lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Головин, Александр Юрьевич. - Теоретические основы и актуальные проблемы криминалистической систематики на современном этапе развития криминалистики: Дис. ... д-ра юрид. наук :. - Тула, 2002 460 с. РГБ ОД, 71:04-12/10-6

Posted in:

ТУЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

ГОЛОВИН Александр Юрьевич

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ И АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ КРИМИНАЛИСТИЧЕСКОЙ СИСТЕМАТИКИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАНЕ РАЗВИТИЯ КРИМИНАЛИСТИКИ

Специальность 12.00.09. - уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-розыскная деятельность

ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени доктора юридических наук

I России

Ij ОТ 21 200І Г. ЪЩи

реиііл вь!даг1, диплом ДСЖТиРА юриди-еских наук

‘Начальник ст;,;;;іа ЬАК і^’ииобрззсїїания России

t

Научный консультант- заслуженный деятель науки Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор Н.Н.Яблоков

Тула -2002

СОДЕРЖАНИЕ

ВВЕДЕНИЕ

Глава 1. Научные основы криминалистической систематики

§1. Общеметодологические основы системных исследований в

современной криминалистической науке I5.27

§2. Теоретические основы криминалистической систематики и ее место в системе криминалистики 27 44

§3. Сущность и особенности криминалистической классификации как разновидности систематизации научного знания 45.8О

§4. Научные основы использования разработанных криминалистической наукой систем в практической деятельности

правоохранительных органов и обучении криминалистике 80-97

Глава 2. История развития и современные проблемы системного и понятиино- терминологического устройства криминалистической науки

§ 1 Исторические аспекты развития системы криминалистики 98-106

§2. Современная система криминалистической науки ее критика и

тенденции развития 106 135

§3. Понятийно-терминологическая система (язык) криминалистики как объект криминалистической систематики 135-150

Глава 3. Актуальные направления криминалистических системных исследований преступной деятельности

§1. Структура, механизм и криминалистическая характеристика преступления как объекты криминалистической систематики 151 -184

§2. Некоторые аспекты криминалистической классификации преступлений.

§3. Противодействие расследованию преступлений как объект

криминалистических системных исследований 198-237

Глава 4. Деятельность по раскрытию и расследован и ю преступлений как объект криминалистической систематики

§ 1. Общая структура деятельности по раскрытию и расследованию

преступлений 238-252

§2. Действия лица, производящего расследованиеГ как объекты

криминалистической систематики 253 298

§ 3. Систематика следственньпс ситуаций 298-331

§4. Системы тактических задач и тактических решений как аналитико- мыслительных элементов деятельности по раскрытию и расследованию преступлений от, лг^

рс Г^ J J I-JJZ

Систематика криминалистических версий 352-374

§6. Системный подход к изучению тактических ошибок в расследовании преступлений и формированию методики их выявления и устранения

ЗАКЛЮЧЕНИЕ СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

ПРИЛОЖЕНИЯ Ао ZL

 448-460

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Процесс возрождения России как сильного и независимого государства, начавшийся в последние годы, связан с преодолением немалых трудностей социально-экономического, государственно-правового и иного характера. Одной из таких трудностей является и преступность, многократно возросшая за последние годы. Именно этот фактор как серьезную опасность для указанного процесса неоднократно отмечал в своих выступлениях Президент Российской Федерации В.В.Путин’.

Об этом свидетельствуют и данные статистики^ В 2002 году было за- регистрировано 2526305 преступлений, в числе которых доминируют тяжкие и особо тял<кие преступлений (1347237). При этом в последние годы правоохранительные органы сталкиваются не только с ростом преступности, но и появлением новых ее видов (особенно в сфере экономики), способов совершения преступлений, деяниями, совершаемыми организованными преступными формированиями^ изощренными проявлениями коррупции, активным противодействием расследованию преступлений. К сожалению, к новым условиям борьбы с преступностью российские правоохранительные органы адаптируются крайне медленно’’. В этом отношении пока в долгу перед практиками и криминалистическая наука, призванная разработать науч- но-обоснованные рекомендации по расследованию преступлений в современных условиях, а также с учетом изменений преступности в самом ближайшем будущем.

Отметим, что криминалистическая наука в основном довольно оперативно реагирует на потребности практики борьбы с преступностью. В по-

’ Выступление Президента Российской Федерации В.В.Путина на коллегии Генерапьной прокуратуры Российской Федерации 11 февраля 2002 года; Выступление Президента Российской Федерации В.В.Путина на коллегии МВД Российской Федерации 6 февраля 2003 года // Официальный сайт Президента Российской Федерации (www.kremlin.ru).

” Использованы статистические данные ГИЦ МВД Российской Федерации.

Так. в 2002 год>’ более 26 тысяч преступлений были совершены организованными преступными гр> ппами и преступными сообществами.

Например, по данным ГИЦ МВД Российской Федерации, раскрываемость тяжких и особо тяжких преступлений в 2002 году составила лишь 47,9%.

слсдние годы осуществлено немало научно и практически значимых исследований различных криминалистических проблем. Однако проведенный анализ позволяет говорить о том, что далеко не все из них имеют под собой должную теоретико- методологическую основу, особенно системного характера, что в ряде случаев затрудняет дальнейшее применение выработанных рекомендаций и предложений в криминалистической практике. В частности, использование системных методов и средств в криминалистических научных исследованиях и представлении их результатов пока еще оставляет желать лучпіего.

Поэтому не случайно в последние десятилетия в криминалистическом научном знании все большее значение стали приобретать исследования в области системных технологий, Развитие современной криминалистики напрямую связано с развитием системных средств и методов познания внутри науки, активным заимствованием и приспособлением для решения стоящих перед криминалистикой задач системных технологий из других областей научного знания. Отсутствие единых научных основ системного подхода к исследованиям в криминалистической науке порождает высокий субъективизм результатов системных исследований, разногласия в определении криминалистических категорий и понятий, обоснованные возражения по поводу отдельных мнений о системе современной криминалистики и ее частей. Соответственно, сначала в криминалистической теории, а затем и в разраба- тываемых криминалистикой практических рекомендациях возникают некоторые системные несоответствия, в свете вышесказанного представляется актуальным и необходимым проведение специального диссертационного комплексного исследования общетеоретических ПОЛОЛ(ЄНИЙ систематики и на этой основе с учетом специфики объектов криминалистики разработать теоретические ОСНОВЫ криминалистической систематики и пути анализа и решения связанных с нею отдельных проблемных вопросов криминалистических системных исследований и системной организации криминалистических научных знаний.

Цели и іадачи исследования. В данном диссертационном исследовании поставлены цели развить уже складывающиеся научные положения криминалистической систематики как ст^эуктурного элемента общей теории криминалистики, проанализировать ряд актуальных проблем, связанных с применением системных средств и методов в криминалистическом научном познании и систематизацией криминалистического знания, предлол<ить пути их рещения.

Достижение указанных целей осуществлялось на основе комплексного подхода к решению ряда взаимосвязанных задач, важнейщими из которых явились:

исследование общетеоретических основ систематики и определение научных основ и специфики применения системных методов и средств в криминалистике;

раскрытие специфической сущности и значения криминалистической систематики и ее места в системе криминалистики;

определение отдельных направлений систематизации криминалистического научного знания;

унификация существующих и разработка новых криминалистических категорий, понятий и терминов, раскрытие системного характера языка современной криминалистики;

обоснование необходимости сохранения сложившейся структуры и системности криминалистической науки;

определение актуальных направлений и особенностей системных исследований преступной деятельности, ее механизма и криминалистической характеристики, противодействия раскрытию и расследований преступлений, криминалистической классификации преступлений;

определение актуальных направлений и особенностей системных исследований деятельности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений, разработка новых и уточнение имеющихся криминалистических систем различных элементов этой деятельности: субъектов.

действий (следсп^енных действий, тактических приемов, комбинаций и операций), следственных ситуаций, тактических задач и решений, криминали- с гических версий и тактических ошибок;

анализ и уточнение научных основ практического использования криминалистических систем в процессе расследования преступлений и обучении криминалистике.

При определении задач настояшего исследования учитывались положения нового уголовно-процессуального законодательства России. Они обусловили необходимость уточнения целого ряда криминалистических систем, особенно в сфере криминалистической тактики и методики расследования отдельных видов преступлений.

Объект и предмет исследования. Объектом исследования выступают криминалистическая систематика как элемент общей теории криминалистики и система криминалистических знаний, формирующих ее, актуальные аспек- гы системных исследований при криминалистическом изучении преступной деятельности и деятельности по се раскрыгию, расследованию и предупреж- деіпио

Предметом настоящего исследования являются криминалистические знания, требующие системных построений и особенности этих построений, во многом Обусіювленіїьіе закономерностями преступной деятельности и деятельности по ее раскрытию, расследованию и предупреждению, а такл<е сфера и характер использования различных криминалистических систем в научной и практической криминалистической деятельности.

Методологическая и теоретическая основа исследоваїиія В основе проведенного исследования лежит диалектический метод. Использовались также общенаучные методы познания (сравнение, наблюдение, моделирование и др.), логические методы (анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия) и другие общенаучные методы (сравнительно-правовой, социологический, статистический, исторический).

‘Георегическлю oa^N исследования составляют труды видных (|)илосо- )ов, науковедов В I” Афанасьева, И В Блаубері а, Б.М Кедрова. В.И.Кириллова. И 11 Кондакова. Э Б.Маркаряна. С.С Роювой, Л И Уемова. КЗ.А Урманцева. ВИ Садовского, Л.Л Старчснко, В С Гюхтииа, В А Штоффа. Ф Знге.іьса. l.W Юдина и других ученых

Значительное месю в работе отводилось изучению и исно.льзованию трудов видных \ ченьгх-криминалистов Т.В.Аверьяновой, О.Я.Баева, Р.С.Белкина, А.Н.Васильева, А.И.Винберга, Т.С.Волчетткой,

A. Ф.Волынского, Л.Я.Дранкина, А.В.Дулова, В.А.Жбанкова, В Д.Зеленского, B. C. Н.Карагодина, В.Я.Колдина, С.И.Коновалова, В.В Крылова, Ю.Г.Корухова, В П.Лаврова, А.М.Ларина, А.А.Леви, И.М Л>-?гина, В.А.Образцова, А С Подтибякина, И.С 1 Іолевого, Е Р Российской. Л.Д.Самыгина, 11 А.Се.ииваііова, В.Ю.Шепитько, С И ІДвсткова, li.li.Центрова, А А “Зксархоиуло, Н.П.Яблокова и других российских и зарубежных ученых в области криминадистики. уголовного права, \толовпого процесса, криминологии, теории права и других наук. D. Правовая основа п змпприческая база исследования. Правовой основой исследования являются законодательство Российской Федерации, а также подзаконные акты Президента, Правительства и правоохранитеїпліьіх органов России.

Эмпирическая база исследования включает в себя:

результаты изучения 200 уголовных дел, специально проведенного с целью исследования противодействия раскрытию и расследованию пре- ст\г1лений, формирования его системной концепции, вьіде.іения отдельных форм, способов и приемов такого противодействия и их классификации, раскрытия теоретического и практического значения системных изысканий по этому вопросу.

результаты из>чения 200 уголовных дел, специально ос\тцеств- ленного с целью формирования системного представления о тактических

s

ошибках в расследовании прссіліь’іеиий, их классиг|)икации, определения системиой основы методики и выявления и устранения гаких ошибок.

отдельные рез'лыагы проведенных в 1997 2002 г г исследоваїшй по материалам уголовных дел различных видов пресг\тілений и практики их раскрытия и расследования, использованные в целях уточнения системных представлений о криминалистической характеристике престу плений;

результаты анкетирования 300 работников следствия и дознания органов внутренних дел, прокуратуры и налоговой полиции, проведенного в целях выяснения мнения практических работников относительно ряда дискуссионных понятий современной криминалистики, возможностях использования разработанных криминалистической наукой систем в деятельности по р а с с JI е д о в ai И1 ю 11 ре cry и л е и и й.

Научная новизна исследования и положения, вьіиосилп>іе на защи- гу. Отдельные теоретические вопросы и практика применения системных средсів и меюдов в криминалистической пауке и практике уже затрагивались в криминалистической литературе (Р.С.Белкин, Л.И.Винберг, Л F Гумашвили, В.А.Жбанков, В.Я. Колдин, П.Б.К\цонис, В.А.Образцов, НИ Яблоков и др.) Однако фундаментальных целенаправленных комплекс- ньтх дііссертационньїх или монографических исследований, посвященных апа.ітзу теоретических основ криминалистической систематики и современ- ньтм актуальным проблемам систематизатціи криминалистического научного знания не проводилось. В настоящей диссертации предпринята новая попытка продоіг/кить построение концептуальных основ, решить вопрос о содержании, структуре, принципах и основных задачах криминалистической систематики, определить ее место в системе криминалистики. Кроме того, в диссертации именно с системных позиций с использованием обширного научного и эмпирического материала, с учетом нового уголовно- процессуального законодательства проанализирован ряд современных проблем структурной организации криминалистическою знания. (1)ор\іировапия понятийно- терминологического аппарата криминалистики, разработаны но-

В1>1С и у’К)Чііені,і имеющиеся понятия 11 термипі-1 и сисіемьі отражаемых ими к |) и м и и aj 1 и с’г и ч е с к и X о бъе к то із.

Мови^иа проведенного диссертациопиого иселедоваїиія позволяет сформ\лировагь основные положения, выносимые на }аннггу

1 Вывод, основанный на новых данных, полученных в ходе проведенного исследования, и подтверждающий ранее высказанные в литературе соображения о необходимости, важном научном и практическом значении выделения в рамках общей теории криминалистики раздела «криминалистическая систематика», являющегося важным элементом методологии криминалистической науки.

  1. Как раздел общей теории криминалистики криминалистическая сис- гемагика представляет собой комплекс научных положений, раскрывающих принципы, значение и основные направления систематизации научных знаний в криминалистике, процедуры и специфику построения криминалиои- ческих систем, формы их представления и функционирования, понятийный и терминологический аппараї, методические основы использования разработанных криминалистикой систем в практической деятельности правоохрани- ге.чьных органов.
  2. В числе особенностей криминалистической систематики, делающих ее специфической частью общей теории криминалистики, ключевое месго занимают ее специальные принципы, целевое предназначение, объекты, основные направления использования се теоретических концепций и рещае\п>іе ее задачи.
  3. Система принципов криминалистической систематики включает в себя общие принципы науки, принципы системної о подхода, а также грч ппу специальных принципов, обусловленных спецификой объекта, предмета и задач современной криминалистики.
  4. Основное целевое предназначение криминалистической систе.мати- ки. заключающемся в создании на основе своих принципов системы криминалистических знаний об объек1ах криминалистической науки, тех или иных закономерное гях, сос тавляющих ее [іредмет. оГюбіцаїоіцей і)ельгаї i,i веех иредтеетвуїоїцих системных научных исследований и в lo же время выво- дяидей криминалистику на качественно иной уровені>
  5. Основными объектами сисіемагики в криминалистике должны выступать знания, полученные в результате изучения преступной деятельности как в целом (на базовом уровне), так и ее отдельных видов, механизма образования криминалисгически значимой информации, а также совокупность разработанных на основе полученных знаний средств, приемов и рекомендаций по выявлению, раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений
  6. Основными направлениями использования теоретических концепций криминалистической системагики выступают; дальнейніее формирование общей системы криминалистики как структурной совокупности разделов, подразделов и т д ; дальнейшее развитие понятийно-терминологической системы (языка) науки; разработка и совернтенствование систем рекомендаций по исііоіп>зованию криминалистических научных знаний правоохранительными органами Эти направления конкретизируются в задачах криминалистической систематики. Круг задач криминалистической систематики довольно піирок и может быть определен применительно к научно- исследовательской, практической и учебно- педагогической деятельности.
  7. Особым направлением систематики научных знаний в криминали- стической науке выст>’пает классификация криминалистических понятий, теоретические основы которой являются неотъемлемой частью криминали- стической систематики и входят составным элементом в общую теорию кри- миналистики. В диссертации раскрываются понятие, принципы и функции криминалистической классификации, с учетом проведенного исследования >точнена процед\ра построения криминалистических классификационных систем и их виды.
  8. В числе задач кри\нніалистической систематики особо выделяются задачи обеспечения эффективного и качественного использования разрабо-

lamibix н криминалистике систем в ходе правоохраииісіпліой дсятелі.иосги и в рамках обучения криминалистике. Cooi вегственіїо и диссертации исследованы основы практического использования криминалистических сисгем д:ія решения различных познавательных -^адач в ходе расследования. 17. 18. Ключевой проблемой криминалис I ической систематики являеіся сохранение и дальнейшее совершенсівование общей системы криминалистики и ее отдельных структурных частей на основе системных принципов и под воздействием объективных факторов развития совремеїпіьіх криминалистических научных знаний. 19. 20. Современная четырехэлементная структура криминалистики (об- тцая теория науки, криминалистическая техника, криминалистическая тактика. методика расследования отдельш^іх видов преступлений), тіросуществовавшая более сорока лег и доказавшая свою значимость, стабильность, структурную выдержанпос’1 ь и )(|)(1)Єктивность, BTiojme соответствует стоящим перед криминалистической наукой общей, специальным и частным задачам. В то же время, в свете новых научных достижений подвижной может быть система внутренних разделов каждой структурной части криминалистики. 21. 22. Основанный на результатах проведенных исследований вывод о не- достаточной обоснованности появившихся в последние годы пред.пожений отдельных ученых-криминалистов о тіереходе к двухэлементной системе криминалистики («общая - особенная части») либо об увеличении числа разделов этой науки, поскольку на сегодняштіий день нет объективных предпо- сьшок для подобных концептуальных изменений сіруктурьі криминалистической науки, а предлагаемые в литерат>’ре альтернативные системы содержат существенные недостатки и противоречия. 23. і

  1. Язык криминалистики как объект криминалистической систематики представляет собой сіюжное системное понятийно-терминологическое образование, имеющее внутреннюю постоянно развивающуюся структур)’, выстутіаю[цее средством и способом ос\ществления криминалистического

научного мышления, обусловливаемого предметом иееледонания в данной области иауки. Криминалистическая систематика и язык кримииалисгики находя тся в тесных взаимосвязях методологическою характера. раскі)і,ггі,іх в диссертации. 25. 14. Вывод об оправданности уделяемого криминалистической наукой в последние годы внимания «деятельностному подходу» к изучаемым явлениям, в частности, преступной деятельности, в качестве основных направлений (сфер) применения положений криминалистической систематики в научном исследовании преступной деятельности выступают определение ее структуры, выделение видов преступлений (криминалистическая классификация преступлений), изучение механизма совершения преступлений, решение актуальных проблем учения о криминалистической характеристике пресгуплений. На основе получивших отражение в криминаішстической литературе и разделяемых автором системных взглядов на ирестхпную деятельность (Н.П.Яблоков, Л Д.Самы1ин) в работе уточнены [іризнаки и структура механизма совершения и криминалистической характеристики преступлений.

  1. Вывод об отсу тствии на современном этапе развития науки оснований для отказа от использования понятия «криминалистическая характеристика пресгугшения», как это предлагается в последние годы отдельными учеными- криминалистами В диссертации на основе использования системных средств и методов предложены пути решения отдельных проблемных вопросов, сопутствующие дальнейшему развитию этого криминалистического учения.

  2. Одним из актуальных направлений системных исследований преступной деятельности выступает дальнейшее развитие криминалистической классификации преступлений. В этих целях в диссертации уточнены объект и основания криминалистической классификации преступлений, отмечено ее научное значение

17 ЛкIуальпым иапраилением кримниалисiичсской сисісмагики иы- СІ уііаеі исследование системы деятельности по прої иводейсгиию раскрытию и расследованию преступлений. В диссергации представлена системная концепция противодействия расследованию, определены ею огдельные формы, угочнены классификации способов сокрытия следов преступления, разработаны классификации способов воздейсівия на участников уголовного процесса и уклонения от участия в расследовании.

  1. Системные исследования деятельности по раскрьггию и расследованию преступлений - традиционное и продолжающее оставаться одним из наиболее актуальных направление криминалистической систематики, С системных позиций эта деятельность может рассматриваться как сложная динамическая управляемая социальная система, в структуре которой получают отражение специфика ее объекта (преступной деятельности), цели и задач деятельности, субъектов, действий, приемов и способов, места, времени и обс тановки ее осуществления, а также достиі нутых рез>.чьтатов. В работе с учетом нового уголовно- процессуального законодательства рассмогрены цель и задачи такой деятельности, круг субъектов и ищ>іе элементы се осуніе- ствления

19 Уточненные и разработанные с учето.м изменения уголовно- процессуального законодательства классификации следственных действий, тактических приемов, комбинаций и операций. 20 21 Генезис и современное состояние понятийного и классификационного аппарата учения о следственной ситуации, предложения по еіо совер- шенс гвованию. 22 23 Уточненные и разработанные системы тактических задач и решений как аналитико-мыслительных элементов деятельности по раскрьггию и расследованию преступлений. 24 22. Генезис и современное состояние классификационного аппарата криминалистических версий, предложения по его совершенствованию с \ че- том достижений криминалистической науки и изменения уюловно- процессуального чакоцодагельсгва. а іакжс но использованию разработанных кримииалис!ической наукой классификационных сисгсм аналитико- мыслите]ц,ных объектов в практической деятельности но рассле/юваник) преступлений.

23, Разработанные определение и классификации тактических о[нибок. рекомендации по их выявлению и устранению в ходе расследования прест- плений.

Теоретическая и практическая значимость результатов диссертационного исследования состоит в научной разработке концептуальных теоретических основ одного из разделов общей теории криминалистики - криминалистической систематики, определении и предложении путей решения ряда актуальных проблем систематизации кримина.чистического научного знания, а также уточнении имеющихся и гюлучеиии новых результатов криминалистических системных исследований с учетом нового уголовно- процессуального законодательства и достижений современной криминалистики, определении основных направлений и возможностей практического использования различных криминалисгических систем. В целом эти результаты не только служат дополнительными аргументами в пользу данноі о раздела общей теории криминалистики, но и закладывают дoпoлнигeJцлlый информационно-теоретический фундаменг в основу этой теории.

Имеющиеся в диссертации выводы и предложения могут быть использованы для дальнейшего развития и совершенствования криминалистической методологии и осущестЕзляемой на ее основе систематизации кримина.чи- стических научных знаний, для развития понятий и положений отдельных разделов криминалистики, в разработке криминалистических рекомендаций, направленных на повышение эффективности правоохранительной деятельности, в правотворческой деятельности, в учебном процессе, а также для \со- вершенствования методических основ преподавания криминалистики, при птготовке учебных программ, учебных и 'чебно-методических пособий.

і s

Апробация рсульгатов псследоваппи проводилас. и (|.()рмс „ред- ставлекия и обсуждений основных положсий дисссргации на международных. всероссийских и межвузовских ^.аучно-практичсских конференциях, семинарах и «круглых столах», нроходивіних в Москве (2000г.), Орле (1999, 2000 гл^), Краснодаре (2002 г.), Ростове-на-Дону (2002г.), Брянске (2001 г.), Харькове (2002г.). Туле (1999, 2000, 2002 г.г.), Екатеринбурге (2002 г.).

Результаты исследования докладывались на -заседаниях кафедр Тульского государственного университета, Юридического института МВД РФ (в настоящее время ^ Московский университет МВД РФ).

Основные положения, выводы и рекомендации диссертации получили отражение в двух монографиях по теме исследования, а также в 47 иных

опубликованных научных работах.

Выводы и рекомендации диссертационного исследования внедрены в учебный процесс Тульского государственного универсигета. Ростовского юридического института МВД РФ, Калининградского юридического института МВД РФ- Тульского филиала Московского университета МВД РФ, а также следственн>’Ю практику прокуратуры и УВД І ульской области.

Структура и содержание диссертации определен,і с >четом целей и зада^, научного исследования. Рабога состоит из введения, четырех глав, включающих в себя I 5 параграфов, заключения и списка литера г> ры.

Глава 1. Научные основы криминалистической

систематики

§1. Общеметодологические основы системных исследований в современной криминалистической науке

Системные исследования уходят своими корнями в историю развития научного знания. Философские взгляды таких мыслителей Древней Греции, как Фалес, Анаксимандр, Гераклит, Пифагор, Демокрит, уже были одними из первых учений о структуре, организации как мира в целом, так и отдельных его явлений. Как отметил Л.А.Петрушенко, древняя атомистика - это первая серьезная предпосылка современной теории систем’.

Философский анализ систем и системности присутствует в произведениях Ф.Бекона, П.Гассенди, Э.Кондильяка, Д.Милля, Гегеля, К.Маркса и других философов и науковедов. Формирование современной теории систем пришлось на 50-е - конец 70-х годов XX столетия. Значительный вклад в ее развитие внесли Р.Акофф Л.Берталанфи К.Боулдинг, В.Г. Афанасьев, И.В.Блауберг, Б.М.Кедров, С.С.Розова, А.И.Уемов, Ю.А.Урманцев, В.Н. Садовский, В.С.Тюхтин, Э.Г.Юдин и другие ученые.

Интерес, проявляемый к проблемам применения системного анализа в процессе научного познания, неудивителен. Любая отрасль знаний может рассматриваться как наука только в том случае, если она имеет ряд специ- альных признаков, в частности:

  1. Наука является систематизированным, организованным знанием.
  2. Для научного знания необходимо, чтобы научные утверждения находились не в любой последовательности, а в логически необходимой связи, чтобы они представляли собой логически организованную систему.
  3. ’ См.: Петрушенко Л.А. Единство системности, организованности и самодвижения.-М.,1975,-

г

7

С.62.

  1. Средством выражения логически организованной системы научного выступает специальная форма искусственного языка.
  2. Наука как знание представляет собой систему или системы теорий, определяющихся и проверяющихся критерием практики.
  3. Будучи системой теорий, наука способна объяснять многочисленные явления и связи в настоящем и предсказывать ход развития в буду- щем\
  4. Как видим, системность науки и средств ее фиксации, формирования и выражения являются ключевыми признаками любой отрасли научного знания. Не исключением является и криминалистика.

Научные основы системных исследований в криминалистике начали закладываться в 60-х годах XX столетия. Это было вызвано активным развитием в этот период общей теории систем и формированием на ее основе системных представлений о правовой науке в целом и ее отдельных областях.

Пионером в области обоснования целесообразности применения системного подхода в криминалистике справедливо считается А.И.Винберг, опубликовавший в 1969 году статью «К вопросу о методе системного (структурного) анализа при определении предмета криминалистики и со- отношении ее разделов»^. Вопросы использования системного подхода в научной разработке рекомендаций по борьбе с преступностью впоследствии затрагивались и другими учеными. Проведенные ими исследования убедительно показали перспективность системного подхода в изучении преступной и правоохранительной деятельности как в целом\ так и на

’ См.: Штофф В.А. Проблемы методологии научного познания. -М.,1978.- С.20. - См.: Вопросы криминалистики и судебной экспертизы. Вып.11.- М.,1969.

^ См.: Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы.-М.,1973; Белкин Р.С. Курс криминалистики . В 3 т.Т.1. -М.,1997; Вицин С.Е. Системный подход и преступность.- М.,1980; Явич П.С. Научно-техническая революция, право и юридическая наука// Правоведение.1973,№5.-С.41.

уровне ее подсистем и структурных элементов’. Более того, во всех иссле- дованиях отмечается важное методологическое значение системного подхода, состоящее в значительном расширении возможностей криминалистического научного познания.

Системный подход в любом исследовании многоаспектен. Как отметил В.Г.Афанасьев, он содержит следующие аспекты или направления анализа: системно-структурный, системно-функциональный, системно- интегративный, системно-исторический^ Разнообразен и научно- понятийный аппарат указанного подхода исследований. Системный подход имеет особое значение для исследования социальных явлений и процессов, рассмотрения их как саморазвивающихся системі

В связи с изложенным, представляется необходимым раскрыть основные общенаучные понятия, которые могут использоваться в ходе проведения криминалистических системных исследований. Это требуется потому, что, во- первых, на современном уровне развития системных исследований каждая частная наука применяет системный подход в соответствии со спецификой изучаемых ею явлений, конкретных объектов и возможностями своего категориального аппарата, и, во-вторых, для каждой области научного знания характерен и необходим единый унифицированный набор понятий и терминов (язык), описывающий системные процессы в науке.

’ См ? Жбанков В.А. Принципы системного подхода в криминалистике и в практической деятельности органов внутренних дел при собирании, исследовании, оценке и использовании доказательств -М 1977- Колдин В.Я., Полевой B.C. Информационные процессы и структуры в криминалистике -М 1985- Полевой Н.С. Криминалистическая кибернетика, -М.,1989; Шепитько В.Ю. Теоретические проблемы систематизации тактических приемов в криминшіистике,-Харьков,1995; Комарков B.C. Вопросы систематизации тактических приемов в расследовании //Вопросы криминалистической методологии тактики и методики расследования.- М.,1973. С.72-73; Коновалов С.И. Теоретико-методологические проблемы криминалистики.-Ростов-на-Дону,2001.- С.23-38; Эйсман А.А. Заключение эксперта, структура и научное обоснование.-М., 1967 и др. г-,,.,

  • Афанасьев В.Г. Общество: системность, познание и управление.-М„ 1981.-C.2I-31.

’ См.: Андреев И.Д. Методологические основы познания социальных явлений.-М.,1977.-С.203.

В науковедческой литературе в качестве основных категорий системных исследований называются системная парадигма, системный идеал, системный метод (подход) и, собственно, система.

Системная парадигма, как правило, отождествляется с общей теорией систем (ОТС), включающей в себя предпосылки системного устройства природы и общества, основные понятия, общесистемные законы и категории.

В научной литературе выделяются четыре такие наиболее разработанных теории, названных соответственно ОТС М.Месаровича’, ОТС А.И.Уемова^, ОТС Ю.А.Урманцева^ и ОТС В.Н.Садовского’’. Из них только три последних построены на диалектико-материалистических основаниях.

В науковедческой литературе справедливо отмечается, что системные представления - это не только продуктивный и перспективный иссле- довательский метод, доказавший свои эвристические возможности, но и необходимое (а подчас и единственно возможное) методологическое средство научного анализа. Системные представления основываются на диа- лектико - материалистическом признании единства и многообразия мира, его неисчерпаемости. При этом смысл системного анализа окружающего нас мира состоит в выделении определенных систем, т.е. качественно обособленных фрагментов действительности^. Однако важно подчеркнуть, что исследователь не навязывает системность явлению, а лишь познает, фиксирует его системные связи и отношения.

’ См.: Месаревич М. Основания общей теории систем// Общая теория систем.-М.,1966.

^ См.: Уемов А.И. Методы построения и развития общей теории систем// Системные исследования.-М.,1973; Он же. системный подход и общая теория систем.-М.,1978 и другие работы.

^ См.: Урманцев Ю.А. Опыт аксиоматического построения общей теории систем // Системные исследования.- М.,1972.-С.128-152; Он же Начала общей теории систем // Системный анализ и научное знание. -М.,1978; Он же Общая теория систем: состояние, приложения и перспективы развития// Систе- ма.Симметрия,Гармония.- М.,1988 и другие работы.

См.: Садовский В.Н. Основания общей теории систем.-М.,1973.

’ См.: Самбуров Э.А. Диалектика основных категорий системного анализа// Методологические проблемы конкретных наук.-Новосибирск, 1984. -С.69.

Учитывая, что именно диалектический метод лежит в основе всех криминалистических научных исследований, являясь всеобщим методом этой науки, позиции А.И.Уемова, Ю.А.Урманцева и В.Н.Садовского, на наш взгляд, следует проанализировать.

А.И.Уемов строит ОТС, исходя из принципа диалектической взаимосвязи, то есть с позиций всеобщих связей и отношений. Центральное понятие ОТС - понятие системы - формулируется им, основываясь на трех философских категориях - вещь, свойство, отношение. Теория систем А.И.Уемова раскрывается и конкретизируется с помощью таких всеобщих ^ понятий как «системные параметры» и «системные закономерности»,

представляющие устойчивые сочетания системных параметров по два, три и более. При этом системные закономерности выявляются преимущественно в ходе эмпирических исследований, чем значительно ограничиваются теоретические возможности системных исследований.

Ю.А.Урманцев в качестве исходного методологического принципа своей ОТС использует ядро диалектики - закон единства и борьбы противоположностей и диалектику в целом как учение о развитии. В его варианте ОТС системными средствами исследуются способы существования, изменения, преобразования систем природы, общества и мышления; фор- ^ мулируются законы системосинтеза - преобразования и развития систем.

Идеи Ю.А.Урманцева были поддержаны в работах В.С.Тюхтина’.

ОТС В.Н.Садовского по своему содержанию во многом близка к ОТС А.И.Уемова, однако он сделал акцент на том, что основная функция ОТС состоит в разработке общих принципов знания о системных объектах. По его мнению, предметные (используемые лишь в определенных областях научного знания) теории систем, являются ограниченными по предмету и используемым средствам. В.Н.Садовский выдвинул следующее

’ См.. Тюхтин B.C. О подходах к построению общей теории систем // Системный анализ и научное знание.-М.,1978.-С.42-60.

требование: общая теория систем должна содержать информацию не только о материальных, но и «об идеальных, концептуальных системах, в том числе и о методологии системного исследования»’. Это был важных шаг в разработке общей теории систем, явившийся базисом для разработки системного подхода. Он отразился и на системных исследованиях в криминалистической науке. Так, например, если в 1973 году Р.С.Белкин и А.И.Винберг писали, что «понятие системы частные науки при решении возникающих перед ними проблем используют по-разному, в соответствии со своими специфическими методами и задачами»”, то в более поздних ^ работах Р.С.Белкин отмечал, что криминалистическая систематика осно

вывается на общих положениях системно-структурного подхода к изучению явлений действительности^

в настоящее время достаточно обосновано положение, что системный подход к изучению объективной действительности является общенаучным междисциплинарным методологическим знанием. Он тесным образом связан и во многом производен от общей теории систем. Он как бы реализует ее практическую функцию.

В качестве базовых науковедческих работ, содержащих теоретические положения и понятийный аппарат ОТС, следует назвать труды ^ В.Г.Афанасьева, В.Н.Садовского, И.В.Блауберга, В.С.Тюхтина и

Б.Г.Юдина”^. Отметим, что работы именно этих ученых-науковедов, положены в основу подавляющего большинства системных исследований в современной криминалистике.

’ См.: Общая теория систем как метатеория// Вопросы философии. 1972,№4.-С.43.

^ Белкин Р.С.,Винберг А.И. Указ.соч.-С.ІбО.

’ См.: Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. В 3 т.Т. 1.-М.,1977.-С.267.

  • В основе этих трудов лежат ОТС В.Н.Садовского и У.А.Урманцева. См.: Афанасьев В.Г. О системном подходе в социальном познании // Вопросы философии. 1973,№6; Он же Общество: системность, познание и управление.-М., 1981; Блауберг И.В., Садовский в.И., Юдин Э.Г. Системный подход: предпосылки, проблемы, трудности. -М.,1969; Блауберг И.В., Юдин Э.Г. Становление и сущность системного подхода.-М.,1973; Садовский В.И. Системный подход и общая теория систем: статус, основные проблемы и перспективы развития // Системные исследования.-М.,1980.

Системный идеал является предельно концентрированным выражением системной парадигмы. Он требует представления любого объекта в виде объекта-системы в системе объектов одного и того же рода, выявления в последней специальных признаков - вещей, свойств, отношений, процессов, явлений, законов; поли- и изоморфизма, симметрии и диссим- метрии, отношений противоречия и непротиворечия, всех или части форм изменения, развития, сохранения, действия, отношения материи’. Высшим системным идеалом науки выступает ее система.

Системный метод (подход) предоставляет исследователю средства для удовлетворения требований системного идеала. Этот метод включает в себя в качестве своих подметодов также хорошо известные в науке традиционные способы изучения - экспериментальный, теоретический, индуктивный, дедуктивный и др.

Ключевым общенаучным понятием выступает понятие «система».

I В общенаучной и правовой литературе приводится немало формулировок

этого понятия^ Их анализ позволяет сделать вывод, что любое системное образование характеризуется следующим образом:

  • представляет собой внутренне организованную совокупность эле- ментов;
  • ^ - выступает как единое целое по отношению к окружающей обста

новке и другим системам;

  • обладает качествами, не свойственными отдельным элементам
  • системы;

  • обладает определенной структурой;
  • ’ Система. Симметрия. Гармония. / Под ред. В.С.Тюхтина, Ю.А.Урманцева. - М.,1988.-С.5.

2 См.: Афанасьев В.Г. О системном подходе в социальном познании// Вопросы философии. 1973 №6-С 99- Белкин PC., Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы.М.,1973.- С 161-Вицин С.Е. Системный подход и преступность. M.,1980.-C.14; Лузгин И.М. Реконструкция в пасслёдовании преступлений. Волгоград,1981 .-С.6; Малый энциклопедический словарь Ф.А.Брокгауза и И А ЕфпонаТ4 М 1994,-С,И69; Спиркин А.Г. Вопросы философии.М. 19S8.- C.179; Уемов А.И. Система и системные параметры // Проблемы формального анализа систем. М„ 1968.-С.17;Философский сло- варь./Под ред. Фролова И.Т. -С.427; Холл А.Д.,Фейджин Р.Е. Определение понятия системы // Ис- слепованйя по общей теории систем. М., 1969.-C.29 и др.

  • иерархично.

По мнению В.С.Молодцова, все системные образования можно подразделить на два вида: материальные и идеальные. К первому виду системных образований относят элементарные частицы, атом и его ядро, живую материю, общественные отношения; ко второму - различные логические системы, а также области научного знания ‘.

Очевидно, что система криминалистики и отдельных ее разделов и подразделов, понятий науки - системы второго вида. Системы, относящиеся к первому виду, среди которых особо следует отметить социальные системы, выступают объектами криминалистических научных исследований.

В философской литературе предлагаются и иные классификации систем^, причем особое значение, на нащ взгляд, приобретает их деление на открытые (обменивающиеся веществом, энергией, информацией с окружающей средой) и закрытые (не испытывающие воздействий окружающей среды) структурные образования\ Криминалистическая наука - открытая, постоянно развивающаяся система, имеющая щирокие информационные связи как с множеством иных областей научного знания (правовых и неправовых), так и практикой борьбы с преступностью.

На теоретическом уровне использование системного подхода производится в целях исследования интересующего криминалистов объекта (предмета или явления) как определенного понятия. При этом объект исследования представляется как система, состоящая из определенным образом связанных элементов. В ходе исследований с указанным подходом обычно удается получить новое знание о структуре, элементах, системных связях и иных системных показателях каждого из множества изучаемых

’ См.: Молодцов B.C. Системность объекта. // Методологические вопросы системно- структурного исследования. Тезисы докладов на теоретической конференции (25-26 декабря 1966 г.).- М.,1967.

” См.: Афанасьев В.Г. О принципах классификации целостных систем//Вопросы философии. 1963,№5; Кравец А.С. Вероятность и системы.-Воронеж,1970.-С.95 и др.

^ См.: Садовский В Н. Основания общей теории систем.-М.,1974.-С.216-220.

объектов, охватываемых криминалистическим понятием. Для подтверждения истинности нового знания целесообразна дополнительная проверка полученных данных теоретическим и эмпирическим путем. Проверенные данные ложатся в основу криминалистического понятия.

Структурный, системно-компонентный анализ является основным аспектом системных исследований в криминалистике. Однако характеристика системного подхода к изучению криминалистических объектов будет неполной без раскрытия особенностей функционального, интегратив- ного и исторического аспектов исследования систем.

Функциональный подход в исследовании систем тесно связан со структурным’, функциональный аспект имеет дело с анализом работы системы как взаимосвязанного целого, а также с изучением ее взаимодействия с внешней средой. Осуществление данного аспекта исследования позволит установить особенности взаимодействия отдельных элементов, компонентов, свойств системы и, как следствие, функций целого, функциональный подход, как и другие подходы системного исследования, реализуется как на теоретическом, так и практическом уровнях. Так, например, одним из тактических приемов производства обыска выступает наблюдения следователя за обыскиваемым лицом. Это разновидность реализации системного подхода в следственной деятельности на практическом уровне. Поведение потерпевшего в данном случае рассматривается как определенная система действий, психологических реакций в окружающей среде - обста- новке обыска. Наблюдая за проявлениями в поведении обыскиваемого в виде различных действий и реакций в ходе производства данного следственного действия, следователь может определить примерное местонахождение тайника.

’ Подробнее см.: Марков Ю Г. Функциональный подход в современном научном познании.- Новосибирск, 1980.-С. 19.

В отличие от практического уровня в ходе теоретических системных исследований системные объекты изучаются в различных, в том числе и специально заданных (например, при моделировании) условиях.

Интегративный аспект системных исследований - существенная сторона системного подхода. Каждый объект может быть изучен с различных сторон. Совокупность результатов исследования объекта в различных «срезах» служит основанием для возникновения целостно-интегрального образа объектов. В криминалистической науке реализация интегративного аспекта системных исследований происходит в двух ипостасях:

  • построении интегрального образа объекта, которое, в свою очередь, влечет за собой целый комплекс научных подходов к его изучению;
  • комплексном подходе к рассмотрению криминалистических объектов.
  • Отметим, что и ранее ученые-криминалисты говорили о необходимости изучения системных объектов с различных сторон, в частности, В.Ю. Шепитько, характеризуя систему тактических приемов, отметил такой ее признак как «множественность описания». По его мнению, система (подсистема) тактических приемов может совпадать по форме приемов, но отличаться по их конкретному содержанию и особенностям использования (например, в зависимости от вида и характера преступления)’. Представляется, что раскрытый В.Ю.Шепитько признак характерен не только для системы тактических приемов, но и для других криминалистических системных образований. Конечно, критерии множественности описания будут зависеть от характера и вида изучаемой системы.

Исторический аспект их изучения является важным и сложным направлением системных исследований. В науковедческой литературе он

См.: Шепитько В.Ю. Указ.соч.-С.бЗ.

также получил название теории развития систем . Данная теория раскрывает возможность рассмотрения различного рода систем не только с позиции их предметной структуры, но и как комплекс свойств и отношений, фаз, этапов, циклов и уровней развития, что, несомненно, имеет и криминалистическое значение. Наиболее ярко это значение проявляется в процессе рассмотрения исторических аспектов развития глобальных криминалистических систем, например, системы криминалистической науки^.

Указанные аспекты (направления) системных исследований представляют собой методологическую основу системного подхода и общей ^ теории систем и, как следствие, криминалистической систематики.

Важной методологической особенностью применения системного подхода к анализу правовых систем является необходимость его осуществления с помощью специальной методологии, которая обязательно должна опираться на логические понятия, принципы. Как справедливо отметили И.В.Блауберг и Э.Г.Юдин, «попытки «прямой» реализации системного подхода, минуя разработку специальной методологии, учитывающей спе- цифику социального объекта… мало перспективны»^.

В то же время, анализ криминалистической литературы показывает, что проводимые в криминалистической литературе системные исследова- ния не всегда имеют под собой единую научную основу. В этом нет ничего удивительного, поскольку, как уже было отмечено, в науковедческой литературе представлено несколько подходов к общей теории систем (ОТС), которая, несомненно, является базисом любых системных исследований в различных областях научного знания. Вместе с тем, это обязывает уделить необходимое внимание раскрытию теоретических основ системных иссле-

’ См.: Урманцев Ю.А. Общие теории систем ; состояние, приложения и перспективы развития // Система. Симметрия. Гармония. -М., 1988. -С.40.

’ Исторические аспекты развития системы криминалистики см. в §1 главы 3. Блауберг И.В.,Юдин Э.Г. Системный подход в социальном познании // Исторический материализм как теория социального познания и деятельности.-М.,1972.-С. 162.

дований в криминалистике, объединенных в специальный раздел - крими налистическую систематику.

§2. Теоретические основы криминалистической систематики и ее место в системе криминалистики

Необходимость определения основных теоретических концепций применения системных средств и методов в криминалистической науке обусловила формирование специального раздела в общей теории криминалистики, получившего название «криминалистическая систематика».

Этот термин был введен в понятийный аппарат криминалистики Р.С.Белкиным и определен им как раздел общей теории криминалистики, в котором рассматриваются принципы систематизации и основные элементы криминалистических систем и классификаций, основывающийся на положениях системно-структурного подхода к изучению явлений действительности’. Следует отметить, что этот термин вполне удачен, в «Словаре русского языка» С.И.Ожегова слово «систематика» толкуется как «приведение в систему чего-нибудь, а также система, классификация чего- нибудь»^ Как видим, при использовании этого термина не создается противоречия между его лексическим толкованием и содержательной стороной. Подобный термин используется для обозначения аналогичного раздела и в других науках, в частности - геологииі

Взгляд на криминалистическую систематику как теоретическую основу систематизации накопленных криминалистикой знаний и классификационных построений в криминалистике приобретает все большее рас-

’ См.: Белкнн Р.С. Курс советской криминалистики. В 3 т.Т.1 .-М.,1977.-С.267. - См ? Ожегов С.И. Словарь русского языка.-М.,1986.-С.640.

’ См.: Систематика и классификации осадочных пород и их аналогов./ Отв. ред. В.Н.Шванов. Санкт-Петербург, 1998.

пространение’. Этот взгляд в целом разделяется и нами, хотя, как представляется, признаки, принципы и задачи криминалистической систематики должны быть определены более конкретно.

Специфика систематизации криминалистических знаний, на наш взгляд, обусловливается, прежде всего, объектом криминалистического изучения. Как справедливо отмечается в науковедческой литературе, каждая частная наука, как естественная или техническая, так и гуманитарная, применяет системный подход в соответствии со спецификой изучаемых ею объектов^, в этой связи, систематизацию знаний, полученных в результате познания криминалистикой своего объекта, в форме наиболее доступной для их использования следует рассматривать как основное предназначение криминалистической систематики.

Объект криминалистического изучения определяется как двуединый, включающий в себя преступную деятельность, а также деятельность по ее раскрытию, расследованию и предупреждению”\

Такой подход к определению объекта познания в криминалистике в целом разделяется большинством ученых-криминалистов, хотя встречаются и его противники. Наиболее существенная критика звучит из уст В.А.Образцова, который отметил, что «преступная деятельность может стать объектом не криминалистики, а какой-то другой науки, если таковая состоится, - науки о совершении преступлений, способствующей повышению эффективности преступной деятельности)/. Далее автор отмечает, что о преступлениях как объекте криминалистики легко рассуждать «чисто абстрактно-умозрительно». На эмпирическом уровне все обстоит иначе.

’ См.: Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Криминалистика.-М.,1999.- С.43; Баев О.Я. Введение в курс криминалистики // Воронежские криминалистические чтения. Вып.1.- Воронеж,2000; Белкин А.Р. Криминалистические классификации.-М.,2000.-С.3; Российская Е.Р. Криминалистика.-М.,1999.-С.1 1.

” См.: Самбуров Э.А. Диалектика основных категорий системного анализа// Методологические проблемы конкретных наук. -Новосибирск, 1984.-С.71.

^ См.: Криминалистика/ Под ред. Н.П.Яблокова.-М,,1999.-С.15-16.

Образцов В.А. Криминалистика. Курс лекций.-М.,1996.-С.12.

«Можно перелистать тысячи диссертаций, авторефератов диссертаций, монографий, - пишет В.А.Образцов, - но нигде не удастся найти упоминания о том, что авторы исследований изучали такие-то или такие-то преступления. Везде в один голос утверждается, что изучено то или иное количество уголовных дел о преступлениях тех или иных категорий»’. Но, позвольте, с каких это пор материалы уголовных дел перестали рассматриваться как источники информации о преступлениях и лицах, их совершивших?

Неудивительно, что эта весьма спорная позиция подверглась обоснованной, на наш взгляд, критике со стороны О.Я.Баева. Им было отмечено, что «нельзя отрывать исследование преступлений от того, что исследуется, от механизма совершения преступлений, от того, каким закономерностям, естественно не всем, а лишь значимым для их исследования они (преступления) подчиняются. Разрабатывать средства судебного исследования преступлений в отрыве от закономерностей преступной деятельности - все равно, что пытаться начертить прямоугольник одной линией - либо без длины, либо без высоты»^.

Своеобразную концепцию объекта криминалистики высказал С.В.Лаврухин, предложив ограничить его двумя основными компонентами - поведением преступника и криминалистической деятельностью. По мнению автора, в структуре расследуемого события поведение преступника - единственный обязательный компонент. Процесс и закономерности поведения жертвы во время и после совершения преступления исследуют- ся только потому, что жертва выступает объектом поведения преступника, в структурном отношении в модель поведения преступника вписываются закономерности, относящиеся к следообразованию. При анализе послед-

’ Образцов В.А. Указ.соч.-С. 12.

^ Баев О.Я. Введение в курс криминалистики // Воронежские криминалистические чтения.

Вып. I.- Воронеж,2000.-С. 17.

ствий поведения должны вскрываться закономерности изменения следов события. Изучение внешних связей системы «поведение преступника» позволяет, по мнению С.В.Лаврухина, выйти на механизм расследуемого события и окружающую среду’.

Позиция С.В.Лаврухина представляется нам спорной. Как справедливо отмечается в криминалистической литературе, преступная деятельность как система складывается из следующих элементов: субъекты (основные и второстепенные участники деяния), предмет (жертва) посягательства, его цель (вся субъективная сторона состава преступления, преступное поведение (способы и средства, уловки и ухищрения, используемые преступниками), обстановка совершения (окружающие субъекта условия, в которых совершается преступная деятельность) и результат (физический, имущественный и моральный ущерб, причиненный охраняемым законом субъектам)^. Как видим, преступное поведение выступает лишь одним из элементов преступной деятельности и вряд ли в отрыве от ее других элементов может претендовать на роль одного из двух основных объектов криминалистического познания.

Думается, что основными объектами систематизации в криминалистике должны выступать знания, полученные в результате изучения преступной деятельности как в целом (на базовом уровне), так и ее отдельных видов, механизма образования криминалистически значимой информации, а также совокупность разработанных на основе полученных знаний средств, приемов и рекомендаций по выявлению, раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений.

Криминалистическая систематика в настоящее время в криминалистической литературе стала рассматриваться как самостоятельная струк-

’ См.: Лаврухин С.В. Понятие криминалистики// Государство и право. 1998,№4.-С.74-75. - См.: Криминалистика/Под ред. Н.П.Яблокова.-М.,1999.-С. 16.

турная часть общей теории криминалистики’. Такой подход к определению места криминалистической систематики в структуре криминалистике справедлив, поскольку теоретические основы криминалистических системных исследований выступают важным элементом криминалистической методологии. Значение криминалистической систематики для криминалистики убедительно показал Р.С.Белкин, отметив, что она выражается: во- первых, в общей систематизации криминалистических научных знаний, то есть в системе науки; во-вторых, в совокупности частных систем, каждая из которых объединяет только одну группу явлений, процессов, сторон объективной действительности (например, системы тактических приемов проведения тех или иных процессуальных действий, системы рекомендаций по расследованию отдельных видов преступлений, структуры таких объективных процессов как планирование расследования и т.п.); в-третьих, в различных криминалистических классификациях объектов, их свойств и

признаков, связей и отношений, категорий и понятий, с которыми прихо-

2

дится иметь дело криминалистике .

В то же время, криминалистическая систематика не является обособленным элементом общей теории криминалистики. Очевидна ее тесная взаимосвязь методологического характера с учениями о методах криминалистики и языке криминалистики.

’ См, -См.

^Гм

В совместном труде Т.В.Аверьяновой, Р.С.Белкина, Ю.Г.Корухова и Е.Р.Россинской «Криминалистика» отмечается, что учение о методах криминалистики следует рассматривать как методологию в узком смысле этого понятия - систему конкретных методов научного познания (всеобщий метод, общенаучные методы, специальные методы криминалистики)^ Этот вывод справедлив, поскольку к методологии науки следует относить и сис-

Аверьянова Т В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Указ.соч.-С.42-43.

Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т. Т,1.-М., 1997.-СЖ

Аверьянова Т.В., Белкин ?-€., Корухов Ю.Г., Россинская Е.Р, Указ.соч.- С.42,62-68

темный подход, как это происходит в некоторых областях научного знания, в частности - истории’.

В науковедческой литературе также неоднократно отмечалось, что системный подход следует рассматривать как общенаучную методoлoгию^ В то же время, специфика системных исследований, комплексный характер применения в их процессе различных методов логического мышления (анализ, синтез, дедукция, индукция, аналогия и пр.), чувственно- рациональных методов (наблюдение, сравнение, описание, эксперимент, моделирование, измерение и др.), кибернетических методов не позволяет отнести системный метод не в одну из указанных групп. В этой связи необходимо говорить об особом статусе системного подхода в научном познании. Это подтверждается выводом о том, что системный подход «находит свое выражение в самых различных областях знания (кибернетике, биологии, социологии, психологии и многих других), на разных уровнях познания (философском и специально-научном), в различных типах исследования (качественном и количественном, аналитическом и синтетическом, индуктивном и дедуктивном)»^.

Особый статус системного подхода отмечался и в юридической литературе. В частности, С.Е.Вицин писал: «Место системного подхода следует расценивать как промежуточное между философией и специальным научным познанием/. Схожую позицию высказал В.А.Жбанков, отметив, что системный подход следует рассматривать как одну из фундаментальных стратегий научного исследования, которая включает в себя сложный комплекс приемов и методов^ По мнению Л.Д.Самыгина, системный подход к изучению и конструированию социальных, информационных и тех-

’ См ? Горбачева О.В. и др. Методология истории.-Минск,1996.-С.160.

  • См.: Садовский В.Н. Основания обшей теории систем.-М.,1974.-С. 10-11; Юдин Э.Г. Методологическая природа системного подхода // Системные исследования.-М.,1973.-С.39.

3 маркарян Э.С. Вопросы системного исследования обшества.-М.,1972.-С.5. “ Вииин С.Е. Системный подход и преступность.-М.,1980.-С.10. ‘ См.: Жбанков В.А. Указ.соч.-С.7.

НИЧССКИХ сложных сис тем с гаиови гся ОСНОВНІ,1\1 МС ІОДОЛОІИЧССКИМ срелс г- вом общеегвенных, естественных и іехнических на'к’

Сказанное подтверждает вывод о необходимости ра’^рабогки научных основ применения еис’гемных средств п методов в криминалистике и, как следствие, специального раздела общей теории криминалистики - кримина- ін-істической систематики.

Интересны вопросы взаимосвязи криминалистической систематики и учения о языке криминалистики. Эта взаимосвязь также носит методологический характер. Как отметил В.А.Штофф, «в отличие от языкознания (лингвистики), исследуюидего все аспекты естественных (исторически сложившихся национальных) языков, в отличие от психологии, рассмаїривающей речевую деятельность, как одну из функций мозга и поведения человека, методология науки… рассматривает язык постольку, поскольку он является средством построения и развития науки как системы знаний»”. Иными словами, конечный результат применения системного подхода - представление системной природы объектов через систему понятий. Наиболее ярко это проявляется в криминалистических классификациях, а также в системе криминалистической науки. В этой связи можно говорить о системном характере языка криминалистики, его производности от системных исследований и, в то же время, суніествующий понятийно-терминологический аппарат науки следует рассматривать как необходимое средство системного подхода.

Итак, криминалистическую систематику как раздел общей теории криминалистики можно определить как комплекс научных положений, раскрывающих принципы и основные направления систематизации научных знаний в криминалистике, процедуры и специфику пост^эоения криминалистических систем, формы их представления и функционирования, понятийный и терминологический аппарат, методические основы использования раз-

См.: Спмыгин ІГД, Р;ісслсдованис прсст> плсниіі как система деятельности.-М. 19Н9,-С. ИТ Што(|)(1і В.А. Проблемы методологии на'іиого иочнания.-М . 197H.-C.”iS

рабогаипых кримиїїалис І икоіі систем в ііракі имеской лея І слі.іик ги правоохранительных органов.

В качестве основополагающих принципов криминалистической систематики выступают общие припцип[.і науки, а также принципы сисгемноіо подхода. Под принципом (от латинского piincipum -начало, основа) следует понимать ге основные \словия, которые определяют гносеологическ'ю направленность научных исследований, рассматривая их при этом в качестве одной из разновидностей единого по своей пюсеологической С}ЩНОСТИ процесса научного познания объективного мира ‘.

Общими принципами науки являются: принцип историзма, принцип системности науки и принцип объективности науки.

Принцип историзма является общеметодологическим и применяется во всех науках. Он отражает диалектическое требование рассмотрения предмета познания мод углом зрения его возникновения, развития, исчезновения Историзм- это прежде всего требование изучения явления с учетом его происхождения и исторического развития. Этот принцип не следует смеишвать с историческим методом познания. Данный принцип - более щирокое понятие, в котором отражены и определенный взгляд на мир, на явления, и определенный метод познания явлений.

Принцгш систсмиостн науки означает такой подход к предмету познания, при котором криминалистика в целом, отдельные ее разделы и направления, изучаемые ею объекты и явления рассматриваются как элементы, то есть как взаимосвязанные части целого. Данный принцип позволяет рассматривать в единой системе научные знания, отражает действие такого всеобщего закона развития науки, как закон непрерывности накопления на\ч- ного знания. Реализация этого принципа обеспечивает и поступательное развитие науки, так как позволяет увязывать имеющиеся знания с новы\т и

’ См.: Белкин Р С Криминплпстика проблемы, тенленцип. перепсктивы Общие и частные теории.-С 27, ожидаемыми, сиособсгвуст лсіїсгвию законов ра^г^и гия пауки’ Даши,їй ирии- цип гесно взаимосвязан и в определенной сгепеии обусловлен специальными принципами системного подхода, однако не нодменяеі их.

Изменения в обществе, произоіпедіние Vc] и{)с:іед[іее десятилетие, обусловили появление нового обиіена>’чного принципа - принципа объективности, сущность которого состоит в деполити’^ации, десубъекгивизации иа> ки Применительно к кpиминaJщcтичecкoй систематике принцип объективности означает, что перед ней должны стоять обусловливаемые реальной действительностью цели, в построенной системе должны отразиться фактически существующие признаки криминалистических объектов и различия между ними.

Помимо вышеназванных принципов любое системное исследование базир'еіся на ряде принципов системного подхода. Необходимо отметить, чго эти принципы, раскрытые в общенаучной литературе^ признаются 'чсными-криминалистами основополагающими, ири проведении системных исследований в криминалистике\ Среди них особо выделяются принципы целостности и связи.

Принцип цс.іоспиюсіии обязывает рассматривать любой изучаемый объект как нечто целое, состоящее из частей, но не сводимое к сумме этих частей’ Система может бьггь понята как нечто целостное лишь тогда, когда она как гаковая нротивосгоиг своему окружению - среде, в которую моїут ВХ0ДИТ1, и другие системы. Расчленение системы приводит к понятию элемента - далее неделимой единицы, свойство и функции которой зависят от ее места в рамках целого’. Справедливо утверждение П.Ф.Овчинникова, кото-

’ См.:Белкин P C Kvpc кри.минплистикн. Т, Г-С.2^Х-24(): Горбачева .Л.В. м др. Методотогия истории - .Минск. 1996.-С,

  • См Бла\бсрг И.В . Садовским В.Н.. Юдин Э Г \ Еча і сом -С 2.”^

“См. Белкин Р.С К\рс криминалистики.Т1.-е..80 Жоанков В..Л Ука-, соч.-С Г,-1S ; Самыгмн .1 Л Расследование прест\ и.існиі) как систе.ма деятельности.-М 19S9 -( Кі

? С.м Длугач Т Б. Проблема целого и части //Вопросы философии. 1965,.N^7-С 1 7У Юдин Б.Г 110И51ТИЄ целостности в стр\кт>ре научного шания. И Вопросы фмлосо(1)ии 1 97()..N1’1 2.-С Х| С.м : Белкин PC. К\рс криминалистики. Г. | ,-С 379

рый счигаст, что не всякая произвольно выбранная часгь снстемі.і являегся сс пемен гом, хотя всякий элемент есть часть сисгемы’.

Системные исследования основываются также на npiimjunc CG’AIU. Элементы системы непосредственно и.чи опосредованно в’занмосвя’^аін.і меж- Д) собой, среди них особое место занимают системообразующие связи и от-

7

ноніения”.

Совокупность сутцественных (системообразуюпіих) связей в научіюй jHTTcpaType часто отождествляется с понятием «структура системы», В на\ко- ведческой и криминалистической литературе можно встретить различные по своей формулировке определения структуры системы’, однако их анализ позволяет отметить, что структура системы понимается в основном как связи (отношения) между элементами, что позволяет рассматривать понятия “структура системы” и “совокупность существенных системных связей” как

СИН01И1МЫ.

Связь в криминалистических системах активно исследовалась 'ченьі.\иі- криминалистами. Так, А.А Ойсман высказал мнение о том, что связь в криминалистических системах выступает в виде:

  • I енетической связи (связи между причиной и следствием);
  • функциональной связи (связь между взаимозависимыми процессами):
  • объемной связи (связь между объектами, составляющими одну группу):
  • субстанциональной связи (связь между свойствами вещи и самой вещью):
  • связи преобразования (связь оригинала и копии)
  • А.А.Хмыров, согласивщись с мнением А.А.Эйсмана, указал на существование в криминалистических системах также пространственных и времен-

’ С”м Овчинников Н.Ф. VivTi соч,-С 2 1-22

  • См : Блаубсрг И.В. .Садовскиіі В.Н _Юлии Э.Г. Ук;п.соч.-С,22. (?| : [Зольшоіі знциклопсдимсскиіі словарь. Т.2 -М . -СМ 12: Свидсрскиіі В И.. Зобов Р .Л

Новые (||илосо(|>скис аспскты элсмснтно-стр> кт>рны.\ отношсниіі. -Л.Л 970.-С.6. Тю.мин В С. Отражение, системы, кибернетика -М . 1972.-С.2 Г, Жбанков В. А. Ука і.соч.-С. I Бслкнн Р.С Укач,соч.-С. 1

’ См : Зіісман .Л,.Л. Заюючсние зкспсріа. структура и научное обоснование.- М . 19С)7.-С..^-Х.

пых СИЯ5ЄЙ ‘ І^ремемпьіе связи и их роль F5 [)асс.псд()ваііии и|)ссгуилемий легально рассмотрены В.И.Лавровым и В.М.Мешковым^. В.А.Жбанков в качестве одного из основополагающих признаков сисгемпоіо подхода справедливо указывае г наличие в системах связей управления \

Широкий спекір cHCTCNHibix связей указывает на суидесгвование множества различных но своей структуре и виду криминалистических систем.

Структура системы может быть организована как по «горизонтали» (связь между однопорядковыми элементами системы), так и но «вертикали» (связь между разнопорядковыми элементами системы) «Вертикальная» структура позволяет говори гь о погіятии уровней системы и их иерархии ‘.

В этой связи, анализируя криминалистическую науку с различных сторон (в различных «срезах»), можно представить ее следующим образом:

  • как стр> ктурную совок)’пность разделов, подразделов, подподразделов
  • и т.д.:

  • как систему понятий и категорий;
  • как систему рекомендаций.
  • Изложенные выше общие принципы криминалистики и общенаучные принципы системного подхода являются базовыми для построения криминалистической систематики, однако не исключают необходимость определеііия специальных принципов криминсгшсптческих системных исс.чеОоваиий, указывающих на особый характер этой части методологии криминалистической науки, позволяющий отличать ее от ана;югичных разделов в иных областях научного знания.

В криминалистической литературе специальные криминалистические принципы были определены как выводы, которые относятся к одной части

’ См.: Хмыров .А..Л Косвенные дока іптсльства.- М. 1979.-С.2S.

^ См.. Лавров В П Криминалистическая теория врсменны.ч отношениіі.?’ Кри.миналистмка. Т I История. общая и частные теории./ Под ред. Р.С Белкина. В.Г.Коломацкого. И.МЛ} ігина. -М Л 995. Мешков В.М. Кри.миналистическое >чение о времснны.х СВЯ ІЯ.Х И отношения.х при расследовании ирсст\ ікіе- НИІІ Дисс , докт, юрид на\к - М,.1995.

’ С.м : Жбанков В.А УкаІ.СОЧ -С.К. ‘ См Белкіиі Р С К’|-)с криминалистики.Т, I -С

теории криминалистики и;т ее оглс;іі>т>ім проблемам’ Иеско’п.ко уючияя )10 определение, отметим, что применитеіиліо к нриннииам оїдсіилніїх криминалистических теорий и учений, в ЮМ числе и криминалистической систематики, более правильно говорить не о «выводах», а об основных, исходных положениях такого учения.

Специальные принципы криминалистической систематики и базирую- піихся на ее основе криминалистических системньгх исследований целесообразно подразделять на две группы;

  • принципы, обусловливающие предназначеЕіие и нанравленіюсть кри- миналистической систематики;
  • принципы, обеспечивающие надлежащее качество и полноту криминалистических системных исследований.
  • Принципы обеих групп oOyc.ioe.icubi спецификой объекта и прс()мста современной криминалистики, тесно взаимосвязаны с задачами как криминалистической науки в целом, так и задачами проводимых в ее рамках системных исследований.

В числе принципов, ooycaoaiueaioufu.x предназначение и направленность крилнніаанстнческоіі снстелинникн, можно выделить следующие исходные положения:

#

I. Объективная познаваемость с помощью системных средств и мс- то()ов объектов кримина.чпстической науки, закономерностеіі, еостав.чяю- ufux ее предмет. Следствием из этого принципа является вывод об основном целевом предназначетш криминалистической систематики, заключающемся в создании на основе своих принципов системы криминалистических знаний об объектах криминалистической науки, тех или иных закономерностях, составляющих ее предмет, обобщающей результаты всех предшествующих системных научных исследований и в то же время выводящей криминалистику’ на качссгвенно иной уровень.

См.: Гин’ібург А.Я. Принципы совстскоіі кріі.\іин;іліістики,-К;ір;іг<інд:і. 1’J74 -С ,42.

  1. Оиъскиик^иая Иі’()С)Х()()іім()сть ()сі:іьисииіс{і ciicmcMcimu’;cnfim кріімини- .іиспиіческіїх научных піатій. Как уже былс) отмечено ранее, системность криминалистики являеіся одним из кліочевьіх ее призііаков как самостоятельной науки. Олнако в свете иостоянноі’о развития составляющих ее 'че- ний, теорий, иных структурных з:іемеиіов сохранение системности криминалистики становится одной из ключевых задач криминалистической систематики Следствием из названного принципа является вывод о необходимости 1ЮСТ0ЯНН0Г0 упорядочения системы криминалистики и составляющих ее научных знаний, понятий и терминов с учетом новых результатов кримин^ілистических научных исследований, перспектив развития криминалистики.
  2. Исвозмолсиость изучения кримиисиистичсских объектов и прсО- стскіїеііия pe’jyjhimiinoe такого исследования без учета их особенностей, сферы проявления и испольювания соответсннпзсицих сисніемньїх ере()ств и мен10()0в. Сложность и особенности познаваемых криминалистикой объектов (преступной деятельности и деятельности по ее раскрьттию, расследованию и предупреждению) обусловливает необходимость их системното представления, выделения отдельных элементов и взаимосвязей между HHNni. Имеїшо систематика позволяет глубже проникать в сущность исследуемого объекта, полнее определять его свойства, связи, структуру. Следствием из названного принципа является вывод о том, что системные средства и методы - одни из ключевых познавательных инструментов в криминалистике, а положения криминалистической систематики являются важным элементом ее методологии.
  3. Обусловленность задач крилпталистическои систематики приклас)- ным характером криминалистической науки. Прикладной характер KpnNmna- листики предполагает ее практическую направленность, то есть, как справедливо отмечается в криминалистической литературе, система кpи,^цlнaлиcти- ческих научных знаний является важным элементом на\чных основ практической деятельное ги по борьбе с прес ілиное I ыо’ в rroii СВЯ П1 можно сделать вывод о том, что ре-з>льтаты кримииалистических исследований, осо- бен[10 гіредна:^наченньіе для практики, а также испо.чьп’емые в обучении криминалистике, должны пре/іставляться строго в системной форме, не со- держать противоречий и носить унифицированный характер.
  4. Криминалистическая специфика анализируемой систематики проявляется и в том, что выбор раз.тчиых iianpue’ieuuit системных ucc.icdoeamiii ооус.’іов.іси иск.иочитс.чык) потребностями крпмииа.шстическои науки и практики борьбы с преступностью. В свете данного принципа можно говорить о трех основных направ.іениях использования теоретических концепции кримиисіїистическоі! систематики’.
  • систематизация в рамках материально-логической етр\ктуры науки (c|)op^u^poвaниe научного «каркаса» криминалистики или, иными словами, ее системы), результатом которой является дальнейшее формирование общей системы криминалистики как структурной совокуішоети разделов, подразделов и г.д.:
  • систематизаггия в рамках языка науки (формирование понятийно- терминологического аппарата криминалистики),
  • систематизация в рамках решения стоящих перед криминалистикой практических задач по борьбе преступностью и осуществлению правосудия (формирование системы криминалистических рекомендаций по выявлению, раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений, применению криминалистических знаний в судебном разбирательстве по уголовным делам) ^
  • Эти направления криминалистической систематизации самостоятельны и не должны подменять собой друг друга, как это иногда имеет место в кри-

С\1 : Белкин P C.. Винбсрг А.И. Крнминалистик;і Общстсорстичсскис проблс.мы.-М. l’J73 -С. 1()S; М;іт\ СОВСКИІІ Г,.Л. Криминалистика в систс.мс на\ чны.\ чнаний.-Харьков. 197() -С .2.3

” Несмотря на то. что сфера применения криминалистических рекомендациіі - это преимущественно с(|)сра борьбы с прес1\пностью. некоторые из ни.\ мог\л исполь юваться также в граиианско.м и арбитражном процессе (С.М.. например Ти.чиня В.І”. Теоретические проблемы при.менсния данны.х криминалистики в гражданском с>допроишодстве. -Минск. I’^S.i: Жижина NTB Наіначенис криминалистической экспсртичы док- мситов ІІ арбитражном процессе.-М..2002 и др ).

РОССИЙСКАЯ ГОСУДА?>СТВЕННАЯ

41 БИБЛИОТЕКА

миналисгической ли гера їл’ре Например, важным ^лемстом кримиїїалис і и- ческой систематизации в рамках языковой структуры иауки выстуиаег классификация понятий’ Являясь во м}10Г0 формально логической кагегорией. она не может быть положена в основу современной четьіреххіементной системы криминалистики (общая теория криминалистики, криминалистическая техника, тактика и методика), поскольку ‘)та система построена по совершенно иным критериям.

Принципы, обеспечивающие искіїслсспцее качество и noiuomy кримииа- ?щсптческих системных псс:іе()оваииіі, включают в себя следующие исходные положения:

\ .Обеспечение полноты и всесторонности системных исс.чеОований изучаемых кримииа.’шсіникоіі объектов, в связи с чем системное изучение различных криминалистических объектов всегда должно носить комплексный характер, рассматривать их с разных сторон, в различных «срезах», во взаимосвязи с иными объектами и их влиянии друг на друга. Реализация данною принципа тесно связана с использованием общенаучных методологических аспектов системных исследований (структурного, (Ізункционального, ипгегра- тивного, исторического), однако его специальный характер проявляется в том, что полнота и всесторонность криминалистического системного иссле- дования различных объектов всегда обусловлена исключительно потребностями и задачами криминалистической науки и практики борьбы с преступностью.

  1. Учет данных практики при проведении криминалистических сис- телн1ых исследований и апробаїрт их резулыттюв. Попытки раскрыть данный принцип применительно к отдельным разновидностям систематизации криминалистического научного знания уже предпринимались в криминалистической литературе. В частности, применительно к классификационным изыскания.м принцип учета практики попьггался раскрыть П.Б. Куцонис. но
’ Подробнее о с\Щност11 н особсммосгя.х кримннпліїстическоіі [чласс11{ ткации см. в иасюяідсії

I .іавьі мнению К()1Ч)рОГО данный нринцин сосгои г в том, Ч ГСУ lU)-liepiM,lX, любая классификация основывается на материалах практики: во-вюрых, практика борьбы с прес іл гиностью позволяет провери і ь ИСІ ИИИОС І 1> гой или иной классис1}икации; в-третьих, криминалистические класси(1)икации сгроятся с целью решения задач борьбы с преступное!ью’. Согласимся в целом с приведенным содержанием названного принципа. Думается, что аналогичным образом данный принцип оказывает влияние и на все иные виды и направления системных исследований в криминалистике. Однако следует уточнить, что основой для системных построений может служить только позитивная практика борьбы с преступностью.

  1. Обссіїечетіс единообразного использования в iipoifccce криминалистических системных исследований языка (понятий и терминов) современной крнміиіа.іисніики. Вопросы соотноінения кримина.іисгической систематики и язьн<а криминалистики б'дуг более подробно рассмогрены нами далее^. Отметим лишь, что данный принцип предполагает, что применяемые в разработке различных криминалистических систем понятия и гермины должны относиться к языку криминалистики и использоваться в соогветствии с их традиционным пониманием. Особенно это касается терминологии разрабатываемых систем практических рекомендаций, а также систем, используемых в процессе обучения криминалистике.
  2. Неодхо()нмость учеіна эвристических возмол/еностей сианемных ис- с:іе()ованиіі в крилпіна:тс/)інке\ Эвристика в криминалистической іпітературе рассмат}:>иваегся как искусство поиска и преобразования исходной информации, формирования коррекции, оптимизации и реализации решений в нестандартных ситуациях”^. Названный принцип предполагает, что в процессе системных исследований криминалистических объектов может быть получена новая научная информация, позволяющая предвидеть еще непознанное и та-
  3. ’ С.\1 . кЛцонис П Б. Ук:іч.со’і.-С.26-28 “ См главы 2

’ Напри.мср. эвр|1с1имсск\ ю роль кри.мііна.іистіїчсскоіі кл;ісси(|тк;ииі и отмечали еще в год> Р С” Белкин и А И Винберг (См.: Белкин Р.С .Винберг .Л И Криминалистика и дока іьіванис-NT, 153 )

’ С-м Зорин Y’ А. Проолс.мы примсисиия специальны.х логико-пси.\ологически.\ .методов при подготовке и п])овсдеиии следственны.х ДЄІІС1ВИІІ Авторе(|)сраі дисс .. .докт.юрид.на-М . 1’J’J Г-С (>

КИМ ()6pau)M иамеги’іь мові.іс пуги и иерсискіивьі иа'чиьіх исслеіюваиий в криминалистике.

Система принципов криминалистической систематики окаи.п?ает существенное влияние на круг зснкіч, решить которые и при-^іана систематизация криминаішстических знаний. В научно- исследовательской деятельности с систематизацией связывается решение самых разнообразных задач. При этом и роль систематизации и ее место в научном исследовании определяются по- разному, прежде всего в зависимости о г гою, как тракту ется система! изация: как определенный этап научного исследования либо как результирующий продукт.

Наиболее широко основные научно- исследовательские возможности систематизации выражаются в содействии движению науки или отрасли техники со ступени эмпирического накопления знаний на уровень теоретического синтеза, системного подхода. Такой подход возможен лишь при условии теоретического осмысления многообразия фактов.

Необходимо отмстить, что значение криминалистической систематики для научно- исследовательской деятельносги этим не исчерпывается. Она играет важную роль в определении направлений дальнейших научных исследований в обласги отдельных раздсіюв криминалисгической науки - криминалистической техники, тактики и методики расследования отдельных видов преступлений, в свою очередь, четкое распределение тех или научных знаний в структуре науки дает возможность применительно к ним наиболее полно и сисгемно разработать различные криминалистические рекомендации по расследованию преступлений, наиболее отвечающие потребностям практики.

С учетом изложенного, можно выделить следующие общие задачи, которые стоят перед криминалистической систематизацией как элементом на- учио-исследовательской деятельности

обеспечение >силеііия целосіиости и уіііі(1)икаиии сисіемьі пауки в целом и ее отдельных подсистем’,

  • дальнейшая систематизация поняіийного аппарата криминалистики, с \четом последних на'чн(.1х достижений в ггой области наунюго ?знания, развитие герминологии на\ ки:
  • раскрытие систе.\п1ых и понятийных связей между криминалистической наукой в целом, ее отдельными разделами и иными областями научного знания;
  • устранение недостатков, присутствующих в криминалистических системных образованиях, совершенствование имеющихся и разработка новых криминалистических систем в соответствии с положениями науки и потребностями практики;
  • определение новых направлений криминалистических на\чп[>іх исследований;
  • обеспечение возможности использования разработанш,1х систем в практике борьбы с преступностью;
  • расширение с(1)еры использования компьютерных технологий в разработке и совершенствовании криминалистических систем.
  • Эти задачи определяют более конкретные цели систематизации применительно к отдельньтм разделам и понятиям криминалистической науки. Криминалистические системные исследования могут обусловливаться и иными, более конкретньтми задачами, вытекаютцими из сіюжившейся криминогенной обстановки в государстве. Эти задачи определяют потребность в дальнейшем развитии системных образований в криминалистической науке по различным направлениям. Особым и еще недостаточно изученным направлением крилшналистической систематизации знания выступает кримина-

’ в кри.миналистичсскоіі литср;ітурс справедливо от.мсчастся. что только в том сл\час. если в системе намсн происходят изменения, направленные на \ креплснііе ее целостности. мо>і<но говорить о прогресси- [пющен систематнчации. Бели же изменения в системе на> кн приводят к постспенно.м> пере.чолч от целостности к с\ ммативности нмеег место прогрессируюіциіі распад системы (С.м.: Белкин Р Г . Винберг .Л И Криминалистика Общетеоретические проблемы - М .197”v- Г 16.S) :іисIичсская класси(|)икация. ііа\чііі>іс осноиы коїорой Г)\л> і [^ассмоїремы и с:I сл'К)тем параі рафе.

§3. Сущность и особенности крнмина.іпістнческой классификации как разновидности систематизации научного шания

Различные классификационные системы широко и давно исиоль:5уется в современной науке. Так, еще в 1909 год\ известный логик Х.Зигварт писал: “Классификация всей совокупности того, что содержит вселенная, являлась бы … логически завергиенным познанием, заключающим в себе все”’. В любой отрасли научного знания можно найти большое количество различных классификационных построений разного pt^ra объекюв, проводимых для решеїшя обширного круга познавательных задач.

Широкие возможности классификационных исследований имеются и в криминалистике. Объектами классификации в ней являются многие явления, харакіерньїе для процесса раскрытия и расследования пресгунлений. Между гем в современной криминалисгике сложилась ситуащія, когда при еще недостаточно разработанных теоретических основах криминаішстической классификации ведутся научные классификационные исследования в отдельных ее областях. При этом указанные исследования осуществляются в условиях наличия противоречивых мнений в криминалистической науке наблюдаются противоречия относительно понятия криминалистической классификации, ее места в науке, процесса построения и представления классификационной системы и т.д. Эти обстоятельства указывают на то, что продолжение разработки теоретических основ криминалистической классификации - актуальная научная задача, обусловленная пофебностями

’ Зигвлрт X Логіік;і.Т.2.Учснііс о методе.-С;іиктТ1сісрб\рг. 1 909. -С.2’ криминалистической теории и практики раскрытия и расследования преступления

Отметим, что в отечественной логико-философской литературе 70-х - начала 80-х годов XX столетия обсуждалась идея о формировании общенаучной теории классификации как целостной системы знаний Попытки формирования такой теории предпринимались и на международном уровне, в частности, в 1985 году была создана Международная федерация классификационных научных обществ^. Однако уже в 1986 году С.С.Розова, один из веду- щих отечественных специалистов в области классификации, отмечала, что надежды создать универсальные алгоритмы классификации по ряду причин, среди которых необходимо выделить: неясность самого понятия “классификация”, отсутствие четких представлений о классификации как особого рода феномене познания, проблемы классификации в различных отраслях знания, - пока не оправдались\ Общенаучная теория классификации и на сегодняшний день не сформирована, а представлена лищь отдельными направлениями исследований, в подавляющем большинстве в области естественных наук. Ее отсутствие порождает необходимость формирования теории классификационных исследований в рамках отдельно взятых наук, к числу которых несомненно относится и криминалистика. Между тем, имеющиеся в логико-философской науке исследования классификационных проблем могут и должны быть использованы в развитии теории криминалистической классификации как элемента криминалистической систематики.

Формирование теории криминалистической классификации призвано пополнить общую методологию криминалистики, представляющую собой систему ее мировоззренческих принципов, концепций, категорий, понятий,

См. Воронин Ю.А. Теория классифицирования; надежды и действительность -Новосибирск. 1981- С.1; Розова С.С. Философское осмысление классификационной проблемы // Вопросы философии. 198().N8 - С.165. Шрсіідер Ю.А. Логика классификации//Научно-техническая информация. Серия 2.Информационныс процессы и системы. 1973. N5.-C 3; Мейен С В , Шреіцер Ю.А Методологические аспекты теории классификации // Вопросы философии. 1976.N12.-С.69.

” См.: Classificasion as а tool of research: Proceedmgs of the 9th Annual Meeting of the Classificasion Sosicl.\ (F R G.).^ Unnersity of Karlsruhe, F.R.G . 26-28 June.l985/Ed b> W Gaul. M.Shader-Amsterdam ect, 1986 -P.5.

См.: Роюва С С. Классификационная проблема в соврс.менной науке -Новосибирск. 1986 -С 4 меюдоіі Изучение угой гсории связано с определением ее с\іцік’)еіи, иодіа- вателыюю значения, возможностей решения научных и практических задач.

Интерес к классификационным проблемам в современной криминалистике не ослабеваеі. Практически каждое научное исследование сопровождается уточнением имеющихся или построением новых классификацио1[ных конструкций, Их качество, возможности научного и практического использования во многом зависят от тех базисных положений, которые использовались при их разработке.

Отметим, что теоретические основы, роль и познавательные возможности классификации в криминалистической науке уже рассматривались в работах Р.С Белкина, А.Р.Белкина, В.И Виденина, А.И.Винберга, Л.Е. Гумапівили, В.Я.Колдина, Ю.Г.Корухова, И Б.Куцониса, В.П.Лаврова, И.М.Лузгина. В.А Образцова, И.А.Селиванова, А РШляхова, И.И Яблоко- ва, и некоторых других ученых’. Однако фундаментальные исследования, которые могут составить базис криминалистической теории классификации, до сих пор не осуществлены, вследствие чего в этой области исследования осгаегся ряд нерешенных проблем. В частности, до сих пор нет устоявшегося определения классификации, неоднозначно решается вопрос о месте теоретических основ криминалистической классификации в системе криминалистической науки.

’ См . Белкин Р.е.. Винбсрг А.И, Криминалистика и доказывание -М..І969 -С..Si; Белкин .Л.Р. Кри.\тналистичсскис классификации. -М..2()()0; Винбсрг А.И. Криминалистическая экспсртича в советском \толовно.м процессе, -М., 1956.-С,80: Видении В.И. Некоторые черты понятия класси(|)икацни как средства поінания в С0ВЄТСК0ІІ криминалистике // Сборник статеіі адъюнктов и соискателей ВШ МВД СССР, Выи, Г -М . I 97 Гумашвили Л,Э, Теоретические основы криминалистичсски,\ іоассн(|)икациіі и и,\

шачснис в судебном дока імвании /на пріі,мсрс построения и испольювания юассификаций документов по делам о ,\ищения.\ социалистического имущества/, Дисс, ,,, канд. юрид, наук, -М., 1979.-С.19-52; Колдин В.Я. Кри.миналистическая идентификация.-М.,2002.-С.257-239; Кор.\ов Ю Г. Криминалистическая диагностика при расследовании прест\ плений.-М , 1998,; Куцоннс П,Б, Проблемы построения и использования кри- ^п^нaлиcтичccки\ класси(|)икацнй в методике расследования преступлений. Дисс. .. канд. юрид. наук. - М.. 1990.-С. 1 1-46; Лавров В.П. Криминалистическая классификация способов сокрытия преступления // Криминалистическая су щность, средства и методы установления способов сокрытия следов прест\ плений - М . 1987 -С 15; ЛУ ІГИН И.М Расследованис как процесс познания.-М . 1969,-С.51; Обра-.цов В .А, Криминалистическая класси(|)икация прест\ плений, -Красноярск. 1988; Селиванов Н,.Л Вещественные доказательства,-М 1971 -С 22; Стояновский M B Объект кри.миналистики как стр\кіл роо6раз\ ющий элемент кри.миналистических классіі(|>икациіі // Воронежские кри\тналисгические чтения,Вып. 1 -Воронеж.2000; Шля.чов ,Л Р, Соврс,менныс проблемы теории и практики кри:иналистичсскоіі экспертизы в СССР,Авторе(|(срат дисс, докт юрид наук.- Л,.1971.-С.11; Яблоков И П Совершенствование кри.\пшали- стическоіі класси(|)икации прсст\ плений в методике расследования // Вестник Моск.\н-та.Серия 1 1. “Право” 1988. N2.-С 18

отношении сути классификации в обиіеііаумной лиісраіуре можно встретить следующие ее понимания:

I Система соподчиненных понятий (классов, объектов) какой-либо области знаний или деятельности человека, используемая как средство для установления связей между этими понятиями или классами объектов ‘.

  1. Распределение предметов какого-либо рода на классы согласно наиболее существенным признакам, присущим предметам данног о рода и отличающим их от предметов других родов, при этом каждый класс занимает в получившейся системе определенное П0СТ0Я1НІ0Є место и, в свою очередь, де’штся на “подклассы”, и при этом составление классификации нод-
  2. 2

чиняется всем правилам деления понятия .

  1. Особый случай применения логической операции деления объема понятия, представляющий собой некоторую совокупность делений (деление некотороі о класса на виды, деление этих видов и т.д.)\
  2. Многоступенчатое, разветвленное деление логического объема поня- гия, в результате чего создается система соподчиненных понятий”^.
  3. Распределение предметов по группам (классам), при котором каждый класс имеет свое іюстояпное, определенное место \
  4. Система (схема) соподчиненных понятий (имен, классов), каждое из которых занимает в ней строго определенное место
  5. Логический прием, основанный на логическом делении понятия и употребляемый в эмпирических на\ ках для распределения предметов на роды и виды .
  6. Система соподчиненных іюнятий (классов, объектов) какой-либо области знания или деятельности человека, часто представляемая в форме
  7. ’ См.; Большой знциклопедігческий словарь. Т.1.- М. 1991.-0 586; Иллюстрированный энцнклопс- лимескнй словарь.-М.. 1997.-С.322.

” См.; Кондаков И.И. Логический словарь.-М,, 1971.-С.214.

’ См.; Философский словарь / Под. ред. М.М Роченталя.- М..І975 -С 177; Филосо(1)Скиіі словарь Под ред. ИТ. Фролова.- М.. 1986.-С.200.

’ См.; Горский Д.П.. Ивин А.А.. Никифоров А Л. Краткий словарь по логике.- М. 1991- С 77 ‘ С\г; Кириллов В Н. . Старчснко А.А Логика -М . 1995.-С 59. ‘’ См.; Константинов В.И. и др. Философский словарь. T.2. -М, 1962.-С.521 См.; Мальи’і знциклоисдичсскиіі словарь Ф ,Л Брокіауча и И .Л Е(|)рона Г.” -М , 1994 -С^і2

схем (таблиц) и используемая как средскн) для устаиовлеііия связей между зтими понятиями или классами объектов, а также для точной ориентировки в многообразии понятий или соответствуюніих объектов

  1. Конструирование видовых по отноіпению к делимому понятий на основании определенного множества условий, результатом которого является родо-видовая иерархия понятий, раскрывающая объем классифицируемого

1

понятия”

Анализ приведенных формулировок позволяет выделить два наиболее распространенных пониманий классификации: I) это деление логическою объема понятия, результатом которого является создание системы соподчиненных понятий, и 2) это распределение тех или иных предметов по имею- цдимся признакам на классы, виды и т гг Криминалистика в определении классификации также исходиг из этих ее пониманий. Так, в криминалистиче- ской литературе имеются следующие определения классификации:

  1. Разделение множества нредметов, явлений, отнощений. свойств, признаков и т.п на отдельные группы по тем или иным основаниям’.
  2. Деление объектов на груїніьі на основании сходегва объектов каждой группы и их отличия от объектов других групп’^.
  3. Посзроение системы соподчиненных понятий\
  4. Создание классификационной системы, которую сосіавляют явления, распределенные на классы”.
  5. Таким образом, и в криминалистике наблюдается двойственный подход к определению сущности классификации. Какое из двух определений является верным и может быть использовано в криминалистической науке

’ См.: БСЭ. Т.12.-М.. 197.Т-С 26У

^ См.: Светлов В А. Практическая логика -Санкт-Пстерб\ pi. 1-С .^6,

’ См Белкин Р.С Ленинская теория отражения и .мстолологические проблемы советскоіі криминалистики-М. . 197().-С 99; Он же. Общая теория советской кри.миналистики.-Саратов. I 9X6.-С-.^,46; Он же К\рс кри.\н1налистикн.В .”IT. Т. Г- М . 1997 -С 38()-.vS 1 .

’ С.м.: Белкин Р.С.. Вннберг .Л.И. Кри.миналистика и дока чывание.-М , 1969.-С,216.

См.: Салтевский М.В Умение о при.мененил версии и планировании // Специалииірованньїіі курс криминалистики /для слушателсії вуюв МВД СССР.об\чающи.\ся на баіс среднего специального юридического обрачования/. / Под ред. М.В Салтевского.-Киев. 19S7 -C,216.

'’См.: Ларин A.M. От следственно!! версии к истине. -М . 1976.-С.

Как нам представляє гея, чтобы ла гі> отие г на гю г lioiipoc, необходимо проанализировать термин ‘‘понятие”.

Понятие в научных слова|)ях, лої ико-филосос|)ской .ии гературе определяется как мысль. фиксир\ іоніая признаки отображаемых в ней нред- меюв и явлений, позволяклдие отличать эти предметы и явления от смежных с ними; обобщение (и мысленное выделение предметов) некоторого класса по их специфическим (в совокупности отличительным) признакам ‘ Классифицируя то или иное понятие, мы подвергаем делению его объем, то есть ограниченное множество предметов, явлений, которые мыслятся в понятии. Классы, на которые распределились те или иные предметы, представляя собой конечную или бесконечную совокупность объектов, выделенную по общему для них признаку, мыслимую как нечто целое’, являются, по нашему мнению, ни чем иным, как соподчиненными поня тиями по отошению к делимом>’ (родовому) понятию.

На основе вышесказанного можно сделать вывод, что понимание классификации как деления понятия, результатом которого является создание системы соподчиненных понятий либо распределение предметов, явлений, отношений, свойств на классы, группы, виды, по сути является описанием е:>дной и той же логической процедуры

Однако, определяя криминалистическую классификацию как распределение предметов, явлений по классам, группам, необходимо учитывать следующее:

I. Классификация проводится прежде всего мысленно. Как верно заметил Р.С. Белкин, “…распределение материальных объектов по группам в соответствии с научной классификацией не является разновидностью последней, а представляет собой ее “материализацию” в натуре”\ Такое распределение справедливо определяется некоторыми авторами (представителями как

’ С.\1.: Горский Д.П.. Ивнн .’\,.А., Никіі(|іоров А.Я. Укаі.соч .-С Г^О; Фіілосо(|іский словарь. Пол рсд.И Т Фролова.-С.”!? Г. Кириллов В.И.. Старменко .Л Укач.соч.-С 1 См : Горский Д.П.. Ивии ,Л..Л,. Ники(|юров .Л Л Укач соч.-Г.77, ‘ Белкин Р.С, К\рс криминалистики В “ т Т 1 -М. 1997 -С 38Г

логико-философских наук, так и криминалистами) как классифицирование’. На отличие физического распределения предметов, вещей от логической операции деления объема понятия в криминалистике указывали и другие ученые^.

  1. Классификацией не является “случайная” группировка объектов, то есть случаи, когда распределение производится произвольно, вне группиро- вочного принципа (основания деления). Как верно заметил еще в 1974 году В.И.Видении, такие группировки не носят закономерного характера \

Учитывая отраженное в литературе мнение, согласно которому теоретические основы криминалистической классификации представляют собой составную часть криминалистической систематики”, представляется необходимым рассмотреть ее с позиций системно-структурного подхода, представляющего собой общенаучное направление исследований, ориентированное на выявление специальных методологических принципов теоретического воспроизведения в знании представлений о целостных системных объектах.

В свете основных положений системного подхода классификация может рассматриваться в двух значениях.

В рамках традиционно узкого подхода криминалистическая классификация - это средство, способствующее систематизации научных знаний, а не сама систематизация. Так, по мнению Р.С.Белкина систематизация основывается на процедуре клaccификaции^ А.А.Хмыров считает, что классификация способствует систематизации накопленных знаний, и, следовательно, более осмысленному их применению*’. Точки зрения, согласно которой понятия “систематизация” и “классификация” имеют право на самостоятельное существование, придерживаются и некоторые другие ученые-

’ См : Константинов В.И. и др Ука і. соч.-С.524. Куцонис П.Б. УКІІЗ. СОЧ.-С.20.

” См : Полевой Н.С.. Гумашвнли Л.Э К вопрос\ о на'чны.\ основах и шаченин кри.миналистнчс- ски.\ классификаций // Вестник Москл и-та.Серия “Право”. 1979,N 1 .-С.28,

См.; Видении В.И. Некоторые вопросы классификации, фуппировки и установления групповой принадлежности в теории и практике советской кри.миналистики // Вопросы борьбы с прсст\ пностью ВЫП.21.-М.. 1974.-C.81.

См.: Белкин Р.С Курс криминалистики. Т. 1.-С 379

^ Белкин Р.С. Курс советской криминалистики.В 3 т. T.I. -М.. 1977 -С.267

’ См : Хмыров А. А. О классификации косвенных локауте л ьств// Вопросы борьбы с преступностью. Вып.32. -М., 1980.- C.71, криминалисты’. Указанные мнения ученых в целом неоспоримы, но, как нам представляется, они рассматривают классификацию в узком смысле, только как логическую операцию деления объема понятия (первое значение классификации),

В широком смысле криминалистическая классификация представляет собой специфическую разновидность систематизации научных знаний (второе значение классификации). В этой связи, нам представляется необходимым проанализировать понятие “систематизация”.

В словаре русского языка систематизация толкуется как приведение в систему^.

В криминалистической литературе можно встретить следующие понимания этого термина:

  1. Выделение в объекте криминалистического исследования существенных элементов и их связей, необходимых и достаточных для оценки объекта исследования как целостной системы, представляющей фактическую основу для решения криминалистических задач
  2. Рассуждения, приводящие к заключению, вытекающему из отдельных посылок, в целях удовлетворения насущной потребности в уяснении логических связей и закономерных отношений между отдельными установленными фактам и”*.
  3. Такое упорядочение научного знания, которое соответствовало бы объективно существующим закономерным связям между элементами предмета научного познания, отражало бы эти связи ^
  4. Резюмируя вышеприведенные определения, можно сказать, что систематизация в криминалистике - это исследовательская деятельность, направ-

’ См.: Лузгин И.М. Расследование как процесс познания.-М..1969.-С.51; Российская Е.Р. Проблемы систематизации и кіассификации методов экспертного исследования // Пробле.мы кри.мнналистической теории и практики,- М.. 1995.-С.59

  • Ожегов С.И..Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского язьи<а.-М . 1995.-С 708.

См.: Колдин В.Я. Систематизация и оценка криминалистическоіі информации. // Кри.миналистика социалистических стран / Под ред. В.Я.Колдина.-М.Л986 -С,475.

’ См.: Аверьянова Т.В. Интеграция и дифференциация научны.х знаний как источники и основы но- вы.х методов судебной экспертизы.-М.. 1994 -С.28

^ См.: Белкин Р.С. Криминалистика: пробле.мы. тенденции, перспективы Общая и частные теории - М 1.)Х7.-С,129 лепная на выявление в объекте криминалистического исследования существенных элементов, структур и связей, облегчающее его изучение в целях решения стоящих перед криминалистической наукой задач. Целью научной классификационной деятельности в криминалистике выступает построение системы соподчиненных криминалистических понятий. Это позволяет говорить о том, что криминалистическая систематизация и криминалистическая классификация соотносятся как общее с частным. То есть, криминалистическая классификация как научно-исследовательская деятельность является разновидностью систематизации криминалистического научного знания.

В числе особенностей криминалистической классификации, как разновидности систематизации криминалистического научного знания, следует выделять:

1 .Объект классификации. Объектом криминалистической классификации всегда выступает гюнятие как мысль, отражающая суидественные признаки какого-либо предмета или явления, входящего в предмет изучения криминалистической науки.

Необходимо также отметить, что объект криминалистической классификации является одним из основных ее отличий от классификации в других правовых науках. Так, по мнению А.В. Наумова, классификации в тех юридических науках, где основания деления не ограничиваются правовыми признаками (в кримшіалистической науке это довольно частое явление - А.Г.), носят специфический характер ‘. Схожую позицию обозначил К.Н.Ивенин. Рассматривая криминалистическую классификацию преступлений, он отметил, что в объекте деления прежде всего должны учитываться закономерности, важные в криминалистическом отногиении^. На наш взгляд, специфика объектов криминалистической классификации проявляется также в том, что не все криминалистические понятия носят сугубо правовой характер, имеют нормативное закрепление.

’ См.: Наумов А.В. Теоретические основы класси(|)икацни преступлений // Класси(|)икация преступлений и се значение для деятельности органов вн>’тренни.\ дел. / Под ред Н.И. Загородникова.-М.Л983.-С 8.

’ См.: Ивенин к н. Методология и методика расследования экономических преступлений: концептуальный подход// Криминалистические методы расследования преступлений.Вып 2 -Тюмень. 1995 -С 4

  1. Процедура классификации. Классификация всегда проводится по тому или иному основанию, то есть признаку, различающему группы объектов в множестве, определяемом главным понятием. Систематизация же может проводиться на основе анализа, путем выделения и изучения системных связей и без использования такого основания. Ярким примером такой систематизации является система криминалистической науки, поскольку провести классификацию понятия криминалистики так, чтобы элементами, составляющими классификационную систему, явились понятия общей теории криминалистики, криминалистической техники, тактики и методики, нам не представляется возможным. В основу четырехэлементной системы криминалистики положены совершенно иные критерии. Так, можно согласиться с Р.С.Белкиным, который пишет, что общая теория криминалистики “… есть выявленный во всей полноте результат познания криминалистикой своего предмета, три остальных элемента системы - результат использования полученного знания”’.

З.Особеииоспт структуры системы. Классификационная система характеризуется наличием связи построения, связи, определяемой основанием деления; связи объемов понятий.

Основываясь на вышеизлол<енном, отметим, что термин “классификация” может использоваться для обозначения:

  • логической операции деления объема того или иного криминалистического понятия;
  • разновидности систематизации криминалистического научного знания;
  • построенной классификационной системы криминалистических понятий.
  • Заметим, что такое использование термина “классификация” не противоречит лексическому значению этого слова^.

’ Белкин р.с. Курс криминалистики Т1.-С “i9(). - См.: Ожегов С И .Шведова Н Ю. Укіч сом,- С.27().

Как уже отмечалось, в литературе неоднозначно реиіается вопрос о месте теоретических основ криминалистической классификации в системе криминалистической науки. По мнению В.А. Образцова, учение о криминалистической классификации преступлении (выделено нами -А.Г.) является частной криминалистической теорией. Эта теория представляется им как внутренне дифференцированная, но целостная система знания об оіражаемой ею области социальной действительности’.

Данная точка зрения встретила справедливые, на наш взгляд, возражения со стороны Н.П.Яблокова, который заметил, что любая теория представляет собой не просто совокупность некоторых мнений и взглядов по какому- либо вопросу, а высшую, самую развитую форму организации научного знания, дающую целостное представление о закономерностях и существенных связях исследуемого явления или объекта^. На наш взгляд, ни криминалистическая классификация преступлений, ни классификация других криминалистических объектов не может претендовать на статус частной криминалисти- ческой теории. Криминалистическая классификационная система принадлежит тому разделу криминалистики, в рамках которого были проведены классификационные исследования. Так, например, если была проведена классификация тактических приемов, понятие которых рассматривается в рамках криминалистической тактики, то и построенная классификационная система будет представлять собой неотъемлемую часть именно этого раздела криминалистической науки^.

Думается, нет необходимости в выделении теории криминалистической классификации из криминалистической систематики, однако эта теория долж-

Некоторые ученые предлагсшзт определить логическую процедуру деления o6bCNSa понятия термином “построение классификации”. (См.: Розова С.С. Классификация как метод на>’чного по шания//Философские проб.лемы сознания и почнания, Новосибирск. 196.”) -С.256. К>цонис П,Б. Указ. соч.-С.17.)

’ См.. Образцов В. А. Проблемы совершенствования научных основ методики расследована преступлении. Автореферат дисс , .докт. юріщ.наук. -М.. 1986.-С. 17.

” См.: Яблоков И.П. Совершенствование кри\піналнстнческоіі классификации преступлений в .методике расс.ледования// Вестник МГУ.Серия 11 Право. 1988.№’2.-С. 18.

^ Это не мешает ей (классификационной системе кри.миналистичсской тактики) оставаться ВІІЖНЬІМ составным элементом кри.миналистического учения о кpи^пIнaлиcтичecкoй систе.матикс (в ра:исле общей теории кри.миналистики).

должна быть представлена как самостоятельный структурный ‘злсмент этого раздела общей теории криминалистики.

Классификационный способ организации знаний, сложившись первоначально в деятельности людей стихийно, постепенно начинает выступать как особый метод познания окружающей действительности. Как и любой метод, классификация предполагает, с одной стороны, указание на действия, которые необходимо произвести, с другой - на определенное представление объекта. По мнению С.С.Розовой, последнее нужно для переноса указанного способа действия в новые ситуации, то есть для определения границ возможного

применения метода’.

В процессе расследования преступлений или судебного рассмотрения дела мы сталкиваемся с множествами различных объектов. Эти множества (признаки которых отражены в том или ином понятии) начинают выполнять функцию эталона, с которым связывается представление об определенной форме организации знания. Встречаясь впоследствии с конкретными аналогичными объектами, обладающими более широким набором признаков, мы пытаемся разделить родовые понятия. Изучая конкретные объекты, мы их идентифицируем с научными понятиями, совершая по сути процедуру определения сходства и различия. Процедура эта сложна, а зачастую и условна. Так, если исходить из одного криминалистического понятия, то признаки двух искомых объектов могут совпадать (например, и оставленный на месте преступления пистолет, и оброненный преступником бумажник, принадлежащий потерпевшему, будут являться следами - предметами, обнаруженными на месте происшествия). Используем другое понятие, и о совпадении не может быть и речи (например, пистолет- орудие преступление, а бумажник- похищенное имущество). В то же время, многосторонность любого фрагмента объективной действительности создает объективные предпосылки для огромного числа самых различных процедур определения сходства и различия и как следствие выявление все новых признаков исследуемого объекта.

Г( Рпчпва С С К іііссификішионная проблема в современной науке -С, 1У1

Все понятия, используемые в криминалистике, можно подразделить по нескольким основаниям: сфере действия; нормативно-правовому закреплению; объекту, отраженному понятием .

  1. ПО сфере действия. По данному основанию все используемые в криминалистике понятия можно разделить на обиденаучные, частнонаучные и на юридические. Последние, в свою очередь, нам представляется возможным классифицировать на: общеправовые, то есть используемые во всех правовых науках (например, закон, государство); правоотраслевые, используемые в основном в нескольких юридических науках (например, следственные действия, преступление) одного цикла; собственно криминалистические, то есть выработанные и используемые только в криминалистике (например, следственная ситуация, тактический прием).
  2. По нормативно-правовому закрсп.іеїшю. Криминалистические понятия по указанному основанию делятся на закрепленные в законах либо иных нормативных актах и не имеющие правового закрепления. Подобная классификация всех юридических понятий в целом проводится на общеправовом уровне. При этом нормативно закрепленные понятия подразделяются на раскрытые (законодатель не только фиксирует понятие как таковое, но и указывает его существенные признаки) и нераскрытые (законодатель не раскрывает содержания понятия)\ Такая классификация, на нащ взгляд, применима и в области криминалистики, тем более что многие нормативно закрепленные правовые понятия изучаются несколькими юридическими науками. Например, понятия “преступление” и “доказательства” относятся к первой группе нормативно закрепленных понятий, используемых в криминалистике, так как их сущность определена соответственно в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве. Ко второй группе можно отнести, например, понятие “допрос”, которое часто используется в

’ См.: Зайцев и.М. о природе правовы.х понятий//Некоторые философские проблемы государства и права. Вып 2. - Саратов, I974.-C.84; Кашанина Т.В. Правовые понятия как средство выражения содержания права // Советское государство и право. 1981.№1.-С.43 уголовно-процессуальном кодексе, однако его четкого определения закон не дает.

3.По объекту, отралсеииому поиятисл’!. Данный признак служит основой для деления всех криминалистических понятий на отражающие признаки предметов, то есть любых материальных проявлений, и явлений - всех остальных проявлений реальной действительности, кроме материальных. Объектами, составляющими первый элемент классификационной системы, являются понятия лиц (например, преступники, заподозренные, очевидцы), вещей (орулше, документы, следы-предметы и пр.), иных материальных проявлений (например, следы-отображения, свойства и признаки). Как явления можно определить: действия и процессы (следственные действия, способ совершения преступления и пр.), ситуации (например, следственная ситуация), логико- криминалистические конструкции (криминалистические версии, временные связи и отношения при расследовании преступлений, тактические ошибки и др.).

в криминалистической литературе представлено множество взглядов, точек зрения, позиций по вопросам классификации тех или иных криминалистических понятий. Это объясняется прежде всего тем, что, проводя классификацию, трудно избежать субъективизма. В приемах непосредственной исследовательской работы, в том числе и в криминалистической науке, классификация имеет очень много специфического, индивидуального, такого, что складывается на основе личного опыта ученого. При этом результаты производимых им классификационных исследований напрямую зависят от определенного навыка, называемого в научной литературе «глазом систематика», то есть от умения видеть и находить сходство и различие, а также осмыслить увиденное и анализированное в категориях системы. Более того, в научной литературе отстаивается точка зрения, согласно которой классификация иногда осуществляется интуитивно’.

Гм Ртпвя г г Vk-M i тч -Г И)()

И все-таки думается, что субъективизм в классификации можно, если не преодолеть, то значительно сгладить. Это достигается путем сочетания собственных классификационных исследований с опытом предшественников, пускай даже ограниченным.

Превращение классификации в метод познания приводит к ее массовому целенаправленному использованию и тем самым обуславливает необходимость установления правил и принципов такой работы.

Принципы классификации уже рассматривались в криминалистической литературе. Так, П.Б.Куцонис предложил в качестве таковых принципы объективности, связи, развития, историзма, учета практики Т.В.Аверьянова в качестве классификационных принципов указывает развитие, структурность и взаимосвязь классификации^

Очень сложна и дискуссионна система принципов классификации, предложенная В.А.Образцовым, к которым автором отнесены «наличие ситуации, требующей своего разрешения», «формулирование и обоснование вытекающей из проблемной ситуации научной проблемы», «задача обеспечения предпосылок оптимального построения криминалистической классификации», «оценка возможностей для удовлетворения потребностей и интересов классификатора», «получение необходимых дополнительных знаний из области классификации», «выбор и определение объекта классификации» и т.д.^ На наш взгляд, определение принципов криминалистической классификации должно носить, прежде всего, системный и комплексный характер. Это позволит избежать объединения в одну группу таких разноуровневых и разнохарактерных принципов как общенаучные принципы, принципы системного подхода, логические правила деления объема понятия и специальные принципы криминалистической систематики.

Общена>^ные принципы, принципы системного подхода и специальные принципы криминалистической систематики уже были рассмотрены ранее,

’ См КуцонисП Б. Указ соч.-С.25 “ См.:Аверьянова Т В Укач.сом -С 31

’ См. Обра ЩОБ В. А, Криминалистическая классификация преступлений - С .1S-.19

как основополагающие условия системных исследований в криминалистической науке. Отметим, что эти принципы применяются и в процессе криминалистических классификационных исследований. Добавим лишь, что в криминалистической классификационной системе элементами выступают сопод- чиненные понятия, полученные в результате деления главного (родового) понятия. Самостоятельность, выделенность каждого из соподчиненных понятий обусловливается тем, что каждое из них определяет признаки особого класса предметов, явлений, которые не совпадают с признаками класса, оп- ределяемого другим соподчиненным понятием, хотя и те, и другие определяются единым основанием деления главного (родового) понятия. В классификационной системе количество элементов молсет быть от двух и более, в то же время, каждое соподчиненное понятие также может быть подвергнуто де- лению по тому или иному основанию, и, следовательно, рассмотрено в качестве самостоятельной классификационной системы.

Элементы классификационной системы некоторыми учеными- науковедами названы классификационными ячейками или таксонами’. Думается, что такое обозначение более приемлемо для математических наук.

Однако особенности классификации по отношению к иным разновидностям систематизации криминалистических научных знаний требуют указания и еще одной группы принципов. Это правила деления объема понятия. На наш взгляд, эти правила должны быть признаны принципами построения любой криминалистической классификационной системы, поскольку познавательное значение будет иметь только логически правильно построенная классификация. Как справедливо заметил еще в 1969 году Н.А. Селиванов, строгое соблюдение правил деления понятий является одной из основ логически выдержанной методологии^. В литературе традиционно приводится четыре правила деления объема понятия:

’ См.: Мсйен С.В. Таксономия и мерономия // Вопросы методологии в геологически.х наука.х Киев. 1977.-С.25-33. Розова С.С. Классификационная проблема в современной науке.-С.8.

” См.: Селиванов Н.А. О методологии криминалистической техники // Кри.миналистика и судебная экспертича. -Киев. 1969. Вып.6.-С.65.

  • деление должно быть соразмерным, то есть должны быть перечислены все виды делимого понятия;
  • деление должно производиться только по одному основанию, то есть в процессе деления избранный признак должен оставаться одним и тем же и не подменяться другим признаком;
  • члены деления должны исключать друг друга, то есть конкретный предмет или явление должны находиться только в объеме одного какого- либо видового понятия и не входить в объем другого видового понятия;
  • деление должно быть непрерывным, то есть в процессе деления ^ нужно переходить к ближайшим видам, не пропуская их ‘.
  • Эти формально логические правила деления объема понятия получили ?свое развитие в криминалистической литературе. Например, на основе перечисленных правил предпринята интересная попытка сформулировать требования, предъявляемые к процессу классификации в криминалистике. Так, В. А. Волынский в качестве таких требований называет:

  • правильное определение делимого понятия;
  • соблюдение последовательности операций при делении;
  • аргументированность, логическая обоснованность;
  • соблюдение уровней делимых понятий;
  • обеспечение полноты ряда в перечне или в одном ряду^. Думается, что этот перечень может быть дополнен требованием истинности классификационного признака. Поскольку результатом деления понятия всегда должно являться построение классификационной системы, клас- сификационный признак должен быть выбран таким образом, чтобы он соответствовал данному требованию. Признак, по которому невозможно разделить объем понятия в целом и, следовательно, построить классификационную систему соподчиненных понятий не может быть истинным и исполь- зоваться при делении криминалистических понятий.
  • ’ См.: Гет.манова А Д. Логика. М. Л986.-С.52; Кириллов В.И., Старченко .Л.А. Ука!.соч.-С.56-57 п

др.

  • См : Волынский В.А. Криминалистическая техника; наука-техника-общество-человек,-М.2(КН) -

Г 141

В ходе классификационных исследований, на наш взгляд, целесообразно не ограничиваться делением криминалистического понятия лишь по одному основанию, а строить классификационные системы по всем возможным истинным признакам, обеспечивая направленность классификационных изысканий на дальнейшее познание объектов и закономерностей, изучаемых криминалистической наукой, систематизацию криминалистических знаний, а также на обеспечение возможности их использования в практической деятельности правоохранительных органов.

Принципы и требования к процессу криминалистической классификации играют основополагающую роль не только при разработке классификационных систем, но и при их использовании в научных и практических целях.

Важное место в теории криминалистической классификации занимают ее функции. В литературе рассматриваются следуюш,ие их виды’:

  • информирование - свойство классификации удовлетворять потребность в имеющихся сведениях о познаваемой действительности;

  • прогнозирование - свойство классификации удовлетворять потребность в отсутствующих сведениях. Прогнозирование может быть аналоговым (сведения получаются в результате установления сходства) и структурным (сведения получаются в результате анализа структуры классификации);
  • ретрогнозирование - свойство классификации теоретически воспроизводить прошлое познаваемой действительности;
  • коммуникация - свойство классификации удовлетворять потребность в согласованных действиях.
  • В криминалистической науке, как нам представляется, научное и практическое значение играют информационные свойства и свойства прогнозирования. Так, классификация следов-отображений в зависимости

’ См : Кожара В Л. Функции классификации //Теория классификаций н аналич данны.:Материалы Всссоюшого совещания ЧЛ. -Новосибирск, 1982.-С.1Г от объектов, их оставляющих, на следы человека, следы орудий, инструментов, производственных механизмов, следы транспортных средств, во-первых, Б научном плане, определяет направления научных изысканий (следы человека как объект исследований); во- вторых, при осуществлении практической деятельности, отнесение тех или иных следов к определенному элементу классификационной системы влечет за собой такие действия, например, по их обнаружению, фиксации, изъятию и сохранению, которые будут отличаться от аналогичных действий при отнесении следов к другому элементу классификации.

Функции ретрогнозирования и коммуникации реализуются прежде всего в практической деятельности, осуществляемой в соответствии с построенной классификационной системой.

Итак, теоретические основы криминалистической классификации являются неотъемлемой частью криминалистической систематики и входят составным элементом в общую теорию криминалистической науки.

Как отмечалось ранее, результатом классификации, как деления объема понятия, является построение понятийной системы. На наш взгляд, криминалистическую классификационную систему следует определить как идеальную систему, представляющую собой целостное понятийное образование, каждый из элементов (понятий) которого находится в неразрывных, взаимоопределяющих связях между собой. Следует однако заметить, что определяя классификационную систему как идеальную, мы не имеем ввиду теорию “идеального типа”, при помощи которого, как считают ее представители, только и можно оценить и классифицировать отдельные фрагменты социальной действительности, факты. Ядро данной теории - идеальное понятие, к которому примеривается действительность и с которым она сравнивается для выяснения эмпирического содержания

ее составных частей’. Использование в криминалистике такой теории весьма спорно, поскольку, как совершенно верно замечено Ю.А. Денисовым и Л.И. Спиридоновым, оторванный от действительности “идеальный тип” является логически бесплодной конструкцией^.

Для элементов классификационных систем характерно наличие следующих видов связей:

  1. Связи построения. Связи построения между элементами (соподчиненными понятиями) выражаются: во-первых, в том, что соподчиненные понятия являются результатом деления одного понятия (родового, главного); во-вторых, все соподчиненные понятия обладают тем же набором признаков, характеризующих тот или иной предмет или явление, что и родовое понятие, за исключением признака деления.

  2. Связи, определяемые основанием деления. Термины “основание деления объема понятия” и “признак деления объема понятия” в логико- философском аспекте признаются синонимами^. Для классификационных систем характерно наличие двух видов связи такого рода:

а) связь между наличием признака деления в одном из соподчиненных понятий и отсутствием такого признака в другом соподчиненном понятии. Такие классификационные системы содержат два элемента и носят название дихотомических классификаций”^.

б) связь между признаками, по видоизменению основания деления. Такие признаки указывают на отличие одного класса предметов, явлений, раскрываемого одним соподчиненным понятием, от другого класса, раскрываемого, соответственно, другим соподчиненным понятием.

’ См.: Weber М. Die Objektivitat sozialwissenschaftlicher undsozialpolitischer Erk- ermtnis/ZGesammelte Aufsatze zur Wissenschaftsslehre. ТиЬіп§епЛ982.-5.104.

” См.; Денисов Ю.А., Спиридонов Л И. Абстрактное и конкретное в советском правоведении. - Л., 1987.-С.169.

г

’ См.: Гетманова А.Д. Логика.- М.,1986.-С.48 ; Кириллов В.И., Старченко А.А. Указ.соч.-С.56. См.: Горский Д.П., Инин А.А., Никифоров А Л. Указ.соч.-С.38.

  1. Связи объемов понятий. Данный вид связи проявляется в классификационных системах в том, что ни одно из соподчиненных понятий по своему объему не может быть шире, чем главное (делимое) понятие и не может быть равно ему.

Все вышеуказанные особенности классификационных систем распространяются, по нашему мнению, и на криминалистические классификации.

Вопросы построения криминалистических классификационных систем занимают, на наш взгляд, важное место в теории криминалистической классификации, поскольку научное и практическое значение будет иметь лишь грамотно построенная, “хорошая” система криминалистических понятий. Параметрами “хороших” классификаций являются их устойчивость, возможность на их базе делать большое число различных экстраполяций, их эвристическая сила’.

С.С.Розова писала, что классификационную проблему составляют неудовлетворительное состояние классификаций, а также наличие трудностей при классифицировании^. Проведенное нами исследование позволяет говорить о присутствии ряда классификационных проблем в криминали- стической науке.

В числе наиболее распространенных недостатков, сопутствующих криминалистическим классификационным построениям, следует назвать:

  1. Нарушения при разработке криминалистических классификационных систем логических правил деления объема понятия. В этих системах члены деления не исключают друг друга, отсутствуют необходимые классификационные элементы либо при их построении используется два и более классификационных основания.

’ См.:Розова С.С, Классификационная проблема в современной науке,-Новосибирск. 1986.-С.4. ^ См.: Розова С.С. Классификационная проблема как форма осознания системного метода иссле

дований // Системный методи современная наука.- Новосибирск, 1981.-С.49.

  1. Неточности, связанные с выбором классификационного основания. Как правило, это нечеткое формулирование (неясность) классификационного основания либо его безотносительность к делимому понятию. Термином “безотносительность” мы определяем случаи, когда в качестве основания классификации используются признаки, характеризующие не само делимое понятие, а иное, пусть даже связанное с делимым понятийное образование. Например, в криминалистической литературе встречается классификация следственных действий по ведомственной принадлежно- t сти субъекта поисково-познавательной деятельности’. При использовании

рії подобного основания возникает представление о том, что существуют

^ следственные действия, которые могут быть проведены только следовате

лем органов внутренних дел, только следователем прокуратуры, только следователем органов налоговой полиции и т.д. Но это не соответствует

і

ни положениям уголовно- процессуального закона, ни следственной практике. Очевидно, что ведомственная принадлежность субъекта поисково- познавательной деятельности, не являющаяся признаком следственных действий, не может выступать в качестве основания их классификации.

В криминалистической литературе встречаются классификационные системы, представленные без указания использованного при их построении классификационного основания. На наш взгляд, такое представление криминалистических классификационных систем является ущербным, поскольку сильно затрудняет возможности их анализа и понимания.

Справедливости ради отметим, что недостатки иного рода, например, нарушение принципа объективности при разработке классификационной системы, встречаются в криминалистической тактике лишь в отдельных случаях.

’ См.: Образцов В.А. Криминалистика (Цикл лекций по новой программе).-М,,1994,-С.100.

Одной из основных причин недостатков существующих криминалистических классификационных систем является, на наш взгляд, отсутствие четких критериев построения и представления классификаций. В этой связи процедура построения и выбора формы представления криминалистиче- ских классификаций требует специального исследования.

В криминалистической литературе относительно процедуры построения криминалистических классификаций имеется несколько точек зрения. Так, по мнению Т.В.Аверьяновой, классификация должна проходить в три этапа:

  • выбор множества исследуемых объектов;
  • указание и точное определение признаков, по которым будет производиться сравнение;
  • способ разграничения объектов, то есть алгоритм их выделения в
  • классы ‘.

На наш взгляд, указанные Т.В.Аверьяновой этапы несомненно являются неотъемлемой частью процедуры построения криминалистической классификации, но не исчерпывают ее содержания.

Свой взгляд на процедуру построения криминалистической классификации высказал П.Б. Куцонис, который выделяет следующие ее этапы:

  1. Выделение пространства классификации.
  2. Выбор основания классификации.
  3. Построение классификации^.
  4. Между тем, определение, данное П.Б.Куцонисом заключительному этапу этой процедуры, представляется нам не вполне удачным, поскольку получается, что один элемент (этап)- построение классификации - у него

’ См.:Аверьянова Т В. Интеграция и дифференциация научных знаний как источники и основы

новых методов судебной экспертизы.-М. ,1994.-С.32.

^ См ? Куцонис П.Б. Проблемы построения и использования криминалистических классификаций в методике расследования преступлений. Дисс. …канд. юрид. наук.-М.И990.-С.20-22.

совпадает с процессом разработки классификационной системы в целом, что не соответствует действительности.

в литературе по вопросам логики рассматривается и более многоэтапное построение классификации’, однако деление этого процесса на три этапа в криминалистических классификационных исследованиях представляется наиболее целесообразным.

Характеризуя первый этап построения классификации, П.Б. Куцонис отмечает: “Пространство классификации, т.е. множество классифицируемых объектов, выделяется посредством определения понятий. Определение понятий, как и деление объема понятий, представляет собой логическую операцию, используемую в процессе познания объектов действительности. Посредством данной логической операции раскрывается содержание понятия, т.е. зафиксированные в понятии существенные признаки объектов”^. Соглашаясь в целом с таким определением первого этапа построения криминалистической классификационной системы, на наш взгляд, необходимо уточнить, что понимается под признаком объекта с позиции криминалистической науки.

I

В криминалистической литературе можно встретить два подхода к определению признака объекта. Так, ученые-криминалисты, придерживающиеся первой точки зрения, понимают существенные признаки объекта как те или иные его свойства^. По мнению ученых, стоящих на иной позиции, следует различать понятия признака и свойства. При этом признак понимается как информационный сигнал о наличии либо отсутствии свойства Такой подход к определению признака нам представляется

’ См.: Бойко А.П. Логический анализ структуры классификации. Автореферат дисс….канд. фи- лос. наук. -М.,1983.-С. 10.

’ Куцонис П.Б. Указ. соч.-С.20.

^ См.: Колдин В.Я. Идентификационные признаки и свойства // Груды ВНИИСЭ. Вып.З.- М., 197!.-С.59; Седова Т.Д. Теория и практика доказывания при идентификации объектов на основе структуры и состава . Автореферат дисс….докт. юрид. наук. -Л., 1987.-С.22; Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование.-М., 1967.-С.35-36.

^ См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.В 3-х т.Т.2. -М.. I997.-C.90-91; Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования.-М.,1973.-С.63.

наиболее правильным. Таким образом, признак, отраженный в криминалистическом понятии, будет представлять собой информационную характеристику того или иного свойства, присутствующего у каждого из определяемого понятием множества объектов. В свою очередь, выделение пространства классификации можно определить как установление и уяснение информационных составляющих понятия, характеризующих существенные свойства объектов, а также определение их круга, достаточного для отличия этого понятия от любого другого.

На втором этапе построения криминалистической классификационной системы определяются стоящие перед субъектом классификации задачи и осуществляется выбор классификационного основания, использование которого позволяет построить систему, в максимальной степени обес- печивающую их решение.

в логико-философской литературе основание построения классификации определяется как признак, по которому производится деление объ

ема понятия’.

Учеными-криминалистами классификационное основание рассматривается в различных значениях. Так, по мнению Р.С.Белкина и А.И.Винберга, “основанием классификации выступает определенная объ- ективная закономерность”^. В.А.Образцов выразил точку зрения, согласно которой основаниями могут выступать признаки не только классифицируемого объекта, но и связанных с этим объектом систем (в частности, по отношению к криминалистической классификации преступлений, признаки обстановки совершения преступления и признаки деятельности по выявлению и расследованию преступленийУ. П.Б.Куцонис определяет

’ См.: Гетманова А.Д, Логика.-М.,1986.-С.48; Кириллов В.И.,Старченко А.А. Логика. -М., 1995,- С.56 и др.

” Белкии Р.С.,Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы.- М.,1973.-С.184. ^ См.; Образцов В.А. Криминалистическая классификация преступлений.- Красноярск, 1988.-

С.45-46.

основание классификации как “признак классифицируемых объектов, по которому множество этих объектов разбивается на классы”’.

Анализ вышеприведенных определений позволяет установить, что основание деления, во-первых, носит объективный характер; во-вторых, служит основополагающим условием построения классификационной системы.

Объективность - важнейшее требование к классификационному признаку. Оно означает, что выбранное основание классификации должно исключить возможность субъективного подхода к созданию классификационной системы. Так деление книг на интересные и неинтересные субъективно, поскольку одна и та же книга может быть интересна для одного человека и неинтересна для другого^. Нарушение требования объективности ставит под сомнение научное и практическое значение построенной криминалистической классификационной системы. Классификации, носящие ярко выраженный субъективный характер, встречаются в криминалистической науке. В качестве таковой, например, можно привести классификационную систему, предложенную К.К. Фахрутдиновым, который разделил все тактические приемы на неэффективные, малоэффективные, среднеэффективные и высокоэффективные^, представляется, что эффективность того или иного тактического приема определяется в каждом конкретном случае, с учетом сложившейся следственной ситуации лицом, производящим расследование, поэтому подобное деление вряд ли возможно.

По мнению отдельных ученых-логиков классификационный признак должен быть ясным, то есть логичным, стройным, четким, хорошо пони-

’ Куцонис п.Б. Указ.соч.-С.21.

і

^ См.:Кириллов В.И.,Старченко А.А. Указ.соч,-С.56.

^ См.: Фахрутдинов К.К. К исследованию эффективности тактических приемов допроса // Вопросы эффективности советского уголовного процесса. -Казань, 1983.-С. 129.

маемым’. На наш взгляд, это обстоятельство необходимо учитывать и при построении криминалистических классификационных систем, поскольку неоднозначное толкование признака, по которому проводится деление объема понятия, может поставить под сомнение научность построенной классификации.

Рассматривая третий этап построения классификаций П.Б. Куцонис ограничивает его мысленным разделением объектов на классы^. Думается, действия по построению классификации не следует ограничивать только мысленным делением объема понятия. На этом этапе также должна быть выбрана форма ее представления.

Прежде чем определить формы представления криминалистических классификаций, на наш взгляд, необходимо отметить информационный характер данных систем. Под информацией в криминалистической литературе понимается обозначение содержания, полученного из внешнего мира в процессе нашего приспособления к нему и приспосабливания к нему наших чувств^. Свойства, которыми характеризуется криминалистическая информационная система’^, присутствуют в классификационной системе в полном объеме. Обращаясь к ней, пользователь использует ее в целях получения сведений о сущности изучаемого им объекта. Более того, классификация, на наш взгляд, представляет собой разновидность информационной модели.

По мнению И.М.Лузгина, криминалистическая модель: - представляет собой определенную систему, созданную человеком или выбранную им из готовых объектов;

’ См.: Жеребкин В.И. Логика,- Харьков, 1968.-C.56. - См.: Куцонис П.Б. Указ. соч.-С.23.

^ См.: Колдин В.я.,Полевой И.С. Информационные процессы и структуры в криминалистике.- М.,1985.-С.31.

О свойствах криминалистической информационной системы см.: Полевой И.С. Криминалистическая кибернетика.- М.,1982.-С. 86.

  • воспроизводит признаки оригинала и поэтому используется для опосредованного познания оригинала, является промежуточным звеном между исследователем и оригиналом;
  • обеспечивает получение новой информации об оригинале’. Эти черты характерны и для построенной криминалистической классификационной системы.
  • Классификации являются абстрактными конструкциями, поскольку не носят материального характера. Это сказывается на формах их представления. Анализ литературы позволяет отметить, что построенные криминалистические классификационные системы внешне выражаются авторами в форме текста \ схем\ тaблиц^ что не противоречит теории криминалистического моделирования^.

На наш взгляд, при классификационных исследованиях того или иного криминалистического понятия можно комбинировать приведенные формы отражения классификаций. Так, дополнение выраженной в виде текста классификационной системы ее схематическим отображением придает наглядность приводимой классификации. Использование таблицы не только обеспечивает наглядность построенной классификационной системы, но и дает возможность характеризовать элементы, составляю- ^ щие данную систему, количеством входящих в каждый из них объектов,

все множество которых составляет объем разделенного понятия. Более

’ См.: Лузгии И.М. К вопросу о теории криминалистического моделирования// Актуальные проблемы советской криминалистики.- М.,1980.-С.50.

^ Такая форма отражения построенной классификационной системы используется большинством

авторов.

’ См., например, Порошин Г.Н., Щурии А.Г. Схемы по советской криминалистике. - Волгоград 1979.-С.46-47; Артамонов И.И., Порубов Н.И. Советская криминалистика. / Под ред. А.В. Дулова-Минск,1977.-C.48; Альбом схем по криминалистике. -М., 1989; Криминалистика/ Под ред.

А.Г.Филиппова.-М., 1998 и др.

См.: Гутерман М П. Зависимость способа сокрытия преступления от личности преступника //Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия преступлений,- М.,1987.-С. 32 и др.

’ См ? Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений.- М.,1981.-С.6; Степанен-

ко Д А Классификация средств знаково-символической деятельности, адаптированных к задачам кри- мниапигтического модеЛирования//Сибирские криминалистические чтения. Вып.2. -Иркутск, 1994.-С.8.

ТОГО, классификационная таблица позволяет прослеживать тенденции изменения количества объектов, входящих в каждый из элементов классификационной системы под воздействием различных условий.

Следует отметить, что зачастую при проведении научного исследования возникает необходимость комплексного рассмотрения различных классификационных систем одного и того же понятия. На наш взгляд, для решения такой задачи в криминалистике необходимо применять так называемую “идею конфигуратора”, предложенную В.А.Лефевром. Эта идея, по мнению данного автора, используется с целью увязать между собой различные представления об объекте и дать обоснование каждому из них как особому “срезу” рассмотрения объекта, для чего строится особая модель этого объекта - конфигуратор’. Представляется, что данная идея может использоваться как форма представления построенных классификационных систем в криминалистике. Она заключается в разработке определенной классификационной схемы, цель построения которой - увязать между собой различные системные представления об объекте изучения и дать обоснование каждого из них как особой плоскости рассмотрения криминалистического понятия. Такая классификационная схема (клас- сификационный конфигуратор), по нашему мнению, будет представлять собой совокупность двух и более классификационных систем, построенных в результате деления по различным основаниям одного и того же криминалистического понятия.

Основными требованиями к построению классификационного конфигуратора криминалистического понятия, по нашему мнению, являются:

  1. Соответствие каждой из составляющих конфигуратор классификационных систем логическим правилам деления объема понятия;

‘См.: Лефевр В. А. О способах представления объектов как систем// Тезисы докладов симпозиума “Логика научного исследования” и семинара логиков,-Киев,1962.-С. 25.

  1. Вхождение составляющего эту классификационную схему понятийного аппарата в общекриминалистическую систему понятий (язык

криминалистики).

Классификационный конфигуратор позволяет: во-первых, определять полноту существующих классификационных систем (на отсутствие необходимого элемента в классификации указывает невозможность отнесения к ней какого-либо объекта, который подпадает под другие классификации того же понятия); во-вторых, выбирать основания для новых классификационных построений; в- третьих, выявлять и снимать противоречия в уже разработанных классификационных системах.

Количество классификационных систем, составляющих конфигуратор, основания их построения выбираются с учетом целей и задач проводимого научного исследования.

Можно говорить и о практической полезности классификационного конфигуратора. На наш взгляд, его использование позволит наиболее точно описать конкретный предмет или явление, с которыми сталкиваются работники правоохранительных органов в процессе расследования преступлений. Предложенные в конфигураторе различные классификации одного и того же объекта позволяют подходить к описанию его конкретного

аналога с различных сторон.

В нормативно-правовых актах часто используется понятие

“классификатор”\ Между тем, такие классификаторы не являются формой представления классификационных систем, а производны от нее. Основное их назначение - унификация терминологического аппарата, исполь-

’ См ? Указ Президента РФ №2171 “ Об общеправовом классификаторе отраслей законодательства Российской Федерации” в редакции от 6 января 1997 г. // Собрание законодательства . 1997 №1; Приложение 2 “Классификатор оперативно- справочной, розыскной и криминалистическои информации ^томатнзированных поисковых систем “ к Приказу МВД РФ №400 от 31 августа 1993 г. “ О формировании и ведении централизованных оперативно-справочных, розыскных, криминалистических учетов, экс- пертно-криминалистических коллекций и картотек ОВД РФ” и др.

зуемого в определенного рода деятельности или сфере знаний, чаще всего в автоматизированной обработке информации.

Подводя итог сказанному, представляется целесообразным выделить следующие этапы построения криминалистических классификационных систем:

  1. Установление и уяснение информационных составляющих понятия, характеризующих существенные свойства объектов, а также определение их круга, достаточного для отличия этого понятия от любого другого.
  2. Определение задач классификации и выбор соответствующего классификационного основания.
  3. Проведение деления объема понятия и выбор формы ее представления.
  4. V-

Рассматривая виды криминалистической классификации, нам представляется необходимым, прежде всего, проанализировать понятия общей и частной классификационных систем, которые используют в классификационных исследованиях отдельные ученые-криминалисты. Так, В.А.Образцов, применительно к классификации понятия “следственная ситуация”, указывает в качестве общих классификации по признакам очередности ситуаций, связи ситуации с этапом расследования, а также классификации следственных ситуаций на проблемные и беспроблемные, благоприятные и неблагоприятные, конфликтные и бесконфликтные, простые и сложные, к частным, по его мнению, относятся классификации, которые возникают при расследовании тех или иных групп криминалистически сходных видов преступлений ‘. Таким образом, по сути, В.А.Образцов относит общие классификации следственных ситуаций к криминалистической тактике, в рамках которой рассматривается

См.: Образцов В.А. Криминалистика /Цикл лекций по новой программе/.- М., 1994.-С.60-65 .

теория следственной ситуации, а частные - к криминалистической методике. Р.С.Белкин относит к частным классификациям классификационные системы различных объектов, изучаемых криминалистической наукой (лиц, предметов, свойств и признаков и т.д.)’”.

Как нам представляется, понятия общей и частной классификации могут носить и несколько иной смысл. Общая классификация- это классификация, построенная в результате деления главного (родового) понятия по такому основанию (общему признаку), которое без видоизменения может быть использовано при делении объема любого соподчиненного понятия любой другой классификационной системы главного понятия. При этом связи, определяемые основанием деления, будут тождественны аналогичным связям в общей классификационной системе. В этом, на наш взгляд, и будет проявляться свойство общего (“общее” в словаре русского языка определяется как принадлежащее, свойственное всем, касающееся всех^). Частная же классификация- классификация, построенная по основанию, носящему частный, индивидуальный характер, которое не может быть использовано при делении объема любого из элементов иных классификационных систем главного (делимого) понятия.

В качестве примера общей классификации можно привести классификацию понятия “следственная ситуация” по ее связи с этапом расследования. Элементами такой классификационной системы будут следственные ситуации, возникающие на первоначальном, последующем и заключительном этапах расследования. Если применить то же классификационное основание к любому элементу другой классификационной системы понятия “следственная ситуация”, например, к понятию благоприятной следственной ситуации, то во вновь построенную классификационную систему будут входить благоприятные следст-

’ См.: Белкин Р.С. Общая теория советской криминалистики.-С.363-370. ‘ См.: Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Указ.соч.-С. 432.

венные ситуации, возникающие на первоначальном, последующем и заключительном этапах расследования.

А.Р.Белкин высказал мнение о том, что классификации в криминалистике могут быть простыми, сложными и составными. Простые классификации, по его мнению, это одноуровневые классификации, когда делимое понятие подразделяется на ряд подчиненных понятий. Сложные классификации многоуровневые, когда один или несколько членов одного уровня в свою очередь подразделяются на том же основании на члены второго уровня. Составная классификация представляет собой сложную систему классификаций, связанную между собой («классификационное древо»)’.

Анализируя позицию А.Р.Белкина, мы пришли к выводу о корреспондирующей связи между его делением и предложенным нами делением классификации на общие и частные. Так, простая классификация всегда будет частной, а сложная - общей. В составной классификационной системе могут присутствовать как частные, так и общие деления, причем последние будут выполнять связующую роль.

в криминалистической литературе нет единого мнения по вопросу об использовании в качестве классификационного основания существенных и несущественных признаков объекта. Так, Е.Н.Тихонов считает, что классификация может осуществляться только по существенному призна- ку^. Аналогичной позиции придерживается А.А.Хмыров^. По мнению П.Б.Куцониса, деление объема понятия может быть проведено как по существенным, так и несущественным признакам объекта’^. Следует заметить, что возможность использования несущественного признака объекта в качестве основания классификации отражена в справочной литературе и

’ См.: Белкин А.Р. Криминалистические классификации.-М.,2000.-С. 15-16.

“См.: Тихонов Е.Н. Системы классификаций как научно-теоретическая основа определения групповой принадлежности в криминалистике// Проблемы борьбы с преступностью. Вып.2.- Томск,1979.-С.92.

^ См.: Хмыров А.А. Косвенные доказательства. -М., 1979.- С.67. См.:Куцонис П.Б. Указ.соч.-С.22.

кладется в основу разделения классификаций на естественные (деление проводится по существенному признаку объекта) и искусственные (деление проводится по несущественному признаку), хотя не во всех источниках признается познавательное значение последних’.

Н.И. Кондаков дает следующие определения существенному и несущественному признаку классификации. Существенный признак - это признак, который необходимо принадлежит предмету при всех условиях, без которого данный предмет существовать не может и который выражает коренную природу предмета и тем самым отличает его от предметов I других родов и видов. Несущественный - признак, который может при

надлежать, а при некоторых условиях и не принадлежать предмету, но от этого данный предмет не перестает существовать как таковой”.

Однако, на наш взгляд, в таком своем определении не каждый существенный признак может являться основанием классификации. Для примера рассмотрим понятие “криминалистическая версия”, существенным признаком которой является ее обоснованность. Между тем, мы не можем использовать данный признак в качестве классификационного, поскольку необоснованной криминалистическая версия быть не может. Кроме того, в качестве классификационных оснований не могут применяться те сущест- венные признаки понятия, которые необходимо используются для определения его сущности (то есть без изменения присутствуют у каждого объекта из множества, составляющего объем понятия). Существенный признак, который может являться основанием классификации - это такой признак, который присутствует при любых условиях: во-первых, у определенной части из множества объектов, составляющего объем понятия (по такому признаку проводится дихотомическое деление); во-вторых, у

? См Большой энциклопедический словарь.?. 1.-м., 1991.-C.586; Горский Д.П.,Ивин А.А.,Никифоров А.П. Краткий словарь по логике.-М.,1991.-С.77; Философский словарь/ Под ред.

И.Т.Фролова.-М., 1986.-С.200 идр. г

  • Гм • Кондаков Н.И. Логический словарь- справочник.-М., 1975. -C.J87,578.

1

каждого из множества объектов, составляющего объем понятия, но в видоизмененной форме (деление по видоизменению признака).

Использование искусственной классификации в криминалистической науке нам представляется целесообразным и обоснованным. Проводя научное исследование, не всегда удается четко отделить существенное от несущественного, в особенности в области сложных и динамичных социальных объектов и явлений, в качестве примера можно привести использование искусственной классификации в описании внешности по методу словесного портрета’. Одним из признаков внешности являются волосы, которые на протяжении длительного времени классифицируются в криминалистике по цвету. Цвет волос - признак несущественный, поскольку волосы могут поседеть, быть перекрашены, однако от этого конкретный человек не становится другим, то есть данный признак характеризует определенное лицо лишь в некоторых временных условиях. Между тем, цвет волос, как один из элементов внешности, играет важную роль при поиске преступников, установлении личности неопознанных трупов, розыске без вести пропавших и т.д.

Наряду с указанными видами криминалистических классификационных систем можно различать классификации по категориальной характеристики заключенного в них знания. В общенаучной литературе по этому основанию классификации подразделяют на качественные и количественные^. Думается, это деление характерно и для криминалистических классификационных систем. Конечно, в криминалистической науке преобладают классификации качественные. Это деления, связанные с такими сторонами исследуемого объекта, как состав, структура,, условия и причины

’ См.: Аленин А.П.,Дубягин Ю.П.,Кузнецов А.А. Использование словесного портрета в розыскной деятельности ОВД.-Омск, 1996.-С. 16-17; Дубягин Ю.П. Руководство по розыску и расследованию неочевидных убийств.-М.,1997.-С.54; Снетков В.А. Словесный портрет//Сборник лекций по крими- налистике.-М.,1963.-С.137.

  • Гм Рп-іпня Г С Указ соч.-С.57 возникновения, этапы развития или использования и т.д. Количественные классификации встречаются реже и всегда зависимы от каких-либо величин. Так, например, количественной классификацией является деление огнестрельного оружия по длине ствола на короткоствольное (длина ствола до 150-160 мм), среднествольное (свыше 160 и до 550 мм) и длинно- ствольное (от 550 до 800 мм).

В криминалистике можно встретить и классификации одновременно зависимые и от качественных^ и от количественных сторон исследуемого объекта. Такие системы называют качественно-количественные. Примером такого деления служит габитоскопическая классификация роста человека. Согласно этого деления выделяется низкий, средний и высокий рост человека. Однако по качественной характеристике - полу - количественные показатели роста различаются. Так, если для мужчин низким признается рост до 160 см, то для женщин этот показатель на 10 см меньше.

В заключение хотелось бы отметить, что все расширяющиеся масштабы применения системных исследований в криминалистике обусловливают необходимость определить научные основы практического использования криминалистических систем в практической правоохранительной деятельности и обучении криминалистике.

§4. Научные основы использования разработанных криминалистической наукой систем в практической деятельности правоохранительных органов и обучении криминалистике

Задачи криминалистической систематики не ограничиваются систематизацией знания в различных областях криминалистики, созданием системных представлений о различных изучаемых этой наукой объектах и разработкой классификационных систем криминалистических понятий. Как и другие области общей теории криминалистики, система научных

знаний, объединенных в рассматриваемом разделе, имеет и важное практическое значение.

В практической деятельности по расследованию преступлений систематизация научных знаний не проводится. В этом ракурсе В.А. Штофф, исследовавший методологию научного познания, справедливо отметил, что “…выявление различных свойств, событий и других явлений внешнего мира как существенных признаков, на основании которых определенные факты объединяются и сравниваются с другими фактами, противопоставляются им, … означает использование ранее накопленных теоретических знаний, с помощью которых эта процедура осуществляется”’ . Таким образом, несмотря на то, что различного рода системные конструкции в криминалистике являются преимущественно результатом научных исследований, они активно применяются и апробируются в результате практической реализации криминалистических знаний и рекомендаций в ходе деятельности по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений.

Деятельность следователя в современных условиях большей частью осуществляется в осложненных рядом факторов условиях, в связи с чем возникает потребность в логически и системно выдержанных криминалистических рекомендациях, в формировании которых немалую роль играет криминалистическая систематика. Возможность практического использования разработанных криминалистической наукой систем определяет следующие задачи криминалистической систематики:

  • достижение простоты, доступности построенных систем, легкости восприятия и понимания ее практическими работниками органов следствия и дознания;
  • наиболее полное раскрытие информационных характеристик различных видов отражаемого объекта;
  • См.; Штофф В.А. Введение в методологию научного познания.-М. ,1972.-С.115.

  • обеспечение возможности многократного использования криминалистической системы;
  • обеспечение возможности массового тиражирования разработанных систем, в том числе с использованием компьютерной техники.
  • Кроме того, достаточная разработанность и высокая информативность многих криминалистических систем предполагает их активное использование в процессе практического познания. Криминалистические системы в целях достижения определенных законом целей и задачи, защиты прав и законных интересов применяются довольно широким кругом субъектов уголовного процесса. Так или иначе различные криминалистические системы используются в ходе как досудебного, так и судебного производства. Однако, учитывая, что одним из основных объектов криминалистического познания выступает деятельность по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений, следует уделить особое внимание научным основам использования криминалистических систем субъектами именно этой деятельности.

Познавательная форма практического использования криминалистических систем предполагает информирование широкого круга субъектов деятельности по раскрытию и расследованию преступлений* о сути и видах встречаемых в процессе этой деятельности явлений и процессов, и, прежде всего, преступной деятельности. Это способствует ярко выраженный системный характер преступной деятельности, как в целом, так и на уровне отдельных ее составляющих, возможность формирования ее типовой криминалистической характеристики^ моделей преступной деятельно

сти \

’ Подробнее о субъектах деятельности по раскрытию и расследованию преступлений см. в §1

главы 4.

^ Подробнее см. §1 главы 3.

^ Подробнее см. Типовые модели и алгоритмы криминалистического исследования/ Под пед.В.Я.Колдйна.-М.,1990.-С.28-46.

Кроме того, познавательный характер носит использование криминалистических систем в уяснении природы и сущности различных криминалистических объектов’, понятий и терминов, наиболее точного восприятия и применения криминалистических рекомендаций. Знание информации, отраженной в криминалистических системах, может способствовать процессу выдвижения версий и принятия решений в ходе расследования преступлений, помочь следователю в выборе, проблему которого он не всегда способен решить самостоятельно, наиболее подходящей в каждом конкретном случае рекомендации из всего их многообразия, разработанного криминалистической наукой. Причем круг решаемых таким образом практических задач довольно широк. Это и оценка сложившейся обстановки по делу, и познание сущности проводимых в ходе расследования по делу действий, и установление или прогнозирование их результатов и последствий.

В этой связи интересно мнение опрошенных нами сотрудников следствия и дознания, по мнению которых разработанные криминалистической наукой системы и классификации могут быть использованы практиками:

  • для уяснения сущности и механизма преступной деятельности, отдельных видов преступлений, которые выступают объектами их про- ^ фессиональной деятельности (таким образом ответили 91% респондентов);

для обеспечения единообразного применения в ходе раскрытия и расследования конкретных преступлений разрабатываемых криминалистической наукой рекомендаций по проведению расследования различных видов преступлений, отдельных следственных и иных процессуальных действий, мероприятий организационного характера (83%);

’ Например, познание следователем такого криминалистического объекта как электронное информационное поле значительно облегчается при его системном представлении с использованием соответствующих научных разработок (Подробнее см.: Головин А.Ю., Мусаева У.А. Электронное информационное поле как объект криминалистического исследования // Известия ТулГУ. Серия: «Современные проблемы законодательства России, юридических наук и правоохранительной деятельности». Вып.З.- Тула.2000.-С.142- 144).

В ходе всестороннего познания сложных, обладающих существенной новизной или редко встречаемых объектов и явлений, с которыми следователь может столкнуться в ходе раскрытия и расследования преступлений (78%);

  • для единообразного понимания и применения в следственной практике разработанных криминалистической наукой различных понятий и терминов (82%);
  • как структурные основы расследования конкретного преступления в целом, тактических операций, отдельных следственных и иных про- цессуальных действий, организационных мероприятий (84%);
  • в ходе постановки задач расследования, выдвижения версий и планирования их проверки, принятия решений по делу (84%).
  • Особое внимание, на наш взгляд, следует уделить проблемным вопросам, связанным с практическим использованием разработанных в науке классификаций. Эта проблема представляется важной, поскольку, как справедливо отмечается в общенаучной литературе, “практическая необходимость в классификации стимулирует развитие теоретических аспектов науки или техники, а создание классификации является качественным скачком в развитии знания”’. К сожалению, в современной криминалисти- ^ ческой литературе разрабатываемые классификационные системы далеко

не всегда описанием практических возможностей их использования. Это подтверждают и результаты проведенного нами опроса сотрудников след- ствия и дознания . Абсолютное большинство опрошенных (98%) отметили, что есть необходимость в разработке рекомендаций по использованию криминалистических классификаций в практической деятельности.

’ Большая Советская Энциклопедия. Т.12. Изд.З. -М.,1973.-С.269.

  • Было опрошено 300 следователей и дознавателей органов внутренних дел, прокуратуры и нало- ГОИПЙ ПППИПИИ R 6 пбпястях России

В криминалистической литературе неоднократно справедливо отмечалось, что классификационные системы различных криминалистических понятий находят свое применение в разных сферах процесса расследования. Например, классификации лиц применяются в процессе выдвижения версий по делу, розыске преступника, проведении следственных действий. Классификации предметов помогают определить доказательственное значение классифицированных объектов, их роль в системе доказательств, способствуют выяснению отдельных обстоятельств, подлежащих доказыванию, указывают на методы исследования объектов в целях извлечения содержащейся в них информации либо на пути их использования для собирания и исследования доказательств. Криминалистические классификации свойств и признаков служат либо целям розыска либо целям идентификации (или того и другого вместе), либо позволяют определить направление процесса доказывания и т.д.’

В криминалистической литературе обоснованно отмечается, что классификации создаются для криминалистических целей в результате проводимых соответствующих классификационных исследований с учетом конкретных задач, направленных на раскрытие, расследование и пре- дупреждение преступления^. В этой связи практическое использование криминалистических классификаций можно определить как классифицирование, направленное на решение определенных задач. Думается, что справедливо утверждение Р.С. Белкина о том, что «в криминалистической науке мы имеем дело с логическими классификациями, в практике борьбы с преступностью - с предметными классификациями, точнее с предметным классифицированием на основе научной или эмпирической классификации»^ .

’ См.: Белкин Р.С., Винберг А.И. Криминалистика и доказывание.-М.,1969.-С.53; Белкин А.Р. Криминалистические классификации.-М.,2000.

^ См.: Дубровин С.В. Криминалистическая диагностика.- М., 1989.-С.7. ^ Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. Т. 1 .-М., 1977.-С.269.

Итак, классификация как разновидность систематизации криминалистического научного знания в процессе раскрытия и расследования преступлений не проводится, а применяются уже разработанные криминалистикой классификационные системы. Практическое использование таких систем или, иными словами, классифицирование, на наш взгляд, представляет собой соотнесение признаков различных предметов или явлений в ходе расследования преступления с признаками, отраженными в любом из соподчиненных понятий, являющихся элементами криминалистических классификационных систем. Основная цель классифицирования - всесто- р роннее познание различных объектов и явлений, встречающихся в процес

се раскрытия и расследования преступлений. При этом хотелось бы особо отметить особенности и присутствующие в научной литературе дискуссионные моменты, связанные с криминалистическим классифицированием и его соотношением с установлением групповой принадлежности, идентификацией и диагностикой объектов.

В определенной степени эта дискуссия связана с неоднозначным определением задачи, решить которую и призвано практическое использование научной классификации. Отметим, что в научной литературе последних лет классификационные задачи представляются как самостоятельный элемент системы криминалистических задач. Помимо их в этой системе также выделяются идентификационные, диагностические, реституционные, прогностические и ретроспективные задачи. При этом под решением классификационной задачи понимается отнесение объекта к известному, общепринятому, стандартизированному’.

Не все ученые-криминалисты согласны с подобным подходом к систематизации криминалистических задач. В частности, А.Р.Белкин, по мнению которого «не всякая диагностика есть исключительно классификация,

’ См.;Толстухина Т.В. Влияние информационных технологий на развитие общей теории судебной экспертизы. -Тула,2000.- С.30,

НО зато всякое классифицирование охватывается понятием диагностики», полагает, что классификационные задачи представляют собой разновидность задач диагностических и поэтому не требуют выделения их в самостоятельный класс. Далее А.Р.Белкин пишет: «В самом деле: что означает установление природы вещества, пола исполнителя рукописи, типа папиллярного узора - как принадлежащих к определенному классу, но не механическое их причисление к последнему, а распознавание таковой их принадлежности, т.е. их диагностирование»’.

Однако, как представляется, тесная связь классифицирования с установлением групповой принадлежности и решением идентификационных задач не позволяет говорить о практическом применении криминалистических классификационных систем только как разновидности криминали- стического диагностирования. Так, например, Ю.Г.Корухов справедливо отмечает, что «характеристика формы, размеров, особенностей строения объекта это ничто иное, как выделение определенного класса, к которому принадлежит характеризуемый предмет. Таким образом, начав анализ с определения фактического состояния объекта (будь то непосредственное изучение или опосредованное восприятие), мы неизбежно подходим к решению вопросов, связанных с классификацией. Однако связь субстацио- нальная, в рамках которой осуществляется классификация объектов, вплотную примыкает к связи объемной, отражающей как сущность процесса именуемого в криминалистике «установление групповой принадлежности», так и индивидуальное отождествление объекта»^.

г

Таким образом, рассматривая соотношения классифицирования, установления групповой принадлежности, идентификации и диагностики объектов, можно с уверенностью говорить о несовпадении этих понятий.

’ Белкин А.р. Указ.соч.-С.15. - См.; Корухов Ю.Г. Указ.соч.-С.31.

Как справедливо отмечается в криминалистической литературе, порой в акте деятельности по установлению того или иного криминалистического объекта и его принадлежности к группе объектов исключается роль и значение научной классификации. В научной литературе встречается много примеров, когда гиперболизируется значение одного понятия- группировки и недооценивается значение другого - классификации. Группировки могут быть разными. Одни могут осуществляться, руководствуясь случайным представлением, другие - на основе каких-то элементов опытного характера, третьи - на основе научных классификации’.

На практике классифицирование и установление групповой принадлежности объекта могут как совпадать, так и не совпадать между собой. В этом аспекте Ю.Г.Корухов справедливо отметил, что «при установлении групповой принадлежности в рамках идентификационного исследования группа может быть определена произвольно, по любому основанию, с единственной целью - достичь ее максимального сужения. При этом группа, к которой относят объект, может быть как поименована заранее, так и не поименована»^.

В процессе сравнительного идентификационного исследования использование классификационных систем - одно из средств индивидуализации объектов. При этом, как справедливо отметил В.Я.Колдин, значение полученных выводов тем выше, чем больше они приближают исследователя к единичному искомому объему ^ . в тоже время, решение идентификационной задачи только путем классифицирования невозможно, так как нельзя осуществить конечную индивидуализацию конкретного объекта только на основе установления его классификационной принадлежности,

’ Видении В.И. Некоторые вопросы классификации, группировки и установления групповой принадлежности в теории и практике советской криминалистики // Вопросы борьбы с преступно- стью.Вып.21 .-М., 1974.-C.79.81.

  • Корухов Ю.Г. Указ. соч.-С. 13.

’ См.: Колдин В.Я. Судебная идентификация.- М.,2002.-С.258.

даже если использованы классификации объекта по различным основаниям.

Итак, представляется, что решение классификационной задачи может выступать конечной целью практического познания’, может предшествовать решению диагностических и идентификационных задач. Таким образом, выделение классификационных задач в самостоятельный вид криминалистических задач нам представляется обоснованным, а криминалистическое классифицирование можно рассматривать как самостоятельный элемент познавательной деятельности в процессе раскрытия и расследования преступлений.

В научной литературе в достаточной степени раскрыты основные черты использования классификационных систем при идентификации. В частности, В.Я.Колдин определяет следующие базисные положение использования классификационных методов в идентификационном исследовании:

  1. Специфика классификаций при идентификации определяется задачами установления минимальной группы объектов или объема вещества, позволяющих осуществить переход к единичному материальному объекту.
  2. t

  3. Целесообразна разработка специальных классификаций, приспособленных к задачам идентификации. В основу идентификационных классификаций могут быть положены только идентификационные признаки и свойства. При построении криминалистических идентификационных классификаций особое значение приобретает требование равномерности распределения классифицируемых объектов.
  4. Особенностью идентификационных исследований является использование Б целях индивидуализации объектов вспомогательных клас-
  5. ’ Например, ответ на вопрос: «Является ли предмет холодным оружием, и если является, то к какому виду холодного оружия относится?», представляет собой решение именно классификационной залами.

сификаций, то есть классификаций объектов, сопутствующих основному идентифицируемому объекту (например, при классификации систем огнестрельного оружия по следам на пулях и гильзах - классификации типов патронов).

  1. В целях индивидуализации объектов возможно использование классификаций объектов по различным основаниям’.

Решение идентификационных задач в ряде случаев для индивидуализации единичных материальных объектов (лиц, животных, предметов, участков местности и т.п.) в судебно-следственной практике предполагает использование естественно-научных и технических классификаций^. Однако следует учитывать, что такие классификации не являются элементом криминалистической систематики, в связи с чем при их практическом применении для решения задач идентификации должны учитываться особенности разработки таких систем в тех областях научного знания, которым эти классификационные системы принадлежат.

Заслуживают внимания и вопросы применения разработанных криминалистикой классификационных систем в процессе диагностирования криминалистических объектов.

Некоторыми учеными-криминалистами процесс криминалистического диагностирования фактически отождествляется с классифицированием, хотя при этом отмечается, что в процессе диагностического исследования из классификационных признаков используются только те, которые несут значимую информацию и сопоставимы с признаками диагностируемого объекта^ . Однако, на наш взгляд, более правильно рассматривать эти процессы как тесно взаимосвязанные, но не подменяющие друг друга. В частности, следует поддержать мнение Ю.Г.Корухова о том, что после уста-

’ См.: Колдин В.Я. Указ.соч.-С. 262-266. ^ См.: Колдин В.Я. Указ.соч.-С. 258. См.,напр., Дубровин С.В. Указ.соч.-С.21.

новления классификационной принадлежности объекта дальнейшая диагностика проводится с целью:

убедиться, что он в полной мере совпадает с классом по своим признакам (свойствам);

установить имеющиеся отличия в пределах допустимой ва- риационности;

выявить существенное изменение свойств конкретного объекта;

определить причину имеющихся изменений;

определить условия, в которых действовала данная причина’.

Таким образом, практическое применение разработанных в криминалистической науке классификаций в процессе криминалистической диагностики представляет собой исходный этап диагностирования.

В криминалистической литературе последних лет предприняты попытки формирования теории распознавания как криминалистической категории, носящей применительно к диагностике более широкий характер. Так, в работе «Курс криминалистики» под редакцией В.Е.Корноухова отмечено, что «теория распознавания отражает закономерности процесса отнесения отдельного объекта (следа), процесса к какому-либо звену классификационной системы на основе разработанной системы признаков с целью решения уголовно-правовых и тактических задач расследования»^.

Приведенная позиция и в вопросе необходимости выделения подобной теории, и Б вопросе отождествления распознавания и классифицирования представляется спорной. Как видно из представленной точки зрения в криминалистической теории распознавания фактически объединяются вопросы уголовно-правовой квалификации деяния, следственно-судебной и экспертной диагностики. Но если научные положения учения о кримина-

’ См.: Корухов Ю.Г. Указ. соч.-С.ЗЗ.

2 Курс криминалистики. Общая часть./ Под ред. В.Е.Корноухова.-М.,2000.-С.317.

листической диагностике прочно заняли свое место в системе общей теории криминалистической науки, то возможность отнесения в область криминалистики одного из ключевых разделов науки уголовного права, по меньшей мере, сомнительна. R этой связи вряд ли можно говорить о необходимости формирования подобной теории.

Думается, отсутствует необходимость и в выделении такого специального криминалистического термина как «распознавание». В «Словаре русского языка» это слово представлено как синоним слова «распознание» и определено как узнавание по каким-нибудь признакам, определение’. Таким образом, говоря о распознавании объекта, мы подразумеваем цель и классифицирования, и диагностирования.

Анализ сущности криминалистического классифицирования и криминалистического диагностирования, их соотношения приводит к выводу о необходимости практического использования разработанных криминалистической наукой систем в процессе:

распознавания криминальной ситуации, установления обстоятельств и механизма совершения преступления;

изучения личности преступников, иных участников досудебного производства;

распознавания и оценки сложившейся на определенный момент времени обстановки расследования;

f

  • оценки характера версий, решений и действий, принятых или произведенных иными лицами, ранее участвовавшими в расследовании.

Однако названными направлениями практическое использование разработанных криминалистикой систем не ограничивается. В частности, они могут применяться в процессе практического прогнозирования, под которым в криминалистической науке понимается предвидение особенно-

См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка.-М., 1985.-С.580.

стей криминалистической деятельности по расследованию и предупреждению конкретного преступления’. Такое предвидение обычно сопутствует версионной работе по делу и планированию расследования, моделированию дальнейшего развития следственной ситуации.

В процессе практического прогнозирования могут использоваться не только классификации, но и иные по своему характеру криминалистические системы. Например, как хорошо известно, существенные познавательные возможности в процессе раскрытия и расследования преступления предоставляет использование разработанных криминалистических характеристик отдельных видов преступной деятельности.

Важное практическое значение криминалистических систем проявляется и в их использовании как научной систематизирующей основы в процессе формирования различных информационных массивов (учетов, натурных коллекций, фотоархивов, видеотек и т.д.), автоматизированных информационно- поисковых систем, электронных средств поддержки принятия решений в процессе расследования преступлений.

Самостоятельным направлением практического применения разработанных наукой криминалистических систем выступает их эффективное и качественное использование в рамках обучения криминалистике. Несмотря на то, что закономерности педагогической деятельности не входят в предмет криминалистики и не влияют на разработку научных рекомендаций, обеспечение возможности использования разработанных криминалистической наукой систем в обучении и совершенствовании профессиональных знаний кадров правоохранительных органов играет важное значение. Это утверждение полностью соответствует требованиям, предъявляемым к подготовке современных юристов, в числе которых обладание хорошо развитой потребностью к логически выверенной познавательной деятельности и к творческой реализации задач в своей профессиональной деятельно-

См.; Криминалистика / Под ред. Н.П.Яблокова.-М.Л999.-118.

сти, умением сравнительно быстро адаптироваться в сложных ситуациях любой правоприменительной деятельности’.

Как справедливо отметил С.И.Цветков, содержание криминалистики “…неизбежно раскрывается через формы и методы обучения”^ . Системное представление криминалистических объектов - одно из направлений формирования у обучающегося знаний о них. Эти знания, сохраняясь в его памяти, различных справочных и иных пособиях, могут быть использованы в его дальнейшей практической деятельности.

Отраженные в учебной литературе криминалистические системы, ^ как правило, соответствуют научным аналогам. Мы полностью поддержи

ваем введение в учебную литературу и процесс преподавания систем, имеющих научную основу. Расщирение границ использования систем и системных методов в преподавании криминалистики (в том числе и в формировании учебного курса «Криминалистика») позволит лучше уяснять сущность исследуемых данной наукой объектов, обеспечит более эффективное претворение в жизнь предлагаемых наукой рекомендаций, окажет влияние на творческий подход к решению возникающих в ходе расследования задач.

Представляется, что используемая в процессе обучения научная система должна:

  • содержать четко определенные элементы, четко показывать связь между ними, соответствовать принципам системных исследований;
  • быть наглядной, представляться в наиболее приемлемой для обучения форме;
  • ’ См.:Яблоков И.П. О проблемах преподавания криминалистики и подготовки специалистов- криминалистов в юридических ВУЗах России в современных условиях // Вестник МГУ .Серия 11 «Пра- во».2000. №1.-С.55.

  • См.: Цветков С.И. Криминалистическая теория принятия тактических решении. Дисс…. докт.юрид.наук.- М.,1991 .-С.255.

  • содержать необходимые пояснения относительно возможности использования отраженной в ней информации об объектах, изучаемых криминалистикой, в практической деятельности по расследованию преступлений.

Еще одно требование к используемой в обучении криминалистике научной системе хотелось бы отметить особо. Это ее традиционность.

Традиционность используемой в обучении криминалистической системы предполагает широкое научное обсуждение разработанных учены- ми-криминалистами систем, их признание научной общественностью, ис- пользование в процессе преподавания криминалистики в большинстве ВУ- I Зов страны. Принципиальное значение приобретает традиционность

таких структурных образований как система криминалистики в целом и основных ее разделов как основы для формирования учебного курса криминалистики.

В последние годы появился ряд учебников и учебных пособий, в основе которых лежат представления о системе криминалистики, значительно отличающиеся от ее четырехэлементной концепции’. Далее мы более подробно остановимся на проблемах системного устройства криминалистической науки, в том числе и новые взгляды на ее структуру^ . Однако, следует отметить, что даже при несогласии с традиционными взглядами на систему криминалистической науки, вряд ли можно на основе новых и, к сожалению, во многом дискуссионных представлений отдельных авторов о структуре и основных понятиях науки строить новый учебный курс криминалистики. Думается, прав Н.П.Яблоков, отметивший, что не следует путать учебный курс криминалистики с курсом криминалистики моно-

’ См.: Криминалистика / Под ред. В.А.Образцова.-М., 1997; Курс криминалистики .Общая часть./ Под ред. В.Е.Корноухова.- М.,2000; КриминалистикаУ Под ред. А.Г.Филиппова.-М.,2000. ‘ См. §2 главы 2.

графического характера, не претендующего на признание его учебным курсом и являющегося по сути теоретическим трудом’.

Проблемы использования системных представлений в обучении криминалистике присутствуют и при преподавании разделов науки и даже отдельных тем. Например, в современной научной литературе получила отражение точка зрения, согласно которой следует упрощать частные криминалистические методики и, прежде всего, криминалистические характеристики отдельных видов преступлений. Необходимость подобного упрощения обосновывается появившимися в последние годы критически- ^ ми взглядами на криминалистическую характеристику преступлений и не

обходимостью ее замены перечнем обстоятельств, подлежащих доказыванию, и перечнем наиболее распространенных способов совершения и сокрытия преступлений этого вида^.

В дальнейшем нами еще будут более подробно проанализированы критические взгляды на сущность и содержание криминалистической характеристики, однако, думается, что наличие новых взглядов или научных дискуссий по поводу этого понятия или иных криминалистических категорий и понятий еще не является основанием для их исключения из системы учебного курса.

Итак, возможность и значимость практического использования и применения в обучении криминалистике различных криминалистических систем ставит перед наукой задачи по проведению различных исследова- ний и представлению их результатов на основе принципов и иных теоретических положений криминалистической систематики, подчеркивает

’ См.: Яблоков Н.П. Указ.соч.-С.58.

^ См.: Шадрин О.В. Проблемные вопросы преподавания методики расследования новых составов преступлений и пути их решения// Известия ТулГУ. Серия: «Современные проблемы законодательства России, юридических наук и правоохранительной деятельности». Вып.6.-Тула,2002.-С.99; Информационный бюллетень XXIV Криминалистических чтений.-М.,1998.-С.З-8.

важное научное значение этого раздела именно как элемента общей теории криминалистики.

В заключение главы хотелось бы отметить, что применение научных положений криминалистической систематики к различным областям криминалистического научного знания позволяет выявить и устранить актуальные вопросы, сопутствующие системному представлению как криминалистики в целом, так и отдельных объектов ее познания (преступная деятельность и деятельность по ее раскрытию, расследованию и преду- преждению). Ряд таких вопросов будет рассмотрен далее.

Глава 2. История развития и современные проблемы системного и понятийно-терминологического устройства криминалистической науки

§1. Исторические аспекты развития системы криминалистики

Системность науки и средств ее фиксации, формирования и выражения являются ключевыми признаками любой отрасли научного знания. Структурой высшего уровня в любой науке выступает ее система. Не является исключением и криминалистика.

На протяжении всей истории криминалистики взгляды на ее систему неоднократно менялись под воздействием различных факторов как объективных, так и субъективно- идеологических.

і

Впервые термин «система криминалистики» упомянул один из пионеров криминалистики Г.Гросс. В ее структуре он выделял учение о выявлении и использовании вещественных доказательств, изучение отдельных видов преступлений, а также вопросы, касающиеся быта преступников (изучение воровского жаргона, суеверий и пр.)’.

Уже в послереволюционные годы (1925 год) попытку определения криминалистики и ее системы предпринял И.Н.Якимов. Он писал: «Криминалистика имеет своим предметом изучение наиболее целесообразных способов и приемов применения методов естественных, медицинских и технических наук к расследованию преступлений и изучению физической и моральной личности преступника, а своей целью ставит помощь правосудию в раскрытии материальной истины в уголовном деле»^. При этом И.Н.Якимов делил криминалистику на три части: уголовную технику, уго-

’ Гросс Г. Руководство для следователей как система криминалистики.-СПб.,1908. - Якимов И.И. Криминалистика: Руководство по уголовной технике и тактике.-М.,1925.-С.З.

ловную тактику и методологию (общие приемы) расследования, что было

значительным шагом вперед.

Например, в разделе «Уголовная тактика», И.Н.Якимовым рассматривались способы общения среди преступников, их поведение до и после совершения преступления, особенности розыска и задержания преступников, а также производства некоторых следственных действий (обыска и допроса). В методологии расследования выделялись три группы приемов, направленных на установление вещественного состава преступления, со- бирание и оценку улик, обследование предполагаемого виновника преступления.

Свой вклад в развитие системы криминалистики внес и другой известный отечественный ученый-криминалист В.И. Громов. В частности, им был введен в науку термин «методика расследования преступлений», используемый в настоящее время для обозначения одного из разделов криминалистики. В.И.Громов писал: «…уголовно-судебная практика и опыт прошлого дают возможность сделать обещающие практические выводы о доступных для каждого человека, имеющего некоторую подготовку, методах работы, использование которых может облегчить работу по расследованию преступлений каждому среднему работнику, без отношения к его личным индивидуальным качествам и способностям… Такие выводы, содержащие практические указания или проверенные на опыте правила, относящиеся к наиболее рациональному использованию всех допустимых законом методов работы в процессе расследования преступлений, изложенные в определенной системе, естественно, могут облегчить работу по расследованию преступлений. Едва ли нужно доказывать то значение, которое может иметь для работников милиции и уголовного розыска зна- ниє тех элементарных сведений, которые я подвожу под общее наименование «методики расследования»’.

Идеи И.Н.Якимова и В.И.Громова получили дальнейшее развитие в науке. Так, в учебнике «Криминалистика» 1935 года под редакцией А.Я.Вышинского различались три части криминалистики:

  • уголовная техника, изучавшая способы применения естественных наук (физики, химии, биологии и т.д.) к расследованию преступлений;
  • уголовная тактика, изучавшая, с одной стороны, наилучшие приемы для проведения отдельных следственных действий (допросов, осмотров, обысков и т.д.), а с другой, - наиболее целесообразное взаимное расположение этих действий, систему и планирование процесса расследования;
  • частная методика, изучавшая те специфические особенности, которыми отличается расследование отдельных видов преступлений, те приемы, которые на основе общих правил уголовной тактики и техники подлежат применению, исходя из особенностей данного вида преступлений^.
  • К сожалению, в конце тридцатых годов XX столетия только начавшая развиваться в структурном отношении криминалистика попала под идеологический пресс того времени. Главным критиком трехэлементной (и весьма прогрессивной на тот момент времени - А.Г.) структуры криминалистики выступил в 1938 году Б.М.Шавер”\ «Поскольку, - писал он, - следствие представляет единое, неразрывное целое, в котором нет деления на тактические и технические действия и способы получения и использования доказательств, наука криминалистика, отражая объективный ход следствия не может делиться на тактику и технику…». В частности, Б.М.Шавер отметил недопустимость раздельного изучения научно-

’ Цит. по работе: Белкин Р.С. Курс криминалистики в 3 т.Т.1.-М.,1997.-С.384. “ См.: Криминалистика/ Под ред.А.Я.Вышинского.Кн. 1.- М., 1935.-С.6-7.

’ См.: Шавер Б.М. Предмет и метод советской криминалистики // Социалистическая законность. 1938,№6.- С. 82.

технических и тактических приемов производства отдельных следственных действий, поскольку такое разделение вытекает «из попытки разграничить доказательства, исходя из источников их получения, на доказательства, извлекаемые при помощи исследования вещей, и доказательства, получаемые при помощи людей…». Свои выводы Б.М.Шавер во многом аргументировал недопустимостью деления «советской криминалистики» на технику и тактику, поскольку подобное деление существовало и в «буржуазной криминалистике». Более того, вопросы тактически целесообразного производства следственных действий были отнесены Б.М.Шавером к области уголовного процесса, вследствие чего, как впоследствии отметил А.Н.Васильев, более 20 лет с момента появления данной статьи, тактическая сторона производства следственных действий практически не разрабатывалась’.

Общий вывод, сделанный Б.М.Шавером, заключался в том, что курс криминалистики должен состоять из общей и особенной частей. К общей он предложил отнести предмет, метод, историю криминалистики, вопросы криминалистической техники, использование данных психологии в процессе допроса и методику построения версий, а к особенной - применение основных принципов криминалистики к расследованию отдельных видов преступлений и методику их расследования.

Отметим, что по принципу «общая часть - особенная часть» были построены все послевоенные учебники криминалистики начала 50-х го- дов^

Важной, фактически переломной вехой в развитии системы криминалистики стала научная дискуссия, состоявшаяся на заседаниях Совета

’ См.: Васильев А.И. Следственная тактика и ее место в советском криминалистике// Советская криминалистика на службе следствия.Вып. 15.-М., 1961.-С.22.

f

f-

-См.: Криминалистика /Под ред. А.И.Винберга и С.П.Митричева.Ч.1 .-М.,1950; Криминалистика/ Под ред. С.П.Митричева и П.И.Тарасова-Родионова. 4.2. -М., 1952; Винберг А.И., Шавер Б.М. Криминалистика, учебник для юридических школ.-М.,1950.

Всесоюзного научно-исследовательского института криминалистики Прокуратуры СССР в 1955 году. Ряд докладчиков (А.Н.Васильев, А.И.Винберг, М.С.Строгович, С.А.Голунский, Б.И.Шевченко) выступили с критикой двухэлементной системы криминалистики (общая - особенная части).

Так, например, А.Н. Васильев писал, что «накапливание материалов следственной практики, их теоретическое обобщение и разработка научных методов расследования происходит в настоящее время в криминалистике в разрезе трех ее разделов - трех групп вопросов: 1) применение научно-технических средств к расследованию преступлений (криминалистическая техника), 2) методики расследования отдельных видов преступлений (так называемая частная методика),3)тактики отдельных следственных действий»’. А.Н. Васильев отметил также и другую особенность невозможности деления криминалистики на общую и особенную части, заключающуюся в том, что из полученной структуры неизбежно выпадают некоторые важные теоретические вопросы (на тот момент назы- вались использование данных психологии в процессе допроса, методика построения версий расследуемых преступлений)^.

А.И.Винбергом было высказано мнение о том, что система криминалистики должна включать в себя следующие разделы:

  • введение в эту науку, в котором должно быть сказано о предмете, методе и системе науки. В этот раздел, по мнению автора, должны были также войти история развития криминалистики, изложение основных принципов и понятий криминалистической техники, криминалистической тактики и основ методики расследования отдельных видов преступлений, основы исследования вещественных доказательств;

’ Васильев А.Н. О тактике следствия // Советская криминалистика на службе следствия. Вып.7.- М.,1956. - С.136.

^ Там же. -С. 142.

  • криминалистическая техника, имеющая свою теоретическую часть в виде учения о криминалистической идентификации;
  • криминалистическая тактика, имеющая своим ядром учение о следственной версии и излагающая применение техники и тактики при проведении различных следственных и розыскных действий;
  • методика расследования, содержащая общие вопросы планирования и методики расследования отдельных видов преступлений’.
  • Позиция А.И.Винберга получила отражение в учебнике «Криминалистика» 1959 года^.

Характеризуя учебники начала 50-х годов, построенные по системе «общая - особенная части», А.И.Винберг также отметил, что большинство научных сведений разбросано по различным главам этих учебников без достаточной системы. Удивительно, но этот тезис полувековой давности можно со всей обоснованностью применить к структуре и некоторых современных учебников.

Анализируя позицию А.И.Винберга, М.С. Строгович отметил, что возврат к многоэлементной системе криминалистики закономерен и объективен. «Таким образом, - писал он,- возвращаемся к тому, что уже было. Круг замкнулся»^.

к

В криминалистической литературе середины 50-х - 60-х годов XX столетия высказывались и иные взгляды на систему криминалистики. Так, в 1955 году Б.И.Шевченко, рассматривая криминалистику как тактику расследования преступлений, предложил свой взгляд на систему этой науки. Криминалистика, по его мнению, должна была содержать такие разделы как «общая тактика», «криминалистическая техника» «тактика следствен-

’ Винберг А.И. О сущности криминалистической техники и криминалистической экспертизы// Советское государство и право. 1955,№8.-С.82-88.

” Криминалистика./ Под ред. А.И.Винберга. -М., 1959.- С. 19-20.

^ Вопросы системы советской криминалистики и место в ней следственной тактики // Советская криминалистика на службе следствия. Вып.7.-М.,1956.- С. 157.

Г”

ных действий» и «тактика расследования отдельных видов преступлений». Кроме этих главных разделов должен был иметься вводный раздел о предмете, методе и системе криминалистики, ее истории и пр.»’.

Г.Н.Александров в том же 1955 году высказал мнение, что систему криминалистики следует строить путем творческого приспособления к нуждам криминалистики системы военной науки. В криминалистике, по мысли Г.Н.Александрова, «стратегическое значение» играла следственная версия, а также планирование расследования. «В системе криминалистики должен быть самостоятельный раздел - следственная версия и планирование расследования, который должен возглавить эту систему, дать ей определенное направление. Второй самостоятельный раздел криминалистики - это методика расследования. Применяя тактические и технические приемы, методика обеспечивает выполнение тех замыслов, которые содержатся в следственной версии и плане расследования… Тактика должна разраба- тывать производство отдельных следственных действий, она должна быть третьим разделом в криминалистике… Четвертый раздел криминалистики - техника, играющая подчиненную роль»^.

к

Идею об основополагающем значении построения следственных версий для формирования системы криминалистики высказал также А.А.Пионтковский^, а С.А.Голунский предложил рассматривать их как теоретическую основу криминалистической тактики’*. Следственные версии и планирование расследования назывались некоторыми учеными в качестве самостоятельного раздела криминалистики и в последующие годы^

I

’ ’ Вопросы системы советской криминалистики и место в ней следственной тактики // Советская

криминалистика на службе следствия. Вып.7.- М.Л 956. С. 158. -Там же.-С. 159.

^ Вопросы системы советской криминалистики и место в ней следственной тактики // Советская I криминалистика на службе следствия. Вып.7.-М., 1956.- С. 158.

” Там же.-С. 161.

’ См ? Терзиев И.В. К вопросу о системе науки советской криминалистики // Правоведе- ! иие.19би№1.-С.153.

В 1956 году с предложением о выделении тактики следствия как самостоятельного раздела криминалистической науки выступили В.П.Колмаков и А.Н.Колесниченко’. К ее предмету авторами были отнесе

ны:

  • методы избрания правильного направления расследования, конструирования и плановую проверку версий, определение наиболее целесообразной последовательности применения следственных и оперативно-
  • розыскных мероприятий;

  • приемы и методы проведения следственных действий и оператив- I но- розыскных мероприятий, а также применение научно-технических
  • приемов и средств;

  • организация следственной работы и воспитание личных качеств
  • следователя, необходимых в его деятельности.

Позиция В.П.Колмакова и А.Н.Колесниченко оказала существенное влияние не только на формирование системы криминалистики, но и на структурное устройство таких ее разделов как криминалистическая тактика и методика расследования отдельных видов преступлений.

Свой взгляд на систему криминалистики обозначил и С.П.Митричев, предложивший в 1959 году следующую систему курса криминалистики: техника и тактика; криминалистическая экспертиза; методика расследования отдельных видов преступлений^ В последующем, правда, подобная концепция автором больше не высказывалась.

Несмотря на различие в позициях, общим итогом научной дискуссии середины 50-х - начала 60-х годов XX столетия по структурному устройству криминалистики явился практически полный отход от двухэлементной системы науки. Наибольшее распространение получила трехэлемент-

Тезисы докладов на научной конференции по работам, выполненным в 1955 г. Харьковский

юридический институт. - Харьков.,1956.-С. 10-11.

’ Митричев С П. Преподавание криминалистики в юридических вузах// Социалистическая законность,1959,№1 .

1 ная система (криминалистическая техника, криминалистическая тактика и методика расследования отдельных видов преступлений), трансформировавшаяся в связи с активным развитием в последующие годы общей теории криминалистики в четырехэлементную систему науки.

§2. Современная система криминалистической науки, ее критика и тенденции развития’

Для существования и функционирования любой области научного || знания необходим единый унифицированный объем понятий, описываю

щий системные процессы, и унифицированное определение системы выс- щего, наиболее абстрактного уровня знаний - системы науки. Понятие системы науки выступает базовым понятием структурного каркаса науки.

Как отмечается в науковедческой литературе, на современном уровне развития системных исследований каждая частная наука, как естественная или техническая, так и гуманитарная, применяет системный подход в соответствии со спецификой изучаемых ею явлений, конкретных объектов и возможностями своего категориального аппарата . Таким образом, можно говорить о том, что специфика систематизации знаний в конкретных областях науки обусловливается, прежде всего, их предметом. Более того, систематизацию знаний, полученных в результате познания наукой своего предмета в форме, наиболее доступной для их использования, следует рассматривать как одну из основных задач науки.

Основными объектами систематизации в криминалистике должны выступать знания, полученные в результате изучения преступной деятель-

’ Отдельные положения настоящего параграфа были опубликованы в совместной работе: Головин А.Ю., Яблоков И.П. Система криминалистики: наступил ли ее кризис// Вестник МГУ. Серия: «Право». Вып.6.-М.,2002.

  • См.: Самбуров Э.А. Диалектика основных категорий системного анализа// Методологические проблемы конкретных наук. - Новосибирск,1984. -С.71.

ности как в целом (на базовом уровне), так и ее отдельных видов, механизма образования криминалистически значимой информации, а также совокупность разработанных на основе полученных знаний рекомендаций по выявлению, раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений.

Построенная на основе этого правила система криминалистики включает в себя четыре элемента:

  • общую теорию криминалистики’;
  • криминалистическую технику;
  • криминалистическую тактику;
  • методику расследования отдельных видов преступлений (криминалистическую методику).
  • Как справедливо отметил Р.С. Белкин, первый из приведенных элементов криминалистики «…и есть выявленный во всей полноте результат познания криминалистикой своего предмета, три остальных элемента системы - результат использования полученного знания»^. Свою точку зрения Р.С.Белкин доказал и с позиций системного подхода, отметив, что:

  • указанная система криминалистики противостоит среде как единое целое, поскольку представляет собой единую науку, однородную по своей природе и социальной функции;
  • свойства и функции каждого элемента системы криминалистики взаимоопределены свойствами и функциями всей системы в целом;
  • все элементы данной системы неразрывно связаны друг с другом и, как показывает развитие криминалистики, не могут быть от нее (системы) произвольно отделены;
  • в современной научной и учебной литературе первый раздел криминалистики иногда называется «теоретическими и методологическими основами криминалистики», а также «введением в криминалистику». Второй термин, на наш взгляд, может быть использован для обозначения раздела учебного курса «Криминалистика», но не раздела науки.

I

^ Белкин Р.С. Курс криминалистики.Т.1.-С.390.

  • каждый из элементов системы в свою очередь может рассматриваться как нечто сложное, как подсистема, причем подсистемы состоят из элементов и образуют своеобразные множества, а изменение состояния любой из подсистем приводит к изменению состояния других подсистем и в конечном счете к изменению состояния всей системы в целом’.

Структурная обоснованность четырехэлементной системы криминалистики отмечалась и другими учеными. Так, Е.И. Зуев писал, что система криминалистики состоит из относительно самостоятельных разделов, объ- единенных общей теорией и тесным взаимодействием^. ^ О.Я.Баев высказал точку зрения, что наука криминалистика пред

ставляет собой сложную, динамическую, открытую систему. «Это замысловатое выражение,- пишет он,- на языке теории систем означает, во- [ первых, что криминалистика состоит из нескольких взаимосвязанных и

взаимообусловленных подсистем; во-вторых, что она активно и поступательно развивается, реагируя на изменения криминальной и криминалистической практики; в-третьих, что она открыта для включения в нее новых направлений, средств, приемов и методов, основанных на познании вновь открываемых закономерностей движения уголовно-релевантной информации и результатов их проявлений»^

Соглашаясь с мнением О.Я.Баева, подчеркнем, что система криминалистики не должна быть замкнутой. Замкнутость исключает возможность развития самой системы, делает невозможным пополнение системы новыми структурными элементами, понятиями и категориями.

Итак, систему криминалистической науки можно определить как криминалистическую понятийную систему высшего уровня, каждое из понятий которой обозначает один из ключевых взаимосвязанных и взаимо-

  • См ? Криминалистика (актуальные проблемы). /Под ред. Е.И.Зуева. -М.,1988.-С.15. ^ Баев О.Я. Введение в курс криминалистики // Воронежские криминалистические чтения. Вып. 1 .-Воронеж,2000.-C.26,

обуславливаемых разделов данного научного знания. При этом каждый из разделов в свою очередь представляет собой сложное образование, систему понятий. Как было справедливо отмечено в криминалистической литературе, система науки - внешнее проявление ее содержания’.

Особое значение на современном этапе развития криминалистики приобретает решение проблем, связанных с определением структуры первого раздела криминалистической науки - ее общей теории. Общая теория криминалистики представляет собой систему ее теоретических концепций, методологических принципов и понятий. Ее содержание отражает совре- менный уровень познания предмета криминалистики.

В последние годы в юридической литературе появились утверждения некоторых ученых (С.В.Лаврухин) о том, что концепция общей теории криминалистики до сих пор не выработана, поскольку «отсутствует единый подход к формированию теории (не определены ее эталонные признаки); явно недостаточно исследованы узловые проблемы объектов, природы и предмета науки; слабо осуществляется внутринаучный перенос знаний^. Данная точка зрения представляется спорной.

В криминалистической научной литературе эталонные признаки и концепции общей теории криминалистики приводились неоднократно^. Другое дело, что в последние годы появилась критика четырехэлементно- го структурного устройства криминалистики, что, однако, еще не означает кризис системы науки.

Что же касается «слабого», по мнению С.В.Лаврухина, внутринауч- ного переноса знаний, то, как нам представляется, опять же в последние

’ См.: Степанов В.В. О системе советской криминалистики // Теория и практика криминалистики и судебной экспертизы. Вып.4. -Саратов,1982.-С.4.

  • См.; Лаврухин С.В. Система криминалистики// Государство и право. 1999,№8.-С.31-36.

’ См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики. В Зт.Т. 1 .-М., 1997; Васильев А.Н., Яблоков Н.П. Предмет система и теоретические основы криминалистики.-М.,1984; Кирсанов З.И. Система общей теории криминалистики.- М.,1992; Эксархопуло А.А. Основы криминалистической теории.-СПб., 1992 и др.

годы он принял такие размеры и формы, что ставит под угрозу всю системность криминалистики.

Конечно, дискуссия о системе общей теории криминалистики ведется и Б этом нет ничего удивительного, поскольку, как справедливо отметил Н.П.ЯблокоБ, структура этой части криминалистики - «одна из наиболее

подвижных»’.

в современной криминалистической литературе обозначены несколько подходов к определению ключевых элементов общей теории криминалистики^. Так, по мнению А.А.Эксархопуло, общетеоретическая часть криминалистики должна включать в себя те теории и учения, в которых раскрываются закономерности познаваемых данной наукой явлений объективной действительности - «закономерности развития самой науки кри- миналистики (науковедческая ее часть); закономерности, наблюдаемые в механизме соверщения преступления, в том числе закономерности возникновения информации о преступлении; закономерности деятельности правоохранительных органов, направленной на познание события преступления, установление истины по уголовному делу и предотвращение пре- ступлений»”\

Н.П.Яблоков предлагает выделять в структуре общей теории криминалистики следующие элементы:

«комплекс науковедческих предложений (представление об объекте и предмете познания, задачах, законах развития, связях с родственными и иными науками, их роли в формировании отдельных положений в криминалистике и т.д.);

’ Яблоков И.П. Кримииапистака.-М.,2000.-С.7.

  • Приведены современные точки зрения ученых-криминалистов, придерживающихся взглядов

на систему криминалистики как четырехэлементную структуру.

^ Эксархопуло А.А. Науковедческие основы криминалистики// Криминалистика. Под ред. Т.А.Седовой и А.А.Эксархопуло.-СПб.,2001.- С.23.

Ill

теоретические положения, раскрывающие информационные и ситуационные основы расследования и суть криминалистической характеристики преступлений;

методологические основы и методы криминалистики и криминалистической деятельности;

теоретические основы криминалистической идентификации, криминалистического моделирования, криминалистического версионного мышления, планово-организационного обеспечения криминалистической деятельности, криминалистической профилактики, прогнозирования и диагностики»’.

По мнению Р.С.Белкина, общая теория криминалистики включает в

себя:

  • введение в общую теорию криминалистики;
  • частные криминалистические теории (учения);
  • учение о методах криминалистики;
  • учение о языке криминалистики;
  • криминалистическую систематику^.
  • Данные точки зрения выделены нами не случайно. Во всех приведенных концепциях общей теории криминалистики обоснованно рассматриваются в качестве самостоятельного структурного элемента частные криминалистические теории (учения). А.А.Эксархопуло справедливо обращает внимание на необходимость группировки частных криминалисти- ческих теорий применительно к различным сторонам объекта познания современной криминалистики. Н.П.Яблоков обоснованно указывает на необходимость выделения в общей теории криминалистики самостоятельным элементом методологических основ криминалистической науки.

’ Яблоков И.О. Указ.соч.-С.7.

’ См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.Т. 1 .-С. 56-61; Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Криминалистика./ Под ред. Р.С.Белкина.- М., 1999.-С.42-43.

Р.С.Белкин удачно выделяет элементы, которые структурно входят в методологические основы криминалистики (методы криминалистики, учение о языке криминалистике, теоретические основы криминалистической систематики).

По мнению С.И.Коновалова, на сегодняшний день присутствует объективная необходимость и целесообразность применения обобщающих процедур в построении теории каждой конкретной науки. «Современное состояние теории криминалистики также предполагает проведение упорядоченного обобщения»’. Эта точка зрения представляется обоснованной.

Обобщая приведенные концепции общей теории криминалистики, иные взгляды и точки зрения по этому вопросу, а также результаты их анализа^, мы пришли к выводу о том, что наиболее приемлемой является следующая структура данного раздела криминалистической науки:

  • науковедческие основы криминалистики;
  • методологические основы криминалистики;
  • система частных криминалистических теорий (учений).
  • Науковедческие основы криминалистики содержат положения,

формирующие представление о предмете и объекте познания криминалистики, ее задачах, принципах, законах развития и месте в системе научного знания. Думается, что в этой части общей теории криминалистики следует рассматривать исторические аспекты развития криминалистического научного знания^.

’ Коновалов С.И. Теоретико-методологические проблемы криминалистики.-Ростов-на- Дону,2001.-С.23.

^ Анализ взглядов ученых-криминалистов на структуру общей теории криминалистики, отраженных в криминалистической литературе до середины 90-х годов XX столетия, произвел Р.С.Белкин (См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.Т. 1 .-С.56-67).

^ Р.С.Белкиным была высказана позиция, что история криминалистики не входит в содержание науки и не должна включаться в ее систему. Это - часть содержания курса криминалистики (См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.Т.1.-С.392). Действительно, история науки как сведения о различных датах, фактах, ученых- криминалистах, создании учебных, научно-исследовательских и экспертных учреждений - это необходимый элемент профессиональной подготовки будущего специалиста и, соответственно, часть учебного курса криминалистики. Если же подходить к истории криминалистики с позиций научного развития ее основных категорий, понятий, принципов, задач, методов, систем, то это, несомненно, элемент обшей теории науки.

из

Методологические основы криминалистики включают положения, формирующие представления о методах криминалистической науки, учении о языке (понятийно-терминологической системе) криминалистике и учения о криминалистической систематике.

Методы криминалистической науки, иногда называются в криминалистической литературе методологией в узком смысле этого понятия’, в системе методов криминалистики выделяются:

  • всеобщий метод научного познания (метод материалистической диалектики);
  • Р - общенаучные методы, то есть методы, используемые во многих об

ластях научного знания (формально-логические (анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия и др.) и чувственно-рациональные (наблюдение, сравнение, описание, измерение, эксперимент, моделирование и т.д.));

  • частнонаучные методы, разработанные и применяемые в отдельных науках, заимствованные криминалистикой и приспособленные без серьезного преобразования для рещения стоящих перед криминалистикой задач (химические, физические, биологические, социологические, кибернетические и др.);
  • специальные (собственно криминалистические) методы, разработанные в криминалистике.
  • Учение о языке (понятийно-терминологической системе) криминалистики. Решение проблемы целостности знания предполагает обнаружение всевозможных форм контактов между различными сферами науки, выявление действительной основы, на которой возникает обмен методами исследовательской деятельности и ее результатами. Одной из таких форм выступает понятийно- терминологическое определение различных теоретических конструкций, составляющих содержание научного знания.

См.: Аверьянова Т.Н., Белкин Р.С.,Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Указ.соч.- С.42.

Исследование проблем языка науки способствует усилению процесса теоретизации науки и потому не только обеспечивает единство различных способов отображения анализируемых объектов, создавая некие универсальные приемы исследования, но и повышает степень упорядоченности производимой информации, а значит и целостность систем знания.

Криминалистика как любая другая область научного знания имеет собственный язык, основным предназначением которого выступает придание большой точности и однозначности употребляемым специальным терминам’.

Учение о криминалистической систематике, которая, как уже отмечалось ранее, выступает самостоятельной структурной частью общей теории криминалистики.

Система частных криминалистических теорий (учений) является неотъемлемым структурным элементом общей теории криминалистической науки. Отечественный ученый-науковед В.А. Штофф отметил, что наука как знание представляет собой систему или системы теорий. Лишь будучи системой теорий, наука способна объяснять многочисленные явле- ния и связи в настоящем и предсказывать ход развития в будущем . Криминалистика, как и любая иная наука, также представляет собой систему теорий. Как справедливо отметил М.К.Каминский, «для системы «Криминалистика» не может быть действительно научных исследований, которые строятся не как следствия из ее теорий, а как описание отдельных процедурных сторон практики»^.

При этом предметом частных криминалистических теорий выступают закономерности объективной действительности из числа тех, которые

’ См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия.-М.,1997.-С.273. “ См.: Штофф В.А. Проблемы методологии научного познания.-М.,1978.-С.20. ^ Каминский М.К. Что есть, что может быть и чего быть не может для системы «Криминалистика»// Криминалистика, криминология и судебные экспертизы в свете системно-деятельностного подхода. Вып.3.-Ижевск,2001.- С.15.

изучает криминалистика в целом’. Научные положения таких теорий имеют общекриминалистическое значение и используются во всех или в большинстве разделов криминалистики.

В свою очередь, среди частных криминалистических теорий выделяются учения, предметом которых выступают закономерности механизма преступной деятельности (учения о механизме преступления; способе совершения и сокрытия следов преступления и пр.) закономерности возникновения информации о преступлении и лице, его совершившем (учение о механизме следообразования), закономерности собирания исследования, оценки и использования доказательств (учения о криминалистической идентификации, криминалистической диагностике, о фиксации доказательственной информации, о криминалистической версии и планировании расследования, о розыске, криминалистическом прогнозировании, временных связях и отношениях и др.).

Конечно, нами приведен далеко не полный перечень частных криминалистических теорий (учений). Более того, эта структурная часть общей теории криминалистики представляет собой развивающуюся систему, поскольку постоянно происходит процесс ее обновления, в то же время, с процессом развития и обновления системы частных криминалистических теорий, уровнем разработанности отдельных теорий и учений связанно немало дискуссионных проблем.

В частности, на наш взгляд, одной из таких проблем выступает тенденция искусственно-механического переноса в общую теорию криминалистики учений, составляющих теоретические основы криминалистической техники, тактики или методики расследования отдельных видов преступления. Например, речь идет об учениях о криминалистической регистрации, тактическом приеме, тактическом решении, тактической комбинации и др. В отдельных случаях статус частной криминалистиче-

См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики. Т. 1. -С. 19.

ской теории пытаются придать классификационным образованиям (например, криминалистической классификации преступлений)’.

В этой связи, нельзя обойти вниманием особую позицию В.Л.Образцова^. По его мнению, все теоретические положения криминалистики должны быть объединены в общей теории науки в рамках различных учений. «Так,- пишет В.А.Образцов,- криминалистическая трасология является частным учением по отношению к криминалистическому учению о следах, поскольку имеет отношение не ко всем следам, как последнее, а лишь к одной из групп материальных следов (следов отображений, отпе- чатков)»”\ Таким образом, если следовать точке зрения автора, любые криминалистические знания о следах должны быть отнесены в соответствующее учение в рамках общей теории криминалистики. Согласно другому предложению В.А.Образцова, судебная баллистика должна рассматриваться как составная часть криминалистического учения об орудиях совершения преступлений’^. Однако, на наш взгляд, эти два предложения автора находятся в некотором противоречии друг к другу, поскольку, как известно, в судебной баллистике традиционно изучаются не только оружие, но и следы его применения (выделено нами - А.Г.). В этой связи возникает вопрос: а есть ли насущная необходимость отказываться от традиционной, давно сложившейся системы криминалистического знания и создавать новую систему, при этом имеющую довольно спорную структуру?

Думается, что необоснованные структурные «переносы» криминалистического научного знания в общую теорию криминалистики фактически

’ Эта точка зрения В.А.Образцова уже анализировалась нами ранее. Добавим лишь, что и в новейшей криминалистической литературе встречаются мнения о том, что учение о криминалистической классификации преступлений «в перспективе сможет войти в систему Общей теории криминалистики» (См.: Эксархопуло А.А. Науковедческие основы криминалистики.- С.22-23).

” В.А.Образцов придерживается мнения о необходимости структурного переустройства криминалистики и выделения в ее системе только двух разделов. Эта точка зрения автора будет рассмотрена нами далее.

^ Образцов В.А. Проблемы криминалистической систематики// Южно-уральские криминалистические чтения.Вып.8.- Уфа,2000.-С. 14.

“•Там ЖЄ.-С.15.

лишают другие разделы криминалистики собственного понятийного аппарата, позволяют осуществлять в их рамках лишь разработку прикладных проблем. Нарушаются и системные связи как внутри отдельных разделов криминалистики, так и разделов между собой. В рамках же общей теории между частными криминалистическими теориями и искусственно привнесенными в нее из других разделов криминалистики учениями сохраняются связи типа «общая теория криминалистики - иной раздел криминалистики». То есть происходит разрушение системных связей и внутри общей теории криминалистики. При этом часть теоретических знаний не находит отражения в новых системах. В итоге границы разделов «размываются», устойчивость системы науки теряется, а это прямой путь к бессистемности и понятийной неопределенности криминалистики.

Другой проблемой формирования системы частных криминалистических теорий на сегодняшний день выступает введение в общую теорию криминалистики недостаточно аргументированных либо малоизвестных теоретических конструкций’, в их числе можно назвать:

  • криминалистическую эйдологию;
  • криминалистическую фактологию;
  • криминалистическую эвристику;
  • криминалистическую феноменологию;
  • криминалистическую интерпретацию;
  • теорию криминалистического программирования экспертно- креативных систем^;
  • криминалистическую теорию общения^;
  • ’ См.: Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня.-М ,2001 .-С.224. ‘ См.: Зорин Г.А. Теоретические основы криминалистики.-Минск,2000.-С.19. См.: Лукашевич В.Г. Основы теории профессионального общения следователя. Автореферат диссс…. докт. юрид. Наук.-Киев,1993.

  • криминалистическую гомологию’;
  • криминалистическую кадаврологию^;
  • теорию усложненного непосредственного познания;
  • теорию распознавания^.
  • Мы не будем подробно останавливаться на каждой из перечисленных концепций, тем более что большинство из них уже обоснованно критиковались в криминалистической литepaтype^ Отметим лишь, что различные научные положения далеко не всегда можно возводить в ранг частного криминалистического учения (теории). Появление любого нового системного образования в рамках науки неизбежно ведет к положительному изменению, модернизации всей ее системы, однако только в тех случаях, когда оно носит объективный, а не искусственный характер.

В криминалистической науке продолжается дискуссия по поводу системы криминалистики в целом. Более того, анализ научной литературы последних лет позволяет выявить весьма опасную тенденцию - стремление отдельных ученых к «слому» устоявшихся в криминалистике системных образований и воздвижению на их месте новых построений. Объектом критики при этом выступает традиционная четырехэлементная система криминалистической науки. При этом обоснованность такой критики весьма спорна.

Всех критиков современной системы криминалистики можно разделить на два лагеря:

  • сторонников возврата к двухэлементной системе криминалистике

(общая - особенная части);

’ См ? Образцов В А Криминалистическая дидактика’, еще раз об изменении научной парадигмы //Российское’законодательство и юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.-Тула,2000.-С.57.

  • Цит по Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня.-С.2з5. ‘ См.: Криминалистика /Отв. ред. В.Е.Корноухов.-М.,2000. “ См.: Белкин Р.С. Указ.соч.-С.224-237.

  • сторонников увеличения числа разделов криминалистической науки.

Точки зрения о необходимости возврата к двухэлементной системе криминалистики высказывались неоднократно, начиная с 1976 года, когда А.А.Эйсманом было предложено делить криминалистику на общую и особенную части’.

В 1982 году точку зрения, близкую к идее деления криминалистики на общую и особенную части, высказал В.В.Степанов. По его мнению, общая система криминалистики должна представлять собой: 1) Введение в

I науку; 2) Общую часть, включающую в себя организацию работы по рас-

Г”

следованию и предупреждению преступлении, криминалистическую идентификацию, логические основы расследования, криминалистическую тактику; 3)Особенную часть, включающую в себя методику расследования отдельных видов преступлений^.

в 1988 году свое видение системы криминалистики предложил Л.Я.Драпкин, выделив в ее структуре общую часть, объединяющую общую теорию криминалистики, общие положения криминалистической техники, тактики и методики, и особенную часть, раскрывающую особенности применения общей части в расследовании отдельных видов и групп преступлений^. К точке зрения Л.Я.Драпкина близка позиция, высказанная Г.А.Матусовским’^.

Отметим, что не получившие широкой научной поддержки в 80-х - первой половине 90-х годов взгляды В.В.Степанова, Л.Я.Драпкина и

’ Однако уже через два года А.А.Эйсман существенно изменил свой взгляд на систему криминалистики, предложив ее пятиэлементную структуру.

Подробнее о содержании взглядов А.А.Эйсмана на систему криминалистики и их критическом анализе см. Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т.Т.І.-М.,1997.-С.391-392.

^ См.: Степанов В В. О системе советской криминалистики// Теория и практика криминалистики и судебной экспертизы.- Саратов, 1982.-С.7.

См.: Драпкин Л.Я. Ситуационный подход и система криминалистики // Предмет и система криминалистики в свете системных исследований.-М.,1988.-С. 82.

См.: Матусовский Г.А. О системе советской криминалистики // Предмет и система криминалистики в свете современных исследований.-М., 1988.

Г.А.Матусовского были неожиданно реанимированы в научной и учебной литературе в последние годы.

В частности, в 2000 году в сборнике научных трудов Тульского государственного университета «Российское законодательство и юридические науки в современных условиях» была опубликована статья известного российского ученого-криминалиста В.А.Образцова «Криминалистическая дидактика: еще раз об изменении научной парадигмы», в которой автор высказал ряд предложений по совершенствованию структурного устройства современной криминалистики, заключающихся в общем виде в переходе к системе «общая - особенная части»’. Эта система была

представлена в учебнике криминалистики под редакцией В.А.Образцова, вышедшего в 1997 году^. При этом в рамках общей части представлены такие разделы как «введение в криминалистику» и «поисково- познавательная деятельность в уголовном судопроизводстве как объект криминалистического обеспечения», а особенной - «особенности криминалистического обеспечения досудебного уголовного производства», «организационно-тактические особенности подготовки и производства следственных действий», «методико-криминалистическое обеспечение предварительного расследования».

Одно из основных критических замечаний, высказываемых В.А.Образцовым, - это несостоятельность ставшего традиционным деления криминалистики на четыре раздела с точки зрения формально- логической теории классификации. На наш взгляд, с этим утверждением трудно согласиться.

Как было отмечено выше, любая криминалистическая классификационная система представляет собой целостное понятийное образование,

’ См.: Образцов В.А. Криминалистическая дидактика; еще раз об изменении научной парадигмы //Российское законодательство и юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.-Тула,2000.

~ См.: Криминалистика./ Под ред. В.А.Образцова.-М ,1997.

каждый из элементов (понятий) которого находится в неразрывных, взаимоопределяющих связях между собой. В числе таких связей, прежде всего, следует выделять связи построения, которые выражаются: во- первых, в том, что соподчиненные понятия являются результатом деления одного понятия (родового, главного); во-вторых, все соподчиненные понятия обладают тем же набором признаков, характеризующих тот или иной предмет или явление, что и родовое понятие, за исключением признака деления.

Изучение связей между разделами криминалистической науки по- I зволяет сделать вывод, что современная система криминалистики не явля

ется классификационной. Более того, осуществить классификацию понятия «криминалистика» так, чтобы классификационными элементами вы- 1 ступали понятия отдельных разделов науки (общей теории

криминалистики, криминалистической техники, тактики и методики расследования отдельных видов преступлений) представляется невозможным, поскольку вряд ли можно назвать основание подобного деления. Как уже отмечалось ранее, в основу четырехэлементной системы криминалистики положены совершенно иные критерии, в этой связи вряд ли обоснованно ставить вопрос о состоятельности или несостоятельности современной ^ системы криминалистики с точки зрения формально-логической теории

классификации.

Однако то обстоятельство, что система криминалистики не является классификационной, вовсе не умаляет ее научного и практического значения. Добавим, что классификационную систему криминалистики, состоящую из общей и особенной части, идея которой была представлена В.А.Образцовым, также невозможно построить по аналогичным причинам.

Другой проблемой современной системы криминалистики, по мнению В.А.Образцова, выступает ее отдаленность от потребностей правоприменительной практики, что указывает на ее «искусственный» характер.

«Знания и достижения из области теории, техники, тактики и методики, - пишет автор, - на практике реализуются не сами по себе, не в отрыве одних от других, не в автономном режиме. Они работают одновременно, в тесном взаимодействии, взаимосвязи и взаимообусловленности, в увязке и как бы в переваренном субъектом познания виде, адаптированном применительно к целям задачам логике и структуре развития практического знания в ходе выявления, раскрытия, судебного исследования деяний с признаками преступлений и связанных с ними событий»

Из объяснений В.А.Образцова не совсем понятно, почему тесная I взаимосвязь и взаимообусловленность между различными криминалисти

ческими знаниями указывает на их отдаленность от правоприменительной практики и на искусственность системы криминалистики. Наоборот, со- І храняющаяся связь между научными положениями и рекомендациями из

различных разделов криминалистики при их практическом применении

I

указывает на эффективность и структурную обоснованность четырехэле- ментной системы науки.

Вызывают возражения и попытки создания системы криминалистической науки на основе такого признака как субъект применения криминалистических рекомендаций. Эта идея, горячо поддержанная ^ В.А.Образцовым , высказывалась и некоторыми другими учеными-

криминалистами (А.М.Ларин, В.И.Шиканов и др.’^). Она предполагает выделение следственной, оперативно-розыскной, судебно-экспертной, прокурорской, судейской криминалистик. При этом существование криминалистической науки в целом обусловливается ничем иным как наличием

’ См.: Образцов В.А. Криминалистическая дидактика: еще раз об изменении научной парадигмы //Российское законодательство и юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.-Тула,2000.-С.58.

См.: Образцов В.А. Криминалистическая дидактика: еще раз об изменении научной парадигмы

.-С.59.

’ См.: Ларин A.M. Криминалистика и паракриминалистика.-М.,1996.-С.25-27; Протасевич А.А., Степаненко ДА., Шиканов В.И. Моделирование в реконструкции расследуемого события.- Иркутск,1997.-С.7-8.

общих черт у различных «криминалистик». Детальный анализ этой концепции привел к убеждению в том, что авторы, поддерживающие эту концепцию, подменяют в своих тезисах систему криминалистики как науки системой учебной дисциплины «Криминалистика». Недаром В.А.Образцов в упомянутой статье предлагает определять некоторые криминалистические термины, структуру отдельных разделов криминалистики не на основе результатов криминалистических научных исследований, а в соответствии с минвузовским общеобразовательным стандартом.

Мы не возражаем против выделения в рамках учебной дисциплины «Криминалистика» специальных курсов, аккумулирующих научные рекомендации, принципиально важные для профессиональной деятельности тех или иных субъектов. Как справедливо отмечается в научной литературе, система науки и система учебного курса криминалистики могут не совпадать в полной мере из-за приспособления последнего к специфически ведомственным потребностям обучения криминалистике’. Более того, формирование таких курсов может производиться не только по субъектному (ведомственному) признаку, но и по другим критериям (например, в зависимости от специализации будущих юристов). Однако, на наш взгляд, не совсем правильно «подгонять» систему науки и ее отдельных разделов под систему учебной дисциплины и терминологию, отраженные в обще- образовательных стандартах, поскольку вряд ли возможно ставить отрасль научного знания в зависимость от сопутствующей учебной дисциплины.

Дискуссионен и вариант двухэлементной системы криминалистики, предлагаемый С.В. Лаврухиным. По мнению автора, система науки должна выглядеть следующим образом:

«1 .Общая часть.

1.1. Общая теория криминалистики.

См.: Яблоков Н.П. Криминалистика.-М.,2000.-С.6.

1.2. Технико-криминалистические методы, приемы и средства (отрасли технико- криминалистического обеспечения процессов выявления, раскрытия и предупреждения преступлений). 1.3. 1.4. Алгоритмы следственных действий (осмотра места происшествия, допроса и др.). 1.5. 2. Особенная часть (методики выявления, раскрытия и предупреждения преступлений отдельных видов и групп)»’.

По утверждению автора, в основе разработанной им системы лежит принцип дедукции: «от всеобщих знаний (общей теории) к общим (второй и третий разделы общей части) и далее к частным».

Представляется, что концепция С.В.Лаврухина не системна по своему содержанию. Фактически автор ведет речь все о той же четырехэле- ментной системе науки, не требующей дополнительной структурной надстройки в виде общей и особенной части.

Спорен и использованный С.В.Лаврухиным для обозначения выделенных им разделов терминологический аппарат. В частности, как элементы раздела «алгоритмы следственных действий» им называются криминалистическая классификация следственных действий, этапы следственного действия, понятие и критерии допустимости приема следственного действия, комбинирование приемов следственных действий, проблема риска при производстве следственного действия^. Что имеет в виду автор, предполагая наличие «алгоритма проблемы риска» или «алгоритма понятия и критериев допустимости приема следственного действия», непонятно. Кроме того, где остальные элементы и понятия, традиционно рассматриваемые в криминалистической тактике? Почему из содержания криминалистики исключена методика расследования (выделено нами - А.Г.) отдельных видов преступлений?

’ Лаврухин С.В. Система криминалистики.-С.36. - Там ЖЄ.-С.ЗЗ-34.

За деление криминалистической науки на общую и особенную части выступает и В.Е.Корноухов. По его мнению, общая часть криминалистики должна состоять из двух разделов: закономерности отражения преступной деятельности в обстановке совершения преступлений и теории расследования преступлений.

в закономерности отражения преступной деятельности в обстановке совершения преступлений автор включает «… теорию следоведения, в которой раскрывается механизм отражения преступления в обстановке с учетом основных сфер деятельности человека и дается общая классификация следов преступления, в дальнейшем через систему учений (о социально- психологических характеристиках преступной среды, о навыках, о способе совершения преступления, о противодействии) раскрываются более глубинные закономерности отражения, что позволяет их системно изложить, раскрыть связи со следами преступления»’.

Теория расследования преступлений, по мнению В.Е.Корноухова, включает в себя учения об объективных связях между деянием и последствиями (данное учение представлено автором как объединяющее первый и второй разделы общей части криминалистики - А.Г.) о средствах познания, об оперативно-розыскном и информационном обеспечении расследования, а также особенности расследования конкретного уголовного дела и теория профилактики.

Особенная часть системы науки криминалистики в концепции В.Е.Корноухова отражает закономерности процессов расследования «по категориям преступлений через систему методик».

Что же касается таких разделов криминалистической науки как криминалистическая техника и тактика, то в изложенной концепции они не присутствуют. Более того, отмечается пагубный характер увлечения про-

’ Корноухов В.Е. Введение в курс криминалистики // Криминалнстика. Общая часть./ Под ред. В.Е.Корноухова,-М.,2000.- С.20.

блемами криминалистической тактики, разработки тактических рекомендаций общего характера. По мнению В.Е.Корноухова, это «затормозило развитие тактики следственных действий» (? - А.Г.).

На наш взгляд, подобный подход к системе криминалистики отбрасывает ее в своем развитии далеко назад, перечеркивает многие научные достижения последних десятилетий.

Кроме того, спорен тезис В.Е.Корноухова о том, что система криминалистики должна соответствовать системе большинства иных правовых наук, строяпдихся по принципу деления на общую и особенную части. На наш взгляд, такое структурное устройство характерно для юридических наук, изучающих конкретные отрасли материального или процессуального права, а не прикладных областей правового научного знания, к которым относится криминалистика’.

Анализируя предлагаемые в криминалистической литературе концепции двухэлементной системы криминалистики, хотелось бы отметить, что основные недостатки подобного структурного устройства науки, отмеченные А.Н. Васильевым (неизбежность выпадения из такой структуры некоторых важных теоретических вопросов)^ и Р.С.Белкиным (эклектичность и внутренняя противоречивость)^ со времен работ Б.М.Шавера и до настоящего времени приверженцами этой научной позиции так и не были преодолены. Кроме того, при разработке подобных концепций не учитываются исторические закономерности развития системы криминалистической науки. Добавим также, что обозначенные в научной и учебной литературе концепции двухэлементной системы криминалистики значительно отличаются друг от друга по своему внутреннему содержанию.

‘Прикладной характер криминалистической науки был отмечен Р.С.Белкиным и А.И.Винбергом еще в 1973 году (см.: Белкин PC. , Винберг А.И. Криминалистика. Общетеоретические проблемы.- М.,1973.-С. 158).

” См.: Васильев А.Н. О тактике следствия // Советская криминалистика на службе следствия. Вып.7.-м.,1956.-С.142

^ См.: Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. T.1. -М., 1977.-С. 278.

По мнению большинства сторонников увеличения числа разделов криминалистической науки в ее структуре, помимо традиционных общей теории, криминалистической техники, тактики и методики расследования отдельных видов преступлений, необходимо выделять пятый элемент - раздел, включающий в себя вопросы организации расследования преступлений’.

Впервые эта идея была озвучена еще в 1968 году С.С.Степичевым, назвавшим в качестве второго раздела криминалистики «организационно- методические основы расследования» . Эта идея не получила широкой поддержки со стороны ученых-криминалистов, хотя в советский период развития криминалистической науки особый структурный статус планово- организационных основ расследования в системе криминалистики отмечался и некоторыми другими авторами (В.В.Клочков, А.М.Ларин, Н.А.Селиванов, В.Д.Зеленский)\ При этом предлагалось рассматривать эту часть криминалистики и как самостоятельный раздел науки (например, общую криминалистическую методику или организацию расследования), и как структурный элемент методики расследования отдельных видов преступлений.

Во второй половине 90-х годов XX столетия эта концепция получила отражение в белорусском учебнике криминалистики под редакцией А.В.Дулова, а также цикле работ А.Г.Филиппова.

’ Отдельные ученые-криминалисты делают и более радикальные, но вряд ли приемлемые предложения по увеличению количества разделов современной криминалистики и их места в системе науки. Так, Г.А.Зорин выделяет семь разделов криминалистической науки в следующей последовательности: теория криминалистики; методология криминалистики; стратегия криминалистики; криминалистическая тактика; криминалистическая методика; криминалистическая техника; криминалистическая экспертоло- гия (См.: Зорин Г.А. Теоретические основы криминалистики.-Минск,2000.-С.23).

” См.: Степичев С.С. О системе советской криминалистики // Правоведение,1968.№4.-С.65-66.

’ См.: Клочков В.В. Объект, предмет и система советской криминалистики // Предмет и система криминалистики в свете современных исследований.-М.,1988.-С.15; Ларин A.M. Проблема обшей методики расследования в структуре советской криминалистики// Методика расследования преступлений (общие положения). Материалы научно-практической конференции (Одесса, ноябрь 1976 г.).-М.,1976.- С.14; Селиванов Н А. Советская криминалистика: система понятий.-М., 1982.-С.93; Зеленский В.Д. Организация расследования преступлений. Криминалистические аспекты. -Ростов-на-Дону,1989.- С.58.

В учебнике криминалистики под редакцией А.В.Дулова в систему криминалистики был введен пятый раздел од названием «криминалистическая стратегия» и помещен между криминалистической тактикой и методикой расследования отдельных видов преступлений’. Четкое определение этого раздела в учебнике не сделано, лишь отмечена его связь с вопросами организации расследования в целом. При этом в его структуре были выделены следующие элементы:

«а) выявление союзников и основы взаимодействия с ними (применительно к расследованию - это основы взаимодействия с органами милиции, контрразведки, государственными контрольными и инспекционными органами, с формированиями общественности);

б) изучение общих моделей и методов расследования уголовных дел. В одних случаях следователь вынужден идти от отдельного факта к постепенному познанию преступного явления, в других же случаях ему известна общая система преступных действий и его работа направлена на выявление отдельных недостающих фактов. Эти общие подходы и должна изучать стратегия расследования;

в) изучение общих рекомендаций по организации процесса расследования (исследование особенностей мыслительной деятельности следователя и путей ее организации, организация процессов взаимодействия, правила формирования материалов уголовного дела);

г) изучение процессов противодействия и путей их предупреждения и ликвидации»^.

’ Мнение о том, что выделение «криминалистической стратегии» в качестве самостоятельного раздела криминалистики выступает «нововведением, не лишенным оснований» высказал и А.А.Эксархопуло ( См.: Эксархопуло А.А. Науковедческие основы криминалистики // Криминалистика/ Под ред. Т.А.Седовой и А.А.Эксархопуло.- СПб.,2001.-С.23-24). Однако в структуре указанного учебника данный раздел не выделен, а вопросы выдвижения и проверки версий, планирования расследования рассматриваются в разделе «криминалистическая тактика».

^ Криминалистика./ Под ред. А.В.Дулова. -Минск, 1996.-С.27-28.

Почему именно эти вопросы должны быть включены в данный раздел науки в рассматриваемом учебнике не разъясняется. Более того, значительно затрудняет понимание позиции авторов включение в раздел «Криминалистическая тактика» главы «Организация расследования». При этом в данной главе раскрываются фактически те же вопросы (поиск союзников и взаимодействие с ними, организация мыслительной деятельности следователя и пр.)’.

Сказанное позволяет охарактеризовать концепцию, изложенную в учебнике под редакцией А.В.Дулова, как двойственную, спорную. Думается, что на сегодняшний день нет ни структурных, ни понятийно- терминологических предпосылок выделения подобного раздела. В частности, на это обстоятельство справедливо указал в своей последней работе Р.С.Белкин, отметив, что криминалистическая стратегия «… не имеет общекриминалистического значения, эклектична по содержанию, а сфера ее практического приложения - лишь один из этапов процесса раскрытия и расследования преступлений. Фактически это обновленный вариант криминалистического учения о планировании расследования с использованием некоторой современной терминологии системно-структурного метода, теории рефлексии и некоторых иных областей знания»^.

Спорный характер предложения А.В.Дулова по выделению раздела криминалистики «криминалистическая стратегия» отмечался и некоторыми другими учеными-криминалистами”\

Позицию о необходимости выделения в системе криминалистики пятого раздела, посвященного общим вопросам организации расследования преступлений, активно отстаивает А.Г.Филиппов. В частности, в учебнике криминалистики 1998 года, ответственным редактором которого вы-

’ См.: Криминалистика./Под ред. А.В. Дулова. -Минск, 1996,- С.272-289. - Белкнн Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня.-М.,2001 .-С.80. ‘ Например, по мнению В.П.Бахина этот раздел может превратиться в «собрание несоединимого» (См.: Бахин В.П. Предмет науки криминалистики.Лекция.-Киев,1999.-С.10)..

ступил А.Г.Филиппов, в данный раздел включены следующие главы: «Общие вопросы организации работы на первоначальном этапе раскрытия и расследования преступлений», «Криминалистические версии и планирование расследования», «Взаимодействие следователя с работниками уголовного розыска, специалистами-криминалистами и сотрудниками других служб органов внутренних дел», «Розыскная работа следователя», «Основы применения ЭВМ в раскрытии и расследовании преступлений»’. Данный раздел размещен в структуре учебника после раздела «криминалистическая техника» и перед разделом «криминалистическая тактика».

Правда, уже через год А.Г. Филиппов несколько изменил свою позицию и высказал мнение, что с позиции учебного курса «вопросы, связанные с версиями, целесообразно излагать позднее, после техники и тактики. Кроме того, версии невозможно отделить от планирования расследования, а оно, безусловно, относится к организационному разделу»^.

Общие выводы, которые сделал А.Г.Филиппов, были сведены к следующему:

«1.Очевидно, что четырехчастная система криминалистики устарела и уже не отвечает современным требованиям. Внесение в нее определенных изменений - не волюнтаризм, а насущная необходимость.

  1. Наилучшим вариантом реформирования прежней структуры является добавление к четырем существующим пятого раздела, в котором должны быть сосредоточены вопросы, «не вписывающиеся» ни в один из традиционных разделов и относящихся преимущественно к организации раскрытия и расследования преступлений. От этого криминалистика ничего не теряет, а ее курс приобретает необходимые стройность и логичность.

’ См.: Кримнналистика./Под ред. А.Г.Филиппова и А.Ф.Волынского.-М.,1998. “ Филиппов А.г. О системе отечественной криминалистики// Государство и право. 1999,№8.- С.41. См. также Филиппов А.Г. Еще раз к вопросу о системе криминалистики// Юридическое образование и наука.2000,№2.-С.31.

  1. Пятичастная система учебного курса криминалистики успешно функционирует в ряде вузов уже несколько лет. …
  2. Сейчас есть все основания поставить вопрос о целесообразности структурной перестройки не только учебного курса криминалистики, но и курса науки»’.
  3. Думается, что вопрос о целесообразности глобальной структурной перестройки науки криминалистики преждевременен.

Во-первых, то обстоятельство, что четырехэлементная система криминалистики просуществовала более сорока лет, вовсе не свидетельствует о том, что она устарела. Наоборот, это подтверждает ее значимость, стабильность, структурную выдержанность и эффективность.

Во-вторых, система криминалистики является открытой и, безусловно, может быть изменена, но только в тех случаях, когда для этого появятся объективные, а не субъективные предпосылки.

В-третьих, как уже было отмечено, не следует ставить систему науки в зависимость от ее учебного курса, тем более что предлагаемая А.Г.Филипповым структура такого курса представляется нам не совсем логичной.

Отнесение учений о криминалистических версиях и планировании расследования, о взаимодействии следователя с иными работниками правоохранительными органами к четвертому (следующему за криминалистической тактикой) разделу курса криминалистики неудачно. Учения о криминалистических версиях и планировании носят общетеоретический характер и должны включаться в первый раздел. Вопрос же о взаимодействии объективно должен рассматриваться в криминалистической тактике после ее общих положений и до тактики отдельных следственных действий, в то же время, некоторые темы, включенные

Филиппов А.г. о системе отечественной криминалистики.-С.41

А.Г.Филипповым в предлагаемый раздел (например, «розыскная деятельность следователя»), не могут рассматриваться и до общих положений криминалистической тактики (например, до изучения таких тактико- криминалистических категорий как тактический прием, тактическая операция, тактическое решение, тактический риск и пр.).

Это обстоятельство, кстати, лишний раз убедительно доказывает обоснованность отнесения учений о взаимодействии следователя с работниками иных правоохранительных органов, розыскной деятельности следователя именно в криминалистическую тактику, показывает их тесную структурную взаимосвязь, как с общими положениями криминалистической тактики, так и с тактикой отдельных следственных и иных процессуальных действий.

Кроме того, спорным представляется и вынесение в «новый» раздел таких структурных элементов криминалистики, как «криминалистическая регистрация» и «основы применения ЭВМ в раскрытии и расследовании преступлений», поскольку это, на наш взгляд, неотъемлемые части криминалистической техники.

Что же касается «сквозного» характера учений о криминалистической версии и планово- организационных основах расследования, неоднократно отмечаемого А.Г.Филипповым, то здесь возражений с нашей стороны не последует. Однако это лишний раз доказывает обоснованность вынесения учения о криминалистической версии и планирования расследования в общую теорию криминалистической науки в разряд частных криминалистических теорий’.

’ Например, в разработанном на базе МГУ им.М.В.Ломосова учебнике криминалистики под редакцией Н.П.Яблокова глава «Криминалистические версии и основы планово-организационного обеспечения криминалистической деятельности» помещена именно в раздел «Теоретические, методологические и науковедческие основы криминалистики» учебного курса. (См.: Криминалистика/ Под ред.Н.П.Яблокова.-М., 1999).

Рассматривая нетрадиционные взгляды на систему криминалистики, нельзя обойти вниманием позицию В.Ф.Ермоловича, предложившего дополнить систему криминалистики пятым разделом - криминалистической характеристикой отдельных видов преступлений. При этом система кри- миналистики, по мнению автора, может быть представлена следующим образом:

  • первый раздел «Криминалистическая методология»;
  • второй раздел «Криминалистическая характеристика преступлений»;
  • третий раздел «Криминалистическая техника»;
  • четвертый раздел «Криминалистическая тактика»;
  • пятый раздел «Криминалистическая методика расследования преступлений».
  • і

В рамках второго раздела, по мнению В.Ф.Ермоловича, должны рассматриваться «общие родовая, групповая и видовая криминалистические характеристики преступления», а «также частные родовая, групповая и видовая криминалистические характеристики отдельного компонента преступления». При этом теория криминалистической характеристики преступлений должна рассматриваться и в первом разделе криминалистики, включая в себя криминалистические учения о способе совершения престу- пления, о сокрытии преступления и уклонении преступника от уголовной ответственности и наказания, о механизме преступления, о личности преступника (потерпевшего)’.

к’

Позиция В.Ф.Ермоловича представляется спорной. Конечно, учение о криминалистической характеристике преступления играет важную научную и практическую роль. В последние годы в криминалистической литературе получила обоснованное распространение точка зрения о необходи-

’ См.: Ермолович В.Ф. Криминалистическая характеристика преступлений. -Минск,2001 .-С.276-

МОСТИ включения теоретических основ криминалистической характеристики преступления в первый раздел криминалистической науки - общую теорию’. Однако учение о криминалистической характеристике преступления не может претендовать на роль некой «сверхтеории», объединяющей иные частные криминалистические теории и учения. Например, понятия криминалистической характеристики преступления и механизма преступления тесно связаны, но не носят соподчиненного характера по отношению друг к другу.

Кроме того, вряд ли целесообразно введение многоуровневого подхода к определению криминалистической характеристики^. На наш взгляд, подход к пониманию этого понятия должен быть единым.

Что же касается криминалистических характеристик отдельных видов преступлений, то структурно обоснованным является их нахождение в системе четвертого раздела криминалистики - криминалистической методики.

Итак, подводя итог сказанному, отметим, что современная четырех- элементная система криминалистической науки вполне соответствует стоящим перед ней общей, специальным и частным задачам и нет никакой необходимости и тенденций к уменьшению или увеличению их числа. Любые попытки изменения структуры криминалистики на сегодняшний день будут носить искусственный и главное - бесплодный характер.

В числе основных тенденций и принципов развития системы современной криминалистики следует назвать:

’ См.; Возгрин И.А. Основные положения учения о криминалистической характеристике преступлений.// Криминалистика/ Под ред.Т.А.Седовой и А.А.Эксархопуло,-СПб.,2001. -С.73-79; Яблоков И.О. Информационно-структурные основы изучения преступной деятельности//Криминалистика/ Под ред. Н.П.Яблокова.-М.,1999.-С.35-51 и др.

^ В.Ф.Ермолович выделяет целых пять таких уровней (См.: Ермолович Е.Ф. Указ.соч.-С. 234).

  1. Обусловленность совершенствования имеющихся и появление новых структурных элементов криминалистической науки влиянием научно- технического прогресса, потребностями практики борьбы с преступностью,
  2. Строгое соблюдение в процессе криминалистических системных исследований общенаучных принципов формальной логики и системного подхода, а также специальных принципов криминалистической систематики;
  3. Осуществление дальнейшей унификации существующих и разработка новых криминалистических понятий и терминов в их системе.
  4. Пополнение и системное упорядочение криминалистических знаний в рамках основных разделов криминалистики, дальнейшее развитие связей между общей теорией криминалистики и другими ее разделами, криминалистической техникой, криминалистической тактикой и методикой расследования отдельных видов преступлений мелсду собой,
  5. В заключение хотелось бы отметить всевозрастающее значение осмысления полученных результатов криминалистических научіїьіх исследований именно на основе системных категорий и принципов.

§3. Понятийно-терминологическая система (язык) криминалистики как объект криминалистической систематики

Решение проблемы целостности знания предполагает обнаружение всевозможных форм контактов между различными сферами науки, выявление действительной основы, на которой возникает обмен методами исследовательской деятельности и ее результатами. Одной из таких форм выступает понятийно-терминологическое определение различных теоре-

тических конструкций, составляющих содержание научного знания. Отметим, что в науковедении под языком науки понимается не лингвистическое явление, а именно понятийная структура’.

Исследование проблем языка науки способствует усилению процесса теоретизации науки и потому не только обеспечивает единство различных способов отображения анализируемых объектов, создавая некие универсальные приемы исследования, но и повышает степень упорядоченности производимой информации, а значит и целостность систем знания. Развитие понятийно-терминологической системы науки выступает показателем

^ ее прогресса^.

Язык науки - специфическое знаковое образование, являющееся средством и способом осуществления научного мышления, детерминированного как объектом исследования, так и совокупностью практических связей, в которые включен любой объект анализа^.

Криминалистика, как любая другая область научного знания, имеет собственный понятийно- терминологический аппарат. Отметим, что проблемы терминологического аппарата криминалистики, системы криминалистических понятий, криминалистической семиотики рассматривались учеными- криминалистами (Р.С.Белкин, Н.А.Селиванов, А.А.Эйсман). Так, Р.С.Белкин основным предназначением языка криминалистики назвал придание большой точности и однозначности употребляемым специаль- ным терминам”^.

Основу понятийного аппарата криминалистики составляют понятия, имеющие правовой характер. В.К. Бабаев, определяя правовое понятие как форму мышления, отражающую и закрепляющую существенные

’ Маркарян Э.Б. Философско-методологнческие проблемы анализа языка и науки.-М.,1987.-С.81. ? Пойа Д. Математика и правоподобные рассуждения.-М.,1975.-С.76.

^ См.: Ким В.В. Семиотические аспекты системы научного знания. Философско- методологический анализ. -Красноярск, 1987.-С. 162; Маслихин А.В. Философское введение в науку . -Йошкар-Ола, 1994.-С.85.

См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия.-М.,1997.-С.273.

(отличительные) признаки предметов или явлений объективного мира и процесса мышления, отмечает наличие у него свойств, присущих любому понятию.’ Мнение о существовании логической основы в определении криминалистического понятия высказал и Р.С.Белкин^. В то же время, научные понятия и термины глубоко связаны с ее теоретическими концепциями. Можно согласиться с мнением В.В.Налимова о том, что только на первый взгляд кажется, что многие термины являются просто названиями некоторых вещей или явлений. На самом деле смысл термина становится понятным не из простого указания на то, что он обозначает, и не из некоего семантического определения, а из понимания теории этого явления^ Смысл слов меняется со временем по мере того, как развиваются те или иные научные концепции.

Так, например, термин «криминалистическая характеристика», впервые упомянутый А.Н.Колесниченко и означавший в его понимании некоторые общие черты вида преступления’^, получил за прошедшие десятилетия немало толкований. И даже на сегодняшний день говорить об окончательном определении этого понятия рано. Итог множества научных дискуссий по этому вопросу по меньшей мере неоднозначен. В современной научной литературе встречаются разнополюсные высказывания о кри- миналистической характеристике преступления и как о неотъемлемой части общей теории криминалистики^ и как о понятии, ставшем «криминалистическим пережитком»’’.

Иногда вследствие научного развития претерпевает изменение и сам

’ См.: Бабаев В.К. Советское право как логическая система,- М., 1978.-С. 106-107.

^См.: Белкин Р.С. Общая теория советской криминалистики.-Саратов. 1986.-С.248.

’ См.: Налимов В.В. Вероятностная модель языка.-М.,1979.-С. 118.

” Цит. по кн.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.В 3 Т.т.3.-М.,1997-С.306.

^ См.: Яблоков И.П. Криминалистическая характеристика как составная часть общей криминалистической теории // Тезисы докладов Всероссийской научно-практической конференции «Российское законодательство и юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.- Тула,2000.-С.ЗЗ.

® См.: Белкин Р.С. Понятие, ставшее «криминалистическим пережитком»// Тезисы докладов Всероссийской научно- практической конференции «Российское законодательство и юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.-Тула,2000.-С.6-7.

термин. Например, третий раздел криминалистики - криминалистическая тактика - первоначально обозначался термином «уголовная тактика», впоследствии длительное время использовался термин «следственная тактика» ‘.

Однако появление принципиально новых терминов в криминалистической науке явление довольно редкое. Непрерывное развитие науки не приводит к каскаду новых слов. Новое объясняется через старое, уже знакомое, через старые слова, для которых может меняться смысловое содержание. Что-то остается прежним, но теперь уже приобретает меньший вес, что-то появляется новое, отличное и даже в какой-то степени противоречащее прежнему смысловому значению слова. В то же время, история криминалистики убедительно показывает, что однажды использованный термин может породить «бурю» научных исследований и споров (в том числе лексического и семантического характера), на долгие годы определить направления развития науки (например, «следственная ситуация», «криминалистическая характеристика преступления», «тактическая комбинация (операция)» и др.).

Системный анализ языка криминалистики позволяет проследить путь возникновения и эволюции научных понятий и обозначающих их терминов. Значительное место в этом процессе занимает классификация.

Наличие логической основы в определении криминалистического понятия позволяет проводить над ним любые логические операции, в том числе и деление его объема (классификацию). Формальная логика, как справедливо отметил А.А.Эйсман, пользуется готовыми понятиями и правилами операций с этими понятиями, отвлекаясь от их развития и изменения^. Однако понимание классификации не только как логической опера-

’ Термин «следственная тактика» используется отдельными учеными до настоящего времени. ^ См.: Эйсман А.А. Заключение эксперта в системе судебных доказательств. Автореферат дис…. докт. юрид. наук.-М.,1965.-С.5.

ции, но и разновидности систематизации научного знания, а также специфической системы, выводит ее на другой, более высокий уровень познания - диалектический, к которому формальная логика относится как простое к сложному’.

Еще в 1977 году Р.С.Белкиным было отмечено, что основой криминалистической классификации является иерархическая подчиненность одних понятий другим^. Действительно, основная воздействующая роль системы правовых понятий на классификацию проявляется в раскрытии связей между делимым (родовым) понятием и соподчиненными понятиями, полученными в результате такого деления. Как справедливо заметил А.Ф.Зотов, “содержание понятия и его место в системе понятий определено его теоретическим окружением, его связью с другими понятиями и представлениями”\ Принадлежность понятия тому или иному уровню иерархической системы определяет степень конкретизации им признаков того или иного объекта или явления, но при этом оно будет содержать тот же набор признаков, которые отражены в том понятии, объем которого был разделен первоначально, за исключением признака деления. Зачастую связь построения в классификационных системах может прослеживаться от понятий, определяемых как категории.

В литературе общеправового характера правовая категория определяется как наиболее общее, предельно широкое понятие”^. Этого же подхода придерживаются ученые-криминалисты, определяя криминалистические категории как наиболее щирокие, наиболее значимые для науки и практики понятия криминалистики^.

’ См.: Энгельс Ф. Анти-Дюринг, -М.,1948.-С. 127.

  • См.: Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. В 3 т. Т.1. -М.,1977.-С.194 . ‘ Зотов А.Ф. Структура научного мышления. -М., 1973.-С. 131.

” См.:Бабаев В.К. Указ.соч.-С. 114; Васильев A.M. Правовые категории. -М.,1976.-С.84. ^ См.; Белкин Р.С. Система криминалистики. Криминалистические категории. В кн. Кримина- листика.Т.1.История,общая и частные теории. /Под ред. Р.С.Белкина, В.Г.Коломацкого, И.М.Лузгина.- М.,1995.-С. 42.

Объем правовой категории составляет максимально возможное число предметов или явлений, характеризующихся отраженными в таком понятии признаками, что и определяет первичность его классификации. Так, Р.С.Белкин отметил, что в криминалистике такими категориями признаются понятия предмета криминалистики, криминалистической техники, криминалистической тактики, криминалистической методики, технико-криминалистического средства, криминалистического приема, криминалистической рекомендации, тактической комбинации, следственной ситуации, тактического решения, механизма преступления, криминали- ^ стической характеристики преступления, а также криминалистическое по-

г ?

нятие следа. Кроме того, в криминалистике могут использоваться общенаучные категории, например, понятия тождества и сходства, информации и 1 ,

; отражения . Представляется, что современное состояние криминалистиче

ской науки позволяет относить к числу криминалистических категорий понятия тактической задачи, тактического риска, противодействия раскрытию и расследованию преступлений.

Понятие в науке обозначается термином. В юридических науках определение “термин” существенных разногласий не вызывает. Под ним понимается (от латинского terminus- предел, граница) слово или слово- ^ сочетание, точно обозначающие определенное понятие в той или иной об

ласти научного знания^. Однако, рассуждая о терминологии криминалистики, необходимо заметить, что в литературе нет единого мнения по вопросу: какой язык должен служить основой определения правовых терминов?

к

Анализ научной литературы последних трех десятилетий показывает, что ученые, рассматривающие вопросы правовой терминологии, придерживаются двух позиций. Отдельные авторы развивают идею об исполь-

’ См.;Белкин Р.С. Система криминалистики. Криминалистические категории. -С.42-43. ‘ См.; Бабаев В.К. Указ.соч.-С.131; Белкин Р.С. Курс криминалистики. T.1.-C.265.

зовании в юридических науках естественного (общеупотребительного) языка, поскольку он известен каждому’. Приверженцы другой позиции придерживаются взгляда о возможности сочетания в правовой науке общеупотребительных и специальных юридических терминов, то есть есте-

JL 2

ственного и формализированного научного языка .

Конечно, роль естественного языка в формировании языка науки велика. С.С.Гусев делает вывод, что практически все первые формы собственно научного познания являлись систематизированными обобщениями привычного опыта практических действий человека. Понятия, составляющие структуру первых научных описаний, слишком тесно были связаны с обычными способами коммуникации в рамках естественных языков. Но слова обыденной речи не существуют самостоятельно, вне зависимости от разнообразных смысловых нагрузок. Они всегда «тянут» за собой множество ассоциативных комплексов, затрудняющих достижение целей, которые ставит перед собой исследователь^.

В то же время, вряд ли можно говорить о том, что на первоначальном этапе развития криминалистики только естественный язык лежал в основе криминалистических терминов. История криминалистики убедительно показывает, что основой первых криминалистических знаний и, как следствие, основой терминологии явились естественные и технические науки. Так, например, Вильям Герщель, один из «отцов» дактилоскопии, научивщись различать и узнавать людей по узорам, отображаемым в следах их пальцев, вычитал в учебнике анатомии, что такие узоры называются «папиллярными линиями», и перенял это название, используемое до сих

4

пор .

‘См.: Прянишников Е.А. Терминология уголовно-процессуального законодательст- ва.//Правоведение. 1968,N6.-C. 90.

’ См.: Бабаев В.К. Указ.соч.-С.132-134; Белкин Р.С. Курс криминалистики.Т. 1.-С.263-264; Пи- голкин А.С. Подготовка проектов нормативных актов.-М.,1968.-С.153-154 и др. ^ Подробнее см.: Гусев С.С. Наука и метафора.-Л.,1984.-С.28. См.: Торвальд Ю. Век криминалистики.-М.,1991.-С.34.

Точка зрения, согласно которой терминология правовой науки представляет собой разумное сочетание естественного и формализирован- ного языка, на наш взгляд, наиболее правильная. При этом под формализованным языком криминалистики мы понимаем не только специальную (криминалистическую) терминологию, но и терминологию иных областей научного знания: общенаучную, юридическую, других наук. Однако, как отмечается в науковедческой литературе, перенос терминов из одной познавательной области в другую на первых порах может вызывать у иссле- дователей ощущение чужеродности даже тогда, когда такие заимствования имеют эвристический характер. Поэтому в каждом отдельном случае требуется особый методологический анализ. Быстрее всего в системе устоявшегося знания адаптируются заимствования из сходных областей’.

Термины науки глубоко связаны с ее теоретическими концепциями. На первый взгляд кажется, что многие термины являются названиями некоторых вещей или явлений. Однако смысл термина становится понятным не из простого указания на то, что он обозначает, и не из некоего семантического определения, а из понимания теории этого явления, понятийно- терминологической системы, элементом которой он является. Причем, смысл слова может изменяться со временем по мере того, как развиваются научные концепции.

В науке может существовать и несколько конкурирующих точек зрения, в которых могут употребляться они и те же термины, но с несколько разным смыслом. Такие термины и обозначаемые ими понятия выступают, как правило, объектом серьезных научных дискуссий. Избежать некоторых из них позволит, на наш взгляд, определение правил выбора криминалистических терминов, в числе которых можно выделить следующие:

  • при определении криминалистического понятия должен быть использован термин, максимально точно отражающий, передающий смысл

’ См.: Гусев С.С. Указ. соч.-С.29.

объекта. При этом можно прибегать к разумному сочетанию естественного языка и специальной криминалистической терминологии;

  • использование слов, не являющихся специально- криминалистическими терминами, для обозначения криминалистических понятий должно подчиняться следующему требованию: отсутствие у таких слов

неоднозначного толкования;

при определении новых понятий, полученных в результате классификационных построений, криминалистическое понятие должно быть обозначено таким термином, который: во-первых, отражает принадлежность элемента (соподчиненного понятия) к классификационной системе определенного родового понятия; во-вторых, отражает индивидуальность элемента, его отличительный от других элементов классификационной системы признак. При невозможности выполнения этих требований, вве- дение новых специальных терминов для обозначения классификационных

элементов нецелесообразно;

при неудачном терминологическом определении криминалистических понятий можно провести их унификацию.

В.А.Штофф, рассмотревший природу научного языка, сделал вывод о том, что системный подход к нему приводит к необходимости рассмотрения структурных связей, образующих ту или иную понятийную систему’. На наш взгляд, формирование и развитие системы языка криминалистики наиболее тесно связано с классификационными исследованиями,

проводимыми в науке.

Эта связь носит двусторонний характер:

У

  • на основе языка науки определяются понятия и термины, полученные в результате системных (классификационных) исследований;

’ См.: Штофф В.А. Введение в методологию научного познания.-С.28.

  • В результате проведения классификационных исследований образуются новые понятия, пополняющие систему языка криминалистики, проводится унификация имеющихся понятий.

К

Итак, каждое криминалистическое понятие должно быть обозначено таким термином, который: во- первых, отражает принадлежность элемента (соподчиненного понятия) к классификационной системе определенного родового понятия; во-вторых, отражает индивидуальность элемента, его отличительный от других элементов классификационной системы признак. При невозможности выполнения этих требований, введение новых специальных терминов для обозначения классификационных элементов нецелесообразно. Для примера рассмотрим классификационную систему понятия “криминалистический прием”. Под криминалистическим приемом понимается наиболее рациональный и эффективный способ действий или наиболее целесообразная линия поведения при собирании, исследовании, оценке и использовании доказательств и предотвращении преступлений. В зависимости от области криминалистики, в которой используется криминалистический прием, различают технико- криминалистические и тактико-криминалистические приемы’. На наш взгляд, это пример удачного выбора терминов, характеризующих классификационные элементы. Использование в терминологии слов “криминалистический прием” отражает принадлежность к конкретному родовому понятию. Слова “технико-“ и “тактико-“ наиболее точно выражают отличительные признаки одних криминалистических приемов от других, в соответствии с основанием деления, в данном примере термины, которыми определялись классификационные элементы, носили специально криминалистический характер.

’ См.: Лифшиц Е.М., Белкин Р.С. Тактика следственных действий,-М., 1997.-С.5.

Однако зачастую одними лишь специальными криминалистическими терминами невозможно определить сущность понятия. В таких случаях следует прибегать к сочетанию естественного языка и специальной криминалистической терминологии. Примером такого сочетания может служить широко распространенная классификация криминалистических версий по объему объясняемых фактов на общие (предположительно объясняющие характер всего события преступления и его механизма) и ча- стные (объясняющие отдельные элементы события преступления) криминалистические версии’, в данном случае признаки, отличающие один классификационный элемент от другого, отражены в словах “общая” и “частная”, в то время как специальный термин “криминалистическая версия” показывает принадлежность родовому понятию.

К сожалению, в криминалистической науке и литературе встречается и неудачный выбор терминов, определяющих элементы классификационной системы. Так, например, Н.А.Бурнашев провел классификацию следственных ситуаций на пульсирующие и сглаженные^. При таком термино- логическом определении не совсем ясно, какие признаки вложил автор в эти понятия.

На наш взгляд, использование слов, не являющихся специальными криминалистическими терминами, для обозначения криминалистических понятий должно подчиняться следующему требованию: отсутствие у таких слов неоднозначного толкования. В обычной коммуникативной практике то обстоятельство, что слово имеет несколько пониманий, не создает особых трудностей при общении, скорее напротив, обеспечивает семантическую гибкость языка. Теоретическое же мышление стремиться закрепить

’ См.: Лузгин И.М. Учение о криминалистической версии.// Криминалистика. Т.1. История, общая и частные теории./Под ред. Р.С.Белкина, В.Г. Коломацкого, И.М.Лузгина.-М.,1995.-С.178.

  • См.: Бурнашев И.А. Следственные ситуации в методике расследования преступлений // Проблемы интенсификации деятельности по расследованию преступлений. -Свердловск,!987.-С.21.

какое-то одно из возможных значений, и неудачный выбор термина может привести к неадекватному описанию’.

При неудачном терминологическом определении криминалистических понятий можно провести их унификацию. Унификация в словаре русского языка определяется как приведение к единообразию^. Унификацию криминалистических понятий наиболее целесообразно производить с позиций их системного рассмотрения. Например, унифицировать элементы криминалистической классификационной системы, по нашему мнению, значит привести в соответствие терминологию классификационной системы и родового понятия. Для этого в словосочетании, определяющем суид- ность элемента классификации целесообразно всегда использовать тот криминалистический термин, которым определяется родовое понятие.

Знание научной терминологии - одно из необходимых условий разработки и использования криминалистических классификаций в практической деятельности по раскрытию и расследованию преступлений.

Методология, как справедливо отмечал Б.М. Кедров, это основа, отправной пункт для конкретных исследований в той или иной науке^ Криминалистическая классификация, являясь составной частью методологии криминалистики, играет существенную роль в развитии научного понятийного аппарата. Так, по мнению В.И. Сифорова, “проблема создания системы научных понятий, находящихся на уровне современной науки и объединенных прогрессивными классификациями является центральной, ключевой”’^. Н.А. Селиванов отмечает, что в системе понятий их классификации имеют конструктивное значение^. По мнению В.Я.Колдина, ис-

’ См.: Деборин A.M. Заметки о происхождении и эволюции научных понятий и терминов// Вопросы языкознания. 1957,№3.- С.39.

“См.; Ожегов С.И.,Шведова Н.Ю. Указ.соч.-С.741.

’ См.: Кедров Б.М. О природе научного знания//Вопросы философии. 1969, N8.-С.13-14. “ Сифоров В.И. Методологические проблемы технических наук. // Методологические семинары и проблемы развития современной науки.-М., 1982.-С. 162.

’ См.:Селиванов Н.А. Советская криминалистика: система понятий.-С.3.

пользование методов системного подхода эффективно и плодотворно сказывается на разработке основных научных понятий криминалистики’.

Как отмечает И.Т. Фролов, выведение того или иного научного понятия в процессе исследования строится на основе сочетания чувственного и рационального познания человеком окружающей его действительности. Чувственное познание представляет собой отражение тех или иных признаков объектов материального мира за счет функционирования органов чувств, нервной системы человека. Такое познание субъективно, поскольку человек преломляет полученную им информацию через “призму” своего сознания. Наиболее важное значение в определении сущности изучаемого объекта действительности играет рациональное познание, представляющее собой процесс, в ходе которого постепенно и последовательно образуются научные понятия^. Прежде чем знания приобретают обобщенную форму и соответственно понятийное выражение, множество раз проводится сопоставление, сравнение, различение, мысленное рассечение объекта.

Использование классификации в выработке новых криминалистических понятий протекает, на наш взгляд, в двух формах:

  1. Получение новых понятий путем разделения объема наиболее общего (родового) понятия. Это традиционная форма классификации в криминалистике и ее основные положения уже были рассмотрены нами.
  2. h

  3. Выведение понятий путем анализа отдельных объектов и их объединения в классы на основе сходства или различия признаков, то есть построение классификационной системы “снизу”, от частного к общему^.
  4. ’ См.: Колдин В.Я. Системно-структурный и комплексный подход в криминалистических исследованиях.// Криминалистика социалистических стран. / Под ред. В.Я.Колдина.- М., 1986.-С.293.

^См.: Фролов И.Т. и др. Введение в философию. В2 T.T.2.-M. , 1989.-С.324-338.

^ В некоторых справочных источниках такой вид построения классификационной системы определяется как индуктивная классификация. См., например, Константинов Ф.Л. и др. Философский словарь. T.2.- М., 1962.-С.523-524.

Проводя классификацию «снизу», из всех возможных группировок, являющихся результатом распределения объектов, необходимо выбирать те, которые основаны на наибольшем числе сходных признаков. Признаки, отличающие данный класс объектов от других групп, составят понятие, объемом которого станет все множество объектов, входящее в этот класс. Различие между выведенными таким образом понятиями в одном признаке, при полном совпадении всех остальных, предполагает наличие между ними связей, характерных для классификационной системы, и, следовательно, существование общего понятия.

Подобная схема неоднократно использовалась в криминалистических исследованиях, о чем свидетельствует история криминалистической науки. Так, примером определения криминалистических понятий путем выявления связи между группами сходных объектов, на наш взгляд, могут служить понятия дугового, петлевого, завиткового папиллярных узоров. Еще в 1823 году один из основателей дактилоскопии Ян Пурки- нье, на основе изучения большого практического материала, привел первую классификацию пальцевых (папиллярных) узоров, разделив их на девять видов. Впоследствии данная классификация была усовершенствована другими учеными. Так, Ф.Гальтон, также проведя обширное исследование пальцевых узоров, предложил их трехчленную классификацию, отметив, что все многообразие узоров различается по одному признаку - типу рисунка пальцевого узора (дуга, петля или завиток)’. Заметим, что подобное основание для классификации папиллярных узоров общепринято в со- временной криминалистической науке^. Тип рисунка пальцевого узора

’ См.: Торвальд ю. Век криминалистики.-М., 1991.-С.54-55; Крылов И.Ф. Следы на месте преступления,- Л., 1961 .-С. 15- 20.

^См.:Корухов Ю.Г. Трасология и ее практическое использование в раскрытии и расследовании преступлений. // Криминалистика. / Под ред. Р.С.Белкина, В.П.Лаврова, И.М.Лузгина.- М.,1987. - С.201-202; Полевой Н.С., Самыгин Л.Д. Трассология// Криминалистика. / Под ред. И.П. Яблокова.- М., 1995.-C.224 и др.

И сыграл заглавную роль в определении видов папиллярных узоров, а также сведении их в одну классификационную систему.

Однако, как представляется, построенная индуктивным способом классификация должна проверяться на теоретическом и практическом уровне, поскольку, строя классификационную систему “снизу”, не всегда возможно охватить все множество сходных объектов, что исключается при дедуктивном подходе к классификации.

Важное значение играет классификация и для корректировки и унификации существующих криминалистических понятий. Будучи введенными в теорию, став элементами классификационной системы, понятия, как справедливо отмечает А.Ф. Зотов, оказываются связанными настолько, что их можно определять и корректировать через друг друга’. Возможность такой корректировки выражается в характере связей между элементами, базирующемся на обязательном сходстве в элементах одной классификационной системы всех признаков, отраженных в родовом понятии, кроме определяемого основанием деления и отличающего одно соподчиненное понятие от другого. Отсутствие такого сходства, несоответствие признака, индивидуализирующего понятие, отличающего его от других членов классификационной системы, позволяет, на наш взгляд, сделать выводы: во-первых, о невозможности использования того или иного понятия в качестве элемента классификации; во-вторых, о несоответствии такой системы классификационным принципам.

I

Практическая проверка разработанных криминалистических понятий может осуществляться путем классифицирования. “Реально значимыми понятия являются тогда, когда они соединяются с осознанием возможностей их практического использования”^. Критерием истинности правовых понятий является юридическая и в целом общественная практика. Согла-

‘См.:Зотов А.Ф. Указ.соч.-С. 139. “ Фролов И.т. н др. Указ.соч.-С.335.

симся с мнением А.Ф. Черданцева, согласно которому юридическое понятие будет истинным, если оно верно отражает правовые явления в правильных логических формах, ибо нарушение последних может привести к искажению предмета отражения в сознании субъекта’.

В ходе практического использования построенной криминалистической классификационной системы, по нашему мнению, могут быть выявлены: во-первых, отсутствие необходимого соподчиненного понятия, являющегося элементом классификационной системы (определяется по наличию у конкретного объекта признаков, позволяющих включить его в объем родового понятия, при невозможности отнесения к предложенным в классификации соподчиненным понятиям); во-вторых, несоответствие построенной системы понятий принципам классификации и, следовательно, некорректность классификационных понятий (определяется по возможности одновременного отнесения конкретного объекта к различным элементам одной классификационной системы).

Итак, с позиций криминалистической систематики язык криминалистики следует рассматривать как сложное системное понятийно- терминологическое образование, имеющее внутреннюю постоянно развивающуюся структуру, выступающее средством и способом осуществления криминалистического научного мышления, обусловливаемого предметом исследования в данной области науки.

См.: Черданцев А.Ф. Специфика правового отражения.//Правоведение. 1973,№2.-С. 103 .

Глава 3. Актуальные направления криминалистических системных исследований преступной деятельности

§1. Структура, механизм и криминалистическая характеристика преступления как объекты криминалистической систематики

Криминалистическая наука в последние годы уделяет большое внимание «деятельностному подходу» к изучаемым явлениям. Раскрытие сущности индивидуальной и общественной деятельности (как практической, так и теоретической) является методологически ключевым для объяснения различных социальных процессов.

Деятельность - основной способ взаимодействия человека с окружающей природой, другими людьми. Это взаимодействие может носить как позитивный, так и негативный характер.

Определенные сферы человеческой деятельности изучаются и криминалистикой. Как уже упоминалось ранее, криминалистика имеет двуединый объект познания, объединяющий преступную деятельность и криминалистическую деятельность по ее расследованию и предупреждению. При этом преступная деятельность включает в себя все роды, виды и группы преступлений, предусмотренные уголовным законом’.

в философской литературе структура любой человеческой деятельности рассматривается как совокупность трех компонентов: субъекта деятельности, объекта деятельности и связей между ними. Эти связи представляют собой многообразные сочетания различных отношений и действий^. Такие связи получили название «процессы деятельности».

’ См.: Криминалистика / Под ред. Н.П.Яблокова.-М.,1999.-С.15.

  • См.: Каган М.С. Человеческая деятельность.-М.,1974.-С.43; Юдин Э.Г. Системный подход и принципы деятельности.- М.,1978.-С.267.

По своему характеру процессы деятельности подразделяются на субъективные (т.е. внутренние, психические) и объективные (внешние, физические). Отсюда вытекает четырехчленная формула деятельности, использованная, в частности, в уголовно-правовой теории состава преступления: субъект - субъективная сторона - объективная сторона объект’. Между тем, такая структура не позволяет в полной мере решать весь спектр криминалистических задач, не отралсает в полной мере особенности отдельных видов преступлений, без которой вряд ли можно разрабатывать рекомендации по их раскрытию, расследованию и предупреждению.

В криминалистике основными направлениями (сферами) применения системного подхода в научном исследовании преступной деятельности, на наш взгляд, выступают:

  • определение ее структуры;
  • выделение видов преступлений по криминалистически значимым основаниям (криминалистическая классификация преступлений);
  • изучение механизма совершения преступлений;
  • структура и уровни криминалистической характеристики отдельных видов преступлений.
  • Определение структуры преступной деятельности призвано выделить основные составляющие ее элементы и это, на наш взгляд, позволяет проводить дальнейшие криминалистические исследования преступлений на единой системной основе. Например, на сегодняшний день можно говорить о том, что формирование криминалистических характеристик отдельных преступлений нередко осуществляется без учета структуры характеризуемых преступных деяний. Неудивительно, что в криминалистической литературе появились мнения о кризисе криминалистической характеристики преступления, причем в качестве одной из причин такого

См.: Самыгин Л.Д. Расследование преступлений как система деятельности -М.. 1989.-С 13.

положения называется несоответствие криминалистических характеристик принципам системного и деятельностного подхода^.

Между тем, в криминалистической литературе по-разному представляется круг элементов, входящих в структуру преступной деятельности. Так, по мнению Л.Д. Самыгина, в системе преступной деятельности должны выделяться следующие элементы: субъекты преступления; участники пре- ступления; цель и мотив; действия и методы, приемы способы, средства со- верщения преступлений; предмет преступного посягательства (или потерпевший); результат преступления; место преступления; время преступления; обстановка преступления \

Близкую по смыслу точку зрения высказал Н.П. Яблоков. По его мнению, преступная деятельность (преступление) структурно складывается из следующих элементов: субъекты (основные и второстепенные участники деяний), предмет (лсертва) посягательства, его цель (вся субъективная сто- рона состава преступления), само преступное поведение (способы и средства, уловки и ухищрения, используемые преступниками), обстановка совершения (все окружающие субъекта условия, в которых совершается преступная деятельность) и результат (физический, имущественный и моральный ущерб, причиненный охраняемым законом субъектам)”^.

Отметим, что взгляд Н.П.Яблокова на структуру преступной деятельности представляется нам наиболее oбocнoвaнным^ Однако учеными криминалистами высказываются и другие точки зрения.

Например, В.Ф.Ермолович считает, что в «содержание криминалистической структуры отдельно взятого вида преступления (либо группы преступлений) целесообразно… включать те элементы, которые в совокупности позволят отличить это общественно опасное деяние (или группу

” См.: Дулов А.в. Основы исследования объектов криминалистики// Криминалистика/ Под ред А.В.Д>лова.-Минск.19%.- С.73.

^ См.: Самыгин Л.Д. Указ.соч -С. 15

‘См.: Криминалистика/ Под ред. Н.П.Яблокова.-М Л999.-С. 16

^ Некоторым недостатком системы преступной деятельности, предложенной Л.Д.Самыгиным, является выделение в качестве самостоятельного ее элемента места и времени совершения преступления, тогда как они охватываются понятием обстановки его совершения.

деяний) от схожих с ним преступлений и административных правонарушений. Такими структурными элементами могут выступать: формы общественно опасных действий (бездействия), за совершение которых законодательством предусмотрена уголовная ответственность; формы (виды) объекта и предмета преступления; место, орудия и средства совершения и сокрытия преступления; другие элементы преступления»’.

Приведенная точка зрения В.Ф.Ермоловича не совсем ясна. Если речь идет о признаках, позволяющих квалифицировать то или иное деяние как преступление, то правильнее было бы говорить о составе преступления, а не его криминалистической структуре. Если же под «формой общественно опасных действий» автор подразумевает способ совершения преступления, то вызывает сомнение необходимость замены термина. Кроме того, представляется обязательным выделение в структуре преступления такого ключевого элемента как субъект преступления.

А.В. Дулов, отмечая, что структура преступления «характеризуется определенной статичностью», в то же время выделил в ней следующие группы связей и элементов:

«1) существующие между элементами до совершения преступления, в частности демографические, родственные, профессиональные, по ним можно выявить причины совершения преступления; понять его мотивы, определить пути поиска объектов, субъектов, ставших элементами структуры преступления; наличие общих интересов и т.д.;

2) между элементами во время совершения преступления. Это взаимодействие преступника с орудием преступления, его воздействие на потерпевшего и т.д.; 3) 4) сохранившиеся после совершения преступления и проявляющиеся в сокрытии следов, запугивании жертвы. 5) Ермолович В.Ф. Криминалистическая характеристика преступления.-Минск, 2001.-С.128.

Связи могут быть пространственно-временными, технологическими, внутрисистемными и направленными на другие системы, связями- отношениями, информационными и т.д.»’.

Взгляд А.В.Ду^това на структуру преступления как на статичную структуру представляется спорным. Преступление в криминалистике изучается не как статичный объект, а как специфический вид человеческой деятельности. А.В.Дулов обоснованно выделяет в структуре преступления технологические, пространственно-временные и другие виды связей, но ведь эти связи характеризуют преступление именно как динамическую, функциональную систему.

По мнению в.А. Образцова, в качестве элементов преступления выступают: субъект (субъекты), объект воздействия, мотив, цель, задачи, средства достижения цели, механизм (технология) реализации цели, результат преступления (последствия и следы). При этом автор отметил, что «преступление имеет временные и пространственные характеристики, совершается в той или иной обстановке»^. Несколько спорным представляется включение в число элементов преступления механизма (технологии) реализации преступной цели или, иными словами, механизма совершения преступления. Так, в криминалистической литературе предлагались сле- дуюш^ие определения механизма преступления:

  1. Процесс совершения преступления, в том числе его способ и все действия преступника, сопровождающиеся образованием следов материальных и нематериальных, которые могут быть использованы для раскрытия и расследования преступлений\
  2. Реализуемая в определенных условиях, выражении, направленности и последовательности динамическая система противоправных пове-
  3. ’ Дулов А.В. Указ.соч.-С.76-78.

“См.: Образцов В.А. Криминалистика (курс лекций).-М,,1996.-С.31. См.; Криминалистика./ Под ред. А.И.Васильева.- М.,1971.-С.8.

денческих актов и обусловленных ими явлений, имеющих криминалистическое значение’.

  1. Совокупность взаимодействующих материальных систем и процессов, образующих расследуемое событие и обусловливающих возникновение источников криминалистически значимой информации^.
  2. Пространственно-временное развитие события преступления, порядок сочетания, последовательности и динамики отдельных элементов,
  3. 3

его составляющих .

  1. Совокупность материальных объектов и процессов при подготовке, совершении или сокрытии преступления’^.
  2. Движение элементов структуры преступления (объектов, субъектов, орудий совершения преступления) к точке взаимодействия; процесс самого взаимодействия; дальнейшее движение (действие) элементов до наступления преступного результата^.
  3. Система процессов взаимодействия участников преступления, как прямых, так и косвенных, между собой и с материальной средой, сопряженных с использованием соответствующих орудий средств и иных отдельных элементов обстановки “.
  4. Сложная (многоэлементная) динамическая система, образуемая прежде всего действиями субъектов преступления, направленными на достижение преступного результата, в отношении конкретного объекта посягательства, а также действиями потерпевшего и иных лиц, в том числе случайно оказавшихся на месте преступления’.
  5. Временной и динамический порядок связи отдельных этапов, обстоятельств, факторов подготовки, совершения и сокрытия следов преступления, позволяющих воссоздать картину процесса его совершения^.
  6. Система взаимодействия в пространстве и времени определенных элементов (их комплексов), ориентированных на наступление обшест- венно опасного последствия в виде преступного результата, а также на уклонение субъекта (субъектов) обшіественно опасного деяния от уголовной ответственности и наказания за содеянное^.
  7. Анализ приведенных точек зрения позволяет сделать вывод, что механизм преступления показывает динамическую сторону преступления, отражает закономерности «технологии», последовательность совершения преступного деяния, при его изучении познаются порядок и особенности связи между различными элементами преступного деяния, функциональная сторона преступной деятельности и, следовательно, в соответствии с принципами системного подхода механизм совершения преступного деяния не может быть определен как один из элементов его структуры.

Отметим, что механизм преступления активно исследуется не только в криминалистике, но и в криминологической науке. Однако криминологический подход к его структуре в основном отражает различные аспекты мотивации преступного поведения”^. Криминалистический подход к исследованию механизма преступления более широкий, включает в себя изучение различных элементов процесса совершения преступного деяния и связей между ними. Однако вопрос о структуре механизма преступления продолжает оставаться дискуссионным в криминалистической литературе. В качестве элементов механизма преступления учеными-криминалистами’ чаще всего и, на наш взгляд, обоснованно, указываются:

  • субъект преступления и его отношение к своим действиям, их последствиям, а также к соучастникам;
  • способ преступления;
  • предмет преступления;
  • обстановка (место, время) преступления;
  • преступный результат;
  • потерпевший, случайные участники преступления и их поведение.

Выделение этих элементов в структуре механизма преступления представляется нам наиболее оптимальным, поскольку очевиден их производный от структуры преступной деятельности характер.

Между тем, в современной криминалистической литературе предлагаются и иные точки зрения на структуру механизма преступления. Так, по мнению Г.А.Зорина, в круг элементов механизма преступления следует также включать:

  • наличие или отсутствие негативных обстоятельств и сопровождающих их «не-связей» (факта разрыва связей), что свидетельствует об инсценировке;
  • наличие ошибок субъекта, свидетельствующих об эмоциональном состоянии и интеллектуальном развитии;
  • наличие следов, демонстрирующих степень склонности к риску субъекта преступления, что свидетельствует о его профессионализме и волевых качествах;
  • состояние предкриминальной ситуации и посткриминальной ситуации’.
  • Как представляется, необходимость их рассмотрения в качестве самостоятельных элементов механизма преступления спорно. Согласимся с мнением С.И.Коновалова, что приведенные Г.А.Зориным элементы могут быть интерпретированы как частные проявления основных элементов ме- ханизма преступления (субъект преступления, его способ и обстановка)^.

В криминалистической литературе последних лет высказана научная идея, согласно которой в рамках механизма преступной деятельности указывается способ противодействия предстоящему расследованию. В частности, такую идею высказал и представил графически В.П.Лавров^

Учеными-криминалистами высказываются и другие точки зрения по этому вопросу. Например, по мнению A.M. Кустова, противодействие расследованию как система действий является элементом не механизма преступления, а элементом преступной деятельности группы, сообщества или формирования^.

Нам представляется, что различие точек зрения по этому вопросу во многом связано с дискуссионностью понятия «противодействие расследованию преступлений» в криминалистической литературе^ В то же время, полностью отрицать вхождение отдельных способов противодействия предстоящему расследованию в структуру механизма преступления по- видимому нельзя. В частности, практически не вызывает возражений включение в структуру механизма преступления действий, направленных на его сокрытие. Отметим, что сокрытие преступления на сегодняшний день рассматривается многими учеными-криминалистами как форма противодействия расследованию. Кроме того, изучение криминалистической литературы и следственной практики позволяет сделать вывод о том, что в структуру механизма преступления могут быть включены и иные по своему характеру действия, осуществляемые с целью затруднить предстоящее расследование. Речь идет, прежде всего, о воздействии преступника в процессе совершения преступления на потерпевшего или очевидцев с целью понудить их не обращаться в правоохранительные органы, дать ложные показания и т.д., выражающимся в угрозах расправой, уничтожении имущества, разглашении компрометирующих сведений, иногда сопряженных с побоями, демонстрацией оружия и пр.

Структура преступной деятельности и ее механизма конкретизируется применительно к отдельным родам, группам, видам преступлений, уточняется по результатам эмпирических исследований и получает отражение в криминалистической характеристике.

Большинством ученых-криминалистов на сегодняшний день признается существование криминалистической характеристики преступления как категории криминалистической науки. Более того, в криминалистической литературе рассматриваемая характеристика называется одним из информационных средств расследования, информационной моделью отдельного вида преступления’.

в то же время, в криминалистической литературе последних лет неоднократно высказывалась точка зрения о том, что данное понятие не отвечает научным требованиям, а вся концепция в целом переживает «серьезные затруднения»’. Наиболее жесткая критика была озвучена Р.С.Белкиным в 2000 году. Вот ее некоторые тезисы:

искусственность структур криминалистических характеристик, объединение «под их крышей» данных, которые никак нельзя отнести к криминалистике и имеющих самостоятельное значение для судопроизводства (уголовно-правовая и криминологическая характеристики вида или рода преступления и т.п.);

собственно криминалистическими элементами криминалистической характеристики служат лишь данные о типичных способах совершения и сокрытия конкретного вида преступления и последствиях их использования преступниками, по которым следователь его и устанавливает;

ущербность существующих криминалистических характеристик вызывает обоснованное намерение восполнить их перечнем обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретным категориям уголовных дел;

наряду с общепризнанным значением рассматриваемого термина распространение получили и иные понятия, обозначаемые сходными терминами (например, «криминалистическая характеристика орудий преступления», «криминалистическая характеристика уклонения от ответственности» и пр.).

По мнению Р.С.Белкина, «следует отказаться от термина и понятия «криминалистическая характеристика преступления», вернувшись к продуктивной старой практике указания в конкретной частной криминалистической методике в качестве первого ее элемента на специфические особенности предмета доказывания по данной категории уголовных дел»’.

Со многим здесь можно согласиться. Однако, на наш взгляд, полностью отказываться от данного понятия нельзя.

Криминалистическая характеристика действительно тесно взаимосвязана с характеристиками преступления, разрабатываемыми в рамках других наук уголовно-правового цикла. Например, в их числе называются уголовно-правовая, уголовно-процессуальная, криминологическая характеристики данного явления, в зависимости от того, какой аспект преступления исследовался^. В том, что эти данные используются в процессе криминалистической характеристики преступления, нет ничего удивительного. Как справедливо отметил Н.П.Яблоков: «При формировании элементов структуры данной характеристики, исходя из сущности объекта, который она характеризует (преступная деятельность того или иного вида), необходимо учитывать и использовать отдельные существенные уголовно- правовые и криминологические сведения о преступлениях понятийного и направляющего характера. Иначе указанная характеристика потеряла бы свои правовые ориентиры, требующие криминалистического осмысления и описания, была бы лишена всякого смысла»^.

Разработка криминалистических характеристик отдельных видов преступлений с учетом их уголовно- правовой и криминологической характеристик имеет и определенное практическое значение. В частности, как справедливо отмечается в криминалистической литературе, «информационные модели преступления, принятые в других науках, выступают дополнительным средством «прочтения», интерпретации обнаруженных следов»’.

в то же время, злоупотреблять переносом подобных сведений в криминалистику из смежных юридических наук не следует, поскольку в таких случаях действительно происходит подмена криминалистической характеристики уголовно-правовой или криминологической, недопустимость ко- торой уже отмечалась учеными- криминалистами^

Вряд ли можно согласиться с мнением о том, что лишь данные о типичных способах совершения и сокрытия конкретного вида преступления и последствиях их использования преступниками выступают собственно криминалистическими элементами. Очевидно, что основным критерием формирования криминалистической характеристики преступления выступает структура преступления (преступной деятельности). Именно это обстоятельство обусловливает выделение значительно большего количества элементов в структуре криминалистической характеристики и наполнение их криминалистическим содержанием. Недаром в последние годы активно исследуются криминалистические аспекты личности и поведения преступника, события преступления и т.д.^

Ст. 73 нового УПК РФ”^ определяет, что при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию:

  • событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления);
  • виновность лица в совершении преступления, форма его вины и
  • мотивы;

  • обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;
  • характер и размер вреда, причиненного преступлением;
  • обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния;
  • обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;
  • обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.
  • обстоятельства, способствовавшие совершению преступления.

Анализ данной правовой нормы приводит нас к выводу, что предложение Р.С.Белкина о возврате к указанию в частной криминалистической методике в качестве первого ее элемента на специфические особенности предмета доказывания по данной категории уголовных дел нельзя поддержать прежде всего потому, что обстоятельства, подлежащие доказыванию, носят самый общий характер, подлежат установлению по каждому уголовному делу независимо от его вида. Если же идти по пути детального рассмотрения «специфических особенностей» подлежащих доказыванию обстоятельств, применительно к конкретному виду преступления, то мы неизбежно в том или ином понимании возвращаемся к криминалистической характеристике. Иными словами, криминалистическая характеристика преступлений и предмет доказывания по уголовному делу - хотя и близкие, но не конкурирующие друг с другом понятия, так как предназначены для решения различных задач и поэтому, как справедливо отметил

Н.П.Яблоков, разноплановы’.

Ключевым вопросом дальнейшего существования такой категории криминалистической науки как криминалистическая характеристика преступления выступает определение ее системных характеристик, в частности характера взаимосвязей ее элементов. Именно с системностью содержания криминалистической характеристики в криминалистической литературе связывается вопрос о новизне этой категории, ее практическом значении’.

Напомним, что одним из характеризующих признаков системы выступает ее способность выступать как структурно-целостное образование по отношению к иным объектам внешней среды. В данном случае такими объектами будут иные категории и понятия современной криминалистики.

В этой связи особого внимания заслуживает соотношение понятий механизма преступления и его криминалистической характеристики. Близость этих понятий очевидна. И в том, и другом случае они фиксируют в себе результат научного абстрагирования преступной деятельности. В то же время, понимание этих явлений затруднено в связи со схожей внутренней структурой рассматриваемых понятий.

Несмотря на то, что криминалистическая характеристика преступления выступила объектом криминалистических научных исследований значительно раньше, чем механизм преступления^, последний занял доминирующую позицию в процессе познания преступной деятельности. Следует согласиться с мнением А.Ф. Лубина, что это обстоятельство во многом обусловлено вхождением закономерностей механизма преступления в предмет криминалистической науки^.

Однако это обстоятельство, на наш взгляд, не позволяет рассматривать данные понятия как соподчиненные. Думается, прав A.M.Кустов, отметивший, что, несмотря на некоторое внешнее сходство составляющих компонентов, механизм преступления и криминалистическая характери- етика преступлений - понятия, не тождественные и не заменяющие друг друга. «Это две самостоятельные научные категории, имеющие право (по своей значимости для общей теории криминалистики и практики) на существование и дальнейшую разработку и исследование»’.

На наш взгляд, механизм преступления должен выступать объектом научного исследования, результатом которого явится формирование криминалистической характеристики. Как известно, закономерности механизма преступления входят в предмет криминалистики. Криминалистическая характеристика преступления содержит сведения, полученные в результате познания криминалистикой этих закономерностей на различных уровнях, и в этом, на наш взгляд, проявляется общенаучное значение учения о криминалистической характеристике преступления. Это обстоятельство указывает на обоснованность представленных в криминалистической литературе точек зрения о необходимости рассмотрения этого учения в рамках общей теории криминалистики^.

Дискуссионным вопросом учения о криминалистической характеристике преступления остается определение круга составляющих ее элементов. В последние годы неоднократно предпринимались попытки обобщения имеющихся в криминалистической литературе точек зрения по данному вопросу^ в частности, С.И.Коновалов построил «иерархию» структурных элементов криминалистической характеристики преступлений по признаку частоты их встречаемости в научной литературе:

1 - способ совершения преступления;

2- субъект преступления (особенности личности преступника); 3- 4- обстановка совершения преступления; 5- 6- объект (предмет) преступного посягательства; 7- 8- следы преступления (механизм следообразования); 9- 10- связи между структурными элементами; 11- 12- личность жертвы (виктимологический аспект); 13- 14- мотив, цель, установка; 15- 16- условия совершения преступления; 17- 18- преступные связи (коммуникационный аспект); 19- 20- типичные связи совершения преступления; 21- 22- особенности сокрытия преступления; 23- 24- механизм преступления; 25- 26- характер исходных данных и особенности их обнаружения; 27- 28- состояние с определенным видом преступления; 29- 30- связь с другими видами преступлений; 31- 32- орудия и средства преступной деятельности; 33- 34- распространенность преступного деяния; 35- 36- результат преступной деятельности’. 37- Мы не будем подробно останавливаться на каждом из приводимых в криминалистической литературе элементов. Очевидно, что не все из них могут рассматриваться в качестве элементов криминалистической характеристики. Структура криминалистической характеристики, на наш взгляд, должна в основном соответствовать структуре механизма изучаемой преступной деятельности (вида или группы преступлений), включать в себя блоки типовых сведений о различных элементах механизма совершения преступления, взаимосвязях и взаимозависимостях между ними.

Необходимость отражения типовых сведений о механизме преступления в криминалистической характеристике призвано продемонстрировать, прежде всего, деятельностную, технологичную сторону преступления. Как справедливо отметил Н.П.Яблоков, сведения о механизме преступления в криминалистической характеристике представляют собой систему данных, описывающих главным образом временной, последовательный, динамический порядок связи отдельных этапов, обстоятельств, факторов подготовки, совершения и сокрытия следов преступления, позволяющих воссоздать технологическую картину процесса его совершения’.

Как отмечается в науковедческой литературе, важное положение системного подхода заключается в обязательном установлении отношений и связей (корреляции) между объектами, элементами целого. В силу этого набор элементов превращается в связное целое, где каждый элемент оказывается в конечном счете связанным со всеми другими элементами и его свойства не могут быть понятны без учета этой связи. В свою очередь, свойства системы оказываются не просто суммой свойств составляющих ее отдельных элементов, а определяются наличием специфической связи и отношений между элементами, т.е. контролируются как интегративные свойства целого. Наличие связей и отношений между элементами системы обеспечивают относительно самостоятельное, обособленное ее существование и функционирование, а в некоторых случаях и развитие^. Только в таком системном виде криминалистическая характеристика может служить важным информационным средством определения оптимальных путей раскрытия и расследования рассматриваемых преступлений

В криминалистической литературе отмечается, что степень жесткости таких связей между элементами криминалистической характеристики различна. Она может быть как вероятностной, так и однозначной. Знание закономерностей таких связей позволяет при расследовании решить важные методологические и информационные задачи. «Зацепив одно звено в этой системе взаимосвязей, можно вытащить наружу всю цепь. В частности, выявление наличия в расследуемом преступлении какого-либо элемента из взаимосвязанной цепочки с той или иной степенью вероятности может указать на существование другого, еще не установленного элемента и определить направления и средства его поиска»’.

К сожалению, можно констатировать, что в большинстве случаев развитие структуры криминалистической характеристики идет не по пути раскрытия таких связей, а по пути статистического анализа и уточнения ее отдельных элементов. На данное обстоятельство обратил внимание С.И.Коновалов, отметив, что системное понимание должно предполагать не столько последовательную характеристику значимых элементов преступной деятельности, сколько раскрытие внутренних взаимосвязей между ними. «Как и двадцать с лишним лет назад ссылки делаются на исследование взаимосвязей между элементами криминалистической характеристики умышленных убийств, проведенного л.г. Видоновым, на результаты типового моделирования краж, проведенного под руководством В.А. Жбанко- ва»- пишет он^.

С позицией С.И.Коновалова во многом можно согласиться. В то же время, по всей видимости, нельзя вдаваться в крайности. Думается, что придание криминалистической характеристике шаблонного характера, основанного на установлении жесткой взаимосвязи между составляющими ее данными, во многом ограничит творческий подход следователя к выполняемой им работе. Например, рекомендации, изложенные в известной работе Л.Г.Видонова’, оправдали себя именно при творческом, а не шаб- лонном применении^, в то время как в самой исследовательской программе Л.Г.Видонова были обнаружены некоторые изъяны методического характера^.

С другой стороны очевидна справедливость критики представления данных, составляющих криминалистическую характеристику преступления только через статистические (процентные) показатели. Например, А.Ф. Лубин отметил, что в итоге формирования криминалистической ха- рактеристики преступления определенного вида, основывающейся на оценке каждого элемента с точки зрения частоты встречаемости, «как правило, получается то, что Гегель называл «дурными» абстракциями, которые отражают набор свойств, равным образом принадлежащих качественно различным объектам»”^. Неэффективность статистических методов исследования взаимосвязей элементов криминалистической характеристики преступлений и отсутствие обобщений, необходимых для развития научной абстракции, отмечаются в криминалистической литературе как одна из причин кризиса концепции криминалистической характеристики преступлений^.

В этой связи, думается, прав В.П.Лавров, отметивший, что использование как количественной, так и качественной информации о связях между элементами криминалистической характеристики преступления открывает большие возможности для применения в частных методиках математики, вычислительной техники и моделирования, в том числе и программирования процессов расследования преступлений’’. Иными словами, криминалистическая характеристика, основанная лишь на количест- венных показателях, характеризующих частоту встречаемости тех или иных элементов изучаемого механизма отдельного вида преступления, без анализа причинно-следственных и пространственно- временных связей между ними, не будет удовлетворять все имеющиеся научные и практические потребности. По всей видимости, использование процентных показателей в процессе разработки криминалистической характеристики преступления обязательно должно сопровождаться:

  • указанием на типовой характер определяемого элемента (подэле- мента) преступной деятельности;
  • указанием на его вероятностные связи с другими типовыми элементами.
  • Использование термина «степень вероятности» применительно к определению связей между элементами отражаемого в криминалистической характеристике механизма преступления представляется нам более обоснованным, чем применение термина «степень жесткости». Именно в таком виде, на наш взгляд, раскрытие связей между такими элементами исключает шаблонный характер криминалистической характеристики, ограничивающий творческий подход следователя к выдвижению версий и определению направлений расследования. Критерием установления степени вероятности взаимосвязи элементов механизма преступления, типовые сведения о которых отражены в криминалистической характеристике, выступают результаты эмпирических и статистических исследований преступлений определенного вида. Такие исследования необходимы, поскольку без использования их результатов криминалистическая характеристика будет представлять собой набор абстрактно-умозрительных сведений, ві.іде- ленных по принципу «может быть» без раскрытия возможных связей, и не имеющих существенного практического выхода.

Итак, по степени вероятности типовые корреляционные связи между элементами механизма преступления, получающие отражение в его криминалистической характеристике, целесообразно подразделять на:

  • однозначные связи;
  • наиболее вероятные связи;
  • связи со средней степенью вероятности;
  • маловероятные связи.
  • Отражаемые в криминалистической характеристике типовые сведения об однозначных связях указывают только на единственно существующий вариант отношений между элементами механизма преступления. Например, однозначной будет связь между способом совершения грабежа путем «рывка» и предметом преступного посягательства, в качестве которого выступают носимые вещи, находящиеся у потерпевшего при себе (меховые шапки, сумки, украшения, фотокамеры и т.п.).

Типовые сведения о наиболее вероятных связях раскрывают наиболее часто (по результатам эмпирических исследований) возникающие отношения между элементами механизма преступления. Например, упомянутые выше грабежи путем «рывка» (способ совершения преступления) наиболее часто совершаются мужчинами (87% по результатам эмпирических исследований)’ в возрасте 14-29 лет (78%). Очевидно, что связь между названным способом совершения грабежа и приведенными данными о личности преступника носит наиболее вероятный характер. Как наиболее вероятный можно охарактеризовать и отдельный вид связи между потерпевшим от грабежа и лицом, непосредственно осуществившим «рывок», выражающийся в том, что в 98% случаев потерпевший не знаком с пре- ступником. Практическое использование отраженных в криминалистической характеристике данных о наиболее вероятных связях между элемен-

’ См., напр.: Расследование грабежей и разбойных нападений./Под. ред. А.Ю.Головина.- Тула,2001.

тами механизма преступления ориентирует следователя на выдвижение типовой и наиболее вероятной версии при расследовании преступления определенного вида, не исключая, впрочем, необходимость выдвижения и проверки менее вероятных версий.

Характеризуя связи со средней степенью вероятности, криминалистическая характеристика раскрывает различные варианты возможных отношений между элементами механизма преступления. Например, как показывают результаты проводимых эмпирических исследований, преступные посягательства на компьютерную информацию путем непосредственного доступа к ЭВМ в 40,5% изученных случаев совершаются работниками организаций, предприятий, учреждений: программистами, инженерами, операторами, являющимися пользователями или обслуживающим персоналом ЭВМ. В 21,6% случаев такой доступ осуществлялся иными работниками организаций, предприятий, учреждений, в 8,1% случаев - бывшими работниками, а в остальных случаях - сторонними лицами’. Во всех названных случаях связь между способом совершения преступления и лицом, его совершившим, можно охарактеризовать как имеющую среднюю степень вероятности.

Отраженные в криминалистической характеристике данные о сред- невероятных связях между элементами механизма преступления позволяют следователю правильно определить круг необходимых версий при расследовании конкретного преступления определенного вида.

Маловероятные связи хотя и получают отражение в криминалистической характеристике преступления, не всегда позволяют построить информационную цепочку. Это связано с тем, что связи такого рода редко проявляются на практике. В то же время, игнорировать их существование в процессе расследования преступления нельзя. Например, единоличные

’ См : Головин А.Ю., Мусаева У.А., Толстухина Т.Е. Актуальные проблемы расследования преступлений в сфере компьютерной информации.-Тула,2001.-С. 19.

разбои женщин - редкий случай, однако это обстоятельство не должно исключать в случае отсутствия достоверной информации о поле лица, совершившего преступление, выдвижение подобной версии.

Конечно, степень вероятности, с которой характеризуется взаимосвязь между теми или иными элементами механизма преступления, отражаемая в криминалистической характеристике, может быть изменяться под воздействием различных факторов: территориальных, национальных, экономических, временных и т.д. в этой связи справедливо утверждение Н.П.Яблокова о том, что криминалистическая характеристика отдельного вида преступления в полной мере не может быть общей для всех регионов страны, что влияет на методический эффект от ее применения*.

Кроме того, хотелось бы отметить, что методологическое и информационное значение криминалистической характеристики преступления зависит от системного уровня ее раскрытия. Чем выше системный уровень криминалистической характеристики преступления, тем более многовари- антны связи между раскрываемыми в ней элементами преступной деятельности, тем сложнее ее применение при расследовании конкретных преступлений. Очевидно, что криминалистическая характеристика как система типовой информации приобретает наибольшее практическое значение при ее раскрытии на более детальных уровнях, применительно к отдельным видам и даже подвидам преступлений.

Детализировать отдельные элементы, отражаемые в криминалистической характеристике, позволит их классификация. Как справедливо отметил А.Н.Васильев, подход к любому предмету с точки зрения системно-структурного анализа предполагает использование классификаций. Классификация позволяет определить объем и уровень знаний об этом предмете и найти путь к более глубокому исследованию и познанию, а

См.: Яблоков И.П. Указ.соч.-С. 13.

также к более эффективному использованию наших знаний на о нем на практике’.

В процессе разработки криминалистических характеристик отдельных видов преступления активно используются результаты различных системных исследований, проводимых в криминалистической науке, в частности классификации отдельных элементов преступной деятельности, типовые сведения о которых составляют содержание криминалистической характеристики преступлений. Так, В.П.Лавров справедливо отметил, что в «чисто научном плане разработка криминалистических характеристик способствует успешной реализации учения о криминалистической систематике, апробируются и используются различные криминалистические классификации, важные для методики расследования отдельных видов преступлений»^. В числе используемых в процессе разработки криминалистической характеристики преступлений классификаций можно назвать:

  • криминалистические классификации преступлений^;
  • классификации способов совершения и сокрытия преступления;
  • классификации личности преступника, имеющие криминалистическое значение;
  • классификации потерпевших, имеющие криминалистическое значение;
  • классификации места, времени, обстановки совершения преступлений и др.

Классификации способов совершения и сокрытия преступления играют важную роль в познании механизма его совершения и разработке его криминалистической характеристики. Типовые сведения о способе совер-

’ См.: Васильев А.И. Проблемы методики расследования отдельных видов претспулений - М.,2002.-С.28.

^ Лавров В.П. Общие положения методики расследования отдельных видов преступлений// Курс лекций по криминалистике/ Под ред. А.Ф.Волынского.-М.,1998.-С.19.

^ Подробнее о криминалистической классификации преступлений см. в §2 настоящей главы.

шения преступления называются большинством ученых криминалистов как важнейший (а иногда и как ключевой) элемент криминалистической характеристики. Неудивительно, что способ совершения преступления, как одна из основных криминалистических категорий, на протяжении длительного времени подвергается активным классификационным исследованиям. В этой связи вряд ли можно поддержать высказанное в криминалистической литературе мнение о том, что «универсальной классификации способов совершения преступления не существует», а «каждая частная криминалистическая методика содержит не классификацию, а перечень типичных способов подготовки и совершения конкретного вида (рода) преступления»’ . представляется, что различные классификации способов совершения преступления могут быть проведены как на общем уровне, так и применительно к отдельным видам преступлений (например, классификации способов совершения убийств, классификации способов преступлений, совершенных несовершеннолетними, и т.д.).

Проанализируем представленные в криминалистической литературе классификации способов совершения преступления^ выделим и уточним те из них, которые, на наш взгляд, могут быть использованы при разработке криминалистических характеристик различных видов преступлений:

  1. В зависимости от сложности структуры выделяются полноструктурные и неполноструктурные способы совершения преступлений. Полноструктурные способы охватывают всю систему действий по подготовке, совершению и сокрытию преступления, в системе неполнострук-

’ См ; Белкин А.Р. Криминалистические классификации.-М.,2000.-С.54.

^ См • Великородный П.Г. Криминалистическая характеристика и классификация способов совершения преступлений и способов уклонения от ответственности// Криминалистическая характеристика поеступлений-М 1984 -С 90-91; Драпкин Л.Я„ Уткин М.С. Понятие и структура способа совершения преступлений’// Проблемы борьбы с преступностью.-Омск, 1978.-СЛЗЗ; Жордания И.Ш Структура и правовое значение способа совершения преступления.-Тбилиси,1977.-С.96-120; Куцонис П.Б. Проблемы постпоения и использования криминалистических классификаций в методике расследования пре- ступлений. Дисс. .. канд. юрид. наук. -М., 1990.-C.105; Селиванов Н.А. Советская криминалистика: система понятий.- М.,1982.-С.132.

турных способов отсутствуют действия по подготовке или (и) сокрытию преступления.

  1. По содержанию способы совершения преступления можно подразделить на:
  • осуществляемые путем комплекса активных действий;
  • осуществляемые путем бездействия;
  • смешанные (осуществляемые путем активных действий и бездействия).
    1. В зависимости от использования в процессе совершения различных орудий и средств можно выделить способы совершения преступления:
  • сопряженные с использованием различных орудий и средств;
  • реализуемые без использования каких-либо орудий и средств. Первая группа способов совершения преступления может быть подвергнута и дальнейшим классификационным исследованиям, исходя из характера и вида использованных орудий и средств, а также специфики отдельного вида преступления’.
    1. По кругу лиц, участвующих в совершении преступления, целесообразно выделять способы:
  • осуществляемые единолично;

  • осуществляемые группой лиц (с распределением или без распределения преступных ролей).
    1. По времени осуществления:
  • кратковременные;
  • длительные.
  • Классификации способов совершения преступления, используемые при разработке криминалистических характеристик отдельных видов пре-

’ См., например. Рожков В.Д. Расследование серийных грабежей и разбоев/ Под ред. А.Ю.Головина.-Тула,2003.-С. 35-36.

ступлений, могут быть дополнены результатами классификационных исследований способов их сокрытия’.

к числу классификаций личности преступника, имеющих значение для системного формирования криминалистической характеристики, можно отнести деления по полу, возрасту, национальности, образовательному уровню, материальному положению, роду занятий, преступному прошло- му, образу жизни, состоянию здоровья и пр. .

По отдельным видам преступлений личность преступника должна исследоваться и с позиций обладания определенными профессиональными навыками и умениями, вхождения в различные неформальные группы, социумы. Например, такие элементы обязательно должны находить отражение в криминалистической характеристике преступлений в сфере компьютерной информации. Как показывают, проведенные эмпирические исследования до 80% субъектов таких преступлений в возрасте от 16 до 30 лет относят себя к так называемым хакерам (или кракерам) - лицам, обладающим высокоразвитыми знаниями, навыками и умениями в сфере компьютерной техники, программного обеспечения и использующих их в целях совершения компьютерных преступлений. Эти лица объединяются в особого рода социальную группу со своей субкультурой, результатом воздействия которой со временем становится серьезная психологическая деформация личности, выражающаяся в стойкой криминальной направленности действий в сфере информационных отношений^.

Определенное значение для системного представления типовых сведений об отдельном виде преступления может сыграть детализация дан-

’ Подробнее о классификациях способов сокрытия преступлений см. в §3 настоящей главы.

” См.: Ведерников И.Т. Личность преступника как элемент криминалистической характеристики преступления// Криминалистическая характеристика преступления.-М., 1984.-С.76-77.

^ Подробнее см.: Головин А.Ю. Классификация и характеристика лиц, совершающих преступления в сфере компьютерной информации// Организованная преступность, мифация, политика.-М.,2002.- С 108-112; Гаврилин Ю.В., Головин А.Ю. и др. Преступления в сфере компьютерной информации. Квалификация и доказывание. /Под ред. Ю.В.Гаврилина.-М.,2003- С.87- 89.

ных о потерпевшем. Такая детализация может быть осуществлена на основе имеющих криминалистическое значение классификаций потерпевших по полу, возрасту, материальному положению, образу жизни, поведению до, во время и после совершения преступления, характеру связи с преступ

ником’.

При разработке криминалистических характеристик преступлений и раскрытии вероятностных корреляционных связей между ее элементами могут быть учтены и различные виды обстановки совершения преступлений. Наиболее интересное, на наш взгляд, исследование в этой области провел В.И.Куликов. В связи с внутренними качествами и криминалистической ценностью для расследования автором были выделены следующие классификации обстановки совершения преступления: обязательные (являющиеся непременным условием существования события преступления, не связанные с каким-то определенным видом преступления) и альтернативные; главные (находящиеся в контакте с преступником, явившиеся целью или средством совершения преступления, учитывающиеся и исполь- зовавшиеся им) и второстепенные; активные (обладающие способностью к саморазвитию и побуждению к движению другие элементы) и пассивные; сложные (обладающие высокой степенью внутренней организации или сознанием) и простые; типичные (характерные элементы среды, в которой совершается основная масса подобных преступлений) и специфиче

ские^.

Учение о криминалистической характеристике преступлений имеет и еще один проблемный вопрос, который может быть отнесен в сферу криминалистической систематики. Речь идет о научной дискуссии по про-

‘Подробнее см.: Бурданова B.C., Быков В.М. Виктимологические аспекты криминалистики.-

Ташкент 1981Сорокотягина Д.А. Собирание и исследование данных о личности потерпевшего с целью

раскрытия и расследования преступлений. Днсс….канд. юрид. наук.-СвердловскЛ978; Центров Ь.Ь.

Криминалистическое учение о потерпевшем.-М.,1988 и др.

2 См.: Куликов В.И. Обстановка совершения преступления и ее криминалистическое значение.

Автореф. дисс..,.канд.юрид.наук.-М., 1983.-С. 16-17.

блеме существования криминалистической характеристики конкретного преступления (конкретной криминалистической характеристики преступления) как одном из ее уровней. Отметим, что до сих пор этот вопрос не получил в криминалистике однозначного разрешения.

Мы не будем подробно обозначать все имеющиеся в криминалистической литературе точки зрения по этому вопросу, тем более что их обстоятельный анализ в последние годы уже проводился как сторонниками выделения конкретной криминалистической характеристики преступления’, так и противниками этой позиции^. Остановимся лишь на позициях ученых-криминалистов, получивших отражение в новейшей криминалистической литературе.

В частности, идею о существовании криминалистической характеристики конкретного преступления активно отстаивает В.Ф.Ермолович. В обоснование своей позиции автор привел ряд обобщенных по криминалистической литературе и собственных доводов:

  1. Криминалистическую характеристику конкретного преступления можно рассматривать как информационную модель расследованного преступления. При этом полной она станет с момента, когда расследование закончено и приговор вступил в законную силу.
  2. Разработка такой характеристики осуществляется в зависимости от задач, которые необходимо решать в процессе практической деятельности, в частности:
  3. когда изучаются преступления одного вида и на основании этого вырабатываются рекомендации по их раскрытию и расследованию;

когда изучается конкретное преступление и на его примере производится обучение курсантов (слушателей, студентов);

’ См.: Ермолович Е.Ф. Криминалистическая характеристика преступлений.-Минск,2001 .-С.225-

^ См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики . В 3 Т.т.3.-М.,1997.-С.317-318.

когда изучается конкретное преступление и на его примере производится разбор в практическом подразделении правильных и неправильных действий следователя, оперуполномоченного, прокурора, судьи;

когда изучается конкретное преступление и на его основе производится разработка предложений в законодательные акты’.

Однако точка зрения о выделении криминалистической характеристики конкретного преступления представляется нам спорной. Во- первых, как справедливо отмечается в юридической литературе, криминалистическая характеристика «может рассматриваться лишь как вероятно- , стная модель и соответственно использоваться следователем только в ка

честве ориентирующей информации» . Однако криминалистическая характеристика конкретного преступления, формируемая лишь на момент «вынесения приговора», использоваться в таком качестве в процессе расследования не может. Характеристика, в которой отразились бы существенные признаки конкретного преступления, будет служить «либо науке, как эмпирический материал, либо целям анализа и обобщения следственной практики»^. Более того, как справедливо отмечается в криминалистической литературе, «суд не занимается формулированием научных абстракций. Приговор не представляет собой вероятностную модель события преступления»’^.

Во-вторых, не совсем понятно каким образом в криминалистической характеристике конкретного преступления получат отражение «действия следователя, оперуполномоченного, прокурора, судьи». Как справедливо писал Л.Д.Самыгин, «представить себе трудно, что было бы, если следо-

’ См.: Ермолович Е.Ф. Указ.соч.-С.232. “ Белкин Р.С. Курс криминалистики . Т.З. -С.317.

’ Аверьянова Т.В., Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Россннская Е.Р. Криминалистика.-М.,1999.-С.688. Филиппов А.г. К вопросу об особенностях расследования отдельных видов преступлении// Особенности расследования отдельных видов и групп престпулений.-Свердловск,1980.-С.23,

ватели стали бы «компонентами» криминалистической характеристики преступления вместе с убийцами и ворами»’.

В-третьих, что касается использования информации о конкретном преступлении в учебном процессе, то в этом случае, на наш взгляд, можно говорить либо о передаче практического опыта, либо о подтверждении примером сведений, содержащихся в видовой или групповой криминалистической характеристике.

Кроме того, выделение криминалистической характеристики конкретного преступления неизбежно влечет за собой уточнение родового понятия криминалистической характеристики преступления. Очевидно, что конкретная криминалистическая характеристика не может рассматриваться как система типовых сведений. Попытку решить этот вопрос предпринял в одной их своих последних работ Л.Л.Каневский. По его мнению, «надо отличать типовую криминалистическую характеристику определенной категории (группы) преступлений, ядром которой являются корреляционные связи и зависимости между отдельными ее элементами, от криминалистический характеристики конкретного общественно опасного деяния, которую следователь всегда анализирует по мере выявления новой информации в процессе расследования»^ . Однако, на наш взгляд, и в таком понимании различных уровней криминалистической характеристики преступлений вопрос об определение ее родового понятия остается открытым.

Нам представляется, что под термином «криминалистическая характеристика преступлений» наиболее целесообразно понимать только систему типовых данных (сведений) об элементах отдельного вида преступления и его механизме. Применительно к конкретному преступлению речь

’ Самыгин Л.Д. Указ.соч.-С.99.

’ Каневский Л.Л. Дискуссионные проблемы сущности типовой криминалистической характеристики преступлений и ее использования в процессе расследования// Вестник криминалистики. Вып. 1(3).- М.,2002.-С.28.

должна идти о системе криминалистически значимой информации о нем, собираемой следователем. Именно эта информация анализируется следователем и иными работниками правоохранительных органов, сопоставляется с типовыми данными криминалистической характеристики преступления, являясь таким образом предпосылкой ее практического использования. Криминалистически значимая информация о конкретном преступлении служит объектом эмпирических исследований и обобщений, результаты которых могут быть положены в основу криминалистической характеристики.

В отдельных работах, посвященных системным исследованиям преступной деятельности, были высказаны предложения о необходимости разработки наряду с концепцией криминалистической характеристики преступления так называемой криминалистической теории преступления’. В качестве одного из направлений развития такой теории была названа разработка типовых моделей преступной деятельности. Под такой моделью было предложено понимать «информационную систему, построенную на основе обобщения представительного массива уголовных дел определенной категории, отражающую закономерные связи между существенными для раскрытия и расследования преступлений элементами программно-целевого комплекса, способа действий преступника, механизма расследуемого события, обстановки преступления и особенностями личности преступника и служащую для выдвижения типовых версий»^.

Анализ данного определения позволяет сделать вывод, приведенные в нем признаки в основном соответствуют понятию криминалистической характеристики преступления, К этому же выводу приводит и исследова-

‘Типовые модели и алгоритмы криминалистического исследования /Под ред. В.Я.Колдина,- М.,1990.-С.11; Рустов Г.А. О разработке криминалистической теории преступления// Правоведение.1983,№3.-С.88-92; Клочков В В., Образцов В.А. Преступление как объект криминалистического познания//Вопросы борьбы с преступностью. ВЫП.42.-М.,1985.-С.44-54.

  • Типовые модели и алгоритмы криминалистического исследования /Под ред. В.Я.Колдина.- М.,1990.-С.31

НИЄ предлагаемых сторонниками этой позиции системных концепций подобных типовых моделей, характера и закономерностей связей между составляющими их элементами. Думается, что речь фактически идет о все том же комплексе типовой информации о системе и механизме отдельных видов преступной деятельности, в связи с чем отказ от использования для его обозначения понятия криминалистической характеристики преступления вряд ли можно признать обоснованным. Это, на наш взгляд, в очередной раз доказывает необходимость и научную и практическую значимость использования данной криминалистической категории.

Итак, на сегодняшний день существуют все предпосылки для дальнейшего развития учения о криминалистической характеристике преступлений как системы типовых данных (сведений) об элементах отдельного вида преступления и его механизме, способствующей определению основных направлений расследования преступлений и служащей эмпирико- информационной основой для разработки частных криминалистических методик.

Подводя итог сказанному, отметим, что дальнейшее изучение преступной деятельности как объекта криминалистической науки неразрывно связано с расширением сферы применения системных средств и методов научного и практического познания, формирование системы криминалистических знаний о ней на основе системных принципов, раскрываемых криминалистической систематикой.

§2. Некоторые аспекты криминалистической классификации

преступлений

Криминалистическая классификация преступлений давно и активно разрабатывается в криминалистической науке. Началом активных исследований проблем криминалистической классификации преступлений следует считать 1971 год, когда А.Н.Васильев и Н.П.Яблоков высказали идею о

ТОМ, что «классификация преступлений в методике их расследования должна исходить не из уголовно- правовых характеристик, а из криминалистических по различным основаниям, имеющим значение для раскрытия преступлений»’.

За прошедшие три десятилетия по вопросам криминалистической классификации преступлений было опубликовано немало работ, предложено множество классификационных построений^. В.А.Образцов предложил даже рассматривать учение о криминалистической классификации преступлений как частную криминалистическую теорию^.

К сожалению, анализ научных работ указывает на отсутствие единого подхода к разработке криминалистических классификационных систем преступлений. Можно констатировать, что на сегодняшний день базисные положения криминалистической классификации преступлений дискусси- онны и нуждаются в уточнении.

Прежде всего, следует четко определиться, что же является объектом криминалистической классификации преступлений.

Как уже отмечалось ранее, объектом криминалистической классификации всегда выступает понятие как мысль, отражающая существенные признаки какого-либо предмета или явления, входящего в предмет изучения криминалистической науки. При этом объект криминалистической классификации является одним из основных ее отличий от классификации в других правовых науках (в том числе и в уголовном праве). Спе-

’ Криминалистика. / Отв. ред. А.Н.Васильев.-М., 1971.-С.425.

” См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.В 3 т. Т.З.-М.,1997.-С.319-325; Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений.- Свердловск,1975.-С. 151-163; Васильев А.Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступлений.-М.,1978.-С.30-33; Возгрин И.А. Общие положения методики расследования отдельных видов преступлений.- Л.,1976.-С.43; Колесниченко А.Н. Общие положения методики расследования отдельных видов преступлений.-Харьков, 1976.-С. 14; Куцонис П.Б. Проблемы построения и использования криминалистических классификаций в методике расследования преступлений. Дисс…. канд. юрид. наук. -М.,1990.-С.45-74; Образцов В.А. Криминалистическая классификация преступлений. -Красноярск, 1988 ; Яблоков И.П. Криминалистическая методика расследования (некоторь[Є теоретические положения).-М., 1985.-С.24- 31 и др.

’ См.: Образцов В.А. Проблемы совершенствования научных основ методики расследования преступлений. Автореферат дисс….докт. юрид.наук.- М.,1986.-С. 17.

На спорный характер этой точки зрения автора мы указывали выше.

цифика объектов криминалистической классификации проявляется в том, что в объекте деления, прежде всего, должны учитываться закономерности, важные в криминалистическом отношении.

С первого взгляда, ответ на вопрос об объекте криминалистической классификации преступлений прост: им являются определенные множества преступлений.

Статья 14 действующего Уголовного кодекса России гласит: «Преступлением признается виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное настоящим Кодексом под угрозой наказания.

Не является преступлением действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки какого- либо деяния, предусмотренного Уголовным кодексом, но в силу малозначительности не представляющее большой общественной опасности». В особенной части Уголовного кодекса приведен обширный перечень конкретных преступлений.

Уголовно-правовое определение преступления, как объект криминалистической классификации, уже использовалось в криминалистической науке. Так, в 1988 году В.А.Образцов выделил пять типов объектов криминалистической классификации преступлений:

  1. Общественно опасные деяния, совершаемые на территории СССР и квалифицируемые уголовным законом союзных республик как преступления;
  2. Определенные группы криминалистически сходных видов преступлений и уголовно-правовые роды преступлений;
  3. Отдельные виды преступлений;
  4. Уголовно-правовые подвиды преступлений;

  5. Определенные группы преступлений, выделяемые на основе криминалистической классификации уголовно-правовых видов и подвидов указанных явлений.’

Хотелось бы отметить то обстоятельство, что автор оперирует терминами «криминалистически сходные виды преступлений» и «выделяемые на основе криминалистической классификации уголовно-правовые виды преступлений».

Поясняя первый термин, В.А.Образцов пишет: «Выделяемые на основе криминалистической классификации всей совокупности преступлений, эти группы в рамках соответствующих классификационных построений выступают в качестве частей, элементов указанного целого. Их собственное строение при этом не принимается во внимание для характеристики целого, поскольку они обозначают предел его классификации. Однако в тех случаях, когда какой-либо из этих элементов (классификационных единиц) избирается в качестве самостоятельного объекта исследования, он приобретает иное смысловое и функциональное значение, поскольку рассматривается как целостное системное образование - объект познания и классификации. Таким образом, одно и то же понятие в различных познавательных ситуациях выступает либо в качестве элемента, либо объекта криминалистической классификации, расчленяемого, в свою очередь, на образующие его части»^. В этом довольно сложном пояснении автора к сожалению не усматривается, в чем же выражается криминалистическая сходность тех или иных групп преступлений.

Поясняя второй термин, В.А.Образцов, по сути дела, проводит аналогию между криминалистически сходными группами преступлений и преступлениями, объединенными в те или иные главы Особенной части УК.

’ См.: Образцов В.А- Криминалистическая классификация преступлений.-С.55-61. ^ См.: Образцов В.А- Указ.соч.-С.55-56.

Структура особенной части УК была положена в основу классификационных исследований преступлений и И.А. Возтриным’.

В этой связи хотелось бы отметить точку зрения Ю.П.Белых, по мнению которого «самостоятельной криминалистической классификации преступлений не существует, так как отсутствует множество, подвергающееся делению. Создание в криминалистике множества, адекватного совокупности составов преступлений, означало бы механическое заимствование положений уголовного права»^. Соглащаясь со второй частью тезиса Ю.П.Белых, мы категорически не согласны с первой.

Прав Р.С.Белкин, считая, что в основе формирования системы частных криминалистических методик лежит уголовно-правовая квалификация преступлений^ Именно здесь проявляется заимствование положений уголовного права как основания для криминалистических классификационных делений, но не преступлений, а частных криминалистических методик.

Преступление, как объект криминалистического классификационного исследования, не должно сводиться к своему уголовно-правовому определению. Это подтверждает анализ некоторых научных подходов к классификации преступлений, при которых используются криминалистические признаки’^.

’ Детальный анализ позиции И.А.Возгрина по данному вопросу провел Р.С.Белкин (См. Курс криминалистики. Т.3.-С.323-324).

’ Белых Ю.П. К вопросу криминалистической классификации преступлений // Актуальные проблемы правоохранительной деятельности милиции. Сборник статей адъюнктов и соискателей. Вып. 7.- М.,1996.-С.116.

’ См.; Белкин Р.С. Указ,соч.-С.325

^ См.: Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений.-Свердловск, 1975.-C.151- 155; Белкин Р.С. Указ.соч.-С.326; ІІблоков Н.П. Общие положения криминалистической методики расследования преступлений// Криминалистика./ Отв.ред.Н.П.Яблоков.- М.,1995. -С.486.

В криминалистической литературе преступление рассматривается и как определенное событие’, и как криминальная ситуация^, и как деятельность^.

Подход к событию, имеющему признаки преступления, как к объекту криминалистической классификации преступлений представляется интересным. В начале расследования, как правило, известны не все признаки состава преступления. В этой связи следует согласиться с В.Я.Колдиным, который отметил, что «в процессе расследования конкретного уголовного дела криминалист, строго говоря, имеет место не с «преступлением», а с подлежащим расследованию событием: последствиями пожара, обнаружением трупа, недостачей и т.д. эти события нуждаются в расследовании, но могут иметь и не криминальную природу»”^. В ходе расследования может быть установлено, что данное событие не является преступлением, однако для этого следователю необходимо использовать весь арсенал криминалистических средств и методов расследования определенного вида преступления.

Отметим, что понимание объекта криминалистической классификации преступлений как события, подлежащего расследованию, отрицается некоторыми учеными-криминалистами. Так, П.Б.Куцонис высказал точку зрения, что подлежащие расследованию события не могут быть пространством классификации преступлений потому, что объем этого понятия гораздо шире понятия «преступление». При этом автор считает, что эти события могут составить пространство самостоятельной криминалистиче-

’ См.: Колдин В.Я. Криминалистическое знание о преступной деятельности: функция моделирования// Советское государство и право. 1987,№2.-С.64; Мудьюгин Г.Н. Расследование убийств по делам, возбуждаемым в связи с исчезновением потерпевшего.-М., 1967.

^ См.: Волчецкая Т.С. Криминалистическая ситуалогия. Дисс…. докт юрид наук.-М.,1997; Грановский Г.Л. Криминалистическая ситуационная экспертиза места происшествия // Рефераты научных сообщений на теоретическом семинаре - криминалистических чтениях 21 апреля 1977 г. Вып.16.- М.,1977.-С.7.

^ См.: Самыгин Л.Д. Расследование преступлений как система деятельности.-М.,1989.-С.14.

” Колдин В.Я. Криминалистическое знание о преступной деятельности: функция моделирования//Советское государство и право. 1987,№2.-С.64.

СКОЙ классификации’. В то же время, вопросы соотношения предложенной автором классификации событий, подлежащих расследованию, а также криминалистической классификации преступлений и классификации частных криминалистических методик П.Б. Куцонис не разъясняет.

На наш взгляд, события, содержащие признаки преступления, могут выступать объектом криминалистической классификации преступлений. Именно при таком подходе к криминалистической классификации преступлений четко прослеживается ее связь с классификацией частных криминалистических методик. С момента поступления заявления или сообщения о том или ином событии, содержащем признаки преступления, следователь может использовать разработанные применительно к данному виду преступления рекомендации по расследованию, в том числе и на стадии возбуждения уголовного дела (например, рекомендации по осмотру места происшествия). Кроме того, в ходе расследования следователь должен проверить версии о непреступном характере происшедшего события (са- моубийство, несчастный случай, инсценировка преступления и др.).

Уголовно-правовая классификация преступления служит ориентиром для криминалистических классификационных исследований. На ее основе (выделение родов, видов преступлений) определяются уровни и подуровни криминалистической классификации преступлений.

Связь криминалистической классификации преступлений и методики расследования отдельных видов преступлений проявляется также в характере используемых оснований деления.

Основаниями криминалистической классификации преступления выступают его различные признаки, изучаемые криминалистикой. Однако понятие криминалистического признака преступления является дискуссионным.

См.; Куцонис П.Б. Указ.соч.-С.52.

Так, Г.А.Густов и В.Г.Танасевич определили его как след, указывающий на возможность совершения конкретного преступления’. Эта точка зрения была поддержана В.А.Гуняевым, В.И.Рохлиным^, а также Р.С.Белкиным, который на ее основе выделил пять групп признаков преступления:

А. По содержанию: признаки приготовления к преступлению, его совершения, сокрытия и признаки использования результатов преступления.

Б. По месту проявления: на месте преступления или на месте происшествия; в иных местах; в материалах организаций и предприятий всех видов; в быту и личной жизни преступников и их связей; содержащиеся в данных о других преступлениях или происшествиях.

в. По связи с событием преступления: непосредственно указывающие на возможное преступление; признаки инсценировок и иных способов сокрытия преступления.

г. По связи с предметом доказывания: оцениваемые как прямые доказательства; оцениваемые как косвенные доказательства.

Д. По отношению к процессу отражения: необходимые и случайные\

Как видим, в таком понимании криминалистический признак нельзя рассматривать как основание классификации преступлений, что позволяет говорить о нетождественности криминалистического признака как следа преступления и признака, выступающего основанием криминалистической классификации преступлений.

Свой взгляд на сущность криминалистического признака высказал В.А.Образцов. По его мнению, криминалистический признак преступления - это «тот компонент элемента криминалистического состава преступле-

’ См.: Рустов Г.А., Танасевич В.Г. Признаки хищений социалистической собственности // Вопросы совершенствования предварительного следствия.-Л.,1971.-С.87.

? См.: Гуняев В.А.,Рохлин В.И. Криминалистическое значение признаков преступления и проблема типизации расследования // Укрепление законности в деятельности следователей в свете Конституции СССР.-М., і 979.-C.80.

’ См.: Белкнн Р-С. Указ.соч.-С.398-399.

ния, который используется в качестве основания криминалистической классификации преступлений»’. Не совсем понятно, о каком «криминалистическом составе преступления» ведет речь В.А.Образцов. По всей видимости, будет более верным говорить о связи криминалистического признака со структурой преступления.

Напомним, что наиболее обоснованным представляется включение в структуру преступления следующих элементов:

  • субъект преступления и другие участники деяния;
  • цель и мотив преступления;
  • способы и средства совершения преступлений; предмет преступного посягательства;
  • место, время, обстановка преступления;
  • преступный результат.
  • Сравним элементы преступления и основания классификации преступлений, представленные в криминалистической литературе.

Так, И.Ф.Герасимов предложил классифицировать преступления в криминалистике по:

  • способу совершения преступления;
  • по степени сокрытия и маскировки преступления;
  • по преступному опыту лица, совершившего преступление;
  • по месту их совершения^.
  • И.А.Возгрин назвал в качестве оснований криминалистической классификации преступления: способ совершения преступления, личность преступника, личность потерпевшего^.

’ Образцов В.А. Указ. соч.-С. 80.

^ См.; Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы раскрытия преступлений.-Свердловск,1975.-С.151-

155.

’ См.: Возгрин и.А. Криминалистическая методика расследования преступлений. -Минск,1983,- С.208-209.

H. П.Яблоков как основания криминалистической классификации преступлений указал способ и обстановку совершения преступления, включая сферу преступного поведения, типологические и иные особенности личности преступника, его преступный опыт, вид и отдельные свойства потерпевших.’ I. Р.С.Белкин предложил развернутую криминалистическую классификацию преступлений, выделив в ней четыре основных элемента:

J. Классификации преступлений, связанные с субъектом преступления, совершаемые: K. - единолично и группой; - - впервые и повторно; - - лицами, находящимися в особом отношении с непосредственным объектом посягательства и не состоящими в таком отношении; - взрослыми преступниками и несовершеннолетними;

  • мужчинами и женщинами.
  • II.Классификации преступлений, связанные с объектом преступления:

  • по личности потерпевшего;
  • по характеру непосредственного предмета посягательства;
  • по способам и средствам охраны непосредственного предмета посягательства.
  • III. Классификации преступлений, связанные с объективной стороной преступления:

  • по способу совершения преступления;
  • по способу сокрытия преступления, если оно не входит в качестве составной части в способ совершения преступления.
  • ’ См.: Яблоков и.п. Общие положения криминалистической методики расследования преступлений// Криминалистика / Отв.ред.Н.П.Яблоков.- М.,1995. -С.486.

IV. Классификации преступлений, связанные с субъективной стороной преступления:

  • совершенные с заранее обдуманным намерением и со внезапно возникшим умыслом’.

А.Р.Белкин дополнил IV элемент приведенной классификации делениями преступлений по неосторожности, а также по мотивам и целям совершенного деяния^.

проведенный анализ криминалистической литературы позволяет сделать вывод, что в качестве оснований криминалистической классификации преступлений используются признаки, производные от элементов структуры преступления и определяющие криминалистические особенности различных видов преступных деяний. Эти элементы указывают лишь на общее направление классификационных исследований преступлений. Конкретные классификационные основания могут быть более детализированы. Вот почему наиболее полной нам представляется система классификационных оснований, предложенная Р.С. Белкиным (с дополнениями А.Р. Белкина).

В научной литературе присутствуют и некоторые иные взгляды на основания криминалистической классификации преступления.

Так, по мнению В.А.Образцова, основаниями криминалистической классификации преступлений могут быть: признаки преступления (признаки преступника, мотив и цель преступления, признаки средств преступления, признаки процесса преступления, признаки результатов преступления); признаки обстановки совершения преступления; признаки деятельности по выявлению и расследованию преступлений (признаки субъекта расследования, признаки объекта расследования, признаки задач расследования, признаки средств расследования, признаки процесса расследования.

’ См.: Белкин Р.С. Указ.соч.-С.326.

^ См.: Белкин А.Р. Криминалистические классификации.-М.,2000.-С.25.

признаки результатов расследования)’. Возможность использования второй группы признаков (признаки деятельности по выявлению и расследованию преступлений) как оснований криминалистической классификации преступлений вызывает у нас существенные возражения. Деятельность по расследованию преступления, не является его характеризующим признаком, она производна от преступления и, следовательно, ни один из ее элементов не может выступать в качестве основания классификации преступлений. Например, предлагая классификацию преступлений с учетом того, применялись или не применялись при их расследовании научно-технические средства (выделено нами -А.Г.), В.А.Образцов пишет: «Одна группа этих классификаций может быть построена по признакам и отношениям науч- но-технических средств вообще и средств криминалистической техники в частности. Номенклатура таких средств является достаточно широкой. Наряду со средствами, которые могут применяться и применяются по делам о самых различных преступлениях, имеется немало таких, использование которых рассчитано на работу по делам лишь определенных категорий преступлений»^. Сразу бросается в глаза «перевернутость» классификации. Фактически речь идет не о классификации преступлений по видам научно-технических средств, а о классификации научно-технических средств по видам преступлений, в ходе расследования которых они могут быть применены.

Вызывают возражения и предложения классификации преступлений по признакам следственных ситуаций. В частности, А.Н.Васильев по признакам следственных ситуаций первоначального периода расследования, выделил шесть групп преступлений:

’ См.: Образцов В.А. Криминалистическая классификация преступлений.-С.80-127. - Образцов В.А. Указ.соч.-С.118.

  1. Имеются сведения о событии преступления и о конкретном виновном лице, но требуется установить, действительно ли было это событие и имело ли оно преступный характер.
  2. Установлено событие с признаками преступления и налицо вредные последствия, известны также конкретные лица, несущие персональную ответственность за эти последствия по своему положению, но неизвестно их личное поведение в событии преступления и, следовательно,
  3. вина в уголовном смысле.

  4. Установлено событие с признаками преступления, совершить
  5. которое и воспользоваться результатами могли только лица из определенного круга по своему официальному положению.

  6. Установлено событие с признаками преступления, совершить которое могли, вероятнее всего, заинтересованные лица, возможно имеющие интерес не в непосредственном, а в косвенном или более или менее
  7. отдаленном результате преступления.

  8. Установлено событие с признаками преступления, для совершения которого требуются особые профессиональные навыки или особое знание какого-либо специфического обстоятельства, способствующего преступлению.
  9. Налицо событие с признаками преступления, но сведения о виновном ограничены и отсутствуют ситуации указанные выше’.
  10. Очевидно, что в данном случае речь идет не о видах преступления, а о видах типичных следственных ситуаций, выделенных по информационному критерию. Следственная ситуация, как складывающаяся на определенный момент времени обстановка расследования, производна от совершенного деяния и характеризует состояние расследования, а не какие-то черты преступлений, и поэтому не может выступать основанием класси-

’ См.: Васильев А.Н. Проблемы методики расследования отдельных видов преступлений,- М.,1978.-С.41-43.

фикации преступлений. Думается прав А.Г.Филиппов, отметивший, что ошибка авторов, строящих классификации преступлений по признакам сходства следственных ситуаций, складывающихся на первоначальном этапе расследования, заключается в том, «что следственные ситуации, которые берутся за основу классификации, рассматриваются изолировано, в отрыве от криминалистических характеристик соответствующих видов преступлений. Между тем следственные ситуации могут быть внешне сходными даже при расследовании различных по своему характеру преступлений. Поскольку криминалистические характеристики этих преступлений не совпадают, такое сходство остается чисто внешним и не влечет за собой единообразия в методиках расследования этих преступлений»’.

Отдельными авторами критикуется возможность использовать в качестве основания криминалистической классификации преступления признаки субъекта преступления. Так, П.Б.Куцонис пишет, что предложенные в криминалистической литературе классификации преступлений по признакам субъекта преступления «в сущности представляют собой систему типовых версий о субъекте преступления, в этом плане разработанные применительно к ним методические рекомендации представляют собой методики проверки таких версий. Такие методики имеют определенное криминалистическое значение, однако они не дают представления о расследовании в целом. Значение таких рекомендаций больше, когда они раз- работаны применительно к определенному (уголовно-правовому или криминалистическому) виду преступления»^.

Эта позиция вызывает существенные возражения. Во-первых, элементы криминалистической классификационной системы криминалистических версий, построенной по любому основанию, не являются типовы-

’ См.: Филиппов А.Г. О соотношении понятий криминалистической характеристики преступлений и следственной ситуации // Следственная ситуация.-М.,1985.-С,74. ^ Куцонис П.Б. Указ.соч.-С.72-73.

МИ версиями, а указывают, исходя из признака деления, на различные стороны преступного деяния. Во-вторых, криминалистические рекомендации по проверки типовых версий, как правило, входят составной частью в частные методики расследования отдельных видов преступлений, поэтому представлять их некой самостоятельной частью криминалистики нецелесообразно. Такие методики, выделенные на основе криминалистической классификации преступлений, как по признакам субъекта преступления, так и по иным основаниям, давно и плодотворно разрабатываются в криминалистике’.

Криминалистические классификации преступлений оказывают существенное влияние на целый ряд системных исследований преступной деятельности в криминалистике, разработку методических рекомендаций по их расследованию и предупреждению. В частности, в числе актуальных проблем современной криминалистической науки следует назвать дальнейшее изучение проблем противодействия раскрытию и расследованию преступлений, которые будут рассмотрены нами далее с позиций криминалистической систематики.

§3. Противодействие расследованию преступлений как объект криминалистических системных исследований

На современном этапе развития криминалистической науки активно формируется система теоретических и практических знаний о сложном комплексе различных по своей природе, целям и субъектам осуществления действий (или бездействия), называемом противодействие раскрытию и

’ См., например, Болтенко С.И. Особенности расследования преступлений, совершенных рецидивистами. Автореф. дисс… канд. юрид. наук,- Саратов, 1987; Быков В.М. Криминалистическая характеристика преступных групп.-Ташкент,1986; Дергай Б.И. Особенности расследования по делам невменяемых.- Волгофад, 1976; Каневский Л.Л. Проблемы методики расследования преступлений несовершен- нолетних.-Уфа, 1976; Лавров В.П.,Сидоров В.Е. Расследование преступлений по горячим следам.- М.,1989; Радаев В.В. Особенности методики расследования преступлений, совершенных лицами, страдающими психическими недостаткам и. Дисс… канд.юрид.наук.- М.,1980 и др.

расследованию преступлений. Такие действия (бездействие) тесно связаны с процессуальной деятельностью органов предварительного расследования или суда и оказывают на нее негативное влияние.

Дальнейший процесс развития криминалистических знаний о противодействии расследованию предполагает:

  • уточнение и корректировку теоретических положений и практических рекомендаций с учетом новейших достижений криминалистики и других наук, потребностей практики борьбы с преступностью;
  • обобщение и систематизацию накопленного и разработанного научного материала и формирование на этой основе самостоятельного криминалистического учения - учения о противодействии расследованию;
  • обеспечение доступности, эффективности криминалистических рекомендаций при их использовании в практической деятельности правоохранительных органов.
  • Противодействие расследованию преступлений - сложный многогранный процесс. Именно этим, на наш взгляд, объясняется множество научных подходов, взглядов, точек зрения, касающихся его сущности. Однако, несмотря на то, что противодействие расследованию активно изучается учеными-криминалистами не один десяток лет, не все проблемы этого криминалистического учения получили однозначное разрешение.

Как и в любой формирующейся частной криминалистической теории в системе теоретических знаний о противодействии расследованию преступлений ключевое место занимает понятийный аппарат. В этой связи особое значение приобретает определение общего понятия противодействия расследованию. В науковедческой литературе справедливо отмечается, что прежде чем предложить набор понятий той или иной теории (в том числе и формирующейся) необходимо единое унифицированное определение - базовое понятие того «каркаса», о котором идет речь’.

В последние годы круг вопросов противодействия предварительному расследованию, изучаемых в рамках криминалистической науки, значительно расширился и очевидно выходит за рамки проблем способа сокрытия преступления, что отмечается многими учеными- криминалистами^ и специалистами-практиками^. В то же время нет единой позиции по оп- ределению понятия “противодействие расследованию”.

Так, С.Ю. Журавлев предлагает рассматривать противодействие раскрытию и расследованию преступления как “систему действий (или бездействия), направленную на достижение цели сокрытия преступлений путем недопущения вовлечения его следов в сферу уголовного судопроизводства и их последующего использования в качестве судебных доказательств”’^. Такой подход к определению противодействия расследованию представляется нам слишком узким. Во-первых, не всегда целью противо-

’ См.: Самбуров Э.А. Диалектика основных категорий системного анализа // Методологические проблемы конкретных наук.- Новосибирск,1984,- С.70.

^ См.; Белкин Р.С. Противодействие расследованию и пути его преодоления криминалистическими и оперативно-розыскными средствами и методами // Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования / Под ред. Т.В. Аверьяновой, Р.С.Белкина. -М., 1997.-130; Бобраков И.А. Воздействие преступников на свидетелей и потерпевших и криминалистические методы его преодоления.Дисс…. канд. юрид. наук.-М.,1997;Вандышев В.В. Связь “жертва- преступник” и ее использование в раскрытии и расследовании умышленных тяжких телесных повреждений.- Л.,1987.-С.46-47; Волынский А.Ф., Лавров В.П. Организованное противодействие раскрытию и расследованию преступлений (проблемы теории и практики)// Материалы научно- практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г.- М., 1997.-С.95;Карагодин В.И. Основы криминалистического учения о преодолении противодействия предварительному расследованию. Дисс….докт. юрид. наук.- Екатеринбург, 1992.-С.38 и др.

’ См.: Бобровский И.В. О соотношении противодействия расследованию и сокрытия преступления // Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г.- М.,1997. -С.105; Данилова Р.В., Новоселов С.А. Противодействие расследованию по делам об организованной преступ- ной деятельности// Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г- М.,1997.-С.28.

’’ См.: Журавлев С.Ю. Противодействие деятельности по раскрытию и расследованию преступлений и тактика его преодоления. Автореферат дисс….канд. юрид .наук. -Н.Новгород, 1992.-С.9-10. Этой позиции автор придерживается и в последующих работах (см.: Журавлев С.Ю.,Лубин А.Ф. Нейтрализация противодействия расследованию // Криминалистика:Расследование преступлений в сфере экономи- кн./Под ред. В.Д.Грабовского.- Н.Новгород. 1995.-С.345).

действия раскрытию и расследованию преступления является сокрытие информации о преступлении. Так, проведенные в криминалистике исследования доказывают, что этим способом иногда пытаются скрыть информацию некриминального характера’. Во-вторых, определением С.Ю.Журавлева не охватывается противодействие, не являющееся сокрытием следов преступления, но создающее условия, затрудняющие процесс раскрытия и расследования по конкретному делу.

По мнению В.М.Антонова, Ю.С.Астаханова и В.П.Кувалдина, противодействие расследованию представляет собой «сложный комплекс разнообразных приемов, уловок и хитростей преступников, препятствующих эффективному предупреждению, выявлению, раскрытию, расследованию и судебному рассмотрению совершенных ими преступлений и способствующих максимальному смягчению заслуженного наказания»^. Приведенная дефиниция, на нащ взгляд, требует уточнения. В частности, очевидно, что противодействие расследованию может быть осуществлено не только преступниками, но и иными связанными с ними лицами.

Более полно сущность противодействия раскрытию и расследованию преступления отражается в определении, предложенном В.Н.Карагодиным. По его мнению, “противодействие предварительному расследованию - это умышленные действия (система действий), направленные на воспрепятствование установлению объективной истины по делу, достижению других целей предварительного расследования” Однако необходимо выделять и еще один существенный признак рассматриваемого понятия, не отраженный в определении В.Н.Карагодина, а именно характер деятельности, в отношении которой осуществляется противодейст-

’ См.: Бобраков И.А. Указ. соч.-С.21.

  • Антонов В.М., Астахов Ю.С., Кувалдин В.П. Противодействие преступных структур органам внутренних дел и меры их нейтрализации. Лекция.-М.,1994.-С.12. ‘ Карагодин В Н. Указ. соч.-С.38.

ВИЄ. Это деятельность сотрудников правоохранительных органов по раскрытию и расследованию конкретного, определенного преступления.

Такое противодействие является составной частью деятельности по дезорганизации либо нейтрализации работы правоохранительных органов по борьбе с преступностью. Создание помех работе правоохранительных органов в целом- это высший уровень противодействия деятельности по борьбе с преступностью {стратегический уровень). Такое противодействие направлено на дезорганизацию работы как отдельно взятых правоохранительных структур, так и всего комплекса правоохранительных органов в определенном регионе.

Противодействие криминальной среды в целом удачно определили И.А.Климов и Г.К.Синилов, как «умышленное совершение поступков, поведение и действия, направленных на воспрепятствование осуществлению социального контроля за ней, эффективному выполнению задач правоохранительной функции государства с целью уклонения от ответственности

I

виновных за содеянное или смягчение ответственности» .

Приемами стратегического противодействия являются, например, внедрение в структуры правоохранительных органов своих людей, оснащение преступных группировок современными техническими средствами, террор в отношении как сотрудников правоохранительных органов, так и иных лиц, которые могут участвовать в расследованиях различных преступлений, подкуп должностных лиц различных органов государственной власти (вплоть до высокопоставленных чиновников), лоббирование отказа от принятия или отмены нормативных актов, связанных с укреплением законности и правопорядка, в представительных и исполнительных органах различного уровня и пр.

’ Климов И.А.,Синилов Г.К. Противодействие криминальной среды как объект и предмет исследования теории ОРД // Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г. - М.,1997.-С.22.

Противодействие раскрытию и расследованию конкретного преступления {тактический уровень) представляет собой деятельность, в ходе которой могут быть реализованы “достижения” стратегического противодействия в целях частного характера’.

Итак, с учетом сказанного, наиболее точным будет определение противодействия расследованию как умышленной деятельности (сложной системы действий, бездействия) преступников и связанных с ними лиц, препятствующей работе правоохранительных органов по раскрытию и расследованию конкретных преступлений.

Нося умышленный характер, противодействие расследованию не ограничивается только деяниями, содержащими признаки преступления или иного противоправного деяния, как это предполагается некоторыми авторами^. Несмотря на то, что Уголовный кодекс РФ, вступивший в действие с 1 января 1997 года, содержит более 30 статей, так или иначе касающихся проблемы противодействия раскрытию либо расследованию преступлений, можно привести пример и непреступного, а, наоборот, законного поведения, по своей сути противодействующего расследованию. Так, статья 51 Конституции РФ гласит: «Никто не обязан свидетельствовать против себя самого, своего супруга и близких родственников, круг которых определяется федеральным законом»^. Очевидно, совершенно верна позиция А.Ф.Волынского и В.П.Лаврова, включивших в содержание противодейст-

’ Мнение о необходимости различать противодействие расследованию конкретного преступления и противодействие работе правоохранительных органов высказывалось в последние годы и другими учеными-криминалистами, (см.: Глушенков С.А. Организованное противодействие расследованию уголовных дел: теория и практика // Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г.- М.,1997.-С.157; Федоренко А.Ю. Криминалистическая техника в предупреждении и пресечении противодействия раскрытию и расследованию преступлений. Дисс…канд.юрид.наук.-М.,2001.-С.18; Щеголева М.В. Противодействие расследованию незаконного оборота оружия и криминалистические методы его преодоления. Дисс….канд.юрид.наук.-М.,2001.-С.22.).

? См.: Щеголева М.В. Указ.соч.-С.22.

’ Конституция Российской Федерации // Российская газета.№237, от 25.12.93 г.

ВИЯ расследованию не только противоправные, но и иные по своему характеру действия’.

В науковедческой литературе отмечается, что на современном этапе развития каждая частная наука, как естественная или техническая, так и гуманитарная, применяет системный подход в соответствии со спецификой изучаемых ее явлений, конкретных объектов и возможностями своего категориального аппарата^. В этой связи можно говорить о возможности изучения противодействия раскрытию и расследованию преступлений как с теоретических, так и практических позиций.

Изучение противодействия расследованию на теоретическом уровне предполагает раскрытие в процессе научной деятельности закономерностей, свойственных этому явлению, разработку четкой и стройной системы базисных положений для разработки конкретных рекомендаций и положений. Такое исследование может быть произведено с различных сторон, в различных «срезах». Например, Р.С.Белкин рассматривает противодействие расследованию в аспекте перцепции, с коммуникативных и интерактивных позиций. По его мнению, в аспекте перцепции субъект противодействия, понимая цели и направленность действий следователя, стремиться воздействовать на них в желательную для себя сторону. С коммуникативных позиций противодействие расследованию заключается, с одной стороны, в стремлении субъекта получить информацию о замыслах и действиях следователя, а с другой стороны, - в передаче следователю ложной или маскирующей информации или вообще в ее сокрытии от следователя. Интреактивный компонент, по мнению автора, выражается в конфликтном взаимодействии, в противоположности, несовместимости целей взаимодействующих сторон^

’ См.: Волынский А.Ф., Лавров В.П. Указ. соч.-С.95. - См.: Самбуров Э.А. Указ.соч.-С.71. См.: Белкин Р.С. Противодействие расследованию и пути его преодоления// Криминалистика ./ Под ред.А.Ф.Волынского.-М.,1999.-С.240.

В практическом плане изучение противодействия расследованию представляет собой получение на основе научных разработок данных о такого рода деятельности лицом, производящим расследование. В этом аспекте криминалистика должна, прежде всего, информировать следователя о сущности, видах, приемах и способах выявления и преодоления противодействия расследованию.

Дальнейшее развитие системы научных знаний о противодействии расследованию предполагает четкое определение форм его осуществления. В юридической литературе представлено несколько научных подходов к определению форм противодействия расследованию. Так, по мнению ряда ученых, в их числе следует выделять:

  • подкуп, запугивание, насилие в отношении потерпевших, свидетелей, членов их семей;
  • незаконные действия защитников обвиняемых, подозреваемых;
  • попытки повлиять на ход следствия через средства массовой информации;
  • попытки воздействовать на судей в целях принятия ими тех или иных решений, выгодных обвиняемым’.
  • Всеми авторами в основу такого деления были положены результаты социологических исследований, проведенных НИЛ Московского института МВД РФ в 1995-1996 г.г.

И.А.Климов и Г.К.Синилов предлагают более широкий перечень форм противодействия расследованию:

’ См.: Григорьев В Н. Организованное противодействие судопроизводству и проблемы его нейтрализации// Материалы научно- практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза- г.Москва, 29-30 октября 1996 г. -М.,1997.- С.132; Жбанков В.А. К вопросу о противодействии расследованию преступлений, совершаемых членами организованных преступных структур // Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений н меры по его нейтрализации”, г.Руза- г.Москва, 29-30 октября 1996 г, -М.,1997.-С.113; Тихоненко В.И. Вступительное слово // Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализации”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г. -M..I997.-C.5.

  • подкуп, запугивание и иное воздействие на потерпевших и свидетелей, чтобы заставить их отказаться или изменить первоначальные показания в пользу криминальной среды;
  • установление нелегальных каналов связи с арестованными членами ОПТ для согласования линии поведения;
  • наем на общегрупповые средства высококвалифицированных адвокатов;
  • укрывательство подозреваемых за пределами России;
  • сокрытие, уничтожение следов, оружия и средств преступной деятельности;
  • симуляция заболеваний;
  • оказание давления через средства массовой информации посредством использования ошибок субъектов ОРД и уголовного процесса;
  • целенаправленная дискредитация оперативных работников и следователей;
  • попытки вербовки сотрудников органов внутренних дел под угрозой использования против них компрометирующих материалов;
  • попытки подкупа следователей, оперработников, прокурорских и судебных служащих’.
  • Однако, как представляется, выделение форм противодействия расследованию должно носить, прежде всего, системный характер, охватывать весь спектр действий, направленных на создание препятствий уголовному судопроизводству, четко разграничить тактическое и стратегическое противодействие.

Важный шаг к систематизации противодействия расследованию преступлений сделал Р.С.Белкин, предложивший различать «внутреннее» и «внешнее» противодействие. По его мнению, под внутренним противодей-

’ См.: Климов И.А.,Синилов Г.К. Указ. соч.-С.24-25.

ствием следует понимать противодействие, оказываемое теми или иными лицами, причастными в любой форме к расследованию: подозреваемыми и обвиняемыми, свидетелями и потерпевшими, специалистами и экспертами, случайными лицами, оказавшимися на месте происшествия, и др. для них характерно обладание какой-то информацией о событии и стремление скрыть, изменить или уничтожить эту информацию и (или) ее носителей.

Внешнее противодействие, по мнению Р.С.Белкина, представляет собой противодействуюшую деятельность лиц, вообще не связанных с расследуемым событием и лицом, осуществляющим расследование, либо связанных со следователем процессуальными, служебными и иными вла- стными отношениями или другими зависимостями’.

Позиция Р.С.Белкина подверглась критике в научной литературе. В частности, К.Е.Деминым деление противодействия расследованию на «внешнее» и «внутреннее» было названо «не вполне оправданно жестким». Свое мнение автор пояснил тем, что такое деление исключает существование смешанных форм противодействия, имеющих место на практике, в частности в ходе противодействия расследованию со стороны преступных организаций”.

Конечно, при расследовании конкретных преступлений противодействие расследованию может осуществляться в различных формах и различными способами, однако, на наш взгляд, это обстоятельство не исключает возможности классификации противодействия, предложенной Р.С.Белкиным. В то же время, предложенная система нуждается в некотором уточнении. Напомним, что внутреннее противодействие определено Р.С.Белкиным как оказываемое теми или иными лицами, причастными в любой форме к расследованию. В этой связи дискуссионно отнесение про-

’ См.: Белкин Р.С. Противодействие расследованию и пути его преодоления.-С.240-241. ^ См.; Демин К.Е. К вопросу о классификационном подходе к приемам противодействия раскрытию и расследованию «заказных» убийств// Российское законодательство и юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.-Тула,2000.-С.173.

тиводействия со стороны лица, осуществляющего расследование, к внешнему противодействию. Представляется, что, исходя из использованного основания деления, лицо, производящее расследование, должно рассматриваться в числе субъектов внутреннего противодействия.

в основу различения форм противодействия расследованию может быть положен и другой критерий, а именно - характер связи между субъектом противодействия и той криминалистически значимой информацией, которую он мешает правоохранительным органам получить либо использовать.

Одну из форм противодействия составляет достаточно полно изученная криминалистической наукой деятельность по сокрытию следов преступления’. Осуществляя сокрытие преступления, субъект оказывает на криминалистически значимую информацию или ее источник непосредственное воздействие (утаивает, уничтожает и т.д.). В иной форме осуще- ствляется противодействие расследованию, определяемое как выходящее за рамки сокрытия преступления. Оно представляет собой действия, не оказывающие непосредственного воздействия на криминалистически значимую информацию, а влияющие на нее косвенно (опосредованно) через различных лиц, способных осуществить приемы сокрытия преступления, повлиять на процесс получения и использования информации при раскрытии и расследовании конкретного уголовного дела иным способом либо состоящие в уклонении преступника от участия в расследовании.

Особую актуальность на сегодняшний день приобрели проблемы выявления, пресечения и предотвращения воздействия, оказываемого на

’ См.: Белкин Р.С. Противодействие расследованию и пути его преодоления криминалистическими и оперативно-розыскными средствами и методами.-С. 130; Гельманов А.Г. Сущность, криминалистическое значение и методы установления способов сокрытия преступления против жизни и здоровья граждан. Дисс….канд.юрид. наук.- М.,1982; Карагодин В.И. Указ. соч.-С.38; Лузгин И.М., Лавров В.П. Способ сокрытия преступления и его криминалистическое значение.- М.,і980.-С. 10; Яблоков Н.П. Структура способа совершения преступления как элемента его криминалистической характеристики // Способы сокрытия следов преступления и криминалистические методы их установления.-М.,1984.-С.42 и др.

участников расследования (лиц, которые могут быть привлечены к расследованию) со стороны преступников или связанных с ними иных лиц, с целью помешать либо сделать невозможным раскрытие и расследование по делу. Проведенный опрос показал, что с таким противодействием встречались в ходе раскрытия и расследований преступлений 96 % следователей и дознавателей, причем 25% опрошенных сталкиваются с ним в подавляющем большинстве расследований, 49% - довольно часто (около половины дел), 22% - в отдельных случаях

Как самостоятельная форма противодействия может рассматриваться уклонение от участия в расследовании лиц, привлеченных к нему, путем неявки по вызову лица, производящего расследование, исчезновения из его «поля зрения», выезда в другие регионы страны и иные государства, симуляции болезненных состояний и т.д.

Специфической формой противодействия расследованию является убийство участников расследования (лиц, способных выступать в качестве таковых). Специфической эта форма противодействия названа потому, что она: во-первых, несет в себе некоторые признаки сокрытия следов преступления - уничтожается, по сути дела, источник доказательственной ин- формации, носитель идеальных следов преступления; во-вторых, является разновидностью воздействия на участника расследования. Как правило, преступники идут на убийство чаще всего потерпевшего или потенциального свидетеля с целью предотвратить их обращение в правоохранительные органы, в тех случаях, когда они уже исчерпали иные возможности воздействия на участника расследования либо не располагают временем на его осуществление.

’ Было опрошено 300 следователей и дознавателей прокуратуры, органов внутренних дел и налоговой полиции в 7 субъектах Российской Федерации. Для сравнения: по результатам аналогичного опроса, проводившегося нами в 1997-1998 годах, с подобным противодействием сталкивались опрошенных 87% следователей и дознавателей, причем 5% опрошенных сталкивались с ним в подавляюш,ем большинстве расследований, 28% - довольно часто (около половины дел), 54% - в отдельных случаях

Противодействие раскрытию и расследованию преступлений является элементом преступной деятельности. При этом, в свою очередь, противодействие расследованию также мол<ет рассматриваться как система. В сфуктуре противодействия расследованию следует выделять:

субъект, оказывающий противодействие расследованию;

  • цель, мотив противодействия расследованию; объект противодействия расследованию; способ противодействия расследованию;
  • обстановка противодействия расследованию; - результат оказанного противодействия.
  • Информация об указанных элементах противодействия расследованию, содержащаяся в материальных или идеальных следах, позволяет получить представление о его криминалистических особенностях, механизме осуществления и выбрать наиболее эффективные методы его пресечения и преодоления, раскрытия и расследования преступления в целом.

Субъектом противодействия расследованию чаще всего выступает сам преступник (преступники). Как показывает проведенное исследование, противодействие было осуществлено либо инициировано лицом, совершившим преступление, в 82% изученных случаев. Это неудивительно, поскольку именно преступники наиболее заинтересованы в создании помех расследованию и обладают при этом наиболее полной информацией о происшедшем событии.

Релсе противодействие осуществляется иными лицами, находящимися в той или иной связи с преступником, в их числе:

  • родственники или близкие преступнику люди; члены организованных преступных формирований;
  • защитники;
  • I

*

  • коррумпированные сотрудники правоохранительных органов, органов власти и управления, политические и общественные деятели;

  • иные связанные с преступником лица.
  • Общая цель осуществления противодействия расследованию со стороны преступника или связанных с ним лиц может быть различной. Это, прежде всего:

  • уклонение преступника от уголовной ответственности (подобное противодействие встретилось в 79% изученных уголовных дел);
  • -смягчение уголовной ответственности (19%);

  • стремление избежать или смягчить гражданско-правовую ответственность (2%))’.
  • Помимо общей цели противодействия расследованию можно выделять и цели частного характера. Так, например, такие частные цели отражены в требованиях, предъявляемых преступниками или связанными с ним лицами к участникам расследования (см. таблицу 1 в приложении 1).

Интересна мотивация противодействия со стороны преступника и связанных с ним лиц. Для преступника основным мотивом выступает боязнь уголовной ответственности, нежелание нести заслуженную кару за свои деяния. Схожими мотивами руководствуются его родственники или близкие. Для остальных субъектов противодействия расследованию, как показывают проводимые в криминалистике исследования, преобладающим мотивом является корысть. Например, по представленным в научной литературе данным корыстные мотивы лежали в основе противодействия расследованию со стороны 82% чиновников, 71% лидеров и членов организованных преступных групп и сообществ^.

’ в ходе проведенного опроса сотрудников следствия и дознания респондентам предлагалось ответить на вопрос:”По каким категориям дел чаще всего оказывается противодействие расследованию?”. Ответ допускал указание нескольких категорий преступлений. Так, 47% опрошенных ответили, что чаще всего противодействие оказывается при расследовании преступлений, связанных с организованной преступностью, 58 % - при расследовании тяжких преступлений, 33% - при расследовании преступлений, совершенных должностными лицами органов власти и управления. Это обстоятельство обусловило выбор преступлений, уголовные дела по которым были изучены нами при проведении исследования противодействия раскрытию и расследованию преступлений.

^ См.: Федоренко А.Ю. Криминалистическая техника в предупреждении и пресечении противодействия раскрытию и расследованию преступлений. Автореферат дисс…. канд.юрид.наук.-М.,2001 .- С.10.

Возможность осуществления противодействия не только преступниками, но и иными лицами в обязательном порядке должна учитываться следователем. Так, проводя расследование по преступлениям, совершенным организованными преступными группами, следователь должен ожидать противодействия со стороны других членов преступного формирования, которые не были задержаны или арестованы.

Осуществление противодействия расследованию относится к обязательным признакам организованных преступных формирований многими учеными’. Думается, прав В.П.Лавров, отметивший, что для такой деятельности типичны жестокость и изобретательность, использование специально подготовленных для этого материальной базы, людей, оружия

и т.д.^

Т.В.Аверьянова и Р.О.Кулиева указывают такие специфические приемы противодействия расследованию со стороны организованных преступных сообществ:

  • создание спекулятивно-ажиотажной общественной атмосферы вокруг расследования в целом или личности подозреваемого, использование в этих целях средств массовой информации, организации протестов представителей общественных движений и партий, пикетирования против «покушений» на демократические устои и т.п.;
  • провоцирование местных властей на установление «особого контроля» за ходом расследования, создающего напряженную обстановку в
  • ’ См.: Аверьянова T.B., Кулиева P.O. Преодоление противодействия расследованию преступлений, совершенных организованными структурами.// Известия Тульского государственного университета. Серия: «Современные проблемы законодательства России, юридических наук и правоохранительной деятельности». Вып.1. -Тула,1999,- С.171; Волынский А.Ф.,Лавров В.П. Указ.соч.-С.5; Кустов A.M. Теоретические основы криминалистического учения о механизме преступления.- М., 1997.-С. 129; Яблоков И.П. О способах преодоления противодействия расследованию преступлений, совершенных организованными преступными группами.// Материалы научно-практической конференции “Организованное противодействие расследованию преступлений и меры по его нейтрализащиі”, г.Руза-г.Москва, 29-30 октября 1996 г.- М..1997.-С.35; Яблоков И.О. Расследование организованной преступной деятельности- М.,2002.- С.48-49.

  • См.: Лавров В.П. Расследование организованной преступной деятельнссти.Лекция - Ставро- поль,1996.-С.17.

работе следственного аппарата, испытывающего постоянный прессинг, подкрепляемый постоянными «утечками» следственной информации, извращенно толкуемой во вред расследованию;

  • прямое давление на следователя попытки подкупа, шантажа, угрозы жизни и здоровью последнего и его близких;
  • вовлечение в процесс расследования коррумпированных работников правоохранительных органов;
  • манипулирование свидетелями и потерпевшими: склонение их к отказу от дачи показаний или изменению показаний путем угроз, подкупа, шантажа и т.п.
  • заблаговременная разработка различных линий поведения участников сообщества в случае раскрытия преступной деятельности, заблаговременной подготовки ложного алиби, фальсифицированных доказательств невиновности и т.д.
  • принятие мер по освобождению задержанных или арестованных членов преступного сообщества (вплоть до насильственного освобождения, организации побега), предоставление им убежища;
  • организация выезда членов преступной организации в иные регионы страны, другие государства;
  • убийство участников расследования’.
  • В этом аспекте, а также как пример несвоевременности действий правоохранительных органов по предотвращению и преодолению противодействия, показательно расследование по уголовному делу по обвинению братьев Л. и Ф., на тот момент лидеров одной из крупных тульских организованных преступных группировок. Находящиеся в принадлежащем им ресторане в г.Туле братья Л. вступили в конфликт с посетившей их ресторан цыганской семьей С., у которых не хватило денег расплатиться.

См.: Аверьянова Т.е., Кулиева P.O. Указ.соч.-С.172-173,

Для покрытия долга (весьма незначительной суммы), братья Л. потребовали у цыган принадлежащую ему автомашину. Цыгане отказались и попытались уйти, но братья Л., применив физическое насилие, втянули их в драку. В ходе драки младший из братьев Л. из охотничьего ружья произвел несколько выстрелов в направлении цыган, ранив двоих из них. Цыгане попытались скрыться на своих автомашинах, однако выбежавший на улицу Л. в упор расстрелял одну из них, убив одного человека и ранив другого. По делу были своевременно проведены первоначальные следственные действия. Преступники были задержаны. Однако после проведения первоначальных следственных действий потерпевшие и свидетели из числа цыган скрылись от органов расследования. Для обнаружения их местонахождения и доставления для участия в расследовании оперативным аппаратом УВД Тульской области был проведен целый комплекс оперативно- розыскных мероприятий. Однако доставленные к следователю цыгане С. резко изменили свои первоначальные показания. С их слов, Л. стрелял в них в целях самообороны, поскольку именно они из хулиганских побуждений затеяли драку, в которой применяли предметы, способные нанести существенный вред здоровью. Требования о передаче машины к ним не предъявлялись, в машину Л. выстрелил случайно. В неофициальной же беседе один из потерпевших показал, что братья Л. после совершения преступления предложили им «мировую». Цыгане не согласились, однако на следующий день неизвестные выстрелили из гранатомета по одному из домов, принадлежащих их семье. Еще через несколько дней к ним приехали на нескольких машинах вооруженные автоматами люди спортивного вида, которые потребовали от цыган не участвовать в расследовании данного преступления, а заодно, в счет погашения «морального ущерба», забрали принадлежащие семье С. автомашины и несколько тысяч долларов США. Сотрудники правоохранительных органов не смогли преодолеть противодействие преступников ни на предварительном следствии, ни

В ходе судебного разбирательства. В итоге по приговору суда старший из братьев Л. и участвовавший в драке Ф. были оправданы за отсутствием в их действиях состава преступления, а младший Л. осужден по статьям, предусматривающим ответственность за неосторожное нанесение телесного повреждения и неосторожное убийство, в общей сложности на два года лишения свободы’.

в ряде случаев для оказания противодействия расследованию используется должностное и общественное положение воздействующих лиц. Так, 32% опрошенных нами сотрудников следствия и дознания встречали в своей практике противодействие расследованию со стороны лиц, пользующихся тем, что они являются работниками правоохранительных органов , 34 % - со стороны лиц, использующих свое должностное положение в органах власти и управления, 7%- со стороны политических и общественных деятелей. Как отмечает Н.П.Яблоков, «включение коррумпированных связей в органах власти и управления, как правило, имеет последствием постановку «на особый контроль» местными властями хода расследования якобы из-за его общественно-политического значения. При этом такой контроль осуществляется именно субъектами коррумпированных связей организованных преступных формирований или людьми, спровоцировавшими местные власти, на которые они имеют существенное влияние, к принятию таких решений. В результате этого следователи оказываются под жестким ежедневным прессингом представителей властных структур всех уровней, материалы дела становятся достоянием многих, не имеющих отношения к расследованию лиц»^.

’ Уголовное дело № 5001995. Архив Тульского областного суда.

” Яблоков Н.П. Способы противодействия следствию при раскрытии преступлений// Основы борьбы с организованной преступностью.-М.,1999.-С.285.

В последние годы в научной литературе немало говорится о противодействии расследованию со стороны защитника’. Такое противодействие может выражаться:

  • в затягивании процесса расследования;
  • в срыве следственных действий;
  • в фальсификации доказательств, создании ложного алиби;
  • в негативном для расследования воздействии на потерпевшего, свидетелей, сотрудников правоохранительных органов и других лиц, имеющих отношение к расследованию по делу;
  • в оказании услуг посредника между обвиняемым (подозреваемым), задержанным или находящимся под стражей, и иными лицами (в том числе соучастниками преступления), находящимися на свободе;
  • в информировании о ходе расследования заинтересованных лиц, создании общественного «ажиотажа» вокруг расследования.
  • Такие действия защитника могут существенно затруднить расследование по делу. При этом противодействие расследованию со стороны защитника довольно распространенное явление (в своей практической деятельности с активным противодействием расследованию со стороны защитника сталкивались 36% опрошенных нами сотрудников следствия и дознания). Это обстоятельство, на наш взгляд, обязательно должно быть учтено лицом, производящим расследование по делу. Более того, возможность противодействия расследованию со стороны недобросовестных защитников обусловливает необходимость повышения профессионального уровня следователей, сотрудников дознания, умений и навыков на высоком профессиональном уровне предугадывать, предупреждать, выявлять и нейтрализовывать подобные действия. В этой связи вызывают недоумение предложения отдельных авторов о законодательном ограничении некото-

’ См.: Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня.-М.,2001.-С.200-202; Зорин г. А. Криминалистическая методология.- Минск,2000.-548-550 и др.

рых ПОЛНОМОЧИЙ защитника, в связи с тем, что современные адвокаты намного опытнее и квалифицированнее следователей’. Думается, что такой путь - контрпродуктивен.

Объектами противодействия расследованию выступают собственно доказательственная информация, ее источники (люди, вещественные доказательства, документы, технические носители информации), лица, осуществляющие расследование, а также иные лица, вовлеченные в орбиту расследования (например, эксперты, понятые).

Важным элементом противодействия расследованию выступает время его осуществления, в частности, противодействие расследованию может быть оказано:

  • до начала реализации преступного замысла(7% случаев противодействия, выявленных по материалам уголовных дел);

  • во время совершения преступления (31%);
  • после совершения преступления (73%).
  • в свою очередь, после совершения преступления, противодействие расследованию может осуществляться до обнаружения признаков преступления правоохранительными органами (61%) случаев, если брать все случаи противодействия после совершения преступления за 100%) и после обнаружения таковых (43%). Причем, после обнаружения признаков пре- ступления правоохранительными органами противодействие расследованию может быть оказано как на первоначальном^, так и на последующем этапе расследования.

Противодействие расследованию может носить как спланированный, так и неорганизованный (стихийный) характер.

’ См.: Игнатьев М.Е. К вопросу о нейтрализации противодействия расследованию со стороны защитїшка // Адвокатская практика.2001,№1.-С.24-26.

^ Противодействие расследованию на первоначальном этапе может быть оказано как до возбуждения уголовного дела, так и после его возбуждения.

Заранее спланированное противодействие является составным элементом способа совершения. Изучение уголовных дел показало, что противодействие расследованию носило заранее спланированный характер в 39% из всех исследованных случаев.

Неорганизованное противодействие не охватывается единым замыслом на совершение преступления и поэтому не может рассматриваться как его элемент. Так, например, Глухов и Чуриков, пытавшиеся вынести только что украденные светильники из дома отдыха «Краинка», были случайно замечены отдыхавшим там Зайцевым, который сказал, что заявит о про- исшедшем в милицию. С целью предотвратить обращение очевидца преступления в милицию, Глухов и Чуриков сбросили Зайцева с четвертого этажа^ Как видно из примера, преступники не могли заранее предусмотреть такую встречу, не планировали подобные действия. Более того, осуществленное ими противодействие само по себе является преступлением более тяжким, чем то, которое они пытались сокрыть.

Анализ противодействия расследованию с позиций его организованности позволяет судить о подготовке и продуманности действий преступника по реализации своего преступного замысла и созданию условий, затрудняющих его поимку и изобличение.

Противодействие расследованию может быть как кратковременным, так и продолжительным. Последнее характеризуется неоднократным периодическим воздействием на объект со стороны преступников и (или) связанных с ними лиц с целью достижения поставленной ими задачи (например, продолжительное воздействие со стороны преступников или связанных с ними лиц на участников расследования имело место в 17% из всех выявленных случаев такого противодействия). Так, примером продолжительного противодействия расследованию являются действия Фи-

Уголовное дело №242002395. Архив Тульского областного суда,

люшкина и Горина, совершивших разбойное нападение на двух молодых людей. В момент нападения преступники продемонстрировали потерпевшим пистолет, высказывали угрозы убийством, если они обратятся в милицию. В последующем в течение нескольких месяцев преступники неоднократно контактировали с потерпевшими, повторяя свои угрозы. В мили- цию потерпевшие обратились лишь тогда, когда родители одного из них обнаружили пропажу валюты, похищенной при разбойном нападении’.

Возможность продолжительного противодействия расследованию обуславливает необходимость принятия немедленных мер по его нейтрализации, тем более что такое противодействие может осуществлять не только до начала расследования по уголовному делу, но и в ходе его производства.

Противодействие раскрытию и расследованию преступлений может иметь типичный либо специфический характер. Например, типизацию воздействия на участников расследования можно проводить по различным критериям. Можно говорить о наличии особенностей в ситуациях противодействия по различным группам преступлений. Например, для ситуации противодействия раскрытию и расследованию преступлений по делам об изнасиловании малолетней характерно воздействие на потерпевшую со стороны преступника непосредственно после совершения преступления путем угроз в адрес ее и близких ей людей, а в отдельных случаях и физического насилия, с целью исключить дачу показаний с ее стороны. Для вымогательств характерно воздействие со стороны преступников на по- терпевшего в момент предъявления требований о передаче имущественных ценностей, выражающееся в угрозах и физическом насилии, имеющее целью исключить его обращение в правоохранительные органы.

Заметим, что типизация противодействия расследованию может проводиться не только по видам преступлений. Можно, например, говорить о за-

По материалам следственного отдела Московского РОВД г.Калуги.

висимости характера воздействия на участников расследования от места и обстановки воздействия. Так, в 76% исследованных случаев противодействия местом воздействия явилось малолюдное место (в частности, в 37% случаев - жилище лица, на которого оказывалось воздействие (наиболее распространенное место воздействия), в 8% -жилище воздействующего лица), в 20% случаев многолюдное место (улица, магазин, рынок и пр.), в 5% - помещение правоохранительных органов’. В помещении правоохранительных органов или многолюдных местах воздействие, как правило, ограничивается уговорами или попытками подкупа, реже угрозами, тогда как в малолюдных местах может быть оказано и физическое воздействие, уничтожено имущество и т.д.

Системная характеристика противодействия расследованию преступлений будет неполной без раскрытия сущности и видов способов его осуществления.

Одним из основных способов противодействия расследованию является способ сокрытия преступления, выступающий одним из важных источников сведений о качественной характеристике преступного поведения. Установление способа сокрытия преступления может послужить своеобразным ключом к раскрытию преступлений, установлению личности виновного, обнаружению похищенного имущества, выявление причин и условий, способствовавщих совершению преступления.

Способ сокрытия преступления, в отличие от иных форм противодействия расследованию, изучается в криминалистической науке весьма продолжительное время. При этом формирование системы научных знаний о нем сопровождается научной дискуссией по вопросу соотношения понятий совершения преступления и его сокрытия, а также о содержательной стороне этих действий. Остановимся поподробнее на основных научных концепциях сокрытия преступления.

‘в 6% случаев место воздействия достоверно не установлено.

Согласно первой концепции, следует различать способ совершения и сокрытия преступлений. При этом, в содержание первого должно включаться: деяние, направленное на достижение преступного результата; материальные предметы (орудия, средства), с помощью которых совершено преступление; избранные преступником место и время совершения преступления; примененные им уловки для проникновения на место преступления. Способ сокрытия же рассматривается как действия преступника, направленные на маскировку факта преступления и ликвидацию следов этого преступления’.

По мнению других ученых-криминалистов, чью точку зрения можно обозначить как вторую научную концепцию, считают, что о способе совершения преступления следует говорить в двух смыслах:

  • широком, включая в это понятие как подготовку и совершение преступления, так и его сокрытие;
  • узком, имея ввиду лишь непосредственное совершение преступления.
  • в тех случаях, когда сокрытие произведено после совершения преступления или не являлось необходимым условием его совершения, способ сокрытия является самостоятельным комплексом действий, не входящим в содержание понятия способа совершения преступления .

Согласно третьей научной концепции, способ сокрытия преступления является частью (элементом) способа совершения преступления. Так, например, по мнению Г.Г.Зуйкова структуру способа совершения преступления образуют действия по подготовке совершению и сокрытию преступлений, выступающие во взаимосвязанном комплексе”\

’ См.:Колмаков В.П. Следственный осмотр.-М.,1969.-С.65; Колесниченко А.И. Общие положения методики расследования отдельных видов преступления.-Харьков, 1965.-С. 18.

^ См.:Васмльев А Н. Мудьюгин Г.Н. Якубович И.А. Планирование расследования преступлений.М., 1957.-С.66; Танасевич В.Г. Проблемы борьбы с хищениями государственного и общественного имущества.Дисс…. докт.юрид.наук.-М., 1967.-С. 123.

^ См.:Зуйков Г.Г. Поиск по признакам способов совершения преступлений.-М.,1970.-С.74.

Идею о возможности существования сокрытия преступления как в рамках способа совершения преступления, так и вне его поддержали Р.С.Белкин, В.П.Лавров, И.М.Лузгин, В.Н.Карагодин, Н.П.Яблоков и другие ученые.

в частности, Р.С.Белкин дополнил определение Г.Г.Зуйкова указанием на то, что называемая им система действий объединяется единым преступным замыслом. В случае отсутствия единого преступного замысла, охватывающего все стадии преступной деятельности, допускается самостоятельное существование способа сокрытия преступления. Отсутствие единого преступного замысла, по мнению Р.С.Белкина, может проявиться в том, что:

а) при подготовке и совершении преступления субъект не планирует действий по сокрытию преступления, либо относясь к ним безразлично, либо предполагая, что их все равно не удастся осуществить, а затем, после совершения преступления, в связи с неожиданно возникшим намерением или неожиданно появившимися благоприятными для него обстоятельствами, принимает меры к сокрытию преступления;

б) при подготовке и совершении преступления субъект не планирует действий по сокрытию преступления, рассчитывая, что его следы сами исчезнут под воздействием природных или иных стихийных факторов, а затем, обманувшись в своих ожиданиях, импровизирует меры по сокрытию преступления;

в) при подготовке и совершении преступления субъект не планирует действий по сокрытию преступления по тем же причинам, что и в первом случае, но эти действия предпринимаются помимо его желания другими лицами, заинтересованными в исходе дела;

г) при подготовке и совершении преступления субъект не планирует действий по его сокрытию другими лицами(пособники, укрыватели), однако в связи с их неосуществлением по тем или иным причинам вынужден

С разрывом во времени сам принимать меры к сокрытию, ранее им не планировавшемуся и не соответствующие единому преступному замыслу;

д) при подготовке и совершении преступления субъект планирует осуществление действий по его сокрытию, но вследствие изменившихся обстоятельств вынужден принимать иные меры, не соответствующие единому преступному замыслу и не обеспечивающие предусмотренного планом оптимального варианта сокрытия’.

Интересно и дополнение И.М.Лузгина, который указал, что способ совершения преступления, неотъемлимой составной частью которого является способ сокрытия (полноструктурный способ), присущ только умышленным преступлениям^.

Повышенное внимание при изучении способа сокрытия преступления уделяется и его классификациям. Это неудивительно, поскольку, как уже отмечалось ранее, классификация выступает, во-первых, эффективным средством познания, и, во-вторых, служит основой для систематизации научных знаний об объекте.

В 1979 году Р.С.Белкин писал: «Общепринятой классификации способов сокрытия преступления нет. Более того, при изучении этого вопроса мы вообще встретили в литературе лишь одну классификацию способов сокрытия преступления, предложенную В.А.Овечкиным. Чаще можно встретить упоминание или перечень целей сокрытия, повторяющий приведенный нами перечень Г.Н. Мудьюгина (сокрытие события преступления, его преступного характера, участия в нем), а еще чаще - описание отдельных способов сокрытия преступления без какой- либо их систематизации или применительно к конкретному виду преступлений»^. Таким образом.

’ См.:Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. В 3 т. Т.З.-М,,1979,-С.232. ^ См.:Лузгин И.М. Сущность и основные черты способов сокрытия преступле- ния//Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия преступлений.- М„1987.- С.8.

^Белкин Р.С. Курс советской криминалистики. В 3 т. Т.3.-М.,1979. -С.235.

как первоначальные классификации можно охарактеризовать системы способов сокрытия преступления, построенные В.А.Овечкиным и Г.Н.Мудьюгиным.

Деление способов сокрытия преступления Г.Н.Мудьюгина представляет собой систему действий преступника, направленных на уклонение от грозящей ему ответственности (защитное поведение)’, в частности, автор выделил:

  • ложные показания, объяснения и другие высказывания обвиняемого, как касающиеся отдельных моментов дела, так и представляющие собой законченные версии;
  • создание обвиняемым искусственных доказательств;
  • уничтожение и сокрытие следов преступления и вещественных доказательств;
  • прямое уклонение от следствия и суда^.
  • В качестве основания деления Г.Н.Мудьюгиным использована содержательная сторона способов сокрытия преступления. Однако построенная классификационная система очевидно могла быть дополнена.

Более детальное деление способов сокрытия преступления по тому же основанию произвел В.А.Овечкин. В его классификации все способы сокрытия преступления представлены двумя группами. В первую группу вошли: а) перемещение материальных источников информации о преступлении; б) маскировка материальных источников информации о преступлении; в) уничтожении материальных (а в некоторых случаях и идеальных) источников информации о преступлении; г) уклонение от явки; д) отказ от дачи показаний; е) недонесение. Вторую группу составили: а) фальсификация; б) инсценировка; в) заведомо ложное сообщение с целью сокрытия

’ Г.Н.Мудьюгин рассматривал способы сокрытия убиГіств.

’ См.: Мудьюгин Г.Н. Расследование убийств по делам, возбужденным в связи с исчезновением потерпевшего.-М.,1967.-С.126-128.

преступления; г) заведомо ложное показание с целью сокрытия преступле

ния’.

Несмотря на очевидную научную и практическую значимость деление В.А.Овечкина имело некоторые недостатки, за что подверглось в криминалистической литературе справедливой и убедительной критике^. Наиболее существенным из них является возможность отнесения одного и того же объекта к различным элементам классификационной системы, влекущая за собой трудности в реализации функций построенной классификации. Так, например, маскировка или фальсификации информации, отнесенные автором к первой классификационной группе, могут быть элементами инсценировки, рассматриваемыми во второй группе. В этой связи, надо отдать должное Р.С.Белкину, усовершенствовавшему и уточнившему эту классификацию способов сокрытия преступления. По указанному основанию им были выделены утаивание, уничтожение, маскировка, фальсификацию информации и (или) ее носителей, а также смешанные способы (инсценировка)^. Думается, что такое деление наиболее соответствует принципам криминалистической классификации.

Помимо системы способов сокрытия преступления Р.С.Белкина на современном этапе развития криминалистики к вопросам классификации способов сокрытия преступлений обращались А.Г.Гельманов’^, В.Н.Карагодин^, А.В.Кучеров^, И.А.Николайчук^, В.Ф.Ермолович^ и дру-

’ См.: Овечкин В.А. Общие положения методики расследования преступлений, скрытых инсценировками. Автореферат дисс… канд. юрид. наук.-Харьков,1975.-С.7.

^ См.: Белкин Р.С. Указ. соч.-С.365-366; Гельманов А.Г. Указ. соч.-С.70.

^ См.:Белкин Р.С. Указ. соч.-С.366-373.

” См.: Гельманов А.Г. Указ.соч.-С.70-94.

^ См.; Карагодин В.И. Способы сокрытия преступления, их криминалистическое значение, методы распознавания и преодоления. Дисс… канд. юрид. наук.-Свердловск,1982.-С. 49-53; Он же. Преодоление противодействия предварительному расследованию. Свердловск,-1992.- С.21-31.

^ См.: Кучеров А.В. Противодействие расследованию по воинским преступлениям. Дисс… канд. юрид. наук.-М.,1996.-32-38.

^ См.: Николайчук И.А. Классификации способов сокрытия преступлений// Российское законодательство н юридические науки в современных условиях: состояние, проблемы, перспективы.- Тула,2000.-С.126-131.

” См.: Ермолович В.Ф. Криминалистическая характеристика преступлений.-Минск,2001 .-92-110.

гие ученые. Особого внимания заслуживают классификационные исследования способов сокрытия преступлений, проведенные В.П.Лавровым. Им выделяются следующие основания делений:

  • по степени общности;
  • по степени сложности структуры;
  • по степени распространенности;
  • по отношению к способу совершения преступления;
  • по времени применения;
  • по степени очевидности факта сокрытия;
  • по длительности сокрытия;
  • по субъекту действий;
  • по форме поведения субъекта;
  • по степени устойчивости;
  • по предмету сокрытия;
  • по характеру скрываемых следов-отражений преступления;
  • по информационному аспекту;
  • по отношению к возникновению доказательств’.
  • Свои классификационные исследования В.П.Лавров подтвердил результатами обширного эмпирического исследования, что обусловило их высокую научную и практическую значимость.

Интересные системные исследования способов сокрытия преступления проводили и другие ученые-криминалисты. Однако некоторые из предлагаемых в научной литературе классификационных систем требуют уточнения.

Так, А.Г.Гельманов предложил разделить способы сокрытия по отдельным видам преступлений на способы сокрытия убийств, способы со-

’ См.: Лавров В.П. Криминалистическая классификация способов сокрытия преступления.// Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия следов преступления.-М., 1987.-С. 18-28.

крытия телесных повреждений и т.д.’ в этой классификации, на наш взгляд, имеется существенный недостаток - не учтены способы сокрытия преступления, характерные для всех видов преступлений (например, дача ложных показаний, уничтожение следов преступления и др.). В этой связи можно говорить о необходимости уточнения классификационного основа- ния. Думается прав В.П.Лавров, считающий, что такая классификация должна производиться по степени общности способов сокрытия преступления .

Некоторые возражения вызывает и еще одна классификация способов сокрытия преступления А.Г.Гельманова, в которой в качестве одного из элементов деления автор указал психическое или физическое воздействие на участников расследования. С этим утверждением мы никак не можем согласиться. Воздействуя на участников расследования, преступник еще фактически ничего не скрывает. Он создает определенные условия, предпосылки, способствующие сокрытию следов преступления в будущем. Кроме того, как показывает проведенное исследование круг требований, предъявляемых преступником или связанных с ним лицами к участникам расследования, значительно шире и такие требования зачастую не связаны с сокрытием следов преступления.

Заслуживает особого внимания классификация способов сокрытия преступления, построенная по сложности их структуры. В криминалистической литературе имеются разногласия относительно выделения классификационных элементов этой системы.

Так, В.Н.Карагодин по указанному основанию произвел деление способов сокрытия на полноструктурные (в способ входят как материальные, так и вербальные действия) и неполноструктурные (в способ входят

’ См.: Гельманов А.Г. Указ. соч.-С.94.

  • См.: Лавров В.П. Криминалистическая классификация способов сокрытия преступления // Криминалистическая сущность, средства и методы установления способов сокрытия следов преступле- ния.-М.,1987.-е.18.

ТОЛЬКО вербальные действия) . Такая классификация вызывает у нас возражения. Во-первых, не совсем удачно терминологическое определение классификационных элементов (полноструктурные - неполноструктур- ные). в чем выражается полнота структуры способа сокрытия из объяснения автора не совсем понятно. Во-вторых, как представляется, сложность структуры связывается не столько с характером действий, сколько с обширностью, сложностью связей внутри системы. с учетом сказанного, более правильным и логически выдержанным представляется деление способов сокрытия преступления по степени сложности структуры на одноэлементные (состоящие из одного приема, направленного на сокрытие следов преступления) и комплексные (включающие в структуру два и более приема).

Не совсем удачной представляется классификация способов сокрытия преступления по особым целям, предложенная А.В.Кучеровым. В эту систему, по мнению автора, входят следующие элементы:

  • способы, направленные на недопущение быстрого и полного раскрытия преступления;
  • способы, направленные на недопущение правильного применения закона;
  • способы, направленные на недопущение установления ущерба;
  • способы, направленные на недопущение установления смягчающих или отягчающих обстоятельств;
  • способы, направленные на недопущение установления причин и условий^.
  • Разрабатывая представленную систему, автор явно отощел от принципов классификации, в особенности логических правил деления объема понятия. В ней наблюдается пересечение различных элементов. Так, на-

’ См.:Карагодин В.И. Преодоление противодействия предварительному расследованию.-С.25. ^ Кучеров А.В.Указ.соч.-С.34.

пример, создание условий затрудняющих установление отягчающих или смягчающих обстоятельств - это одновременно и создание помех быстрому и полному раскрытию и расследованию преступления. Кроме того, по всей видимости необходимо упомянуть и другие обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, установлению которых может быть оказано противодействие.

Спорной представляется классификация способов сокрытия преступления, проведенная В.Ф.Ермоловичем в зависимости от связности и целостности входящих в способы сокрытия действий во времени. По данному основанию автором выделены локальные способы сокрытия (не разорванные во времени) и сквозные (разорванные во времени). Думается, что требует уточнения и использованное классификационное основание, и терминология классификационных элементов. На наш взгляд, в данном случае более приемлемо деление способов сокрытия по их длительности сокрытия на осуществляемые единовременно (например, уничтожение вещественных доказательств, маскировка внешности при совершении преступления) и длительные (например, утаивание похищенного имущества, орудий преступлений в тайнике).

Способы сокрытия преступления тесно связаны со способами воздействия на участников уголовного процесса (лиц, которые могут быть привлечены к расследованию), представляющее собой негативное влияние, оказываемое преступниками или связанными с ними иными лицами, с целью помешать либо сделать невозможным раскрытие и расследование по делу.

Системное исследование способов воздействия на участников уголовного процесса позволило определить ряд их отличий от способов сокрытия преступлений:

  • все способы воздействия на участников уголовного процесса носят общий характер и могут быть осуществлены независимо от характера совершенного преступления, в то время как в числе способов сокрытия преступления выделяются способы, характерные только для определенных видов преступлений (например, обезображивание трупа);

  • воздействие на участников уголовного процесса может быть осуществлено только в активной форме, в то время как сокрытие преступления может совершаться также в пассивной форме (например, отказ от дачи показаний);
  • в отличие от сокрытия преступления воздействие может быть направлено не только воспрепятствование процессу получения истинной информации о преступлении, но и на достижение иных поставленных преступниками или связанными с ними лицами конкретных целей (например, воздействие на следователя с требованием об отказе в возбуждении уго- ловного дела);
  • воздействие на участников уголовного процесса может быть как связано с сокрытием преступления, предшествует ему (например, воздействие на свидетеля с требованием дачи последним ложных показаний), так не иметь связи с осуществляющимся сокрытием следов преступления (например, подкуп следователя с целью непривлечения кого- либо к уголовной ответственности).
  • Кроме того, характеристика рассматриваемого воздействия будет неполной без определения участников уголовного процесса, на которых может быть оказано негативное влияние. Изучение эмпирического материала позволяет сделать выводы о круге лиц, на которых может быть оказано такое воздействие (см. таблицу 2 в приложении 1).

Отметим, что чаще всего лицом, на которого оказывается воздействие, является потерпевший, свидетель и, как показывают результаты опроса, следователь (сотрудник органа дознания). Следует добавить, что воздействие может быть оказано сразу на нескольких участников расследования. Такое воздействие встретилось нам в 20% выявленных по материалам уголовных дел случаев подобного противодействия расследованию. С воздействием сразу на нескольких участников расследования сталкивались в своей практической деятельности 36% опрошенных нами респондентов.

Под способом воздействия нами понимается прием или комплекс приемов, осуществляемых с целью понудить лицо не участвовать в проводимом или предстоящем расследовании преступления, заставить совершить иные действия, соответствующие интересам преступников (других связанных с ними лиц), затрудняющие работу правоохранительных органов по делу.

По степени сложности способы воздействия можно подразделить на простые и сложные. Простой способ воздействия включает в свою структуру либо одно действие (прием), направленное на создание условий, затрудняющих проведение расследования, сложные, соответственно, несколько приемов. Отличительной особенностью приемов, составляющих сложное воздействие расследованию, является то, что их осуществляют при неоднократном негативном влиянии на одно и то же лицо с одной конкретной целью.

Разновидностью сложного воздействия выступает комплексное воздействие, представляющее собой систему разноплановых приемов негативного влияния (например, угрозы, сопровождающиеся физическим насилием, уничтожением имущества). Так, при разбойном нападении на квартиру Журавлевой преступники (известные потерпевшей лица) сначала оказывали на нее психологическое воздействие, угрожая убийством, продемонстрировали ей пистолет и произвели из него выстрел, затем избивали потерпевшую, несколько раз окунали ее головой в ванну с водой, после чего, доказывая серьезность своих намерений, имитировали ее повешение. при этом преступники заявляли, что если потерпевшая обратится в правоохранительные органы, они реализуют свои угрозы’.

Заметим, что сложное воздействие на участников расследования выявлено в 83% исследованных случаев противодействия по уголовным делам. Добавим также, что сложное воздействие может оказываться как одним лицом, чаще всего самим преступником (такое противодействие выявлено в 74% исследованных случаев), так и разными лицами (9%), с участием преступника (6%) либо без его участия (3%). В структуру сложного воздействия могут входить как однородные (27%), так и различные приемы воздействия, причем последние гораздо чаще (56%). Как видно из результатов исследования наиболее часто на участников уголовного процесса (лиц, которые могут быть привлечены к расследованию), оказывается комплексное воздействие со стороны преступников, иных связанных с ними лиц.

Составляющие способ воздействия приемы могут быть различны по своей сути. Результаты проведенного исследования позволяют определить круг наиболее распространенных приемов воздействия (см. таблицу 3 в приложении 1). Это, прежде всего, угрозы в адрес участников уголовного процесса (55 % от общего числа выявленных случаев противодействия по материалам уголовных дел), физическое насилие в отношении их или близких (40%) случаев), уговоры (35%) и подкуп (llVof.

Изучение структуры и механизма оказанного воздействия на участников уголовного процесса в практической деятельности позволит следователю адекватно оценить сложившуюся ситуацию по делу, определить

’ Уголовное дело № 021086093. Архив суда Советского района г.Тулы.

^ И.А. Бобраков (Указ. соч.-С.32) в качестве наиболее распространенного приема воздействия на свидетелей и потерпевших назвал уговоры их преступником (41.6% от всех исследованных этим автором случаев воздействия). Имеющееся различие с нашим исследованием мы объясняем тем, что, во-первых, в ходе нашего исследования был изучено воздействие на более широкий круг участников расследования; во-вторых, к уговорам И.А. Бобраков отнес и подкуп участников расследования, который рассматривается нами как самостоятельный прием противодействия.

круг использованных приемов воздействия и последовательность их применения, установить негативный результат осуществленного противодействия в целом и поставить задачи по его преодолению. Кроме того, знание отдельных приемов, составляющих способ воздействия, помогает следователю, во-первых, определить степень психологического воздействия на участника расследования (например, психологическое воздействие при запугивании или физическом насилии значительно сильнее, чем при уговорах); во-вторых, спрогнозировать ситуацию противодействия и своевременно принять меры профилактического характера; в- третьих, определить степень восприимчивости того или иного участника расследования к различным способам воздействия.

По характеру контакта можно различать воздействие, осуществляемое при личностном общении, без личностного общения и смешанное (осуществляемое как при личностном, так и безличностном общении).

Проведенное эмпирическое исследование показало, что воздействие при личном контакте осуществлялось в 83% случаев, воздействие без личностного контакта - в 11%’.

Воздействие при личностном общении может осуществляться как наедине (79% исследованных случаев противодействия), так и “на людях” (4%). При этом в 68% случаев воздействующий не скрывал кто он такой, в 32% случаев постарался остаться неизвестным, не представившись (28%) либо выдав себя за другое лицо (4%).

Научный и практический интерес представляет исследование способов воздействия, которые могут быть осуществлены без личностного общения воздействующего лица с лицом, на которого оказывается негативное влияние. Такое воздействие может осуществляться:

  • путем письменных предупреждений, угроз, предложений;

’ в 6% случаев форма связи между воздействующим лицом и объектом воздействия достоверно не установлена.

  • через посредника;
  • по телефону;
  • через компьютерные средства связи;
  • через средства массовой информации (см. таблицу 4 в приложении 1).
  • Практическое значение научных исследований отношений между воздействующим лицом и участником уголовного процесса, на которого оказывается негативное влияние, проявляется в том, что, изучив различные виды общения и использовав эти знания применительно к конкретному случаю, следователь сможет:

  • установить факт воздействия;
  • выявить лицо, оказывающее воздействие;
  • прервать, нейтрализовать оказываемое воздействие;
  • в необходимых случаях взять под контроль личностное или безличностное общение воздействующего субъекта и участника расследования, с целью получения криминалистически значимой информации, решения иных стоящих по делу задач (например, задач розыскного характера).
  • С появлением частных средств массовой информации (СМИ) в России возник и быстро сформировался такой способ противодействия расследованию как воздействие на участников расследования, сотрудников правоохранительных органов, общественность через прессу, теле-, радиопрограммы. В научной литературе неоднократно отмечался негативный характер таких действий. 93% опрошенных сотрудников следствия и дознания также считают, что повышенное «внимание» СМИ к тому или иному расследованию может значительно осложнить его производство. 31% респондентов уже сталкивались с подобным противодействием в ходе своей профессиональной деятельности.

в целях противодействия расследованию СМИ могут быть использованы для распространения через них сведений:

  • дискредитирующих деятельность органов следствия и оперативных аппаратов в глазах населения;
  • провоцирующих население на совершение противозаконных действий;
  • препятствующих установлению и розыску лиц, совершивших преступления, путем разглашения мероприятий органов дознания; личных данных, адресов местожительства свидетелей и потерпевших;
  • содержащих ложную информацию о предполагаемом преступнике или обвиняющих в совершении преступления непричастных к нему лиц’.
  • в качестве самостоятельной формы противодействия расследованию нами было названо уклонение участников уголовного процесса от участия в его производстве. От участия в расследовании, как правило, стараются уклониться подозреваемые (обвиняемые) по делу, реже - потерпевшие, свидетели, в отдельных случаях - специалисты, эксперты.

К числу способов уклонения от участия в расследовании следует относить:

неявку по вызовам лица, производящего расследование; переезд на другое место жительства, в другой населенный пункт, регион страны;

выезд в другие государства; симуляцию болезни^;

использование депутатского и должностного иммунитета^.

’ Подробнее о противодействии расследованию с использованием СМИ см.: Ишин A.M. Использование средств массовой информации при установлении и розыске лиц, совершивших преступления в ходе предварительного расследования. Дисс . ..канд.юрид.наук.- М.,1996.

” В криминалистической литературе прошлых лет симуляция болезни рассматривалась как разновидность сокрытия следов преступления (см.: Лузгин И.М. Сущность, формы проявления и приемы сокрытия следов преступления //Способы сокрытия следов преступлений и криминалистические методы их установления.-М.,1984.с.15; Ратинов А.Р. Судебная психология для следователей.- М.,1967.-С.250).

^ Как справедливо отмечается в криминалистической литературе, преступления, совершаемые депутатами и работниками правоохранительных органов, как правило, имеют высокую степень общественной опасности, ибо в корне подрывают основы государственной власти, ее престиж, вызывая неуважение и пренебрежение граждан к закону (См.: Трухачев В.В. Преступное воздействие на доказательственную информацию. -Воронеж,2000. -C.6I).

В криминалистической литературе прошлых лет и в некоторых современных источниках уклонение от участия в расследовании рассматривается как разновидность сокрытия следов преступления, в частности утаивания. Действительно, в ряде случаев уклонение от участия в расследовании того или иного его участника не позволяет следователю получить интересующую его информацию о расследуемом событии. Однако эти действия носят опосредованный характер по отношению к процессу получения доказательств. Именно в этом, на наш взгляд, проявляются принципиальные отличия отказа от дачи показаний и неявки на допрос.

Кроме того, уклоняясь от участия в расследовании, то или иное лицо может преследовать и иные цели. Например, для потерпевших или свидетелей характерны такие мотивы уклонения от участия в расследовании, как нежелание в ходе следственных действий встречаться с преступником, боязнь разглашения конфиденциальных сведений о личной жизни, боязнь расправы со стороны преступника и т.д. Подозреваемый (обвиняемый), уклоняясь от участия в расследовании, стремится избегнуть наказания за содеянное, пытается выиграть время, может осуществить воздействие на иных участников расследования и пр.

В целом, подводя итог сказанному, хотелось бы отметить, что в современных условиях одной из основных задач органов расследования становится принятие мер по своевременному выявлению, пресечению и профилактике противодействия раскрытию и расследованию преступлений, в особенности воздействию со стороны преступников или иных связанных с ними лиц на участников расследования. В связи с этим значительно возрастает роль криминалистических рекомендаций по осуществлению такой деятельности следователем и органами дознания. В частности, необходима детальная разработка тактических приемов и комбинаций, направленных на выявление, преодоление и предупреждение воздействия на участников расследования со стороны преступников, дальнейшее совершенствова-

НИЄ законодательной основы деятельности правоохранительных органов в этой области.

Глава 4. Деятельность по раскрытию и расследованию преступлений как объект криминалистической

систематики

§1. Общая структура деятельности по раскрытию и расследованию

преступлений

Применение системного подхода в криминалистических исследованиях деятельности по раскрытию и расследованию преступлений предполагает рассмотрение ее внутренних механизмов, взаимосвязей и взаимодействий различных сторон. Использование этого подхода обусловлено сложностью объекта познания и многообразием его сторон и связей, что находит свое отражение в тенденции современной криминалистики рассматривать криминалистическую деятельность с системных позиций’. Как справедливо отмечается в криминалистической литературе, такое рассмотрение ориентирует на анализ информационно- познавательного процесса по раскрытию, расследованию и предупреждению преступлений как на диалектически противоречивый процесс субъектно-объектных отношений и на этой основе позволяет осмыслить конкретные типы, виды и формы познавательной деятельности^.

Деятельность по раскрытию и расследованию преступлений выступает как противоположность преступной деятельности и во многом вторична по отношению к ней. Она включает в себя ряд направлений, в зависимости от стоящих перед ней задач борьбы с преступностью. Среди них особо выделяются криминалистическая деятельность по раскрытию и расследованию преступлений, деятельность по судебному рассмотрению уго-

Например, как справедливо отмечает В.Д.Зеленский, исследование деятельности по расследованию преступлений с позиций системно- структурного анализа предполагает выявление всех элементов расследования и подвидов деятельности, примыкающих к расследованию, являющихся функциями органов и лиц, входящих в систему борьбы с преступностью, в том числе такого важного составного элемента этой деятельности как действия, их соотношение и роль каждого в расследовании (См.: Зеленский В.Д. Организация расследования преступлений. Криминалистические аспекты -Ростов-на- Дону, I989.-C.6).

См.: Колдин В.Я., Крестовников О.А. Реализация принципов системно-деятельностного подхода в системе криминалистики // Проблемы профаммирования, организации и информационного обеспечения предварительного следствия.-Уфа,1989.-С.140.

ЛО0НЫХ дел, экспертно-криминалистическая деятельность, криминалистическая профилактическая деятельность, оперативно-розыскная деятельность. Все эти виды деятельности полностью или частично являются объектами криминалистического изучения’.

С позиций системного подхода^ деятельность по раскрытию и расследованию преступлений может быть рассмотрена как сложная динамическая управляемая социальная система, включающая в себя следующие элементы:

  • объект деятельности;
  • цель и задачи деятельности;
  • субъекты деятельности;
  • действия, приемы, способы деятельности;
  • место, время и обстановка деятельности;
  • результаты деятельности.
  • Основным объектом деятельности по раскрытию и расследованию преступлений выступает преступная деятельность, включающая в себя действия по подготовке, совершению преступления, противодействию его раскрытию и расследованию. Данный объект обуславливает информационный характер рассматриваемого вида деятельности, ее направленность на поиск, получение и использование криминалистически значимой ин- формации, в которой основное место занимает доказательственная информация. Как справедливо отметил Л.Д. Самыгин, использование этой информации в основном состоит в построении логических выводов, принятии процессуальных и иных управленческих решений и передаче собранной информации в иные системы (например, в систему «судебное разбира- тельство)^.

’ См.: Криминалистика./Под ред. Н.П.Яблокова. -М., 1999. -С.16.

^ В современной криминалистической литературе просматриваются и иные подходы к познанию деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, в частности - психологический (см.: Пол- тавцева Л.И. Криминалистика и психология: интефация наук в познании закономерностей деятельности, направленной на раскрытие и расследование преступлений. -Ростов-на-Дону,2002).

’ См.: Самыгин Л.Д. Расследование преступлений как система деятельности. -М.,1989. -С.18.

Общая цель рассматриваемого вида деятельности - быстрое и качественное раскрытие и расследование преступлений. Эта цель обусловлена основным назначением уголовного судопроизводства, которое выражается в защите:

  • прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений;
  • личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничение ее прав и свобод’.
  • Общая цель деятельности по раскрытию и расследованию преступлений получает конкретизацию в системе задач расследования. Привести все задачи, которые могут быть поставлены в ходе расследования, вряд ли возможно. Например, можно назвать несколько десятков задач расследования только по доказыванию различных обстоятельств совершенного преступления^, которые предварительно должны быть установлены. Несмотря на то, что в общем виде задачи по доказыванию определяет ст.73 УПК РФ, дальнейшую конкретизацию эти задачи получают применительно к установлению и доказыванию отдельных упомянутых в законе обстоятельств. Так, доказывание события преступления предполагает установление в процессуальном порядке преступности деяния, наличие элементов его состава, определение времени, места и способа преступления, а также иных обстоятельств его совершения. В свою очередь, доказывание, например, способа совершения преступления предполагает установление характера действий, осуществленных при подготовке, собственно совершении и сокрытии преступления, использованных при этом орудий и средств, роли каждого из соучастников.

‘Ч.1 СТ.6 УПК РФ.

^ Интересна схема определения обстоятельств, подлежащих доказыванию, разработанная А.А.Эйсманом в 1973 году применительно к действовавшему на тот момент УПК РСФСР (См.: Эйсман А А. Структура и язык описания предмета доказывания // Вопросы борьбы с преступностью. Вып. 19. - М 1973.-С.89-92). Представляется, что схема А.А.Эйсмана может быть использована и применительно к действующему уголовно-процессуальному законодательству.

Подчеркнем, что мы назвали задачи расследования, связанные только с отдельными аспектами доказывания по делу. Очевидно, что в процессе расследования могут быть поставлены и иные по своему характеру задачи. В этой связи отметим плодотворное исследование системы задач расследования, проведенное Л.Д.Самыгиным. В частности, им обоснованно была отмечена возможность выделения задач стратегического уровня и тактического уровня, задач процессуальных и криминалистических’, а также возможность их систематизации в зависимости от этапов расследования^.

Основным субъектом деятельности по раскрытию и расследованию преступлений выступает, конечно, следователь^, как организатор и главный исполнитель’^. На вопрос, в чем заключаются профессионально важные качества следователя, попытался ответить в свое время один из основателей криминалистической науки Г.Гросс. Им было отмечено: «Следова- тель должен обладать всеми хорошими качествами, присущими человеку: неустанное усердие и рвение, самоотверженность и твердость, остроумие и знание людей, образование, железное здоровье и сведения по всем отраслям знаний - это само собой. Но еще:

1) Твердая решительность в характере и в действиях. Нет ничего более вредного, чем медлительность, малодушие и вялость. 2) 3) Способность к самоотверженному, безусловно честному труду. 4) 5) Точность, а не приблизительность знаний обстоятельств расследуемого события. 6) ‘ Л.Д.Самыгин справедливо отметил, что во многих случаях отличать «чисто криминалистические» задачи расследования от «чисто процессуальных» возможно лишь на стратегическом уровне.

^ См.: Самыгин Л.Д. Указ.соч.-С.33-40.

См. также §4 настоящей главы.

^ Здесь и далее по тексту, говоря о следователе, мы подразумеваем и дознавателя, являющегося должностным лицом органа дознания, правомочного осуществлять предварительное расследование в форме дознания (п.8 ст.5 УПК РФ).

Ст. 163 УПК РФ предусматривает возможность производства предварительного следствия по уголовному делу следственной группой.

4) Основательное знание человека как главного материала предварительного следствия»’.

Отметим, что, несмотря на прошедшие годы, требования к лицу, производящему расследование, остаются во многом те же. Однако в последние годы очевидна необходимость повышения профессионального уровня следователей и дознавателей.

Так, проведенный нами опрос следователей и дознавателей прокуратуры, органов внутренних дел и налоговой полиции в 7 субъектах Центрального региона России показал, что высшее юридическое образование имеют лишь 46% респондентов, иное высшее - 40%, средне- специальное юридическое - 7 %, среднее, средне-специальное - 7%. При этом стаж работы по раскрытию и расследованию преступлений до одного года имеют 13% опрошенных, от 1-го года до 3-х лет - 37%, от 3-х до 5 лет - 27% , свыше 5-ти лет - 23% . Как видим, опыт работы, достаточный для окончательного формирования грамотного специалиста (более 3-х лет) имеет лишь половина опрошенных^.

Ухудшение кадровой ситуации в органах следствия отмечается и в официальных источниках. Наиболее неблагоприятная ситуация складывается в следственном аппарате при МВД РФ, в котором сосредоточено 83% российских следователей^. При этом отмечается качественный некомплект кадров, их высокая текучесть (в 1994 - 1999 гг. из следствия ежегодно уходило 5,5-6 тыс. подготовленных специалистов).

В этой связи весьма интересны полученные в результате анкетирования данные об источниках получения информации о систематизирован-

’ Гросс г. Руководство для судебных следователей как система криминалистики.СПб.,1908.С.8-9.

^ По данным, обнародованным заместителем министра внутренних дел Н.Соловьева, на 1 января 2000 г. только 50,9% следователей МВД РФ имели высшее юридическое образование 41,5% следователей - стаж работы менее трех лет.

’ Для сравнения: в следственном аппарате прокуратуры работают 12,2% следователей страны, ФСНП - 3,2%. В 1999 году следователями обеспечено расследование почти 2 млн. уголовных дел, из них органами предварительного следствия в системе МВД - 92,4%, прокуратуры - 7,0%, ФСНП - 0,6%. В соответствии с установленной законом подследственностью следователи органов внутренних дел проводят предварительное следствие по более чем 70% совершаемых преступлений и 90% уголовных дел эконо- мической направленности (См.: Соловьев Н. Реформа следственного аппарата: от перераспределения подследственности до модернизации УК //Российская юстиция. 2000, №12.).

ных наиболее целесообразных, эффективных и рациональных способах расследования сотрудниками следствия и дознания. Ими выступают:

  • советы более опытных коллег (64% опрошенных);
  • учебно-справочная криминалистическая литература (58%);
  • собственный опыт (55%);
  • обобщения передовой следственной практики (41%);
  • научная криминалистическая литература (монографии, статьи, диссер- тации)(6%).

Как видим, одним из основных источников получения информации о наиболее целесообразных, эффективных и рациональных способах расследования, при явно недостаточном использовании научной криминалистической литературы, являются учебные и справочные криминалистические пособия. Между тем, только 53% из опрошенных сотрудников следствия и дознания имеют в своем распоряжении литературу по криминалистической тактике, изданную в последние годы. Остальные либо располагают более старой литературой (28%), либо не имеют таковой вообще (19%). С учетом существенного изменения за последнее десятилетие характера преступности в России, появления новых видов преступлений и методик их расследования, старая литература не всегда отвечает современным потребностям. Несомненно, это во многом отражается и на владении работника- ми следствия и дознания современным понятийно-терминологическим аппаратом криминалистической науки.

В целях установления уровня владения следователями и дознавателями криминалистической терминологией в ходе анкетирования нами были заданы вопросы по некоторым основным тактико-криминалистическим понятиям (см.таблицу 5 в приложении 1). Анализ данных, отраженных в таблице, позволяет сделать вывод о недостаточном уровне владения следова- телями и дознавателями тактико-криминалистической терминологией и, как следствие, знаниями тактико-криминалистического характера.

Необходимость скорейшего повышения профессионального уровня следователей и дознавателей как основных субъектов деятельности по раскрытию и расследованию преступлений ставит ряд актуальных задач перед криминалистической наукой, призванной разработать научно обоснованные и доступные рекомендации, соответствующие новому уголовно- процессуальному законодательству, современным условиям и особенностям раскрытия и расследования преступлений.

Однако современный следователь-профессионал - это не только юрист, обладаюш,ий общими знаниями, навыками и умениями в области раскрытия и расследования преступлений. Очевидна необходимость специальной подготовки следователей к раскрытию и расследованию появившихся в последние годы ряда принципиально новых преступлений. На- пример, при расследовании преступлений в сфере компьютерной информации, количество которых неуклонно растет, современный следователь должен обладать:

  • знанием типологии, психологии и криминалистической характеристики лиц, совершающих компьютерные преступления;
  • знанием наиболее распространенных приемов, способов совершения и сокрытия компьютерных преступлений;
  • знанием разработанных в криминалистической науке методических рекомендаций по раскрытию и расследованию компьютерных преступлений;
  • навыками и умениями работы с компьютерным оборудованием и программным обеспечением, соответствующими современному уровню развития высоких технологий;
  • знанием оперативной обстановки в том районе, где совершено преступление, стране в целом; состояния преступности в сфере высоких технологий в конкретный период; обстоятельств, которые способствуют уклонению преступников от следствия и суда либо сокрытию различных объектов;
  • знанием компьютерным сленга (жаргона).
  • Без этих знаний, навыков и умений профессионально грамотная деятельность следователя по расследованию уголовных дел данной категории вряд ли возможна. При этом отметим, что проведенный опрос следователей органов внутренних дел и прокуратуры показывает, что абсолютное большинство респондентов считают себя не подготовленными к расследованию преступлений в сфере компьютерной информации (81%)’.

Следователь осуществляет деятельность по раскрытию и расследованию преступлений в пределах предоставленных ему новым уголовно- процессуальным законодательством полномочий. Особый интерес с позиции криминалистической науки приобретают следующие полномочия следователя:

  • самостоятельно направлять ход расследования;
  • принимать решения о производстве следственных действий и иных процессуальных действий (за исключением случаев, когда в соответствии с действующим уголовно- процессуальным законодательством требуется получение судебного решения и (или) санкции прокурора) и производить их;
  • давать органу дознания в случаях, предусмотренных законодательством, обязательные для исполнения письменные поручения о проведении оперативно-розыскных мероприятий, производстве отдельных следственных и иных процессуальных действий, а также получать содействие при их осуществлении.
  • в криминалистической литературе к числу субъектов деятельности по раскрытию и расследования помимо следователя относят прокурора и суд, а также лиц, содействующих этой работе: оперативных сотрудников, специалистов, экспертов, переводчиков, а иногда и других участников рас-

’ Подробнее см. Головин А.Ю., Мусаева У.А., Толстухина Т.В. Актуальные проблемы расследования преступлений в сфере компьютерной информации.-Тула, 2001.-С.45-49.

следования (например, понятых)’, если их деятельность направлена на достижение задач расследования.

В этом аспекте интересны новеллы уголовно-процессуального законодательства, касающиеся в частности передачи судам в ходе досудебного производства по уголовному делу ряда полномочий. В частности, тесно связанными с деятельностью по раскрытию и расследованию преступлений являются решения суда:

  • о применении мер пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста;
  • о продлении срока заключения под стражей;
  • о помещении подозреваемого, обвиняемого, не находящегося под стражей, в медицинский или психиатрический стационар для проведения судебно-медицинской или судебно-психиатрической экспертизы;
  • о производстве осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц;
  • о производстве обыска и (или) выемки в жилище;
  • о производстве выемки предметов и документов, содержащих информацию о вкладах и счетах в банках и иных кредитных организациях;
  • о наложении ареста на корреспонденцию и выемке ее в учреждениях связи.
  • Несмотря на то, что ряд из этих полномочий суды в России приобретут лишь с 1 января 2004 года, приведенные новеллы, на наш взгляд, должны сыграть положительную роль в дальнейшем развитии системы деятельности по раскрытию и расследованию преступления, прежде всего, в повышении качества работы следователей, дознавателей, прокуроров.

Кроме того, уже с момента вступления УПК РФ в законную силу только по решению суда производится личный обыск (кроме личного обыска, осуществляемого при задержании подозреваемого) и контроль и запись телефонных и иных переговоров (ст. 29 УПК РФ).

Криминалистика./ Под ред. Н.П.Яблокова.-М.,1999.-С.]7; Самыгин Л.Д. Указ.соч.-С.112-113.

Однако, несмотря на тесную связь перечисленных судебных решений и деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, на сегодняшний день вряд ли можно относить суд к субъектам этой деятельности. Согласно ч.З ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или защиты. Суд лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Введение новой процедуры принятия решений о производстве ряда следственных и иных процессуальных действий имеет целью создание дополнительных гарантий защиты основных прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве.

Активным субъектом деятельности по раскрытию и расследованию преступлений остается прокурор. Ч.1 ст. 37 УПК РФ наделяет прокурора полномочиями осуществлять от имени государства уголовное преследование в ходе уголовного производства, а также надзор за процессуальной деятельностью органов предварительного следствия и дознания. Нормы этой статьи определяют довольно широкий круг правомочий прокурора, использование которых может быть так или иначе направлено на достижение задач расследования. В их числе полномочия прокурора:

  • возбуждать уголовное дело, поручать его расследование дознавателю, следователю, нижестоящему прокурору или принимать его к своему производству;
  • участвовать в производстве предварительного расследования и в необходимых случаях лично производить отдельные следственные действия;
  • отстранять в установленных законом случаях дознавателя, следователя от дальнейшего производства расследования;
  • изымать любое уголовное дело у органов расследования и передавать его следователю, передавать уголовное дело от одного следователя к другому;

  • поручать органу дознания производство следственных действий, а также давать ему указания о проведении оперативно-розыскных мероприятий и т.д.

Кроме того, до 1 января 2004 года прокурор принимает решения по некоторым из упомянутых ранее вопросов, касающимся участия суда в ходе досудебного производства’.

К числу субъектов деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, на наш взгляд, относится и начальник следственного отдела, который обладает рядом полномочий, реализация которых может быть направлена на достижение задач расследования. Так, согласно ч.1 ст.39 УПК РФ начальник следственного отдела уполномочен поручать производство предварительного следствия следователю либо нескольким следователям, а также отменять необоснованные постановления следователя о приостановлении предварительного следствия. При этом он вправе давать следователю обязательные указания о направлении расследования, производстве отдельных следственных действий, привлечении лица в качестве обвиняемого, об избрании в отношении подозреваемого, обвиняемого меры пресечения, о квалификации преступления и объеме обвинения (ч.2 ст.39 УПК РФ).

В криминалистической литературе последних лет активно отстаивается идея о возможности изучения и разработки в рамках криминалистической науки тактики профессиональной заш,иты по уголовным делам, отмечается позитивная роль такого направления в совершенствовании и развитии криминалистической тактики и методики, избавлении от «обвинительной» акцентуализации криминалистической науки в целом^. В этой связи встает вопрос о возможности отнесения к субъектам деятельности по раскрытию и расследованию преступлений защитника.

Ст. 10 Федерального закона «О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации»// Российская газета от 22 декабря 2001 г.,№.249.

” См.: Баев О.Я. Основы криминалистики.-М.,2001.-С.184; Белкин Р.С. Криминалистика: про- ^ блемы сегодняшнего дня.-М.,2001.-С.201;. Зорин Г.А. Криминалистическая методология.-Минск,2000.-

( С.547.

Действительно, необходимость разработки тактики защиты по уголовным делам в рамках криминалистической науки на сегодняшний день очевидна и обусловливается, прежде всего, закрепленными в уголовно- процессуальном законе принципами приоритета прав и свобод человека и гражданина, необходимости их уважения, неприкосновенности и охраны. Эта область криминалистических знаний’ может включать в себя рекомендации по работе защитника, связанной с установлением истины по делу, недопущением нарушений прав и законных интересов своего подзащитного, принятием все предусмотренных законом мер по предотвращению следственных и судебных ошибок, обеспечением применения к обвиняемому справедливого наказания с учетом степени его виновности и всех имеющихся смягчающих обстоятельств. При этом такие рекомендации должны отвечать как требованиям законности, так и нормам морали и нравственности.

В то же время, несмотря на то, что работа защитника по уголовному делу тесно взаимосвязана с деятельностью по раскрытию и расследованию преступления, субъектом этой деятельности он не является. Его работа направлена исключительно на обеспечение прав и законных интересов своего подзащитного, а достижение задач расследования интересует его постольку, поскольку это связано с законными интересами клиента^.

В процессе системного рассмотрения деятельности по раскрытию и расследованию преступлений особое внимание уделяется действиям, приемам и способам этой деятельности. Отметим, что по многие вопросы, касающиеся системы средств расследования преступлений, понятий и систематики следственных действий, тактических приемов и комбинаций, являются дискуссионными, а в некоторых случаях и недостаточно разработанными.

’ На наш взгляд, структурно тактику защиты по уголовным делам целесообразно рассматривать как подраздел криминалистической тактики.

^ Например, защитник, также как и органы расследования, заинтересован в установлении лица, в действительности совершившего преступление, устранении ранее допущенных по делу следственных ошибок и т.д.

В числе основных действий, приемов и способов, составляющих содержание деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, следует выделить:

  • следственные и иные процессуальные действия;
  • тактические приемы проведения следственных и иных процессуальных действий;
  • непроцессуальные мероприятия;
  • комплексы перечисленных действий и мероприятий, охватываемые единым замыслом на решение поставленных задач расследования (комбинации, операции)’.
  • Время как элемент структуры «деятельность по раскрытию и расследованию преступлений» представляет интерес для научных исследований. В частности, в криминалистической литературе, понятия «время», «временной фактор», «временные характеристики»^ изучаются применительно к особенностям:

различных периодов в жизни страны (например, минное или военное время);

времени года (в частности, влияние природно-климатических условий на выбор тактики и организацию осмотра места происшествия);

выбора даты и времени суток (например, при планировании расследования, принятии решения о проведении отдельных следственных действий);

установления давности совершения преступления; определения негативных и положительных последствий влияния фактора времени.

В криминалистической литературе также справедливо отмечается, что время имеет значение как длительность, продолжительность расследова-

’ Подробнее об основных средствах деятельности см. в §2 настоящей главы.

^ В.М.Мешков предлагает также использовать в криминалистическом тезаурусе следующие понятия: момент времени, временной интервал, временные отношения, криминалистический аспект времени, след времени. (См.: Мешков В.М. Криминалистическое учение о временных связях и отношениях при расследовании преступлений. Автореферат дисс….докт.юрид.наук.-М.,1995.-С.17).

ния в целом, его этапов и отдельных действий, а также как последовательность этапов и действий’.

Фактор времени оказывает существенное влияние на расследование преступлений. В.П.Лавров справедливо отмечает, что по своей направленности оно носит двойственный характер. С одной стороны, с увеличением промежутка времени, прошедшего с момента совершения преступления, процесс установления истины затрудняется. С другой - со временем нередко возникает новая информация, имеющая отношение к преступлению, появляются дополнительные возможности ее обнаружения и использования в целях установления истины^.

Кроме того, именно по временному признаку в общей системе деятельности по раскрытию и расследованию преступлений выделяются такие ее подсистемы как деятельность по расследованию преступления по горячим следам, а также деятельность следователя по приостановленному уголовному делу.

Место, как структурный элемент деятельности по раскрытию и расследованию преступлений, добавляет определенную специфику в ее осуществление с учетом характера региона страны, особенностей его месторасположения, заселенности, особенностей правового статуса и пр.

Кроме того, место в ряде случаев определяет специфический характер тактики проведения отдельных следственных действий (например, осмотр места взрыва, обыск в месте нахождения компьютерного оборудования и пр.).

Обстановка, в которой осуществляется деятельность по раскрытию и расследованию преступления может быть рассматриваться как в общем, так и более конкретном плане:

’ См.: Самыгин Л.Д. Указ.соч.-СЛбЗ.

^ См.: Лавров В.П. Криминалистическая теория временных отношений.// Криминалистика. История, общая и частные теории./Под ред. Р.С. Белкина, В.Г.Коломацкого, И.М.Лузгина.-М.,1995.-С.204-

207.

  • общая криминогенная обстановка в регионе, отражающая состояние борьбы с преступностью как в целом, так и с определенными ее видами;
  • обстановка, характеризующаяся исключительными (чрезвычайными) условиями (массовые беспорядки, военные действия, стихийные бедствия, эпидемии, эпизоотии и пр.)’;
  • конкретная обстановка расследования, как сложившаяся на определенный момент времени ситуация, обусловленная информационными, процессуально-тактическими, организационными и психологическими факторами, играющая ключевую роль в принятии решений следователем, определении направлений и тактики расследования^.
  • Подводя итог сказанному, отметим, что системные исследования деятельности по раскрытию и расследованию преступлений - это одно из наиболее актуальных направлений научных исследований в современной криминалистике. В частности, очевидна необходимость дальнейшей криминалистической систематизации (классификации) следственных действий, тактических приемов их проведения, а также тактических комбинаций и операций, направленных на решение тактических задач расследования, системных исследований в рамках учений о следственной ситуации, тактическом решении, криминалистической версии и других явлений, связанных с процессом раскрытия и расследования преступлений.

’ Например, обстановка расследования в ходе массовых беспорядков включает в себя условия начала и окончания массовых волнений, их поводы, направленность и основные способы совершения, последствия, размеры причиненного материального ущерба, принятые органами власти и управления чрезвычайные меры по охране общественного порядка и обеспечения безопасности граждан (См.: Григорьев В.И. Расследование преступлений в чрезвычайных условиях.-М.,1994.-С.117).

^ Подробнее о сущности, видах следственных ситуаций и значении ситуационного подхода в расследовании см. в §3 настоящей главы.

§2. Действия лица, производящего расследование, как объекты криминалистической систематики

Деятельность по раскрытию и расследованию преступлений, как и любой иной вид социальной деятельности, предполагает наличие средств своего осуществления, которые представляют собой действия, приемы и способы достижения общей цели и решения более частных задач расследования.

Следственные действия - важнейшие структурные элементы процесса расследования, и, следовательно, объекты изучения криминалистической науки. Отметим, что в ранее действовавшем УПК РСФСР четкого определения следственных действий не содержалось. К сожалению, и в новом УПК РФ следственные действия четко не определены. Например, в ст.5 УПК РФ, в которой раскрываются основные понятия уголовно- процессуального законодательства, следственные действия упоминаются лишь как вид процессуальных действий (п.32) , а также дано определение неотложных следственных действий (п. 19).

в связи с отсутствием четкого законодательного определения следственных действий особое значение приобретает их научная дефиниция. В 60-х - начале 70-х годов сформировалось две позиции по вопросу научного понятия следственных действий. По мнению одних ученых, следственными действиями могут признаваться различные виды действий, выполняемые следователем при расследовании преступлений’. Согласно второго взгляда, следственными действиями являются те процессуальные действия, при помощи которых обнаруживаются, закрепляются и проверяются доказательства^. В последующие годы это понятие также не определялось однозначно. Так, например, М.В. Салтевский предложил рассматривать

’ См.: Герасимов И.Ф. Некоторые проблемы криминалистической тактики // Ленинский принцип неотвратимости наказания и задачи советской криминалистики. Материалы научной конференции.- Свердловск, 1972.-С.29; Лузгин И.М. Расследование как процесс познания,- М. ,1969.-С.56-59.

^ См.: Жогин И.В., Фактуллин Ф.Н. Предварительное следствие в советском уголовном процессе. .М.,1965.-С. 108-109.

следственные действия в двух аспектах: процессуальном, как форму практической реализации следователем и судом закона при расследовании и рассмотрении уголовных дел, и криминалистическом, как собирание и исследование доказательственной информации’.

В этой связи, думается, прав М.П.Гутерман, предложивший обозначить весь комплекс действий, проводимых следователем в процессе расследования преступлений, термином “действия следователя”, а действия, непосредственно направленные на собирание, исследование и оценку и использование доказательств - термином “следственные действия”^. Определение следственных действий как предусмотренных законом процессуальных действий по собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательств дают также Р.С.Белкин, О.Я.Баев, Ю.Н.Белозеров, И.Е.Быховский, В.В.Рябоконь, Н.А.Селиванов, А.Б.Соловьев, С.А.Шейфер и другие ученые^

Научная дефиниция следственных действий как процессуальных действий, направленных на получение и проверку доказательственной информации по делу, представляется нам наиболее оптимальной в свете нового уголовно-процессуального законодательства. Кроме того, такое понимание следственных действий позволяет проводить активные системные исследования этого понятия с различных сторон.

Одним из аспектов криминалистических системных исследований следственных действий выступает их классификация. В ныне действующем УПК РФ, также, впрочем, как и в предыдущем УПК РСФСР, как та-

’ См.: Салтевский М.В. Классификация и общая характеристика следственных действий // Специализированный курс криминалистики (для слушателей вузов МВД СССР, обучающихся на базе среднего специального юридического образования) / Отв. ред. М.В. Салтевский. -Киев,1987.-С.228.

^ См.: Гутерман М.П. Следственные действия и некоторые спорные вопросы, связанные с их системой // Вопросы борьбы с преступностью. Вып.42. - М., 1985.-C.72.

^ См.: Белкин Р.С. Криминалистика. Краткая энциклопедия. -М., 1993.-С.73; Баев О.Я. Криминалистическая тактика и уголовно-процессуальный закон.-Воронеж,1977.-С.61; Белозеров Ю.Н., Рябоконь В.В. Производство следственных действий. -М.,1990.-С.З; Быховский И.Е. Процессуальные и тактические вопросы системы следственных действий. Автореферат дис… докт. юрид. наук. -М.,1976.-С.6-7; Гаврилов А.к., Ефимичев С.П. Понятие следственных действий // Следственные действия / Под ред. Б.П. Смагоринского,- М.,1994.-С.6; Казикян Г.С., Соловьев А.Б. Проблемы эффективности следственных действий. -Ереван, 1987.-С.23; Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма,- М.,1981.-С.З.

ковая классификация следственных действий не приводится, называются лишь их отдельные виды, регламентируется процедура их производства.

Как представляется, необходимость определения базовой классификации следственных действий очевидна. Ее основное научное и практическое значение проявляется, во-первых, в установлении круга процессуальных действий, которые могут быть определены как следственные, и, во- вторых, в раскрытии системных связей и отличий между различными следственными действиями. Кроме того, именно на классификационной основе должно основывать выделение отдельных подвидов следственных действий. Построение базовой классификации (древа) следственных действий имеет и определенное системообразующее значение и для криминалистической науки. Например, в криминалистической тактике по видам следственных действий группируются научные рекомендации по их проведению.

Между тем, лишь в отдельных научных источниках говорится о возможности построения такой классификационной системы, элементами которой явились бы отдельно взятые следственные действия (допрос, осмотр и др.) в частности, идея такой классификации выказывалась Р.С.Белкиным^, а также А.Р.Белкиным, указавшим основание деления (по

содержанию следственных действий)^

Однако сложность рассматриваемого понятия, а также весьма общий характер предлагаемого А.Р.Белкиным классификационного основания, на наш взгляд, обусловливает необходимость предварительного деления следственных действий в зависимости от характера доказательственной информации, которую необходимо получить или проверить.

’ в научной литературе круг следственных действий иногда определяется просто как система (См • Быховский И Е Процессуальные и тактические вопросы системы следственных действий. Авто- реф” дисс..канд.юрид.наук.-М.,1976; Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма.-М.,2001.-С.55 и др.), хотя, на наш взгляд, более точным является ее понимание как классификационной системы.

^См.: Белкин Р.С. Курс криминалистики.Т.1.-С.399-400. ^ См.: Белкин А.Р. Криминалистические классификации.-М.,2000.-С.55.

Отметим, что попытки классификации следственных действий в за- висгшости от их направленности предпринимались в юридической литературе. Так, А.Б. Соловьев предложил классифицировать следственные действия на личные (следственные действия, в ходе которых имеет место дача показаний) и вещественные (следственные действия, в ходе которых информация получается от вещей - носителей материальных отображений)’. Аналогичное деление произвел В.А. Образцов, использовав для обозначения классификационных элементов иные термины - вербальные и нонвербальные^ По мнению М.В. Салтевского и В.Г.Лукашевича, в рассматриваемую систему должен входить еще один элемент- смешанные следственные действия, направленные на получение информации из системных источников “люди- вещи”, при этом основанием такого деления являются методы отображения фактических данных^

Три группы следственных действий выделил также С.А.Шейфер, однако в основание такой классификации им были положены методы отображения фактических данных. В первую группу автор отнес следственные действия, в основе которых лежит метод расспроса. Во вторую группу С.А.Шейфером были включены следственные действия, основанные на непосредственном наблюдении, сочетаемом с приемами активного воздействия на отображаемый объект- измерением, экспериментом, моделированием. Третья группа, по мнению автора, охватывает следственные действия, основанные на сочетании методов расспроса и наблюдения”^.

Как представляется, различные «методы отображения фактических данных» в любом случае будут производны от характера доказательственной информации, которую планируется получить или проверить. В этой

’ См.: Соловьев А. Б. Использование системного подхода при изучении эффективности следственных действий (процессуально-криминалистические исследования) П Вопросы борьбы с преступностью. Вып.43.-М, 1985.-C.60.

^ См.: Образцов В.А. Криминалистика (Цикл лекций по новой программе).-М., іУУ4.-ь.іии. ‘ См.: Салтевский М. В., Лукашевич В.Г. Проблемы классификации источников информации и следственных действий в криминалистической тактике // Криминалистика и судебная экспертиза. Вып.

29.-Киев,1984.-С.31. кл опт г 7Ч 7d

” См.: Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма.-М.,2001.-С./3-/4.

СВЯЗИ, разделяя идею о необходимости подобной классификационной системы, мы считаем, что ее структура требует некоторого уточнения. Итак, в зависимости от характера доказательственной информации, которую необходимо получить или проверить, можно выделять следующие группы следственных действий:

1 группа - следственные действия, направленные на получение и проверку показаний об обстоятельствах расследуемого события; 2 3 группа - следственные действия, направленные на установление и исследование материальных следов преступления, установление и проверку различного рода состояний; 4 5 группа - следственные действия, направленные на получение и проверку доказательственной информации комплексного характера, отражаемой как в показаниях различных лиц, так и в исследованиях различных материальных следов, в установлении и проверке различного рода состояний. 6 В число следственных действий, направленных на получение и проверку показаний об обстоятельствах расследуемого события, с учетом нового уголовно-процессуального законодательства могут быть включены:

1) Допрос. Также как и в ранее действовавшем уголовно- процессуальном законодательстве, в новом УПК РФ называются следующие виды допроса: подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля и эксперта. Кроме того, особо выделяются особенности допроса несовершеннолетних потерпевших или свидетелей (ст. 191 УПК РФ). 2) 3) Очная ставка. В новом уголовно-процессуальном законодательстве основания и порядок проведения этого следственного действия практически не изменились. Также как и ранее следователь вправе провести очную ставку, если в показаниях ранее допрошенных лиц имеются существенные противоречия (ст. 192 УПК РФ). Какие-либо виды этого следственного действия в законе не выделяются, что, однако, не исключает возможность его дальнейшего классификационного исследования в рамках 4) криминалистической науки. Например, классификация может проведена в зависимости от круга лиц, чьи показания проверяются’.

В группу следственных действий, направленных на установление и исследование материальных следов преступления, установление и проверку различного рода состояний могут быть отнесены:

1) Осмотр. Согласно ст. 176 УПК РФ осмотр производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для дела. Объектами осмотра выступают местность, жилища, предметы и документы. В законе называются также три имеющих особую процедуру производства вида осмотра: осмотр места происшествия (Ч.2 CT.176 УПК РФ), осмотр трупа (ст.178 УПК РФ), осмотр жилища (ч.1 ст. 12 УПК РФ). 2) 3) Освидетельствование. Новый УПК РФ расширил круг задач расследования, решаемых путем производства этого следственного действия. Так, теперь освидетельствование может быть проведено не только для обнаружения на теле человека особых примет, следов преступления, но и для обнаружения телесных повреждений, а также выявления состояния опьянения или иных свойств и признаков, имеющих значение для уголовного дела, если для этого не требуется производство судебной экспертизы (чЛ ст. 179 УПК РФ). При этом в законе созданы предпосылки для классификации этого следственного действия по признакам освидетельствуе- мого лица (освидетельствование подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего свидетеля; освидетельствование лица одного пола со следователем, другого пола со следователем). 4) 3) Следственный эксперимент. По новому уголовно- процессуальному законодательству это следственное действие проводится в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных об-

’ По этому основанию выделяются очные ставки с участием двух свидетелей, двух потерпевших, двух подозреваемых, двух обвиняемых и в любом сочетании двух из названных участников предварительного расследования (См.: Гаврилов А.К., Закатов А.А. Очная ставка. -Волгофад, 1978.- С.8).

стоятельств определенного события (СТ.181 УПК РФ), в законе также называются основные виды следственного эксперимента:

  • проводимый с целью проверки возможности восприятия каких-
  • либо фактов;

  • проводимый с целью проверки возможности совершения определенных действий;
  • проводимый с целью проверки возможности наступления какого-
  • либо события;

  • проводимый с целью выявления последовательности происшедшего события;
  • проводимый с целью установления механизма образования следов. Каждый из выделенных в законе видов следственного эксперимента
  • определяет особенности тактики их производства.

4) Обыск. Важное значение для определения направлений совершенствования тактики этого следственного действия имеет выделение в законе двух принципиально различных видов обыска: обыска какого-либо места (жилища, помещения каких-либо организаций, участка местности, принадлежащего обыскиваемому лицу) и личного обыска (ст. 184 УПК РФ). Кроме того, закон создает предпосылку для имеющей криминалистическое значение классификации этого следственного действия по объекту поиска на:

  • обыск, направленный на обнаружение и изъятие орудий преступления, предметов, документов и ценностей, которые могут иметь значение
  • для уголовного дела (ч.1. ст. 182 УПК РФ);

  • обыск, направленный на обнаружение разыскиваемых лиц;
  • обыск, направленный на обнаружения трупов (ч.16 ст. 182 УПК
  • РФ).

Криминалистическое значение такой классификации проявляется в особенностях тактики подготовки и проведения обыска в зависимости от объекта поиска.

5) Выемка. Основания производства этого следственного действия в новом уголовно-процессуальном законодательстве существенных изменений не претерпели, в то же время, законодатель выделяет несколько видов выемки, имеющих специфические особенности производства:

  • предметов и документов, содержащих государственную или иную
  • охраняемую федеральным законом тайну;

  • документов, содержащих информацию о вкладах и счетах граждан
  • в банках и иных кредитных организациях;

  • почтово-телеграфных отправлений.
  • 6) Контроль и запись переговоров. В отечественное уголовно- процессуальное законодательство нормы, регулирующие производство этого следственного действия, включены совсем недавно’. Это обстоя- тельство породило дискуссию в юридической литературе о том, является ли контроль и запись переговоров следственным действием или оперативно - розыскным мероприятием, каково его доказательственное значение.

Так, В.М. Быков считает, что контроль и запись переговоров обладает всеми признаками следственного действия: проводится по возбужденному уголовному делу уполномоченным по закону должностным лицом, в данном случае следователем; в уголовно - процессуальном законе указаны основания и процессуальный порядок его производства; в результате его проведения следователь получает новые доказательства^.

Д.А. Солодов придерживается позиции, что контроль и запись переговоров - следственное действие, целью которого, в конечном счете, является получение вещественного доказательства - фонограммы, содержащей запись переговоров лиц, располагающих сведениями, могущими иметь

’ с введением в УПК РСФСР стЛ74-1. (См.:Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты Российской Федерации в связи с ратификацией Конвенции о защите прав человека и основных свобод»// Российская газета, 23 марта , 2001 г.).

^ См.: Быков В. Контроль и запись телефонных и иных переговоров// Законность. 2001, №10.

значение для дела’. Как следственное действие определяет контроль и за- пись переговоров и А.П.Рыжаков .

Иную точку зрения высказывает С.А.Шейфер, по мнению которого о контроле и записи переговоров^ нельзя говорить как о традиционном следственном действии. Автор считает, что «прослушивание телефонных переговоров- это типичное оперативно-розыскное мероприятие, закрепленное в П.9 СТ.6 Закона об ОРД». При этом С.А.Шейфер высказывает в обоснование своей точки зрения следующие доводы:

  • суть прослушивания телефонных переговоров не меняется в зависимости от того - проводит ли его оперативно-розыскной орган по своей инициативе или по поручению следователя;
  • -запись переговоров производится лицом, которому это поручено

оперативным органом;

  • порядок записи переговоров не регулируется уголовно-
  • процессуальным законом;

  • в процедуре «контроля и записи переговоров» отсутствует определяющий признак следственного действия - восприятие следователем информации, имеющей доказательственное значение;
  • в норме закона речь идет скорее об истребовании и принятии предмета (фонограммы, изготовленной за пределами уголовного процесса, вне правоотношений со следователем и без каких- либо гарантий правильности записи) - процедуре, предусмотренной действующим УПК в виде истребо- вания и представления доказательств’*.
  • Позиция С.А.Шейфера представляется дискуссионной. В новом УПК РФ более детально, чем в ранее действовавшем УПК РСФСР, разъяснены основания и процедура производства контроля и записи переговоров. В ча-

’ Солодов Д.А. Контроль и запись переговоров как следственное действие// Известия Тульского государственного университета. Серия: Современные проблемы законодательства России, юридических наук и правоохранительной деятельности. Вып.4.-Тула, 2001.-C.201.

^ См.: Рыжаков А.П. Новое следственное действие - контроль и запись переговоров // Электронная справочная система «Консультант плюс: комментарий законодательства».

’ С.А.Шейфер анализировал статью 174-1 УПК РСФСР.

” Шейфер С.А. Следственные действия: система и процессуальная форма.-М.,2001.-С.63.

стности, в Ч.1 ст. 186 УПК РФ определяется направленность этого процессуального действия на получение сведений, имеющих значение для уголовного дела. Иными словами, в законе раскрыты основные признаки контроля и записи переговоров именно как самостоятельного следственного действия.

5) Назначение экспертизы. Как следственное действие назначение экспертизы представляет собой систему действий следователя по определению предмета и программы исследования, указанию его возможных направлений, выбору эксперта и его информированию, контролю за ходом исследования, обеспечению прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства\ При этом действия следователя направлены на получение новых и проверку имеющихся доказательств по делу. 6) 7) Получение образцов для сравнительного исследования. Не все ученые-криминалисты разделяют позицию о возможности отнесения этого процессуального действия к числу следственных. Так, например, О.Я.Баев отмечает, что получение образцов для сравнительного исследования «лишь предследственное, вспомогательное действие, обеспечивающее возможность проведения такого действительно уже следственного действия как назначение экспертизы»^ Точка зрения О.Я.Баева представляется 8) дискуссионной.

Согласно Ч.1 ст. 202 УПК РФ следователь вправе получить образцы почерка или иные образцы для сравнительного исследования у подозреваемого, обвиняемого, а также свидетеля или потерпевшего в случаях, когда возникла необходимость проверить, оставлены ли ими следы в определенном месте или на вещественных доказательствах. Думается, что в новом уголовно-процессуальном законе довольно четко обозначена направленность рассматриваемого действия на получение новой доказательственной информации по делу. Кроме того, доказательством будет

’ См.: Шейфер С.А. Указ.соч.-С.79.

2 Баев О.Я. Основы криминалистики.-М.,2001.-С.191.

выступать и протокол этого следственного действия, в котором отражается факт получения того или иного образца у конкретного лица.

Группа следственных действий, направленных на получение и проверку доказательственной информации комплексного характера, отражаемой как в показаниях различных лиц, так и в исследованиях различных материальных следов, в установлении и проверке различного рода состояний,

включает в себя:

1) Предъявление для опознания. Анализ ст. 193 УПК РФ, регламентирующей порядок производства этого следственного действия, позволяет выделить целый ряд оснований для его дальнейших классификационных исследований:

а) по опознаваемому объекту: предъявление для опознания живого

лица, предмета или трупа;

б) по опознающему субъекту: предъявление для опознания потерпевшему, свидетелю, подозреваемому или обвиняемому;

в) в зависимости от последовательности проведения: первично произведенное и повторное;

г) в зависимости от возможности предъявления для опознания объекта: непосредственное предъявления объекта для опознания и опосредованное предъявление объекта для опознания (по фотографии).

Д) по условиям проведения: в условиях, допускающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, и в условиях, исключающих такое наблюдение.

Отметим, что такой вид предъявления для опознания как производство этого следственного действия в условиях, исключающих визуальное наблюдение опознающего опознаваемым, является новым для отечественного уголовного процесса, что обусловливает необходимость разработки криминалистических рекомендаций по его проведению.

2) Проверка показаний на месте. Ст. 194 УПК РФ впервые закрепила процессуальный порядок проведения этого следственного действия, хотя НОВЫМ его можно назвать лишь с определенной долей условности, в юридической литературе на протяжении многих лет высказывались точки зрения о необходимости и практической полезности такого следственного действия, разрабатывались научно- процессуальные основы и тактические приемы его проведения. Знакомо это действие было и следственной практике, хотя его результаты чаще всего оформляются протоколами других следственных действий (следственного эксперимента, допроса, осмотра места происшествия).

Проверка показаний на месте производится в целях установления новых обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, путем проверки и уточнения показаний, ранее данных подозреваемым или обвиняемым, а также потерпевшим или свидетелем на месте, связанном с исследуемым событием (чЛ. ст. 194 УПК РФ). Анализ норм, регламентирующих проведение проверки показаний на месте, позволяет говорить о возможности выделения двух основных видов этого следственного действия в зависимости от субъекта, чьи показания проверяются (проверка показаний подозреваемого или обвиняемого; проверка показаний потерпевшего или свидетеля). Выделение таких видов проверки показаний на месте представляется важным для дальнейшей разработки в рамках криминалистической науки тактики проведения этого следственного действия.

В юридической литературе прошлых лет имела место дискуссия относительно процессуального статуса задержания и возможности отнесения его к числу следственных действий. Определенную двусмысленность с определением места задержания в системе процессуальных действий создавал ранее действовавший УПК РСФСР, называвший его в числе неотложных следственных действий (ч.1 ст. 119 УПК РСФСР). Новое уголовно- процессуальное законодательство, на наш взгляд, исключило возможность такой дискуссии. Действующий УПК РФ относит задержание к мерам процессуального принуждения (глава 12). Представляется, что определе-

НИЄ задержания как меры процессуального принуждения наиболее точно соответствует целевой направленности этого процессуального действия.

Также, исходя из целевой направленности, вряд ли можно относить к следственным действиям и наложение ареста на имущество, как это предлагалось ранее в юридической литературе’. Новый уголовно- процессуальный закон, назвав наложение ареста на имущество в числе иных мер процессуального принуждения (СТ.115 УПК РФ), четко определил его место в системе процессуальных действий.

Создание базовой классификации следственных действий и дальнейшее ее развитие имеет не только научное, но и практическое значение. В частности, рассмотренная классификация выполняет определенные информационные функции для лица, производящего расследование, в процессе определения путей получения доказательственной информации по делу, установления объектов - ее носителей, правильного выбора следственного действия, определения общих познавательных методов получения доказательств определенного вида, тактических приемов проведения следственного действия.

Помимо рассмотренного деления в криминалистической литературе

предлагаются и иные классификации следственных действий. В частности, учеными-криминалистами представлено несколько классификационных систем следственных действий, в основе которых, на наш взгляд, лежит сходный признак- связь с этапами расследования преступления. Так, Р. С. Белкин предложил делить следственные действия на первоначальные и последующие^ Согласно точки зрения А.К.Гаврилова и С.П.Ефимичева, рассматриваемую систему должны составлять следующие виды следственных действий: первоначальные неотложные, неотложные и последую- щиe^ Ю.Н.Белозеров и В.В.Рябоконь придерживаются мнения, что поми-

і . А П Следственные действия и иные способы собирания доказательств.-М.,1997.-

С.45; Проїасевич А А Степаненко Д.А., Шиканов В.И. Моделирование в реконструкции расследуемого

собы^ия.Иркутск,199^ теория советской криминалистики,- Саратов, 1986.-C.368.

^ См’.’: Гаврилов А-К., Ефимичев С.П. Указ. соч.-СЛ 1.

МО первоначальных, последующих и неотложных, в классификацию можно включить также повторные следственные действия’.

Как представляется, указанная классификация нуждается в уточнении. Прежде всего, довольно спорно внесение в рассматриваемую классификационную систему понятий неотложных и повторных следственных действий.

Новый уголовно-процессуальный закон вкладывает в понятие неотложных следственных действий следующие существенные признаки:

1) Направленность на обнаружение и фиксацию следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, 2) изъятия и исследования.

3) Их осуществление непосредственно после возбуждения уголовного дела. 4) 5) Специальный субъект проведения неотложных действий- орган дознания. Отметим также, что закон называет в качестве субъекта проведения неотложных следственных действий следователя (дознавателя), но лишь по тем уголовным делам, которые ему не подследственны^. 6) 7) Определенная законом группа уголовных дел. Так, согласно п. 19 CT.5 и Ч.1 СТІ57 УПК РФ орган дознания вправе производить неотложные следственные действия по уголовным делам, по которым производство предварительного следствия обязательно. Следователь (дознаватель) согласно Ч.5 ст. 152 УПК РФ вправе производить неотложные следственные действия лишь по не подследственным ему уголовным делам. Следственные действия, производимые следователем на первоначальном этапе расследования по подследственным ему делам, вряд ли можно охарактеризовать как неотложные, если исходить из той процессуальной трактовки, которую дает этому термину закон. 8) ‘ См.: Белозеров Ю.Н., Рябоконь В.В. Указ, соч.-С.8. ^ Согласно Ч.5 ст. 152 УПК РФ следователь, дознаватель, установив, что уголовное дело ему не подследственно, производит неотложные следственные действия, после чего передает уголовное дело прокурору для направления по подследственности.

В этой связи, на наш взгляд, более правильным будет определение неотложных следственных действий как выделенного законом особого вида следственных действий, несомненно связанного с первоначальным этапом расследования, но обладающего комплексом специфических признаков, не позволяющих рассматривать его как элемент классификации по связи с этапами расследования преступлений. Более того, неотложные следственные действия могут рассматриваться как самостоятельная подсистема деятельности по расследованию преступлений. Ранее действовавший УПК РСФСР четко определял круг следственных действий, которые могли быть включены в эту систему’. Новое уголовно-процессуальное законодательство, раскрывая в п. 19 ст. 5 УПК РФ понятие неотложных следственных действий, конкретно эти следственные действия не указывает. Не определяется круг неотложных следственных действий и в ст. 157 «Производство неотложных следственных действий» УПК. в то же время, в Ч.4 ст. 146 УПК РФ говорится о том, что к постановлению следователя, дознавателя о возбуждении уголовного дела, направляемого к прокурору, в случае производства отдельных следственных действий по закреплению следов преступления и установлению лица, его совершившего, прилагаются соответствующие протоколы и постановления. При этом в законе назы- ваются всего три таких следственных действия: осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы. Эти правила распространяются и на случаи возбуждения уголовного дела органом дознания (ч.1 ст. 157 УПК РФ). Означает ли это, что к системе неотложных следственных действий могут быть отнесены только три названных следственных действия?

представляется, что нет. Более того, подобное правовое закрепление формального перечня неотложных следственных действий вряд ли будет оправданным, поскольку, на наш взгляд, будет препятствовать полному

’ в СТ.119 УПК РСФСР к неотложным следственным действиям были отнесены осмотр, обыск, выемка, освидетельствование, задержание, допрос подозреваемых, потерпевших и свидетелей.

достижению основных задач проведения неотложных следственных действий (обнаружение и фиксация следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования). Думается, что в систему неотложных следственных действий могут быть включены и иные следственные действия, в частности, направленность на обнаружение и фиксацию следов преступления, а также доказательств, требующих незамедлительного закрепления, изъятия и исследования могут иметь не только осмотр, освидетельствование и назначение экспертизы, но и допрос (потерпевшего, свидетелей, подозреваемого), обыск, выемка, получение образцов для сравнительного исследования, предъявление для опознания. В некоторых случаях будет обоснованным неотложное производство следственного эксперимента или проверки показаний на месте (например, если изменение погодно-климатических условий в дальнейшем может сделать невозможным проведение опытов или исключает возможность воспроизведения на месте проверки показаний обстановки и обстоятельств исследуемого события, влечет за собой уничтожение каких-либо

следов преступления).

Однако необходимость неотложного проведения тех или иных следственных действий не должна рассматриваться как императивное требование закона. Думается, что выбор, установление круга и последовательности проведения тех или иных следственных действий как неотложных, определяются, прежде всего, обстановкой, в которой осуществляется расследование. В этой связи актуальными задачами криминалистической науки выступают определение типичные ситуации, складывающихся до и непосредственно после возбуждения уголовного дела, разработка систем (программ) неотложных следственных действий по различным категориям уголовных дел, уточнение криминалистических рекомендаций по их производству, проведению первоначального этапа расследования отдельных видов преступлений в целом.

Не вписываются в структуру классификации следственных действий, построенной по связи с этапами расследования преступления, и повторные следственные действия. Представляется, что повторные действия, наряду с первично произведенными, являются элементами другой классификации следственных действий, построенной по последовательности проведения.

Представляется возможным, классифицировать следственные действия в зависимости от объема получения доказательственной информации на основные и дополнительные. Основные следственные действия можно определить как действия, направленные на получение основного массива доказательственной информации от какого-либо объекта (группы объектов). Дополнительными будут являться следственные действия, целью которых является получение добавочной информации от того же объекта, что и при основном действии. Так, например, дополнительным будет являться осмотр участка местности, который уже был осмотрен, с целью получения доказательств неустановленных ранее. В то же время, осмотр иного участка местности либо иное следственное действие, направленное на осмотренный объект, дополнительным не является.

Представляется обоснованной классификация следственных действий в зависимости от характера процесса получения доказательственной информации на:

  • действия, представляющие собой непосредственное восприятие следователем объекта- носителя информации и извлечение фактических данных;
  • действия, при которых исследование и получение фактических данных от объекта - носителя информации происходит опосредованно для следователя (например, проводимые органом дознания по поручению следователя либо в порядке ст. 157 УПК РФ).
  • Классификация выступает не единственным направлением системных исследований следственных действий. В криминалистической науке

структура следственных действий также рассматривается как система

различных этапов.

Так, в структуре следственных действий традиционно выделяют три этапа его производства: подготовки к проведению следственного действия, собственно проведения, фиксации хода и результатов следственного действия. В криминалистической литературе последних лет помимо трех указанных в структуре следственного действия обоснованно выделяется и четвертый этап - оценка полученных результатов и определение их роли в системе собранных доказательств по расследуемому преступлению. «На этом этапе оценке подвергается вся собранная информация, ее значимость для дальнейшего расследования, объективность, всесторонность, полнота, логичность и наглядность ее фиксации. Вместе с тем оценивается вся работа, проделанная следователем и другими участниками указанных действий с целью выявления допущенных ошибок, требующих дополнительных

действий по их исправлению»’.

Данное представление структуры осуществляется, на наш взгляд, на

основе организационного критерия. В нем получает отражение структурно-системный подход к определению тактики отдельного процессуального действия. Как справедливо отмечается в криминалистической литературе, только при таком понимании этого комплексного по содержанию криминалистического института возможна эффективная разработка составляющих его элементов, неразрывно связанных между собой в единую систему действий, мыслительных процессов и волевых решений^.

Этапность следственного действия иногда представляется в криминалистической литературе и несколько иным образом. Например, по мнению В.Я.Колдина, в информационно-познавательном аспекте в структуре следственного действия можно выделить следующие этапы: тактического обеспечения;

’ Яблоков И.П. Криминалистика.-М.,2000.-С.195.

’ См.: Аверьянова Т.В.,Белкин Р.С., Корухов Ю.Г., Российская Е.Р. Криминалистика.М.,1999.-

С.471.

ориентирующего исследования;

детального исследования;

решения процессуально-удостоверительных задач’.

В криминалистической литературе получили отражение и иные системные представления следственного действия. Так, С.А.Шейфер высказал мнение о возможности рассмотрения следственного действия как комплекса (системы) познавательных, поисковых и удостоверительных приемов (методов, операций). При этом автором высказывается мнение о том, что эти приемы являются предметом правового регулирования, поскольку уголовно-процессуальный закон устанавливает для них строгую процессуаль- ную формуй.

Однако представленная позиция нуждается, на наш взгляд, в некотором уточнении. В криминалистической литературе справедливо отмечается, что предметом правового регулирования являются не методы познания, а формы их применения в расследовании^ Иными словами, речь в данном случае следует вести не о системе следственного действия, а о системе процессуальных правил и тактических приемов его проведения, что, на наш взгляд, не одно и то же. Именно тактические приемы, которые могут носить познавательную, поисковую или удостоверительную направленность, систематизируются по группам и видам следственных действий, а не наоборот.

Системное представление следственных действий играет важную роль в систематизации других осуществляемых в ходе расследования действий, в особенности тактических приемов и их комбинаций.

Развитие теоретических проблем криминалистической науки предполагает дальнейшую разработку и совершенствование научных основ разработки и применения тактических приемов. В этом отношении значи-

’ Колдин В.Я. Общие положения криминалистической тактики // Криминалистика / Под ред.

Н.П.Яблокова. -М., 1999.-С.359-360.

^ См.: Шейфер С.А. Следственные действия система и процессуальная форма.-М.,2001.-С. 36-38.

^ См.; Колдин В.Я. Указ.соч.-С.358.

тельный интерес представляет системный анализ рассматриваемого понятия и его отдельных видов, упорядочение криминалистических знаний о тактических приемах, устранение имеющихся в них противоречий, восполнение пробелов.

Рассмотрение понятия тактического приема целесообразно начать с установления его существенных признаков. Необходимо отметить, что развитие этого понятия в криминалистической науке шло в двух направлениях: понимание тактического приема как своеобразной научной рекомендации и как наиболее эффективного и рационального способа действий следователя’.

В 1960 году А.Н. Васильев определил тактический прием как “наиболее целесообразный подход к практической организации и активному планомерному, целеустремленному производству следственного действия на основе норм уголовного процесса с возможным использованием средств криминалистической техники”^ По его мнению, тактический прием имел рекомендательный характер, поскольку был не обязателен к исполнению. Впоследствии А.Н. Васильев определяет тактический прием уже как научную рекомендацию, основанную на специальных науках, рассчитанную на ее творческое применение и на возможность выбора того или иного приема, наиболее целесообразного в условиях данной следственной ситуации^.

Несмотря на то, схожая точка зрения на сущность тактических приемов высказывалась отдельными учеными-криминалистами и в более со-

’ в научной литературе встречаются и несколько иные, совершенно не характерные для рассматриваемого явления, определения. Так, по мнению А.А. Филющенко, “тактический прием представляет собой результат мыслительной деятельности, содержанием которой являются оценка конкретной ситуации, выбор наиболее эффективного способа действия из других вариантов поведения…” (Филющенко А.А. Предмет и содержание криминалистической тактики // Теоретические проблемы криминалистической тактики. -Свердловск,!981.-С.6). Очевидно, что отраженные в этом определении признаки больше характерны для другого понятия криминалистической тактики - тактического решения.

” Васильев А.Н. Основы следственной тактики. Автореферат дисс…докт.юрид.наук.- М.,1960.-

2

С.29.

См.: Васильев А.Н., Карнеева Л.М. Тактика допроса при расследовании преступлений,- М., 1970.-С.7; Васильев А.Н. Тактический прием - основа следственной тактики // Социалистическая законность, 1974. №4.-С.44; Васильев А.Н. Следственная тактика,- М.,1976.-С.ЗЗ,

временной криминалистической литературе’, дальнейшего развития рассмотренный подход практически не получил. Это обусловлено, на наш взгляд, объективным различием понятий тактического приема и тактической рекомендации.

Криминалистическая рекомендация в целом определяется как научный совет по внедрению достижений криминалистической науки в практикуй. Тактическая рекомендация - это научный совет, раскрывающий суть того или иного тактического приема, помогающий следователю либо судье в выборе необходимого приема и его реализации на практике \ Очевидно, что это понятие содержит отличную от понятия тактического приема группу признаков, что позволяет рассматривать их как самостоятельные понятийные образования, определение которых через самих себя

представляется невозможным.

Наибольшее внимание со стороны ученых-криминалистов и, как следствие, более активное развитие получил подход к пониманию тактического приема наиболее целесообразного, эффективного и рационального способа действия следователя, направленного на собирание доказательственной информации, создание благоприятных условий расследования либо предотвращение преступлений^. При этом в криминалистической литературе выделяется комплекс существенных, по мнению предлагающих их ученых, признаков рассматриваемого понятия.

Рациональность, эффективность и целесообразность тактического приема указывается в большинстве его определений. Включение этих при-

’ См.: Комиссаров В.И. Теоретические проблемы следственной тактики. -Саратов,1987.-C.65; Криминалистика./ Под ред. Т.А. Седовой, А.А. Эксархопуло. -СПб., 1995.-C.248.

^ См.: Бахин В.П., Ищенко А.В. Вопросы оценки криминалистических рекомендации в процессе их разработки и внедрения // Криминалистика и судебная экспертиза. Вып.25.- Киев,1982.-С.9.

^ См ? Баев О.Я. Криминалистическая тактика и уголовно-процессуальный закон.- Воронеж, 1977 С 23- Баянов А.И. Информационное моделирование в тактике следственных действий. Авторефе- пат дисс канд юрид.наук.-М., 1978.-C.15; Волобуев А.Ф. Соотношение понятия “тактический прием” и “тактическая рекомендация” в системе следственной тактики // Криминалистика и судебная экспертиза. Вып27 -Киев, 1983.- C.31; Лавров В.П. Предмет, история и методология криминалистики (Курс лекций по криминалистике для слушателей следственного факультета).- М.,1994,-С.32.

знаков в рассматриваемое понятие представляется обоснованным и необходимым. Как отметил Н.А.Селиванов, именно эти признаки подчеркивают “практическую полезность и оправданность приемов, относящихся к категории тактических”^. В этой связи необходимо отметить и еще один признак, указываемый учеными при определении тактического приема, - его обусловленность сложившейся следственной ситуацией^ Учитывая, что целесообразность тактического приема определяется как раз сложившейся следственной ситуацией , эти признаки можно определить как

взаимозаменяемые.

Четко следует определять уровень задач расследования, на достижение которых может быть направлен тактический прием. Как справедливо отметил Н.П.Яблоков, тактический прием - это наилучший способ поведения при следственных действиях и тактических комбинациях”^. В криминалистической науке системы тактических приемов также разрабатываются применительно к отдельным иным процессуальным действиям (например, задержание подозреваемого, явка с повинной), а также к другим мероприятиям следователя, направленным на достижение задач расследования (например, использование помощи общественности в процессе расследования преступления).

Отметим, что в данном случае речь идет о тактике следственной. Как представляется, с учетом изменений уголовно-процессуального законодательства в ближайшей перспективе криминалистическая тактика пойдет по пути развития не только системы тактических приемов следственной деятельности, но и приемов государственного обвинения в суде, а

’ Отметим, что именно таким образом понимают тактический прием и подавляющее большинство опрошенных нами следователей и дознавателей (86%), в то время как научную рекомендацию о способе таких действий лишь 4% (6% респондентов дали другие ответы, 4% затруднились ответить). ^ См.; Селиванов Н.А. Советская криминалистика: система понятий.-М.,1982.-С.81 ‘ См.: Баев О.Я. Содержание и формы криминалистической тактики.-Воронеж,1975.-С.17; Шепитько В.Ю. Теоретические проблемы систематизации тактических приемов в криминалистике,- Харьков, 1995.- C.11.

См.: Яблоков И.О. Криминалистика.-М.,2000.-С.189.

также приемов профессиональной защиты по уголовным делам, как это уже предлагается отдельными учеными-криминалистами’.

Часто называемым признаком тактического приема выступает его направленность. Наиболее конкретно о направленности применения тактического приема пишут Р.С. Белкин, Е.П.Ищенко, В.П. Лавров. По их мнению, это задачи по собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательственной информации и предотвращению преступлений^. Такой подход к определению направленности тактического приема представляется нам наиболее обоснованным.

Ученые-криминалисты часто указывают на соответствие тактического приема нормам уголовно- процессуального закона, этики и нравственности^. Это одно из основных требований, предъявляемых к тактическому приему, впрочем, как и к любому другому действию, проводимому следователем в рамках расследования. Кроме того, тактический прием должен быть научно обоснован, апробирован на практике, соответствовать нормам этики и морали, быть доступным для практиков.

На наш взгляд, нет необходимости во включении в понятие тактического приема и указаний на вид объекта тактического воздействия, как это предлагают некоторые ученые, поскольку, учитывая многообразие таких объектов и несколько спорный характер их опре дел ения”^, это только напрасно усложнит его.

Рассматривая понятие тактического приема, нельзя обойти стороной мнение В.Ю.Шепитько, предложившего в качестве одного из его призна-

’ См.: Баев О.Я. Основы криминалистики.-М.,2001.-С.184.

^ См.: Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики. -Волгоград ,1993.-С. 105; Ищенко Е.П. Использование современных научно-технических средств при расследовании уголовных дел. -Сверд- ловск ,1985.-С.12; Лавров В.П. Указ. соч.-С.31.

’ См.: Белкин Р.С. Указ. соч. -С.107; Гусаков А.Н. Понятие тактического приема при расследовании преступлений // Проблемы уголовного процесса и криминалистики.- Свердловск, 1973.-С. 168; Коновалова В.Е., Сербулов A.M. Следственная тактика: принципы и функции. -Киев, 1983.-C.19; Порубов Н И. Научные основы допроса на предварительном следствии. -Минск ,1978.-С.63; Селиванов И.А. Эти- ческо-тактические вопросы расследования.-М.,1981.-С.8; Якушин С.Ю. Тактические приемы при расследовании преступлений. -Казань,1983.-С.8 и др.

См.: Филонов Л.Б.Давыдов В.И. Психологические приемы допроса обвиняемого И Вопросы психологии, 1966.№6.-С.114; Образцов В.А. Криминалистика: Курс лекций. -М., 1996.-C.222.

КОВ психологический механизм реализации. Согласно точки зрения автора, такой механизм реализации тактического приема предполагает: “… 1)его психологическую направленность, связанную с разоблачением лжи, актуализацией забытого, воссозданием прошедшего события, обнаружением сокрытого и т.п.; 2) непосредственное и опосредованное взаимодействие между следователем (судьей) и их респондентами; 3) психологический эффект от его использования (что связано с получением объективных показаний, обнаружением следов и орудий преступления, установлением местонахождения тайника и т.п.)”’. Действительно, психологические аспекты доминируют при разработке и осуществлении тактических приемов в ходе проведения следственных действий, направленных на получение показаний (допрос, очная ставка). Разумеется, они могут использоваться и при производстве следственных действий других видов. Однако представляется, что признак, предложенный В.Ю. Шепитько, характеризует лишь определенную группу тактических приемов, но не рассматриваемое понятие в целом.

с учетом изложенного, наиболее точным представляется определение тактического приема как наиболее рационального, целесообразного и эффективного способа действия лица, производящего расследование, проводимого в ходе отдельных следственных и иных процессуальных действий, а также других мероприятий следователя, направленного на решение задач по собиранию, исследованию, оценке и использованию доказательственной или иной криминалистически важной для дела информации.

На необходимость разработки единого классификационного аппарата тактических приемов неоднократно указывалось в юридической литера- туреї Однако сложность рассматриваемого понятия, а в некоторых случаях и неоднозначность его определения породили множество оснований его классификации. Более того, очевидны тенденции к увеличению числа

’ Шепитько В.Ю. Указ. соч.-С.10-11.

’ См.: Комиссаров В.И. Указ. соч.-С.71; Коновалова В.Е. Криминалистическая тактика: принципы и функции и Криминалистика и судебная экспертиза. Вып.22. -Киев, 1981.-C.42 и др.

классификационных систем тактических приемов. Во второй половине 80- X годов В.И. Комиссаров отметил существование 17 различных классификационных оснований’. В первой половине 90-х годов В.Г. Лукашевич и В.Ю. Шепитько писали уже о двух десятках классификационных признаков^. В ходе нашего исследования удалось выделить 26 различных оснований, по которым ученые- криминалисты производят деления тактических приемов. Однако это как раз тот случай, когда количество еще не оз- начает качества. Многие из указанных классификационных признаков носят произвольный характер, а в некоторых случаях и вовсе не могут выступать как таковые.

Рассмотрение вопросов, связанных с классификациями тактических приемов, на наш взгляд, целесообразно начать с указания на особый характер таких систем. Н.А. Якубович справедливо отметила, что классификация тактических приемов должна: во-первых, способствовать теоретическому исследованию природы тактических приемов, познанию закономерностей, обусловливающих эффект их применения; во-вторых, быть полезна правоохранительным органам, облегчать им выбор нужного тактического приема в соответствующей следственной ситуации^

Одной из наиболее часто встречаемых в криминалистической литературе классификаций тактических приемов является их деление в зависимости от их законодательного закрепления. Эта классификация имеет не только сторонников, но и противников. Так, А.Н. Васильев писал “…всякое правило, содержащееся в процессуальной норме, есть закон и никаких тактических правил в процессуальных нормах не содержится”‘*. По мнению Н.А. Селиванова, “то, что закон предписал как обязательное, не оставляет места для свободного усмотрения лицам, применяющим за-

’ См.; Комиссаров В.И. Указ. соч,-С.71.

^ См.: Лукашевич В.Г. Основы теории профессионального образования следователя. Автореферат дисс…докт. юрид. наук.-Киев,1993.-С.31; Шепитько В.Ю. Указ.соч.-С.ЗЗ.

^ См.’. Якубович Н.А. Общие проблемы криминалистической тактики // Советская криминалистика. Теоретические проблемы. -М., 1978.-C.144.

Васильев А.Н. Основы следственной тактики.-С.29.

КОН, и, следовательно, не может рассматриваться как тактический прием”’. Эту позицию поддерживал и A.M. Ларин, отметивший, что в сферу криминалистической тактики входят неурегулированные законом вопросы выбора процессуального способа собирания доказательств, а также приемов его

реализации^.

Такая позиция подверглась критике в научной литературе. Так, Р.С.Белкин отметил, что “законодательная регламентация, закрепление тактического приема означают как раз признание законодателем, что этот прием и есть наиболее целесообразный, наиболее рациональный, наиболее эффективный способ действий при производстве следственного акта, настолько целесообразный и эффективный, что его следует или можно применять во всех случаях. От того, что данный способ действия стал обязательным, он не перестал быть способом действия, т.е. тактическим прие- мом”\ Классификация тактических приемов в зависимости от их законодательного закрепления была поддержана и другими учеными-

4

криминалистами .

В целом разделяя идею о возможности классификации тактических

приемов на процессуально закрепленные и не имеющие такого закрепления, хотелось бы отметить, что процессуально закрепленными можно признать лишь нормы диспозитивного характера, предоставляющие следователю определенную свободу выбора. Так, например, согласно ч.9 ст. 166 УПК РФ при необходимости обеспечить безопасность потерпевшего, его представителя, свидетеля, их близких родственников, родственников и близких лиц следователь вправе в протоколе следственного действия, в котором участвуют потерпевший, его представитель или свидетель не приводить данные об их личности. Как видим закон, определяя типовую си-

’ Селиванов И.А. Советская криминалистика: система понятий. - С.85.

^ См • Ларин A.M. Прием криминалистической тактики в генезисе следственного действия //Актуальные проблемы советской криминалистики.- М.,1980.-С.94.

’ Белкин Р С. Очерки криминалистической тактики.-С.110.

” См • Баев О Я Указ соч -С.33-34; Зуйков Г.Г. Понятие и сущность криминалистическои тактики // Криминалистика / Под ред. Р.С.Белкина, Г.Г.Зуйкова. -М.Л970.-С.14; Шаламов М.П. Некоторые проблемы советской криминалистики. -М.,1965.-С.27; Якушин С.Ю. Указ.соч.-С. 11 и др.

туацию и раскрывая содержание приема, решение вопроса о его применении оставляет на усмотрение следователя.

Другое дело, если закон содержит предписание императивного характера. Такое предписание, на наш взгляд, не содержит в себе тактического начала, и не может быть охарактеризовано как тактический прием.

Неоднозначно решается вопрос и о существовании деления тактических приемов в зависимости от их научного происхождения. Так, А.Н.Васильев включил в такую классификацию следующие элементы: 1)тактические приемы, основанные на применении логики в условиях расследования; 2) тактические приемы, основанные на научной организации труда; 3) тактические приемы, основанные на использовании данных науки психологии^. Подобную классификацию поддерживают А.Н.Гусаков, Д.П.Поташник и А.А.Филющенко^. По мнению В.С.Комаркова, в такую систему входят всего две группы тактических приемов: психологические и лoгичecкиe^ За необходимость существования классификации по такому основанию высказался В.И. Комиссаров, не указав, к сожалению, состав- ляющие ее элементы.

Данная классификация встретила возражения со стороны некоторых ученых-криминалистов. Так, С.Ю. Якушин отметил, что “… в основе всякого тактического приема лежат положения нескольких отраслей научного

знания. Не исключен и такой вариант, что в одном тактическом приеме мо-

м

гут быть использованы данные нескольких отраслей научного знания . Схожее мнение высказал В.Ю. Шепитько, отметив также, что “… в названных классификациях к тактическим приемам могут быть отнесены не только отдельные способы действий, но и методы, и даже целые направления деятельности следователя”^ Несмотря на то, что в некоторых литера-

’ См.: Васильев А.Н. Тактика отдельных следственных действий.-С.10-19.

^ См.; Гусаков A.H., Филющенко А.А. Следственная тактика (в вопросах и ответах).- Свердловск.,1991.-С. 13; Поташник Д.Б. Криминалистическая тактика,- М.,1998.-С.27.

^ См,: Комарков B.C. Вопросы систематизации тактических приемов расследования // Вопросы криминалистической методологии, тактики и методики расследования. -М., 1973.-С.73. “ Якушин С.Ю. Указ. соч.-С.14. ‘ Шепитько В.Ю. Указ. соч.-С.35,

турных источниках последних лет встречается рассматриваемая классификация, дополненная четвертым элементом (тактические приемы, учитывающие достижения различных наук)’, четко прослеживается ограниченность подобного деления, выраженная: во-первых, в том, что из числа ис- точников формирования тактического приема необоснованно исключается следственная практика^ во- вторых, в том, что данная классификация совершенно не отражает криминалистического характера тактического приема, не указывая в качестве одного из источников его формирования

криминалистическую науку.

Перспективным представляется деление тактических приемов по объекту воздействия. Так, по мнению В.А. Образцова, выделяется четыре группы таких объектов (субъект поисковой деятельности, другой участник уголовного процесса, вещь, следственная ситуация), каждый из которых определяет классификационную группу соответствующих им приемов тактического воздействия^ с.и. Цветков указывает в качестве таких объектов поведение человека и различные объекты материального мира”^. В.И. Комиссаров делит тактические приемы на приемы воздействия на материальную обстановку и приемы воздействия на интеллектуально-волевые качества участников предварительного следствия^

Поддерживая в целом идею такого деления, хотелось бы уточнить использованное классификационное основание. Так, на наш взгляд, необходимо разделять понятия непосредственного и опосредованного объекта тактического воздействия. Непосредственный объект тактического воздействия можно определить как возможный источник значимой криминалистической информации. Опосредованным объектом тактического воздействия, на наш взгляд, является сложившаяся обстановка по делу, то

’ См.: Герасимов И.Ф. Общие вопросы криминалистической тактики // Криминалистика/ Под ред. Л.Я. Драпкина и И.Ф. Герасимова.- М.,1994.- С.225. ^ См.: Белкин Р.С. Указ. соч.-С.111. ^ См.: Образцов В.А. Указ. соч.-С.222.

” См.: Цветков С.И. Тактический прием // Криминалистика (актуальные проблемы)/ Под ред.

Е.И. Зуева.-М.,1988.-С.107.

’ См.: Комиссаров В.И. Указ. соч.-С.83.

есть следственная ситуация. Поэтому выделение в самостоятельную классификационную группу тактических приемов, направленных на изменение следственной ситуации, как это предлагает В.А.Образцов, нам представляется дискуссионным, поскольку любой тактический прием, независимо от непосредственного объекта исследования, оказывает на нее опосредованное влияние. Таким образом, рассматриваемое деление тактических приемов целесообразней проводить е зависимости от характера непосредственного объекта, на который направлен тактический прием.

В структуре этой классификации наиболее обоснованно выделение двух элементов. Первый их них составляют тактические приемы, имеющие своим объектом воздействия поведенческие и интеллектуальные свойства человека. В свою очередь, они подразделяются на приемы воздействия на потерпевшего, свидетеля, обвиняемого (подозреваемого), эксперта. Тактические приемы этой группы также можно классифицировать на применяемые для получения доказательственной информации в виде показаний и используемые для определения характера действий лиц и контроля за ними, а также воздействия на отдельного человека и группу лиц.

Второй элемент рассматриваемой классификации составляют тактические приемы, с помощью которых исследуются материальные объекты. К числу таких объектов можно отнести как материальную обстановку в целом (при осмотре места происшествия, при обыске), так и отдельные элементы: различные предметы, животные, трупы; тело живого человека, его внешность (при освидетельствовании, предъявлении для опознания).

Характер информации используется как основание классификации и другими авторами. Так, В.И. Комиссаров отметил, что одну из задач криминалистической тактики составляет создание группы приемов по производству процессуальных действий при наличии определенной исходной информации, по превращению простой информации в доказательственную. Однако автор по сути дела провел классификацию не тактических

приемов, а информации, которая может встретиться в ходе расследования преступления’.

По тому же основанию В.Ю. Шепитько выделил тактические приемы: основанные на словесной информации; основанные на материализиро- ванной информации; основанные на логико-мыслительной информации и т.п.’ Как нам представляется, использование в качестве классификационного признака характера информации не совсем удачно, поскольку информация, которой располагает следователь, не определяет сущность тактического приема, а является одним из условий его выбора в сложившейся следственной ситуации.

В криминалистической литературе встречаются предложения классифицировать тактические приемы по их уровню. Попытку создания универсальной классификации по этому основанию сделал В.Г.Лукашевич, предложив деление тактических приемов на трех уровнях: 1) методическом; 2) тактическом - применительно к отдельным следственным действиям; 3) ситуационном - по отношению к определенной процессуально-тактической ситуации. Каждый из элементов, в свою очередь, подвер- гается ряду классификационных делений\ Не приводя всех классификационных построений этого автора, отметим, что такая система вызвала обоснованные возражения в криминалистической литературе. Наиболее существенными аргументами критики при этом выступали: неудачный терминологический аппарат классификации; отсутствие ясности в критериях группировки всех составляющих эту классификацию построений; сложность построений и затрудненность их практического использованияГ Соглашаясь с приведенной точкой зрения, хотелось бы добавить, что при построении классификации не надо ставить целью создание такой системы, которая включала бы в себя все многообразие тактических приемов во

’ См : Комиссаров В.И. Указ. соч.-С.82-83. ^ См : Шепитько В-Ю. Указ. соч.-С.43. ‘ См.: Лукашевич В.Г. Указ. соч.-С.31-33. ^ См.: Шепитько В.Ю. Указ. соч.-С.42.

всех возможных проявлениях, поскольку, учитывая сущность классификации, такая система неизбежно будет содержать неточности и противоречия.

В литературе выделяется деление тактических приемов по сфере реализации (видам следственных действий, диапазону применения)- на приемы допроса, осмотра, обыска и т.д’. Такая классификация верна, однако ее место в общей системе тактических приемов требует уточнения.

В криминалистической тактике разрабатываются приемы проведения не только следственных, но и некоторых иных процессуальных действий, а также других мероприятий следователя, направленных на достижение задач расследования (например, приемы использования средств массовой информации в расследовании преступлений^). Кроме того, в системе тактических приемов проведения следственных действий возможна их

следующая группировка:

  • приемы, проведение которых возможно лишь в ходе отдельных следственных действий (приемы допроса, осмотра, обыска и т.д.);
  • приемы, используемые при проведении различных следственных действий (например, демонстрация вещественных доказательств может использоваться и в ходе допроса, и в ходе очной ставки).
  • Тактические приемы проведения отдельных следственных действий, в свою очередь, могут исследоваться с системных позиций. Например, А.Н.Васильев предложил классифицировать тактические приемы допроса следующим образом: 1) приемы формирования психологического контакта следователя с участниками следственных действий; 2)тактические приемы криминалистического анализа показаний участников следственных действий; 3)приемы оказания помощи лицам, дающим показания, с целью восстановления в памяти забытого и правильного воспроизведения воспри-

’ См.: Белкин Р.С. Указ. соч. -С.111; Цветков С.И. Тактический прием.-С.107; Шепитько В.Ю. Указ. соч.- С.43.

^ Подробнее о системе тактических приемов использования средств массовой информации см. Головин А.Ю., Дубоносов Е.С. Использование средств массовой информации в раскрытии и расследовании преступлений.-Тула, 2001.

нятого; 4)тактические приемы преодоления позиции, направленной на дачу ложных показаний, и принятие мер к получению правдивых показаний’. При этом, как представляется, каждая из названных групп тактических приемов допроса может быть рассмотрена как подсистема.

В литературе предложен и ряд других классификаций, которые играют существенную роль в формировании классификационного аппарата тактических приемов. Так, простую и в то же время практически значимую классификацию предложил Р.С. Белкин, разделив тактические приемы по их содержанию на операционные (способы действий следователя) и поведенческие (рекомендуемая следователю линия поведения)^.

Представляется обоснованным включение в классификационный аппарат рассматриваемого понятия системы, построенной по направленности тактических приемов. Как правило, выделяются приемы, направленные на собирание, исследование, оценку и использование доказательственной информации^.

Обоснованно и другое деление тактических приемов, проведенное по этапам следственных действий, на приемы подготовки, проведения и фиксации результатов”^. Однако, следует отметить, что не следует сужать классификационный признак указанием только на следственные действия. Ранее уже отмечалось, что существуют тактические приемы проведения иных процессуальных действий и других важных с тактико- криминалистической точки зрения мероприятий следователя. В этой связи, наиболее верной представляется следующая формулировка классификационного основания: по этапам действий, проводимых в ходе расследования по делу.

В литературе применительно к классификациям тактических приемов писалось о возможности использования в качестве классификационно-

’ См.: Васильев А.И. Следственная тактика.-М.,1976.-С.ЗЗ. ^ См.: Белкин Р.С. Очерки криминалистической тактики.-С.И 1. ^ См.: Комиссаров В.И. Указ. соч.-С.81; Якушин С.Ю. Указ. соч.-С.14. “ См.: Комарков B.C. Указ. соч.-С.73; Цветков С.И. Тактический прием.С.-107.

ГО основания вида следственной ситуации^. Использование видов следственной ситуации как одного из критериев системного рассмотрения тактических приемов возможно, но требует некоторого уточнения. На наш взгляд, такая классификация допустима и практически значима, но только применительно к отдельным следственным и иным действиям следователя. Так, например, разработка и систематизация тактических приемов допроса может исходить из возможной конфликтности ситуации проведения этого следственного действия, а тактика осмотра места происшествия зависит от информационной определенности сложившейся ситуации расследования.

Систематизация тактических приемов в зависимости от типовой следственной ситуации, которая сможет сложиться в процессе проведения следственного действия, закладывает основы его алгоритмизации и программирования. Наиболее значимыми для следственной практики будут алгоритмы программы проведения следственных действий, разработанные с учетом специфики отдельных видов преступлений.

в криминалистической литературе встречается классификация тактических приемов на допустимые и недопустимые^. Такое деление представляется невозможным, поскольку допустимость- одно из основных требований, предъявляемых к тактическим приемам, их существенный признак. Другими словами, недопустимым тактический прием быть не может.

Ряд ученых-криминалистов предлагают деление тактических приемов по степени их сложности. Так, Н.А. Селиванов делит их на простые (элементарные) и сложные. При этом под сложным приемом понимается комплекс, сочетание нескольких простых приемов, обеспечивающих достижение определенной цели, имеющей тактический характер (тактической задачи/. B.C. Комарков включает в данную классификацию простые тактические приемы и тактические операции”^. И.Ф. Герасимов пишет о трех

’ См.: Васильев А.И. Тактика отдельных следственных действий.-С.24; Комиссаров В.И. Указ. co4.-C.83.

^ См.: Зуйков гг. Указ. соч.-С.16.

^ См.: Селиванов Н.А. Советская криминалистика: система понятий.-С.85.

” См.: Комарков B.C. Указ. соч.-С.73.

элементах такой классификации (простые, сложные, тактические комбинации)’.

Рассмотренные классификации тактических приемов вызывают у нас определенные возражения. Во- первых, любой комплекс тактических приемов, направленный на решение той или иной тактической задачи, представляет собой не их разновидность, а систему более высокого уровня - тактическую комбинацию. Во-вторых, и тактическая комбинация, и тактическая операция являются самостоятельным понятиями криминалистической тактики, а не подвидом тактических приемов. Однако неоднозначное понимание этих понятий обусловливает необходимость более подробного их рассмотрения.

Различные системы действий и приемов, используемые для решения тактических задач, изучаются в криминалистической науке уже несколько десятилетий. Ученые-криминалисты называют их по-разному. Так, в литературе можно встретить следующие термины: “тактическая комбинация”, “тактическая операция”, “криминалистическая операция”, “тактический комплекс”. При этом, к сожалению, единообразного понимания сущности рассматриваемых действий нет до сих пор, так же как нет и единого направления их систематизации.

Единственным признаком, которым характеризуется рассматриваемое понятие, приводимым практически всеми авторами, является системный, комплексный характер действий (мероприятий). Это совершенно справедливо. Однако круг иных существенных признаков рассматриваемой системы действий определяется в юридической литературе неоднозначно.

В “Юридической энциклопедии” так определяется тактическая комбинация (операция): “ …относительно самостоятельная специфическая система действий, реализуемая следователем для решения конкретной за

ем.: Герасимов И.Ф. Указ. соч.-С.225.

И

дачи расследования в условиях сложившейся ситуации” . Отметим, что в данном случае речь идет об наиболее общем собирательном понятии всей совокупности комбинационных тактических действий в криминалистике. Активным сторонником этой позиции выступал Р.С.Белкин, предлагая в качестве такого общего собирательного понятия концепцию тактической комбинации, представляющей собой «определенное сочетание тактических приемов или следственных действий, преследующее цель решения конкретной задачи расследования и обусловленное этой целью и следственной ситуацией»^. Все тактические комбинации, по мнению Р.С.Белкина, делятся на простые (состоящие из системы тактических приемов, применяемых в рамках одного следственного действия) и сложные (система следственных действий и иных мероприятий) ^

По мнению других авторов (И.И.Артамонов, И.Ф.Герасимов, В.С.Комарков,А.П.Онучин) тактическую комбинацию (операцию) следует рассматривать как сложный тактический прием. На спорность этой позиции мы уже указывали ранее. Добавим также, что понятие тактического приема никак не может охватить комплекс различных по своей сути действий (например, нескольких следственных действий).

Большинство ученых-криминалистов (В.П.Гмырко, А.В.Дулов,

B. Н.Исаенко, Р. А. Каледин, А.Е. Михальчук, Н.А. Селиванов, C. D. И.Цветков, В.И.Шиканов, Н.П.Яблоков и др.) различают два вида систем действий в ходе расследования преступлений, называемых соответственно “тактическая комбинация” и “тактическая операция”. E. ‘ Юридическая энциклопедия / Под ред. М.Ю.Тихомирова.-М.,1998.-С.437. ^ Белкин Р.С. Курс криминалистики. В 3 т. Т.3.-М.,1997.-С.211. ^ ‘ См.: Белкин Р.С. Указ. co4.-C.213.

В криминалистической литературе высказываются и иные мнения по определению рассматриваемого комплекса действий. Так, казахский ученый Е.Г.Джакишев объединил различающиеся понятия “тактическая комбинация” и “тактическая операция” в одно, назвав полученное определение “тактическая комбинационная операция”, и отметил, что именно в

такой форме эти понятия “… не противоречат друг другу, а наоборот, взаимно друг друга дополняют и могут быть использованы одновременно для характеристики всей системы из сочетания следственных мероприятий”’. Однако, как представляется, путь к решению стоящей проблемы несколько

иной.

На наш взгляд, задача построения стройной и логичной системы понятий современной криминалистики обусловливает необходимость введения в науку специального термина, обозначающего различные объединенные необходимостью достижения определенной задачи расследования комплексы действий следователя. В качестве такого термина можно использовать словосочетание «тактический комплекс». Тактические комплексы могут быть определены как разноуровневые системы следственных, оперативно-розыскных и организационных действий, приемов, направленных на решение стоящих задач при расследовании уголовного дела. Представляется, что используемые в криминалистической литературе термины «тактическая комбинация» и «тактическая операция» отражают отдельные разновидности тактических комплексов. Такой подход к пониманию этих понятий позволит проводить их дальнейшие исследования, в том числе и с позиций системного подхода в терминологически едином пространстве. Общая понятийно-терминологическая основа позволит четко определить признаки этих двух понятий.

Одним из основных признаков, которые могут быть положены в основу различения тактических комбинаций и операций, выступает характер задач расследования, на решение которых могут быть направлены рассматриваемые тактические комплексы.

Так, по мнению Л.Я. Драпкина и В.А. Князева задача, решаемая путем проведения тактической комбинации, должна носить промежуточный

’ Джакишев Е г. Проблемы совершенствования криминалистических приемов и средств борьбы с хищениями и иными корыстными преступлениями Б сфере экономики. Автореферат дисс. … докт. юрид.наук, -Алматы,1994.-С.25.

характер’. С.И.Цветков пишет о конкретности цели, на достижение которой направлена тактическая операция^ Еще более предметно о задачах пишут В.П. Гмырко (формирование у противодействующей стороны со- стояния неопределенности либо побуждение ее к совершению определенных действий)^ А.в. Дулов (невозможность решить задачу производством отдельного следственного действия/, А.в. Маркс (передача информации подозреваемому или ограничение доступа подозреваемого к информа- цииУ, В.И.Шиканов (решение вопросов, входящих в предмет доказывания/, Н.И.Порубов (обнаружение объектов, подлежащих розыску)”^. Как видим, подходы различных ученых к определению характера задач, которые могут быть решены путем проведения тактической комбинации или тактической операции, существенно отличаются и, на наш взгляд, требуют

уточнения.

Представляется, что тактическую комбинацию и тактическую операцию различает уровень задач расследования, на решение которых могут быть направлены эти комплексы действий следователя. Чем выше уровень задачи расследования, тем более сложный комплекс действий требуется провести для ее решения. Отличаются и сами действия. Применительно к тактической комбинации речь идет о комплексе тактических приемов, проводимых в рамках одного или нескольких следственных или ряда иных процессуальных действий. Применительно к тактической операции - о комплексе следственных и иных процессуальных действий, а также оперативно-розыскных мероприятий.

• См.: драпкин Л.Я. Основы теории следственных ситуаций.-С.138; Князев В-А. о понятии так

тической операции И Криминалистика и судебная экспертиза. Вып. 25.- Киев,1982.-С.67. тическои ° Тактическая операция // Криминалистика (актуальные проблемы)./ Под ред.

Е.И.Зуева.М. следователя в условиях информационной неопределенности.

Авторефератдис^-ан. ^^ Криминалистика / Под ред. А.В. Дулова. -

Минск, А.В. Типовые системы действий следователя, связанных с задержанием. Авторефе

рат дисс…. канд. юрид. наук,- М.,1992.-С.11.

’ с:,; а” И.С;’грГоГи^г’и’ порубо. н и. Кр„«„н.л„с™ка / Под рел, Н.И.Порубса -

it Минск,\997.-C.103.

Отдельными авторами высказываются и иные точки зрения на характер действий, составляющих тактические комбинации и операции. Так, по мнению С.Б.Россинского, основным отличием рассматриваемых тактических комплексов выступает присутствие в структуре тактической операции оперативно-розыскных мероприятий, в то время как тактическая комбинация представляет собой совокупность тактических приемов или следственных действий’. Однако, на наш взгляд, при таком подходе к определению структуры рассматриваемых тактических комплексов стирается различие в уровне решаемых в ходе их проведения задач расследования. Между тем, на отличие уровня решаемых в процессе тактической комбинации и тактической операции задач прямо или косвенно указывают и ряд других признаков, различающих эти тактические комплексы.

Так, А.Е.Михальчук и Р.А.Каледин обоснованно отмечают, что тактическая операция и тактическая комбинация могут различаться по месту, длительности проведения действий и их масштабу^ А.С.Подшибякин справедливо указывает, что круг участников тактической операции всегда шире, чем при проведении отдельного следственного действия^ и, следовательно, тактической комбинации. Н.П.Яблоков пишет о конкретности тактической задачи, решаемой в ходе комбинации, и о направленности тактической операции на решение таких следственных задач, которые не могут быть решены отдельными или даже несколькими, но не согласованными следственными действиями или тактическими и оперативно-розыскными приемами”^.

’ См.: Россинский С.Б. К вопросу о соотношении понятий тактическая комбинация и тактическая операция // Известия ТулГУ.Серия «Современные проблемы законодательства России, юридических наук и правоохранительной деятельности». Вып.5.-Тула,2001.- С.102-103.

^ См • Михальчук А.Е. Теоретические и практические вопросы тактических комбинаций при производстве следственных действий. Автореферат дисс. … канд. юрид. наук.- Саратов, 1988.-С. 16; Каледин Р.А. О содержании понятия “ тактическая операция” // Тактические операции и эффективность

расследования. -Свердловск, 1986.-C.36.

’ См • Подшибякин А.С. Тактические операции и охрана законных прав и интересов фаждан при расследовании преступлений // Проблемы правового статуса личности в уголовном процессе.-

Саратов.,1981.-С.142.

“*См.: Яблоков Н.П. Криминалистика.-М.,2000.-С.191.

Выделение и исследование тактических комбинаций и операций по уровню решаемых задач расследования выступает ключевым направлением системных исследований тактических комплексов. В то же время, можно и необходимо проводить иные системные исследования рассматриваемого понятия.

Так, в криминалистической литературе предлагаются следующие имеющие научное и практическое значение классификации тактических операций:

  • одномоментные и длительные;
  • прерывные и непрерывные;
  • проводимые на первоначальном, промежуточном и заключительном этапе расследования;
  • с последовательной реализацией составляющих тактическую комбинацию действий, с параллельной реализацией, со смешанной реализацией (одна группа действий реализуется параллельно, другая последовательно)’.

Особое внимание хотелось бы уделить вопросам систематизации тактических комплексов, исходя из типичности, функциональной составляющей и приоритета решения поставленных тактических задач. На возможность и важность таких исследований неоднократно обращалось внимание в криминалистической литературе^. Это не удивительно, поскольку, являясь целью тактического воздействия, тактическая задача определяет специфику выбираемых приемов и средств. Однако необходимо заметить, что данное направление представлено в литературе лишь отдельными классификационными системами, не всегда просматривается комплексный подход к их построению.

’ См.: Драпкин Л.Я. Указ. соч.-С.140-141; Лагутин А.В. Тактические операции при расследовании преступлений // Криминалистика и судебная экспертиза.Вып.20.- Киев, 1980.-С. 17; Образцов В.А.

Указ соч.-С,81; Цветков С.И. Указ. соч.-С.115.

^ См.: Лагутин А.В. Указ. соч.-С.17; Логинов Е.А. Указ. соч.-С. 11; Цветков С.И. Указ. соч.-С.116.

В зависимости от типичности поставленной задачи тактические комплексы можно разделить на типовые и специфические. Типовые комплексы активно разрабатываются в криминалистической науке’, как правило, применительно к специфике расследования отдельных видов преступлений («Поиск трупа, сокрытого преступником», «Установление лица, совершившего посягательства на имущество граждан», «Розыск похищенного имущества», «Сбор первичной информации по делам о вымогательстве»^).

Чаще всего применительно к типичным задачам расследования отдельных видов преступлений учеными-криминалистами разрабатываются различные тактические операции. Однако существует необходимость разработки и типовых тактических комбинаций, направленных на решение конкретных тактических задач в ходе одного или нескольких следственных или иных процессуальных действий с учетом специфики отдельного вида преступления (см. таблицу 6 в приложении 1).

Тактические комбинации могут быть разработаны применительно и к иным действиям следователя, направленным на достижение задач расследования (см. таблицу 7 в приложении 1).

Функциональная составляющая задачи, как основание деления, характеризует классификации тактических комбинаций и операций, встречающиеся в работах А.В. Дулова, А.В. Лагутина, В.А. Образцова, С.И. Цветкова, В.И.Шиканова^. Из них наиболее полной представляется клас- сификационная система, предложенная А.В. Дуловым. В качестве элемен-

’ См.: Драпкин Л.Я. Тактические операции - эффективные подсистемы процесса расследования // Следователь. Екатеринбург, 1995. №1.- С.7; Дулов А.В. Тактические операции.- С.404-408; Маркс А.В, Указ. СОЧ.-С.11; Шиканов В.И. Указ. соч.-С. 147-149 и др.

^ См.: Клименко Н.И. Структура тактических операций в типичных ситуациях расследования фабежей и разбойных нападений // Криминалистика и судебная экспертиза.-Киев,1986. -С.52; Логинов Е.А. Указ. соч.- С. 14-15; Решетников В.Я. Следственные ситуации и тактические операции по делам о завладении из жилища имуществом граждан. Автореферат дисс. … канд. юрид. наук. -Саратов, 1995.- С.18; Шиканов В.И. Указ. соч.-С.148, 151.

^ См.: Дулов А.В, Тактические операции.-С.401-410; Лагутин А.В. Указ. соч.-С.17; Образцов в.А. Указ. co4.-C.81; Цветков С.И. Указ. соч.- С.Пб; Шиканов В.И. Указ.соч.-С, 148,

тов такой системы им выделяются следующие классификационные груп

пы:

  • операции группы “ сбор информации” (обеспечение системного сбора информации, относящейся к одному явлению, объекту; построение
  • общей системы знаний об этом объекте, явлении);

  • операции группы “фиксация” (установление факта непосредственного контакта лица с объектами, являющимися элементами структуры преступления);
  • операции группы “поиск” (поиск отсутствующих источников криминалистической информации);
  • комплексные операции (одновременное изъятие необходимых для расследования объектов, фиксация связи субъектов с совершением противоправных действий, поиск доказательств преступных действий).
  • Классификация тактических комплексов по приоритету решения стоящих задач расследования в криминалистической литературе должным образом не представлена. На наш взгляд, по этому основанию можно выделять первоочередные и последующие тактические комплексы. Перво- очередной комплекс представляет собой систему действий, направленную на быстрое обнаружение, изъятие, фиксацию и исследование информации, получаемой следователем в процессе расследования преступлений. В данном случае речь идет преимущественно об тактических операциях, в числе которых следует особо выделить неотложные операции как средства решения задачи по оперативному изменению сложившейся следственной ситуации в благоприятную сторону. Таковой является, например, комбинация «Атрибуция трупа», направленная на получение данных о личности погибшего, а также сведений о времени, месте и иных обстоятельствах

смерти ‘.

Тактические комплексы могут исследоваться в зависимости от субъектного состава их разработки и проведения. Так, если тактические

Подробнее см.: Шиканов В.И, Указ. соч.- 151-153.

комбинации чаще всего производятся единолично следователем, то субъектный состав тактических операций может быть иным. В частности, по субъекту проведения можно выделять операции, проводимые:

  • следователем единолично;
  • группой следователей (при их совместной работе по уголовному
  • делу);

  • следователем совместно с органом дознания;
  • органом дознания без непосредственного участия следователя, но
  • под его общим руководством.

Руководство тактической операцией со стороны следователя может

выражаться:

  • в определении круга следственных и оперативно-розыскных действий, составляющих тактическую операцию;
  • в установлении исполнителей намеченных действий, сроков исполнения;
  • в определении круга лиц, участвующих в операции;
  • в возможности прекратить либо приостановить проведение тактической операции, вносить в нее изменения по ходу проведения;
  • в обязательности своих решений для других участников. Тактические комбинации и операции могут быть подготовлены
  • следователем самостоятельно, а также с участием других следователей, представителей органа дознания, специалистов или со смешанным участием.

Проводимая в криминалистике классификация понятий применительно к различным действиям следователя направлена, прежде всего, на упорядочение и четкое распределение полученных знаний об основных элементах системы деятельности по раскрытию и расследованию преступ- лений разработанных на их основе рекомендаций по разделам и подразделам науки, унификацию языка криминалистики и обеспечение единообразного применения научных терминов. Однако рассмотренные выше

классификационные системы имеют и определенное практическое значение, которое проявляется:

  • в создании научной информационной основы деятельности по раскрытию и расследованию преступлений;
  • в раскрытии сущности и видах действий, проводимых в процессе
  • расследования преступлений;

  • в обеспечении единообразного понимания и применения научных терминов в практике раскрытия и расследования преступлений;
  • в раскрытии зависимостей проведения тех или иных действий в процессе расследования от сложившейся следственной ситуации и поставленных тактических задач;
  • в раскрытии роли следователя (с криминалистической точки зрения) в проведении следственных и иных действий в процессе расследования.
  • Представляется, что знание сущности и видов различного рода дейс