lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Агибалова, Виктория Олеговна. - Процессуальные и иные документы как источники доказательств в уголовном судопроизводстве : Дис. ... канд. юрид. наук :. - Краснодар, 2003 230 с. РГБ ОД, 61:04-12/159-6

Posted in:

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛТОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ КРАСНОДАРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

На правах рукописи

4

t

Агиб алов а Викт ория Олег овна

ПРО ЦЕС СУА ЛЬН ЫЕ И ИНЫ Е ДОК УМЕ НТЫ КАК ИСТ ОЧН ИКИ ДОК АЗА ТЕЛ ЬСТ В В УГО ЛОВ НОМ СУД ОПР ОИЗ ВОД СТВ Е

Диссе ртаци я на соиск ание учено й степе ни канди дата юрид ическ их наук

Спец иальн ость: 12.00 .09- уголо вный проц есс;

крим инал истик а и судеб ная экспе ртиза ;

опера тивно - розы скная деяте льнос ть

Научный руководитель заслуженный деятель науки Кубани, доктор юридических наук, профессор Г.М. Меретуков

Краснодар, 2003

2

СОДЕРЖАНИЕ

t

ВВЕДЕНИЕ 3

ГЛАВА 1. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ И ИНЫЕ ДОКУМЕНТЫ КАК

ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ 12

§ 1. Протоколы следственных и судебных действий: понятие,

  • содержание и процессуальная природа 12

§ 2. Иные документы: порядок формирования и их

доказательственное значение 34

ГЛАВА 2. ПРИЗНАНИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ И ИНЫХ ДОКУМЕНТОВ НЕДОПУСТИМЫМИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВАМИ 58

§ 1. Показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего,

%

свидетеля, эксперта и специалиста как недопустимые

доказательства и их признаки 58

§ 2. Процессуальные документы иных следственных действий как недо пустимые доказательства 86

^, ГЛАВА 3. РОЛЬ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДОКУМЕНТОВ

В УСТАНОВЛЕНИИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ,

ПОДЛЕЖАЩИХ ДОКАЗЫВАНИЮ 114

§ 1. Формирование доказательств и их фиксация в процессуальных

и иных документах 114

§ 2. Проверка и оценка документов в целях обеспечения их статуса как источников доказательств 143

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 165

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ 171

ПРИЛОЖЕНИЯ

3

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. В уголовно-процессуальном законо- дательстве Российской Федерации одно из центральных мест занимают вопросы доказательства и доказывания в уголовном судопроизводстве. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по сравнению с УПК РСФСР содержит новеллы, некоторые из них следует принять, другие - вызывают сомнения.

В отечественной научной литературе проанализированы процессуальные и иные документы как источники доказательств, проблемы собирания, проверки и оценки доказательств. Несмотря на это, существуют отдельные противоречия между положениями норм УПК РФ и содержанием процессуальных бланков-приложений к УПК РФ, а также проблемы в способах собирания доказательств, предусмотренных в ст. 86 УПК РФ. Одним из таких противоречий является противоречие в процессуальном статусе защитника (ч. 3 ст. 86 УПК РФ) в части способов собирания доказательств.

На практике возникают проблемы в использовании материалов, получен- ных с помощью научно-технических средств, и представлении материалов оперативно-розыскной деятельности в качестве доказательств. Нельзя согласиться с законодательным подходом к оценке доказательств, предусмотренном в ст. 88 УПК РФ. Если эту часть процесса доказывания понимать как определение, условно говоря, «полноты», «значимости», «объема» и т. п., то вряд ли подойдут к нему категории относимости, допустимости, достоверности. По тексту ст. 87 и 88 УПК РФ проверке и оценке подлежат отдельные, единичные доказательства. И только при оценке совокупности доказательств, действительно, используется множественный критерий достаточности для принятия процессуального решения. Полагаем, что случаи признания доказательств недопустимыми (ч. 2, 3, 4 ст. 88 УПК РФ), относятся не к оценке, а к проверке доказательств. Вышеизложенные и некоторые другие обстоятельства побудили соискателя к избранию данной темы в качестве диссертационного исследования.

4

Современное состояние проблемы. Некоторые аспекты процессуальных и непроцессуальных документов как источников доказательств, проблемы собирания, проверки и оценки доказательств непосредственно либо косвенно за последние десять лет затрагивались в диссертационных работах B.C. Бурдано-вой (1992), Н.Н. Лысова, Д.В. Зеленского (1995), B.C. Шадрина (1997), О.В. Евстигнеевой, Р.В. Костенко, А.Г. Филиппова, В.А. Камышина, В.А. Булатова, И.Е. Миловой, В.А. Пономаренкова, И.Е. Слепневой (1998), А.З. Бецукова, A.M. Дармилова, П.Н. Мазуренко, О.П. Копыловой, Л.М. Володиной, Т.Д. Зи-лалиева, Г.А. Печникова, Б.П. Сандрюкова, А.А. Гридчина, Л.В. Яковлевой (1999), А.Р. Белкина, Н.И. Долженко, С.А. Зайцевой, Г.И. Седовой, Х.А. Сабирова, О.В. Чуринова, М.А. Удавыдченко, А.Н. Яковлева (2000), К.В. Вишневец-кого, М.Х. Гельдибаева, И.В. Круглова, В.Г. Просвирина, А.В. Парфентьева, В.В. Соловьева, Ю.В. Овсянникова (2001), С.А. Кириченко, В.М. Колесника, Т.Л. Корепановой, А.Н. Стуликова (2002), О.Н. Малиновского, В.В. Сероштана, Е.В. Селиной, М.А. Шитова (2003) и др.

Указанные авторы проанализировали положения норм УПК РСФСР, мно- гочисленные проекты УПК РФ, обобщали существующие точки зрения ученых, предприняли попытку ответить на нерешенные вопросы и дать рекомендации спорным положениям. Не вызывает сомнения, что эти работы оказали существенную помощь судебной и следственной практике. С принятием и введением в действие УПК РФ ученые вновь обратили внимание на исследуемую проблему. Изученная нами научная и специальная литература, посвященная процессуальным и иным документам, проблеме собирания, проверки и оценки доказательств, позволяет высказать мнение о том, что некоторые важные аспекты этой проблемы изучены недостаточно полно и не соответствуют современным требованиями теории и практики.

В теории доказательственного права существуют нерешенные проблемы, требующие своего решения. Актуальность и значимость темы исследования подтверждает необходимость внедрения полученных результатов и выводов в деятельность органов предварительного следствия, дознания и суда, которые

5

позволяют повысить их эффективность в условиях расширения либо сужения субъектов уголовного судопроизводства в свете требований УПК РФ. Все про- цессуальные документы как источники доказательств в уголовном судопроиз- водстве вряд ли возможно изучить в рамках одной кандидатской диссертации.

В связи с этим рассматриваем лишь некоторые из наиболее важных про- цессуальных и иных документов.

Цели и задачи исследования. Основной целью диссертационной работы является выявление существующих проблем в уголовно-процессуальном законодательстве в деятельности субъектов уголовного судопроизводства по собиранию, проверке, исследованию и оценке процессуальных и иных документов как источников доказательств.

Для достижения данной цели поставлены следующие задачи:

  • проанализировать и обобщить накопленные научные взгляды и определить понятие процессуального документа, уточнить понятие иного документа;
  • исследовать приложения к УПК РФ, выявить их соответствие с положениями норм уголовно-процессуального законодательства Российской Федерации;
  • изучить протоколы следственных и судебных действий, иные документы и определить их доказательственное значение;
  • проанализировать протоколы допроса и показаний подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, эксперта, специалиста а также процессуальные документы иных следственных действий на допустимость доказательств;
  • выявить проблемы собирания и формирования доказательств субъектом уголовного судопроизводства и другими участниками процесса, особенно за- щитником подозреваемого (обвиняемого), с учетом существующих теоретических положений, судебной и следственной практики;
  • разработать рекомендации и предложения по совершенствованию действующего уголовно-процессуального законодательства.

6 Объектом диссертационного исследования является определенная часть общественных отношений, складывающихся в результате совершения преступления между участниками процесса в связи с раскрытием и расследованием данного преступления, а также рассмотрением его материалов в суде и отражением результатов этой деятельности в процессуальных и иных документах уголовного судопроизводства.

Предметом диссертационного исследования являются закономерности отражения преступного события в материальной обстановке и сознании людей (появлении информации о преступлении и лицах, его совершивших); закономерности собирания, оценки и использования доказательств в ходе раскрытия и расследования преступления, а также рассмотрения его материалов в суде; уголовно-процессуальное законодательство в части, регламентирующей данную деятельность соответствующих органов правоохранительной системы; специальные средства и методы судебного исследования доказательств в связи с рас- следованием преступления и рассмотрением материалов уголовного дела в суде; протоколы и иные документы уголовного дела, отражающие доказывание важнейших обстоятельств совершенного преступления (ст. 73 УПК РФ).

Методологическая основа исследования. В основу исследования поло- жен общенаучный диалектический метод познания реальной действительности. Наряду с общенаучным методом применялись и частнонаучные методы: логический, исторический, системно-структурный, сравнительный, аналитический и

др.

Теоретическая основа исследования. Теоретическую базу диссертации составили научные разработки по общей теории права, уголовно- процессуальному праву и криминалистической науки следующих известных ученых: В.Д. Арсеньева, Р.С. Белкина, Н.Д. Бойкова, В.М. Быкова, А.Н. Васильева, Л.Е. Владимирова, М.М. Выдри, Н.А. Громова, А.А. Давлетова, Е.А. Доли, Л.М. Карнеевой, Н.И. Кулагина, Ю.В. Кореневского, Н.П. Кузнецова, В.П. Лаврова, П.А. Лупинской, Ю.А. Ляхова, Ю.К. Орлова, А.П. Резвана, Е.Р.

7

Российской, М.С. Строговича, В.М. Савицкого, Ф.Н. Фаткулина, А.А. Хмырова, М.А. Чельцова, С.А. Шейфера, А.А. Эйсмана и др.

Кроме того, изучены и использованы положения Конституции РФ, уголовно-процессуальное законодательство, судебная и следственная практика, материалы органов дознания, статистические данные органов внутренних дел, прокуратуры и адвокатуры Краснодарского края.

Эмпирическую основу исследования составили данные изучения авто- ? ром 500 уголовных дел, из них 385 дел, в которых соискатель принимала уча-

стие в качестве защитника, а также результаты анкетирования 235 судей, 180 следователей субъектов Южного федерального округа, опубликованные данные судебной, следственной практики и собственный опыт работы в Краснодарской краевой коллегии адвокатов (в настоящее время Адвокатская палата Краснодарского края).

Научная новизна работы состоит в том, что автором разработаны реко мендации по проведению процессуальных, следственных, судебных и иных действий, направленных на получение, исследование и оценку доказательств, уточнено понятие процессуального документа, дается авторское понятие «иным документам». На основании результатов анализа уголовно-процессуального за- • конодательства, судебной и следственной практики, а также с учетом совре-

менных научных взглядов на доказательства, доказывание процессуальных и иных документов, процессуальных бланков-приложений к УПК РФ выработаны конкретные предложения по совершенствованию норм действующего уголовно-процессуального законодательства, в частности, ст. 21, 56, 86 , 92, 166 УПК РФ и др. Кроме этого предлагается ввести в УПК РФ новую ст. 86(1), вне-сти предложения по совершенствованию процессуальных бланков-приложений № 4, 13, 24, 26, 31, 32, 36, 37, 43, 55, 56 к УПК РФ.

Указанные обстоятельства позволят повысить эффективность деятельности субъектов уголовного судопроизводства.

I

8

Основные положения выносимые на защиту.

  1. Уточняется понятие процессуального документа. Процессуальный документ - любой документ, приобщенный к уголовному делу, обладающий свойством доказательства. При этом документ - это созданный человеком материальный объект с информацией, закрепленной тем или иным способом с использованием различных приспособлений для ее передачи во времени и пространстве; а информация - закодированная определенными физическими и иными сигналами, которая требует специальных знаний для ее расшифровки.
  2. Авторская трактовка понятия «иных документов» как документов, выполненных свободным текстом (без учета требований уголовно-процессуального законодательства РФ), вовлекаемых в уголовное судопроизводство.
  3. Предложения по совершенствованию положений УПК РФ:
    • ч. 4 ст. 21 ч. 4 ст. 21 УПК РФ после слова «гражданами» необходимо дополнить следующими словами: «Дознаватель, следователь, прокурор, суд (судья) об истребовании предметов и документов выносит обоснованное постановление (решение) с указанием конкретных предметов, документов и реальных сроков их представления. В случае не представления истребуемых предметов и документов производится выемка или обыск. Представленные предметы и документы подвергаются осмотру, о чем составляется протокол осмотра, а лицо, представившее предметы и документы, допрашивается по общим правилам, предусмотренным настоящим Кодексом», т.к. законодателем в УПК РФ не пре- дусмотрен механизм истребования предметов и документов;
  • ч. 3 ст. 56 УПК РФ дополнить словами: «…дознаватель, следователь, прокурор не подлежат допросу об обстоятельствах, которые стали им известны в процессе обеспечения правосудия», что устраняет пробел, допущенный законодателем в данной норме;
  • ч. 1 ст. 92 УПК РФ изложить в следующей редакции: «При доставлении подозреваемого, дознаватель, следователь, прокурор, суд (судья) в срок не более 5 часов выносит постановление о привлечении лица в качестве подозреваемого и составляет протокол о задержании с разъяснениями прав, предусмот-

9

ренных ст. 51 Конституции РФ и ст. 46 настоящего Кодекса». Предложение обусловлено отсутствием в УПК РФ четкого процессуального статуса подозреваемого и определения момента его задержания. По мнению соискателя, лицо становится подозреваемым с момента его процессуального задержания;

  • разработка текста процессуального бланка «Постановление о привле- чении лица в качестве подозреваемого»1;
  • в ч. 2 ст. 166 УПК РФ после слов «при производстве следственного действия» добавить словами «наряду с ними», что дает возможность материалы, полученные с помощью технических средств, признавать самостоятельным источником доказательств;
  • дополнение УПК РФ новой ст. 86(1) «Основания и порядок представ- ления предметов и документов.
  • Ч. 1. Представление предметов и документов производится в случаях, когда в документах указанны данные о подготавливаемом, совершаемом, совершенном преступлении, а на предметах имеются следы преступления.

Ч. 2. Право представлять предметы и документы в качестве веществен- ных доказательств для приобщения их к материалам дела имеют граждане, руководители организаций, предприятий, учреждений, общественных объединений, наряду с лицами, отмеченными в ч. 2, 3 ст. 86 УПК РФ. Документы и предметы представляются дознавателю, следователю, прокурору, суду (судье).

Ч. 3. В случаях инициативного представления лицом или организацией предметов, документов, составляется протокол о принятии вещественных доказательств. При этом предметы и документы осматриваются, а лицо их представившее, допрашивается по правилам настоящего Кодекса».

  1. Авторское понятие приложений к УПК РФ: приложения к УПК РФ это процессуальный порядок документирования собранных по делу доказа- тельств, имеющих значение для дела, в виде установленных обязательных форм, закрепленных в нормах уголовно-процессуального закона.

1 См.: Приложение № 1.

10

  1. Предложения по совершенствованию процессуальных документов, имеющихся в приложениях к УПК РФ, по их изменению и дополнению, в частности, приложения № 4, 13, 24, 26, 31, 32, 36, 37, 43, 55, 56.

Теоретическая и практическая значимость. Теоретическое значение диссертационного исследования состоит в том, что на основании УПК РФ с по- следующими изменениями и дополнениями 2002-2003 гг. исследованию под- верглись теоретические концепции доказательства, доказывания, процессуальных и иных документов. При этом были использованы материалы уголовных дел, данные, полученные при анкетировании практических работников правоохранительных органов, суда, а также личный опыт адвокатской деятельности (более 17 лет). Результаты исследования расширяют и углубляют отдельные положения норм уголовно-процессуального законодательства, науки уголовного процесса. Они могут быть учтены в дальнейших теоретических разработках, научных исследованиях по уголовному процессу.

Предложения и выводы, сформулированные в диссертации, могут быть использованы в правотворческой деятельности, направленной на совершенствование действующего уголовно-процессуального законодательства и процессуальных документов-бланков; в работе органов предварительного следствия и дознания, прокуратуры и суда; в преподавании курса уголовного процесса, а также в юридических учебных заведениях при подготовке учебных, учебно-методических материалов.

Апробация результатов исследования. По результатам научных исследований автор выступала на четырех Всероссийских научно-практических конференциях, проведенных в Краснодарском юридическом институте (ныне академии) МВД России, которые опубликованы в виде научных статей и одного научного издания объемом 16,2 п. л. Общий объем публикаций по материалам диссертационной работы составил 17,45 п. л.

Полученные выводы и предложения используются в практической деятельности следственных подразделений прокуратуры, МВД и судов Южного федерального округа Российской Федерации, а также в учебном процессе юри-

*

!

11 дичес кого факул ьтета Кубан ского госуд арстве нного униве рситет а, Кубан ского госуд арстве нного аграр ного униве рситет а, Сибир ского юрид ическ ого инсти тута МВД Росси и, Красн одарс кого юрид ическ ого инсти тута (ныне акаде мия), Омско й и Нижег ородс кой акаде мии МВД Росси и (курс ы «Угол овный проце сс» и «Кри минал истик а»).

Струк тура диссе ртаци и и ее объем опред елены объек том и предм етом, целью и задач ами иссле дован ия, а также автор ской конце пцией. Работ а состо ит из введе ния, трех глав, заклю чения, библи ограф ическ ого списк а и прило жений .

12

ГЛАВА 1. ПРОЦЕССУАЛЬНЫЕ И ИНЫЕ ДОКУМЕНТЫ КАК ДОКАЗАТЕЛЬСТВА В УГОЛОВНОМ ПРОЦЕССЕ

§ 1. Протоколы следственных и судебных действий: понятие, содержание и процессуальная природа

Основным свидетельством полноты исследования обстоятельств дела яв- л ляется протокол следственного и судебного действия. Именно, протоколы, по-

становления и другие документы являются процессуальными документами которые должны быть зеркалом уголовного судопроизводства. Причины некачественного проведения следственного действия, судебного заседания отражаются в протоколе и иных процессуальных документах, кроются в несовершенстве некоторых положений норм уголовно-процессуального законодательства, не обеспечивающих достаточно объективного отражения происходящего, ни возможности восполнения неполноты и неточности протокола.

Нормативно обоснованные аргументы и доводы участников следственно го действия, судебного процесса, зачастую заменяются убогой интерпретацией их в протоколе. Иногда, по многоэпизодным, сложным делам, даже квалифици- • рованный дознаватель, следователь, прокурор, судья, особенно секретарь су-

дебного заседания физически не в состоянии полно и подробно отразить их в протоколе без использования научно-технических средств. При нынешней нагрузке следователей, дознавателей и судей в установленный законом срок, в пределах рабочего времени и в соответствии с предъявляемыми к протоколу

требованиями они не в состоянии его изготовить. Как правило, по многим след-

«

ственным и судебным действиям, а также протокола судебного заседания отра- жаются субъективного восприятия в объеме, обусловленном личными профес- сиональными и психофизическими качествами дознавателя, следователя, про- курора, судьи и других участников в уголовном судопроизводстве.

Привести протокол в соответствие с происходившим событием путем

т принесения замечаний на него очень нелегко. Эмоционально возбужденное со-

13

стояние участников судебного разбирательства, ограничивающее возможность запоминания, невозможность ведения записей во время выступлений, продолжительный период до появления самой возможности ознакомления с изготовленным протоколом - все это препятствует восполнению его неточностей. К примеру, лица, подавшие замечания на протокол, вызываются в суд лишь «в необходимых случаях» (ч. 2 ст. 260 УПК РФ). Пользуясь этим, судьи обычно не вызывают указанных лиц и принимают лишь некоторые, как правило, не очень принципиальные замечания. Зачастую они не допускают отражения в протоколе возражений против имевших место нарушений председательствующим судейской этики или процессуальных норм. Легко представить, как выглядит в глазах граждан отказ суда признать объективные замечания на протокол судеб- ного заседания. Качество протокола можно значительно улучшить путем принятия норм, обязывающих суды: вести звукозапись параллельно с протоколированием судебного процесса; предоставлять возможность знакомиться с протоколом и приносить на него замечания всем, чьи показания и пояснения в нем отражены (неправильно зафиксированные, показания могут быть использованы против них по другому делу); вызывать в судебное заседание лиц, подавших замечания на протокол; извещать участников процесса о поступившем в канцелярию деле с протоколом, подписанным председательствующим, в случае, когда он не был изготовлен в установленный срок (это будет действенным средством против практики сдачи дел в канцелярию задним числом).

Как полагает соискатель, точное отражение в протоколе всех юридически значимых обстоятельств и фактов наряду с их мотивированной оценкой неизмеримо повысит авторитет дознавателей, следователей, прокуроров, судей, укрепит доверие к ним, а ведение параллельной протоколу звукозаписи будет серьезно дисциплинировать всех участников процесса, в том числе и тех судей, которые порой настолько упрощают выполнение процессуальных требований, что вынесенные ими решения подлежат отмене уже по одному этому основанию.

14

В УПК РСФСР нормы, регламентирующие проведение следственного или судебного действия и составление на их основе протоколов, как полагает Х.А. Сабиров, «содержались в главах XIII, XVI, XV и в отдельных статьях X и XXIII глав. В УПК РСФСР (1960 г.) следственные и судебные действия и протоколы, фиксирующие ход и результаты данных действий, объединены в главы по признакам однородности их гносеологической природы, по процессуальным особенностям этих действий (составу участников, цели и последовательности действий и др.). В УПК РСФСР (1960 г.) расположение глав, посвященных следственным действиям, строилось по принципу: опосредованное познание (глава XI - допрос обвиняемого, XII - допрос свидетеля и потерпевшего и часть XIII главы - очная ставка), а затем - познание, основанное на непосредственном восприятии (часть XIII главы - предъявление для опознания, глава XIV - выемка и обыск, XV - осмотр и освидетельствование). В УПК РФ использу- ется иной принцип расположения глав, связанных со следственными и су- дебными действиями. Вначале законодатель располагает следственные дей- ствия, познание в которых происходит путём непосредственного восприятия (главы XXII, XXIII и часть главы XXIV), далее следуют следственные действия, основанные на опосредованном познании (часть главы XXIV и XXV глава). В главе IX «Дознание» УПК РСФСР имелась статья 122 (задержание подозреваемого) как следственное действие и в части третьей которой предусмотрено составление протокола»1. В УПК РФ задержание подозреваемого (ст. 91,92) понимается как мера процессуального принуждения.

Нормативные предписания, регламентирующие производство следст- венных и судебных действий, содержатся в большинстве глав УПК РФ и конкретизируются в целом ряде его статей.

Многообразие и общность норм УПК РФ образуют сложную, стройную и чёткую систему правового регулирования следственных и судебных действий

Сабиров Х.А. Протоколы следственных действий как вид доказательств: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2000. С. 10.

15

и составляемых в связи с ними протоколов. Это позволяет выделить из всей совокупности уголовно-процессуальных норм следующие общие предписания для проведения следственного или судебного действия и составления протокола данного действия, к которым, на наш взгляд, относятся: основания и условия проведения этих действий; цели и задачи проводимого следственного и судебного действия; круг лиц, участвующих в следственном или судебном действии; права и обязанности участников; порядок проведения следственных и судебных действий; меры, позволяющие следователю, суду требовать от других участников выполнения своих обязанностей; удостоверение проводимого следственного или судебного действия путем составления соответствующего протокола или иного документа.

Впервые за время существования уголовно-процессуального законодательства в России, законодателем в качестве приложения к УПК РФ предусмотрены уголовно- процессуальные бланки. Однако, уже в настоящее время, внесены изменения, дополнения или в полном объеме изменен текст некоторых процессуальных бланков, а именно: 18 процессуальных документов полностью заменены (1,5%); в 38 процессуальных документов внесены изменения и дополнения (2,9%); более чем в 180 статьях УПК РФ положения норм изменены либо дополнены (38%); одна статья признана утратившей силу и дополнено 4 статьи, регулирующие процессуальные документы1.

Соглашаясь с мнением С.А. Разумова, о том, что «предусмотренные законодателем приложения к УПК РФ в виде образцов процессуальных актов никоим образом не должны препятствовать совершенствованию процессуальных документов практическими работниками, однако при условии соблюдения предусмотренного УПК РФ порядка совершения действия и его оформления» , соискатель считает, что после каждого обобщения судебной и следственной

1 Собрание законодательства Российской Федерации. М., 2001. № 52. Ст. 4921; Феде ральный закон № 92 от 4 июля 2003 г., принятый Гос. Думой РФ от 21.06.2003 г., одобрен Советом Федерации от 26.06.2003 г. // Рос. газ. М., 2003. Июль. 10.

2 Разумов С.А. Процессуальные новеллы производства в судебных стадиях по УПК РФ // Гос-во и право. М., 2002. № 7. С. 121-122.

16 практики судебным департаментом субъекта РФ и судом с участием прокурора субъекта, должны приниматься решения о рекомендациях положительного опыта по оформлению процессуальных документов.

Вводя бланки процессуальных документов, законодатель очевидно стремился упорядочить применение норм УПК РФ и в какой то мере облегчить труд большинства участников уголовного судопроизводства. К сожалению, решение этих задач оказалось затруднительно, так как в приложениях к УПК РФ: отсутствует общее оглавление, не всегда удачно распределена нумерация (например, протоколы следственного эксперимента, проверки показаний на месте, допроса несовершеннолетних подозреваемых, потерпевших, свидетелей, в частности, постановление о допуске законного представителя находятся между документами об избрании меры пресечения и постановлением о признании гражданским истцом).

Кроме этого, выявляется различие между текстом статей УПК РФ и содержанием граф бланков. Так, в бланке протокола осмотра места происшествия (прил. 4) есть ссылка на ст. 164 УПК РФ, но нет графы о предупреждении, об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 и 308 УК РФ, лиц, указанных в ч. 5 ст. 164 УПК РФ (потерпевшего, свидетеля, специалиста, эксперта или переводчика).. В ч. 8 ст. 190 УПК РФ установлено, что факт ознакомления с показаниями и правильность их записи удостоверяется допрашиваемым лицом своей подписью в конце протокола. В конце бланка протокола допроса (прил. 26) после графы о способе ознакомления с протоколом следует графа о наличии или отсутствии замечаний к протоколу, но нет никакого упоминания об удостоверении правильности записи показаний в протоколе. Прежняя формула подписания протокола свидетелем «Мною прочитано, с моих слов записано правильно, замечаний и дополнений к протоколу нет» оказалась разорванной и неполной. Вывод о правильности записи показаний в протоколе теперь приходится делать опосредованно из сравнения граф о заявлениях участвующих лиц и замечаниях к протоколу.

17

Регламентируя порядок изготовления бланков процессуальных документов, ст. 13 Федерального закона «О введение в действие Уголовно-процессуального кодекса РФ» определяет, что «количество строк, отводимых для той или иной графы, устанавливается каждым федеральным органом исполнительной власти самостоятельно»1. На наш взгляд, невозможно установить точное количество строк, например, в бланках протоколов осмотра в графах «Осмотром установлено» (прил. 4, 5, 21), в бланках протоколов допросов в графах «По существу уголовного дела могу показать следующее» (прил. 26), «По существу предъявленного обвинения обвиняемый показал следующее» (прил. 43)и др.

В графах одного и того же содержания в разных бланках, подстрочный текст не всегда одинаков, так в бланке протокола допроса обвиняемого предлагается излагать показания обвиняемого от первого лица и по возможности дословно, а в бланке протокола допроса свидетеля - излагать показания свидетеля, а также поставленные перед ним вопросы и ответы на них, хотя в обоих бланках при конкретизации подстрочного содержания граф одинаково должны быть учтены положения ч. 2 ст. 190 УПК РФ.

Иногда буквальное толкование формы бланков приводит к парадоксальным ситуациям. В бланках процессуальных документов строки в графах обозначены линиями, под которыми расположен подстрочный текст. Весьма несуразно выглядит выдвигаемое требование подчеркивания всех строк текста при изготовлении документа на печатной машинке или с помощью компьютера. Для удобства составления протоколов от руки предусмотрена разлиновка граф. Если часть рукописного протокола допроса будет составлена на не разлинованных листах, может возникнуть вопрос о несоответствии формы такого протокола установленному бланку протокола допроса. В соответствии с Федераль-ным законом «О внесении изменений и дополнений в УПК РФ» введена статья

1 О введение в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: ФЗ от 18 дек. 2001 г. № 177-ФЗ// Рос. газ. 2001. Декабрь. 22. Ст. 13.

2 О внесении изменений и дополнений в УПК РФ: ФЗ от 4 июля 2003 г. № 92-ФЗ // СЗ. 2003. №44. Ст. 4298

18

474, в которой законодатель установил порядок применения бланков процессу- альных документов, в частности: протокол может быть написан от руки, а под- строчный текст не является обязательным. Это произошло только через год после вступления в силу УПК РФ. Однако, и в настоящее время существует не мало проблем связанных с бланком процессуальных документов требующих своего решения.

Статья 75 УПК РФ относит к недопустимым доказательства, полученные с нарушением его требований. Приложения к УПК РФ имеют, прежде всего, обслуживающий характер, что и определяет их значение при оценке полученных доказательств.

Принятие законодателем Приложений к УПК РФ - новелла в уголовном процессе, притом новелла достаточно нужная, несущая в себе не меньшую смысловую нагрузку, чем сами нормы процессуального закона. Следует заметить, что ранее процесс составления актов дознания, следствия и судебного разбирательства был неупорядочен, порой не соответствовал самому закону, отсутствовали единообразные формы многих процессуальных документов, а деятельность лиц, в производстве которых находились конкретные уголовные дела, основывалась на различных «образцах процессуальных актов», издаваемых произвольно и зачастую с серьезными изъянами по форме и содержанию.

В таких процессуальных документах нередко терялась суть полученных доказательств, более того - сами документы часто утрачивали свое доказатель- ственное значение. Суды во многих случаях, во избежание угрозы массового «развала» уголовных дел, вынуждены были в конечном итоге, признавать их за доказательственные, что снижало авторитет судебных решений (приговоров, определений). Это нередко приводило к судебным ошибкам или серьезным коллизиям, возникавшим между сторонами обвинения, защиты и судом.

Подобные документы в качестве доказательственной или документальной (а значит, тоже доказательственной) базы в УПК РФ и Приложениях к нему отсутствуют вообще, либо получили другое название. Процессуальные видоизменения можно проследить на примере рапорта сотрудника милиции. В УПК

19

РФ этот документ приобрел не только новое название - «рапорт об обнаружении признаков преступления», но и доказательственное значение. Отныне он стал процессуальным документом, имеющим юридическое значение не в силу субъективного признания судьей его таковым, а в силу закона. Такое регламентирование введено в действие впервые.

Принятые законодателем Приложения к УПК РФ призваны положить ко- нец использованию непроцессуальных документов или документов, состав- ленных с нарушением закона при производстве дознаний, предварительного следствия и судебном рассмотрении уголовных дел. При этом необходимо учесть, что процессуальные бланки документов дознания, следствия и суда, на которые распространяются требования закона о соблюдении процессуальной формы их составления, по смыслу УПК РФ не исчерпываются теми, что перечислены в Приложениях к Кодексу.

В соответствии с ч. 2 ст. 13 Федерального закона «О введении в действие» УПК РФ1 бланки тех процессуальных документов, которые упомянуты в тексте УПК РФ, но не вошли в указанные Приложения, разрабатываются: для досудебного производства - Генеральной прокуратурой РФ по согласованию с федеральными органами исполнительной власти, наделенными полномочиями на производство предварительного расследования; для судебного производства - Верховным Судом РФ.

Следует признать, что процессуальные документы, перечисленные в Приложениях к УПК РФ и упомянутые в соответствующих нормах, должны иметь обязательные атрибуты. Только для первых из них эти атрибуты установлены в самом законе, а для вторых - они будут устанавливаться в особом порядке, предусмотренном ч. 2. ст. 13 Вводного закона. Поэтому доказательства, закрепленные в документах, не соответствующих установленным для них формам, в силу п.З 4. 2 ст. 75 УПК РФ должны признаваться недопустимыми

’ О введение в действие Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации: ФЗ от 18 дек. 2001 г. № 177-ФЗ. Далее в тексте работы употребляется как «Вводный закон».

20

согласно правилам оценки доказательств, предусмотренным Ч. 2-4 ст. 88, ст. 234 и 235 Кодекса.

Таким образом, Приложения к УПК РФ - это процессуальный порядок документирования собранных по делу доказательств, имеющих значение для дела, в виде установленных обязательных форм, закрепленных в нормах уголовно- процессуального закона.

Принятие на законодательном уровне Приложений к УПК РФ, свидетельствует о логической завершенности всего процессуального закона, т. к. наряду с содержательной регламентацией появилась регламентация и формальная.

Некоторые ученые по форме процессуальными документами признают «протоколы следственных и судебных действий», т.е. протоколы осмотра места происшествия, допроса, обыска, предъявления для опознания, следственного эксперимента и т. п.» .

По мнению А.П. Лупинской «протоколы следственных и судебных действий как отдельный вид доказательств - это письменные акты, в которых фиксируются ход и результаты таких следственных действий, как осмотр, освидетельствование, обыск, задержание, предъявление для опознания, следственный эксперимент. Указанные в ст. 87 УПК РСФСР (протоколы следственных и судебных действий) выделены в самостоятельный источник доказательств ввиду того, что в них фиксируются обстановка, предметы или явления, непосредственно воспринятые следователем, понятыми и другими участниками данного следственного действия. Поэтому к данному виду доказательств не относятся протоколы допросов, поскольку они фиксируют другой вид доказательств - показания свидетеля, потерпевшего, обвиняемого или подозреваемого» . Соглашаясь с мнением П.А. Лупинской, мы полагаем, что положения отмеченные в п. 1-3, 3 (1) ч. 2 ст. 74 УПК РФ следует признать как вид доказательств, а отмеченные в п. 4-6 ч. 2 ст. 74 и ст. 84 УПК РФ - источников доказательств. В ч. 3 и 3 (1) ст. 74 УКП РФ имеет двоякое значение т.е. заключение эксперта либо спе-

1 Сабиров Х.А. Указ. раб. С. 18.

2 Уголовный процесс. Учеб. // Под ред. П.А. Лупинской. М.: Юристъ, 1995. С. 189.

21

циалиста является источником доказательств, а показания эксперта либо специалиста - видом доказательств.

С позиции криминалистической науки А.Н. Яковлевым предложено при определении понятия «документ» использовать «три его основных признака: во-первых, носитель информации, как его материальная основа (бумага, картон, пластические и иные материалы); во-вторых, способ воздействия на материальный носитель (давление стержня авторучки, машинописный литер и печатных форм, воздействие фотонов света на светочувствительный слой специального материала документа, иные способы); в-третьих, особенности возникающего отображения (кодирование информации при помощи какой-либо из разновидности знаковых систем)»’.

По мнению А.З. Бецукова «документ по своей сути является способом за- крепления информации для передачи ее во времени и пространстве, поэтому в условиях развитости различных способов сохранения и передачи информации абсолютизация и передача информации документов является ошибочной. Однако, далеко не каждый документ может быть источником доказательств по уголовному делу, который соответствует требованиям закона» .

Исходя из анализа мнений различных авторов можно сделать вывод, что процессуальными документами могут быть любые носители информации имеющие значение по делу, зафиксированные надлежащим образом согласно норм УПК РФ, а также бланки документов, которые могут быть разработаны по указанию Генеральной прокуратуры РФ и Верховного Суда РФ.

При производстве и протоколировании следственных и судебных действий (ст. 83 УПК РФ), законодатель установил систему специальных гарантий, соблюдение которых, призвано способствовать получению и закреплению в протоколах достоверных, полных и объективных данных. Однако, в ст. 83 УПК

1 Яковлев А.Н. Теоретические и методические основы экспертного исследования до кументов на машинописных магнитных носителях информации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 9.

2 Бецуков А.З. Документы как источник доказательств по уголовным делам о преступ лении в сфере экономики: процессуальные и криминалистические аспекты (по материалам Северо-Кавказского региона). Автореф. дисс. …канд. юрид. наук. Краснодар, 1999. С. 9.

22

РФ не отмечено, «протоколы каких следственных действий являются доказа- тельствами, как это было в ст. 87 УПК РСФСР»1, а сказано лишь, что протоколы следственных действий и протоколы судебного заседания допускаются в качестве доказательств. Представляется сомнительным и наличие «документов- вещественных доказательств» . Действительно, протоколы, вещественные до- казательства, документы, предметы сами по себе не могут быть доказательствами. Как нам представляется, доказательствами могут быть показания потерпевшего, свидетеля, подозреваемого, обвиняемого, заключение и показание эксперта, специалиста и вещественные доказательства, изложенные в протоколе в котором содержатся любые сведения имеющие значение для дела. По нашему мнению, законодателем протоколы следственных и судебный действий и иные документы (п. 5 и 6 ч. 2 ст. 74 УПК РФ) не обосновано допускаются в качестве доказательств.

По мнению С.А. Пашина, «понятие доказательства - это те материалы, под которыми понимаются сообщения, документы или другие предметы, используемые при судопроизводстве»3.

По мнению В.А. Пономаренкова под доказательством понимается, «любая информация о фактах, подлежащих доказыванию, полученная законным способом и обличенная в требуемую законом процессуальную форму, если она подтверждает, опровергает или ставит под сомнение выводы о существовании фактов имеющих значение по уголовному делу». Далее В.А. Пономаренков пишет, что «доказательства - информация о фактах прошлого, содержащаяся в определенных источниках (показаниях, материальных объектах, заключениях экспертов и т. д.). Эти «посредники» позволяют следователю и суду (судье) с помощью логической «обработки» делать выводы о доказанности или недоказанности исследуемых фактов (обстоятельств), характеризующих объективные

1 Сабиров Х.А. Указ. соч. с. 9-10. Бецуков А.З. Указ. соч. с. 10.

Пашин С.А. Проблемы доказательственного права. В кн.: Судебная реформа: юриди- ческий профессионализм и проблемы юридического образования. Дискуссии. М, 1995. С. 315.

23

и субъективные стороны исследуемого события. В свою очередь, эти факты выполняют роль доказательств при переходе доказывания от эмпирического к рациональному уровню, на котором и обосновываются выводы всех юридически значимых вопросов уголовного дела. Поэтому представляется верным мнение, что сам термин «собирание доказательств» является в значительной степени условным, поскольку субъект доказывания, воспринимая различные следы прошлого события с помощью органов чувств, преобразует и сохраняет возникшее в сознании познавательные образы, которые затем могут быть признаны доказательствами» . Таким образом, он признает необходимость «формирования доказательств».

А.Р. Белкин, говоря о вещах как источниках доказательств, подразумевает, что «эти вещи обладают такими свойствами, которые служат фактическими данными, имеющими значение для дела, т. е. доказательствами». Доказательством, таким образом, строго говоря, является не сама вещь, а ее свойства. Если «свойства - доказательства не относятся к числу существенных свойств, не определяют качества вещи, то они могут быть отделены от нее без изменения ее сущности, а будучи отделены, образуют сущность новой вещи, которая выступает в качестве носителя доказательств. Это дает нам основание считать, что под источником доказательств надо понимать вещь как носителя тех свойств (фактических данных), которые имеют доказательственное значение, а не само вещественное доказательство, содержание которого не адекватно содержанию предмета - носителя доказательственного свойства» .

Стуликов А.Н. полагает, что «нельзя смешивать, но нельзя и отрывать носитель информации от собственно информации. Смешение означает неоправданное расширение понятия «доказательства», а отрыв означает исключение из судебного исследования материальной основы всех процессов отражения. Без изучения материальной основы отражения нельзя говорить о научном ис-

1 Пономаренков В.А. Проблемы представления и использования доказательств в уго ловном процессе: Автреф. Дис. …канд. юрид. наук. Саратов, 1998. С. 9, 10-11.

2 Белкин А.Р. Теория доказывания: криминалистический и оперативно-розыскной ас пект: Автореф. д-ра юрид. наук. Воронеж, 2000. С. 16.

24

следовании любого процесса отражения, в том числе психического отраже- ния»1. Н.А. Громовым и С.А. Зайцевым к ст.69 УПК РСФСР было предложено понятие доказательств в новый редакции - «доказательствами по уголовному делу являются любые сведения о фактах (обстоятельствах), на основе которых в определенном законом порядке орган дознания, следователь, прокурор и суд устанавливают наличие или отсутствие общественно-опасного деяния, виновность или невиновность лица, совершившего это деяние, и иные обстоятельства, имеющие значение для дела. Источниками сведений являются показания подозреваемого, обвиняемого, подсудимого, потерпевшего, свидетеля; заключение и показания эксперта; акты ревизий и документальных проверок, вещест- венные доказательства; протоколы следственных и судебных действий и другие действия и иные документы» . На этом этапе, соискатель отдает предпочтение мнению Н.А. Громова и С.А. Зайцева.

Согласно ст. 83 УПК РФ, при составлении протокола следственных дей- ствий и судебного заседания законодатель предусматривает целый ряд ситуаций, когда из общих правил производства некоторых следственных действий могут быть сделаны исключения. В частности, в труднодоступной местности, при отсутствии надлежащих средств сообщения, если производство следственного действия связано с опасностью для жизни и здоровья людей, следственные действия, требующие участия понятых, могут производиться без них, о чём в протоколе следственного действия делается соответствующая запись.

Точно так же, в исключительных случаях, когда производство осмотра жилища, обыска и выемки в жилище, а также личного обыска не терпит отлагательства, указанные следственные действия могут быть произведены на основании постановления следователя без получения судебного решения.

Исходя из текста УПК РФ, к сожалению, определить критерии понятия «труднодоступные местности», «в исключительных случаях», «не терпит отла-

1 Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представ ления доказательств. Автореф. дис. .. .канд. юрид. наук. Нижний Новгород, 2002. С. 12.

2 Громов Н.А., Зайцев С.А. Оценка доказательств в уголовном процессе. М.: Из-во ПРИОР. 2002. С. 12-13.

25

гательства» невозможно. Отсутствие точности по этому вопросу является
поводом для возникновения произвола.

На наш взгляд, эти термины, а также некоторые положения относительно участия понятого в следственных действиях, требует законодательного уточнения. Эти же действия полностью или в определённой части направлены на отображение следователем предметно-пространственной информации, основанной на непосредственном восприятии. Согласно требованиям ст. 60 УПК РФ, в качестве понятых могут быть вызваны любые не заинтересованные в деле граждане в количестве не менее двух человек. Понятой обязан удостоверить факт, содержание и результаты действий, при производстве которых он присутствовал, вправе делать замечания по поводу произведённых действий, которые подлежат занесению в протокол соответствующего следственного действия. Перед началом следственного действия, в котором участвуют понятые, следователь разъясняет им права и обязанности. Наделение понятого правами и обязанностями участника следственного действия создаёт правовую базу для его активной позиции в процессе следственного действия и удостоверения протокола, что не всегда учитывается следователями. Около 76% следователей, опрошенных нами, указали, что присутствие понятых при производстве следственного действия положительно влияет на содержание протокола1.

В ст. 179, 181 УПК РФ отсутствует детальное описание таких следственных действий как освидетельствование, следственный эксперимент уголовно- процессуальный закон. Ввиду специфических особенностей следственного эксперимента, проверки показаний на месте, освидетельствования, говорить о порядке производства данных следственных действий сложно. Видимо поэтому законодатель отмечает лишь условия, при которых этих следственных действий могут проводиться.

В целях получения доказательств УПК РФ предусматривает при произ- водстве следственного или судебного действия фиксацию хода и результатов

В ходе проведенного исследования нами опрошены 218 следователей органов внутренних дел Южного федерального округа.

26

проводимых действий. «Расследование, как и весь процесс установления истины по уголовному делу, имеет две стороны. Во-первых, добывается информация об обстоятельствах расследуемого события. Во-вторых, установленные обстоятельства дела подтверждаются, документируются, удостоверяются в установленном законом порядке в протоколах»1. Законодатель детально регламентирует обе стороны этого процесса, уделяя должное внимание средствам документирования процессуальной деятельности и запечатлению собранных по делу доказательств.

В некоторых случаях законодатель четко предписывает конкретные пра- вила составления протокола следственного и судебного действия (ст. 166, 167, 353, 259, 372 УПК РФ), а также перечисляет способы фиксации хода и результатов следственных и судебных действий. Одним из них является компьютерный способ изготовления протокола. При производстве следственного или судебного действия для обеспечения полноты протокола допускается стенографирование, но почему-то стенографическая запись к делу не приобщается, поэтому, информация, облеченная в процессуальную форму, может быть утрачена. В связи с этим следовало бы внести в УПК РФ дополнение о необходимости приобщения к делу стенографической записи.

В теории уголовно-процессуального права существуют различные опре- деления понятия протокола следственных и судебных действий. Так, Л.М. Кар-неевой дано следующее определение: «Протоколами следственных и судебных действий в уголовном процессе являются письменные акты, в которых лицо, производящее дознание, следователь, прокурор и суд фиксируют порядок, ход

См.: Ратинов А.Р. Вопросы познания в судебном доказывании // Советское государство и право, 1964. № 8. С. 107; Об удостоверительной стороне протоколов также пишут: Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в советском уголовном процессе. М., 1972. С. 33; Теория доказательств в советском уголовном процессе. М., 1973. С. 289; Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Изд. 2-е доп. Казань: Казанский ун-т, 1976. С. 15; Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж: Воронежский ун-т, 1995. С. 7 и др.

27

и результаты проведённых ими следственных и судебных действий»1.

Авторы «Теории доказательств» предлагают следующее определение: «Под протоколами в смысле самостоятельной разновидности документов понимаются письменные акты и приложения к ним, составляемые лицом, производящим дознание, следователем, прокурором, судом при производстве следственных и судебных действий по собиранию и проверке доказательств»2.

Л.Т. Ульянова сформулировала свое определение, где «протоколами следственных и судебных действий называются письменные акты, в которых следователь, лицо, производящее дознание, прокурор, суд в установленном законом порядке на основании непосредственного восприятия и наблюдения зафиксировали сведения о фактах, подлежащих доказыванию по уголовному де-

з лу» .

Определение, данное Л.М. Карнеевой, охватывает протоколы всех следственных действий, включая и протоколы допросов, а в определении, данном авторами «Теории доказательств», не учитывается гносеологическая природа протоколов следственных и судебных действий, то есть, непосредственность восприятия обстоятельств, имеющих значение для дела. В определении, данном Л.Т. Ульяновой, нет упоминания о приложениях к протоколам.

В научной и специальной литературе существует и иное понимание «источника доказательств», где под этим термином понимают предметы, окружающую обстановку, связанную с преступлением, сознание людей, отразившее событие преступления, то есть, выводят за рамки понятия доказательств, полагая, что носитель какого-либо явления, «в том числе и доказательства … должен находиться вне этого явления»4.

Белкин Р.С. и Карнеева Л.М. «источником доказательств» называли пока-

Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе. Учебное пособие. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ, 1994. С. 40.

См.: Теория доказательств в советском уголовном процессе. Часть особенная. М.: Юрид.лит., 1967. С.301.

Уголовный процесс: Учебник для студентов юридических вузов и факультетов / Под ред. К.Ф. Гуценко. М: Зерцало, 1997. С. 129.

4 Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: Доказательства и доказывание. Воронеж: Воронежский ун-т, 1995. С. 115.

28

зания свидетелей и потерпевших, показания подозреваемого, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий и иные документы1.

Глебов В.Г. полагает, что протоколы следственных и судебных действий в системе доказательств являются одним из видов доказательств2.

Е.А. Зайцева справедливо отмечает, что «заключение эксперта следует отличать от справки эксперта, в которых сотрудники экспертно-криминалистических подразделений отражают результаты предварительного исследования, проводимого по заданию органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность или доследственную проверку сообщений о преступлениях. Такие справки составляются, как правило, до возбуждения уголовного дела и не могут подменять заключение эксперта. В некоторых случаях при невозможности провести по возбуждаемому уголовному делу экспертизу тех же объектов (утрачены, испорчены, израсходованы) справку эксперта можно приобщить к материалам дела как документ-доказательство. При необходимости следователь вправе допросить дававшего справку сотрудника экспертного учреждения в качестве свидетеля по обстоятельствам проведенного им предварительного исследования, предупредив его об уголовной ответственности по ст. 307,308 УК РФ»3.

Вещественные доказательства П.А. Лупинская определяет как «материальные следы преступления оставленные на предметы материального мира»4.

Будников В.Л. под вещественными доказательством понимает «совокупность источников доказательственной информации, основным носителем которой являются объекты материального мира - различные предметы (вещи),

’ Белкин PC. Собирание, исследование и оценка докзательств, - М, 1966. С. 15; Кор-неева Л.М. Виды источников доказательств. // Советский уголовный процесс. М, 1980. С. 160 и др.

2 Глебов ВТ. Понятие и классификация следственных действий // Уголовный процесс: Учебник / Под ред. С.А. Колосовича и Е.А. Зайцевой. Волгоград: ВА МВД РФ, 2002. С. 289- 293.

3 Зайцева Е.А. Заключения и показания эксперта // Уголовный процесс: Учебнбик / Под ред. С.А. Колосовича и Е.А. Зайцевой. Волгоград: ВА МВД РФ, 2002. С. 144.

4 Уголовный процесс. Учебник / Под ред. П.А. Лупинской. М.: Юристь, 1995. С. 183.

29

свойства или признаки которых имеют определенную связь с обстоятельствами расследуемого преступления» . К источникам доказательств В.Л. Будников отнес «показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, заключение и показания эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий и иные документы» .

Вещественными доказательствами Р.С. Белкин считал «предметы, которые служили орудием преступления или сохранили на себе следы преступления или были объектами преступных действий, а также деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, и все другие предметы, которые могут служить средствами обнаружения преступления, установлению фактических обстоятельств дела, выявлению либо к опровержению обвинения или смягчения от-

3

ветственности» .

В процессе проведения следственных и судебных действий в распоряжение следователя, суда поступают предметы, так или иначе связанные с событием преступления, которые используются ими при расследовании и рассмотрении уголовного дела в суде.

Надо иметь в виду, что предметы или вещи, обнаруженные следователем, представленные ему или суд обвиняемым, подсудимым, другими лицами, могут использоваться как вещественные доказательства лишь при условии, если соблюден процессуальный порядок их обнаружения, получения и приобщения к делу.

По мнению Шаламова М.П., «вещественные доказательства иногда являются такими, что непосредственное восприятие не способно раскрыть их содержание. Например, в ходе доказывания важно установить не просто наличие пятен крови, но и принадлежность ее человеку и даже группу данной крови. Это возможно благодаря иному виду доказательств, а именно - заключению эксперта. Отдельные авторы отождествляют по существу вещественное доказа-

1 Уголовный процесс. Учебник / Под ред. С.А. Колосовича и Е.А. Зайцевой. Волго град: ВА МВД РФ, 2002. С. 147-149.

2 Там же. С. 136-155.

3 Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.: БЕК, 1997. С. 31.

30

тельство с носителем, то есть, предметом, вещью и др.»1. В чЛ ст. 81 УПК РФ понятие вещественного доказательства приравнено к разного рода предметам, вендам и пр., иначе говоря, к носителям сведений о фактах, т. е. в данную статью механически перенесена редакция ст. 83 УПК РСФСР. Достоинство новой редакции состоит в том, что законодатель провел границу между орудиями преступления, документами и предметами на которые были направлены преступные действия (п. 1,2 ч. 1 ст. 81 УПК РФ). По содержанию, понятие вещест-

  • венного доказательства не изменилось по сравнению с прежним понятием, пре дусмотренным УПК РСФСР. К самостоятельным источником доказательств т. е. вещественным доказательствам следует относить предметы и значимую ин формацию, полученную от потерпевшего, свидетеля, подозреваемого, обвиняе мого, эксперта, либо информацию, содержащуюся в документах, процессуально закрепленных в протоколах допроса, выемки или обыска, приобщенных к делу особым постановлением. Таким образом, ч. 1 ст. 81 УПК РФ после слов «лю- бые предметы» логичнее было бы дополнить словами: «и закреплённые в уста новленном законом порядке».

По мнению Ф.М. Кудина «если любой иной вид доказательств выступает в форме субъективного отражения фактов, то вещественное доказательство -

• результат взаимодействия, отражение предметов, явлений неживой природы, носящих объективный характер. По этой причине доказательственные свойства вещественных доказательств, во-первых, зачастую доступны непосредственно му восприятию и, во-вторых, здесь исключается то искажение этих доказатель- ственных свойств, которое имеет место в остальных видах доказательств» . По этому вещественные доказательства познаются с помощью значимой по делу

Шаламов М.П. Теория улик. М.: Госюриздат, 1960. С. 137; Каз Ц.М. Доказательства в уголовном процессе. Саратов: Саратовский ун-т, 1960. С. 99; Фаткуллин Ф.Н. О новом уголовно- процессуальном кодексе РСФСР. «Новое уголовное и уголовно-процессуальное законодательство РСФСР»: Учёные записки Казанского ун-та им. В.И. Ленина. Т. 121. Кн. 7. 1961. С. 104; Колдин В.Я. Предмет и задачи фиксации вещественных доказательств. Тезисы докладов на межвузовской конференции по криминалистике. МГУ. М., 1960. С. 56.

2 Кудин Ф.М. Производные доказательства и их источники в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1967. С. 72.

31

информации, зафиксированной в протоколах осмотра, следственных, судебных и других действий, заключений эксперта, в иных документах, оформленных в соответствии с УПК РФ. Фактические данные, полученные с помощью процессуальных документов, служат основанием для решения вопроса об относимости к предмету доказывания по уголовному делу.

Порядок составления протоколов и их внешняя форма строго регламентиро- ваны законом (ст. 166 и 259 УПК РФ). Подробных же предписаний о порядке составления и форме «иных документов» в уголовно-процессуальном законодательстве не имеется. Протоколы следственных и судебных действий оформляются в ходе и во время уголовного судопроизводства, а «иные документы» могут быть составлены и до начала производства по уголовному делу.

Иные документы являются самостоятельным видом доказательств. В ст. 84 УПК РФ законодатель к «иным документам» относит другие документы, не отно- сящиеся к протоколам следственных и судебных действий. Если протоколы - это всегда письменные документы, составленные в соответствии с требованиями УПК РФ, то «иными документами» могут быть и письменные, и любые другие материальные объекты, которые содержат информацию, выраженную общепонятными знаками.

Как вещественные доказательства иные документы могут быть обнаружены и изъяты в ходе следственного действия (осмотра, обыска, выемки и др.). Изъятие документов оформляется соответствующей записью в протоколе следственного действия (ст. 115, 166, 167, 180 УПК РФ). Документы могут быть представлены участниками процесса, а также учреждениями и гражданами, не участвующими в данном деле.

В традиционном перечне доказательств, изложенных в ч. 2 ст. 74 УПК РФ, законодатель смешивает, по нашему мнению, виды и источники доказательств. Полагаем, что показания подозреваемого и обвиняемого, потерпевшего и свидетеля, эксперта, специалиста, вещественные доказательства и информацию, имеющую доказательственное значение по делу, следует признать видом доказательств.

32

Протоколы допроса, обыска, выемки, т. е. протоколы следственных и судебных действий, заключение эксперта и специалиста, иные документы, предметы, вещи, документы и т. п., которые являются носителями вещественных доказательств, являются не только видами, но и источниками доказательств. Кроме того, всем видам и источникам доказательств присуща документальная форма. Обязательными свойствами доказательств являются их достоверность, допустимость и отно-симость. Изложенное свидетельствует о том, что любые документы, приобщенные к уголовному делу и обладающие свойством доказательств, соискатель рассматривает как процессуальные документы.

С учетом требований Конституции РФ и Европейской конвенции о правах человека и гражданина в Кодексе наряду с конкретными нормами о порядке проведения тех или иных процессуальных действий детально разработаны юридические формы закрепления этих действий на бумажных носителях — протоколах следственных и судебных действий, постановлениях и других документах, составляемых дознавателями, следователями, прокурорами, судьями и иными лицами.

В связи с этим процессуальному оформлению документов уголовного судо- производства придается то же значение, что и фактическому установлению доказательств по уголовному делу.

Таким образом, в российском законодательстве появился совершенно новый способ законодательного регламентирования, который заключается в принятии законодателем обязательных для исполнения образцов процессуальных форм документов.

Такие формы становятся по «силе своего звучания» вровень с нормами самого закона, регламентирующими порядок производства досудебных и судебных действий по уголовному делу, а также с теми досудебными и судебными дейст- виями, которые находят в них (документах) свое процессуальное отражение.

Юридическая сила процессуальных документов, предусмотренных прило- жениями к УПК РФ, обеспечивается следующими обстоятельствами:

33

  • диалектическим единством формы и содержания соответствующих процессуальных действий, предусмотренных конкретными нормами УПК РФ и приложениями к нему. Иными словами, приложения составлены не сами по себе как образцы процессуальных актов, а как органичное и единое целое с уголовно-процессуальным законом. Они являются не «рекомендательной литературой» для следователей, прокуроров и судей, и даже не какими-то «факультативными» ведомственными требованиями, а общеобязательными, установленными законом нормами, наряду и вместе с основными правовыми нормами УПК РФ;
  • установленным законом перечнем конкретно-определенных лиц, пра- вомочных изготавливать бланки процессуальных документов. Это придает документам гораздо большую правовую значимость и достаточно высокий авторитет «государственных бумаг», а также является гарантией от недоброкачественности и подделок в угоду различным местным влияниям;
  • установленным законом запретом изменения граф приложений, помимо тех, которые специально оговорены в самом законе.
  • Подробная регламентация составления процессуальных документов до- судебного и судебного производства, наряду с нормами закона, непосредственно регламентирующими обеспечение процессуальных прав граждан, призвана опосредованными (формальными) способами влиять на защиту прав и интересов личности в процессе уголовного судопроизводства.

Любое нарушение установленного Приложениями к УПК РФ, (Ге- неральной прокуратурой РФ и Верховным Судом РФ, в случаях, указанных в ч. 2 ст. 13 Вводного закона), порядка составления процессуальных документов, должно расцениваться как нарушение прав гражданина (потерпевшего, гражданского истца, подозреваемого, обвиняемого, а также свидетелей и иных лиц -участников уголовного судопроизводства, в части, их касающейся). Это означает, что составление процессуальных документов отныне приобретает гораздо большее значение, чем это было в период действия УПК РСФСР. Это налагает на участников уголовного судопроизводства, причастных к составлению про-

34

цессуальных документов, контролю за ходом расследования уголовных дел и надзору за законностью, высокую ответственность, требует от них глубоких знаний уголовно-процессуального законодательства и надлежащей принципиальности в собственных оценках.

С принятием УПК РФ и новых форм процессуальных документов четко определилась цель российского уголовного процесса и правосудия. Отныне она состоит в первоочередной защите прав и законных интересов личности.

§ 2. Иные документы: порядок формирования и их доказательственное значение

На диссертационном уровне «иные документы» рассматривались: А.Н. Копьевой «Документы как доказательства в советском уголовном процессе» (1969 г.); Ю.Н. Прокофьевым «Использование документов как доказательств в советском уголовном процессе» (1976 г.); Л.В. Ворониной «Протоколы и иные документы как источники доказательств в советском уголовном процессе» (1991 г.); Н.А. Кузнецовой «Собирание и использование документов в качестве доказательств по уголовным делам» (1996 г.). Эти исследования по существу как отмечает В.А. Камышин, «не вышли за рамки теоретической концепции иных документов», разработанной тридцать лет назад А.Н. Копьевой»1.

Уголовно-процессуальные аспекты использования «иных документов» в теории уголовного права и практики уголовного судопроизводства также были подвергнуты исследованию в рамках диссертационных работ В.А. Понаморен- ковым, Р.В. Костенко и А.Г. Финогеновым (1998), А.З. Бецуковым (1999), Х.А. Сабировым (2001), А.Н. Стуликовым (2002). В.В. Сероштаном, М.А. Шитовым, Д.А. Лопаткиным и Е.В. Селиной (2003) . С позиции криминалистической нау-

Камышин В.А. Указ. соч. с. 14-15.

Пономаренков В.А. Проблемы представления и использования доказательств в уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Саратов. 1998. 20 С; Костенко Р.В. Достаточность доказательств в Российском уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар, 1998. 22 С; Финогенов А.Г. Предмет доказывания при производстве

35

ки как нам представляются известны работы А.Р. Белкина и А.Н. Яковлева (2000), С.А. Кириченко и A.M. Ишина (2003) которые косвенно касались исследования «иных документов»1.

К сожалению, авторы, исследовавшие «иные документы», непосредственно либо косвенно касались лишь изучения и обобщения таких документов, как рапорт, объяснения, акты ревизии и инвентаризационные документы, оста- лись неисследованными материалы, полученные с помощью научно- технических средств и оперативно-розыскной деятельности.

Например, Е.А. Зайцева «иные документы» считает как «документы- доказательства» т. к. законодатель полагает, что согласно ст. 84 УПК РФ документы являются доказательствами, когда сведения, изложенные в них, имеют

по гражданкому иску в уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. нак. Краснодар, 1998. 26 С; Бецуков A3, Документы как источник доказательств по уголовным делам о преступлениях в сфере экономики: процессуальные и криминалистические аспекты (по материалам Северо-Кавказского региона): Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар, 1999. 19 с; Сабиров Х.А. Протоколы следственных и судебных действий как вид доказательств в Российском уголовном процессе: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Краснодар, 2000. 24 с; Просвирин ВТ. Особенности предмета доказывания по уголовным делам несовершеннолетних: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. 24 с; Вишневецкий КВ. Исследование доказательств на предварительном следствии и судебном разбирательстве: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. 27 с; Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представления доказательств: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Нижний-Новгород, 2002. 21 с; Сероштан В.В. Процессуальные и тактические особенности расследования преступлений в условиях расширения прав подозреваемых и обвиняемых на защиту: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. 22 с; Шитов М.А. Оценочная деятельность следователя в процессе доказывания: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Красо-дар, 2003. 23 с; Лопаткин Д.А. Вещественные доказательства (процессуальные и криминалистические аспекты): Автореф. дис. …канд юрид. наук. Краснодар. 2003. 25 с; Селина Е.В. Применение специальных познаний в Российском уголовном процессе: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Краснодар. 2003. 43 с. и др.

1 Белкин Р.А. Теория доказывания: криминалистический и оперативно-розыскной ас- пекты: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Воронеж. 2000. 36 с; Яковлев А.Н. Теоретические и методические основы экспертного исследования документов на машиных магнитных носителях информации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов. 2000. 24 с; Кириченко С.А. Особенности использования значимой информации, полученной оперативно- розыскными методами, на первоначальном этапе расследования преступлений организованной преступности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Калининград. 2002. 25 с; Шашкин СБ. Теоретические и методологические основы криминалистической экспертизы документов, выполненных с использованием средств полиграфической и оргтехники: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов. 2003. 43 с; Логненко Е.А. Мысленное моделирование в тактике следственных действий: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. 25 с; Ишин A.M. Теоретические аспекты информационного обеспечения органов предварительного следствия в ходе расследования преступлений. Монография. Калининград, 2003. 224 с.

36

значение для установления обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК РФ. Законодатель именует их «иными документами» в контексте ст. 74, 84 УПК РФ («другие документы, а не протоколы следственных действий и судебного заседания»). Правильнее этот источник фактических данных называть «документами -доказательствами» или «документами»1.

С мнением Е.А. Зайцевой возможно согласится в той части, что документы - носители значимой информации являются «документами - доказательст- вами» и в той, что «иные документы» это другие документы не относящиеся к процессуальным документам, содержащиеся в Приложених к УПК РФ. По мнению В.А. Камышина, «Документ - это письменный акт, установленный или общепринятой формы, составленный определенными и компетентными физическими или юридическими лицами для изложения сведений о фактах или удостоверения фактов, имеющих юридическое значение, или для подтверждения прав и обязанностей». Далее он полагает, что термин «иные документы» не пригоден для обозначения данного вида доказательств в уголовном процессе. Наиболее точным его именованием, является название «доказательство по свободному усмотрению». Следует согласиться с мнением В.А. Камышина о том, что «иные документы», «придают системе доказательств полноту и завершенность, позволяя наряду с другими доказательствами вовлекать в уголовные дела любую информацию, имеющую доказательственное значение»2.

Под любой информацией, имеющей «доказательственное значение» для дела мы признаем информацию полученную по материалам оперативно- розыскной деятельности с помощью научно-технических средств и оформленную с учетом требований уголовно-процессуального законодательства и Закона «Об оперативно-розыскной деятельности в Российской Федерации».

По мнению А.З. Бецукова документ - это «исходящие от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и граждан сведения на материаль-

1 Уголовный процесс. Учебник / Под ред. Колосовича С.А., Зайцевой Е.А. ВА МВД России, 2002. С. 153.

2 Камышин В.А. Указ. соч. С. 6, 11, 15.

37

ных носителях (документы) являются доказательствами, если имеет значение для уголовного дела»1.

К.В. Вишневецкий считает, что «Предметы и документы, представленные следователю, приобретают процессуальный статус доказательств, только после их надлежащего оформления в соответствии с требованиями уголовно- процессуального закона»2.

А.Н. Яковлев рассматривает документы как «машинный носитель информации», «магнитный носитель информации», «документы на машинном магнитном носителе информации» .

А.Д. Тлиш называет «документы на машинных носителях информации -актами, отражающими событие преступления, а их использование - возможным компонентом многих преступлений». Таким образом, представляет интерес классификация документов на машинных магнитных носителях информации, которая частично возможна по тем же критериям, что и для обычных документов (рукописных, машинописных, полиграфических, фоно-, фото-, видеодокументов и др.) .

П.А. Лупинская, считает, что «иные документы - это разного рода документы, изготовленные не в ходе процессуальной деятельности (справки, акты, ведомости, расписки и др.), но используемые в процессе как источники доказательств. Документом признается любой предмет материального мира, на котором какими-то условными знаками (буквами, цифрами и др.) зафиксирована какая-то мысль или имеется изображение какого либо объекта. Наиболее распространенными являются письменные документы (печатные и рукописные). Однако в связи с научно- техническим прогрессом и созданием новых средств фиксации информации все большее распространение получает не письменная: фото-, кино- и фонодокументация. В последнее время с развитием электронно-

1 Бецуков A3. Указ. соч. С. 9.

2 Вишневецкий К.В. Указ. соч. С. 14.

3 Яковлев А.Н. Указ. соч. С. 9.

4 Тлиш А.Д. Проблемы методики расследования преступлений, совершаемых в сфере экономической деятельности, совершаемых с использованием компьютерных технологий и пластиковых карт: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2002. С. 11.

38

вычислительной техники возникла новая разновидность документа - машинная документация» .

Из сказаннного П.А. Лупинской, мы считаем, что материалы полученные с помощью научно-технических средств, оформленные в соответствии с УПК РФ следует отнести к «иным документам» и признать источником доказа- тельств.

С.А. Кириченко считает, что «документы, составленные оперативным ра- ботником, после соответствующего оформления (например, вынесения постановления о приобщении материалов к уголовному делу) должны рассматриваться в суде в качестве источника доказательств, наряду с полученными следователем, ведущим производство по делу»2. По смыслу содержания высказанного С.А. Кириченко, надо полагать о том, что речь идет об иных документах.

СБ. Шашкин под документами со специальными средствами защиты от подделки понимаются «документы, представляющие права освобождающие от обязанностей, бумажные денежные знаки, ценные бумаги, акцизные и специальные марки, а также иные документы, которым придается совокупность свойств, труднопроизводимая в условиях их незаконного производства»3.

Авторы комментариев к УПК РФ понятие документа излагают по разному. Например, в комментарии под редакцией В.В. Мозякова, «документ - это зафиксированная на материальном носителе информации с реквизитами, позволяющими ее идентифицировать. При этом они ссылаются на Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации» (1995 г.)4. В комментарии под редакцией Б.Т. Безлепкина, документ в уголовном процессе -это материальный носитель записи (объект), на котором официальное лицо или гражданин общепринятом или принятом для специального документа способом зафиксировал об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разре-

’ Лупмнская П.А. Указ. соч. С. 190.

2 Кириченко С.А. Указ. соч. С. 10.

3 Шашкин СБ. Указ. соч. С. 32.

4 Комментарий к УПК РФ / Под ред. В.В. Мозякова. М.: Изд-во «Экзамен XXI», 2002. С. 211.

39

шения дела» .

В комментарии под редакцией И.В.Радченко, не давая общее понятие документа, они считают, что к иным документам уголовно-процессуальный закон относит документы, которые не признаны вещественными доказательствами (см.: ст. 81 УПК РФ) или не являются протоколами следственных действий и судебного заседания (см.: ст. 83 УПК РФ), но которые содержат сведения, имеющие существенное значение для дела, для выяснения обстоятельств, составляющих предмет доказывания (см.: ст. 73 УПК РФ). Ими могут быть документы, составленные по поручению органа дознания, следователя, суда, необходимые для разрешения дела. Документы могут быть в письменном виде, а также в виде фото-, аудио-, видеоматериалов, дискет и др. доказательствами являются содержащиеся в них сведения справочного и удостоверительного характера, касающиеся определенных событий, процессов, конкретных лиц, деловых операций. Отражающие статистические, учетные и отчетные данные и т. д.»2.

В комментарии к УПК РФ под редакцией Д.М. Козака и Е.Б. Мизулиной «иные документы (ст. 84) определяют особенности документа как вида доказательств. Своеобразие документа как источника доказательств заключается в том, что в нем содержится информация, полученная не в ходе следственного или судебного действия, а за пределами уголовного судопроизводства. Именно поэтому процессуальная форма иных документов в УПК РФ не установлена» .

С учетом изученной научной и специальной литературы, положений норм уголовно- процессуального законодательства, а также комментариев к уголовно- процессуальному кодексу РФ диссертант приходит к мысли, что многие авторы едины в общепринятом понятии «документ» и «иные документы». Некоторые из авторы считают, что к иным документам, нужно отнести материалы полученные с
помощью научно-технических средств и оперативно-

1 Комментарий к УПК РФ / Под ред. Б.Т. Безлепкина. М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. С. 213.

2 Комментарий к УПК РФ / Под ред. И.В. Радченко. М., 2002. С. 214.

3 Комментарий к УПК РФ / Под ред. Д.М. Козака, Е.Б. Мизулиной. М., 2003. С .

40

розыскной деятельности; другие документы составленные органом дознания; документы и предметы истребуемые согласно ч. 4 ст. 21 УПК или представленные следователю, дознавателю, прокурору, суду (судье) в соответствии с ч. 2 и 3 ст. 86 УПК РФ а также документы, предметы, представленные лицами не участвующими в уголовном процессе.

Изложенное, позволило соискателю сформулировать свою авторскую ре- дакцию понятия документа: процессуальный документ - любой документ, приобщенный к уголовному делу, обладающий свойством доказательства. При этом документ - это созданный человеком материальный объект с информацией, закрепленной тем или иным способом с использованием различных приспособлений для ее передачи во времени и пространстве, а также информация - закодированная определенными физическими и иными сигналами, требующая специальных знаний для ее расшифровки.

«Иные документы» по мнению соискателя, документы, выполненные свободным текстом (без учета требований уголовно-процессуального законодательства), вовлекаемые в уголовное судопроизводство.

По мнению А.Р. Белкина «Праву представлять доказательства следовате- лю, суду не соответствует ничья обязанность предоставлять эти доказательства этим субъектам. Ни юридические, ни физические лица не обязываются законом выполнять требования этих субъектов доказывания по представлению в их распоряжение каких-либо фактических данных, их эти субъекты могут получить лишь через орган расследования или суд, заявив соответствующее ходатайство». Далее, А.Р. Белкин считает, что «широкое использование в самых различных областях человеческой деятельности компьютерной техники ставит на повестку дня вопрос об использовании в доказывании документов на безбумажных носителях информации. Эти документы по содержанию и связи с преступлением также могут быть подразделены на вещественные доказательства и иные документы»1.

Проведенный анализ научной, специальной литературы, судебной и

1 Белкин А.Р. Указ. соч. С. 21-22.

РОССИЙСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННА^

БИБЛИОТЕК 41

следственной практики, положений норм УПК РФ позволяет соискателю высказать мнение о том, что в процессуальной и криминалистической науке мало исследованным осталось представление результатов применения научно- технических средств и оперативно-розыскной деятельности в качестве доказа- тельств. В связи с этим, диссертант отдавая предпочтение этим направлениям, предприняла попытку рассмотреть их.

Длительное время отечественные процессуалисты и криминалисты высказывали обоснованные предложения о том, что научно-технические средства, являющиеся закономерным следствием общего научно-технического прогресса, должны приобрести статус самостоятельного источника в общей системе собирания доказательств.

Еще в 1958 г. известный ученый, специалист в области уголовного процесса М.А. Чельцов отмечал: «В настоящее время в советской процессуальной теории высказывается взгляд, исходящий из потребностей судебной практики, о необходимости расширить понятие вещественных доказательств. В него должны быть включены снимки, слепки, оттиски и записи, выполненные фотографическим, механическим или иным способом, обеспечивающим точность воспроизведения»1. Это было написано в пору действия УПК РСФСР 1923 г./ в котором отсутствовали положения норм о возможности фотографирования при производстве следственных действий. Для реализации в жизнь высказывания М.А. Чельцова потребовались десятилетия и последовательное принятие УПК в 1960 г. и 2001 г.

В УПК РСФСР не было статьи, специально посвященной использованию научно- технических средств (НТС) в собирании доказательств. Базовой в этом отношении можно считать ст. 141 УПК РСФСР (Протокол следственного действия), допускавшую возможность при производстве следственного действия применения фотографирования, киносъемки, звукозаписи, получения слепков и оттисков следов, составления планов, схем. Результаты применения НТС должны были быть приложены к протоколу следственного действия.

1 Чельцов М.А- Уголовный процесс. М., 1978. С. 323.

42

Недостатками такого подхода законодателя к возможности применения НТС в уголовном процессе, являлись: а) наличие ограничительного перечня НТС, допустимых к применению в уголовном процессе, что противоречило логике и диалектике общего научно-технического прогресса; б) не самостоятельный иллюстративный характер результатов применения НТС, прилагаемых к протоколу (напомним, что в качестве источников доказательств указывались протоколы, но не приложения к ним); в) недооценка возможностей применения НТС в качестве самостоятельного источника в собирании доказательств; г) допустимость использования НТС только лицом, осуществляющим следственные действия. С подобным положением трудно было бы согласится, и поэтому на протяжении всего периода действия УПК РСФСР в юридической литературе постоянно высказывались не только критические замечания на этот счет, но и рациональные предложения о совершенствовании норм, регулирующих применение НТС в собрании доказательств. При этом, процессуалисты (П.А. Лупин-ская, С.А. Шейфер, A.M. Ларин и др.), и криминалисты (Р.С. Белкин, А.И. Винберг, Н.А. Селиванов, А.А. Леви, Ю.А. Горинов, Г.Н. Грамович, Ю.Г. Ко-рухов и др.)1 были едины в стремлении обосновать целесообразность и необходимость надлежащего использования возможностей НТС в доказывании. Рассматривая единый процесс собирания доказательств, в структурном создании таких стадий, как обнаружение, закрепление, изъятие и исследование, ученые и практики обращали внимание на то, что момент, когда НТС может иметь самостоятельное значение в создании доказательства, - это стадия фиксации (закрепления) доказательственной информации. При этом могут быть реализованы оба понятия закрепления: процессуальное (когда акцент делается на процессу-

Лупинская П.А. О проблемах теории судебных доказательств // Сов. го-во и право. 1960 г. № 10. С. 21-22; Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных ме- роприятиях в доказывании по уголовному делу // Гос-во и право. 1997. № 9. С. 56-57.; Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. М., 1966. С. 74; Белкин Р.С, Винбург А.И. Криминалистика: Общетеоретические проблемы. М., 1973. С. 123; Селиванов Н.А. Советская криминалистика. Теоретические проблемы. М., 1978. С. 98.; Леви А.А., Горинов Ю.А. Звукозапись и видеозапись в уголовном судопроизводстве. М., 1986. С. 48; Грамович Г.Н. Основы криминалистической техники. Минск, 1978. С. 42; Корухов Ю.Г. Криминалистическое исследование документов. М., 1974. С. 96 и др.

43

альное оформление) и технико-криминалистическое (упор на моделирование, объективность закрепления, консервации, с учетом особых свойств материального носителя доказательственной информации и т. п.).

Первыми положительными откликами на подобные предложения стали положения Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и Кодекса РСФСР об административных правонарушениях1, в ст. б ч. 3 указано: «В ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий используются информационные системы, аудио- и видеозапись, кино- и фотосъемка, а также другие технические и иные средства не наносящие ущерба жизни и здоровью людей и не причиняющие вред окружающей среде»2.

Важно отметить следующие существенные обстоятельства: а) законодатель определил в общем плане цель использования НТС — информационные системы; б) отказался от ограничительного перечня НТС («и другие…»); в) оговорил самые общие условия их применения (безопасность). Кодекс РСФСР об административных правонарушениях прямо признал результаты применения НТС самостоятельным источником, указав в ст. 231 (Доказательства). «Эти данные устанавливаются… показаниями специальных технических средств…» (Официальный текст по состоянию на 20 января 2000 г.).

Данное положение было текстуально перенесено и в ст. 26.2 КОАП РФ 2001 г. Таким образом, к моменту ввода в действие УПК РФ просматривались положительные изменения в позиции законодателя по отношению к использо- ванию НТС в деятельности правоохранительных органов.

В отношении применения НТС на сегодняшний день УПК РФ реализовал многие (хотя и не все) рациональные предложения. Например, в ч.б ст. 164УПК РФ «Общие правила производства следственных действий» сказано: «При производстве следственных действий могут применяться технические средства и способы обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и

1 Об оперативно-розыскной деятельности: ФЗ № 825-ФЗ от 30 декабря 1999 г.

2 Комментарии к Федеральному закону «Об оперативно-розыскной деятельности» / Авт.-сост А Ю Шумилов. М., 2000

3 Федеральный закон РФ от 31 декабря 2001 г. № 196-ФЗ.

44

вещественных доказательств». В этой норме, законодатель отказался от приведения перечня НТС, допустимых к применению, ограничившись определением задач, а именно, обнаружением, фиксацией, изъятием доказательственной информации.

В ст. 84 УПК РФ «Иные документы» законодателем признается самосто- ятельный доказательственный характер результатов использования НТС. В ч. 2 названной статьи отмечается: «Документы могут содержать сведения, зафиксированные как письменном, так и в ином виде. К ним могут относится материалы фото- и киносъемки, аудио- и видеозаписи и иные носители информации, полученные, истребованные или представленные в порядке, установленном статьей 86 настоящего Кодекса». При этом законодатель не дает ограничительного перечня НТС, а называет некоторые из них и допускает возможность использования иных носителей информации. Тем самым, в первую очередь, устраняется известный консерватизм закона, препятствующий многие годы внедрению в практику уголовного судопроизводства новых достижений научно-технического прогресса (в том числе и тех, которые появятся в будущем).

Следует обратить внимание на то, что законодатель перестал трактовать документ в качестве доказательства (ст. 88 УПК РФ), а называет его «носителем информации», каковым он и является. Принятие этой терминологии должно означать перенос на нее многих положений из теории информации, в частности, того, что по мере перевода информационного сигнала из одного состояния в другое происходит потеря, а возможно и искажение информации. Понимание и принятие этого положения существенно влияет на процесс оценки доказательств.

Содержащиеся в ст. 84 УПК РФ «Иные документы» и содержащиеся в ней положения о документах, полученных с использованием НТС, делает ре- зультаты их применения самостоятельными источниками (точнее, носителями) доказательственной информации, что является логическим продолжением содержания ст. 74 УПК РФ «Доказательства», где в ч. 2 указано: «В качестве доказательств допускаются… «иные документы».

45

В ст. 166 УПК РФ позиция законодателя существенно не изменилась, хотя перечень НТС несколько расширился. Так, в ч. 2 этой статьи «Протокол следственного действия», перечислены следующие средства: стенографирование, фотографирование, киносъемка, аудио-и видеозапись. В п. 8 ч. 2 названной статьи, в качестве приложений к протоколу названы: фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, носители компьютерной информации, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственных действий. Таким образом, увеличился перечень применяемых НТС, но не их статус. Результаты применения НТС при собирании доказательств, в процессе следственного действия по-прежнему не имеют самостоятельного значения и как приложение к протоколу следственного действия выполняют роль только лишь иллюстративного материала. Для изменения этого неверного по сути положения требуется совсем немного: откорректировать редакцию ст. 166 по образцу аналогичной статьи УПК Республики Казахстан (РК), принятом в 1998 г. В ч.2 ст. 126 УПК РК «Закрепление доказательств» наряду с протокольным закреплением доказательств, сказано: «Для закрепления доказательств, наряду с составлением протокола могут применяться звукозапись, видеозапись, киносъемка, фотосъемка, изготовление слепков, оттисков, планов, схем и другие способы запе- чатления информации» .

Вроде бы все то же самое, что в ст. 166 УПК РФ, да не совсем. Одно только слово «наряду» способно в корне изменить смысл нормы. «Наряду», означает однопорядковость совершаемых действий, их параллелизм, одинаковую значимость. Следовательно, в редакции ст. 126 УПК Республики Казахстан и протокол, и применение НТС для запечатления информации имеют равное значение в закреплении доказательств (наименование ст. 126) и могут, равным образом выступать в качестве источника доказательственной информации. Чего не скажешь об УПК РФ. Тот, кому приходилось сталкиваться с оценкой сведений, содержащихся в протоколе следственного действия и зафиксированных

1 УПК Республики Казахстан. Астана. 1998. С. 259.

46

средствами. НТС, знает, что в случае противоречий тех и других, предпочтение всегда отдается протоколу, как документу, обозначенному в качестве источника доказательств.

В этой связи следует обратить внимание еще на одну статью УПК Казах- стана - ст. 129 «Научно-технические средства в процессе доказывания». Эта статья прямо указывает на использование НТС в целях собирания, исследования и оценки доказательств. Определяя общие цели применения НТС, статья не содержит никакого перечня таких средств. Она указывает на принципы их использования: «3. Применение научно-технических средств признается допустимым, если они: прямо предусмотрены законом или не противоречат его нормам и принципам; научно состоятельны; обеспечивают эффективность производства по уголовному делу; безопасны»1.

К сожалению, подобного рода предложения не нашли отражения в УПК РФ2. Однако и то, что удалось достичь в качестве принятых положений Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, — хороший базис для широкого использования научно-технических средств на всех этапах сложного процесса собирания, проверки и оценки доказательств.

Говоря об этом, следует учитывать еще и такие новации кодекса, как предоставление защитнику права истребовать от органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и организаций иные документы (п. 3, ч. 3 ст. 86 УПК РФ). Характер категории «иные документы» (ст. 84) уже был предметом анализа - это в том числе информация, зафиксированная с помощью НТС.

Принципиально новыми являются положения ст. 241 УПК РФ «Глас- ность». Эта статья допускает в открытом судебном заседании с разрешения председательствующего и с согласия сторон проводить фотографирование, видеозапись и (или) киносъемку, если это не создает препятствий для судебного

1 Там же. С. 259-260.

Аналогичные предложения неоднократно высказывались криминалистами, например, см. Р.С. Белкин. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. Злободневные вопросы Российской криминалистики. М.: Норма-ИНФРА, 2001. С. 203-218.

47

разбирательства (п. 5 ст. 241 УПК РФ). Сам по себе этот факт можно считать значительным в плане реализации принципа гласности открытого судебного разбирательства. Вместе с тем, нельзя не учитывать и технической сути упомянутого применения НТС. Любая фиксация при определенных условиях может быть значимой информацией, доказательственной или ориентирующей. Так может произойти и с информацией, зафиксированной в судебном заседании. Она может стать предметом анализа в суде второй (апелляционной, кассационной) и надзорной инстанции.

Разработке проблем использования результатов оперативно-розыскной деятельности в последние годы посвящается много научных трудов.! Ни у кого не вызывает сомнения тот факт, что результаты ОРД должны использоваться при расследовании уголовных дел. Вместе с тем вопрос о том, как и в каких процессуальных формах это должно быть реализовано на практике, до конца не урегулирован.

Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности», в статье 11, определил четыре направления использования результатов оперативно-розыскных мероприятий 1) в уголовном процессе, 2) в сфере оперативно-розыскной деятельности, 3) для принятия решения о допуске лиц к сведениям составляющим государственную тайну, 4) о допуске к определенным видам деятельности .

Меретуков Г.М. Правовые и криминалистические проблемы борьбы с наркобизне сом совершаемым организованными преступленными группами: Дис. … д-ра. Юрид. наук. ф М., 1995. С. 366-411; Доля ЕЛ. Использование в доказывании результатов оперативно-

розыскной деятельности. М.: Спарк, 1996 С. 70-72; Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Ис пользование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказыании по уголовным делам. М., 2000; Оперативно-розыскная деятельность. Учебник /Под ред. К.К. Горяинова, B.C. Овчинникова, А.Ю. Шумилова. М: ИНФРА-М. 2001. С. 51-54; Мешков В.М., Попов B.JT. Оперативно-розыскная тактика и особенности легализации полученной информации в ходе предварительного следствия. Учеб.-практ. пос. М., 1999. С. 142-145; Новик ВВ. Оперативно- розыскная деятельность и судебное доказывание. Криминалистический семинар. Вып. 1. Спб. ЮИ ГП РФ, 1998. С. 36-38 и др. • 2 Некоторые авторы выделяют три направления. См.: например, М.П. Смирнов. Исполь-

зование результатов оперативно розыскной деятельности // Комментарий оперативно-розыскного законодательства РФ и зарубежных стран. Учебное пособие. М., 2002. С. 385.

48

Порядок представления результатов оперативно-розыскной деятельности (далее ОРД) отнесен к субъектам ОРД, однако это правило должно быть известно прокурору, следователю, судье, использующему эти данные в доказывании.

В связи с этим оперативно-розыскная деятельность определена меж- ведомственной инструкцией о порядке предоставления результатов ОРД органу дознания, следованию, прокурору или в суд от 13 мая 1998 г.1

Учитывая, сложность и важность получения и использования оперативно- розыскной информации в раскрытии и расследовании преступлений законодатель ввел в УПК РФ ст. 89 «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности». Однако в данной норме законодатель не определил механизм использования результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании, а отметил лишь то, что в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемые к доказательствам. Возникла ситуация, когда содержание статьи не соответствует ее названию. В связи с этим, на наш взгляд целесообразно ввести в данную статью положение регламентирующее порядок, условия и пределы использования в доказывании фактических данных, полученных в результате оперативно-розыскной деятельности.

Под результатами оперативно-розыскной деятельности в Инструкции по- нимаются фактические данные, полученные оперативными подразделениями в установленном Законом об ОРД порядке, о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, о лицах подготавливающих, совершающих или совершивших преступление, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от исполнения наказания и без вести пропавших, а также о событиях или действиях, создающих угрозу государственной, военной, экономической или экологической безопасности Российской Федерации.

1 Инструкция представляющая собой приложение к приказу ФСНП, ФСБ, МВД, ФСО, ФСП, ГТК, СВР России от 13 мая 1998 г. № 175/226/336/201/286/410/56, согласованная с Генеральным прокурором от 25 дек. 1997 г. //Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 14 сентября 1998 г. № 23.

49

Приведенное определение результатов ОРД недостаточно полное. Оно не охватывает сведений о фактах и обстоятельствах, входящих в предмет доказывания по уголовному делу, но необходимых для правильной проверки и оценки доказательств в уголовном процессе. Не обладая сведениями о данных фактах и обстоятельствах, невозможно правильно осуществить процесс доказывания, а участникам уголовно-процессуальной деятельности - реализовать свои права и законные интересы. Так, без знания обстановки, в которой происходило восприятие при проведении оперативно-розыскного мероприятия обстоятельств, и фактов, имеющих значение для уголовного дела, в процессе доказывания могут возникнуть проблемы с проверкой достоверности доказательств, сформированных на основе этих результатов ОРД.

В этой связи соискатель отмечает, что данное в Инструкции определение результатов оперативно-розыскной деятельности (ч. 1. п. 1) противоречит содержанию п. 7 и ч. 3 п. 18 Инструкции, в которых говорится о необходимости представления органам расследования, прокурору или в суд данных, позволяющих проверить в условиях судопроизводства доказательства, сформированные на основе результатов ОРД, а также информацию о времени, месте и обстоятельствах изъятия в ходе ОРД предметов и документов, получения видео- и аудиозаписей, кино- и фотоматериалов, копий и слепков.

Федеральный Закон от 4 июня 2003 г. «О внесении изменений и дополнений в УПК РФ» ввел в ст. 5 УПК РФ п. 361 , где определяется понятие результатов оперативно-розыскной деятельности. При этом, в ст. 5 УПК РФ, содержатся научно сформулированные определения юридических понятий и категорий используемых в уголовном процессе, т.е. нормы, содержащиеся в названной статье, являются дефинитивными.

Согласно внесенным дополнениям и изменениям в УПК РФ (ФЗ-92 от 4.07.2003 г.) результатами оперативно-розыскной деятельности являются - сведения, полученные в соответствии с федеральным законом об оперативно-розыскной деятельности, о признаках продготавливаемого, совершаемого или совершенного преступления, лицах,
подготавливающих, совершающих или

50

совершивших преступление и скрывшихся от органов дознания, следствия или суда.

Требования, предъявляемые к результатам ОРД представляемым органам расследования, прокурору или суду (судье), порядок представления в значи- тельной мере зависят от решения вопроса о том, в качестве чего указанные результаты могут использоваться в уголовном процессе.

Из предусмотренных Законом «Об ОРД» трех форм использования указанных данных в уголовном процессе наибольшую сложность вызывает использование результатов ОРД в доказывании. Поэтому ограничимся рассмотрением именно этой формы. Некоторые авторы полагают, что представленные органу дознания, следователю, прокурору или суду (судье) результаты ОРД сами по себе являются доказательствами1. Возможностью, например, их проверки путем сопоставления с другими доказательствами2. Данная позиция определенное время разделялась и законодателем. Она была прямо выражена в ст. 10 Закона «Об ОРД», в которой указывалось, что результаты ОРД могут использоваться в качестве доказательств по уголовным делам после их проверки в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством (в редакции 1991 г.). Однако в дальнейшем законодатель несколько изменил свою позицию в данном вопросе, сделал ее не столь категоричной. В ФЗ «Об ОРД», принятом Государственной Думой 5 июля 1995 г., было зафиксировано, что результаты ОРД могут использоваться в доказывании по уголовным делам в соответствии с положениями уголовно-процессуального законодательства, регламентирующими собирание, проверку и оценку доказательств (ст. 11). Из приведенного текста видно, что законодатель отказался от возможности прямого использования результатов ОРД в качестве доказательств по уголовным делам. В

1 Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М, 1991. С. 67; Безлеташ К.Т- Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Сов. Гос-во. и право. 1991. № 8, С 101; Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» Научно-практический комментарий. Под ред. проф. K.R. Николюка. 4-е изд. перераб. и доп. М: Спарк 1999. С. 113.

2 Шейфер С-А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий в доказывании по уголовному дел // Гос-во и право. 1997. № 9. С. 63.

51

этой связи критического отношения заслуживает рекомендация Пленума Верховного Суда Российской Федерации, согласно которой «результаты оперативно-розыскных мероприятий могут быть использованы в качестве доказательств лишь в том случае, когда они проверены следственными органами в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством»1.

По данному вопросу была высказана и иная точка зрения, согласно которой «результаты ОРД ни при каких условиях нельзя признавать доказательствами в

?л i

уголовном процессе» . Они могут использоваться лишь в качестве основы для формирования доказательств в уголовном процессе.

Не соглашаясь с таким решением, A.M. Ларин писал, что в случае представления оперативно-служебных документов в уголовный процесс, происходит не формирование доказательств на основе результатов ОРД, а сами по себе представленные оперативно-служебные документы служат доказательствами в смысле ст. 88 УПК РСФСР3.

Соискатель отмечает, что авторы, отрицающие возможность формирования в уголовном процессе доказательств на основе результатов ОРД не учитывают того важного обстоятельства, что доказательств в готовом виде ни в природе, ни в обществе просто нет.

Авторы, полагающие, что невозможно использовать результаты ОРД в качестве основы для формирования доказательств в уголовном процессе, не учитывают и другого важного фактора. Содержание доказательств, сформированных с использованием результатов ОРД представленных в уголовный процесс,
базируется на чувственном восприятии именно субъектами ОРД об-

1 О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия: постановление пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 года. № 8. П. 14.

2 Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности М.: Спарк, 1996. С. 70-72

3 Ларин A.M., Доля К.А. Использование в доказывании результатов оперативно- розыскной деятельности // Гос-во и право. № 7. 1997. С. 121.

52

стоятельств и фактов, имеющих значение для уголовного дела, имевшим место в условиях производства, соответствующих оперативно-розыскных мероприятий.

И в этом смысле результаты ОРД правомерно рассматривать в качестве основы, на которой в дальнейшем в уголовном процессе формируются доказательства.

Так, результаты ОРД, полученные в ходе конспиративного наблюдения оперативного работника за помещением, приспособленным организованной преступной группой для хранения предметов и ценностей, полученных преступным путем, будут представлять собой нечто иное, как сведения о фактах и обстоятельствах, имеющих значение для оперативного учета, воспринятых им лично в условиях указанного оперативно-розыскного мероприятия. Таким образом, результаты чувственного познания оперативного работника, осуществленного в рамках проведенного конспиративного наблюдения, будут использованы в ходе допроса для получения на их основе свидетельских показаний.

Аналогичное положение будет иметь место и при использовании в уголовном процессе видеозаписи с запечатленными на ней фактами и обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, полученными в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия. На предварительном следствии и в суде видеозапись может послужить основой для формирования вещественного доказательства. Для этого видеозапись должна быть представлена органу дознания, следователю, прокурору или суду (судье) руководителем органа, осуществляющего ОРД, с соответствующим препроводительным документом, содержащим сведения о происхождении видеозаписи (времени, месте, условиях и обстоятельствах ее получения, технических характеристиках, примененной при этом аппаратуры, лице, осуществившем видеозапись).

Отличительные характеристики видеозаписи, ее свойства и состояние должны быть восприняты органами чувств участников уголовного процесса в ходе ее просмотра с применением соответствующих технических средств, с привлечением необходимых специалистов и надлежащей фиксацией в протоко-

53

ле. О признании указанных свойств и состояний видеозаписи содержанием ве-щественного доказательства и его приобщении к уголовному делу выносится постановление (определение), в соответствии с которым в уголовном деле устанавливается надлежащий правовой режим обращения с данным доказательством (обеспечиваются условия сохранения видеозаписи в неизменном виде, она хранится в материалах дела).

Содержание вещественного доказательства в рассмотренном примере об-

~ разуют свойства и состояния видеозаписи, связанные с обстоятельствами и

фактами, подлежащими доказыванию по уголовному делу, выделенные при ее осмотре и отраженные в соответствующем протоколе. Речь идет о времени и месте производства видеозаписи, запечатленных на ней обстоятельствах и фактах, имеющих значение для уголовного дела. Указанные свойства и состояния неотделимы от видеозаписи. Важно подчеркнуть, что видеопленка стала носителем указанных свойств и состояний, связанных с обстоятельствами, имею-щими значение для уголовного дела, в ходе проведения соответствующего оперативно-розыскного мероприятия. Именно эти свойства и состояния были впоследствии восприняты, выделены с помощью органов чувств участника следст- венного (судебного) действия - осмотра и в виде сведений о них нашли отраже-

? ние в протоколе, образовав, таким образом, содержание вещественного доказа-

тельства. И в этом смысле указанные свойства и состояния, приобретенные видеопленкой в условиях оперативно-розыскного мероприятия, послужили основой, на которой в рамках уголовного процесса было сформировано вещественное доказательство.

Исходя из вышеизложенного, в ч. 2 ст. 11 ФЗ «Об ОРД», мы предлагаем внести изменения, изложив после слов «… а также использоваться», в следующей редакции: «…в доказывании по уголовным делам в качестве основы для формирования доказательств в соответствии…», далее - по тексту.

Вывод о том, что сами по себе доказательства в готовом виде ни в природе, ни в обществе не существуют, имеет значение не только для правильного решения проблемы использования результатов оперативно-розыскной деятель-

54

ности в доказывании по уголовным делам, но и в теории и практике уголовного процесса. Часть процесса доказывания, терминологически определяемая в настоящее время в теории, законодательстве, на практике как «собирание дока- зательств», точнее правильнее называть «формирование доказательств». Сам по себе факт совершения преступления не порождает доказательств в уголовно- процессуальном смысле. Необходима предметно-практическая деятельность, позволяющая включить в процесс доказывания ту часть объективной и субъек- тивной реальности, которая несет на себе следы преступления. Именно по мере развития такой деятельности возникают, а говоря точнее, формируются доказа- тельства. Информация, например, содержащаяся в сознании людей и имеющая значение для уголовного дела, может быть использована субъектами уголовного процесса в доказывании, но этому всегда предшествует этап, включающий предметно-практические действия по ее обнаружению, рассмотрению и про- цессуальному закреплению, включая действия подготовительного и обеспечи- вающего характера.

То же относится и к следам преступления, оставшимся на месте преступления, на предметах. Без целенаправленной уголовно-процессуальной деятельности человека - субъекта доказывания - по их обнаружению, рассмотрению и закреплению в соответствующем протоколе следственного или судебного действия - они не могут быть использованы другими участниками. Поэтому правильнее и точнее говорить не о собирании, а о формировании доказательств.

С учетом изложенного в УПК РФ при законодательном регулировании первоначальной части доказывания предпочтительнее использовать термин «формирование доказательств» вместо «собирания доказательств».В связи с этим, предлагается ст. 89 УПК РФ изложить в следующей редакции:

4.1 «Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в доказывании по уголовным делам в качестве основы для формирования доказательств в соответствии с действующим законодательством.».

55

Ч. 2 «В процессе формирования доказательств и доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом».

Как свидетельствует практика, чаще всего в доказывании по уголовным делам используются результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные при проведении оперативно-розыскных мероприятий по прослушиванию телефонных переговоров. В меньшей мере в доказывании используются результаты оперативно-розыскной деятельности, сформированные с применением видеозаписи.

Видеозапись, с запечатленными на ней фактами и обстоятельствами, имеющими значение для уголовного дела, отснятая при проведении оперативно-розыскного мероприятия, может на предварительном следствии и в суде послужить основой для формирования вещественного доказательства, при условии соблюдения следующих требований: видеозапись должна быть официально представлена органам, уполномоченным на ведение оперативно-розыскных действий, с препроводительным документом, в котором должны содержаться сведения о происхождении видеозаписи: времени, месте, условиях и обстоятельствах ее получения, технических характеристиках примененной аппаратуре, лице, осуществляющем видеозапись.

Указанные выше сведения о происхождении видеозаписи важны не только для ее предварительного осмотра, а, следовательно, и формирования содержания вещественного доказательства, но и для последующей его проверки и оценки.

Таким образом, результаты оперативно-розыскной деятельности, связан- ные с указанной видеозаписью, могут использоваться в показывании по уголовному делу не напрямую, а лишь в соответствии с процессуальным режимом, предназначенным для формирования такого вида доказательств, как вещественные доказательства. При этом вещественным доказательством будут являться не результаты оперативно-розыскной деятельности (видео пленка, получен-

56

ная в ходе проведения оперативно-розыскного мероприятия), а результаты уголовно-процессуальной деятельности, сформированные при осмотре и вынесении постановления.

Протоколы следственных и судебных действий не могут формироваться в процессе осуществления оперативно-розыскной деятельности, потому, что правовые режимы формирования и использования указанных протоколов совершенно различны.

Вместе с тем, результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные в ходе производства таких оперативно-розыскных мероприятий, как проверочная закупка, наблюдение, обследование помещении зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств, контроль почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, прослушивание телефонных переговоров, контролируемая поставка, оперативный эксперимент (п. 4, 6, 8-10, 13, 14, Закона «Об ОРД»), с применением необходимых технических средств и нашедшие отражение в оперативно- служебных документах, могут быть использованы для формирования вещественных доказательств. При этом, они должны войти в уголовный процесс в соответствии с правовым режимом, предназначенным для собирания данного вида доказательств, который может быть использован в тактических целях - для повышения эффективности следственных действий, направленных на формирование в уголовном процессе такого источника доказательств как протоколы следственных и судебных действий (ст. ст. 83 УПК РФ). Указанные результаты могут быть учтены при выборе наиболее оптимальной методики расследования уголовных дел.

Протоколы оперативно-розыскных мероприятий нельзя использовать в доказывании и в качестве такого самостоятельного источника доказательств, как иные документы (ст. 74, 84 УПК РФ). Результаты оперативно-розыскных мероприятий могут войти в уголовный процесс через данный источник доказательств, лишь при соблюдении свойственного ему процессуального режима получения и использования.

57

В качестве основы для формирования в уголовном процессе свидетельских показаний могут быть использованы и результаты оперативно-розыскной деятельности.

Принятое решение об использовании результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовному делу должно включать не только положительные ответы на вопросы связанные с относимо-стью к уголовному делу данных, содержащихся в делах оперативного учета, невозможностью без них установить существенные обстоятельства, выбором вида доказательства, через который они будут введены в уголовный процесс, но и с представлением органу расследования, суду (судье) сведений необходимых для формирования проверки и оценки соответствующих видов доказательств в процессе доказывания. Отрицательный ответ хотя бы на один из перечисленных вопросов должен вести к отказу от использования документов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовному делу. Вместе с тем это не исключает возможности их использования при выработки оптимальной тактики производства следственных действий, методики расследования, поиска возможных источников судебных доказательств.

58

ГЛАВА 2. ПРИЗНАНИЕ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ И ИНЫХ

ДОКУМЕНТОВ НЕДОПУСТИМЫМИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВАМИ

§ 1. Показания подозреваемого, обвиняемого,

потерпевшего, свидетеля, эксперта и специалиста как недопустимые доказательства и их признаки

В соответствии с ч. 4 ст. 34 Декларации прав и свобод человека и гражда- нина «признаются не имеющими юридической силы доказательства, полученные с нарушением закона». Согласно ч.2 ст.50 Конституции РФ «при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона».

Понятие доказательства определено в ст. 74 УПК РФ, где в первой части, доказательствами по уголовному делу признаются любые сведения, на основе которых суд, прокурор, следователь и дознаватель в определенном процессуальным законом порядке устанавливают наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела.

Достоинством настоящей формулировки является: во-первых, то, что она четко определяет информационную природу содержания доказательства, а именно, вместо вызывавшего разночтения и требовавшего дополнительной расшифровки понятия «фактические данные» указываются сведения, имеющие значение для дела. Представляется, что этим обозначается информация об имевших или имеющих место конкретных фактах объективной действительности; во-вторых, эта формулировка подтверждает высказанную ранее мысль о необходимости четко отграничивать обстоятельства предмета доказывания от иных имеющих значение для дела обстоятельств - промежуточных и доказательственных фактов. Слово «любые» в контексте данной нормы означает, что сведения могут быть самыми разными по своему характеру; главное - что-

59

бы они давали основание для вывода о наличии имеющих значение для дела обстоятельств, иначе говоря, относились к делу.

Так ч. 2 ст. 74 УПК РФ гласит: «В качестве доказательств допускаются: показания подозреваемого, обвиняемого; показания потерпевшего, свидетеля; заключение и показания эксперта; заключение и показания специалиста; вещественные доказательства; протоколы следственных и судебных действий; иные документы».

Доказательствами названы те процессуальные формы, в которых зафик- сированы сведения, имеющие значение для дела, - то, что в теории обычно называется источниками (видами) доказательств. Сведения, полученные из иных, не указанных данной норме, источников, в которых не содержится значимых для дела информация, не являются доказательствами по делу.

Новая формулировка понятия доказательства сохраняет указание на ос- новные его свойства - относимость и допустимость. Тем не менее, учитывая особую значимость источников, порядка и способов получения доказательств, законодатель посвящает этой проблеме специальную ст. 15 УПК РФ «Недопустимые доказательства», в которой существенно расширены условия, делающие собранные органами расследования или представленные сторонами доказательства недопустимыми. Данная статья воспроизводит правила, конкретизирующие конституционный запрет «использовать доказательства, полученные с нарушением федерального закона» (ч. 2 ст. 50 Конституции РФ).

Основания признания доказательств недопустимыми указаны в п. 1, 2 и 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ. Они направлены на то, чтобы соблюдались предписанные правила, не производились следственные действия, которые порождают сомнения в достоверности полученных сведений ввиду получения их с применением угроз, насилия, других запрещенных способов (п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ) или исключающих возможность проверки достоверности сведений (п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ).

К признанию доказательств недопустимыми, приводят также и иные нарушения закона. К ним относятся получение доказательств не тем лицом, ко-

60

торое на это уполномочено, несоблюдение правил проведения следственного или судебного действия. Для безусловного исключения недопустимых доказательств в УПК РФ подробно указаны основания, условия и порядок проведения следственных действий, направленных на собирание и проверку доказательств, и закрепление в протоколах хода и результатов этих следственных действий.

Следует обратить особое внимание на общие правила производства след- ственных действий (ст. 164 УПК РФ), порядок получения судебного разрешения на следственные действия, затрагивающие конституционные права и свободы человека (ст. 165 УПК).

Признание недопустимыми показаний потерпевшего, свидетеля, осно- ванных на догадке, предположении, слухе, а также показаний свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности, основано на том, что все показания должны быть доступны для проверки и оценки их достоверности. Такая проверка исключена, если в ее основе «догадка», предположение или если лицо, дающее показание, скрывает или не может назвать источник своей осведомленности.

В последнем случае сторона, заинтересованная в проверке показаний, лишена возможности задавать вопросы, допросить в суде лицо, являвшееся «источником» сведений, которые сообщает суду свидетель. Это нарушает равенство сторон, состязательность судебного разбирательства, а также право на обеспечение справедливого судебного разбирательства (ст. 6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод).

В ч. 1 ст.75 УПК РФ закреплено общее правило признания доказательств недопустимыми и сформулировано весьма важное положение о том, что недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут использоваться не только для обоснования обвинения, но и для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК, РФ в том числе и оправдатель-

61 ных. Это, как представляется, лишает всякого основания утверждение о так называемой асимметрии правил о допустимости доказательств1.

Во второй части ст. 75 УПК РФ сначала названы доказательства, яв- ляющиеся безусловно недопустимыми: 1) показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде; 2) показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности. Далее, в п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ закреплена общая норма, относящая к недопустимым: «…иные доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса». Этот последний пункт «не разрешает дискуссии, имевшей место в, последние годы, о том, всякое ли нарушение уголовно-процессуального закона должно влечь за собой недопустимость полученного таким путем доказательства, либо в случаях несущественного нарушения, которое может быть исправлено или компен- сировано процессуальными средствами, доказательство может и не утратить своего значения»2. Видимо, по этому вопросу понадобится разъяснение Пленума Верховного Суда РФ.

Важное достоинство УПК РФ состоит в закреплении обязанности не только суда, но и дознавателя, следователя, прокурора признавать доказательство недопустимым и исключать его из числа доказательств по делу (ч. 2, 3 и 4 ст. 88 УПК РФ). Порядок признания судом доказательств недопустимыми регламентируется п.5 ч.2 ст. 235 УПК РФ. В соответствии с п. 25 ст. 5 УПК дознаватель, следователь, прокурор своим постановлением исключают недопустимые доказательства. По нашему мнению, положение предусмотренное в п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ вызывает множество дискуссий. Органами следствия и дозна-

Стецовский Ю.И., Ларин A.M. Конституционный принцип обеспечения обвиняемому права на защиту. М., 1988. С. 303; Григорьева Н. Исключение из разбирательства дела недопустимых доказательств // Российская юстиция. 1995, № 11. С. 5.

2 Савицкий В..М. Последние изменения в УПК: продолжение демократизации судо- производства (вступительная статья к УПК РСФСР) // УК РСФСР, УПК РСФСР. М., 1994. С. 184.

62

ния, судом допускаются различные нарушения требований процессуального закона: отсутствие подписи одного или двух понятых при производстве следственных действий, производство последних с участием одного понятого, неподписание следователем протокола следственного действия, предъявление для опознания только одной фотографии, проведение опознания при наличии менее трех предметов или разнородных предметов, отсутствие в материалах дела звукозаписи допроса, производство следственных действий по окончании срока предварительного следствия без продления его в предусмотренном законом порядке, отсутствие указания на дату производства следственных действий в протоколах последних и др. Причем последствия выявления этих нарушений будут различны: в одних случаях отмена приговора, в других - только частное определение. Иногда и то, и другое вместе. Иначе говоря, любое нарушение требований уголовно-процессуального закона приводит к недопустимости доказательств, утрате ими юридической силы.

Что же касается теории, то можно рассматривать этот вопрос с трех пози- ций. Одна из них заключается в том, что если сведения о фактах в стадии предварительного или судебного следствия были получены с нарушением предусмотренной законом формы, то они, независимо от характера процессуальных нарушений, не будут иметь значения доказательств, так как форма их выявления и обнаружения лишает эти сведения их достоверности. Другая позиция сводится к тому, что никакие нарушения не дают основания оставить без оценки по существу то или иное из рассмотренных доказательств, отвергнуть его за недопустимостью. Согласно третьей позиции, нарушение процессуальной формы собирания доказательств не всегда влечет автоматически исключение этих доказательств из сферы процессуального доказывания.

На наш взгляд, первые две позиции необходимо рассматривать как край- ности и признать верным утверждение о том, что нарушения процессуальной формы собирания доказательств различны.

Многие нарушения установленной законом формы собирания доказа- тельств не способны оказать влияния на права личности, на результаты дейст-

63

вий, имеющих целью получение доказательств. Исторические тенденции развития уголовно-процессуального законодательства таковы, что не любые нарушения должны влечь указанные в законе последствия (отмену приговора, его изменение в кассационном и надзорном производстве, направление дела для производства дополнительного расследования), а лишь существенные, т. е. такие, которые повлияли или могли повлиять на достоверность полученного результата и при этом обладают качеством невосполнимое™1. Видимо, по этому вопросу понадобится разъяснение Пленума Верховного Суда РФ .

На основании изложенного, можно сделать определенные выводы. Во- первых, необходимо четко разграничивать факты нарушения закона - при получении доказательств и при составлении процессуальных документов. О допущенном нарушении при сборе и закреплении доказательств можно говорить только тогда, когда будет установлено явное несоблюдение предписаний конкретных норм УПК. Во-вторых, факты нарушения закона нельзя отождествлять даже с обоснованными сомнениями в законности получения доказательств. При наличии сомнений не рекомендуется поспешно исключать доказательства из дальнейшего рассмотрения дела. Напротив, в процессе разбирательства по существу необходимо тщательно исследовать обстоятельства, при которых были собраны материалы, и лишь затем определять юридическую силу доказательств. В-третьих, для сторон обвинения и защиты в равной мере действуют требования по допустимости доказательств и их оценке. Смешивать сомнения в доказанности вины, толкуемые в пользу защиты, и факты нарушений закона нельзя.

Таким образом, показания подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, эксперта и специалиста соискатель рассматривает как вид доказательств подлежащих доказыванию по делу. Однако, носители этих показаний

1 Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе М , 2000. С. 46- 50; Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве М, 1995 С. 76- 77; Хмыров А.А. Проблемы теории доказывания. Краснодар, 1996. С. 13-14.

2 Хмыров А.А. Доказательства и доказывание по новому УПК Российской Федерации // Ученые записки Сб. науч. тр. Краснодар, 2002. Вып. 1. С. 159.

64

(протокол допроса) необходимо рассматривать как источники доказательств.

Особое внимание в УПК РФ уделено порядку получения показаний подозреваемого, обвиняемого при строгом соблюдении прав предусмотренных ст. 51 Конституции РФ, ч. 2 ст. 46, п. 6 ч. 4 ст. 47 УПК РФ. Все эти нормы направлены на ограждение допрашиваемого от самооговора, признания вины в результате применения к нему физического или психического насилия. Эти нормы предупреждают от нарушения свидетельского иммунитета, предусмотренного Конституцией РФ. Сопоставление ст. 51 и ст. 75 УПК РФ показывает на некоторое расхождение имеющихся между п. 1 ч. 1 ст. 51 и п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ. Действительно, ст. 51 УПК РФ не предусматривает обязательного участия защитника при допросе подозреваемого, обвиняемого, тем более в случаях, отказа от защитника. Между тем показания подозреваемого, обвиняемого, данные в отсутствие защитника, признаются недопустимым доказательствами если имеются существенные противоречия между показаниями в ходе предварительного следствия и показаниями данными в суде. Показания подсудимого, данные в отсутствие защитника, не подлежат оглашению в суде (п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ) и не могут быть рассмотрены и оценены в совокупности с другими доказательствами.

Очевидно, что правило, предусмотренное в п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, направлено на то, чтобы пресекать достаточно распространенную практику получения показаний (особенно при первом допросе) подозреваемого, обвиняемого в отсутствие защитника, что открывает возможность применения недопустимых мер для получения таких показаний, которые помогают раскрытию преступления, но противоречат конституционному праву не свидетельствовать против себя самого. Поэтому отказ подсудимого от показаний, данных на предварительном следствии в отсутствии защитника, исключает возможность использовать их в суде.

В связи с приведенными доводами, объясняющими содержание и значение п. 1 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, возникает вопрос о возможности суда использовать другие доказательства, полученные на основе сведений, сообщенных обвиняе-

65

мым на допросе в отсутствие адвоката (равно как и в случаях, когда он не был поставлен в известность о его праве, записанном в ст. 51 Конституции РФ). Например, при допросе в отсутствие адвоката, обвиняемый признал свою вину и указал место, где спрятаны похищенные вещи. При проверке показаний на месте, вещи были обнаружены, изъяты и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств. В судебном заседании обвиняемый существенно изменил свои показания, данные в отсутствие адвоката, и следовательно, показания данные им на предварительном следствии не могут быть оглашены в суде Правило об условии исключения в суде показаний обвиняемого, данных на предварительном следствии, является специальным и твердо определенным правилом, относящимся именно к показаниям подозреваемого и обвиняемого, поэтому правило о распределении бремени доказывания при рассмотрении судом ходатайства об исключении доказательства (ч. 4 ст. 235 УПК РФ) к этим показаниям неприменимо.

Из ч. 4 ст. 236 УПК РФ следует, что если судья в предварительном слу- шании выносит решение об исключении доказательства, то одновременно в нем указывается, какие материалы уголовного дела, обосновывающие исключение данного доказательства, не могут оглашаться в судебном заседании и использоваться в процессе доказывания. Очевидно, что правила, сформулированные в законе применительно к судебному производству, применимы и к досудебному производству, поскольку признать доказательство недопустимым может и следователь, и дознаватель, и прокурор, и они не могут использовать недопустимые доказательства для доказывания любого из обстоятельств, предусмотрен- ных ст. 73 УПК РФ.

Подозреваемый имеет право на защиту и с момента задержания вправе иметь свидания с защитником, в порядке, предусмотренном п. 3 ч. 4 ст. 46 и п.п. 2, 3 ч. 3 ст. 49 УПК РФ. Таким образом, все допросы подозреваемого должны проводиться с участием защитника, если только сам подозреваемый по собственному волеизъявлению не откажется от этого права, предоставленного ему УПК РФ.

66 В целях реального осуществления своих законных интересов подозре- ваемый вправе знать, в чем он подозревается, получить копию постановления о возбуждении против него уголовного дела, либо копию протокола задержания, либо копию постановления о применении к нему меры пресечения; давать объяснения и показания по поводу имеющегося в отношении его подозрения либо отказаться от дачи объяснений и показаний; пользоваться помощью защитника с момента, предусмотренного п. 2 и 3 ч.З ст.49 УПК РФ и иметь свидание с ним наедине и конфиденциально до первого допроса подозреваемого; пред- ставлять доказательства; заявлять ходатайства и отводы; давать показания и объяснения на родном языке или на языке, которым он владеет; пользоваться помощью переводчика бесплатно; знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с его участием, и подавать на них замечания; участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных действиях, проводимых по его ходатайству, ходатайству его защитника либо законного представителя; приносить жалобы на действия (бездействие) и решения прокурора, следователя и дознавателя; защищаться иными средствами и способами, не запрещенными УПК РФ (ст. 46 УПК РФ).

Показания подозреваемого - это сведения, сообщенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства в соответствии с требованиями ст.ст. 76,187-190 УПК РФ Подозреваемый должен быть допрошен не позднее 24 часов с момента; 1) вынесения постановления о возбуждении уголовного дела, за исключением случаев, когда местонахождения подозреваемого не установлено; 2) фактического его задержания.

Перед допросом подозреваемому должны быть разъяснены его права, предусмотренные ст. 46 УПК РФ, а также объявлено, в совершении какого преступления он подозревается, о чем делается соответствующая запись в протоколе допроса. Предметом допроса подозреваемого являются обстоятельства возникшего в отношении него подозрения в совершении преступления. На этом этапе, в установленные относительно короткие процессуальные сроки, чрезвычайно важно установить виновность или невиновность подозреваемого в со-

67

вершении преступления, чтобы исключить случаи незаконного и необоснованного привлечения к уголовной ответственности1. Поэтому не случайно, что подозреваемый наделен широким комплексом процессуальных прав, включая право на защиту, что соответствует положению ст. 48 Конституции РФ о том, что каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи.

Авторы комментариев к УПК РФ и в некоторых научных и специальных источниках в понятие подозреваемого и обвиняемого вкладывают различные смысловые нагрузки. Например, «лицо становится подозреваемым не с момента оглашения протокола задержания, который составляется не позже чем через три часа после доставления задержанного в орган дознания или к следователю, а с момента фактического задержания (п. 11 ст. 5 УПК РФ). Именно с этого момента каждый задержанный имеет право пользоваться помощью адвоката (ч. 2 ст. 48 Конституции РФ). К моменту доставления задержанного в орган дознания или к следователю он уже является подозреваемым (ч. 1 ст. 92 УПК РФ). Из этого следует, что его нельзя допрашивать в качестве свидетеля, проводить с ним следственные действия, где он выступает в этом качестве и лишен возмож- ности пользоваться услугами защитника, и что он обладает правом на молчание. Под фактическим задержанием подозреваемого следует понимать «захват на месте» преступления или сразу после его совершения» . Подозреваемым является лицо: 1) либо в отношении которого возбуждено уголовное дело дознавателем, следователем с согласия прокурора, а также прокурором в пределах своей компетенции (п. 1 ч. 1 ст. 46, ст. 146, 147 УПК); 2) либо которое задержано по подозрению в совершении преступления при наличии оснований, предусмотренных ст. 91 УПК РФ; 3) либо к которому применена мера пресечения до предъявления обвинения в порядке ст. 100 УПК РФ. Подозреваемый выступает

Леей А.А. Особенности предварительного расследования преступлений, осуществляемого с участием защитника. М., 1995.

2 Комментарий к УПК РФ / Под ред. И.Л. Петрухина. М: ООО «ТКБ Велби», 2003. С. 89.

68

временным и не обязанным участником уголовного процесса и появляется только в стадии предварительного расследования»1.

«Подозреваемый как участник уголовного судопроизводства появляется исключительно в стадии предварительного расследования после возбуждения органом дознания, прокурором, следователем уголовного дела. При этом он становится самостоятельным субъектом уголовно- процессуальной деятельности с вытекающими из этого правилами, которые подозреваемый осуществляет в пределах и в порядке, установленном уголовно-процессуальным законодательством»2.

Аварченко А.К. считает, что «Подозреваемый - это необязательный уча- стник стадии предварительного расследования, которому в связи с наличием подозрения в причастности к совершению преступления и неотложной необходимостью проведения следственных действий принудительного или уличающего характера с его участием на основании достаточных для этого доказательств официально объявлено о таком подозрении, разъяснены права подозреваемого, а также порядок их реализации». Далее он полагает, что «из практики правоохранительных органов должны быть исключены случаи участия в следственных действиях в качестве свидетелей лица, в отношении которых имеются основания для объявления им о подозрении в совершении преступления. Результаты

~ з

таких действии не могут допускаться в качестве доказательств» .

К мнению Аварченко А.К. следует относится с осторожностью. Например, лицо, совершившее преступление принимало участие в качестве понятого при производстве следственного действия (осмотр места происшествия, обыск и т. д.), в последствии он допрошен в качестве свидетеля. В ходе дальнейшего расследования, данное лицо задержано в качестве подозреваемого и ему доказано о причастии к данному преступлению. Должны ли в этом случае, его по-

’ Уголовный процесс. Учебник / Под ред. Колосовича С.А., Зайцевой Е.А.- Волгоград, В А МВД России. 2002. С. 93.

2 Комментарий к УПК РФ / Под ред. В.В. Мозякова. М.: Изд-во «Экзамен XXI» 2002. С. 130.

Аврченко А.К. Подозреваемый и реализация его прав в уголовном процессе: Авто-реф. дис. …канд. юрид. наук. Томск, 2001. С. 9.

69

казания как свидетеля исключаются из числа доказательств? С этим вряд ли возможно согласится.

Законодатель четко не определяет процессуальный статус подозреваемого, поэтому мы полагаем, что лицо становится подозреваемым с момента его процессуального задержания по ст. 92 УПК РФ.

Однако, если такое лицо, по каким то причинам освобождено и к данному лицу не принято процессуальное принуждение (подписки о невыезде и т. п.), либо не предъявлено обвинение, то каково его процессуальное положение? Наверное, как нам представляется такому лицу необходимо официально объявить о непричастности, либо причастности к совершенному преступлению. К сожалению, постановление о привлечении лица в качестве подозреваемого, в нормах УПК РФ отсутствует, Следовательно, полагаем о необходимости внесения дополнения в ст. 92 УПК РФ следующего содержания: «Следователь, дознаватель, прокурор выносит постановление о привлечении в качестве подозреваемого».

С учетом изученной научной, специальной литературы и положений норм УПК РФ, согласно ст. 76, показания подозреваемого - это сведения, со- общенные им на допросе, проведенном в ходе досудебного производства. Таким образом, как самостоятельный источник доказательства, эти сведения могут быть получены только при проведении допросов и очной ставки. Показания подозреваемого, зафиксированные в протоколах других следственных действий (обыска - об обстоятельствах приобретения обнаруженных предметов, наложения ареста на имущество - о его принадлежности и т. п.), не являются самостоятельным источником доказательства. В этом случае, источником доказательства является протокол следственного действия, а по сообщенным сведениям, при необходимости, подозреваемый должен быть допрошен.

Условием допустимости показаний подозреваемого является фиксация в протоколе допроса факта разъяснения ему его прав (ст. 46). Согласно ч. 4 ст. 46 УПК РФ, дача показаний - право, а не обязанность подозреваемого Отказ от дачи показаний не влечет его уголовную ответственность и не свидетельствует

70

о его виновности. Подозреваемый не несет ответственности за дачу заведомо ложных показаний, если это не связано с заведомо ложным обвинением другого лица в совершении преступления (ст. 306 УК РФ). Предметом показаний подозреваемого в первую очередь являются обстоятельства, связанные с имеющимися против него подозрениями. Вместе с тем, предметом показаний подозреваемого являются любые существенные обстоятельства, перечисленные в ст. 73 УПК РФ. Показания подозреваемого имеют самостоятельное доказательственное значение. Поэтому, последующие показания лица, допрошенного в другом качестве (например, обвиняемого), оцениваются в совокупности с первона- чальными. Показания подозреваемого должны способствовать выяснению того, правильно ли возникшее подозрение, восполнять пробелы в доказательственном материале, помогать решению вопроса о наличии или отсутствии оснований для предъявления обвинения. Иными словами, содержание показаний подозреваемого связано прежде всего с имеющимся против него подозрением. Показания подозреваемого сохраняют свое значение по делу и после того, как лицо будет допрошено в качестве обвиняемого или свидетеля.

Доказательственное значение показания подозреваемого приобретают то- гда, когда они получены правомочным производить допрос лицом (дознавателем, следователем, прокурором) с соблюдением определенного порядка проведения допроса и оформления его результатов, предусмотренных ст. 187-191 УПК РФ.

В связи с важностью соблюдения законности при привлечении к уголовной ответственности ст.ст. 171-175 УПК РФ подробно регламентирует (процес- суальную) процедуру предъявления обвинения и допроса обвиняемого.

Предъявление обвинения согласно ст. 172 УПК РФ должно последовать не позднее трех суток с момента вынесения постановления о привлечении в качестве обвиняемого в присутствии защитника, если он участвует в уголовном деле. Обвинение может быть предъявлено и по истечении указанного срока, если обвиняемый не явился по вызову следователя и его местопребывание не известно. В этих случаях обвинение предъявляется в день фактической явки об-

71

виняемого или в день его привода при условиях обеспечения следователем участия защитника.

Следователь обязан допросить обвиняемого немедленно после предъяв- ления обвинения. Если обвиняемым и его защитником до допроса заявлено ходатайство о предоставлении им свидания наедине, то следователь в соответствии с п. 9 ст. 47 УПК РФ обязан удовлетворить такое ходатайство. В начале допроса следователь должен спросить у обвиняемого, признает ли тот себя виновным в предъявленном обвинении, зафиксировать его ответ, удостоверенный подписью обвиняемого, в протоколе допроса. Затем обвиняемому предлагается дать показания по существу обвинения. В случае необходимости обвиняемому задаются вопросы (ст. 173-189 УПК РФ).

Установленный ст. 173 УПК РФ порядок допроса обвиняемого относится к ситуации допроса после предъявления обвинения. При проведении дополнительных допросов следователь может ограничиться выяснением отдельных обстоятельств либо ограничить следственное действе выяснением конкретных вопросов. Уголовно-процессуальный закон придает важное значение удостоверению показаний обвиняемого. Протоколу допроса обвиняемого посвящена ст. 174 УПК РФ, в которой предусматривается, что при каждом допросе обвиняемого следователь составляет протокол с соблюдением требований статьей 190 УПК РФ.

Следственная практика свидетельствует, что в процессе расследовании преступлений нередко возникает необходимость в перепредьявлении обвинения. Статья 175 УПК РФ устанавливает, что если в ходе предварительного расследования возникнут основания для изменения предъявленного обвинения, то следователь в соответствии со ст. 171 УПК РФ выносит новое постановление о привлечении в качестве обвиняемого и предъявляет его в порядке, установленном ст. 172 УПК РФ.

В случаях, когда в ходе предварительного следствия предъявленное об- винение в какой-либо части не нашло подтверждения, следователь своим постановлением прекращает уголовное преследование в этой части, о чем уве-

72

домляет обвиняемого, его защитника, а так же прокурора. Причем в этом случае не возникает необходимости в перепредъявлении обвинения и допросе обвиняемого.

При расследовании и судебном разбирательстве уголовного дела в сферу процесса вовлекаются как минимум два лица - обвиняемый (подозреваемый) и потерпевший. Они обладают определенными правами и несут обязанности. Если права участника процесса ущемлены, ограничены, нарушены или иным образом умалены, то прямой путь добиться их восстановления - обратиться в суд. Но возникает вопрос: а не будут ли права ущемлены, ограничены или иным образом умалены в суде? Наибольшую актуальность этот вопрос приобретает сейчас - с началом действия нового УПК РФ. За довольно короткий период он показал свое несовершенство по многим вопросам, что в ряде случаев порождает ущемление прав участников процесса. Хотелось бы остановиться на такой актуальной проблеме, как права потерпевшего и их реализация в суде.

В ст. 51 Конституции РФ получил отражение принцип, сформулированный в ч. 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах: «Каждый имеет право при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения… не быть принуждаем к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным».

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия» указано, что суд, предлагая подсудимому дать показания по поводу обвинения и известных ему обстоятельств, должен одновременно разъяснить ему ст. 51 Конституции. Положения этой статьи должны быть также разъяснены супругу или близкому родственнику подсудимого перед допросом его в качестве свидетеля или потерпевшего и лицу, вызванному в суд в качестве свидетеля по делу, если оно является супругом или близким родственником истца, ответчика, других лиц, участвующих в деле.

73

Эти конституционные положения подлежат разъяснению подозреваемому, обвиняемому, их супругам, близким родственникам, допрашиваемым в качестве свидетелей или потерпевших перед их допросом..

Несоблюдение указанных требований признается нарушением закона, а полученные при этом показания не могут служить доказательствами обвинения.

При анализе положений УПК РФ обращает на себя внимание, что долж- ного равноправия сторон судопроизводства, в частности обвиняемого (подсудимого) и потерпевшего, закон не обеспечивает. Это видно из сопоставления соответствующих глав и статей УПК РФ (ст. 42,47-51, 53, 198). Потерпевший, как и обвиняемый, должен быть обеспечен правом участвовать в следственных действиях, которые проводятся по его ходатайству, знакомиться с протоколом их проведения; потерпевший и его представитель, обвиняемый и его защитник, должны обладать правом ходатайствовать о назначении экспертизы в конкретном экспертном учреждении, привлечении в качестве экспертов указанных ими лиц, ходатайствовать о внесение в постановление дополнительных вопросов эксперту, присутствовать при производстве экспертизы, давать эксперту пояснения, знакомиться с заключением эксперта и с протоколом его допроса. Эти права есть у обвиняемого, и нет у потерпевшего.

Потерпевший вступает в уголовный процесс с момента вынесения поста- новления дознавателя, следователя, прокурора, суда о признании его потерпевшим по уголовному делу и разъяснения его уголовно- процессуальных прав.

Процессуально-правовое решение о признании физического или юриди- ческого лица потерпевшим должно быть принято сразу же, как только будут обнаружены фактические данные, указывающие на то, что лицо стало жертвой преступного деяния (действия или бездействия), предусмотренного уголовным законом, но не ранее момента возбуждения уголовного дела.

Признание потерпевшим может иметь место как по заявлению физического или юридического лица, так и по инициативе должностного лица, в производстве которого находится уголовное дело.

74

Особо следует подчеркнуть, что для потерпевшего дача показаний является не только правом, но и обязанностью. Давая показания по делу, он может использовать их для защиты своих интересов. Соответственно, дознаватель, следователь, прокурор, суд обязаны принять его показания тогда, когда он пожелает их дать, и в установленной форме зафиксировать их в материалах дела. В то же время, по требованию указанных лиц и суда потерпевший обязан правдиво ответить на поставленные перед ним вопросы в любой момент производства по делу. Допрос проводится по общим правилам, предусмотренным ст. 189 УПК РФ, исключением, установленными ст. 173 «Допрос обвиняемого», с предупреждением об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний (ст.307, 308 УК РФ), недопустимость разглашения данных предваритель- ного расследования (ст. 161УПК). Закон позволяет суду при выявлении факта непризнания лица в качестве потерпевшего при наличии к тому оснований вынести частное определение (а судье - постановление) об устранении причин и условий, способствовавших нарушению прав и свобод гражданина в ходе производства дознания, предварительного следствия или при рассмотрении уголовного дела нижестоящим судом (см. п.4 ст.29 УПК РФ).

По УПК РФ потерпевший не обладает правом самостоятельно собирать доказательства. Это право он как бы реализует путем предоставления следователю (дознавателю, прокурору, иному должностному лицу) предметов и доказательств, имеющих непосредственное отношение к расследуемому уголовному делу.

Заявленное ходатайство - наиболее значимое процессуальное право по- терпевшего. Благодаря данному действию, указанное лицо влияет на ход предварительного следствия. Однако объем и круг вопросов, по которым потерпевший правомочен заявлять соответствующие ходатайства, в УПК РФ конкретно не определен.

Несоблюдение процессуальных прав потерпевшего в судебном разбира- тельстве должно рассматриваться как нарушение права на защиту его интересов. Верховный Суд РФ считает подобное игнорирование
уголовно-

75

процессуального закона одним из оснований к отмене приговора1

В соответствии с ч.З ст.42 УПК потерпевшему обеспечивается возмещение не только имущественного вреда, причиненного преступлением, но и расходов, понесенных им в связи с участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя (ст. 131). Однако только по приговору суда (ст.49 Конституции РФ) устанавливается факт совершения преступления, а значит, и наступление преступления в виде вреда признает только суд

Существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора, признается также неустановление судом конкретного разме-ра ущерба, причиненного потерпевшему преступлением .

Представляется, что лицо, потерпевшее от преступления, правомочно требовать соблюдения всех его прав, предусмотренных п. 1-22 ст.42 УПК РФ. А при наличии соответствующих данных о том, что ему либо его родственникам и (или) знакомым (близким), как и свидетелю, угрожают убийством, насилием и т. п., - необходимость применения мер безопасности (ч.З ст. 11 УПК РФ). Кроме того, потерпевший может требовать разъяснения существа иных его процессуальных прав.

Процессуальный порядок допроса свидетеля регламентируется несколькими статьями УПК РФ. Прежде всего, это статья 56 УПК РФ, определяющая круг лиц которые могут быть вызваны в качестве свидетеля. Закон предусматривает, что в качестве свидетеля для допроса может быть вызвано любое лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, подлежащие установлению по данному делу. Это отправное положение нуждается в разъяснении. Прежде всею речь идет о характере информации, которой должен обладать допрашиваемый. Естественно, что это данные, непосредственно относящиеся к предмету доказывания по уголовному делу, а также иные данные имеющие опосредованное отношение к обстоятельствам, подлежащим доказыванию (речь идет о

1 Бюллетень ВС РФ. 1994. № 1. С. 7.

2 Бюллетень ВС РФ. 1995. № 1. С. 15.

76

так называемых вспомогательных и промежуточных фактах). В частности, это могут быть сведения о личности свидетеля либо информация о взаимоотношениях преступника и жертвы, позволяющая правильно оценить содержание показаний свидетеля или обвиняемого. Сюда же могут быть отнесены данные о связях обвиняемого, позволяющие целенаправленно проводить поиск орудия преступления и похищенного. В качестве свидетелей могут также допрашиваться лица, которым что-то важное по делу стало известно со слов свидетеля-очевидца, потерпевшего или обвиняемого. Однако эти сведения приобретут доказательственное значение лишь в том случае, когда лицо, являющееся источником этих данных, подтвердит на допросе правильность информации, включая и факт сообщения ее свидетелю. Этим обеспечивается требование п. 2 ч. 2 ст. 75 УПК РФ, о том, что не могут служить доказательством фактические данные, сообщаемые свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности, а также основанные на догадке, предположении, слухе.

К сожалению, это важное предписание закона далеко не всегда выполняет- ся и в делах фигурирует немало свидетелей, которые таковыми не являются, поскольку не обладают доказательственной информацией. Более того, эти лица нередко включаются в списки лиц, подлежащих вызову в судебное заседание.

В соответствии с чЛ ст.56 УПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела. С правовой точки зрения важно, наблюдал ли свидетель относящиеся к преступлению лично либо получил информацию о них от других лиц или из других источников. Главным критерием допустимости его показаний выступает официально установленный источник осведомленности (п.2 ч.2 ст.75 УПК).

В ч. 2 ст.72 УПК РСФСР содержится перечень лиц, не подлежащих до- просу в качестве свидетелей. Часть 3 ст. 56 УПК РФ существенно изменила этот перечень. Из него исключены лица, которые, в силу своих физических или психических недостатков не способны правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания. Данная но-

77

велла представляется совершенно логичной, поскольку психическое или физическое состояние свидетеля, возможно достоверно определить только посредством специального экспертного исследования. В случае обоснованного сомнения в способности свидетеля дать объективные показания вследствие особенностей его психофизического состояния дознаватель, следователь, прокурор, суд (судья) должны назначить судебную экспертизу (ч. 4 ст. 195 УПК РФ).

Уголовно-процессуальное законодательство признает свидетельский им- мунитет. Так, в соответствии с ч. 3 ст. 56 УПК РФ не могут допрашиваться в качестве свидетеля: судья, присяжный заседатель - об обстоятельствах уголовного дела, которые стали им известны в связи с участием в производстве по данному уголовному делу; адвокат подозреваемого, обвиняемого - об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием; адвокат - об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с оказанием юридической помощи; священнослужитель - об обстоятельствах, ставших ему известными из исповеди; член Совета Федерации, депутат Государственной Думы без их согласия - об обстоятельствах, которые стали ему известны в связи с осуществлением ими своих полномочий

В перечень лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетеля, дополни- тельно включены сулья и присяжный заседатель.Они не могут давать показания об обстоятельствах уголовного дела, ставших им известными в связи с участием в производстве по данному делу (п. 1 ч. 3 ст.56 УПК РФ). На наш взгляд, не должны подлежать допросу в качестве свидетелей и другие должностные лица, создающие надлежащие процессуальные условия для обеспечения правосудия, - следователь, дознаватель, прокурор. Также как судьи и присяжные заседатели, узнают сведения об обстоятельствах уголовного дела они узнают об обстоятельствах дела в связи с участием в его производстве.

А между тем, случаи допросов указанных должностных лиц, в качестве свидетелей, весьма распространены. Очень часто следователи, проводившие предварительное расследование по уголовному делу, допрашиваются в судеб-

78

ных заседаниях в качестве свидетелей в связи с отказом подсудимых от имевшего места признания своей вины по мотивам принудительного воздействия на них в досудебном производстве. В большинстве подобных случаев «следователи-свидетели» отрицают указываемые подсудимыми факты и их допросы завершаются, по сути, ничем, поскольку логически невозможно проверить достоверность заявлений подсудимого показаниями следователя - т. е. того самого лица, на незаконные действия которого и жалуется подсудимый. Помимо того что такие «свидетели» по своей сути не соответствуют своему процессуальному положению, суды, проводящие их допросы, прямо нарушают закон, необоснованно расширяя пределы судебного разбирательства. В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Нередки случаи допросов следователей и прокуроров с целью так назы- ваемого закрепления доказательств по тем уголовным делам, где собранная совокупность доказательств явно недостаточна для принятия того или иного процессуального решения. К примеру, при расследовании убийства Н. следователь следственного управления прокуратуры Ростовской области допросил в качестве свидетелей по факту утери вещественных доказательств своих непосредственных руководителей, дававших ему поручения в порядке ст.211 УПК РСФСР. Совершенно очевидно, что показания подобных «свидетелей» вряд ли способны прибавить убедительности принимаемым на их основе процессуальным ре- шениям1.

Следователь и прокурор являются должностными лицами в сфере досу- дебного производства по уголовным делам (ст. ст.37, 38 УПК РФ). Они в установленном законом порядке формируют доказательства с целью предварительного, досудебного установления обстоятельств расследуемого криминального события, принимают процессуальные решения по делу, основываясь на информации, полученной из соответствующих источников, т. е. являются полноправными субъектами доказывания и обвинения. Внутреннее убеждение публичных

1 Уголовное дело № 5689/02 // Архив Ростовского областного суда. 2002. № 1/5689/02.

79

участников уголовного судопроизводства со стороны обвинения (гл.6 УПК РФ) складывается на основе исследования собранных и проверенных доказательств, и в этом смысле они не могут выступать в роли беспристрастных свидетелей. Их пристрастность формируется не в связи с обыденной жизнедеятельностью; она полностью сформирована в процессе осуществления служебных процессуальных полномочий, посредством которых создается правовая основа для последующего судебного разбирательства. Именно поэтому недопустим их произвольный перевод из числа публичных участников уголовного процесса в категорию его частных субъектов. Думается, что прокурор, следователь и дознаватель должны быть включены, наряду с судьей и присяжным заседателем, в перечень лиц, не подлежащих допросу в качестве свидетелей (п.1 ч.З ст.56 УПК РФ), а их показания, следует признавать недопустимыми доказательствами (ст. 75 УПК РФ).

В соответствии с ч. 2 ст. 74 УПК РФ показания свидетеля допускаются в качестве доказательства. Вместе с тем собственно показания представляют собой всего лишь часть протокола допроса, в которой содержится фактическая информация об обстоятельствах уголовного дела. Подобная содержательная часть протокола способна характеризовать лишь такие свойства доказательства, как относимость и достоверность (ст. 88 УПК РФ). Другое юридическое свойство доказательства - допустимость - может быть проверено и оценено только посредством анализа всего протокола допроса, а не только показаний. Допустимость предполагает соответствие порядка получения доказательства требованиям уголовно-процессуального закона (ст. 75 УПК РФ). Показания даются свидетелем во время его допроса, в ходе которого составляется протокол, в котором отражаются все участники данного следственного действия, условия его производства и т. д. (ст. 166 УПК РФ). Любое несоответствие порядка составления протокола нормативным установлениям влечет признание всего доказа- тельства недопустимым, даже если в показаниях свидетеля содержится абсолютно достоверная и относимая информация. Думается поэтому, что перечисление в ст. 74 УПК РФ показаний в качестве видов доказательств наряду с про-

80

токолами следственных и судебных действий является с точки зрения законодательной техники излишним, а с позиций теории доказательств - неправильным.

Предмет показаний свидетеля определен в ч. 2 ст. 79 УПК РФ: любые от- носящиеся к уголовному делу обстоятельства, в том числе связанные с личностью обвиняемого, потерпевшего, а также взаимоотношениями допрашиваемого с ними и другими свидетелями. На мой взгляд, он определен несколько шире предмета доказывания по уголовному делу, поскольку обстоятельства, характеризующие взаимоотношения допрашиваемого свидетеля с другими участниками процесса, не входят в перечень подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу (ст. 73 УПК РФ). Но, с другой стороны, характеристика подобных взаимоотношений обязательно должна учитываться при проверке по- лученных следователем или судом доказательств (ст. 87 УПК РФ). В содержание показаний свидетеля, таким образом, могут включаться не только сведения об обстоятельствах преступления, но и собственные суждения и выводы относительно них допрашиваемого, а также тех участников процесса, с которыми у него имелись взаимные отношения до и после совершения преступления, а также во время предварительного расследования и судебного разбирательства. Эти сведения могут указывать, в частности, на противоправное воздействие на свидетеля со стороны других лиц с целью сообщения им при допросе выгодной для них информации по делу. В любом случае сообщаемая свидетелем фактическая информация об обстоятельствах уголовного дела способна при ее соот- ветствии юридическим свойствам доказательства устанавливать факты и события, по поводу и в отношении которых осуществляется предварительное или судебное следствие.

Уголовно-процессуальный закон устанавливает место допроса свидетеля, порядок его вызова и общие правила проведения допроса (ст. ст. 187-189 УПК РФ).

С целью исключения внушающего воздействия вызванные по одному делу свидетели допрашиваются порознь и в отсутствии других свидетелей. Отсю-

81

да целесообразно принятие мер к тому, чтобы свидетели по одному и тому же делу не могли общаться между собой.

Перед допросом следователь удостоверяется в личности свидетеля (обычно путем ознакомления с паспортом), разъясняет обязанности свидетеля. На основании ч. 6 ст. 56 УПК РФ свидетель обязан явиться по вызову лица, производящего расследование и дать правдивые показания об известных ему обстоятельствах по делу, а также ответить на поставленные ему вопросы. Часть 5 ст. 189 УПК РФ предусматривает новацию: свидетель может явиться на допрос с адвокатом, приглашенным для оказания юридической помощи. Присутствуя при допросе, адвокат не вправе задавать вопросы и комментировать ответы свидетеля. По окончании допроса адвокат вправе делать заявления о нарушении прав и законных интересов свидетеля.

При неявке свидетеля без уважительной причины дознаватель, следователь прокурор, суд (судья) вправе подвергнуть его приводу. За дачу заведомо ложных показаний либо отказ от дачи показаний свидетель несет ответственность по ст. 307 и 308 УК РФ. За разглашение данных предварительного расследования свидетель несет ответственность в соответствии со ст. 310 УК РФ и ст. 161 УПК РФ.

Свидетель может быть допрошен о любых обстоятельствах, подлежащих установлению по делу, в том числе о личности обвиняемого и потерпевшего, а также о своих взаимоотношениях с ними и другими свидетелями (ч. 2 ст. 78 УПК РФ).

Допрос по существу начинается предложением свидетелю рассказать все ему известное об обстоятельствах, в связи, с которыми тот вызван на допрос. Эта часть допроса в форме свободного рассказа несет большую смысловую нагрузку. Следователь не должен перебивать допрашиваемого. Он вправе лишь задать уточняющие вопросы либо, если допрашиваемый явно уходит от предмета допроса, попросить свидетеля говорить по существу. Возникшие у него вопросы следователь может задавать свидетелю уже после завершения дачи показаний.

82

Если свидетель сам непосредственно не наблюдал преступления, то при допросе должен быть выяснен источник его осведомленности. Причем сама по себе ссылка свидетеля на конкретное лицо, со слов которого ему известно о событии или обстоятельствах преступления, вопроса не решает, и его показания приобретут доказательственное значение лишь тогда, когда названное свидетелем лицо на допросе подтвердит показания этого свидетеля. В этом случае показания свидетеля будут производными, ибо они даны со слов очевидца.

Закон требует, чтобы свидетелю, равно как и другим допрашиваемым, не задавались наводящие вопросы, которые в скрытой либо очевидной форме содержат желательный для допрашивающего ответ. Здесь очевидно внушающее воздействие на свидетеля, которое может повлиять на достоверность показаний.

Показания свидетеля, в том числе и несовершеннолетнего, заносятся в протокол, который составляется с соблюдением предписаний ст.. 166, 167 и 190 УПК РФ. Закон требует, чтобы показания записывались от первого лица и по возможности дословно. Обычно следователь протоколирует лишь то, что относится к обстоятельствам преступления, к личности обвиняемого и жертвы, характеру их отношений. Остальная информация заносится в протокол, если ее посчитает важной для дела следователь либо на этом настаивает сам допрашиваемый. Вопросы, задаваемые после свободного рассказа свидетеля, равно как и ответы на них свидетеля заносятся в протокол. Это, как правило, носит общий характер и относится к вопросам не только следователя, но и других присутствующих лиц.

По окончанию допроса и составления протокола, он предъявляется свидетелю для прочтения либо по его просьбе зачитывается следователем. Свидетель имеет право потребовать дополнения протокола или внесения в него поправок, что является обязательным для следователя. После прочтения документа и внесения в него при необходимости поправок в протоколе отмечается, прочитал ли следователь протокол лично или он был зачитан следователем. В кон-

83

це протокола удостоверяется правильность записи показаний. Свидетель подпи- сывает каждую страницу и протокол в целом.

После дачи свидетелем показаний при наличии просьбы свидетеля, ему предоставляется возможность собственноручно изложить свои показания, о чем делается соответствующая запись в протоколе. Практика свидетельствует, что нередко в процессе собственноручной записи показаний свидетель либо не ука- зывает некоторых важных обстоятельств своих устных показаний, либо привносит в протокол нечто новое, чего он ранее не говорил. Поэтому следователь должен тщательно вычитывать собственноручные показания свидетеля и при необходимости ставить по ним вопросы. Показания и в этом случае подписываются свидетелем и следователем. В протоколе указываются все лица, участвовавшие в допросе. Каждый из них должен подписать протокол, а также все сделанные к нему уточнения и дополнения.

Показания эксперта, специалиста. Экспертом признается лицо, обладающее специальными знаниями и назначенное в порядке, установленном УПК РФ, для производства судебно-медицинской экспертизы и дачи заключения (ст. 57 УПК РФ). Заключение эксперта - представленные в письменном виде содержание исследования и выводы по вопросам, поставленным перед экспертом лицом, ве- дущим производство по уголовному делу, или сторонами (ч. 1 ст. 80 УПК РФ). Специалист, хоть и дает заключение (ч. 3 ст. 80 УПК РФ), но, в отличие от экс- перта, не проводит исследования, а его заключение представляет собой письмен- ную консультацию по специальным вопросам, относящимся к его компетенции.

Выводы эксперта, заведомо не соответствующие действительности, под- тверждающие несуществующие факты, искаженно истолковывающие или скры- вающие реальные события, свидетельствуют о том, что представленное заключе- ние заведомо ложное. В отличие от подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего и свидетеля, эксперт не имеет непосредственного отношения к событию преступления. Информацию о совершенном преступлении он получает из материалов, представленных ему для экспертного исследования. Этим определяется специфика

84

предмета допроса: эксперт дает показания для разъяснения данного им заключения, Согласно ст. 205 УК РФ эксперт не может быть допрошен по поводу сведений, которые стали ему известны в связи с производством судебной экспертизы, если они не относятся к предмету данной судебной экспертизы. Протокол допроса эксперта, специалиста составляется с соблюдением требований статей 166 и 167 УПК РФ.

По своей юридической природе показания эксперта на допросе у следова- теля (как и в судебном заседании) являются продолжением, детализацией, более обстоятельным разъяснением представленного органам расследования экспертного заключения. Поэтому, как правило, допрос эксперта производится для уточнения методики исследования, содержания отдельных терминов и формулировок, получения разъяснении по поводу того, на каком уровне находятся современные знания в соответствующих областях науки, техники, искусства или ремесла; дополнительных сведений в отношении специальности и компетентности эксперта, разъяснения причин противоречий между выводами экспертов, проводящих комиссионную экспертизу и т. д.1.

Вместе с тем, приведенные выше ситуации в основном касаются необхо- димости уточнения данного экспертом заключения. Как правило, их разрешение затруднений не вызывает. Сложности могут возникнуть в тех сравнительно редких случаях, когда необходимо дополнить содержание экспертного заключения по существу, получить ответ на дополнительные вопросы, которые непосредственно связаны с проведенным исследованием, но перед экспертом не ставились.

Принципиальный вопрос, возникающий перед следователем, заключается в том, в каких случаях он должен назначать дополнительную экспертизу, а в каких - ограничиться допросом эксперта? Как нам представляется, в тех случаях, когда проведенное экспертом исследование позволяет ответить на возникшие у следователя вопросы, то он может разрешить эти вопросы в рамках до-

1 Комментарий к УПК РСФСР / Под редакцией В.М Савицкого, Б.Т. Безлепкина, П.А. Лупинской, Н.Л. Пертрухина. Изд-во «Проспект». М., 1999. С. 254-255.

85

проса эксперта; а когда для ответа на вопросы следователя необходимо проведение дополнительных исследований назначается дополнительная экспертиза.

Показания эксперта являются продолжением его заключения, они имеют процессуальное значение в качестве дополнения акта экспертизы. Поэтому эксперт допрашивается только после дачи заключения.

Показания эксперта - это сведения, сообщенные им на допросе в целях разъяснения или уточнения данного им заключения в соответствии со ст.. 205 и 282 УПК РФ. Перед допросом следователь в случае необходимости удостоверяется в личности эксперта, разъясняет цель допроса, права и обязанности эксперта, уточняет данные о специальности, компетентности и отношении эксперта к делу. После этого ставятся вопросы, требующие разъяснения. Наводящие вопросы не допускаются .

При протоколировании показаний эксперта применяются правила ст. 190 УПК РФ. Вопросы, поставленные перед экспертом, а также его ответы це- лесообразно протоколировать дословно. Практика автора подтверждает целесообразность собственноручной записи ответов экспертом. В свою очередь ответы эксперта могут вызвать дополнительные вопросы со стороны следователя, а также послужить основанием для назначения дополнительной или даже повторной экспертизы.

Уголовно-процессуальный кодекс РФ значительно расширил диапазон участия в уголовном процессе специалиста, который в соответствии со ст. 58 УПК РФ, привлекается не только для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применения технических средств в исследовании материалов дела, но и для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Таким образом, законодатель разграничил по каким вопросам «мнение специалиста» будет охвачено процессуальной формой, а по каким -

1 Научно-практический комментарий к УПК РСФСР. Издание 2-е, перераб. и доп. / Под обшей редакцией Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. Изд-во «Спарк». М, 1997. С. 340-341.

86

нет. УПК РФ регламентирует допрос эксперта для разъяснения и дополнения А его собственного заключения. Допрос специалистов проводится для получения

ответа на вопрос, например, возможно ли производство первоначальной или повторной экспертизы, исходя из имеющихся исходных данных и возможно стей науки в данной области. Таким образом, роль специалиста заключается в регулировании назначения и производства комплексной экспертизы, получения экспертных образцов для сравнительного исследования, расширения гарантий ф прав человека при необходимом использовании специальных познаний в уго-

ловной судопроизводстве.

§ 2. Процессуальные документы иных следственных действий как недопустимые доказательства

Совершенствование правовой регламентации процессуальной дея-тельности затронуло и нормы о следственных действиях. И это неслучайно: следственные действия, будучи эффективным средством познания истины, всегда в большей или меньшей степени сопряжены с ограничением прав граждан. Основания и пределы такого ограничения должны быть четко сформулированы

щ в законе. В УПК РФ данному аспекту законодателем уделено достаточное вни-

мание. Впервые на законодательном уровне утверждены бланки процессуальных документов, в которых наряду с нормами УПК РФ, предложены общие правила протоколирования хода и результатов следственных действий, что также будет способствовать достижению изложенных целей.

Изученные положения УПК РФ указывают на то, что между нормами УПК РФ и текстами бланков (приложений) имеются несовпадения по многим позициям. Порядок расположения бланков порождает вопрос: почему протоколы следственного эксперимента, проверки показаний на месте, допроса несо- вершеннолетних подозреваемых, потерпевших (свидетелей), постановление о допуске законного представителя находятся между документами об избрании

  • меры пресечения и постановлением о признании гражданским истцом? С уче-

87

том этого и других обстоятельств, порождающих недопустимые доказательства, предпринята попытка исследования некоторых процессуальных документов, составляемых следователем при производстве следственных действий.

Предъявление лиц для опознания. Несмотря на многовековую историю применения опознания в правосудии, процессуальную форму следственного действия оно обрело только в наше время. В дореволюционной России опознание проводилось в качестве элемента очной ставки и как розыскное мероприятие. Не изменился статус опознания и в первые годы советской власти. Лишь УПК РСФСР закрепил за опознанием статус самостоятельного следственного действия и регламентировал порядок его проведения.

В настоящее время под опознанием понимают процессуальное действие, которое состоит в предъявлении опознающему лица или объекта для установления тождества или различия с ранее наблюдаемым лицом или объектом. Задачи, решаемые посредством проведения опознания, охватывают широкий круг вопросов: проверка показаний потерпевших, обвиняемых, подозреваемых, свидетелей; проверка версий; установление обстоятельств преступления и т. д. В качестве опознающих выступают свидетель, потерпевший, подозреваемый или обвиняемый. Для опознания предъявляются живые лица, трупы, предметы, фотокарточки. В основе опознания лежит узнавание объекта как виденного ранее. Что такое узнавание, почему и как именно оно происходит, до сих пор точно не определено. В психологии считается, что узнавание (опознание) основано на мысленном сравнении впечатления от объекта в данный момент с соответствующими следами, сохранившимися в памяти человека1.

Существующие процессуальные правила проведения опознания направлены на необходимость обеспечения получения именно достоверных результатов. К ним относятся: обязательное присутствие понятых и предварительный допрос опознающего об обстоятельствах, при которых он наблюдал соответст-

1 Эйсман А.А. Логика доказывания. М, 1971. С. 19; Ильченко Ю.И. Эмоции и чувства в деятельности следователя. Краснодар, 1978. С. 6, 10-17; Соловьев А.Б. Процессуальные, психологические и тактические основы допроса на предварительном следствии. М, 2002. С. 33-37 и др.

88

вующее лицо или предмет, а также о приметах и индивидуальных особенностях, по которым он сможет его опознать; предъявление, опознающему лица, опознание которого производится, только вместе с другими лицами (не менее двух), сходными по внешности с опознаваемым (не должно быть резких различий по телосложению, возрасту, росту, цвету волос и т. д.) и в одинаковой по стилю одежде; предложение опознаваемому перед началом опознания самостоятельно занять любое место среди других предъявляемых лиц.

Это связано с желанием исключить возможность фальсификации резуль- татов данного следственного действия, когда опознающий по подсказке может узнать «нужного» человека по месту, на которое его поставили.

Все сказанное еще раз свидетельствует о необходимости точно следовать предписаниям закона. Именно строгое соблюдение процессуальной регла- ментации проведения опознания является самым простым и надежным способом избежать ошибок и получить достоверные результаты, имеющие доказательственное значение.

Так, появление методов фиксации внешности на принципиально новых носителях, отличных от фотобумаги, привело практику к попыткам разработки иных форм опознания лица по изображению, зафиксированному средствами, о которых прямо не говорится в уголовно- процессуальном законодательстве. В настоящее время можно выделить несколько дискуссионных направлений попыток совершенствования предъявления для опознания в рамках следственного действия.

Первое направление - основная дискуссия идет вокруг положения о не- обходимости описания на предварительном допросе примет, по которым будет идти опознание. По закону это условие обязательное, но ряд авторов считают его не столь важным и допускают возможность проведения следственного опознания без предварительного описания примет объекта, если опознающий уверен в том, что узнает его. Такие взгляды опираются на данные психологических экспериментов, показывающих, что «в процессе опознания действуют определенные латентные признаки, которые не фиксируются полностью или частично

89

на уровне сознания и поэтому не могут быть предварительно воспроизведены при допросе» . Действительно, не каждый человек может четко выделить и описать характерные приметы, которые он помнит. К тому же существуют случаи достоверного узнавания лиц человеком, который изначально никак не мог описать их, а не только выделить индивидуальные черты.

Отсутствие исходных данных о внешности опознаваемого делает неубе- дительным само опознание, поскольку теряется аргументированность узнавания. Это мешает следователю подобрать статистов сходного типа, тем самым, ставя лиц, предъявляемых для опознания, в неравные условия, что снижает достоверность процессуального узнавания. Поэтому проведение опознания без описания на предварительном допросе примет, совершенно обоснованно ведет к непризнанию за ним доказательственного значения.

Более того, в ходе предварительного допроса важно выявлять и факты, по которым можно провести оценку самой возможности опознания. На практике встречаются случаи, когда люди утверждают, что готовы опознать преступника, и сами верят в это, описывают его внешность, но впоследствии выясняется, что видели они его, например, в вечернее время из окна квартиры, расположенной на десятом этаже, да еще сам свидетель обладает слабым зрением. Естественно, что никакое опознание при таких условиях невозможно.

Второе направление - существуют интересные разработки опознания лица по изображению, зафиксированному средствами, о которых прямо не гово- рится в уголовно-процессуальном законодательстве. Например, предлагается опознание лица по «фейсменеджеру» - изображению лица на экране компьюте-ра . При этом для обеспечения достоверности и по аналогии с существующими процессуальными нормами проведения традиционного опознания авторы даже рекомендуют, чтобы перед «опознающим» на мониторе одновременно появлялись и сменялись изображения трех лиц, схожей наружности, без анкетных

См : Алексеев A.M. Об одном дискуссионном вопросе в теории и практике предъявления для опознания / Труды Высшей школы, вып. 34. М.,1972, С. 116.

2 См.: А. Бецуков. Опознание по «фейсменеджеру» и видеозаписи. Законность, 2000. № 3.

90

данных. Допускается возможность использования и трех мониторов. В случае «опознания» или «неопознания» к протоколу прилагают принтерную распечатку той комбинации изображений трех лиц, где присутствовал опознаваемый. При таком подходе, казалось бы, единственным отличием от традиционного опознания по фотографии является то, что изображение присутствует на экране компьютера, а не на бумажном носителе. Но тем не менее результаты такого узнавания не имеют доказательственного значения, так как в УПК РФ говорится только об опознании живого лица, трупа, предмета или об опознании по фо- тографии. Все иные формы опознания, независимо от степени их достоверности, процессуально не являются следственным опознанием.

То же наблюдается и при разработке методов опознания по видеозаписи. Опережая законодательство, ряд авторов уже дают рекомендации по про- ведению следственного видео-опознания. Например, следователю рекомен- дуется изготовить еще не менее двух видео-сюжетов с лицами, не имеющими резких отличий от опознаваемого, если «опознание» необходимо провести по видеозаписи с изображением одного человека или в сопровождении лиц, резко контрастирующих с ним по внешности. Но если на пленке опознаваемый изображен с несколькими лицами, чья внешность схожа с его, то нет необходимости в создании дополнительных видеозаписей, так как принцип объективности опознания уже соблюден1.

Проведение опознания по видеозаписи невозможно в рамках следственного действия, так как действующий УПК РФ не предусматривает его. Но при- веденные выше рекомендации весьма интересны для оперативного отожде- ствления.

С принятием нового уголовно-процессуального кодекса РФ, в частности, ст. 193 - предъявление для опознания, сущность и порядок производства этого следственного действия, вопреки ожиданию, оказались несколько ограниченными и противоречивыми.

См.: Гинзбург А. Я. Опознание в следственной, оперативно-розыскной и экспертной практике. Учебно-практическое пособие. М, 1996. С. 92.

91

В УПК РСФСР (ст. 164) говорилось «..опознающие предварительно доп- рашиваются об обстоятельствах, при которых они наблюдали соответствующее лицо или предмет, и о приметах и особенностях, по которым они могут произвести опознание». В п. 2 ст. 193 УПК РФ зафиксировано - «опознающие предварительно допрашиваются об обстоятельствах, при которых они видели предъявленные для опознания лицо или предмет».

В анализируемых рекомендациях законодателя, регулирующих порядок проведения и фиксации предъявления для опознания, отмечаются недостатки, которые несомненно могут вызвать критические замечания у защитника подсудимого, суда. Так, в п. 4 ст. 193 УПК РФ, сказано: «Перед началом опознания опознаваемому предлагается занять любое место…», однако, в приложении 31, 32 к УПК РФ записано «Перед началом опознания опознаваемому было предложено…».

Вопросы участия защитника в опознании подозреваемого, обвиняемого, разъяснение им процессуальных прав в приложении к УПК РФ практически не отражены. Как мы полагаем, эти противоречия следует учесть в ходе совершенствования уголовно-процессуального законодательства.

Условия, порядок и виды предъявления для опознания в практике рас- следования преступлений сформировались давно, частично они включены в ст. 193 УПК РФ. Перед предъявлением для опознания, необходимо подробно допросить свидетеля, чтобы уяснить: а) при каких условиях он видел, слышал, осязал (если незрячий) преступника, другое лицо, предмет; на каком расстоянии, при каком освещении, в какой обстановке, в каких положениях, в течение какого времени и др.; б) какие признаки внешности, устной речи нападавшего запомнил свидетель; в) может ли свидетель опознать нападавшего.

При этом нужно получить описание как статистических, так и динамиче- ских признаков, используя тактические приемы и правила составления словесного портрета. Предварительный допрос опознающего необходим для объективной, всесторонней оценки судом результатов опознания, проведенного следователем. И как общее незыблемое требование - опознаваемый должен предъ-

92

являться для опознания в том виде, в каком свидетель или потерпевший наблюдали его ранее.

К дополнительным видам опознания, прямо не предусмотренных в ст. 193 УПК РФ, но и не противоречащих п. 3 ст. 193 УПК РФ, можно отнести: а) повторное предъявление для опознания одного и того же лица свидетелю (потерпевшему); б) предъявление для опознания лица по устной речи или походке, в) идентификацию личности по фонограммам, г) опознание лица по кинофильмам, рисункам, д) опознание лиц (трупов) по посмертным маскам или частям трупа и др. Особое место в решении проблем опознания здесь должны занимать вопросы участия в этом следственном действии специалиста и защитника подозреваемого (обвиняемого), а также - вопросы обеспечения гарантий неприкосновенности и защиты законных прав, чести и достоинства опознаваемого и опознающего. Из дополнительных видов и условий опознания остановимся на двух - повторном предъявлении для опознания обвиняемого и обеспечении прав и законных интересов опознающего в уголовном судопроизводстве.

Из результатов анкетирования осужденных видно, что повторное предъ- явление обвиняемого одному и тому же лицу производилось весьма редко. Следователи повторно производили опознание в тех случаях, когда свидетели (потерпевшие) неуверенно опознавали обвиняемого. В некоторых случаях, несмотря на отрицательные результаты первого опознания, следователь производил повторное, настойчиво предлагая свидетелю все же опознать обвиняемого. По мнению осужденных, производить повторное опознание в отдельных случаях смысла не было, ибо опознающие не знали или не запомнили признаков их внешности

Очевидно, учитывая такие ситуации, законодатель четко зафиксировал «не может производиться повторное опознание лица или предмета тем же опо- знающим и по тем же признакам» (ч. 3 ст. 193 УПК РФ).

И все же, в процессе расследования преступлений возможны случаи, когда первое опознание, в силу объективных причин, проводилось по фотогра-

93

фии, а затем появилась возможность предъявить самого подозреваемого. В данном случае признаки искомого и на фото и в натуре будут одним и тем же, но вид опознания будет иным. В практике встречаются случаи прекращения первого опознания из-за болезни опознающею (нервный срыв при виде напавшего, ухудшение зрения на момент производства следственного действия и т. п.). В таких случаях, после устранения негативных факторов, необходимо второй раз провести опознание одного и того же подозреваемого одному и тому же опознающему. И лучше если это будет осуществлено с участием защитника опознаваемого.

Соглашаясь с законодателем, мы полагаем, что проводить повторное опо- знание недопустимо, если при первом опознании следователь игнорировал требования УПК РФ, рекомендации криминалистики о порядке и условиях проведения следственного действия, или когда опознающий дал заведомо ложные показания о том, что он якобы не узнал преступника.

Важным элементом нормативной регламентации следственных действий является закрепление их результатов, т. е. протоколирование, применение иных (научно-технических) средств запечатления. В УПК РФ эта обязанность следователя, дознавателя получила четкое закрепление. Часть 4 с г. 166 УПК РФ устанавливает, что «в протоколе описываются процессуальные действия в том порядке, в котором они производились, выявленные при их производстве существенные для данного уголовного дела обстоятельства…». Однако в приложениях к новому УПК РФ имеют место неточные, порой упрощенческие, формулировки, не соответствующие указанному выше предписанию ст. 166 УПК РФ и нормам, непосредственно регулирующим следственные действия. Так, в образце протокола предъявления для опознания (приложения 31) требование ст. 193 УПК РФ о том, что лицо предъявляется с другими лицами, «по возможности внешне сходными с ним», реализовано в виде предписания указывать лишь год рождения «других лиц». Предложенный образец протокола не поможет преодолению этого недостатка и правильному определению доказательственной ценности опознания.

94

Проверка показаний на месте (ст. 194 УПК РФ). В возникший в конце 50-х годов двадцатого столетия этот способ собирания и проверки доказательств на протяжении более 40 лет не имел регламентации в нормах уголовно- процессуального законодательства России. Поэтому вопрос о правовой природе, сущности, тактических особенностях производства проверки показаний на месте сейчас один из актуальных.

Проверка показаний на месте, являясь следственным действием, носит проверочный характер. При детальном рассмотрении можно отметить, что оно является комплексным, вбирающим в себя элементы различных следственных действий (осмотр места происшествия, допрос, следственный эксперимент, предъявление для опознания, обыск). Проверка показаний на месте осуществляется только после возбуждения уголовного дела. Уголовно-процессуальный закон не предусматривает вынесения постановления о ее проведении.

В период подготовки УПК РФ, A.M. Ларин, критикуя как широко распространенную практику использования протоколов проверки показаний на месте, так и включение данного действия в систему следственных действий в проекте УПК РФ, указывал, что оно не поддается четкой правовой регламентации и представляет собой конгломерат повторного допроса, осмотра, следственного эксперимента, предъявления для опознания неподвижного объекта. Фактически цель «проверки на месте» состоит в том, чтобы обвиняемый повторил свое признание в преступлении при понятых и не решился затем от него отказаться, чтобы создать свидетелей, присутствовавших при этом мероприятии .

В отличие от УПК РСФСР в УПК РФ нашло законодательное закрепление право неприкосновенности жилища. Статьи 12, 177 УПК РФ достаточно подробно регламентируют порядок производства осмотра жилища, проведение которого возможно с согласия проживающих там лиц или на основании судебного решения. Однако в статье, посвященной проверке показаний на месте, процедура проведения данного следственного действия в жилище не раскрыта.

Ларин A.M. О принципах уголовного процесса и гарантиях прав личности в проекте УПК. 1997 // Российская юстиция. 1997. № 9. С. 9.

95

Вполне логично было бы в данной ситуации действовать по аналогии с осмотром жилища и обращаться с ходатайством в суд о проведении проверки показаний на месте. Но ч. 1 ст. 165 УПК РФ содержит исчерпывающий перечень случаев, когда такое ходатайство может быть возбуждено перед судом, и в нем проверка показаний на месте не упоминается. Кроме того, в Приложении 6 к УПК РФ установлена форма постановления о возбуждении перед судом ходатайства о разрешении производства осмотра жилища. Этот документ распространяет свое действие только на осмотр. Форма постановления о возбуждении ходатайства о проведении в жилище проверки показаний на месте не разработана.

При проверке показаний нескольких лиц на одном месте, целесообразно каждый раз привлекать новых понятых. Так же следует поступать в ситуации, когда один обвиняемый (подозреваемый) желает показать несколько различных мест, где им были совершены преступления, или в случае дополнительной, а также повторной проверки показаний на месте. Хотя закон и не запрещает участия одних и тех же понятых при производстве нескольких следственных действий, подобная практика нежелательна. Понятые, неоднократно участвуя в однотипных следственных действиях, могут легко спутать детали одной проверки показаний на месте с деталями других, что может иметь значение тогда, когда возникнет необходимость допроса понятых на следствии или в суде.

Аналогичным образом, на наш взгляд, следует решать вопрос при прове- дении нескольких проверок показаний на месте по одному делу с использованием транспорта - каждый раз приглашать другого водителя.

Рассматриваемое следственное действие всегда должно начинаться на не- котором удалении от места, где будет проводиться проверка. Это даст воз- можность следователю убедиться, что допрошенный знает и может указать путь к данному месту. Таким образом, указание лицом на маршрут, который ведет к месту, где будет проводиться проверка, уже представляет проверку. Поэтому все подготовительные мероприятия должны завершаться вне места, где происходили интересующие следствие события.

96

О проведении проверки показаний на месте составляется протокол. Форма протокола приведена в приложение № 56 к УПК РФ. На практике может возникнуть вопрос о порядке фиксации данных о ранее неизвестных обстоятельствах, указания о которых получены при проверке показаний на месте (например, заявление о ранее неизвестном эпизоде преступной деятельности, нахождение новых вещественных доказательств на участке, не подвергавшемся осмотру, и т. д.). В юридической литературе предлагаются следующие решения: а) перерыв в проведении проверки показаний на месте и проведение необходимых следственных действий - осмотра, допроса, эксперимента и т. д.; б) предварительная фиксация (без перерыва проверки показаний), с последующим процессуальным оформлением, путем проведения соответствующих следственных действий; в) внесение в протокол проверки показаний на месте данных в полном объеме, что не исключает проведения в дальнейшем других следственных действий .

Полагаем, что в некоторых случаях следует прервать проверку показаний на месте, или проводить необходимые следственные действия одновременно с ней. Например, если обнаружена какая-либо часть расчлененного трупа (похищенного имущества), а лицо желает показать, где спрятаны остальные, то на месте остается один из следователей и производит осмотр обнаруженной части трупа, а другой следователь и участники продолжают проверку показаний на месте. Но этот вариант возможен лишь тогда, когда следователь заранее прогнозирует такой поворот событий и приглашает перед проверкой показаний на месте других следователей - членов следственной группы по уголовному делу, специалистов, понятых и др.

Возможен и иной вариант действий: следователь прекращает проверку показаний на месте и осуществляет осмотр обнаруженной части трупа. Тогда участие в осмотре лица, показания которого проверяются, нецелесообразно, так как в дальнейшем это исключит возможность и лишает всякого смысла проведение с ним проверки показаний на месте.

1 Соя-Серко Л.А. Проверка показаний на месте. М., 1962. С. 120-121.

97

Особенное недоумение вызывает определение цели проверки показаний на месте. Известно, что указанное действие (проводимое в форме осмотра или следственного эксперимента) часто трактуется и применяется следователями как средство «закрепления» признания обвиняемого и сводится лишь к воспро- изведению его показаний в присутствии понятых. Четкое определение цели проверки показаний на месте имеет не только теоретическое, но и важное прак- тическое значение. Тем не менее, ст. 194 УПК РФ провозглашает, что проверка показаний на месте производится «в целях установления новых обстоятельств, имеющих значение для дела». Между тем в процессуальной литературе неод- нократно отмечалось, что доказательственное значение проверки показаний на месте состоит в выявлении совпадений или несовпадений показаний с особен- ностями местности, указывающих на правдивость или неправдивость показаний. Эта мысль отражалась в проекте УПК РФ, подготовленном ко второму чтению (ст. 211), но по непонятным причинам была исключена из окончательного текста УПК РФ, что запутало и без того неясный вопрос.

Признавая проверку показаний на месте самостоятельным следственным действием, некоторые ученые рекомендует различные варианты ее про- цессуального оформления. А.Н. Васильев и С.С. Степичев рекомендовали со- ставлять самостоятельный отдельный протокол, в котором нужно записывать только то, что относится к воспроизведению показаний на месте, а результаты осмотра, обыска, эксперимента оформлять соответствующими отдельными протоколами1. В.Я. Чеканов предлагает составлять самостоятельный протокол, в котором должны быть записаны показания лица и результаты осмотра . Р.С. Белкин считал необходимым оформлять результаты выхода на место протоколом того следственного действия, элементы которого преобладают в дан-

Василъев А.Н., Степичев С.С. Воспроизведение показаний на месте при расследовании преступлений. М., 1961. С. 47.

Чеканов В.Я. Прокурорский надзор в стадиях возбуждения уголовного дела и пред- варительного расследования: Уч. тр. Саратовского юрид. ин-та. 1965. Вып. 2. С. 158.

98

ном конкретном случае . В последнее время в следственной практике проверка показаний на месте оформляется протоколом следственного осмотра или эксперимента с участием подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего или свидетеля. Наиболее обоснованной и непротиворечивой представлялась рекомендация М.Н. Хлынцова, который, исходя из комплексного содержания проверки показаний, предлагал оформлять ее самостоятельным протоколом под наименованием «Протокол проверки показаний на месте» со ссылкой на ст. 179, 183, 141, 142 УПК РСФСР2.

Такой же недостаток свойствен протоколу проверки показаний на месте (приложение 56). В образце протокола содержание этого следственного действия, как и в предыдущем случае, предлагается выразить словами «что установлено», но не дан порядок самого «установления». Недостаток протокола обусловлен тем, что в ст. 194 УПК РФ не определена цель данного следственного действия (сопоставление показаний с обстановкой).

Подобные упущения законодателя и ошибки допускаемые субъектом рас- следования в ходе проверки показаний на месте будет являться основаниями для признания данного следственного действия недопустимым доказательством.

Протокол обыска и выемки. Важным элементом правовой регламента- ции следственных действий является четкое определение оснований проведения обыска и выемки. УПК РФ ужесточены процессуальные требования к основаниям обыска, выемки, осмотру жилища ( по разрешение суда), что продиктовано стремлением обеспечить конституционное право граждан на неприкосновенность жилища. Однако, не меньшего внимания требует и четкое обозначение познавательного аспекта оснований - наличия достаточных данных о том, что при проведении следственного действия будет достигнута его цель, т. е. получены искомые данные. Именно такое представление об основаниях вы-

’ Белкин Р. С. Проверка и уточнение показаний на месте. М., 1961. С. 3; Белкин Р.С Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и методы. М.: Наука, 1966. С. 38.

2 Хлынцов М.Н. Проверка показаний на месте. Саратов, 1971. С. 82.

99

текает из ч. 1 ст. 182 УПК РФ, где предусмотрено, что основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться искомые объекты. По такой же схеме УПК обозначает основания выемки (ст. 183 УПК РФ).

Крайне важное значение, имеет процессуальный порядок производства обыска. Перед началом обыска в протоколе отмечается разъяснение присутствующим при обыске (понятым, лицам, у которых производится обыск или представителям ЖЭО, местной администрации, учреждений, предприятий и организаций) их права, предусмотренного ст. 164 и 182 УПК РФ, присутствовать при всех действиях следователя и делать заявления по поводу этих действий, подлежащие занесению в протокол. Понятым, кроме того, в соответствии со ст. 60 УПК РФ, разъясняется их обязанность удостоверить факт, содержание и результаты обыска, о чём должна свидетельствовать их подпись в протоколе. В помещении или ином месте, где должен быть произведён обыск, к моменту появления следователя могут оказаться посторонние лица, они могут прийти и во время проведения обыска. Следователь вправе запретить этим лицам покидать помещение, общаться друг с другом или иными лицами до окончания обыска (ст. 182 УПК РФ), что отражается в протоколе.

Обыск начинается с предъявления обыскиваемому постановления о про- изводстве обыска и удостоверения этого факта его подписью на постановлении, затем следователь предлагает ему добровольно выдать орудия преступления, предметы и ценности, добытые преступным путём, и иные документы и предметы, могущие иметь значение для дела. В случае добровольной выдачи отыскиваемых предметов и при отсутствии оснований полагать, что обыскиваемое лицо что-то утаило, дальнейшие поиски могут не производиться. В противном случае производится обыск с целью отыскания и изъятия лишь тех предметов и документов, которые могут иметь отношение к делу, а также запрещённых к обращению.

Производство обыска в ночное время запрещается, кроме случаев, не терпящих отлагательства. В случаях, когда в ходе обыска у следователя возни-

100

кает обоснованное подозрение, что кто-то из лиц, находящихся на месте, где происходит обыск, скрывает при себе предметы или документы, могущие иметь отношение к делу, следователь предлагает их выдать и если это лицо отказывается от этого, то следователь вправе произвести личный обыск данного лица с соблюдением закона и норм этики для обнаружения и изъятия отыскиваемого. Результаты личного обыска отражаются в протоколе обыска. Обнаружив вещи, имеющие отношение к делу и подлежащие изъятию, следователь предъявляет их понятым, показывает им место, где они были обнаружены (приспособленный тайник или другое место). На это же обращают внимание лиц, у которых производится обыск. На обнаруженные в ходе обыска предметы и ценности, которые могут использоваться для возмещения ущерба, причинённого преступлением, или которые в дальнейшем могут подлежать конфискации, налагается арест (ст. 115, 116 УПК РФ). В случае необходимости они изымаются (ст. 115 УПК РФ). Требования, в соответствии с которыми должен быть составлен про- токол обыска, содержатся в ст. 166, 167, 115 УПК РФ. В вводной части протокола указывается его наименование, место и дата его производства, время начала и окончания и другие предусмотренные законом реквизиты. В описательной части протокола отмечается, что и где обнаружено, как найденное хранилось, наличие тайников. Изъятые предметы описываются в пределах, позволяющих индивидуализировать их и зафиксировать признаки и особенности, которые со временем могут быть утрачены. С этой целью описываются внешний вид, реквизиты и содержание предметов, имеющиеся дефекты, состояние упаковки, маркировки и товарные знаки, номера, клейма, помарки и иные признаки.

Описывая изымаемые предметы, не следует указывать сомнительные признаки, например, описывать в протоколе металл, из которого сделано кольцо. Необходимо отметить лишь его цвет, размеры и пробные знаки, а чтобы избежать споров о подмене, такие предметы опечатываются и заверяются на навесном ярлыке подписями следователя и понятых так, чтобы они не могли быть заменены. При большом количестве однородных предметов может быть составлена опись, прилагаемая к протоколу. В протоколе в обязательном порядке

101

отражается принудительное вскрытие помещений или хранилищ, вызванное отказом обыскиваемого.

Заключительная часть протокола призвана удостоверить соответствие со- держания протокола познанному в ходе обыска. Следовательно, содержанием этой части является отражение процедуры ознакомления с содержанием протокола, принесения замечаний, внесения поправок и подписания протокола обыска участниками данного действия и следователем. Вручение обыскиваемому лицу или другим, согласно закону, копии протокола сопровождается отметкой в первом экземпляре протокола обыска. Этим вышеизложенным требованиям закона и должны соответствовать форма и содержание протоколов обысков. Однако изучение следственной практики свидетельствует, что наиболее часто встречающимися недостатками в изученных нами 162 протоколах обысков являются: составление протоколов без соответствующего основания (от- сутствовало постановление на производство обыска или оно не санкционировано прокурором на получение согласия суда) либо производство обыска совершалось не уполномоченным на то лицом (без поручения следователя) - 15 %; отсутствие даты составления протокола, его начала и окончания - 17,5 %; отсутствие отметок о предъявлении требований добровольно выдать отыскиваемые предметы - 70 %; недостаточно полное составление протокола, без подробного описания и указания, где обнаружены и изъяты предметы - 65 %; отсутствие подписей обоих понятых или одного из них, либо указания на их адреса, на разъяснение им прав и обязанностей -11,25 %; отсутствие даты и подписи лица, которому вручена копия протокола обыска - 7,5 % (приложение №
2).

В процессе ознакомления с материалами уголовных дел в протоколах обысков зачастую наблюдалось отсутствие отметок о требовании добровольно выдать отыскиваемые предметы или документы. Это важно отмечать не только с точки зрения выполнения требований закона, но и проверки и оценки правильности последующих за этим требованием действий следователя, дознавателя.

102

Почти все отмеченные недостатки отразились в протоколе обыска по уголовному делу И., находившемся в производстве СО УВД Анапского района Краснодарского края. Обыск был произведён в домовладении И. без постановления о производстве обыска. В протоколе обыска не указано время начала и окончания обыска: отсутствует отметка о предложении добровольно выдать отыскиваемые предметы; вещи, изъятые при обыске, перечислены кратко, без указания признаков и места их обнаружения; отсутствуют подписи всех лиц, присутствовавших при обыске; нет информации о том, получил ли обыскиваемый на руки копию протокола обыска1.

Статья 25 Конституции РФ устанавливает, что никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом или на основании судебного решения. «Для получения судебного решения на обыск следователь, с согласия прокурора, должен обратиться в суд с мотивированным постановлением, представив при этом материалы, обосновывающие необходимость производства этого действия. Судья обязан рассмотреть поступившие материалы незамедлительно. По результатам рассмотрения судья выносит мотивированное постановление о разреше-нии производства обыска или об отказе в этом» . Решение об отказе может

быть обжаловано в вышестоящий суд . Это нашло отражение в статьях 165, 166,167,182 УПК РФ.

Согласно ст. 183 УПК РФ, выемка является самостоятельным следственным действием, цель которого - изъятие предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, что сближает ее с обыском. Однако в отличие от обыска при проведении данного следственного действия точно известно, в каком месте или у кого находятся документы и предметы. Кроме того, при выемке также известно, какие именно предметы и документы подлежат изъятию.

1 Архив СО УВД Анапского района Краснодарского края. 1997. Дело № 47106.

2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 13 от 24 декабря 1993 г.

3 О некоторых вопросах, связанных с применением ст.ст. 23 и 25 Конституции РФ: Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 24 декабря 1993 г. // Бюллетень Вер ховного СудаРФ.-1994. № 3. -С. 12.

103

Содержание выемки заключается в изъятии индивидуально- определённых предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела.

Выемка производится в порядке, установленном для обыска ст. 182 УПК РФ, с определёнными изъятиями. Основная особенность производства данного следственного действия заключается в том, что выемка предметов и документов, содержащих государственную или иную охраняемую федеральным законом тайну, может производиться следователем только с согласия прокурора. В данном случае имеются в виду предметы и документы, соответственно отражающие или содержащие информацию, охраняемую в режиме тайны.

В соответствии с Федеральным законом от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ «Об информации, информатизации и защите информации»1 в составе информации выделяется так называемая информация с ограниченным доступом. К ней относится документированная информация, доступ к которой ограничивается в соответствии с законодательством РФ.

Документированная информация с ограниченным доступом по условиям её правового режима, подразделяется на информацию, отнесённую к государ- ственной тайне, и конфиденциальную. Последняя, защищается в режиме других тайн. В данном случае, тайна - предусмотренный законодательством специальный режим доступа и использования определенной совокупности конфиденциальной информации, за нарушение которого предусматривается юридическая ответственность. Действующее законодательство предусматривает всего около пятидесяти различных тайн и сведений конфиденциального характера, к числу которых в первую очередь относятся: государственная тайна (Закон РФ от 21 июля 1993 года № 5485-1 «О государственной тайне» ); служебная тайна (ст. 139 Гражданского кодекса РФ ); тайна переписки, телефонных переговоров, почтовых и телеграфных сообщений (ст.32 Федерального закона от 16 февраля 195 г. № 15-ФЗ «О связи»4); тайна голосования (ст. 7 Федерального за-

‘СЗРФ.1995.№8. Ст. 609. 2 СЗ РФ. 1997. № 41. Ст. 4673. 3СЗРФ. 1994. №32. Ст. 3301. 4СЗРФ. 1995. №8.Ст. 600.

104

кона от 19 сентября 1997 года № 124-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации»1); редакционная (журналистская) тайна (ст. 41 Закона РФ от 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации» ); врачебная тайна (ст. 61 Основ законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. № 5487-13); семейная тайна (ст. 139 Семейного кодекса4); коммерческая тайна (ст. 139 ГК РФ); банковская тайна (ст. 26 Закона РСФСР от 2 декабря 1990 года «О банках и банковской деятельности в РСФСР», в редакции Федерального за кона от 3 февраля 1996 года № 17-ФЗ5); тайна страхования (ст. 946 ГК РФ); нотариальная тайна (ст. 14,16 Основ законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 г. № 4462-16); налоговая тайна (ст. 102 Налогового кодекса РФ7) и др. Дополнительные процессуальные требования предъявляются к производству выемки документов, содержащих информацию, охраняемую в режиме банковской тайны, если она касается вкладов и счетов граждан, в банках и иных кредитных организациях. В этом случае данное следственное действие может производиться только на основании судебного решения, принимаемого в порядке, предусмотренном ст. 165 УПК РФ. Перед производством выемки следователь предлагает выдать предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела, в противном случае выемка производится принудительно. Структура протокола выемки аналогична структуре протокола обыска. Отличительной особенностью содержания протокола выемки от содержания протокола обыска является заранее известное местонахождение изымаемых предметов и документов. Как показывает следственная практика, изъятие предметов и документов нередко оформляется «протоколом добровольной выдачи» или «протоколом изъятия». Проведенный нами опрос 250 сотрудников органов внутрен-

‘СЗРФ. 1997. №38. Ст. 4339.

2 Ведомости РФ. 1992. № 7. Ст. 300.

3СЗРФ. 1993. №33. Ст. 1318.

4СЗРФ. 1996. №1. Ст. 16.

5СЗРФ. 1996. №6. Ст. 492.

6 Ведомости РФ. 1993. № 10. Ст. 357.

7СЗРФ. 1998. №31. Ст. 3824.

105

них дел и прокуратуры Южного федерального округа показал, что следователи и дознаватели составляют в связи с изъятием предметов или документов самые разнообразные документы. Так, по изученным нами архивным уголовным делам по преступлениям в сфере экономики в 60 случаях они фиксировались «протоколами добровольной выдачи, а в 32 случаях - «протоколами изъятия». Всего же были составлены документы 12 наименований (приложение № 3). «Такие протоколы и изъятые подобным путём предметы и документы признаются в теории уголовного процесса недопустимыми»1.

Постановление и протокол выемки, составляется на процессуальных бланках «формы № 36 и 37», в которых объединены реквизиты протокола выемки и обыска с наличием описи. На этом бланке имеется графа «Во время выемки с обыском было обнаружено и изъято», а следующая за ним опись имеет графу «Где обнаружено». За подписью следует указание: «Ст.60 УПК РФ нам разъяснена».Получается, что право присутствовать при всех действиях следователя и делать заявления по поводу этих действий, разъясняется понятым и лицам, у которых производилась выемка уже после произведенного следственного действия. Следовательно, протоколы выемки и обыска не могут отвечать требованиям допустимости доказательств.

В протоколе обыска (выемки) отмечено, что «перед началом обыска (вы- емки) участвующим лицам разъяснены их права…». Аналогично и в отношении понятых. По мнению соискателя в протокол обыска (выемки) необходимо добавить слова: «…также им выданы “извлечения” из статьи 60 УПК РФ». В предложение «…участвующим лицам также объявлено о применении технических средств» следует добавить слова: «…понятым и участвующим лицам…».

Обыск и выемка регламентировались в УПК РСФСР одной статьей, а в УПК РФ они предусмотрены разными - ст. 182 и 183 УПК РФ. В связи с этим ,

Лупинская П. А. Проблемы допустимости доказательств при рассмотрении дел судом присяжных. Рассмотрение дел судом присяжных: Научно-практическое пособие для студентов. Варшава: Бюро по демократическим институтам и правам человека. 1997. С. 103- 104.

J Об

процессуальные бланки: протокол обыска и протокол выемки, должны быть раз- ?. ными.

4)

Анализ исследованных 92 протоколов выемки показал, что в них имеются те или иные существенные недостатки: отсутствие даты составления, времени его начала или окончания - 8 %; составление протоколов без соответствующего осно вания, отсутствие постановления или проведение выемки неуполномоченным на то лицом без поручения следователя - 27 %; изложение протоколов чрезмерно А кратко, без описания признаков изымаемых предметов - 57 %; отсутствие подпи-

си всех участвовавших при выемке лиц, в том числе и понятых, не разъяснение им прав и обязанностей - 12%; отсутствие даты и подписи лица, которому вручена копия протокола выемки - 6 %’.

Примером нарушений, допущенных при составлении протокола выемки, является уголовное дело в отношении Б. в Карасунском округе г. Краснодара, по которому проводилась выемка пластиковых карт, компьютерной техники, различных запчастей к компьютерной технике и «деловых» документов из домовладения Б. Составлен протокол оперуполномоченным уголовного розыска без постановления и поручения следователя, без описания характерных признаков изъятых предметов. В заключительной части протокола выемки нет указания на то, что копия протокола вручена Б.2 Нарушений, допускаемых при составлении протоколов выемки, в значительной степени можно избежать при условии использования качественно разработанных процессуальных бланков протоколов выемки, а также работы над повышением квалификации следователей и дознавателей.

Протокол следственного эксперимента. Образец протокола следственного эксперимента (приложение 55) также имеет свои недостатки. В нем, вопреки утвердившейся практике, не требуется указывать, какие меры предприняты сле- дователем для воссоздания подлинной обстановки. Ничего не говорится об экспе- риментальных действиях, - в чем они заключались, сколько раз проводились, какие
при этом получены результаты, как они изменялись в связи

1 См.: Приложение № 3.

Архив ИЦ ГУВД Краснодарского края. 2001. Уголовное дело № 17455/01.

107

с различными опытами и т.д. Между тем, согласно ст. 181 УПК РФ, данное действие проводится путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. Краткая формулировка в образце протокола: «следственным экспериментом установлено», - совершенно не дает представления о том, как это «установлено», что также делает невозможным определить доказательственную ценность следственного эксперимента.

Производство следственного эксперимента на предварительном следствии предусмотрено в ст. 181 УПК РФ, а в судебном заседании в ходе судебного следствия - в ст. 288 УПК РФ. Ранее, в УПК РСФСР не было предусмотрено проведение следственного эксперимента в ходе судебного следствия. Данная деятельность в суде производилась с учетом требований ст. 70 УПК РСФСР. Включение в главу 37 «Судебное следствие» УПК РФ следственного эксперимента является шагом вперед к демократическим преобразованиям в российском уголовном судопроизводстве. В статье 181 УПК РФ «Следственный эксперимент» законодателем предусмотрена одна часть, т. е. «в целях проверки и уточнения данных, имеющих значение для уголовного дела, следователь вправе произвести следственный эксперимент путем воспроизведения действий, а также обстановки или иных обстоятельств определенного события. При этом проверяется возможность восприятия каких-либо фактов, совершения определенных действий, наступления какого-либо события, а также выявляются последо- вательность происшедшего события и механизм образования следов. Производство следственного эксперимента допускается, если не создается опасность для здоровья участвующих в нем лиц».

Анализ содержания ст. 181 УПК РФ позволяет выделить три вида следст- венного эксперимента: а) воспроизведение действий, обстановки или иных обстоятельств определенного события (путем реконструкции); б) совершение необходимых опытных действий; в) сочетание реконструкции с совершением необходимых опытных действий.

Следственный эксперимент может проводиться, как с целью проверки имеющихся сведений о возможности совершать определенные действия, слы-

108

шать и наблюдать какие-либо события, так и для выяснения механизма его происхождения с ледообразования.

Для обеспечения достоверности выводов, к которым приводят опытные действия, необходимо, чтобы: 1) условия, в которых проводится следственный эксперимент, были максимально приближены к тем, в которых происходило проверяемое событие; 2) были обеспечены надлежащая полнота и точность воспроизведения самих действий, выполняемых иногда многократно, с соответствующими вариациями; правильность оценки их результатов.

Так, «невыполнение в ходе следственного действия условий, максимально приближенных к тем, в которых происходило проверяемое событие, повлекло отмену приговора суда»1.

Особенностью следственного эксперимента является то, что для восприятия его результатов, отражаемых в протоколе, не применяются специальные познания (иначе следует назначать экспертизу). При исследовании об- стоятельств происшедшего события следственный эксперимент может производиться с целью: I) определения возможности восприятия каких- либо фактов; совершения определенных действий; наступления какого- либо события; 2) выявления последовательности происшедшего события; механизма образования следов.

Полученные в эксперименте результаты свидетельствуют только о том, что исследуемое событие или явление могло (или не могло) протекать в задан- ных условиях эксперимента. Эти результаты должны рассматриваться в совокупности с другими материалами дела.

Проведение следственного эксперимента во многих случаях расследования преступлений, позволяет избежать необходимости назначения экспертизы, что существенно сокращает процессуальные сроки расследования.

Следственный эксперимент не может производиться в случаях, когда возникает опасность для здоровья участвующих в нем лиц. Кроме того, не- обходимо учитывать, что производство данного следственного действия не

1 Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1986. № 7. С.3-4.

109

должно сопровождаться причинением ущерба чужому имуществу, нарушением общественной безопасности, а также норм нравственности. Например, недопустимо производство следственного эксперимента для того, чтобы проверить, выпадет или не выпадет из автомобиля, который движется по пересеченной местности, человек, если он сидит в открытом кузове, не приспособленном для перевозки пассажиров. При расследовании дела о пожаре было бы неправильным поджигать тот или иной объект и экспериментальным путем устанавливать, как долго он будет гореть.

К участию в следственном эксперименте по делу о преступлении, по- влекшем гибель потерпевшего, иногда бывает нецелесообразно привлекать его близких родственников (отца, мать, сестру и др.). Это нежелательно, например, потому, что может обострить переживания близких родственников погибшего, вызвать душевную травму у кого-либо из них.

При проведении следственного эксперимента присутствуют понятые. Более двух понятых рекомендуется приглашать, когда следственный эксперимент сложен, многоэпизоден или должен выполняться на обширной территории. Участниками следственного эксперимента могут быть свидетели, потерпевшие, подозреваемые и обвиняемые. Функции участников следственного эксперимента определяются следователем в зависимости от его цели и содержания. В случае необходимости к участию в следственном эксперименте привлекаются педагог, специалист, переводчик, а также лица, выполняющие вспомогательные действия (конвой, сотрудники милиции и др.). В соответствии с п. 5 ч.1 ст. 53 УПК РФ при проведении следственного эксперимента с участием подозреваемого (обвиняемого) вправе присутствовать защитник. Следователь должен разъяснить всем участникам их права и обязанности при проведении следственного эксперимента. Порядок проведения следственного эксперимента за- ключается в том, что по прибытии на место следователь в присутствии понятых и других участников осматривает его, после чего с учетом данных осмотра разъясняет присутствующим его цели. При этом он лично руководит как подготовительными мероприятиями, так и самим ходом следственного эксперимента.

по Участники следственного эксперимента, понятые, специалисты, свиде- тели и другие лица расстанавливаются по соответствующим местам, каждому определяется конкретная задача и указываются средства ее выполнения. Следователь руководит как подготовительными мероприятиями, так и самим ходом следственного эксперимента. Воспроизведение действий, обстановки или иных обстоятельств проверяемого события, совершение опытных действий участники начинают по указанию следователя. При этом он сам и соответствующие исполнители производят измерения, составляют планы, схемы. В необходимых случаях следственный эксперимент и его результаты фиксируются с помощью кино- , видеосъемки, фотографирования, звукозаписи. Специальное постановле- ние для проведения анализируемого следственного действия, не выносится. О необходимости его выполнения могут заявить ходатайство подозреваемый, обвиняемый, свидетель, потерпевший, защитник и иные участники уголовного процесса. Однако, окончательное решение о проведении следственного эксперимента принимает следователь (дознаватель). При этом следует иметь в виду, что в соответствии со ст. ст. 37 и 39 письменные указания прокурора и начальника следственного отдела о проведении данного следственного действия обязательны для исполнения следователем. Их обжалование не приостанавливает исполнения этих указаний.

Ход и результаты следственного эксперимента фиксируются в протоколе следственного эксперимента. Он оформляется во время или непосредственно по окончании следственного эксперимента по правилам ст. 166, 167 УПК РФ. В протоколе, кроме обычных сведений нужно указать, с участием и в присутствии кого производился следственный эксперимент, его цель, подлежащие проверке доказательства, место и условия его проведения, ход эксперимента, т. е. операции, выполненные его участниками при подготовке и воспроизведении обстоятельств проверяемого события, а также при совершении опытных действий. Особо подробно описываются результаты эксперимента. Отмечаются факты использования аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки, фотографирования, составления планов, схем и т. д. Фиксируются заявления и замечания, сделан-

Ill ные его участниками в ходе следственного эксперимента. Если участники предупреждены о недопустимости разглашения данных следственного эксперимента, то это тоже отражается в протоколе.

Процессуальным документом, в котором находит свое отражение ход и результаты работы следователя при производстве данного действия, является протокол следственного эксперимента. Он фигурирует в деле как самостоятельный вид доказательств, отражающий сведения об условиях и порядке проделанных опытов, их содержании и полученных результатах.

Следователь осмысливает характер связи эксперимента с другими след- ственными действиями, планирует осуществление иных действий (например, истребование справки метеостанции о погоде в месте эксперимента в интересующий момент). На основании изложенного составляется план проведения следственного эксперимента. Непосредственно перед экспериментом следователь производит инструктаж всех участников (формы, способы связи, команды и пр.)1.

При анализе протокола следственного эксперимента, необходимо пом- нить, что между закрепленными в нем сведениями и осуществляющим доказывание судом находится посредствующее звено - следователь, составивший протокол, и обладающий определенными качествами: способностью воспринимать и запоминать, умением полно воспроизводить воспринятое, степенью профессионализма, объективностью и т. д. Именно это обстоятельство, может повлечь за собой необходимость повторения судом произведенного на предвари- тельном следствии эксперимента в целях непосредственного восприятия его результатов. Для того чтобы протокол следственного эксперимента соответствовал своему назначению, то есть мог служить источником сведений о проделанных при эксперименте опытах и полученных результатах, он должен удовлетворять определенным требованиям.

Зеленский В.Д. Организация расследования преступлений: Учебное пособие. Краснодар: КГУ, 1991. С.80-81.

112

Необходимость экспериментального исследования обстоятельств совер- шенного преступления иногда появляется и при разбирательстве дела судом1. Производство судебного эксперимента представляется важным в следующих ситуациях: при выявлении в процессе судебного следствия новых обстоятельств, которые могут быть проверены экспериментальным путем; при наличии у суда сомнений в достоверности результатов следственного эксперимента; при необходимости восполнить пробелы предварительного следствия, образовавшиеся в связи с тем, что следователем не был проведен следственный эксперимент. Судебный эксперимент имеет свои отличительные особенности от эксперимента, проводимого на стадии предварительного расследования: во-первых, судебный эксперимент проводится всем составом суда в присутствии обвинителя, подсудимого, защитника, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей. В случае необходимости в судебном эксперименте, помимо вышеперечисленных лиц, могут участвовать свидетели, эксперт, специалист; во-вторых, должно быть решение суда (судьи) о проведении судебного эксперимента, облеченное в форму определения (постановления), которое может выноситься в совещательной комнате либо после совещания судей на месте с занесением его в протокол судебного заседания; в-третьих, ход и результаты судебного эксперимента фиксируются в отведенной части протокола судебного заседания, где не предусмотрены реквизиты и соответствующие графы, имеющиеся на бланке протокола следственного эксперимента (см.: Приложение № 55 к УПК РФ); в-четвертых, отличие судебного экспе- римента от эксперимента на предварительном следствии заключается в особенностях тактики его производства.

Важным условием проведения судебного эксперимента, как и следствен- ного, является проведение его в условиях, сходных с теми, в которых протекало проверяемое событие. Это обеспечивает получение более точных и достоверных результатов.

Следственные действия: Учебное пособие / Под ред. проф. Б.П. Смагоринского. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ, 1994. С. 203.

113

Проведение эксперимента требует тщательной подготовки (если это не простые опыты) и поэтому в этом действии велика роль специалистов. Следует также отметить, что в проведении судебного эксперимента не должны участвовать лица, являвшиеся исполнителями аналогичного эксперимента на стадии предварительного расследования, поскольку им уже известны цели и задачи этого эксперимента и их действия могут быть в значительной степени предопределенными1.

В результате изучения 500 уголовных дел было установлено, что следственный эксперимент проводился только по 10-ти уголовным делам, что составляет 2%.

Несмотря на небольшое количество протоколов следственных экспериментов, изучение их на предмет соответствия требованиям действующего законодательства показало наличие существенных нарушений. Так в 10 % протоколов не было указано время начала и окончания следственного действия, в 20 % - не разъяснены права и обязанности участникам следственного эксперимента. В 30 % протоколов не указываются полностью имена и отчества понятых или их адреса, в 60 % - кратко излагается процесс проведения опытов, отсутствует подробное описание о примененных технических средствах. В 30 % -нарушаются последовательность и порядок описательной части протокола .

1 Воробьев ГЛ. Планирование судебного следствия. М.: Юрид. лит., 1978. С.71.

2 См.: Приложение № 4.

114

ГЛАВА 3. РОЛЬ ПРОЦЕССУАЛЬНЫХ ДОКУМЕНТОВ В

УСТАНОВЛЕНИИ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, ПОДЛЕЖАЩИХ ДОКАЗЫВАНИЮ

§ 1. Формирование доказательств и их фиксация в процессуальных и иных документах

Впервые в истории уголовно-процессуального законодательства законо- дателем в ст. 85 УПК РФ дано определение содержанию процесса доказывания. Важным элементом этого процесса является собирание доказательств, включающее в себя их обнаружение и процессуальное закрепление (фиксацию). В названой статье отмечено: «Доказывание состоит в собирании, проверке и оценке доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных статьей 73 настоящего Кодекса». Основным способом собирания доказательств является производство следственных и иных процессуальных действий осуще- ствляемых субъектом доказывания посредствам составления процессуального документа.

С.А. Шейфер справедливо замечает, что термин «собирание» не вполне точно передает содержание данного элемента, т. к. доказательства до их обнаружения и закрепления не существуют в готовом виде. Поэтому термин «формирование доказательств» более точно передает существо дела. Однако термин «собирание доказательств» прочно вошел в юридическую лексику и широко используется учеными, практиками и, как видим, законодателем1.

В УПК РФ (ч. 1 ст. 86) этот вопрос решен вполне определенно: «…собирание доказательств осуществляется в ходе уголовного судопроизводства дознавателем, следователем, прокурором и судом путем производства следственных и иных процессуальных действий, предусмотренных настоящим Кодексом».

Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М., 2001. С. 8, 121.

115

В ч. 1 ст. 86 УПК РФ отсутствует право субъекта расследования (обвине- ния) и суда на истребование документов и предметов хотя, в ч. 4 ст. 21 УПК РФ такое положение отмечено, однако не предусмотрен механизм его реализации.

Как полагает С.А. Шейфер, «Собирание доказательств - инициирующий элемент процесса доказывания. Несмотря на различные подходы к определению содержания этой категории, в последние годы преобладающей стала позиция о том, что объем понятия «собирание доказательств» не может исчерпывается лишь выявлением значимой для дела информации. Сведения могут стать доказательствами лишь тогда, когда облечены в соответствующую процессуальную форму одного из источников доказательств (ч. 2 ст. 74 УПК). Иначе говоря, дознаватель, следователь, прокурор, суд фактически преобразуют информацию в доказательства, т. е. их формируют»1. Правильное использование пре- дусмотренного процессуальным законом способа собирания доказательств -одно из условий приобретения ими такого свойства, как допустимость.

Если законодатель подразумевает предварительное расследование как стадию в полной мере состязательную, то вполне логичным представляется стремление расширить права обвиняемого, подозреваемого и их защитника на участие в доказывании. Можно было бы предположить, что законодатель, не учитывая тонкостей формулировок, по-прежнему подразумевает, что защитник вправе собирать лишь сведения, которые могут стать доказательствами после вовлечения их в процесс действиями должностного лица, осуществляющего производство по делу. Однако на основании ч. 2 ст. 86 УПК РФ участники процесса, лично заинтересованные в исходе уголовного дела, вправе собирать и представлять не доказательства, а письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.

Таким образом, законодатель предусмотрел разный объем прав в этой части для субъектов уголовного судопроизводства, в том числе подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца и ответчика. В ч. 2 ст. 86 УПК

1 См.: Шейфер С.А. Указ. соч. С. 8-9.

116 РФ к числу процессуальных действий законодатель относит собирание и представление подозреваемым, обвиняемым, а также потерпевшим, гражданским истцом, гражданским ответчиком и их представителями письменных документов и предметов для приобщения их к уголовному делу в качестве доказательств.

Данные субъекты собирают документы и предметы, не в ходе процессу- альных действий, и представляют их тем государственным органам, которые могут признать представленные предметы, документы доказательствами. Это может осуществляться лишь в порядке, предусмотренном УПК РФ, предоставив заинтересованным участникам процесса право собирать и представлять документы и предметы. Однако Кодекс не регламентирует порядок их принятия и приобщения к делу субъектами доказывания.

По мнению Л.В. Ворониной, «каждое доказательство имеет свою опреде- ленную форму. Специфика процессуальной формы зависит не только от источника доказательств. Признавать законченным доказательством только сообщения учреждений, организаций, предприятий, должностных лиц в силу их официальности - значит субъективно оценивать данный документ»1. В этом отношении правильно замечает Н.П. Кузнецов, что «об одном и том же преступлении органы дознания, следствия, прокуратуры и суда могут узнать из разных источников. Например, гражданин может заявить этим органам о нанесении ему телесных повреждений и об этом же может поступить сообщение лечебного учреждения, в котором излагаются записанные со слов потерпевшего обстоятельства нанесения ему телесных повреждений. По его мнению, и заявление гражданина, и сообщение лечебного учреждения являются доказательства-

2

ми того, что совершено преступление» .

Согласно ч. 1 ст. 144 УПК РФ, дознаватель, орган дознания, следователь и прокурор обязаны принять, проверить сообщение о любом совершенном или

1 Воронина Л.В. Протоколы и иные документы как источник доказательств в совет ском уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1987. С. 8-9.

2 Кузнцов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983. С. 64.

117

готовящемся преступлении и в пределах компетенции принять по нему решение. А в ч. 2 ст. 144 отмечено, что по сообщению о преступлениях, распространенному в средствах массовой информации, проверку проводит по поручению прокурора орган дознания или следователь. В данном случае редакция, главный редактор соответствующего средства массовой информации обязаны передать по требованию прокурора, следователя или органа дознания имеющиеся документы, материалы, подтверждающие сообщение о преступлении, а также данные о лице, предоставившем указанную информацию, за исключением случаев, когда это лицо поставило условие о сохранении втайне источника информации. Собирание доказательств по делу для дознавателя, следователя, прокурора и суда путем следственных и иных процессуальных действий является обязанностью, а для защитника, подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца и ответчика - правом, которое частично отмечено и в ст. 42, 44, 45, 46, 47, 54, 55 УПК РФ. Данное положение представляет собой волеизъявление следователя, прокурора или суда на истребование определенного документа, а также последующее его получение (ч. 4 ст. 21 УПК РФ). В.В. Николюк и другие считают, что «Истребование является одним из способов собирания доказательств, но к числу следственных действий оно не относится. Закон довольно подробно регламентирует порядок производства следственных действий, на- правленных на получение доказательств. Истребование «может служить примером непоследовательного нормотворчества, поскольку кроме общего дозволения на истребование документов конкретных предписаний в законе нет» . Данное обстоятельство приводит к осложнениям на практике при осуществлении истребования. В тоже время документы, полученные в результате их истребования, до и после возбуждения уголовного дела, а также посредством следственных действий, имеют одинаковую значимость в доказывании, исходя из смысла ст. 87, 88 и ч. 2 ст. 74 УПК РФ. В уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве за невыполнение требования о выдаче доку-

хНиколюк В.В., Калъницкий В.В., Шаламов ВТ. Истребование предметов и документов в стадии возбуждения уголовного дела. Омск, 1990. С. 3.

118

мента и за представление надлежащих документов, санкции не предусморены. Необходимо согласится с мнением Ю.Н. Прокофьева «процедура истребования, полностью отвечая потребностям познавательной стороны процесса доказывания, в тоже время в меньшей степени обеспечивает удостоверительную сторону его» .

По мнению Бецукова А.З «Разрешение обозначенной проблемы возможно следующим образом: прежде всего, необходимо четкое разграничение истребования, осуществляемого до возбуждения уголовного дела, и истребования документов, производимого в стадии предварительного расследования и в судебных стадиях; истребованию документов в ходе производства расследования целесообразно придать статус следственного действия, поскольку следственное действие включает в себя максимум возможных процессуальных гарантий и является основным способом собирания доказательств» .

С учетом данного положения, А.З. Бецуков предлагает дополнить статью в УПК следующего содержания, без названия, т. е. «При производстве по уголовному делу лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, суд (судья) вправе истребовать от граждан, должностных лиц, предприятий, учреждений и организаций документы и предметы, имеющие значение для дела. Для этого дознание, следователь, прокурор, выносят мотивированное постановление, а суд - определение. Истребованные материалы отправляются по почте или нарочным, в упаковке, скрепляемой подписью высылающего их гражданина или подписью должностного лица и печатью соответствующего учреждения. Гражданин или должностное лицо могут представить истребованные документы или предметы лично. Осмотр полученных материалов осуществляется в присутствии понятых и оформляется протоколом. Граждане и должностные лица несут ответственность за невыдачу или ненадлежащую выдачу истребованных документов или предметов, о чем они предупреждаются в постановлении (опреде-

1 Прокофьев Ю.Н. Понятие и сущность документов как доказательств в советском уголовном процессе. Иркутск, 1978. С. 39.

2 Бецуков А.З. Указ. раб. СИ.

119

лении) об истребовании. При направлении в указанный срок истребованных документов или предметов орган дознания, следователь, прокурор, суд (судья) могут произвести выемку или обыск с целью изъятия этих материалов»1. К сожалению, А.З. Бецуков не определил название предлагаемой нормы в УПК РФ. По нашему мнению, название данной статьи могло звучать следующим образов: «Основания и порядок истребования предметов и документов».

Законодатель в УПК РФ не воспроизвел имевшуюся в ст. 70 УПК РСФСР норму, в силу которой любые граждане, предприятия, учреждения и ор- ганизации имели право представлять доказательства (предметы и документы, относящиеся, по их мнению, к делу). Это тем более непонятно, поскольку в проекте УПК РФ, представленном ко второму чтению, такая норма была (ст. 22). В ст. 86 УПК РФ, посвященной собиранию доказательств, не упоминается и о возможности истребования предметов и документов следователем, прокурором и судом. Оба этих пробела в регламентации собирания доказательств существенны и должны быть устранены.

Представленные учреждениями, предприятиями и организациями предметы и документы, которые могут являться доказательствами, осматриваются следователем или судом (судьей) по правилам осмотра вещественных доказательств и приобщаются к делу особым постановлением (определением) вместе с сопроводительным письмом руководителя представившей организации, в котором должны быть указаны обстоятельства обнаружения данного предмета или документа.

Предметы или документы, представленные отдельными лицами, анало- гичным образом приобщаются к делу после допроса представившего их лица об обстоятельствах их обнаружения, осмотра этих объектов и фиксации в протоколе осмотра их признаков, имеющих доказательственное значение.

Неразрывной составной частью собирания доказательств является их фиксация, представляющая процессуальное удостоверение обнаруженных (или полученных) фактических данных, облечение их в требуемую законом форму

1 Бецуков А.З. Указ. раб. С. 11-12.

120

как необходимое условие существования и использования их в качестве судебных доказательств. В понятие фиксации входит запечатление не только самих фактических данных, но и действий по их обнаружению. В процессуальной форме должны найти отражение основания производства и характер этих действий, условия и порядок их осуществления, применявшиеся средства и способы обнаружения и закрепления фактических данных, имеющие значение для решения вопроса о допустимости доказательств .

В отличие от ст. 70 УПК РСФСР, собирание доказательств в соответствии со ст. 86 УПК РФ построено по иному принципу. Здесь выделены три группы субъектов собирания доказательств: 1) государственные органы и должностные лица (дознаватель, следователь, прокурор и суд (судья)), уполномоченные осуществлять уголовное судопроизводство, которые наделены наиболее широкими правами доказывания путем проведения следственных, судебных и иных процессуальных действий (ч. 1 ст. 86 УПК РФ): 2) участники уголовного процесса, чьи законные интересы и права обусловлены событием преступления (подозреваемый, обвиняемый, потерпевший, гражданский истец и гражданский ответчик, а также их представители), которые в соответствии с ч. 2 ст. 86 УПК РФ вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для при- общения их к уголовному делу в качестве доказательств; 3) защитник , который вправе собирать доказательства путем получения предметов, документов и иных сведений, опроса частных лиц с их согласия, истребования справок, характеристик и иных документов из организаций, которые обязаны предоставлять запрашиваемые документы или их копии (ч. 3 ст.86 УПК РФ).

К сожалению, ст. 86 УПК РФ ограничила число способов собирания до- казательств, а отсылка в ч.1 ст.86, к иным процессуальным действиям, предусмотренная УПК РФ, вопроса, не решает..

Анализ ст. 86 УПК позволяет обратить внимание и еще на одно немало-

1 Белкин Р. С. Курс криминалистики. Том 2. М, 1997. С. 117-124.

2 В соответствии со ст. 49 УПК РФ защитник - лицо, осуществляющее в установлен ном УПК РФ порядке защиту прав и интересов подозреваемых и обвиняемых и оказываю щее им юридическую помощь при производстве по уголовному делу.

121

важное обстоятельство. УПК РСФСР 1960 г. предусматривал, что предметы и документы могут быть представлены следователю, органу дознания, прокурору и суду не только участниками процесса, но и любыми другими гражданами, а также предприятиями, учреждениями, организациями. Действительно, не вполне ясно, почему УПК РФ ограничивает круг лиц, которые вправе собирать и представлять письменные документы и предметы для приобщения их к уголовному делу.

По нашему мнению, сам факт представления предмета, документа не формирует доказательство. Предмет, документ должен быть принят должностным лицом, осуществляющим производство по делу. Это должно найти отражение в соответствующем процессуальном акте. К сожалению, УПК РФ, так же как и УПК РСФСР, не устанавливает порядка принятия представленных предметов и документов.

Очевидно, что представление материалов оформлять протоколом выемки не вполне корректно, так как предмет (документ) уже находится в распоряжении должностного лица, будучи добровольно ему представленным. По этой же причине неприменимо и правило ч. 4 ст. 21 УПК РФ о требованиях и запросах прокурора, следователя, органа дознания, дознавателя.

В этой связи, вполне обоснованным можно рассматривать предложение, высказывавшееся в юридической литературе, о составлении, в случае добровольного представления следователю, прокурору, органу дознания предметов и документов, протокола их представления1. Следует отметить, что в некоторых регионах России это предложение получило поддержку практики. В проекте УПК РФ, на момент принятия его Государственной Думой в первом чтении, впервые в отечественном законодательстве предусматривался порядок принятия представленных участниками процесса предметов и документов. В этом

Белозеров ЮН., Линченъко И.Л. Вопросы совершенствования собирания вещественных доказательств и документов в уголовном судопроизводстве // Совершенствование уголовно-процессуальной деятельности органов внутренних дел. Труды Академии МВД ССОР. М., 1984. С . 28.

122

случае должностное лицо, осуществляющее производство по делу, должно было предупредить лицо, доставившее предмет или документ об ответственности за дачу заведомо ложных показаний и предложить ему сообщить об обстоятельствах, при которых предмет или документ оказался у него. Лицо, представившее предмет (документ) дает его индивидуализированное описание, сообщает, какие действия с ним производились, и излагает соображения о том, какое отношение к преступлению имеет доставленный объект. После осмотра представленных материалов дознавателем, следователем, прокурором, судом (судьей) решается вопрос о приобщении их к делу1. По непонятным причинам, эта правильная процедура не нашла отражения в УПК РФ.

С учетом проведенного анализа мнений ученых, положений норм уголовно- процессуального законодательства, судебной, следственной практики и соб- ственного опыта адвокатской деятельности соискатель считает, что проблемы связанные с истребованием и представлением предметов и документов должны найти свое место в УПК РФ. Такой нормой может быть ст. № 86(1) УПК РФ «Основания и порядок представления предметов и документов».

Ч. 1. Представление предметов и документов производится в случаях, когда в документах указанны данные о подготавливаемом, совершаемом, совершенном преступлении, а на предметах имеются следы преступления.

Ч. 2. Право представлять предметы и документы в качестве вещественных доказательств для приобщения их к материалам дела имеют граждане, ру- ководители организаций, предприятий, учреждений, общественных объединений, наряду с лицами, отмеченными в ч. 2, 3 ст. 86 настоящего Кодекса. Документы и предметы представляются дознавателю, следователю, прокурору, суду (судье).

Ч. 3. В случаях инициативного представления лицом или организацией предметов, документов, составляется протокол о принятии вещественных дока-

1 Корейский Ю.В. Доказывание в уголовном процессе (Закон, теория, практика) // В кн.. Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность / Под ред. В.А. Власихи- на. М., 2000. С. 25.

123

зательств. При этом предметы и документы осматриваются, а лицо их представившее, допрашивается по правилам настоящего Кодекса».

Часть 4 статьи 21 УПК РФ тоже не решает проблем связанных с истре- бованием предметов и документов, поэтому содержание этой нормы, после слов «гражданами», считаем необходимым дополнить следующими словами: «Дознаватель, следователь, прокурор, суд (судья) об истребовании предметов и документов выносит обоснованное постановление (решение) с указанием конкретных предметов, документов и реальных сроков их представления. В случае непредставления истребуемых предметов и документов производится выемка или обыск. Представленные предметы и документы подвергаются осмотру, о чем составляется протокол осмотра, а лицо, представившее предметы и документы, допрашивается по общим правилам, предусмотренным настоящим Кодексом».

С этих же позиций не вполне совершенной представляется и норма, пре- дусмотренная в ст. 89 УПК РФ, о том, что в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам Уголовно-процессуальным кодексом. С этим положением трудно спорить. Действительно, для того, чтобы результаты ОРД могли рассматриваться как доказательство, они должны быть относимыми и допустимыми. Допустимость определяется предусмотренными в УПК РФ способом и порядком получения доказательств. В этом смысле, представление результатов ОРД следователю, дознавателю, прокурору, суду (судье) ничем не отличается от представления материалов любыми другими предприятиями, учреждениями, организациями. Однако, как от- мечалось ранее, возможности такого представления ст. 86 УПК РФ не предусматривает.

Федеральный Закон «Об оперативно-розыскной деятельности» (ст. 11) указывает на возможность представления результатов оперативно- розыскной деятельности органам дознания, следователю, прокурору и суду (судье) для использования в качестве доказательств. Однако, во-первых, эта норма не уста-

124

навливает процедуры представления, во-вторых, любая процессуальная процедура на основании положений ст. 7 УПК РФ должна быть предусмотрена именно указанным кодексом. В УПК же нет норм, позволяющих вовлечь в уголовный процесс предметы и документы, полученные в ходе оперативно-розыскных мероприятий и представленные по инициативе органа, осуществлявшего эти мероприятия.

Правильнее было бы не ограничиваться запретительной нормой о невозможности использования в доказывании не отвечающих требованиям УПК РФ результатов ОРД, а разработать порядок принятия дознавателем, следователем и прокурором судом (судьей), этих материалов.

Несмотря на важность и все более возрастающую актуальность этой проблемы, ей в уголовно-процессуальном Кодексе РФ отведена лишь одна статья — 89, формулировка которой вызывает некоторое недоумение. Называется статья «Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности», а содержание ее исчерпывается лишь одной фразой, находящейся в очевидном противоречии с названием «В процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом». Совершенно очевидно, что ни один из результатов ОРД сам по себе «не отвечает требованиям, предъявляемым к доказательствам» — он может лишь послужить основанием для формирования доказательства в соответствии с нормами УПК. Как уже было отмечено, вопрос о порядке использования в доказывании результатов ОРД регламентируется ст. 11 закона «Об оперативно-розыскной деятельности» и межведомственной «Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю, прокурору или в суд» от 13 мая 1998 г.1

Осуществление широких состязательных начал в процессе не устраняет из числа субъектов собирания доказательств и суд. Неотъемлемыми характери-

Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. М., 2000. С. 105-115.

125

стиками идеального состязательного процесса являются, как минимум, следующие признаки: 1) процессуальное равноправие сторон обвинения и защиты; 2) разрешение споров между ними незаинтересованным и независимым органом - судом Идея не только о независимом, но и о пассивном суде, который не вправе собирать доказательства по собственной инициативе, рассматривается многими авторами как обязательный элемент реализации принципа состязательности. Этот взгляд на роль суда в состязательном процессе был провозглашен в 1857 г. И. Планком и с тех пор стал традиционным1.

Однако конкретные исторические формы уголовного процесса не могут оставаться неизменными, догматично соответствовать застывшей модели процесса. В мире вряд ли можно найти форму уголовного процесса чисто состязательной, где суд был бы абсолютно пассивен. Такой взгляд на роль суда в процессе во многом устарел и уходит в прошлое. Обоснованным представляется мнение А.В. Смирнова, полагающего, что на смену классическому состязательному процессу приходит постсостязательный (публично-состязательный) уголовный процесс, связанный с возможностью совершения судом активных действий, совершаемых не с целью подмены обвинителя, а для защиты прав и законных интересов граждан, участвующих в судопроизводстве: как обвиняемого, подозреваемого, так и потерпевшего, частного обвинителя, гражданского истца, гражданского ответчика и др

В настоящее время в России, довольно распространенным является подход, сторонники которого утверждают, что суд не должен осуществлять дока-зывание , а обязанность собирать доказательства - прерогатива сторон. Другие авторы настаивают на статусе суда как субъекта доказывания, даже несмотря на то, что состязательные начала в процессе могут быть расширен4.

1 См.: Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб., 2000. С. 6.

2 См.: Смирное А.И. Указ, соч. С. 55-56.

3 См., например: Григорьева И. Принципы уголовного процесса и доказательства // Росс, юстиция. 1995. № 8. С. 40.

4 См., например: Кореневскш Ю. Нужна ли суду истина? // Росс, юстиция. 1994.; 5. С. 20-22; Шейфер С.А. О понятии и цели доказывания в уголовном процессе // Гос. и право. 1996. №9. С. 62-66.

126

Однако и те и другие авторы фактически ведут спор о необходимости со- хранения за судом обязанности по собственной инициативе предпринимать какие-либо меры по установлению истины, т. е. быть активным субъектом доказывания, и этот вопрос, кроме как положительно, решен быть не может.

Обратимся к положениям УПК РФ относительно полномочий суда в про- цессе доказывания. С одной стороны, ч. 1 ст. 86 УПК РФ относит суд к субъектам, управомоченным собирать доказательства. С другой - гл. 37 УПК РФ «Судебное следствие» идет речь об исследовании в судебном заседании доказательств, которые представляются сначала стороной обвинения, а затем стороной защиты (ст. 274 УПК). Не противоречат ли друг другу указанные нормы? Исследует ли суд представленные сторонами доказательства или сам их собирает?

Как уже отмечалось, сведения о фактах приобретают статус доказательств лишь при условии облачения их в соответствующую процессуальную форму, формирования в порядке, предусмотренном законом. Суд обязан непосредственно исследовать доказательства: заслушать показания подсудимого, потерпевшего, свидетелей, заключение эксперта, осмотреть вещественные доказательства, огласить протоколы и иные документы, произвести другие действия по исследованию доказательств (ч. 1 ст. 240 УПК). Выполнение этих действий судом и есть придание сведениям соответствующей процессуальной формы, т. е. формирование (собирание) доказательств. Это, конечно, не означает, что сведения о фактах, на основании которых процессуальные решения принимались следователем, дознавателем, прокурором, не являются доказательствами. Однако для того, чтобы на них можно было основывать решения в ходе судебного разбирательства, законодатель предусматривает дополнительные про- цессуальные условия, усложняет процессуальную форму. Суд самостоятельно легализирует доказательства, собранные на досудебных стадиях, формирует их допустимость для использования в судебном заседании. В этой связи формулировка ст. 274 УПК РФ, в которой предусматривается исследование судом дока-

127

зательств, представленных сторонами, не должна вводить в заблуждение о роли суда в доказывании.

В соответствии с положениями гл. 37 УПК РФ, некоторые судебные действия, направленные на собирание доказательств, должны быть осуществлены по собственной инициативе суда. Так, в случае необходимости суд вправе без ходатайства сторон допросить эксперта (ст. 282 УПК РФ), назначить судебную экспертизу (ст. 283 УПК РФ). К сожалению, в текст норм 287 - осмотр местности и помещения, 288 - следственный эксперимент, 289 - предъявление для опознания, 290 - освидетельствование, не включено понятие «проведение по инициативе суда», как это сделано в ч. 1 ст. 282, ч. 1 ст. 283 УПК РФ. Поскольку ст. 289 УПК РФ предусматривает, что опознание в суде производится в случае необходимости, есть основания полагать, что это действие может быть проведено также по собственной инициативе суда.

Таким образом, суд является субъектом доказывания: собирает доказа- тельства вне зависимости от того, действует ли он по собственной инициативе или по ходатайству сторон.

Непосредственное исследование доказательств судом, придание им процессуальной формы, позволяющей принимать процессуальные решения в ходе судебного заседания - важная гарантия обоснованности принимаемых решений, справедливости приговора.

Исторический опыт России убедительно свидетельствует,
что

сокращенный порядок судебного разбирательства в случае признания вины обвиняемым (УПК РСФСР 1923 г.) никак не способствовал принятию по делу справедливых решений. В уголовно-процессуальном кодексе РСФСР 1960 г. законодатель вполне обоснованно отказался от возможности сокращения судебного следствия. К сожалению, в 1993 г. сокращенный порядок судебного следствия был предусмотрен для производства с участием присяжных заседателей, а в 2000 г. - и для судебного разбирательства у мирового судьи. В УПК РФ идея о сокращении процесса в зависимости от позиции по делу обвиняемого, нашла свое полное развитие. Законодатель пре-

128

дусмотрел возможность вынесения приговора вообще без судебного разбирательства (гл. 40 УПК РФ) при согласии обвиняемого с предъявленным ему обвинением и при соблюдении некоторых условий.

Сходные процедуры существуют как в англоамериканском, так и в кон- тинентальном уголовном процессе. Однако для России и иных стран Европы, в отличие от США, процедуры назначения наказания без собирания, проверки и оценки доказательств - явление все же нетрадиционное. Лишь Испания имеет достаточно давнюю историю назначения наказания при согласии обвиняемого с обвинением без проведения судебного разбирательства, где такое стало возможным с середины XIX в. В других европейских государствах такие процедуры если и введены (Италия. Германия), то имеют совсем несолидную историю и характеризуются хотя бы минимальным исследованием доказательств в судебном заседании1.

В УПК РФ предусмотрены определенные правила вынесения приговора без проведения судебного разбирательства, которые призваны минимизировать возможность наказания невиновных. Так, процедура назначения наказания без судебного разбирательства, может иметь место, только тогда, когда с этим согласен обвинитель, потерпевший. Согласие обвиняемого с предъявленным обвинением должно быть добровольным и сделано в присутствии защитника (ч.2 ст. 315, ч.1 ст. 315 УПК РФ) в случаях, предусмотренных ч.1 ст. 314, УПК РФ.

Предполагается, что заявление ходатайства о назначении наказания без судебного разбирательства должно стимулировать правило о невозможности назначения обвиняемому наказания, превышающего две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, установленного за совершенное преступление (ст. 316 УПК).

К сожалению, законодатели стремясь снизить нагрузку на судей, выпол- нить пожелания зарубежных специалистов, вновь проигнорировали отечественные фундаментальные научные разработки 70-80-х годов XX в., посвящен-

См.: Тейман С. Сделки о признании вины или сокращенные формы судопроизводства: по какому пути пойдет Россия? // Росс, юстиция 1998. № 4. С. 10.

129

ные признанию обвиняемым своей вины в уголовном процессе. Так, например, блестящий анализ причин самооговоров, средств их предупреждения и выявления, приведенный в классической работе на эту тему А.Р. Ратиновым и Т.А. Скотниковой1, никем не опровергнут, а предусмотренные в законе условия на- значения наказания без судебного разбирательства, самооговоров не исключают.

Судебное разбирательство, которое в этом случае должно состояться как бы в мыслях судьи (ч. 2 ст. 316 УПК), - отнюдь не надежная гарантия объективного решения по делу. Усугубляет ситуацию указание на то, что наказание может быть назначено без судебного разбирательства при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением, а не при признании вины. Признание обвиняемым вины предполагает хотя бы изложение им сведений о фактах, что пусть и не в должной мере, но может способствовать выявлению ложных признаний. Согласие же с предъявленным обвинением вообще не предполагает выслушивание судьей показаний обвиняемого.

Вопрос о сокращенных процессуальных процедурах в зависимости от позиции обвиняемого напрямую связан с вопросами уголовно-процессуального доказывания и вновь обостряет активно обсуждавшийся в 50-60-е годы вопрос о доказательственном значении показаний обвиняемого. Положение о возможности использования показаний обвиняемого, признающего свою вину, в качестве элемента доказательственной базы лишь при подтверждении признания совокупностью имеющихся по делу доказательств (ч. 2 ст. 77 УПК РСФСР 1960 г.), введенное в закон по настоянию М.С. Строговича, не свидетельствовало о меньшей юридической силе признания обвиняемого, но лишь предостерегало от придания им исторически привлекательного преувеличенного значения. В УПК РФ содержится сходное положение (ч 2 ст. 77), однако речь идет не о подтверждении признания обвиняемого иными доказательствами, а о подтверждении ими виновности обвиняемого. Конечно, в зависимости от обстоятельств

1 См.: Ратинов А.Р., Скотникова Т.А. Самооговор (Происхождение, предотвращение и разоблачение ложных признаний). М., 1973. С. 98-102.

130

дела признание обвиняемым вины может быть как рядовым, так и первостепенным доказательством, однако важно, чтобы в наличии имелись доказательства, свидетельствующие о его достоверности1.

Возможность постановления приговора без судебного разбирательства сводит к нулю целевое назначение ч. 2 ст. 77 УПК РФ. Требование ст. 316 УПК РФ установить при вынесении приговора подтверждение обвинения доказательствами, собранными по уголовному делу, тоже ничего не меняет. Доказательства, собранные в ходе досудебного производства, должны быть проверены судьей, непосредственно исследованы и только после этого может состояться их оценка. В противном случае роль судьи сводится к назначению наказания без участия в процессе доказывания.

«Обязанность суда исследовать доказательства непосредственно, независимо от позиции обвиняемого объявляется апологетами согласительных англо- американских процедур лицемерными претензиями на установление истины, а сама цель установления истины - сомнительным псевдонаучным инквизиционным принципом, который исчезает со сцены правосудия»2. Такой взгляд на истину как цель доказывания излишне категоричен. Наконец, в любых системах судопроизводства не может считаться нормальным явлением осуждение неви- новных, т. е. задача уголовного процесса всегда и в любых государствах - уста- новление действительно виновного, выяснение обстоятельств дела, какими они были в действительности (эту задачу можно и не называть установлением истины, если это слово раздражает некоторых специалистов). Некоторые заокеанские ученые не без доли резона отмечают, что, хотя состязательный процесс не ставит целью установление истины, он более эффективен в ее достижении, чем иные формы судопроизводства . Иначе говоря, вопрос не в наименовании цели доказывания (она, в сущности, всегда одинакова), а в средствах, с помощью

1 Способы возможного подтверждения признания обвиняемого иными доказательст вами подробно рассматриваются и в работе Химичевой Г.П , Победкина А.В. Показания об виняемого в уголовном процессе М., 1999. -247с.

2 Тэйман С. Указ. соч. // Росс юстиция. 1998. № 4. С. 11.

3 Вернем У. Суд присяжных заседателей. М., 1995. С. 115-118.

131

которых выявляется действительно виновный, устанавливаются значимые для дела обстоятельства.

Конечно, можно согласиться с тем, что дифференциация уголовного су- допроизводства в зависимости от определенных обстоятельств необходима, однако скорее за счет сокращения, упрощения досудебного производства. Судебное же разбирательство потому и имеет особую процессуальную форму, что является последней, наиболее надежной гарантией, обеспечивающей справедливость самого важного решения по делу. Поэтому не вполне понятно, почему постановление приговора без исследования доказательств судом (при сохранении в УПК РФ громоздкого порядка досудебного производства, ликвидации протокольной формы досудебной подготовки материалов как не обеспечивающей права человека) признается более предпочтительным?

Согласно ч. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 15 УПК РФ уголовное су- допроизводство, в том числе и на досудебной стадии, должно быть состяза- тельным.

Современное состояние законодательства, регулирующего деятельность адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве, без преувеличения можно назвать временем революционных перемен. С введением одновременно с 1 июля с. г. в действие и нового УПК РФ, и нового Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (от 31.05.02 № 63-ФЗ) сторона защиты получила в свое распоряжение новые права и полномочия в рамках состязательного уголовного процесса.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 53 УПК РФ защитник впервые в истории российского уголовно-процессуального законодательства получил право не только представлять, но и собирать доказательства, необходимые для оказания юридической помощи. Право адвоката самостоятельно собирать «свои» доказательства есть самое важное проявление состязательности процесса. Именно это право предусмотрено положениями ч. 3 ст. 86 УПК РФ.

132

Согласно ч. 3 ст. 86 УПК РФ законодатель дает право защитнику собирать доказательства путем получения предметов, документов и иных сведений, а также опроса лиц, с их согласия.

Представляется, что новелла закона, различные аспекты собирания дока- зательств защитниками вызовут большие сложности на практике. В той или иной мере неизбежны «перегибы» и в то же время недооценка этих важных и эффективных правовых инструментов. Полагаем, что стороны защиты и обвинения с одной стороны будут слишком широко трактовать эти полномочия, с другой - неоправданно их сужать, ограничивать их применение. Это противостояние, конфликты сторон неизбежны и предопределены принципом состязательности сторон.

Прежде всего, необходимо отметить, что всей полнотой государственно- властных, в том числе процессуальных полномочий по собиранию доказа- тельств российский уголовно-процессуальный закон традиционно наделял только участников уголовного судопроизводства, ответственных за ведение уголовного дела. Собирание доказательств они производят посредством проведения всех предусмотренных действующим законом следственных и иных процессуальных действий, включая обыск, личный обыск, выемку, осмотр, освидетельствование и др. Для защитников новый УПК предусмотрел полномочия по осуществлению только трех вышеупомянутых мер, ни одно из которых следственным действием не является.

Кроме того, если в ходе проведения следственных и иных действий сле- дователь (дознаватель) вправе реализовывать властные полномочия, то есть давать обязательные для исполнения распоряжения в отношении лиц, не находящихся у него в служебной зависимости, принимать решения, обязательные для исполнения гражданами и организациями независимо от их ведомственной принадлежности1, в том числе применять принудительные меры, связанные с

1 О содержании властных полномочий см., например, п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № б от 10-02.2000 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе».

133

ограничением прав и свобод граждан (например, насильственное про- никновение в жилое помещения для производства обыска, обнажение лица при освидетельствовании и т. п.), то защитник при проведении опроса лиц, получении предметов, документов и иных сведений, истребовании справок и т. д. ни в коей мере не вправе использовать какие-либо властные полномочия. Граждане не обязаны, а лишь вправе давать показания защитнику, если они на то согласны. Праву защитника собирать и представлять предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными и иными доказательствами, не корреспондирует чья-либо обязанность предоставлять по его запросу эти предметы или документы.

Одним из немногих гарантий реализации предоставленных защитнику прав по собиранию доказательств является обязанность органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и иных организаций выдавать адвокату запрошенные им документы или их заверенные копии в порядке, установленном законодательством (п. п. 1 п. 3 ст. 6 закона «Об адвокатуре и адвокатской деятельности»).

Однако хотелось бы уточнить, что здесь речь идет о документах или их копиях, содержащих сведения, необходимые, в целом, для оказания юридической помощи. Именно поэтому названный закон в качестве примера таких документов приводит справки и характеристики. Предметы и документы, которые могут быть признаны вещественными доказательствами, должны выдаваться только по требованию следователя, дознавателя, прокурора или суда, а потому соответствующие организации вправе отказать адвокату в их выдаче. Речь идет, например, об официальных документах со следами подлога, совершенного должностным лицом или государственным служащим . Если лицо, совершившее данное преступление стало в дальнейшем клиентом конкретного адвоката, вряд ли можно ручаться за сохранность такого документа, если он выдан по запросу защитника. В период предварительного следствия, а также и в судебном

Усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 292 УК РФ - служеб- ный подлог.

134

заседании, защитник должен представить следователю или судье предметы и документы, являющиеся, по его мнению, доказательствами, оправдывающими или смягчающими вину его подзащитного. Так, если во время предварительного расследования адвокат узнает о существовании такого предмета, он должен известить о нем следователя или прокурора, заявив мотивированное ходатайство о необходимости произвести изъятие этого предмета в рамках соответствующего следственного действия.

Как представляется, получение защитником предметов, документов и иных сведений, а также истребование справок, характеристик, иных документов от органов государственной власти, органов местного самоуправления, об- щественных объединений и организаций имело место и в соответствии с УПК РСФСР, в котором речи о собирании защитником доказательств вообще не велось, а говорилось лишь об их представлении. И действительно, для того чтобы защитнику представить определенное доказательство, необходимо первоначально его получить. Конечно, положительна, что законодатель предусмотрел возможность защитнику от своего имени, а не от имени юридической консультации обращаться с запросами к государственным органам, организациям, предприятиям, учреждениям, а последних обязал предоставлять запрашиваемые документы и их копии. Однако данная норма в отсутствие указаний зако- нодателя на срок, в который должны быть предоставлены документы и санкции за ее невыполнение, выглядит, по меньшей мере, нелогично.

Неурегулированным остался вопрос истребования защитником докумен- тов, составляющих государственную, коммерческую и другую охраняемую законом тайну. Необходимо законодательно оговорить те случаи, когда истребованные защитником документы не могут быть ему предоставлены.

Второй из трех способов собирания доказательств защитником преду- смотренных ч. 3 ст. 86 УПК РФ сосредоточил в себе наибольшее количество неясностей. Каков механизм проведения опроса защитником лиц с их согласия? Каков порядок фиксации полученных сведений? И, наконец, каков порядок оценки допустимости таких доказательств? Именно доказательств, а не сведе-

135

нии, потому как законодатель в ч. 3 ст. 86 УПК РФ говорит: «Защитник вправе собирать доказательства…».

В настоящее время в УПК РФ отсутствует понятия опроса, порядок его проведения, способ фиксации его результатов. Представляется возможным, Опрос лица защитником по нашему мнению необходимо представить в виде беседы защитника с гражданином, который выразил свое согласие на это. Опрос должен производиться с целью получения сведений, относящихся к уголовному делу и позволяющих доказать невиновность или меньшую виновность подзащитного. Результаты опроса (беседы) фиксируются в произвольной форме. В качестве формы фиксации может выступить протокол с указанием места и времени начала и окончания опроса, анкетных данных опрашиваемого и защитника (если это адвокат является членом адвокатской палаты). Кроме того, в протоколе перед сведениями данными опрашиваемым лицом, должна находиться подпись этого лица о наличии согласия на опрос. Протокол на каждой странице подписывается опрашиваемым, а последний лист- защитником .

В качестве дополнительного средства фиксации, по нашему мнению, возможно использовать видеозапись. Думается, такой вариант фиксации основан на законе, но как его недостаток следует рассматривать некую келейность беседы защитника и гражданина. Где гарантии от злонамеренных действий со стороны защитника - угроз, шантажа, попыток подкупа гражданина или введения его в заблуждение?

В этой связи, полагаем, что присутствие при указанном опросе третьего лица, пользующегося доверием и выступающего впоследствии гарантом фиксации хода опроса, поможет решить хотя бы некоторые проблемы и послужит гарантией обеспечения прав защитника на собирание доказательств. В качестве такого гаранта вполне может выступить нотариус как должностное лицо, действующее от имени государства. По окончании опроса нотариус, при нем присутствующий, при условии соблюдения требований закона и уплаты государст-

136

венной пошлины прошивает и заверяет протокол опроса, о котором говорилось выше, и делает запись в регистрационной книге1.

Возможен и другой вариант опроса лиц защитником. Например, «изложение содержания беседы в ходатайстве с указанием лица, подлежащего вызо-ву для его допроса следователем» . Однако, на наш взгляд, такой вариант не отвечает духу УПК РФ и возвращает нас во времена, когда беседа защитника с гражданином рассматривалась как предпроцессуальная деятельность.

Опрос адвокатом лица, которому могут быть известны оправдывающие его подзащитного сведения, возможен только с согласия этого лица (п. 2 ч. 3 ст. 86 УПК РФ). Данный опрос может быть произведен и частным детективом — по поручению адвоката, после заключения соответствующего соглашения. Закон от 11 марта 1992 г. «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федерации» дает адвокату такую возможность.

В уголовно-процессуальном законе нерешен вопрос, должен ли адвокат в разговоре с опрашиваемым им лицом сказать, что является защитником подозреваемого или обвиняемого, или же достаточно просто согласия данного лица на участие в опросе. Полагаем, что адвокат если не сразу, то хотя бы во время опроса должен сообщить допрашиваемому, для чего нужны получаемые от него сведения. При этом, для более успешного опроса лица, адвокат не вправе придумывать, «легенду» о своей принадлежности к какому-нибудь «компетентному» ведомству, а тем более - принуждать опрашиваемого к даче ложных показаний.

В ходе опроса адвокату-защитнику могут стать известными отягчающие ответственность его подзащитного сведения. В этом случает адвокат должен исходить из того, что его деятельность направлена на защиту интересов клиента, в связи с чем, он не вправе передавать эти сведения должностному лицу, ведущему расследование.

1 Руднев В., Беньягуев Г. Возможно ли участие нотариуса в уголовном судо производстве? // Российская юстиция. 2002. № 8. С. 28-29.

2 Кузнецов Н., Дадонов С. Право защитника собирать доказательства: сущность и пре делы // Росс, юстиция. 2002. № 8. С. 32.

137

Поскольку уголовно-процессуальный закон не говорит о том, как оформить результаты опроса, представляется, что адвокат-защитник может предложить опрашиваемому лицу собственноручно записать данные им объяснения, с указанием анкетных данных.

Защитник не вправе вызывать в адвокатский кабинет (бюро, юридическую консультацию) лиц, которых он намерен опросить по обстоятельствам, имеющим отношение к делу, по которому адвокат оказывает юридическую помощь. Он не вправе официально предупреждать опрашиваемое лицо об уголовной ответственности за дачу ложных показаний и отказ от дачи показаний (ст. 307 и 308 УК РФ) и, соответственно, отбирать об этом подписку. Он, конечно, может разъяснить лицу перспективы привлечения к уголовной ответственности за дачу ложных показаний или за отказ от дачи показаний на допросе у следователя, но никак не за аналогичные действия на проводимом им самим опросе. В равной мере защитник не имеет права изымать либо даже просто требовать те или иные предметы и документы у их владельца - физического лица, как это вправе делать следователь (дознаватель) в рамках обыска или выемки.

Не вызывает сомнений, что формируемая в настоящее время адвокатская практика даст достаточно примеров превышения полномочий со стороны защитников по уголовным делам. Недобросовестные адвокаты будут стремиться де-факто «приравнять» свои полномочия к полномочиям следователей (разумеется, без той ответственности, «под грузом которой ходит» это должностное лицо), т. е. пытаться проводить опрос как допрос, получение предметов и документов, как их выемку или даже обыск и т. п.1 Правоохранительные органы и суд вправе и обязаны пресекать такие «поползновения».

Далее, показания лиц, опрошенных защитниками, предметы, документы и иные сведения могут по своему содержанию являться доказательствами (ч. 1 ст. 74 УПК РФ), но сами по себе, вне их процессуального оформления судом,

1 Уголовное дело № 4516/03 // Архив Октябрьского суда г. Краснодара № 1/4516/03; Уголовное дело № 58873/02 Архив Каневского районого суда Краснодарского края, 2002. № 1/58873.

138

прокурором, следователем или дознавателем не могут быть признаны допустимыми.

В литературе по данному вопросу высказываются противоположные мнения. Например, предлагается представляемые защитником объяснения опрошенных лиц, справки о проведенном исследовании приобщать к делу как «иные документы», которые исходя из перечня ч. 2 ст. 74 УПК РФ, допускаются в качестве доказательств .

Полагаем, что данная позиция ошибочна, поскольку не соответствует по- ложениям норм, установленных статьями 74-84 УПК РФ. Так, в качестве доказательств допускаются показания свидетеля (п. 2 ч. 2 ст. 74 УПК РФ). При этом допустимые показания свидетеля это только те сведения, которые он сообщил на допросе суду или должностному лицу, производящему расследование (ст. 79 УПК РФ), но никак не показания, данные свидетелем в рамках опроса у защитника. То есть протокол опроса лица, составленный защитником содержит показания свидетеля, но они могут быть процессуально легализованы только через допрос этого свидетеля уполномоченным должностным лицом, а никак не через приобщение протокола опроса в качестве «иного документа» (ст. 84 УПК РФ).

Ситуация аналогична той, что складывается при решении вопроса о до- пустимости протоколов опроса (пресловутые «объяснения», «чистосердечные признания»), произведенного оперуполномоченным. Как известно, такие документы и содержащиеся в них показания признаются судами недопустимыми доказательствами . Это означает, что даже если защитник в рамках проведенного им опроса получил сведения, интересующие сторону защиты, то эти сведения только тогда станут допустимыми доказательствами, когда названные уполномоченные субъекты допросят это лицо . К примеру, если защитник тре-

1 См., например, Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М., 2002. С. 180.

2 В научной литературе этот вопрос также не вызывает дискуссий. См., например, Ко- реневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно-розыскной деятель ности в доказывании по уголовным делам. М., 2000, С. 68.

3 Эту позицию разделяют авторы научно-практического комментария к Уголовно- процессуальному кодексу Российской Федерации / Под общ. ред. В.М. Лебедева. М., 2002. С. 202.

139

бует приобщить к делу протокол опроса нужного ему лица - предполагаемого свидетеля защиты, но следователь по тем или иным объективным причинам не может допросить указанное лицо (свидетель тяжело болен, выехал в неизвестном направлении и т. п.), то такие показания не являются допустимыми доказательствами и не имеют юридической силы. Если и в суд такой свидетель не явится, то даже ссылаться на его показания защитник не вправе. Аналогичным образом недопустимы и справки об исследовании, проведенном по инициативе защитника. Допустимым доказательством является только заключение эксперта (п. 3 ч. 2 ст. 74 и ст. 80 УПК РФ), а оно содержит результаты исследования, которое проводится только на основании постановления лица, ведущего производство по делу (ст. 195 УПК РФ). Вещественными доказательствами признаются только те предметы, которые изъяты, осмотрены и приобщены соответствующим постановлением к материалам дела судом, прокурором, следователем или дознавателем (ст. 81 УПК РФ), но никак не предметы, документы полученные защитником.

Процессуально легализованным как вещественное доказательство, будет лишь тот полученный адвокатом предмет (документ), который впоследствии изъят, осмотрен и приобщен к делу следователем, прокурором, судом.

Все собранные и представленные защитником в нарушении комменти- руемых положений закона доказательства, должны быть признаны недопустимыми, согласно положениям ч.1 и п. 3 ч. 2 ст. 75 УПК РФ.

Исходя из того, что правовая норма есть ни что иное как социально- нравственное веление, установленное государством и обеспеченное его принудительной силой, стало быть, в случае нарушения этой нормы включается механизм реализации принудительных предписаний, носящих негативный характер, что в данном случае имеет форму недопустимости доказательств, полученных в ходе опроса лица защитником и подпадающих под действие ст. 75 УПК РФ. Так, сторона обвинения вправе заявить перед судом ходатайство об исключении результатов опроса как доказательства, представленного защитником по причине их недопустимости в соответствии со ст. 75 УПК РФ.

140

Право защитника собирать доказательства, не стоит рассматривать как профессиональную обязанность адвоката, заключающуюся в установлении очевидцев криминального события, опросе этих лиц с их согласия или сообщении о них должностному лицу для их допроса в качестве свидетелей, как это предлагают Н. Кузнецов и С. Дадонов .. Кроме того, принимать меры по установлению конкретного лица, проводить ли его опрос или не проводить определяет сам защитник, руководствуясь интересами подзащитного, а также тактическими приемами, выбранными применительно к определенной ситуации. Закон не запрещает защитнику «придержать» результаты опроса гражданина, например, не представлять их следователю в ходе предварительного следствия, а сделать это в судебном заседании с целью разрушения обвинительного тезиса. Вполне возможна также ситуация, когда защитник предполагает, что показания определенных лиц могут помочь его подзащитному, заявляет о них следователю, однако эти лица дают обвинительные показания в отношении подзащитного.

И, последнее, собранные защитником доказательства должны оцениваться по единым правилам, наравне с доказательствами стороны обвинения, руководствуясь закрепленным в ст. 17 УПК РФ принципом свободы оценки доказательств. Как известно, никакое отдельно взятое доказательство не только не имеет заранее установленной силы, но не имеет и заранее установленного «бессилия».

Среди проблем фиксации доказательств заслуживает особого внимания проблема использования для этих целей технических средств и приемов. Профессор Р. С. Белкин различал четыре формы фиксации: вербальную (словес-ную), предметную, графическую и наглядно-образную . Любая из этих форм предполагает возможность использования технических средств.

Обязательной для всех случаев фиксации доказательств уголовно- процессуальный закон считает вербальную форму - составление протоколов

1 Кузнецов К, Дадонов С. Указ. соч. С. 32.

2 Белкин Р.С. Курс криминалистики. Т. 2. М., 1997. С. 125.

141

следственных действий. Допускает он и применение технических средств и способов обнаружения, фиксации и изъятия следов преступления и вещественных доказательств (ч. 6 ст. 164 УПК). Фотографические негативы, снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, носители компьютерной информации, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия и полученные с помощью технических средств, должны прилагаться к протоколу (ч 8 ст. 166 УПК). При этом, в УПК РФ не говорится о доказательственном значении результатов применения технических средств.

Подобное положение дает повод считать протоколы следственных дейст- вий основным средством фиксации, имеющим преимущественное значение и занимающим особое место среди других средств фиксации, а применение технических средств - факультативным1. Правда, при этом обычно оговаривается, что отнесение результатов применения технических средств к числу факульта-тивных «отнюдь не умаляет их доказательственного значения» . Чтобы подчеркнуть это, С. А. Шейфер предлагает считать протокол следственного действия и приложенные к нему результаты применения технических средств единым комплексным доказательством, «элементы которого взаимно дополняют и обогащают друг друга3.

Однако не всегда имеет место такое положение. Бывает, что содержание протокола и результаты применения технических средств не «дополняют и обогащают», а существенно противоречат друг другу. Иногда в протоколе осмотра места происшествия отсутствует указание на наличие предмета, который отчетливо виден на фотоснимке, еще чаще встречаются противоречия между содержанием протокола и аудиозаписью допроса. Так, специально исследовавший эту проблему Н.Н. Лысов приводит следующие данные содержание протоколов допроса и фонограммы совпадает лишь в 32 % случаев; в 47 % - в протоко-

’ См., например: Шейфер С.А. Указ. соч. С. 188, 194.

2 Там же. С. 194.

3 Там же. С. 195. Этот взгляд разделял и Белкин Р. С. Указ. соч. С. 147.

142

ле отсутствовали существенные данные, имевшиеся в фонограмме, в 21 % случаев протокол содержал больший объем информации, чем фонограмма1. В таких случаях возникают серьезные трудности в оценке доказательств. Для преодоления этих трудностей было предложено считать аудио- и видеозаписи, киноленты и фотоснимки, сделанные в ходе следственных действий, документа-ми . Однако многие авторы считают, что звукозапись имеет доказательственное значение только в связи с протоколом и отрицают какое бы то ни было само-стоятельное ее значение . Так обстоит дело не только с оценкой доказательственного значения фотосъемки и аудиозаписи - такие противоречия могут возникнуть и между данными протоколов и изготовленными в ходе осмотров слепками, оттисками и отпечатками следов, которые нельзя даже с большой натяжкой отнести к разряду «иных документов».

Представляется, что судьям и следователям было бы легче выходить из подобных затруднений, если бы результаты применения технических средств были признаны законодателем самостоятельными источниками доказательств и включены в перечень ч. 2 ст. 74 УПК - подобно тому, как это сделано в Кодексе об административных правонарушениях, где в ч. 2 ст. 26.2 наряду с протоколами, показаниями, заключениями экспертов, иными документами и т. д. указаны и «показания специальных технических средств».

В настоящее время, в связи с достаточно широким распространением и доступностью технических средств для негласного собирания информации гражданами, а также с разрешением частной детективной деятельности, возникла опасность «внедрения» в процесс доказывания такой непроцессуальной

1 Лысое Н.Н. Фиксация доказательств в уголовном процессе. Ч. 2. Н.Новгород, 1998. С. 35.

2 См.: Винберг А.И., Кочаров Г. И., Минъковский Г.М. Актуальные вопросы теории судебных доказательств в уголовном процессе // Соц. законность. 1963. № 3. С. 26; Селива нов Н.Л. Основания и формы применения научно-технических средств и специальных зна ний при расследовании преступлений // Вопросы предупреждения преступности. Вып. 1. М, 1965. С. 158. На этой позиции стоит и новый УПК (ч. 2 ст. 84).

3 Палиашвили А. Я. Использование звукозаписи, киносъемки и стенографии в следст венной работе//Сов. гос. и право. 1971. №2. С. 87; Карнеева Л.М., Ратинов А.Р., Хило- бок М.П. Применение звукозаписи в следственной работе. М., 1967. С. 42-43, и др.

143

информации. Поскольку УПК предусматривает возможность представления пись менных документов и предметов для приобщения их к делу в качестве доказа тельств только сторонами и их представителями (ч. 2 ст. 86), непроцессуальная информация, полученная от посторонних лиц, не может использоваться в качестве доказательств. В этой части УПК РФ вступает в противоречие с федеральным за коном «О частной детективной и охранной деятельности в Российской Федера ции» от 11 марта 1992 г., допускающим получение такой информации по поруче- * нию заинтересованных лиц. Это противоречие, по нашему мнению, должно быть

устранено.

§ 2. Проверка и оценка документов в целях обеспечения их статуса как источников доказательств

Уголовно-процессуальный кодекс РФ ни в одной из своих статей не называ ет конечной цели доказывания, как не делал этого и УПК РСФСР. В ст. 2 УПК РСФСР, среди задач уголовного судопроизводства, указывалось «быстрое и пол ное раскрытие преступлений». В теории уголовного процесса раскрытие преступ лений трактовалось как установление всех фактических его обстоятельств в соот ветствии с действительностью, достижение объективной истины. УПК РФ (ст. 6) принципиально иначе определил назначение уголовного судопроизводства. Это дало повод еще задолго до его принятия, при обсуждении самых первых проектов УПК РФ утверждать, что установление объективной истины не является целью судопроизводства вообще, и процессуального доказывания в частности1. Наиболее категорично эту позицию сформулировал С.А. Пашин: «…целью доказывания яв ляется не установление истины, т. е. тех фактических обстоятельств, которые необходимы для правильного применения уголовного закона, а достоверная доказанность этих обстоятельств, и, во-вторых,

необходимо акцентировать внимание не на цели доказывания, а на са-

1 Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства // Российская юстиция. 1995. № 6. С. 40. Подробный анализ подобных взглядов содержится в статье: Коре-невскии Ю. Нужна ли суду истина? // Российская юстиция. 1994. № 5. С. 20-22.

144

мом доказывании, поскольку юрист отвечает не за обнаружение истины, а лишь за то, чтобы результат был достигнут определенным образом»1.

Эта концепция формальной истины, нашедшая отражение в ряде работ и других авторов, и положена законодателем в основу доказательственного права, сформированного в новом УПК. Можно спорить о том, хорошо это или плохо, но практика доказывания будет исходить из данной концепции. Это вытекает и из анализа одной из основополагающих норм - ст. 297 УПК РФ, которая в первой части формулирует требования к приговору: законность, обоснованность и справедливость. Представляется, что справедливым может быть только тот приговор, который основывается на достоверно установленных фактах, имевших место в объективной действительности. Однако часть вторая той же статьи разъясняет: «Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона». В расчет принимается, таким образом, лишь формальная сторона дела. Данный вывод подтверждается тем, что УПК РФ, в отличие от УПК РСФСР, никому из государственных органов и должностных лиц, ведущих процесс, и даже суду, не предъявляет требования всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела.

Несомненным достоинством УПК РФ является появление главы 11 «Доказывание», в которой ст. 85 закрепляет распространенную среди ученых позицию о трехзвенной структуре процесса доказывания: собирание, проверка, оценка доказательств2.

1 Пашин С. Проблемы доказательственного права // Судебная реформа: юридический профессионализм и проблемы юридического образования. Дискуссии. М., 1995. С. 312.

2 См.: Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1968. Т. 1. С. 302; Теория доказательств в советском уголовном процессе. 2-е изд. М, 1973. С. 298. Однако в теории существует и другая тачка зрения, согласно которой доказывание в уголовном судо производстве этим не ограничивается. В качестве самостоятельных элементов процесса до казывания предлагается «работа со следственными версиями» и «обоснования выводов орга нов расследования суда» (см.: Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказыва ния. Казань, 1976. С. 11-14; Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М., 1971. С. 156 и др.

145

Проверка и оценка доказательств, всегда были сложны для определения их содержания. Эта сложность была вызвана тем, что в ч. 3 ст. 70 УПК РСФСР говорилось лишь об обязанности проверять, а в ч. 1 ст. 71 УПК РСФСР - оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению. При этом, содержание этих понятий, механизм осуществления проверки оценки не раскрывались. Лишь в ст. 87 УПК РФ сделана такая попытка. В частности, указано, что проверка доказательств осуществляется путем сопоставления их с другими доказательствами, установления их источников, получения иных доказательств. В уголовно-процессуальной и криминалистической литературе известно отождествление проверки с исследованиями доказательств, хотя их понятийный аппарат носит различные смысловые нагрузки.

Известный ученый криминалист Р.С. Белкин, исследование доказательств считал «необходимым элементом доказывания, вторым этапом работы следователя и суда с доказательствами»1. Ученые процессуалисты М.С. Строгович, А.И. Трусков, М.М. Михеенко отождествляют «исследование доказательств с их проверкой, однако при этом по-разному определяют объем этой деятельности»2. Другие авторы рассматривают исследование доказательств как «элемент их оценки, не выделяя исследование в самостоятельный этап работы с доказательствами»3. Поэтому поводу А.Р. Белкин высказал мнение о том, что «исследование доказательств - это познание субъектом доказывания их содержания, проверки достоверности существования фактических данных, которые составляют его содержание, определение относимости и допустимости доказательств и установление согласуемости со всеми остальными доказательствами по делу. Разделить исследование и оценку доказательств в процессе доказывания практически невозможно, рассмотрение их порознь преследует лишь методические

1 Белкин Р.С Собирание, исследование доказательств. М., 1966. С. 44.

2 Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. М., 1958. С. 165; Трусов А.И. Основы теории судебный доказательств. М., 1960. С. 86-89; Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном судопроизводстве. Киев, 1984. С. 16.

3 См.: Притузова В. А. Заключение эксперта как доказательство в уголовном процессе. М., 1959. С. 75; Васильев А.Я, Мудъюгин Г.Н., Якубович Н.А. Планирование расследования Преступлений. М, 1957. С. 103-105; Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой ин станции. М, 1959.

146

цели». Кроме того, А.Р. Белкин считает, что «проверка доказательств» точнее отвечает термину «исследование доказательств»1. Проверка доказательств неразрывно связана с исследованием и оценкой доказательств процессуальных и иных документов и содержащихся в них сведениях (показаний участников уголовного процесса, вещественных доказательствах и т. п.).

Таким образом, доказательство - это единство информации и ее источника, при этом, необходимо иметь в виду проверку, исследование, оценку и того и другого. Образно говоря, нужно установить «правильность» доказательства. Требования к «правильному» доказательству сосредоточены в его признаках: относимость, допустимость, достоверность. Отсутствие этих признаков не позволяет говорить, что доказательство наличествует. Если информация имеет отношение к делу, и при ее получении соблюдены требования закона, а сама информация и ее носитель не вызывают недоверия, то можно говорить о наличии доказательства.

Проверка доказательства по указанным признакам лишь первый этап. Вторым этапом является сопоставление вновь полученного доказательства с уже имеющимися в материалах дела. Третий этап, наступает, когда для проверки доказательства в случае возникшего сомнения нужно получать иные подтверждающие или опровергающие проверяемое доказательство.

Трудно согласиться с законодательным подходом к оценке доказательств указанным в ст. 88 УПК РФ. Если эту часть процесса доказывания понимать как определение, условно говоря «цены», «стоимости», «значимости», т.е. отдельного доказательства, то вряд ли к ней подойдут категории относимости, допустимости и достоверности. А при отсутствии хотя бы одного из них нельзя говорить о наличии самого доказательства. Значимость доказательства для установления какого-либо обстоятельства, подлежащего доказыванию можно установить путем использования классификации доказательств. На наш взгляд прямое доказательство предпочтительнее косвенного, а первоначальное - производного. Такой прием оценки доказательства необходим и при определении

1 Белкин А.Р. Указ. соч. с. 22.

147

пределов доказывания. По тексту ст. 87, 88 УПК РФ, проверке и оценке подлежат отдельные единичные доказательства. Только при оценке совокупности доказательств действительно используется множественный критерий достаточности для принятия процессуального решения. Что же касается правил признания доказательств недопустимыми (ч. 2, 3, 4 ст. 88 УПК РФ), то, по мнению соискателя , они относятся не к оценке, а проверке доказательств.

Весьма полезным является указание в ст. 87 УПК на способы проверки доказательств: сопоставление их с другими доказательствами, имеющимися в деле, а также установление их источников (и, очевидно, проверка их надёжности) и получение новых доказательств, подтверждающих либо опровергающих проверяемое доказательство. К этому следовало бы добавить анализ содержания доказательства, с целью определить наличие или отсутствие в нем сведений о конкретных фактах, имеющих значение для дела, - то, что можно обозначить как качественную интерпретацию доказательства1. Это тем более важно, что УПК РФ запрещает использовать в качестве доказательств показания свидетелей, основанные на догадках, предположениях, слухах (ч. 2 ст. 85 ).

Основное правило оценки доказательств закреплено в ст. 17 УПК РФ среди принципов уголовного судопроизводства. Правило это почти полностью воспроизводит положения ст. 71 УПК РСФСР, за одним существенным исключением: требуя, чтобы внутреннее убеждение субъекта оценки доказательств основывалось на совокупности имеющихся в деле доказательств, закон не упоминает о необходимости всестороннего, полного и объективного их исследования. Думается, что такое упоминание не было бы лишним, прежде всего для суда, принимающего окончательное решение по делу.

Вопросам оценки доказательств посвящена в УПК РФ и ст. 88 «Правила оценки доказательств». Ее достоинством является раскрытие содержания оценки доказательств (ч.1 ст. 88 УПК РФ). Здесь указывается, что оценке подлежат: относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, а также достаточность собранных доказательств для разрешения уголовного дела. Ос-

1 Хмыров А. А. Проблемы теории доказывания. Краснодар, 1996. С. ИЗ.

148

тальные части этой статьи посвящены признанию доказательств недопустимыми. По мнению авторов комментариев к УПК РФ оценка доказательств «происходит на всех этапах процесса доказывания и является основой принимаемых процессуальных решений»1, «осуществляемая в логических формах мысленная деятельность следователя, дознавателя, прокурора, судьи, связанная с установлением доказательств, собранных по делу, а также определением их значения для разрешения дела. Оценка доказательств производится непрерывно, на протяжении всего процесса доказывания, в том числе - «во время получения и проверки доказательств» , «оценка доказательств - это познавательная деятельность субъекта доказывания, подчиненная законам логического мышления и процессуально установленным правилам»3. В литературе высказано мнение о том, что «оценка доказательств предполагает и дальнейшее использование, которое является законным регулятором мысленной деятельности следователя, дознавателя, прокурора и суда по их оценке и выражается в принятии процессуальных решений по делу»4.

Большинство процессуалистов и криминалистов считают, что «оценка доказательств - это умственный, мыслительный процесс, оценочное суждение протекающее на всем протяжении процесса доказывания»5. Как нам представляется, 3.3. Зинатулин прав, говоря о том, что «оценочная деятельность не выходила бы за пределы сознания соответствующего субъекта доказывания, была

1 Петрухин И.Л. Указ. соч. с. 150. i 0 2 Мозяков В. В. Указ. соч. с. 217.

3 Радченко В. Указ. соч. с. 268.

4 Колосович С.А., Зайцева Е.А. Указ. соч. с. 1590-160.

5 Мухин И. И. Объективна истина и некоторые вопросы оценки судебных доказа тельств при осуществлении правосудия. Л., 1971. С. 95, 96; Пашкевич П.Р. Объективная ис тина в уголовном судопроизводстве. М., 1961. С. 4; Михеенко М.М. Указ. соч. с. 138; Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М., 1977. С. \1; Строгович М.С. Указ. соч. С. 165; Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. М., 1966. С. 66-67;

| Васильев A.M., Мудьюгин Г.Н., Якубович К.А. Планирование расследования преступлений.

I # М., 1957. С. 164; Трусов А.И. Указ соч. С. 87; УльяноваЛ.Т. Оценка доказательств судом пер-

вой инстанции. М., 1959. С. 65; Ларин A.M. Доказывание на предварительном расследовании 1 в советском уголовном процессе: Дис … канд. юрид. наук. М, 1961. С. 123 и др.

149

бы никому, кроме этого лица, не известна и лишалась бы всякого юридического значения»1.

В процессуальной литературе встречаются и иные высказывания относительно того, какие вопросы решаются при оценке доказательств. Так, А.А. Хмыров не включает в содержание оценки доказательств решение вопроса об их допустимости, считая, что данный вопрос разрешается при исследовании доказательств . На наш взгляд, такое суждение оценки доказательств является неправильным, ибо нельзя исключить из совокупности собранных по делу доказательств некоторые из них без твердого убеждения соответствующего должностного лица о непригодности их для установления юридической истины по уголовному делу. К такому выводу можно прийти только лишь в результате оценочных суждений. Другие авторы полагают, что «доказывание по уголовным делам является единой и одновременно разноаспектнои, универсальной деятельностью, что обозначает проявление и наличие в любой момент доказывания различных его компонентов. В этой системе особое место занимает оценка доказательств, так как она практически неразрывно связана сразу со всеми иными элементами определения дальнейшего пути исследования обстоятельств дела» .

По мнению Н.А. Громова «оценка доказательств - это протекающая в логических правилах (операциях) и в условиях, установленных уголовно-процессуальными нормами, интеллектуальная деятельность суда (судьи), прокурора, следователя, лица, производящего дознание; осуществляемая в соответствии с законом и правосознанием по их внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и беспристрастном рассмотрении всех обстоятельств дела в их совокупности; направленная на определение относимости, допустимости доказательств, их достоверности и взаимосвязи, в целях установ-

1 Зинатулин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск, 1993. С. 106. 2Хмыров А.А. Косвенные доказательства. М., 1979. С. 135-136.

3 Уголовный процесс: Учебник / Под ред. С.А. Колосовича, Е.А. Зайцевой. Волгоград, 2002. С. 155.

150

ления истины по делу». Исходя из сказанного, Н.А. Громов предложил изменить редакцию ст. 71 УПК РСФСР изложив ее в следующей редакции:

Ч. 1. Суд (судья), прокурор, следователь, лицо производящее дознание, оценивает собранные и проверенные доказательства по своему внутреннему убеждению, руководствуясь законом и правосознанием, путем всестороннего, полного и объективного исследования всех доказательств по уголовному делу в их совокупности; определяет относимость, допустимость доказательств, их достоверность, достаточность и взаимосвязь в целях установления и истины по Делу.

Ч. 2. Оценка доказательств лицом, производящим дознание, следователем, прокурором и судом (судьей) воплощается в предусмотренных законом уголовно-процессуальных формах - постановлений, обвинительном заключении, определении, приговоре.

Ч. 3. Никакие доказательства для суда, прокурора, следователя и лица, производящего дознание, не имеют заранее установленной силы»1.

С учетом проведенного анализа уголовно-процессуального законодатель- ства, судебной и следственной практики, не подвергая сомнению мнения ученых, соискатель считает, что оценка доказательств - это совокупность мыслительно-логичного процесса протекающая в своей деятельности субъекта уголовного судопроизводства по собиранию, формированию, проверке, исследованию и выраженная в оценочных суждениях и умозаключениях о наличии либо отсутствии доказательства как такового, доказанности либо не доказанности каких-либо обстоятельств, входящих в предмет доказывания. По нашему мнению, в представляемом нами понятии оценки доказательств следует учесть не только упомянутые в ст. 88 УПК РФ критерии оценки свойств доказательств (относимость, допустимость, достоверность, достаточность), но и, всесторонность, объективность, юридическую истину и в их совокупности суждения и умозаключения дознавателя, следователя, прокурора, суда(судьи). Однако, не только эти дополнительные критерии оценки не предусмотрены в УПК, но

1 Громов Н.А. Указ. Соч. с. 26, 34-35.

151

упоминаемые в ч. 1 ст. 88 УПК РФ понятия относимости, достоверности и достаточности доказательств законом не раскрываются, между тем по меньшей мере одно из них - достаточность доказательств - должно получить официальное толкование. И уж совсем неплохо было бы дать толкование и понятий относимости и достоверности доказательств1.

Очевидно, что более реальным критерием оценки доказательств будет яв- ляться требование ст. 17 УПК РФ: «2. Никакие доказательства не имеют заранее установленной силы». Тем не менее, в ст. 88 УПК РФ «Правила оценки доказательств» законодатель указывает те свойства каждого доказательства и их совокупности, которые подлежат оценке. Однако, из всего ранее сказанного, очевидно, что принцип оценки доказательств, записанный в ст. 17 УПК РФ, неприменим однозначно к разным свойствам доказательств, поскольку одни из свойств доказательства формализованы в законе, другие оцениваются исключительно по внутреннему убеждению. Наиболее - формализованы, как это показано выше, признаки, делающие доказательства недопустимыми.

Оценка относимости доказательства не имеет столь определенного кри- терия, как запреты на допустимость доказательств, прописанные в законе. Вывод об относимости или неотносимости доказательства является результатом сопоставления содержания доказательства с указанным в законе обстоятельством, подлежащим доказыванию (ст. 73 УПК). Однако, поскольку установление обстоятельств, необходимых для разрешения дела, достигается чаще всего через установление иных обстоятельств, так называемых «промежуточных фактов», то определение относимости этих обстоятельств требует от правоприменителя его суждения о том, может ли обстоятельство иметь значение для установления других обстоятельств по делу и тех обстоятельств, которые указаны в ст. 73 УПК РФ. Эта «относимость» заложена в доказывании на основе косвен-

1 Шекшуева О. К Вероятность и достоверность в уголовно-процессуальной деятельности органов предварительного расследования. Автореф. дис. …канд. юрид. наук. М., 1998. С. 6, 10-11; Мазуренко П.Н. Относимость и допустимость объектов криминалистической значимости, используемых при расследовании преступлений. Автреф. Дис. … канд. юрид. наук. Ижевск, 1989. С. 12-13,16-18 и др.

152

ных доказательств . Для определения относимости доказательств, важное значение имеет понимание целей доказательственной деятельности и совесть правоприменителя, не позволяющая ему занять одностороннюю позицию по делу, пренебречь требованиями закона об обеспечении справедливого судебного разбирательства.

Оценка достоверности доказательства лишена каких-либо формальных критериев, показателей. Здесь полностью действует принцип свободной оценки доказательств по внутреннему убеждению следователя, дознавателя, прокурора и суда, которое должно сформироваться в результате соблюдения правил собирания и проверки доказательства всеми предусмотренными законом способами. Вывод о достоверности или недостоверности конкретного доказательства достигается путем сопоставления его с другими доказательствами по делу, поэтому только оценка доказательств в их совокупности может привести к правильному выводу.

Надо учитывать, что оценка достаточности доказательств производится не только применительно к окончательному на той или иной стадии решению, она необходима и для принятия решения по тем или иным вопросам, возникающим в ходе производства по делу, в том числе и по таким важным для судьбы всего дела вопросам, как привлечение лица в качестве обвиняемого, избрание меры пресечения и др. Поэтому, оценивая доказательства, надо всегда ставить вопрос о том, применительно к какому решению и на каком этапе производства по делу дается оценка доказательств.

Достаточность доказательств оценивается в зависимости от того, какие требования к установлению тех или иных обстоятельств выдвигает закон . Одни решения могут быть приняты, когда собранных доказательств достаточно для предположительного вывода, они дают основание полагать о наличии или возможности наступления каких-либо обстоятельств (см., например, ч. 1 ст. 97 УПК). Применительно к другим решениям достаточность доказательств оцени-

Хмыров А. А. Косвенные доказательства. М, 1979. с. 69. 2 Костенко Р.В. Указ. соч. с. 13.

153

вается в зависимости от того, приводят ли они к убеждению в доказанности фактических обстоятельств вне разумных сомнений (например, обвинительный. вердикт — п. 5 ч. 3 ст. 340 УПК, обвинительный приговор — ч. 4 ст. 302 УПК). Основу правил доказательственной деятельности составляет презумпция невиновности. Из ее следует, что бремя доказывания вины обвиняемого лежит на обвинителе, неустранимые сомнения толкуются в пользу обвиняемого.

Практически это означает, что доказательства признаются достаточными (не количественно, а по содержанию) для постановления обвинительного приговора, когда они убеждают суд в доказанности вины обвиняемого.

Если обвинение не опровергло доводы или доказательства защиты и ос- тались неустранимые сомнения в виновности обвиняемого, должен быть постановлен оправдательный приговор или обвинение изменено в лучшую для обвиняемого сторону.

Оценка достаточности доказательств на любом уровне познания достига- ется путем оценки совокупности доказательств по внутреннему убеждению, которое должно формироваться у лица, оценивающего доказательства свободно и беспристрастно, без какой-либо зависимости от мнений и желаний других лиц. Оценивая доказательства, правоприменитель должен руководствоваться законом и совестью.

Совесть выступает в этом процессе как внутренний критерий соблюдения правил, обеспечивающих независимость и свободу при выражении своего убеждения, уверенность в беспристрастности и справедливости своего решения. Этот принцип оценки доказательств, блестяще выражен А.Ф. Кони: «Судья, решая дело… должен говорить: я не могу иначе, не могу потому, что логика вещей, и внутреннее чувство, и житейская правда, и смысл закона твердо и неуклонно подсказывают мне мое решение, и против всякого другого говорит моя совесть, как судьи и человека»1. Значение совести при оценке доказательств и формировании своего решения А.Ф. Кони выразил применительно к судье, но

1 Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе. М., 1967. Т. 4. С. 39-40.

154

оно в равной мере относится к каждому, кого закон наделил правом оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению и на основе этого принимать решение по делу.

Следует выделить и некоторые особенности, связанные с процедурой проверки и оценки доказательств, собранных и представленных защитником для приобщения к делу. Как известно, субъектами проверки и оценки доказательств являются только дознаватель, следователь, прокурор или суд (ст. 87 и 88 УПК РФ). Проверка доказательств, производится путем их сопоставления с другими доказательствами, имеющимися в деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство (ст. 87 УПК РФ). Каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела (ст. 88 УПК РФ).

Предположим, что защитник в порядке ч. 3 ст. 86 УПК РФ лично добыл или получил от третьих лиц предмет или документ, оправдывающий или смягчающий вину его подзащитного (например, орудие преступления, найденное защитником на месте убийства, со следами пальцев, не принадлежащих подзащитному). Следователь должен произвести выемку такого предмета или документа у защитника. Далее он должен произвести проверку и оценку данного доказательства, если оно таковым является. Так, с точки зрения источника получения, такой предмет может (хотя и не обязательно) вызывать обоснованные сомнения, поскольку получен от заинтересованного лица - защитника. Подобного же рода обстоятельства будут учитываться при оценке допустимости и достоверности. В любом случае следователь должен проверить данное доказательство в сопоставлении с другими собранными по делу и оценить его в соответствии с правилами оценки доказательств (ст. 88 УПК РФ).

Требования критериев оценки доказательств относительно протоколов следственных действий и судебного заседания относится к соблюдению процессу- ального порядка проведения следственного действия или судебного заседания и

155

его закрепления в протоколе. Конкретно оно выражается в следующем: производ- ство следственного действия и составление протокола предусматривается только при наличии постановления на его производство в тех случаях, когда оно необходимо, то есть при проведении освидетельствования, обыска, выемки почтово-телеграфной корреспонденции и документов, содержащих государственную тайну. Для этих же следственных действий, кроме освидетельствования, требуется санкция прокурора или судебное решение.

Необходимо отметить, что в УПК РФ предусмотрено, что осмотр жилого помещения можно производить только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения (ч.1 ст. 176, ст. 287). Если жилое помещение является местом происшествия и его осмотр не терпит отлагательства, то осмотр жилого помещения может быть проведен по постановлению следователя, но с последующим уведомлением судьи в суточный срок о произведенном осмотре (ст. 176 УПК РФ).

Осмотр - понятие обобщающее. Оно объединяет в себе несколько видов этого следственного действия. Когда речь идет о следственном осмотре, имеется в виду один из его видов. Осмотр, который проводится в процессе предвари- тельного расследования, принято называть следственным в отличие от осмотра, осуществляемого судом (ст. 284, 287УПК РФ). В отличие от осмотра помещений, о котором шла речь в ст. 178 УПК РСФСР, ст. 177 УПК РФ предусматривает новый вид осмотра - осмотр помещения организации. И это не случайно, поскольку в комментируемой статье законодатель вводит новый вид осмотра — осмотр жилища (под которым ранее понимался осмотр помещения).

Осмотр предметов производится в тех случаях, когда они имеют отноше- ние к расследуемому преступлению. К таковым могут относиться предметы преступного посягательства (например, вещи, ценности); орудия преступления; одежда потерпевшего, подозреваемого и иные источники криминалистически значимой информации, которые могут быть необходимы для установления обстоятельств, имеющих значение для дела. В ряде случаев после осмотра места происшествия, производства обыска и выемки возникает необходимость в по-

156

вторном осмотре и детальном изучении обнаруженных при этом предметов. Если осмотренные предметы имеют значение вещественных доказательств, они приобщаются к уголовному делу.

Говоря об осмотре документов, следует иметь в виду, что в качестве до- казательств они допускаются в тех случаях, когда изложенные в них сведения имеют значение для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию (ст. 84 УПК РФ). Документы осматриваются, в первую очередь, для получения сведений, имеющих значение для дела, установления тех или иных данных для последующего их сопоставления со сведениями, содержащимися в других документах.

Осматривая каждый документ, следователю необходимо обращать вни- мание на все реквизиты, фиксируя следующую информацию: когда, кем и где он составлен, выдан; имело ли лицо, его подписавшее, на это необходимые полномочия и др. Кроме того, исследуется само содержание документа, выясняются сведения: о материале, на котором он исполнен и кем; о наличии подчисток, исправлений или иных следов. Если документы обладают признаками вещественных доказательств, то они осматриваются следователем как предметы (ст. 81 УПК РФ).

Осмотр почтово-телеграфных отправлений допускается только в тех слу- чаях, когда на это имеется судебное решение, полученное с согласия прокурора. Прежде чем принять решение о выемке почтово-телеграфных отправлений в учреждениях связи, следователь должен произвести ее осмотр. Когда в выемке нет необходимости, ограничиваются только осмотром почтово-телеграфных отправлений. При этом осмотр выступает в качестве самостоятельного следственного действия и осуществляется по правилам осмотра документов или предметов. Осмотр указанных отправлений производится в почтово-телеграфных учреждениях с участием их работников, которые выступают в качестве понятых.

Результативность осмотра прямо пропорциональна времени, прошедшему с момента совершения преступления. Не случайно, осмотр места происшествия яв- ляется единственным следственным действием, которое в соответствии с ч. 2 ст. 176 УПК РФ может производиться до возбуждения уголовного дела в случаях, не

157

терпящих отлагательства. В этих случаях, при наличии к тому оснований, уголовное дело возбуждается немедленно после проведения осмотра места происшествия. К «нетерпящим отлагательства» относятся случаи, когда промедление с осмотром может привести к невосполнимой утрате следов и вещественных доказательств, невозможности восстановить объективную картину происшедшего, своевременно установить и задержать лицо, совершившее преступление, и др. Неотложность его проведения обусловлена возможностью необратимого изменения первоначального состояния обстановки и объектов осмотра, а также тем, что в ходе осмотра следователь и дознаватель могут получить такие сведения, которые влияют на весь дальнейший ход расследования. Осмотр является не только неотложным, но и незаменимым следственным действием, ибо невозможность непосредственного обозрения и восприятия обстановки, ее многих существенных для исследования деталей не могут быть впоследствии компенсированы даже самыми подробными показаниями свидетелей и иными материалами дела.

Обобщая вышеизложенное, приходим к выводу, что только непосредст- венное составление дознавателем, следователем, прокурором, судом (судьей) процессуальных документов, может обеспечить надежную перспективу признания их относимости, допустимости и достоверности как доказательств.

Протоколы следственных и иных процессуальных действий подлежат проверке (анализу) и оценке отраженных в них доказательств, т.к. они являются основой составления обвинительного заключения (акта). В последнем обобщается проведенная следователем работа, и содержатся выводы о событии преступления, виновности привлеченных к уголовной ответственности лиц с юридической квалификацией их деяний. Обвинительные выводы должны опираться на систему доказательств, отражающих в своей совокупности всесторонне, полно и объективно установленные обстоятельства совершения преступления.

Приступая к составлению обвинительного заключения, следователь должен проанализировать собранные в процессе расследования доказательства,

158

оценить имеющуюся информацию, с учетом всех заявленных в процессе ознакомления с материалами дела ходатайств.

На основе полученной в процессе расследования информации, следователь должен объективно выразить в обвинительном заключении свою оценку доказательств. Эта оценка становится предметом обсуждения участвующих в деле лиц, прокурора и суда (судьи).

УПК РФ (ст. 220) отказался от деления обвинительного заключения на части - описательную и резолютивную. Вместо этого в статье приведен перечень сведений, которые следователь указывает в обвинительном заключении. Однако сравнение содержания статей 205 УПК РСФСР и 220 УПК РФ позволяет констатировать, что резолютивная часть, как она понималась ранее, включена в описательную часть.

Безусловно, это делает структуру обвинительного заключения более ра- циональной и логичной, так как позволяет избежать повторения формулировки обвинения в описательной и резолютивной частях. Теперь фамилия, имя и отчество обвиняемого или обвиняемых, данные о личности каждого из них, обстоятельства совершения преступления и формулировка предъявленного обвинения излагаются в первой части обвинительного заключения.

Далее следуют: перечень доказательств, подтверждающих обвинение; пе- речень доказательств, на которые ссылается сторона защиты; обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание; данные о потерпевшем, характере и размере вреда, причиненного ему преступлением.

В использованных законодателем формулировках обращает на себя вни- мание словосочетание «перечень доказательств», который может быть истолковано двояко. С одной стороны, можно предположить, что законодатель в соответствии с концепцией судебной реформы подразумевает, что следователь должен ограничиться перечислением собранных в результате предварительного расследования доказательств со ссылками на тома и листы уголовного дела. Исследование же, и оценка доказательств осуществляются в ходе судебного разбирательства. В этом случае роль следователя является простой регистрации

159

информации о событии преступления в установленной законом процессуальной, форме. С другой - законодатель упоминает следователя среди субъектов не только собирания, но и проверки и оценки доказательств (ст.ст. 85-88 УПК РФ). Отражая процесс собирания доказательств, оценка представляет собой процесс поступательного развития знаний об обстоятельствах дела. Развитие ее происходит от вероятного знания, базирующегося на неполных, обрывочных

данных, к достоверному, основанному на полном, всестороннем исследова-

1

НИИ .

Оценка доказательств производится по разным критериям: с точки зрения их относимое, допустимости, ценности, полноты, надежности и достоверности, а всех доказательств в совокупности - с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела.

Доказательство относится к делу, когда оно прямо или косвенно, не- посредственно или через другие доказательства связано с исследуемыми обстоятельствами и, в силу этой связи, пригодно для обоснования и под- тверждения либо для опровержения выдвигаемых при расследовании версий.

Доказательство является допустимым, поскольку оно получено в порядке, установленном процессуальным законом.

Пленум Верховного Суда РФ в Постановлении от 31 октября 1995 года № 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции РФ при осуще- ствлении правосудия» разъяснил, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией РФ права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также, если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами2.

1 Методика расследования хищений социалистического имущества. Вып. 3. Отв. ред. В Г. Танасевич. М., 1979- С. 153.

2 См.: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Россий ской Федерации) по уголовным делам. М, 1997. С. 528-535.

160

В ходе организации судебного процесса по уголовному делу возникают некоторые затруднения относящиеся в определению порядка исследования (проверки) и оценки доказательств на судебном следствии.

В ст. 274, 275 УПК РФ этот порядок определен в общих чертах, равно как и в УПК РСФСР (ст. 279). И это естественно, так как УПК не может подробно регламентировать этот порядок, поскольку его установление зависит от конкретной судебной ситуации, складывающейся вначале судебного следствия.

В месте с тем, общие указания об установлении порядка судебного след- ствии содержат требования учитываемые при этом состязательные начала уголовного судопроизводства и наличие доказательств в следственном производстве, собранных органами уголовного преследования. В частности, ст. 274 УПК РФ указывает, что очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду. При этом, первой представляет доказательства сторона обвинения. После их исследования суд исследует доказательства, представленые стороной защиты.

Следовательно, обвинитель должен предложить суду весь комплекс об- винительных доказательств, тактически оптимальную последовательность их исследования. Если же в подготовительной части судебного разбирательства им заявлялось ходатайство об исследовании дополнительных (кроме имеющихся в деле) доказательств, то и эти доказательства должны найти свое место в предложенном ряду исследования.

Таким образом, при подготовке к судебному процессу на обвинителе ле- жит весьма ответственная задача - выполнение требований ст. 274 УПК РФ. Несомненно, существенной помощью в осуществлении обвинителем этой задачи является выполнение следователем и дознавателем указаний ст. 220 и 225 УПК РФ - излагать в обвинительном заключении и обвинительном акте перечень доказательств, подтверждающих обвинение и доказательств, на которые ссылается сторона защиты, Разумеется, эта помощь оказывается и защитнику, который, как и обвинитель, должен сделать суду предложение о порядке исследования доказательств представленных стороной защиты.

161

Однако, изложенное не исчерпывает проблем, возникающих при выпол- нении судом и сторонами требований ст. 274 УПК РФ. В частности, нужно определить, какие доказательства, собранные стороной обвинения должны признаваться стороной защиты.

Очевидно, таковыми являются, прежде всего, доказательства, представ- ленные подозреваемым, обвиняемым, защитником в процессе предварительного расследования, а также подсудимым и его защитником в суде. Ими несомненно будут и те доказательства, которые говорят пользу подозреваемого, обвиняемого, и которые получены следователем при производстве соответствующих процессуальных действий проводимых по ходатайствам подозреваемого, обвиняемого, его защитника, гражданского ответчика и его представителя. Права на заявление ходатайств этими лицами регламентированы главой 15 УПК РФ, а их обязательное рассмотрение дознавателем и следователем предписано ст. 159 УПК РФ.

Показания самих подозреваемых, обвиняемых, подсудимых, будучи до- казательствами, в то же время являются важнейшим средством их защиты. Поэтому они относятся, к доказательствам стороны защиты, независимо от того, признает или не признает обвиняемый, подсудимый себя виновным.

Положения ст. 275 УПК РФ в определенной мере дополняют ст. 274 УПК РФ, а именно, порядок исследования доказательств, в части допроса под- судимого при его согласии давать показания. В этом случае подсудимого первыми допрашивают защитник и участники судебного разбирательства со стороны защиты (п. 1 ст. 275 УПК). Если в деле участвует несколько подсудимых, то суд вправе по ходатайству стороны изменить порядок допроса подсудимого, указанный в п. 1 ст. 275 УПК, то есть первыми допрашивать подсудимых могут и участники судебного разбирательства со стороны обвинения. Выслушав мнение сторон, суд принимает окончательное решение по вопросу очередности допроса самих подсудимых (п. 4 ст. 274 УПК).

Спорным с теоретической и практической стороны, является предусмот- ренное в ч. 1 ст. 281 УПК РФ положение о допустимости оглашения показаний

162

потерпевшего и свидетеля, данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства. Отказ суда оглашать показания потерпевшего или свидетеля, основанный на возражении одной из сторон ограничивает ходатайствующую об оглашении сторону в праве использовать в доказывании полученное на законных основаниях доказательство, что противоречит принципам и нормам УПК РФ.

Кроме того, дополнительным аргументом в пользу допустимости огла- шения в суде показаний потерпевшего и свидетеля, вне зависимости от согласия сторон, является необходимость оценки действий отказавшегося от дачи показаний потерпевшего или свидетеля, существенно изменившего показания, или при отсутствии оснований, предусмотренных ст. 51 Конституции РФ. В этой ситуации может быть поставлен вопрос о даче потерпевшим или свидетелем заведомо ложных показании суду или неправомерности его отказа от дачи показаний. Поэтому, обязательно должны быть, выяснены причины противоречий и причины отказа от дачи показании. Возможен вывод о том, что существенное изменение показаний связано с добросовестным заблуждением потерпевшего или свидетеля. В других случаях, может быть сделан вывод о заведомой ложности показаний или неправомерном отказе от их дачи, что требует является основанием для привлечения к уголовной по ст. ст. 307, 308 УК РФ.

Таким образом, очевидно, что оглашение в суде показаний потерпевшего и свидетеля должно так же, как и оглашение показаний подсудимого, допус- каться по ходатайству сторон или по инициативе суда, а в ст. 281 УПК необходимо внести коррективы для приведения ее в соответствие с принципами и другими нормами УПК РФ.

Анализ диспозиции ч. 1 ст. 284 УПК о том, что «осмотр вещественных доказательств проводится в любой момент судебного следствия по ходатайству сторон», позволяет отметить отсутствие возможности суда по своей инициативе осматривать вещественные доказательства. Такая формулировка на первый взгляд, «вписывается» в принцип состязательности (ст. 15 УПК РФ), однако, по нашему мнению, она не соответствует требованиям: ст. 7 УПК РФ о законно-

163

сти, обоснованности и мотивированности решений суда; ст. 17 УПК о свободе оценки доказательств.

Суд имеет право допросить в ходе судебного следствия участников уго- ловного судопроизводства, огласить протоколы следственных действий, если в них изложены или удостоверены обстоятельства, имеющие значение для дела. Лишение суда возможности по собственной инициативе осмотреть вещественное доказательство в судебном заседании, которое было изъято, осмотрено, например, в ходе осмотра места происшествия, затем признано вещественным доказательством и приобщено к материалам дела, при оглашении данных протоколов и постановления, представляется необоснованным и противоречащим требованиям ст. 297 УПК РФ (законность, обоснованность и справедливость приговора).

На основании изложенного, на наш взгляд необходимо в ч. 1 ст. 284, вне- сти изменения, изложив ее в следующей редакции: «Осмотр вещественных доказательств проводится в любой момент судебного следствия по ходатайству стороны или по инициативе суда. Лица, которым предъявлены вещественные доказательства, вправе обращать внимание суда на обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела».

Таким образом, порядок судебного следствия должен основываться принципе состязательности сторон в уголовном судопроизводстве. Этому принципу должно быть подчинено все планирование судебного следствия по уголовному делу, а равно применение сторонами тактических приемов исследования отдельных видов доказательств и судебного следствия в целом.

Наконец, следует заметить, что в условиях полной состязательности роль сторон (обвинения и защиты) в обеспечении полноты и объективности исследования доказательств, приобретает особое значение. Поэтому, предложения обвинителя и защитника об оптимальной последовательности исследования доказательств стороны обвинения и стороны защиты, целесообразно подготавливать и представлять суду в письменном виде, для приложения к протоколу судебного заседания. Процессуальная точность и глубоко практически ос-

164

мысленные предложения обвинителя и защитника об установлении порядка и проведении судебного следствия по уголовному делу помогут суду исчерпывающе исследовать все доказательства и на их основе вынести законный, обоснованный и справедливый приговор.

165 ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Анализ научных работ, юридической литературы, уголовно-правового законодательства, судебной и следственной практики, посвященных проблемам содержания и форм процессуальных и иных документов в уголовном судопроизводстве показывает недостаточность исследования данной проблематики.

На основе проведенного исследования диссертантом уточнены понятия «процессуального документа» и «иных документов»:

  1. Процессуальный документ - любой документ, приобщенный к уголовному делу, обладающий свойством доказательства. При этом документ - это созданный человеком материальный объект с информацией, закрепленной тем или иным способом с использованием различных приспособлений для ее передачи во времени и пространстве; а информация - закодированная определенными физическими и иными сигналами, которая требует специальных знаний для ее расшифровки.

  2. «Иные документы» - документы, выполненные свободным текстом (без учета требований уголовно-процессуального законодательства РФ), вовлекаемые в уголовное судопроизводство. На основании этого автор предлагает систему документальных источников доказательств1

В рамках исследуемой проблемы соискатель считает возможным предложить следующие выводы и рекомендации по совершенствованию уголовно-процессуального законодательства:

  1. Часть 4 ст. 21 УПК РФ после слова «гражданами» необходимо дополнить следующими словами: «Дознаватель, следователь, прокурор, суд (судья) об истребовании предметов и документов выносит обоснованное постановление (решение) с указанием конкретных предметов, документов и реальных сро ков их представления. В случае не представления истребуемых предметов и до-

1 См.: Приложение № 5.

166 кументов производится выемка или обыск. Представленные предметы и доку- менты подвергаются осмотру, о чем составляется протокол осмотра, а лицо, представившее предметы и документы, допрашивается по общим правилам, предусмотренным настоящим Кодексом», т.к. законодателем в УПК РФ не пре- дусмотрен механизм истребования предметов и документов.

  1. Часть 3 ст. 56 УПК РФ дополнить словами: «…дознаватель, следователь, прокурор не подлежат допросу об обстоятельствах, которые стали им известны в процессе обеспечения правосудия».
  2. Статью 89 УПК РФ изложить в следующей редакции:
  3. 4.1 «Результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться в доказывании по уголовным делам в качестве основы для формирования доказательств в соответствии с действующим законодательством».

Ч. 2 «В процессе формирования доказательств и доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам настоящим Кодексом».

  1. Часть 1 ст. 92 УПК РФ изложить в следующей редакции: «При доставлении подозреваемого, дознаватель, следователь, прокурор, суд (судья) в срок не более 5 часов выносит постановление о привлечении лица в качестве подозреваемого и составляет протокол о задержании с разъяснениями прав, предусмотренных ст. 51 Конституции РФ и ст. 46 настоящего Кодекса». По мнению соискателя, лицо становится подозреваемым с момента его процессуального задержания, в связи с чем возникает необходимость разработки текста процессуального бланка «Постановление о привлечении лица в качестве подозреваемого».
  2. В ч. 2 ст. 166 УПК РФ после слов «при производстве следственного действия» добавить слово «наряду с ними», и изложить в следующей редакции:
  3. «протокол может быть написан от руки или изготовлен с помощью технических

гт - У;Г~

средств. При производстве следственного действия наряду с ними могут также

применятся стенографирование, фотографирование, киносъемка, аудио-, видео-

167

запись. Стенограмма, стенографическая запись, фотографические негативы и

О снимки, материалы аудио-, видеозаписи хранятся при уголовном деле.

  1. Законодатель в приложении № 36 и 37 к УПК РФ ставит знак равенства между обыском и выемкой, что совершенно недопустимо^ по нашему мнению, их необходимо разделить как самостоятельные процессуальные бланки - отдельно для обыска и выемки.
  2. Процессуальный бланк (приложение № 55 к УПК) страдает упрощенчеством (протокол следственного эксперимента). В нем, вопреки утвердившейся практике, не требуется указывать, какие меры предприняты следователем, дознавателем, прокурором, судом (судьей) для воссоздания подлинной обстановки. Ничего не говорится об экспериментальных действиях - в чем они заключались, сколько раз проводились, какие при этом получены результаты, как они изменялись в связи с проведением различных опытов и т. п. Между тем, согласно ст. 181 УПК РФ, данное действие проводится путем воспроизведения действий, обстановки или иных обстоятельств определенного события. Краткая формулировка в образце протокола: «следственным экспериментом установлено», - совершенно не дает представления о том, как это «установлено», что также делает невозможным определить доказательственную ценность следственного эксперимента. Содержание данного бланка должно быть уточнено и в отношении лиц, участвующих в следственном действии. Последним кроме разъяснения прав и обязанностей, необходимо вручать выдержки из ст. 60 УПК РФ. Далее, в названном бланке присутствуют такие слова: «участвующим лицам также объявлено о применении технических средств». Соискатель считает, что данное предложение должно быть изложено в следующей редакции: «Понятым и участвующим лицам также объявлено о применении технических средств».
  3. Часть 1 ст. 194 УПК РФ после слов «с исследуемым событием» дополнить словами «и проводится согласно настоящего Кодекса». В этом случае, соискатель считает, что все противоречия, возникающие на практике будут устранены.

168

  1. В ч. 1 ст. 81 УПК РФ соискатель считает, что логичнее было бы после слов «любые предметы» дополнить словами: «и закрепленные в установленном законном порядке».
  2. Анализ положений нормы ст. 86 УПК РФ, судебной и следственной практики, мнений ученных и специалистов позволяет сделать вывод о том, что в ст. 86 УПК РФ законодателем предусмотрен разный объем прав для субъектов уголовного судопроизводства, в том числе подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, гражданского истца и ответчика.
  3. Второй из трех способов, предусмотренных ч. 3 ст. 86 УПК РФ сосре- доточил в себе наибольшее количество неясностей, т. к. в законе не дается понятие опроса, порядок его проведения и способ фиксации его результатов. Такой опрос может производится в присутствии нотариуса, с последующим составлением протокола опроса, подписанный опрашивающим, защитником и заверенный нотариусом. Может быть и другой вариант: данный опрос может быть произведен частным детективом по поручению адвоката-защитника, после заключения соответствующего соглашения.
  4. Неоднозначное толкование в процессуальной науке термина «источ- ники доказательств», «виды доказательств» не способствует развитию науки уголовного процесса, а только создает определенные проблемы, которые требуют своего решения. Анализ юридической науки, уголовно- процессуального законодательства, судебной и следственной практики позволил соискателю предложить перечисленное в ч. 2 ст. 74 УПК РФ называть видами доказательств.
  5. В ст. 86 УПК РФ «Собирание доказательств» регламентируется поря- док собирания доказательств, однако в нем не отмечены основания и порядок представления предметов и документов. Истребование является одним из способов собирания доказательств, но к числу следственных действий оно не относится. С учетом сказанного необходимо дополнить УПК РФ новой ст. 86 (1) «Основания и порядок представления предметов и документов.

169

Ч. 1. Представление предметов и документов производится в случаях, ко- гда в документах указанны данные о подготавливаемом, совершаемом, совершенном преступлении, а на предметах имеются следы преступления.

Ч. 2. Право представлять предметы и документы в качестве вещественных доказательств для приобщения их к материалам дела имеют граждане, ру- ководители организаций, предприятий, учреждений, общественных объединений, наряду с лицами, отмеченными в ч. 2, 3 ст. 86 УПК РФ. Документы и предметы представляются дознавателю, следователю, прокурору, суду (судье).

Ч. 3. В случаях инициативного представления лицом или организацией предметов, документов, составляется протокол о принятии вещественных доказательств. При этом предметы и документы осматриваются, а лицо их представившее, допрашивается по правилам настоящего Кодекса».

  1. Систематизация процессуальных бланков в Приложениях к УПК РФ оставляет желать лучшего, т. к. в них отсутствует общее оглавление, нумерация бланков носит хаотичный характер, не соответствует расположениям норм УПК РФ. Кроме того, существуют различия между текстом статей УПК РФ и содержанием граф бланков -приложений к УПК, что является основанием для признания их недопустимыми. Эти и другие недостатки УПК РФ вносят существенные затруднения в деятельность дознавателя, следователя, прокурора, суда (судьи), и других участников процесса.
  2. Проведенный анализ норм уголовно-процессуального законодатель- ства и Приложений к УПК РФ дает соискателю возможность предложить авторское понятие приложений к УПК РФ: Приложения к УПК РФ - это процессуальный порядок документирования собранных по делу доказательств, имеющих значение для дела, в виде установленных обязательных форм, закрепленных в нормах уголовно-процессуального закона.
  3. В процессуальных документах имеющихся в качестве приложений к УПК РФ необходимо внести следующие изменения т. е. привести их в соответствии с нормами УПК РФ. В частности:

170

1) В приложении к УПК РФ № 4 (осмотр места происшествия) есть ссылка на ст. 164 УПК РФ, но нет графы о предупреждении об ответственности по ст. 307 и 308 УК РФ, т. е. о неразглашении данных расследования потерпевшим, свидетелем, специалистом, экспертом и переводчиком. 2) 3) В бланке № 26 отсутствует упоминание об удостоверении правильности записи показаний в протоколе. 4) 5) В бланках № 13, 24, 26 , 29, 43 и др. одинаково не были учтены поло- жения ч.2 ст. 190 УПК РФ. 6) В этих же бланках, имеет место фраза «отказаться свидетельствовать против самого себя…», после этого абзаца следует предусмотреть в бланке подпись допрашиваемого. Это лишает последнего свидетельского иммунитета и соответственно позволяет проводить допрос по общим правилам, установленным УПК РФ.

В этих целях п.1 ч.4 ст.56 УПК РФ следует дополнить следующими сло- вами: «После разъяснения этого права, подтвержденного подписью свидетеля, последний может быть лишен свидетельского иммунитета».

В п.4 ст. 193 УПК РФ сказано «Перед началом опознания опознаваемому предлагается занять любое место…», а в приложениях № 31 и 32 к УПК РФ записано: «Перед началом опознания опознаваемому было предложено…». Мы отдаем предпочтение формулировке изложенной в п.4 ст. 193 УПК РФ. По нашему мнению, процессуальные бланки № 31 и 32 необходимо привести в соответствие с нормой п. 4 ст. 193 УПК РФ, т. к. данные протоколы могут быть признаны недопустимыми доказательствами.

171

СПИСОК НОРМАТИВНЫХ АКТОВ И ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

Законы, нормативно-правовые акты

  1. Конституция Российской Федерации от 12 декабря 1993 г. М. 64 с.
  2. Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. М., 2001. 416 с.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс Беларуси. Минск, 1999. 423 с.
  4. Уголовно-процессуальный кодекс Казахстана. Астана, 1998. 459 с.
  5. Уголовно-процессуальный кодекс Кыргызстана. Бишкек, 1999. 436 с.
  6. Уголовно-процессуальный кодекс Узбекистана. Ташкент, 1994. 398 с.
  7. Научно-практический комментарий к УПК РСФСР. Издание 2-е, пе- рераб. и доп. / Под обшей редакцией Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. Изд-во «Спарк». М., 1997. 202-798 с.
  8. Комментарий к уголовно-процессуальному кодексу РСФСР/ Отв. ред. проф. И.Л. Петрухин. М, 2000. 807 с.
  9. Комментарий к УПК РСФСР / Под редакцией В.М Савицкого, Б.Т. Безлепкина, П.А. Лупинской, Н.Л. Пертрухина. Изд-во «Проспект». М.,
  10. 89-697 с.
  11. Комментарий к УПК РФ / Под ред. Б.Т. Безлепкина. М.: ООО «ВИТРЭМ», 2002. 848 с.
  12. Комментарий к УПК РФ / Под ред. В.В. Мозякова. М.: Изд-во «Эк- замен XXI», 2002. 863 с.
  13. Комментарий к УПК РФ / Под ред. И.Л. Петрухина. М.: ООО «ТКБ Велби», 2003.816 с.
  14. Комментарий к УПК РФ / Под ред. В. Радченко. М., 2002. 824 с.
  15. Комментарий к УПК РФ / Под ред. Д.М Козака, Е.Б. Мизулиной. М., 2003.

172

  1. Комментарий к УПК РФ // Под ред. А.П. Рыжаконва. Смоленск,
  2. С. 219-220.
  3. Гражданский процессуальный кодекс РФ. М, 2002. 621 с.
  4. Семейный кодекс Российской Федерации: ФЗ от 8 декабря 1995 г. // СЗРФ. 1996. №1.Ст. 16
  5. О внесении изменений и дополнений в УПК РФ: ФЗ от 18 декаюря
  6. № 177-ФЗ // Собрание законодательства РФ, 2001. № 52. Ст. 4921.
  7. О внесении изменений и дополнений в УПК РФ: ФЗ № 92 от 4 июля 2003 г. // Собрание законодательства РФ. № 22. Ст. 2027; № 30. Ст. 3015, 3020, 3029; № 44. Ст. 4298.
  8. О введении в действие Уголовно-процессуального кодекса РФ: ФЗ от 22 ноября 2001 г. //Российскаягазета. 2001. 22 дек.
  9. Об оперативно-розыскной деятельности: ФЗ № 144 - ФЗ от 12 авгу- ста 1995 г. // Собр. законодательства РФ 1995. № 33. Ст. 3 349.
  10. О средствах массовой информации: Закон РФ от 27 декабря 1991 г. № 2124-1 // Ведомости РФ. 1992. № 7. Ст. 300
  11. Основы законодательства РФ о нотариате от 11 февраля 1993 г. № 4462-1 //Ведомости РФ. 1993. № 10. Ст. 357
  12. Основы законодательства РФ об охране здоровья граждан от 22 июля 1993 г. №5487-1//СЗРФ. 1993. №33. Ст. 1318
  13. Об исполнительном производстве: ФЗ от 21 июля 1997 г. № 119-ФЗ. М, 2000
  14. О связи: ФЗ от 16 февраля 1995 г. № 15-ФЗ // СЗ РФ. 1995. № 8. Ст. 600
  15. Об оперативно-розыскной деятельности: ФЗ от 12 августа 1995 г. № 144-ФЗ, с изм. от 18 июля 1997 г. № 101-ФЗ, от 21 июля 1998 г. № 117- ФЗ, от 5 января 1999 г. № 6-ФЗ, от 30 декабря 1999 г. № 225-ФЗ, от 20 марта 2001 г. № 26-ФЗ // СЗ РФ. 1995. № 33. -Ст. 3349; 1997. № 29. Ст. 3502; 1998. №30. Ст. 3613; 1999. №2. Ст. 233; 2000. № 1. Ст. 8; 2001. №
  16. Ст. 1140

173

  1. Об информации, информатизации и защите информации: ФЗ от 20 февраля 1995 г. № 24-ФЗ // СЗ РФ. 1995. № 8.Ст. 609
  2. О государственной тайне: Закон РФ от 21 июля 1993 г. № 5485-1 // СЗРФ. 1997. №41.Ст.4673
  3. О банках и банковской деятельности в РСФСР: закон РСФСР от 2 декабря 1990 г., в ред. ФЗ от 3 февраля 1996 г. № 17-ФЗ // СЗ РФ. 1996. № 6. Ст. 492
  4. Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации: ФЗ от 19 сентября 1997 г. № 124-ФЗ // СЗ РФ. 1997. № 38. Ст. 4339
  5. Приказ ФСНП, ФСБ, МВД, ФСО, ФСП, ГТК и СВР РФ от 13 мая 1998 г. № 275/226/336/201/286/410/55 // Бюллетень нормативных актов федеральных органов исполнительной власти. 1998. № 23
  6. Об обеспечении всесторонности, полноты и объективности рассмот- рения судами уголовных дел: постановление Пленума Верховного Суда РСФСР от 21 апреля 1987 г. № 1, в ред. постановления Пленума от 21 декабря 1993 г. № 11 // Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1995
  7. О некоторых вопросах, связанных с применением статей 23 и 25 Конституции РФ: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 декабря 1993 г. № 3 // БВС РФ. 1994. № 3
  8. Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 3 от 24 декабря 1993 г. // Бюллетень Верховного Суда РФ. 1994. № 3. С. 12.
  9. Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 6 от 10.02.2000 «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе».
  10. Собрание законодательства Российской Федерации. М., 2001. № 52. Ст. 4921.
  11. Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (Российской Федерации) по уголовным делам. М., 1997. С. 528- 535.

174

Монографии, учебники

  1. Абдумаджидов Г.А. Проблемы совершенствования предварительного расследования. Ташкент, 1975. 267 с.
  2. Агибалова В.О. Процессуальные и иные документы как источники доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности. Краснодар, 2002. 286 с.
  3. Алексеев В.Б. Оценка доказательств в стадии надзорного производ- ства. М., 1971.237 с.
  4. Алексеев Н.С., Даев В.Г., Кокорев Л.Д. Очерк развития науки уго- ловного процесса. Воронеж, 1980. 284 с.
  5. Ароцкер Л.Е. Использование данных криминалистики в судебном разбирательстве. М., 1964. 251 с.
  6. Арсеньев В.Д. Вопросы общей теории судебных доказательств. М.,
  7. 165 с.
  8. Атанесян Г.А., Поташник Д.П. Криминалистическое и судебно- бухгалтерское исследование документов при расследовании хищений со- циалистического имущества. М., 1986. 309 с.
  9. Ахметова Л.А., Афаунова Ж.Ч. Основы бухгалтерского учета. Нальчик, 1996. 128 с.
  10. Баев О.Я. Содержание и формы криминалистической тактики. Во- ронеж, 1975. 201 с.
  11. Бедняков Д.И. Непроцессуальная информация и расследование преступлений. М., 1991. С. 67.
  12. Безлепкин Б.Т. Уголовный процесс России. Общая часть и досу- дебные стадии (курс лекций). М., 1998. 143 с.
  13. Белкин А.Р. Теория доказывания. М., 2000. 418 с.
  14. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. М.: БЕК, 1997. С. 31- 219.

175

  1. Белкин Р.С. Курс криминалистики. Т. 2. М, 1997. С. 117-125.
  2. Белкин Р.С. Проверка и уточнение показаний на месте. М., 1961. С. 3.
  3. Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и методы. М., 1966. С. 15-67.
  4. Белкин Р.С. Теория и практика следственного эксперимента / Под ред. проф. А.И. Винберга. М., 1959. 218 с.
  5. Белкин Р.С, Лифшиц Е.М. Тактика следственных действий. М., 1997.296 с.
  6. Бернем У. Суд присяжных заседателей. М., 1995. С. 115-118.
  7. Варпаховская Е.В.. Следственные действия. Иркутск, 1999. С. 28.
  8. Васильев А.Н., Мудьюгин Г.Н., Якубович Н.А. Планирование рас- следования преступлений. М., 1957. С. 103-164.
  9. Васильев А.Н., Степичев С.С. Воспроизведение показаний на месте при расследовании преступлений. М., 1961. С. 47.
  10. Васильев Л.М. Проблемы истины в современном российском уго- ловном процессе (концептуальные положения). Краснодар, 1998. 261 с.
  11. Воробьев Г.А. Планирование судебного следствия. М, 1978. С. 71.
  12. Воробьев Г.А. Тактика и психологические особенности судебных действий: Учебное пособие. Краснодар, 1986. 139 с.
  13. Воскобитова Л.А. Сущностные характеристики судебной власти. Ставрополь, 2003. 199 с.
  14. Выдря М.М. Вещественные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955. 186 с.
  15. Гаврилов А.К. Освидетельствование // Следственные действия. Волгоград, 1984. 94 с.
  16. Газизов В.А., Филиппов А.Г. Видеозапись и ее использование при производстве следственных действий: Учебное пособие. М., 1997. 185 с.
  17. Галкин В.М. Средства доказывания в уголовном процессе.
    М, 1967.97 с

176

  1. Галкин B.C., Кочетков В.Г. Процессуальное положение подозре- ваемого. М., 1968. 108 с.
  2. Гинзбург А. Я. Опознание в следственной, оперативно-розыскной и экспертной практике. Учебно-практическое пособие. М., 1996. С. 92.
  3. Глебов В.Г. Протоколы следственных действий и судебного засе- дания // Уголовный процесс: Учебник / Под ред. С.А.Колосович и Е.А. Зайцевой. Волгоград, 2002. С. 289-333.
  4. Голунский С.А. Вопросы доказательственного права в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве СССР. М., 1959. 305 с.
  5. Горский Г.Ф., Кокорев Л.Д., Элькинд П.С. Проблемы доказательств в советском уголовном процессе. Воронеж, 1978. 241 с.
  6. Григорьев В.Н. Задержание подозреваемого. М., 1999. 134 с.
  7. Громов Н.А., Зайцев С.А. Оценка доказательств в уголовном про- цессе. М.: Издательство ПРИОР. 2002. 124 с.
  8. Гуляев А.П. Следователь в уголовном процессе. М, 1981.152 с.
  9. Гусев Л.Н. Об основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик. М, 1959. 296 с.
  10. Гуткин И.М. Актуальные вопросы уголовно-процессуального за- держания. М., 1980. 97 с.
  11. Гуценко К.Ф. Уголовный процесс основных капиталистических го- сударств. М., 1969. 386 с.
  12. Джатиев B.C. Доказывание и оценка обстоятельств преступления. Ростов-н/Д, 1991.209 с.
  13. Доля Е.А. Использование в доказывании результатов оперативно- розыскной деятельности М.: Спарк, 1996. С. 70-72.
  14. Дубинский А.Я. Производство предварительного расследования органами внутренних дел: Учебное пособие. Киев, 1987. 172 с.

177

  1. Дубровин В.А., Голубятников СП. Использование экономического анализа при расследовании преступлений. М., 1981. 164 с.
  2. Дулов А.В. Вопросы теории судебной экспертизы в советском уго- ловном процессе. Минск, 1959. 203 с.
  3. Жогин Н.В., Фаткуллин Ф.Н. Предварительное следствие в совет- ском уголовном процессе. М., 1965. 196 с.
  4. Зайцева Е.А. Документы-доказательства // Уголовный процесс: Учебник / Под ред. С.А.Колосович и Е.А.Зайцевой. Волгоград, 2002. С. 153-154.
  5. Законность в Российской Федерации / Под ред. Ю.А.Тихомирова. М., 1998.315 с.
  6. Зеленский В.Д. Организация расследования преступление: Учебное пособие. Краснодар, 1991. С. 80-81
  7. Зинатуллин 3.3. Уголовно-процессуальное доказывание. Ижевск,
  8. С. 106.
  9. Зинченко И.А. Использование в уголовно-процессуальном доказы- вании фотоснимков, кинолент и видеограмм. Ташкент, 1988. 56 с.
  10. Золотых В.В. Проверка допустимости доказательств в уголовном процессе. Ростов-н/Д, 1999. 186 с.
  11. Иванов В.А. Дознание в советском уголовном процессе. Л., 1966. 129 с.
  12. Ильин В.В. Теория познания. Введение. Общие проблемы. М., 1993.97 с.
  13. Ильченко Ю.И. Эмоции и чувства в деятельности следователя. Краснодар, 1978. С. 6, 10-17.
  14. Ишин A.M. Теоретические аспекты информационного обеспечения органов предварительного следствия в ходе расследования преступлений. Монография. Калининград, 2003. 224 с.
  15. Ищенко Е.П. Использование современных научно- технических

178

средств при расследовании уголовных дел. Свердловск, 1995. 167 с.

  1. Каз Ц.М. Доказательства в советском уголовном процессе. Саратов, 1960. С. 99.
  2. Карев Д.С., Савгирова Н.М. Возбуждение и расследование уголовных дел. М., 1967. 167 с.
  3. Карнеева Л.М. Доказательства в советском уголовном процессе: Учебное пособие. Волгоград, 1988. 183 с.
  4. Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе. Учебное пособие. М.: УМЦ при ГУК МВД РФ, 1994. 68 с.
  5. Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе: Учебное пособие. М., 1994. С. 40.
  6. Карнеева Л.М., Ратинов А.Р., Хилобок М.П. Применение звукозаписи в следственной работе. М., 1967. С. 42-43.
  7. Кипнис Н.М. Допустимость доказательств в уголовном судопроизводстве. М., 1995. С.76-77.
  8. Клюков Е.М. Мера процессуального принуждения. Казань, 1974. 108 с.
  9. Кокорев Л.Д., Кузнецов Н.П. Уголовный процесс: доказательства и доказывание. Воронеж, 1995. С. 7-15.
  10. Колмаков В.П. Следственный осмотр. -М., 1969. 96 с.
  11. Комментарий к статье 84 УПК РФ / Под ред. В.В.Мозякова. М., 2002.
  12. Кони А.Ф. Нравственные начала в уголовном процессе. М., 1967. Т. 4. С. 39- 40.
  13. Коновалов СИ. Теоретико-методологические проблемы криминалистики. Ростов-н/Д, 2001. 416 с.
  14. Копылов И.А., Резван А.П., Косарев В.Н. Криминалистические версии и планирование расследования. Волгоград, 2000. 286 с.

179

  1. Кореневский Ю.В., Токарева М.Е. Использование результатов оперативно- розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам. М., 2000. С. 68, 105-115.
  2. Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1967. 197 с.
  3. Кудин Ф.М., Костенко Р.В. Достаточность доказательств в уголовном процессе. Краснодар, 2000. 89 с.
  4. Кузнецов Н.П. Доказывание в стадии возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1983. С. 64.
  5. Кузнецов Н.П. Сущность доказывания и доказательственное значение материалов, полученных до возбуждения уголовного дела. Воронеж, 1979. 173 с.
  6. Куклин В.И. Расследование разбойных нападений и грабежей. Саратов,
  7. 213 с.
  8. Кулагин Н.И. Использование органами следствия средств массовой информации. Волгоград, 1971. 102 с.
  9. Кулагин Н.И. Организация управления в сфере предварительного следствия. Волгоград, 1980. 208 с.
  10. Кулагин Н.И. Планирование расследования многоэпизодных дел. Волгоград, 1976. 97 с.
  11. Кулагин Н.И. Психология и этика управления в следственном аппарате органов внутренних дел. Волгоград, 1981. 56 с.
  12. Кулагин Н.И. Становление руководителя подразделения. Волгоград, 1995. 70 с.
  13. Кулагин Н.И. Структура и функции управления в системе предварительного следствия. Волгоград, 1994. 76 с.
  14. Кулагин Н.И., Кравченко В.Г., Петрова А.Н. Содержание и методы научной организации труда работника милиции и следователя. Краснодар, 1998. 60 с.
  15. Кулагин Н.И., Порубов Н.И. Организация и тактика допроса в ус-

180

ловиях конфликтной ситуации. Минск, 1977. 84 с.

  1. Курылев СВ. Основы теории доказывания в советском правосудии. М., 1969. 291 с.
  2. Ларин A.M. Работа следователя с доказательствами. М., 1966. 196 с.
  3. Ларин A.M. Расследование по уголовному делу: процессуальные функции. М., 1986. 243 с.
  4. Леви А.А. Звукозапись в уголовном процессе. М., 1974. 108 с.
  5. Леви А.А. особенности предварительного расследования преступлений, осуществляемого с участием защитника. М., 1995. С. 135-139.
  6. Леви А.А., Горинов Ю.А. Звукозапись и видеозапись в уголовном судопроизводстве. М., 1983. 193 с.
  7. Леви А.А., Пичкалева Г.И., Селиванов Н.А. Получение и проверка показаний следователем. М., 1987. 296 с.
  8. Лубенский А.И. Предварительное расследование по законодательству капиталистических государств. М., 1977. 347 с.
  9. Лубенской А.И. Источники доказательств по уголовно-процессуальному законодательству СССР и других социалистических государств. М., 1981.341 с.
  10. Лузгин И.М. Расследование как процесс познания. М., 1969. 231 с.
  11. Лупинская П.А. Доказывание в советском уголовном процессе. М., 1966. 345 с.
  12. Лупинская П.А. Проблемы допустимости доказательств при рассмотрении дел судом присяжных. Рассмотрение дел судом присяжных: Научно- практическое пособие для студентов. Варшава, 1997. С. 103-104.
  13. Лупинская П.А. Решения в уголовном судопроизводстве. Их виды, содержание и формы. М., 1976. 216 с.
  14. Лысов Н.Н. Фиксация доказательств в уголовном процессе. Ч. 2. Н.Новгород, 1998. С. 35.
  15. Ляхов Ю.А. Допустимость доказательств в российском уголовном

181

процессе. М., 1999. 356 с.

  1. Меликян М.Н. Предварительная проверка заявлений и сообщений о преступлениях. Краснодар, 2001. 246 с.
  2. Мельникова Э.Б. Буржуазная юстиция и права человека М., 1987. 148 с.
  3. Меретуков Г.М. Судебная бухгалтерия. Нальчик, 2000. 198 с.
  4. Меретуков Г.М. Судебные экспертизы. Краснодар, 1999. 161 с.
  5. Методика расследования хищений социалистического имущества. Вып. 3. Отв. ред. В Г. Танасевич. М., 1979. С. 153.
  6. Михеенко М.М. Доказывание в советском уголовном судопроиз- водстве. Киев, 1984. С. 16.
  7. Мухин И.И. Важнейшие проблемы оценки судебных доказательств в уголовном и гражданском судопроизводстве. Л., 1974. 296 с.
  8. Мухин И.И. Объективная истина и некоторые вопросы оценки су- дебных доказательств при осуществлении правосудия. Л., 1971. С. 95, 96.
  9. Незванова Г.Г. Принцип объективности, всесторонности в процессе собирания, проверки и оценки доказательств в советском уголовном процессе. М., 1952. 387 с.
  10. Николайчик В.М. Уголовный процесс США М., 1981. 248 с.
  11. Николюк В.В., Кальницкий В.В., Шаламов В.Г. Истребование предметов и документов в стадии возбуждения уголовного дела. Омск,
  12. С.З.
  13. Ожегов СИ. Словарь русского языка. М., 1988. 796 с.
  14. Орлов Ю.К. Основы теории доказательств в уголовном процессе М., 2000. С. 46-50.
  15. Осмотр места происшествия. (Справочник следователя). М., 1982. 486 с.
  16. Панюшкин В.А. Научно-технический прогресс и уголовное судо- производство. Воронеж, 1985. 312 с.

182

  1. Пашкевич П.Р. Объективная истина в уголовном судопроизводстве. М., 1961. С.4.
  2. Петрухин И.Л. Неприкосновенность личности и принуждения в уголовном процессе. М., 1989. 234 с.
  3. Петрухин И.Л. Свобода личности и уголовно-процессуальное при- нуждение. М., 1985. 261 с.
  4. Петрухин И.Л. Экспертиза как средство доказывания в советском уголовном процессе. М., 1964. 451 с.
  5. Печников Г.А. Проблемы истины на предварительном следствии. Волгоград, 2001.214 с.
  6. Пинхасов Б.И. Использование документов в доказывании. Ташкент, 1977.263 с.
  7. Притузова В.А. Заключение эксперта как доказательство в уголов- ном процессе. М., 1959. С. 75.
  8. Прокофьев Ю.Н. Понятие и сущность документов как доказа- тельств в советском уголовном процессе. Иркутск, 1978. С. 39.
  9. Пуков Е.И. Тактические приемы в расследовании преступлений. Волгоград, 2000. 296 с.
  10. Ражаков А.П. Следственные действия и иные способы собирания доказательств. Тула, 1996. 386 с.
  11. Ратинов А.Р. Обыск и выемка. М., 1961. 184 с.
  12. Ратинов А.Р., Скотникова Т.А. Самооговор (Происхождение, пре- дотвращение и разоблачение ложных признаний). М., 1973. С. 98-102.
  13. Резван А.П. Правовые и криминалистические проблемы борьбы с хищениями предметов, имеющих особую ценность. Волгоград, 2000. 209 с.
  14. Резник Г.М. Внутреннее убеждение при оценке доказательств. М.,
  15. С. 11.
  16. Рогозин В.Ю. Особенности расследования и предупреждения пре- ступлений в сфере компьютерной информации. Волгоград, 2000. 88 с.

183

  1. Розенблит С.Я. Процессуальные следственные акты. М., 1962. 245 с.
  2. Руководство по расследованию преступлений / Под ред. А.В. Гри-ненко. М.,
  3. С. 269-273.
  4. Рыжаков А.П. Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации. М., 2002. С. 219-220.
  5. Савицкий В..М. Последние изменения в УПК: продолжение демократизации судопроизводства (вступительная статья к УПК РСФСР) // УК РСФСР, УПК РСФСР. М., 1994. С. 184.
  6. Савицкий В.М. Государственное обвинение в суде. М., 1971. С. 156.
  7. Савицкий В.М. Прокурорский надзор за дознанием и предварительным следствием. М., 1959. 219 с.
  8. Саркисянц Г.П. Переводчик в советском уголовном процессе. Ташкент,
  9. 196 с.
  10. Селиванов Н.А. Вещественные доказательства. М., 1971. 201 с.
  11. Селина Е.В. Применение специальных познаний в уголовном процессе. М.,
  12. 128 с.
  13. Семенцев В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя. Екатеринбург, 1997. 386 с.
  14. Семенцев В.А. Видео- и звукозапись в доказательственной деятельности следователя: Учебное пособие. М., 1997. 167 с.
  15. Сергеев Л.А. Ревизия при расследовании преступлений. М., 1969. 118с.
  16. Сибилева Н.В. Допустимость документов в советском уголовном процессе. Киев, 1990. 206 с.
  17. Следственные действия (процессуальная характеристика, тактические и психологические особенности): Учебное пособие / Под ред. проф. Б.П. Смагоринского. М., 1994. С. 203.
  18. Следственный осмотр: Учебное пособие / Отв. Ред. Н.И. Кулагин. Волгоград, 1983. С. 86.

184

  1. Смирнов А.В. Модели уголовного процесса. СПб., 2000. С. 6-56.
  2. Смирнов М.П. Использование результатов оперативно розыскной деятельности // Комментарий оперативно-розыскного законодательства РФ и зарубежных стран. Учебное пособие. М., 2002. С. 385.
  3. Советская криминалистика / Под ред. СП. Митричева и Н.В. Тер-зиева. М.,
  4. 568 с.
  5. Советская криминалистика. Ч. 2. М., 1962. 409 с.
  6. Советский энциклопедический словарь. М., 1983. 685 с.
  7. Соловьев А.Б. Процессуальные, психологические и тактические основы допроса на предварительном следствии. М., 2002. С. 33-37.
  8. Соя-Серко Л.А. Проверка показаний на месте. М., 1962. С. 120-121.
  9. Справочник по доказыванию в гражданском судопроизводстве / Под ред. И.В. Решетниковой. М., 2002. 679 с.
  10. Степанов В.В. Предварительная проверка первичных материалов о преступлениях. Саратов, 1972. 185 с.
  11. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.1. М, 1968. 470 с.
  12. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. Т.2. М., 1970.516 с.
  13. Строгович М.С. Материальная истина и судебные доказательства в советском уголовном процессе. М., 1955. 297 с.
  14. Строгович М.С. Теория доказательств в советском уголовном процессе. 2-е изд. М., 1973. С. 298.
  15. Судебные уставы Императора Александра II с законодательными мотивами и разъяснениями. Устав уголовного судопроизводства / Подготовлен С. Г. Щегловым. СПб., 1913. 386 с.
  16. Теория доказательств в советском уголовном процессе / Под ред. Н.В. Жогина. М., 1967. С. 301.
  17. Тертышник В.М. Проблемы теории и практики доказывания на до-

185

судебных стадиях современного уголовного процесса. Сумы, 1995. 407 с.

  1. Томин В.Т. Острые углы уголовного судопроизводства. М., 1991. 240 с.
  2. Трусов А.И. Основы теории судебных доказательств. М., 1960. С. 86-89.
  3. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. Теоретическая модель. М, 1989. 396 с.
  4. Уголовный процесс / Под ред. П.А. Лупинской. М, 1995. С.183-189; 544 с.
  5. Уголовный процесс зарубежных социалистических государств Европы / Под ред. В.Е. Чугунова. М., 1967. 628 с.
  6. Уголовный процесс: Учебник / Под ред. С.А. Колосович и Е.А. Зайцевой. Волгоград, 2002. С. 147-408.
  7. Уголовный процесс: Учебник для студентов юрид. вузов и факультетов / Под ред. К.Ф Гуценко. М., 1997. С. 129.
  8. Ульянов В.Г. Реализация прав потерпевших в Российском уголовном процессе. М., 2002. 418 с.
  9. Ульянова Л.Т. Оценка доказательств судом первой инстанции. М., 1959. С. 65-138.
  10. Фаткуллин Ф.Н. Общие проблемы процессуального доказывания. Казань,
  11. С. 15.
  12. Филиппов П.М., Мохов А.А. судебно-медицинская экспертиза по гражданским делам: теория и практика. Краснодар, 2001. 265 с.
  13. Фирсов Е.П. Проверка показаний на месте и участие специалиста- криминалиста в ее производстве: Учебное пособие / Под ред. В.В. Степанова. Саратов, 1995. 187 с.
  14. Фортинский СП. Судебно-бухгалтерская экспертиза. М., 1962. 261 с.
  15. Химичева Г.П , Победкин А.В. Показания обвиняемого в уголовном процессе М., 1999. 247 с.

186

  1. Хлынцов М.Н. Проверка показаний на месте. Саратов, 1971. С. 82.
  2. Хмыров А.А. Косвенные доказательства. М., 1979. С. 135-136.
  3. Хмыров А.А. Проблемы теории доказывания. Краснодар, 1996. С. 13,14, 113.
  4. Хрусталев В.Н., Трубицын Р.Ю. Участие специалиста-криминалиста в следственных действиях. СПб., 2003. 208 с.
  5. Чельцов М.А. Советский уголовный процесс. М, 1962. 491 с.
  6. Чельцов М.А. Уголовный процесс. М., 1978. С. 323.
  7. Шаламов М.П. Теория улик. М, 1960. С. 137.
  8. Шейфер С.А. Следственные действия. Система и процессуальная форма. М., 2001. С. 8, 121.
  9. Шейфер С.А. Собирание доказательств в советском уголовном процессе. Саратов, 1986. 296 с.
  10. Шейфер С.А. Сущность и способы собирания доказательств в со- ветском уголовном процессе. М., 1972. С. 33.
  11. Эйсман А.А. Заключение эксперта. М, 1977. 98 с.
  12. Эйсман А.А. Логика доказывания. М., 1971. С. 19.
  13. Яковлев Я.М. Понятие и классификация документов в советском праве. Ташкент, 1960. 209 с.
  14. Яковлева Л.В. Закон - основной источник уголовно-процессуального права. Краснодар, 2002. 96 с.
  15. Яковлева Л.В. Источники уголовно-процессуального права. Крас- нодар, 2002. 87 с.
  16. Якуб М.Л. Показания свидетелей и потерпевших. М., 1968. 183 с.
  17. Научные статьи

  18. Алексеев A.M. Об одном дискуссионном вопросе в теории и прак тике предъявления для опознания / Труды Высшей школы, вып. 34. М.Д972,С. 116.

187

  1. Арсеньев В.Д. Доказывание фактических обстоятельств дела в от- дельных стадиях советского уголовного процесса // Вопросы борьбы с преступностью по советскому законодательству. Иркутск, 1969. С. 69.
  2. Арсеньев В.Д. Понятие документов и значение их как доказательств в советском уголовном процессе // Труды ИГУ. Т. 13. Сер. Юриди- ческая. Иркутск, 1995. 118 с.
  3. Балакшин В. Истина в уголовном процессе // Российская юстиция.
  4. №2. С. 96.
  5. Баландин И.Г. К вопросу о реквизитах документов // Сб. науч. тр. Саратовского отделения Всесоюзного научного общества судебных медиков и криминалистов. Саратов, 1961. Вып. 3. С. 37.
  6. Безлепкин К.Т. Проблемы уголовно-процессуального доказывания // Сов. Гос-во. и право. 1991. № 8, С. 101.
  7. Белкин Р.С. Новый УПК РСФСР и некоторые вопросы науки совет- ской криминалистики // Сборник статей по новому уголовному и уголовно-процессуальному законодательству. М., 1961. С. 98.
  8. Белозеров Ю.Н., Линченьо И.Л. Вопросы совершенствования соби- рания вещественных доказательств и документов в уголовном судопроизводстве // Совершенствование уголовно-процессуальной деятельности органов внутренних дел. Труды Академии МВД ССОР. М., 1984. С . 28.
  9. Бецуков А. Опознание по «фейсменеджеру» и видеозаписи. Закон- ность, 2000. № 3. С. 43-44.
  10. Быховский И.Б. Об актуальных вопросах совершенствования про- цессуальной регламентации следственных действий // Актуальные проблемы совершенствования производства следственных действий. Ташкент, 1988. С. 128.
  11. Винберг А.И., Кочаров Г. И., Миньковский Г.М. Актуальные во просы теории судебных доказательств в уголовном процессе // Соц. закон ность. 1963. №3. С. 26.

188

  1. Вопросы уголовного права, прокурорского надзора, криминалистики и криминологии. Душанбе, 1968. № 2. 314 с.
  2. Гардон Э.С. Пути повышения эффективности освидетельствования при производстве расследования // Укрепление законности и правопорядка. М., 1987. С. 104.
  3. Глебов В.Г. Косвенные доказательства при расследовании преступ- лений в сфере экономической деятельности // Криминалистические проблемы борьбы в сфере экономики. Волгоград, 2000. 142 с.
  4. Глебов В.Г. Понятие и классификация следственных действий // Уголовный процесс: Учебнбик / Под ред. С.А. Колосовича и Е.А. Зайцевой. Волгоград: ВА МВД РФ, 2002. С. 289-293.
  5. Глебов В.Г. Протоколы следственных действий и судебного засе- дания // Уголовный процесс. - Волгоград, 2000. С. 293-333.
  6. Голунский С.А. Вопросы доказательственного права в Основах уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик // Вопросы судопроизводства и судоустройства в новом законодательстве СССР. М., 1959. С. 163.
  7. Голунский С.А. Об оценке доказательств в советском уголовном процессе // Советское государство и право. 1955. 107 с.
  8. Григорьев В.Н. Использование фактических данных, полученных до возбуждения уголовного дела, в системе доказывания // Проблемы доказывания по уголовным делам: Межвуз. сб. Красноярск, 1988. С. 162.
  9. Григорьев В.Н. Проблемы фиксации обстоятельств получения предметов и документов при непосредственном обнаружении признаков преступления // Проблемы доказательственной деятельности по уголовным делам: Межвуз. сб. Красноярск, 1985. С. 96.
  10. Григорьева Н. Исключение из разбирательства дела недопустимых доказательств // Российская юстиция. 1995, № 11. С. 5.

189

  1. Григорьева Н. Принципы уголовного судопроизводства и доказательства // Российская юстиция. 1995. № 6. С. 40.
  2. Громов Н.А. Понятие доказательств в уголовном судопроизводстве // Журнал российского права. 1998. № 3. С. 49.
  3. Гуляев А.П., Зайцев О.А. Комментарий к статье 42 УПК РФ / Комментарий к УПК РФ / Под ред. В.В. Мозякова. М.: Экзамен, 2002. С. 116.
  4. Доля Е.А. Использование результатов оперативно-розыскной деятельности в доказывании по уголовным делам // Российская юстиция. 1995. № 5. С. 98.
  5. Доля Е.А. Соотношение гносеологической и правовой сторон доказывания в российском уголовном процессе// Государство и право. 1994. № 10. С. 46.
  6. Донцов A.M. К проблеме дознания в советском уголовном процессе // Сборник статей адъюнктов и соискателей высшей школы МВД СССР. М., 1970.62 с.
  7. Дорохов В.Я. Понятие доказательств в советском уголовном процессе // Советское государство и право. 1964. № 9. 98 с.
  8. Зайцева Е.А. Заключения и показания эксперта // Уголовный процесс: Учебник / Под ред. С.А. Колосовича и Е.А. Зайцевой. Волгоград: ВА МВД РФ,
  9. С. 144.
  10. Карнеева Л., Мусиенко А. Доказательственное значение материалов, полученных в результате применения киносъемки, видео- и звукозаписи //Советская юстиция. 1983. №3
  11. Карнеева Л.М. Виды источников доказательств // Советский уголовный процесс. М., 1980. С. 160.
  12. Карнович Г.Б. К вопросу о классификации вещественных доказательств // Советская криминалистика на службе следствия. М., 1956. Вып. 8. С. 74.
  13. Колдин В.Я. Предмет и задачи фиксации вещественных доказа-

190

тельств. Тезисы докладов на межвузовской конференции по криминалистике. МГУ. М., 1960. С. 56.

  1. Колдин В.Я. Предмет и задачи фиксации вещественных доказа- тельств: Тез. докл. на межвуз. конф. по криминалистике. М.: МГУ, 1960. С. 62.
  2. Корейский Ю.В. Доказывание в уголовном процессе (Закон, теория, практика) // В кн.. Доказывание в уголовном процессе: традиции и современность / Под ред. В.А. Власихина. М., 2000. С. 25.
  3. Кореневский Ю. Нужна ли суду истина? // Российская юстиция.
  4. №5. С. 20-22.
  5. Кудин Ф.М. Основополагающие идеи проекта УПК РФ // Проект УПК РФ и проблемы правоприменительной деятельности: Тез. регион, науч.-практ. конф. Краснодар, 1999. С. 46.
  6. Кузнецов Н., Дадонов С. Право защитника собирать доказательст- ва: сущность и пределы // Росс, юстиция. 2002. № 8. С. 32.
  7. Кулагин Н.И. Конфликтная ситуация и проблемы следственной тактики // Труды Высшей следственной школы МВД СССР. Вып. 17. С. 52.
  8. Ларин A.M., Доля К.А. Использование в доказывании результатов оперативно-розыскной деятельности // Гос-во и право. 1997. № 7. С. 121.
  9. Ларин A.M. О принципах уголовного процесса и гарантиях прав личности в проекте УПК-1997 // Российская юстиция. 1997. № 9. С. 9.
  10. Лупинская П.А. О проблемах теории судебных доказательств // Со- ветское государство и право. 1960. № 10. С. 98.
  11. Миньковский Г.М.. Эйсман А.А. Обсуждение спорных вопросов теории доказательств в советском уголовном процессе // Социалистическая законность. 1965. № 5. С. 47.
  12. Мовсесян Г. Об актуальных вопросах теории судебных доказа- тельств в уголовном процессе // Социалистическая законность. 1964. №
  13. С. 45.

191

  1. Мотовиловкер Я.О. Некоторые аспекты вопроса о допустимости (недопустимости) источников доказательств в советском уголовном судопроизводстве // Доказывание по уголовным делам: Межвуз. сб. Красноярск, 1986. С. 103.
  2. Незванова Г.Г. Проверка оснований к возбуждению уголовного де- ла // Науч. тр. Ташкентского ун-та. Ташкент, 1967. Вып. 39. С. 96.
  3. Некрасов С. Допустимость доказательств: вопросы и решения // Российская юстиция. 1998. № 1. С. 43.
  4. Палиашвили А.Я. Использование звукозаписи, киносъемки и стено- графии в уголовном процессе // Советское государство и право. 1971. №
  5. С. 87.
  6. Пашин С.А. Проблемы доказательственного права. В кн.: Судебная реформа: юридический профессионализм и проблемы юридического образования. Дискуссии. М., 1995. С. 312-315.
  7. Полевой Н.С. Некоторые пробелы математизации и автоматизации процесса экспертного исследования документов // Сб.: Проблемы правовой кибернетики. М., 1968. С. 49.
  8. Проценко В.П. Значение решений Конституционного Суда РФ для уголовного процесса // Проблемы правоприменительной деятельности. Краснодар, 1997. С. 96.
  9. Проценко В.П. Классификация идеологем. Антисистема в праве // Проблемы правоприменительной деятельности. Краснодар, 2002. С. 106.
  10. Проценко В.П. О критериях систематизации принципов уголовного процесса // Современные проблемы законности в России. Краснодар,
  11. С. 98.
  12. Проценко В.П. Свидетельский иммунитет: философские, социоло- гические, нравственные проблемы // Права человека и гражданина. Законодательство и практика. Краснодар, 2001. С. 47.
  13. Проценко В.П. Состязательность уголовного процесса и правовая

192

идеология // Закон и судебная практика. Краснодар, 2001. С. 56.

  1. Ратинов А.Р. Вопросы познания в судебном доказывании // Совет- ское государство и право. 1964. № 8. С. 107.
  2. Рахунов Р.Д. Вещественные и письменные доказательства в совет- ском уголовном процессе // Уч. зап. ВИЮН. М., 1959. Вып. 10. С. 108.
  3. Резепов В.П. К вопросу о документах как самостоятельном источ- нике доказательств // Вопросы кодификации советского права. Л., 1960. Вып. 3. С. 98.
  4. Руднев В., Беньягуев Г. Возможно ли участие нотариуса в уголов- ном судопроизводстве? // Российская юстиция. 2002. № 8. С. 28-29.
  5. Садовский И., Тыричев И. Вопросы теории и практики судебных доказательств // Социалистическая законность. 1963. № 11. С. 34.
  6. Селиванов Н.Л. Основания и формы применения научно- технических средств и специальных знаний при расследовании преступ- лений // Вопросы предупреждения преступности. Вып. 1. М, 1965. С. 158.
  7. Селюков Ф.Т. К вопросу об исследовании в следственном осмотре первичных бухгалтерских документов // Вестник МГУ. Сер. 10. Право. М., 1963. Вып. 3. С.94.
  8. Сердюков П.П. К вопросу о доказывании в стадии возбуждения уголовного дела // Проблемы борьбы с преступностью. Иркутск, 1970. Вып. 1.С. 48.
  9. Соколовский З.М. Понятие образцов для экспертного исследования // Сб.: Криминалистика и судебная экспертиза. Киев, 1965. С. 96.
  10. Тейман С. Сделки о признании вины или сокращенные формы су- допроизводства: по какому пути пойдет Россия? // Росс, юстиция 1998. № 4. С. 10.
  11. Тетерин Б.С. О способах собирания доказательств в уголовном процессе//Правоведение. 1974. № 2. С. 124.

193

  1. Толпекин К.А. Освидетельствование подозреваемого и потерпев- шей при расследовании изнасилований // Актуальные проблемы борьбы с преступностью в развитом социалистическом обществе. Труды ВЮЗИ. Том 60. М., 1978. С. 205.
  2. Трусов А.И. Судебное доказывание в свете идеи кибернетики // В кн.: Вопросы кибернетики и право. М, 1967. С. 100.
  3. Фаткуллин Ф.Н. О новом Уголовно-процессуальном кодексе РСФСР // Новое уголовное и уголовно-процессуальное законодательство РСФСР: Уч. зап. Казанского ун-та. Т.121. Кн. 7. 1961. С. 104.
  4. Филиппов М.А. Фиксация фактических данных на предварительном следствии // Правоведение. 1975. № 1. С. 99.
  5. Фуфыгин Б.В. О доказательственном значении протокола задержа- ния подозреваемого // Проблемы совершенствования тактики и методики расследования преступлений: Сб. науч. тр. Иркутского ун-та. Иркутск, 1980. Вып. 15. С. 144.
  6. Хмыров А.А. Вопросы доказывания в проекте Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации // Проект УПК РФ и проблемы правоприменительной деятельности: Тез. регион, науч.- практ. конф. Краснодар, 1997. С. 23.
  7. Хмыров А.А. Доказательства и доказывание по новому УПК Рос- сийской Федерации // Ученые записки Сб. науч. тр. Краснодар, 2002. Вып. 1. С. 159.
  8. Чеканов В.Я. Прокурорский надзор в стадиях возбуждения уголов- ного дела и предварительного расследования // Уч. тр. Саратовского юрид. ин-та. Саратов, 1965. Вып.2. С. 158.
  9. Шалаев Н.Г. Некоторые недостатки, допускаемые при назначении судебно-медицинского освидетельствования подозреваемых в половых преступлениях // Вопросы судебной медицины и криминалистики. Тернополь, 1968. С. 105.

194

  1. Шейфер С.А. Доказательственное значение задержания подозре- ваемого // Социалистическая законность. 1972. № 3. С. 97.
  2. Шейфер С.А. Использование непроцессуальных познавательных мероприятий в доказывании по уголовному делу // Гос-во и право. 1997. № 9. С. 63.
  3. Шейфер С.А. О понятии и цели доказывания в уголовном процессе // Гос. и право. 1996. № 9. С. 62-66.
  4. Шейфер С.А. Проблемы правовой регламентации доказывания в уголовно-процессуальном законодательстве РФ // Государство и право.
  5. №10. С. 132.
  6. Эйсман А.А. О понятии вещественного доказательства и его соот- ношении с понятиями доказательств других видов // Вопросы предупреждения преступности. М.э 1965. Вып. 1. С.26.
  7. Диссертации и авторефераты диссертаций

  8. Аврченко А.К. Подозреваемый и реализация его прав в уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Томск, 2001. С. 9.
  9. Арсеньев В.Д. Вещественные доказательства в советском уголовном процессе: Дис… канд. юрид. наук. М., 1957. 24 с.
  10. Белкин А.Р. Теория доказывания: криминалистический и оперативно- розыскной аспект: Автореф. д-ра юрид. наук. Воронеж, 2000. С. 16, 36.
  11. Бецуков А.З. Документы как источник доказательств по уголовным делам о преступлениях в сфере экономики: процессуальные и криминали- стические аспекты (по материалам Северо-Кавказского региона): Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар, 1999. С. 9, 19.
  12. Бозров В.М. Процессуальные - криминалистические и психологи ческие аспекты судебного следствия: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1991. 23 с.

195

  1. Быховский И.Е. Процессуальные и тактические вопросы системы следственных действий: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 1976. 38 с.
  2. Вишневецкий К.В. Исследование доказательств на предваритель- ном следствии и судебном разбирательстве: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. С. 27.
  3. Воронина Л.В. Протоколы и иные документы как источники дока- зательств в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1987. С. 8-9.
  4. Голубятников СП. Учетные документы как доказательства при расследовании хищений государственного и общественного имущества: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1965. 22 с.
  5. Гусев А.В. Уголовно-процессуальные и криминалистические про- блемы использования специальных познаний в ходе предварительного расследований: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2002. 24 с.
  6. Зеленский В.Д. Проблемы допустимости доказательств в россий- ском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 1995. 23 с.
  7. Игнатьев Д.Б. Документы как доказательства по делам о налого- вых преступлениях: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Краснодар,
  8. 24 с.
  9. Ищенко Е.П, Применение синхронной записи звука и изображения при расследовании и судебном рассмотрении уголовных дел: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1974. 21 с.
  10. Камышин В.А. Иные документы как «свободное» доказательство в уголовном процессе: Автореф. дисс. … канд. юрид. наук. Ижевск, 1998. 24 с.
  11. Кириченко С.А. Особенности использования значимой информа ции, полученной оперативно-розыскными методами, на первоначальном

196

этапе расследования преступлений организованной преступности: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Калининград. 2002. С. 25.

  1. Копьева А.Н. Документы как доказательства в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1969. 23 с.
  2. Костенко Р.В. Достаточность доказательств в российском уголов- ном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар. 1998. С. 22.
  3. Кудин Ф.М. Производные доказательства и их источники в совет- ском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1967. С. 27.
  4. Кузнецова Н.А. Собирание и использование документов в качестве доказательств по уголовным делам: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1996. 24 с.
  5. Кулагин Н.И. Управление следственными аппаратами органов внутренних дел (функционально-структурный анализ): Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 1990. 39 с.
  6. Логвиненко Е.А. Мысленное моделирование в тактике следствен- ных действий: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. С. 25.
  7. Лопаткин Д.А. Вещественные доказательства (процессуальные и криминалистические аспекты): Автореф. дис. …канд юрид. наук. Краснодар. 2003. С. 25.
  8. Макаров A.M. Применение научно-технических средств при рас- смотрении судами уголовных дел: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1979. 24 с.
  9. Маландин И.Г. Документы как доказательства при расследовании хищений социалистической собственности: Дис. … канд. юрид.наук. М., 1955.24 с.
  10. Маркс Н.А. Освидетельствование при расследовании преступлений: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Свердловск, 1980.23 с.
  11. Масленникова Л.В. Гражданский ответчик в российском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. 24 с.

197

  1. Москалькова Т.Н. Нравственные основы уголовного процесса (ста- дия предварительного расследования): Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 1997.24 с.
  2. Нокербеков М. Предмет доказывания в советском уголовном про- цессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Алма-Ата, 1964. 23 с.
  3. Орлов Ю.К. Вещественные доказательства в уголовно- процессуальном доказывании: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1970. 24 с.
  4. Парфентьев А.В. Процессуальное регулирование и доказательст- венное значение применения научных и технических средств в расследовании и раскрытии преступлений: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2001. 23 с.
  5. Паршин А.И. судебная оценка материалов предварительного рас- следования (уголовно-процессуальный и криминалистический аспекты): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. 24 с.
  6. Петрова А.Н. Противодействие расследованию, криминалистиче- ские и иные меры его преодоления: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. 24 с.
  7. Подголин Е.Е. Теория и практика фиксации доказательств на пред- варительном следствии: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1969. 24 с.
  8. Пономаренков В.А. Проблемы представления и использования до- казательств в уголовном процессе: Автреф. Дис. …канд. юрид. наук. Саратов, 1998. С. 9-11,20.
  9. Просвирин В.Г. Особенности предмета доказывания по уголовным делам несовершеннолетних: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Волгоград, 2001. С. 24.
  10. Проценко В.П. Построение уголовно-правовых санкций при по- вторности преступлений: Дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 1988. 24 с.
  11. Резвен А.П, Правовые и криминалистические проблемы борьбы с хищением предметов, имеющих особую ценность: Автореф. дис. … докт.

198

юрид. наук. Волгоград, 2000. 36 с.

  1. Резепов В.П. Документы как доказательства в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 1947. 24 с.
  2. Романов В.И. Процессуальные, тактические и этические вопросы применения научно-технических средств при расследовании преступлений: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Казань, 1997. 24 с.
  3. Сабиров Х.А. Протоколы следственных и судебных действий как вид доказательств в Российском уголовном процессе: Автореф. дис. канд. юрид. наук. Краснодар, 2000. С. 10, 24.
  4. Селина Е.В. Применение специальных познаний в Российском уго- ловном процессе: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Краснодар. 2003. С. 43.
  5. Сероштан В.В. Процессуальные и тактические особенности рассле- дования преступлений в условиях расширения прав подозреваемых и обвиняемых на защиту: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар,
  6. С. 22.
  7. Смородинова А.Г. Проблемы использования специальных познаний на стадии возбуждения уголовного дела в российском уголовном процессе: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2001. 24 с.
  8. Стуликов А.Н. Уголовно-процессуальные и криминалистические аспекты представления доказательств: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Н.Новгород. 2002. С. 12, 21.
  9. Тлиш А.Д. Проблемы методики расследования преступлений, со- вершаемых в сфере экономической деятельности, совершаемых с использованием компьютерных технологий и пластиковых карт: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2002. СП.
  10. Финогенов А.Г. Предмет доказывания при производстве по граж- данкому иску в уголовном процессе: Автореф. дис. …канд. юрид. нак. Краснодар, 1998. С. 26.
  11. Хмыров А.А. Косвенные доказательства при расследовании хище-

199

ний государственного и общественного имущества: Дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 1964. 24 с.

  1. Шашкин СБ. Теоретические и методологические основы кримина- листической экспертизы документов, выполненных с использованием средств полиграфической и оргтехники: Автореф. дис. … д-ра юрид. наук. Саратов. 2003. С. 43.
  2. Шейфер А.С. Формы закрепления доказательств в судебном засе- дании: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 1989. 21 с.
  3. Шейфер С.А. Методологические и правовые проблемы собирания доказательств в советском уголовном процессе: Автореф. дис. … докт. юрид. наук. М., 1981. 36 с.
  4. Шепель В.В. Экспертиза в суде по уголовным делам в свете нового законодательства и перспектив ее развития: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. 35 с.
  5. Ширванов А.А. Существенные нарушения уголовно- процессуального закона как основание возвращения дел для дополнительного расследования: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М.,
  6. 24 с.
  7. Шитов М.А. Оценочная деятельность следователя в процессе дока- зывания: Автореф. дис. …канд. юрид. наук. Краснодар, 2003. С. 23.
  8. Шматов М.А. Теория оперативно-розыскной деятельности в систе- ме уголовно-правовых наук (по материалам органов внутренних дел): Автореф. дис. … докт. юрид. наук. Волгоград, 2000. 29 с.
  9. Штромас А.Ю. Деятельность сведущих лиц в советском уголовном процессе: Дис. … канд. юрид. наук. М., 1963. 24 с.
  10. Юрина Л.Г. Процессуальные и криминалистические проблемы кон- троля и записи переговоров: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2001.23 с.
  11. Яковлев A.M. Теоретические и методические основы экспертного исследования документов на машинописных магнитных носителях инфор-

200

мации: Автореф. дис. … канд. юрид. наук. Саратов, 2000. С. 9, 24. Судебная практика, уголовные дела

  1. Архив Верховного Суда Республики Адыгея. 2002. Уголовное дело №293165/02/1/5967.
  2. Архив Динского районного суда Краснодарского края. 1998. Дело № 1-390/98.
  3. Архив ИЦ ГУВД Краснодарского края. 2001. Уголовное дело № 17455/01.
  4. Архив Карачаево-Черкесского республиканского суда. 2002. Уго- ловное дело № 85678/02.
  5. Архив краевого суда Краснодарского края. 1999. Дело № 1-105/99.
  6. Архив прокуратуры Прикубанского округа г. Краснодара. 1996. Дело №23421.
  7. Архив Ростовского городского суда. 1999. Уголовное дело № 2/956178.
  8. Архив Ростовского областного суда. 2002. Уголовное дело № 286575/2002.
  9. Архив Санкт-Петербургского городского суда. Уголовные дела №: 2-9/98 г.; 2-159/98 г.; 2-1/99 г.; 2-150/99 г.; 2-1/2000 г.; 2-300/2000 г.
  10. Архив СО УВД Анапского района Краснодарского края. 1997. Дело №47106.
  11. Архив СО УВД Анапского района Краснодарского края. 1997. Дело №47106..
  12. Архив СО УВД Анапского района Краснодарского края. 1997. Де- ло №47581.
  13. Архив СО УВД Карасунского округа г. Краснодара. 1997. Дело № 17746.

201

  1. БВС РСФСР. 1986. № 7. С. 3-4.
  2. БВС РСФСР. 1989. № 1. С. 7.
  3. БВС РФ. 1992. № 4. С. 15.
  4. БВС РФ. 1994. № 5. С. 12.
  5. БВС РФ. 1996. № 6. С. 44.
  6. БВС РФ. 1996. № 8. С. 31.
  7. БВС РФ. 1998. № 2. С. 26.
  8. БВС РФ. 1998. № 3. С. 49.
  9. БВС РФ. 1998. № 8. С. 39.
  10. БВС РФ. 1999. № 3. С. 18.
  11. БВС РФ. 1999. № 6. С. 26.
  12. БВС РФ. 1999. № 7. С. 24.
  13. Дело В. Александрова // Российская юстиция. 1995. № 6.
  14. Использование в качестве доказательств документов и заключений экспертов, подготавливаемых средствами электронно-вычислительной техники: обзор судебной практики // БВС СССР. 1982. № 6.
  15. Определение Конституционного Суда РФ от 4 февраля 1999 г. «По жалобе гр. М.Б. Никольской и М.И. Сапронова на нарушение их конституционных прав»//Вестник Конституционного Суда РФ. 1999. №3.
  16. Постановление Пленума Верховного Суда СССР по делу К. // Вест- ник Верховного Суда СССР. 1991. № 5.
  17. Сборник постановлений Президиума и определений Судебной кол- легии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР. М., 1964.

Приложение № 1 Приложение к УПК РФ № 10(1)

ПОСТАНОВЛЕНИЕ О привлечении лица в качестве подозреваемого

	«	»	г.

(место составления)

Следователь (дознаватель)

(наименование органа предварительного следствия или дознания)

классный чин или звание, фамилия, инициалы следователя (дознавателя)

рассмотрев материалы уголовного дела №

УСТАНОВИЛ:

(дается описание преступления с указанием времени и места его совершения,

иных обстоятельств, подлежащих

доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ, а также пункта, части, статьи УК РФ, предусматривающих

ответственность за данное преступление) На основании изложенного и руководствуясь ст. 91 и 92 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Привлечь

(фамилия, имя, отчество обвиняем дата и место его рождения)

в качестве

подозреваемого по данному уголовному делу, предъявив ему (ей) основание

привлечения в качестве подозреваемого о совершенном преступлен ,

предусморенн УК РФ, о чем ему(ей) объяснить.

Следователь (дознаватель)

(подпись)

Настоящее постановление мне объявлено « » г.

в ч мин., его текст

(прочитал лично или вслух следователем (дознавателем )

Сущность предъявленного подозрения в совершении преступления разъяснена. Одновременно мне разъяснены права, предусмотренные ст. 46 УПК

  • РФ, а именно:

1) знать, в чем я подозреваюсь, получить копию протокола задержания, либо копию постановления о применении ко мне меры пресечения; 2) 3) давать объяснения и показания по поводу имеющегося в отношении меня подозрения либо отказаться от дачи объяснений и показаний; 4) 5) пользоваться помощью защитника с момента, предусмотренного пунктами 2 и 3 части третьей статьи 49 УПК РФ, иметь свидание с ним наедине в т.ч. конфиденциально до первого допроса; 6) 7) представлять доказательства; 8) * 5) заявлять ходатайства и отводы;

6) давать показания и объяснения на родном языке, которым я владею; 7) 8) пользоваться помощью переводчика бесплатно; 9) 10) знакомиться с протоколами следственных действий, произведенных с моим участием, и подавать на них замечания; 11) 12) участвовать с разрешения следователя или дознавателя в следственных действиях, производимых по моему ходатайству, ходатайству моего защитника либо законного представителя; 13) 10) приносить жалобы на действия (бездействия) и решения суда, прокурора, Ч следователя и дознавателя;

11) защищаться иными средствами и способами, не запрещенными настоящим Кодексом.

Подозреваемый

. (подпись)

Защитник

(подпись) Постановление объявил, права разъяснил, копию настоящего постановления подозреваем и его защитнику вручил « » г.

Следователь (дознаватель)

(подпись)

Копия настоящего постановления направлена прокурору

Щ (наименование органа прокуратуры)

Следователь (дознаватель)

(подпись)

I

Приложение № 2

70°/с

Ошибки, допускаемые при составлении протокола обыска (всего исследовано 162 протокола) 65%

15%

11,25 %

7,5 %

Виды ошибок, допускаемых при составлении протокола обыска

1 - производство обыска не уполномоченным на то лицом (без поручения

следователя, без судебного решения и т.д.)

2 - отсутствие отметок о предъявлении требований добровольно выдать

отыскиваемые предметы

3 - составление протокола без подробного описания либо указания, где

обнаружены и изъяты предметы, имеющие значение для дела

4 - отсутствие подписей понятых либо указания на их адреса, на разъяснение

прав и обязанностей понятым

5 - отсутствие даты и подписи лица, которому вручена копия протокола обыска

Приложение № 3

Ошибки,

допускаемые при составлении протокола выемки

(исследовано 92 протокола)

57%

27%

12%

8%

6%

1 2 3 4 5

Виды нарушений, ошибок, допускаемых при составлении

протокола выемки 1 - отсутствие времени начала или окончания выемки 2 3 - отсутствие даты, подписи лица, которому вручена копия протокола выемки 4 5 - отсутствие в протоколе выемки подписи некоторых участников при 6 проведении данного следственного действия

4 - составление протокола выемки без достаточного основания 5 6 - изложение протокола чрезмерно кратко, без описания признаков 7 изымаемых предметов, документов и т.п.

Приложение № 4 Ошибки, допускаемые при составлении протокола следственного эксперимента

60%

30%

30%

20%

10%

1 2 3 4 5

Виды нарушений, допускаемые при составлении протокола следственного эксперимента 1 - в протоколе не указывается время начала и окончания 2 3 - не разъясняют права и обязанности участникам следственного 4 эксперимента

3 - не указываются в протоколе полностью имена и отчества понятых или их

адреса

4 - кратко излагается процесс проведения опытов, отсутствует подробное

описание о примененных технических средствах 5 - нарушаются последовательность и порядок описательной части протокола

Приложение № 5

ДОКУМЕНТАЛЬНЫЕ ИСТОЧНИКИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

I

По спосо бу прон икнов ения

I

Процессуальные документы

I Непроцессуальные документы II

I

Виды

Виды

I

I

Протокол ы следствен- ных и
судебных действий (ст. 83 УПК РФ)

Иные процес- суальные документы

Заключе- ния эксперта (ст. 204 УПК РФ)

Иные

документы - до- казатель- ства

Документы
- ве- ществен- ные дока- зательства

Протоколы применения мер процессуального воздействия Протоколы разъяснения прав и обязанностей Процессуальные решения Протокол явки с повинной

Они содержат сведения об обстоятельствах, входящих в предмет доказывания и о порядке соблюдения прав участников процесса

Акты ревизий и документальных проверок

Заявление о преступлении Частные документы (автобиографии)

Справки и другие официальные документы

Справки по результатам предва- рительных исследований

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

КРАСНОДАРСКИЙ ЮРИДИЧЕСКИЙ ИНСТИТУТ

ОБОБЩЕННАЯ АНКЕТА

экспертного опроса прокуроров, судей, следователей, дознавателей по

изучению проблем и возможные пути их устранения, связанные с

процессуальными и иными документами как источник доказательств на

предварительном следствии (опрос проводился с июля 2002 по февраль 2003 года)

Краснодар 2003

ОБЗОР

экспертного опроса по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности с июля 2002 г. по февраль 2003 г.

В связи с вступлением нового УПК РФ и в рамках диссертационного исследования, производимого соискателем кафедры уголовного процесса и ОРП Краснодарского юридического института МВД России, членом Краснодарской краевой коллегии адвокатов В.О.Агибаловой, с июля 2002 г. по февраль 2003 г. проведен экспертный опрос следователей ОВД, У ФСНП, прокуратуры Краснодарского, Ставропольского краев и Ростовской области (67), дознавателей МВД и УФСНП Кабардино-Балкарской и Карачаево-Черкесской республик, ГУВД Ростовской области, Краснодарского и Ставропольского краев (113), судей различных уровней (статусов), т.е. председателей, зам. председателей, федеральных судей Ростовской области, Краснодарского и Ставропольского краев (235). Всего опросу подвергалось 250 представителей уголовного судопроизводства, из них ответили 180 (72 %). Опрос проводился посредством направления (по почте) специально разработанных анкет, опросных листов и при конфиденциальной беседе с участниками уголовного судопроизводства. В специальной анкете было предусмотрено 28 различных вопросов, относящихся к компетенции органов предварительного следствия, дознания и суда, и 3 вопроса, относящихся к другим участникам уголовного судопроизводства, влияющим на деятельность органов предварительного следствия и дознания, судов (судьи) с 46 формализованными ответами, а также с предложением произвольных ответов на поставленные вопросы.

В ходе проведенного опроса получены следующие результаты (на некоторые вопросы были получены по несколько ответов):

f

№ п/п Вопрос Предполагаемые ответы Шифр 1. Ваш стаж работы До 1 года 1 !

От 1 до 3 лет 2

От 3 до 5 лет 3-48 ;

От 5 до 10 лет 4-136

От 10 до 15 лет 5-107

От 15 до 20 лет 6-98 i i

Свыше 20 лет 7-26 , 2. Занимаемая должность Председатель суда 1-2 !

Зам. председателя суда 2-3

Судья по уголовным делам 3-158

Судья по гражданским делам 4-69

Прокурор 6-1

Зам. прокурора 7-4

Следователь прокуратуры 8-24

Начальник УВД (ГРОВД) 9 |

Зам. начальника УВД (ГРОВД) по следствию 10-4

Начальник следственного отдела ГСУ при ГУВД 1 1-2

i I

i

Следователь ОВД 12-14

Начальник органа дознания 13-13

Дознаватель 14-87

Следователь ФСНП 15-14

Дознаватель ФСНП 16-4

Защитник (адвокат) 17-4 3. Ваш стаж работы в

должности До 1 года 1

От 1 до 3 лет 2-46

От 3 до 5 лет 3-128

От 5 до 10 лет 4-177

От 10 до 15 лет 5-19

От 15 до 20 лет 6-31

Свыше 20 лет 7-14

  1. Ваше отношение и пожелания по совершенствованию положений статей, отмеченных в гл. 10 «Доказательства в уголовном судопроизводстве» и гл. 11 «Доказывание»

4.1. Ст. 73 «Обстоятельства, подлежащие доказыванию»

уточнить п.2 ч.1 ст. 73, т.е. «виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы». В данном случае законодатель не раскрывает «цель», т.е. п.2 ч.1 ст. 73 не отражает в полном объеме субъективные признаки, характеризующие состав преступления — 89,2 %;

  • уточнить п.7 ч.1 ст. 73 «обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания», сюда добавить слова «согласно УК России» - 74,5 %;
  • ч.2 ст. 73 следует уточнить: «подлежат выявлению также обстоятельства, способствующие совершению преступления» - 61,3 %. Наверное, здесь следует иметь в виду положения криминалистической науки с учетом криминалистического прогнозирования.
  • 4.2. Ст. 74 «Доказательства»

Ответы:

  • 4.1 ст. 74 УПК РФ следует уточнить, т.е. дополнить: «фактические данные, полученные из законных источников в установленном законом порядке» -89,4 %. При таком дополнении существенно изменяется значимость источников доказательств как процессуальных, так и не процессуальных;
  • ч.2 ст. 74 дополнить положением о том, что документами также являются материалы, в том числе и объяснения, полученные защитником в порядке, установленном ч.З ст. 86 УПК РФ - 72,4 %.
  • 4.3. Ст. 75 «Недопустимые доказательства»

Ответы:

  • все доказательства, полученные до возбуждения уголовного дела по материалам ОРД (по УПК РФ) и в связи с этим, необходимо уточнить в ст.ст. 75 и 89 УПК - 49,6 %;

  • исключить из п.1 ч.2 ст. 75 слова «включая случаи отказа от защитника» -74,5 %. Данная терминология не несет никакого значения, если защитник реально был представлен;
  • ч. 1 ст. 75 противоречит праву гражданина и человека на защиту - 62,3 %.
  • 4.4. Ст. 81 «Вещественные доказательства»

Ответы:

  • -положения ч.1 ст. 81 уточнить, т.е. после слова «признаются» добавить «и

приобщаются», далее по тексту - 72,8 %.

4.5. Ст. 84 «Иные документы»

Ответы:

  • необходимо предусмотреть «понятие документа» как это предусмотрено в других отраслях как материального, так и формального права - 52,4 %;
  • иные документы - это не относящиеся к уголовному судопроизводству -42,8 %;
  • «сводные документы» - документы, которые изымались по делу, предполагая, что они будут являться вещественным доказательством, но они в ходе их исследования не оказались таковыми - 62,4 %.
  • 4.6. Ст. 85 «Доказывание»

Ответы: в ст. 85 предусмотреть часть «Возложить бремя доказывания на сторону обвинения» - 82,4 %;

  • ст. 85 изложить «Доказывание состоит в собирании, проверке и оценке достаточности и объективности доказательств…», далее по тексту - 85,2 %.

4.7. Ст. 86 «Собирание доказательств»

Ответы:

  • уточнить положения, отмеченные в п.З ч.З ст. 86 УПК РФ - 49,5 %; исключить положение о том, что суд собирает доказательства, т.к. это противоречит провозглашенному в УПК РФ принципу состязательности сторон - 92,4 %;

ч.З ст. 86 следует изложить: «Защитник вправе собирать доказательства и обязан предоставить следователю, дознавателю собранные доказательства, имеющие значение для дела, путем…» — 89,2 %.

4.8. Ст. 88 «Правила оценки доказательств»

Ответы: - ст. 88 УПК РФ дополнить положением, что «доказательства оцениваются по - внутреннему убеждению правоприменителя» — 96,2 %.

4.9. Ст. 89 «Использование в доказывании результатов ОРД» только с разрешением суда — 42,8 %;

на предварительном расследовании и в судебном процессе — 57,2 %;

в УПК РФ предусмотреть нормы ст. № с указанием о возможности

соединения дел в суде - 94,2 %.

  1. Ваше мнение по совершенствованию положения статей, предусмотренных в разделе УПК РФ «Производство в суде первой инстанции»? Прошу изложить свои комментарии по следующим статьям:

5.1. Ст. 234 «Порядок проведения предварительного слушания»

Ответы: в ст. 234 отмечено только «производство», а сам порядок проведения отсутствует — 62,4 %.

5.2. Ст. 235 «Ходатайство об исключении доказательств»

Ответы: доказательства, подтверждаемые всеми другими обстоятельствами дела, не должны быть исключены, если даже получены с некоторыми нарушениями закона — 72,8 %. Речь идет о косвенных доказательствах (см. А.А.Хмырова).

б. Удовлетворяют ли Вас проблемы., связанные с «подготовкой судебного разбирательства»? Ответы:

обязательный принцип «непрерывность судебного разбирательства» -

68,4 %; - в целях обеспечения непрерывности судебного разбирательства проводить

прогнозирование для установления возможных вариантов, которые могут

оказать влияние на «прерывание» судебного разбирательства - 89,3 %;

в УПК РФ предусмотреть норму ст. № с указанием о возможности

соединения дел в суде - 94,2 %.

  1. Ваши предложения по совершенствованию процессуальных документов, представленных в УПК РФ в качестве приложений.

7.1 - по приложению № 4 «Протокол осмотра места происшествия»: достаточно одной подписи следователя - 30,8 %;

достаточно подписи следователя и специалиста - 69,2 %;

все документы должны быть образцами без лишних указаний — 92,6 %.

7.2 - по приложению № 6 «Постановление о возбуждении перед судом ходатайства о разрешении производства осмотра жилища»:

достаточно разрешения прокурора — 82,4 %;

нет необходимости получать разрешение у суда - 94,8 %.

7.3 - по приложению № 22 «Постановление о приобщении к уголовному делу вещественных доказательств»:

добавить слово «признать» — 89,7 %.

7.4 — по приложению № 24 «Протокол допроса потерпевшего»:

в конце протокола введено много ненужных подписей (потерпевшего и т.д.) - 69,2 %.

7.5 — по приложению № 26 «Протокол допроса свидетеля»:

в конце протокола введено много ненужных подписей (свидетеля и т.д.) -69,2 %.

7.6 - по приложениям № 79 и 80 «Обвинительное заключение» и «Обвинительный акт»:

приводить в обвинительном заключении не только перечень доказательств, а их сущность и анализ - 79,6 %.

Соискатель кафедры уголовного

процесса и ОРП

Краснодарского юридического

института МВД России,

член Краснодарской краевой

коллегии адвокатов В.О.Агибалова

УТВЕРЖДАЮ Заместитель начальника ^^Сшарущго юридического институг^^ВД России

JКОВНИК МИЛИЦИИ

СП. Рожков 2002 г,

-:..—.–. - “?–??–????:—-.??.-?’-МафЧНОйгПрОЩЩЮЖ-:

«Процессуальные и иные документы как источник- доказательств на предварительном следствии по-уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности»,

(наименование работы)	-

выполненной в .сортвететвии с планом издания Краснодарского
юридического

института МВД России . _…… , , . . . . . ,

’” “-“ “’ “ .” ?–•– .^основания для осуществления рабвтьг)” ‘ “.

Авторским коллективом в составе: • - руководителя- старшего -преподавателя - кафедры уголовно-правовых -диециплин: специального факультета КЮЙ МВД РФ,
члена Краснодарской краевой коллегии адвокатов АгибаловойВ:6. “””” –’?”??’—’? ——-‘ “?—? - –— ? ^ ^-^ :– -,^-^.t. ^—,. — -^ •

<должность;звшше, ученая степень) - -?•;;? _ ;. -

(фамилия, имя, отчество) —• - —••:•• - • -?-‘•-

и членов авторского коллектива: -

‘17 -??? “” .:_’?? ?’.- .:.?-:.?-:-“’??? ??-.- ‘?’.. л”.-. -.–.г/-.–

^должность; звание, ученая етепен*;-фамилия,-имя отчество) —??-•?-

“‘2”:”..”.”г””

Целевая направленность разработки: анализ, классификация и методы И использования документов в процессе доказывания при расследовании преступлений в

сфере экономической деятельности Комиссия Сибирского юридического института МВД России в составе:

председателя: начальника учебного отдела Калугина А.Г. и членов комиссии:

/. НачШтика кафедры пр^дварителъног&р1яж ,’ 2. Начальника кафедры уголовного права и криминологии Кириллова И.А.

Фш . 3. Старшего научного сотрудника ОНиРИО Горбач Н.А.

составила настоящий.акт о том, что данная разработка внедрена в.учебный. процесс СибЮИ МВД России.

Председатель комиссии^.;.-.:,;,.:.’,,. .^ ?. ‘,’.?.-.-. .,-,???….,.:.,-. ^.тА^Г.-Калунш–;-

Члены комиссии: ..^^^^Xj/. ОХ. Галимов

.. ….•„….-^гГ_..-. ^J^–. И. А_, Кириллов

-..-?- v.c::: .* ;r;..;v.:…;..:.;^Ж?ГГ;.:^г.Н;А.Гор5а%:-::

^’УТВЕРЖДАЮ” чальника КЮИ МВД России боте доктор юридических наук, лковник милиции

Х’ИчЬ В.М.Мешков *^ j^^z^r/ 200J г.

АКТ

о внедрении в образовательный процесс Калининградского юридического ин- ститута МВД России монографического исследования члена Краснодарской краевой коллегии адвокатов, ст. преподавателя кафедры специального факультета КЮИ МВД РФ Агибаловой В.О.

Наименование внедряемого монографического исследования; Агибалова В.О. Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности / Под ред. профессора Г.М. Меретукова. - Краснодар: КЮИ МВД России, 2002. -286с.

Комиссия в составе: начальника кафедры уголовного процесса, кандидата юри- дических наук, майора милиции В.Н. Авдеева; доцента кафедры уголовного процесса, кандидата юридических наук, капитана милиции Д.И. Шелега и ст. преподавателя кафедры уголовного процесса, кандидата юридических наук, капитана милиции А.А. Рытькова составила настоящий акт о том, что монографическое исследование ст. преподавателя кафедры специального факультета КЮИ МВД РФ Агибаловой В.О. внедрена в учебный процесс по курсу: “Уголовный процесс” Калининградского юридического института МВД России, при проведении занятий по темам: “Доказательства и доказывание”, “Следственные действия”.

Представленная работа предназначается для курсантов, слушателей, преподава- телей юридических вузов, а также оперативных работников и следователей правоохранительных органов. Использование выводов работы способствует более глубокому усвоению учебного материала, систематизации и закреплению необходимых знаний по курсу: “Уголовный процесс”.

В.Н. Авдеев

Д.И. Шелег

А.А. Рытьков

Председатель комиссии:

Начальник кафедры уголовного процесса,

кандидат юридических наук

майор милиции

Доцент кафедры уголовного процесса, кандидат юридических наук, капитан милиции

Ст. преподаватель кафедры уголовного процесса, кандидат юридических наук, капитан милиции

палаты

АКТ

внедрения в практическую деятельность адвокатской палаты

Краснодарского края монографии Агибаловой В.О. Процессуальные и

иные документы как источник доказательств на предварительном

следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере

экономической деятельности / Под ред. проф. Г.М. Меретукова. -

Краснодар: КЮИ МВД России, 2002.-286 с.

Комиссия в составе: Вице-президента адвокатской палаты Краснодарского края В.Е.Седов, заместителя председателя квалификационной комиссии адвокатской палаты Краснодарского края Г.В.Штефан, члена совета адвокатской палаты Краснодарского края Ю.Г.Иванов составили настоящий акт о том, что положения монографии Агибаловой В.О. «Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности» используется в практической деятельности, а также при подготовке и проведении занятий по повышению квалификации адвокатов адвокатской палаты Краснодарского края: по темам: «Доказательства и доказывание», «Предварительное расследование» и «Дознание».

Председатель комиссии: Вице-президент адвокатской палаты Краснодарского края

В.Е.Седов

Ю.Г.Иванов

Член совета адвокатской палаты Краснодарского края

Члены комиссии: Заместитель председателя квалификационн комиссии адвокатской палаты Краснодарского края

Г.В.Штефан

Утверждаю

/<>

Проректор >рубанского Государственного фарного университета по /Ь научной {маЩте, профессор !.{‘.?; ‘:\ Ю.Д, Северин J/z&p^- ^f

%Щ?Н<*# ШФеля 2003 г. ?

\Vb ^t^ “„•-??-??’ ‘?:?”-•??- <-VA

АКТ

внедрения в учебный процесс юридического факультета Кубанского Государственного Аграрного университета монографии Агибаловой В.О. Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности / Под ред. проф. Г.М. Меретукова. - Краснодар: КЮИ МВД России, 2002.-286 с.

Комиссия в составе заместителя декана юридического факультета Кубанского Государственного Аграрного Университета, кандидата юридических наук, профессора Савельева В.А.; доцента кафедры уголовного процесса, кандидата юридических наук, доцента Пивень А.В.; старшего преподавателя кафедры уголовного процесса, кандидата юридических наук Костенко Р.В., составили настоящий акт о том, что положения монографии Агибаловой В.О. «Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности» используется при подготовке лекций, семинарских и практических занятий
по учебной дисциплине «Уголовный процесс» по темам: «Доказательства и доказывание», «Источники доказательств», «Предварительное следствие», «Дознание», «Возбуждение уголовного дела».

Председатель комиссда^Х Члены комиссии:

В.А. Савельев

А.В. Пивень Р.В. Костенко

АКТ

Утверждаю

Начальник специального факультета Краснодарского юридического института МВД России

рических наук, §сор В.А. 2003 г.

внедрения в учебный процесс специального факультета Краснодарского юридического института МВД России монографии Агибаловой В.О. Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности / Под ред. проф. Г.М. Меретукова. - Краснодар: КЮИ МВД России, 2002.-286 с.

Комиссия в составе заместителя начальника специального факультета Краснодарского юридического института МВД России, доцента кафедры исторических и социально - политических дисциплин, кандидата философских наук, кандидата юридических наук Кирюшина С.Ю.;
старшего преподавателя кафедры уголовного процесса и ОРП, кандидата юридических наук, доцента Яковлевой Л. В.; старшего преподавателя кафедры уголовного процесса и ОРП, кандидата юридических наук Стронского Д.Д. составили настоящий акт о том, что положения монографии Агибаловой В.О. «Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности» используется при подготовке лекций, семинарских и практических занятий
по учебному курсу «Уголовный процесс»: по темам «Следственные действия», «Доказательства и доказывание», «Предварительное расследование» и «Дознание».

СЮ. Кирюшин

Л.В. Яковлева Д.Д. Стронский

Председатель комиссии:

Члены комиссии:

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИИ

Тюменский юридически&институт

625049, г. Тюмень, ул. Амурская, 75 Тел. 25-11 -89, факс 254)5-69 Телетайп 735Т55 “БРОНЬ”

Начальнику специального

факультета КЮИ МВД РФ

Доктору исторических наук,

профессору

В.А.Штурба

  1. г.Краснодар ул. Ярославская, 128

Направляем вам отзыв и акт внедрения на монографию Агибаловой ВО.

Приложение: Отзыв - 1 экз.

Акт внедрения - 2 экз.

Заместитель начальника по научной работе ТЮИ МВД РФ подполковник милиции

S

В.И. Морозов

Исп.: Ескина СВ. кан.юрид.наук (тел. 25-16-75)

“УТВЕРЖДАЮ”

Заместитель начальника

по учебной работе ТЮИ МВД РФ

к.ю.н., доце^гтголковник милиции

&(1 ^-“"”ТСондрашов ВТ.

”^\j ‘ декабря 2 002 года

АКТ

О внедрении в учебный процесс ТЮИ МВД России результатов научного исследования Агибаловой В.О. по теме:

«Процессуальные и иные документы как источник

доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности».

Мы, нижеподписавшиеся члены комиссии в составе:

Председатель - начальник кафедры уголовного процесса ТЮИ

МВД России к.ю.н., доцент, подполковник милиции С.Л.МАРЧЕНКО;

члены комиссии - доцент кафедры уголовного процесса
ТЮИ

МВД России к.ю.н., доцент подполковник милиции КБ. ГРАНКИН;

заместитель начальника кафедры уголовного процесса ТЮИ МВД России к.ю.н., подполковник милиции СВ. ЕСКИНА.

составили настоящий акт о внедрении в учебный процесс результатов научного исследования. Результаты исследования используются при проведении лекций, семинарских и практических занятиях по темам № 6, 7, 19, 20 (Процессуальные сроки, документы и судебные издержки; Доказательства и доказывание в уголовном судопроизводстве; Порядок и пределы судебного разбирательства. Приговор; Кассационный порядок рассмотрения уголовного дела.)

С.Л.Марченко

Предложенная автором тема способствовала изучению курсантами 2 и 3 курсов очного обучения и слушателями заочной формы обучения деятельности подразделений ОВД, осуществляющих предварительное расследование.

К.Б. Гранкин

Председатель:

’,?Х^1 €.В. Ескина

Члены комиссии:

( УТВЕРЖДАЮ

Б.Х. Балкаров

» декабря 2002 г.

Первый заместитель начальника Нижегородской адемии МВД РФ лкоиник милиции

А К Г внедрения в учебный процесс Нижегородской академии МВД РФ монографии В.О. Агибаловш «Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делан о преступлениях в сфере экономической деятельности».. - Краснодар, 2002. -.486 с.

Комиссия в составе начальнш майора милиции М.П. Полякова (г подполковника милиции Н.Н. Кс майора милиции А.Н.Стуликова сое отдельные положения моно «Процессуальные и иные документ предварительном следствии по yroj сфере экономической деятельности лекций, семинарских и практическ темы: «Доказательства и доказывай «Возбуждение уголовного дела», «С

а кафедры уголовного процесса, редседатель), доцента кафедры, втуна, преподавателя кафедры гавили настоящий акт о том, что рафии В.О. Агибаловой .1 как источник доказательств на овным делам о преступлениях в » используются при подготовке ix занятий по курсу уголовный, ie», «Источники доказательств», ледственчые действия».

Председатель комиссии:

—М.П. Поляков

Н.Н. Ковтун

А.Н.Стуликов

Члены комиссии:

Утверждаю

Нададаник Омской академии

\ МВД России

доктор юридических к%к, профессор

/ генерал-лейт^фн^милиции

“х^7>^^а^ир»нов А.Н.

/^ *f /$#нваря 2003 г.

АКТ внедрения в учебный процесс Омской академии МВД России монографии

Агибаловой В.О. Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности / Под ред. проф. Г.М. Меретукова. - Краснодар: КЮИ МВД России, 2002. - 286 с.

Комиссия в составе начальника учебного отдела полковника милиции В.В. Бабурина, начальника кафедры уголовного процесса полковника милиции В.В. Кальницкого, заместителя начальника кафедры уголовного процесса полковника милиции П.Г. Мар-фицина составила настоящий акт о том, что положения монографии Агибаловой В.О. «Процессуальные и иные документы как источник доказательств на предварительном следствии по уголовным делам о преступлениях в сфере экономической деятельности» используются при подготовке лекций, семинарских и практических занятий в курсе «Уголовный процесс» по темам: «Доказательства и доказывание» и «Следственные действия».

В.В. Бабурин В .В. Кальницкий

  • / П.Г. Марфицин

Председатель комиссии: Члены комиссии: