lawbook.org.ua - Библиотека юриста




lawbook.org.ua - Библиотека юриста
March 19th, 2016

Лапшин, Вячеслав Евгеньевич. - Место происшествия как объект экспертного исследования: Дис. ... канд. юрид. наук :. - Н. Новгород, 2003 193 с. РГБ ОД, 61:04-12/369

Posted in:

МИНИСТЕРСТВО ВНУТРЕННИХ ДЕЛ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ЄУ

Специальность:

НИЖЕГОРОДСКАЯ АКАДЕМИЯ

Щ правах рукописи

ЛАПШИН Вячеслав Евгеньевич

Место происшествия как объект экспертного исследования

12.00.09 - уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза; оперативно-

розыскная деятельность

Диссертация

на соискание ученой степени кандидата юридических паук

Научный руководитель: Заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических паук, профессор

Т.В. Аверьянова

Нижний Новгород - 2003

ОГЛАВЛЕНИЕ

II

Введение 3

^^лава 1. Правовые и научные основы иснользования рнециальиых

знаний на месте происшествия 16

1.1. Процессуальные проблемы использования специальнырс знаний на месте происшествия 16 1.2. 1.3. Предмет и объект экспертизы места происшествия : 34 1.4. 1.5. Задачи экспертизы места происшествия 49 1.6. Глава 2. Организационные и методические проблемы назначения и

производства экспертизы’места происшествия 72

2.1. Организационные проблемы назначения и производства

экспертизы места происшествия 72

,;2.2. Методические проблемы производства экспертизы места

происшествия 94

2.3. Использование в доказывании результатов экспертизы,места

происшествия 115

Заключение 135

Библиографический список 148

Приложение 1 176

Приложение 2 178

Приложение 3 180

Ч , ‘ ‘

Приложение 4 184

ВВЕДЕНИЕ

I ‘і

’ , ‘І

Актуальность темы исследования. Оперативная обстановка в стране

\ !

характеризуется значительным ростом преступности. Ее качественное изме- нение, увеличение числа тяжких преступлений и преступлений террористи- ческого характера, совершаемых с особым цинизмом и жестокостью, активи- зация дельцов «теневой экономики» - все это существенно усложнило дея- тельность правоохранительных органов по предупреждению и раскрытию преступлений. Успешность же раскі^ьітия и расследования преступлений на- прямую зависит не только от знания наиболее эффективных тактических приемов проведения следственных действий, умелого использования их в различных ситуациях на предварительном следствии, но и От знания следова- телями механизма преступных действий и приемов его подготовки и сокрытия, от привлечения квалифицированных специалистов, осуществляющих кропотливую работу в русле научного обеспечения борьбы с преступлениями. Наиболее важной и доступной формой реализации научно-технического потенциала в процессе предупреждения, раскрытия и расследования престу- плений является судебная экспертиза. Экспертные иccJЮдoвaния прочію во- шли в судопроизводство и имеют явную тенденцию к дальнейшему развитию. Вместе с тем, судебная экспертиза как особая область юридической практики имеет еще много нерешенных теоретических и практических проблем, поиск ответа на которые является одной из значимых задач современного уголовного и криминалистического знания.

, I , ‘ I

Как особая форма получения доказательств судебная зікспертиза широко применяется в деятельности органов расследования и суда и прибегают к

?I

ней преимущественно для установления истины по уголовным делам об уже совершенных преступлениях, к сказанному следует добавить, что экспертизы назначаются и проводятся, как правило, после проведения первоначальных следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий, позволяющих получить необходимую информацию для дальнейшего расследования преступлений. Практика же показывает, что важное значение с точки

I

зрения актуальности и значимости как в раскрытии и расследовании престу- плений, так и в получение ориентирующей и доказательственной информации приобретают результаты экспертных исследований материальных объектов места происшествия, в частности, и веш,ной обстановки места происшествия в целом, полученные одновременно с результатами первоначальных следственных действий и позволяюш,ие не только правильно решить вопрос

о возбуждении уголовного дела, но и получить исходные данные для уста-

(

новления виновных, розыска по горячим следам, составить представление о механизме и об отдельных элементах события преступления и г. д.

Современная практика борьбы с преступностью объективно требует ‘^)азработки и внедрения новейших криминалистических средств и методов, систематизации накопленного научного знания на основе глубокого переос- мысления традиционных концепций в свете достижений научно-технического прогресса. Возникла настоятельная необходимость использовать в борьбе с преступностью весь арсенал научных методов предупреждения, раскрьггия и расследования преступлений, весь спектр возможностей, которыми в этой области обладает в наши дни такой эффективный процессуальньп”і инсти гу г, как судебная экспертиза. Этому в немалой стегюни будет способствоваїь и

It

разработка соответствующих рекомендаций по назначению и произволе гву экспертизы вещной обстановки места происшествия.

Вопросы о признании места происшествия объектом’ криминалистиче-

? I ^ ? ‘ ‘ ?

скои экспертизы, о возможности производства экспертизу места происшес г- вия на самом начальном этапе расследования, о значении результатов такой экспертизы для раскрытия и расследования преступления неоднократно под- нимались в специальной литературе, однако решаются они далеко не одно- значно. Несмотря на имеющийся некоторый научный и практический задел в области судебной экспертизы места происшествия, до настоящего времени остается нерешенным целый комплекс принциішально важных вопросов.

связанных с правовыми и организационно-методическими проблемами на- значения и производства таких экспертиз. Не решены, в частности, такие во- просы: когда следователь должен сделать вывод о необходимости назначения экспертизы места происшествия; кто из экспертов исследу^-ґ место происше- ствия; кто определяет состав экспертной комиссии, производящей исследо- вание места происшествия и т. д. В то же время следует констатировать, ч го существующие методики экспертных исследований отдельных следов и объ- ектов - вещественных доказательств по расследуемым делам - в достаточной мере не обеспечивают потребностей следственной и судебной практики в части установления обстоятельств, связанных с событием преступления, таких, например, как время совершения преступных действий либо действий, непосредственно или опосредованно связанных с данным преступлением, а также отдельных деталей ситуаций. Практически отсутствуют и научно раз- работанные методики исследования места происшествия как объекта судебной экспертизы. Тем не менее, все чаще в специальной,литературе звучат обоснованные, на наш взгляд, утверждения о необходимости производства экспертизы места происшествия как экспертизы ситуации, позволяющей ус- танавливать отдельные элементы события, и все чаще рекомендуют іакие ис- следования проводить непосредственно на месте происшествия.

Оценивая важность значения данной проблемы как для следственной и судебной

практики борьбы с преступностью, так и для теории криминаіні- стики и судебной экспертизы, а так>|<е учитывая состояние и уровень исследуемой проблемы, можно сделать вывод, что избранная тема исследования является актуальной.

Степень разработанности темы исследования. В кримина]шсіиче- ской литературе насчитывается немало работ, посвященньїхі как возможности исследования материальных объектов на месте происшествия, так и проблемам ситуационной экспертизы места происшествия. Принципиальную допус- тимость таких исследований в свое время обосновал Б.М. Комаринец. Этой проблематикой занимались А.В. Дулов, В.Г. Заблоцкий, М.К. Камшнский.

Ю.Г. Корухов, В.Н. Махов, Н.П. Майлис, Т.М. Самарина, М.Я. Сегай, ЕМ. Тихонов и др. Разработке концепции «ситуационной экспертизы» уделял значительное внимание и Г.Л. Грановский. Проблему исследования матери- альных объектов на месте происшествия в комплексе так называемой «полевой криминалистики» поднимал Р.С. Белкин и некоторые другие ученые криминалисты. Однако эти исследования проводились, во-первых, в другой социально-политической обстановке, с учетом ограниченного, с точки зрения сегодняшнего дня, арсенала технических средств следователя и эксперта и чаще всего были подчинены рассмотрению отдельных,частных вопросов’. В то же время изменения, происшедшие в уголовно-процессуальном законо- дательстве в части назначения и производства экспертиз, использование со- временных средств получения актуальной для раскрытия и расследования преступлений информации уже при осмотре места происшествия, разработка различных экспресс-методов исследования материальных объектов, наличнс в распоряжении специалистов необходимых передвижных лабораторий, ком- пьютерных комплексов и технологий, - все это гюзволяет взглянуть на ис- следуемую пробіюму принципиальнб под-другим углом зрения, с учечом со- временных возможіюстей судебной экспертизы. Сказанное свидетеіи.ствуст, что избранная нами тема диссертационного исследования входиі в число наименее разработанных и требует дальнейших исследований.

Предмет и объект исследования. В качестве предмета диссер’їациом- ного исследования выступают закономерности:

  • выявления изменений вещественной обстановки, их фиксации, ис- следования, оценки и использования;
  • использования специальных познаний в виде производства судебной экспертизы места происшествия на первоначальном этапе расследования преступлений;
  • ’ За исключением разработок Г.Л. Грановского, который попытался разработать концептуальные основы экспертизы места происшествия, которую он назвал ситуапиоп- ной экспертизой, и анализа ситуации в данной области на современном этапе, предпринятого Р.С. Белкиным.

  • формирования и функционирования системы научно-технических средств, методов и методик исследования вещной рбстано^і^и места проис- шествия как объекта судебной экспертизы;
  • взаимодействия эксперта (специалиста) со следствЬнйыми органами и другими субъектами уголовного судопроизводства в ходе назначения и производства экспертизы места происшествия.
  • Объектом исследования являются: теория и практика назначения и производства экспертизы места происшествия; сама экспертная деятельность; формы обобщения результатов этой деятельности; пути и средства их использования в уголовном процессе; роль и значение использования резуль- татов данной экспертизы в раскрытии и расследовании преступлений.

Цели и задачи исследования. Основная диссертационного исслс- ^іования состоит в дальнейшем развитии теории судебной экспертизы, со- вершенетвовании экспертной практики, основанном на едином общем подходе к роли и значению судебной экспертизы, как процессуальной формы получения доказательств по расследуемым делам, и выработке методических рекомендаций гю назначению и производству судебной экспертизы мссга происшес гвия.

Цель исследования обусловила круг взаимосвязанных задач, решение которых нашло отражение в содержании диссертации:

  • проанализировать в свете действующего УПК РФ процессуальные проблемы использования специальных знаний на месте происшествия и на- метить пути их разрешения;
  • ’ - изучить и проанализировать существующую практику назначения и

‘I

производства экспертизы места происшествия, выявить недостатки и ошибки, влияющие на качественное проведение таких экспертиз, типизировать си- туации принятия решений о необходимости производства экспертизы места происшествия;

  • определить предмет, объект и задачи экспертизы места происшествия;
  • исследовать комплекс основных организационных вопросов назна-
  • II

чения и производства экспертизы места происшествия и подготовить научно обоснованные предложения по их решению;

  • внести предложения о совершенствовании используемых экспертных методик по исследованию объектов на месте происшествия и вещной обстановки места происшествия в целом и восполнить сушествующие в них пробелы необходимыми методическими рекомендациями; ‘
  • изучить степень влияния результатов экснертизь1 места происпіест-
  • вия на качество предварительного следствия и судебного разбирательства.

1

Методология и методика исследования. Методологическую основу диссертационного исследования составляют материалистическая диалекіика как всеобщий метод познания и базирующиеся на ней общенаучные методы

II

эмпирического и теоретического познания: историко-правовой, сравните]п,- но-правовой, статистический, социологический (анкетирование, опрос, ин- тервьюирование), обобщение следственной и судебной прартики, материалов конкретных уголовных дел и др. Для решения поставленных задач применя- лись и такие общенаучные методы, как наблюдение, описание, сравнителыю- правовое исследование, системно-функциональный и системно-структурный анализы.

Теоретической базой исследования послужили работы в области криминалистики и судебной экспертизы, юридической психологии, уголовного процесса, философии права, логики и др.

Нормаїивную базу диссертационного исследования составляїот положения, содержащиеся в Конституции Российской Федерации; Уголовно- процессуальном кодексе Российской Федерации; Федеральном законе «О го- сударственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» рт 31 мая 2001 года; указах Президента России; Законе об ОРД; Законе о ми-

, I I

лиции; постановлениях пленумов Верховного Суда России, а также в ведом- ственных нормативных актах, регламентирующих і работу судебно- экспертных учреждений, в приказах и инструкциях государственных эксперту

ных учреждений МВД России и МЮ России, касающихся проблемы диссер- тационного исследования.

Эмпирическая база исследования. В ходе проведенного исследования собран и интерпретирован обширный эмпирический материал. С использованием разработанного диссертантом научного инструментария в судах городов Москвы и Нижнего Новгорода изучено 231 архивное уголовное дело за 1985- 2002 годы; изучены наблюдательные производства Нижегородской ЦСЭ, РФЦСЭ МЮ России и ГУ ЭКЦ МВД России по различным видам судебных экспертиз, связанных с производством различных экспертиз как не- посредственно на месте происшествия, так и с иссЛедованйем вещной обста- новки места происшествия как объекта судебной экспертизы.

I

Диссертантом осуществлено анкетирование и интервьюирование 174 практических работников - сотрудников экспертных подразделений и рабо г- ников органов следствия по вопросам возможности и необходимости произ- водства экспертизы места происшествия, разрешению тех проблем, с которыми приходится сталкиваться экспертам и следственным работникам ири назначении и производстве таких экспертиз, значению результатов последних для раскрытия и расследования преступлений и, в конечном счеге, для установления истины по делу. При написании диссертации был использован и личный 4-лстний опыт работы диссертанта в должности зксисріа- криминалиста. , >

Все это позволило: проанализировать и оценить современное состояние

?I

криминалистики и судебной экспертизы по использованию результатов за- ключения экспертов в доказывании; выявить существующие резервы в этой области; определить, что влияет на эффективность использования таких за- ключений в процессе расследования преступлений и что необходимо сделать для улучшения качества раскрытия и расследования преступлений. Все это способствовало обоснованности сделанных выводов и предложенных реко- мендаций.

Научная новизна исследования определяется тем, что диссертация является первой монографической работой, в которой комплексно (с позиций криминалистики, современного уголовно-процессуального права, теории су- дебной экспертизы, оперативно-разыскной деятельности, а также с учетом со- временной криминогенной обстановки, развития научно-технического про- гресса и изменений, происшедших в законодательстве), сформулированы и ббоснованы на базе проведенных автором исследований к^^^цептуальные по- ложения организации, назначения и производства экспертизы места происше- ствия; проанализированы и выявлены недостатки и ошибку, влияющие на ка- чественное проведение таких экспертиз; типизированы ситуации принятия решений о необходимости производства экспертизы места происшествия; оп- ределены тактические особенности уголовно-процессуальной деятельности специалистов и экспертов при исследовании места происшествия, их взаимо- действия с субъектами уголовного судопроизводства; предложены рскомен-

и

дации по деятельности эксперта (экспертов), а также сотрудников органов следствия и дознания на первоначальном этапе - осмотре места происшествия; разработан алгоритм методики экспертизы места происшествия. Диссертантом также рассмотрены наиболее актуальные организац1^онные вопросы, связанные с назначением и производством экспертизы места происіиествия, являющиеся своеобразным базисом для решения поставленных перед экспер- том задач.

Охваченные диссертационным исследованием положения nanejJCHbi на углубление, обогащение и конкретизацию особенностей производства экспер- тизы места происшествия, а также на усовершенствование организации про- цесса решения задач экспертизы места происшествия, в том числе и ком- плексных.

Основные положения, вьіиосиїмьіе на защиту:

  1. Авторское определение понятия «специальные знания» под которыми понимается систематизированные данные (сведения), полученные в процессе практической и научной деятельности в разнообразных ее сферах (отраслях), основанные на знании научных разработок соответствующих областей знания, используемые для решения вопросов, возникающих при расследовании и рассмотрении в суде к0|нкретных дел.

  2. Обоснование необходимости внести дополнения в yrojraBHO- процессуальное законодательство: в ч. 1 ст. 58 (Специалист) в части, касающейся цели участия специалиста в процессуальных действиях; в ч. 4 ст. 146 (Возбу-
  3. ’ I , і ?’ ‘

ждение уголовного дела публичного обвинения), ст. 195 (Пор’ядок назначения

судебной экспертизы) дополнить частью 5 следующего содержания: «В соотвег-

?!

ствии с частью 4 статьи 146 настоящего Кодекса до возбуждения угоіювного ^ic- ла допускается назначение и производство судебных экспертиз, выводы которых могут иметь значение для возбуждения уголовного дела. До возбуждения уголовного дела не могут проводиться судебные экспертизы, связанные с применением мер процессуального принуждения в отнощении физических лиц».

  1. Обоснование преимуществацЭкспертного исследования такого объек- та судебной экспертизы, как обстановка места происшествия, а также необхі)- димости исследования отдельных вещественных доказательств неіюсред-
  2. ственно при осмотре места происшествия.

11

  1. Определение предмета и объекта экспертизы места происшествия. Предметом экспертизы места происшествия является установление отдельных элементов события совершенного преступления, отдельных деталей ситуации при решении задач, связанных с исследованием материальных отображений в вещной обстановке места происшествия. Объектом - сама вещная обстановка места происшествия.
  2. Алгоритм методики экспертного исследования вещной обстановки места происшествия, который сост(;^ит из четырех стадий: экспертного ос- мотра, аналитического экспертного исследования, сопоставительного анализа, оценки полученных результатов и формулирования выводов.
  3. Классификация диагностических задач, согласно которой их можно поделить на: диагностические классификационные; диагностические задачи исследования состояния; диагностические ситуационные.

  4. Рекомендации по организации назначения эксиерцизы месіа проис- шествия: экспертизу места происшествия следует назначать практически либо сразу после следственного осмотра места происшествия, либо параллельно с последним. Лишь в этом случае вероятность утрагы следов и объектов, составляющих вещную обстановку места происшествия, сводиться к мини- муму.
  5. Обоснование возможности самостоятельного осмотра вещной об- становки места происшествия, имея при этом в виду, чго проводимый жс- пертом осмотр не представляет собой ни следственного, ни судебного ,цсііст- вия, а является лишь одним из методов проведения ЭКСПер’1-ИЗЫ, с целью ре- шения поставленных перед экспертом (экспертами) вопросов и дачи обосно- ванного заключения.
  6. Классификация объективных и субъективных факторов, дейстинс которых может отрицательно повлиять на поішоту и объективное і ь ж-спсрг- ного зaкJнoчeиия места происшествия.
  7. Особсіпюсти использования результатов экспертизы мес і а проис- шествия в процессе доказывания.
  8. Тсорсгимескаи и практическая зиачимосгь резу;н>гагои исследования определяется прежде всего актуальностью и новизной рассмотренных
 

положений, его направленностью на совершенствование организации назна- чения и производства деятельности экспертных и следственных подразделений при исследовании вещной обстановки места нроисшесгвия на оснонс комплексного использования сил и средств в раскрытии преступлений. Этому подчинены все теоретические положения, на базе которых в диссергаїнні разработаны конкретные рекомендации и предлол<ения lio новышению ре- зультативности выводов судебно-экспертного исследования, их доказаіель- ственного значения и в конечном счете повышению эффективности борі,бі,І с преступностью.

Теоретическая значимость исследования, выводов и предіюжсниіі vi- ключаегся и в том, что они вносят определенный вклад в общую теорию cv- дебной экспертизы - комплексного научного отражения судебно-экспертной деятельности как единого целого. В совокупности теоретические ІЮЛОЖСІПІЯ и выводы диссертации расширяют и углубляют концегпгию достижений науки и техники в судебно-экспертной деятельности в частности, и в дeятeJп,llc)-

II

сти по раскрытию и расследованию преступлений в целом, могут стимулиро- вать дальнейшие теоретические изыскания в криминалистике, судебной экс- пертизе, уголовном процессе, оперативно-разыскной деятельности. “ Практическая значимость представленного исследовгщия определяется прежде всего его направленностью на совершенствование деятельности по раскрытию и расследованию преступлений с учетом широкого использования іюз- можностей судебной экспертизы. Этому в конечном счете подчинены все тео- ретические иоложешія, па базе которых в диссертационном Исслсдоиаіпіи уде- лено 3Ha4nrejn>noe внимание разработке конкретных рекомендаций п iipc;Uio- жений, направленнььх па повышение эффективности борьбы с преступпостью.

Применительно к предмету диссергационпого исследовапия практическая зпа-

 

чимость работы обусловливается его прикладным характером и состоит в кон- кретных рекомендациях и выводах, способствуюших повышению э(1)(1)ек- тииио- сти значения результатов судебно-криминалистической экспертизы для д^жа- зывания, а также направленных на дальнейшее усовершенстврванис процессов разработки экспертно-криминалистических методик, включения их в зксмері- ную практику и использования в экснертной, слсдственнбй и оператитю- разыскной практике. Предложены обоснованные системы рекомендаций но обнаружению, извлечению и рациональной оценке материальных следов испіпоіі обстановки места происшествия, которые основаны на общих ПОЛОЖЄРПІЯХ теории отражения и учтены в ситуациях, складываюшихся в тіроцесее расслелоі5а- ния различных преступлений. Систематизированы потенциальные возможности

II

судебных экс1юртиз но выявлению и установлению различных обстоятельсти. элемеитов собі.ттия иреетуиления, пространствентю-времснпых ТІ причинно- следственных связей между объектами и явлениями, подвергаюидимися иссле- дованию. Определены нуги их использования в целях розыска и доказьівантія.

Практическую ценность имеют также нредложения диссертант но со- вершенствованию правового регулированйя и организации деятсльносіи спе- циалиста и эксперта на месте происшествия.

Результаты исследования могут быть использованы при соверніенс гио- рании законодательства и ведомственных нормативных актов МЮ н МІІД

, : I I

РФ, а также при совершенствовании подготовки и повышения квалификации экспертных кадров, в учебном процессе по курсам «Криминалистика» и «Су- дебная экспертиза», при подготовке учебной и методической ]штературы.

Обоснованность и достоверность научно-практических выво,цс)и и предложений, содержащихся в диссертации, обусловлены методолоі исй ис- следования, комплексным подходом к изучению практики деяте.чьностн пра- воохранительных органов, эмпирическим материалом. Объединение различных методов пoзвoJПIJЮ всесторонне изучить исследуемые Hpo6jicNn.i. находящиеся на стыке криминалистики и судебной экспертизы, уіч^іювного процесса, произвести всесторонний анализ, обосновать сделанные выводы и предложения, подтвержденные эмпирическими данными, СОбраНТП>1МИ про-

’ I I

цессе работы над диссертацией.

Достоверность результатов диссертационного иссле^ювания определяется также исгюльзованным в работе эмнирическим ма’териа]юм. Рспрезеша- тивность исследования как важнейшая нредносьинса научной обоснованности и достоверности нолученных результатов обеспечивалась его геогра(1)исіі.

Апробация и внедрение результатов исследовании. Основиі>іс рс зультаты и выводы провсденноіо исследования тюлучили апробацию и процессе обсуждения на кафедре криминалистики 1 Іижеіородской акадслит МВД России. Внедрены в учебный тіроцесс кафедры управления оргатіа\пі расследования ирестунлений Академии Управления МВД России, кафсдртл криминшпістики НА МВД России, используются при чтении лекций и прове- дении занятий по курсам «Криминалистика» и «Судебная экспертиза». Ре- зультаты исследования внедрены в практическую деятельность эксисртно- криминалистического центра при Главном управлении внутренних дел Ни- жегородской области.

Результаты проведенного исследования докладывались автором на на-

‘I . ‘ I

учной конференции «Криминалистика: проблемы сегоднйіХінего дня» НА МВД России (г. И. Новгород, II июля 2001 г.); седьмой нижегородской сессии молодых ученых «Голубая Ока» (г. И. Новгород, 20-24 октября 2002 г.); международной научной конференции «Криминалистика: про()лемы мсгодо- логии и практики расследования отдельных видов преступлений» НА МІ^Ц России (г. Н. Новгород, 2-3 декабря 2002 г.).

Сгруїсі’ура диссертации обусловлена целью, задачами и лої икой ііроі^с- денного исследования. Диссертация включает введение, две главы, состоянию из шести параграфов, заключение, библиографический список, приложения.

ГЛАВА I. ПРАВОВЫЕ И НАУЧНЫЕ ОСНОВЫ ИСПОЛЬЗОВАНИЯ СПЕЦИАЛЬНЫХ ЗНАНИЙ НА МЕСТЕ ПРОИСШЕСТВИЯ

1.1. Процессуальные проблемы использования сі^ециальньїх ) знаний па месте происшествии

, I I

Выполнение задач по быстрому и всестороннему раскрытию преступлений во многом зависит от эффективного применения специальных знаний, научно- технических средств и методов, что, в свою очередь, обусловлено ор- ганизацией и управлением данного вида деятельности органов следствия п дознания. Можно с уверенностью сказать, что практическое слсдоведсние при раскрытии и расследовании преступлений не обходится без испо]п,зованіія специальных знаний сведущих лиц. Даже несмотря на высокий образователь- ный и профессиональный уровень подготовки следователя, на возможное об- ладание им специальными знаниями в области того или иьюго направления судебной экспертизы, он, по закону, не вправе проводить какие-либо иссле- дования, касающиеся использования специальных знаний в области науки, техники, искусства или ремесла. Именно поэтому при решении вопросов, не входящих в компетенцию следователя, надлежит использовать помощь све- дущих лиц - специалистов и экспертов. Их знания и профессиональный опыт, умение использовать научно-технические средства и методы в целях обнару- жения, фиксации, изъятия и исследования вещественных доказательств, уста- новления конкретных фактов, выявления скрытых связей, свойств, признаков исследуемых объектов и тому подобного, оказывают существенную помощь оперативным сотрудникам, следователям, органам дознания в раскрытии и расследовании преступлений, в доказывании обстоятельств (ст. 73 УПК).

В криминалистической и процессуальной литературе предпринимались различные попытки конкретизировать понятие «специальные знания». По мнению одних, специальные знания - это «профессиональные знания в области науки, техники, искусства или ремесла, необходимые для решения вопросов, возникающих при расследовании и рассмотрении в суде конкрст- ных дел» . 110 мнению других, «это знания не общеизвестные, не общедос- тупные, не имеющие массового распространения, короче, это знания, кото- рыми располагает ограниченный круг специалистов»^ Такой позиции при- держивается, например, Ю.К. Орлов, утверждая, что «специальными являются знания, выходящие за рамки общеобразовательной подготовки и житейского опыта, ими обладает более или менее узкий круг лиц»’. Заметим, что данное определение не содержит указания на необходимость теоретической и практической подготовки лиц, обладающих такими знаниями. В нем отсутствует и такой важный, с нашей точки зрения, элемент, как наличие на- выков в применении таких знаний.

Но и в том случае, когда авторы перечисляют в определении все элементы, характеризующие специальные знания, ,и при этом указывают, что эти знания «не общеизвестные» и «не общедоступные», возникает ряд закономерных вопросов. Так, по мнению авторов «Криминалиртической эшщк-

допедии», специальные знания «это не общеизвестные в судопроизводстве

( 1

знания, приобретенные лицом в результате профессионального обучения либо работы по определенной специальности, используемые для решения специальных вопросов, возникающих в ходе расследования либо судебною рассмотрения уголовного (гражданского) дела»^ Практически такое же ои-

’ Белкин Г.С. Кримииалистка. Краткая энциклопедия. - М., 1993. - С. 80.

Эйсман Л.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. - М., 1967.

  • С. 91^ Теория доказательств в советском уголовном процессе. - М., 1973. - С. 702. ‘

Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам - М 199> С. 6. II ….

J22 Кримтіаіпістическая энциклопедия / Под ред. Р.С. Бац<ица. - Алматы. 1 99.^, - (

Такой же точки зрения придерживаются и другие авторы. Так, по мнению [^.К. Лц- сиченко и В.В. Циркаль, специальные знания должны рассматриваться как «не общеизвестные и не обц_іедостуиіи>іе научные и опытные данные, которыми владеет опрсдслсітьііі круг лиц, профессионально занимающихся конкретным видом мыслительной и общесг- венно-трудовой деятельности». См.: Лисиченко В.К. Использование специальных знаний ІІ следственной и судебной практике: Учебное пособие / В.К. Лисиченко, В.В. Циркшн.. - Киев, 1987. - С. 20. Однако в своем определении они упускают уточ,нение «в судопроизводстве» отчего, естественно, несколько меняется смысловая нагрузка.

редєление с некоторыми текстуальными изменениями мы находим у И.Н. Сорокотягина, который под специальными понимает «знания, отражающие современный уровень развития определенной отрасли науки, техники, ис- кусства и ремесла, полученные в результате специальной подготовки или профессионального опыта, не являющиеся общедоступными и общсизвесі-

ными и применяемые с целью установления истины по делу в случаях и в

t

порядке, установленных законом…»’.

Что значит «не общеизвестные в судопроизводстве»? Имели JHI в виду авторы, что знания эксперта в области традиционных видов судебной экс- пертизы не должны быть известны следователю, произво^:,1^1щему расследо- вание, либо суду (судье), рассматривающему дело? Если это так, то как же быть с оценкой заключения эксперта следователем и судоМ? Понятно, чю по некоторым видам экспертиз, методика которых включает достаточно сложные методы и инструментальные средства исследования, следователь и суд могут оценить лишь формальную сторону такого заключения. Очевидно, ч го для оценки, например, научной обоснованности такого заключения omi

должны располагать определенным комплексом знаний, близким по уровню

к

к знаниям самого зксіюрта. Возможно, именно это имели в виду авюры. употребляя термин «НС общеизвестные в судопроизводстве». Учитьпіая вы- шеизложенное, данный термин, на наш взгляд, не вполне корректен. I Со сказанным перекликается и еще одна проблема: являются ли юридические знания специальными или нет. Верным, на наш взгляд, представляется возражение В.Д. Арсеньева на распространенные взгляды о гом, ч го понятие специальных знаний (познаний) якобы не вместило в себя юридические знания (познания)^. Составной частью юридических знаний являются

’ CopoKODimmi И.Н. Криминалистические проблемы исиользовамия сисииалыплх познаний в расследовании преступлений: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - Екатеринбург. 1992.-С. 14-15.

^ См.: Арсеиьсв В.Д. Специальные знания и научпо-тсхіпіческие средстиа и уголс^в- ном процессе (понятия и основные формы использования) // Криминалистические и про- цессуальные проблемы расследования: Межвузовский тематический сборник. - Ьарпаул. 1983.-С. 39-40.

криминалистические знания, чье использование отражается в таких же фор- мах, что и другие специальные знания: проведение криминалистических экспертиз, участие специалиста-криминалиста в расследовании дела (обна- ружение, фиксация, изъятие и исследование доказательств). Однако ую ис означает, что если эксперт владеет знаниями юридической стороны уголов- ного или гражданского дела, то на этой основе он имеет право производства так называемых «правовых» экспертиз. Точно так же, как лицо, производящее дознание, следователь, прокурор, суд, обладая специальными (неюри- дическими) знаниями, по закону но’ в праве заменять эксперта, эксперт не имеет права вторгаться в область деятельности органов расследования, ct)- вмещая в одном лице функции эксперта и органа расследования. Если же эксперт при разрешении вопросов берет на себя функции, относяпиісся к

’ I . ‘

сфере деятельности следствия и суда, то его заюиочение лишается CHJU^I су- дебного доказательства. Экспертиза не толкует закон.

Так что же следует понимать под специальными знаниями?

npoaHajm3HpoBaH приведенные в криминалистической и процессуальной литературе определения специальных знаний, можно сказать, что существуют две точки зрения на эту проблему. Первая - специальные знания сугь научные знания. Вторая - специальные знания - это знания, приобретенные в процессе обучения и профессиональной деятельности. Сторонники первой точки зрения обосновывают свою позицию тем, что и техника, и искусс тво, и ремесло основаны на данных науки’. Оппоненты данной точки зрения счи- тают, что научные знания не являются единственной областью специалыилх знаний, используемых при производстве судебных экспертйз, что такие зна- ния формируются в процессе обучения и практической деятсіи^ности, под- крепляя данный вывод примерами из практики производства экспертиз но делам о расследовании дорожно-транспортных преступлений, связанных с

’ Такой точки зрения придерживался, напр., М.С. Строгович. См.: Курс советской) уголовного процесса. - М., 1968. - С. 470.

эксплуатацией автотранспорта и различных механизмов’. Другими словами, именно практическая деятельность, основанная на теоретических знаниях в

. і 1 I

той или иной области науки, техники, искусства или, ремесла, позволяет субъекту выработать необходимый объем специальных знаний.

Мы не видим существенной разницы между этими двумя позициями. Одна дополняет другую. Естественно, приобретенный в процессе практической деятельности опыт играет значительную роль при olipeдeJJeнии критериев специальных знаний. Но без соответствующих научных знаний, позво- ляющих, например, систематизировать полученные в процессе практической деятельности наработки в целях д’альнсйшего совершенсгвования своего профессионального уровня, субъект не может бьпь отнесен к разряду спе- циалистов, обладающих специальными знаниями в іюлном смысле ^roio термина. Как, впрочем, и знания научных основ, приобретенных в процессе

’ , I I

обучения, без опыта практической деятельности также нельзя счиіагі> и должном смысле специальными знаниями.

Можно сказать, что существует и третья точка зрения, согласно которой cneunajn.Hbie знания долм<ны включать в себя не только научные знаїтя и практический опыт, но и знания из области техники. Так, по мнению В.Г. Грузковой, специальные знания должны сочетать в себе «во-первых, научные знания, позволяющие раскрыть (собственно, «познать») природу исследуемых явлений, их сущность; во-йторых, житейский опыт - наиболее рациональные, эффективные алгоритмы практической деятелыюсти; и- третьих, знания из области техники, аккумулируюище современную научио- ,техническую информацию и опыт ее практической реализации. В системе «специальные знания» они выступают в диалектическом единстве»^ С такой позицией трудно согласиться хотя бы потому, что приобретение знаний из области техники, аккумулирующих современную научно-техническую информацию и опыт ее практической деятельности, невозможно как без иолу-

’ См.: Лисичеико В.К. Указ. соч. - С. 19.

’ Грузкова В.Г. Об объеме специальных знаний судебного эксперта // Актуальные вопросы сч’дсбіїоіі ‘жспсртизы II криминалистики. - Харьков, 199S. - С. 37.

II , 21

чения научных знаний, так и без опыта практической деятельности. И, более того, научно-технические операции, используемые экспертом для реализации целей экспертизы, не просто основываются на научных’знаниях и прак-

‘I . • ‘ .

тичееком опыте, но и взаимосвязаны друг с другом, взаимообусловлены на- столько, что трудно провести четкую границу между ними. Поэтому пет не- обходимости, на наш взгляд, выделять их в отдельное звено. Отсюда вывод: специальные знания - это систематизированные данные (сведения), полученные в процессе практической и научной деятельности в разнообразных се сферах (отраслях), основанные на знании научных разработок соответствующих областей знания, используемые для решения вопросов, возникающих при рассле/ювании и рассмотрении в суде конкретных дел’.

Мы не случайно не упомянули в нашем определении перечень областей специальных знаний (наука, техника, искусство, ремесію). Как свиде- тельствует практика, исчерпывающий перечень областей специальн)>іх зна-

ч ‘ ,

кий дать практически невозможно^. И хотя в УПК РСФСР (ст. 78) был при- веден такой перечень, в УПК РФ”^ он отсутствует. Статья 195 УПК усганав-

? I

ливает, что «судебная экспертиза производится і’осударс гвенными судебными экспертами и иными экспсргами из числа лиц, обладающих спе- циальными знаниями». Данная формулировка является, на наш взгляд, вер- ной.

Едва jni есть необходимость приводить и другие определения, поскольку они в различной редакции п9вторяют приведенные и друг друї а.

Следует отметить, что ряд авторов употребляет в своих работах термин «специальные знания», в то время как другие - «специальные познания». Да и законодатель до вступления в законную силу нового УПК не

’ Практически такой же точки зрения придерживаются болмпиистпо сиспиалистои. Так, по мнению Ю.Д. Лившица и А.В. Кудрявцевой, «…cnenHaJUiUbic імапия - vio не только система научных знаний. Они включают в себя также навьпси и умения в различных областях культуры, искусства и ремесла» (Вопросы исиоін,зования специальных познаний в уголовном процессе. - Челябинск, 2001. - С. 7).

  • См.: Крылов И.Ф. Судебная экспертиза в уголовном процессе. - Л.. 1У63. -

С. 188.

Далее УПК.

стремился к явному разграничению этих двух понятий (достаточно сравни гь ст. 78 и 80 УПК РСФСР). Однако в специальной литературе этому вопросу уделено достаточное внимание.

Так, по мнению В.Д. Арсеньева и В.Г. Заблоцкого, «специальные знания в уголовном процессе следует рассматривать как сисгему сведений, по- лученных в результате научной и практической деятельнрсги в определенных отраслях (медицина, бухгалтерия, автотехника и т. п.) и зафиксированных в научной литературе, методических пособиях, наставлениях, инструкциях и тому подобном, а специальные познания - как знания, полученные соответствующими лицами в результате теоретическоіо и практическоіо обучения определенному виду деятельности, при котором они приобрели так же необходимые навыки для ее осуществления»’.

Определяя специальные познания в уголовно-процессуальном значении как «приемлемые для выявления в определенной процессуальной форме обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, относящиеся к об- ласти материнских и (или) смежных наук либо иные не имеющие достаточно широкого распространения знания сведущего лица, его адаптация к соответ- ствующему восприятию явлений окружающего мира и способность выявлять указанные обстоятельства благодаря умениям и навыкам, подтвержденным (как и знания) данными о специальной подготовке и профессиональном опыте»”, Е.В. Селина утверждает, что используемьпї ею термин «cncLuiajn.- ные познания» более точно охватывает знания, умения и навыки, нежели термин «специальные знания», используемый в УПК в целях обеспечения бостязательности процесса, дающего право гражданам по возможности опе- рировать вполне понятными словами.

Другими словами можно определить специальные гюзнания как знания (умения), приобретенные определенными лицами в процессе их тсорстиче-

’ Арсеиьев В.Д- Использование специальных чнаиий ири установлении (|)аі<тиче- ских обстоятеіи,ств уголовного дела / В.Д. Арсеньев, В.Г. Заблоцкин. - Красноярск. 1986. - С. 4.

Селина Е.В. Применение специальных познаний в уголовном процессе. - М,, 9ПП7 - Г Q

? I I

СКОГО и практического обучения определенному виду деятельности и. как результат этого, полученные навыки для их реализации. ОС)ъсктивности ради следует заметить, что разницы в определениях специальных знаний и специальных познаний, на наш взгляд, нет.

Использование специальных познаний проходит через все стадии процесса доказывания: собирание, оценка, исследование и использование дока- зательств. Однако наиболее ощутимые результаты в использовании специ- альных познаний достигаются в стадии собирания и исследования доказа- тельств.

Уже на первоначальном этапе этого процесса при осуществлении ,большинства следственных действий, направленных на собирание доказа- тельств, возникает необходимость в использовании разного рода специальных знаний. И первым следственным действием, с которым обычно приходится сталкиваться следователю, приступая к расследованию преступлений, является ocMO’i’p места происшествия.

Осмотр места происшествия для раскрьггия пресгуплепия и установления престуїпіика, бесспорно, имеет наиважнейшее значение. Именно в процессе осмотра обнаруживается и исследуется значительная часть важнейших следов преступления, нрестунника” и иных вещественных дoкaзaтcJи.cтв, Практика свидетельствует, что специалист привлекается следователем пре- имущественно для участия именно в осмотре места происшествия, являясь помощником следователя в изучении характера и расположения следов, н установлении механизма их образования, в оценке тех или иных обстоя- тельств дела, в определении возможных путей перемещения преступника и н получении информации об его личности.

Следует отметить, что ст. 133’ УПК РСФСР (Участие специалиста) не была такой содержательной, как это проявилось в новом уголовно- процессуальном законодательстве. С введением ст. 58 УПК (Специалист) бьиш устранены некоторые существенные пробелы. В частности, в ней было дано понятие лица, выступающего в!’качестве специалиста, и определены его

права. Анализ этих двух статей показывает, что до недавнего времени воз- можности специалиста определялись лишь содействием в обнаружении, за- креплении и изъятии доказательств,,ia также дачей иоясіїсніи’і по поіюду иы- полняемых им действий, обращением внимания следователя на обстоятслі,- ства, связанные с обнаружением, закреплением и изъятием доказательств. В новом УПК законодатель предусмотрел привлечение специалиста не голі,- ко для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии/^федметов и доку- ментов, но и в применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Представляется, что в часть первую данной статьи, когда речі, идс о применении техіиіческих средств « (курсив наш. - В.Л.) исследоваїнні м; териалов yi ojjOBHoro дела, закралась досадная ошибка. Исходя из логичсск го смысла, следовало бы употребиті, союз «и», а не «в», гюскольку ciieiuia- лист не проводи г какие-либо исследования материалов y|?OJювнoгo дела, і с более с применением технических средств’. Тем не менее, предусмотренные новые положения данной нормы, безусловно, расширили круг возможностей

’ I

специазшста. , ,

Здесь же нужно отметить следующее. Как уже было сказано, согласно ст. 133’ УПК РСФСР, специалист обязан «участвовать в производстве следственного действия, используя свои специальные знания и навыки для содействия следователю в обнаружении, закреплении и изъятии ()ока.-а- тельств; обращать внимание следователя на обстоятельства, связанные с обнаружением, закреплением и изъятием доказательств»- (курсив наш. В.Л.). В соответствующей статье УЩ речь уже идет не о доказательствах, а

См.: Кору,хпв Ю.Г. Новый уголовно-процессуальный кодекс и проблемі,і iici.ojii.io- вания специатшных познаний в уголовном судопроизводстве // Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации - проблемы практической реализации: Материалы Всерос- С^иекои наг.но-практической конференции (г. Сочи, 11-12 октября 2002 г.). - Краснодар, 2Ш2. - L. J9; Майлис Н.П. Проблемы законодательного регулирования учасгня спспналпсга в уголовном судопроизводстве // Там же. - С. 94-95.

С’1

іа- со- la-

Савицкий В.М. Вступительная статья // УПК РСФСР - М., 1997. - С 83

лишь о предметах и документах. Наблюдается явное несоответствие содержания ст. 58 как с определением понятия «специалист», так и с некоторь,ми нормами нового УПК. поскольку за пределы понятия «специалист» „ри с о буквальном толковании выводятся не только иедатот, психолот, врач „о и скажем. сг,ециалист, участвующий в следетвениом жсперименте и помогающий следователю воссоздать обстановку определенного события „ти специалист, принимающий участие в допросе, в освидетельсвовании „ т т Необходимость в устранении отме4ен„ь,х противоречий обусловлена как использованием возможностей науки и техники в расследовании преступлении в частности, и более полном использовании специальных знаний в целом. так и возросшими требованиями к объективизации процесса получения доказательств. Внесение соответствующих изменений и дополнений в тайную статью позволило бы следователю привлекать енециалиета в л,обой стадии получения и использования им доказательепв но делу, а также в це- лях изучения причин и условий совершения преетупленин и их предунреж-

дения.

Отмечая как то. что формулировка ст. 58 УПК РФ иееомиенно будет способствовать более широкому использованию енецнальных познан,н. так и прогрессивное значение нового УП-К. нельзя не заметить, что новое уго ловно-пропеесуальное законодательство устранило нееовершенство ранее действующего УПК РСФСР, исключив, в частности, из оснований огвота эксперта его предыдущее участие в производстве по уголовному делу в качестве специалиста (п. 1 ч. 2 ет. 70 УПК)’. Из нормы закона следует чго ,ке перт имеет право принимать участие как в осмотре места происшествия и ^тве специалиста, так и проводить экспертизу по данному уголовному

На противоречивость данного полпжриыа d те, мешающего наллсжащему примеиенГГииалистом Г” “ мстодологичсскчш асиск- олнократно указывалось в специальной литературе сГіпшЗ^^^ лист в процессе предварительного расследован^//ГгГшГйГ ‘ - № 9; Коматшец Б.М. Работа экспертов кГми^п ‘’^ “”’

проведении следственньи действий/ГвоппоГ™^ ‘ специалистов при

Душанбе, 1962. - Сб 2 - С 32” сГаї.уЛ ^ ‘” ‘зкспертизы. -

// Социалистическая .акоппосІ \ZT Ть ^^ — ироиси.естиия

делу. Отмена подобного ограничения существенным образом сказалась „а разрешении одной из проблем, стоявшей на повестке дня до недавнего времени, а именно проблемы выбора следователем специалиста для участия в процессуальных действиях. Привлекая ранее сведущее лицо из небольших по численности экспертных подразделений для участия в качестве специалиста, следовать,ь в дальнейшем, нри необходимости назначения и иро.г^ водства экспертизы, попадал в затруднительное положение с выбором жс- перта. Еще сложнее обстояло дело, если в экспертных подразделениях эксперт соответствующей специальности был в единственном числе. Если же учесть возросшие требования к качеству получаемых доказательств, то станет ясно, что закрепление законодат^елем возможности участия в производстве по уголовному делу лица в качестве и специалиста, и эксперта - с;ип.- ственно правильное решение.

Не отрицая важности заключения и показаний специалиста для раскрытия и расследования преступлений, в то же время следует отмстить, что экспертиза является важнейшей процессуальной формой использования специальных знаний в уголовном судопроизводстве, поскольку предварительное исследование, как правило, проводится но упрощенной методике, а следовательно, и результаты такого исследования могут носить, если так можно выразиться, «ограниченный» характер, в то время как экспертиза - ио полной методике, с использованием всех, в том числе и разрушающих (.іри не- обходимосги) методов исследования.”

Придав статус доказательства заключению и показаниям специалиста, законодатель тем самым разрешил ряд проблем. Одна из них заюиочалась и том, что в силу и ІЮ причине своего участия в производстве следственною действия, специалист оказывается обладателем информации ію разнообразным элементам события преступления и его расследования. Однако данная информация не всегда находила надлежащее процессуальное закрепление, а также непосредственное и объективное отражение в материалах уголовного дела, в результате чего она практически не фигурировала в уголовном прсь

цессе и не применялась в судебном рассмотрении в совокупности с другими доказательствами по делу. Предлагалось немало путей выхода из сложившейся ситуации, в частности, в целях объективизации процесса доказьпиі- ния, расширения доказательственной базы при доказывании придать доказательственное значение результатам ‘Предварительных исследований’, отчетному документу, составленному специалистом, включающему в себя іиі- формацию о ходе и результатах участия специалиста в производстве следственного действия^ справке эксперта^ либо закрепление в уголовном процессе понятия показаний «сведущих cвидeтeлeй»^ Видимо, проащиигзи- ровав все встречающиеся в специальной литературе предложения, законодатель признал и заключение, и показания cnenHajmcra доказательствами’.

Однако, разрешив одну из проблем, мы cтaJп<ивacмcя с друї ой. Как известно, результаты предварительного исследования в основном используются в оперативно-разыскных целях. Есть опасение, что следователь ио тем или иным причинам (в силу загруженности или недостаточности ирофсс- сиональпоі-о опьгга и знаний и т. п.)іібудет ограничиваться лиип, заключением cnennajHiCTa, игнорируя гюлучсние фактических данных путем назначения и производства экспертизы. Но, как уже было сказано, результаты предварительного исследования не всегда достаточно полные, а иногда, как ио-

‘I • , ‘

казывает практика, по объективным причинам значительно отличаются oi результатов экспертного исследования. Отсюда можно сделать ВЬПІОД. что

’ См.: Волынский А.Ф. Концептуальные основы технико-криминалисгическотс обеспечения раскрытия и расследования преступлений: Автореф. дис… д-ра юрмч наук - М., 1999. - С. 45. : 1 .

  • См.: Волынский В.А. Технико-криминалистическое обеспечение раскрытия и расследования преступлений. - М., 1994. - С. 16.

См.: Лысое Н.Н. Справка специалиста как источник доказательств // Актуальні,іс проблемы обеспечения следственной практики научно-техническими достижениями - Киев, 1987.–С. 18. (1

См.: Евстигнеева С.В. Использование специальных познаний в доказывании на предварительном следствии в российском уголовном процессе: ДЕзтореф дне каїгі юрид. наук. - Саратов, 1998. - С. 9.

? См.: Ч. 3 и 4 ст. 80 УПК РФ. Приложение: О внесении H3MeiiemdH и доііолисміїіі и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации // Российская газета. - 2003. -

ТО итопя легализацию результатов предварительных исследований и придание им до- казательственного значения никак нельзя признать равноценной заменой

’ I

концепции производства экспертизы в стадии возбуждения уголовного дела.

Как уже было ранее замечено, сущность экспертизы заключается в исследовании обстоятельств дела на основе специальных знаний. Обладание

определенным лицом такими знаниями является необходимым уСЛОНПСМ С1Ч>

привлечения к производству экспертизы. Именно на основе спсщиипзиых знаний формируются роды экспертиз. Можно сказать, что специаігьньїс знання являются своеобразной теоретической и практической базой для решения задач определенного рода экспертизы, заюпочающсй в себе оснонопола- гающие знания данной специальности, извлекаемых из обширньгх научьп.іх областей, мсгоды и средства, необходимые для проведения исслсдоваїип’і. С другой стороны, специальные знания - это основа формирования компетенции и компетентности судебного эксперта. Под компетенцией принято понимать объем специальных знаний эксперта, необходимых для решения задач определенного рода экспертизы. С этим определением согласуется определение, сформулированное Р.С. Белкиным: «Компетенция эксперга - комплекс знаний із области теории, методики и практики экспертизы определенного рода, вида»’. Следовало бы ДОПОІШИТЬ данное понятие еще и знаниями уголовно-процессуального законодательства по вопросам, касающимся института судебных экспертиз в црлом, и прав и обязанностей эксперга в частности. В понятие же компетентности эксперга вкладывается степень овладения этими знаниями, теорией и методиками экспертизы.

Деятельность эксперта направлена прежде всеї о на решение тех задач. кЪторые поставлены перед ним следственными органами (судом). Решение же этих задач в немалой степени зависит от компетенции и компетентности эксперта, позволяющих определить пути выявления и изучения «тех свойств и, соответственно, признаков объектов, ноступивщих на экспертизу, которые содержат в себе определенную информацию о событии, что и сосгавляеі

Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. - М., 2000. - С. 260.

предмет исследования. В результате проведенных исследований эксперт ус- танавливает некоторое событие, явление, фрагмент реальности, которые ранее составляли объект человеческой деятельности. Тем самым зкспері, обладая специальными познаниями и используя различные научные методы и средства, устанавливает объективный факт или формулирует свои суждения Ь факте, входящие в предмет исследования, которые в конкретном случае могут совпадать с предметом экспертизы. Данный факт, будучи единичным явлением или событием, необходимо связан многообразными отношениями с другими фактами, устанавливаемыми но данному делу»’.

Установление фактов, получение доказательств по расследуемому делу происходит в процессе всего хода расследования преступления н судебного разбирательства. Однако от времени установления зіих фактов в немалой степени зависит раскрытие преступления, в том числе по горячим CJIC- дам, изобличение преступника, установление истины и т. д. Более юі о. от своевременного получения необходимой информации путем производства экспертизы нередко зависит решение вопроса о возбуждении или об о тказс в возбуждении уголовного дела. Именно поэтому специалисты в области кі:)іі- миналистики на протяжении уже более 40 лет не устают твердить о необходимости законодательного разрешения производства экспертизы в сгадми возбуждения уголовного дела. И хотя законодатель попытался сделать ncjo- вые шаги в этом направлении, перечислив в ч. 4 ст. 146 УПК (Возбуждение уголовного дела публичного обвинения) отдельные следственные действия (осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судсбноїі экспертизы), постановление или материалы проверки которых должны бып, приложены к постановлению о возбуждении yгoJЮвнoгo дела, проблема по- прежнему не снята. Внимательный анализ ч. 4 ст. 146 породил болыис вопросов, чем ответов. С одной стороны, в статье говорится, ч то cjie^iOBarcjn, и Дознаватель возбуждают уголовное дело. С другой - возбудив уголовное дс-

’ Эксперт. Руководство для экспертов органов внутренних дел и юстиции / Под ред. Т.В. Аверьяновой и В.Ф. Статкуса. - М., 2003. - С. 306.

ло, следователь, дознаватель незамедлительно направляют вынесенное о юм постановление прокурору для получения согласия на возбуждение уголовного дела. Сразу возникает вопрос о доказательственном значении рсзульгатоь

, I I

следственных действий, проведенных с момента вынесения постановления с возбуждении уголовного дела следователем, дознавателем, до получения согласия прокурора на возбуждение. Это, во-первых. А во-вторых, нозникасі целый ряд вопросов относительно тех следственных действий (осмотр, освидетельствование, назначение экспертизы), которые указаны в ч. 4 данной статьи. Специалистам хорошо известно, что ч. 2 ст. 176 (Основания производства осмотра) предусмотрено в случаях, не терпящих отлагательств, производство данного следственного действия до возбуждения уголовного дела. В то же время подобных указаний нет ни в ст. 179 (Освидетельствование), ни в ст. 195 (Порядок назначения судебной экспертизы). А nocKOjn^Ky обе ,:^ти статьи находятся в разделе «Предварительное расследование», которое.

? I I

как известно, проводится после возбуждения уголовного дела, потгому можно сделать однозначный вывод, что данные слсдстве,нные действия пс могут бы гь проведены.

Более того, в ст. 179 говорится, что освидете;п,ствование проводится для обнаружения следов преступления, в то время как ч. 4 ст. 146 регламентирует лишь закрепление этих следов. Что касается ст. 195, то в рамках главы 27 «Производство судебной экспертизы» yperyjmpoBan порядок как па- значения, так и [іроизводства экспе|этизы. Следовательно, необходимо внести соответствующие доподшения и в ч. 4 ст. 146 в части, касающейся производства экспертизы, и в ст. 195. В последнем случае данное дополнение могло бы выглядеть следующим образом: «В соответствии с частью 4 статьи 146 настоящего Кодекса до возбуждения уголовного дела донускастся па- значение и производство судебных экспертиз, выводы когорых могут имен, значение для возбуждения уголовного дела. До возбуждения уголовного дела не могут проводиться судебные экспертизы, связанные с примспснисм мер процессуального принуждения в отношении физических лиц».

в аспекте проведенного исследования данные предложения являются, на наш взгляд, достаточно актуальными. Процессуальное закрепление про- йзводства экспертизы до возбуждения уголовного дела прзволит решить и другую задачу - определение принципиальной возможности проведения экспертиз на месте происшествия, не исключая, в том числе, и возможное! и проведения таких экспертиз практически параллелыю с осмотром места происшествия. При этом объектами данных экспертиз могут быть не толі>ко отдельные предметы или следы, обнаруженные на месте происшествия, но II само место происшествия в целом со всеми следами, предметами, вещес гва- ми, имеющимися на нем.

р

Идея эта не нова, ее инициатором еше в 1964 году выступил Б.М. Ко- маринец’, однако до сих нор она не получила своего логического разрешения. Нет единого мнения относительно предмета таких экспертиз, их объекта, перечня решаемых задач, доказательственного значенрезульїагов таких экспертиз, организации их производства и т. п. Не решены вопросы и о разграничении деятельности следователя на месте происшествия и жспсрта при производстве экспертизы места происшествия, пределы исследования следователем обстаїювки места происшествия и вещественных докаіа- тельств. Другими словами, на данный момент не разработаны георсгичс- ские, методические, процессуальные и организационные основы назначения и производства таких экспертиз.

Понятно, что исследование обстановки места происшесгвия следователем, механизма произошедшего преступления не заканчивается непосредственно на месте происшествия. Изучение обстановки места происшестиия ?после еіо осмотра продолжается путем осмотра и исслсдовсппія изья іі.іх па месте происшествия вещественных доказательств^ А это уже задача в большей степени экспертная. Однако трудно отрицать тот (Ьакт, что исслсдоиа-

’ См.: Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении слелсгнси- ыых действий по особо опас1и.1м преступлениям иротив личности // Теория и практика су- дебной^экспертизы. - М., 1964. - Сб. 1(11).

  • См.: Миронов Л.И. Осмотр места происніествия по делам об убийствах. - .VI.. IQSS _г R ния, проведенные непосредственно на месте происшествия, особенно ненны,

(

поскольку они позволяют гораздо обширнее охватить и раскрыть многообразие криминалистически значимых признаков исследуемых объектов и места происшествия в целом. Преимущество в исследовании предметов вещной обстановки непосредственно на месте происшествия заюпочастся и в том, что данные предметы изучаются непосредственно в той среде, і де они были обнаружены, во взаимосвязи с другими объектами и явлениями. Установление же этих взаимосвязей, взаимоотношений между объектами веиіной обстановки места происшествия, несомненно, будет способствовать выявлению связей всех объектов с событием происшествия.

Преимущества исследования обстановки места происшествия ті oi-

дсльных всптествеппых доказательств непосредсі испно при осмотре места

f

происшествия заключаются, как уже было сказано ранее, не только в решении вопроса о возбуждении или об отказе в возбуждении уголовною дела, но и в том, что:

?I - на основании результатов проведенного исследования возможтю разрешить вопрос о целесообразности и необходимости назначения иііьіх судебных экспертиз, проведение которых возможно лишъ в лабораторных условиях;

  • отдельные результаты проведенных на месте происшествия экспертиз позволят следователю расширить возможности отыскания таких следов преступления, которые малозаметны (наличие микрообъектов или микропа- ложений на определенных объектах вещной обстановки и т. п.) HJHI вообще не заметны невооруженным глазом, и о наличии которых субъект преступления не догадывается, не принимая для их уничтожения никаких мер;
  • именно результаты проведенных экспертных исследований на месте происшествия могут способствовать сохранности следов преступления - носителей информации о фактических обстоятельствах дела, в то время как их несвоевременное обнаружение может привести к безвозвратной утрате;

« .1 - наконец, результаты проведенных на месге ироиешествия жсисрі- ных исследований позволяют оперативно использовать их в целях определения комплекса необходимых средств и методов для раскрытия преступления

’ I

по горячим следам.

Таковы наши взгляды на понятие «специальные знания», на проблемы их использования на месте происшествия, на роль и значение дея і ельнос ги специалиста в осмотре места происшествия и на использование резуіп^іаіов экспертиз, проведенных на месте происшествия, для раскрытия и расследования преступлений.

1.2. Предмет и объект экспертизы места происшествия

Прежде чем раесмотрсть теоретические основы экспертизы мест происшествия, обратимся к таким понятиям, как «обстановка места происшесг- вия» и «осмотр места происшествия», ибо правильное определение того или иного понятия следственного действия имеет принципиальное значение, поскольку отражает его содержание и назначение, определяет его место среди других следственных действий’.

Место происшествия всегда образуется в результате определенной че-

‘I . . ‘ .

ловеческой деятельности, однако на момент его образования мы не всегда в состоянии точно определить, была ли то преступная, или просто человеческая деятельность. Однако одним из существенных признаков преступной деятельности выступает ее строение, которое в свою очередь определяет не- обходимое, обязательное наличие субъекта (субъектов) этой ДЄЯТЄІП.НОС ги - социально определенного человека (конкретного, реального, характеризую- щегося по 1юлу, возрасту, образованию, связям и т. д.). Данный субъект должен испытывать потребность в противоправных отношениях, которые в результате определенной реализации преобразуются в предмет преступной деятельности. Между потребностью в противоправных отношениях и предметом преступной деятельности всегда создаются противоречивые отноіие-

, I , ,

ния, образующие мотив, который и побуждает к различной Деятельности оп- ределенного индивида. Но, выступив побудителем опредсіюнной деятельности и направив ее в цель, мотив оканчивает свою функцию. В сознании чс-ю- века из- за его воздействия на исходное состояние объектов (Jпc)дcй, животных, природы, растительного мира, культуры, информации и т. д.) образуется предвосхищенный результат искомой действительности, возникающий в связи с желанием на его обладание. При выполнении действий (операций и движений), направленных на (установление различных состояний объ

ем.: Осмотр места происшествия. - М.. 1960. - С. 6.

ектов, с помощью системы средств и методов в определенных СЛОЖИІИІІНХОІ условиях и познается измененное состояние объектов, т. с. исследуется реально сложивніаяся обстановка места происшествия.

Что же касается понятия «осмотр места происшествия», го следует отметить, что в процессуальной и криминалистической литературе взгляды па данное ионятие различны.

По справедливому замечанию Р.С. Белкина, в криминалистической литературе долгое время не существовало определения понятия обстановки места происшествия, и, восполняя этот пробел, он указал на многие признаки обстановки места происшествия, в частности, «проявление качества и про- странственных связей объектов, составляющих в своем комплексе место Происшествия».

Одно из первых определений понятия осмотра места происшествия было предложено А.и. Винбергом еще в 1950 году, под которым он понимал «следственное действие, направленное на изучение механизма и обстоятельств происшествия, фиксирование обстановки преступления, обнаружение, сохранение и гюследующее исследование следов преступной деятельности, а также различных объектов, предметов, документов и прочего, имеющих по делу значение вещественных доказательств»’. Введя в определение осмотра места происшествия понятие механизма происшествия, автор іем самым конкретизировал понятие и задачи осмотра места происшествия, однако в то же время не указал на важнейший элемент осмотра - на непосредственное восприятие следователем обстановки места происшествия.

Авторы коллективной монографии «Осмотр места происшествия» (М.. 1960) определяют данное понятие как «следственное действие, заключающееся в пепосредствеїпіом восприятии, исследовании и фиксации следователем нпи дознавателем обстановки места ироисшествия, а іакже в обнаружении, фиксации и изъятии следов и вещественных доказательств для установ-

’ Винберг А.И. Криминалистика / А.И. Винберг, Б.И. Шавер. - М., 1950. - С. 61; ВинбергА.И. Криминалистика. - М., 1950.-С. 3.

лєния в возможных пределах характера и обстоятельств события и виііовііі>іх лиц»’. В отличие от предыдущего, в данном определении есть иепосредсг- венное указание как на непосредственное восприятие следователем обсіа- новки места происшествия, так и на фиксацию и исследование обстановки места происшествия и вещественных доказательств, что, несомненно, засіїу- живает положительной оценки.

,, Практически такие же взгляды на понятие осмотра места происшествия

, : 1 1

МЫ находим и в ранних работах Р.С. Белкина .

Проанализировав и обобщив существующие взгляды на понятие осмотра места происшествия, авторы учебника «Криминалистика» определяют его как «неопюжное следственное действие, направленное на устанонленпс. фиксацию и исследование обстановки места происшествия, следов иресіун- ления и преступника и иных фактических данных, позволяющих в совокупности с другими доказательствами сделать вывод о механизме ироиспіестния и других обстоятельствах расследуемого события»\ В своих дальнейших исследованиях мы будем исходить именно из этого понятия осмотра месі а происшествия.

^ Как известно, криминалистика изучает функциональную сторону, во- первых, преступной деятельности, то, что мы называем механизмом пресгуи- ления, и, во-вторых, деятельности по расследованию преступлений. Как всякая человеческая де5ггельность, преступная деятельность совершается в оігредс- ленной конкретной жизненной среде. Как бы быстротечно ни было преступле- ние, оно никогда не представляет единовременного акіа: это сіюжная сисісма поступков и действий виновного как до, так и во время, и после преступною события, к этим поступкам и действиям следует добавить іюступки и дсйс твия потерпевших от преступления, а тані’же иных лиц, необходимо или случайтю втянутых в сферу преступного события. Все эти поступки и действия, отража-

’ Осмотр места происшествия. - М., 1960. - С. 9. ‘ ‘’ См.: Криминалистика / Под ред. Р.С. Белкина, Г.Г. Зуйкова. - М., 1968. - С. 329; Белкин Р. С. Криминалистика: В 3 т. - М., 1970. - Т. 3.- С. 42.

^ Криминалистика: Учебник для вузов / Под ред. Р.С. Белкина. - М.. 2001. – С.

ясь в окружающей среде и друг в друге, образуют многочисленные следы со- бытия преступления, которые будут служить доказательствоНі’по делу.

Механизм преступления - это сложная система функционирования преступной деятельности, с одной стороны, детерминированная спецификой функционирования социальной среды, а с другой - в свою очередь, детерми- нирующая способы совершения действий, их следы и возникающую инфор- мацию. Установление отдельных деталей механизма преступления и его ?)лс- ментов дает в руки следователю данные о лице, совсришвшсм преступление, объекте преступления, а также сведения об умысле преступника, т. е. и о субъективной стороне преступления. Отсюда ясно, что без полного пред- ставления механизма преступления будет затруднено проведение расследования. Познание же механизма преступления начинается с первых шагов

’ I

раскрытия и расследования преступлений. Именно поэтому в ряде работ со- ветских криминалистов по осмотру места происшествия исследованию меха- низма совершенного преступления отводилась значительная роль’, и, ирежлс всего, в рамках изучения обстановки места происшествия ют места пресі vii- ления в целях установления этого механизма^.

Содержание обстановки места происшествия складывается из характеристики находяїшіхся на этом месте обі>ектов и следов, г. е. их качес і всииоіі определенности. Важно установить,,, что представляют собой эти объекты п следы, каково их назначение или происхождение, а также установись наличие или отсутствие пространственных связей между этими объектами и следами - их положение на месте происшествия и взаимораспо]южение\ Проще говоря, сущность обстановки места происшествия проявляется в многочис-

’ См.: Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной обстановки места происшествия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1965; Tvpuiin Д.А. Мсслсло- вание места происшествия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Л., 1968.

См.: Якимов И.Н. Следственный осмотр: Дис… д-ра юрид. наук. - М.. 1946: /•.>,- геньев М.Е. Методика и техника расследования преступлений. - Киев, 1940. - С. 39; Миронов А.И. Осмотр места происшествия по делам об убийствах. - М., 1958, - С. IX; Попов В.И. OcMOip места происшествия. - М., 1960. - С. 9; Криминалистика: Учебник- для юридических институтов и факультетов. - М., 1963. - С. 31 1.

См.: Белкин Р.С. Собирание, исследование и опенка докаипсльств. CVIILHOCTI, Н методы.-М.. 1966.138-139 ленных признаках явлений и предметов, являющихся следствием преступных действий.

Определяя сущность и содержание обстановки места происшествия, Р.С. Белкин указал лищь на общие черты, а именно на необходимость определения качественного состояния материальных объектов в опредслсппом пространстве, называемом местом п|эоисшествия, и пространственную связі.. Однако тгим, па папі взі^ляд, не исчерпываются все сущесгвспные признаки места происшествия. Не только качественное, но и количествеппос состояние объектов места происшествия может указывать на совершение преступления. Проявление количественных признаков объектов на месте происшествия не менее важно, чем определение их качественных свойств, поскольку они связаны не только с пространственным отношением вещей, объектов, но и указывают на их физические и иные отношения.

Описание и анализ обстановки места происшествия, іюстроенис исходной кримииаіпістической модели минувшего события - одна из 1-лавных задач, стоящих перед следователем в процессе осмотра места происшествия. Правильное решение этой задачи в nojmoM объеме зависит от ряда объскшв- ных и субъективных факторов. К объективным следует отнести: условия воз- никновения следов в окружающей среде; влияние внешних и иных факторов на процесс исчезновения доказательств; наличие и характер имеющейся и распоряжении следователя доказательственной и ориентирующей информации; наличие у следователя необходимых сил, средств и возможность их ис- пользования оптимальным способом. К числу субъективных относятся: oinii- бочные действия следователя и оперативного работника на месте происшествия ввиду их некомпетентности; непредвиденные действия потерпевшего или лиц, непричасгных к событию; противодействие со стороны преступного элемента и т. д. Ьсли избежать объективных факторов достаточно сложно, то. что касается субъективных факторов - их нейтраішзация практически в pv-

I’ ‘

ках Сіюдовагеля, производящего осмотр места происіисствия, чьи знания и практический оіп.гг гюзволяют создать условия, благоприятные для выявления механизма преступления в частности, и расследования, преступления в целом.

Для обеспечения результативности осмотра места происшествия обязательно привлекают к участию в осмотре специалиста, чаще всеї о криминалиста (помимо специалиста в области судебной медицины, чье участие в опре- деленных законом случаях обязательно). Однако при раскрытии и расслсію- вании преступлений по «горячим следам» такое участие специалиста оказы- вается недостаточным в силу ограниченности его функций и ряда указанных

II

выше обстоятельств. Анализ подобных ситуаций позволил В.М. Комариицу сделать вывод как о необходимости проведения в ряде случаев криминали- стических экспертиз на месте происшествия, иногда параллельно с осмотром’, так и обосновать тот факт, что исследование обстановки места происшествия как объекта экспертизы позволяет эксперту не только выявить свойства и признаки других объектов, входящих в обстановку места происшесг- вия, но и глубже познать механизм следоообразования, что, в свою очередь, несомненно, будет способствовать более успешному решению задач, посгав- ленных перед экспертом следователем. В цсіюм с этим предложепием можно согласиться, но с одной оговоркой. Речь следует вести не обо всей обстанои- ке места происшествия как таковой, подлежащей обслсдоваїппо в своем первоначальном, ненарушенном состоянии, а лишь о материальных отображениях в вещной обстановке места происшествия.

Развивая идеи Б.М Комаринца, Г.Л. Грановский в 1979 іоду высказал л^ысль о том, что объектом экспертного исследования может быть не голько материальное образование как таковое, в котором отображены элементы движений, действий, способов выполнения преступных задач, но и непосред- ственно событие преступления, т. е. вся обстановка места происшествия, ко- торую эксперт стремится связать в один информацио1П1ый поток, сформирі)- вав таким образом систему взаимосвязанных между собой различных, на

^ Комаринсц Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении следе гвеп- ных действий по особо опасным преступлениям против личности // Теория и практика судебной экспертизы. - М., 1964. - Сб. 1 (И). -„С. 21-22.

первый взгляд, данных. «Объектом ее (ситуационной экснертизы. - В.Л.). - писал Г.Л. Грановский, - является со^бытие происшесі вия, оюбразившсеся не столько в отдельных следах, сколько в вещной обстановке места npoiicHJcci - вия в целом»’. Участники события преступления, воздействуя на целый ряд структурно организованных элементов, вызывают тем самым определенные изменения, нарушения в окружающей среде. Оперируя механизмом внешнего воздействия, вызванного событием преступления, наглядно иредсіавлмя произошедшие нарушения, возможно установить, что же будет определять ограниченную совокупность вещной обстановки места происшествия, т. е. какие объекты в нее входят, образуют ситуацию. Справедливосги ради следует отметить, что утверждение Г.Л. Грановскоіо о том, ч го в работах кри- миналистов, рассматривавших эту проблему ранее, речь шла об исследовании отдсіпліьіх следов на месте про’йсшсствия, а не об исслсіїоваїїіпі обстановки места происшествия в целом, обосновывая тем самым появление нового вида кримипаішстической экспертизы, которую он назвал ситуациоініой\ несостоятельно.

’ I

Ситуация в словарном изложении - это совокупность вещей, обе таноіь ка. Согласно Советскому энциклопедическому сзюварю, си туация - э то «сочетание условий и обстоятельств, создающих определенную обстановку, по- ложение»^ В свою очередь, в криминалистике ситуация толкуется намного шире. Это не просто обстановка, а обстановка существующая и нодвержеп- ная изменению в конкретный момент времени и представляющая собоіі множество вещей, связанных с событием преступления.

Место происшествия весьма часто требует ситуативной формы организации знаний, и прежде всего, от следователя. Особенность данной формы

’ Грановский Г.Л Ситуалогическое исследование места происшествия // Проі рам- мирование и ситуалогические методики трасологических исследований: Сб. науч. тр. - М., 1979.-Вып. 37.-С. 104.

См.: Грановский Г.Л. Криминалистическая ситуаииопиая экспертиза места происшествия // Рефераты научных сообщений на теоретическом семинаре - криминалистических чтениях (21 апреля 1977 г.). - М., 1977. - Вып. 16. - С. 3.

Советский энпиклопедический словарь. - М.. 19X0, – С. 1226. г и

А.

организации знаний состоит в том, что решение возникающих задач происходит не с помощью алгоритмических предписаний, а с гюмощью зврисі іп<и, требующей индуктивной логики (в отличие от дедуктивной при решении задач алгоритмическими правилами), творческого способа решения задач, і . с. не только с помощью системы предішсаний, определяющих направлен НС, в котором наиболее рационально надо действовать, а с испоіп>зоваппсм гиор- ческого мышления, интуиции, опирающейся на опыт. Однако для зтоі о следователю не всегда хватает собственных знаний, в частности тогда, когда произошедшие на месте происшествия преобразования носят характер и механизм сложных процессов (например, следы термического воздействия, разрушения, полученнью в ходе столкновения движущихся объекгов, разрушения, произошедшие в результате взрывов). В этом случае требуеіся определенная помощь, и эта помощь может прийти как в виде консуіп^іаіииі сведущего ішца, так и в виде производства экспертизы.

Место происшествия является сложной системой, включаюттіей различные действия и взаимодействия субъектов преступления и объек’юв, В1Я- нутых в данное преступление, которые способны отражаться как фраі’меп- тарно в отдельных следах, так и целиком в обстановке места происшествия. Главная задача эксперта на начальной стадии исследования - вычлени ть элементы собьггия из обстановки в целом, чтобы в последующем объедини ! ь их Ііля представления ситуации целиком. При проведении исследования всей ситуации с целью установления факта вовлеченности каждого элемента веиі- ной обстановки в событие преступления, возникает ряд задач, решение которых, как правило, возлагается на эксперта. Осуществить данное penjeinie возможно только в результате кропотливого изучения и познания своіісти ис только каждого элемента, но и самой структуры места происшествия. Вовлечение и последующее изменение каждого элемента данной с труктуры напрямую зависят не толі.ко от тіелей осуіл,ествлепні>іх престуїнії.іх ДСІ’іСТВІи’І и объекта преступления, но и от индивидуальных свойств вещной обстановки и ее структуры. Необходимость в экспертизе возникает тогда, когда речь заходит о значительно обобщенных и сложных случаях, когда требуется восс га- новить взаимосвязь всех преобразованных состояний объекта, свести их в систему. Такая экспертиза, как уже было сказано, в криминалистике полуми-

” ’ I

ла название ситуационнои (ситуалогической) . С^итуационная экспергиза - это восстановление динамики минувшего деятельностного события по следовой картине, как проходило явление, которое привело к тому, что мы na6jno- даем в действительности. Ситуационная экспертиза отвечает на вопрос не о том, что собой представляет объект, а о том, каким образом необходимо было воздействовать на объект с тем, чтобы он приобрел данную форму или со- стояние, каков механизм этого воздействия.

Исследование ситуации связано с выделением из бесконечного множества объектов тех, которые характеризуют криминалистическую ситуащпо. а это только малая часть объектов, составляющих вещную обстановку места

происшествия. Бывает, что затрачиваются огромные усилия на сбор гаких

 

данных, которые не содержат криминалистически значимой информации. Эти данные имеют информативную ценность лишь тогда, когда в рсзулыате их выявления уменьшаются неопределенные суждения об, исследуемом событии. Решение вопроса об информативной ценности полученных даіпп.іх связано с необходимостью их мысленной переработки и соответствуюии-ім процессуальным оформлением. Если объем полученных данных гораздо больше того, что человек в состоянии охватить сознанием, ценносгь их cim- жается, причем отдельные данные по;шостью не иcпoJп^зyютcя, а зачастую и мешают исследованию.

Исходя из того, что основной объем сигуациониого исследования составляет информация, заключенная в динамической структуре ситуации в целом, исследование данной ситуации, сстествсшю, іютребует от эксперта выделения из безмерного множества объектов только тех, которые харакче-

’ В литературе данные экспертизы именуются как ситуационными, так и ситуало- гическими. Особой разницы в этих двух названиях мы не видим. И то и другое характери- зует экспертизу как экспертизу ситуации. В первом случае - решение задач, связанных с исследованием ситуации, во втором - с ее изучением.

ризуют сложившуюся ситуацию в криминалистическом асггекте. Подвергая исследованию вещную обстановку места происшествия, эксперт в сосіоянии установить отдельные элементы события, отдельные детали ситуации, об- стоятельства, относящиеся к событию преступления в целом. При этом, по- вторимся, эксперт судит о произошедшем событии только лишь по отобра- жениям в вещной обстановке места происшествия. Несмотря на то, что объектом ситуащюнной ЭКС11СрТИ31.1 И1>1ступают элементы собі>ігпя. их ичучсппс экспертом осуществляется не непосредственно, а ІЮ различным магсриаль-

II

ным отражениям в вещной обстановке места происшествия.

Определяя предмет ситуационной экспертизы, Г.Л. Грановский BKJMO- чает в неї о события в различных его аспектах: время, события, мес і о, структуру и стадии течения, установление зшц, участвующих в нем, связей между действиями лица и последствиями, отобразившимися в следах исследуемой обстановки. Более того, ситуационная экспертиза, по его мнению, направлена и на возможности установления способа совершения преступления, via анализ действий, имевших место, на последовательность и средства, применяемые преступником, и др.’ Важно в данном случае помнить, что речь идсг не об исслсдовапимх огдельиых всіцей па месіе происіїїесгвия, а об экспергпом исследовании места происшествия, в котором имеются взаимосвязанная іпі-

II

формация о различных сторонах минувшего деятельностного события. Ос- новным объектом исследования должна стать информация, заключенная в динамической структуре ситуации, т. е. в вещной обстановке в целом. Для достижения целей экспертного исследования эксперты вынуждены подвергать ее последовательным преобразованиям, облегчающим получение именно тех данных, которые нужны для решения общей экспертной задачи.

Такой подход к понятию предмета ситуационной экспертизы был подвергнут справедливой критике со стороны Р.С. Белкина, который писал, ч то «судя по тому, что приведенный перечень не закончен, можно полага ть, ч іо с

’ См.: Грановский ГЛ. Кримитіалистичсская сиіуаииоііііая зксіїсріїгиі мсста iipi)- нсшсствия // Рефераты научных сообщетп’і па гсореінческом семинаре - криминалист- ческих чтениях (21 апреля 1977 і .). - М.. 1977. - Вып. 16. - С. 3-5.

ПОМОЩЬЮ ситуационной экспертизы возможно устанавливать и те немноі ис оставшиеся неупомянутыми обстоятельства, которые входят в предмет дока- зывания, го есть, иными словами, весь предмет доказывания в целом. Следо- вателю остается лишь предъявить обвинение и закончить производство по делу: проведения ситуационной экспертизы оказывается достаточным, чтобы исчерпать весь процесс доказьівані^я»’. Соглашаясь в принципе с данной критикой, мы вслед за Р.С. Белкиным считаем, что предметом данной экспертизы будет установление отдельных элементов собьггия совершенного преступления, отдельных деталей ситуации при решении задач, связанных с

’ I

исследованием материальных отображений в вещной обстановке места про- исшествия.

Проанализировав следственную, судебную и экспертную практику, а также взгляды различных ученых на данную проб]Юму, Г.Л. Грановский пришел к следующим выводам”:

  • переход от разрозненных случаев экспертного исследоватіия отдельных объектов на месте происшествия к экспертизе места происшествия отвечасі потребное 1 ям слсдствснію^’і и судебной практінчи и возможностям современной судебной экспертизы;
  • место происшествия должно стать объектом криминалистической ситуационной экспертизы и в тех случаях, когда для его иссіюдования нужны специальные познания, целиком передаваться в распоряжение эксперта;
  • нужно сконцентрировать усилия кримина]шс’тов на разработке ме- тодики ситуационной экспертизы, методов и технических средств (в том числе передвижных экспертных лабораторий), обеспечивающих вьпюлнение комплекса исследований на месте происшествия;
  • с создаїпісм ситуационной экспертизы появляются pcajn>Tn.ic воз- можности для расширения предмета экспертизы; увсіпічивается эофсктпв-
  • ’ Белкин р.с. Курс крммштлистики. - М., 2001. - С. 565.

См.: По материалам криминалистических чтений // Проблемы грасологических исследований: Сб. науч. тр. - М., 1978. - Вып. 35 - С. 145-146.

ность использования специальных познаний и технических средств в рассле- довании и судебном разбирательстве уі оловньїх дел.

Не все в этих положениях гладко и на это сразу же обратили внимаиис и криминалисты, и процессуалисты, подвергнув отдельные взгляды справедливой критике. По мнению р.с. Белкина, концепция I .Л. Грановского достаточно противоречива и требует разі^ешения ряда вопросов. В частносш, он спрашивает: «когда следователь должен сделать вывод о необходимости на- значения ситуационной экспертизы» и что означает «передать месіо проис- шествия целиком в распоряжение эксперта»’.

Экспертиза места происгиествия это не новый и не особый вид экспертизы. В сущности, это решение задач определенного класса, при реіиетіиті которых удается вторично отобразить, перекодировать не одно отображение, а совокупность, сис тему отображений, приведя это в соо твеїс і вне с діпіампкоії развития си туации.

Конечно же, не любое место происшествия как объект экспертизы нуждается в экспертном исследовании. Реально возникающая потребность и па-

(

значении ситуалогической экспертизы должна начинаться в тех случаях, когда требуется реконструировать событие происшествия, восстанови ть пос.че- довагельность действий передвижения участников события, исходя из следов и ряда других факторов.

1 г

Отличительной чертой ситуационной эксперчизы является нсобходті- мость применения специальных знаний для анализа как отдельных элеме1Г1ов события, так и отдельных деталей ситуации. При этом в большинстве случаев только сам эксперт как сведущее лицо способен определить, какие СІІСДСПИЯ ситуационного характера необходимы ему для решения поставленных перед ним вопросов. Это обстоятельство вызывает необходимость привлечсіпія сведущего JHuia с пача.м1.п1.1х этапов расследования для ві.іявлеппя, (|)пксациіі об- стоятельств, ИМСЮЩТ1Х отношение к будущей ситуатцюшюй ЭКСПер Т1Г5С. Необ-

Белкин р.с. Курс криминалистики. - М., 2001. - С. 563.

ходимым становится также привлечение сведущего лиі^а для’оказания иомощи следователю при подготовке и отборе материалов, содержащих сведения о си- туации. И это вполне обоснованно как с организационной, методической, іак и с процессуальной точек зрения. В свою очередь, участие сотрудника жс- пертного подразделения в осмотре места происшествия в качестве специалиста уже на первоначальном этапе расследования позвозщт ему по имеющимся в вещной обстановке места происшествия материальным отображениям не только сориентироваться самому и ^ориентировать следователя в иеобхоіїи- мости назначения ситуационной экспертизы, определить круг задач, которые необходимо поставить перед экспертом, но и провести в дальнейіием данное экспертное исследование (закон не запрещает этого), іп-ібо ііринять учасімс в производстве экспертизы в составе комиссии экспертов. Гем самым осмігір места происшествия специалистом в этом случае можно квалифитиіроиать уже как экспертный осмотр. При необходимости такая экспертиза может прово- диться как в лабораторных, так и в «полевых» усіювиях, если для се производ- ства имеются все необходимые условия и технические средс’і ііа.

Не совсем обычные объект и предмет данной экспертизы трсбукп НС только применения совокупности методов эксперт ного исследования и экспертных методов, но и создания и ^разработки специальной методики (или методик), ко торая могла бы отразить ин тегральнь[й характер самой жспср ти- зы, создаваемой объединением специальных знаний, накопленных в других видах экспертиз. Все эти знания необходимо перерабоїать, сформу]піровать общие принципы, возможно, создать специальные методьги средства, обеспечивающие должное производство экспертизы и эффективность получаемых результантов. Понятно, что механизм, ішбо механизмы нресіупной деятельности чрезвычайно сложны и мтюгообразиы. И методика проведення экспертного исследования места происшествия должна вьттекать из общетеоретического понимания того факта, что преступная деятельность разнообразна. Движения, средства, процессы индивида и индивидов, Tiejm, мотивы іак или иначе отображаются во всей совокупности в тех объектах, состояние которых было изменено. Именно вторичное отображение информации, заключенное в первичных отображениях, и образует елед. Проведение различных исследований на разнообразных структурных уровнях целиком нрсдусматри- вается методикой ситуационной экспертизы. Ею могут быть исследованы как ртдельные объекты, так и совокупности объектов и, конечно же, материал 1>- ные отображения вещной обстановки места происшествия в целом.

Ведя речь о ситуационной экспертизе, мы проводим анализ на основе специальных знаний как материальных объектов, так и обстоятелі.ств, имеющих отношение к предмету экспертизы. Данная трактовка экспертизы ситуации показывает, что такая экспертиза полностью согласуется но своей форме с положениями уіюловно-процсссуального права в части, касающейся эксгюртизы. Что же касается сущности экспертно! о голкования ситуации, то было бы ненрави;нл1ым полагать под этим какую-либо несвойственную жс- псрту оценку доказательств.

В настоящее время ситуационный подход к расследованию преступлений позволяет решать как традиционные, так и вновь возникающие кримина- листические задачи на принципиально новой основе. Ситуационный подход можно считать одним из наиболее перспективных направлений в кримина.’т- стике, целиком оправдывающим себя в ходе расследования, поскольку именно в процессе расследования преступления следователю приходится иметі> дело с кoJЮccaльным многообразием различных кримина.’пістических си lya- ций, которые следует адекватно воспринимать, верно оценивать и в OTHOIJJC- нии которых, если нотребуется, принимать онтимальное решение.

В связи с этим совершенно обоснованно, на наш взіляд, Н.ГІ. Майлис отмечает гот факт, что в последние і одьі ситуалої ические исследования, и границах которых проводится ситуационный анализ, закрешиш за собой прочное место в судебной экспертизе’. Ситуационный анаішз обширно внедряется в трасологии и в баллистике, а также при решении многих задач в

’ См.: МшЬис Н.П. Современные возможности и тенденции ра-^вития cvucoiioii же- нертизы / M.I I. Майлис. З.Г. Самошина // Вестник Московской) упивепситенГ - Серия 1 1 • Право. - М., 1997. - Вып. 6. - С. 27-28.

комплексных экспертизах, особенно по делам, связанным с дорожно- транспортными происшествиями. Ситуалогическое исследование позволяет в некоторых случаях сформулировать выводы не только в вероятной форме, но и в категорической, в том числе и об индивидуальном тождестве. При проведении данной экспертизы не только решается общая задача исследоваїпія вещной обстановки места происшествия, но и становячся понятными такие обстоятельства, как, например, какова совокупность объектов, входящих в данную ситуацию, каким образом их свойства взаимосвязаны с другими объ- ектами и обстановкой места происшествия в целом.

II

Таким образом, ясно просматривается совокуппості, дсйствиїї, cnticoo- ных принести успех ситуационной экспертизе, а участие сведуидеі о jnma на всех этапах обнаружения и собирания доказательств, послужит впоследствіпі предметом экспертного изучения.

Оценив изJюжeнныe обстоятельства и пpoaнaJшзиpoвaв существующие в специальной литературе определения сущности экспертного осмотра места происшествия, можно сделать вывод, что его сущность закіпочается в действиях эксперта, направленных на «установление и исследование, с применением научно-технических средств, обстановки места происшествия и находящихся на ней предметов и следов, позволяющих в совокупности дать заключение но поставленным на разрешение вопросам о механизме происшествия, суігиюсти иредметов, следов и иных обстоя-гельств, Сі^язаииьіх с исследуемым событием»’.

’ Такой же позиции придерживается в своей работе Т.М. Самарина. Са иапшш Г М Экспертно-трасологичсское исследование обстановки и вещественных доказатси.ств п; месте происшествия: Дне… канд. юрид. наук. - М. 1985. - С. “>5

1.3. Задачи экспертизы места происшествия

Определив экспертизу места происшествия по существу как ситуационную, сформулировав ее объект и предмет, необходимо остановиться и на задачах, которые призвана решать данная экспертиза.

Прежде чем конкретизировать задачи, решаемые при исследовании вещной обстановки места происшествия, коротко остановимся на классификации экспертных задач с тем, чтобы определить, с задачами, какого класса в процессе познания материальных носителей вещной обстановки места происшествия придется столкнуться эксперту в целях получения необходимой Информации и установления объективного факта, входящего в предмет исследования, представляющего практическую значимость.

Анализ существующих в специальной литературе взглядов на классификацию экспертных задач позволяет сделать сіюдующис выводы. Взяв за основу классификации пять форм связи - генетическую (причинную), функциональную, объемную, субстанциональную и связь преобразования, - взіля- /1Ы ученых- криминалистов относительно классификации эксисргпых задач разделились на четыре группы.

К первой группе можно отнести тех, кто все эксиер’гные задачи иодслил на идентификационные, диагностические, классификационные, сигуациоп- ные’. Ко второй - сторонников деления задач на идентификационные, диаг-

’ См.: Орлова В.Ф. Принципы классификации задач кримииалистичсской жспсрі и JM / В.Ф. Орлоьа, А.Р. Шляхон // Актуальные проблемы теории судебной экспертизы: Со. науч. тр. - М., 1984. - С. 50; Вииберг А.И. Идентификационные, диагностические и ситуационные криминалистические экспертизы // Советское государство и право. - 1978. - № 9. - С. 72; Пучкова Т.М. Классификация задач судебной экспертизы в свете дифференциации и инте- фации специальных познаний // Рефераты научных сообщений на теоретическом семинаре - криминалистических чтениях. - М., 1978. - Вып. 24. - С. 35; Грановский ГЛ. Понятие и основные положения общей теории решения криминалистических задач // Современное состояние и перспективы развития традиционных видов криминалистической экспертизы: Сб. науч. тр. - М., 1987. - С. 7; Его же. Криминалистическая ситуационная экспертиза места происшествия // Рефераты научных сообщений на теоретическом семинаре - криминалистических чтениях. - М., 1977. - Вып. 16. - С. 3;

ностические, классификационные (разновидность - ситуационные)’. К третьей группе относятся представители, придерживающиеся деления всех экспертных задач на два класса, - идентификационные и диагностические^ Даконец, к четвертой - те, по мнению которых среди экспертных задач следует выделить не только те, что определены сторонниками первой группы, но и такие задачи, как реституционные, прогностические, ретроспективные и т. д.”

Не подвергая тщательному разбору указанные классификации, отметим только, что мы придерживаемся взглядов представителей третьей і руп- пы, по мнению которых существуют лишь два класса экспертных задач - идентификационные и диагностические задачи. Сторонники этой группы справедливо, на наш взгляд, считают, что нет нужды выделять классификационные задачи в отдельный класс, поскольку они решаются ішбо в процессе идентификационных, либо диагностических исследований. Строго говоря, прежде чем отнести тот или иной объект к определенному классу, необходимо определить природу этого объекта. А определение природы это уже задача диагностики. Отсюда можно сделать вывод, что диагностика поіло- щает классифицирование. «Не всякая диагностика есть ИСКЛЮЧИІСІП>ІІО классификация, но зато всякое классифицирование охватывается понятием диагностика)/. Нет смысла выделять и ситуационные задачи в отдельньп^і класс, поскольку, по справедливому замечанию Т.В. Аверьяновой, «анаіпіз содержания тех экспертных задач, которые в литературе именуются ситуа-

См.: Корухов Ю.!\ Соотиоіиение категорий экспертных ищач: илснтнфпкацпои- ных, классификационных, диагностических // Актуальные проблемы теории судебной экспертизы: Сб. науч. тр.- М., 1984; Его же. Сущность неидентификациоиных трасолоі и- ческих экспертиз//Вопросы современной трасологии: Сб. мауч тр -М 1978 - ІЗі.пі -С. 14.

” См.: Толстухина Т.В. Современные тенденции разви їия судебной экснертнзь, основе^информациоппых технологий: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М., 1999. - С. 23.

См.: Рудиченко Л.И. Классификация и структура решения диагностических задач, их место в системе задач судебной экспертизы // Теоретические вопросы судебной экспертизы: Сб. науч. тр. - М., 1981. - Вып. 48. - С. 95; Его э,се. Основные понятия теорій: криминалистической диагностики // Современные проблемы судебной экснерпгч,! и нут повышения эффективности деятельности судебно-экспертных учреждений в борьбе с пре- ступностью: Тез. респ. науч. конф. - Киев, 1983. - С. 47.

Бе.пкии А.Р. Криминалистические классификации. - М.. 2000. - С. 1 5.

  па

ционными или ситуалогическими, свидетельствует, что они заключаются в

 

установлении состояния обстановки, положения участников и т. п. ?элементов расследуемого события. Если сопоставить это содержание с гюнятием диагноза, диагностической задачи (установление состояния, природы, признаков и т. п. объектов), то, на наш взгляд, становится очевидным, что ситуационные исследования фактически преследуют те же цели»’. Точка зрения на соотношение диагностики и классификации ранее высказывалась специалистами в области медицины. И это вполне понятно: диаі ностика зародилась и развивалась именно в медицине. Так, по мнению С.А. Гилярев- ского и Н.Е. Тарасова, «иногда сферу диагностики (распознавания) суживают, ограничивая лишь областью установления причин и характера аномального состояния тех или иных объектов (систем) (диагностика болезнсіі человека, животных, растений, техническая диагностика неисправностей механизма и т. д.). В действительности сфера применения диагностического процесса и характерных для пего мыcJштeльныx операций гораздо тире. Любое распознавание объекта в его «нормальном», наблюдаемом в данное время состоянии связано с определением его класса, рода, вида и т. д. на основе выявления, исследования его качественно-количественного состава, особой структуры и друї-их свойств и характеристик… ecjm анализ проводится с целью распознавания вещества в смысле отнесения его к определенному, уже известному виду, классу и т. д., то эта операция относится к диагностическому процессу»^ Однако в криминалистической jHrrcparype она впервые была высказана и обоснована именно Т.В. Аверьяновой, впоследствии была поддержана Р.С. Белкиным (Курс криминалистики. - М.. 2001) и некоторыми другими учеными и практиками. В то же время НЄІН^ЗЯ сказать, что эта точка зрения общепризнанна, поскольку она имеет своих рппонентов (Ю.Г. Корухов, Т.М. Пучкова).

Аверьянова Т.В. Экспертные задачи: понятие и класси(|)икация // кЬвсстня Тульского государственного университета. - Тула, 2001. - Вып. 4. - С. 80.

Гиляревский С.А. Диалектический материализм и медицинская диаіпоетика / С.А. I иляревскии, Н.Е. Тарасов. - М., 1973. - С. 33-34.

В технической же диагностике решаемые задачи так и назьи^аюгся классификационными’.

К сказанному следует добавить, что подобных взглядов на классификацию задач придерживается и большинство опрошенных нами экспертов системы МВД - 62%.

Мы не случайно гак подробно ocranoHHjnicb па классификации жс- пертных задач, поскольку именно от задач и объектов зависит выбор мегодов и методик экспертного исследования, а также решения всех тех проблем, которые связаны с методическим обеспечением процесса производства исследования места происшествия.

Определившись с классификацией экспертных задач, следует определить, к какому классу относятся задачи, объектом которых являє гея материальная обстановка места происшествия. Ecjm исходить из того, что. как было сказано в предыдущем параграфе, на месте происшествия чаше всего проводятся ситуационные экспертизы, а задачи, решаемые данной экспертизой, по той классификации, иа которую мы огшраемся в нашем исследовании, относятся к диагностическим задачам, не трудно замети,, чю экспертные задачи исследования места происшествия являются диагностическими. Термин «диагностика», по справедливому замечанию Р.С. Белкина, в теории познания имеет гораздо более широкое значение, чем процесс выявления каких-либо дефектов. Диагностика - это своеобразный процесс познания, целью которого стоит распознавание состояния объекта, познание события, процесса, явления. Другими словами, сутності, криминалистической диагностики определяется по совокупности всех трех значений диагностики (распознавание, различение, определение).

Все диагностические задачи Ю.Г. Корухов, которому принадлежит приоритет в разработке теоретичес^рх основ криминалистической диагностики, пpcдJюжиJI нoдcJИlть па четыре групиі,і:

  • исследование свойств и состояния объекгтя-

’ См.: Биргер И.А. Техническая диагностика. - М.. 1978. - С. 6

  • исследование отображений объекта;
  • исследование результатов действий;
  • исследование соотношений фактов (событий, явлений) или объектов’.
  • Если рассматривать в качестве объекта экспертизы место происшествия, то не трудно заметить, что среди задач, решаемых в рамках ситуационной экспертизы, будут фигурировать диагностические задачи практически всех четырех групп независимо от вида совершенного преступления. Однако если задачи первых двух групп могут быть решены в лабораторных условиях, то решение задач третьей и четвертой групп зависит от множества объективных и субъективных факторов, связанных, в том числе, и с материальной обстановкой места происшествия, без учета которых практически невозможно получить необходимую информацию о событии црестунления.

Так, решение задачи по исследованию результатов действий (явлений), например, по установлению места действия - взаиморасположение стрсляї?- шего и иотсрнсвиїеі о в момент иричинения ранения - потребует от эксперга не только подробного исследования объектов - вещественных доказатеіп,ств со следами огнестрельного повреждения, исследования их свойств и признаков, но и установления характера и механизма действий субъектов события преступления по материальным отображениям вещной обстановки места происшествия - по следам-отображениям (обуви, отпечаткам папиллярных узоров и т. п.). Познание этих процессов основано на диалектическом подходе к исследованию явлений действительности. Друї ими словами, при решении любой задачи исследования результатов действий, будь то установление места действий или условий события, механизма и обстоятельств события и тому подобное, эксперт должен исходить из того, что любое исследуемое действие должно рассматриваться как процесс со всеми внутренними и внешними связями, а также причинами. В свою очередь установление причин изменения свойств или параметров необходимо объединить с определе-

1984 -‘с^73 ‘ - ‘ ‘сущность криминалистическ-оіі лиаі ііос, икіг. ^ М..

НИЄМ условий изменения данных параметров, так как условия и причины - это составляющие компоненты совокупности всех обстоятельств, при наличии которых необходимо наступает следствие, а имеїпіо’:

  • установление факта, причин и условий изменения свойств (парамет- ров). Как
  • при решении любой диагностической задачи, здесь прежде вссіх^ необходимо определить природу исследуемого явления - установить, как именно изменился данный парамет^^, а затем, проанализировав это изменение, все внутренние и внешние связи рассматриваемого явления, определи і ь причины и условия данного изменения;

  • установление характера и механизма разрушения (повреждения), взаимодействия и других действий. Решение этих задач подобно репіеппіо задач предыдущей группы с той лишь разницей, что здесь исследуются не отдельные параметры явления, а все явление полностью.
  • Поскольку решение ситуационных задач связано с такими поня і иями, как «явление», «природа явления», «состояние явления», мы счи таем необходимым коротко остановиться на содержании этих понятий.

Что следует понимать под обозначенными терминами, когда речь идег об экспертном исследовании предметов, объектов, являющихся, как правило, вещественными доказательствами ію делу? В философии явлением иазывакп- «то или иное обнаружение (выражение) предмета - его эмпирически коне га- тируемые, внешние формы существования»^ Иначе говоря, явлением следует считать наблюдаемые свойства, через которые проявляется eyuniocii. предмета. Если под сущностью понимать весь комплекс свойств, связей и внутренних законов материальной системы, то явление - это одна из внегп- них сторон сущности, через которую человек познает данную сущное і ь.

Применительно к решению экспертной задачи места нроисшес і вия явление - это комплекс выявленных экспертом признаков взаимосвязанных ис-

’ См.: Сегай М.Я. Методология судебной идентификации. - Киев 1970 - С

330.

” Краткий словарь по философии / Под общ. ред. И.В. Блауберга И К ГІаіп ііпа - М.. 1979.- Г.

следуемых объектов, так как через этот комплекс (и только через него) эксперт познает не только сущность каждого из объектов, но и объясняет возникновение тех или иных признаков, а следовательно, и явлений. Явление как комплекс признаков чаще всего (становится основанием научных юіасси- фикаций, в которых в один класс сводятся объекты с одинаковыми признаками. Именно класс, к которому относится данное явление, определяет природу явления. Чтобы установить природу явления, нужно определить, какой

‘I . . . ?

комплекс признаков его описывает, и сравнить этот комплекс с признаками данного класса. Иначе говоря, нужно провести диагностическое исследование. При этом нужно учитывать, что признак не есть нечто неизменное, застывшее, так же, как и свойство, обозначенное через данный признак. BC,LI> свойство относительно и зависит от взаимодействия, через которое оно проявляется. Но в классификациях подобное изменение признаков, естесгвегп/о, не учитывается, гак как в одной классификации невозможно охваїїіті, всего многообразия проявления одного и „того же свойства. Поэтому в задачу исследователя входит и установление изменения свойств, причины их изменения, связей между изменениями различных свойств, т. с. определение состояния данного явления.

По наличию в экспертном исследовании этапа, на котором ycTanaBjni- вается состояние явления, диагностические задачи места происшествия, как, впрочем, и все экспертные диагностические задачи, можно, в свою очередь, разделить на три класса:

  1. Задачи, ограниченные распознаванием природьг исследуемого явления либо в целом всего исследуемого объекта, это - диагностические клас- сификационные задачи.
  2. Задачи, требующие распознавания ісак природы, так и состояния данного явления, когда распознавание природы явления играет подчиненную роль и необходимо лишь для дальнейшего определения состояния явления. Такие задачи можно назвать собственно диагностическими задачами исследования состояния.

  3. Задачи, требующие распознавания и природы, и состояния данного явления, определение которых позволяет не только отнести данное явление к определенному классу, но и объяснить сложившуюся ситуацию, определи гь причинную связь тех или иных признаков и явлений и в конечном счете ре- конструировать отдельные элементы обстановки события ироисиіссгкия. Га- кие задачи следует назвать диагностическими ситуационными’.

К диагностическим классификационным задачам места ироисіиссі вим в первую очередь следует отнести задачи установления родовой и групповой

’ I

принадлежности объектов вещной обстановки по их конструктивным и мор- фологическим характеристикам; по отображениями их поверхности или формы; по составу и внутреннему строению. Исследуя, например, комплекс признаков таких объектов места происшествия, как оставленные заіпіси, следы обуви, отпечатки папиллярных узоров и др., можно усіановить иол, возраст, профессию и другие физические и социально-демографические факторы предполагаемого преступника (преступников). В рамках этой группы решаются такие задачи вещной обстановки места происшествия, как, например, является ли порошок белого цвета, обнаруженный в кармане ішджака потерпевшего и на столе осматриваемой комнаты, наркотическим вещссгвом? Или, являются ли следы фарного рассеивателя, обнаруженные на месте происшествия, следами легкового автомобиля. Если да, то какова марка данного автомобиля?

Кроме задач по установлению груїшовой принадлежности к диагностическим классификационным относятся также задачи усгановления соответствия характеристик исследуемого явления определенным нормативам либо заранее установленным правилам, условиям. В этой группе задач іакже

’ По мнению авторов коллективной монографии «Основы судебной жспері н 5і,і. Общая теория» (М. - Ч. 1. - С. 78), суіцеагвуют, по крайней мере, четыре рачпоинлностп диагностических задач: классификационные диагностические; собственно диаіиостиче- ские; обстановочные; причинно-диагностические. Соглашаясь в принципе с такой клас- сификацией, отметим, что ознакомление с содержанием каждой из разновидностей диаг- ностических задач позволяет нам констатировать, что наша классификация отличается о г вышеизложенной литнь тем, что в третьей группе задач нашей классификации закіпочспьі по сути последние две группы классификации авторов монографии.

распознается природа исследуемого явления, но только в качестве явления выступает не объект (явление) в целом, а лишь одна какая-либо его харакгс- ристика (свойство, действие и т. п.). Природа его определяется отнесением данной характеристики к определенному установленному нормативом или условием классу. Назначение и решение подобных задач места происніествия характерно при расследовании таких преступлений, как криминальные взрывы, пожары, дорожно-транспортные происшествия и т. д.

Диагностическими классификационными задачами являются и задачи по установлению способа изготовления. При решении этих задач выявляются признаки, характеризующие способ изготов]юния исследуемого объскга. Комплекс выявленных признаков и есть то явление, природа когороі о подлежит классификации, т. е. отнесению к одной из групп. И здесь ію сіюсобу Изготовления в совокупности с другими признаками можно oпpeдcJшть тс или иные признаки, характеризующие предполагаемого преступника.

Вторую груїпіу экспертных диагностических задач - собственно диаі - ностических - составляют задачи исследования состояния явления. В этот класс входят такие группы задач:

  • установление пространственных характеристик. Например, по опре- делению дистанции выстрела, где исследуемыми объектами являются следы выстрела на преградах;
  • установление временных характеристик. При решении эчих задач выявляется временная зависимость изменения состояния исследусмоі о объекта (количественного изменения его качественных характеристик);
  • установление первоначального вида (тина) или технического состояния измененных, в том числе в связи с расследуемым событием, объектов. Решение данного вида задач связано с установлением характера и степени изменения oиpeдeJЮнныx выявленных признаков и последующим восстановлением первоначального состояния измененного явления.
  • Решение задач по установлению причины разрушения, взаимодействия или какого-либо другого действия неотделимо от решения задач по отіпсде- лению характера и механизма этих действий. Решение данных вопросов в o i - дельности друг от друга противоречит методологии современного научного познания, которая требует диалектического подхода к исследованию явлений действительности, в данном случае это означает, что любое исследуемое действие должно рассматриваться как процесс со всеми его внутренними и внешними связями, а также причинами.

Установление причин изменения свойств или параметров псобходимо объединить с определением условий изменения данных параметров, гак как условия и причины - это составляющие компоненты совокупности всех об- стоятельств, при наличии которых необходимо наступает следствие’:

  • установление факта, причин и условий изменения свойств (парамет- ров). Как при решении любой диагностической задачи, здесь прежде всею необходимо определить природу исследуемоіо явления - усгановигь, как именно изменился данный параметр, а затем, проанаішзировав это изменение, все виу греиние и внешние связи рассматриваемого явлеін-ія, определи гь причины и условия данного изменения;
  • установления характера и “механизма разругиения (повреждения), взаимодействия и других действий. Решение этих задач подобно решеїппо задач предыдущей группы с той лишь разницей, что здесь исследуются пе отдельные параметры явления, а все явление пoJпюcтью.
  • Кроме перечисленных, в класс диагностических задач исследования состояния входят также задачи по установлению целевого назначения.

Наконец, третья группа задач - диагностические ситуационные. Как уже было сказано, необходимость в решении данных задач возникает тогда, когда требуется на основе изучения вещной обстановки места происшествия определить механизм и динамику совершенного преступления (например, п какой последовательности и какие действия совершизю лицо на месте про- исшествия). К таким задачам относИітся, например, оппеделеіиіе взапмопас-

’ См.: Сегай М.Я. Методология судебной идентификации. ~ Киев. 1970. - С. 329- положения стрелявшего и потерпевшего в момент произволегва высгрела, или установление по следам на месте происшествия действия нреступиика (преступников) по сокрытию преступления и т. д.

Любая криминальная ситуация на различных стадиях диагностического исследования подвергается сравнению с аналогичной ситуацией (изменяется, дорабатывается, дополняется), т. е. анализируется определенная криминальная ситуация. При ‘ш^м правильнее будет использовать ситуационные задачи не как категорию экспертизы, а как специфический процесс исследования. Использование ситуационного анализа как фрагмента криминалистической диагностики позволит на отдельных этапах в полной мере исследовать и ана- лизировать конкретное криминальное событие.

Решение диагностических ситуационных задач, как, впрочем, п і5ся теория диагностики, строится на ситуационном іюдходе к анаішзу и оцетсе признаков. Изучение изменений свойств с позиций ситуационного подхода - это основа для формирования выводов.

Известно, что любой материальный след, преобразующий структуру воспринявшей его среды, есть результат взаимодействия как минимум двух материальных тел или явлений, каждое из которых способно отразить свои свойства в структуре другого. Поэтому элементарный акт взаимодействия любых материальных образований, рассматриваемых в качестве оі ражаемых и отражающих систем, может запечаїлеть в следах взаимодействия разнока- чественную и разнонаправленную информацию о взаимодействовавппіх объ- ектах. Вследствие этого любой элементарный акт взаимодействия может по- тенциально включать в качестве источников информации MaTcpnajn^Hbie объ- екты (как отражаемую и отражающую системы) и следы (отображения), яв- ляющиеся носителями отраженной информации.

В судебной экспертизе материальных следов преступления материальными источниками информации об элементарном акте взаимодействия выступает связанный комплекс отражаемых и отражающих систем. К первым относятся материальные тела и явления любой физической природы и процесс их взаимодействия, ко вторым - следы-отобрал^ения (разной и одинаковой физической природы с отражаемыми системами), объединяющие в качестве носителей информации сведения о свойствах, связях и отношениях ото- бражаемых систем, об их субстратных и динамических характеристиках. Таким образом, имеющаяся в следах-отображениях разносторонняя информация об объектах и процессах их взаимодействия образует исходін,іс (|)актнчсскнс основания для ?зкспсртпого познания щирокоі о круга обстоятеіп,ств. связан- ных с возникновением следов и составляющих общий объект судебной экс- пертизы материальных следов преступления.

Профессор М.Я. Сегай считает, что именно общий объект судебной экспертизы материальных следов - вещная обстановка места преступления - служит онтологической основой постановки экспертных задач, поскольку все многообразие обстоятельств, познаваемых с использованием специальных знаний по отображенной в следах информации, может бьггь сведено к .рем

главным задачам’:

  1. Каковы свойства или состояние взаимодействовавших объектов?
  2. Какие конкретно объекты взаимодействовали друї^ с друїом или с материальной средой? “
  3. Каковы механизм и условия их взаимодействия?
  4. Рещенис же данных задач под силу порой лишь специалистам, обладаю- и^им специальными знаниями не только в области криминалистики и судебной экспертизы, но и других, смежных с ними областях научно! о знания. Более то- го, следует обозначить, что для решения данных задач и получения необходимой информации просто необходимо участие экспертов либо в сле^чсгвенном осмотре, либо в самостоятельном экспертном осмотре вепи.ой обстановки места происшествия, отнюдь не подменяющей собой следственный осмотр, а лишь

с Г’ •^ри^^ииа.рстика и судебная жспергн.а. - Кпси. 1 іл. _

являющейся первоначальной стадией процесса экспертного исследования, за- вершающий этан которого наступает лишь в лаборагорных ycJЮвияx.

Л.В. /іулов по :)гому поводу писал, что «в ряде случаев жснсрі и sy паді) назначать еще тогда, когда обсі-ановка места происшествия еще не наруиіс- на… В подобных случаях следователь должен назначать экспертизу сразу, чтобы обеспечить участие эксперта в осмотре места происшествия. Здесь следователь поставит на разрешения эксперта TOJU^KO ГС вопросы, кспорыс у него сразу возникают при ознакомлении с обстоятельствами происшествия на месте. В дальнейшем, по мере накопления материалов, он сможсі поставить на разрешение эксперта дополнительные вопросы. Этим самым следователь обеспечит возможность непосредственного восприятия мес га происшествия экспертом и будет способствовать іюлучению более объективною заключения»’.

Н.В. Терзиев и Р.Д. Рахунов участие эксперта в осмотре места происшествия видели в относительно схо>кем виде”.

Идея проведения на месте происшествия всего процесса экспсршого исследования, в том числе и составление заюпочсния, нринадлежи і Б.М. Ко- маринцу. Разбирая саму суть экспертизы на месте тіроисшествия, Б.М. Кома- ринец представлял такое исследование, которое должно было проводиться практически едва не параллельно с осмотром места происшествия, т. е. в самой начальной стадии следствия. Не отрицал он и возможности проведения экспертизы места происшествия через несколько дней, или даже недель после следственного осмотра, но добавлял, «что она в такой же мере может оказаться затрудненной или, возможно, безрезультатной, как и запоіда]п^ій или повторный следственный осмотр места происшес’твия»”\

’ Дулов А.в. Вопросы теории судебной экспертизы. - Минск, 1957. - С. 39-40.

” См.: Терзиев Н.В. Некоторые вопросы следствеппого осмогра места iipoiiciiicci- ВИЯ. - М., 1955; Рахунон P.JI Теория и практика экспертизы в совегсісом уголовпс)м процессе. - М., 1954.

^ Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении следственных действий по особо опасным преступлениям против личности // Теория и практика судебной экспертизы. - М., 1964.-Сб. 1 (II).-С. 23.

По его соображениям, «криминалистическая экспертиза должна производиться на месте происшествия в следующих случаях:

  1. Когда для разрешения вопросов, стоящих перед ней, важно исследовать не только отдельные вещественные доказательства, но и обстановку места происшествия. »
  2. Если для ее успеха нужно исследовать взаимосвязь между следами на различных предметах, имеющихся на месте происшссгвия.
  3. Когда вещественные доказательства со следами преступления ияи преступника не могут быть доставлены с места происшествия в KpHMnnajm- стическую лабораторию из-за громоздкости или вследствие опасности иска- жения или порчи следов при транспортировке»’.
  4. Сопоставляя процесс проведения экспертизы на месте происшествия с процессом проведения экспертизы в лабораторных условиях, Б.М. Комарп- нец выделил специфические черты первого, определяющие C10 сложность;

«1. Исследованию подлежит не один какой-либо предмет, а вся маїе- риальная обстановка места происшествия, вкіпочаюніая бо;п>июс количество следов и самых различных предметов. А почему-то считается, что отдельные вещественные доказательства, которые можно послать на экспертизу в криминалистическую лабораторию, - это объекты криминалистической экспертизы, а место происшествия - весь комплекс предметов и следов на нем - может быть успешно исследовано следователем без привлечения эксперта.

  1. Условия исследования необычные, нередко неблагоприятные - под дождем, при плохом освещении и в непривычной обстановке.
  2. Исследование выполняется непрерывно в сжатые сроки пребі>івапия эксперта на месте происшествия.
  3. ’ Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении следегиеппых действий ио особо оиасіПїім преступлениям против личности // Теория и гіракі иіч’11 судеб

ной экспертизы. - М., 1964.-Сб. 1 (II). - С. 21-22.

  1. Эксперт обычно НС имеет возможности получить консультацию других специалистов, привлечь для производства экспертизы справочные ма- териалы. I,
  2. Эксперт ограничен техническими средствами для производсгка не- обходимых исследований»’.
  3. Следует, однако, отметить, что концепция Б.М. Комаринца о проведении криминалистической экспертизы в «полевых» условиях никаких возражений, как, впрочем, и дальнейшего развития (до выхода в свет работ Г.Л. Грановского) в литературе не приобрела. К сожалению, не заин іересо- вала ни ученых, ни практиков того времени его главная идея - о возможности, а иногда даже и о необходимости экспертного исследования всей ос га- новки места происшествия для решения задач, отіюсящихся к предмсіу конкретных видов кримина]шстической экспертизы. При осмотре места происшествия , роль криминалиста заключалась в HCHOJN-ieHHC функций специалиста, в свою очередь, данные функции иногда гракговалн отпосп- тельно широко. Так, например, Г.Г. Зуйков писал: «Осмотр места происшествия, как известно, проводит следователь, а специалист-криминалисг обязан оказывать ему помощь, используя свои специальные познания и наві,пси… В отличие от производства экспертизы, когда эксперт устанавливает лишь какое-либо отдельное обстоятельство, относящееся к способу совершения преступления, и исследует материалы, нредставленные ему следователем, в данном случае специалист- криминалист изучает всю обстаьювку места происшествия, все следы, предметы, вещества, имеющиеся на нем, для TOJ O, ЧТО бы выявить факты, относящиеся к любой из сторон или ко всем составным частям и элементам способа coвepшeн^j^я преступления»”. Абсолютно одинаков был исход и в тех ситуациях, когда речь шла об экснерчном исследовании

’ Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении следственных действий по особо опасным преступлениям против личности // Теория и практика судебной экспертизы. - М., 1964. - Сб. 1 (11). - С. 24.

’ Зуйков Г.Г. Установление способа совершения преступления при помощи крими- налистических экспертиз и исследований. - М.. 1970. - С. 33.

места происшествия, его не связывали по времени с осмотр,ом места проис- шествия’.

Разделяя концепцию Б.М. Комаринца, Р,С. Белкин отмечал два положения общего характера: принципиальная возможность и целесообразность проведения криминалистической экспертизы в «полевых» условиях и признание места происшествия в целом (а не отдельных следов и предметов) объектом криминалистической экспертизы”.

с позиции нашего исследования мы считаем совершенно обосноіиіи- ными аргументы Б.М. Комаринца в пользу назначеіпія и проведеіпія ряде случаев криминалистических экспертиз вещной обстановки места происшествия на самом начальном этапе расследования, иногда практически параллельно с осмотром места происшествия, тем более что специалисі, участвующий в осмотре места происшествия, имеет право в последствии принимать участие в качестве эксперта (ст. 57, 58 УПК РФ).

Возникающий ряд трудностей при проведении экспертизы на месте происшествия, о которых писал Б.М. Комаринец в 1964 году, в наше время гораздо легче может быть преодолен, ввиду того, что нерсдвижные кримина- листические лаборатории снабжены современными средствами и разлтічньїм исследовательским оборудованием, наличие многообразной снравочтюй іні-

II

формации, помогающей эксперту в даче заключения, развитая система экспресс- методов исс]юдоваьшя - все это в совокупности создаст необходимые условия для проведения экспертизы на месте происшествия (в полевых условиях). Можно говорить и о том, что мы имеем де;ю с ситуацией, при которой даже лабораторные исследования становятся «полевыми», ибо сама лаборатория находится в «поле», и такой немаловажный факт, как ресурс времени будет выигрышным фактором.

’ См.: Самарина Т.М. Значение экспертного осмотра места тіроиспіествня и всіцссг- венных доказательств // Проблемы и практика трасолотимсскмх и баллисгичсскпх исследований; Сб. науч. тр. - М., 1976. - Вып. 17. - С. 64.

  • См.: Бс.ікиїї Р.С. Куре криминалистики: В 3 т. - М., 1997. - Т. 3: Криминалистические средства, приемы и рекомендапии. - Є. 23-24.

Можно с определенностью констатировать, что большинство ученых и специалистов в области судебной экспертизы придерживаются мнения о не- обходимости производства экспертизы вещной обстановки места иропсиїест- вия. Существующая практика проведения обширного ряда таких экспертиз, как автотехническая, пожарно-техническая, тexнoJЮгичecкaя, экспертиза по делам о нарушении правил техники безопасности и других позволяет сделать вывод, что место происшествия может, а зачастую и должно быть объектом экспертного исследования. Подтверждая данный факт, Б.М. Савельев, например, пишет, что «необходима такая организация автотехнической экспертизы, при которой эксперт имел бы возможность лично ознакомиться с местом дорожного происшествия и принять активное участие в осмотре транспорта»’. Е.А. Долицкий, не оставляя без внимаїнія даіпіуіо проблему, сипдс- тельствует, что при производствен технических ?жспертиз по делам о крушениях и авариях на железнодорожном транснорте «неіюсредствснньпі осмотр экспертами места крушения трудно заменить каким-]шбо материа- лом»\ «При установлении причины пожара осмотр места гюжара экспертом является важным фактом, решающим успех экспертизы» - с бoльиJOЙ степенью категоричности заявляет З.Е. Шиманова’. О необходимости непосредственного аналшза обстановки места происшествия пожарно-техническим экспертом пишут и А.Р. Шляхов, и А.С. Григорьян’*, и др.

Это вполне естественно, поскольку изучение экспертом всей вещной обстановки места происшествия позволяет ему nojniee и глубже изучить механизмы следообразования, раскрыть признаки и свойства других объектов

’ Савельев Б.М. Автотранспортные происшествия и их расслеловапие. - М ІУ62. -

С. 161;

  • Дол 1111 кий Е.А. Технические экспертизы по делам о крутспиях и авариях па же- лезнодорожном транспорте. - М., 1951. - С. 51.

^ Шиманова З.Е. Пожарно-техническая экспертиза. - М., 1963. - С. 49. См.: Шляхов А.Р. Предмет некоторых видов судебной экспертизы // Вопросы криминалистики. - 1963. - Вып. 8-9. - С. 33; Григорьяи А.С. Расш.едование поджогов. - М., 1971. - С. 99; См. также: Справочник следователя: Практическое пособие (практическая криминалистика: следственные действия) / Под ред. В.И. Беджатева - М 1990 -

Rbin 1 _ Р 1 О

экспертизы, т. е. с наибольшей эффективностью решать задачи, поставленные перед ним следователем или судом.

Как уже было сказано ранее, в целях исследования ситуации проводятся либо комплексные экспертизы, либо комплекс экспертиз, учитывая, что общим объектом в данном случае является вещная обстановка мссіа происшествия, включающая в себя совокупность отдельных объектов, требующих для своего исследования, как правиію, участия специалисгов различных областей знания. Решение же таких задач не только объединяет усилия специалистов разішчпого профиля, но и oбycJювлeпo совместным проведением исследования общеі о объекта и формулирования обпіего «синтетического» вывода. Здесь же следует подчеркнуть, что «синтетический» характер иыиолои экспертов при производстве комплексных экспертиз определяется не механическим совмещением результатов разнородных экспертиз, а их взаимопроникновением, обусловливающим возможность совместного вывода. Основным условием комплексной экспертизы выступает структурное единство объекта - носителя свойств, используемых сведущими лицами в различных областях знаний. Еще в 1979 году Г.Л. Грановский писал о і ом, что «…объектом ее (ситуационной экспертизы. - В.Л.) является событие происшествия, отобразившееся не столько в отдельных следах, сколько в вещмоГі обстановке места происшествия в це;юм»’. Объектом данной экспертиз!,і будет выступать вся обстановка места!’ происшествия, коїорую эксперт стремится связать в один информационный поток, сформировав таким образом систему взаимосвязи между различными, на первый взгляд, данными.

В том случае, если экспертам поручено исследовать отдельные элементы и подсистемы ситуации, то полученные ими результаты должны быть ис- пользованы одним из экспертов («ситуологом») при формулировании вывода, относящегося к ситуации в целом. Также следует обязательно определить рациональный іюрядок одновременного исследования обнаруженіп>іх па мсс-

I

Грановский ГЛ. Снтуалогическое исследование места ііроиспіесттія /7 Програм- мирование и ситуалогические методики трасологических исследований’ Сб иауч тр - \4

1979.-Вып. 37.-Г 104 те происшествия вещественных доказательств специалистами различных областей знания для решения общей задачи. Без экспертного видения п соог- ветствующсго исследования нодвсрігнуть изучению всю обстановку места происшествия (весь его механизм) или какой-то отдельный, но очень нажньи-і фрагмент всего события происшествия (эпизод, характеризующий реальное действие, реакнию или процесс отдельных nocjiCjioBaTCJH.HMx действий) невозможно.

О комплексном характере ситуационных экспертиз говорили А.И. Вин- берг и Н.Т. Малаховская, подчеркивая, что «структура ситуации», подлежащая экспертному анализу, достаточно сложна и поэтому изучение ее можег бьп ь эффективно только с применением специальных познаний в комплексной форме, а сама ситуационная экспертиза является «как пpaвиJю, комплексной экспертизой»’. В отличие от А.И. Винберга и Н.Т. Малаховскоіі, Г.Л. Гранов- ский считал, что ситуационная экспертиза может быть как комплексной экс- пертизой, так и комплексом экспертиз. Практически такой же точки зреиня придерживался В.Д. Арсеньев, который отмечал, что А.И. Винберг и Ы. Г. Ма- лаховская не разграшічили должным образом понятия комплексной экспертизы и комплекса экспертиз, в связи с чем они нередко подменяют одно понятие другим^.

к сказанному следует добавить, что решение ситуационной задачи путем назначения и производства комплекса экспертиз, а не и0іп40цснн0Й ком- плексной экспертизы нередко приводит к экспертным ошибкам, которые, и свою очередь, могут повлечь следственные и судебные ошибки. Так. например, по делу об убийстве гр. к. выстрелом из пистолета следователем были назначены параллельно судебно-медицинская и судебно-баллистичсская экс- пертизы, и перед каждым из экспертов был поставлен вопрос о расстомніні

I

Винберг А.И. Судебная экспертология (общетеоретические и методолоіпчеекие проблемы судебных экспертиз) / А.и. Винберг, Н.Т. Малаховская. - Волгоі рад, 1979. - С.168-176.

~ См.: Арсеньев В.Д. Процессуальные проблемы комплексной судебной экспертизы // Теоретические вопросы судебной экспертизы: Сб. науч. тр. - М., 1981. - Вып. 48, - С 77-7S

выстрела. В итоге выводы экспертов по этому вопросу не совпали: судсбньпі медик определил расстояние выстрела до 1 метра, эксперт, проводящпіі бал- листические исследования, - от 1 до 6 метров. Поскольку правильное решение этого вопроса имело существенное значение для дела, была назначена повторная судебно-баллистическая экспертиза, при производстве ко горой были представлены в числе прочих материалов заключения по результатам двух упомянутых экспертиз. Учитывая данные судебно-медицинскоі о исследования (направления раневого канала, наличие гематомы у входного отверстия и др.), эксперты-баллисты пришли к выводу о выстреле в упор. Однако и этот вывод вызывал определенные сомнения, в связи с чем была назначена еще одна повторная экснергиза, которая на этот раз была проведена ком-

II

плексно - с участием баллиста и судебного медика. Проведя исследонания, комиссия пришла к выводу, что выстрел был произведен с расс’юяпия oi 0,5 до 3 метров. Этот вывод и был впоследствии положен в основу приі’оиора по делу’.

Данный пример наглядно показывает, что выводы как двух раздельных экспертиз - судебно-баллистической и судебно-медицинской, так и выводы повторной судебно-баллистической экспертизы, при ГІрОИЗВОДСІ ВС Ko ropoti использовались результаты исследования судебно-медицинской экспергизы. оказались противоречащими не только друг другу, но и другим данным, соб- ранным по делу. Только благодаря комплексному исследованию с непосред- ственным учасіием и эксперга-баллиста, и эксперга - судебного медика бьит

I’

получены фактические данные, не противоречащие другим доказаіельсгвам по делу.

Другой пример свидетельствует о роли результатов комплексной экс- ‘ пертизы вещной обстановки места происшествия для расследования прсс гуп- ления и выявления фактических даіпіьіх по делу об убийстве cyiipyi он П. Фабула дела заключалась в следующем. В дачном домике № 93а Железнодо-

’ См.: Арсеиьев В.Д. Процессуальные проблемы комплексной судебной жспертп- зы // Теоретические вопросы судебной :зксперти-зы: Сб. науч. гр. - М., 1981. - Вын. 4S. - С R0- 81

рожного садоводческого кооператива (Домодедовский район Московской об- ласти) на полу комнаты были обнаружено два трупа супругов П. Следс гвен- ным осмотром (без участия эксперта) были зафиксированы многочисленные следы крови на иолу, сгенах, поюлке. Жертвам бьипі нанесены иожеіянс ранения (нож обнаружен в комнате на гардеробе), а также металлической грубой (была обнаружена при осмотре в коридоре дачного дома). Учитьп^ая, ч гс для решения вопроса о том, как развивались события на месте происшествия й каков был механизм совершения преступления, необходимы были специальные знания, следователь назначил комплексную медико- криминалистическую экспертизу всей вещной обстановки места происшествия, на разрешение которой поставил следующие вопросы:

  • Каков механизм происшествия?
  • Каким образом преступник (преступники) проникли в дачный ломик?
  • Как они передвигались внутри помещения?
  • В каком положении находились преступники и потерпевшие во время нанесения lюcJюдним повреждений?
  • Оказывали ли потерпевшие сопротивление в MOMCHJ нападения п:І них и причинения им повреждений?
  • Какие действия совершили преступники (преступник) после убийства?
  • Могли ли быть все действия относительно потерпевших совершены одним лицом?
  • Каким путем преступники покинули место происпіествия?
  • в распоряжение экспертов были представлены: уголовное дело; два заключения ранее проведенных экспертиз (по крови, характеру повреждений и причины смерти, дактиіюскопической экстюртизы); место происшествия -

садовый домик № 93а. Надо сказать, ч то к момеїгту назначения комплексной

 

ситуационной экспертизы ранее зафиксированная обстановка места проис- шествия уже успела претерпеть существенные изменения, что, естсствеїпю, усложнило производство экспертизы. Экспертам приииюсь тіровести рекой- струкцию обстановки места происшествия, а только йогом тщательно осмотреть его.

Анализ вещной обстановки места происшествия, нуїси подхода и ухода преступников из дома, следов и вещественных доказательств, а также рс- ,:?уЛьтаты экспертных экстюриментов, проведенных для установления обстоя- тельств, при которых были нанесены повреждения, позволили установись взаиморасположение нападавших и потерпевших в момент нанесения повре- ждений, пути перемещения трупов с кровати на пол, другие действия пре- ступников после совершенного ими преступления, что позволило дать ответы на все поставленные следователем вопросы, в том числе сделать вывод о том, что преступников было двое и что проникли они из мансарды домика на террасу по приставной лестнице. Дальнейший ход расследования не IOJH^KO полностью подтвердил экспертные выводы, но и позволил раскрыть данное преступление в кратчайшие сроки’. Однако следует заметить, что тій сроки могли быть существенно сокращены, а преступники пойманы по горячим следам, если бы экспертиза места происшествия была назначена сразу после экспертного осмотра места происшествия, проведенного одновременно со следственным осмотром.

Таковы напш рассуждения о диагностических ситуационных задачах, возникающих в следственной и экспертной практике. Надо сказать, чю идея ситуационной экспертизы получила поддержку в криминалистической лите- ратуре’. Одной из причин такого подхода является тот факт, что решаемые данной экспертизой задачи относятся нрактически ко всем видам экспср’1 из.

’ Архив ВНИИСЭ МЮ СССР, д. № 3210/6-7-1978. Реконструкция обстановки места происшествия и иссисргные зксперимеїггьі проводились также и по ряду других дел, например: д. № 403/6-7-1979; 24008-1979; 561/7-7-1982; 567/7-7-1982; 493/6-7-1982 и др.

См.: Винберг А.И. Судебная экспертология (обиіетеоретические и методологические проблемы судебных экспертиз) / А.И. Винберг, Н.Т. Малоховская: - Волгої рад, 1979. - С. 167; Корухов ЮТ. Трасологическая диагностика. - М., 1983. - С. 19; Мсш.чис Н.П. Криминалистическая трасология как теория и система методов решения задач а различ- ных видах экспертиз: Автореф. дне… д-ра юрид. наук. - М., 1992. - С: 23; Вычкова С.Ф. Становление и тенденции развития науки и судебной экспертизы. - Алма-Ага, 1994. - С. 167

В заключение отметим, что, затратив немало сил в процессе изучения проблемы ситуационной экспертизы, Г.Л. Грановский пришел к следующим выводам’:

  • переход от разрозненных случаев экспертного иссіюдовапия отдельных объектов на месте происшествия к экспертизе места происшес твия отвечает потребностям следственной и судебной практики и возможностям современной судебной экспертизы; ‘
  • место происшествия должно стать объектом криминалистической ситуационной экспертизы и в тех случаях, когда для его исследования мужиы специальные познания, целшком передаваться в распоряжение экспер та;
  • нужно сконцентрировать усилия KpnMnnajmcTOB на разработке ме- тодики ситуационной экспертизы, методов и технических средсів (в том числе передвижных экспертных лабораторий), обеспечивающих выполпсппс комплекса исследований на месте происшествия;
  • с созданием ситуационной экспертизы появляются peajn.iibic воз- можности для расширения предмета экспертизы; увеличивается э(|)(1)сктив- ность использования специальных познаний и технических средств в рассле- довании и судебном разбирате]и>ствс уголовных дел.
  • Сделанные Г.Л. Грановским в свое время выводы относительно возможности и необходимости производства ситуационной экспертизы места происшествия не потеряли своей актуальности и на сегодняшний день. Более того, можно сказать, что с учетом характера современной преступности именно ситуационные экспертизы вещной обстановки места происшествия позволяют уже па первоначальном этапе решить многие проблемтіьіс вопросы по раскрытию и расследованию преступления, обеспечив необходимой доказательственной информацией сотрудников правоохранительных органов.

’ См.: Но MarcpnajKiM криминалистических чтений // Проблемы трас()лі)Гіічсскііх исспелований: Сб. науч. тр. - М., 1978. - Вып. 35. - С. 145-146.

ГЛАВА И. ОРГАНИЗАЦИОННЫЕ И МЕТОДИЧЕСКИЕ ПРОБЛЕМЫ НАЗНАЧЕНИЯ И ПРОИЗВОДСТВА ЭКСПЕРТИЗЫ МЕСТА ПРОИСШЕСТВИЯ

2.1. Организационные проблемы назначения и производства экспертизы места происшествия

Отличительной чертой ситуационной экспертизы является необходи- мость применения специальных знаний для анализа как отдельных элементов, так и события в целом. При этом в большинстве случаев только сам эксперт как сведущее лицо способен определить, какие сведения ситуационного характера необходимы ему для решения вопросов. Это обстоятельство вызывает необходимость привлечения сведущего лица с начальных этапов расследования не только к выявлению, фиксации обстоятельств, имеющих отношение к будущей ситуационной экспертизе, но и к оказанию помощи следователю в формулировании вопросов, которые следуеч- поставить на разрешение

I

ситуационной экспертизы, и к подготовке и отбору материалов, содержаиціх сведения о ситуации.

По мысли И.М. Лузгина, возникновение и решение криминалистиче-

 

ских задач, как и все расследование, носят ситуационный характер. Это озна- чает, что ни одна криминалистическая задача не решается без учета конкретной ситуации. В этом проявляется неразрывная связь обьсктивноі о (ситуации) и субьсктивіюго (задачи), присущая любому виду чсіювеческой деятельности, в том числе и расследованию преступлений’.

’ См.; Лузгии И.М. Криминалистические залами и их место в оценке исходні.іх следственных ситуаниіі // Актуальные вопросы использования дос тнжений пауки и техники в расследовании преступлений органами внутренних дел (вопросы криминалистики), - М.. 1990.-С. 67.

Исследование ситуации связано с выделением из бесконечного множества объектов тех, которые характеризуют криминалистическую ситуацию, а это, как правило, только часть объектов, cocтaвJ]яющиx вещную обстановку места происшествия. Причем заклю^^енная в этих объектах криминалистически значимая информация имеет информативную ценность лишь тогда, когда в результате выявления этой информации уменьшается неопределенность суждения об исследуемом событии. Решение вопроса об информативной ценности полученных данных связано с необходимостью их мысленной пе- реработки и соответствующим процессуальным оформлением. Если объем полученных данных гораздо больше того, что ЧЄІЮВЄК В состоянии охватить сознанием, ценность их снижается, причем отдельные данные полностью не используются, а зачастую и мешают исследованию.

Проблема назначения и производства ситуационной экспертизы с позиций ее организационных и методических основ не раз была предметом дискуссии на страницах специальной ;штературы. Так, рассматривая концсн- цию «ситуационной экспертизы» Г.Л. Грановского, Р.С. Белкин, подвергая справедливой критике некоторые из положений, выдвигаемых Г.Л. І ранов- ским, задается целым рядом вопросов организационного характера. В их числе: «когда следователь должен сделать вывод о необходимости назначения ситуационной экспертизы; кто определяет состав экспертов разных спе- циальностей, привлекаемых для исследования отдельных элементов и подсистем ситуации, и почему результаты их исследований должен обобщать, а следовательно, и оценивать эксперт-криминалист; кто в этом случае исследует место происшествия?»’.

Попробуем ответить на эти вопросы.

Решение о необходимости назначения ситуационной эксгюргизы следователь может принять по результатам экспертного осмотра места происшествия (лучше, если этот осмотр будет проводиться параллельно со следственным) и ознакомления с этими результатами. На практике мы набіподасм

? I

’ Белкин Р.С. Курс криминалистики, - М., 200]. - С. 563 именно эту си’іуациіо. К такому выводу пришло и болылиисгво оііроіііснт>іх нами респондентов из числа экспертов: 76% высказались за производство экспертного осмотра одновременно со следственным. Принимая участие в осмотре места происшествия в качестве специалиста, последний, как уже бы- І10 сказано ранее, в соответствии со своими процессуальными обязанностями помогает следователю в решении, в том числе и таких вопросов, как, например, какие экспертизы следует назначить и какие вопросы поставить на разрешение этих экспертиз (ст. 58 УПК РФ).

В том случае если следователь принимает решение о необходимое! и назначения комплексной ситуационной экспертизы непосредственно при осмотре места происшествия до возбуждения уголовного дела, что, ксіаги, не запрещено законом (ч. 4 ст. 146 УПК РФ), он выносит постановление о на- значении экспертизы, где наряду с основанием назначения может указать и конкретных экспертов, которым поручается производство данной экспертизы. Этими экспертами могут быть и специалисты (не только эксперты- Криминалисты, но и иные, например, судебные медики и т. д,), принимающие участие в осмотре места происшествия. В этой ситуации осмотр вещной обстановки места происшествия, проведенный специалистами одновременно со следственным осмотром, будет, по сути, совпадать с первой стадией экспертного исследования - стадией экспертного осмотра. Это, конечно, не означае і, что экспертный осмотр подменяет собой следственный. Здесь каждому участнику данного следственного действия (осмотра места происшествия) следует четко соблюдать границы своей процессуальной компетенции. Пока не

II

назначена экспертиза, сведущее лицо выступает в качестве специалиста, после назначения экспертизы - оно приобретает функцию эксперта. Однако, изменив свой процессуальный статус, вряд ли это сведущее лицо изменит свое мнение, сформировавшееся у него в ходе осмотра места происшествия, когда он выступал в качестве специалиста. Исходя из этого и следует признать проведенный специалистом осмотр вещной обстановки места проистие- ствия в рамках следственного осмотра по сути дела экспертным осмо тром.

Другой вопрос - кто определяет состав экспертов разных специальностей, привлекаемых для исследования отдельных элементов и иодсисгем ситуации? Во-первых, как мы уже говорили ранее, состав комиссии экспертов может определить и сам следователь, указав их фамилии в постаповлсмии о назначении экспертизы. Если же им указано только экспертное учреждение, то по закону поручение производства экспертизы конкретному эксперту или комиссии экспертов является обязанностью руководителя судебно- экспертного учреждения (ст. 14 Закона «О іюсударственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации»). В зависимости oi сформулированных следователем вопросов руководитель экспертного учреждения определяет, кого из специалистов следует вюиочить в комиссию по производству этой экспертизы. Это, во-вторых.

Наконец, еще один вопрос: прчему результаты исследований должен обобщать, а следовательно, и оценивать эксперт-криминалист и кто в тгом случае исследует место происшествия? Думается, что и обобщать, и оценивать результаты проведенного исследования должны совместно все члены комиссии, участвующие в производстве комплексной ситуационной экспертизы под организационным руководством эксперта-интегратора, которым, кстати, может быть и эксперт-криминал ист. Что же касается вопроса о том, кто исследует место происшествия, то ответ на это’1’ вопрос мы дaJJи ранее - те эксперты, которые принимали участие в осмотре места происшествия в качестве специалистов. При необходимости данный экспертный осмотр может быть проведен повторно с участием иных членов комиссии, но при этом следует учитывать возможное воздействие на вещную обстановку места происшествия объективных и субъективных факторов, способных необратимо се изменить.

Итак, ситуационные экспертизы вещной обстановки места ироисшсст-

ВИЯ следует назначать практически либо сразу после следственного осмотра места происшествия, либо параллельно с ним. Лишь в этом случае вероятность утраты CJЮД0в и объектов, составляющих вещную обстановку места происшествия, сводится к минимуму, в противном случае потребуются до- полнительные затраты времени и средств для восстановления (реконструкции) этой обстановки, это в лучшем” случае. В худшем - объекты и следы, в которых заключена информация о происшедшем событии, могут быть безвозвратно утрачены.

Общая задача уголовно-процессуального доказывания сопровождает каждое следственное (процессуальное) действие, связанное с применением специальных знаний в той или иной форме. В таком следственном действии, как назначение экспертизы эта задача имеет и некоторые специфические аспекты, связанные с наличием известной самостоятельности в деятельности одного из главных его участников - эксперта.

В том случае, если следователь в процессе осмотра места происшесг- вия приходит к выводу, что по делу может и должна бьггь назначена экспертиза, для производства которой потребуется ознакомление эксперта с обсіа- новкой совершенного преступления, он должен вьпіссти посгановлсмие о па- значении экспертизы и предоставить в распоряжение эксперта место происшествия, которое последний должен исследовать в соогветсгвии с поставленными перед ним вопросами. Причем вопрос о назначении экспертизы может быть решен практически на протяжении всего периода следсг- венного осмотра места происшествия. Назначение же судебной экспергизы обусловлено необходимостью установления обстоятельств, которые досга- точно сложно или практически невозможно установить без научно- технических или другого рода исследований с применением специальных знаний. Данная ситуация может возникнуть как на этапе первоначал ьної о осмотра места происшествия, так и на последующих этапах. И в том и в другом случае могут также возникнуть две ситуации: первая - если экспертиза будет поручена эксперту (экспертам), выполняющему функцию специалиста при осмотре места происшествия. Эта ситуация была рассмотрена нами ра- нее, и особой сложности, на наш взгляд, не представляет ни в организационном, ни в процессуальном плане. Вторая - если экспертиза будет поручена эксперту, не выступающему в роли специалиста при осмотре места происшествия. Здесь возникают некоторые организационные проблемы, связанные прежде всего с тем, что следователь должен продумать и обеспечить незамедлительное прибытие на место происшествия эксперта (экспертов), которому будет поручено производство экспертизы места происшествия, с тем. чтобы предоставить ему возможность провести экспертный осмотр до воздействия на общий объект - вещнуш обстановку места происшествия - объективных и субъективных факторов (погодные усіювия, действия сообщников преступника и т. д.). В том случае, если обеспечить скорое прибытие экспертов на место происшествия не представляется возможным по объективным причинам (значительная удаленность места происшествия от государственного судебно-экспертного учреждения, отсу’їствие в данном уч- реждении экспертов соответствующего профиля, отсутствие транспортного средства и т. д.), необходимо принять меры к фиксации и сохранению вещной обстановки места происшествия. Фиксацию следует проводить не только протоколированием, но и с помощью фотографирования и видеосъемки, ч тобы в дальнейшем можно было по материалам дела реконструировать обстановку места происшествия для решения экспертных вопросов. Другими словами, следователю необходимо в процессе исследования места происшествия подготовить необходимые материалы для использования их экспертом, особенно те, которые в последствии могут быть унич тожены. Равным образом следователь должен обнаружить, зафиксировать и изъять, а также сохрани ть все вещественные доказательства, требующие экспертного исследования. Однако следует иметь в виду, что даже хорошо составленный проток’ол осмотра не может заменить непосредственного восприятия обстановки экспертом. Выполненные в ходе осмотра места происшествия такие действия, как фотографирование, составление планов и схем в состоянии передать jn^b представление о нем, но зачастую не могут в гюлной мере отразить важных деталей первоначальной обстановки места нахождения следов и взаиморас- положения всех предметов. Тем более что неодинаковым будет восприятие у разных следователей одних и тех же событий, в связи с этим по-разному будет запротоколировано место происшествия и его обстановка.

К сказанному слсдусг добавить, что, как показывает практика, в процессе следственного осмотра зачастую не удается предусмотреть, какие данные об обстановке места происшествия понадобятся в дальнейшем эксиергу. Более того, по обширному ряду дел (например, неисправностях и катастрофах транспортных средств, пожарах и др.) эксперты могут решать интересующие следствие вопросы лишь посредством изучения обстановки па МСС’І’С происшествия. Выход из сложившейся ситуации видится в том, что 1Ю делам указанной категории следует в обязательном порядке для участия в осмотре места происшествия приглашать специалиста (cnennajmcTOB), которому впоследствии, при необходимости, будет поручено производство соответствующей ситуационной экспертизы. Поскольку процессуальный закон не оірани- чивает круг лиц, выступающих в качестве специалистов (за исюночснисм прямо указанных в ст. 70, 71 УПК РФ), то имеются все основания сделать вывод о возможности следователем приглашать в качестве спеїдиалисга и профессионального эксперта. Тем более, что законодатель ясно выразился - предыдущее участие в производстве по уголовному делу в качестве экспер та или специаіиіста не является основанием для отвода (н. 1 ч. 2 ст. 70 УПК РФ).

Другая проблема, связанная с экспертизой вещной обстановки места происшествия, заключается в организации ее производства. С одной стороны, в зависимости от поставленных перед экспертом вопросов экспертиза может быть произведена непосредственно на месте происшествия, так сказать, в «полевых» условиях. Современное развитие кpиминaJшcтики и судебной экспертизы вполне способно обеспечить этот тіроцесс (использование, в частности, передвижных криминалистических лабораторий). С другой - не всегда методика исследования, призванная решать те или иные экспертные задачи, и предусмотренные ею технические средства и методы позволяют провести экспертные исследования непосредственно на месте происітіествия (громоздкость используемых технических средств, стационарное предназна- чение их использования и т. п.). В этом случае исследования проводятся в лабораторных условиях. И здесь важно помнить, что речь идет не об иссле- дованиях отдельных вещей на месте происшествия, а об экспертном исследо- вании места происшествия, в котором заключена взаимосвязанная информация о различных сторонах минувшего деягельпостного собьггия. Основным объектом исследования должна стать информация, заключенная в динамической структуре ситуации, т. е. в вепцюй обстановке в целом. Это создасг условия, способствующие разбору и в ее частностях.

Спецификой таких экспертиз является и го, что в «полевых» условиях вопросы индивидуальной идентификации, как правило, не решаются, а устанавливаются пространственные, временные и причинно-следственные связи между исследуемыми объектами и явлениями. Отсюда полученные результаты таких экспертиз в установлении процесса поведения субъекта и друї их обстоятельств преступления имеют весьма существенное значение.

При производстве данных экспертиз даже для решения одноі о вопроса нередко возникает необходимость в реконструкции места происшествия и проведения экспертного ЭКСПерИМеНцТа, в ходе которого проверяются и тіере- проверяются все относящиеся к событию обстоятельства, в том числе из всего многообразия объектов (материальной обстановки пpoиcuJccтвия) выделяются конкретные элементы с учетом имевших место фактов псремеїцстіия материальных объектов или их изменения в связи с теми шш иными обстоятельствами и т. д. Все это предполагает самое активное содействие эксперту со стороны следователя не только с позиции восстановления единства вещной обстановки, но и возможности проведения тех или иных эксперимен тов. Последние же связаны с определенными организационными мероприятиями. Поскольку эксперимен т является факультативной сіадией процесса жснсрт- ного исследования, а по закону не только следователь, но и подозреваемый, обвиняемый, потерпевший и свидетель вправе присутствовать с разрешения следователя при производстве судебной экспертизы, давать объяснения экс- перту (ч. 1 ст. 198 УПК РФ), следует прежде всего обсудить со следователем и обосновать необходимость присутствия указанных субъектов (если таковые имеются в наличии на момент назначения и производства экспертизы) цри производстве ситуационной экспертизы в целом и экспертного эксперимента в частности. В случае положительного решения данного вопроса возникает потребность в разработке плана деятельности всех участников следственного эксперимента с тем, чтобы с наименьшими затратами получить наибольший результат. И хотя участие указанных субъектов в производс гве экспертизы и экспертного эксперимента, в частности, может создать определенные трудности для эксперта (комиссии экспертов), тем не менее такие исследования нередко позволяют выяснить совершенно новые для экспсрга обстоятельства, существенные для дальнейшего расследования. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что с целью решения специальных вопросов, связанных с обстановкой и событием преступления, эксперт проводігі исследование не только неносредственно по следам, имеюпіимся на месте происшествия, но и опосредствованно, т. е. по результатам экспериментального воспроизводства комплекса действий, явлений как аналогичных элементов происшествия. Иначе говоря, исследованию подлежит не только статический элемент (обстановка места происшествия), но и динамическая сторона происшествия, сам механизм поведения субъекта, действовавшего в конкрсгіюй обстановке. А поскольку происшествие исследуется именно в его динамике, через раскрытие механизма поведения субъекта, и несущая информацию об этом материальная обстановка преступления, взятая в системно-структурном отношении, позволяет рассмотреть происшедшее событие как в его целостной картине, так и по отдельным элементам, то становится очевидным значимость таких экспертных исследований для установления объективной стороны преступления, так как последняя является внутренней характеристикой самого механизма преступного посягательства.

Ценную роль при этом играет и информация, имеющаяся у следователя о тех или иных фактических обстоятельствах дела, в уяснении которых у экс- перта может возникнуть необходимость при даче заключения, в СВЯІН С чем специальные экспертные исследования на месте происшествия выступают как скоординированная и направленная к одной цели совместная работа следователя и эксперта с вещественными доказательствами и другими материалами дела. Лишь только тогда такие экспертные исследования будут являться наиболее яркой формой участия эксперта в данном процессе расследования, 11 смело со всей очевидностью можно будет сказать, что роль эксперта сгюлна проявилась как активного участника процесса доказывания.

Характерной особенностью экрпертиз, проводимых на месте происіле- ствия, является и то, что они связаны с выделением из всего многообразия материальной субстанции конкретных элементов вещной обстановки. Их проведение предполагает самое активное содействие эксперту со стороні>і следователя и не только с точки зрения восстановления единства вещной об- становки и возможности проведения тех или иных экспериментов. Немалую роль при этих исследованиях играют следственные версии, информация сле- дователя о тех или иных фактических обстоятельствах дела, в уяснении которых у эксперта может возникнуть необходимость, результаты иін.іх экспертных исследований и т. д.

В этом плане специальные исследования на месте происшествия выступают как скоординированная сов^местная работа следователя и эксперта с вещественными доказательствами и другими материалами дела, в связи с чем они являются формой участия эксперта в едином процессе доказывания, когда со всей очевидностью видна роль эксперта как активного участника доказывания.

Значение экспертных исследований определяется не только тем, что они раскрывают содержание преступных действий, но и тем, что, исследуя «механизм» поведения лица в определенной обстановке, позволяют ясію представить роль деятельности субъекта, выявить характерные особенности этой деятельности, слагающейся из различных действий, их гюследоваїсль- ность и целенаправленность’. В целом, для полного раскрытия внешней стороны деяния, значение экспертных исследований, осуществляемых на месте происшествия, состоит в том, что, обеспечивая структурный подход к исследованию обстоятельств преступления, они позволяют выявить и использовать максимальное количество доказательственной информации об

II

этом элементе предмета доказывания.

В литературных источниках отводится существенное место еще одной организационной проблеме, связанной с возможностью эксперта самостоятельно проводить осмотр места происшествия и тем самым получать фактические данные для последующего экспертного исследования. Есть и с горо и- ники и противники данной точки зрения. Так, Б.М. Комаринец считает, что «получать материалы для производства экспертизы за пределами лаборатории эксперт не может самостоятельно, так как этим он подменил бы следователя, присвоил бы его права. Эти действия по собиранию материа]юв для экспертизы эксперт должен проводить не только с ведома и разрешения следователя, но и совместно с ним»1 Конечно, в тех случаях, когда экспертиза проводится на месте происшествия одновременно с осмотром, проводимым следователем или судом, - это вполне осуществимо. А как же бьггь в ряде других случаев, когда, например, следователь назначает ситуационную экспертизу вещной обстановки места происшествия после проведения следственного осмотра, однако по объективным причинам не может присутствовать при ее производстве и, в частности, при экспертном осмотре. По этому [юво- ду в работе Б.М. Комаринца мы не находим ответа. Да и следует ли в этом случае считать, что, обнаружив в ходе экспертного осмотра и зафиксировав в заключении эксперта те или иные следы и объекты, составляющие вещную обстановку места происшествия, являющуюся объектом экспертного исследования, и в которых заключены признаки преступной деятельности жсисрт

 

’ См.: Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной обстановки места происшествия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1966. - С. 11.

Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведспии слслстиепиых действий по особо опасным преступлениям против личности // Проблемы судебной экспертизы.-М., 1961.-Сб. З.-С. 1 1.

собирает самостоятельно доказательства, нарушая тем самым уіоловно- процессуальное законодательство.

Думается, что это не совсем так. Ведь не станем же мы утверждать, что, обнаруживая те или иные признаки, например, на исследуемых нуле или гильзе, свидетельствующих о том, что они стреляны из конкретного экземпляра оружия, мы тем самым нарушаем закон. И в нашем случае, по справедливому замечанию Г.Л. Грановского, место происшествия в целом закономерно рассматривать в качестве одного (в широком смысле) следа, вещественного доказательства, поэтому вполне правомерно, ecjm оно целиком поступает в распоряжение эксперта и ему предоставляется возможнооъ определить, какие элементы (признаки) этого доказательства вьщелиіь и ис-

’ I

пользовать для решения задачи экспертизы’.

Более того, законодатель предоставляет эксперту определенные ПОІШО- мочия (запрещая в тоже время «самостоятельно собирать материалы для экспертного исследования» - п. 2 ч. 4 ст. 57 УПК РФ), но ничего не юворит о его возможном праве на исгюльзование при производстве экспертного осмотра такого метода исследования, как наблюдение, а равно и других методов исследования в рамках производства экспертизы. Это и понятно: метод наблюдения при экспертном осмотре места происшествия и веидественных доказательств, как и весь процесс эксгюртного познания не может быть регламентирован законом. И, как правильно замечают Р.С. Белкин и А.И. Вин- берг, «методы не нуждаются в процессуальной регламентации, ибо метод в том смысле, в котором мы употребляем этот термин, - категория гносеологическая, которая не может быть законной или незаконной»^ Иначе говоря, и в следственном (судебном), и в экспертном осмотре используется метод наблюдения как один из методов исследования места происшествия и вещественных доказательств, других обстоятельств судебной экспертизы. Однако

’ См.: Грановский Г.Л. Ситуалогическое исследование места происшествия // Про- граммирование и ситуалогические методики трасологичсских исследований - М 1979 - Сб. 37.-С. 118.

’ Бв.пкии Р.С. Криминалистика и „доказывание (методологические проблемы) / Р.С. Белкин, А.И. Винберг. - М., 1969. - С. 23.

если следственный (судебный) осмотр есть следственное действие, го экс- пертный осмотр - стадия экспертного исследования. Эксперт как самос гоя- тельная процессуальная фигура, обладающая специальными знаниями в той или иной области, сам определяет пути и методы исследования как обстановки места происшествия, так и вещественных доказательств, , которые, по ei о мнению, следует применить в каждом отдельном случае в зависимости от задач экспертизы, и эти методы не регламентированы законом. Экспер г с самого начала должен уяснить, каковы объекты, предметы, следы, которые он должен исследовать. В связи с этим законодатель в ст. 195 УПК РФ обязывает следователя лишь изJЮжить эксперту вопросы (на которые он должен дать заключение) и указать материалы, предоставляемые в распоряжение эксперта, но не предлагать ему применить какой-либо метод. Эксперт вправе отвергнуть предложенный метод, но не может отвергнуть вопрос, подлежащий разрешению.

Такой же точки зрения придерживается и Ю.К. Орлов, который полагает, что «эксперт вправе исследовать в ходе экспертизы любые объекты, представленные в его распоряжение. При этом не имеет значения, приобщеіп>і они к деі]у в качестве вещественного доказательства или такое приобщение в силу их свойств невозможно»’, в ходе экспертизы он самостоятельно избирает методы исследования и «может осуществлять даже поиск вещественных доказательств, например, пули или обломка ножа в трупе или в теле живоі’о человека»”.

Присоединяясь к точке зрения Ю.К. Орлова, мы также полагаем, чіо

 

если объект представлен эксперту для исследования, будь то место происше- ствия или техническое сооружение, то іюстановление о назначении экспертизы является достаточным полномочием на любые исследования, которые эксперт вправе единолично провести на месте происшестви^і, гюскольку эти

’ Орлов Ю.К. Объект экспертного исследования // Труды ВНИИСЭ. - М.. 1974. - Вып. 8. - С. 55.

Тп\1 ~чгр ~С. 57.

«любые» исследования относятся к методам исследования, которые зкснерт избирает самостоятельно.

Для успешного выполнения экспертизы эксперт должен быть ознакомлен с обстоятельствами дела. Предоставлять такие сведения входит в обязанности следователя, объем материалов, предоставляемых эксперту для ознакомления, определяется следователем, чья заинтересованность обусловлена в более полном ознакомлении эксперта с теми данными по делу, которые необходимы ему для дачи заключения. Однако иногда складываются такие обстоятельства, при которых требующиеся эксперту для дачи заключения материалы не могут быть предоставлены ввиду того, что их нет вовсс, или потому что следователь этих обстоятельств не установил, или, наконец, потому что необходимые предметы не могут быть предоставлены ввиду их громоздкости. в таком случае эксперт предстает перед дилеммой: либо самому восполнять данный пробел (при наличии такой возможности, например, путем проведения экспертного осмотра места происшествия), либо составить акт о невозможности дать заключение.

Встречаются и более категоричные высказьпзания относительно рас- сматриваемой проблемы. По мнению, например, В.М. ГалКина, «иротиворс- чит закону и заслуживает внимания практика самостоятельного собирания экспертом сведений и фактов осмотра объектов, не приобщенных к делу, места происшествия и т. п.»’. Однако следует заметить, что, категорически осуждая такую практику, В.М. Галкин вместе с тем признает, что «выход на место и осмотр не приобщенных к делу предметов возможны как «рабочие» методы экспертного исследования, но юридического значения они не имеют, и эксперт не вправе ссылаться на их результаты, мотивируя свои выводы»\

Несколько иной точки зрения придерживается В.М. Плескачевский. Ссылаясь на право эксперта присутствовать практически на любых следственных действиях, он отмечает, что при невозможности производства экс-

’ Галкии В.М. Средства доказывания в уголовном процессе- В 3 ч - М 1970 - 4 3 -С. 27. ^ ….. .

Тпм -МГР пертного исследования на месте происшествия должен производится повторный осмотр места происшествия, параллельно с которым происходит экс- пертное исследование. Характерной особенностью такого осмотра будет яи- ляться тот факт, что он проводится 110 инициативе эксперта, для попоіпіепия его исследования необходимыми материалами. Этот осмотр производится следователем в присутствии понятых, и, в случаях необходимости, при участии подозреваемого, обвиняемого, потерпевшего, свидетеля, в результате составляется протокол, проводится фотографирование, составляются чертежи, планы, изымаются вещественные доказательства и следы’.

Соглашаясь в целом с данным высказыванием, отметим, что, как гюка- зывает практика, повторный осмотр не всегда возможен. Но даже в тех случаях, когда повторный осмотр все-таки может быть проведен, еію результаты могут значительно отличаться от первоначальных, тюлученных прм производстве следственного осмотра места происшествия. Эксперт же при производстве экспертизы не может брать в качестве исходных pa3jm4aiomHecji данные и, независимо от указаний следователя в постановлении о назначении экспертизы, должен будет проанализировать данные, полученные в результате первоначального и повторного осмотров, восприняв их равноцентю. При этом не следует забывать, что любое неточное описание, неясность формулировки в состоянии вызвать у эксперта совершенно неверное представлетіис о фактах и произошедших событиях. Поэтому содержащиеся в протоколе сведения не только должны быть подвергнуты тщательному анализу с позиции их относимости и допустимости, но и в случае установления процессуальных или иных нарушений не могут быть положены в основу тех или иных выводов эксперта. Однако данная проблема является уже предметом исследования следственных и экспертных ошибок и ПС входит в предмет пашеї о исследования.

’ См.: Плескачевский В.М. Судебно-баллистическая экспертиза исследования на месте происшествия // Вопросы судебной экспертизы. - Баку, 1974. - Сб. 17. - С. 28.

Сказанное позволяет сделать вывод о том, что более правильным, с точки зрения процессуального закона, будет вместо повторного осмотра предоставить эксперту право проводить самостоятельно осмотр вещной обстановки места происшествия, имея при этом в виду, что проводимый экспертом осмотр не представляет собою ни следственного, ни судебного действия, а является лишь одним из методов проведения экспертизы, с целью решения поставленных перед экспертом вопросов и дачи обоснованноі о заюпочения. Такая точка зрения была высказана в свое время А.Р. Шляховым, по мнению которого, эксперт вправе самостоятельно проводить осмотр обстановки п деталей места происшествия или экспертный эксперимент на месте происшествия, отмечая при этом, что данный осмотр, как и эксперимен т, не является следственным или судебным действием. До его мнению, это своеобразный вид экспертного исследования, т. е. своеобразная экспертиза на месте происшествия. Этим и объясняется только их внешнее сходство со следственными действиями’. Нам, в принципе, близка, и мы разделяем позицию, высказанную А.Р. Шляховым. Хотелось бы только вслед за Р.С. БелКиным отмети ть, что ситуационная экспертиза - это не особый вид экспертиз, а «oнpcдeJюн- ный класс задач, решаемых всеми видами судебных экспертиз или во всяком случае многими из них»”.

Практика неумолимо идет по пути предоставления экстюргу возможности самостоятельно проводить осмотр обстановки места происшествия, а также различных объектов и предметов, имеющих отношение к расследуемому событию, если необходимо дать экспертное заключение. Необходимость этого подтверждается и результатами интервьюирования следственных работников, 48% которых высказалось за возможность самостоятельного экспертного осмотра всщтюй обстановки места происшествия в рамках производства ситуационной экспертизы места происшествия. Позиция э та не нова и базируется не только на эмпирическом материале, но и на научном нод-

’ См.: Шляхов А.Р. Теория и практика криминалистической экспертизы. ~ М., 1962. -Сб. 9- 10.-С. 67-69.

” Белкин Р.С. Курс криминалистики. - М., 2001. - С. 565.

ходе к процессу раскрытия и расследования прес туплений. Еще в 1970 і оду Р.С. Белкин отмечал, что коллективная практика органов дознания, следствия, суда и экспертных учреждений в области расследования, раскрм іия и предотвращения преступлений может выражаться в «возникновении и рас- пространении на практике новых форм и методов собирания, исследования и оценки доказательств, новых следственных и судебных действий, новых приемов проведения оперативно-разыскных мероприятий и предотвращения преступлений»’. Одним из таких новых методов исследования доказательств является экспертный осмотр вещной обстановки места происшествия в рамках производства диагностической ситуационной экспертизы.

Эксперту, проводящему исследование места происшествия в целом, выпадает возможность решить общий вопрос - какова целостная совокупность обстановки места происшествия, кто был на месте происшесгвия. а также при этом самому непосредственно определить, какие для этого использовать следы, какие применять знания и оборудование, в каком месте провести необходимое исследование. Данное положение, на наш взгляд, не голько

I’ .,

не противоречит закону, но и подтверждается сложившейся пракіикой. Не вызывает же у нас вопросов то обстоятельство, что, направив на экспертизу вещественные доказательства, следователь не принимает решение за эксперта, какие нужно ему использовать признаки и с помощью каких средств и методик их исследовать.

Наконец, еще на одной проблеме следует остановиться. Это проблема, касающаяся организации производства комплексной и комиссионной экспертиз места происшествия. Здесь организационный аспект производства таких экспертиз определен предельно ясно. Уже одно го, что в производстве таких экспертиз принимает участие не один, а как минимум два, а чаще и более экспертов, требует определенной организации данного процесса. К этому

It

следует добавить необычность объекта исследования (вещная обстановка

’ Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. - М., 1970. - С. 125-126.

места происшествия) и определенную сложность в решении ситуационных задач. Руководство такой системой и се реализация - это постоянная органи- зационная деятельность, призванная обеспечить последовательность их вы- полнения, координацию деятельности всех участников комиссии эксмсртон п т. д. Отсюда следует, что решение ситуационных задач, предусматривающих участие в проведении исследования специалистов одной или разных областей знания, требует не только разработки соответствующих методик исследования, но и разработки соответствующих рекомендаций по организации производства таких экспертиз. В основе таких рекомендаций, конечно же, должны лежать соответствующие нормы уголовно-процессуального законодательства и Закона «О государственной судебно-экспсртной деятельности в Российской Федерации»’, однако эти нормы не могут (да и не должны) охватить всех ситуаций, связанных с организацией производства таких экспертиз, с которыми могут столкнуться эксперты. Такие ситуации возникают в результате действия объективных и субъективных факторов, дейс твие которых так или иначе может отразиться на полноте и объективности заключения эксперта. К объективным, т. е. не зависящим от действия экспертов, (|)акі()- рам следует 01 нести:

  • отсутствие в экспертном учреждении, в адрес которого выпсссно постановление о назначении ситуационной экспертизы места происшествия, специалиста соответствующего профиля;
  • сама обстановка, в которой осуществляется производство сігтуацм- онной экспертизы места происшествия, в том числе место, время и т. д.;
  • условия, способствующие или препятствующие, ОСІЮЖНЯЮЩИС процесс производства экспертизы: наличие или дефицит времени, требуемые средства, климатические условия, присутствие посторонних и т. п.
  • Это объективные причины, предупредить действие которых сам эксперт не в состоянии.

’ См.: ст. 200 и 201 УПК РФ и ст. 22 и 23 Закона «О государственной судебно- экспертной деятельности в Российской Федерации».

К субъективным, т. е. коренящимся в действиях экспертов, факторам относятся:

  • профессиональная некомпетентность эксперта (или нескольких) экспертов. Она может выражаться в незнании современных экспертных методик, неумении пользоваться теми или иными ‘1’схническими средствами ис- следования, применить рекомендованный метод, наиболее эффективный в данной конкретной ситуации. Это, в свою очередь, может привести не только
  • к ошибочным действиям самого эксперта при экспертном осмотре места
 

происшествия и дальнейшем производстве ситуационной экспертизы, МО и создать определенные трудности в проведении исследования для остальных членов экспертной комиссии;

  • неординарные психологические состояния эксперта. Они могуг быть следствием стрессовых ситуаций, как в экспертной комиссии, гак и в отношениях с органом, назначившим экспертизу, и в личной жизни эксперта, или следствием усталости, поспешности, болезненного состояния эксперта и т. п.;
  • профессиональные упущения эксперта: небрежность, пренебрежение методическими рекомендациями, правилами пользования техническими средствами, использование не всех известных эксперту методов исследова- ния и технических средств, игнорировапие тех или иных ііри:5тіаков объектов или их взаимозависимости’ и др.;
  • отсутствие соответствующих технических средств, необходимых для производства экспертизы непосредственно на месте происшествия, в том числе и для экспертного осмотра места происшествия, или наличие приборов и инструментов, неисправных или не обладающих достаточной разрешающей способностью;
  • характерологические черты личности эксперта (неуверенность HJMI, наоборот, гипертрофированная уверенность в своих знаниях, умениях, опыт-
  • I

См.: Грановский Г.Л. Ситуалогическое исследование места происшествия // Про- граммирование и ситуалотичсскис методики траеолотических исследований - М 1979. - 17 - Г

ности, повышенная внушаемость или пренебрежительное отношение к мнению коллег, мнительность и т. п.). Отсюда влияние авторитетного эксперта из числа членов комиссии, полное подчинение его организационным решениям, даже в том случае, если последние являются ошибочными;

  • стремление проявить экспертную инициативу без досгагочных к тому оснований в проведении тех или иных организационных мероприятий не столько в целях решения экспертной задачи, сколько с целью у гвсрди гь свой приоритет, отличиться новизной и дерзостью решения, оригинальностью суждений и выводов;
  • дефекты в организации и планировании экспертного исследования и т. д. Эти дефекты могут быть следствием неправильной деятельности руко- водителя СЭУ при организации производства комиссионных и комплексных экспертиз; дефектными могут быть организация и планирование эксперч ного исследования самим экспертом, его осуществляющим. И в том и в друїом случае причины носят субъективный характер, но относятся к разным субъектам: в первом случае они лежат как бы вне самого процесса экспертного исследования, во втором - коренятся в самом этом процессе.
  • Если с объективными факторами эксперт не в состоянии бороться, то пути и средства преодоления субъективных факторов коренятся в правильной организации деятельности комиссии экспеотов на первоначальном и по- следующих этапах производства ситуационной экспертизы места происшес г- вия.

Прежде всего следует учитывать специфику производства таких экспертиз, которые обусловлены групповым характером деятельности экспертов, т. е. деятельности в составе оформленной маіюй социальной группы, обладающей формальным лидером, в качестве которого обычно выступает ведущий эксперт. Как правило, ведущий эксперт - один из наиболее опытных, авторитетных членов коллектива экспертного учреждения, его роль сводится лишь к организации работы гругшы, координации действий ее членов и проведению совещания экспертов. При производстве комиссионной экспертизы каждый член комиссии решает поставленную задачу целиком, в полном объеме. Но, помимо этой работы, в комиссии осуществляется внутригрупповая коммуникация: обсуждение путей решения задачи, методов и средств ее решения, результатов индивидуальной работы. Аналогичную картину можно наблюдать при производстве комплексных ситуационных экспертиз мссга происшествия с той лишь разницей, что в этом случае каждый из экспертов, решая общую задачу, исследует свой объект в рамках общего объекта - места происшествия, используя средства и методы той области знания, специалистом в которой он является. Как и при производстве комплексной экспер тизы любого объекта, так и при исследовании в качестве объекта места происпіе- ствия при организации производства комплексных экспертиз не слсдуеі забывать, что, исследуя место происшествия совместно, первыми исследования проводят те эксперты из числа членов комиссии, которые используют нсраз- рушающие средства и методы исследования, дабы не создать определенных сложностей для дальнейшего исследования общего объекта HJUI ОІДСЛЬНЬІХ вещественных доказательств другими экспертами.

В качестве рекомендаций по организации производства таких экспертиз на уровне экспертов, осуществляющих исследование, Можно предложи ! ь следующие:

  • работу экспертных комиссий следует организовать таким образом, чтобы обсспечтпь возможность сіюбодпоіо творческого обмена мнениями, без резкой критики оппонентов, навязывания мнения большинства экспер тов тому эксперту, который не согласен с мнением большинства;
  • в комиссию целесообразно включать зкстіертов, обладающих примерно одинаковым опытом работы и складом мышления. Если группа состоит из экспертов, имеющих резко различающийся опыт экспертной рабоїьі, повышается внушающее воздействие группы на эксперта с меньтпим опы том работы. С увеличением числа членов группы ее возрастающее вініяиие проявляется еще заметнее. Не следует включать в состав группы экспертов,
  • СКЛОННЫХ навязывать свое мнение другим и не умеющих правильно воспри- нимать мнение не согласных с ними членов экспертной комиссии;

учитывая возможность появления неформального лидера, на.чо вдумчиво подходить к назначению ведущего эксперта с тем, чтобы такая возможность была исключена’;

  • постараться по возможности оградить экспертов - членов комиссии от возможных стрессовых ситуаций, способных повлиять на ход и результаты производства экспертизы;
  • предусмотреть обеспечение не только внутригрупгювой коммуника- ции экспертов, но и, при необходимости, их взаимодействия со следователем и иными субъектами (потерпевший, свидетель и т. д.), присутствие которых при производстве экспертизы предусмотрено законом и т. д.
  • Однако ие следует забывать, что организация экспер.тшго иccJicдoвa- ния осуществляется и на уровне руководителя экспертного учреждения. Здесь в соответствии с Законом «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также с ведомственнь.ми актами МЮ и МВД в обязанности руководителя экспертного учреждения входит распределение между сотрудниками ;зкспертных заданий, обеспечение необходимых условий их выполнения, контроль за сроками и качеством вьн.о^,- нения экспертных заданий, комплектование экспертных групі для производства комиссионных и комплексных экспертиз.

Таковы наши представления об организационных проблемах назначения и производства экспертизы места происшествия.

’ См.і Мслеисвс^ш З.С. Пути совергіїеиствования деятслы.ости комиссии ж-спср- тов- кримииалистов // Криминалистика и судебная экспертиза: Ресиубликаиски.і межве- домственный научно-методический сборник. - Киев, 1981.-Вып. 22 - С S

2.2. Методические проблемы производства экспертизы места происшествия

При современном системном подходе к понятию преступления, структурном подходе к событию преступления развитие методик экспертных исследований становится крайне необходимым. Поскольку системно-структурный подход как более высокий уровень изучения сложных объектов превращается в настоящее время в общенаучный принцип, то, видимо, для судебіюй ‘зкспсрі и- зы наступил такой период развития, когда отдельные ее виды (трасология, бал- листика, почерковедение, судебная медицина и т. д.) уже не смогут гюлностью удовлетворить потребности судебно-следственной практики, если НС перейдут к исследованию объектов с позиции их внутренней расчлененности и взаимосвязи элементов, с позиции системно-структурного анализа. Именно такую структуру представляет собой такой объект, как место происшествия.

Многие виды экспертиз назначаются очень часто при расследовании различных происшествий (аварии, катастрофы, техногенные и террористические взрывы, убийства, пожары, дорожно-транспортные преступления и т. д.), т. е. таких событий, в которых «действует» не просто субъект преступления, а своего рода система (нападающий - обороняющийся, стреляющий - жертва, водитель - пешеход и т. д.), используются различные предметы (оружие, транспорт и т. д.). Поскольку при расследовании таких происшествий гюзнава-

тельные усилия направлены прежде всеї о на изучение отношений между эле-

 

ментами собьггий, то максимально полезной для следствия экспертиза можег стать только тогда, когда будет применяться системный подход, обеспечи- вающий более глубокое исследование взаимосвязей’.

Событие происшествия является сложной системой действий и взаимодействий, которые способны отражаться частями в отдельных следах и

’ См.: Степу,пеикова В.К. Судебная экспертиза и исследование обстоятсчьсти, образующих состав преступления // Теоретические вопросы судебноГі жспсртизь,- Сб. пауч тр.-М., 1975.-Вып. 20.-С. 115-1 IfS целиком в ситуации места происшествия. Главная задача эксисрга на начальной стадии исследования - вычленить элементы события из ситуации в целом, чтобы Б последующем объединить их для представления ситуации целиком. Проводя исследование ситуации в целом с целью установления факта вовлеченности каждого элемента вещной обстановки в событие преступления, все задачи, возникающие в процессе ее разрешения, Bccucjm возлагаются на экспертизу. Осуществить данное решение возможно только в результате кропотливого изучения и познания свойств не только каждого элемента, но и самой структуры места происшествия. Вовлечение и последующее изменение каждого элемента данной структуры напрямую зависят не только от целей осуществленных престугшых действий и объекта iipcciy- пления, но и от индивидуальных свойств вещной обстановки и ее структуры.

Вовлеченными в событие преступления оказываются многочислсіпп.іе предметы и объекты, что впоследствии приводит к разнообразным явлениям, так или иначе находящим отражение в материальной обстановке. Изучение таких отражений с позиции рефлексии’ позволяет в достаточной мерс познать событие преступления. Применив рефлексивное восприятие, эксперт в состоянии установить отдельные элементы события преступления, характеризующие способ приготовления, совершения или сокрытия преступления, время и место его совершения, определить, какие действия, в какой последовательности и с помощью каких средств совершил преступник. Как и сле/юва- тель, эксперт, исследуя сложившуюся ситуацию, мысленно помещает себя на место преступника в тот момент времени, когда действительно происходили определенные действия, неповторимым образом изменившие окружающую вещную обстановку. Однако в отличие от следователя, который не является специалистом в той области знания, в которой специалистом является эксперт, последний проводит исследования вещной обстановки места тіроисше- ствия не только с позиции рефлексии (что свойственно и следователю), дру-

Рефлексия (от лат. Reflexio — обращение назад) — процесс самопознания субьск- том внутренних психических актов и состояний. См.; Психолотия: Словарь / Пол общ. ред. А.В. Петровского и М.Г. Ярощевского. - М., 1990. - С. 340.

гими словами, с позиции физического и психического состояния преступника и потерпевшего, исследуя механизм их взаимодействия, действия того и другого на месте происшествия на различных этапах события npecrynjicnHM, по. прежде всего, на основе анализа тех свойств и признаков, которые отображены в объектах вещной обстановки места происшествия и которые несут в себе информацию о происшедшем событии. Данный подход позволяет прояснить многие детали события преступления, различные свойства предметов, дать характеристику орудиям преступления, объяснить, почему произош]пі тс HJHI иные изменения в обстановке и т. д. При производстве экспертизы вещной обстановки места происшествия удается вторично отобразить, перекодировать не одно отображение, а совокупность, систему отображений, приведя это в соответствие с динамикой развития’ситуации.

Сказанное не означает, что любое место происшествия нуждается в экспертном исследовании. Экспертное исследование места происшествия при проведении криминалистической экспертизы производится в тех случаях, когда эксперт не может дать заключения по поставленным перед ним вопросам без изучения обстановки места происшествия. В данном случае представляется, что экспертиза может проводиться не только в отношении отдельных объектов, но и материальной обстановки места происшествия в целом’. Однако есть все основания утверждать, что любое место происшествия будет, как правило, объектом как комиссионного и комплексного ситуационного исследования, так и исследования в виде комплекса экспертиз. Реальная потребность в назначении ситуационной экспертизы возникает в тех случаях, когда требуется реконструировать событие происшествия, восстановт ь последовательность действий [іередвижения участников события, исходя из следов и ряда других факторов. Такой комплексный подход целесообразнее осуществлять специалистам из различных областей знаний.

Не совсем обычные объект и предмет экспертизы вещной обстаїювкп места происшествия требуют создания и разработки специальной мсодикн.

’ См.: Эйсяшн А.А. Заключение эксперта. - М., 1967.-С. П4-11Я которая могла бы отразить интегральный характер самой экспертизы, создаваемой объединением специальных знаний, накопленных в друї их видах экспертиз. Все эти знания необходимо переработать, сформулировать общие принципы, создать специальные методы и средства, обеспечивающие должную эффективность экспертизы.

Решение многих диагностических задач судебной экспертизы связано с установлением характеристик исследуемого явления или объекта, количественное изменение которых позволяет судить об определенных обстоятельствах дела. Методики решения большинства задач этой группы разработаны в недостаточной мере, в связи с чем эксперту приходится находить их решение эвристическим путем. Процедура поиска взаимосвязанных компонентов решения начинается в условиях отсутстипя соответствующего алгоритма и каких-ішбо сведений о сущесгиовании решения. Рассмотрение процесса решения диагностической задачи гюзволяет утверждать, что меньше всего изученными в теоретическом плане, неопределенными в методическом отношении и самыми сложными и процессе производства экспертизы являются этапы, на которых выя1и1ястся комплекс диагностических признаков и строится их зависимость от состояния явления, к таким задачам следует отнести и диаі ностичсскис стуацпон- ные. В специальной литературе можно встретить предложения по выработке методики решения экспертных диагностических задач, однако, как правило, они относятся к диагностическим классификационным задачам или диагностическим задачам исследования состояния’. Что же касается мето-

В качестве примера можно привести разработаппый А.II. Рудичеико при,шин решения экспертных диагностических задач на основе математической модели определенного исследуемого явления, которая, по его мнению, позволяет: а) выделять и. оо.цей массы несущественных деталей существенные признаки, характеризующие исслецуемое явление и его состояние и нахоля.ниеся в коіпічественпой зависимости от )того состояния; б) строить математическую зависимость (график, формула и пр.) между количественными изменениями признаков и изменением состояния явления {Рудиченко А и. О математическом моделировании процесса решения диагностических экспертных’ задач / Проблемы ипформациопного и математического обеспечения экспертных исследо.аиий в целях решения задач судебной экспертизы: Материалы Всесоюзной научно-практ.,ческо/1 конференции (г. Москва, ноябрь 1983 г.). - М., 1984. - С 106) ДИК решения диагностических ситуационных задач, то при их разработке возникают определенные сложности, заключающиеся в следующем.

II

Как уже было сказано ранее, диагностические ситуационные задачи призваны устанавливать природу и состояние исследуемого явления. Определение последних позволяет объяснить сложившуюся ситуацию, определить причинную связь тех или иных признаков и явлений, и в конечном счете реконструировать отдельные элементы обстановки собьггия происшествия: способа совершения, способа сокрытия и т. д. Понятно, что способы совершения различных преступлений весьма обширны и перечислить нее случаи использования экспертизы в этих целях нельзя. Ценность ситуационной экспертизы вещной обстановки места происшествия заключаемся в том, что она направлена не только на непосредственное установление способа действия лица (например, способ открывания замка, внесение измене- ний в документ и т. д.), но и на выявление тех свойств и признаков, отобразившихся в вещной обстановке места происшествия, которые бы указьпіали на способ совершения действий опосредствованно, т. е. на основе выявленной экспертным путем материальной связи (физического взаимодействия тел), раскрывающей причинно-следственные отношения между ними. Идентифицируя, например, орудие взлома, эксперт исследует не TOjn,K4) сам предмет как таковой, но и происхождение следов на сейфе от воздействия этим предметом, а также направление самого воздействия и источник прямого причинения. Другими словами, идентификация орудия преступления позволяет выявить и характер, и способ действий субъекта. Совершенно

прав, на наш взгляд, Г.Л. Грановский, отмечая, что, отталкиваясь от изучс-

 

ния следов преступления, эксперт-трасолог может одновременно решать вопросы о тождестве и о способе действия’.

в зависимости от конкретных обстоятельств дела первостепенное значение может приобретать установление не собственно действия, его формы или качественной характеристики, а выяснение сущности события явления

’ См.: Грановский Г.Л. Основы трасологии. - М . 1965 - Г 94 либо раскрытие причинной связи или механизма образования следов. И в установлении этих факторов не последнюю роль играют ситуационные экспертизы вещной обстановки места происшествия. Без назначения и производства таких экспертиз во многих случаях невозможно установить различные элементы преступления, поскольку факты, характеризующие данные элементы, хотя и существуют объективно, но, тем не менее, достаточно часто непосредственному восприятию поддаются не они сами, а их признаки, вследствие чего и становится крайне необходимым исследование, а также истолкование этих признаков на основе специальных знаний, позволяющих определять их истинное значение. Заключенные в вещественных доказательствах сведения, в том числе и те, содержанием которых являются отображения oтдeJм,ныx структурных элементов иссіюдуемого собьггия, будучи информацией «в себе», могут стать информацией «для нас» иишь после соответствующего перекодирования, превращения их с помощью cnennajn^Hoi о исследования в информацию образов’. Специфика экспертиз, проводимых на месте происшествия, состоит в том, что вопросы индивидуальной идентификации здесь, как правило, не решаются, а устанавливаются пространственные, временные и причинно-следственные связи между исследуемыми объектами и явлениями.

Для необходимого полного уяснения диагностических ситуационных задач, связанных с изучением механизма происшедшего события, эксперту необходимо уже на первоначальном этапе получить представление о характере изучаемого события, его стадиях, взаимодействующих при этом объектах. Все эти сведения могут и должны быть почерпнугы из эксперч ного осмотра места происшествия и материшюв дела. Осуществляя данное изучение, экс1юр1 вместе с тем оценивает объем и характер информации о собьггии происшествия, выясняет, каким образом информация о событии разделена по объектам отражающего комплекса, устанавливает достаточность этой информации, определяет, из каких источников может быть получена допоіпіительная іиіформация.

’ См.: Урсул АЛ Природа информации (философский очерк). - М., 196S. С. 247.

Стадия изучения признаков объекта’ либо его отражения, а также изменений обстановки при экспертном диагностическом исследовании определяет, что главенствующим в плане диагностирования является уяснсіпіс гого, насколько полно материализованные источники отражают информацию об объекте исследования. Так, зафиксированный в литературе” процесс оіраже- ния, лежащий у основания зарождения доказательств, может привести в силу своей ситуационности к образованию искаженных и неполных отражений. Перед экспертом в таких случаях стоит задача, состоящая в необходимоеги выявления искажения, неполноты и последуюи^его их разъяснения. Для определения неполноты или искажения отражения обязаны быть изучены не только зафиксированные в вещественных доказательствах HJHI В материалах дела информационные сигналы, но также проработаны и исследованы исгоч- ники этих сигна]юв и их процесс отражения. В результате другой интерпретации видно, что анализа требует не только механизм исследуемого во времени и пространстве события, а также и процесс фиксации его действия, последствий в окружающей среде.

В определенных случаях предварительное исследование способно перерасти в ситуационный анализ места происшествия, под которым понимают «методику криминалистического исследования места происшествия, основанную на последовательном изучении отдельных видов следов, их сопоставлении друг с другом, с обстановкой до, во время и после совершения нресгупленпя и позволяющую на основе комплсксиоі о HCHOJU.- зования криминалистических и других специальных познаний формулировать выводы о последовательности действий участников события и их при-

3 ? I’

знаках»’. Речь идет о широком подходе, охватывающем собьггис в целом, что позволяет установить ряд обстоятельств, относящихся к потерпеїшісму

^ Данная стадия может осуществляться и в рамках прелнарительгюго исслслонапим. ‘ См.: Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. - М., 1970; Белкин Р.С. Криминалистика. Общетеоретические проблемы / Р.С. Белкин, А.И. Винберг. - М., 1973.

Хрусталев В.Н. Участие специалиста-криминалиста в следственных действиях / В.Н. Хрусталев, Р.Ю. Трубицын. - СПб., 2003. - С. 43.

и преступнику, выяснить многие их физические и психические свойства, механизм взаимодействия преступника и потерпевшего, их взаимодействия с орудиями и преградами, обстоятельно описать все действия, связанные с совершением преступления, способ и особенности перемещения участвовавших в нем лиц. Основой методики ситуационноі’о анализа является

всестороннее исследование совокупности вещей и изменений обстановки,

 

при этом каждый объект рассматривается во всем многообразии его связей с другими объектами и обстановкой в целом, каждый след - как один из элементов более сложных образований - отдельных узлов места происшествия, вещественных доказательств, а также всей обстановки в пределах границы места происшествия.

Любое исследование проходит несколько этапов (стадий). Что касается диагностического процесса исследования вещной обстановки места проис- шествия при решении ситуационных задач, то можно сказагь, что он состоит из четырех этапов.

На первом этапе - экспертном осмотре места нроисшествия - жспсрі” осматривает следы и материальные объекты места нроисшествия, всю вещную обстановку в целом, выявляет взаимосвязь обнаруженных следов и объектов с событием преступления, определяет видимые изменения, которые произошли с исследуемыми объектами, выдвигает экспертные версии о происхождении тех или иные следов и изменений, т. е. делает то же, что врач, собирающий анамнез.

На этой же стадии эксперт определяет методики прсдстоящеі о исследования, исходя прежде всего из требований закона о том, что эксперт не вправе проводить без разрешения дознавателя, следователя, суда исследования, могущие повлечь полное или частично уничтожение объектов, ішбо изменение их внешнего вида или основных свойств (ч. 4 ст. 57 У ПК). Т.В. Аверьянова справедливо отмечает, что «выбор экспертом той или иной методики приобретает некоторую специфику при производстве комиссионных и комплексных экспертиз. Это обусловлено 1РУ11П0ВЫМ характером дея- »

тельности экспертов, т. с. деятельности в составе оформленной малой соци- альной группы, обладающей формальным лидером, в качестве которого обычно выступает ведущий эксперт. При производстве комиссионной экспертизы каждый член комиссии решает поставленную экспертную задачу целиком, в полном объеме, используя заранее oпpeдeJЮнныe методики. Несколько иначе обстоит дело при производстве комплексной экспертизы. Здесь выбор методики ограничен последовательностью исследовательских операций: методики, применяемые одним экспертом, не должны создавать трудностей для последующих исследований того же объекта экспертом иного профиля»’.

Второй этап процесса решения экспертной задачи характеризуется детальным исследованием объектов - вещественных доказательств. На этом этапе исследуются свойства каждого из ВСЩССІВСННЬІХ доказательст в, составляющих общий объект - место происшествия (как внешние, так и внутренние), ВЫЯВЛЯЮТСЯ ИХ опшчительные признаки и та информация о преступлении, которая в них заключена, а также взаимосвязь и взаимообусловленность объектов вещной обстановки места происшествия между собой и с собьі і исм преступлепия и т. п.

На третьем этапе эксперт анализирует выявленные им признаки, определяет причинную связь между ними, объясняет их, т.е. с’іроит моде]п> исследуемого явления, а затем на основе анализа тех же признаков - состояние данного явления.

It

Наконец, на четвергом этапе эксперт оценивает изученные признаки явления, проводит системно-структурный анализ их в целях определения состояния данного явления, установления отдельных элементов собьттия преступления и формулирует выводы.

Итак, тіервая стадия экспертного исследования начинается с ознакомления с исходными данными об обстоятельствах дела, которое происходит в

’ Эксперт. Руководство для экспертов органов внутренних дел и юстиптт / 11ол ред. Т.В. Аверьяновой и В.Ф. Статкуса. - М., 2003. - С. 325.

основном в результате изучения постановления следователя, либо определения суда о назначении экспертизы, а если эксперту присланы материалы yi o- ловного /ісла, то и с 1троцсссуал{,иыми документами, отражающими сутсство дела. При этом особое внимание следует обращать на исходные данные, которые относятся непосредственно к предмету экспертизы. Под исходными данными следует понимать «сведения о тех обстоятельствах, коюрые счи la- ются известными эксперту до того, как он приступил к исследованию в собственном смысле слова, т. е. выявлению, анализу и оценке признаков объекта на основе своих специальных познаний. Отсюда вытекает, что исходные данные для конкретной экспертизы должны содержаться в деле независимо от ее производства, г. е. должны быть получены в результате иных процессуальных действий (осмотров, освидетельствований, обысков, выемок, следственных экспериментов, допросов, других экспертиз и т. д.)»’. Не являє гея исключением и экспертное исследование вещной обстановки места ііроисшссі- ВИЯ при решении ситуационных задйч.

Ознакомление с исходными данными не сводится только к изучению постановления следователя (определения суда) и фабулы дела, оно прежде всего предполагает абсолютное изучение общего объекта - вещной обстановки места происшествия, а также отдельных следов и объектов, входящих в этот общий объект, в их взаимосвязи, и всех обстоятельств, указывающих на происхождение, природу и состояние вещественных доказательств, ибо незнание их в ряде cj/учаев может отрицательно сказаг/.ся па рсзульта гах ис- следования и достоверности заключения эксперта. Ознакомление же с об- стоятельствами дела предполагает выяснение экспертом задачи исследования - определить объем и пределы исследований и в соответствии с Э1’им наметить этапы, методы и формы исследования, которые ІЮЗВОІШЛИ бы эксперту дать ответы на вопросы, сформулированные в гюстановлепии или определении о назначении ситуационной экспертизы.

’ Галкин В.М. Средства доказывания в уголовном промессе. - М.. 1970. - С. 27.

Уже первоначальный экспертный осмотр экспертом места происшес г- вия и вещественных доказательств, составляющих его, их изучение позволяет разрешить вопросы, связанные с выдвижением рабочих гипотез (версий), которые могут касаться каждого существенного факта и сущности огве га на поставленные перед ним вопросы. В процессе производства криминалисти- ческой экспертизы в основном выдвигаются гипотезы двух видов (причем в построении гипотез важную роль играет опыт работы эксперта, тщательнос і ь проведенного осмотра и правильная оценка его результатов)’:

  • о сущности факта в соответствии с поставленными вопросами (о тождестве, различии, о взаиморасположении определенных предметов и субъектов в момент соверщения преступления, о способах действия преступника и потерпевшего и т. п.);
  • о возможности решения вопроса конкретными методами.
  • Выдвижение и проверка гипотез в процессе осмотра веществеппой обстановки места происшествия в целом и вещественных доказательств, в частности, позволяет избежать односторонности и предвзятости экспсртн010 исследования, способствует всестор$онности и поішоте исследования и облегчает оценку признаков, выявленных в процессе их анализа и сравнения. На основе данных осмотра эксперт получает общее представление об элементах события преступления, о свойствах исследуемых объектов, а посредством изучения индивидуализирующих признаков проводит конкретизацию свойств объекта и тем самым определяет индивидуальность каждого обьек і а, подлежащего экспертизе.

Именно на этапе экспертного осмотра места происшествия и вещест венных доказательств можно осуществить а) поиск и изучение следов пребывания и действий определенных лиц; б) поиск и изучение изменений обсга- новки места происшествия; в) изучение общей обсгаиовки и условиіі, характеризующих место происшествия. ГТі^и этом рекомендуется обращать внима-

’ См.: Шляхов А.Р. Теориям практика криминалистической экспертизы - М., 1962

-Сб. 9-1П.-Г.1^7-141

НИЄ на «негативные» обстоятельства, т. е. противоречащие обычному ходу вещей, который соответствовал бы предполагаемому характеру собы гия’.

Не следует забывать, что при осмотре вещной обстановки места происшествия или вещественных доказательств, производятся поиски ісх особенностей, которые подтверждали бы первоначально выдвинутую версию о характере преступления, орудиях, используемых для его совершения, и других обстоятельствах. В связи с этим важным требованием, предъявляемым к проведению осмотра, является его объективность. Объективность осмотра не стоит воспринимать как механическое восприятие и фиксацию всего обна- руженного в ходе осмотра. Аназюгично тому, как при допросе сиидсісля (по- дозреваемого, обвиняемого) следователь стремится получить информацию о фактических данных по делу, так и эксперт при экспертном осмотре соответ- ственно должен стремиться к извлечению информации, содержащейся в об- становке места происшесгвия и вещественных доказагсл1>с 1 в, если, ио мне- нию эксперта, такая информация имеет отношение к предмету зкспсртизы и может быть использована им при дальнейшем исследовании. Объекгивньп-! подход к осмотру и решению вопроса о связи осматриваемых предметов с событием преступления предусматривает необходимость выдвижения раз- личных, однако реально возможных версий (рабочих гипотез эксперта), т. е. эксперт должен исследовать объекты осмотра для проверки всех возможных версий, без предвзятости и предубежденности.

Всякий экспертный осмотр, в том числе и осмотр места происшествия, сопровождается возникновением и постановкой ряда вопросов, основной из которых можно сформулировать там: какова общая обстановка места проис- шествия и условий, в которых произошло непосредственное событие? Более детальные вопросы можно представи ть CJЮДyющим образомГ

’ См.: Винберг А.И. Косвенные доказательства в советском уголовном процессе / А.И. Винберг, Г.М. Миньковский, Н.Д. Рахунов. - М., 1956. - С. 108.

^ См.: Самарина Т.М. Экспертио-трасологическос исследование обстановки и вещественных доказательств на месте происшествия: Дне… канд. юрид. наук. - М.. 1985. - С 77-78

]. Каковы изменения в обстановке, свидетельствующие об отклонении от обычного расположения и состояния предметов?

  1. Что за следы обнаружены на месте происшествия, которые, в свою очередь, могут охарактеризовать обстоятельства происшедшего собьп ия; могут ли быть отнесены обнаруженные на месте происшествия предмс гы к ис- щественным доказательствам, относящимся к исследуемому событию?
  2. Каковы негативные обстоятельства, т. е. отсутствуют ли признаки, которые должны быть, если бы данное событие было таким, каким оно прсл- ставляется на первый взгляд? и т. д.
  3. Конечно же, это не весь перечень вопросов, возникающих на этапе экспертного осмотра места происшествия. Однако, как пpaвиJю, именно эти ио- просы должен ставить перед собой эксперт (эксперты), исследуя место происшествия с тем, чтобы исключить вероятность утери информации, закіио- ченной в вещной обстановке места происшествия, в целях установления элементов события преступления и таким образом решения поставленных следователем па разрспісиис экспертиз!.! задач.

Невзирая на время и условия в процессе проведения осмотра, важиоіі гарантией его объективности и полноты служит последовательность жс- пертного осмотра. Постановка вопроса о том, с чего должен начаться осмотр, какими научно- техническими средствами воспользоваться, на какие особенности обратить большее внимание, целиком зависит от конкретных обстоятельств дела, условий осмотра и, конечно, от опыта самого эксперта.

Тем не менее следует считать, что осмотр вещной обстановки месча происшествия, как, впрочем, и осмотр каждоію объекта, который можсг иметь то или иное значение вещественного доказательства, проходит три тесно связанн1>1с между собой и переходящие одна и друї ую стадшк которі.іс последовательно устремлены на установление’:

’ См.: Самарина Т.М. Экспертно-трасологическое исследование обстановки и вещественных доказательств на месте происшествия: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1985. - С 6S9-79

а) так называемых функциональных особенностей вещественных дока- зательств осматриваемоі-о места происшествия (функциональных особенностей деятельности преступника и втянутых в событие преступления JHin, ого- бразившихся в вещной обстановке места происшествия);

б) особенностей, индивидуализирующих вещную обстановку места происшествия (или непосредственно объект);

в) обстоятельств, свидетельствующих о причинной связи веиіествеи- ного доказательства с преступлением.

Установление функциональных особенностей осматриваемых объектов, входящих в общий объект - место происшествие, в основном происходит еще на стадии их обнаружения и изъятия, когда становятся очевидін.імм признаки, свидетельствующие об их родовой принадлежности и об относи- мости данных объектов к исследуемому событию. Установление функциональных особенностей осматриваемых иредмегов вссіущ происходит в тесной связи с оценкой как всей вещной обстановки места происшествия, так и обстоятельств по делу, в процессе осмотра эксперт обязан разрешить вопрос, имеет ли то или иное обнаруженное на месте происшествия орудие (предме і) прямое отношение к исследуемому событию. Установление функщюнальпых особенностей осматриваемого предмета является как бы первой сгадией решении вопроса о значении данного предмета как вещественного доказательства, относящегося к исследуемому событию. Также к числу особенностей, выявляемых на этой стадии осмотра и фиксируемых в протоколе осмотра, а экспертом в заключении экспертизы, относятся признаки, свидетельствующие о родовой принадлежности осматриваемого предмета п характеризующие его состояние. Обнаруженный на месте происплесі вия определенный предмет может иметь значение для последующей экспертизы не только в силу самого факта его нахождения в определенном месте или у определенного лица, но и в силу особенностей, которые возникли не в связи с расследуемым событием, а при ранее присущих данному предмету свойствах. В подобных случаях, кроме обычных особенностей, позволяющих отличить данный предмет от остальных однородных предметов, в ходе осмогра необходимо искать и фиксировать те особенности, которые характерны лишь для данного предмета, находящиеся в причинной связи с расследуемым событием. Эти особенности служат для индивидуализации осматриваемого предмета, но основное их значение в свидетельс і воваииц об относи мости данного предмета как вещественного доказательства к расследуемому событию. Предметы могут иметь значение для дела также и вследствие того, что они несут на себе следы преступника или преступления. В таких случаях важное значение имеет осмотр и фиксация как самого предмета с его характерными особенностями, так и следов на его поверхности.

Установление особенностей, индивидуализирующих вещную обстановку места происшествия, т. е. таких особенностей, которые в своей совокупности позволяют отличить ее от любой другой однородной или похожей обстановки, необходимо для того, чтобы в дальнейшем не возникло сомнений в том, что в качестве вещественного доказательства выступает всщмая обстановка именно данного места происшествия, а не какого-то аналогичного. К индивидуализирующим признакам в этом случае относяіся не юлько предметы со всеми их индивидуализирующими иризиаками, входящие в вещную обстановку места происшествия, но и их положение и взаиморасположение относительно стационарных объектов места происшествия.

Установление причинной связи особенностей вещной обстановки осмат- риваемого места происшествия с расследуемым преступлением иредставлясі’, в сущности, одновременное изучение вещной обстановки в целом и непосредст- венно каждого вещественного доказательства по двум направлениям: познания его особенностей, являющихся непосредственным результатом исследуемого события, и сопоставления этих особенностей с особенностями друї-их вещест- венных доказательств, обнаруженных на месте происшествия и другими маїс- риалами дела. Изучение особенностей вещественного доказатеіи,ства может быть связано с разрешением вопроса и установлением: а) факта и при чин их возникновения; б) тождества или групповой принадлежности.

Предварительный вывод, полученный в ходе осмотра о возможном тождестве (групповой принадлежности) или об отсутствии тождества, достигается посредством сравнительного исследования. В основном ото происходит пуїсм сопоставления особенностей объекта, которым возможно оставлено отображе- ние, с особенностями объекта, на котором осталось отображение, либо опреде- ленных признаков, характеризующих “функциональные особенности деятельно- сти субъектов преступления. Результатом такого сопоставления при осмотре является предположительное решение вопроса о том, данным ли объекгом ос- тавлен след, или (в процессе сравнения между собой особенностей нескольких отображений) решение вопроса о том, одним и тем же или разными обьекгами оставлены следы, какова была ситуация, в которой последние образовались. Процесс сравнительного изучения и особенно его результаты, будучи вполне правомерными для экспертного осмотра, выходят за рамки следственного ос- мотра и в связи с этим не подлежат фиксации в протоколе следственного ос- мотра. Возникает вполне правомерный вопрос: как и в каком документе отра- зить весь процесс исследования и полученные результаты в пропессе осмотра? Ответ на данный вопрос напрашивается сам собой: таким документом являеі ся заключение эксперта, в коїором должен быть отражен и процесс экспергпо! о осмотра вещной обстановки места происшествия как одной из стадий эксперт- ного исследования. И опять-таки следует подчеркнуть, что наиболее благопри- ятные результаты производства такой экспертизы возможно получить лишь в том случае, если судебная экспертиза назначается следователем одновременно с проведением такого следственного действия, как осмотр места происіпествия. поскольку облегчается сбор информационных данных для экспертизы, веиісст- венных доказательств, подлежащих исследованию. Назначение же экспертизы не в момент производства осмотра места происшесгвия, а в последующий период расследоваьшя дела влечет, на наш взгляд, определенные сложпоспт Проведение се 1ю материалам дела несомненно вьізовсі’ ряд затруднений.

Необходимость проведения экспертного осмотра вещной обстановки места происшествия как первой стадии процесса экспертного исследования обосновывается еще и тем, что решение ситуационных задач теснсйілімм об- разом связано с тем, где и при каких обстоятельствах эти вещественные до- казательства были обнаружены и изъяты, каков был их первоначальный вид, каково было их расположение на месте обнаружения, что представляе т собой место происшествия. Именно поэтому чрезвычайно важным элсменюм экс- пертного исследования является экспертный осмотр и исследование экспертом места происшествия. Он дает возможность эксперту увидеть, восирини гь обстановку места происшествия и путем анализа ее отдельных дсіалсй выявить и оценить признаки, необходимые для установления тоїо njni иноі о обстоятельства. В ряде случаев экспертный осмотр места происшествия ляется незаменимым и неповторимым действием эксперта. Если изьятое с места происшествия вещественное доказательство может быть в процессе ci o исследования неоднократно осмотрено в лабораторных условиях, lo осмотр обстановки места происшествия в случае некачественного и несвоевременного его проведения по существу является неповторимым, так как при пов торном осмотре практически трудно восполнить ранее упущенное, как бы тщательно не производился вторичный осмотр.

Значение экспертного осмотра места происшествия и вещест венных до- казательств заюпочается также и в том, что эксперт оказывает помоиіь следо- вателю в выдвижении более обоснованных и npaBHjH^ibix версий по делу. Ос- матривая вещественное доказательство, эксперт имеет возможность обнаружить в нем особенности, не только подтверждающие или опровергающие уже намеченные следователем версии, но и особенности, стюсобствуюиніс (1)ормп- рованию других версий. Наконец, значение экспсртн01’0 осмотра места про- исшествия и вещественных доказательств заключается в том, что без него в ряде случаев невозможно отразить ПОІШОГО заключения. Информация, получаемая экспертом в процессе осмотра, кладется в основу дальнейшего аналитического и окончательного исследования вещественных доказательств. Особенно важное значение в этом плане экспертный осмотр места происшествия имеет при производстве ситуационных экспертиз.

Вторая стадия экспертного исследования места происшест вия - сіадия аналитического экспертного исследования. Именно она иредполаїаст раздельное аналитическое исследование вещественных доказательств, входящих в общий объект - место происшествия, и хотя наиболее распрострапепным объектом экспертного исследования являются непосредственно вещественные доказательства, тем не менее такими объектами мої ут бы ть рассмагри- ваемые по делу события, различные фактические обстоятельства, связанные с этими событиями, и, конечно, обстановка места происшествия как общий объект ситуационной экспертизы. Экспертное исследование вещественных доказательств, не исключает, а, наоборот, предполагает возможность одно- временного производства экспертом исследования обстоятсльсгі5 того пли иного события и действия, носителем (отображением) которого являсіся данное вещественное доказательствр. В больщинсівс случаев лишь при совокупном исследовании вещественных доказательств с рассматриваемыми по делу фактическими обстоятельствами эксперт в состоянии дать исчерпывающее заключение по поставленному перед ним вопросу.

На этой же стадии может возникнуть необходимость в проведеьп^и экспертного эксперимента с целью установления возможности тех или иных обстоятельств, в этом случае экспертный эксперимент является специфической формой познания события происшествия путем специального исследования обстановки места происшествия и находящихся на нем вещественных доказательств и следов. Воссоздавая определенное явление и повторяя его. эксперт расширяет рамки наблюдения, создает новые, более удобные условия для всестороннего его изучения, получение дополнительных сведений об объекте исследования, что позволяет опытным путем провери ть предположения, возникшие на основании предшествующих пaбJпoдeний’, или опровергнуть показания обвиняемого (подозреваемого, свидетелей), ус таїю-

’ См.: Шлепов Ю.А. Трасолотическая идентификация изделий маееового производства и механизмов, использованных для их изготовления И Программированные п си і уа- логические методики трасологических исследований: Сб. науч. тр. - М., 1979. - Вып. 37. - С 6S.

вить сущность и происхождение данного явления, получить исходные данные, необходимые для производства экспертизы, установить причині,! и условия технического характера, способствовавших совершению преступления, обобш,и1ъ часіньїс случаи практики и сдслаї ь онрсдслсиные винюды.

Проведение экспертного эксперимента, воспроизводящего отдельные об- стоятельства конкретного исследуемого события, представляет собой одну из форм практической деятельности эксперта по исследованию и оценке доказа- тельств. В экспертном эксперименте (как и в следственном) сочетаются возмож- ность непосредственного восприятия изучаемых явлений с оценкой фактических данных, установленных при производстве других следственных действий.

Данная стадия заканчивается обсуждением результатов ироведенноіо исследования, комплексированием экспертов - члсіюв комиссии, если стоящие перед ними задачи носят комплексный или комиссионный характер, решение вопросов о необходимости проведения исследований с использованием иных методов исследования. Например, если на стадии раздеіиліого исследования не был проведен экспертный эксперимент в связи с отсуїствисм необходимых фактических данных, полученных в ходе такого исследоватіия другими экспертами - членами комиссии.

Третья стадия исследования вещной обстановки места происшествия - стадия сопоставительного анализа. На этой стадии комплексы признаков, выявленных при раздельном исследовании каждого из вещественных доказательств, входящих в общий объект ситуационной экспертизы - места тіроис- ществия, сопоставляются, определяются: возможность или невозможносіь происхождения тех или иных следов, их связь с событием преступления, устанавливаются причины имеющихся различий, существентіьі они или случайны, обстоятельства, сгюсобствующие совершению преступления, и признаки, характеризующие свойства личности и т. д. Другими словами, на данной стадии эксперт практически анализирует все полученные при раздельном исследовании результаты с учетом тех вопросов, которые тюставлены перед ним следователем на разрешение.

Наконец, на четвертой, заключительной стадии, эксперт (эксперты) анализируют и оценивает все полученные результаты, формулируют выводы. Предметом оценки служат весь процесс исследования, примененные методики и методы исследования, обоснованность полученных результатов всем ходом исследования. Эксперт (эксперты) оценивает результаты и формулирует выводы, опираясь на законы формальной логики и по своему внутреннему убеждению. Задача заключается и в том, чтобы обнаружичъ допутцсп-

ные при исследовании ошибки и исправить их, если это возможно, тірсдуїірс-

 

див тем самым возможность проведения повторного исследования.

Итак, процесс экспертного диагностического си туационного исследования места происшествия может иметь следующую структуру:

  • экспертный осмотр следов и материальных объектов места проис- шествия, выявление их взаимосвязи с событием преступления, отіределсгпіе видимых изменений, которые произошли с исследуемыми объектами, вы- движение экспертных версий о происхождении тех или иных следов и изме- нений и т. д.;
  • аназштическое исследование всщсствсниых доказатеіихтв, состав- ляющих общий объект - место происшествия, выявление характсріи>г\ признаков. При необходимости проведение экспертного эксперимента;
  • проведение сопоставительноі’о анализа выявленных свойств и нрті- знаков всех вещественных доказательств между собой, ycTaHOBJicnnc при- чинной связи, природы и состояния исследуемого явления;
  • оценка изученных признаков явления и системно-структурный анализ их в целях определения состояния данного явления; формулирование выводов.

Нередки случаи, когда необходимо установить в отдсльносіи jni6o природу, либо состояние явления. Причем, если рстнас’тся диашостичсская задача по установлению природы явления, совсем не обязательно наличие этапа диагностическоіо исследования, на котором определяется сосчоянис данного явления. Но при решении задачи по устаповлстіиіо состояния ЯІІЛС- ния, исследование должно пройти все описанные этапы, в том числе и этап, на котором распознается природа явления. Это и понятно: не oпpeдeJiив, какова природа данного явления, невозможно установить ei о состояние.

Такова, на наш взгляд, структура и механизм экспертной мсгодики исследования вещной обстановки места происшествия при решении диагностической ситуационной задачи. „

К сказанному следует добавить, что методика ситуационной эксиер гизы основывается на последовательном изучении отдельных следов, их сопо- ставлении друг с другом, с обстановкой до, во время и после совершения пре- ступления и позволяет на основе комплексного использования криминали- стических и других специальных познаний формулировать выводы о после- довательности действий участников исследуемого события и их признаках.

2.3. Использование в доказывании результатов экспертизы

места происшествия

Как показывает следственная и судебная практика, криминалистически значимая информация, заключенная в материальных следах, зачастую уграчи- вается, либо не воспринимается следователем должным образом. Изучение 231 уголовного дела по разным видам преступіюний показшю, что при осмотре места происшествия, как правило, фиксируются и изымаются лишь тс следы и вещественные доказательства, которые, по субъективному мнению следователя, имеют непосредственное отношение к событию преступления, либо на которые непосредственно указывает специалисг, если гаковой прису гсгву- ет при проведении данного следственного действия. Количество yГOJЮBMЫX дел, из числа нами изученных, в которых фигурируют материальные следы, составило чуть больше 30%. Однако и те вещественные доказательства, которые изымались с мест происшествия, не всегда подвергались экспертному ис- следованию, либо исследовалась лишь небольшая их часть. Более тої о, полу- ченная в результате проведения экспертного исследования информация не ис- пользовалась в процессе расследования в целях установления истины, а лишь резюмировалась в соответствующих материалах угоіювного дела. В результате подобного отношения процесс до|сазывания становится весьма СІЮЖНЬІМ, а порой и вовсе безуспешным.

в ходе проведения экспертизы места происшествия в результате осуществления экспертом (экспертами) диагностических исследований устанавливается важная информация для процесса доказывания, содержащая следующие сведения’:

  1. О вещественных объектах - их природе (наименование, признаки), состоянии, происхождении (его источнике), пригодности к использованию в

’ См.: Снетков В.А. Криминалистическая диагностика и деятельности жспертно- криминалистических подразделений МВД России по применению экспертно- криминалистических методов и средств: Учебное пособие. - М., 1998. - С. 18-21.

доказательственном процессе, возможности результативных проверок по криминалистическим учетам и коллекциям, проведения последующих судебных экспертиз.

  1. О различных лицах, так или иначе связанных с произошедшими со- бытиями: по следам рук (пол, рост, возраст, телосложение, некоторые виды деятельности, бытовые привычки, профессиональная принадлежность, бьгю- вая среда, и т. д.); по следам ног (поіц, рост, возраст, вес, физическое или пси- хическое, эмоциональное состояние; способ передвижения на месте проис- шествия, характеристики походки); по обуви (пол, рост, возраст, бытовая среда, особенности походки; физические недостатки - хромота, болезни, аномалии строения стопы и пальцев ног); по предметам одежды (пол, возраст, телосложение, вес и другие внешние признаки частей тела человека, контактирующих с одеждой при ее ношении; бытовая и профессиональная среда; образ жизни, физические недостатки, некоторые болезни).
  2. О различных обстоятельствах вещественной обстановки:
    • о событии преступления в целом или отдельных его :элемсптах вре- мени, месте, механизме, внешних условиях;
    • об очередности (последовательности) элементов события происше- ствия;
    • о вещественных объектах - время, место, очередность и механизм возникновения;
    • о положении и перемещении (преобразования) на месте и по причине преступления;
    • о различных связях (причинно-следственных, временных, прос грап- ственных и др.) вещественных объектов с событием прссгуплсния, с дейст- виями участвовавших в событии лиц, с внешними усіювиями события, с дру- гими объектами вещественной обстановки преступления - виды, содержание (характер), степень устойчивости наличия связей;
  • О механизме (способе) совершения или сокрытия (маскировки), инс- ценировки или фальсификации преступления- взаимодействие в процессе со- вершения преступления лиц и различных вешественных объектов, происхож- дение (в том числе на месте происшествия) различных объектов и их отобра- жений (следов), частей и механизмов сложных веш,есгвснных объектов;
  • о временных, пространственных характеристиках механизма (способа) взаимодействия внутри вещественной обстановки преступления;
  • о действиях, поведении различных лиц, связанных с событием пре- ступления - характеристики перемещений, взаимодействие лиц, последова- тельность, время, место, способы и приемы действий, количество лиц, участ- вовавших в событии преступления, их роли в событии преступления;
  • о технических причинах и условиях, способствовавших совершсіппо преступления и т. д.
  • Заключение эксперта - распространенное в современной следсі венно- судебной практике доказательство, источник криминалистически зпачіїмоГі информации (ст. 74 УПК РФ). Наряду с другими доказательствами оно имеет важное значение для правильной кваїшфикации совершенного преступления, а также для установления степени виновности (невиновности) подсудимого. В каждом конкретном случае заключение эксперта может играть ролі> доказательств обвинительных или оправдательных. В связи с этим заключение эксперта должно быть достоверным, научно обоснованным и убеди геіП:.ньім в своих выводах, что может быть только при тех обстоятельствах, кої да грамотно, ясно и последовательно изложен весь ход исследования, проведенного экспертом. Именно грамотное изложение хода и результатов экспергного исследования позволяет следователю и суду критически оценить заключение как одно из доказательств по расследуемому делу.

В теории судебных доказательств заключение эксперта рассматривае тся как источник доказательств, не имеющий никаких преимуидеств по сравнению с другими доказательствами и не обладающий большей дoкaзaтeJП:.cгвelи^oii

силой. Доказательственное значение заключения эксперта зависит в конечном итоге от объективной связи устанавливаемых экспертом фак гов с обстоя гсль- ствами по делу. Именно поэтому оценка заключения эксперта предіюлагасі не только изучение содержания, выяснение научной обоснованности выводов эксперта (экспертов), но и анализ связи факгов, изJЮжeнныx в заюночении, с обстоятельствами дела (предметом доказывания) и другими факгичсскими данными, полученными путем проведения отдельных следственных действий.

Подобный анализ заключения эксперта в аспекте рассмотрения его в системе доказательств по делу по своей сути носит черты диалектического процесса, поскольку основывается на принципе всеобщей связи и взаимозависимости явлений объективной действительности.

Согласно закону, следователь (судья, присяжные заседатели, дознава- гель, прокурор) оцспивасі’доказагеіп>сгва, в юм числе и заключение жспср- та (ст. 74 УПК РФ), по своему внутреннему убеждению, основанному на со- вокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью (ч. 1 ст. 17 УПК РФ), и, как было сказано ранее, іиі одно из доказательств не имеет заранее установленной силы. При оценке до- казательств никто не связан формальными правилами, ограничивающими свободу суждения. Если следователь (суд) убедился в правильности и обос- нованности заключения эксперта, оно может быть использовано в доказьпза- нии события происшествия и вины (невиновности) обвиняемого, в связи с этим хотелось бы іюдробнее остановиться на роли и доказа гельственном значении заключения эксперта, объектом в котором является вещная обсіановка

 

места происшествия.

Любое место происшествия содержит материальные следы преступлений в виде следов рук, ног, орудий и инструментов, используемых для совершения или сокрытия преступлений и т. п. Все эти следы могут стать объектами судебной экспертизы. Итогом использования различных следов на месте преступления является установление их принадлежности конкретному лицу. Но доказательственное значение данного факта различно: либо категорично утверждается, что именно это лицо совершило преступление, либо свидетель- ствует только о пребывании конкретного лица на месте преступления в момент его совершения, до или после. Иными словами, необходимо исследование той конкретной ситуации, в которой они могли образоваться, и исключающих возможность их возникновения до либо после события преступления.

Подобный детальный аншшз в стадии доказывания включает: внима-

t’

тельное изучение динамики события, способа действий преступника, меха- низма и способа следообразования; механизма совершения преступления (ис- пользуемые орудия, обстоятельства, способствующие совершению пресі уп- ления и т. д.) и т. п. Именно эти и другие аналогичные вопросы, не выходящие за пределы компетентности эксперта, ставятся перед последним при назначе- нии ситуационной экспертизы места происшествия.

Другими словами, экспертиза места происшествия назначается тої да, когда предметом исследования являются результаты действия, явления HJHI исследуется соотношение фактов, событий, явлений, т. е. происходит выяв- ление причинной и функциональной связи. При исследовании результатов действия либо события, а также при изучении соогношсния факюв jnioo со- бытий главенствующим обстоятельством, требующим скрупулезного анализа, предстает механизм происшедшего. Под механизмом в приведенном случае с]юдус1 понимаї’ь «совокупность состояний процессов, из которььч скла- дывается какое-либо явление»’. По определению А.Н. Васильева и Н.П. >16- локова, в самом общем плане механизм совершения преступления можно определить как «временной и динамический порядок связи отдельных этапов, обстоятельств, факторов самого события преступления, іюзволяютций вос- создать его картину»^.

Кроме того, ситуационная экспертиза места происшествия может быть проведена для установления: природы, отдельных свойств и признаков, со- стояния, происхождения, пазпачетіия, механизма и обсюя TCJH^C I в во’зннкно-

’ Словарь русского языка / 11од ред. С.И. Ожегова. - М., 1 958. - С. 358. “ Васильев А.Н. Предмет, система и теоретические основы кримииалистики / A.M. Васильев. Н.П. Яблоков. - М.. 1984. - С. 1 22.

 

вения, изменения, утраты различных объектов ]J0 причине собычия ирестуи- ления; связей и отношений собранных объектов между собой, с собыгием преступления, с участниками преступления и лицами, нричасі ными к событию преступления; характеристик источников происхождения (орудий, предметов, лиц и т. п.), важных для розыска и идентификации этих источников.

Экспертом в ходе изучения обстановки места происшествия и исследования материальных следов могут быть выявлены разнообразные сведения, способные охарактеризовать и разобрать ранее полученные слсдоваїслсм данные, например, условия и факторы, непосредственно предшествовавшие

преступлению, или содержание и характер последующих изменений іс\ или

І1

иных следов, определения того, что в обстановке совершения преступления было специально подготовлено нресгупником, а ч го не зависело o r него; ч іч) препятствовало или способствовало подготовке преступления и сокрьпию его следов; что привело к тем или иным несоответствиям в способе и механизме совершения преступления, какие факторы нетигшчпого для данной ситуации свойства отразились в обстановке, кто мог воспользоваться сложившейся обстановкой для совершения нрестунления и т. д.’

Эксперт, как и следователь, «не воспринимает криминальную ситуацию непосредственно, а моделирует ее по дошедшим хю НЄ1Ю материалып>1м и идеальным отображениям - следам, несущим на себе отпечатки времени»^

Так, беря во внимание закономерности механизма следообразования (нанри-

 

мер, различные особенности старения материальных объектов), подчиненные ряду условий, возможно по изменениям в материальной обстановке устаїю- вить временные интервалы образования тех или иных следов. Используя все- возможные условия для сбора данных обо всех структурных элементах об- становки совершения преступления, которые могут быть почерпну ты из раз-

’ См.: Яблоков Н.П. Обстановка соверіиеііия преступления как иіемсіп его крими- налистической характеристики // Кримииалистическая характеристика престуилеіпиі. - М., 1984.-С. 35.

’ Волчецкан Т.е. Криминалистическая ситуалотия: Монография / Под ред. прос]). Н.П. Яблокова. - Калиииигпад, 1997.-С. 167-168 нообразных источников, экспертом могут быть получены, например, сведения о временных параметрах события преступления не только по материальным следам, но и посредством изучения физических, химических, биологических процессов, протекающих в следах и объектах (трупе, его ложе. пище, пятнах крови и т. д.). Следовательно, можно установить время их возникновения.

Таким образом, наряду с логическими операциями, оценка доказательственного значения жспертного заюиочения ирсднолагает практические дсіі- ствия по его проверке.

Результаты судебных экспертиз места происшествия в процессе расследования способны помочь субъекту доказывания:

  • в мысленном воссоздании реальной картины преступления в его ди- намическом развитии, в происхождении составляющих ei о ситуаций;
  • в установлении пространственно-временных соотношений всех об- стоятельств расследуемого события;
  • в прогнозировании основных направлений поиска и собирании криминалистически значимой информации о преступлении и jmne, его совершившем;
  • в установлении причинных связей;
  • в разработке мероприятий для поимки пресгупника по горячим следам;
  • в установлении психологического портрета преступника, свойств личности (особо жестокий, несовершеннолетний и т. д.);
  • в приведении всего перечня имеющейся по делу информации, всех собранных доказательств в слаженную упорядоченную систему;

  • в выборе соответствующей тактической линии поведения в процессе расследования преступления, в том числе для опровержения показаний обви- няемого об условиях образования тех шш иных следов, т. е. для H3o6jni4einui виновного во лжи. По мнению ряда ученых, реализация информации, содер- жащейся в экспертных заключениях, в указанных случаях основывается па общих тактических правилах использования дoкaзaтeJп.cтв в коиоликтиых ситуациях допроса’. В этом плане весьма эффективен такой Фактический при-
  •  

ем допроса, как логический анализ противоречий между показаниями обви- няемого и научно обоснованного заключения эксперта.

Примером такого опровержения может послужить сопоставление в процессе допроса показаний обвиняемого, утверждающеі о, что следы крови на месте происшествия являются результатом носового кровотечения, и выводов экспертизы места происшествия, согласно которым характер следов крови свидетельствует об ином механизме их образования, а именно о том. что направление капель крови не сверху вниз, а снизу вверх. После этою допрашиваемому предлагается объяснить вьіявленні,іс противоречия. Вовлекая в такой анализ допрашиваемого, следователь ставит ему вопросы, требующие конкретного объяснения выводов эксперта, что в конечном счете будет способствовать убеждению обвиняемого в несостоятельности заня той им позиции и бессмысленности дальнейшего запирательства. Под воздействием неопровержимых улик, установленных экспертным заключением, обвиняемый зачастую склонен к чистосердечному признанию своей вины.

Кроме того, положительного результата можно добиться, истюльзуя тактический прием создания у допрашиваемого нужного представления о на- личии иных, помимо заключения эксперта, доказательств его вины. Сообщая обвиняемому в ходе допроса неполные данные, содержащиеся в заключении эксперта, следователь затем применяет прием выжидания, переходя к иссле- дованию других фактов. В итоге у обвиняемого складывается впечатление о наличии у следователя ПОІШОЙ информации, что может привести ею к исрс- смотру занимаемой позиции и даче правдивых показаний^.

Средством воспрепятствования Jюжным заявлениям обвиняемого является выяснение всех обстоятельств, определяющих механизм следообразова- ния. В противном случае виновный может использовать любую возможность

’ См.: Лукашевич ВТ. Тактика общения следователя с участниками отдельных следственных действий. - Киев, 1989. - С. 22-65; Соловьев А.Б. Использование доказательств при допросе. - М., 1981.

См.: Цховребова И.Л. Использование возможностей судебных экснсртттз при расследовании краж из квартир: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1992. - С. 291.

на основе сообщенных ему фактов, чтобы вызвать сомнения в доказательст- венном значении выводов эксперта (например, солгать, что находился на месте происшествия незадолго до совершения там преступления, или же слсды оставил случайно).

В определенных ситуациях допрос обвиняемого (подозреваемого) по поводу обстоятельств, имеющих отношение к экспертизе, тактически правильно произвести до ознакомления,, его с заключением эксперта. Так, задержанный в качестве подозреваемого К. отрицал свою причастность к совершению преступления, с целью предупреждения дальнейших ложных показаний подозреваемого, следователь перед использованием заключения эксперта как весьма важного доказательства по делу задал К. ряд детаішзирующих вопросов. Следователь уточнил, знаком ли К. с потерпевшей М. ИІШ ее родственниками. Подозреваемый ответил отрицательно. Затем следователь выяснил, не посещал ли подозреваемый когда-либо квартиру М. Ответ и на этот вотірос был отрицательным. Таким образом, со слов подозреваемого, исключалось, даже случайное посещение квартиры потерпевшей. После этого К. был ознакомлен с заключением дактилоскопической экспертизы и других экспертиз, проведенных по данному делу. Убсд],ившись в пслоі-ичіюсти сіюих иоказаппіі и бессмысленности занятой позиции, К. под давлением представленных дока- зательств признался в совершении преступления’.

Значение процесса демонстрации экспертного исследования трудно пе- реоценить. Тем более что ситуационные исследования места происітісствия непосредственно относятся к установлению механизма следообразования, по- явлению НІШ исчезновению предметов вещной обстановки, а также к опреде- лению последовательности происшедших событий. Таким образом, наиболее полная реализация всех возможностей использования результатов судебных экспертиз в процессе расследования таких, например, преступлений, как убийства, поджоги, дорожно-транспортные преступления, бсзусіюино, повышает эффективность деятельности органов расследова}1ия.

Архив городского суда г. Москвы, 1998, д. № 135745.

Результаты оценки заключения эксперта, содержащего обвини гслынис и оправдательные доказательства, в соответствии с ірсбованиями сг. 220 УПК РФ должны быть изложены в обвинительном заключении. Однако практика показывает, что доказательственная сила экспертного заключения не находит должного использования в деятельности органов расследования. Лишь в 42% изученных нами уголовных дел, по которым проводились судебные экспертизы, обвинительные заключения следователя содержали ссылки на листы дела с заключением эксперта. Более того, нередко следователи, не про- водя должной оценки заюпочсния эксперта, неправильно oncnnBajui рсзулыа- ты экспертных исследований. Так, по делу С.П. Чернигина’ эксперты, решая задачу о расстоянии и взаиморасположении стрелявшего и потерпевшего н момент вьютрела, пришли к выводу! что выстрел был произведен с рассюя- ния 5,4 ± 1,9 м. Не проведя должной оценки заключения эксперта, следователь ограничился лишь экспертным выводом, причем неправильно ин герпре- тировал его, указав в обвинительном заключении, что вьютрел на месте про- исшествия был произведен с расстояния от 1,9 до 5 м. В данном случае сле- дователь допустил ошибку в оценке экспертных выводов, чго свидетельствует о формальном подходе следователя к заключению эксперга. Такое некритическое принятие заключения эксперча умаляет еіо роль как средства доказывания.

Нередко обоснованность обвинения в целом напрямую зависит от оценки доказательственного значения выводов эксперта самих ію себе и в сово- купности с другими доказательсгваКіи. Однако анаішз и обобщение следст- венной и судебной практики свидетельствуют о том, что следователи и суды зачастую не исполняют надлежащим образом указанного гребованим закона, игнорируют рекомендации пленума Верховного Суда^ Более того, примерно в 10% случаев в обвинительном заключении и приговоре о выводах эксперга

’ Архив Нижегородского областного суда г. Н. Новгорода, 1985, д. № 2-90. ^ В постановлении пленума Верховного Суда СССР от 16 марта 1971 г. отмечено: «Результаты оценки заключения эксперта должны найти полное отражение в приговоре. Суд обязан указать, какие факты установлены заключением эксперта, а не ограничиваться лишь ссылкой на его заключение».

как доказательстве даже не упоминается.

Мотивировать приговор - это не только привести в его тексте источники доказательств и указать конкретно доказательства, положенные в осноі^у

і

обвинения, но и логически доказать, что собранные по делу доказательства, составляют замкнутую цепь, между звеньями которой имеются глубокие внутренние связи, с несомненностью свидетельствуюпіис о связи всех доказа- тельств, прямых и косвенных, с главным фактом - событием преступления’.

Согласно ч. 1 ст. 88 УПК РФ, оценка заключения эксперта включает в себя определение его относимости (способности служить средством установления фактов, входящих в предмет доказывания), допустимости (пригодности по форме соответствия требованиям процессуального закона), достоверности (правильности, соответствия объективной дсйстви гельности, обоснованности, убедительности)^, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. В связи с этим оценка за- ключения экспертизы места происшествия предполагает его анализ в несколько этапов:

1) оценка соблюдения процессуального порядка поді отовки. назначения и проведения экспертизы; 2) 3) оценка компетентности эксперта (экспертов); 4) 5) оценка научной обоснованности экспертной методики и право- мерности ее применения в конкретном случае; 6) 7) оценка полноты заключения эксперта; 8) 9) оценка логической обоснованности хода и результатов экспертного исследования; 10) 11) оценка соответствия фактических данных, полученных в результате экспертизы, имеющимся в деле доказательствам; 12) 1

См.: Колмаков В.II. Правильно использовать заключения жснертизы па предварительном и судебном следствии / В.П. Колмаков, Л.Е. Ароцкср // CouiiajmcTii4ccKa>i законность. - 1965.-№8.-С. 31-34.

^ См: Орлов Ю.К. Производство экспертизы в уголовном процессе. - М., 1982. -

С. 70.

7) принятие одного из решений, а также оперирование полученными в данном конкретном случае доказательствами в процессе доказывания (т. е. использования их в целях проверки и получения иных доказательств, при построении системы доказательств, формирующих внутреннее убеждение в доказанности тех или иных обстоятельств по делу, в установлении объективной истины как основания для принятия процессуальных решений)’.

Рассмотрим некоторые из них.

  1. Оценка соблЕОдсния процессуального порядка поді оговки, назначения и проведения экспертизы.

В криминалистической литературе достаточно широко освещены вопросы, касающиеся соблюдения процессуального порядка подготовки, назначения и проведения экспертизы, где за основу взяты нормы уголовно-процессуального законодательства, а также положения и инструкции о производстве отдельных видов экспертиз. При этом устанавливается:

  • соблюдены ли процессуальные рамки назначения и нроіісдситія экспертизы (т. е. назначение возможно как до (ч. 4 ст. 146), так и nocj/e возбуждения уіоловпого дела, а производство только после, но до его приостановления или прекращения). Что касается ситуационной экспертизы места происшествия, то при оценке такого заключения более остро встает вопрос об оценке времени назначения и производства такой экспертизы. Как уже было сказано ранее, процесс назначения и первоначальный этап экспертного исследования, ситуационной экспертизы места происшествия практически совпадает с проведением такого следственного действия, как осмотр места происшествия. Именно этот факт предполагает особенно тщательное изучение строгого соблюдения процессуального порядка назначения и производства таких экспертиз;
  • не проведено ли исследование лицом:
  • а) подлежащим отводу по перечисленным в УПК РФ основаїпіям:

Си.•. Белкин Р. С. Криминалистическая энциклопедия. - М., 1997.-С. 84.

б) не назначенным в качестве эксперта;

в) не предупрежденным об ответственности за отказ от дачи заключения и за дачу заведомо ложного заключения;

г) выступающим в качестве специалиста, что свидетельствует об ином процессуальном статусе оцениваемого заключения. И хотя письменные заключение и показания специалиста признаны законодателем доказательствами по делу, данный факт свидетельствует лишь о том, что это доказательство должно оцениваться следователем (судьей) наравне с другими доказательствами. Однако не следует при оценке упускать из вида и тот факт, что, как правило, заключение специалиста представляет собой, как правило, не что иное, как результат предварительного исследования. Следовательно, при производстве такого исследования используется не весь комплекс методов и технических средств, предусмотренных методикой. Более того, согласно формулировке законодатсіія заключение специалиста есть представленное в письменном виде суждслие (курсив наш. - В.Л.) специалиста. Суждение же может быть основано и не на проведенном исследовании,! а на определенных знаниях, профессиональном опыте и, в некоторой степени, внутреннем убеждении специалиста;

  • соответствует ли содержание заключения эксперта требованиям, предусмотренным ст. 204 УПК РФ;
  • соблюдены ли права участников процесса при назначении и про- изводстве экспертизы в строгом соответствии с действующим законода- тельством;
  • не нарушался ли процессуальный порядок при получении образцов для сравнительного исследования.
    1. Оценка компетентности эксперта.

Спорным, на наш взгляд, является вопрос, касающийся супісствую- щей в настоящее время оценки компетентности’ эксперта. Хотя нам представляется, что речь скорее должна идти о субъективной компетенции экс-

I

См.: Белкин Р.С. Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и методы. - М.. 1966. - С. 288.

перта’, т. е. степени владения им комплексом знаний в области теории, ме- тодики и практики производства экспертизы.

Особого внимания требует оценка компетенции эксперта, когда речь идет о производстве ситуационной экспертизы места происшествия. Понятно, что всех тех требований (иметь специализированное высшее образование, право производства экспертиз определенного вида н т. д.), которые обычно предъявляются к компетенции экспертов, производящих простые (не комплексные) экспертизы, недостаточно. Эксперт, производящий ситуационные экспертизы г^^еста происшествия, должен не просто обладать опытом экспертной работы, иметь значительный стаж в производстве экспертиз, но этот опыт и этот стаж должны относиться именно к производству ситуационных, в том числе комплексных экспертиз. Более того, эксперт должен обладать логическим стилем мышления, владеть такими методами познания, как метод материалистической диалектики, сравнительно-правовой и системный методы исследования, методами психологии, коммуникативной деятельности и т. д.

  1. Оценка научной обоснованности экспертной методики и правомерности ее применения в конкретном случае.

Прежде всего необходимо уточнить, какие научные и справочные данные были использованы в процессе проведения исследования, их соо і вс і с гипс последним апробированным и рекомендованным к использованию научным достижениям. Особое внимание следует обратить на правильность выявления и оценку экспертом признаков в исследуемых объектах в частности, и всего общего объекта - места происшествия, а соответственно, обоснованность оп- ределенности выводов - их категорического и предположительного характера. Не следует при этом забывать, что «…категоричность еще не означает досто- верности: ошибочные выводы также могут быть категорическими по фopмc»^ «В обоснование выводов эксперта должны быть поіюженьї такие научные ио-

’ См.: Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. - М., 1997. - С. 264. ^ Белкин Р-С. Собирание, исследование и оценка доказательств. Сущность и мето- лы.-М.. 1966.-С. 292.

ложения и данные, которые, как указывают С.В. Бородин и А.Я. Палиашвили, доказаны теоретически и проверены’практикой, достоверность их не должна вызывать сомнения, в противном случае научная обоснованность выводов эксперта также будет сомнительной и, очевидно, что такое заключение не мо- жет быть положено в основу обвинительного заключения или приговора»’. В случае, если установлено, что эксперт в ходе исследования не использовал всех необходимых методов анализа и исследования или исгюльзовал устаревшие, то выводы в заключении эксперта должны быть взяты иод сомнение.

Оценка научной обоснованности экспертной методики и правомерносгп ее применения достаточно сложный процесс, в связи с этим актуальной пред- ставляется работа, проведенная сотрудниками НИЛ ЭКЦ МВД России, целіло которой явился поиск возможности оптимизации заключений эксиергов но отдельным видам криминалистических экспертиз и разработка каталога типо- вых экспертных методик, в сентябре 1996 года приступил к работе Федераіп,- ный межведомственный координационно-методический совет по проблемам экспертных исследований. В целях обеспечения научно-методического един- ства и надлежащего научного уровня практики производства экспертиз в практическую деятельность ЭКЦ МВД России и РФЦСЭ МЮ России введен паспорт экспертной методики. На сегодняшний день более 150 паспортов за- полнены и подготовлены к аттестации. Аналогичную работу, на наш взгляд, целесообразно провести относительно комплексного экспертного иссіюдова- ния места происшествия. Паспортизация данной методики, при наличии у следователей соответствующего катшюга, позволит говорить о правильное !и оценки ее научной обоснованности и правомерности применения.

  1. Оценка полноты заключения эксперта.

На наш взгляд, заключение эксперта может считаться полным в гом случае, когда, с одной стороны, полно изложен весь процесс исследования, а с другой - на все поставленные перед экспертом вопросы даны ответы.

Бородин С.В. Вопросы теории и практики судебной экспертизы / С.В. Ьородіпі, А.Я. Палиашвили. - М., І963. - С. І09-110.

Оценка полноты заключения экспертов по исследованию места происшествия позволяет обратить внимание:

  • на полноту исследования всех представленных в распоряжение экх- пертов объектов в отдельности и места происшествия как общего объекта су- дебной экспертизы в целом. Особому изучению лицами, производящими оценку результатов экспертизы, должны быть подвергнуты фрагмсмт1,1 ча- ключения с описанием и исследованием поступивших в распоряжение экспертов отдельных объектов и следов, составляющих общий объект, поскольку на результатах исследования этих объектов базируются, как правило, выводы ситуационной экспертизы об отдельных элементах собы тия;
  • на применение различных, дополняющих друг друга методов иссле- дования, необходимых для выполнения экспертного задания;
  • на достоверные ответы на поставленные вопросы, а при отказе ре- шения некоторых из них - на обоснованность такого отказа. В случае отказа от решения того или иного поставленного перед экспертом вопроса, по причине отсутствия необходимых научных оснований, чго в настоящее время представляется нам очень актуальным’, ни следовачель, ни суд не вправе ю- зорить о неполноте заключения. В данном случае отказ от ответа обусловлен причинами, которые не зависят от личности эксперта (экспертов), ci o дейст- вий. Практически подобные вопросы исключаются из числа поставленні>іх па разрешение и не влияют на определение полноты заключения;
  • на описание хода процесса исследования представленных объектов;
  • на изложение проделанной экспертом (экспертами) работы, повли- явшей на формулирование выводов.
  • Результаты, полученные при производстве ситуационной экспертизы места происшествия, как, впрочем, и при проведении ]побой друї ой экспертизы, приобретают значение судебных доказательств в зависимости от формы экспертного вывода, в котором они содержатся: катсі опи-

’ До настоящего времени научрю обоснованная методика ирои чводстиа ситуационной экспертизы места происшествия в распоряжение экспертов представлена не была.

ческой или вероятной, либо как указание на невозможность решения вопроса по определенным основаниям.

«Выводы эксперта - завершающая часть заключения эксперта, в которой сообщаются установленные экспертом факты и содержатся ответы на поставленные следователем или судом вопросы»’. Их формулировка осуществляется на основе всестороннего, глубокого, объективного анализа и синтеза результатов, полученных при исследовании вещественных доказательств. При этом в выводах в краткой (однако содержащей при этом весь объем необходимых фактических данных) и четкой, не допускающей различных толкований форме должны излагаться ответы на поставленные перед экспертами вопросы. В противном случае ві>і- воды не будут представлять доказательственной ценности и, более того, могут привести к судебной ошибке.

При производстве ситуационных экспертиз места происшесгвия ответы на поставленные вопросы обычно требуют интеграции знаний экспертов, участвующих в производстве такой экспертизы. При этом эксперты разных специальностей синтезируют свои частные выводы и формулируют общий ответ, который подписывается всеми экспертами. Если при формулировании общего вывода между экспертами возникаю г разногласия, то каждый из них составляет свое заключение по спорным вопросам в порядке, предусмотренном ст. 200 УПК.

По результатам оценки заключения эксперта могут быть принм гы 2

следующие решения”:

  1. Признать заключение полным и обоснованным, а фактические данные, содержащиеся в нем, достоверными и имеющими значение по делу.
  2. Признать заключение недостаточно ясным или неполным и при необходимости допросить эксперта или назначить дополнительную экспертизу для разъяснения или дополнения данного им заключения.
  3. ’ Белкин P C. Криминалистическая энциклопедия. - М., 1997, - С. 40.

” См.: Антонов О.Ю. Использование научно-технических средств и методов в расследовании дел о пожарах: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1996. - С. 190.

  1. Признать заключение эксперта необоснованным или вызывающим сомнения в его правильности и при необходимости назначить повторную экспертизу или провести иные процессуальные действия, направленные на проверку выводов эксперта.

По результатам оценки заключения эксперта следователь решает вопрос, имеются ли основания придать выводам эксперта, содержащим криминалистически значимую информацию, сга гус доказатсльс i и, для их дальнейшего использования в совокупности с другими имеющимися по делу доказательствами.

Раскрывая роль судебных экспертиз, связанных с исследованием материальной обстановки места происшествия, нужно подчеркнуть, что ИСГЮІП^- зование установленных экспертом фактических данных может быть реализовано по следующим направлениям:

  • при определении перспектив использования доказательств в целях установления важных обстоятельств события преступления, роли участников преступления в этом событии;
  • при выдвижении и проверке версий, установлении негаїиііньїх обстоятельств, свойственных данному виду преступления и ситуаіиіп его совершения, а также связи и отношения обнаруженных объектов с расследуемым преступлением’;
  • при планировании расследования (в том числе, отдельных след- ственных действий и оперативно-разыскных мероприятий);
  • при определении тактики их подготовки и проведения;
  • при принятии различного рода процессуальных решений, преду- смотренных действующим законодательством;
  • ’ По справедливому замечанию A.M. Кустова, «знание механизма пресгунлспим как целостной системы обстоятельств, процессов и факторов, обусловивших возникноис- ние материальных и иных носителей информации о самом преступлении и его участниках, обеспечивает возможность выдвижения общих и частных версий, планирования расследования, а также целенаправленного поиска материальных последствий преступления…». (Теоретические основы криминалистического учения о механизме преступления. -М.. 1997.-С. in.

  • при подготовке различных материалов (подбора образцов, проведения экспериментов и т. п.) к судебным экспертизам или применения в розыске и установлении различных объектов (предметов, документов, орудий преступления, а также преступников, жертв и очевидцев преступления) путем составления разыскных таблиц, описаний внешности человека по методу словесного портрета, изготовления субъективных портретов лиц;
  • при оценке возможных роли и значения доказательств в расследова- нии преступлений.
  • В свою очередь, экспертное исследование взаимосвязей и взаимоотношений между материальными объектами не ограничивается исследованием только сложных объектов, таких вещественных доказательств, которые ві,і- ступают в виде сложного комплекса материальных объектов - «вещественная обстановка». Взаимосвязи, как и саіу!іо взаимодействие объектов, могу т быть и сложными, и простыми, как и факты, выявляемые экспертом, не іеряя от этого своего доказательственного значения. Вследствие этого роль судебной экспертизы в установлении обстоятельств преступления оказывается знамн- тельной и тогда, когда она определяет факт тождества отдельных элемет! тов вещной обстановки либо факт принадлежности ряда отдельных предметов единому комплексу или тождество взаимодействовавших объектов, т. е. осуществляет идентификацию конкретных элементов обстановки расследуемого события. Отсюда вывод: не следует считать, что заключение эксперта может оказывать существенную помощь в исследовании действий субъекта только тогда, когда оно раскрывает взаимодействие между явлениями, предметами. В ряде случаев немаловажное значение имеет экспертное исследование объектов, выступающих по делу в качестве предметов нрестутіления, когда заключение эксперта, свидетельствуя о наличии в предмете опредслеті- ных видоизменений, раскрывает тем самым и факт наличия определенных действий как причины таких видоизменений.

Проведенные исследования позволяют констатировать некоторые пре- имущества экспертизы вещной обстановки места происшествия перед ос- тальными экспертизами. О преимуществах экспертизы на месте происшесг- вия можно говорить очень долго, только реальная практика и последующие результаты могут в полной мере дать оценку данному процессу экспертного исследования.

Остальные выводы по данному разделу диссертационного исследования заключаются в следующем:

  • внесены предложения и рекомендации по ходу и результатам оценки заключения эксперта по производству диагностической ситуационной экспертизы места происшествия;
  • установлена и рассмотрена зависимость от результатов гаких экспертиз, решений, принимаемых следователем и судом, определены ос- новные направления их использования;
  • определены вопросы, касающиеся выявления экспертом по ма їс- риалам экспертиз места происшествий условий, способствовавших совершению преступлений;
  • определены возможности использования результатов экспертизы места происшествия в раскрытии и расследовании преступлений.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

В процессе проведенного исследования проблематики, охватываемой темой и задачами диссертационной работы, были сформулированы и обобщены выводы и предложения, основные из которых сводятся к следующему:

  1. Проанализировав существующие в специальной jm reparype взгляды на понятие «специальные знания», диссертант пришел к выводу, что иод специальными знаниями следует понимать систематизированные данные (сведения), полученные в процессе практической и научной деятельности в разнообразных ее сферах (отраслях), основанные на знании научных разра- боток соответствующих областей знания, используемые для рещения вопросов, возникающих при расследовании и рассмотрении в суде конкретных дел.

В данном определении не случайно не упомянут перечень областей специальных знаний (наука, техника, искусство, ремесло). Как свидстсльсі- вует практика, исчерпывающий перечень областей специальных знаний дагь практически невозможно. И хотя в УПК РСФСР (ст. 78) был приведен такой перечень, в УПК РФ’ он отсутствует. Статья 195 УПК устанавливасі, чю «судебная экспертиза производится государственными судебными экспер га- ми и иными экспертами из числа лиц, обладающих специальными знаїпія- ми». Данная формулировка является, на нащ взгляд, верной.

Специальные знания - это основа формирования компетенции и ком- петентности судебного эксперта. Под компетенцией принято понимать объем специальных знаний эксперта, необходимых для решения задач определенного рода экспертизы. Следовало бы дополнить данное понятие еще и знаниями уголовно-процессуального законодательства гю вопросам, касающимся института судебных экспертиз в цcJЮм, и прав и обязанностей жсисріа в частности. В понятие же компетентности эксперта вкладывается степень ов- ладения этими знаниями, теорией и методиками экспертизы.

’ Далее УПК.

  1. С введением ст. 58 УПК (Специалист) были устранены некоторые существенные пробелы. В частности, в ней было дано понятие лица, высту- пающего в качестве специалиста, и определены его права. В новом УПК за- конодатель предусмотрел привлечение специалиста не только для содейс гвпя в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, но и в при- менении технических средств и исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию, предусмотренные новые положения данной нормы, безусловно, расширили круг возможностей специалиста. Однако и в новом УПК имеются, на наш взгляд, существенные недочеты, требующие внесение изменений и дополнений.
  2. Согласно ст. 133’ УПК РСФСР, специалист обязан «участвовать в производстве следственного действия, используя свои специальные знаїпія и навыки для содействия следователю в обнаружении, закреплении и изъятии ()о- казательств; обращать внимание следователя на обстоятельства, связанные с обнаружением, закреплением и изъятием доказательств» (курсив наш. - В.Л.). В соответствующей статье УПК речь уже идет не о доказате]н,с і вах, а лишь о предметах и документах. Наблюдается явное несоответствие содержа- ния ст. 58 как с определением понятия «специалист», так и с некоторі.іми нормами нового УПК, поскольку за пределы понятия «специалист» при его буквальном толковании выводятся не только педагог, психолог, врач, но и, скажем, специалист, участвующий в следственном эксперименте и помогающий следователю воссоздать обстановку определенного события, или специалист, принимающий участие в допросе, в освидетельствовании и т. д.

  3. Придав статус доказательства заключению и показаниям специалиста, законодатель тем самым разрешил ряд пробіюм. Одна из них заключалась в том, что, в силу и по причине своего участия в производстве следственного действия, специалист оказывается обладателем информации по разнообразным элементам события преступления и его расследования. Однако
  4. Савицкий В.М. Вступительная статья // УПК РСФСР. - М.. 1 997 - С. ХЗ.

данная информация не всегда находила надлежащее процессуальное закреп- ление, а также непосредственное и объективное отражение в материалах уго- ловного дела, в результате чего она практически не фигурировала в уголовном процессе и не применялась в судебном рассмотрении в совокупности с другими доказательствами по делу. Предлагалось немало путей выхода из сложившейся ситуации. Видимо проанализировав все встречающиеся в спе- циальной литературе предложения, законодатель признал и заключение, и показания специалиста доказательствами’.

Однако, разрешив одну из проблем, мы сталкиваемся с другой. Как известно, результаты предварительного исследования в основном исгюльзуют- ся в оперативно-разыскных целях. Есть опасение, что следователь по тем или иным причинам (в силу загруженности или недостаточности профессионального опыта и знаний и т. п.) будет ограничиваться ]пішь заключением специалиста, игнорируя получение фактических данных путем назначения и производства экспертизы. Но, как уже было сказано, результаты предварительного исследования не всегда достаточно полные, а иногда, как показывает практика, по объективным причинам значительно отличаются от рсзуіи.та- тов экспертного исследования. Отсюда можно сделать вывод, что легализацию результатов предварительных исследований и придание им доказатель- ственного значения никак нельзя признать равноценной заменой концегщии производства экспертизы в стадии возбуждения угоіювного дела.

  1. Возвращаясь к вопросу о необходимости законодательного разрешения производства экспертизы в стадии возбуждения угоіювного дела, необходимо, на наш взгляд, отметить следующее. Законодатель попытался сделать первые шаги в этом направлении, перечислив в ч. 4 ст. 146 УПК (Возбуждение уголовного дела публичного обвинения) отдельные следсгвенные действия (осмотр места происшествия, освидетельствование, назначение судебной экспертизы), постановление или материалы проверки которых долж-

I

См.: Ч. 3 и 4 ст. 80 УПК РФ // Российская газета. Приложение: О внесении изменений и дополнений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. - 2003. -

1 О итппя ны быть приложены к постановлению о возбуждении уголовного дела, но проблема по-прежнему не снята. Необходимо внести соогвегсгвующис изме- нения и дополнения как в ч. 4 ст. 146, так и а ст. 195, дополнив ее частью 5 следующего содержания: «В соответствии с частью 4 статьи 146 настоящего Кодекса до возбуждения уголовного дела допускается назначение и произ- водство судебных экспертиз, выводы которых могуг иметь значение для воз- буждения уголовного дела. До возбуждения угоіювного дела не могуч прово- диться судебные экспертизы, связанные с применением мер процессуального принуждения в отношении физических лиц».

в аспекте нашего исследования данные предложения являются, на наш взгляд, достаточно актуальными. Процессуальное закрепление производстіиі экспертизы до возбуждения уголовного дела позволит решить и друї уіо задачу - определение принципиальной возможности проведения экспсргиз \1\ месте происшествия, не исключая в том числе и возможности проведения га- ких экспертиз практически параллельно с осмотром места происшествия. При этом объектами данных экспертиз могут быть не только отдельные предметы или следы, обнаруженные на месте происшествия, но и само место происшествия в целом со всеми следами, предметами, веществами, имеющимися на нем.

  1. Место происшествия является сложной системой, включающей различные действия и взаимодействия субъектов преступления и объектов, втянутых в данное преступление, которые способны отражаться как фрагментарно в отдельных следах, так и целиком в обстановке места происшествия. Главная задача эксперта на начальной стадии исследования вычленить элементы события из обстановки в целом, чтобы в последующем объединить их для представления ситуации целиком. При проведении исследования ситуации в целом с целью установления факта вовлеченности каждого элемента вещной обстановки в событие преступления возникает ряд задач, решение которых, как правило, возлагается на эксперта. Осуществить данное решение возможно только в результате кропотливого изучения и познания свойств не толысо каж- дого элемента, но и самой структуры места происшествия. Необходимость в экспертизе возникает тогда, когда речь заходит о более обобщенных и сложных случаях, когда требуется восстановить взаимосвязь всех преобразованных состояний объекта, свести их в систему. Такая экспертиза в криминалистике получила название ситуационной (ситуалогической) - восстановление дина- мики минувшего деятельностного события по следовой картине, как проходило явление, которое привело к тому, что мы наблюдаем в действительност и.

Предметом такой экспертизы является установление ОТДЄіП^НІзіХ элементов события совершенного преступления, отдельных деталей ситуации при решении задач, связанных с исследованием материальных отображений в вещной обстановке места происшествия. Объектом - сама вещная обстановка места происшествия в целом.

Сущность же экспертного осмотра места происшествия заключается в действиях эксперта, направленных на «установление и исследование, с при- менением научно-технических средств, обстановки мес і а происшествия и находящихся на ней предметов и следов, позволяющих в совокупности дать заключение по поставленным на разрешение вопросам о механизме проис- шествия, сущности предметов, следов и иных обстоятельств, связанных с ис- следуемым событием’.

  1. Анализ существующих в специальной литературе взглядов на клас- сификацию экспертных задач позволяет сделать вывод о существование двух классов задач: идентификационных и диагностических. В свою очередь, гю на- личию в экспертном исс;юдовании этапа, на котором устанавливаемся состоя- ние явления, диагностические задачи места происшествия, как, впрочем, и все экспертные диагностические задачи, можно разделить на задачи:
  • ограниченные распознаванием природы исследуемого явления либо в целом всего исследуемого объекта, это - диагностические классификационные задачи:

’ Самарина Т.М. Экспертно-трасологическое исследование обстановки и иеіиесі- венных доказательств на месте происшествия: Дне… канд. юрид. наук. - М. ] 98.”^. - С.

  • требующие распознавания как природы, так и состояния данною явления, когда распознавание природы явления играет подчиненную pojn, и необходимо лишь для дальнейшего определения состояния явления. Такие задачи можно назвать собственно диагностическими задачами исследования состояния;
  • требующие распознавания и природы, и состояния данноі о явления, определение которых позволяет не только отнести данное явление к онрслс- ленному классу, но и объяснить сложившуюся ситуацию, определить при- чинную связь тех шш иных признаков и явлений и в конечном ечеге, рекон- струировать отдельные элементы обстановки события происшествия. Такие задачи следует назвать диагностическими ситуационными.
    1. В целях исследования ситуации проводятся либо комплексные жс- пертизы, либо комплекс экспертиз, учитывая, что общим объектом в даьнюм случае является вещная обстановка места происшествия, включающая и себя совокупность отдельных объектов, требующих для своего исследоваїпія, КУК правило, участия специалистов различных областей знания. Решение таких задач не только объединяет усилия специалистов разішчного профиля, по и обусловлено совместным проведением исследования обиісг’о объекта и фор- мулирования общего «синтетического» вывода. Здесь же следует подчеркнуть, что «синтетический» характер выводов iKcncpTOB при производстве комплексных экспертиз определяется не механическим совмещением резуль- татов разнородных экспертиз, а их взаимопроникновением, обусловливающим возможность совместного вывода. Основным yCJЮBИeм комплсксиоіі экспертизы выступает структурное единство объекта - носителя свойс тв, ис- пользуемых сведущими лицами в различных областях знаний.

К сказанному следует добавить, что решение ситуационной задачи путем назначения и производства комплекса экспертиз, а не поіиюценной ком- плексной экспертизы нередко приводит к экспертным ошибкам, которые, в свою очередь, могут повлечь следственные и судебные опп^бки

  1. Назначение судебной экспертизы места происшествия обусловлено необходимостью установления обстоятельств, которые достаточно сложно или практически невозможно установить без научно-технических или другого рода исследований с применением специальных знаний. Данная ситуация может возникнуть как на этапе первоначального осмотра места происшссг- вия, так и на последующих этапах. Решение о необходимости назначения ситуационной экспертизы следователь может принять по результатам экспертного осмотра места происшествия (лучше, если этот осмотр будет проводиться параллельно со следственным) и ознакомления с этими результатами. Лишь в этом случае вероятность утраты следов и объектов, составляющих вещную обстановку места происшествия, сводится к минимуму. В противном случае потребуются дополнительные затраты времени и средств для іюсста- новления (реконструкции) этой обстановки, это в лучшем случае. В худшем - объекты и следы, в которых заключена информация о происшедшем событии, могут быть безвозвратно утрачены.

Принимая участие в осмотре места происшествия в качестве специалиста, последний в соответствии со своими процессуальными обязанностями, помогает следователю в решении, в том числе и таких вопросов, как, напри- мер, какие эксгюртизы CJюдyeт назначить и какие вопросы поставить на раз- решение этих экспертиз (ст. 58 УПК РФ). В том случае если следоватслі, принимает решение о необходимости назначения комплексной ситуационной экспертизы непосредственно при осмотре места происшествия до возбуждения уголовного дела, что, кстати, не запрещено законом (ч. 4 ст. 146 УПК РФ), он выносит постановление о назначении экспертизы, где, наряду с основанием назначения может указать и конкретных экспертов, которым поручается производство данной экспертизы. Этими экспертами могут быть и спс- циа1шсты (не только эксперты-криминалисты, но иные, например, судебные медики и т. д.), принимающие участие в осмотре места происшествия. В тюіі ситуации осмотр вещной обстановки места происшествия, проведенный спе- циалистами одновременно со следственным осмотром, будет, по сути, совна- дать с первой стадией экспертного исследования - стадией экспертного ос- мотра. Это, конечно, не означает, что экспертный осмотр подменяет собой следственный. Здесь каждому участнику данного следственного дсйсгвпм (осмотра места происшествия) следует четко соблюдать границы своей про- цессуальной компетенции. Пока не назначена экспертиза, сведущее лицо вы- ступает в качестве специалиста, после назначения экспертизы - оно приобре- тает функцию эксперта. Однако, изменив свой процессуальный статус, вряд ли это сведущее лицо изменит свое мнение, сформировавшееся у него в ходе осмотра места происшествия, когда он выступал в качестве специалис га. Мс- ходя из этого и следует признать проведенный специалистом осмотр веииюй обстановки места происшествия в рамках следственного осмотра по сути дела экспертным осмотром. При необходимости данный экспертный осмотр может быть проведен повторно с участием иных членов комиссии, но при этом следует учитывать возможное воздействие на вещную обстановку месі а происшествия объективных и субъективных факторов, способных псобра ІМ- мо ее изменить.

  1. При производстве экспертизы места происшествия нередко возникает необходимость в реконструкции места происшествия и проведения же- пертного эксперимента, в ходе которого проверяются и перепроверяю тся все относящиеся к событию обстоятельства, в том числе из всего многообразия объектов (материальной обстановки происшествия) выделяются конкрстіи.іе элементы с учетом имевших место фактов перемещения материальш,1х об ь- ектов или их изменения в связи с теми или иными обстоятельствами и т. Все это предполагает самое активное содействие эксперту со стороны следователя не только с позиции восстановления единства вещной обстановки, но и возможности проведения тех или иных экспериментов.
  2. в диссертации обосновывается возможность эксперта самостоятельно проводить осмотр места происшествия и тем самым получаї ь фак тті- ческие данные для последующего экспертного исследования, поскольку не следует, на наш взгляд, считать, что, обнаружив в ходе экспертного осмо і ра и зафиксировав в заключении эксперта тс или иные следы и объекгы, состаи- ляющие вещную обстановку места происшествия, являющуюся объектом экспертного исследования, и в которых заключены признаки преступной дея- тельности, эксперт собирает самостоятельно доказательства, нарушая тем са- мым уголовно-процессуальное законодательство. Ведь не станем же мы ут- верждать, что, обнаруживая те или иные признаки, например, на исследуемых пуле или гильзе, свидетельствующие о том, что они стреляны из конкретного экземпляра оружия, мы тем самым нарушаем закон. И в нашем случае место происшествия в ЦСІЮМ, закономерно рассматривать в качестве одпіого (п ши- роком смысле) следа, вещественного доказательства, поэтому впoJшe право- мерно, если оно целиком поступает в распоряжение эксперта и ему предос- тавляется возможность определить, какие элементы (признаки) этого доказа- тельства выделить и использовать для решения задачи экспертизы.
  3. Останавливаясь на проблеме, касающейся организации производства комплексной и комиссионной экспертиз места происшествия, автор отмечает, что решение ситуационных задач, предусматривающих участие и проведении исследования специалистов одной или разных областей знания, требует не только разработки соответствующих методик исследоваїпія, ні) іі разработки соответствующих рекомендаций по организации произволегва таких экспертиз. В основе таких рекомендаций, конечно, должны лежать со- ответствующие нормы уголовно-процессуального законодательства и Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федера- ции», однако эти нормы не могут (да и не должны) охватить все ситуации, связанные с организацией производства таких экспертиз, с которыми могут столкнуться эксперты. Такие ситуации возникают в результате действия объ- ективных и субъективных факторов, действие которых так или иначе можеі отразиться на полноте и объективности заключения эксперта. Диссертантом определены эти факторы и даны рекомендации гю преодолению (І)акторов субъективного характера, а именно:
  • работу экспертных комиссий следует организовать таким образом, чтобы обеспечить возможность свободного творческого обмена ммеииямн без резкой критики оппонентов, навязывания мнения большинства экспертов тому эксперту, который не согласен с мнением большинства;
  • в комиссию целесообразно включать экспертов, обладающих примерно одинаковым опытом работы и складом мышления. Если груїиіа состоит из экспертов, имеющих резко различающийся опыт экспертной работы, повышается внушающее воздействие группы на эксперта с меньшим оиы гом работы. С увеличением числа членов группы ее возрастающее влияние про- является еще заметнее. Не следует включать в состав группы экспертов, склонных навязывать свое мнение другим и не умеющих правильно воспри- нимать мнение не согласных с ними членов экспертной комиссии;
  • учитывая возможность появі|ения неформального лидера, надо вдум- чиво подходить к назначению ведущего эксперта с тем, ч тобы такая возмож- ность была исключена;
  • постараться по возможности оградить экспертов - членов комиссии от возможных стрессовых ситуаций, способных повлиять на ход и рсзуіп>та- ты производства экспертизы;
  • предусмотреть обеспечение не только внутригрупповой коммуникации экспертов, но и, при необходимости, их взаимодействия со следователем и иными субъектами (потерпевший, свидетель и т. д.), присутствие которых при производстве экспертизы предусмотрено законом и т. д.
    1. Не совсем обычные объект и предмет экспертизы вещной обстановки места происшествия требуют^создания и разработки специальной методики, которая могла бы отразить интегральный характер самой экспертизы, создаваемой объединением специальных знаний, накопленных в других видах экспертиз.

Процесс экспертного диагностического ситуационного исследования места происшествия может иметь следующую структуру:

  • экспертный осмотр следов и материальных объектов места проис- шссгвия, выявление их взаимосвязи с событием пресіунлсния, определение видимых изменений, которые произошли с исследуемыми объекгами, вы- движение экспертных версий о происхождении тех или иных следов и изме- нений и т. д.;
  • аналитическое исследование вещественных доказательств, состаї?- ляющих общий объект - место происшествия, выявление характерных при- знаков. При необходимости проведение экспертного эксперимента;
  • проведение сопоставительного анализа выявленных свойств и при- знаков всех вещественных доказательств между собой, установление при- чинной связи, природы и состояния исследуемого явления;
  • оценка изученных признаков явления и системно-структурный анализ их в целях определения состояния данного явления; формулпронапис выводов.
  • Методика ситуационной экспертизы основывается на послсдовагсіп,- ном изучении отдельных следов, их сопоставлении друг с другом, с обсга- новкой до, во время и после совершения преступления и позволяет на основе комплексного использования криминалистических и других специальных по- знаний формулировать выводы о последовательности действий участников исследуемого события и их признаках.
  1. В ходе проведения экспертизы места происшествия в результате осуществления экспертом (экспертами) диагностических исследований усіа- навливается важная информация для процесса доказывания, которая способтіа помочь субъекту доказывания:
  • в мысленном воссоздании реальной картины преступления в его ди- намическом развитии, в происхождении составляющих его ситуаций;
  • в установлении пространственно-временных соотношстшй всех об- стоятельств расследуемого события;
  • В прогнозировании основных направлений поиска и собирании криминалистически значимой информации о преступлении и лице, сю со- вершившем;
  • «I

  • в усгановлении причинных связей;
  • в разработке мероприятий для поимки преступника по горячим следам;
  • в установлении психологического портрета преступника, свойсів личности (особо жестокий, несовершеннолетний и т. д.);
  • в приведении всего перечня имеющейся по делу информации, всех собранных доказательств в слаженную упорядоченную систему;
  • в выборе соответствующей тактической линии поведения в процессе расследования преступления, в том числе для опровержения показаний обви- няемого об условиях образования тех или иных следов, т. е. для изобличения виновного во лжи.
  • Другими словами, раскрывая роль судебных экспертиз, связанных с ис- следованием материальной обстановки места происшествия, нужно подчерк- нуть, что использование установленных экспертом фактических данных может быть реализовано по следующим направлениям:

  • при определении перспектив использования доказательств в целях установления важных обстоятельств события преступления, роли участников преступления в этом событии;
  • при выдвижении и проверке версий, установлении негативных обстоятельств, свойственных данному виду преступления и ситуации его совершения, а также связи и отношении обнаруженных объектов с рас- следуемым преступлением;
  • при планировании расследования (в том числе отдельных следст- венных действий и оперативно-разыскных мероприятий);
  • при определении тактики их подготовки и проведения;
  • при принятии различного рода процессуальных решений, преду- смотренных действующим законодательством;
  • при подготовке различных,материалов (подбора образцов, проведения экспериментов и т. п.) к судебным экспертизам, применении в розыске и установлении различных объектов (предметов, документов, орудий преступ- ления, а также преступников, жертв и очевидцев преступления) пугем со- ставления разыскных таблиц, описаний внешности человека по методу сло- весного портрета, изготовления субъективных портретов лиц;
  • при оценке возможных роли и значения доказательств в расследова- нии преступлений.

Библиография

І. Нормативные материалы и другие официальные документы

  1. Конституция Российской Федерации. Примята 12 декабря 1993 г. всенародным голосованием // Российская газета. - 1993. - 25 декабря.
  2. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г. // Сборник федеральных конституционных законов и феде- ральных законов. - 1995. - Вып. 12. - № 144.
  3. Федеральный закон «О государственной судебно-эксиергной дея- тельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001 г. № 73-ФЗ // Российская газета. - 2001.-5 июня.
  4. Сборник постановлений Пленума Верховною Суда СССР. 1924- 1977.- м., 1978.-Ч. 2.
  5. Положение об организации производства судебных экспертиз в экс- пертных учреждениях МЮ СССР. - М., 1972. - 13 с.
  6. Инструкция об организации производства комплексных экспсргиз в судебно-экспертных учреждениях СССР. Утв. Министерством юстиции СССР, МВД СССР, Министерством здравоохранения СССР. - М., 1986. - 5 с.
  7. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР. Утвержден Законом РСФСР от 21 октября 1960 г. // Ведомости Верховного Совета РСФСР № 40 (с изменениями и дополнениями) - М., 1960.
  8. Комментарий к УПК РСФСР (по состоянию на 1 февраля 1996 г.). - М., 1996.-726 с.
  9. . f

  10. Научно-практический комментарий к УПК РСФСР. - 2-е изд. нере- раб. и доп. / Под общ. Ред. Председателя Верховного Суда РФ В.М. Лебедева. Науч. ред. д. ю. н., проф. В.П. Божьев. - М., 1997. - 788 с.
  11. Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР (в ред. от 20.03.01). - М.,
  12. 2001

11.Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации. ІІриняі Государственной Думой 22 ноября 2001 г. Одобрен Советом Федерации 5 де- кабря 2001 г.-М., 2001.-512 с.

12.0 внесении изменений и дополнений в УПК РФ. Принят Государственной Думой 21 июня 2003 г. Одобрен Советом Федерации 26 июня 2003 і. // Российская газета (дополнительный выпуск) № 135 (3249) — 2003. — 10 июля.

II. Научная литература

  1. Аверьянова Т.В. Правовые проблемы совершенствования и ис- пользования методов экспертного исследования // Криминалистические ас- пекты совершенствования доказывания при расследовании пресіуіиюіпій; Труды Академии МВД России. - М.. 1992. - С. 33-40.
  2. Аверьянова Т.В. Экспертные задачи: понятие и классификация // Известия Тульского государственного университета. - Тула, 2001. - Вып. 4. - С. 75-81.
  3. Арсеньев В.Д. Процессуальные проблемы комплексной судебной экспертизы // Теоретические вопросы судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1981. - Вып. 48. - С. 68-83.
  4. Арсеньев В.Д. Специальные знания и научно-техническис средства в уголовном процессе (понятие и основные формы использования) // Кри- миналистические и процессуальные проблемы расследования: Межвузовский тематический сборник. - Барнаул: АГУ, 1983. - С. 38-46.
  5. Викарук А.Я. Некоторые вопросы математической постановки іті- повых криминалистических задач / А.Я. Викарук, М.А. Сонис // Методология судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1986.-С. 134-141.
  6. Винберг А.И. Идентификационные, диагностические и ситуацион- ные криминалистические экспертизы // Советское государство и право. - 1978.- №9.-С. 71-75.
  7. Винберг А.И. О принципах классификации объектов в судсбпо- экспертной объектологии / А.И. Винберг, Н.Т. Малаховская // Методология судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР,
    • С. 27-40.
  8. Винберг А.И. Специалист в процессе прсдваритсіп^іюго расследо- вания // Социалистическая законность. - 1961. - № 9. - С. 21-34.
  9. Водяницкий В.П. К вопросу о понятии места происшествия // Во- просы криминалистики и судебной экспертизы: Межвузовский паучтлй сборник. - Саратов, 1976. - Вып. 1. - С. 41-47.
  10. Волчецкая Т.С. Криминалистическая ситуалоіия: Монография / Под ред. проф. Н.П. Яблокова. - Калининград: КГУ, 1997. - 248 с.
  11. Волчецкая Т.е. Методология ситуационного моделирования і5 криминалистике // Актуальные проблемы расследования преступлений. - М.: Академия МВД России, 1995. - С. 161-168.
  12. Волчецкая Т.С. Предпосылки формирования криминалистической
  13. і

ситуалогии / Т.С. Волчецкая, Н.П. Яблоков // Вестник Московского Универ- ситета. - Серия 11: Право. - М., 1997. - Вып. 3. - С. 41-50.

  1. Волчецкая Т.С. Ситуационный подход в криминалистике // Роль и значение деятельности Р.С. Белкина в становлении современной криминали- стики. - М.: Академия управления МВД России, 2002. - С. 77-80.
  2. Вопросы современной трасологии: Сборник статей. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1978.- 156 с.
  3. Воробьева И.Б. Использование специальных познаний - іараигия объективного и полного расследования // Проблемы социальной справедли- вости в отраслевых юридических науках: Сборник научных статей. - Саратов, 1988-С. 118-120.
  4. Грановский Г.Л. Алгоритмические и эвристические методы решения экспертных задач // Экспертные задачи и пути их решения в свсге НТР: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1980. - Вып. 42. - С. 27-43.
  5. Грановский Г.Л. Кримиїїалистичсская ситуационная лксіїсргиза места происшествия // Рефераты научных сообщений на теоретическом се- минаре - криминалистических чтениях (21 апреля 1977 г.). - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1977.-Вып. 16.-С. 3-5.
  6. Грановский Г.Л. Моделирование в трасологии // Вопросы совре- менной трасологии: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1978.-Вып. 36.-С. 3-70.
  7. Грановский Г.Л. Некоторые теоретические вопросы моделирования в криминалистике // Вопросы теории криминалистики и судебной экспертизы. - М., 1969. - Вып. 1С. 35-38.
  8. Грановский Г.Л. Новые приемы и средства моделирования в тра- сологии // Криминалистика и судебная экспертиза: Сборник научных трудов. - Киев, 1969. - Вып. 6. - С. 240-248.
  9. Грановский Г.Л Ситуалогическое исследование места происнісст- вия // Программирование и сигуалогические методики грасологических ис- следований: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1979. - Вып.
    • С. 104-139.
  10. Грановский Г.Л. Некоторые психологические проблемы ком- плексной экспертизы // Теоретические и методические вопросы судебной экспертизы. - М., 1984. - С. 17-25.
  11. Грановский Г.Л. Понятие и основные положения общей теории решения криминалистических задач // Современное состояние и перспективы развития традиционных видов криминалистической экспертизы: Сборник на- учных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1987.-С. 3-12.
  12. Грузкова В.Г. Об объеме специальных знаний судебного эксперта // Актуальные вопросы судебной экспертизы и кримиїиииісіики. - Харьков, 1998.-С. 32-45.
  13. Густов Г.А. Моделирование - эффективный метод следственной практики и криминалистики // Актуальные проблемы советской криминали- стики.-М., 1980.-С. 78-84.
  14. Зернов С.И. Специальные познания и технико- криминалистическая характеристика преступления // Правовые проблемы раскрытия и расследования преступлений. - М.: Академия Управления МВД России, 1998.- С. 121-126.
  15. Зуйков Г.Г. Криминалистическое понятие и значение способа со- вершения преступления // Труды высшей школы МООП СССР. - М., 1967. - С. 53-57.
  16. Иванов Л.А. Место происшествия как объект экспертного иссле- дования // Актуальные проблемы отраслевых юридических наук. - Сара гов, 1982.-С. 175-179.
  17. Иванов Л.А. Привлечение специалистов при осмотре места до- рожно-транспортного происшествия // Вестник Саратовской государст венной академии права. - Саратов, 1997. - Вып. 2. - С. 65-73.
  18. Исаков Ю.И. Решение задач экспертизы путем постановки экс- пертных экспериментов, моделирования и ситуалогического анализа обета-
  19. і

новки места происшествия // Моделирование при производстве грасологиче- ских экспертиз. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1981. - Вып. 49. - С. 47-54.

  1. Каминский М.К. Криминалистическая категория «след прссгуиле- ния» и ее содержание //Специальные знания в сфере борьбы с посягательствами на социалистическую собственность. - Горький: ГВШ МВД СССР. 1984.-С. 3- 17.
  2. Каминский М.К. Парадигма системно-деятельностного подхода в криминалистике и судебной экспертизе / М.К. Каминский, В.Ю. Толсголуа- кий // Криминалистика, криминология и судебная экспертиза в свете сисгсм- но-деятельностного подхода. - Ижевск, 1997. - С. 4-5.
  3. Кирсанов З.И. Понятие и сущность криминалистического распо- знавания // Криминалистические и процессуальные проблемы расследования: Межвузовский тематический сборник. - Барнаул: АГУ, 1983. - С. 1 1-30.

  4. Колдин В.Я. К вопросу о перспективе создания универсальной криминалистической информационной системы и возможность ее исіюльзо- вания при раскрытии и расследовании преступлений // Повышение эффек- тивности использования криминалистической методики и средств расследо- вания преступлений. - М., 1986. - С. 17-26.
  5. Колдин В.Я. Классификация источников криминалистической ин- формации и ее роль в процессе расследования преступлений / В.Я. Колдин, А.А. Кузовников // Криминалистические и процессуальные проблемы рас- следования: Межвузовский тематический сборник. - Барнаул: АГУ, 1983. - С. 90-100.
  6. Колмаков В.П. Правильно использовать заключения экспертизы на предварительном и судебном следствии / В.П. Колмаков, Л.Е. Ароцкер // Со- циалистическая законность. - 1965. - іЧе 8. - С. 31-34.
  7. Комаринец Б.М. Работа Э1<спертов-криминалистов в качестве спе- циалистов при проведении следственных действий // Вопросы криминалистики и судебной экспертизы. - Душанбе, 1962. - Сб. 2. - С. 28-35.
  8. Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении следственных действий по особо опасным преступлениям против личности // Проблемы судебной экспертизы. Судебно-трасологическая и баіишстичсская экспертизы (материалы научной конференции 4-8 июля 1961 г., іюсвящси- ной проблемам судебной экспертизы). - М.: Отдел судебной экспертизы РСФСР, 1961.-С6. З.-С. 3-13.
  9. Комаринец Б.М. Участие экспертов-криминалистов в проведении следственных действий по особо опасным преступлениям против личности // Теория и практика судебной экспертизы. - М.: ЦНИИСЭ, 1964. - Сб. 1 (11). - С. 6-64.
  10. Корухов Ю.Г. Криминалистическое распознование и криминали- стическая диагностика: содержание и соотношение понятий // УГОІЮВІП^ІЙ процесс и криминалистика на рубеже веков (Юбилейные чтения, посвященные 45-летию кафедры управления органами расследования прсстунленніі). - М.: Академия Управления МВД России, 2000. - С. 112-119.

  11. Корухов Ю.Г. Методологические основы криминалистической экспертной диагностики // Современное состояние и перспективы развития традиционных видов криминалистической экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1987. - С. 12-26.
  12. Корухов Ю.Г. Новый уголовно-процессуальный кодекс и проблемы использования специальных познаний в уголовном судопроизводстве // Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации - проблемы нрак- тической реализации: Материалы Всероссийской научно-практической кон- ференции (г. Сочи, 11-12 октября 2002 г.). - Краснодар: Кубанский государ- ственный ун-т, 2002. - С. 38-41.
  13. Корухов Ю.Г. О проблеме криминалистической экспертной диаг- ностики / Ю.Г. Корухов, В.Ф. Орлова И Проблемы совершенствования су- дебных экспертиз: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ РФ, 1994. - С. 5-27.
  14. Корухов Ю.Г. Соотношение категорий экспертных задач: идсиш- фикационных, классификационных, диагностических // Актуальные проблемы теории судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮСССР, 1984.-С. 10-34.
  15. і

  16. Корухов Ю.Г. Сущность неидентификационных трасолоі ических экспертиз // Вопросы современной трасологии: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1978. - Вып. 36. - С. 71-86.
  17. Корухов Ю.Г. Экспертные и неэкспертные трасологические иссле- дования в уголовном процессе // Проблемы трасологических исслсдованіи-і: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1978. - С. 3-105.
  18. Куликов В.И. Использование данных об обстановке совершения преступлений в решении некоторых задач расследования // Вопросі^і судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - Ташкент, 1983. - Вып. 706. - С. 153- 158.
  19. Кунчев И.Д. Мстодный подход к анализу обстановки места про- исшествия как источника информации о неизвестном преступнике // Мсюдо- логия судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1986.-С. 94-112.
  20. Лузгин И.М. Криминалистические задачи и их место в оценке ис- ходных следственных ситуаций // Актуальные вопросы использования дос- тижений науки и техники в расследовании преступлений органами miyipcn- них дел (вопросы криминалистики). - М.; Академия МВД СССР, 1990. - С. 62-71.
  21. Лузгин И.М. Методика изучения, оценки и разрешения исходных следственных ситуаций И Исходные следственные ситуации и криминали- стические методы их разрешения: Сборник научных трудов. - М.: ВЮЗШ МВД России, 1991.-С. 12-29.
  22. Лузгин И.М. Моделирование в расследовании преступлений // Труды ВШ МООП СССР. - М., 1967. - Вып. 15. - С. 12-32.
  23. Лысов Н.Н. Справка специалиста как источник доказательств // Актуальные проблемы обеспечения следственной практики научно- техническими достижениями. - Киев, 1987. - С. 18-21.
  24. Майлис Н.П. Диагностика: система основных понятий // Новые разработки и дискуссионные проблемы теории и практики судебной экспер- тизы. - М., 1985. - Вып. 3. - С. 68.
  25. Майлис Н.П. Проблемы законодательного регулирования участия специалиста в уголовном судопроизводстве // Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации - проблемы практической реализации: Мате- риалы Всероссийской научно-практической конференции (г. Сочи, I 1- 12 октября 2002 г.). - Краснодар: Кубанский государственный ун- г, 2002. - С. 93- 97.
  26. Майлис Н.П. Современные возможности и тенденции развития су- дебной экспертизы / Н.П. Майлис, З.Г. Самошина // Вестник Московского Университета. - Серия 11: Право. - 1997. - Вып. 6. - С. 27-28.
  27. Майлис Н.П. Трасологическая диагностика - современное состояние и перспективы совершенствования // Современное состояние и перспективы развития традиционных видов криминалистической экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1987. - С. 66-72.
  28. Меленевская З.С. Пути совершенствования деятельности комиссии экспертов-криминалистов // Криминалистика и судебная экспертиза: Респуб- ликанский межведомственный научно-методический сборник. - Киев, 1981. - Вып. 22.-С. 21-27.
  29. Методологические основы криминалистической диагностики // Современное состояние и перспективы развития традиционных видов кри- миналистической экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1987.
  30. Мирский Д.Я. Некоторые теоретические вопросы классификации объектов судебной экспертизы, их свойств и признаков // Методология су- дебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1986.-С. 55-79.
  31. Надгорный Г.М. Гносеологические аспекты понятия «cncnHajn^nuc знания» // Криминалистика и судебная экспертиза: Республиканский межве- домственный научно-методический сборник. - Киев: КНИИСЭ МЮ УССР, 1980.-ВЫП. 21.-С. 37-42.
  32. Надгорный Г.М. Особенности заключения комплексной эксисрги- зы // Криминалистика и судебная экспертиза: Республиканский межведомст- венный сборник научных и научно-методических работ. - Киев, 1977. - Вып. 15.-С. 45-51.
  33. Орлов Ю.К. Объект экспертного исследования // Труды ВНИИСЭ. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1974. - Вып. 8. - С. 54-63.
  34. Орлова В.Ф. Принципы классификации задач криминалистической экспертизы / В.Ф Орлова, А.Р. Шляхов // Актуальные проблемы теории судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР,
    • С. 49-67.
  35. Орлов Ю.К. Процессуальные проблемы комплексной экспертизы // Актуальные вопросы теории судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1976.-Вып. 21.-С. 83-90.
  36. Орлов Ю.К. Спорные вопросы судебной экспертизы // Российская юстиция. - 1995. 1. _ Г. 11-П
  37. Плескачевский В.М. Судебно-баллистическая экспертиза исследо- вания на месте происшествия // Вопросы судебной экспертизы. - Баку, 1974. - Сб. 17.-С. 25-30.
  38. По материалам криминалистических чтений // Проблемы трасоло- гических исследований: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР,
    • Вып. 35. - С. 142-156.
  39. Проблемы криминалистической теории и практики: Сборник на- учных трудов, посвященных памяти И.М. Лузгина. - М., 1995. - 176 с.
  40. Проблемы трасологических исследований: Сборник статей - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1978. - 157 с.
  41. Проблемы эвристики: Сборник статей. - М.: Высшая школа, 1969. - 272 с.
  42. Пучкова Т.М. Классификация задач судебной экспертизы в свете дифференциации и интеграции специальных познаний // Рефераты научных сообщений на теоретическом семинаре - криминалистических чтениях. - М., 1978.-Вып. 24.-С. 34-39.
  43. Пучкова Т.М. Сущность и классификация задач в судебных экс- пертизах // Теоретические и практические вопросы судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1979. - Вын. 38. - С. 52- 63.
  44. Романов Н.С. Взаимодействие специальных познаний при произ- водстве комплексных экспертиз // Вопросы методики производства отдельных родов судебных экспертиз: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1989.-С. 166-178.
  45. Романов Н.С. Диагностика как метод и задача судебно- экспертного исследования // Криминалистика и судебная экспертиза: Республиканский межведомственный научно-методический сборник. - Киев: КНИИСЭ МЮ УССР, 1985. - Вып. 31. - С. 8-15.
  46. Романов Н.С. Судебная-экспертная диагностика как познавательный процесс // Вопросы теории и практики судебной экспсртизьк Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1983. - С. 52-53.
  47. Романов Н.С. Теоретические вопросы судебной трасологии // Ме- тодология судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1986. - С. 112-124.
  48. Российская Е.Р. Использование специальных знаний по новому УПК России // Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации - проблемы практической реализации: Материалы Всероссийской научно- практической конференции (г. Сочи, 11-12 октября 2002 г.). - Краснодар: КГУ,
    • С. 65-73.
  49. Российская Е.Р. Совершенствование подготовки кадров как одно из основных условий повышения эффективности использования научно- технических средств в раскрытии и расследовании преступлений // Проблемы технико-криминалистического обеспечения раскрытия и расследования преступлений: Материалы научно-практической конференции (г. Москіта, 28 декабря 1993 г.). - М.: ЮИ МВД России, 1994. - С. 24-27.
  50. Ростов М.Н. О содержании понятий, обозначаемых терминами «объект (экспертизы, экспертного исследования)», «качество», «свойсі во» и «признак» // Методология судебной экспертизы: Сборник научных грудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1986. - С. 41-55.
  51. Ростов М.Н. О структуре комплексного экспертного исследования и заключения экспертов // Теоретические вопросы судебной экспертизы: Сбор- ник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1981. - Вып. 48. - С. 84-92.
  52. Рудиченко А.И. Классификация и структура решения диагносі иче- ских экспертных задач, их место в системе задач судебной экспертизы // Тео- ретические вопросы судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1981. - Вып. 48. - С. 93-105.
  53. Рудиченко А.И. О математическом модеїшровании процесса реше- ния диагностических экспертных задач // Проблемы информационного и ма і е- матического обеспечения экспертных исследований в целях решения задач су- дебной экспертизы: Материалы Всесоюзной научно-практической конференции (г. Москва, ноябрь 1983 г.). - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1984.-С. 105^107.
  54. Рудиченко А.И. Основные понятия теории криминалисі ичсскоіі диагностики // Современные проблемы судебной экспертизы и пути повыше- ния эффективности деятельности судебно-экспертных учреждений в борьбе с преступностью: Тезисы республиканской научной конференции. - Киев, 1983.- С. 45-51.
  55. Рудиченко А.И. Сущность диагностического метода исследования в судебной экспертизе // Криминалистика и судебная экспертиза: Республи- канский межведомственный научно-методический сборник. - Киев, 1981. - Вып. 22. - С. 35-39.
  56. Самарина Т.М. Значение экспертного осмотра места происшествия и вещественных доказательств // Проблемы и практика грасологических и баллистических исследований: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1976. - Вып. 17. - С. 63-69.
  57. Светлаков Е.М. О производстве криминалистических экспертиз на месте происшествия // Теория и практика криминалистики и судебной экс- пертизы. - Саратов, 1989. - Вып. 8. - С. 104-110.
  58. Сегай М.Я. Предмет судебной экспертизы материальных следов преступления / М.Я. Сегай, В.К. Стринжа // Криминалистика и судебная экс- пертиза: Республиканский межведомственный научно-методический сборник. - Киев: КНИИСЭ МЮ УССР, 1991. - Вып. 43. - С. 32-42.
  59. Сегай М.Я. Типология экспертных задач: методологические аспекты / М.Я. Сегай, В.К. Стринжа // Криминалистика и судебная экспертиза. - Киев, 1988.-Вып. 37.
  60. Седова Т.А. Понятие комплексной экспертизы в литературе и проектах законов // Теоретические и прикладные проблемы экспертно- криминалистической деятельности: Материалы Всероссийской научно- практической конференции (7- 8 апреля 1999 г.) / Под общ. ред. В.П. Сальникова, И.П. Карлина. - СПб.: Санкг- Петербургский университет МВД России, 1999. - Ч. 2. - С. 3-8.
  61. Селиванов Н.А. Нужна ли криминалистике такая «диагностика» // Социалистическая законность. - М., 1988. - Вып. 6. - С. 58-60.
  62. Снетков В.А. Криминалистическая диагностика: спорные проблемы // Вопросы криминалистики и экспертно-криминалистические проблемы: Сборник научных трудов. - М.: ЭКЦ МВД России, 1997. - С. 53-60
  63. Снетков В.А. Понятие судебной диагностической экспертизы Н Современные проблемы судебной экспертизы и пути повышения эффекгив- ности деятельности судебно-экспертных учреждений в борьбе с преступно- стью. - Киев, 1983. - с. 67-73.
  64. Снетков В.А. Проблемы использования диагностики в криминали- стике // Проблемы совершенствования следственных действий и оперативно- розыскных мероприятий в аспекте ликвидации преступности в СССР. - Алма- Ата, 1974.
  65. Снетков В.А Проблемы криминалистической диагностики // Труды ВНИИ МВД СССР. - М., 1972.-Вып. 23.-С. 103-106.
  66. Снетков В.А. Уголовный процесс и криминалистика в деягельносги специалиста // Уголовный процесс и криминалистика на рубеже веков (Юбилейные чтения, посвященные 45-летию кафедры управления органами расследования преступлений). - М.: Академия Управления МВД России, 2000. - С. 106-1 1 1.
  67. Сонис М.А. К вопросу о классификации задач судебной экспертизы // Проблемы совершенствования судебных экспертиз: Сборник научш,іх трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ РФ, 1994. - С. 95-104.
  68. Статкус В.Ф. Требования к осмотру места происшествия // Социа- листическая законность. - 1987. - № 6.
  69. Степанов В.В. Методы исследования обстановки места происніс- ствия // Актуальные вопросы советской юридической науки: В 2 ч. - Сараюв, 1978.-Ч. 2.-С. 139-143.
  70. Теория и практика криминалистики и судебной экспертггзы. Про- блемы следственной тактики: Межвузовский научный сборник. - Саратов: Саратовский ун-т, 1989. - 120 с.
  71. Толстухина Т.В. Назначение экспертизы в стадии возбуждения уголовного дела // Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации - проблемы практической реализации: Материалы Всероссийской научно- практической конференции (г. Сочи, 11-12 октября 2002 г.). - Краснодар: Кубанский государственный ун-т, 2002. - С. 170-171.
  72. Хлынцов М.Н. Моделирование личности скрывшегося преступника по информации, полученной в процессе осмотра места происшествия // Теория и практика криминалистики и судебной экспертизы. - Саратов, 1978. -Вып. З.- С. 56-65.
  73. Хлынцов М.Н. Особенности выявления информации при осмо і рс места происшествия для моделирования события преступления // Теория и практика криминалистики и судебной экспертизы. - Саратов, 1986. - Вып. 5. - С. 34-41.
  74. Шахриманьян М.И. Моделирование и эксперимент при рсиїении диагностических трасологических задач в условиях дефицита информации // Вопросы методики производства отдельных родов судебных экспертиз: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1989. - С. 67-80.
  75. Шлепов Ю.А. Использование методов моделирования в процессе криминалистической реконструкции / Ю.А. Шлепов, Н.Ф. Пименов // Моде- лирование при производстве трасологических экспертиз. - М.: ВНИИСЭ МЮСССР, 1981.-Вьш. 49.-С. 101-110.
  76. Шлепов Ю.А. Трасологическая идентификация изделий массового производства и механизмов, использованных для их изготовления // Програм- мированные и ситуалогические методики трасологических исследований: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1979. - Вып. 37. - С. 63- 82.
  77. Шляхов А.Р. Задачи судебной экспертизы // Экспертные задачи и пути их решения в свете НТР: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ, 1980. - Вып. 42. - С. 3-26.
  78. Шляхов А.Р. Классификация судебной экспертизы // Общее учение о методах судебной экспертизы: Сборник научных трудов. - М., 1977. - Вып. 28. - С. 28-36.
  79. Шляхов А.Р. Предмет некоторых видов судебной экспертизы // Вопросы криминалистики. - М., 1963. - Вып. 8-9. - С. 32-37.
  80. Шляхов А.P. Формирование заключения криминалистической экс- пертизы // Материалы научной конференции, посвященной проблемам кри- миналистической экспертизы. - М., 1958. - С. 35-39.
  81. Ципарский Я.Г. Некоторые приемы реконструкции на месте происшес г- вия для воспроизводства обстановки и обстоятельств события // Криминалис гика и судебная экспертиза: Сборник научных трудов. - Киев,
    • Вып. 2. - С. 65-70.
  82. Эйсман А.А. О формах связи косвенных доказательств // Вопросы криминалистики. - М., 1964. - Вып. 11.
  83. Экспертные задачи и пути их решения в свстс НТР: Сборник статей.
    • М., 1980.- 142 с.
  84. ПЗ.Яблоков Н.П. Обстановка совершения преступления как элемент его криминалистической характеристики // Криминалистическая характеристика преступлений. - М., 1984. - С. 32-39.

  85. Диссертации и авторефераты диссертаций

  86. Абакиров К.К. Процессуальные и организационные проблемы при- менения специальных познаний при производстве судебных эксперт из (по материалам РФ и Кыргызской республики): Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 2000. - 24 с.
  87. Аверьянова Т.В. Методы судебно-экспертных исследований и гсн- денции их развития: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М., 1994. - 45 с.
  88. Антонов О.Ю. Использование научно-технических средств и мсгодов в расследовании дел о пожарах: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1996. - 210 с.
  89. Аубакиров А.Ф. Теория и практика моделирования в криминаіністи- ческой экспертизе: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - Киев, 1985. - 48 с.
  90. Волчецкая Т.С. Ситуационное моделирование в рассіюдовании пре- ступлений: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1991.-23 с.
  91. Волчецкая Т.е. Криминалистическая ситуация: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М., 1997. - 48 с.
  92. Волынский А.Ф. Концептуальные основы технико-криминалисти- ческого обеспечения раскрытия и расследования преступлений: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М., 1999. - 65 с.
  93. Грамович Г.И. Проблемы теории и практики эффективного примене- ния специальных знаний и научно-технических средств в раскрытии и рассле- довании преступлений: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - Киев, 1990. - 48 с.
  94. Дворкин А.И. Предварительное исследование вещественных доказа- тельств при расследовании преступлений: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1974.- 18 с.
  95. Ю.Евстигнеева С.В. Использование специальных познаний в доказывании на предварительном следствие в Российском уголовном процессе: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Саратов, 1998. - 24 с.

  96. Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной обсга- новки места происшествия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1966.
    • 18 с.
  97. Ильченко Ю.И. Тактические приемы исследования материальной обстановки места происшествия: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1966. - 186 с.
  98. П.Касымов Т.Д. Предварительные трасологические и баіпістичсскнс исследования на месте происшествия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1999.-24 с.

  99. Куванов В.В. Реконструкция при расследовании преступлснмй: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1972. - 16 с.
  100. Куликов В.И. Обстановка совершения преступіюний и ее криминалистическое значение: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1983. - 23 с.
  101. Кустов A.M. Криминалистическое учение о механизме прссгуплс- ния: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М., 1997. - 35 с.
  102. П.Лубин А.Ф. Взаимодействие участников идентификационно поисковой деятельности: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1981. - 16 с.

18.Лубин А.Ф. Методология криминалистического исследования механизма преступной деятельности: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - Н. Новгород, 1997.- 53 с.

  1. ЛЫСОВ Н.Н. Криминалистическое учение о фиксации доказательсг- венной информации в деятельности по выявлению и раскрытию преступлений: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М., 1995. - 63 с.
  2. Майлис Н.П. Криминалистическая трасология как теория и сисгема методов решения задач в различных видах экспертиз: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - М. 1992. - 38 с.
  3. Плескачевский В.М. Судебно-баллистические экспертные исследования на месте происшествия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - М., 1970.- 19 с.
  4. Самарина Т.М. Экспертно-трасологические исследования обстановки и вещественных доказательств на месте происшествия: Дис… канд. юрид. наук.-М., 1985.- 181 с.
  5. Сорокотягин И.Н. Криминаішстические проблемы испоіп/зования специальных познаний в расследовании преступлений: Автореф. дис… д-ра юрид. наук. - Екатеринбург, 1992. - 30 с.
  6. Толстухина Т.В. Современные тенденции развития судебной экспертизы на основе информационных технологий: Автореф. дис… д-ра юрид. наук.-М., 1999.-39 с.
  7. Турчин Д.А. Исследование места происшесівия: Автореф. дис… канд. юрид. наук. - Л., 1968. - 18 с.
  8. 26.1Дховребова И.А. Использование возможностей судебных экспертиз при расследовании краж из квартир: Дис… канд. юрид. наук. - М., 1992. -291с.

  9. Якимов И.Н. Следственный осмотр: Дис… д-ра юрид. наук. - М., 1946.

IV. Учебная и учебно-методическая литература

  1. Алимаджанов Б. Компетенция эксперта в уголовном процессе. Теоретические и практические аспекты / Б. Алимаджанов, В.М. Вальдман. - Ташкент, 1986.-92 с.

  2. Арсеньев В.Д. Использование специальных знаний при установле- нии фактических обстоятельств уголовного дела / В.Д. Арсеньев. В.Г. За- блоцкий. - Красноярск, 1986. - 152 с.
  3. Астапкина С.М. Участие специалиста-криминалиста в расследова- нии преступлений: Учебное пособие / С.М. Астапкина, Л.П. Дубровицкая, Ю.Г. Плесовских. - М.: УМЦ при ГУК МВД России, 1992. - 72 с.
  4. Белкин А.Р. Криминалистические классификации. - М., 2000. - 94 с.
  5. Белкин Р.С. Эксперимент в следственной, судебной и экспертной практике. - М., 1964. - 124 с.
  6. Белкин Р.С. Собрание, исследование и оценка доказательств. Сущ- ность и методы. - М., 1966. - 296 с.
  7. Белкин Р.С. Криминалистика и доказывание (методологические проблемы) / Р.С. Белкин, А.И. Винберг. - М., 1969. - 216 с.
  8. Белкин Р.С. Криминалистика: В 3 т. - М., 1970. - Т. 3. - 478 с.
  9. Белкин Р.С. Ленинская теория отражения и методологические проблемы советской криминалистики. - М.: ВШ МВД СССР, 1970. - 130 с.
  10. Белкин Р.С. Криминалистика. Общетеоретические проблемы / Р.С. Белкин, А.И. Винберг. - М., 1973. - 264 с.
  11. Белкин Р.С. Ведется расследование. - М., 1976.-221 с.
  12. Белкин Р.С. Общая теория советской криминалистики. - Саратов. 1986.-397 с.
  13. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. Общая и частные теории. - М., 1987.’ - 272 с.
  14. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы, тенденции, перспективы. От теории к практике. - М., 1988. - 302 с.
  15. Белкин Р.С. Сквозь завесу тайны. - М., 1989. - 272 с.
  16. Белкин Р.С. Криминалистика. Краткая энциклопедия. - М., 1993.
  17. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. - М., 1997. - 342 с.
  18. Белкин Р.С. Курс криминалистики: В 3 т. - М., 1997. - Т. 1: Общая теория криминалистики. - 408 е.; Т. 2: Частные криминалистические теории. - 464 е.; Т. 3: Криминалистические средства, приемы и рекомендации. - 480 с.
  19. Белкин Р.С. Криминалистическая энциклопедия. - М., 2000. - 331 с.
  20. Белкин Р.С. Курс криминалистики. - М., 2001. - 538 с.
  21. Белкин Р.С. Курс криминалистики. - 3-е изд., доп. и перераб. - М., 2001.-837 с.
  22. Белкин Р.С. Криминалистика: проблемы сегодняшнего дня. Злобо- дневные вопросы российской криминалистики. - М., 2001. - 240 с.
  23. Биргер И.А. Техническая диагностика. - М., 1978. - 86 с.
  24. Бородин С.В. Вопросы теории и практики судебной экспсрги’^ы / С.В. Бородин, А.Я. Палиашвили. - М., 1963. - 167 с.
  25. Бугай В.В. Собирание вещественных источников доказательств в ходе осмотра: Учебное пособие. - Н. Новгород, 2001. - 55 с.
  26. Бычкова С.Ф. Становление и тенденции развития науки и судебной экспертизе. - Алма-Ата, 1994. - 319 с.
  27. Вальков К.И. Введение в теорию моделирования. - Л.: ЛИСИ, 1974.
    • 152 с.
  28. Васильев А.Н. Предмет, система и теоретические основы крими- налистики / А.Н. Васильев, Н.П. Яблоков. - М.: МГУ, 1984. - 143 с.
  29. Веденов А.А. Моделирование элементов мышления. - М., 1988. - 158 с.
  30. Винберг А.И. Значение философской категории «свойсі во» в экс- пертном исследовании объекта: Экспресс-информация ВНИИСЭ. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1983. - Вып. 5. - 18 с.
  31. Винберг А.И. Криминалистика. - М., 1950. - Вып. 2. - 180 с.
  32. Винберг А.И. Судебная экспертология (общетеоретические и ме- тодологические проблемы судебных экспертиз) / А.и. Винберг, Н.’І”. Мала- ховская. - Волгоград, 1979. - 189 с.
  33. Винберг А.и. Косвенные доказательства в советском уіолов- ном процессе / А.и. Винберг, Г.М. Миньковский, Н.Д. Рахунов. - М., 1956. - 148 с.
  34. Винберг А.И. Криминалистика / А.И. Винбсрг, Б.И. Шавер. - М., 1950.-126 с.
  35. Владимиров В.Ю. Ситуалогическая экспертиза места происшествия: Учебно-методическое пособие / Под ред. В.В. Вандышева. - СПб.: Санкт- Петербургский институт МВД России, 1995. - 24 с.
  36. Водолазский Б.Ф. Психология осмотра места происпаествия: Учебное пособие. - Омск: ОВШ МВД СССР, 1979. - 43 с.
  37. Волчецкая Т.С. Моделирование криминалистических и следствен- ных ситуаций: Учебное пособие. - Калининград: КГУ, 1994. - 43 с.
  38. Волчецкая Т.С. Ситуационный подход в практической и исследо- вательской криминалистической деятельности: Учебное пособие. - Калинин- град: КГУ, 2001.-99 с.
  39. Волчецкая Т.С. Современные проблемы моделирования в крими- налистике и следственной практике:’ Учебное пособие. - Калининград: КГ У, 1997.-95 с.
  40. Волынский В.А. Технико-криминалистическое обеспечение рас- крытия и расследования преступлений. - М., 1994. - 80 с.
  41. Галкин В.М. Средства доказывания в уі оловном процессе. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1970. - Ч. 3. - 97 с.
  42. Гиляревский С.А. Диалектический материализм и медицинская диагностика / С.А. Гиляревский, К.Е. Тарасов. - М., 1973. - 247 с.
  43. Грамович Г.И. Основы криминалистической техники: (Процессу- альные и криминалистические аспекты). - Минск, 1981. - 208 с.
  44. Грановский Г.Л. Основы трасологии. - М., 1965. - 124 с.
  45. Грановский Г.Л. Свойства как объекты ;зксисртного исследования и их признаки: Экспресс-информация ВНИИСЭ. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1983.- Вып. 6.-25 с.
  46. Григорьян А.С. Расследование поджогов. - М., 1971.
  47. Деятельность экспертно-криминалистических подразделений органов внутренних дел по применению экспертно-криминалистических методов и срдатв в раскрытии и расследовании преступлений: Учебное пособие / Под ред. д-ра юрид. наук, проф. В.А. Снеткова. - М.: ЭКЦ МВД России, 1996. - 104 с.
  48. Долицкий Е.А. Технические экспертизы по делам о крушениях и авариях на железнодорожном транспорте. - М., 1951.
  49. Драпкин Л.Я. Основы теории следственных ситуаций. - Свердловск, 1987.- 163 с.
  50. Дубровин С.В. Криминалистическая диагностика. - М., 1989. - 1 30 с.
  51. Дулов А.В. Вопросы теории судебной экспертизы. - Минск, 1957. - 59 с.
  52. Евгеньев М.Е. Методика и техника расследования преступлений. - Киев, 1940.-89 с.
  53. Еникеев М.И. Основы общей и юридической психологии. - М., 1996.- 631 с.
  54. Ефимичев С.П. Следственный осмотр: Учебное пособие / С.П. Ефимичев, Н.И. Кулагин, А.Е. Ямпольский. - Волгоірад.: ВСІ1І МВД СССР, 1983.-36 с.
  55. Зуев Е.И. Непроцессуальная помощь сотрудника криминалистиче- ского подразделения следователю. - М.: ВНИИ МВД СССР, 1975. - 42 с.
  56. Зуев Е.И. Формы участия специалиста-криминалиста в оперативно- розыскных мероприятиях. - М.: ВНИИ МВД СССР, 1973. - 24 с.
  57. Зуйков Г.Г. Установление способа совершения преступления при помощи криминалистических экспертиз и исследований. - М.: ВШ МВД СССР, 1970.-45 с.
  58. Ивашков В.А. Предварительное исследование материальных объ- ектов на месте происшествия: Методические рекомендации / В.А. Ива^п<ов, Л.И. Слепнева. - М.: ЭКЦ МВД РФ, 1992 (1993). - 22 с.
  59. Ищенко Е.П. Использование современных научно-технических средств при расследовании уголовных дел: Конспект лекций. - Свердловск: СЮИ, 1985.-56 с.
  60. Ищенко П.П. Получение розыскной информации в ходе предвари- тельного исследования следов преступления. - М., 1994. - 68 с.
  61. Ищенко П.П. Специалист в следственных действиях (уголовно- процессуальные и криминалистические аспекты). - М., 1990. - 159 с.
  62. Ищенко Е.П. ЭВМ в криминалистике: Учебное пособие. - Сверд- ловск, 1987.-90 с.
  63. Каратаев О.Г. Криминалистическая информатика. - М., 1991. - 61 с.
  64. Карнеева Л.М. Доказательства и доказывание в уголовном процессе: Учебное пособие. - М.: УМЦ при ГУК МВД России, 1994. - 48 с.
  65. Колдин В.Я. Идентификация при расследовании преступлений. - М., 1978.- 144 с.
  66. Колдин В.Я. Информационные процессы и структуры в кримина- листике / В.Я. Колдин, Н.С. Полевой. - М., 1985. - 134 с.
  67. Корухов Ю.Г. Криминалистическая диагностика при расследовании преступлений: Научно-практическое пособие. - М., 1998. - 288 с.
  68. Корухов Ю.Г. Понятие и сущность криминалистической диаіпо- етики. - М.: Академия МВД СССР, 1984. - 94 с.
  69. Корухов Ю.Г. Трасологическая диагностика. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1983.-53 с.
  70. Криминалистика: Учебник для юридических институї ов и факулі^- тетов. - М.: МГУ, 1963. - 620 с.
  71. Криминалистика / Под ред. Р.С. Белкина, Г.Г. Зуйкова. - М., 1968. - 376 с.
  72. Криминалистика: Учебник / Под ред. И.Ф. Герасимова, Л.Я. Драп- кина. - М.: Высшая школа, 1994. - 528 с.
  73. Криминалистика: Учебник / Под ред. Р.С. Белкина, В.Г. Коломац- кого, И.М. Лузгина. - М.: Академия МВД России, 1995. - 278 с.
  74. Криминалистика: Учебник / Отв. ред. Н.П. Яблоков. - 2-е изд., пс- рераб. и доп. - М., 2000. - 718 с.
  75. Криминалистика: Учебник для вузов / Т.В. Аверьянова, Р.С. Белкин, Ю.Г. Корухов и др.; Под ред. заслуженного деятеля пауки РФ, профессора Р.С. Белкина. - М., 2001. - 990 с.
  76. Криминалистическая энциклопедия / Под ред. Р.С. Белкина. - Ал- маты, 1995.
  77. Криминалистическое обеспечение деятельности криминальной милиции и органов предварительного расследования: Учебник / Под ред. проф. Т.В. Аверьяновой и Р.С. Белкина. - М., 1997. - 400 с.
  78. Крылов И.Ф. Криминалистическое учение о следах. - Л., 1976. - 197 с.
  79. Крылов И.Ф. Судебная экспертиза в уголовном процессе. - Л., 1963.- 218 с.
  80. Куванов В.В. Реконструкция при расследовании преступлений; Учебное пособие / Под. ред. проф. И.М. Лузгина. - Караганда: КВШ МВД СССР, 1978.-64 с.
  81. Кудрявцева А.В. Вопросы использования специальных познаний в уголовном процессе / А.В. Кудрявцева, Ю.Д. Лившиц. - Челябинск, 2001. - 95 с.
  82. Курс советского уголовного процесса. - М., 1968. - Т. 1. - 497 с.
  83. Кустов A.M. Теоретические основы криминалистического учения о механизме преступления. - М.: Академия МВД России, 1997. - 227 с.
  84. Лисиченко В.К. Использование специальных знаний в следственной и судебной практике: Учебное пособие / В.К. Лисиченко, В.В. Циркаль. - Киев, 1987.-93 с.
  85. Лифшиц Е.М. Назначение и производство экспертизы / Е.М. Лиф- шиц, В.А. Михайлов. - Волгоград: ВСШ МВД СССР, 1977. - 160 с.
  86. Лубин А.Ф. Механизм преступной деятельности. Методология криминалистического исследования. - Н. Новгород: НЮИ МВД России, 1997.- 336 с.
  87. Лузгин И.М. Криминалистическая идентификация и диагностика в раскрытии и расследовании нрестунлений и их использование: Лекции по криминалистике / И.М. Лузгин, Ш.Н. Хазиев. - М.: ВЮЗШ МВД России, 1992.
  88. Лузгин И.М. Логика следствия: Учебно-методическое пособие. - М.: Академия МВД СССР, 1976. - 65 с.
  89. Лузгин И.М. Методологические проблемы расследования. - М., 1973.-216 с.
  90. Лузгин И.М. Моделирование при расследовании преступлений. - М., 1981.- 152 с.
  91. Лузгин И.М. Расследование как процесс познания: Учебное посо- бие.-М.: ВШ МВД СССР, 1969.- 167 с.
  92. Лузгин И.М. Реконструкция в расследовании преступлений: Учебное пособие. - Волгоград, 1981. - 60 с.
  93. Лукашевич В.Г. Тактика общения следователя с участниками от- дельных следственных действий. - Киев, 1989. - 85 с.
  94. Лысов Н.Н. Фиксация доказательств в уголовном процессе: Учебное пособие: В 2 ч.-К Новгород: НЮИ МВД России, 1998. - Ч. 2: Фиксация информации, возникающей в материальных следах преступления. - ІЗ 1 с.
  95. Мешков В.М. Установление временных характеристик при рас- следовании преступлений: Учебное пособие. - Н. Новгород: НВШ МВД России, 1993.-58 с.
  96. Миронов А.И. Осмотр места происшествия по делам об убийствах. - М., 1958.- 118 с.
  97. Модогоев А.А. Организация использования специальных познаний, научно-технических средств и методов в расследовании прссіуплспий: Лекция.
    • М.: Академия МВД России, 1996. - 22 с.
  98. Образцов В.А. Выявление и изобличение преступника. - М., 1997. - 336 с.
  99. Образцов В.А. Криминалистика: Курс лекций. - М., 1996. - 448 с.
  100. Орлов Ю.К. Заключение эксперта и его оценка по уголовным делам.- М., 1995.-62 с.
  101. Образцов В.А. Криминалистика. - М., 1994. - 208 с.
  102. Орлов Ю.К. Производство экспертизы в уголовном процессе. - М.: ВЮЗИ, 1982.- 170 с.
  103. Осмотр места происшествия / Коллектив авторов. - М., 1960. - 106 с.
  104. Петрухин И.Л. Экспертиза как средство доказывания в советском уголовном процессе. - М., 1964. - 267 с.
  105. Пещак Я. Следственные версии. Криминалистическое исследование.-М., 1976.-230 с.
  106. Полевой Н.С. Криминалистическая кибернетика. - 2-е изд. - М.,
    • 328 с.
  107. Попов В.И. Осмотр места происшествия. - М., 1960. — 96 с.
  108. Порошин Г.Н. Исследование места происшествия слсдова гелем и экспертом-криминалистом органов внутренних дел: Учебное пособие. - Вол- гоград: ВСШ МВД СССР, 1979. - 56 с.
  109. Протасевич А.А. Моделирование в реконструкции расследуемою со- бытия: Очерки теории и практики следственной работы. - Иркутск, 1997. - 206 с.
  110. Рахунов Р.Д. Теория и практика проведения экспертизы в совет - ском уголовном процессе. - М., 1954. - 247 с.
  111. т.Савельев Б.М. Автотранспортные происшествия и их расследование. - М., 1962.-22 с.

  112. Салтевский М.В. Собирание криминалистической информации техническими средствами на предварительном следствии: Учебное пособие. - Киев: КВШ МВД СССР, 1980. - 112 с.
  113. Сегай М.Я. Методология судебной идентификации. - Киев, 1970. - 354 с.
  114. Седова Т.А. Проблемы методологии и практики нетрадиционной криминалистической идентификации. - Л., 1986. - 104 с.
  115. Седых-Бондаренко Ю.П. Криминалистическая неидентификационная экспертиза. - М., 1973. - 68 с.
  116. Селина Е.В. Применение специальных познаний в уголовном про- цессе. - М., 2002. - 144 с.
  117. Селиванов Н.А. Математические методы в собирании и исследо- вании доказательств. - М., 1974. - 120 с.
  118. Сидоров В.Е. Начальный этап расследования: организация, взаи- модействие, тактика. - М., 1992. - 172 с.
  119. Снетков В.А. Криминалистическая диагностика в деятельное i и экспертно-криминалистических подразделений МВД России по применению экспертно-криминалистических методов и средств: Учебное пособие. - М.: ЭКЦ МВД России, 1998. - 40 с.
  120. Снетков В.А. Основы деятельности ЭКП ОВД по применению экспертно-криминалистических методов и средств в раскрытии и расследо- вании преступлений. - М.: ЭКЦ МВД России, 1995. - 44 с.
  121. Соколовский З.М. Вопросы использования экспертом материалов дела. - Харьков, 1964. - 72 с.
  122. Соловьев А.Б. Использование доказательств при допросе. - М., 1981.- 86 с.
  123. Статкус В.Ф. Взаимодействие следователя и эксперта при произ- водстве следственных действий: Учебное пособие / В.Ф. Статкус, С.И. Верное, Т.Н. Шамонова; Под ред. И.Н. Кожевникова. - М.: ЭКЦ МВД России, 1995.- 136 с.
  124. Степутенкова В.К. Судебная экспертиза и исследование обстоя- тельств, образующих состав престапления. Теоретические вопросы судебной экспертизы. ВНИИСЭ: Сборник научных трудов - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1975.-Вып. 20.-252 с.
  125. Строгович М.С. Курс советского уголовного процесса. - М., 1968. - Т. 1: Основные положения науки советского уголовного процесса. - 472 с.
  126. Теория доказательств в советском уголовном процессе / Отв. ред. Н.В. Жогин. - М., 1973. - 736 с.
  127. Терзиев Н.В. Некоторые вопросы следственного осмотра места происшествия. - М., 1955.
  128. Типовые модели и алгоритмы криминалистического исследования / Под ред. В.Я. Колдина. - М., 1989. - 184 с.
  129. Трасологическая диагностика: Методическое пособие. - М., 1983 - 57 с.
  130. Урсул А.Д. Отражение и информация. - М., 1973. - 231 с.
  131. Урсул А.Д. Природа информации (философский очерк). - М., 1968.- 270 с.
  132. Федоров Ю.Д. Логические аспекты осмотра места происшествия: Учебное пособие. - Ташкент: ТВШ МВД СССР, 1987. - 53 с.
  133. Хлынцов М.Н. Криминалистическая информация и моделирование при расследовании преступлений / Под. ред. В.Г. Власенко. - Саратов: Сара- товский государственный ун-т, 1982. - 159 с
  134. Хмыров А. А. Косвенные доказательства. - М., 1979. - 183 с.
  135. Хрусталев В.Н. Участие специалиста-криминалиста в следственных действиях / В.Н. Хрусталев, Р.Ю. Трубицын. - СПб., 2003. - 208 с.
  136. Федоров Ю. Д. Следственно-оперативная группа на месте происше- ствия (психологические аспекты). - Ташкент: ТВШ МВД СССР, 1982. - 59 с.
  137. Швырев B.C. Научное познание как деятельность. - М., 1984. - 232 с.
  138. Шиканов В.И. Комплексная экспертиза и ее применение при рас- следовании убийств. - Иркутск, 1976. - 230 с.
  139. Шиманова З.Е. Пожарно-техническая экспертиза. - М., 1963.
  140. Шляхов А.Р. Теория и практика криминалистической экспертизы. - М., 1962. -210 с.
  141. Шляхов А.Р. Процессуальные и организационные основы крими- налистической экспертизы. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1972.
  142. Шляхов А.Р. Структура экспертного исследования и гносеологи- ческая характеристика выводов эксперта-криминалиста: Сборник научных трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1972. - Вып. 4. - 89 с.
  143. Шляхов А.Р. Судебная экспертиза: организация и ировсдсиис. - М., 1979.- 191 с.
  144. Эксперт. Руководство для экспертов органов внутренних дел и юс- тиции / Под ред. Т.В. Аверьяновой и В.Ф. Статкуса. - М., 2003. - 591 с.
  145. 145.Эйсман А.А. Заключение эксперта. Структура и научное обоснование. - М.,
    • 152 с.

V. Справочная литература

  1. БСЭ. - 2-е изд. - М., 1956.-Т. 39.-С. 182.
  2. Ожегов С.И. Толковый словарь русского языка / С.И. Ожегов, Н.Ю. Шведова. - М., 1995. - 928 с.
  3. Психология: Словарь / Под общ. ред. А.В. Петровского и М.Г. Яро- шевского. - 2-е изд., испр. и доп. - М., 1990. - 494 с.
  4. Словарь русского языка / Под ред. С.И. Ожегова. - М., 1958. - 797 с.
  5. Справочник следователя: Практическое пособие (практическая кри- миналистика: следственные действия) / Под ред. В.И. Беджашсва. - М., 1990. - Вып. 1.-284 с.
  6. Краткий словарь по философии / Под общ. ред. И.В. Блауберга, И.К. Пантина. - 3-е изд., доработ. и доп. - М., 1979. - 413 с.
  7. Философский энциклопедический словарь. - М., 1997. - 576 с.

176

Приложение 1

Сводная анкета интервьюирования сотрудников следственных органов

Сколько лет Вы состоите в должности:

а) до Злет-29%

б) от 3 до 5 лет - 35%

в) от 5 до 10 лет - 24%

г) свыше 10 лет - 12%

Какое у Вас образование:

а) высшее юридическое - 42%

б) высшее не юридическое - 58%

Считаете ли Вы необходимым проведение экспертиз до возбуждения уголовного дела:

а) да-78%

б) нет-22%

Какие виды экспертиз должны проводится до возбуждения уголовного дела;

а) все-18,5%

б) только по определенной категории дел - 81,5%

Считаете ли Вы возможным проведение экспертиз непосредственно при осмотре места  происшествия:

а) да-67%

б) нет-33%

Ecjm Вы иазначаіш производство жспсргизы мссіа ироисшссгния, го какие нмспно:

а) единоличные - 11 %

б) комплексные - 3%

в) комиссионные - 3%

г) не проводили - 83%

Испытывали ли Вы трудности при назначении и производстве экспертизы места происшествия:

а) да-87%

б) нет - 13%

Считаете ли Вы, что объектом экспертизы может бьггь место происшествия.

а) да-39%

б) нет - 16%

в) затрудняюсь ответить - 45%

Считаете ли вы разработанной тактику и технологию назначения и производства экспертизы  места происшествия:

а) да-11%

б) нет-62%

в) затрудняюсь ответить - 73%

В состоянии ли следователь на основе своих специальных знаний объективно оцепить всю  информацию о преступлении, заложенную в месте происшествия:

а) да-65%

б) нет - 12%

в) только с помощью специалиста — 23%

Кому будет принадлежать прерогатива при определении задач экспертизы места  происшествия:

а) следователю - 75%

б) специалисту (в рамках экспертной инициативы) - 10%

в) обоим в равной мере - 15%

На каком этапе расследования должна проводиться экспертиза места происшествия:

а) до следственного осмотра места происшествия - 13%

б) во время следственного осмотра места происшествия - 48%

в) после следственного осмотра места происшествия - 39%

Каким образом могут быть использованы результаты экспертизы места происшествия:

а) при определении перспектив использования доказатеіп>ств - 13%

б) при выдвижении и проверке версий, установления негативных обсгоятсіп,сгв - 157(

в) при планировании расследования — 16%

г) при определении тактики отдельных следственніїїх действий, их подготовки и проведения - 8%

д) при принятии различного рода процессуальных решений - 10%

е) при подготовке к судебным экспертизам, составлении розыскных таблиц, описаний внешности человека, изготовления субъективных портретов ~ 22%

ж) при оценке возможных роли и значения доказательств в расследовании преступлений - 16%

Почему, на Ваш взгляд, редко используется возможность проведения экспертизы места  происшествия:

а) отсутствие в нужный момент необходимых экспертов и технических средств - 21 %

б) затруднительность длительное время сохранять место происшествия в первоначаіп,ном виде - 12%

в) различные организационные и методические проблемы назначения и производства экспертизы места происшествия — 67%

Кто в качестве специалиста чаще привлекается к участию в осмотре места происшествия:

а) эксперт-криминалист - 39%

б) эксперт-медик - 31 %

в) эксперт-почерковед - 1 %

г) эксперт-материаловед - 2%

д) эксперт-автотехник - 13%

ж) эксперт-взрывотехник - 1 1 %

з) эксперт-почвовед - 1 %

е) эксперт-металловед - 2%

Сводная анкета

интервьюирования сотрудников экспертно-криминалистических подразделений

  1. Сколько лет Вы состоите в должности:
  2. а) до Злет-10%

б) от 3 до 5 лет - 39%

в) от 5 до 10 лет - 27%

г) свыше 10 лет - 24%

  1. Какое у Вас образование:
  2. а) среднее юридическое - 11 %

б) высшее юридическое - 37%

в) среднее не юридическое - 6%

г) высшее не юридическое - 46%

  1. Считаете ли Вы необходимым проведение экспертиз до возбуждения уголотіоіч) дела:
  2. а) да-95%

б) нет-5%

  1. Какие виды экспертиз должны проводится до возбуждения уголовного дела:
  2. а) все - 6%

б) только по определенной категории дел - 94%

  1. Считаете ли Вы возможным проведение экспертиз непосредственно при осмотре места происшествия:
  2. а) да-82%

б) нет - 18%

  1. Если Вы проводили экспертизы места происшествия, то какие именно:
  2. а) единоличные - 9%

б) комплексные - 16%

в) комиссионные-13%

г) не проводили - 62%

  1. Испытывали ли Вы трудности, связанные с организацией и методикой производства экспертизы, при производстве экспертизы места происпіествия:
  2. а) да-58%

б) нет-42%

  1. Считаете ли Вы, что объектом экспертизы может быть нсіюсрсдствеино место происшествия.
  2. а) да - 79%

б) нет-9%

в) затрудняюсь ответить - 12%

  1. Считаете ли вы разработанной тактику и технозюгию пазиачеінія и производстпа экспертизы места происшествия:
  2. а) да - 14%

б) нет-75% в) затрудняюсь ответить - 11 %

  1. В состоянии ли, на Ваш взгляд, следователь на основе своих специальных знаний объективно оценить всю информацию о преступлении, заложенную в месте происшествия:
  2. а) да-24%

б) нет - 18%

в) только с помощью специалиста - 58%

  1. Кому будет принадлежать прерогатива при определении задач экспертизы места происшествия:
  2. а) следователю - 32%

б) эксперту (в рамках экспертной инициативы) - 44%

в) обоим в равной мере - 24%

  1. На каком этапе расследования должна проводиться экспертиза места нронсшсстиия:
  2. а) до следственного осмотра места происшествия - 8%

б) во время следственного осмотра места происшествия - 76%

в) после следственного осмотра места происшествия - 16%

  1. Каким образом могут быть использованы результаты экспертизы места происінссі- вия:
  2. а) при определении перспектив использования доказательств - 15%

б) при выдвижении и проверке версий, установления негативных обстоятельств - 17%

в) при планировании расследования - 9%

г) при определении тактики отдельных следственных действий, их подготовки и проведения - 6%

д) при принятии различного рода процессуальных решений - 9%

е) при подготовке к судебным экспертизам, составлении розыскных таблиц, описаний внешности человека, изготовления субъективных норгрегов - 23%

ж) при оценке возможных роли и значения доказательств в расследовании преступлений-21%

  1. Почему, на Ваш взгляд, редко используется возможность проведения экспертизы места происшествия:
  2. а) отсутствуют в нужный момент необходимых экспертов и технических средств - 35%>

б) затруднительность длителыюе время сохранять место нроиспіссі вия в нсрвона’иии,ном виде - 26%

в) различные организационные и методические проблемы назначения и производства экспертизы места происшествия - 39%

  1. Кто в качестве специалиста чаще привлекается к участию в осмотре места происшествия:
  2. а) эксперт-криминалист - 37%

б) эксперт-медик - 29%

в) эксперт-почерковед - 2%

г) эксперт-материаловед - 5%

д) эксперт-автотехник - 9%

ж) эксперт-взрывотехник - 14%

з) эксперт-почвовед - 2%

е) эксперт-металловед -2%

Постановление о назначении ситуалогической экспертизы и заключение эксперта (выписка)

Постановление о назначении ситуалогической экспертизы.

г. Ступино, Московской обл. 30 августа 1985 г.

Прокурор-криминалист Московской областной прокуратуры Хен- кин К.И., рассмотрев дело № 35240 по факту убийства несовершеннолетних Январева и Иванова в лесу близ д. Петрово Ступинского р-на Московской области и принимая во внимание, что 13 августа 1982 г. примерно в 13:45 в лесном массиве близ д. Петрово Ступинского р-на Московской области у выкопанной ямы обнаружены спрятанные под кучей старой липовой коры трупы несовершеннолетних Иванова В.Б. и Январева С.А., оба 1973 г. р, с признаками насильственной смерти, которые уехали на велосипедах и не вернулись домой 6 августа 1982 г.

Постановил назначить по настоящему делу ситуалогическую экспертизу, поручив ее старшему научному сотруднику НИИ СТЭ ВНИИСЭ Шчепо- ву Ю.А.

Поставив на разрешение эксперта следующие вопросы: Каков механизм события происшествия (орудия, последовательность действий участников (-ка), события и другое)?

Предоставить в распоряжение эксперта следующие материалы: Протокол осмотра места происшествия с фототаблицами к нему от 13 августа 1985 г.; справку с данными о повреждениях на трупах и их расположениях, об одежде погибших; данные об изъятых объектах с места происшествия; выписку из показаний кто видел ребят, где, в какое время; данные по исследованию крови погибших и сперме.

Заключение эксперта № 711/6-7 20 октября

1985 г.

Проведенного старшим научным сотрудником ВНИИСЭ Шлеио- вым Ю.А., имеющему высшее юридическое образование, специальную подготовку эксперта-трасолога и стаж экспертной работы 12 лет, по yгoJювнoмy делу № 35240, по факту убийства н/л Январева С.А. и Иванова В.Б.

02 сентября 1985 года во Всесоюзный НИИ судебных экспертиз Мини- стерства юстиции СССР из прокуратуры Московской области поступило по- становление о назначении ситуалогической экспертизы, вынесенного 30 ав- густа 1985 г. прокурором-криминалистом Хенкиным К.И.

Перед экспертом поставлен вопрос: Каков механизм происшествия (орудия, последовательность действий участников (-ка), события и другое) ?

Исследование

Исходные данные для экспертизы

а) Данные о месте и времени исчезновения велосипеда, принадлежа- щего егерю Шибаеву В.В. - велосипед угнан в 13:30 от здания конторы с/х Леонтьево (заявление Шибаева В.В., материалы уголовного дела);

б) Сведения о месте обнаружения трупов н/л Январева С.А. и Иванова В.Б. - в лесном массиве в 360 метрах от дороги на д. Поворово и в 17 метрах вправо от просеки. Трупы лежат рядом на спине под кучей лыка, ногами в сторону свежевырытой ямы глубиной около 0,4 метра (протокол осмотра места происшествия);

в) Данные о предметах, обнаруженных на места - велосипед Шибаева В.В.; два велосипеда н/л, один из них - взрослый, разобран на части; лопата, куски проволоки, резиновые хозяйственные перчатки (протокол осмотра места происшествия);

г) Сведения о том, что яма на месте обнаружения трупов выкопана ло- патой, обнаруженной здесь же - «корень отделен от целого орудием, имею- щим такую же остроту и неровный режущий край (лезвие), что и лопата, представленная на исследование» (экспертиза № 701/6-7 от 01.09.85);

д) Данные о том, что куски провода, обнаруженные около ямы, ранее составляли единое целое (экспертиза № 712/6-7 от 10.09.85);

е) Сведения о том, что провод разделен лопатой, обнаруженіюй ОКОІЮ ямы - «перерублен орудием, имеющим такую же остроту заточки лезвия и неровности, как и лезвие лопаты, представленной на исследование» (экспер- тиза № 752/6-7 от 27.09.85);

ж) Данные о повреждениях на теле Январева С.А. и орудии, которым они причинены - колото-резанные раны лицевой части черепа и груди слева. Орудие имело клинок с обушком «П»-образной формы, шириной юшнка 0,7 см и длиной клинка не менее 5,7 см. Повреждения в области заднего прохода причинены напряженным членом (экспертиза трупа № 165 от 15.08.85);

з) Сведения о повреждениях на теле Иванова В.Б. - не менее одного удара тупым предметом в область носа, три колото-резаные раны лица, при- чиненные орудием имеющим клинок с обушком «П» - образной формы и ширину 0,8 см. Смерть Иванова В.Б. наступила от механической асфиксии, обусловленной сдавлением органов шеи. Повреждения в области заднего прохода причинены напряженным членом (экспертиза № 166 от 16.08.85);

и) Данные о том, что акт мужеложства с Ивановым В.Б. и Январе- вым С.А. мог быть совершен одним мужчиной, выделениями которого обязательно свойственен антиген В.

Кроме того, акт мужеложства был совершен сначала с Ивановым В.Б., а затем с Январевым С.А. (экспертиза вещественных доказательств Хе 131 от 25.08.- 07.09.85).

Экспертный осмотр местности

03 сентября 1985 года для экспертного осмотра был представлен участок местности между центральной усадьбой совхоза Леонтьево и лесным массивом в районе дороги на д. Поворово, где были обнаружены трупы н/л Январева С.А. и Иванова В.Б.

Экспертный осмотр участка Местности проводился с учетом данных, зафиксированных в материалах уголовного дела.

Участок местности представляет собой дорогу, имеющую ас(})альтовое покрытие, между центральной усадьбой совхоза Леонтьево и выездом на трассу у автобусной остановки д. Матюково. На расстоянии 2 км от указан- ного выше «Т» - образного перекрестка, на право, но ходу движения в сто- рону г. Ступино расположен съезд на дорогу с асфальтовым покрытием на д. Поворово. На расстоянии 2-х км от указанного съезда (так же справа по ходу движения) расположена в лесном массиве просека. При углублении по ней в лес на 360 метров и на 17 метров вправо обнаружена свежевырытая прямо- угольной формы яма, глубиной 0,4 метра.

В ходе экспертного осмотра установлено, что какие-либо следы для решения вопросов:

  • о месте встречи Январева С.А. и Иванова В.Б. с лицом (-ами), со- вершившим в отношении их преступление;
  • о способе перемещения (предвижения) Январева С.А. и Иванова В.Б. к месту обнаружения их трупов;
  • о том является ли место обнаружения трупов местом совершения преступления;
  • На указанной выше местности отсутствуют.

Анализ вещной обстановки позволяет утверждать, что после совершения преступления (убийства и акта мужеложства) нападавший (-ие) гюло- жил тела Январева С.А. и Иванова В.Б. рядом вверх лицом и забросал их лыком. Затем, наиболее вероятно, разобрал один из велосипедов и часть его деталей разбросал на месте. После этого, он (они) выкопал яму прямоугольной формы и глубиной 0,4 метра лопатой (см. заключение № 701/6-7), обнаруженной на месте и доставленной сюда на велосипеде в закрепленном к его раме состоянии. Закрепление было произведено проволокой, концы которой обнаружены на месте происшествия и разделенной лезвием выше указанной лопаты (см. заключения № 712/6-7, № 752/6-7).

Колото-резанные повреждения потерпевшим причинены орудием имеющим клинок с «П» - образным обушком и лезвием клиновидной заточки. Ширина клинка не менее 0,7 см и длиной не менее 5,7 см.

Все действия в отношении погибших могли быть совершены одним лицом. Этот вывод не противоречит данным судебно-медицинской экспертизы № 131 от 25.08.-07.09.85.

К заключению эксперта прилагается план-схема исследованных участков местности, с указанием расстояний между ними.

ВЫВОД;

Для решения вопросов: о месте встречи Январева С.А. и Иванова В.Б. с лицом (-ами), совершившим в отношении их преступные действия, о способе их перемещения (передвижения) к месту обнаружения трупов и о том, явля- ется ли оно метом совершения преступления, трасологические данные отсут- ствуют.

Оценка свидетельских показаний, имеющихся в деле, не входит в ком- петенцию эксперта.

О последовательности действий нападавшего (-их) смотри в исследо- вательской части заключения.

Для разрубания провода, обнаруженного на месте происшествия, и рытья ямы использована лопата, характеризуюш,аяся признаками лезвия лопаты, обнаруженной на месте происшествия.

Колото-резанные раны погибшим причинены орудием, имеющим клинок с «П» - образным обушком и лезвием двусторонней заточки. Ширина клинка не менее 0,7 см, его длина не менее 5,7 см.

Все действия в отношении погибших и на месте обнаружения трупов могли быть совершены одним лицом.

Выписка из заключения эксперта

Заключение эксперта № 0160/6-7 8 июня 1990 г.

3 мая 1990 г. во ВНИИ судебных экспертиз МЮ СССР при постановлении ст. следователя прокуратуры г. Москвы Леонтьевой О.Г. для проведения комплексной экспертизы места происшествия поступили материалы уголовного дела № 5314.

На разрешение экспертизы поставлен следующий вопрос: Каков общий механизм происшествия, имевший место в квартире 135?

Производство экспертизы поручено сотрудникам НИЛ судсбио- трасологических и фоноскопических экспертиз: заведующему лабораторией к.ю.н. Хазиеву Ш.Н., научному сотруднику Волковой Т.М., мл. научному со- труднику Абрамовой М.В. Все эксперты имеют высшее юридическое образо- вание, специальность трасолога и стаж экспертной работы, соответственно 7 лет, 12 лет и 1 год.

В распоряжение экспертов предоставить: обстановку места происшествия - квартиры 135 дома 36/63 корп. 2 по J5-ой Парковой улице в г. Москве.

Обстоятельства дела и исходные данные

9 марта 1990 г. в квартире 135 дома 36/63, корп. 2 по 15-ой Парковой улице в г. Москве были обнаружены трупы гр. Гаджилаевой и гр. Магомсдо- ва с признаками насильственной смерти.

В качестве исходных данных были использованы результаты осмотра места происшествия от 9.03.90 г., заключения судебно-медицинских экспертиз по исследованию трупов Гаджилаевой Т.А. и Маюмедова Ш.С.; заключение эксперта ВНИИСЭ № 094/6-7 от 30.03.90. по исследованию следов обуви, фотоснимки и видеозапись обстановки места происшествия и имеющихся на нем следов.

Исследование проводилось с применением методики ситуационного анализа, опубликованной в следующих работах:

  1. Бергер В.Е., Грановский Г.Л., Прищепа В.М. Исследование механизма и условий взаимодействия в трасологии и судебной баллистике. - М • ВНИИСЭ МЮ СССР, 1980.
  2. Волкова Т.М. О программированном решении тигювой экспертной задачи, связанной с определением механизма образования следов крови // Экспертная техника. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1988. - Вып. 105. - С. 24-36.
  3. Грановский Г.Л. Ситуалогическое исследование места происшествия // Программированные и сигуалогические методики трасологических ис- следований; Сборник трудов. - М.: ВНИИСЭ МЮ СССР, 1979. - Вьиі. 37.
  4. Корухов Ю.Г. Проведение тpacoJюгичecкoй зксіюртизьі следов кро- ви// Экспертная практика и новые методы исследования. - М : ВНИИСЭ МЮ СССР, 1977.-Вып. 18.
  5. Хазиев Ш.Н. Технико-кримина/шстическис методы установления признаков неизвестного преступника по его следам. - М., 1986.
  6. Исследование

Квартира 135 расположена на седьмом этаже 9-ти этажного дома, трех- комнатная, коммунальная. По обстоятельствам дела местом происшествия являются: коридор, кухня, комната № 3, ванная комната.

На полах комнаты № 3, коридора, кухни и ванной компаїї.і имссіся множество следов крови и кровяных следов обуви.

Трасологическое исследование следов обуви (провела эксперт Абрамова М.В.)

Осмотром поверхности пола в квартире установлено, что он покрыт линолеумом красно-коричневого цвета. На полу в коридоре, ведущем в ком- наты, в комнате № 3, в коридоре, ведущем на кухню, на кухне, а также на ка- фельном полу в ванной комнате имеется множество следов-наслоений веще- ства темно-бурого цвета, похожего на кровь, а на кухне, помимо них, вдух следов-наслоений вещества серого цвета.

Изучение и анализ следов показали следующее: они неполные, а боль- щинство из них неправильной овальной формы, четких контуров не имею г. повреждены неоднократным взаимным наложением. Форма и конфиі урация следов свидетельствует о том, что следы оставлены низом ПОДОИ1ВЫ обуви.

  1. в коридоре, при входе в квартиру, имеются неполные следы гюдощв обуви, в наиболее информативных из них отобразились пучковая (нодмеюч- ная), геленочная (промежуточная) и каблучная (поврежденная наложением других следов) части подошвы обуви для правой ноги. В следе отобразился рельефный рисунок в виде параллельных ломаных полос шириной (макс.) - 2 мм, расположенных на расстоянии 3 мм друг от друга и сходящихся иод углом около 90 градусов к продольным полосам щириной около 1 мм, ориен- тированных параллельно друг другу к условной продольной оси следа. На пучковой (подметочной) части, на участке, прилеї ающем к внутреннему бо- ковому срезу, имеется элемент в виде концентрических окружностей меньшим диаметром - 25 мм, большим - около 50 мм.
  2. Размер следа (макс.) с поврежденной наложением другого следа каблучной частью - 100x330 мм. Взаимораспоіюжснис следов свиде гслі>с гиусі о придвижении человека, обувью которого они оставлены, в направлсіииі к большой комнате № 3.

  3. В комнате № 3, у кресла имеются неполные следы обуви, аналоі ич- ные следам в коридоре. Размеры следов (макс.) - 100x290 мм и 100x300 мм (след поврежден наложением другого следа). В них отобразились фрагменты пучковой (подметочной), геленочной и каблучной частей подоишы обуви. В следах отобразился рельефный рисунок, ана;югичиый описанному иі.нпе и и дополнение к нему на участке каблучной части, прилегающем к заднему срезу подошвы просматривается рельефный рисунок в виде чередуюиіихся па- раллельных полос (выступов и впадин) размером 1x2 мм.
  4. У лужи крови, в месте, где находился потерпевший Магомедов, имеется группа неполных, частично перекрывающих друг друга следов обуви, аналогичных описанным выше. В них отобразились фрагменты пучковых (подметочных) частей подошвы обуви. Следы обращены в сторону потерпевшего.

Расположение следов в комнате свидетельствует о передвижеиии человека, обувью которого они оставлены следующим образом: от двери к потерпевшему Магомедову, неоднократном переступаний (топтание) на одном месте (около него), затем - движение в сторону двери.

  1. Фрагменты следов, аналюгичныс описаіпіьім выше, имеются в кори- доре, ведущем в кухню, в кухне и в ванной комнате. На кухне, на участке, расположенном между входом в нее и плитой, имеется группа бессистемно расположенных кровяных следов обуви и два следа, образованные веществом серого цвета (не кровяные), которые расположены под упюм около 90 градусов друг к другу (у домашнего тапочка, при входе в кухню). Во всех следах отобразились фрагменты низа подошвы обуви, аналогичные описанным выше. В коридоре, ведущем к кухне, имеется также множество, в основном, бессистемно расположенных фрагментов аналогичных следов, но некоторым из них можно, с учетом их взаимного расположения огносительно друг друга и помещения, где они находятся, констатировать о передвижении человека, обувью которого они оставлены, следующим образом: в сторону кухни, с кухни в сторону ванной комнаты, неоднократное нерсс гунаннс (юн- тание) на участке от кухни до ванной комнаты.
  2. В ванной комнате имеется множество следов, представляющих собой фрагменты следов, аналогичные описанным выше. Один из наиболее информативных следов оставлен низом подошвы обуви для правой ноги и расположен в направлении от входа в ванную к потерпевшей.
  3. Большинство следов малоинформативны и не несуч достаточной информации об оставившем их человеке. В отношении наиболее информативных следов (из коридора, ведущего к комнате № 3 и из комнаты № 3) ранее проводилась экспертиза (заключение № 094/6-7 от 30.03.90.), в результате которой было установлено, что следы оставлены обувью на сплошной подошве со значительно вогнутой, со стороны внутреннего бокового среза l e- леночной частью. Такой конфигурации подошвы с описаніп^ім выше рельефным рисунком ставятся на спортивную обувь типа «кроссовки».

Сопоставление всех кровяных следов обуви, зафиксированных на полу исследовавшейся квартиры показало, что они совпадаюгю гппу и виду рельефного рисунка, размерным характеристикам и особенностям смачивания кровью. Кроме того, локализация следов на отдельных участках пола, динамика изменения насыщенности кровью в процессе передвижения харак- терны для образования их при ходьбе одного че;ювека. Это свидегсльствуег о том, что данные следы оставлены одной парой обуви.

Трасологическое исследование дверного замка (провел эксперт Ха- зиев Ш.Н.)

На узловом фотоснимке и на детальном фотоснимке фоготаблицы, прилагаемой к протоколу осмотра места происшествия о г 09.03.90 г. зафик- сирован накладной дверной замок типа ЗНЗА - I, лежащий на гюлу возле двери. Входе дополнительного осмотра замок изъят и преде гавлен на экспер- тизу.

Осмотром замка установлено следующее:

  • замок относится и предназначен для дверей, открываемых вііутрі,;
  • головка ригеля выступает из корпуса на расстояние, соответствующее 2-м оборотам ключа;
  • рукоятка замка установлена на предохранитель (выпуклая точка на ручке совмещения с точкой на корпусе замка);
  • крышка короба деформирована - отогнута от корпуса на 20 мм со стороны лицевой планки;
  • патрон цилиндрового механизма располагается под углом около 60 градусов к корпусу замка, внешне различимых деформаций не имеет;
  • лицевая планка незначительно изогнута в направлении корпуса;
  • на головке ригеля имеются забоины и потертости, располаї ающисся на обеих вертикальных боковых стенках и соответствующие участкам, кон- тактирующим с запорной планкой;
  • ригель свободно перемещается в крайние нoJюжeниe под воздейст- вием собственного веса при переворачивании замка, в поіюжении «заперто на два оборота» головка ригеля значительно (до 15 градусов) отклоняемся в направлении внутрь помещения;
  • следов воздействия на наружные части замка KaKHM-jm6o орудиями или инструментами не имеется.
  • Для исследования внутренних поверхностей и деталей запирающею механизма замок был разобран путем снятия крышки после вывинчивания двух крепежных винтов. Все детали запирающего механизма в наличии. Ригель замка деформирован - изогнут в направлении, противоположном направлению отпирания двери. Направляющая стойка ригеля выгнута в сторону лицевой планки под углом около 45 градусов.

Экспериментальное отпирание-запирание цилиндрового механизма штатным ключом показало его исправность.

Наличие и степень выраженности обнаруженных деформаций замка н совокупности с особенностями его конструкции и обстоятельствами обнару- жения позволяют сделать вывод о том, что замок поврежден и отделен от двери в результате достаточно сильного динамического воздействия на запертую дверь снаружи. Об этом же свидетельствует состояние дверної о короба (трещины штукатурки). Наличие на двери динамического слабовыра- женного следа обуви дает основание для суждения о том, что дверь была открыта ударом (ударами) со стороны коридора.

Трасологическое исследование следов КРОВИ (провела эксперт Волкова Т.М.)

Изучение следов крови, зафиксированных на фототабішце к протоколу осмотра места происшествия; а также следов, зафиксированных на видеопленке и описанных в протоколе осмотра места происшествия устаїювлсно следующее.

  1. При входе в квартиру, на полу, в коридоре, ведущем в большую комнату, и на полу в коридоре, ведущем на кухню, имеются многочисленные следы крови округлой формы, вокруг которых имеются мелкоточечные брызги. Диаметр следов от 3 мм до 20 мм. Указанные признаки характерны для капель крови, направлявшихся перпендикулярно к поверхности пола.

  2. На внешней поверхности двери (у ручки), ведущей в комнагу № 3, на расстоянии 1060 мм от пола, имеются следы различных размеров овальной в виде восклицательных знаков формы, втянутых в направленим сверху вниз, слева направо. От больших следов отходят вертикально расположенные линейные следы. Размеры следов от точечных до 5x130 мм.
  3. Установленные признаки характерны для капель крови, направлявшихся к поверхности двери под некоторыми острыми углами. HajMiMiic вертикально расположенных следов свидетельствует о потеках крови.

  4. На стене, слева от входа в комнату № 3, на участке, расположенном в 480 мм от пола, имеются множественные следы вытяну гой в направлении сверху вниз, слева направо, в виде восклицательных знаков формы с мелко- точечными брызгами. Установленные признаки характерны для капель крови, направлявшихся к поверхности стены под острым углом.
  5. На полу, на участке, расположенном между диваном, креслом и у стен, имеются:
  6. а) Многочисленные следы округлой формы, расположеіпіьіс беспоря- дочно и в виде дорожек. Следы перекрывая друг друга, частично сіппиіюгся. Вокруг следов имеются мелкоточечные брызги. Диаметр следов от 3 мм до 20 мм.

Установленные признаки характерны для капель, направлявшихся пер- пендикулярно к поверхности пола. Наличие дорожек KaiicjHj свпде і с-чьсгвуеі о перемещении следообразуюш.его источника крови. Слияіпіс капс.п> друг с другом свидетельствует о неоднократном их падении па одно п го же место.

б) Обширный след - лужа крови, образовавшийся в pc3yjn>raic дли- тельного ее истечения из трупа.

  1. На стене, у дивана, на участке размером 600x630 мм, расположенном в 1630 мм от пола имеется группа следов, расположенных в виде дугообразной цепочки. Следы округлой, вытянутой в виде овалов и восклицательных знаков формы, в направлении от центра к периферии. Вокруг следов имеются мелкоточечные брызги. Установленные признаки характерны для капель крови, направлявшихся веерообразно к поверхности с гены.
  2. Правее указанной группы имеются следы, которые четких контуров не имеют и имеют различную по интенсивности окраску, что характерно для помарок в виде мазков.

На этой же стене, на уровне подлокотника имеется группа слс,дов (длина - 850 мм) в виде неправильных овалов, втянутых в направлеппп сверху вниз, слева направо, с отходящими от них «лучами». Вокруг следов имеются мелкоточечные брызги. Указанная группа следов расположена в виде цепочки, под некоторым углом к условной продольной оси с гены, в licpxiicii левой части в группе следы более крупные. Размеры следов ог 5x7 мм до 25x30 мм. Установленные признаки характерны для капель, направлявппіхся к поверх- ности стены под острым углом в направлении сверху вниз, слева направо.

На обшивке дивана, на уровне описанных выше следов имеются следы округлой и вытянутой в виде овалов формы, размером от точечных до 1 5x30 мм, что характерно для капель и брызг крови.

Указанную выше цепочку капель пересекают следы вытянутой в направлении сверху вниз, в виде восклицательных знаков формы, что свидетельствует о наличии капель крови направлявшихся к поверхности стены иод острым углом, в направлении сверху вниз.

  1. На полу, при входе в смежную с комнатой № 3, имеются слсды ок- руглой формы с зубчатыми краями, вокруг них имеются мелкоточечные брызги. Размеры следов от мелкоточечных до 12 мм (в диаметре). Установ- ленные признаки характерны для капель крови, направлявшихся нсрпснли- кулярно к поврехности пола.
  2. На полу (на кухне), у рабочего стола и у стены, примьїкаюіцсі’і к туалету, имеются множественные следы округлой формы разішчньїх размеров с мелкоточечпыми брьізі ами. Следы частично в виде дорожек, часі ично перекрывают друг друга. Указанные признаки характерны для капель крови, направлявшихся исрпендикуляртю к поверхносі и пола. Наішчис дорожек- следов свидетельствует о перемещении следообразующего источника крови. Наличие капель, перекрывающих друг друга, свидетельствует о неоднократном их падении на одтю и то же место.
  3. На правой дверце (от наблюдателя) рабочего стола (на кухне), в 240 мм от нижнего ее края имеется группа линейных следов, в верхней части ко- торые - неправильной овальной формы. Установленные признаки характерны для крупных капель крови, направлявшихся к поверхтюсти дверцы под некоторым углом. Наличие линейных следов, отходящих от капель, свиде- тельствует о потеках крови. Анаіюгичньїе по механизму образования слсды имеются на стене, примыкающей к туалету (под навесной полкой).
  4. На полу и плинтусе коридора, ведущего из кухни, имеются следы округлой и вытянутой в направлении сверху вниз в виде восклица іельных знаков фop^ПJІ (на njnnTTycc), іюкруї’ которых имеются Mcjn<0i4)4c4in>ic брызги. Указанные признаки характерны для капель крови, натіравлявшихся перпендикулярно к иоверхтіосім пола и под острым yгJюм к поверхности Hjnni- туса, в направлении сверху вниз. Частично капли тіерекрьівают друг друга, что свидетельствует о неоднократном падении их на одно и то же мес то.
  5. На дверях, ведунщх в кухню (с внешней стороны), туалет и ванную комнату (с внешней и внутренне стороны), обвязке кухонной двери имеются множественные следы округлой, овальной и вытянутой в виде восклицательных знаков формы, вокруг которых имеются мсіпсо’точсчпьіе брьгзі и. Установленные признаки характерны для капель крови, направлявшихся к указанным выше поверхностям под прямым и острыми углами.
  6. 1 l.Ha внешней іюверхности двери, ведущей в кухню (при условии, что она открыта), на участке, расположенном над ручкой (почти у ее торца) имеется след, который четких контуров не имеет, неравномерно окрашен (менее - в нижней части). Установленные признаки характерны для помаркті в виде мазка.

На двери (с внутренней стороны), ведущей в ванную комнагу, имеется группа следов округлой и несколько овальной формы, ограниченная вoJн^и- стой линией, образовавшейся в результате слияния капель, расположенных рядом. На отдельных участках имеются следы линейной формы - потеки. Указанные признаки характерны для струйного истечения крови из ее поврежденного источника.

На левой стене (от входа) ванной комнаты имеются капли и потеки, аналогичные, описанным на кухне. На полу ванной комнаты имеются многочисленные следы округлой формы с мелкоточечными брьгзгаі\пі, перекрывающие друг друга. Следы повреждены: смазаны, перекрі,п5аются следами обуви. Установленные признаки характерны для капель крови, пеодпократио направлявшихся перпендикулярно к поверхности пола. На поверхности ванны, на ее дне и боковых стенах имеются следы округлой и вы тянутой в направлении сверху вниз, в виде овалов формы с мелкоточечпыми брьгігамп. Установленные признаки характерны для следов, образоваиіп^іх кaиJlя^пl крови, направлявшимися перпендикулярно и под некоторым yiлом к поверхности ванны и стен. На крае ванны имеются линейные следы в виде чере- дующихся светлых и темных полос, направление которых различно: іьчо.чь и поперек края. Следы окрашены неравномерно. Установленные признаки характерны для помарок, в виде мазков.

Таким образом, на месте происшествия имеются следы крови в виде: капель, брызг, потеков, лужи, помарок (в виде отпечатков и мазков).

Следы капель и брызг образовались в результате истечеіиія крови іг5 поврежденного источника (тело человека), так и в результате стряхивания крови с рук, предметов (части одежды, орудие и т.п.), нокрі,ітьіх кровью. На- личие дорожек капель свидетельствует о перемещении (пеі-іедіміжепіпі) сле- дообразующего источника крови. Повреждение капель 1ювторным наложе- нием, в результате которого произошло их слияние, свидете.чьетвуег о неод- нократном их падении на одно и то же место. Наличие потеков, отходяпдих от крупных капель крови, свидетельствует об отделении ее масти, которая под действием собственной силы тяжести отделилась от капсіп. направлении сверху вниз.

Имеющаяся лужа в комнате № 3, свидетельствует о д,іпггельн()м истечении крови из ее источника (труп Магомедова).

Наличие помарок, в виде отпечатков обуви (см. исследовантіе следов обуви) свидетельствует о статическом контактном взаимодействіпі обуви, имеющей наслоение крови, с поверхностью пола.

Наличие помарок в виде мазков свидетельствует о дипa^иIчecкoм контактном взаимодействии предмета (предметов), окрашенпььх кровью (ТЄІЮ человека, с поверхностью дверей, стен, ванны.

Анализ описанных следов крови, механизма их образования, с учетом данных, изложенных в: протоколе осмотра места происніеетвия о і 09.03.90., актах судебно- медицинских исследований трупов I аджпласиоіі Т.Д. (заключение эксперта № 641 от 1 1.03.90.) и Магомедова Ш.С. (зак. почеіпіс жсперта № 642 от 11.03.90.); заключении медико-биологическоіі жспертизы № 247/317 от 15.03.90., позволяет установить следующие действия учасгииков события (представлены в блок схемах, см. приложение).

Ситуалогическое исследование (провели эксперты Хазиев Ш.Н., Волкова Т.М., Абрамова М.В.)

В процессе ситуалогического исследования событие происшествия изучалось по изменениям обстановки, вызванными взаимодействиями его участников, следами крови, обуви, результатами других экспертных исследований.

Выделсиие основных УЗЛОВЫХ ).11С1У1СН Г0В собы ГИЯ. OcHOmn.liMIl узло- выми элементами исследуемого события, отобразивгнимися в обстановке места происгиествия, являются:

  • нанесение телесных поіфеждений гр. Гаджилаевой Т.А.;
  • нанесение телесных повреждений гр. Магомедову Ш.С.;
  • взлом двери, ведущей в комна’і у № 3;
  • взлом двери ванной комнаты;
  • действия нападавшего и Гаджилаевой в ванной комнате;
  • покидание наиадавппімп места происшествия.
  • Установление количества участников события. С целью определения количества участников события (кроме потерпевших) осущесгвляіюсь сравнительное исследование обуви, отобразившейся в следах, а также биомеханический анализ телесных повреждений Магомедова и Гаджилаевой. проводился ситуационный анализ вариантов события, при этом установлено, ч’і’о непосредственное нападение на Гаджилаеву и Магомедова совершено

одним ]И4ЦОМ.

Присутствие ИЛТІ содействие других посторонних лиц в момен т совер- июния преступления установить не представляется возможным, в связи с не- достаточнос’гыо исходных данных и малой информативностью мссіа проис- шествия.

Определение нослсдоваіс.ііі.иости событий на месте происшесгвия.

Анаішз coвoкylп^oй информации о происшествии и его элементах, іюлучен- ной в результате нрсдьідуииїх исследований, позволяет из всех возможньтх вартіантов развития события BbuicjniTb следующий:

]. Проникновентіе в кварі иру (на входной двери и замке следов взлома не тімес’гся).

  1. Нападение на гр. Гаджилаеву Т.А. на кухне (время с момен та про- никновения и имевшие место за этот период действия определить не пред- ставляется возможным).
  2. Передвижение Гаджилаевоіі, получившей на кухне телсспыс повре- ждения, в ванную комнату и запирание ею двери изнутри.
  3. Взлом двери ванной колшаты (путем рывков за ручку двери) и напа- дение іам на Гадл<иласву.
  4. Взлом двери кокша ты, в которой заперся Магомедов IIJ.C.
  5. Нападение па Магомедова с нанесением ему тcJЮcпыx повреждений.
  6. Покидание квартиры без осутцествления действий по сокрьптио ма- териалілп^іх сзюдов ирсступлсння.

Установление признаков нападавшего по следам и обсіаповке і\н’с-

та происшествия. Обстановка места происшествия и имеющиеся па нем следы (результаты дактилоскопических исследований зксиеріам не представлены) содержат ограниченное количество информации о нападавшем. Размеры обуви, отобразившиеся в следах, характерны для лиц. носящих обувь 42.5 - 43,5 размера. Такой размер (при условии соответствия размера обуви размерам ног) присущ лицам, имеющим рост ориентировочно 1 72 - 180 см. Лицо, напавшее на Гаджилаеву и Магомедова, вероятнее всего мужсісоїо пола с (1)іі- зическим развитием не ниже среднего уровня. Какие-либо особые признаки этого лица в обстановке места происшествия не отобразились.

ВЫВОДЫ:

  1. Нападение на Гаджилаеву и Магомедова совершено одним лицом. Присутствие или содействие других посторонних лиц в моменг совершения преступления установить не представляется возможным в связи с недос іа- точностью исходных данных.
  2. Общая последовательность и характер события, усганои.юнныс на основании изучения следов и обстановки места ироисшссгвия. прс іставлсіпл в следующих блок-схемах:

Подробные элементы происшествия события oimcaiibi в исслсдоватслі,- ской части заключения и приложении. Действие (собы гис), имевшее мес і о в промежутке между проникновением в квартиру и наиалснпсм на поісріїсі^- ших, в обстановке места происшествия не отобразиіюсь.

Приложеиис к заключению эксперта № 0160/6-7

Действия участников события (с учетом данных, изложенных в исследовательской части настоящего заключения).

(ті (ті (ті К)

К)

(ті (ті (ті

1”

1”

(ті (ті

(ті (ті ЗІ

(ті (ті 3S

3S

(ті (ті

(ті (ті

(ті

(ті

62

62

в}

в}

62

ы ы ьь

м

м

I’

62

62

62

62

75 ‘ I S3

К4

62

62

N6

N6

62

62

9Г-

9Г-

62

62

62

62

I 14 I 14 62

62

I 14

62

62

ТІ

ТІ

123

123

123

123

123

123

I S3

I S3

123

123

Приложение 2 178

123

123

123

123

123

Приложение 2 178

123

123