» 8 9 - Микротекст «МАРКАМОСКВА» высотой 200 мкм 10 11 - Окно для нанесения штрих-кода размером 28x15 мм 12 13 - Высечка (полукруг, мм R6 - 2 штуки) 14 15 - Код «77» г. Москвы, серия и нумерация - защитные чернила, проникаю 16 щие, И К прозрачные 17 - Текст «Региональная специальная марка», «Москва», контур герба 18 г. Москвы - черная магнитная краска, И К видимая 19 - Мультиматная сетка из микротекста «МОСКВАМАРКА» и «МТГ» 20 высотой 250 мкм с переходом из позитивного в негативное изображение 21 - Элемент со скрытым изображением кода «77» г. Москвы 22 23 - Процентное содержание этилового спирта - бесцветная краска, 24 светящаяся в УФ лучах красным цветом Бумага самоклеющаяся, находящаяся на временной подложке. ПОДДЕЛЬНЫЕ РЕГИОНАЛЬНЫЕ ИДЕНТИФИКАЦИОННЫЕ МАРКИ СЕРИЯ КРЕ высокого качества СЕРИЯ КРЕ 46001595003 12 46001595003 12 0 1 2 ' 3 000560178 000560178 СЕРИЯ КРЕ СЕРИЯ НРЕ 460015950031 2 46001595003 12 000560179 СЕРИЯ КРЕ 46001595003 12 000560180 СЕРИЯ КРЕ 000560179 СЕРИЯ КРЕ 460015950031 2 000560180 СЕРИЯ КРЕ 460015950031 2 ^ UUUI>'7 J \J KJ J I с. 46001595003 12 000560181 П00560181 СЕРИЯ КРЕ СЕРИЯ KPF 460015950031 2 46001595003 12 00056018? 00056018? ПОЛУФАБРИКАТЫ 1 ! о для изготовления поддельных федеральных специальных марок высокого качества (с использованием технологий ГОЗНАКа). КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НЛЛИТКН 01 О, 5 л ло 0.69 л іл^ОІ .V КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НЛПИТКЙ '?• _ 01 о, 5 л до о, 69 л КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ от 0,5 л до 0,69 л КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ от О, 5 л до О, 69 л КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ 01 О, 5 л до О, 69 л . КРЕПКИЕ АЛКІВГОЛЬЦІЕ НАПИТКИ ° іЯПЯ^^ _ отО,5МдоО, еа^ I < ^ КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ ~ ^Уч - - от 0. 5 л ЯС) о, 69 л У ©ГОАИШ LL , КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ ) /Sn!SV\. ^ от 0,5 л до 0,69 л КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ '"?•^ьиА' :ii tihii: КРЕПКИЕ АЛКОГОЛЬНЫЕ НАПИТКИ В изготовлении использованы такие технологии, как водяной знак «АКЦИЗ», и краска с изменяющимся цветом в овальной розетке со словом «РОССИЯ». 2 2 2 2 2 2 2 Ъ1 Ъ1 2 2 2 2 2 2 2 2 61 61 61 61 _1 65 7 1Ъ 1Ъ 61 61 61 61 96 96 ' См. приложение I, таблица № 4. ' См. приложение I, таблица № 4. 61 61 96 96 ' См. приложение I, таблица № 4. ' См. приложение I, таблица № 4. 61 61 ' См. приложение I, таблица № 1. ' См. приложение I, таблица № 1. 61 61 61 61 96 ' См. приложение I, таблица № 4. 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 131 ^ Ларин A.M. Указ. соч. С. 66. 'LCj'f 'LCj'f 138 ' См. приложение I, таблица № 5. 'LCj'f 'LCj'f 140 ' Данные ГИи МВД РФ. 138 138 ' См. приложение I, таблица № 5. ' См. приложение I, таблица № 5. 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 138 ' См. приложение I, таблица № 5. 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 138 ' См. приложение I, таблица № 5. 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 2-і гог 2, DO 1 гоі. 1 гоі. 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LCj'f 'LoQ. I 'LCj'f 'LCj'f г г\ъ гУї Приложение № iU гУї Приложение № iU Приложение № ji! Приложение № ji! to о и Приложение № г Приложение № ^i. ai-G Приложение № ai-G Приложение № Приложение № ji!